Рациональное общество
Том 1 (избранные статьи): от естествознания к системному обществознанию
Александр Васильев

© Александр Васильев, 2022

ISBN 978-5-0056-0832-1 (т. 1)

ISBN 978-5-0056-0833-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Предлагаемое вниманию читателей издание в значительной степени определёно особенностями научно-творческого развития автора. Оно представляет собой собрание избранных статей, которые публиковались ранее на одном из научно-публицистических интернет-ресурсов. В них внесены лишь небольшие корректировки, хотя для многих желательна, конечно, и серьёзная переработка, – соответственно научному развитию автора за многие годы. Здесь представляется необходимым кратко раскрыть особенности этого развития на сложившемся исследовательском пути. Это необходимо и для пояснения стиля изложения, – определенного, главным образом, стремлением передать сущность предельно кратким описанием, – с использованием общеупотребительной терминологии, и с главной целью – возбудить у читателя глубокие системные размышления о рассматриваемом предмете.

Будучи инженером-системотехником по профессиональному образованию и в связи со значительным опытом разработки, проектирования и настройки на объектах, сдачи Заказчикам сложных систем автоматики, свои первые работы 1990—1995 годов, инициированные известными политическими событиями, я начал именно с системных исследований человеческого общества как такового. Сразу же был поставлен главный (стратегический) исследовательский вопрос – почему в естественной живой природе все организмы столь совершенны для жизни в окружающей среде при столь скромном вещественном содержании, а человеческое общество до сих пор столь несовершенно?! И не столь продолжительные системные размышления (на основе достаточно хороших знаний в общей биологии) быстро дали, – можно сказать эвристически, полноценный и научно продуктивный (как оказалось в дальнейшем) ответ. Была, как говорится, вскрыта всеобщая функционально-системная основа организмов (полноценных в этом плане), которая научно сформулирована как всеобщий (единый) функциональный комплекс «живых организаций». Сразу же была показана «системная трансформация» его на человеческое общество, – через жизнедеятельность человека, с образованием «живой организации» высшего эволюционного уровня. Этот термин был введен вместо научно пустого термина «организм», поскольку он согласован с такими понятиями как «живое движение» (В. И. Вернадский), «живая система» (как формализованное описание организма, живой организации) и с «организационной наукой» А. Богданова.

Данная системно-эвристическая «находка» сразу же подверглась научной выверке (благо рядом имелись богатые научные библиотеки) и после положительного результата была воспринята, конечно, как научное открытие. Возникла даже идея зарегистрировать его, но, как выяснилось, ввиду известных экономических реформ прием соответствующих заявок был прекращен. Таким образом, основные усилия были сразу же направлены на дальнейшее развитие полученного результата и на поиск возможных единомышленников, сподвижников в научной работе. Через издававшийся с 1970 г. научный ежегодник «Системные исследования» было найдено научно емкое сообщение А. Л. Тахтаджяна о тектологии Александра Богданова, которое дополнительно воодушевило меня на поиски возможных путей научно-организационного развития. Удалось связаться по почте (в то время бумажной) с самим Арменом Леоновичем (он работал в академическом институте при Ботаническом саде Ленинграда), который сообщил о том, что в Москве живет сын А. Богданова и дал его адрес, а в нашем городе, сказал он, вряд ли кто занимается системными исследованиями в данном направлении. Тем не менее, он дал конкретный адрес одного из сотрудников института АН СССР, который знает, возможно, где найти близких исследователей. Таким путем и удалось выйти сначала на двух философов, – А. С. Мамзина и В. Н. Сагатовского, а несколько позже и на социолога В. Келасьева, – из нашего ведущего Университета, которые были близки к системным исследованиям, но не занимались ими достаточно плотно, поскольку были загружены своей основной работой по планам Университета. К сожалению, наиболее близкий к моему направлению философ М. И. Сетров несколько лет ранее переехал на работу в Одесский университет, так что установить научный контакт с ним не удалось. Ко времени встреч и кратких бесед с указанными учеными (1994 г.) мною уже были написаны и изданы (с помощью первых в то время предпринимательских научных издательств) три брошюры (минимальным тиражом), – в качестве «пробы пера», для привлечения интереса ученых к авторскому направлению системных исследований.

Это «Основы организации общества (системное исследование)», – о природных основах, «внесенных» в общество человеком, «Основы экономики общества (системное исследование)», – о природных основах, и «Метаэкономия (размышления от истоков)».

Две первые были представлены указанным выше ученым, получили положительные оценки, но не более того, – поскольку все были заняты своей основной работой. В дальнейшем эти первые печатные работы передавались потенциальным исследователям, которые встречались автору на изредка возникавших научно-философских семинарах. Они были переданы и в фонд Российской национальной библиотеки. Надо отметить, что в связи со сложной, неопределенной политической ситуацией в стране того периода было принято решение издать эти брошюры под псевдонимом Александр Тектон, – под воздействием статьи А. Л. Тахтаджяна о «тектологии» А. Богданова и самой «организационной науки», – к развитию которой я и был устремлен, в сущности, в приложении к самому сложному объекту – человеческому обществу.

К сожалению, найти сподвижников мне так и не удалось. Это, как было понято и спокойно принято позже, объяснялось не только слабым ещё распространением системных исследований как таковых (преимущественно в Москве, см. Ежегодник «Системные исследования»), но и сложной политической ситуацией в стране. С другой стороны, индивидуальное научно-философское развитие автора с легко доступным и богатым библиотечным обеспечением, с достаточным количеством свободного от основной работы временем (существенно возросшим в связи с экономическими реформами) оказалось, как теперь видится, наиболее сосредоточенным (без отвлечения на дискуссии) и плодотворным. К тому же богатство рабочих библиотек позволяло осуществлять постоянную научную выверку полученных результатов по авторитетным и прочим источникам, инициировало развитие исследований всё новыми и новыми находками в солидных монографиях и периодике. Таким путем осуществлялся и рост научно-философского самообразования автора.

К дню Первого общероссийского философского конгресса 1987 г. автор был увлечен уже системным исследованием «движения», в научно-философском его понимании, то есть на всех уровнях его реализации в нашем мироздании, и конечно наиболее важными его реализациями – движением (поведением) человека и движениями в обществе. Соответственно, вниманию участников конгресса было представлено краткое эссе под названием «Философия движения как программное направление научного возвышения философии и единения научного знания» (Том 5 материалов конгресса). Отклики на это предложение в последующих философских изданиях («Вопросы философии», «Общественные науки и современность» и др.) автору, к сожалению, не попадались. Поэтому пришло решение самостоятельно развить предложенные тезисы с публикацией небольшой книги общеобразовательного характера, под тем же псевдонимом и с названием: «Что движет …? От частной устремленности к системной целесообразности (философия движения в категориях)». Кстати, первой категорией в ней было выбрано понятие «Автор». Он представлялся (в системном подходе) как «автоорганизатор», – движения человека, субъекта тех или иных действий, – определяемых «движением сознания» (поэтому я и говорю здесь об авторе представляемых исследований от третьего лица). В современных социологическом и философском языках уже широко используется термин «актор». Как и первые брошюры, указанная книга была частично распространена по некоторым перспективным для развития адресам и передана (как дар) в РНБ. Поскольку в тот 2005 год я уже владел компьютером, то в РНБ была передана и электронная копия. Позже выяснилось, что она была включена в электронный каталог.

Достаточно длительные и глубокие исследования по направлению «философии движения» позволили автору внести в системные исследования общества и человеческой жизнедеятельности определенные мировоззренческие и системные взгляды. В частности, позволили развить понятие механической стационарности движения, применительно к общественной жизнедеятельности, к общественному производству и другим сферам, к понятию функциональной стационарности. Но главное, позволили, после изучения соответствующих научных работ, особенно М. Д. Ахундова, предложить авторское научное понимание времени как продукта сознания. В ближайшем будущем все статьи автора о «движении» и сопутствующих понятиях Механики (масса, энергия, время и пр.) составят, очевидно, отдельную книгу.

Все кратко перечисленные и другие этапы научно-философского развития автора позволили перейти и к системным исследованиям наиболее сложной, экономической сферы общества. Они, как и прежние, определились эволюционно-системным подходом автора, экономической историей мира, выдающимися зарубежными и отечественными исследованиями, и великим опытом СССР. Соответствующие результаты будут представлены во втором томе, поэтому данное Предисловие относится и к нему.

В процессе многолетних исследований автором собран достаточно большой массив научной литературы (в эл. форматах), которая использовалась для проверки авторских подходов и результатов. Соответственно, она представлена и во всех главах (статьях), с указанием ссылок на электронную интернет-библиотеку (многие книги можно найти через поиск в ней, после регистрации). К некоторым статьям добавлена недавно изданная литература, добавлены также ссылки на электронную библиотеку (без повторения их в других статьях).

Большинство представленных статей было оформлено много лет назад и, соответственно развитию автора (как отмечалось выше) они требуют, конечно, серьёзной доработки (переработки). Но для этого необходим, как минимум год плотной работы (с учетом возраста и других дел) и, главное, с неизвестным конечным результатом. Поэтому я принял решение представить свои работы, как говорится, в «сыром» (сыроватом) содержании, с надеждой на положительное восприятие их исследователями-профессионалами и надлежащее развитие ими основных, актуальных для российского общества результатов.

1. От Клода Бернара и Норберта Винера к современности: от «гомеостаза» к общественно целесообразной «стационарности»

1.1. «Целесообразная стационарность»

Концептуальная идея гомеостаза, которую выдвинул французский биолог Клод Бернар, была широко воспринята и получила признание, определённое развитие в биологии и медицине. Но, показательно то, что даже сейчас мало кто знает, что известный отец современной кибернетики попытался развить это теоретическое обобщение Бернара применительно к обществу. Ниже приводится соответствующая статья Н. Винера, переведенная и опубликованная М. Грачевым (в своей интернет-библиотеке). Сейчас я возвратился к ней в связи с недавней публикацией своего проекта «энциклопедической» статьи об обществе как таковом, в которой понятие гомеостаза приводится без пояснения, как базовое понятие гомеостаза человека. Применительно к обществу в целом, как метаорганизму, это понятие должно быть адекватно развито и обозначено другим термином. Здесь, в порядке введения, я хочу представить в этом плане некоторые соображения на основе научно ёмкого, но, можно сказать, совершенно не используемого в общественных науках понятия «стационарности». Хотя оно и родилось в Механике, но его содержание научно обосновывает использование во всех сферах, где необходимо отразить существенное постоянство тех или иных параметров, того или иного процесса, комплекса процессов. В совершенном (рациональном) обществе все нормативные деятельности должны осуществляться целесообразно, соответственно целевому программированию на определённый период. Но, научные исследования общества, в том или ином плане, должны анализировать не только изменения, как результат тех или иных деятельностей, но и всё значение постоянства тех или иных факторов, процессов, объектов. Уже в первом научном приближении можно видеть, что для достижения той или иной цели в системе деятельности (в том или ином производстве) необходимо постоянство вполне определённых составляющих, которое можно научно обозначить «целесообразной функциональной стационарностью».

Особенность этой невидимой функциональной стороны всей общественной, нормативной и творческой жизнедеятельности состоит в том, что определенное постоянство привычно для всех от рождения, воспринимается как нечто объективно данное, само собой разумеющееся. И лишь научное познание «открывает глаза» на сущность того, что скрыто от естественных глаз. Оказывается «постоянство» человека («живой организации») обусловлено сложнейшими комплексами процессов в организме. А постоянство свойств «косных» вещественных организаций обеспечивается внутренней стационарностью молекул и атомов, и недостаточно ещё понятыми процессами микромира. По этой же естественно-жизненной причине, даже большинству учёных непонятна ещё величайшая организующая роль времени, как параметра наиболее стационарного процесса (принятого за эталон, при непонятых ещё основах его стационарности), в глобальной и локальной самоорганизации человечества.

Для человека общества как деятельной Единицы, включаемой в те или иные системы деятельности, кроме базисного биологического гомеостаза (здоровья), необходимы ещё и социально-поведенческая (этическая) стабильность, стабильность отношений в системах деятельности (принято говорить «стабильная работа», постоянные занятия, семейное благополучие), – как комплексная стационарная Основа общественно полезной деятельности и полноценного развития.

Эти вводные суждения я делаю до внимательного чтения статьи Н. Винера сознательно, чтобы предоставить возможность читателям сопоставить подходы и взгляды на сложную функциональную сущность общества. Сделаю только одно предварительное общее замечание к его статье. Хотя многим и понятна специфика работ учёных далёкого прошлого, но надо всегда хорошо представлять, прежде всего, уровень научных знаний того периода, господствующие идеологии и условия работы учёных, их отношения с административными и властными органами. Надо также напомнить, что Н. Винер специализировался как математик.

В плане истории использования понятия гомеостаза философами и обществоведами нашей страны можно кратко отметить следующее. Со времен Н. Винера эта тема была непривлекательной для них, поскольку вплоть до «перестройки» все придерживались марксистско-ленинской философии. Лишь часть философов, освоивших теоретические обобщения естествознания, среди которых ведущее место занимал В. Г. Афанасьев, постепенно (политически осторожно) формировала естественнонаучную мировоззренческую базу обществознания. В начале 90-х годов появилась коллективная монография АН СССР под названием «Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем». Однако по отношению к обществу это понятие не рассматривалось. Тем не менее, в этот же период появляются работы Ю. М. Горского и его единомышленников, в которых вводится понятие «гомеостатики» как науки, изучающей гомеостатические (в принципе) процессы в социо-технических и социально-экономических системах (см. литературу). В связи с реформами эти работы были некоторым образом развиты применительно к менеджменту и маркетингу (Теслинов А. Г. и др.).

Надо заметить, что профессиональные учёные работают главным образом над темами, которые могут продвинуть их по служебной лестнице. Что касается философов и социологов-теоретиков, то многим уже известно и отмечалось выше, что они либо никогда не опирались на естествознание (социологи, например), либо, в связи с отказом от советской философии, заменили эту основу на более удобные и благоприятные для карьеры «модные» (западные) направления. Однако, отсутствие знаний о естественном базисе, который обеспечивает существование человека и общества, то есть о надёжных опорах прогрессивной самоорганизации, всё более затягивает нерациональное общественное развитие (под воздействиями западного мышления) на неопределенный срок.

1.2. Норберт Винер об индивидуальном и общественном гомеостазисе

В рассматриваемом сущностном плане человека и общества, в их жизнедеятельном единстве, представляет определенный научный интерес, очевидно первая в мире статья на эту тему, переведенная в частности М. Н. Грачевым, – Общественные науки и современность. 1994. №6. С. 127—130. Оригинальная статья Норберта Винера была опубликована в «Журнале Института Франклина» в 1951 году (см.: Wiеnеr N. Homeostasis in the Individual and Society. // Journal of the Franclin Institute. – 1951. – Vol. 251. – Р. 65—68).

Здесь представляется целесообразным привести лишь некоторые, основные цитаты из неё, показывающие подход и уровень проникновения Норберта Винера в этот сущностный план.

«Одной из замечательных идей, привнесенных в медицину Клодом Бернаром, стало представление о гомеостазисе – механизме, посредством которого живой организм поддерживает параметры своей внутренней среды на таком уровне, когда возможна здоровая жизнь.…

Лет тридцать назад было трудно найти вне человеческого тела соответствующие аналоги этих гомеостатических механизмов».…

Далее Н. Винер рассматривает, в сущности, процессы адаптации организма человека в общественных условиях, как бы расширяющие его внутренний гомеостаз на гомеостатическое состояние в общественных условиях. Такой подход он использует и по отношению к государству, называя его «политическим организмом.

«Таким образом, можно констатировать, что обычный организм не обладает гомеостазисом, соответствующим всем его нуждам. То же самое не в меньшей степени относится и к политическому организму – государству.

Нельзя сказать, что государство не гомеостатично. Оно как минимум стремится обладать гомеостазисом. Именно это мы имеем в виду, когда, например, называем конституцию Соединенных Штатов «конституцией сдержек и противовесов». Это наше стремление к тому, чтобы администрация служила защитой от чрезмерной концентрации власти в законодательных органах и, наоборот, чтобы законодательные органы ревностно следили за вторжением исполнительных властей в сферу законодательства, а судебные власти наблюдали, чтобы действия обеих ветвей не противоречили национальным традициям. Я упомянул о национальных традициях, но вот в чем проблема. С одной стороны, мы не хотим быть постоянно ограниченными опытом прошлого, который не всегда применим сегодня. С другой стороны, национальные традиции не будут работать без определенного минимума исторического сознания и согласия с ними большинства населения. Мы очень восприимчивы к политике, которая может привести к высокому уровню безработицы или нищеты в обозримом для нас будущем. Но, как показывает история лозунга «Мир в наше время», мы не очень чувствительны к катастрофе, возможной в более отдаленном будущем, когда нас самих уже не будет, а бедствия обрушатся на наших потомков. Такое далекое будущее слишком нереально для большинства из нас. Да и как может быть иначе, когда для нас столь же нереально и прошлое.

Ощущение неразрывной связи с прошлым, свойственное старинным регионам Европы и в меньшей степени местам первых поселений в Соединенных Штатах, зависит не только от знания летописной истории, но и от наличия домов, дорог, ферм и городов, построенных прошлыми поколениями, от нашей близости к распространенному там образу жизни». … «Однако в больших городах или в условиях непонятной цивилизации переселенцев Южной Калифорнии, чьи предки покоятся в земле то ли Айовы, то ли Небраски и кто преследует в своей жизни единственную цель – ни от кого и ни от чего не зависеть, было бы бесполезно спрашивать, думает ли кто-нибудь из них о тех, кто придет после, и полагать, что это хоть как-то изменит характеры подобных людей. Тот минимум социальной памяти, который необходим для гомеостатического действия исторических чувств, слишком уж велик для переселенцев-сквоттеров. Не обладая этим минимумом, они бросают далеко идущий вызов в попытке создать на пустом месте все необходимое для своего вечного существования. Но, стремясь к достойному будущему, следует помнить о прошлом, и если существуют целые регионы, где осознание прошлого скомкано до размеров едва заметной точки на огромной карте, то не может быть ничего хуже как для нас самих, так и для наших потомков».

Приведенные фразы говорят о понимании Н. Винером общественного гомеостазиса как социально-психологической и государственной стабильности (информационной устойчивости), которое в научном плане не соответствует понятию его для естественного организма. Психологическая устойчивость (стабильность) характерна и для человека, но она относится к высшим функциям мозга. Гомеостаз же, судя по его установлению в науке, относится непосредственно к организму, к его функциональным (физиологическим) процессам и системам, в том числе к обеспечению нормального функционирования мозга, его функций, – относимых нами, кроме прочего, и к психике. Что касается общественного гомеостазиса, то здесь можно пока кратко заметить, что он определяется всем общественным производством (в широком, общественно функциональном его понимании, которое будет представлено автором позже) и распределением продукции для обеспечения нормального функционирования его человеческой животворной основы. К основным составляющим этой продукции, – в плане гомеостаза, кроме продуктов, обеспечивающих нормальный человеческий гомеостаз и техническую стационарность общества, надо относить, очевидно, и продукцию общественного здравоохранения, процессы оздоровительного производства, и продукцию информационного производства, направленную на обеспечение всей функциональной (деятельностной) стационарности общества. Полное научное рассмотрение общественного гомеостаза как функциональной стационарности общества (в авторском понимании) составляет, конечно, большую и сложную тему, требующую профессионального междисциплинарного рассмотрения и изучения.

Литература

1. Теслинов А. Г. Гомеостатика в организационном управлении // Информационные технологии в науке, образовании, телекоммуникации и бизнесе: Труды XXVIII Международной конференции IT+SE`. 2001. Украина, Крым, Ялта – Гурзуф, 20 – 30 мая 2001 г.

2. М. М. Салик, Ю. М. Горский, A.M. Степанов, С. В. Покровский. «Основные конфликты в обществе и модель отношений Человек-Природа». Гомеостатика – наука будущего. URL: www.humans.ru/

3. Горский Ю. М., Степанов А. М., Теслинов А. Г. Гомеостатика: гармония в игре противоречий. – Иркутск: Издательство «Репроцентр А1», 2008. 634 с. (см. аннотацию Теслинова – URL: http://www.teslinov.ru/public/book/annot.htm

……………………………………………………………………………………………….

Публикация первой статьи аналогичного содержания – 17.06.2011

2. Быть причастным к знанию (cognitio, лат.), к его общественно полезному развитию – императив современности

Эта, на взгляд автора, ведущая мысль известного ученого и общественного деятеля С. Г. Кара-Мурзы обращена ко всем образованным гражданам России в его лекциях по научно-общественной и общественно-политической тематикам, которые изданы недавно отдельной книгой под названием «Кризисное обществоведение» [1]. Лекции представлены автором (далее я продолжу такую замену имени) в следующей тематике.

Лекция 1. Обществоведение в России.

Лекция 2. Несоответствие между кризисом России и обществоведением: попытка объяснения причин.

Лекция 3. Типы знания, подавленного научным рационализмом.

Лекция 4. Научное знание и здравый смысл.

Лекция 5. Научное и религиозное знание.

Лекция 6. Сдвиг от реалистического сознания к аутентическому.

Лекция 7. Деградация рациональности в обществоведении. Гипостазирование.

Лекция 8. Утрата способности к рефлексии.

Лекция 9. Системный характер методологического регресса в обществоведении.

Лекции 10, 11. Мера.

Лекции 12, 13. Мифы общественного сознания.

Лекции 14, 15. Россия как цивилизация.

Лекции 16, 17. Типы общества.

Лекция 18. Русская революция в свете современного кризиса.

Лекции 19, 20. Гражданская война в России.

Лекция 21. Причины краха советского строя: результаты предварительного анализа.

Аннотация книги

Один из важных факторов краха СССР и глубокого кризиса России – слабость рационального (прагматического, научного) обществоведения. Проблема фундаментальна: ядро знания об индустриальном обществе должно быть рациональным, научного типа – традиционное знание недостаточно. Советское обществоведение методологически ближе к натурфилософии, чем к науке. Оно не смогло предвидеть катастрофического системного кризиса конца XX века. Постсоветское обществоведение, испытавшее травму, находится в еще худшем состоянии, уже не претендуя на объяснение реальности. Профессиональные сообщества распались.

