Кристина Грибкова
Рождественские и новогодние истории

Здравствуй, дорогой друг!

Этот сборник собирался на протяжении многих лет и состоит из произведений на новогоднюю и рождественскую тематику. Здесь есть стихи и проза, сказки и более реалистичные истории, но все они призваны подарить надежду, ведь именно тепла и надежды мы ждем под Рождество. В сборник не могли не войти произведения, посвященные теме Рождества, в которых упоминается великое событие для всего христианского мира и человечества в целом.

Я благодарна всем событиям и людям, которые сподвигли меня к написанию этих стихов и повестей, и, надеюсь, что они будут полезны и интересны широкому кругу читателей, особенно тех, кто так любит зиму и зимние праздники.

Приятного чтения!

Проза

История о Пушинке, или как живется в мире нашим маленьким друзьям

Жила-была одна кошечка по имени Пушинка. Может быть, в соседнем подъезде, может быть на этаж выше, где ты живешь, а может, и прямо в соседней квартире, за стеной комнаты, у которой стоит твоя кровать. Ты жил и не знал, что совсем рядом, у соседей, имен которых ты не знаешь или не помнишь, живет маленькая белая кошечка. Такая хорошенькая! Пушистая, с синими глазками-бусинками. Ее принесли совсем недавно, в подарок такому же ребенку, как и ты. Кошечка, конечно не знала, что она – подарок. И решила, что это – теперь ее новый дом.

Сначала кошечка испугалась и забилась под кровать. Но когда все пошли спать (и ты – тоже) она начала исследовать квартиру, потому что на самом деле была веселой и любопытной. Кошечка даже поела еды, которую оставили для нее в новой миске. Скоро она получила имя – Пушинка. Да, и как ее можно было назвать иначе, глядя на этот белый пушистый комочек, похожий на тополиный пух? Пушинка не сразу привыкла к своему имени. Но потом поняла, что ее теперь так зовут, и стала отзываться на имя.

Пушинка чувствовала себя счастливой в новом доме, где ее все любили, возились с ней, гладили и играли. Кошечка ни в чем не нуждалась и думала, что останется здесь навсегда. Проживет до тех пор, когда станет старой толстой кошкой, и уже не будет бегать за маленькой девочкой, а станет лежать в корзинке и дремать, пока ее гладят под болтовню телевизора и запах домашней еды.

Но все сложилось совсем по-другому. Совсем не так, как себе представляла маленькая белая кошечка по имени Пушинка. В один из зимних дней, когда ты нежился в теплой кроватке в натопленной комнате, Пушинка оказалась на улице. Она не понимала, почему человек, с которым они вместе прожили целый год, идет назад к дому и оставляет ее в холодной темноте под фонарем. Кошечка с мяуканьем бросилась за человеком, но он строго пригрозил ей пальцем и резко что-то сказала. Пушинка прижала ушки к голове и застыла на месте. Под ее жалобное мяуканье дверь подъезда грохнула и захлопнулась.

Пушинка осталась одна, на морозе, в ночной темноте. Если бы она могла заплакать, то заплакала бы. Но кошечка чувствовала только холод и внезапно нахлынувшее одиночество. Чтобы совсем не замерзнуть, Пушинка медленно побрела во тонкому слою снега, потягивая носом воздух, присматриваясь и прислушиваясь ко всему вокруг. Через какое-то время она забралась в сырую, промокшую насквозь коробку за подъездом какого-то другого дома и уснула до утра.

Ей снились чудесные сны. Пушинка летела среди звезд, даже как будто плыла по звездному морю. Во сне ей хотелось спать.

Пушинка проснулась. Но встать сразу не смогла – лапки затекли и задеревенели от холода. В животе заурчало. Нужно было найти еду. Пушинка смогла с некоторыми усилиями все-таки выбраться из коробки.

Что же с ней случилось потом? Маленькая кошечка была вынуждена учиться выживать. Зима была еще не настолько холодной, какой бывала у нас несколько лет назад. Бывало, снег не выпадал, и Пушинка брела по колючему асфальту, повесив грязную, некогда белоснежную головку. Мягкая шерстка свалялась и клоками прилипла к телу котенка. Питалась она объедками, а если удавалось найти что-то похожее на кусок настоящей вкусной еды, о которой еще она помнила, это был уже вовсе праздник. Однажды Пушинку даже покормили. Одна женщина увидела кошечку и дала ей рыбки. Ах, какая это была вкусная рыбка! Пушинка зажмурилась от удовольствия, замурчала и даже дала себя погладить. Потом, кога засыпала, ей снились рыбки, которые растут прямо на дороге как цветы. Видимо-невидимо, ешь сколько хочешь. И Пушинка весело гуляла и прыгала между рыбных цветов.

Были дни, когда кошечка ложилась спать совсем голодной. И бывало, они шли друг за другом. Тогда ей приходилось особенно тяжело. Пушинка подолгу отдыхала после вылазок и старалась экономить силы.

Кошечка пыталась подружиться с другими котами, но те ее желания не разделяли. На улице объединялись коты только семьями, а все остальные были сами по себе. Никто никому не помогал, и каждый кот яростно охранял свою территорию.

Если бы Пушинку спросили, – где теперь ее прежний дом? – она не смогла бы ответить, так далеко кошечка ушла от того подъезда, у которого оставил ее человек. Иногда Пушинка вспоминала об этом, и в голове у нее звучал только один вопрос: «Почему? Почему с ней так поступили? В чем она провинилась перед своими большими друзьями?» Кошечку очень ранило произошедшее, и она долго не могла забыть об этом. Кроме того, Пушинка извлекла из этого урок на всю жизнь.

Однажды так вышло, что кошечка оказалась на собачьей территории. По той, которой ты боялся ходить. Там всегда пустынно, туманно, и почти нет людей, зато в самые неожиданные моменты раздается лай собак. Чего она только там не натерпелась! С гулко бьющимся сердцем Пушинка убегала от двух бродяг, которые во весь голос гавкали и с такой скоростью гнались за Пушинкой, что у нее шерсть вставала дыбом. Бедная кошечка была рада тому, что сегодня не было снега, так что она не могла в нем увязнуть, и ей удалось спастись. Кошечка выскочила на людную улицу и понеслась что есть духу на стоящее неподалеку одноэтажное здание. Пушинка взобралась на желоб и спряталась под крышей. Собаки пробежали мимо и не заметили ее. Пушинка еще долго сидела неподвижно и боялась спускаться. Вдруг появятся новые собаки? А тебе не было бы страшно?

Из-под крыши ее выгнал начавшийся на следующий день сильный ливень. Промокшая до нитки, голодная, дрожащая, Пушинка укрылась под железной лестницей еще одного незнакомого ей дома. Тут не пахло собаками и даже другими котами, что было удивительно. Но ее это сейчас не волновало. Кошечка хотела хоть сколько-то согреться, укрыться от холодного дождя и что-нибудь съесть. Но под звуки дождя, измученная страхом и холодом она задремала, а потом крепко уснула, несмотря на то, что вокруг нее было совсем неуютно.

Проснувшись наутро, Пушинка понял, что дождь кончился, и сегодня даже теплее, чем прежде, даже солнышко выглянуло. Холодное, зимнее, но все же солнце. Она вылезла на лестничные перила и закрыв глазки, пыталась согреться под прохладными лучами. Кошечка подумала о том, чтобы остаться здесь. Но ее желанию не суждено было сбыться: почти сразу отсюда ее выгнали люди. Наверное, такое маленькое дрожащее существо могло им чем-то помешать. И Пушинке снова пришлось искать себе если не новый дом, то хотя бы новое временное убежище.

Если бы кошечка была человеком, она могла бы обозлиться, хотеть отомстить людям или отчаялась и заболела от горя. Но это существо было кошкой, и хорошо, что так. Пушинка не могла обдумать свою жизнь и сделать какие-то выводы о ней и о людях. Кошечка продолжала выживать, потому что хотела жить, и надеялась, что когда-нибудь и вправду будет жить, а не существовать. И это было совсем близко! Пушинке оставалось потерпеть совсем чуть-чуть.

Грустная история, правда? Только не плачь. Все закончится хорошо, вот увидишь! И я тебя правда, не успокаиваю. Дальше с Пушинкой произошло вот что.

В один из дней (это был уже конец декабря, почти перед Новым Годом), маленькой кошечку пришлось очень нелегко. Сильная снежная буря грохотала так, что дрожали стекла в окнах домов. Ты, конечно, помнишь эту бурю. Снегом заметало все, так что машины под снежным слоем казались просто большими сугробами. Люди по колено проваливались в снег и оставляли глубокие следы, похожие на маленькие ямы. Морозило. На стеклах появлялись красивые узоры. Вот это погодка, да? Но что же Пушинка? Как она смогла выжить в такое время?

Кошечка в этот день снова ничего не ела. Она видела, как опасно выходить из своего нового укрытия на водосточной трубе и предпочла голодать. Пушинка сильно похудела за это время и уже привыкла, что в желудке у нее ничего нет. Так что перестала даже обращать внимание на это. Если тебе, дорогой мой друг, приходилось когда-нибудь голодать, так же, как и мне, ты знаешь, что это такое. В последнее время приходилось совсем туго, и это понимала даже такая маленькая пушистая голова как наша Пушинка. У нее почти не осталось сил.

А в этом самом доме, где сейчас пряталась кошечка, жила девочка по имени Оля. Ей было столько же лет, сколько и тебе сейчас. Оле нравилось читать, она любила зиму, и ей хотелось, чтобы когда-нибудь у нее появился маленький пушистый друг. Но родители постоянно говорили о том, что «сейчас неподходящее время». А когда подходящее время наступит – неизвестно. Поэтому Оля могла только мечтать о котенке.

У всех детей начались каникулы, и Оля была не исключением. И вот, этим самым днем она вышла на улицу гулять. Но Олина мама разрешала ей гулять только во дворе – тебе это знакомо? Правда на этот раз мама пошла вместе с Олей. Санки в этот раз они брать не стали, решили полепить из снега. И после недолгих сборов мама с дочкой оделись и отправились навстречу снегу, холоду и предновогоднему настроению.

Свежий морозный воздух ударил в нос и начал щипать за щеки и нос. Оля давно не видела столько снега?: вот будет завтра здорово, когда снег немного стопчется и она с ребятами выйдет на улицу с санками! И несмотря на сугробы сегодня тоже хорошо прогуляться.

Пушинка тоже никогда не видела столько снега, как и эта девочка. Она не знала об опасностях, которые таились в этой белоснежной холодной глади. И случилось так, что когда буря улеглась, и Оля вышла с мамой гулять, а кошечка больше не могла терпеть голод и отправилась на поиски еды, провалилась в глубокий сугроб. Пушинка испугалась и не могла никак выбраться оттуда. Она карабкалась наверх, но скоро ее начало трясти от дрожи, и кошечка начала замерзать.

Бедная Пушинка! Вот бы кто-нибудь увидел, что она упала! Ты, например? Ты обязательно помог бы ей выбраться, правда? Оля с мамой проходили совсем недалеко, но не увидели попавшего в беду одинокого котенка. Они весело смеялись и разговаривали о предстоящих праздниках.

А кошечка так испугалась, что забыла о том, что может мяукать. Но придя в себя, она мяукнула. Вышло совсем тихо. Ее не слышали. Но кошечка слышала, как там, за сугробной стеной, ходят люди и попробовала еще раз. Теперь громче. Пушинка поднапряглась и стала мяукать изо всех сил, ведь от этого зависела ее жизнь! Оля не сразу услышала жалобный зов. Сначала ей послышалось, будто неподалеку от них что-то скрипит и не обратила на это внимания. Но «скрип» продолжался, и девочка прислушалась. Теперь это было похоже на что-то другое. Наконец, она поняла.

