Лебедь белая
Любовная и философская лирика
Анатолий Шамов

© Анатолий Шамов, 2022

ISBN 978-5-0056-0686-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Уважаемый читатель, продолжая разговор о семнадцати золотых законах поэзии остановлюсь на законах звуковой организации стиха: законе рифмы, метрики и ритмики, закон гармоники, закон аллитерации, закон звукосмысла, закон консонантизма.

Эти законы тесно связаны с законом гармонии, так как в основе первого так и указанных законов, лежит повтор определенных элементов, но закон гармонии шире по содержанию, поскольку, кроме элементов звуковой организации стиха, цель которой добиться благозвучия, имеет ещё цель благовосприятия эмоционального, а также высокого смыслового восприятия, что достигается другими средствами, в основном тонкостью ума самого автора, а посему путать закон гармоники и закон гармонии не следует.

Рифма – рычаг поэтического мышления, рифма – крылья стиха. Рифма- это повторение отдельных морфологических элементов. Как говорили раньше краесогласие, то есть, рифма завершает собой каждую строку стихотворения. Нет общепринятой классификации рифмы, но различают точную, неточную, составную, открытую, закрытую, мужскую, женскую. По способу расположения рифмы делятся на перекрестные (АБАБ), смежные (ААББ), опоясывающие (АББА). Чередование ударных и безударных слогов создает ритмику стихотворения.

Отличительный признак стиха- одинаковое количество слогов (силлабический стих), одинаковое число ударений (тонический стих). Чередование ударных и безударных слогов (силлабо-тонический стих) -это тот, которым сегодня пользуется большинство поэтов.

Теория ритмики, новой ритмики займет не одну страницу журнала, да и мы не ставим целью глубокое исследование данного явления в поэзии, к тому же, как ты, читатель, помнишь, в пятом номере «ОРФЕЯ» мы приводили пять основных ритмов- метров: ямб, хорей, дактиль, амфибрахий, анапест, чаще всего используемых авторами.

Интонация стихотворения неразрывно связана с ритмом, отсюда три основных типа лирики: стих декламативный, стих напевный, стих говорной. Создавая произведение, поэт организует, строит звуковое содержание стиха и это называется аллитерацией, когда поэт делает подбор слов, включающих в себя определенный звук, например, наплыв звука б (Будет баба Бубу бить, будет Буба говорить), как бы нанизывая звук в строчку частым его повторением.

(продолжение следует).

Член Российского союза писателей А. В. Шамов

Как лебедь белая, ты не теряла марки

Мой, милый друг, давай поговорим,

Кафешка у дороги… стоит кстати.

Перед разлукой посидим и помолчим,

Зарю припомним общую, закаты.

Ты, помнишь, я писал тебе стихи,

Купал в шампанском и дарил подарки.

И замирало сердце от касания руки,

Как лебедь белая, ты не теряла марки.

Слова твои, как оклик журавлей,

Что оставляют… гнёзда и надежды.

А волос белый – чистый лён полей,

Мне не ласкать его, уже, как прежде.

Мой, милый друг, прошу, вернись,

Когда заря вечерняя поднимет крылья.

Кода устану ждать, ты возвратись,

И душу от оков освободи бессилья.

Слова твои…

Как будто жизнь мою, шутя, листает

Читает женщина с листа стихи,

Со лба до самых губ эмоции сбегают.

И нотки голоса её на удивление чисты,

Со смыслом рифмы душу ублажают.

Читает с чувством… старые стихи,

Как будто жизнь мою, шутя, листает.

Срывает платье лет с целованной души,

И настоящее от сути жизни обнажает.

Читает женщина, не взять и не отнять,

Плывут, как бы, картина за картиной.

И чувств, что в сердце, верно, не унять,

И собраны мгновения жизни воедино.

Читает женщина и годы чередой,

Сбегают, снова, к школьному порогу.

И будто снова я душою молодой,

Восходит солнце и готов в дорогу.

И собраны мгновения…

И дарит сказку ночи огниво костра

Опять вернулось бабье лето,

Чьё оно… то, сразу не понять.

На пятна падающего света

Проворный жук хочет напасть.

Над дубом парусинит паутина,

Последним полнится душа теплом.

Веду за руку маленького сына,

И хорошо двум мужикам вдвоём.

Есть что-то сказочное у природы,

Есть то, что нам энергию даёт.

Есть вечность и запас свободы,

Природа отдаёт, того же… ждёт.

Рыбачим и уху на крутояре варим,

И с нами биоритмы самого Днепра.

Мы за чертой все хлопоты оставим,

И дарит сказку ночи огниво костра.

Опять…

Духовной реформы бы нам

Придумаю… дом и очаг,

Покой, наконец, обрету.

Мечтать научил меня враг,

Что сгинул в прошлом году.

На жертвы способен дракон,

Антихрист, уйди из дум.

Идёт в ад Орфей, что влюблен,

Пусть сердце решает, не ум.

Есть у России свой путь,

Задачи есть, и, есть силы.

Духовной реформы есть суть,

Есть миссия, предков могилы.

Духовной реформы бы нам,

А следом …пойдут другие.

Русь задолжала векам,

Были и есть идеалы святые.

Я Вас любил, когда Вы мило лгали

Я Вас любил… минуты в вечность,

Казалось сердцу это Бог простит.

Но жизнь по каплям в бесконечность,

Когда ты чувствам, как ветрам, открыт.

А, Вы на спор моим играли чувством,

Тем, что на рифмах я сонетов записал.