Создание нового отечественного обществоведения – императив для России. Кризис, как особый тип бытия, требует обновления индикаторов, моделей, критериев.

Эта книга – курс лекций, прочитанных как введение в кризисное обществоведение, точнее, в прикладной анализ проблем, возникших в ходе кризиса государства и общества постсоветской России.

Издание предназначено для студентов, аспирантов и преподавателей социальных и гуманитарных наук, а также для широких кругов интеллигенции, думающей о путях выхода из кризиса.

В связи с тем, что научно-философское направление в обществознании, частично затрагиваемое автором, мне очень близко по собственным многолетним исследованиям я решил позволить себе высказать здесь ряд кратких замечаний. С основными же моими результатами можно ознакомиться через приведенный адрес публикаций [2]. Думаю, они будут полезны для формирования научного обществознания, которое, судя по моим поискам, уже заложено многими наработками инициативных исследователей и ожидает академической экспертизы и «сборки» (термин С. Г.).

Значительную часть своих лекций автор посвящает не столько научному обществоведению, сколько неведению относительно объективно действующих закономерностей в общественном воспроизводстве и результатам этого функционального изъяна в российском государстве как комплексе управления. Поэтому напрашивается дополнение названия книги: « … и – неведение». По большому счету, взглядом «сверху» на всё общественное развитие, можно заключить, что все беды, страдания и даже гибель бесценных Единиц общества есть результат невежества относительно самопознания, – по философски – самоотражения, которое через воспроизводство государства как комплекса управления всем обществом, – его структурно-функциональной организацией для воспроизводства и развития, определяет всю общественную жизнь. Интеллектуальные сообщества (по специализации), – когнитариат, как раз и назначены Природой (объективно, «свыше») для методологически совершенного отражения общества как такового и реального общественного развития на формализованном (в категориях и терминологии) языке науки, – для полезного сжатия информации в теории, комплексы и системы знаний, составляющие научное обществознание. Здесь я хочу предложить исторически сложившееся, на мой взгляд, разделение «рабочих полей» на «социологию», которая отражает «то, что есть», т. е. сложившееся состояние и тенденции развития; «обществоведение» (как введение в обществознание), которое объясняет «то, что было, есть и предвидится» на основе фактов истории, и «обществознание», которое раскрывает знания и закономерности (в т. ч. формирующие новые знания), посредством которых образовывались, росли и развивались общества. Последнее предоставляет также всем интеллектуальным сообществам, как ресурсам воспроизводства и развития государства (а в популярной форме и всему народу), всё новые знания, наиболее точно отражающие общество в его сущностном содержании, как метаорганизацию.

В связи с этим, в критике «перестроечной» деятельности советских обществоведов, социологов и других ученых общественной сферы полезно было бы акцентировать внимание на следующую, определяющую, на мой взгляд, особенность. Долгие годы партийного руководства наукой, можно сказать, «сделали своё дело» – обеспечили тот интеллектуальный парадокс, который произошёл в начале перестройки. Громадная армия ученых была «приручена» служить «партии и правительству», беспрекословно выполнять задания «сверху». То есть объективно необходимое, эволюционно предписанное Природой (действительно «свыше») служение общественного интеллекта Социуму как живой метаорганизации, её бесценным Единицам, – народу, было заменено номенклатурным услужением под лозунгом «Партия – наш Рулевой». Таким образом, ведущие академические сообщества просто продолжили служение Власти, ожидая, очевидно, (по привычке) безбедного существования. Кроме того, в профессиональной среде ученых рассматриваемой сферы (да и в других тоже) процветал индивидуализм и карьеризм, обусловленные самой системой аттестации ученых.

При всём мраке, раскрытом нашим интеллектуальным лидером, имеют место всё же и светлые потоки сознания, исходящие из общемировых достижений научно-философского мышления. О них следовало бы рассказать, конечно, наиболее подробно, наиболее полезно для нашего обществознания. Мне же приходится делать это кратко, ввиду недостатка научно-исторических материалов, – по опыту собственных исследований. В связи с мнением автора об отрицательном воздействии на отечественное обществоведение натурфилософии, необходимо начать это изложение издалека, но с очень важного, на мой взгляд, исторического периода. В спорах Энгельса с Дюрингом (выдающимся математиком, доктором наук, и натурфилософом), – см. историю «Анти-Дюринга», создатели марксизма формировали естественнонаучную философскую базу своего учения, – диалектический материализм. С современных научных позиций уже хорошо понятно, что методологически они действовали совершенно верно, однако им не хватало научных знаний о живой природе и человеке, и Энгельс прямо отметил это в «Диалектике природы». Так вот, именно это и недостаточно системное мышление Энгельса по сравнению с Дюрингом (опытным исследователем естествознания), обусловило, на мой взгляд, неосознанную методологическую ошибку, решительное отбрасывание всего, что было сделано Дюрингом в его «Философии действительности» и других работах, по причине неприятия его политэкономических взглядов (кое-что было всё же заимствовано, – надо изучать). Эта когнитивно исходная для марксизма история так и остаётся неизученной, по моим сведениям, учеными-марксистами с позиций современного научно-философского знания. Имеет место, очевидно, традиционная ошибка – следование авторитетам. Её, среди других, отмечал ещё Р. Бэкон, до Ф. Бэкона (по сведениям исследователя естествознания Н. Ф. Овчинникова). Думаю, марксизм, а следовательно и советское обществознание, приобрели бы более продуктивную для своего развития научную базу при научном сотрудничестве основоположников с Е. Дюрингом. И вот почему.

Натурфилософия стимулировала теоретические и системные обобщения в естествознании. Начатые Е. Дюрингом они продолжились и привели, среди прочих, к понятию гомеостазиса (гомеостаза), – предложенному физиологом У. Кэнноном, в 1929 г. Биологический энциклопедический словарь приводит следующую, очень важную для рассматриваемой темы фразу: « … идея о существовании физиологических механизмов, направленных на поддержание постоянства внутренней среды организма, была высказана ещё во 2-ой пол. 19 в. К. Бернаром, который рассматривал стабильность физико-химич. условий во внутренней среде как основу свободы и независимости живых организмов в непрерывно меняющейся внеш. среде. Явление Г. наблюдается на разных уровнях биол. организации». И вот, в 1991 г. (благодаря, кроме прочего, натурфилософии) большой коллектив СО АН СССР сделал итоговую работу по гомеостазу [2]. В то же время ученый – энтузиаст Ю. М. Горский обоснованно распространил это системное обобщение естествознания на социально-экономические системы, обозначив его гомеостатикой. Здесь нет смысла выстраивать все прочие обобщения в хронологическом порядке. Думаю, достаточно лишь перечислить наиболее значимые, на мой взгляд, и привести некоторые имена.

Итак, натурфилософия, совместно с естествознанием создавала мыслительную базу для общетеоретических и системных исследований и обобщений. Она способствовала, очевидно, и творчеству российского философа А. Богданова (Малиновского), формированию Общей теории систем, кибернетики Н. Винера. Философские исследования живой материи, жизни на базе достижений мировой науки, российско-советскими учеными сформировали базу для последующих системных исследований человека и общества. Многим хорошо известны следующие имена: И. И. Шмальгаузен, В. А. Энгельгардт, Э. С. Бауэр, Г. А. Югай, М. И. Сетров, А. Д. Урсул, В. С. Тюхтин, Э. С. Маркарян, В. Г. Афанасьев, Д. А. Поспелов. Перечень имен и значительных работ общемирового потока естественнонаучного и натурфилософского, а затем системного познания природы, человека и общества может быть расширен, конечно, каждым исследователем этого направления. Здесь я хочу отметить главное. Именно натурфилософия и последующее её развитие в системные исследования, и достигнутые обобщения позволяют понять всеобщие (системные) закономерности живой природы, внесенные прачеловеком в предобщественные, а затем и в первичные общественные формы организации жизни. Эти закономерности можно представить следующими функциональными комплексами, – которые образуют живые системы всех организмов (общепринятая в науке и философии формализация организмов): это комплексы гомеостаза, адаптации, управления и программирования развития [2]. Можно с большим интересом исследовать (достоверной научно-исторической литературы достаточно) какими средствами и как эти комплексы реализовывались и развивались с древнейших времен до наших дней. Понимание фундаментальной значимости их применительно к современному, сверхбольшому обществу, конечно же, сильно затруднено для многих, даже для профессиональных ученых. Поэтому и надо следовать совету Гераклита, усвоив кроме прочего и методологию системных исследований. Тогда можно увидеть, как эволюция человечества развернула первоначальные наборы деятельностей в указанных комплексах в широчайшие спектры, дополнила их многими вспомогательными видами и деятельностями по увеличению комфорта жизни. Надо понять также, что комплекс гомеостаза, свойственный физически цельным организмам, редуцировался уже в первичном сообществе в комплекс пространственно распределенных стационарных (в масштабах жизни) процессов (добыча питания, его распределение, поддержание устойчивости и защищенности жизнедеятельности первичными средствами самоуправления), – точнее процессов, которые поддерживались в допустимых для жизни пределах стационарности. Системно аналогичное пространственно-временное редуцирование произошло и с другими комплексами. Это очень интересная и продуктивная тема, но здесь приходится её завершить.

С. Г. Кара-Мурза говорит о «провале обществоведения» в СССР. На мой взгляд, научно продуктивнее говорить о провале государственного (партийного) управления совокупной деятельностью интеллектуальных структур в сфере производства знаний. В частности, управления производством фундаментальных и теоретических знаний, составляющих объективно необходимое обществознание, как наиболее точное самоотражение общества – метаорганизации. Известная установка на «партийность науки» могла быть полезной лишь при действительно ведущем научном состоянии партии. То есть академия наук должна была образовать высшие руководящие структуры некой «партии» и все подчиненные структуры, по действительно научному управлению обществом. Но, и этого недостаточно, поскольку требовалось адекватное (по состоянию общества) научное обществознание. И оно требуется всегда, как объективно необходимое информационное обеспечение «успешной» (как сейчас говорят) жизнедеятельности общества в целом (в изменяющихся условиях окружающего мира). Здесь полезно вспомнить исследование Аристотелем государственных устройств и выбор им в качестве наилучшего «аристократического государства» (аристократы в его бытность отличались наивысшими познаниями). Выдающийся ученый и общественный деятель Франции Андре-Мари Ампер, составляя классификацию наук, отводил высшие места наукам, обеспечивающим наилучшее управление обществом. Примечательно, что и советский академик В. Г. Афанасьев (учитель партии) предлагал научное управление обществом ещё в 1970 г. Но партия считала, очевидно, что при такой армии ученых она управляет обществом вполне научно, на незыблемой и прочнейшей основе марксизма-ленинизма.

В отношении якобы передовой теоретической социологии, развивающей авторитетную социологическую мысль, надо заметить, что она исходит всё же из закономерностей, существующих в современной, или в достаточно развитой прошлой социальной организации. Однако в сверхсложном цивилизованном обществе имеют место наслоения и комплексы искусственных организаций и соответствующих процессов, делающих невозможным видение фундаментальных естественных закономерностей. Они и не были увидены (по моим сведениям), хотя исследователи структурно-функционального направления подошли в этом плане наиболее близко (опять же, используя системные обобщения, подготовленные натурфилософией). Кроме отмеченного, современные социологи начинают свои исследования, конечно же, не с естествознания и его обобщений, их исследования подвержены политической и экономической детерминации (это видно уже по первым строкам). Не могу не повторять методологический совет Гераклита эфесского: «Только тогда можно понять сущность вещей, когда знаешь их происхождение и развитие» (из книги Лорена Грэхема).

В связи с резким и значительным снижением научной деятельности в результате «перестройки» и реформ, и кризисным их ходом, многие пытливые ученые взялись за самостоятельные исследования. Возникли неформальные группы, семинары, издательская деятельность. За более чем 20-летний период создан существенный пласт не только обществоведческих работ, но и общетеоретических, философских и естественнонаучных. Весь этот ценный, судя по моим сведениям, научный задел остается неизученным (некому!). В обществе нет объективно необходимого высшего метагосударственного экспертного Совета. Осмыслению этой и прочих проблем информационного обеспечения целесообразного общественного воспроизводства и развития должна помочь, на мой взгляд, системная модель «успешного человека». При решении каких-либо проблем деятельности он руководствуется не только прежней информацией, – в частности, полученной извне профессиональной, но и новой, добываемой собственным мышлением, креативными свойствами сознания. Такими же свойствами обладает ведь и общественное сознание. Общество «занимается» широчайшим спектром деятельностей, обеспечивающих (в «разумном обществе») его объективно необходимые характеристики по отношению к окружающему миру. Но, Ему объективно предписана и особая, главная деятельность: самоорганизация, обеспечивающая эффективность всей совокупной жизнедеятельности (по воспроизводству и развитию необходимых характеристик). В этом плане можно сделать обобщенный вывод: современная Россия относится к этой деятельности слишком легкомысленно, виною чему, по всей видимости, традиция использования политического обществознания, т. е. знаний (информационных средств) усвоенных и используемых государственным комплексом управления.

Автор рассматривает проблему конфликта между научным знанием и этическими ценностями, ставит вопрос о разделении научного знания и этики (Лекция 3). На основе своего опыта исследований я могу сказать в этом плане следующее. Как религиозная, так и светская этики служат, просто говоря, для определенной стабилизации общественных отношений, отношений между людьми в различных системах (организациях) деятельности и на семейном уровне общежития. Это суждение, теми или иными словами, высказывали многие мыслители. Системные исследования научно подтверждают его. Морально-нравственное единение (коллективизм) выработано ещё в древности как эффективный способ совместной деятельности в направлении какой-либо общей цели. Современная системная организация производственной деятельности устанавливает определенные (строгие) нормы отношений между человеческими структурно-функциональными Единицами, и их отношений с машинными производительными средствами, обеспечивающие надёжное, эффективное и безопасное производство. В каждой современной организации, осуществляющей какую-либо деятельность, существует так называемая этика, обеспечивающая эффективное (адекватно управлению) достижение целей организации (кроме прочих средств). Всеобщая социальная, или общественная этика традиционно направлена на обеспечение наиболее благоприятного общежития, то есть на минимизацию всевозможных нарушений Порядка, влекущих те или иные потери, общественные или личные. Таким образом, этика выступает как комплексное информационное средство (этическая система), обеспечивающее целесообразную стабилизацию функциональных, социальных и межличностных отношений в организациях и социуме. Многие системные исследования показывают, что этика входит в область этих исследований и является, таким образом, научно познаваемой и доступной для оптимизации по целям организации человеческой деятельности и общежития. Отсюда, отмечаемые многими этические ценности являются в сущности средствами достижения цели, в организации (общежитии), где эти цели используются, или предполагаются к использованию. То же самое можно сказать и в отношении «ценности» как общеупотребительного понятия, что становится виднее при системном исследовании конкретного использования «ценности». Здесь можно сделать уже и общее замечание. Системный подход в познании общества как такового, его организации от истоков социогенеза и последующего креативного, научно-технического и политического развития, с использованием достижений естествознания и прочих достижений в познании природы, человека и общества снимает многие проблематичные вопросы, поставленные автором. Приводимое им суждение «виднейших философов рационализма» о том, « … что научное знание никак не может иметь «решающего значения» для жизни общества», надо подвергнуть, на мой взгляд, решительному и научно оправданному сомнению.

Все социальные революции в конечном итоге есть концептуальные информационные преобразования в комплексе управления обществом – в государстве. Поэтому в современный период, характерный наиболее опасным состоянием общества и в то же время наиболее высоким научным самопознанием, достигнутым интеллектуальными сообществами, объективно уместно «революционное Заявление» (которым было бы логично закончить, к примеру, «Манифест сути времени»). Это Заявление должно исходить от всего передового в научно-общественном плане интеллектуального сообщества, представляемого ведущими деятелями науки, и должно провозглашать объективную необходимость цивилизационного перехода от архаичных силовых методов в государственных преобразованиях (революциях) к интеллектуально-информационным методам и процедурам, с использованием знаний, выработанных отечественной и мировой наукой за последние десятилетия.

Приводимое автором рассматриваемой книги высказывание Ф. Бэкона «Знание – сила» является просто эмоциональной реакцией на результат его удачного применения, и потому требует существенной корректировки. Знание в действительности является информационным средством, которое может обеспечить результат более высокого порядка, чем какая-либо сила. К тому же, если в результате использования «знания» имеет место разрушительная сила, значит это вовсе не «знание», а невежественное применение «информационного средства», названного кем-то «знанием». Таким образом, в научной и политической деятельности, применительно к рассматриваемой тематике, необходимо руководствоваться не эмоциональными оценками знаний и не именами их носителей, а решениями высшего, метагосударственного экспертного Совета. Вот это действительно насущная проблема, которую необходимо срочно решать, чтобы обеспечить успешный эмерджентный переход общества на новый цивилизационный уровень, – в состояние целесообразной (по отношению к окружающему миру и собственному содержанию) общественной системы, предписанной Природой для живой метаорганизации, названной (когда-то и кем-то) «социумом» и «обществом».

Литература

1. Кара-Мурза С. Г. Кризисное обществоведение. Часть I: Научный эксперт; М.; 2011 (и другие работы по рассматриваемой тематике, размещенные в указанной библиотеке). URL: http://publ.lib.ru/ARCHIVES/K/KARA-MURZA_Sergey_Georgievich/_Kara-Murza_S.G..html#50

2. Васильев А.: 1) Общество. Энциклопедический проект. URL:

http://www.trinitas.ru/rus/doc/0016/001c/00161832.htm; 2) Там же: Политика и наука: системный взгляд; 3) Государство. Системный взгляд на генезис и современность; 4) «Системно адекватное знание» как объективная необходимость; 5) «Философия движения» как междисциплинарное интегративное направление системных исследований.

«Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.16829, 23.09.2011

3. Единый системный комплекс живых организаций

«…пути стихийно-организационного творчества природы и методы сознательно-организационной работы человека, взятые по отдельности и вместе, могут и должны подлежать научному обобщению» (А. Богданов «Тектология. Всеобщая организационная наука»)

Настоящая статья имеет целью кратко представить авторское системное обобщение и обозначить тем самым обширную тематику междисциплинарных системных исследований в сфере теоретической биологии, – на структурных уровнях организации жизни, вплоть до социального уровня, и, стало быть, исследований теоретической социологии, теории организаций.

Биофизические аналогии человека и социума давно были замечены натурфилософами, – исследователями жизни. В философии средних веков сформировалось соответствующее направление, – «органицизм», которое получило наибольшее развитие в так называемой «Органической школе Спенсера». Однако в тот период философского познания природы и человека недоставало научных знаний и методологических средств, чтобы раскрыть фундаментальные основания жизни и, опираясь на них, сделать наиболее приближенные к реальности обобщения. Лишь с развитием научного естествознания и философского осмысления его достижений такие возможности всё более накапливались и качественно возрастали. Они сформировали такие дисциплины как теоретическая биология (Бауэр Э. С. и др.), общая теория систем, кибернетика (как наука об управлении в живой природе и технике), теория информации и пр.

Итог более чем векового научного познания жизни представлен великолепной работой коллектива немецких ученых под руководством Э. Либберта, в 1975 – 1982 гг., книгой «Основы общей биологии», – рабочей книгой для многих исследователей (как определил её сам Э. Либберт) [21]. Она рассматривает главным образом биохимические и биофизические, энергетические основания и средства организации живых форм, организмов. В ней кратко раскрыты также и некоторые информационные основы системной организации жизни. Научно-философские, или метанаучные обобщения закономерностей живой природы были выполнены несколько раньше, широко известной работой Берталанфи по общей теории систем, а также Н. Винером, – «отцом» кибернетики как науки (установившем информационные закономерности управления в организмах) и другими учёными. Некоторые современники того периода отмечали, что Берталанфи использовал выдающуюся работу нашего философа Богданова (Малиновского) по «организационной науке» – тектологии (из статьи А. Л. Тахтаджяна о тектологии Богданова) [25]. Системные исследования живой природы в советский период начались, можно сказать, с кибернетического подхода И.И.Шмальгаузена [29]. В этом плане надо указать также на работы В.А.Энгельгардта и В. И. Кремянского, которые исследовали структурные уровни и информационные закономерности в организации живой материи [13]. В 70-80-х гг. системные исследования, несмотря на партийное управление наукой, достигли всё же существенных результатов и даже подвигли некоторых ведущих учёных на системные исследования общества как такового и даже существующего (В. Г. Афанасьев, Э. С. Маркарян, М. И. Сетров и др.) [1], [15], [23]. Научно логичным и знаменательным событием явилась работа коллектива СО АН СССР по базисному комплексу живых организаций (который будет рассмотрен ниже) [11]. В тот же период, школой И. Пригожина была представлена выдающаяся работа, углублённо анализирующая физические и химические основания зарождения жизни и становления её системных оснований [2]. В западной теоретической социологии сформировалось широко известное в научных кругах структурно-функциональное направление, которое соприкасается с системным подходом [15; 16]. Путь его развития, определившийся работами Г. Спенсера, О. Конта, Э. Дюркгейма, Т. Парсонса, Р. Мертона и др. наиболее близок кратко представленному здесь авторскому пути. Многие критики отметили недостаточную эволюционность структурно-функционального подхода, с чем надо, конечно, согласиться. Критический анализ прочих отличий требует, конечно, отдельного исследования.

Указанный (попавший в обзор автора) научный материал и другие работы этой тематики позволяют лучше понять и оценить научную и общественную полезность кратко представленного ниже системного обобщения (предварительно обозначенного заглавием статьи). Хотя отдельные составляющие единого комплекса достаточно глубоко рассмотрены во многих работах, их системное представление в функциональном единстве дает научную основу для прогрессивных системных исследований предсоциальных и последующих социальных форм жизни. Рассмотрим основные составляющие этого комплекса, с кратчайшим их раскрытием (поскольку оно для многих специалистов уже не требуется и может быть выполнено ими самостоятельно и более профессионально).