– Мама! – сказала негромко Оля. – Там мяукает котенок! Послушай.

Сначала им не дала услышать девушка, разговаривающая громко по телефону, потом проезжающая машина, потом громкая компания. Но мама все-таки смогла уловить звук и согласилась с дочерью.

– Вдруг что-то случилось? Пойдем, посмотрим! – жалобно попросила Оля.

Мама много раз слышала кошачье мяуканье, и часто у животных не было таких проблем, из которых они не смогли бы найти выход. Но сейчас мяуканье действительно было очень жалобным и «угасающим». А глядя на умоляющее лицо дочери, она просто не могла сказать «нет».

И к нашей радости, они направились в сторону Пушинки.

Кошечка уже охрипла и теперь, когда она открывала рот, выходил только короткий писк и хрип, а потом перестало получаться и это. Пушинка в отчаянии поняла, что больше ничего не сможет сделать и перестала пытаться. Она уселась, обернула хвостик вокруг лапок и стала ждать конца. А несколькими секундами ранее Оля воскликнула «Мама!» и наклонилась над сугробом, где была яма, и где сидела маленькая кошечка. Пушинка подняла голову и сквозь слезящиеся от мороза глазки увидела двух людей, склонившихся над ней. Пушинка не знала, чего ждать от них, бояться, или… Но она все равно ничего не могла сделать, и даже убежать – некуда. Кошечка вжалась в белую холодную стену и уставилась на девочку. Она мяукнула, но совсем беззвучно.

Оле стало так жаль бедного котенка, что несколько слезинок упали в яму к Пушинке. Она тут же наклонилась и достала кошечку из сугроба и прижала к себе со всей любовью, на которую была способна, а потом просительно взглянула на мать. Пушинка не сопротивлялась, она была рада, что спаслась, но еще не могла осознать полноты своего счастья. Ей так хотелось отблагодарить девочку, но у нее совсем не осталось сил, и кошечка не смогла даже заурчать. Мама беззвучно кивнула. Оля укутала Пушинку в свой пушистый красный шарф и они с мамой быстро направились назад домой.

Новый Год, снег, каникулы – все было забыто. Ведь кому-то помочь гораздо важнее наших желаний. Мама, поднимаясь по лестнице, подумала, что могло быть бы с этим котенком, если бы они так и не услышали его мяуканье. Но все страшное было уже позади! И думать о плохом уже нет надобности.

Дома Пушинку отогрели и накормили. Оля с мамой сидели на тёплой кухне и смотрели на кошечку, которая с жадностью поглощала предложенную еду.

– Вот бедная. – грустно сказала Оля.

– Совсем ослабела. – согласилась мама.

После еды в тепле Пушинку сморил сон, и она, свернувшись клубочком, уснула прямо на прохладном линолеуме. Он казался ей теплым и удобным после голодного снега, ледяной железной лестницы и грубого асфальта. Оля принесла свой шарф и заботливо укрыла им котенка. Пушинка так крепко и сладко уснула, что даже не заметила этого и не шелохнулась. Только тихое сопение ее выдало.

Кошечке снился чудесный сон: она гуляла летом по траве, светило теплое солнце, совсем не такое, как зимой. Пели птицы и так хорошо дышалось! А пока Пушинка спала, с работы вернулся папа и в семье произошел очень важный разговор. Пока Пушинка спала, решалась ее судьба.

Оля легла спать несколько позже, чувствуя себя самым счастливым ребенком на свете! Ведь в подарок на Новый Год она получила ни игрушку, ни сладости, а самого настоящего друга. Правда, Пушинка пока об этом не знала, а когда проснулась, забралась на подоконник. В темноте комнаты она смотрела через заиндевевшее стекло на улиц, где было холодно, где падал белый снег, светили фонари и искали убежища другие коты. Если бы Пушинка умела улыбаться, сейчас она бы улыбнулась. Но у кошечки только дрогнули усы, а потом хвостик обвил маленькие лапки.

На следующий день Пушинку повезли к ветеринару. Там ее осмотрел врач, кошечке сделали необходимые прививки, искупали, промыли ушки, глазки. Сначала Пушинка очень испугалась и пыталась сбежать, и громко мяукала, но в конце концов, смирилась и пробыла в клинике целых два дня. Она боялась, что ее снова бросили, но почувствовав Олин запах, а потом увидев и ее саму, кошечка была вне себя от счастья и громко замяукала.

Пушинку забрали и отвезли назад домой. Когда все ужасы кончились, Пушинка не знала, что будет дальше. И даже не могла предположить, что эта семья станет ее новой семьей, а эта уютная маленькая квартира – ее новым домом.

В доме стоит елка. Пушистая, душистая, уже наряженная. Блистает огнями, шуршит мишурой. Родители заканчивают последние дела в Новом Году. Оля сидит рядом с елкой, укутавшись в мягкий плед. Счастливая, радостная. У нее на коленях, свернувшись клубочком Пушинка – чистая, снова белоснежно-белая, еще счастливее, чем ее новая подруга.

Здесь Пушинку назвали Снежинкой, из-за того, что она провалилась в снег, и ей пришлось привыкать к новому имени, что оказалось не так-то сложно, учитывая как два эти имени похожи и как долго ее никто не звал. Теперь ты знаешь, что когда дома ты встречал Новый Год, маленькая белая кошечка вновь обрела семью. И я ведь говорила тебе, что все закончится хорошо? Надеюсь, ты рад этому так же, как и я.

***

Снова Новый Год. Сейчас Пушинка-Снежинка – старая толстая кошка. Она уже не бегает за девочкой, не играет. Только лежит на подушке и дремлет, пока ее гладит маленькая ручка Олиной дочки. На весь дом пахнет домашней едой – Оля готовит на кухне. Скоро придут ее родители, вместе встретить праздник. И наша кошка с трудом поднимется с подушки, и широко зевнув, будет сидеть рядом с Олей, среди людей, ставших ее семьей.

Все сложилось не так, как себе представляла маленькая белая кошечка по имени Пушинка.

А намного лучше.

Здесь история про Пушинку заканчивается, мой дорогой друг. Теперь ты знаешь, как живется нашим маленьким друзьям в таком большом мире. Как им нужна наша любовь, поддержка и дружба. Надеюсь, что и ты постараешься стать хорошим другом пушистому существу, которое готово благодарить нас даже за самое малое, что мы делаем для него.

Рождественский подарок

(Сказка младшей сестры в моем изложении с дополнениями и исправлениями в сюжете)

В одном королевстве жила семья: король, королева и их маленькая дочка, которую все, конечно же, звали принцессой. Это была обычная королевская семья: королева любила готовить и занималась этим несмотря на то, что во дворце было полно слуг. Король издавал указы и ездил в карете по королевству. А их маленькая дочь Катя училась быть принцессой, и, как все девочки ее возраста, делала уроки. В свободное от учебы время, принцесса любила играть со своим игрушечным кроликом, представляя, что он настоящий и устраивать чаепитие для кукол. Кате так хотелось иметь самого настоящего, живого кролика! Играть с ним, гладить и показывать всем во дворце. Много раз она просила родителей купить ей такого, но они были слишком заняты, чтобы исполнить желание дочери. Каждый раз слыша обещание, что у нее будет кролик, Катя вздыхала и возвращалась к своим занятиям. Однажды учительница, услышав совершенно случайно разговор с родителями, сказала соей ученице, что если быть во всем хорошей и заниматься прилежней, мама с папой, конечно, это заметят, и скоро у нее будет пушистый друг. Принцесса с радостью ухватилась за эту возможность и если до этого она и позволяла себе капризничать и баловаться, то теперь стала очень старательной и примерной девочкой, так что родители и правда скоро это заметили. Учительница не могла нахвалиться на Катю, но хвалила, разумеется, тогда, когда ее питомицы поблизости не было. Учительница не могла сказать королю и королеве об их маленьком плане, но так же как и Катя надеялась, что они смогут найти в своем очень плотном графике минутку для того, чтобы порадовать свою маленькую дочь, тем более приближался праздник Рождества, и это было прекрасным поводом для того, чтобы сделать долгожданный и заслуженный подарок.

Накануне сочельника учительница, проверив знания свей ученицы и оставшись ими довольна, с радостью освободила ее от всех занятий, чтобы Катя приготовилась к празднику, и ее маленькую головку больше не занимали никакие вычисления и запятые. Принцесса была в прекрасном настроении и подпрыгивая в длинных коридорах на пути в свою уютную комнатку, грезила о теплом Рождестве, где за столом соберется вся семья, и все будут дарить друг другу подарки, смеяться и танцевать. В комнате было приготовлено чудесное платьице и такие же чудесные белые туфельки, и лента для волос, которые она наденет завтра, когда они вместе отправятся в церковь, а потом будут принимать гостей и вместе радоваться празднику.

Король и королева сегодня так устали, что почти сразу же заснули после того, как Катя пришла с няней пожелать им спокойной ночи. Сама принцесса никак не хотела спать в такую ночь, но вспомнив о своем негласном обещании быть прилежной и послушной, со вздохом попрощалась с няней и стала переодеваться ко сну. Свет потушили, но в комнате было по-прежнему не так темно, как всегда. И Катя поняла отчего: шторы задернули перед сном, но через маленькую щелочку пробивался голубоватый в полутьме комнаты свет, совсем не мрачный и не холодный. Принцесса тихо подошла к окну, и, отодвинув штору, ахнула: на темном небе среди тяжелых туч сияла рождественская звезда! Конечно, это была она: такая большая, такая яркая и светлая! Ни с какой другой ее спутать было нельзя.

Принцесса смотрела на нее, и от всей души, как старому другу, поведала все желания своего маленького сердечка. Рассказала ей, как хотелось ей кролика, как она старалась, как мечтает о Празднике-на-котором-мы-будем-все-вместе. Кате правда казалось, что звезда е слушает и слышит. Катя легла спать, а утром проснулась раньше всех: ей так хотелось, чтобы Рождество наступило как можно быстрее! Она все время улыбалась, продолжала быть послушной и болтала с няней, но, конечно не очень много. В церкви она сама стояла как свечечка, усердно крестилась и слушала чудесное пение, которое показалось ей пением ангелов. А после вся семья приехала домой. Нужно было переодеться к праздничному обеду. Утро прошло без завтрака, так что теперь действительно наступало время обеда. Катя по привычке побежала вприпрыжку в комнату, чтобы переодеться. Спеша в залу с ощущением чего-то чудесного, она замедлила шаг и подошла к открытой двери. Потом заглянула в залу и увидела родителей, сидящих за столом. Какие они были нарядные и красивые! Они взглянули на свою доченьку и улыбнулись ей. Катя уверенно шагнула в залу и сразу увидела высокую большую красавицу-елку, которую украшали вчера весь день. Вот и ее лошадки и зайки висят на еловых лапах. Как же она старалась сделать все как следует! Так старалась, что все пальчики исколола. Но это было уже в прошлом и совсем забыто при взгляде на эти прекрасные горящие свечи и мерцающие от их света как бриллианты стеклянные украшения и пушистая мишура. Катя широко раскрыла глаза: на столе у деревца стояла одна-единственная коробка в блестящей обертке, повязанная золотой лентой.