Ушли, я понял, не бывает много грусти,

Предали, я о том стихи, всю ночь писал.

Я, Вас любил и искренне, и нежно,

И строил планы, как мы будем жить.

Смеялись Вы, рукой махали грешно,

И обещали, как царя, меня любить.

Я Вас любил, когда Вы мило лгали,

Когда намерено терзали сердце мне.

Вы, словно птицу, сердце расстреляли,

Капли свинца остались у души на дне.

Строчки вспомнят мои про Афган

Может завтра случиться и… кану

В небытие, чтобы путь вновь начать.

И тогда, видит Бог, перестану

В дев влюбляться, о счастье писать.

Пусть заплачут дожди, коль случится,

Вниз с небес оборвётся звезда.

Только буду красавицам сниться,

Ведь над счастьем безвластны года.

Мужики на войне, автомат заряжая,

Строчки вспомнят мои про Афган.

Вспомнит Родина, мать не злая,

Вспомнит, может, седой ветеран.

Может завтра случится, не знаю,

Только строчки стихов… сохрани.

Я из бронзы смотрю и страдаю,

Из железа… не сбросишь штаны.

Превыше служба, ждёт вокзал, перрон

Под абрис бёдер женская мятежность,

И веки дрогнут вдруг из-под ресниц.

От алых губ той нотой тонкой нежность,

Где безупречность слов и благородство лиц.

Ты, милая, в общении совершенство,

Интеллект и черты… и тут не устоишь.

Я из порока извлекаю сладкое блаженство,

Ты леди умная, и потому меня простишь.

И крутит карусель любви, и осень в окна,

Превыше служба, ждёт вокзал, перрон.

Ты провожаешь, так же хороша и бесподобна,

Сплакнула, помахала… и я прыгаю в вагон.

Ты, безупречна, друг мой, и томит печаль,

Я ветреней и пагубен в привычках и натуре.

И делит наши души снова голубая даль,

И рад я почему-то, извини, отпетой дурре.

От алых губ…

И на заказ пишу соседки молодой, портрет

О чём гармонь под вечер вновь страдает,

Засыпан дворик в осень павшею листвой.

О чём душа в миноре, снова вспоминает,

Какой ещё живёт, не устоявшейся мечтой.

Туман октябрьский пеленой клубится,

А жизни цвет, как бы, опал по смене лет.

Возможно, небо даст ещё мне раз влюбиться,

И на заказ пишу соседки молодой, портрет.

Гармонь выводит вновь свои куплеты,

Два одиночества… луна и я, грустим.

Погоны офицерские, как родовые эполеты,

Напоминают, что когда-то, был и я любим.

Возьму гитару, напою из лучших песен,

Про ночку тёмную, про серые глаза.

Прекрасен в пятьдесят мир этот и чудесен,

Когда светла, ещё светла сама душа.

Горло сдавила и душит рубаха

Эти опальные листья во дворик,

Осень по бабьему лету бредёт.

Сердцу милы те осенние зори,

Долго пылает калина… и ждёт.

День отгорел, Днепр тихий зеркален,

Позднюю ягоду… в осень берём.

Листья, летящие с красных подпалин,

Октябрь подарит желанным нам сном.

Эти опальные дни, что в Черкассах,

Мне не забыть никогда и нигде.

Горло сдавила и душит рубаха,

Долго идти нам к упавшей звезде.

Зрелая осень, ей золото в косы,

В косы твои с неба алый листок.

Светлой слезою те поздние росы,

Позднего счастья родимый исток.

День отгорел…

Бьётся о небо стальное вновь колокол

Перед иконою девочка молится,

Время вернулось, как будто назад.

Ты сохрани, и я, знаю, исполнится,

Будем стоять у небесных все врат.

Перед иконою свечка вся в сполохах,

Образ Марии, дитё на руках.

Бьётся о небо стальное вновь колокол,

Это любовь побеждает, не страх.

Образ России да с образом матери,

Снова в сознании нам надо держать.

Главное что-то мы в жизни утратили,

Есть государство, народ не сломать.

Перед иконой поплакала девочка,

После беды… Бог нам силы даёт.

Явор поднялся за веточкой веточка,

Народ мой за образом встанет, пойдёт.

Перед иконою…

В глазах холодных правды не найти

Я не люблю невежд и им подобных,

Тех, что не ценят человеческой души.

Людишек… к блуду, вракам склонных,

За что любить глупцов, скажи?

Что так усердно всех нас учат,

За соглашением власть прибрав к рукам.

Они нам мстят и по привычке сучат,

Что делать остаётся, друзья, нам?

К мамоне все, прости, их устремления,

Себя, даже, не любят, с тем живут.

Не интересно с ними, все сомнения

К пустой душе, потом, их приведут.

Что говорить… и выжжены их годы,

В глазах холодных правды не найти.

Скучны, и тешат их одни раздоры,

И хочется, увидев это, сразу отойти.

Я не люблю…

Порою, снятся ужасы войны, за той чертою

Как белый гравий, на цветы простой сирени,

Вдруг крупный град ударил по весне.

Мы в кучу жались, и военкомата мокли стены,

Нас отправляли к рубежам, в помощь стране.

Десантные войска, к лопаткам липнет роба,

Тахтабазарский рейд и тактика три дня.

И чтобы дух поднять, и вызвать силу чтобы,

Мы дрались в спаррингах, партнера не виня.

Войну ту на плечах мы вынесли с тобою,

Мой, одногодок, и вернулись в страну вновь.

Порою, снятся ужасы войны, за той чертою,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.