1. «Комплекс стационарности» (обеспечения стационарности, или гомеостаза в физически цельных живых организациях).

Из физических оснований зарождения жизни, первичных её форм, известны процессы обособления физико-химической системы относительно окружающей среды и установление определенных обменных процессов с ней, обеспечивающих динамическое равновесное состояние, которое с точки зрения основных физических параметров этой обособленной системы можно рассматривать, на определенном временном интервале, как стационарное состояние. Динамическое равновесие, – характерное для всех организмов, обеспечиваемое обменными и другими процессами, рассматривалось многими исследователями как основной признак жизни. Идея наличия внутренних механизмов поддержания такого равновесия была высказана К. Бернаром ещё во 2-ой пол. 19 века. Он рассматривал стабильность физико-химических условий во внутренней среде как основу свободы и независимости жизнедеятельности организмов в непрерывно меняющейся внешней среде. В результате развития этой идеи У. Кенноном и введения им соответствующего термина гомеостаз это системное понятие получило широкое распространение и использование в науке [4; 11; 12]. С физической точки зрения оно отражает автосохранение стационарного состояния организма (в определённых пределах). В функционально связанных сообществах организмов, т. е. в физически распределённых живых организациях, также поддерживается определённое состояние в пространстве и «внутреннем времени», выгодное для сообщества по целям устойчивого (надёжного) существования и воспроизводства. Оно обеспечивается уже не только свойствами организмов в этом плане, но и информационными связями на носителях адекватных биофизической и эволюционной (генотипной) сущности организмов. Для таких организаций характерна, таким образом, стационарность в пространстве, относительно параметров сообщества как функционально цельной организации по отношению к окружающей среде, на определённом интервале времени. Стационарность поддерживается в такой организации определёнными согласованными действиями и взаимодействиями составляющих её организмов (классический пример – муравейник). Надо заметить, что стационарность есть фундаментальное свойство вещественных организаций (вещества), основанное на стационарности микро- и мини-организаций, – атомов и молекул. Она, можно сказать, привычна, даже для физиков, но если посмотреть «со стороны», абстрактно выйдя из привычного мира, то всё величие стационарности просто потрясает, – можно сказать, на ней держится весь наш мир!

2. «Комплекс адаптации». Этот комплекс не требует развёрнутого описания и особых пояснений. Он достаточно понятно объясняется ещё в начальных программах биологического образования, через термин «адаптация», который уже широко используется в современной общественной жизни, во всех сферах деятельности человека. Здесь полезно лишь подчеркнуть, что адаптация осуществляется действительно комплексом средств, который в эволюционном развитии организмов достиг состояния сложнейшего иерархического системного комплекса (см. физиологию животных и человека). И это достижение эволюции существенным образом увеличивает надёжность существования живых организаций (живучесть) в изменяющихся условиях нашего мира, от простейших организмов до человека и социума. Как и гомеостаз, адаптация в распределённых организациях осуществляется посредством информационных связей через окружающую среду.

3. «Комплекс развития» (программно-управляемого и целесообразного развития). Этот комплекс образовался в качестве первоосновы жизни, совместно с комплексом стационарности, и на основе потрясающей стационарности сложнейших молекулярных соединений и систем. В начале эволюции жизни он обеспечивал деление клеток, затем образование многоклеточных организмов, их воспроизводство и т. д. (см. основы общей биологии). Всеобщий принцип и соответствующие генотипные комплексы реализации программно-управляемого развития живых организаций эволюционно распространились по всем структурным уровням жизни, на основе соответствующих генетических механизмов развития организмов. Начиная с некоторых уровней сложности, генотипный комплекс стал дополняться системами целесообразно управляемого развития организма в окружающей среде посредством комплексов обеспечения стационарности и адаптации. Управление целесообразным движением (поведением), т. е. развитием внешней жизнедеятельности, также обеспечивало большую живучесть организма. Таким эволюционным путём образовались и получили распространение организмы, которые могли надёжно существовать лишь в поисковом и целеустремлённом движении. Таким образом, комплекс развития в высокоразвитых организациях направлен на генетически целесообразное внутреннее развитие и внешнее развитие в среде обитания. В распределённых организациях внешнее развитие, в т. ч. для каждой особи, осуществляется на основе памяти информации отражающей согласованные (синергийные) движения особей и всей организации в пространстве и внутреннем времени организации.

4. «Комплекс управления» (КУ). Эволюционно происходит от элементарных процессов авторегулирования физико-химических параметров в компартментах, – физически обособленных самоорганизующихся и развивающихся молекулярных системах [2; 21]. Эволюционное выстраивание КУ осуществлялось одновременно с физическим выстраиванием организмов, адекватно их генетическому развитию. Доминировали, как и по другим характеристикам, наиболее удачные КУ, в смысле надёжности существования организмов. Иерархическая структура КУ эволюционно определилась структурно-функциональной организацией всего организма. В распределённых организациях управление детерминировалось генотипными свойствами организмов, их физической реализацией, пространственным распределением и динамикой самодвижения, а также физическими средствами информационных связей (носителями, передающими и приёмными органами). В природе мы наблюдаем широчайший спектр КУ распределённых организаций. Для научно-практических целей человечество уже выделило из всего этого спектра, исследовало и использовало некоторые общие и практически значимые характерные признаки и конструктивные особенности. Здесь можно рассмотреть зарождение кибернетики Н. Винера и теории информации, использование достижений природы в технике, «подсказки» природы в научных исследованиях, и пр. Но ещё в древних общинах наблюдение людей за природой, за поведением сообществ животных, способствовало, по всей видимости, заимствованию некоторых информационных связей, установлению и развитию КУ (голосовые сигналы и их разнообразие, метки на деревьях и прочие метки, затем символы, и пр. способствовали развитию языка и установлению пространственных связей, управлению коллективными действиями).

Естественная живая организация «homo sapiens» сохранялась на протяжении всей общественной эволюции и имеет место в любом современном обществе как животворящий базис. В малых древних обществах она была видна для всех индивидуумов, и это являлось дополнительным существенным фактором их функционального сплочения. По мере пространственного роста и специализированного расширения деятельностей эта видимость исчезала, функциональное скрепление осуществлялось всё большими множествами информационных средств, исходящих от КУ, содержание и действия которых хорошо известны из истории общественного развития. Все отмеченные выше комплексы оснащались, кроме прочего, долговременными сооружениями и техническими средствами, поэтому в современном обществе «разглядеть» животворный базис, – «живую организацию» (скреплённую массивами социальных норм и традиционных социально-психологических установок), возможно лишь абстрактно, посредством таких понятий как генофонд, демография, культура, национальные ценности и прочих, – помогающих осознать существующее и объективно необходимое единство. Технические средства наращивают функциональные возможности человека в системах деятельности и способствуют быстрым перемещениям его между ними и семейной жизнедеятельностью, другие увеличивают живучесть, функциональное воспроизводство и развитие, и пр. То есть они дополняют естественную живую организацию всё новыми и новыми техническими возможностями. Поэтому любое высокоразвитое в техническом и технологическом плане общество остаётся в своём жизненном базисе живой организацией.

Значение гомеостатических процессов в современном обществе, во взаимодействиях его с природой, раскрыл отечественный исследователь Ю. М. Горский [12]. Но, здесь надо также вспомнить, что ещё Н. Винер обратил внимание на применимость к обществу недавно введённого в тот период понятия гомеостазиса [9]. Однако Винер рассмотрел его лишь поверхностно, применительно к существовавшему общественному развитию. С позиций современных научных знаний и системного подхода развитие процессов обеспечения общественной стационарности происходило не только на организменном уровне, но и на общем информационном уровне, который определялся общественным сознанием. В этом плане можно рассмотреть эволюционное развитие средств массовой социально-психологической стабилизации (культовые обряды, массовые процессы и традиционные системы национальной культуры, мифологические и религиозные учения). Однако история показывает, что ведущим и решающим комплексом в общественном развитии, для всего человечества, стал «комплекс управления». Поэтому рассмотрим предельно кратко основные особенности его генезиса и последующего развития в различных государственных формах.

В сообществах высокоразвитых животных мы видим становление управляющего центра как выделение особи, наиболее активной, сильной и потенциальной по способностям подчинения и управления. Такой путь формирования начального КУ имел место, очевидно, и в первичном сообществе гоминидов. Важно отметить, что генетическое свойство возникновения мотивации подчинения одного человека другим с целью использования его потенциальных возможностей для достижения своих целей, как естественная основа возникновения и развития КУ в первичной организации гоминидов, сохранялась на протяжении всей истории человечества. Это хорошо видно и в современной жизни, и помогает понять главную особенность формирования и развития общественного КУ. Она заключается во властно-силовом подходе и соответствующих процессах не только в формировании, но и в функционировании КУ. В древние и средневековые эпохи дикости и всеобщего невежества относительно познания природы и самопознания такой подход был целесообразен. Но, начиная с периода великого просвещения Европы, когда научное познание достигло уровня обеспечения рефлексии до осознания сущностных сторон общества, стали возникать рассуждения о более целесообразном государственном и общественном устройстве. Здесь полезно выделить широко известного (в т. ч. по учебному курсу физики) французского ученого и общественного деятеля Андре-Мари Ампера, который в своей классификации наук поставил на высший уровень науки, связанные с управлением общественным развитием [22]. Но, властно-силовой подход был традиционным ещё при Аристотеле и сохранялся всеобщим переходом к товарно-денежным отношениям и нарастающим господством частной собственности, широким развитием способов преумножения богатств, которые к периоду деятельности Ампера достигли уже высокой эффективности. Уместно вспомнить, что ещё Аристотель в своей «Политике» глубоко исследовал все существовавшие тогда государственные формы правления и пришел к выводу о лучшей – аристократической форме, и худшей – олигархической (аристократы обладали тогда наивысшими знаниями о природе, человеке и обществе).

Бурное развитие товарно-денежных отношений при сохранении архаичных генетически удерживаемых свойств человека и при совершенно недостаточном самопознании, особенно относительно системных свойств денег, определило сброс общественного развития на «социо-животный» уровень. Суть в том, что ресурсы тратились не столько на повышение объективно необходимых характеристик общества как метаорганизации относительно окружающего мира, – на общественно адекватное развитие, сколько на повышение богатств в частном владении, – для беспредельного увеличения комфорта жизни (от достигнутого) и на защиту этой частной собственности. Этот эволюционно ошибочный путь сохраняется до сих пор, поскольку государственное управление определяется крупными собственниками и традициями, экономическими принципами, выработанными и научно оформленными на этом многовековом пути. Здесь нет смысла критически анализировать так называемую «рыночную экономику», даже предельно кратко, поскольку это сделано уже многими научно строгими исследованиями. Кстати, часто используемый термин «раковая опухоль» очень точно отражает суть несоответствия (чужеродности) рыночно-капиталистических принципов животворной основе общества. Эта основа объективно требует установки императива всеобщей общественно целесообразной деятельности «всех для всех», – против эволюционно ошибочной рыночно-конкурентной деятельности, направленной на денежное обогащение и наращивание материальных ресурсов частной жизни, ресурсов преумножения частных богатств.

Революционный переход к использованию в управлении общественным развитием наиболее прогрессивных научно-исторических и концептуальных знаний был реализован во всём общественном содержании, с коренными структурными и информационными изменениями, посредством нашей социалистической революции 1917—1920 годов. С позиции современных знаний научная база революции была, конечно, недостаточной для столь глубоких изменений. Однако, учитывая всеобщее невежество народа, надо полагать, что и предельно научная база не избавила бы революционное государство от жестокой борьбы за установление новых общественных отношений. Новая информационная база установила главное – системные принципы организации и тотального функционирования общества, адекватные его естественной природе. Научная организация труда (деятельности, – в современном научном понимании) в пределах всего общества развернулась уже в 20—30 годы [24; 28]. Начались прочие общественно целесообразные организационные процессы и программы деятельности. Поэтому, несмотря на все изъяны в административно-политическом управлении, общество получило стремительное развитие и прочное системное единение народов различных национальностей, что и обеспечило победу над сильнейшей в тот период фашистской Германией.

Однако, архаичные свойства человека и недостаточное объяснение их научными знаниями в системах образования, и соответственно, недостаточная научность политического образования (с известной догматизацией марксизма) привели к авторитарности власти, к блокированию научного развития государственного управления и прочим, хорошо известным теперь последствиям. Архаичный властный подход и авторитарность привели к главной причине «застоя», деградации, и сброса управления во власть случайностей, – к волевому властному определению и выбору вариантов (информации) управления (хорошо запомнилась фраза одного из недавних лидеров в видео-интервью: «… я думал, думал, … и решил, будет так!», – далее шло выразительное движение кулаком). Надо заметить, что советское государственное управление хотя и было излишне бюрократическим, партийным, но в принципе соответствовало задачам и масштабам страны в организационном плане. Был Госплан, прочие высшие научные учреждения (в т. ч. Академия общественных наук при ЦК КПСС), широко распределённая государственная иерархическая система с локальными органами управления, – Советами и парткомами, но недоставало главного – тотального научного обеспечения, адекватного предельному познанию окружающего мира, человека и общества, и особенно, научному познанию государства как комплекса управления общественным развитием.

Но вернёмся ещё раз к генезису КУ. Если организмы и образуемые ими распределённые организации использовали генетическую память в формировании КУ, с жёсткой программной детерминацией, то человеческое общество, уже на ранних стадиях использовало общественную память (в личностях старейшин и в последующих формах) уже избирательно, сообразно мышлению субъектов КУ. Автономность управляющего субъектного мышления в процессах выборки, считывания и обработки информации по целям (целеустремлениям) управления, – с одной стороны, и стремительное накопление информации об окружающем мире и опыте, на различных носителях и распределением в пространстве, – с другой стороны, явились определяющими факторами в развитии КУ, с нарастанием их значения. В истории человечества можно увидеть множество регрессов, связанных с неудачной выборкой информации для целей управления. Происходило своеобразное мутирование информационной матрицы управления («социогеномного» комплекса) с последующим переходом общества на иную траекторию развития. Можно найти, очевидно, и другие особенности общественного развития, связанные с развитием комплекса управления, но уже представленное блиц-исследование убеждает, на взгляд автора, в необходимости предельных системных исследований рассмотренных комплексов, исходя из базисной «живой организации» и ведущего значения комплекса управления. С позиций современной науки и методологии системных исследований общество целесообразно представлять и на основе системных аналогий с интеллектуально развитым человеком, обладающим знаниями для широкого спектра специализированных деятельностей. Исследования на уровне сознания приводят к пониманию объективной необходимости для общественного развития относительно консервативной информационной базы КУ, дополняемой и обновляемой по мере получения новых достоверных знаний, и зависимой не от человеческих качеств и социального статуса сменяемых друг друга лидеров государства и их советников, а от достижений в научном познании, достигнутых в любом месте общественного сознания. Современные достижения общественных наук за более чем 20-летний период, полезно стимулированные реформами, позволяют сделать и более концептуальный вывод. Думается, в настоящий период достигнут уже порог когнитивного обеспечения интеллектуально-эмерджентного перехода к общественно целесообразному, – по уровню научного познания, государственному возвышению от архаичной властно-политической детерминации к предельно интеллектуальной, – обеспеченной выверенными знаниями и научно-демократическими экспертными системами. Таким образом, предельно актуальной видится проблема организации необходимых структур и процессов для этого всесторонне назревшего интеллектуального перехода, возвышающего страну над уровнем архаичного политического и животного противоборства и самоистребления.

Литература

1. Афанасьев В. Г.: 1) Мир живого: системность, эволюция и управление. М., 1986. 334 с.; 2) Научное управление обществом (опыт системного исследования). М. 1973; 3) Общество: системность, познание и управление. М.; 1980.

2. Баблоянц А. Молекулы, динамика и жизнь: Введение в самоорганизацию материи. М.; Мир, 1990.

3. Бауэр Э. С. Теоретическая биология. М. – Л.; 1935, 206 с.

4. Биологический энциклопедический словарь. М.; 1986.

5. Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода. М.: Наука, 1973.

6. Богданов (Малиновский) А. А. Тектология: Всеобщая организационная наука. М.; Экономика, 1989.

7. Васильев А.: 1) Политика и наука: системный взгляд // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.16753, 15.08.2011; 2) Там же. Быть причастным к знанию (cognitio, лат.), к его общественно полезному развитию – императив современности. Эл №77—6567, публ.16829, 23.09.2011; 3) Философия для философствования или …? Эл №77—6567, публ.16873, 07.10.2011; 4) Общество. Проект энциклопедической статьи. Эл №77—6567, публ.16517, 16.05.2011.

8. Веселовский В. Н. О сущности живой материи. М.; 1971.

9. Винер Н. Индивидуальный и общественный гомеостазис. Пер с англ. М. Н. Грачева // Общественные науки и современность. 1994. №6. С. 127—130. URL: http://grachev62.narod.ru/

10. Винер Н. Человек управляющий. СПб: Питер, 2001.

11. Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем. СО АН СССР. Новосибирск, 1991.

12. Горский Ю. М. Основы гомеостатики. Гармония и дисгармония в живых, природных, социальных и искусственных системах. Иркутск: Изд-во ИГЭА, 1998. 337 с.

13. Кремянский В. И. Информация и системный подход в биологии. М.; 1980.

14. Малиновский А. А. Значение общей теории систем в биологических науках // Системные исследования. М.; 1984.

15. Маркарян Э. С. Вопросы системного исследования общества. М.; Знание, 1972.

16. Мертон Р. К. Социальная теория и социальная структура. М.; 2006, 873 с.

17. Назаретян А. П. Модели самоорганизации в науках о человеке и обществе // Синергетика и образование. М.; 1997.

18. Новик И. Б. Системный стиль мышления (особенности познания и управления в сложных системах). М.; Знание, 1986.

19. Новосельцев В. Н. Организм в мире техники: кибернетический аспект. М.; 1989, 240 с.

20. Новосельцев В. Н. Теория управления и биосистемы. Анализ сохранительных свойств. М.; 1978. 320 с.

21. Основы общей биологии. Под общей ред. Э. Либберта, пер. с нем. под ред. В. А. Энгельгардта, 4-ое изд. М.; Мир, 1982, 437 с.

22. Поваров Г. Н. Ампер и кибернетика. М.; 1977.

23. Сетров М. И. Организация биосистем. Методологический очерк принципов организации живых систем. Л.; 1971.

24. Щербина В. Социология организаций: школы, направления и тенденции развития / В кн. Социология в России. Под ред. В.А.Ядова. М.; 1998. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/yadov/08.php

25. Тахтаджян А. Л. Тектология: история и проблемы // Системные исследования. 1971. М. 1972.

26. Тахтаджян А. Л. Principia tektologiсa. Принципы организации и трансформации сложных систем: эволюционный подход. СПб. СПХФА.1998.

27. Уайт Дж. От философии к организационной науке: источники и предшественники тектологии А. Богданова // Вопросы философии. 1995. №8.

28. У истоков НОТ. Забытые дискуссии и нереализованные идеи. Социально-экономическая литература 20-30-х гг. Сост. и авт. вступ. ст. Э.Б. Корицкий. Л.: ЛГУ, 1990.

29. Шмальгаузен И. И. Кибернетические вопросы биологии. Новосибирск. 1968, 224 с.

«Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.16905, 22.10.2011

4. Научные основы обществознания

Вниманию читателя предлагается научный очерк тем и вопросов, которые могут составить (при определенном дополнении и развитии) учебную Программу «Научные основы обществознания», совершенно необходимую для научного дополнения и развития действующих программ по курсу Обществознание, – для всех систем образования, направленных на общественно полезное развитие граждан. Очерк адресуется, прежде всего, профессиональным ученым и исследовательским группам, работающим по тематике «общественных наук», над развитием общеобразовательных и специализированных учебных программ, в т. ч. программ повышения квалификации преподавателей гуманитарного профиля.

4.1. Введение

Знакомство с современными программами по курсу «Обществознание» показывает, что они направлены, главным образом, на изучение исторически сложившихся путей общественного развития и соответствующих форм общественной жизни, государств и общественных сфер, – с той или иной степенью обобщения, а также взглядов, учений и концепций выдающихся мыслителей прошлого. Например, в предисловии к наиболее содержательной Программе дистантного обучения РУДН (Нижников С. А.) так и говорится: «Даётся философская, историческая, культурологическая основа обществознания, необходимая для глубокого изучения предмета». Однако, действительно глубокое изучение предмета невозможно без глубоких же научных знаний о природе, человеке и обществе как таковых, о фундаментальных естественных законах их становления и развития. То, что в отмеченном учебном пособии « … интегрируются современные социологические, экономические, политические, правовые, этические, социально-психологические знания в целостную мировоззренческую систему, необходимую для воспитания личности и гражданина, …», ценно конечно, но перечисленные «современные знания» сформированы, в существенной мере, при отсутствии достаточно глубоких научных знаний. Надо отметить, что история развития общественных наук, обществознания, как в нашей стране, так и за рубежом, говорит об определяющем воздействии на мышление ученых и, соответственно, его результаты (образовательные Программы) существующих идеологий, – религиозных и политических. Но, современные общественные и международные процессы убеждают в недостаточности и, главное, в опасности использования лишь тех или иных идеологий, исторически сложившихся образцов государственной и социально-экономической организации общественного развития. Не свободна от идеологического влияния и указанная выше Программа. Хотя она и использует многие научно-философские достижения в познании человека и общества, но вызывает в то же время и многие критические замечания с позиции современных научных достижений. Эти замечания должны быть сделаны, конечно, адекватно уровню Программы, наиболее профессионально, поэтому я не берусь здесь приводить даже совершенно необходимые из них, – эта работа, надеюсь, начнется в плане обсуждения предлагаемых подходов. Представляемый ниже очерк «первого научно-программного приближения» уже показывает некоторые существенные отличия в понимании человека и общества, их развития. Именно научный подход, с использованием системной методологии, показывает объективную необходимость опираться на фундаментальные законы и закономерности, установленные природой в человека общественного и общество как эволюционно предопределенную живую метаорганизацию (метаорганизм), – как в познании этих сверхсложных объектов, так и в совершенствовании организации общественной жизни. Используемые до сих пор принципы организации общественного производства и распределения, архаичные по сути, и процессы политической борьбы за власть, устанавливающие господство победивших слоёв (партий), уже могут (в отличие от прошлого века) и должны быть заменены высокоорганизованной предельно интеллектуальной деятельностью по совершенствованию государства и общества, союза народов. Знания и мыслители (уже сетевые мыслительные структуры) подготовлены за долгие годы реформ и нарастают, организационные процессы начались, но требуют более высокого научно-методического обеспечения (многие читатели, думаю, уже знакомы с некоторыми форумами, семинарами и Движениями). Представляемая «программная» статья является попыткой внести положительное содействие в этом плане и в плане подготовки «знающих» людей (по Сократу), объективно необходимых для организации и осуществления всестороннего совершенствования общества, его адаптивного развития в мировом сообществе. Она может служить, на мой взгляд, научным усилением, существующих программ и, надеюсь, инициировать их научное развитие. Разработка действительно полноценных (для общества) Программ, адекватных стоящим проблемным задачам и наиболее приближенных к сущностям человека и общества, обеспечивающих общественный прогресс, – как многим уже понятно, возможна лишь высокоорганизованной и предельно интеллектуальной деятельностью большого коллектива ученых академического уровня.