Ей хотелось захлопать ладоши, и она немедленно это сделала: папа с мамой уже оставили ей подарок! Девочка с благодарностью взглянула на родителей, а папа-король встал со своего богатого кресла во главе стола и взяв эту большую коробку, вручил дочке. Королева встала рядом с ними и с любовью смотрела на то, как ее девочка распаковывает свой рождественский подарок. Удивительно, но изнутри слышались какие-то звуки: не то шуршание, не то шорохи! Девочка распаковала подарок прямо на столе, а папа ей в этом помог. На коробке оказалась открытка. И Катя со всей прилежностью прочла написанное на ней:

«Катеньке на Рождество от любящих ее мамы и папы».

Ее удивлению не было границ, когда коробка была открыта. Принцесса даже не знала, что сказать от счастья. Внутри оказалась клетка с прехорошеньким в ней белым кроликом! Она кинулась к родителям обнимать и целовать их, и была так благодарна, что не знала, как еще выразить свои чувства.

– Я назову его Пушистиком! – воскликнула Катя и достала из клетки своего нового друга. А потом прижала к себе. Всю свою маленькую жизнь она мечтала это сделать, и была счастлива: кролик не пытался сбежать. – Спасибо, спасибо вам! Мамочка, папочка, с Рождеством!

А потом пришли гости, были музыка и танцы, елка сияла огнями, и вся семья собралась за праздничным столом. Для маленькой принцессы это было чудесное Рождество, которое она запомнила навсегда.

Засыпала сегодня Катя, глядя на своего нового друга с благодарностью Богу, учительнице, родителям, и звезде за подарок.

А после, хоть она и шалила как все маленькие дети, и капризничала, и не всегда слушалась своих родителей и учителей, потом всегда раскаивалась в своих поступках и каждый раз принимала решение о том, чтобы стать лучше уже не из-за кролика, а ради других людей, которые были к ней так добры. Ее родители стали больше уделять своей маленькой дочке внимания и времени. Кукольные чаепития были забыты, потому что теперь маленькая принцесса вместе с мамой готовилась устраивать настоящее чаепитие, а с папой училась ездить верхом и знакомиться с людьми в городе. И после всего этого во всем маленьком королевстве никого счастливее не было маленькой принцессы.

Снегурочка

Глава первая. Снежная девочка

В одном русском селе жили старик со старухой. Дожили они до глубокой старости, и не было у них детей. А так хотелось им понянчиться с какой-нибудь непоседливой девочкой с косичками или веселым мальчуганом. Старушка мечтала о том, как будет внучка им пироги печь и нитку в и ушко иголки вдевать: сама она слаба глазами уже стала. А старик мечтал о том, как будет их сынок воду носить да дрова колоть – вот помощь будет его старой спине и рукам. Но, конечно, все это мечты были такие, второстепенные, если только можно так сказать. Когда люди мечтают о дитятке, они просто мечтают о том, чтобы оно было. Чтобы было кого любить, кого по головке погладить, чей услыхать голосок.

И настала очередная зима. Вздыхали, сидя старички у окна, глядя на ребятишек, которые возились в снегу, тягали санки, смеялись, бегали, розовощекие! И взяла их тоска.

– Вот и еще зима проходит. – заговорила старуха со вздохом. – И мы на год постарели, и не знаем, сколько еще проживем, а детинушки все нет. Верно, уже и не будет никогда.

Только вздохнул старик.

Они немного помолчали, глядя на падающий снег, а потом он предложил:

– Пойдем и мы слепим что-нибудь. Хоть не дома тосковать.

– А что, пойдем. – согласилась старуха.

Вышли они из дома и начали лепить снежную бабу.

– А что, давай, старик, не бабу слепим, а снежную девочку. Хай стоит во дворе, хоть полюбуемса несколько дней.

– Хорошо ты придумала, душа моя. Давай слепим.

И так они лепили, так старались, что дети даже пришли посмотреть, правда издалека: вдруг прогонют?

До вечера лепили старик со старухой свою снежную девочку и так устали, что, даже не евши, легли спать.

А утром проснулись от того, что в дверь кто-то стучит. И тоненький такой голосочек зовет:

– Батюшка, матушка, отворите вашей доченьке!

Что такое? Подняли головы, сонно друг на друга посмотрели, и снова укрылись одеялом. Верно, почудилось.

И снова кто-то стучит в дверь, и тоненький голосочек зовет:

– Батюшка, матушка, отворите вашей доченьке!

Подняла старушка голову, послушала.

– Верно, чудится. – сказала она и снова уснула.

А голосок то опять зовет и стучит…

Проснулся тут старик, почесал в ухе.

– Верно, послышалось. – сказал он и снова уснул.

А стучать не прекращают, голосок не замолкает. Проснулись, смотрят друг на друга старик со старухой.

– Не может же нам вдвоем чудиться одно и то же? Пойдем посмотрим. – сказал старик.

– Но кто может нас батюшкой и матушкой звать, да еще и нашей доченькой называться?

Открыли дверь, а на пороге стоит девочка: маленькая, беленькая, голубоглазая, с длинной косой.

– Батюшка, матушка, да что же вы так долго не открывали? – спросила девочка. – Я не мерзну совсем, но очень уж хотелось вам спасибо сказать, свой дом увидеть.

И девочка сделала поклон до земли, а старик со старухой стоят, таращатся на нее.

– Да кто же ты?

– Откуда взялась?

– Да как же? – захлопала глазами девочка. – Вы же сами меня вчера слепили. А звать меня будут так, как назовете.

Не знали они что ответить, только диву давались.

– Ну что ж, проходи. – сказал старик и подвинулся давая новоиспеченной дочке путь.

И дали они ей имя Снегурочка, раз уж из снега она появилась. И стала Снегурочка с ними жить. Была она тем дитенком, которого ждали всю жизнь старик со старухой: она и воду носила, и дрова колола, и не только нитку в ушко иголку вдевала, но и шила, и пряла, да так проворно, что только ее маленькие пальчики сверкали. Вот только к печке девочка не походила и спала всегда на улице в летней беседке.

– Потаю я. – сказала она. – Я ведь из снега.

Огорчились, закручинились от этого дед с бабкой.

– Если из снега, к весне растает, не будет у нас больше дочки. – сказал он ночью, когда Снегурочка мирно спала в кроватке под покровом беседки.

– Что же делать теперь?

– Ничего не делать, душа моя. Порадуемся хотя до весны.

– Да что ты такое говоришь! Она же живая!

– Живая. Но не человек Снегурочка, пойми ты!

– Умом-то понимаю, а сердцем… Как родная кровинушка…

– Эх-эх… Горе было, что не было детинушки, горе – что есть. Ложись спать душа моя. Утро вечера мудренее.

И легли они спать, а Снегурочка не спала, она сидела под окном и слушала. И хоть не была она человеком, так страшно ей стало.

– Что же будет весной?

Жила она впервые, и думала, что зима будет всегда. Думало так наивное дитя.

Глава вторая. Как стать человеком

Не смогла уснуть в ту ночь Снегурочка, прождала до утра, принесла воды, нарубила дров, замесила тесто и оставила подниматься. Села за прялку у окошка. Пришли старик со старухой с рынка, привезли ей калачик, да платок расписной. Грустно улыбается их кровинушка, не рада она подаркам.

– Что случилось, дитятко мое? – погладила ее по головке старушка, обеспокоенно глядя на девочку.

Еще не научилась, не умела Снегурочка лгать и рассказала им все как есть, как слышала она ночью их разговор, как не смогла спать, и как сильно она боится того, что будет.

– Эх мы, без ума совсем! – поругался старик. – Не надо было нам такой разговор на ночь затевать. Ты прости нас, милая, думали, что ты спишь.

– И мы боимся, и мы переживаем… – сказала старуха, – Ах ты мое дитятко…

– Что же это за весна такая? Что случится? – спросила она, и даже оставила пряжу.

Не хотели старик со старухой отвечать, воротили взгляд от девочки.

– Скажи, матушка?

Пришлось той ответить.

– Для людей это благодатное время. Почки распускаются, природа оживает, птички возвращаются с теплых краев, птенцы учатся летать…

– Что же плохого во всем этом?

– Для людей ничего… Но выходит солнышко на небо, и тает снег…

– Как же? Солнышко? – печально вздохнула Снегурочка. – То, которое я иногда вижу через облака, оно будет причиной моего конца?

Девочка расплакалась, и старики плакали вместе с ней. И грустно, и тихо стало в их доме: не слышался звонкий голосок, не смеялась Снегурочка, потеряла сон, не хотела есть. А выходя из дому, прятала глаза от солнышка, и сжималось у нее сердечко.

Не знали старики как ей помочь, и болело сердце у них за свою дитятку, за кровиночку.

Но пришла однажды Снегурочка в дом и, поклонившись, спросила их:

– Скажите мне, можно ли стать человеком?

Удивил их этот вопрос. Человеками ведь рождались, а не становились. Но не могли они забрать у своей любимой снежной девочки последнюю надежду.

– Можно. – сказал осторожно старик.

– Как же стать человеком, скажи миленький? – встав на колени, взяла за руки отца своего названого Снегурочка, с мольбой глядя на него.

– Враз не станешь, дочка. – ответил он. – Для этого надо иметь человеческое сердце.

– Где же взять мне его? – растерялась она.

– Так внутри тебя оно. Прощай, будь добра к людям, сострадай, люби всех, помогай, когда видишь кому тяжко, и станет оно человеческим.

– Батюшка, матушка, так я с радостью! – вскочила девочка. – Я буду все это делать. Буду любить и солнышко, даже если и оно… Как только узнаю, как это. Как любить, что такое любовь?

Почесал старик в затылке, задумалась старуха. Как объяснишь ей?

– Мы вот любим друг друга. – наконец сказал старик. – Заботимся друг о друге…

– А что такое любовь… Как тебе объяснить, деточка моя, – сказала старуха. – Это когда ты за другого готов отдать даже самое дорогое, что у тебя есть, даже свою жизнь. Лишь бы он был счастлив.

– И жизнь?.. – переспросила Снегурочка. – И если я должна любить и солнышко, значит…

– Нет-нет, милая не так ты поняла. Нужно и головкой думать. Не надо зря на рожон лезть. Поняла ли ты нас? – ласково спросила старуха, погладив дочку по голове.

Девочка была умненькой, все схватывала на лету.

– Поняла, матушка. – кивнула она задумчиво. – Спасибо, что объяснили мне. – поклонилась им девочка и побежала на улицу – воды набрать.

А старик со старухой затужили. Неправду они сказали внучке о том, что так человеками становятся, и тяжело стало у них на сердце.

– Но, может, хоть и снежное ее сердце станет теплее. – сказала старуха. – Хотя бы и к весне.

И не знали старик со старухой, что сказав неправду, поведали дочке чистейшую правду.

Глава третья. Дед Мороз

И вот поехал однажды старик за дровами в лес, и Снегурочка запросилась с ним. Взял ее с собой. Приехали в самую чащу, рубит Снегурочка дрова, а старик сучья подбирает. Так они до самого заката провозились. Темнеет зимой рано. Только утро вроде бы началось, а уже сумерки спустились на землю.

А на ту пору Дед Мороз проходил, обхаживал свои владения, и увидел он старика и снежную девочку. Понял он, что она из снега, так как сам он был не человек, управлял снегом, льдами и ветрами, и как мы чувствуем родство с людьми, так и Дед Мороз почувствовал родство с этой беленькой девочкой. Подивился он тому, что снежная девочка живая с людьми дружит.

– Откуда появилась такая? – удивился он и схоронился за деревом, стал наблюдать за ними.