Прачеловек, как установлено наукой, вышел из живой природы. Сейчас уже не имеет существенного значения, каким именно путём, более важными следует считать процессы антропосоциогенеза. Многие научные сведения (Марков А. В. и др.) говорят о том, что благодаря своему развитию, обретению всё новых и новых качеств, способностей во взаимодействиях с природой и соплеменниками гоминиды были уже потенциально социальными людьми. Они развивали организацию своей жизнедеятельности, как в количественном плане, так и в качественном. Соединение семей образовало племена, соединение племен – народы, народности. Развитие средств обеспечения жизнедеятельности, как индивидуальной, так и общей, средств взаимодействия между индивидами и прочих обеспечило становление и развитие особой «живой организации» (метаорганизма), которую назвали «древним обществом». Это первичное общество образовалось, воспроизводилось и развивалось на основе естественных законов, действовавших во всей земной природе и окружающем мире. Их изучение и теоретическое обобщение в наибольшем приближении к реальности началось лишь в средние века и продолжается до сих пор. Оно представлено многими научными дисциплинами, составляющими современное естествознание.

Благодаря автономному существованию человеческих Единиц и их способностям в самообеспечении жизни уже древнее общество обрело, среди прочих качеств, высокую живучесть. Развитие всех обществ определилось становлением и воспроизводством комплекса управления (КУ), функции которого выполнял вождь и его приближенные (см. эволюцию власти и становление государства). В отличие от организмов и их сообществ предыдущих уровней, в которых управление установилось эволюционно и адекватно содержанию (эволюционно оптимально), развитие управления в обществе определилось развитием специфического КУ, который самовоспроизводился и саморазвивался не столько потребностями общества как функционально цельной организации (аналогично эволюции организмов), сколько собственными потребностями и свойствами, целями собственного существования в общественных условиях (объективно необходимое развитие было, очевидно, лишь на ранних этапах). Развитие обществ определилось, таким образом, действием и взаимодействием процессов, обусловленных естественными законами и искусственными, – властного происхождения. Причем, последние с развитием КУ и образованием государственных структур управления заняли доминирующее положение во всех общественных системах.

Таким образом, изучение научных основ обществознания методически целесообразно разделить, прежде всего, на изучение естествознания и естественных законов становления и развития общества как такового, и изучение системных закономерностей, законов управления, научных основ управления в обществе и государства как комплекса управления.

Автономное существование человека, его развитие в общественных условиях, уже с древних времен обусловило возникновение и расширение базового противоречия между целями (устремлениями) человека и целями общества в его развитии, в адаптации к окружающему миру. Деятельность многих, выдающихся личностей, на протяжении всей истории человечества существенно детерминировала всё общественное развитие, как воздействиями на власть (особенно людьми власти), так и воздействиями на технологии достижения целей, на обретение обществом определенных характеристик относительно окружающего мира. Можно указать и другие причины актуальной необходимости глубокого и всестороннего научного изучения человека, его характеристик, – генетически наследуемых и обретаемых в общественных условиях, особенностей поведения и целенаправленной деятельности, имеющих важное значение для всего общества.

Области и направления научного познания, выделенные в предлагаемой Программе, можно считать, на мой взгляд, базовыми, позволяющими понять сущностные процессы социогенеза и государственно определяемого развития общества, понять надежные опоры общественного совершенствования. Современные научные знания о природе, человеке и обществе, выработанные и выверенные отечественными и зарубежными учеными целесообразно, очевидно, системно собирать как объективно необходимый информационный материал своеобразного «соционома», который назначен детерминировать развитие общества к всё более совершенному состоянию (по аналогии с эволюцией организмов). Этому должна способствовать постоянная научная работа над всеобщим народно образовательным предметом – «Обществознанием». При этом, научно-теоретические (системные) основы обществознания должны служить, очевидно, своеобразным каркасом (скелетом) для системной сборки всё новых и новых научных материалов, наиболее точно отражающих человека и общество, их развитие в окружающем мире. Общество как живая организация может совершенствовать само себя лишь посредством предельно точного и цельного, сущностного самоотражения. Научная Программа такого рода отражения объективно необходима всем деятелям, определяющим процессы общественного развития, особенно реформационные.

Научные основы обществознания образуют, при соответствующем формировании (которое уже возможно), информационную базу объективно необходимого самосовершенствования общества посредством высокоорганизованной сферы предельно интеллектуальной деятельности – ноосферы. Мышление и разум сформировали человека и общество, возвысили их в жизнедеятельности, в материально-технических, технологических и информационных возможностях. Функционально-системное (функционально-гармоничное) согласование в обществе (общественная гармонизация) есть высшая ступень гармонизации (оптимизации), начатая и осуществлённая эволюцией живой природы. Она должна быть осознана и продолжена общественной ноосферой. Уже достигнутые информационные возможности, возможности общественно рефлексивного и организованного мышления над человеком и обществом, над государством и окружающим миром, над мировым сообществом, объективно назначены трансформироваться в эту Ноосферу как сферу предельного мышления над совершенствованием человека и общества, всего мирового сообщества. Таким образом, научную деятельность по формированию и развитию комплекса научных основ обществознания, соответствующих образовательных Программ, можно считать стратегическим программным курсом для всей академической и научно-творческой деятельности. «Национальные идеи» сами по себе, какими бы авторитетными людьми они ни высказывались, не могут обеспечить всестороннее совершенствование общества, страны.

Любое общество является информационно организованным, поэтому его совершенствование возможно лишь тотальными информационными процессами, в т. ч. процессами информационного возвышения государственной власти. Высшую власть, как показывает великий исторический опыт, имеют не высшие лица Власти, а информация, которую они используют в высшем управлении государством и обществом, – именно она может через некоторое время привести к проблемным «трещинам» и разрушениям в общественном Доме, либо к общему благу в нём. Политический опыт показывает как новая информация («новые знания») может существенно изменить положение высших лиц и отношение к ним в народе, отношение к ним в последующем развитии общества. Высшую власть в Обществе, как диктатуру высшей целесообразности (для всех), несомненно, должны составлять высшие знания о Нём. И эти знания могут быть научно выработаны и сформированы лишь предельно интеллектуальной и высокоорганизованной деятельностью.

Научно углубленное, комплексное изучение человека и общества встречает закономерные трудности (детерминированные развитием человека) интеллектуально-психологического и когнитивного характера. Кроме хорошо понятных интеллектуальных препятствий необходимо преодолеть психологические барьеры, обусловленные сверхсложностью объектов познания, необъятным множеством научно-философских работ и авторитетными именами великих мыслителей (которых надо понять и научно корректно развить или даже поправить, доказать ошибочность их мышления). Необходим и определенный опыт исследования (проектирования) больших организаций (систем), опыт высоко абстрактного мышления, владения современной методологией познания объектов такого рода. Но, кроме опыта мыслительной деятельности, совершенно необходимыми являются, конечно, чтение и осмысление сугубо научных, научно-философских работ. Само чтение, кроме прочих результатов, позволяет «расшатать» и сделать более способными к изменениям уже сложившиеся мыслительные структуры сознания, позволяет научно-методологически дисциплинировать мышление, повысить уровень абстрагирования, рефлексии и системности мышления (многие исследователи отмечают, что с возрастом сознание человека становится всё более консервативным, трудно поддающимся каким-либо изменениям). Чтение и размышления о прочитанном являются наиболее эффективными нейро-процессами когнитивно-интеллектуального возвышения сознания. Поэтому прилагаемая ниже выборка научных источников видится полезной в этом плане и рекомендуется для всестороннего развития научной деятельности (по опыту автора).

Познание человека и общества определяется, конечно, и целями, которые ставит исследователь, исследовательская группа. Традиционные уже цели диссертационного возвышения научного статуса, научного обеспечения той или иной политической организации, цели управляющих воздействий на большие народные массы, как показывает опыт, хотя и достигаются многими научными средствами, но не обеспечивают общественный прогресс в необходимой мере («перестройка» готовилась с участием некоторых академиков и научных структур). Показательно, что реформаторы «новой волны» вообще «освободили» ученых-обществоведов от профессиональной деятельности по обеспечению совершенствования общества и самого государства. Многие ведущие ученые, академики, возвышенные обществом, стали служить по-новому, но опять же Власти и другим Заказчикам, а не общественному прогрессу. Теперь можно надеяться лишь на нравственные качества и прозрение ученых, на научно-организационную деятельность общественно прогрессивных Движений, партий.

4.2. Общеобразовательная программа курса «Научные основы обществознания», тематический очерк

Часть 1. Развитие процессов познания и Естествознание

1. История становления научного познания и науки как сферы мыслительной деятельности в институтах общества.

Отражение окружающего мира в сознании человека. Физиологические основы процессов восприятия и познания. Развитие познания в процессах жизнедеятельности, воспитание, образование (ребёнок, юный человек, человек общественный, гражданин). Виды деятельностей (практическая, поисковая, созерцательно-исследовательская, мыслительная) и их развитие. Понятие общественного сознания. Образование сфер мыслительной деятельности в общественном сознании (технологическая; мифологическая; философская; аналитическая и аналитически-исследовательская). Становление и развитие науки как аналитически-исследовательской деятельности в отражении окружающего мира. Краткая история философского и научного этапов развития естествознания, (мыслители древности, Аристотель и его методология, Гераклит эфесский, и др.). История становления и специализации науки. Взаимодействие философских, теологических и естественнонаучных сфер познания.

2. Процессы организации-дезорганизации в природе. Понятия вещества и поля. Вещество как материал Вселенной. Вещественные микро- и макро-организации. Вещественно цельные и распределённые организации.

Механика как наука о движении вещественных тел. Понятия механической организации и механической системы. Понятия массы и энергии в их научно-историческом развитии. Вещественно-информационные организации и понятие информации. Молекулярные системы как источники биосистем.

3. Эволюция живой природы. Организационно-молекулярная эволюция. Понятия стационарности, устойчивости, стабильности и изменчивости, адаптации в процессах молекулярной эволюции и последующей эволюции жизни. Вещественно-информационная биосистема. Понятия живой организации (организма) и живой системы. Информация в живой природе, реализация информационных процессов. Средства генерации, трансляции и восприятия информационных сообщений в различных формах. Понятия адаптации, гомеостаза, управления и программирования воспроизводства и развития в организмах и их сообществах.

Человек как живая система. Основные механические, энергетические, биофизические, информационные и общесистемные характеристики (на базе современных научно-медицинских знаний).

4. Естественное становление и развитие общества. Трансформация и соединение системных характеристик предобщественных гоминидов в процессы и системы первичного общества. Значение адаптивных, гомеостатических и информационно-управляющих свойств гоминидов в становлении, скреплении и развитии общественной формы жизни, общественной системы. Альтруизм и прочие скрепляющие свойства как базовые функциональные свойства для общественной системы.

Часть 2. Человек как структурно-функциональная Единица общественных систем и процессы воспроизводства человеческих ресурсов. Научная методология познания человека и общества.

1. Человек как высший организм, как «живая организация». Достижения современной палеонтологии и антропологии. Теоретические и системные обобщения биологии. Понятия гомеостаза, адаптации, управления и программируемого развития, воспроизводства. Физиология человека. Энергия и информация в организме. Основные функции внутренней и внешней жизнедеятельности, биофизические средства их реализации. Функциональные системы (Анохин П. К.). Мышление. Нейропсихология и психология человека (Лурия А. Р., Выгодский Л. С., Леонтьев А. Н. и др.). Нейрофизиология и современные когнитивные науки.

2. Человек общественный. Антропосоциогенез, современные научные взгляды и теории. Генофонд общества. Зарождение, внутриутробное и младенческое развитие. Наследуемые и приобретаемые характеристики. Системы воспитания, социализации и образования человека деятельного, общественно прогрессивного (Ушинский К. Д., Макаренко А. С. и др.). Детерминация деятельных характеристик и деятельностей (целей жизнедеятельности) посредством государственной и социально-экономической организации общества, программ его развития.

3. Человек как структурно-функциональная Единица (СФЕ) в системах деятельности.

Системная методология познания человека и общества. Принцип абстрактно-внешней позиции исследователя, достижение высокой рефлексии и системности мышления, методы формализации, моделирования. Организационно-аналитический подход, системный подход и системный анализ.

Системные характеристики и параметры человека (механические, энергетические, информационные). Эргономика и оптимизация систем человек-машина.

Системы деятельности (индивидуальные, корпоративные) и общественное производство. Научная организация труда и использование научных знаний в организации современного передового производства.

4. Дух, духовность, душа – как эмоционально-чувственные восприятия и культурно-исторически сложившиеся их объяснения, трактовки относительно комплексов мотивации и целеполагания, нравственной мобилизации, определяющих поведение и целенаправленную деятельность человека, группы, сообщества (при «духовном» единении).

5. «Внутренний мир» человека, его формирование. Несоответствия актуальных образов внутреннего и внешнего миров как основной движущий фактор. Формирование общественно прогрессивного внутреннего мира человека как главная задача государственных систем воспитания, образования и массовой культуры.

Познание как базисный комплекс процессов формирования сознания человека деятельного (профессионала), внутреннего мира человека общественного, гражданина.

Основные виды познания и их государственное обеспечение, целевая оптимизация (чувственно-практическое, чувственно-мыслительное, мыслительное).

6. Информационное производство («духовное производство», – К. Маркс) как производство информационных продуктов, определяющих в совокупности (в той или иной мере) поведение и деятельность граждан, и производство высоко «духовных» граждан, обладающих общественно полезным комплексом детерминации поведения и целенаправленной деятельности. Информационное производство человека-деятеля для индивидуальной и корпоративной систем деятельности. Основания (база, почва, источники и пр.); цели (мотивация, посылы, цели-заказы и пр.); средства различного характера, технологии и пр. (по специализации); Продукция (процессы той или иной хронологии). Критерии общественной полезности.

Часть 3. Общество как эволюционно предопределённая живая система и государство как системообразующий и управляющий комплекс. Научное обеспечение познания и развития.

1. Общество и государство. Эволюционно-историческое развитие, традиционные понятия и научные определения. Организационная и системная сущность государства.

2. Эволюционно-исторический переход от естественной общественной системы к государственной. Эволюция комплекса управления (КУ), его социально-экономическое выделение и автономизация (самоотчуждение). Аристотелевское исследование государств и современное научное осмысление. Современные научно-исторические исследования государств.

3. Развитие идей совершенствования государства и научное их воплощение в классификации наук Андре-Мари Ампера. А.-М. Ампер как выдающийся общественный деятель и образец интеллектуального служения обществу, научному и общественному прогрессу. Кибернетика и другие высшие общественные науки, предложенные Ампером.

4. Марксизм как политическое учение, направленное на совершенствование общества, разработанное посредством исторических обобщений опыта человечества, философских и научных знаний. Научно-теоретические и философские недостатки работ Маркса и Энгельса, обусловленные отсутствием сущностных научных знаний о человеке и обществе, о фундаментальных закономерностях живой природы, включенных естественным путем в человека и общество. Евгений Дюринг как Анти-Энгельс (работа Энгельса «Анти-Дюринг» и современное её прочтение, в свете современных знаний). Научно-политический конфликт Дюринг-Энгельс как полезная модель современного столкновения научных и политических подходов («Философия действительности» и «Ценность жизни» Дюринга как образцы научно-философского и системного мышления о природе, человеке и обществе). Аргументация, методология и этика современной политической борьбы. Исторические примеры конфликтов науки и политики.

5. Научная деятельность по совершенствованию производственных организаций в развитых капиталистических странах 19 – го века (Файоль, Тейлор) и организационная наука А. Богданова, другие научные работы этого плана, как научная база деятельности по строительству социалистического производства и научной организации труда (20-30-е годы). История развития наук о природе, человеке и обществе в СССР. Научно-организационная, научно-исследовательская и творческая деятельность в СССР.

6. Кибернетика Норберта Винера и развитие науки об управлении в природе и обществе. Развитие научно-философских системных исследований за рубежом и в Советском Союзе, – научно-исторический очерк (выдающиеся работы и их значение для общества). Современное значение работ Подолинского С. А., Богданова А. А. и советских философов, – исследователей живой природы, человека и общества (см. литературу). Современное развитие системных исследований общества с позиций биологической природы и жизнеобеспечения человека и общества.

7. Системно обобщенная история экономических отношений и денег как узлового и главного функционального средства во всей истории развития человечества.

Деньги как информационно зафиксированный искусственный потенциал потребления (дополнительно к естественным потенциям человека в этом плане).

Деньги как всеобщее функциональное средство в организации общественного производства и распределения. Эгоцентричное использование денег в истории развития экономической деятельности и закономерное, в этом плане, развитие капиталистических принципов организации общественного производства, совокупной производящей и распределительной деятельности.

Альтруизм и эгоизм как базисные социально-психологические характеристики человека. Системный обзор истории человечества в свете действия этих характеристик, социальных факторов, обусловленных ими. Сглаживание социально-экономических противоречий и конфликтов в современных капиталистических странах.

8. Марксистский проект общества, основанного на социоцентризме, источниками которого должны служить нравственные характеристики граждан, наследуемые и приобретаемые посредством систем воспитания, образования и коллективной деятельности (великое предвидение закономерных преимуществ системной организации общества, – при отсутствии системных знаний в тот период). Положительный опыт СССР, обусловленный, кроме прочего, нравственными характеристиками славянских и других народов. Практические и теоретические подтверждения преимуществ системной организации деятельностей в различных сферах.

Оптимизация использования денег с первых лет строительства социалистического государства. Общественно ориентированная финансовая система социализма, отличающаяся минимизацией денежной массы внутреннего использования и общественно целесообразным обеспечением общественного производства посредством безналичного денежного учета.

Бурное развитие системных знаний в русле кибернетики и смежных наук во всём мире, с середины 20-го века, и эффективное использование их в различных организациях, в производственных корпорациях. Недопустимая консервативность и функциональная деградация государственного управления в СССР. Неадекватность государственного комплекса управления потребностям общественной системы в управлении, обеспечивающем прогрессивное развитие, как главный фактор в ряде причин разрушения Союза республик.

Социология, возникновение и специфика развития. Огюст Конт и его научно-философский подход к обеспечению общественного прогресса.

Специфика развития социологии, конформизм ученых-социологов, политическая детерминация социологических и социально-экономических исследований.

Три стадии общественного развития в научно-историческом обобщении О. Конта, современное прочтение и научное осмысление. «Волны» Кондратьева и политические «стадии». Прогнозирование «стадий» и «волн», политэкономическая идеологизация общественного сознания, или научно-программное развитие?

9. Объективно необходимые характеристики общества как социотехнической и геополитической организации в мировом сообществе (георесурсные, человеко-ресурсные, энергоресурсные, технологические, материально-технические, транспортные, производительные, интеллектуально-информационные, внешнеполитические, военно-адаптивные). Обусловленность целевых характеристик международными отношениями, уровнем организованности и адекватности государства относительно сфер деятельности, обеспечивающих данные характеристики.

Достижение и воспроизводство объективно и актуально необходимых характеристик посредством организации и развития целесообразного общественного Производства. Выстраивание иерархии целей совокупной общественной деятельности. Целевое обеспечение и оптимизация деятельностей. Деятельная универсальность и постоянная целевая востребованность (в плане обеспечения динамики и качества в достижении целей) человеческих ресурсов в обществе, необходимость биологически и функционально адекватного их обеспечения. Биологически и функционально адекватное социальное потребление как необходимое условие достижения высокой эффективности общественного производства.

10. «Эко-номия», «эко-логия» и «эко-социо-номия», – эволюционный, культурологический, политэкономический и научно-философский этапы и подходы в согласовании и организации естественных и социальных, политических и экономических процессов, – путем «законотворчества» и «законодательства». История экономического, социального, экологического и научно-философского мышления.

11. Структура общественного производства.

Традиционные и научные подходы к организации специализированной производительной деятельности. Структурно-функциональное распределение человеческих ресурсов («разделение труда», – Дюркгейм Э., «структурный функционализм»). Тип общественной системы, факторы и цели в определении структуры общественного производства. Исторически сложившееся и научное понимания общественного Производства. Информационные сферы производства как источники организационно-развивающих факторов для всего общественного производства. Интеллигенция, роль в истории. Идеологическое самообразование интеллигенции. Общественно полезное воспроизводство и развитие, роль науки и научного образования.

Работа, труд, действие и деятельность, деяние. Историческое развитие понятий и общественно целесообразное определение в науке и праве.

Государство как производство организующей и управляющей информации, информационной продукции. Научно-информационное, методологическое и технологическое обеспечения государственного производства.

Системы обеспечения общественного производства, выработанные политэкономией. Налогово-бюджетная система, – в капиталистическом обществе, и программно-целевая (системно целесообразная), – в социоцентричном обществе.

12. Категории стоимости и ценности как базисные и узловые понятия. Историческая и политэкономическая детерминация понимания стоимости. С. и Ц. в эгоцентричном, капиталистическом обществе, детерминация понимания, подходы и теории. С. и Ц. в Капитале Маркса, – марксово мышление, обусловленное капиталистической реальностью и недостатком научных знаний (коррективы и перевод Капитала; понимание денег, труда, времени и энергии).

Энергетический подход к пониманию стоимости, его научно-историческое развитие (Подолинский С., Богданов А., Кузнецов П. и др.). Современное понимание значения энергии и использования в социально-экономическом и общемировом развитии.

С. и Ц. в социоцентричном, социалистическом обществе. Стоимость производства как затраты производительных ресурсов общественной системы. Совокупная продукция (естественного и общественного производства, текущая и наследованная) как совокупность общественных ценностей. Ценообразование как общественно целесообразное распределение ценностей и обеспечение общественного воспроизводства и развития. Цели и ценности – главные понятия общественной системы. Иерархии Целей и Ценностей.

13. Информационная («духовная») сфера жизнедеятельности общества как совокупность сфер информационного производства и коммуникаций.

Традиционное производство в сфере культуры и новые виды деятельности (фольклор, самодеятельность и целенаправленно организованная деятельность). Следование традициям и целям общественно полезного возвышения общественного сознания. Культура как информационный матрикс жизнедеятельности общества (см. «матрикс» в биологии). Значение массовой культуры. Традиции и общественная целесообразность, проблемы и решения, пути общественно полезного совершенствования деятельности в сфере культуры (духовная культура и физическая).

Научная сфера. Специализация и фундаментальная наука. Фундаментальные научно-философские исследования живой природы, человека и общества, история и современность. Научно-просветительская и общеобразовательная деятельность.

14. Система права как система объективно необходимого нормирования совокупной общественной жизнедеятельности.

Понятия хаоса (в движении) и детерминации, направленности, обусловленности движения элементов в той или иной среде. Понятия функциональных отношений и функционального подчинения как основ любой деятельности. Объективная необходимость иерархического функционального подчинения жизнедеятельности граждан общественной целесообразности. Иллюзорность свободы в жизнедеятельности человека, ограниченность реального пространства свободы. Относительность ощущения свободы. Свобода как переходное состояние, вне систем деятельности. Перманентная подчиненность жизнедеятельности человека его сознанию, организму в целом.

Традиционные системы нормирования, обеспечения социальной устойчивости и стабильности (системы запретов и культов древнего общества, мифологически-религиозные системы, современные религиозные системы). Государственные правовые системы в истории человечества, их обусловленность социально-экономическими отношениями и унаследованными религиозными системами.

15. Конституция как концептуально организующий информационный комплекс, – своеобразный правовой «соционом». Объективная необходимость регулярного научного развития Конституции на основе научно и практически выверенного самопознания.

Современные конституционные основы организованного массово-информационного и общеобразовательного совершенствования общества и государства. Роль и участие академических институтов и отдельных общественных деятелей в научно-методологическом обеспечении ноосферной деятельности. Объективная необходимость научного возвышения общественно-политических Движений, партий и сетевых сообществ. Опыт СССР и других стран в организации научно-просветительской деятельности. Экспертные системы, опыт создания и использования, современные потребности в научных экспертных системах и возможности их создания. Человеко-машинные экспертные системы – прошлое, настоящее и будущее.

Рекомендуемые источники

Андреев И. Л. Происхождение человека и общества. М.: Мысль. 1988.

Анохин П. К.: 1) Принципиальные вопросы общей теории

функциональных систем. М.: Наука. 1973. Интернет-ресурс. URL: http://www.galactic.org.ua/Prostranstv/anoxin-7-1.htm; 2) Избранные труды. М.: Наука. 1978.

Афанасьев В. Г.: 1) Общество: системность, познание и управление. М.: Политиздат. 1980; 2) Мир живого: системность, эволюция и управление. М.: Политиздат. 1986.

Афанасьев В. Г., Урсул А. Д. Эффективность социального управления: Системно-деятельностный подход / Информация и управление: Философско-методологичечкие аспекты. М.: Наука. 1985.

Ахундов М. Д. Концепции пространства и времени: Истоки, эволюция, перспективы. М; Наука. 1982.

Барулин В. С. Социальная философия: Учебник. Изд. 2-е. М.: ФАИР-ПРЕСС. 2000.

Белик А. А. Культурная (социальная) антропология. Учебное пособие. М.: РГГУ, 613 с. 2009.

Белькинд Л. Д. Андре-Мари Ампер. М.: Наука. 1968.

Бернал Дж. Наука в истории общества. М. 1956.

Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода. М.: Наука. 1973.

Богданов А.: 1) Очерки организационной науки. Самара. 1921; 2) Тектология: Всеобщая организационная наука. М.: Экономика. 1989.

Бороноев А. С., Смирнов П. И. Россия и русские. Характер народа и судьбы страны. Спб.: Панорама. 2001.

Боулдинг К. Общая теория систем – скелет науки / Исследования по общей теории систем. М.: Прогресс. 1969.

Бутовская М. Л., Файнберг Л. А. У истоков человеческого общества. М.: Наука. 1993.

Васильев А. Производство: эволюция и парадоксы организации // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.17250, 24.01.2012.

Вебер М. Избранные произведения / Под ред. П. П. Гайденко. М.: Прогресс. 1990.

Вернадский В. И. Философские мысли натуралиста. Л.: Наука. 1988.

Веселовский В. Н. О сущности живой материи. М.: Мысль. 1971.

Винер Н.: 1) Кибернетика. М.: Советское радио. 1968; 2) Кибернетика, или управление и связь в животном и машине. 2-е издание. М.: Наука. 1983; 3) Индивидуальный и общественный гомеостазис. Общественные науки и современность. 1994. №6: 127—130.

Волкова В. Н., Козлов В. Н. (ред.) Системный анализ и принятие решений: Словарь-справочник: Учебное пособие для вузов. М.: Высшая школа. 2004.

Волкова В. Н., Емельянов А. А. (ред.) Теория систем и системный анализ в управлении организациями: Справочник. М.: Финансы и статистика. 2006.

Выготский Л. С. Собрание сочинений. М.: Наука. 1984.

Гвишиани Д. М. (ред.) Вопросы теории и практики управления и организации науки. М.: Наука. 1975.

Гвишиани Д. М., Лапин Н. И. (ред.) Краткий словарь по социологии. М.: Политиздат. 1988.

Гобозов И. А. (ред.) Социальная философия. Учебник. М.: Издатель Савин С. А. 2003.

Голубков Е. П. Использование системного анализа в принятии плановых решений. М.: Экономика. 1982.

Горохов В. Г., Халипов В. Ф. (сост.) Научно-технический прогресс. Словарь. М.: Политиздат. 1987.

Горский Ю. М. Основы гомеостатики. Гармония и дисгармония в живых, природных, социальных и искусственных системах. Иркутск: Изд-во ИГЭА. 1998.

Грачев М. Н. (сост.) История политических и правовых учений: Электронная хрестоматия. Интернет-ресурс. URL: http://grachev62.narod.ru/hrest/content.htm.

Гринин Л. Е.: 1) Формации и ивилизации. Философия и общество. 1997. №3. С.42—78.

2) Генезис государства как составная часть процесса перехода от первобытности к цивилизации. Философия и общество. 2001. №4; 3) Государство и исторический процесс. Эволюция государственности: от раннего государства к зрелому. М.: УРСС. 2007.

Гринин Л. Е., Марков А. В., Коротаев А. В. Макроэволюция в живой природе и обществе. М.: ЛКИ/URSS. 2008.

Грэхем Л. Р. Естествознание, философия и науки о человеческом поведении в Советском Союзе. М.: Наука. 1991.

Гуд Г. Х., Маккол Р. З. Системотехника: Введение в проектирование больших систем. М.: Советское радио. 1962.

Денисов А. А. Современные проблемы системного анализа: Информационные основы: Учебное пособие. СПб: Изд. СПбГТУ. 2005.

Доватур А. Политика и Политии Аристотеля. М.: Наука. 1965.

Дрогобыцкий И. Н. Системный анализ в экономике. М.: Финансы и статистика. 2007.

Дружинин, В. В., Конторов, Д. С. Проблемы системологии (проблемы теории сложных систем). М.: Советское Радио. 1976.

Дубровский Д. И. Информация, сознание, мозг. М.: Наука. 1980.

Дюментон Т. Т. Сети научных коммуникаций и организация фундаментальных исследований. М.: Наука. 1987.

Дюринг, Е.: 1) Критическая история общих принципов механики. М. 1893; 2) Ценность жизни. СПБ. 1894.

Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда. М.: Наука. 1996.

Жуков В. И., Краснов Б. И. (ред.) Общая и прикладная политология: Учебное пособие. М.: МГСУ; Изд. Союз. 1997.

Зуб А. Т. Биополитика: истоки, современное состояние и перспективы. М.: МГУ.1995.

Иванов М. М. (и др.) США: Управление наукой и нововведениями. М.: Прогресс. 1990.

Кара-Мурза С. Г. Кризисное обществоведение. Часть I. М.: Научный эксперт. 2011.

Карпинская Р. С. Глобальный эволюционизм и науки о жизни. URL: http://rusnauka.narod.ru/lib/philos/globevol/karpinsk.htm.

Карпинская P. С., Никольский С. А. Социобиолоия. Критический анализ. М.: Мысль. 1988.

Карпинская Р. С., Лисеев И. К., Огурцов А. П. Философия природы: коэволюционная стратегия. М.: Интерпракс. 1995.

Карташев В. А. Система систем. Очерки общей теории и методологии. М.: Прогресс-академия. 1995.

Квейд Э. Анализ сложных систем. М.: Советское радио.1969.

Кеннеди М. Деньги без процентов и инфляции. Швеция. 1993.

Кирсанов К. А., Буянов В. П., Михайлов Л. М. Теория труда. Учебное пособие. М.: Изд. Экзамен XXI. 2003.

Кликс, Ф. Пробуждающееся мышление. М.1983.

Корицкий Э. Б. (сост.). У истоков НОТ. Забытые дискуссии и нереализованные идеи.– (Социально-экономическая литература 20-30-х гг.). Л.: ЛГУ. 1990.

Котарбиньский Т. Трактат о хорошей работе. М.: Мир. 1975.

Кремянский В. И.: 1) Структурные уровни организации живой материи. М.: Наука. 1969; 2) Информация и системный подход в биологии. М.: Наука. 1980.

Кропоткин П. А. Этика. Т.1. Пб.– М.: Голос Труда. 1922.

Кузнецов О. Л., Кузнецов П. Г., Большаков Б. Е. Система природа-общество-человек: устойчивое развитие. М.: Ноосфера. 2000.

Кулешов В. В. Ресурсы: Экономия и бережливость. Новосибирск. 1990.

Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Наука. 1977.

Лернер А. Я. Начала кибернетики. М.: Наука. 1967.

Лурия А. Р.: 1) Об историческом развитии познавательных процессов. М.: Наука. 1974; 2) Функциональная организация мозга. В: Естественнонаучные основы психологии. М.: Педагогика. 1978; 3) Язык и сознание. М.: Наука.1979.

Ляпунов А. А. Об управляющих системах живой природы / О сущности жизни. М.: Наука. 1964.

Макарычев А. С. Ученые и политическая власть // Полис, №3. 1997.

Мамчур Е. А., Овчинников Н. Ф., Огурцов А. П. Отечественная философия и наука: Предварительные итоги. М.: РОССПЭН. 1997.

Маркарян Э. С.: 1) Вопросы системного исследования общества. М.: Знание. 1972; 2) О генезисе человеческой деятельности и культуры. Ереван. 1973; 3) Инварианты самоорганизации и проблемы эколого-энергетического исследования общества. Пущино. 1981; 4) Теория культуры и современная наука. М.: Мысль. 1983.

Марков Ю. Г. Функциональный подход в современном научном познании. Новосибирск.: Наука. 1982.

Мертон Р. К. Социальная теория и социальная структура. М.: Мир. 2006.

Месарович М., Мако Д., Такахара М. Теория иерархических многоуровневых систем. М.: Мир. 1973.

Мильнер Б. З.: 1) Системный подход и организации управления. М.: Прогресс. 1983; 2)

Теория организации: Учебник. М.: ИНФРА-М. 2000.

Могилевский В. Д. Методология систем. М.: Экономика. 1999.

Моисеев Н. Н. Человек. Среда. Общество. Проблемы формализованного описания. М.: Наука. 1982.

Назаретян А. П. Антропология насилия и культура самоорганизации. Очерки по эволюционно-исторической психологии. М.: УРСС. 2008.

Нерсесянц В. С. Сократ. М.: Наука. 1977.

Николаев В. И., Брук В. М. Системотехника: методы и приложения. Л.: Машиностроение. 1985.

Новик И. Б. Системный стиль мышления (особенности познания и управления в сложных системах). М.: Знание. 1986.

Новосельцев В. Н.: 1) Теория управления и биосистемы. Анализ сохранительных свойств. М.: Наука. 1978; 2) Организм в мире техники: кибернетический аспект. М.: Наука. 1989.

Новосельцев В. Н. (сост.) Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем. СО АН СССР. Новосибирск: Наука. 1991.

Нюттен Ж. Мотивация, действие и перспектива будущего / под ред. Д. А. Леонтьева. М.: Смысл. 2004.

Овчинников Н. Ф. Тенденция к единству науки. Познание и природа. М.: Наука. 1988.

Олескин А. В.: 1) Уровневая структура живого и биополитика // Интернег-ресурс. Режим доступа: http://rusnauka.narod.ru/lib/philos/fbiol/oleskin.htm. 2007; 2) Биополитика. Политический потенциал современной биологии. М.: Научный мир.

Оптнер С. Системный анализ для решения деловых и промышленных проблем. М.: Советское радио. 1969.

Парсонс Т. Понятие общества: компоненты и их взаимоотношения / Американская социологическая мысль. М.: Мир. 1996.

Пельц Д., Эндрюс Ф. Учёные в организациях: Об оптимальных условиях для исследований и разработок. М.: Мир. 1973.

Перегудов Ф. И., Тарасенко Ф. П. Введение в системный анализ. М.: Высшая школа. 1989.

Плахов В. Д. Социальные нормы. Философские основания общей теории. М.: Наука. 1985.

Плюснин Ю. М. Проблема биосоциальной эволюции. Теоретико-методологический анализ. Новосибирск: Наука.1990.

Поваров Г. Н. Ампер и кибернетика. 2-е изд. М.: Изд. ЛКИ, 2007. URL: http://grachev62.narod.ru/hrest/chapt33.htm.

Поппер К. Логика и рост научного знания. М.: Мир. 1983.

Поспелов Д. А.: 1) Моделирование рассуждений. М.: Мысль. 1989; 2) Нормативное поведение в мире людей и машин. Кишинёв: Штиинца. 1990.

Пушкин В. Г., Урсул А. Д. Информатика, кибернетика, интеллект. Философские очерки. Кишинёв: Штиинца. 1989.

Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. М.: Наука. 1975.

Рьюз М. Философия биологии. М.: Прогресс. 1977.

Садовский В. Н.: 1) Системный анализ в экономике и организации производства / С. А. Валуев, В. Н. Волкова, А. П. Градов и др. Л.: Политехника. 1991; 2) Людвиг фон Берталанфи и развитие системных исследований в ХХ веке / Системный подход в современной науке. М.: Прогресс-Традиция. 2004.

Серов Н. К. Личность и время. Л.: Лениздат. 1989.

Сетров М. И.: 1) Организация биосистем. Методологический очерк принципов организации живых систем. Л.: Наука. 1971; 2) Основы функциональной теории организации. – Л.: Наука. 1972.

Сетров М. И. (ред.) Принципы организации социальных систем: Теория и практика. Киев – Одесса. 1988.

Семёнов, Ю. И. 2003. Философия истории. (Общая теория, основные проблемы, идеи и концепции от древности до наших дней). М.: Современные тетради.

Семенюк, Е. П., Тюхтин, В. С., Урсул, А. Д. 1976. Социальная информация. В: Философские вопросы естествознания. М.: Наука.

Сержантов, В. Ф. 1994. Природа человека и его судьба. СПб.: Изд. ПАНИ.

Смирнов, П. И.

2001. Социология личности: Учеб. пособие. СПб.: Изд. СПбГУ.

2004. Слово о России: Беседы о Российской цивилизации. Спб.: Химиздат.

Ценность: Стимул деятельности и одно из основных понятий социологии // Интернет-ресурс. Режим доступа: http://credonew.ru/content/view/991/65/. Дата доступа: 2012.01.04.

Спиноза, Б. 1957. Избранные произведения. В 2-х томах. М.: Политиздат.

Стаффорд, Бир

1965. Кибернетика и управление производством. – М.: Наука.

2005. Мозг фирмы. М.: Едиториал УРСС.

Тахтаджян, А. Л. 1971. Тектология: история и проблемы. В: Системные исследования. Ежегодник. М.: Наука.

Тойнби, А. Дж.

1991. Постижение истории. М.: Мир.

1995. Цивилизация перед судом истории. М.: Прогресс-Культура, СПб.: Ювента.

Тредер, Г. Ю. 1989.Эволюция основных физических идей. Пер. с нем. Киев, Наукова Думка.

Тэйяр де Шарден, П. 1987. Феномен человека. М.: Прогресс.

Уёмов, А. И. 1978. Системный подход и общая теория систем. М.: Мысль.

Уилсон, Э. О. 1975. Социобиология: Новый синтез (26-ая глава) // Интернет-ресурс. Режим доступа: http://ethology.ru/library/?id=126. Дата доступа: 2012.01.04.

Уледов, А. К. 1986. Структура общественного сознания: Теоретико-социологическое исследование. М.: Наука.

Ухтомский, А. А. 1978. Избранные труды. Л.: Наука.

Файнберг, Л. А. 1980. У истоков социогенеза. М.: Наука.

Федоренко, Н. П. (гл. ред.) 1982. С. Г. Струмилин. Проблемы экономики труда. М.: Наука.

Фетискин, В. В. 2003. Социум в призме деятельности. М.: ВОСХОД -А.

Финн, В. К. 2001. Интеллектуальные системы и общество. Сб. статей М.: РГГУ.

Фромм, Э. 1986. Иметь или быть. М.: Прогресс.

Цивьян, Т. В. 1985. Мифологическое программирование повседневной жизни. Этнические стереотипы поведения. Л.: Наука.

Черри, К. 1979. Человек и информация. М.: Связь.

Чесноков, В. С.

2006. Сергей Андреевич Подолинский. 1850—1891. 2-е изд. М.: Наука.

2010. С. А. Подолинский: концепция социальной энергетики // Век глобализации – №2 (6).

Чешко, В. Ф., Глазко, В. И. 2009. High Hume (биовласть и биополитика в обществе риска). Учебное пособие. М.: Изд-во РГАУ МСХА им. К.А.Тимирязева.

Швырев, В. С. 1984. Научное познание как деятельность. М.: Наука.

Шишкин, А. Ф. 1979. Человеческая природа и нравственность. М.: Мысль.

Шмальгаузен, И. И.

1982. Организм как целое в индивидуальном и историческом развитии. М.: Наука.

1983. Пути и закономерности эволюционного процесса. Избр. труды. М.: Наука.

Щербина, В. В. 1998. Социология организаций: школы, направления и тенденции развития. В: Ядов, В.А. (ред.), Социология в России. М.: ИС РАН.

Энгельс, Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. В: К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. 2-е изд., Т.21.

Эфроимсон, В. П. Родословная альтруизма // Интернет-ресурс. Режим доступа: http://evolution.powernet.ru/library/genealogy.htm. Дата доступа: 2012.01.04.

Эшби, У. Р. 1964. Конструкция мозга. Происхождение адаптивного поведения. М.: Мир.

Юдин Б. Г. (ред.) 1998. Биоэтика: принципы, правила, проблемы. М.: Эдиториал УРСС.

1987. Всемирная история экономической мысли. В шести томах. МГУ.

2002. Системный анализ актуальных проблем экономики / Сборник трудов Института системного анализа РАН. М.: Едиториал УРСС.

2004. Системный подход в современной науке (к 100-летию Людвига фон Берталанфи). М.: Прогресс-Традиция.

Нижников, С. А. 2006. Обществознание: Учебник. М. // Интернет-ресурс. Режим доступа: http://www.ido.rudn.ru/nfpk/ob/

14.04.2012

5. Введение в системный анализ «общественных форм жизни» и системное обществознание

5.1. Введение

Современная ситуация в мышлении о главном, о возможных моделях социально-экономического и государственного устройства, о культурном и прочем развитии характерна чрезвычайным разнообразием, можно сказать хаосом, обусловленным столь длительным периодом отхода (под лозунгами свободы) от научно и политически детерминированного мышления (более научного в «предперестроечный» период) к мышлению, вызванному небывалой открытостью общественного сознания. Что хлынуло в него и откуда перечислять и разъяснять уже не надо. Кроме того, рыночная стратегия общественного развития и монетизация всех сфер деятельности обусловили, можно сказать, политически-бюджетный запрет объективно необходимой академической научной деятельности, направленной на совершенствование всех сторон общества, государства и страны, союза народов. Общественные организации, партии и инициативные исследователи, подменившие деятельность научных институтов в этом плане, выработали за более чем 20-ти летний период величайшие пласты исследований и разработок, которые, однако, некому систематизировать, научно-методически верифицировать и предлагать к предельно квалифицированному обсуждению на научно-политических Советах. Существует и проблема инвариантных экспертных советов академического уровня. Кратко выражаясь, всесильный и необузданный Рынок «освободил» общественное сознание, мышление от объективно предписанной деятельности, раздробил и устремил мыслительные зоны и ячейки по субъективно-рыночным и политически оппозиционным целям.