А девочка помогает во всем своему отцу названому, трудолюбивая, заботливая. Тоже захотел Дед Мороз себе такую внучку. И видит, что они уезжать собираются. Сели на дрова и поехали назад домой. Но не тут-то было: поднялась снежная буря, закачались деревья, засвистели ветра, стало старику зябко, смотрит на дочку, а она вокруг глядит, удивляется, и радость у нее на лице. Подумал старик, что не кровиночка она их, не человек все-таки их доченька, потому как где впору креститься, там она радуется.

Не смогли они дальше ехать, заржала лошадь, остановилась, и вдруг возник на сверкающей снегом дороге Дед Мороз в своем кафтане расшитом бриллиантами ледяными и мехом снежным, стоит с посохом, грозный, высокий, смотрит на них.

– Здравия желаю, дорогие гости! Наведались вы в мой лес. Ко злу, али к добру?

Хотел старик ответить, да не мог – зубы стучат, холодно ему.

– К добру, дедушка! – отвечала Снегурочка, – Мы всего лишь немного взяли твоих деревцев, чтобы моим батюшке с матушкой тепло было!

– Батюшке с матушкой? А что ж ты, девица, о себе не думаешь?

– Да я не мерзну, дедушка! – засмеялась она.

– Как же так это?

– Да из снега я! Снегурочка!

Понял Дед Мороз, что не подвело его чутье.

– А я, будем знакомы, Дед Мороз! Снегами, льдами управляю, бурю, вьюгу насылаю. Инеем и снегом припорошу к обеду.

Знал старик кто такой Дед Мороз, и сжалось у него сердце, что их дитятко может Мороз в свои владения забрать. Как-никак, дитя его стихии.

– Откуда же ты взялась, девочка? – спросил Дед Мороз.

– Расскажу я дедушка, только дай нам до дома доехать, видишь, зябко моему батюшке…

– Не поедете домой, пока все не расскажешь! Сейчас будем мы в моем дворце, согреют твоего батюшку!

И не успели они ничего понять, как закружился снег в выхре, засвистел ветер и очутились Снегурочка со стариком перед высоким ледяным сверкающим дворцом. Сновали тут и там лесные животные, мишки кланялись им и пыхтели.

– Какой дворец! Неужели ты живешь тут, дедушка? – спросила Снегурочка.

– Живу, тут и мои ледяные воины и девицы-снежинки, помощники мои. Но и звери, как видишь, мне помогают, ведь не злой я, не желаю никому смерти.

– Куда же батюшке моему пойти? Все здесь так холодно…

– А вот домик особый есть. – указал он посохом в сторонку, и увидела дом деревянный девочка, окошки резные, из трубы дым валит, лиса в платье дорожку метет.

Пошли они туда, поклонилась Снегурочка лисе, пустила лиса старика в дом, попрощалась с ними Снегурочка – не могла она в теплую избу зайти, как бы не хотела.

– Я скоро вернусь, батюшка! Грейся!

– Не только согрею, но и напою, накормлю, спать уложу! – пообещала заботливая Лиса.

– Возвращайся, дитятко. – сказал старик и чихнул. Закрылась дубовая дверь, и пошла Снегурочка во дворец с Дедом Морозом.

Глава четвертая. Снежное царство

И видела она и воинов ледяных и девиц-снежинок, и рассказала Морозу, как появилась она, пока шли они по залам длинным с высокими потолками, как услыхала разговор своих любимых родителей, как погрустнела она, и как хочет стать человеком. Расстроила она этим Деда Мороза, не хотел он, чтобы снежная девица превращалась в человека. Но старики ее все верно сказали – иначе человеком не стать, если сердце не отогреется добротой да любовью. Не говорил пока ей ничего Дед Мороз, усадил за ледяной стол, угостил ее пряниками сахарными, морсом студеным из ягод лесных, орехами да яблоками. Удивилась девочка:

– Не видала я никогда чтобы такое зимой было! Где ты взял это, дедушка?

Расхохотался Дед Мороз, и посыпался мелкий снежок от его смеха.

– Заготавливают на зиму звери лесные с лета, с осени. Замораживаю я потом их, а потом тают они от тепла. Вот откуда у меня лето на столе.

– Расскажи мне о лете и осени, я ведь про весну уже все знаю…

Услышал Дед Мороз печаль в голосе Снегурочки и понял все. И рассказал Дед Мороз о жарком лете Снегурочке и о дождливой осени, но хвалил только одну зиму, и ничего хорошего кроме плодов девочка не нашла в этих временах года. Умолчал он о всех радостях этого времени, потому как боялся, что Снегурочка еще быстрее захочет стать человеком, и эта мысль ее совсем не отпустит. Решил он показать ей все красоты зимы, чтобы расхотелось ей становиться человеком, и добавляли белки, которые прислуживали им за столом, пока смотрела она во все глаза на Деда Мороза и слушала его истории в ее еду снежные комочки, от которых забывала Снегурочка человеческую жизнь и начала думать, что и совсем не видела она людей, только снежную эту жизнь и зверей лесных.

Спала она на снежной перине, и каждый день ела пряники сахарные, играла со зверями и разговаривала с девицами-снежинками, и прошло так несколько дней, и совсем забыла обо всем Снегурочка. Казалось ей, что здесь она всегда жила, и Дед Мороз – ее дедушка родимый. Не хотел ничего плохого Дед Мороз, только он мечтал о такой маленькой внучке, и очень хотел чтобы она осталась в его снежном царстве. В то время как ее названый батюшка тоже ел и спал в маленьком домике, и ему подкладывали снежных комочков в еду, чтобы забыл он о своей снежной девочке, о Снегурочке. Встал старик однажды с утра, вышел из дома умыться, увидел он свои сани с лошадью, груженные дровами и удивился тому, что до сих пор не едет он домой.

– Поеду к бабке. Заждалась она меня поди. Пока я тут со зверями лесными да… – не смог он вспомнить Деда Мороза. Оглянулся, смотрит: и Лиса не в платье, и дорожку не метет, и дворца ледяного как не бывало. Надел он шапку, запахнул тулуп и подумал, что задремал в дороге, и все это приснилось ему. И поехал старик домой, а Снегурочка в это время играла с белками и не знала, что ее названый батюшка уехал, оставил ее в снежном царстве.

И все бы так и осталось, если бы старухе тоже подложили снежные комочки. Но не успела лиса ему снеди с собой дать, уехал старик, пока она в доме возилась. Ох, и достанется ей от Деда Мороза! А еще отчество Патрикеевна носит!

Но что поделаешь, пошла она, повинилась Деду Морозу, поплакалась, что старик, мол, виноват, быстро – раз, и в сани, оставил ее с пустыми лапами… Нахмурил брови Дед Мороз, поднялась во Дворце буря, задрожал у Лисы хвост. А в это время мимо Снегурочка проходила. Увидела Лису, кинулась к Морозу:

– Дедушка! Что случилось? Бедная лисичка!

– Бедная, бедная, – тихо подтвердила Патрикеевна, выдавливая скупую слезу.

Утихла буря, улетучилась вьюга, перестала дрожать Лиса.

– Провинилась вот. – сказал Дед Мороз, и больше ничего не добавил. А что тут добавишь? Снегурочка не должна была ничего узнать.

– Прости ее, дедушка. – попросила Снегурочка. – Все ж жалко ее.

Удивилась Лиса – у снежной девочки словно теплое сердце! Но не сказала ничего.

– Иди! Ради внучки, Снегурочки, прощаю на сей раз.

Пятки у Лисы сверкнули, кончик хвоста только и видели.

– Поручения разные я даю им, – объяснил произошедшее Дед Мороз. – Не всегда так как надо выполняют. Или вовсе… не выполняют. – нахмурился снова он.

Этот ответ Снегурочку успокоил, и не стала она расспрашивать его больше ни о чем, а Дед Мороз крепко задумался. Научил его этот случай, что надо ему быть осторожнее. А то придется все рассказать Снегурочке. Только после того, как он расскажет, убежит она из его Дворца и никогда не вернется больше.

Глава пятая. Несуществующая Снегурочка

Воротился старик ко старухе, а она странные вопросы задает, мол где пропадал целый месяц, где Снегурочка?

Почесал старик в затылке. Не было его всего денька три, а старуха за месяц выспрашивает.

– Какая-такая Снегурочка? Совсем в лесу ум потерял? – ругала старуха мужа. – Доченька наша. Где ты ее оставил?

Почесал только старик голову в шапке: не помнит он никакой Снегурочки, хоть бей!

От деда так ничего она и не добилась. Поплакала старуха о потере дочки, но делать нечего, надо жить дальше. А старик жил-жил в их домике, и начал потихоньку вспоминать. Вот и тяжело ему воду носить, а спина вроде последнее время совсем не болела. Вот и старуха не может опять нитку в ушко иголки вдеть, а только недавно ему штаны заштопала, вот и заплатка стоит. А вон веретенко у окошка, на нем пряжи половина намотана, наполовину изделие сделано, словно остановилась работа внезапно. Нет, тут что-то не так, смекнул старик. Но вспомнить никак не мог. И вот пришел он к жене и решил все у ней выспросить.

– А скажи мне, душа моя, что ты говорила, как я приехал? Что за Снегура такая? Понимаешь, побывал я в лесу и все забыл. Как рукой сняло. Да и что ты твердишь мне про целый месяц, когда меня три дня не было?

– Не Снегура, а Снегурочка… – поправила его старуха. – Не знаю, что там в лесу произошло, только не мог ты забыть свою доченьку. Да и как есть месяц. Думала, совсем пропали вы, может звери лесные съели, может к людям злым в руки попали. Уже оплакивала я вас…

И рассказала старуха обо всем мужу, напомнила, кто такая Снегурочка, откуда появилась она, как им помогала, как уехали они в лес, как вернулся он один, все забыл, сколько времени прошло. Говорит бабка, а в глазах у нее слезы стоят. Не мог больше мучить ее старик неверием своим, и сказал:

– Сколько живем мы с тобой, ни разу не врали друг другу, такое и обещание на нашей свадебке дали. Поеду обратно в лес искать Снегурочку, коли так.

Хотела и старуха с ним поехать, чтобы он опять чего не забыл, да не пропал, но наказал старик ей дома сидеть, что если беда какая приключится, чтобы была она в безопасности дома. И на случай, если Снегурочка вернется. Смирилась старуха, послушалась мужа. Собрал старик снеди, снарядил сани, лошадь, и снова поехал в лес знакомой дорогой. Искать свою доченьку, Снегурочку.

Где-то она сейчас?

Глава шестая. Ледяной Иван

Гуляла однажды Снегурочка в зимнем саду Деда Мороза, где цветы растут снежные, розы белые круглый год, птицы поют ледяные, совсем как настоящие, и услышала неожиданно как ее зовет по имени кто-то:

– Снегурочка! Снегурочка!

Глядь туда – нет никого. Глядь сюда – никого. Пожала плечами девочка, обернулась и увидела перед собой молодца: иней на волосах на ресницах застыл, щеки припорошены снегом, в глазах голубые льдинки блестят.

Могла бы – залилась румянцем Снегурочка, но не была она человеком, не было у нее теплого сердца. Только что-то кольнуло внутри, словно осколок сосульки в ее снежное сердце попал.

– Кто вы? – спросила она.

– Друг я твой. Единственный здесь. Ледяным Иваном кличут. Поверь мне как другу своему: нельзя оставаться тебе здесь. Ты хоть и снежная девица, а все ж родители твои остались за снежным царством, слезы проливают по тебе горючие.