Недавняя публикация статьи Никифорова А. С. о сложнейшем периоде становления и развития социализма в СССР, о ведущих деятелях того периода, – дополненная интерпретацией диссертанта В. В. Алексеева, очень актуальна раскрытием предельно научного, научно-философского подхода к строительству нового общества в начальный период (по имевшимся возможностям). Об этом говорит и уникальная книга о научной организации труда (как общественно полезной деятельности) [2, -5]. Сталин хорошо понимал необходимую системность социализма, но выстраивал её по своему характеру и разумению. Системный анализ государственной деятельности в предыстории и истории СССР, указывает на главную причину всех народных бедствий и общественных потерь, о которой до сих пор не могут открыто заявить академики («потеряли голос»? ) и не сказал упомянутый диссертант (сфокусировав причинность на личностях Богданова и Сталина). Она обусловлена политической традицией формирования высшей государственной власти в плане функционального её наполнения. Имеет место «системное заблуждение», изначально (от древних систем власти) обусловленное объективной необходимостью присвоения властью функций высшего общественного разума. До определённого уровня научного самопознания в обществе это было оправдано и к государственному управлению привлекались наиболее «знающие» (о которых говорил и Сократ). Но, при стремительном научном развитии, примерно с середины 19 века (за начало можно принять классификацию наук А.-М. Ампера, в которой он отводил высший уровень наукам, определяющим общественное устройство и управление общественным развитием) происходило так же стремительное информационно-функциональное отставание развития государственного комплекса (не говоря уж об очень удобном для власти консерватизме). Научное познание природы, человека и общества, самопознание возвышались, – субъектно и в памяти научного сообщества (в библиотечных формах), а научно-информационное и прочее интеллектуальное обеспечение государства и государственного управления ограничивалось и авторитарно определялось государственными лидерами. Если «смотреть сверху», то должно быть понятно, что общество объективно (эволюционно, через человека как деятельную Единицу) предопределено быть живой метаорганизацией (оснащенной искусственно и творчески создаваемыми средствами развития), самосовершенствуемой посредством особым образом организованного самоотражения. Традиционный государственный консерватизм, политическая детерминация и авторитарность высшей власти сохраняют указанное системное заблуждение. Оно и «сбрасывает» общество с пути объективно предписанного саморазвития на путь, указанный тем или иным государственным (партийным) лидером, находящимся в своеобразном информационно-психологическом плену, выстроенном традициями власти. Объективно высшая власть принадлежит знаниям (в принятых формах), а не их носителям. Поэтому в видимом идеале её должен осуществлять метагосударственный человеко-машинный комплекс, использующий предельно выверенные и предельно полезные знания, по отношению к высшим целям общественного существования и развития, информационно инвариантный, но периодически совершенствуемый комплекс (по упрощенной аналогии с операционной компьютерной системой, исключающей невежественные и несанкционированные действия).

Выяснять другие причины стратегических ошибок в строительстве социализма (научно- информационного плана) надо начинать с системного изучения формирования и развития марксизма. Хотя многие сведения этого плана были и остаются неизвестными, но некоторые существенные моменты мне удалось узнать ещё в 90-е, при ознакомлении с «Анти-Дюрингом» Энгельса и жизнедеятельностью лидеров-антиподов, которых представляет эта книга. В том-то и состоит определяющее для марксизма значение этого противоборства, что в стычке естественнонаучного и системного подхода Дюринга и политэкономического, исторически-механистического подходов Маркса и Энгельса победили вторые, имевшие большую публицистическую мощность (благодаря, кроме прочего, деньгам Энгельса). Полезно знать научную подготовку сторон. Дюринг был выдающимся математиком, историком естествознания, натурфилософом и литератором, имел большое влияние в кругах интеллигенции Германии (см. его кн. «Ценность жизни», СПБ, в которой есть большой литературно-биографический очерк от Издателя). Дюринг работал над «Философией действительности», написал «Критическую историю общих принципов механики», книгу о «социстарной экономике» (были изданы в России) и др. (см. энциклопедии). Энгельс много занимался, как известно немногим, и самообразованием, главным образом историческим, о чем говорят и его основные труды. После ознакомления с жизнью и творчеством этих лидеров, историей их противоборства полезно изучить и сами книги Энгельса: «Анти-Дюринг» и «Диалектика природы», которые он спешно (по заданию единомышленников) сочинил для решительной победы над Дюрингом в общественном сознании того периода. Так вот, в «Диалектике природы» Энгельс честно признается, что не использует биологические знания, и о человеке тоже. В тот период они уже имелись, но их систематизация и научное обобщение были, думается, не по силам Энгельсу, да и времени у него на эту работу не было, – его «Диалектика» осталась в рукописях. Но, даже при наличии времени систематизация достижений в научном познании природы, человека и общества с целью создания комплекса «рабочих знаний» для строительства общества «социализма-коммунизма» в тот период была невозможна, научных знаний явно не хватало. История и показала, что исторический («истмат»), механистический («диамат») и политэкономический подходы «марксизма» вместе с талантливыми работами Ленина (заметим, юриста по образованию) оказались явно недостаточными для столь грандиозных трансформаций старого общества и строительства совершенно нового. Даже интуитивные озарения талантливых мыслителей не рождаются на пустом месте. Например, молодой Маркс в своих экономических рукописях писал, что каждый человек должен, прежде всего, есть, пить, одеваться и иметь жильё. Но, он не получил озаряющий вывод о всеобщем для живой природы законе гомеостатического равновесия, своеобразной «живой стационарности» всех организмов, в том числе человека, который «предписал» собою объективно необходимые системы деятельности по обеспечению «общественной стационарности» на уровне жизни. Ученые говорят пока о стабильности, устойчивости и консерватизме, но и понятие стационарности полезно расширить как в сторону атомной стационарности, так и на живые системы, включая человека и общество как социотехнический комплекс, имеющий живой «матрикс».

Если бы человечество ограничилось в своем познании лишь законами классической механики, то оно не получило бы столь совершенные технологии и технические системы, производственные организации, которые стали для нас уже «само собой разумеющимися», а ранее не мыслились даже фантастами. Это же относится и к строительству наиболее совершенного (по возможностям) общества. Поэтому надо понять историчность и научную недостаточность марксизма-ленинизма, ошибочность некоторых его положений. Богданов (Малиновский) как раз и пытался дополнить марксизм «организационной наукой» (» … старался идти по тому пути, который указан Марксом – искать линии развития «высших» проявлений человеческой жизни, опираясь на их зависимость от развития основных её условий»; – см. историю Тектологии). Он исходил (как и Евгений Дюринг) из естествознания и, несмотря на суровые условия творчества, обеспечил своими наработками последующее становление и развитие Общей теории систем (ОТС), – к сожалению, не в России (что объяснимо), системного анализа и проектирования сложнейших организаций различной природы. Он разработал лучший для того периода «Краткий курс экономической науки» (1897), которым Ленин был очень доволен, занимался вместе с другими учеными научной организацией труда (как деятельности) в молодой стране Советов и массой других важнейших дел. Причины общественных трагедий и потерь исходят всё же от используемых Властью знаний, а их в тот период было явно недостаточно, да и марксизм строго охранялся партией власти как идеальное знание, вплоть до «перестройки». Сталин «закрыл» научно-философские работы Богданова (до «перестройки»), но рыночное мышление «перестроечной» власти «закрыло» вообще всё профессиональное мышление, направленное на совершенствование общества, даже в объективно необходимых сферах общественного производства.

5.2. О научно-методических основаниях системного обществознания

К настоящему времени существует уже большое множество «обществознаний». Поэтому возникает вопрос, какое из них полезнее обществу в целом, стране? Правильнее, каким оно должно быть для обеспечения наибольшего прогресса в объективно необходимом совершенствовании общества текущего и последующего? Для общественно ценного ответа на него необходимо изучить определенную массу знаний, выработанных наукой в изучении великого опыта Природы и человечества, в изучении фундаментальных законов и закономерностей природы, человека и общества. Прежде всего, надо обратить внимание на совершенство эволюционных предшественников общества, – высших организмов и человека, и в изучении этого совершенства через освоение теоретических обобщений биологии, ОТС, основ кибернетики и прочих теоретических обобщений, связанных с процессами организации-дезорганизации (включая наработки Богданова), овладеть современной методологией системного анализа.

Как человек, так и общество, как цельная сверхсложная организация, имеют высшие цели своего существования и развития в процессах жизнедеятельности, которые заключаются в обеспечении наиболее длительного и надёжного существования в изменяющемся мире, наполненном возмущениями и серьёзными опасностями. Эволюция выработала в человеке функциональные комплексы адаптации, гомеостаза, управления и программирования развития, совершенство которых и обеспечило сохранение и развитие человечества, и позволяет сейчас говорить о человеке как о совершенной живой организации (следуя Богданову). Древний человек, в процессах становления и развития человеческих организаций, первичных обществ, системно трансформировал (коллективной деятельностью, начальными системами деятельности) свои функциональные комплексы в общественные. Общество оснастило себя средствами наблюдения за окружающим миром и его опасностями, «вооруженными силами» и прочими средствами (адекватно функциональным комплексам, обеспечивающим надёжное существование и воспроизводство) путем организации и функционального распределения своих ресурсов, природных, человеческих и появляющихся за счет развивающего мышления искусственных средств. Осмысление эволюционно-исторических процессов развития человечества в системном плане позволяет сжимать их длительность и выявлять основные системно движущие факторы. Функционально-системный подход в изучении общественного развития от истоков позволяет понять главное, объективное «предписание» для общества «быть системно организованным», адекватно высшим целям и целевому древу. При этом изначальная системная трансформация (системное редуцирование) функциональных комплексов человека в общественные комплексы позволяет использовать самого человека разумного, совершенного в качестве абстрактной системной модели совершенного общества.

Изучение общемировой истории общественного развития с отмеченных позиций в системном плане (чем автор и занимался ранее, – см. публикации) позволяет понять как системно разрушительное действие денег и унаследованных человеком инстинктов, в частности устремленности к наивысшему (от достигнутого) комфорту, так и всю архаичность «рыночной» организации общества, – через распространение рыночных принципов во все сферы деятельности. Короче говоря, в формировании общественно прогрессивного обществознания необходим не исторический, а системный анализ общественного развития от самих истоков. Он должен раскрывать, в системном плане, как сущностные моменты, так и законы, закономерности и потенциальные возможности совершенствования общества как такового, как сверхсложной социотехнической организации (страны, союза народов).

Антропо-социальная эволюция человечества уже на ранних этапах выработала определенные функциональные ориентации (свойства и устремленности) человека, которые можно свести к трём основным типам (функциональным психотипам):

человек-исполнитель, служащий; человек-организатор, -руководитель, -управляющий и человек-новатор, -изобретатель, -творец. Эти типы объективно необходимы в организации, полезном функционировании и развитии всех систем деятельности в обществе. Можно сделать и такой вывод: объективно сложившаяся организация систем деятельности в обществе, с древних времен выработала три основных функциональных психотипа человека. Другие психотипы, установленные наукой, определяют взаимоотношения людей и действуют тем или иным образом на нормированные функциональные отношения в системах деятельности. Как в человеке разумном интеллект (разумное мышление) осуществляет развивающую обратную связь от практики к формированию новой деятельности, новой реальности (включая новые изделия), так и в обществе интеллектуальные сферы деятельности объективно должны обеспечивать прогрессивное общественное развитие в направлениях специализированного и общего совершенствования. Все сугубо мысленные в древности (с примитивными рисунками) и сложнейшие современные проекты строительства, созидания чего-либо нового являются, в сущности, программами развивающей деятельности. Полезно системно проследить развитие языков программирования деятельностей и систем деятельности вообще в истории человечества, и развитие программирования на всех структурно-функциональных уровнях.

5.3. Особые темы обществознания

Хотя и все темы научного обществознания должны иметь высоко положительное значение для общества (как предвидели это Огюст Конт и Андре-Мари Ампер), но считаю полезным выделить здесь особо значимые для современных научно-политических дискуссий. Таковыми могут быть темы следующих системных обобщений:

1. Социальные нормы. Обрядовое, мифологическое, религиозное и научно-просветительское (светское) воспитание и программирование повседневной жизнедеятельности. Религиозные обряды, службы как процессы формирования и закрепления морально-нравственных установок жизнедеятельности общественно неадекватных граждан во взаимоотношениях, в семейной и нормативной деятельности на общее благо. История и общественно полезные перспективы развития.

2. Деньги как важнейшее функционально-системное средство общественного развития. Научные подходы к информационно-технической реализации и использованию денег в обществе.

3. Категории полезности, ценности, стоимости и эффективности в системах деятельности индивидуального, частно-капиталистического и социоцентричного характера.

4. Становление и развитие функционального комплекса управления в истории человечества, переход от естественно детерминированного комплекса к авторитарно-силовому и государственному. Государство как человеко-машинный комплекс, государственный функционал и научные перспективы его совершенствования.

5. Эгоцентризм и социоцентризм. Научные подходы к организации, нормативному распределению, согласованию и стимулированию общественно полезных деятельностей.

Рекомендуемая литература

Естествознание и научно-философское познание жизни:

1. Баблоянц А. Молекулы, динамика и жизнь: Введение в самоорганизацию материи. М. Мир. 1990.

2. Бауэр Э. С. Теоретическая биология. М. – Л. 1935.

3. Вернадский В. И. Живое вещество. М. 1978. Философские мысли натуралиста. М. 1988.

4. Веселовский В. Н. О сущности живой материи. М. Мысль. 1971.

5. Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем. СО АНСССР. Новосибирск. 1991.

6. Ичас М. О природе живого. Пер. с англ. М.: Мир, 1994, 496 с.

7. Логинов А. А. Гомеостаз: Философские и общебиологические аспекты. Минск. 1979.

8. Найдыш В. М. Концепции современного естествознания: Учебник. Изд. 2-е, перераб. и доп. М.: Альфа-М; ИНФРА-М, 2004. 622 с.

9. Основы общей биологии. Под ред. Э. Либберта. М. Мир. 1982.

10. Торосян А. Ц. Основная функция живого и его эволюция. М. Наука. 1994.

11. Шмальгаузен И. И. Пути и закономерности эволюционного процесса. Избр. Труды. М. 1983.

12. Эйген М. Самоорганизация материи и эволюция биологических макромолекул. М. 1973.

Научно-философские и методологические работы общественной проблематики:

1. Васильев А. Научные основы обществознания // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.17416, 14.04.2012.

2. Зуб А. Т. Социобиологические подходы к некоторым проблемам социальной теории // Западная теоретическая социология 80-х годов. М.: ИНИОН АН СССР. 1989. С.96—124.

3. История «Тектологии» Богданова. URL: http://www.tectolog.com/history

4. Карпинская Р. С. Глобальный эволюционизм и науки о жизни. URL: http://rusnauka.narod.ru/lib/philos/globevol/karpinsk.htm

5. Корицкий Э. Б. (сост.) У истоков НОТ. Забытые дискуссии и нереализованные идеи. Ленинград, Изд. ЛГУ, 1990, 336 с. URL: http://www.twirpx.com/file/670015/

6. Олескин А. В. Уровневая структура живого и биополитика. URL: http:/rusnauka.narod.ru/lib/philos/fbiol/oleskin.htm

7. Перегудов Ф. И., Тарасенко Ф. П. Введение в системный анализ. М. 1982.

8. Щербина В. Социология организаций: школы, направления и тенденции развития // Социология в России / Под ред. В. А. Ядова. 2-е изд., перераб. и дополн. М.: Издательство Института социологии РАН, 1998. 696 с. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/yadov/08.php

9. Философия биологии. Вчера, сегодня, завтра (Памяти Регины Семеновны Карпинской). М., 1996. 306 с.

01.08.2013

6. Конституционная аксиоматика

Базовые утверждения, определяющие государственные, социально-экономические и нравственно-этические принципы и положения конституционного значения вытекают из великого опыта человечества, недавнего исторического прошлого страны и из научного познания этого опыта, опробованных моделей и Законов, из научного познания человека, природы и общества в их коэволюционном процессе развития. Эти основополагающие утверждения надлежит предварительно установить в качестве аксиом по причине отсутствия конституционно назначенного научного института, который должен вырабатывать таковые положения и научно-популярно разъяснять их населению, а также по причине недостаточного ещё уровня знаний политически активных граждан избираемых в органы власти и определяющих конституционные основания (судя по сохранению действующей конституции).

В то же время, научно-исторические, научно-философские и практические (особенно из недавнего опыта) основания конституционного характера уже получены многочисленными научными исследованиями, что подтверждает краткая прилагаемая выборка соответствующих источников. Необходимо подчеркнуть, что конституционные основания (аксиоматика) не должны определяться какими-либо идеологическими учениями, проистекающими из религий или из традиционно-политической деятельности прошлого, когда отсутствовали научные знания о человеке и обществе, наиболее точно отражающие реальность, закономерности человеческой и общественной жизни. Современный конституционно противоречивый, неустойчивый (бифуркационный) период отличается тем, что при господстве традиционных идеологических знаний имеются уже научно и практически выверенные знания, в количественной и качественной мере, допускающей использование их в качестве обществоведческих и прочих научных оснований Конституции. Здесь предлагается рассмотреть ряд основных, на мой взгляд, тезисов конституционной аксиоматики, которые определяются, как отмечено выше, современными научными знаниями и положительным опытом страны.

1. Обществу как животворной социальной организации объективно предписано (через человека) надёжно существовать и развиваться в качестве функционально цельной организации, т. е. в формализованном научном представлении – быть «живой системой» высшего эволюционного уровня. Современные системные знания о живой природе, эволюции человека и общества, великий опыт мирового сообщества убеждают в том, что животворный базис общества, несмотря на достигнутое насыщение общественной жизни всевозможной техникой, технической инфраструктурой, по-прежнему определяет целостные характеристики общества (страны) в окружающем мире.

2. Государство создаётся (реформируется), воспроизводится и совершенствуется как иерархический распределенный (в пределах страны) комплекс политического и социально-экономического управления:

– Всем общественным производством (в научном, широком его понимании), его ресурсным обеспечением и развивающей инновационной деятельностью;

– Вооруженными силами;

– Международными политическими, культурными и торговыми отношениями и процессами.

Управляющие (стабилизирующие) Законы, Программы и отдельные Решения вырабатываются посредством высокоорганизованной научной деятельности академического уровня в статусе «института стратегического проектирования и национальной экспертизы», обеспечивающей национально оптимальные варианты развития страны и подчинение «властного человеческого фактора» в принятии государственных решений национальной целесообразности. Указанный институт формируется всем научным сообществом посредством специально разработанных (сообществом) процедур.

3. Государство, по своей объективно назначенной сущности, должно быть общественно сохраняющим и целесообразно развивающим страну комплексом, т. е. должно быть «национально целесообразным», адекватным геополитическому, ресурсному, производственному и прочим факторам. Понятие «светское» исходит от религиозного взгляда на общественную жизнь и является уже архаичным. Другие исторические и политические обозначения отражают лишь функциональную и (или) политическую структуру, принципы сосредоточения – распределения власти. Все традиционные подходы к государству уводят общественное сознание от главного – от информационного обеспечения государственного комплекса. С объективных позиций оно должно быть не «обслуживающим» а «предписывающим».

4. Религиозные организации относятся к культурному наследию и отношение к ним должно формироваться, как и к другим культурным составляющим, с позиции общественной полезности. В связи с общемировым стремительным развитием научного мировоззрения, наук о природе и человеке, общественных наук, религиозное мировоззрение становится уделом недостаточно образованных старших и младших поколений, не охваченных в достаточной мере общественно полезным естественнонаучным образованием. Ввиду очевидной уже общественной полезности научного образования, в т. ч. в сферах этики, психологии, социологии и других гуманитарных знаний, религиозное мировоззрение должно изучаться в историческом плане и не становиться приоритетным в системах воспитания и общего образования. Конституция должна устанавливать приоритет научно и практически выверенных знаний и право государства блокировать распространение мифических и прочих ложных взглядов, мешающих общественно полезному развитию граждан. Прогрессивность или ложность взглядов, новых пониманий и прочей информационно-творческой продукции определяется научно установленными и апробированными методами и процедурами (экспериментами, машинным моделированием, семинарами, конференциями и пр.).

5. Социально-экономический опыт показывает, что выработанные Западом способы денежного обогащения во многом вредны обществу, прежде всего, «паразитическим результатом», который определяется разностью употребленных собственником ресурсов плюс накопленных денежных ресурсов, – в едином стоимостном выражении, и реальной стоимости, которую он вложил в воспроизводство производительных ресурсов и произведенную (добытую) общественно полезную продукцию. Известно, что многие собственники «наживаются» и на общественно вредных продуктах (алкоголь, табак, фальсификат и пр.) и услугах, а ростовщическая деятельность (оформленная как финансовая, банковская и пр.) вообще ничего полезного не производит. Ещё Аристотель возмущённо высказывался относительно ростовщической деятельности и признавал необходимой лишь деятельность, направленную на развитие общего (народного) хозяйства. Поэтому, исходя из бесспорной практики и системных знаний о живой природе, человеке и обществе, из положительного опыта СССР, целесообразно конституционно установить императив общественно полезной деятельности «всех для всех», который функционально и социально-психологически соединит народы в прочную и эффективную «общественную систему».

6. Общественное производство рассматривается как целесообразно организованная совокупная деятельность (взаимосвязанные системы специализированной деятельности), направленная на производство продуктов, условий, процессов, изменений «существующего» (реконструкцию), сообразно текущим целям страны. Все процессы и процедуры государственной деятельности рассматриваются как «государственное (информационное) производство». Материально-техническое, информационное, энергетическое и человеко-ресурсное обеспечения производства организуются на основе проектно-паспортных данных и единой «единицы стоимости» (Ес), связанной с единицей измерения энергии (в электронной форме).

7. Всем гражданам конституционно вменяется в обязанность быть образованными и наиболее развитыми в общественно полезном профессиональном качестве (что обеспечивается государственным бесплатным образованием и стимулированием) и постоянно участвовать в совокупной общественно полезной деятельности, по выбранной специализации, которая оплачивается государством на основе единой профессиональной тарифно-квалификационной системы. Творческая и специально организованная деятельность по повышению эффективности производства и характеристик его продукции стимулируется личными и корпоративными фондами развития (в Ес). Состязания (конкуренция) за лидерство в производстве должны заканчиваться на стадиях проектирования и (или) опытных испытаний, – что исключает излишние потери общих ресурсов при конкуренции на рынках.