– Ах, какие родители? – удивилась Снегурочка. – Из родных только дедушка у меня – Дедушка Мороз.

– Неправда это. Тебе в еду кладут снежные комочки, чтобы ты забыла обо всем, вот ты и забыла… Не…

Услышали они как кто-то ступает по снегу, хрустит снег под ногами.

– Не ешь ничего белого, а то и это забудешь. Помни, я друг единственный твой здесь!

Не успел больше ничего сказать Ледяной Глеб, появилась девица-снежинка, позвала Снегурочку кружево снежное учиться ткать. Пошла с ней девочка, обернулась: нет никого, только две голубых льдинки между еловых веток блестят.

А позже они трапезничать сели с Дедом Морозом, и белки опять прислуживали им, веселили во время еды. Вспомнились Снегурочке слова молодца, хотела съесть она свои любимые пряники сахарные снежные, но не притронулась к ним, ела орехи лесные, пила сбитень из ягод. Заметил это Дед Мороз, все он подмечал, глаз у него был зоркий, и спросил он свою внученьку:

– Что же ты не ешь сахарные пряники, внученька? Помнится мне, они так нравятся тебе.

– Да я уж ими наелась, дедушка, – отвечала Снегурочка. – Очень мне нравятся плоды лесные, хотела бы я как-нибудь и за грибами сходить.

Не стал больше ни о чем спрашивать Дед Мороз, только сощурил глаза и стал бороду поглаживать. А белки знали, что значат эти движения их хозяина, и поняли, что лучше им поторопиться спрятаться в дупла да под скамеечки, будет Дед Мороз искать того, кто встал на его пути и помешал планам его.

Но позвал Дед Мороз одну белку, Патрикеевну и одну девицу-снежинку, с которой более всего время проводила внучка его и сказал им:

– Узнала Снегурочка про снежные комочки. Глаз с нее не спускайте, кто-то в нашем царстве голову ее светлую забивает ненужным, кто узнает кто таков, награжу того.

Со всем усердием кинулись все исполнять поручение Деда Мороза, всем хотелось подарок от него получить. Потому что редко Дед Мороз дарил подарки, все вьюгой, снегом, да холодом одаривал, потому что не было у него теплого сердца, человеческого.

Стали ходить со Снегурочкой там и сям то белка-хохотушка, то Лиса Патрикеевна, то девица-снежинка, искусствам снежным обучала ее. И все они пытались выведать от нее, есть ли у нее тут друзья. Но Снегурочка, как и прежде была умненькой, держала язык за зубами, всех называла друзьями, про Ледяного Ивана словом даже не обмолвилась. Так прошло еще несколько дней, и была она снова одна, плела снежное кружево, сидя в беседке. Начал падать тихий снежок, села ледяная птичка на жердочку и запела красивую песню, что удары по льдинкам, что журчание горной воды. Заслушалась Снегурочка и услышала как ее кличут:

– Снегурочка! Снегурочка!

Глядь туда – нет никого. Глядь сюда – никого.

– Где же ты? Выйди, али боишься?

Вышел из-за ели Ледяной Иван и ответил:

– Надсмотрщиков твоих боюсь. Доложат они Морозу обо мне.

– Посмотри вокруг – никого нет здесь.

Зашел в беседку Ледяной Иван и сказал:

– Говорил прежде, говорю снова: не должна ты тут оставаться. Хочет Мороз, чтобы ты забыла о том мире людском, чтобы не видела никогда людей, только зверей лесных.

– Мне даже нравится здесь. – сказала Снегурочка. – А кто такие люди?

– Родители твои, батюшка, матушка. Я тоже был раньше человеком. А теперь видишь, кем стал. Раньше меня просто Иваном кликали. Ласково матушка Иванушкой называла.

– Иванушка… – задумчиво протянула Снегурочка.

– Так у тебя ласково выходит, как меня матушка звала. – сказал Ледяной Иван, и Снегурочка не нашлась что ответить. Могла бы она смутиться, как красная девица, только не была она человеком. Чужды ее холодному сердцу были чувства людские.

– Что же случилось? – спросила она.

– Пошел я как-то в лес за дровами. Была стужа сильная, снег валил. А я все рубил деревья вязал да складал. Не заметил как ночь наступила, а потом стало что-то зябко совсем, и голоден я был. Да только не я один. Вышли из чащи голодные волки, завыли, показались. Бросил я дрова, сани, побежал, что есть духу. Догоняли меня волки. Думал, спасения мне уже нет. Но вьюга сильная поднялась, смог я убежать. А потом потерялся в чаще и сыпал снег, и начал я замерзать. Появился передо мной Мороз, сказал:

– Помираешь ты, молодец.

А я и не мог ничего ответить.

– Пойдешь ко мне на службу, смогу спасти тебя от смерти лютой. – сказал он.

Не знал я, на что соглашался, глаза закрылись, губами синими сказал что согласен, а потом закружила меня вьюга, передо мной дворец, звери лесные бродят, Мороз стоит. Я жив. Только сердце моё покрылось ледяной коркой, волосы и ресницы инеем, перестал я холод чувствовать. Дал мне посох Мороз, стал я снежок сыпать, льдом речки покрывать, узоры на окнах рисовать. Сколько лет прошло – не знаю, до сих пор я здесь.

– А что же твоя матушка?

– Умерла, видать. Здесь ведь время стоит, а в мире людском идет своим чередом. Здесь часами летят дни, днями месяцы, месяцами – года.

– Правду ли ты говоришь?

– Не стал бы я врать тебе.

– Это же сколько я здесь уже?

– Не могу сказать точно, но думается мне, уже несколько месяцев…

– А то, что у меня батюшка с матушкой остались там, за снежным царством – это тоже правда?

– Правда. Видел я недавно твоего батюшку. Искал он тебя. Как бы и он не замерз, или звери лесные на него не напали.

– Отчего ты все это мне рассказал, и почему дедушка от меня все это скрыл?

– Полюбил он тебя. Хотел, чтобы ты осталась.

Вздохнула Снегурочка, оставила плести кружево, поднялась с места.

– Не могу я так, если кто-то из-за меня пропадет так же как ты, Иванушка.

– Ты говоришь совсем как человек.

– А ты сможешь снова стать человеком? – спросила Снегурочка у Ивана.

– Не знаю. Но тебе надо бежать.

Увидел вдруг ледяной Иван, как сверкнул на дереве рыжий пушистый хвостик, нахмурился и сказал Снегурочке:

– Сейчас надо бежать. Видел я твою белку-хохотушку. Слышала она, о чем мы с тобой тут вели разговор. Расскажет Морозу, – никогда не убежишь. И я тебе помочь не смогу.

– Скажи, Иванушка, почему ты мне помогаешь?

– Жалко мне родителей твоих, да и ты, может, сможешь стать человеком. Снег хорош, да только не греет он, не утрет слезы, не скажет ласкового слова. Ну!

– Бежим!

И оставила все Снегурочка, все свои шубки и платья, что Дедушка Мороз ей подарил, рукоделие свое снежное, книги по науке зимней, и сбежали они с Иванушкой.

Глава седьмая. Погоня

Только белки-то ведь тоже быстрехонько бегают, скачут как заводные с ветки на ветку. Прискакала белка-хохотушка к Морозу, все рассказала ему о Ледяном Иване, о Снегурочке, и как он бежать ее уговаривал.

– Что такое? Ледяной Иван? Сын мой названый?! Как же он мог поступить так со мной, с моим сердцем снежным?

Огорчился Дед Мороз, закручинился. Понял, что человека хоть и можно заморозить, может и умереть он, а все же останется человеком. Но со Снегурочкой тоже так будет ли?

Погоревал недолго Дед Мороз, поднялся с трона ледяного, сдвинул брови, инеем, снегом припорошенные и сказал громко да грозно:

– Поднимайтесь, мои воины, сюда явитесь девицы-снежинки, вьюга, просыпайся! Вдогонку, за ними!

И помчались они по велению Деда Мороза, а сам он перед всеми. Свистнул он, и прилетела большая снежная птица.

– Полети, найди батюшку и матушку Снегурочки. Скоро к ним в гости наведуемся.

Бежали-бежали Снегурочка и Ледяной Иван, взявшись за руки, и увидели, как потемнело небо, как вьюга разгулялась.

– Летит за нами Дед Мороз вместе со своими помощниками! – сказал Ледяной Иван, – Где же спрятаться нам!

Думали, пропали, но сверху чириканье слышат: глядь, а там птичка-невеличка с заснеженной ветки говорит:

– Снегурочка, Снегурочка! Ты покормила меня и братьев моих в лютую стужу, я помогу тебе! Беги за мной, покажу, где спрятаться от Дедушки Мороза можно!

И побежали они с Иваном за птичкой. Привела их она к пещере под холмом, спрятались они там, и вовремя: летела на ту пору снежная птица, которую послал Дед Мороз. Упала черная тень на снег перед пещерой, и понял Ледяной Иван, ведь и он когда-то летал на этой птице. Сказал он об этом Снегурочке.

– Спасибо тебе, птичка-невеличка, за то, что спасла нас от беды. – поблагодарила птичку Снегурочка.

– Спасибо и тебе, что не оставила умирать нас от голода!

Хотела птичка улетать, но Снегурочка взмолилась:

– Скажи мне, птичка-невеличка, не видала ли ты моего батюшки?

– Как же, видала. – чирикнула она. – Он уж весь лес обошел, тебя ищет.

– Ах, милая птичка! Замерзнет он! Полети, скажи батюшке, что жива я, вернусь домой скоро к ним с матушкой, когда беда минует!

Хотела птичка лететь, но остановил ее Ледяной Иван.

– Дед Мороз боится тепла так же, как и мы, потому пусть запрутся в избе и никого вовнутрь не пускают! Так целее будут.

– Скажи, скажи. – заговорила Снегурочка. – Иванушка дело говорит. Помоги, птичка, полети к батюшке!

– Помогу, как не помочь. – чирикнула птичка, но обиженно добавила. – Только мы тебя не очень любим, Ледяной Иван. Морозишь ты нас, льдом покрываешь, гибнут мои сородичи, братья и сестры, падают камнем в белый снег.

– Иванушка, не морозь ты птичек-невеличек, пожалей их! – взмолилась Снегурочка.

– Не могу не морозить, работа у меня такая, – отвечал Ледяной Иван. – Не буду выполнять ее, сам заморожусь. Но только подскажу вам одну хитрость, чтоб не мерзнуть-то когда я мимо буду проходить. Найдите дерево рябину с красными ягодами, съешьте их и не замерзнете.

Запомнила это птичка, поклонилась им и полетела искать батюшку Снегурочки, да ягод красных дерева рябины.

Хотела Снегурочка прямо теперь идти за отцом, но остановил ее Ледяной Иван.

– Не ходи ты сейчас Снегурочка, за батюшкой, птичка расскажет ему о тебе, воротится он домой. А сейчас опасно идти. Нужно схорониться, переждать малость. Сейчас помощники Деда Мороза по всему лесу бродят, нас ищут.

Вздохнула Снегурочка, раздумала, что дело говорит Иван, осталась в пещере.

– Помоги вот мне, Снегурочка, – сказал он. – Сплети кружево из снежинок, как в царстве снежном учили тебя девицы-снежинки, а я дотронусь до него, заледенеет оно, повесим на входе, никто кроме нас не сможет сюда зайти и выйти, и никто не увидит нас.

Села Снегурочка плести кружево, а Ледяной Иван ловит снежинки и горстями ей кладет на камешек рядом. Закончила она работу, повесила кружево у входа, дотронулся до него Иван и заледенело оно сверху донизу, стало похоже на сверкающую паутинку: ветер дунет и колышется оно на ветру. Только проходили мимо помощники Деда Мороза, пролетали девицы-снежинки, везде заглядывали, а через ледяную завесу не увидели ни Ледяного Ивана, ни Снегурочки, пролетели мимо.

Глава восьмая. В лесу

А птичка полетела по лесу, рассказала она обо всем братьям и сестрам своим, нашли они батюшку Снегурочки, поведали о том, что жива его дочка, где схоронилась, да что велела передать. Обрадовался старик этим вестям, но не смог он тут же в дом воротится, ослаб в дороге, в холоде.

– Не могу идти. Я много дней ничего не едал, кабы что было перекусить, так сразу бы и отправился.

– Не беда, дедушка! – чирикнула птичка-невеличка, – Раздобудем тебе еды. Только помоги нам немножко, скажи, не видал ли ты где на дороге дерева рябины с красными ягодами?

Призадумался старик.

– Видал. Лети-ка в ту сторонку, мимо старого дуба, мимо березок тонких и будет там красавица-рябинка, вся усыпана красными ягодами.

Полетели туда птички скорехонько, куда старик указал, нашли вскоре деревце. Наелись ягод, – а им, чтоб наесться, две-три ягодки хватает, – набрали в клювы гроздья рябины и полетели назад к нему. Перья у них покраснели на грудке, стало им тепло как летом, и холода совсем не чувствовали.

Вернулись, а старик едва дышит, совсем замерз.

– Не помирай, дедушка! – чирикнула птичка, – Мы тебе рябины принесли, и наешься, и согреешься!

Поел старик рябиновых ягод, и наелся, и согрелся, и лошадка его лакомства отведала. Поблагодарил он птиц.

– Не знаю, где я теперь, вокруг все снега, не найду я дороги домой. – сказал старик.

– Лети за нами, дедушка, мы укажем путь! Частые гости мы у вашей избы, потому что сердобольные вы, жалеете нас, пернатых!

И поехал старик назад к дому назад через зимний лес за птицами с красными грудками, все думая о Снегурочке, да о жене своей. То-то она обрадуется, когда его увидит, да узнает, что дочка в родной дом скоро воротится!

– Ах, скоро ли птичка скажет батюшке обо мне? – вздыхала Снегурочка, сидя на камешке в пещере подле Ледяного Ивана.

– Скоро, птички быстрые, уже поди сказали. – успокаивал ее Иван.

– Никак не мог вспомнить родителей своих, словно и не видела никогда…

– Домой воротишься, в то место, где родилась, и обо всем вспомнишь.

– Если бы я только знала, куда идти…

– Знаю я где дом твой. Помогу. Держись за меня крепко только.

– Откуда же тебе это ведомо?

– Да я во всей деревне бываю. Только вы не видите меня совсем. Заняты делами своими. Не замечаете узоров ледяных расписных на окнах.

– Я видала, видала! Красота неописуемая! Так ты это делаешь?

– Вестимо, я.

– Я ведь во дворе всегда спала, почему же я тебя не видала?

– Не хотел я показаться, вот ты и не видала. А потом все время ты в снежном царстве была, где тебе видать меня.

Не знала, что ответить Снегурочка и спросила:

– А бывал ты в месте, где родился, после того, как стал Ледяным?

– Один раз только, когда по делу Мороз посылал.

– Что же ты видал там?

– Видал матушку мою старившуюся, а батюшки уже в живых не было.

– Не показался ты ей?

– Что ты? Мог я таким ей показаться? Не рыба, не птича, не животное, не человек. Не живой, не мертвый. Не хотел я матушку свою пугать, посмотрел малёх, расписал ей одно окошко и ушел.

Ах, если бы Снегурочка имела человеческое сердце, могла бы она пожалеть, посочувствовать Ивану, но теперь молчала и только смотрела на его печальное лицо.

– Что ж, не знаю, сколько ждать нам птичку-невеличку с вестью, – заговорил снова Иван. – Ты поспи немного, Снегурочка, а как прилетит она, я тебя разбужу.

– А ты что же?

– Да я не устал. А всем живым нужно набираться сил, для того и сон дан. Спи, Снегурочка.

Прилегла Снегурочка на пещерную землю, подложил ей под голову Ледяной Иван снежной перинки, да снежным одеялом укрыл.

Сам он не спит вовсе, сел подле, стал дожидаться возвращения птички.

Глава девятая. Недоверие

Прошло несколько часов, уже смеркалось, а птички-невелички все нет. Проснулась Снегурочка сама, и увидела, что за завесой ледяной стоит непроглядная ночь.

– Ах, сколько же я проспала? – воскликнула она, вдруг поднимаясь. – Иванушка, что же ты не разбудил меня? Неужто не прилетала птичка-невеличка?

– Не прилетала, Снегурочка. Да ты не кори себя за сон. Все к пользе.

А была у Деда Мороза еще одна помощница – злая Стужа. Пролетала она над холмом, где укрылись Снегурочка и Иванушка, опустилось на них ее веяние, и хоть не замерзли они, все же навредила им Стужа.

Отпрянула от Ивана Снегурочка, сверкнули синие глаза, сказала она холодно:

– Или ты нарочно останавливаешь меня, чтобы домой я не вернулась, отдать меня хочешь Деду Морозу?

– Что ты, Снегурочка? Разве могу я так поступить?

– Ты ведь его помощник верный!

– Видать, не очень верный. – опустил глаза Иван. – Раз тебе бежать помог.

Не нашла злая Стужа беглецов, зло дунула на поникшие цветы и замерзли они, и больше никогда на том месте ничего не росло. Улетела она в другое место.

– Не знаю я, не знаю, – закрыла лицо руками белыми Снегурочка, – кому верить, не знаю…

– Верь мне, прошу тебя. – взял ее руку и убрал от лица Ледяной Иван. – Хотел бы я тебя Морозу отдать, я бы полетел к нему пока ты спала, да рассказал, где ты. Пришел он бы теперь и тебя забрал. Зачем же мне помогать тебе бежать и делать ледяную завесу, чтобы нас не нашли? Разве для того, чтобы теперь предать тебя? Не знаю, что будет со мной, когда Дед Мороз найдет меня.

Не знала, что отвечать Снегурочка.

– Прости меня, Иванушка. Что-то нашло на меня, сама не знала, что говорю…

– Добро. Я полечу к твоему дому, узнаю, успел ли твой батюшка воротиться, схоронилась ли матушка.

– Возьми меня с собой, Иванушка! – попросила Снегурочка. – Тоскливо мне будет здесь одной. Не оставляй меня среди тьмы, ночи беспросветной, лесу дремучем.

Не хотел брать Снегурочку с собой Ледяной Иван, боялся, что ждет их там западня. Но если что-то случится с ним, что же будет со Снегурочкой?

– Ладно. – Пораздумав, сказал Иван. – Не останешься ты здесь одна, среди тьмы, ночи беспросветной, лесу дремучем.

Протянул он ей руку.

– Если веришь мне, пойдем.

Взглянула на Ивана Снегурочка, вложила свою руку в его. Крепко сжал Иван ее руку, дотронулся до ледяной завесы – она и осыпалась льдинками в снег. Вышли они из пещеры. Свистнул Ледяной Иван, примчался ветер, закружил в снежном вихре и понес их к дому Снегурочкиных родителей через лес.

Глава десятая. Встреча у избы

А старик все шел за птицами и вели они его к дому. Добрался он только к ночи, и сам удивлялся тому. Хоть и зашел он в чащу, но не так далеко, чтобы весь день проплутать в лесу. Видать, помощники Деда Мороза постарались.

Вот и изба показалась. Идет к ней старик, птички щебечут впереди. Уже и не видать их ночью, идет старик только на их щебет. Да вот рукой подать до избы, и свет горит, видать старуха ждет его.

Но возникли вдруг перед ним воины снежные, выросли из сугробов, один за другим. Прилетела Стужа злющая, хотела заморозить старика, а не получилось у ней: съел ведь он рябиновых ягод. Позвала она сестру свою Вьюгу. Прилетела вьюга, закружила все вокруг.

Старуха сидит у окна, горькие слезы льет: дочка пропала, а теперь и муж любимый. Видит, кружит вьюга перед окном, а старика не видит. Только голос его как будто ей слышится, по имени зовет.

– Что же это?

Отмахнулась старуха, откуда муж ее появится, поди сгинул в лесу дремучем.

Но нет, снова по имени зовут ее, голосом старика. И хоть не видать через вьюгу ничего и никого, оделась старуха, вышла, кричит в ответ:

– Ау, ау, старик, ты ли это?

Долетают до старика только обрывки слов, но слышит он голос своей женушки.

– Что же это? – сквозь вьюгу не видать ничего, решил старик, что померещилось.

Но снова слышит:

– Ау-ау, Афоня!

– Слышу, слышу, Марьюшка, здесь я! – кричит в ответ старик.

Как же отрадно старухе было это слышать! Пошла она к мужу через вьюгу, а он к ней на негнущихся ногах, закрывается рукой от бури, слепит глаза, слезятся они, а снежные воины не пропускают его к старухе, стоят стеной.

– А ну, сгиньте вы, вояки-снеговики! – грозно сказал старик. – Не разлучайте меня вы с женой моей!

С неба вдруг крик послышался – то снежная птица летела, а на спине ее Де Мороз. От того крика задребезжали стекла в окнах, а все крыши увешали сосульки ледяные. Сошел Дед Мороз с птицы и сказал громко:

– Вот спасибо, что нашли дом Снегурочки. Здравствуйте, люди добрые, Снегурочкины родители названные!

– И тебе не хворать, Мороз. – отвечал старик. – Что тебе надобно у нас, стариков? Зачем послал ты своих помощников к нам?

– Пришел я за Снегурочкой! Сбежала она из царства моего снежного, а куда – неизвестно!

А старик знал, где дочка его и очень распереживался, что скоро она домой вернется, а здесь ее засада ждет.

– Зачем же ты пришел за дочкой нашей, Мороз? – спросила старуха.

– Затем, что не может быть дочкой людям живым девочка снежная, моя внучка она! Коль не вернулась Снегурочка, с вами как с ее родителями назваными потолкую. Не противьтесь вы мне, заберу я Снегурочку в снежное царство, будет она там счастлива!

– Почем тебе знать, что будет счастлива? – спросил старик.

– Потому что вокруг все будет родное, привычное ей, а здесь она на людей смотрит, и убивается о том, что человеком не может стать.

– Не твое это дело, душа снежная, морозная, где Снегурочка будет. Так и есть, не отдадим! Уж пожила она у тебя, да против своей воли, и мне задурил голову!

– А ну! – нахмурил снежные брови Мороз. – Разве против своей воли со снежинками она играла, с зайцами да птицами, пела песни?!

– Ступай назад! Как есть, не отдадим!

– Последнее слово твое, старик?

– Как есть, последнее!

– Ну, пеняйте на себя! – поднял посох Дед Мороз, загородил старик собой старуху.

– Назад, назад, Марьюшка! Коль заморозит, так пусть меня.

Вцепилась в него старуха, слезами обливается.

Но вдруг подул ветер, льдистый, холодный, голос сверху послышался:

– Стой, дедушка! – надрывно так, как стрела пролетела.

Но поздно уж было. Ледяная струя как змея устремилась в стариков, опустилась на землю Снегурочка из ледяного вихря, побежала к своим батюшке с матушкой, только не успела спасти их сама: застыл ледяной Иван статуей между стариками и Дедом Морозом.