8. Деятельность государства, направленная на собирание и накопление национальных денег в «бюджете», для внутреннего использования и передачи их «бюджетным» организациям признается общественно нецелесообразной. Все участники общественного производства, в т. ч. государственные служащие, обеспечиваются «потенциалом потребления» (наличными деньгами) из единой системы Госбанка (национального банка), – на основе единой тарифной системы оплаты труда, и личным фондом общественно полезного развития деятельности.

Налогово-бюджетная система (унаследованная от архаичной экономики) заменяется общественно целесообразным ограничением наличных выплат, переводом всего общественного производства на учетно-отчетные электронные единицы стоимости и введением личных и корпоративных фондов общественно полезного развития.

9. Экономическая база общественного прогресса обеспечивается не выбором политэкономических образцов из экономик прошлого и настоящего, а научной организацией общественного производства и распределения, на основе рациональной для общества, всей страны, организации использования денег как функционального средства, «искусственного потенциала потребления», и учета реальной общественной стоимости производства, любой производительной деятельности, использующей национальные ресурсы.

10. Наука, являющаяся в действительности научным (информационным) производством, как специально организованным, так и творческим, ввиду всеобъемлющего характера доказывает свою эффективность не только в научно-техническом прогрессе общества, но и в его организационном прогрессе. Уже с середины прошлого века наблюдается успешное использование научных принципов в создании и совершенствовании организаций и управляющих структур, техники и алгоритмов управления в различных сферах деятельности. Научные методы и электронно-вычислительная техника планирования, моделирования и программирования социально-экономических процессов давно используются в развитых странах, применялись они и в СССР. Однако сейчас наступил уже период критической необходимости эмерджентного (системно-прогрессивного) перехода к научному преобразованию и совершенствованию всей социально-экономической и государственной организации общества, его воспроизводства и развития, – период особой, объективно необходимой активности всего научно-интеллектуального сообщества. Традиционные политэкономические подходы должны смениться научно и национально обоснованными, опирающимися на выверенные научно-исторические и научно-теоретические знания, на положительный опыт страны и мирового сообщества.

Источники научно-исторических, научно-философских и практических знаний

1. Аристотель. Политика. / Пер. С. А. Жебелева, М. Л. Гаспарова. М., 2002.

2. Афанасьев В. Г.: 1) Научное управление обществом (опыт системного исследования). М.: Политиздат. 1973; 2) Общество: системность, познание и управление. М.: Политиздат. 1980; 3) Мир живого: системность, эволюция и управление. М. 1986.

3. Васильев А. Производство: Эволюция и парадоксы организации // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.17250, 24.01.2012.

4. Кара-Мурза С. Г. «Идеология и мать её наука». (Серия: Тропы практического разума.). М.: Алгоритм. 2002.

5. Гринин Л. Е.: 1) Генезис государства как составная часть процесса перехода от первобытности к цивилизации // Философия и общество. 2001. №4; 2) Производительные силы и исторический процесс. 3-е изд. М.: КомКнига. 2006; 3) Государство и исторический процесс. Эволюция государственности: от раннего государства к зрелому. М.: УРСС. 2007.

6. Нюттен Ж. Мотивация, действие и перспектива будущего / под ред. Д. А. Леонтьева. М.: Смысл. 2004.

7. Олескин А. В. Биополитика. Политический потенциал современной биологии. М.: Научный мир. 2007.

8. Смирнов П. И.: 1) Социология личности: Учеб. пособие. СПб: Изд. СПбГУ. 2001; 2) Слово о России: Беседы о Российской цивилизации. СПб.: Химиздат. 2004.

9. Чешко В. Ф., Глазко В. И. High Hume (биовласть и биополитика в обществе риска). Учебное пособие. М.: Изд-во РГАУ МСХА им. К.А.Тимирязева. 2009.

10. Ядов В. А. (ред.). Социология в России. М.: ИС РАН. 1998.

05.02.2012

7. Естественные, эмпирические и научно-теоретические основы прогресса общественной формации. Опыт системных исследований

Тема общественного прогресса, то есть актуализация процессов мышления общества о самости, в той или иной части, имела место с древнейших времен. Эти процессы просто не осознавались как таковые в своей сущности, когда решались задачи сохранения общественной жизни в условиях окружающего мира (посредством развития и совершенствования тех или иных сооружений, орудий труда, вооружений, способов добычи продуктов питания), задачи самоуправления и пр. С позиции современных знаний под общественным прогрессом следует понимать, прежде всего, развитие и совершенствование базисных функциональных комплексов, обеспечивающих посредством адекватных систем организацию и осуществление специализированных деятельностей по сохранению (воспроизводству) и развитию всё более высоких характеристик общества по отношению к окружающему миру, к внутреннему природному и человеческому содержанию. Об этих комплексах, являющихся функциональным базисом всех живых организаций (организмов) и соответственно общества как продукта антропосоциогенеза я уже говорил, начиная с первых публикаций. Они хорошо просматриваются при системном анализе жизнедеятельности древних общин и человека как живой организации. Именно человек, обеспечивая свой гомеостаз, адаптацию и сознательное целеполагание посредством мышления и нравственных свойств внес соответствующую детерминацию в социогенез, то есть обеспечил зарождение и развитие базисных функциональных комплексов общины. Зародились и получили развитие коллективные системы жизнедеятельности по организации и строительству общественных процессов и сооружений (начиная с простейших), обеспечивающих общий гомеостаз, адаптацию (природную и воинскую), самоуправление и программирование развития (на основе человеческой и социальной памяти опыта, способностей мышления и пр.). В предыдущих статьях я уже обращал внимание на парадоксальный «поворот» естественного развития общества, как живой метаорганизации, связанный с бурным (общественно неосознанным) развитием товарно-денежных отношений и образованием общественно неадекватного государственного управления, направленного на беспредельное обогащение власть имущих. Поэтому здесь, стараясь не повторяться, я направляю читателей к своим предыдущим публикациям, которые в основном своём содержании соответствуют заглавию данной статьи.

Под термином «общественная формация» я предлагаю понимать структурно-функциональное содержание общества. Марксово понятие «общественно-экономической формации», как и прочие понятия марксизма-ленинизма, требуют отдельного научного анализа с обязательным учетом тех знаний и понятий, которыми располагали основоположники социализма-коммунизма. Раскрытие структурно-функционального содержания позволяет использовать эффективную методологию исследования и проектирования сверхсложных систем (включающую математическое и прочее моделирование), весь опыт системных исследований природы, человека и общества (с критической фильтрацией на основе уже выверенных знаний). В отношении известного структурно-функционального направления в западных школах социологии надо заметить, что оно (как и множество современных проектов) основывается на исторических и социологических обобщениях, в то время как Объект имеет естественное происхождение и соответственно естественные фундаментальные закономерности, в том числе системные, – как и все организмы, включая человека, – «живые системы».

Установка в качестве объекта исследований общества в целом, или экономики, или «национального хозяйства» с целью проектирования лучшей модели характерна для узкоспециализированных «проектантов», выходными продуктами которых являются проекты типа «Как нам обустроить Россию» и всевозможные модели экономик по образцам и их комбинациям. Профессиональный подход на основе современной научной методологии уже на первом этапе предписывает научную формализацию общества именно структурно-функциональным его содержанием. Рассмотрение же его от происхождения и в историческом развитии позволяет увидеть базисные функциональные процессы, системы и комплексы. Именно такой подход я и осуществлял с самого начала своих исследований. Широко известному термину «общественная система» соответствует (достойно) лишь то общество, которое имеет системную организованность базисных комплексов, обеспечивающих надёжное самосохранение и прогрессивное развитие (в пределах объективных возможностей) всех ресурсов, особенно человеческих, составляющих движущий животворный базис общества. Здесь очень полезна системная аналогия с «организменной формацией», то есть с «живой системой», – понятием теоретической биологии и общей теории систем. Полезен и анализ живой системы в плане её «открытости» для полезного обмена с окружающей средой и «закрытости» для вредных воздействий извне. Надо помнить и понимать происхождение и развитие общества в системном плане. Оно ведь было сугубо живым и лишь многовековым развитием оснастило себя современной техникой и всевозможными технологиями. Так вот, это «оснащение» не должно заслонять видение базисных закономерностей, функциональных систем и комплексов. Таким образом, надо повторить, что указанное выше понимание общественной формации позволяет использовать всю современную научную методологию для проектирования наиболее прогрессивной общественной системы в текущих и прогнозируемых условиях окружающего мира.

Факт столь долгого отсутствия каких-либо научно-философских теоретических работ академического уровня для широкого обсуждения в сообществе ученых гуманитарно-социологического направления, то есть работ развивающих всё выверенное ранее и предлагающих теоретические основания для совершенствования общественной формации, говорит о многом. Пожалуй, последними работами такого уровня (по моим поискам) являются итоговые работы М. И. Сетрова (включая недавнюю «Белую книгу»), Маркаряна Э. С. и коллективная монография СО АНСССР «Гомеостаз на различных уровнях организации биосистем» (1991г.), – которую, правда, надо домысливать в отношении общества (что не так сложно). Думаю здесь не надо пояснять значение и объективную необходимость выработки общественным интеллектом фундаментальной информации для обеспечения общественного прогресса, в каком бы кризисном состоянии ни находилась страна. Вспомним послевоенные 50-е годы. Известный «атомный проект» не был бы успешно реализован без определенных фундаментальных знаний и специалистов, владеющих ими, без целесообразной организации всех деятельностей в этом направлении. Можно рассмотреть все отрасли раннего и «развитого» социалистического общественного производства и увидеть научные основы, примитивную (по состоянию науки и техники), но всё же системную организованность. Что касается фундаментальных знаний социологического (обществоведческого) плана, то надо сейчас уже по-новому, посредством системного подхода рассмотреть все «социалистические принципы» и прочие основания социалистического периода. Однако и без особого анализа все знающие тот период читатели, думается, согласятся, что именно системная (в главном) организация общественного производства (включая «компактную» и хорошо защищенную финансовую систему) обеспечила и Великую Победу, и стремительное восстановление народного хозяйства, и успешное выполнение упомянутого «атомного проекта», других масштабных проектов восстановления и развития могущества страны.

Проблема совершенствования общественно-экономической формации (в терминологии марксизма) остро стояла в период так называемого «развитого социализма», и она могла быть успешно решена посредством мобилизации интеллектуальных усилий научно-философского сообщества. А как же иначе?! Это ведь закон развития через мобилизацию и организацию мышления, выверенный многовековой деятельностью человечества во всех сферах общественной жизни. Убедительные и часто потрясающие примеры высокоорганизованной интеллектуальной деятельности можно видеть в технической сфере, особенно в современный период ускоренного научно-технического прогресса. Сложнейшие космические Изделия давно уже исследуют ближний и дальний космос, планеты и прочие объекты, в то время как общество, общественная формация в большинстве стран мира всё ещё столь далека от совершенства (относительно высших целевых характеристик и потребностей человека в наиболее полной и благоприятной реализации своей жизни). Относительно нашей страны здесь уже нет необходимости перечислять острые проблемы, они уже хорошо известны. Реальность такова, что можно говорить уже об опасном запаздывании глубоких объективно необходимых реформ, но уже не по воле смелых политиков, а на основе выверенных эпохой социализма и новых знаний. Горький опыт реформ убедительно показал то, что было известно и ранее – недопустимо осуществлять какие-либо реформы, не говоря уж о системных, без адекватных всесторонних исследований, математического моделирования и обсуждения в академических научных институтах. Для того и учреждалась в своё время национальная академия, чтобы возвышать, укреплять и совершенствовать державу российскую (надо вспомнить М. В. Ломоносова и других деятелей науки – истинных патриотов).

Теперь приходиться сказать о том, что должно строго соблюдаться «по умолчанию». Невежество, как и алчность нельзя приближать к Власти и «на пушечный выстрел». Но, с другой стороны, даже если не приближать, то кто высший национальный Эксперт той совокупной информации, тех знаний, которыми руководствуется высшая власть? Вот главный вопрос современности. Как я отмечал в предыдущих статьях, в общественной формации всё ещё отсутствует главный, объективно необходимый институт – «институт высшего разума», то есть Разума, способного вырабатывать информацию для эффективной самоорганизации и «перестроек», адекватно изменяющимся условиям окружающего мира. Социально-политическая эволюция, со времен образования государственного правления (на основе денежного обогащения избранных) парадоксально мутировала общественную формацию таким образом, что функции высшего разума (в том числе высшую экспертизу и суд) стали выполнять лидеры власти, а позже и специализированные органы, формируемые властью по устойчивым (консервируемым) государственным традициям. Эту тему я затрагивал и ранее, она сложна и её надо раскрывать, конечно, соответствующим образом, но я решил хотя бы предельно кратко и простым языком высветить главные, на мой взгляд, моменты и «активировать» тем самым мышление специалистов – профессионалов. Эта тема требует активной профессиональной разработки и широкого обсуждения в академических кругах, поскольку без объективно необходимой организованности высшего (предельного) мышления общества (формации) о самости невозможно и совершенствование, а возможны лишь какие-либо (от лидера к лидеру) изменения, как прогрессивного характера, так и регрессивного. Это ведь и наблюдается в большинстве стран. Надо осознать, что отношение высших интеллектуальных слоёв общества к организации государственного комплекса управления общественным воспроизводством и развитием сформировалось (от поколения к поколению) традициями воспроизводства Власти и традициями подчинения всех деятельностей граждан «государственному разуму» (посредством государственных законов). Таким путем укоренилась и традиция научной элиты заниматься «своими делами», – возвышением своего научного статуса и положения в сообществе, в то время как объективно она должна заниматься именно обеспечением общественного прогресса, в том числе своевременным вскрытием и устранением ошибок в управлении развитием общества, и главное ошибок в воспроизводстве и развитии государства как «всё определяющего» комплекса.

Если мысленно сжать историческое время и рассмотреть ряд государственных лидеров, хотя бы от династии Романовых, в плане их функциональной деятельности по управлению страной, то можно сделать важные выводы для современного системного анализа по рассматриваемой проблематике. Во-первых, можно видеть существенную детерминацию деятельности пресловутым «человеческим фактором», – как собственным, так и со стороны приближенных людей. Во-вторых, наиболее существенно то, что для одного и того же, – по фундаментальным и человеческим закономерностям, объекта управления – человеческого общества применялись совершенно разные геополитические стратегии, подходы и соответствующие социально-экономические законы (от «взглядов» лидеров). Если в эпоху Романовых это объяснялось всеобщим невежеством относительно научного самопознания, то после Великой октябрьской революции, впервые внедрившей марксистско-ленинские научно-философские знания для обеспечения общественного прогресса, взгляды лидеров и соответствующее государственное управление существенно изменялись как под воздействием опять же «человеческого фактора», так и отношениями Власти к научному самопознанию и ведущим ученым. Существенно и то, что при стремительном развитии науки в СССР научная подготовка государственных лидеров, то есть их функциональная адекватность объективно стоящим задачам управления так же стремительно падала и «руководящая деятельность» становилась всё более зависимой от человеческих качеств. Это определило как подготовку «перестройки», так и её ход, совершенно неожиданный для всего народа.

Многие исследователи делали вывод о функциональной деградации правящей партии, вызванной кроме политической традиции воспроизводства Власти когнитивным зацикливанием на догматизированной идеологии. В современный период можно уже делать вывод о такого же рода зацикливании, но уже на рыночной идеологии. Можно рассмотреть учебные программы академий государственной службы и задаться вопросом: кто их разрабатывает и на каких фундаментальных знаниях? Причина традиционного когнитивного зацикливания исходит от столь же традиционного заблуждения, о котором я уже говорил ранее, – от ошибочного присвоения Властью функционала высшего разума общественной формации, в сущности разума живой метаорганизации. Действительно, весь общественный прогресс (включающий и технологический) определяется сложно распределенным и локально организованным разумом животворящего базиса, – следовательно он должен быть организован наилучшим образом. Это в какой-то мере и имеет место во многих отраслях (по задачам развития), но только не в главном – не по задачам целеполагания и управления всем общественным воспроизводством и развитием. Объективно необходимое самоуправление надо видеть «сверху», широким взором, как по отношению к условиям окружающего мира, так и по отношению к внутренним потребностям.

Печальный опыт самоуправления показывает, что основной Закон этого плана – Конституция до сих пор позволяет государственным лидерам и органам власти править страной «по своему разумению» и безответственно. Действительно, в Конституции традиционно не предписываются нормы организации государственного управления, в том числе в отношении информационного, математического и прочего обеспечения, а также нормы ответственности за ущерб, причиненный противозаконными действиями и «незнанием известного». До сих пор нет и Закона о государственной службе. В Конституции 1977 года была пресловутая статья 6, в которой утверждалось, что «КПСС существует для народа и служит народу. Вооруженная марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма». Служение народу надо очевидно определять Законом о государственной службе. Из современной Конституции (ст. 13) вытекает, что правящая партия «вооружена» (то есть информационно обеспечена) лишь идеологическим многообразием, которое посредством плюрализма превращается в тотальный информационный хаос. Этот хаос плюс углубленное уже в средневековье невежество относительно самопознания, миропонимания определяют и дееспособность политических партий, а следовательно и будущее государство. Современный «манифест» коммунистической оппозиции, недавно разработанный деятелями РУСО основан уже не на фундаментальных научных знаниях, а на политэкономической марксистско-рыночной эклектике [18]. Обратимся в этой связи опять к статье 6: «Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, … руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма». Каким образом (и с каким успехом) можно определять генеральную перспективу (то есть идеальную модель общественной формации и пр.) без фундаментального научного самопознания, лишь на базе догматизированного марксистско-ленинского учения, или на базе рыночной идеологии, рожденной стихийно в эпоху всеобщей дикости?! И правильно ли было провозглашать «борьбу за победу коммунизма», который был столь туманен и непонятен в сопоставлении его политического описания с общественной реальностью. Думается, правильнее было бы меньше говорить о коммунизме, и не говорить о нём в Конституции и прочих документах, а социализм (как политически рожденный проект) обеспечить необходимым теоретическим обоснованием и научно-популярным описанием. В 60-70-е годы можно было уже говорить о научно обоснованной и убедительно представленной всей эволюцией природы (и древних обществ) базисной сущности социализма – системной организации общественной формации. Ведь именно она, как я уже отмечал, обеспечила стремительное развитие молодой страны советов и СССР (несмотря на известные вредные действия государственных лидеров). То есть не только терминология, но и всё марксово учение, развитие его Лениным и Сталиным должны были получить научное преобразование в теоретические основы формирования прогрессивной общественной формации – общественной системы. Эта задача актуальна до сих пор. Но, кто её осознает в качестве главнейшей задачи государственной важности, то есть судьбоносной важности?! Некоторые научные работы «первого приближения» полезны, но совершенно недостаточны, к тому же они содержат ряд заблуждений, навеянных тотальным распространением рыночного мышления. В авторском поиске были найдены рекомендуемые ниже работы Н. Н. Моисеева [10] и П. И. Смирнова [15]. Имеется, конечно, и много других работ рассматриваемого плана, но здесь целесообразно, думается, остановиться лишь на некоторых замечаниях по вышеуказанным. Н. Н. Моисеев рассматривает разнообразие в миропонимании как основу устойчивости общественной (и иной) системы (с. 120), и считает, что «… плюрализм – это не изобретение демократов, а прямая потребность общественного развития». Далее говорит об «обществе свободного предпринимательства» как о прогрессивном обществе, смешивая понятия «предпринимательство» и «творчество». Заявляет: «И деньги и рынок, …, – это рациональные формы любой общественной жизнедеятельности». Моисеев совершенно упустил из внимания исторический опыт, говорящий о результатах разнообразия в миропонимании, а следовательно и в самопознании, – опыт политической борьбы за власть, опыт подавления инакомыслия и гражданских войн, революций. Окружающий мир и общество едины для всех познающих субъектов, поэтому и конечные (верифицированные) знания о них должны быть едиными. Наука выработала уже совершенную методологию познания, – как окружающего мира, так и сверхсложных организаций, которыми являются человек и общество в жизнедеятельных отношениях. Выработаны уже и верифицированы сверхбольшие массивы единых научных знаний о человеке и обществе. Поэтому те, кто утверждает о полезности плюрализма и разнообразия в миропонимании просто не желают утруждать себя усвоением имеющихся научных знаний. Это действительно большой труд, поскольку достижения в этом плане до сих пор не собраны и научно не обобщены национальной Академией, да и нет ведь ещё и объективно необходимой Академии (известная ситуация с ИНИОН говорит о многом). Здесь можно привести полезную аналогию со строительством совершенного океанского корабля. Представьте себе исчезновение ученых и специалистов соответствующего профиля, исчезновение соответствующих знаний и… организацию народных выборов «парламента» и «правительства» по проектированию и строительству. Далее можно не пояснять. Современное общество много сложнее древнего, когда всё решалось мудростью царя, но традиционно, теперь уже на западный манер, организуются выборы якобы «мудрецов» из народа, которым доверяется выработка Законов, определяющих общественное развитие. Имитируется современная демократия. А в итоге все власть придержащие попадают в функциональный плен систем Власти, в плен информационного обеспечения, сохранение которого уже можно считать недопустимо опасным (на основе опыта и прогнозов). Надо понять, что имеет место опасно продолжающееся зацикливание информационного обеспечения государства на общественно ложных базовых понятиях, внедренных враждебным Западом через известных уже агентов.

Что касается «предпринимательства», которое Моисеев представляет как полезное творчество (понимая под ним, очевидно, общественно полезное предпринимательство, – как и большинство граждан того периода), то оно, как специфическое творчество, оказалось направленным лишь на денежное (финансово потенциальное) обогащение предпринимателя. Поэтому его необходимо отличать от общественно полезного творчества, то есть от творчества, направленного на повышение характеристик общественной продукции во всём её спектре, в том числе особой информационной продукции, обеспечивающей те или иные характеристики всей страны (по программам развития и конкретным созидательным деятельностям). Поэтому недопустимо смешивать эти термины и представлять предпринимательство (в общем плане) полезным для общества. Реальные процессы показали, что Оно, будучи внедренным в общество известным невежеством и активированным рыночными отношениями, разрушило и распродало множество ценнейших для общества объектов и уничтожило миллионы ценнейших для общества граждан, детей (как будущих выдающихся деятелей). Деньги и Рынок наследованы обществом из эпохи дикости и стихийности общественного развития под доминирующим действием животных инстинктов. Опыт социализма и системные исследования показывают, что в системно организованном обществе (предписанном Природой) деньги народного потребления необходимы лишь для справедливого (по труду) распределения совокупного общественного продукта (во всем спектре общественно полезных деятельностей). Эти деньги должны отражать вклад каждого работника в общественное воспроизводство и развитие, в рост характеристик страны. Деньги общественного производства должны отражать затраты общих ресурсов (материальных, энергетических и человеческих), то есть это в принципе иные деньги и их необходимо информационно выражать так, как требует системная организованность общественного производства с современной техникой контроля и учета стоимостей. Единые деньги в производстве и потреблении неминуемо приводят к криминальным схемам личного обогащения даже без «копеечного» вклада потребителя в общественное Дело. Человек мудро создан Природой для жизнедеятельности, которая обеспечивается вполне определённым, а не безграничным потреблением. В общественно организованной жизни цели общества должны быть (по науке и практике, то есть по достижениям в самопознании) выше целей индивидуумов, граждан. Более того, для объективно необходимого достижения общественной формацией (страной) определенных характеристик относительно окружающего мира так же объективно необходима и эффективная (то есть технологически совершенная) специализированная и нормированная деятельность «всех для всех». В Конституции 1977 г. соответственно сказано: «Статья 60. Обязанность и дело чести каждого способного к труду гражданина СССР – добросовестный труд в избранной им области общественно полезной деятельности, соблюдение трудовой дисциплины. Уклонение от общественно полезного труда несовместимо с принципами социалистического общества». Понятия «труда» и «деятельности» в обществе, как я уже неоднократно замечал, а также «общественно полезного труда (полезной деятельности)» требуют отдельного научного разъяснения.

Многие объясняют преимущества рыночной экономики наличием постоянно действующей конкуренции, рассматривают её как движитель прогресса. Но реальность показывает, что прогресс имеет место лишь в технической сфере, а в гуманитарной и государственной наблюдается регресс, с безработицей и социально психологическими особенностями. К тому же конкуренция, как хорошо известно, приводит к излишнему расходованию материальных, энергетических и человеческих ресурсов, не говоря уж о криминальном ущербе. Многие наблюдают сейчас, можно сказать, дикое перепроизводство услуг, особенно рекламных, уничтожение продуктов питания при множестве голодающих граждан. Для общества выгодна конкуренция только на стадиях разработки и проектирования новаций (новых Изделий, технологий и пр.) и она имела место в СССР, но в недостаточном масштабе. Однако, все эти и прочие вопросы связанные с рыночной экономикой требуют отдельного рассмотрения.

Вернемся к работе Моисеева Н. Н. Он много рассуждает о «рационально организованном обществе» как обществе «способном существовать в согласии с Природой, согласовывать логику Природы и логику истории». Но, «рационально организованное» это значит разумно организованное (от ratio, лат. – разум), то есть общество объективно должно иметь и высокоорганизованные интеллектуальные структуры (сети), системно аналогичные нейронным сетям мозга. Подобные структуры можно видеть (с некоторой формализацией и обобщениями) в технической и экономической сферах СССР. Совокупный Разум правящей партии – КПСС, как и современных партий, стремящихся к власти, в части организованности и информационного наполнения, наполнения знаниями, требует, конечно, отдельного профессионального исследования. К сожалению, говоря о «рациональном обществе» Моисеев так и не высказался о главном, о руководящем и направляющем Разуме. Более того, он отказался рассмотреть и возможности рациональной организации управления общественным развитием, утверждая что возможно лишь «направлять развитие сообразно естественным процессам и устремлениям граждан» (цит. по смыслу сказанного). В главе «Единство знаний» Моисеев не раскрывает тенденцию к единению естественнонаучного и гуманитарного познания на основе системных исследований (как это сделали Н. Ф. Овчинников, Э. С. Маркарян и другие), а выражает пессимизм относительно научного самопознания, и не приводит никаких достижений в этом плане. Тем не менее, в заключительной части своей, во многом противоречивой работы (что характерно было для научной элиты того периода), он делает всё же следующий прогрессивный посыл ко всему человеческому сообществу:

«Прочтя ещё раз написанное, я хочу СНОВА отметить ту мысль, которая была лейтмотивом предлагаемой работы. Цивилизация сможет сохранить себя, она имеет шанс дальнейшего развития. Но тогда и только тогда, когда экономика перестанет быть демиургом современного общества, когда она обретет то место, которое ей уготовано Природой, – поддерживать существование Человечества, а не определять его историю, когда восхождение к Разуму сделается действительно главной целью нашего биологического вида. Ибо только этот путь сможет обеспечить гомеостаз человека как биологического вида! А следовательно и стабильность биосферы».

П. И. Смирнов раскрывает в своей работе главным образом национальные и личностные факторы в историческом развитии России, как «служебно-домашней цивилизации». При этом совершенно не рассматривает базисные комплексы общества и сущность общественных формаций в их историческом развитии и революционных преобразованиях. Он не раскрывает ценности периода социализма, недопустимо упрощенно и совершенно ошибочно объясняет «рывки» (его термин) страны Советов в сталинский и прочие периоды. В тоже время Смирнов научно обоснованно говорит об ошибочности рыночного пути и указывает среди прочих прогрессивных действий на необходимость формирования общественно адекватной правящей элиты:

«Национально ориентированный руководящий слой. Нормальное существование любого общества немыслимо без наличия в нем руководящего слоя, который нередко называют элитой. Часто в значение этого слова привносится оттенок некоего превосходства людей, входящих в элиту. Но с научной точки зрения элиту следует рассматривать чисто функционально, т. е. как группу людей, принимающих и контролирующих важнейшие решения в интеллектуальной, политической и экономической областях, а также создающих культурные ценности и хранящих историческую память.

Необходимость подобного руководящего слоя для нормального существования постбольшевистской России хорошо понимали представители самых разных течений русского зарубежья. Учитывая факт «сознательного и полусознательного истребления» русской интеллигенции в годы революции и гражданской войны, о создании элиты писал Г. П. Федотов. И. А. Ильин видел в этом «основную задачу грядущей России». Солидарен был с ними в этом отношении и В. В. Шульгин, писавший о «новой аристократии без титулов, орденов и знаков отличия», которая была бы способна «править народом». О необходимости социальной структуры, в которой ведущую роль играла бы культурная и научная элита, писал недавно В. Д. Плахов».

В разделе о трудностях грядущего переходного периода Смирнов пишет:

«Русские люди не привыкли напряженно и постоянно осмысливать свою историю, свои успехи и промахи, не привыкли свободно и заинтересованно обсуждать проблемы и перспективы развития страны». И далее:

«Ситуация двойного кризиса требует от России отказаться от безудержного стремления в рыночную цивилизацию. Основной целью политики, проводимой руководством страны, должно стать сохранение русского народа и создание благоприятных условий для развития каждого гражданина страны. Для этого нужно сформировать у русских ясное национальное самосознание, сохранить за ними право хозяйствования на собственной земле, создать национально ориентированный руководящий слой.

Главными трудностями на пути достижения этих целей будут устойчивость норм поведения, отсутствие у русских привычки к свободному и критическому обсуждению стратегических целей развития страны, болезнь «европейничанья», издавна свойственная русской культурной элите, стратегическое противодействие Запада, восстановление и структурная перестройка народного хозяйства.

Все трудности могут быть преодолены, средства изысканы, а цели достигнуты, если русские люди осознают свои подлинные интересы, выдвинут достойных лидеров, разработают реалистические программы действий и сформулируют лозунги, способные мобилизовать миллионы».

Заключительные статьи Смирнова надо читать, конечно, полностью, многое в них вызывает критические замечания (на мой взгляд, по причине недостаточно глубокого, во многом поверхностного, чисто исторического анализа). В частности, не могу не высказаться по поводу фразы о том, что «Русские не привыкли…». Дело здесь совершенно не в национальности и не в привычке, а в государственной организации высшей интеллектуальной деятельности в плане самопознания и совершенствования общественной формации, организации прогрессивного развития. Дело заключается во взаимодействии академических институтов и Власти. Поэтому П. И. Смирнову, хорошо знающему традиционные отношения Власти и ведущих ученых, надо бы сказать примерно так: «Высокопоставленные и авторитетные ученые гуманитарного направления традиционно поставлены Властью в условия, не располагающие к глубокому научному познанию человека и общества с целью совершенствования общественной формации и организации её прогрессивного развития. Им официально предписано служить государству, т. е. его идеологии (а не обществу, не народу), выполнять указы и распоряжения Руководства, т. е. не пытаться проявлять высший разум в понимании общественной реальности и путей совершенствования общества (что противоречит объективно действующему закону самосовершенствования человеческого общества, предписанному Природой «по умолчанию»)». При социализме были смелые ученые-одиночки, занимавшиеся объективно необходимым развитием познания. В современный период их много больше, но проблематика требует высокоорганизованной деятельности, особенно в части экспертных оценок уже имеющихся наработок, выполненных во всем мировом научно-философском сообществе. К тому же демократический режим вызвал всплеск социально-политического и социально-экономического проектирования без осознания индивидуального знания и самооценки проектантов в этом плане. Таким образом, имеет место опасность организации «своих» экспертных групп и проникновения недостойных проектов во Власть. То есть проблема организации высшего экспертного сообщества видится наиважнейшей, ведь это, в сущности, организация высшего аналитического разума во всех областях самопознания (здесь уместна полезная аналогия с человеком).

Особого внимания в современный период научных поисков и проектирований заслуживают и надо сказать требуют работы выдающихся отечественных исследователей, развивавших передовой фронт общемировой научно-философской мысли, основанный (как многие отмечают) российским философом А. Богдановым (Малиновским) и активированный «Общей теорией систем» Л. Берталанфи, «кибернетикой» Норберта Винера, а также исследованиями западных и отечественных биологов-теоретиков. Среди отечественных мыслителей этого плана я выделяю здесь М. И. Сетрова и Э. С. Маркаряна, основные книги которых (наиболее близкие к теме) рекомендую для основательного изучения. Выделять в них какие-либо наиболее сильные мысли здесь нет смысла, поскольку в отличие от научно-публицистических работ, цитированных выше, они имеют строгий научный характер. Эти и многие другие научно-теоретические работы приводят к главному, основополагающему выводу: все объективно действующие законы в сохранении и развитии природы, человека и общества (как живой в своём функциональном базисе организации) предписывают системную организованность и для общественной формации оснащенной техникой.

Кратко обосновать этот вывод для массового читателя не представляется возможным даже в одной авторской книге, точнее каким-то образом можно, но совершенно нецелесообразно и даже вредно. Здесь требуется поэтапное, многоступенчатое возвышение сознания человека до способностей абстрактного видения «системы» и комплексов систем в реальных организмах (живых организациях), в человеке и в обществе (которое содержит уже большие множества систем и комплексов различной природы и назначения). То есть необходимо поэтапно усваивать знания и теоретические обобщения знаний, формирующие в когнитивном единстве системное видение и системное мышление [14]. Надеюсь, что часть научно-философского наследия, собранная мною по ходу исследований будет содействовать этому. Что касается уже подготовленных в этом плане читателей, то считаю полезным привести некоторые предварительные суждения в части системной организованности «общественного производства». Часть своего видения в этом плане я уже кратко представлял в описании широкого и углубленного понимания «производства». Системная организация общественной формации предполагает, прежде всего, полную перестройку мышления, – от рыночного к системному. Здесь надо вспомнить, что в эпоху социализма рыночное мышление вначале с трудом выводилось из общественного сознания, а в период «развитого социализма» начало вновь вводиться в руководящие структуры через понятия рентабельности, хозрасчета и прибыли. В то же самое время и ранее общественное производство и экономика в целом не были избавлены от механизмов и элементов рыночной экономики по западным образцам и известных теперь заблуждений. Само государство в финансовом плане, в некоторых отношениях, являлось суперкапиталистом.

Системная организация общественного производства предполагает в конкретике также и функциональный подход. Известно, что система достигает целесообразного состояния (в том числе состояния продуцирования с заданной интенсивностью и качеством выходной продукции, – для производящих систем, или систем производства), если все её элементы и звенья выполняют назначенные функции. Поэтому вместо «труда» необходимо рассматривать деятельность по выполнению назначенных функций и сами производственные функции. Соответственно вознаграждение должно исчисляться не по труду, а соответственно выполнению функций (в том числе функций производства продуктов с заданными показателями интенсивности, энергоэффективности, экологичности, полезности для потребителя и пр.). Надо понять, что системный подход позволяет видеть сущность процессов составляющих общественное производство и таким образом позволяет обеспечить наиболее эффективную, целесообразную для общества его организованность. Надо знать и помнить также исторический ход самопознания и роста соответствующей организованности (особо нагляден он в истории машиностроительного производства). В общем плане надо знать, что в «началах» были естественные процессы, затем их отражения в сознании, терминология, понятия, организующие процессы по первичным понятиям (методом «проб и ошибок»). Затем происходило развитие познания, накопление более точных и полных комплексов знаний, теорий, системных знаний, рост организованности. Так вот, если системные принципы (соответствующие фундаментальному познанию живой природы, человека и прочей реальности) обеспечили эффективную организацию материального производства и создание эффективных Изделий, то в отношении общественной формации до сих пор имеет место информационное зацикливание на тех или иных базисных понятиях и традициях, которые усвоены и активированы сознанием государственных лидеров. В общем плане оно происходит либо на классической капиталистической (рыночной) модели, либо на религиозно-капиталистической, либо на «полифункциональной» (Китай). Существенно то, что все они основаны на понятиях древнего общественного развития или преимущественно на догматизированных учениях. Как я уже отмечал, зацикливание такого рода происходило и в СССР, происходит и в современной России. Имеет место, конечно, и определенная, хорошо известная заинтересованность власть придержащих и многих успешных предпринимателей в сохранении «правил игры» и прочих «устоев». Но, совершенно уместен и «громкий вопрос» для всего общества: «Какой ценою достигается и сохраняется эта заинтересованность, материальное сверхбогатство немногих «успешных»?! Надо видеть также угрожающую деградацию научно-образовательной деятельности, вызванную широким рыночным и «мозаично-игровым» мышлением, распространенным уже на многие интеллектуальные слои общества, объективно призванные обеспечивать общественный прогресс.

Таким образом, особого системного анализа требуют отрасли производства и внедрения общественно полезных знаний (информации) в системы воспитания и образования молодых поколений граждан. Спектр общественно полезной информации для полноценного воспроизводства и прогрессивного развития, для адаптации в окружающем мире требует и организации определенного спектра информационных производств, функционально и технологически увязанных в комплексы (корпорации). Особого подхода требует, конечно, организация производства информации для общественно полезного функционирования и развития государственного комплекса.

То есть современность актуализирует первостепенный и наиважнейший вопрос, который я уже пояснял ранее: «Чем» мыслить для организации общественного прогресса?! Думается, Россия может и должна показать всему миру преимущество научных и практически выверенных конституционных преобразований против силовых, «цветных» и прочих переворотов «охлократической» природы. А решив, думается, не столь трудный, а просто нетрадиционный вопрос организации Власти, поставленный выше, показать какими действительно прогрессивными средствами необходимо осуществлять преобразования столь сложной общественной формации.

Рекомендуемая литература

1. Вознюк А. В. Эталонные общественные системы гармоничного развития человека // «Академия Тринитаризма», М., Эл №77—6567, публ.21743, 01.02.2016.

2. Валовой Д. В. Экономика абсурдов и парадоксов. М.: Издательство политической литературы, 1991. 438 с. URL: http://www.twirpx.com/file/619149/

3. Валовой Д. В., От застоя к развалу. М.: Наука, 1991, 566 с. URL: http://www.twirpx.com/file/623766/

4. История менеджмента: Учеб. пособие / Под ред. Д. В. Валового. М: ИНФРА-М, 1997. 256 с. URL: http://www.webnomos.ru/index.php/pravo/uchebniki

5. Корицкий Э. Б. (сост.), У истоков НОТ. Забытые дискуссии и нереализованные идеи. Ленинград: Изд-во ЛГУ, 1990. 336 с. URL: http://www.twirpx.com/file/670015/

6. Кара-Мурза С. Г. Советская цивилизация. Т.1. М.: Алгоритм, 2005

7. Маркарян Э. С. Вопросы системного исследования общества. М.: Знание, 1972. 62 с. ГКДЖ http://www.twirpx.com/file/1545718/

8. Маркарян Э. С. Интегративные тенденции во взаимодействии общественных и естественных наук. Монография. Отв. ред. Д.И.Дубровский. Ереван. Институт философии и права АН Армянской ССР. 1977, 230 с.

9. Маркарян Э. С. Теория культуры и современная наука. Логико-методологический анализ. М.: Мысль, 1983. 284 с.

10. Моисеев Н. Н. Судьба цивилизации. Путь Разума. М.: Изд-во МНЭПУ, 1998. 205 c. URL: http://www.twirpx.com/file/711120/

11. Научно-технический прогресс в СССР: Статистический сборник. М.: Финансы и статистика, 1990. 270 с. URL: http://www.twirpx.com/file/1225708/

12. Плахов В. Д. Социальные нормы: философские основания общей теории. М.: Мысль, 1985. 254 с.

13. Плахов В. Д. Традиции и общество. Опыт философско-социологического исследования. М.: Мысль, 1982. 220 с.

14. Системные исследования. Ежегодник. 1969. Сб. ст. М.: Наука, 1969. 203 с.

15. Смирнов П. И. Слово о России: Беседы о Российской цивилизации. СПб.: Химиздат, 2004, – 324 с. URL: http://www.twirpx.com/file/465473/

16. Сетров М. И. (ред.) Принципы организации социальных систем. К.; Одесса: Выща школа. Головное издательство, 1988. 242 с. URL: http://www.twirpx.com/file/1580574/

17. Сулакшин Степан. Кризисное управление Россией. Что поможет Путину. М.: Алгоритм, 2015. 290 с.

18. Катков В. И. Об «обновленном» социализме // Экономическая и философская газета №9—2016.

19. Чесноков В. С.,С. А. Подолинский: концепция социальной энергетики // Век глобализации. 2010. №2 (6). URL: http://www.twirpx.com/file/1881267/

8. Мышление, деятельность и новое мышление – путь возвышения, назначенный человеку и обществу объективно

Всё более частые выступления политиков, ученых и общественных деятелей, связанные с деградацией базисных оснований общественного воспроизводства и развития, хотя и обусловлены (традиционно) «предельными отклонениями», но есть объективно необходимые активности общественного сознания, и потому должны осуществляться регулярно. Они призваны активировать мышление общества (как живой организации) не только для устранения вредных процессов, но и блокирования их в будущем. Возвышение общества, невозможно без опережающего возвышения мышления. В этом плане (и не только) сам человек является продуктивной системной моделью (Анохин П. К. и др.). Это информационное самодвижение общества (мышление посредством носителей информации и пр.) предписано всей эволюцией живой природы, человека и общества, великим опытом человечества. Оно возвышает человека и общество над опасностями (вызовами) окружающего мира и относительно внутренних проблем. Как человек, так и общество в целом обязаны быть рациональными (разумными) по отношению к развитию своих характеристик, обеспечивающих это возвышение, то есть наиболее высокую надёжность существования (инвариантность характеристик относительно возмущений), целевую эффективность совокупной деятельности и наиболее высокое качество жизни (синергийно-гармоничное её содержание).

Проблема взаимодействия высшей государственной власти и ученых, – функциональных Единиц высшего мышления, «знающих», – как говорил Сократ, была философски представлена им, когда уже наиболее остро действовали противоречия, вызванные базисным несоответствием системных принципов общественной организации, – эволюционно установившихся, и рыночных принципов, преследующих цели индивидуального обогащения любыми средствами. История человечества показывает парадоксальное несоответствие воспроизводства и развития комплекса управления (КУ) общественным развитием (реформами, строительствами и перестройками) уровню физического и технического развития общества, то есть размерам и содержанию его тела, сложностям объективно необходимых систем обеспечения социального гомеостаза, надёжности существования. Малоизвестный сейчас французский ученый и общественный деятель Андре-Мари Ампер говорил о необходимости высших общественных наук, определяющих управление общественным развитием, и обозначал их в своей классификации научных дисциплин общественного мышления.

Однако, многие особенности человеческого развития в общественных условиях и разнообразие поведенческих характеристик (генетически установленных потенций и активностей), многие другие факторы, обусловили традиции когнитивно и интеллектуально не обеспеченного воспроизводства КУ. Ещё в прошлом веке образовался существенный функционально-когнитивный разрыв между высшей государственной властью и уровнем мышления в передовых научно-философских структурах общественного сознания. Сложилось парадоксальное (в системном плане) подчинение деятельности институтов общественных наук мышлению лидеров высшей власти, не подготовленных в своём развитии объективно необходимому уровню мышления. Современное состояние высшего мышления в сфере так называемых общественных наук позволяет говорить уже о «пропасти», разделяющей общественно адекватное и прогрессивное (в научно-философском плане) самопознание и мировоззрение от скованного ложными целями и «образцами» (моделями) официально-государственного. Об этом базисном противоречии в обществе (стране) и других противоречиях, вызванных ложными целями, нельзя молчать. Выступления ученых должны быть предельно усилены научно и практически выверенными знаниями, научно-теоретическими и статистическими обобщениями. У государства два основных пути воспроизводства, – либо традиционный политический путь (опасно детерминируемый невежеством и чертами характера лидеров, народных масс), – либо наиболее полезный и объективно необходимый путь функционального возвышения (адекватно высшим целям общественного развития) посредством высокоорганизованного научного самопознания, широкого использования прогрессивных знаний в системах образования и всеобщего народного просвещения. Традиционно ошибочная узурпация лидерами государственной власти функционала высшего разума общества (как живой организации) должна быть заменена общественно прогрессивной организацией мышления «о главном», сообразно целевому древу. Требуется целевая организация всей научной и прочей деятельности, систем производства общественно полезной информации и обучения молодых деятелей, – эффективных Единиц общественно полезных (целесообразных) систем деятельности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.