– Иванушка! – рассыпался серебром крик Снегурочки над равниной снежной.

Глава одиннадцатая. Решение Снегурочки

Застыли все, стояли не шевелясь. Дед Мороз никак не ожидал этого от сына своего названного. Перестал хмуриться, опустилась рука с посохом. Старуха ахнула, лишаясь чувств, а старик подхватил ее, поддержал и раскрыв глаза широко, смотрел на происходящее перед глазами его. Замерла будто и природа вокруг – птицы умолкли, снег перестал идти, звезды в небе пропали, закрыли их тучи.

– Что же ты наделал, Иван? – с горечью сказал дед Мороз.

А Снегурочка… Взглянула на родителей милых, а они на нее взглянули. Убрала руку от губ и подошла медленно к нему.

– Иванушка, что же ты? – тронула его за плечо Снегурочка. – Дедушка хотел в батюшку, матушку попасть, – оглянулась она на Деда Мороза, – а заморозил тебя… Как же он мог тебя заморозить, если ты – Ледяной?

Ничего не отвечал Иван, да и как ответить ему?

– Значит, не так это. – опустила голову Снегурочка, убрала руку.

– Все же человеком он был. – Дед Мороз отозвался. – А такое пережить человек и в живых остаться не может.

Повернулась к Морозу Снегурочка. По щекам у ней снежинки скатывались одна за другой.

– Что же у тебя за сердце такое злое, дедушка? Зачем хотел ты заморозить моих родителей милых? Какое зло сделали они тебе?

Помолчал дед Мороз и ответил:

– Всю жизнь хотел я внучку такую, как ты, Снегурочка. Ты ведь из снега как и я сделана, из холода, не из крови и плоти человеческой, не родители они тебе! Жизнь мою, радость, себе присвоили.

– А заморозил ты сына своего названного. И ни одной слезы не проронил. Не любишь ты никого, дедушка.

– Не хотел я этого. Плакать не могу я, внучка. Сердце мое снежное, нет в нем ничего человеческого.

– Отчего же я плачу?

Не смог ответить на это Дед Мороз. Опустила глаза Снегурочка, помолчала.

– Стало быть, всему я виной. Кабы я была сейчас ледяной заместо Иванушки, все бы решилось. Но не вернуть время вспять. Расколдуй Ивана, дедушка.

– Не могу я этого сделать. Теперь он просто лед.

– Неужто совсем ничего нельзя сделать?!

Помолчал недолго дед Мороз и ответил:

– До зари лед дойдет до его сердца. Не выдержит оно льда, и Иван умрет. Совсем.

– Значит, жив он еще?

Посмотрела Снегурочка на Ивана, но глаза его застыли и не двигались. Однако, едва заметно мелькнула в них голубая искорка.

– Но если поменять его сердце на снежное, сможет он ожить, – говорил дальше Дед Мороз. – Только человеком он уде не будет, и чувств никаких человеческих не будет иметь. Станет таким, как… я.

Дед Мороз мог бы отдать свое сердце, но не хватало у него на это духу.

– Я до весны растаю. Так пусть мое сердце снежное хоть службу сослужит!

– Подумай, Снегурочка, внучка!

– Нечего тут думать да раздумывать, дедушка. Помогать человеку мысли не нужны. Дела нужны.

– Поди сюда, дочка. – услышала она голос старика.

– Не отговаривайте вы меня, батюшка. – подошла послушно она к родителям своим. – Я уж все решила.

– Не буду, дочка. – сказал старик дрожащим голосом, протянул руку к щеке Снегурочки, но так и задержал ее в воздухе. Ведь если коснется, начнет таять его дочка. – Хоть Мороз и стер все воспоминания о тебе, сердцем чувствую, что ты кровиночка моя. – и градом полились слезы из глаз старика.

– Батюшка…

– Доченька. – прошептала старуха, а Снегурочка только склонила голову. – Спасибо вам за доброту, за то, что любили меня, за то, что были моими добрыми родителями.

Молча подошла она к Ивану снова, встала напротив него. Наклонил Дед Мороз голову и уперся лбом в посох. Нахмурился, глаза закрыл. И тихо снежок посыпал вокруг.

Протянула она руку и приложила ладонь к ладони его протянутой руки, а вторую – к его груди, там, где у людей сердце. Смотрела на Ивана Снегурочка, а он смотрел на нее. И начали ее белые пальцы покрываться льдом, и руки и плечи, но не дрогнула Снегурочка, только из глаз катились снежинки. Не было ей ни страшно, ни больно. Старуха отвернулась, уткнулась лицом в мужа, а тот только гладил ее по голове.

Прошло немного времени, и Снегурочка скрылась подо льдом.

Небо уж начало светлеть, а звезды блекнуть. Продолжал снег идти, и на двух ледяных фигурах оставаться, укрывая их как шубой. Только не грела совсем эта шуба.

– Ничего не происходит, Мороз. – счел долгом своим сказать старик. – Уморил обоих детей, окаянный!

Нахмурился Дед Мороз, приподнялся ветерок слегка, снег закружил, поднял он голову.

Глава двенадцатая. Стать человеком

Заря уж занялась. Старуха плакала. Но светлеть начало еще прежде первого случа солнечного. Шел свет от Снегурочки, а затем и от Ивана. И такой был свет, что смотреть было нельзя. Зажмурился старик, прикрыл глаза рукой, а потом вдруг послышался такой треск, словно сосульки попадали разом со всех крыш, разлетелся лед от них, так что пришлось им и пригнуться со старухой, а когда свет поугас, увидели они Снегурочку и Ивана живыми и невредимыми. Сжал руку Снегурочки Иван, которую к его ладони она приложила и сказал:

– Снегурочка, милая, спасибо тебе! Спасла ты меня!

Но что это? Ни инея, ни льда на волосах Ивана, кожа порозовела, и Снегурочка казалась не такой уж белой… Волосы ее белоснежные стали как весенние лютики, а у Ивана, что каштаны дикие осенью. Глаза только остались теми же: Ивана голубые как вода студеная, а Снегурочки синие как небо.

Не мог понять Дед Мороз, отчего не стали они существами снежными, а людьми оба стали. Да и сам он понял, что не спас Ивана потому, что не хотел становиться человеком. Пришлось бы ему и людям тогда сострадать, и любить научиться, и сердце бы его страдало. Да и власти прежней бы как ни бывало. Нет, не мог он променять свое холодное сердце на человеческое. Смотрел он на то, как старики обнимаются со Снегурочкой, с Иваном, да и взял свой посох, своих слуг верных и уйти хотел.

– Погоди, дедушка. – сказала Снегурочка и поклон сделала. – Спасибо тебе за все это, ведь если бы не ты, не стать нам с Иванушкой людьми.

– Да ты что, внучка, шутишь?! Я ведь чуть не угробил всех вас! А ты мне еще и кланяешься?! Совсем голова у тебя заморозилась.

– Да уж точно ничего хорошего от тебя не видели. – заметил старик.

– Хоть и нелегко говорить мне это, – отвечал дед Мороз. – Но простите меня, коли сможете. Дров я наломал… будь здоров.

Повинился Дед Мороз, ну, а все его простили: коль все хорошо кончилось, чего ж не простить?

– Благодарю вас, благодарю от всего своего холодного сердца морозного. – наклонил голову Дед Мороз. – Вины за собой не могу чувствовать, только хочу все равно загладить ее. Держи старик свои воспоминания о дочке своей, Снегурочке. – Разжал Дед Мороз синюю варежку, дунул на нее и полетели пылинками воспоминания к старику прямо ему в голову. Поморгал старик. Смотрит на него старуха.

– Ну что ты? Вспомнил?

– Вспомнил… Как мы Снегурочку-то лепили, как она нам воду носила, пряжу пряла, да как ветер унес нас в снежное царство Морозное… Все вспомнил! – обнял он Снегурочку, а Дед Мороз только усмехнулся в усы.

– Что же, ваша изба совсем плоха. Хочу дать вам новую! – поднял посох Дед Мороз.

– Это ты, Мороз, погоди. – остановил его Иван. – Этим я сам займусь. А вот работники не помешали бы в помощь. Дашь своих бездельников, воинов снежных?

– Это можно. Заколдую их, так и по весне таять не будут. А ты, что же… Решил здесь оставаться?

– А где ж еще, коли я человек снова. Спасибо тебе, что спас меня от смерти лютой, правда второй раз сам ей и предал.

– Ладно, ладно, кто старое помянет… Будет. Приходи, коль проездом будешь.

Сделала поклон Морозу Иван.

– И ты, внучка, захаживай! – сказал дед Мороз. – С зайцами, медведями поиграешь, птицами споешь, рады они будут снова видеть тебя!

– Зайду, дедушка, только ты меня своими пряниками снежными сахарными не корми больше!

– Не буду, честное слово даю!

– Коли честное… зайду!

– Пора мне. Весна идет, на снежный мой подол наступает, кончается мое время. На год теперь в снежном царстве до следующего декабря!

– Прощай, дедушка!

– До свидания!

Стукнул посохом Дед Мороз, сел в снежные сани, и вся свита за ним вместе с вьюгой и стужей умчались с ветром холодным в лесную чащу, только его и видели.

Эпилог

Стали они вместе жить: старик со старухой, да Иван со Снегурочкой. Иван стал помощником старикам, Снегурочка – утешением в их старости. Гуляли они со Снегурочкой по лесу, встречали восход и закат и не могли налюбоваться друг на друга. Иван затеял строить новую избу, потому что в этой тесно стало, да и лет ей было больше, чем старикам. А к концу весны свадьбу сыграли.

А как достроил Иван избу, что новый терем, переехали они туда все вместе и стали жить-поживать, да добра наживать!

К Деду Морозу наведывались зимами в гости. А на Новый год Снегурочка с ним детям деревенским подарки дарила. Стало весело Деду Морозу, и не так одиноко.

Так и кончилась эта история про Снегурочку…Да и какая она теперь Снегурочка? Назвали ее Настенькой.

Фонарик

Глава первая. Город фонариков

В одном городе жили люди, которые занимались тем, что изготавливали и по вечерам зажигали фонарики. Каких фонариков там только не было! И с металлической отделкой, и картонных, и цветных, и с серыми стеклами, с рисунками на них и простыми, и замысловатыми. И все эти люди делали фонарики не просто так, а зажигали их для какой-то цели: стать сильнее, красивее, умнее, выносливее, счастливее, найти утешение в старости и так далее. У каждого был свой повод зажигать фонарик, вешать его на крыльце дома или оставлять на окне. Ровно в восемь вечера они зажигали фонарики, ужинали и ложились спать. И свеча, рассчитанная на точное количество часов, изготовленная свечных дел мастером, в нем горела всю ночь.

И как чудесно выглядел этот город ночью! Человек захожий, проезжий, удивлялся такой красоте, видя весь город сияющим от белых, желтых, цветных огней. Так люди этого маленького города жили много лет, не изменяя своего обычая.

Глава вторая. Зачем зажигать фонарик

Да, все имели какую-то цель, чтобы зажигать фонарик. Но на окраине города жила маленькая девочка Анна со своими родителями, Катриной и Лео. Ее добрая мама научила, как сделать фонарик, и девочка старательно его мастерила несколько дней. Анна разрисовывала его как умела, украшала цветами, а потом вместе с папой нанесла на него специальное покрытие, открыла дверцу, поставила в него свечу. И вот готовый фонарик стоял на столе в маленькой кухне. Девочка залезла на стул и смотрела на фонарик широко раскрытыми глазами.

«Для чего его зажигать?» – подумала Анна и не смогла себе ответить. Тогда она встала, пошла к своей доброй маме и спросила у нее.

– А чего бы ты хотела? – спросила ее Катрина.

Девочка растерялась. Ей ничего не было нужно. У нее были родители, которые ее любили, и которых любила она. Был маленький домик, где они жили. Были печка, огородик и курочки, которых она вместе с мамой кормила с утра. Чего ей еще хотеть?

– Ничего, – сказала Анна, и мама улыбнулась.

– Хорошо, подумай тогда до вечера, – сказала она. – Вечером мы зажжем все вместе свои фонарики.

Девочке очень хотелось зажечь фонарик. И тогда она пошла спрашивать у папы.

– Папа, – сказала она, усевшись на маленький стульчик в комнате отца, в которой он изготавливал свечи. – Для чего зажигают фонарик?

Человека, который всю жизнь зажигал фонарик, чтобы у него получались свечи, немного удивил этот вопрос. И ответил он не сразу, а сначала подумал.

– Чтобы жить хорошо, – наконец сказал Лео.

Девочка нахмурилась.

– А для чего вы с мамой зажигаете фонарики?

Он ответил за себя, а про Катрину сказал:

– Мама зажигает, чтобы мы все были здоровы.

– А все зажигают для чего-то?

– Конечно.

– А просто так?

Лео снова удивился. Зачем зажигать фонарик просто так?

– Просто так никто не зажигает, – сказал он. – Да и зачем?

У Анны была одна мысль, и она робко ее высказала:

– Чтобы было светло.

Тут растерялся Лео. Для того чтобы было светло, зажигали свечи, но никак не фонарики, на который человек потратил много времени и сил. Он это объяснил своей маленькой дочке, но та помотала головой и сказала:

– Нет-нет… Свечи зажигаются, чтобы было светло нам. А другим людям?

– Зачем другим людям наш свет? У них есть свой.

– А вдруг у кого-то нет?

Лео родился и вырос в городке, где они жили и теперь. Он не мог подумать, что в других городах не зажигают фонариков. Зато он подумал о том, что Анна еще маленькая и мало что понимает в их традиции. Поэтому он сказал:

– Мы сегодня едем в город. Там есть много детей. Спроси у них, для чего они зажигают фонарики.

Анне пришлось попрощаться с папой и ждать часа, когда они все вместе поедут в город на повозке, запряжённой их лошадью Буркой.

Девочка пришла в огородик и уселась на пенек, подперев щеки. Там к ней приласкался черный кот Уголек.

– Уголечек, а ты бы для чего зажигал фонарик? – спросила Анна, поглаживая кота по голове.

Тот ничего не ответил, только мяукнул. Анна вздохнула. Ей так хотелось зажечь фонарик для чего-то хорошего!

Глава третья. Филипп

Скоро маленькая семья отправилась в город, чтобы продать овощи с огородика и свечи. Анна на всякий случай захватила с собой фонарик. Ей почему-то не хотелось оставлять его дома. Родители расположились на рынке среди других. Неподалеку был небольшой фонтанчик, в котором плавали рыбки, у него играли дети, и Анна попросила у мамы поиграть с ними. Катрина дала свое разрешение, и Анна побежала к ним.

Там она узнала у детей, для чего они начали зажигать свои фонарики.

– Чтобы быть сильным! – сказал маленький и чахлый мальчик.

– Чтобы быть красивой, – сказала девочка в нарядном платье и поправила свою шляпку.

– Чтобы мне всегда дарили побольше конфет, – сказал мальчик, глядя на кондитерскую лавку.

– Чтобы, когда вырасту, у меня было много денег! – сказал другой мальчик, на вид очень бедный.

– Чтобы выздоровел мой дедушка, – сказал тихо последний мальчик, который бросал воробьям крошки с подсохшей корочки хлеба.

Анну никто не заинтересовал из детей, кроме этого мальчика. Она подошла к нему и спросила:

– Можно я сяду рядом?

– Да, пожалуйста, – ответил тот.

И Анна села рядом с ним.

– А почему твой дедушка сам не зажигает фонарик за себя? – спросила она.

– Он слишком старый и не может сам сделать фонарик. А у нас хватило денег, чтобы сделать только один.

Анна удивилась: разве у кого-то может не быть денег на фонарик? Она даже не задумывалась о таких вещах. Что есть люди, которые болеют или настолько бедны. Девочка видела здоровых и улыбающихся родителей, жила в теплом доме, никогда не голодала, а теперь светило солнце, дул легкий ветерок, шумели кроны деревьев. Все вокруг казались добрыми и приветливыми. И вот сидит мальчик, у которого болеет дедушка, за которого он зажигает фонарик.

– А вы очень бедные?

– Эта корочка – последнее, что у меня есть на сегодня. Но я чищу обувь у сапожника, он мне дает за это немного денег, на которые я смогу купить полхлеба на сегодня, и мы с дедушкой поедим. Но у нас нет денег на лекарство, которое нужно дедушке.

У девочки защемило в сердечке от того, что она услышала. Анна решила сказать об этом родителям. Они помогут, ведь они такие добрые!

– Можно я помогу вам?

– Как? – удивился мальчик.

– Я расскажу своим родителям. У нас есть деньги, мама и папа обязательно помогут твоему дедушке!

Анна действительно ничуть не сомневалась в этом, в отличие от мальчика. Он уже повидал жизнь в своем возрасте и знал, что чужие просто так не помогают, и деньги просто так не появляются. У чужих можно только работать. Но он не стал ничего говорить. Где-то в глубине сердца он разрешил себе надеяться – ради дедушки. Анна выяснила, сколько денег нужно дедушке мальчика на лекарство и где оно продается. Мальчик уже собирался уходить, и Анна только сейчас поняла, что даже не знает, как зовут ее нового друга. И она спросила его об этом.

– Филипп, а тебя? – ответил мальчик.

– Анна. Но как я тебя потом найду? – спросила она.

– Я работаю у сапожника каждый день с рассвета до заката, – ответил Филипп. – Если придешь, я постараюсь выйти.

После этого дети попрощались, и каждый пошел по своим делам.

Анна пришла к родителям. Когда они все вместе проводили теплый вечер у камина, она рассказала о своем знакомстве с Филиппом, о его дедушке и фонариках.

– Вы сможете ему помочь, правда? – с надеждой Анна смотрела то на маму, то на папу.

– Это очень дорого, Анна, – сказал после недолгой паузы Лео. – Мы, конечно, можем немного пожертвовать для этого бедного старика. Я тебе отдам их прямо сейчас. Передашь этому мальчику, когда мы в следующий раз будем в городе.

Анна смотрела на Катрину, но та молча вышивала панно, чем занималась по вечерам. Девочка вздохнула. Почему мама молчала?

Вечером они зажгли фонарики, и Анна зажгла свой фонарик для того дедушки.

Она сидела на крыльце их маленького домика, гладила Уголька и думала о том, что же скажет Филиппу, когда они снова встретятся?

«Неужели и мы такие бедные, что у мамы с папой нет столько денег?» – озадаченно думала Анна, глядя на колыхающиеся в темноте от ветра кроны деревьев.

Глава четвертая. В лавке сапожника

С утра светило яркое солнце, день обещал быть чудесным. У Анны было хорошее настроение от предвкушения новой встречи со своим новым другом. Ведь у нее раньше никогда не было друзей-детей. Ее друзьями были ее мама с папой, курочки, Бурка и, конечно, самым лучшим ее другом был усатый Уголек. Вскоре они приехали в город, повозка остановилась. Она быстрее Лео вылезла из нее, а за девочкой выскочил и кот. Анна нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и оглядывалась вокруг. Наконец, Лео стреножил Бурку, похлопал лошадку по спине и, взяв дочку за руку, направился по городскому переулку к лавке сапожника.

Зазвенел колокольчик, и в нос Анне ударили запахи кожи и гуталина. В лавке стояла какая-то сухая тишина, слышалось только, как кто-то чистит обувь да стучит молоточком, наверное, по подошве какого-нибудь башмака. Анна была здесь впервые и с интересом разглядывала вывески внутри, разную обувь, новую и старую, нуждающуюся в починке. Не успела она все как следует рассмотреть, как к ним вышел сам сапожник – в фартуке, немного испачканном, о который он вытирал руки с закатанными по локоть пожелтевшими рукавами. Это все, что запомнила Анна, после того как они с папой вышли из лавки.

Сапожник поздоровался с посетителями и спросил, чего бы они хотели. Лео принес с собой пару ботинок, которые надо было починить, а Анна спросила о чистильщике обуви. Сапожник сразу же позвал Филиппа, и девочка его узнала. Тот был в такой же одежде, что и три дня назад, но сейчас выглядел немного уставшим.

– Почисть обувь нашим гостям, – сказал сапожник, но Лео возразил:

– Благодарю, но мы пришли не за этим. Это друг моей дочки. Она хотела бы поговорить с ним.

Сапожник хмуро взглянул на Филиппа: он был удивлен, что с его чистильщиком кто-то хочет разговаривать. И, конечно, ему было любопытно, что за причина такого странного визита. Хотя, возможно, это просто детские разговоры. Сапожник также понял, что принесенные ботинки, которые нужно починить, – только предлог для общения с мальчиком.

– Если разрешите, я ненадолго выйду, – сказал тихо Филипп, глядя в пол.

– Иди, – бросил сапожник и обратился к Лео: – Если он в чем-то провинится, дайте мне знать.

Тот с готовностью это пообещал, а потом они втроем вышли из лавки. Сапожник, принялся за починку ботинок и решил, что непременно расспросит Филиппа обо всем, как только эти люди уйдут.

Несколькими минутами позже, завернув за угол, Лео расспрашивал мальчика о старике и о их жизни. Филипп был растерян и немного смущен: он не думал, что Анна придет с кем-то из родителей. Он кратко рассказал о себе и дедушке. Анна не понимала, для чего это нужно.

«Ведь я уже рассказала», – думала она. А Лео хотел удостовериться, что мальчик не обманул его дочь. Он хотел поговорить с ним лично. Такой был это человек. И он увидел, что Филипп говорит просто и искренне. Тогда Лео захотел увидеть, где они живут.

– Меня не отпустят раньше заката, – сказал мальчик. – Если хотите, подождите.

Но Лео не мог ждать. Тогда он просто отдал Филиппу деньги. Мальчик с удивлением и страхом смотрел на то, что ему дали. Он никогда в жизни не держал в руках такую сумму.

– Мы не можем дать больше, хотя, может быть, и хотели бы, – извиняющимся тоном сказал Лео. – Может, ты сможешь добавить к этому свои деньги и купить своему дедушке лекарство.

– Спасибо! Не знаю, как и благодарить вас! – мальчик низко поклонился ему с уважением, но Лео ответил:

– Скажи спасибо Анне. Это она тебе помогла.

Девочка стояла, широко раскрыв глаза и глядя на Филиппа, который ее благодарил много раз.

Анна не считала, что сделала что-то особенное.

После этого все распрощались, Лео забрал свои ботинки у сапожника, и Анна вместе с родителями уехала домой. А бедного Филиппа ждал разговор с его начальником. После разговора сапожник нашел большую сумму денег у мальчика и отобрал все, а потом выгнал его с работы, даже не заплатив за сегодняшний день. Филипп со слезами умолял дать ему хотя бы на хлеб, но сапожник не слушал его. Мальчик теперь был в отчаянии и не знал, что делать. Он побрел по закатным улицам города, не зная, как вернется к дедушке с пустыми руками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.