Анна Богарнэ
Акватория

Часть 1

Глава 1. День первый

Он стоял и смотрел в небо, озаренное яркой вспышкой света. Вдалеке что-то грохотало, будто приближалась гроза. Чем ближе оно было, тем жарче и душнее становился воздух. Провидец предсказал его появление еще два месяца назад и просил принять меры. Никто не послушал. Мужчина сжал кулаки. Времени найти убежище у него становилось все меньше. Странно, но слова провидца сразу нашли отражение в его израненной душе. Однако за последние месяцы он так и не успел подготовиться к смерти. Старался, и даже обнял брата, удивившегося не меньше него самого. Раньше Рем не позволял себе проявления чувств. Теперь ему было все равно.

В городе росла паника. Магнусы¹маячили в надежде спастись. Летательные аппараты взмыли в небо и зависли, отмеряя себе маршрут. Рем неотрывно наблюдал за небесным телом, в его зрачках отражалась гигантская вспышка. Еще немного и придет конец идеальному миру. Наверное, он был не плох. Хотя мог быть и лучше, не обладай магнусы излишней тягой к прагматичности.

Полы его балахона развевал ветер, волосы начало опалять, из ушей пошла кровь. Сквозь грохот к нему прорывались обрывки фраз. Кто-то схватил его за руку и потащил. Он не противился. А смысл? Скоро ничего не останется. Мужчина перевел взгляд на своего спасителя – Пиа: смуглая кожа, каштановые волосы, глаза цвета лесного ореха. Она по-настоящему ему нравилась. Повезло или нет, но Пиа успела затолкать его в пещеру. Обладая маленьким ростом, он с легкостью там поместился.

– Прощай, Рем, – прошептала девушка, и ее тело взметнуло волной.

Он отшатнулся. Вода быстро заполняла пещеру. Смерть Пиа придала ему сил. Рем решил забраться на валун. Его руки скользили по камню, расцарапываясь в кровь. Стихийный поток был сильным, вода уже доходила ему до пояса. «Еще немного!» – поднажал он из последних сил. Как вдруг буйство природы начало стихать, поток снизился, а затем и вовсе сошел на нет. Мужчина переводил дыхание.

Когда он немного успокоился, то понял, что Пиа пожертвовала собой, чтобы его спасти. Рем ощутил тяжесть в груди, его затошнило. Являясь магнусом из богатой семьи, она могла улететь, как и остальные, но не сделала этого. Пиа была другой. Может поэтому его так к ней тянуло?

Преодолевая сопротивление воды, успевшей заполнить пещеру, он выбрался наружу. Светало, и небо окрасилось в блекло-оранжевые тона. Водные потоки вернулись в море, но под ногами все еще хлюпало. Небесное тело, приземлившееся на планету, угодило в воду, поднимая громадную волну, которая и смыла прибрежный город – Акву.

Рем родился в семье высшей касты. Его мать была одной из основательниц современного общества. На старости лет ей захотелось ребенка. Кто бы мог подумать, что родится минимус²? Обстановка в семье от этого, мягко говоря, была неприятная, но мама все равно его любила, хоть и не показывала этого.

Он заметил обломки летательных аппаратов, взлетавших мгновение назад. Они не успели. Тишина была осязаема и прерывалась лишь звуками природы. Он достиг линии берега. Морские волны накатывали, шурша и убывая. Рем скинул балахон, обнажая свое рельефное тело, и взобрался на дерево, пережившее стихийное бедствие. Оказавшись на самом верху, он окинул взглядом водную гладь. С высоты на ней хорошо просматривалась воронка, не прекращавшая своего движения.

Утолив голод, он принялся извлекать из-под завалов тела собратьев. Их было слишком много, и, закончив, мужчина повалился без сил. Береговая линия города стала местом, где обитает смерть. Он поджег их, облив топливом для летательного корабля, и теперь ветер гнал дым в сторону моря. «Неужели я один выжил?» – думал Рем, приглаживая мокрые от пота, темные, коротко стриженные волосы.

Ему вдруг вспомнилось вытянутое лицо матери, ее большие голубые глаза и светлые волосы. Она была ангелом среди царствия магнусов. Конечно, по каким-то параметрам женщина походила на них: высокий рост – около двух-трех (и более) метров, тощее строение тела (среди магнусов встречались и плотные люди, но редко), большая голова по размеру превосходившая тело, тонкие длинные руки. И конечно же все они обладали высоким уровнем интеллекта, владели телепатией и телекинезом. Мама могла поднимать в воздух не только предметы быта, но и целые здания. Ее ментальная сила порой даже пугала.

Мир на Земле был близок к процветанию, но в обществе было разделение. Когда-то существовали только магнусы: большие, развитые существа. А потом их геном претерпел изменения, и стали рождаться маленькие люди – минимусы, уступавшие им не только в росте, но и в уровне интеллекта.

Рем натянул балахон на нос, голова кружилась от едкого дыма. Он вдруг осознал, что именно его строение позволило ему выжить. Мелькнула и еще одна, не менее потрясающая воображение мысль: «Возможно, живы и другие минимусы». Рем испытал странное ощущение радости, смешанное с печалью и чувством вины. Он любил маму и брата, и многих других магнусов, но по определенным причинам презирал правительство больших людей, заправлявших всем на Земле. Аква была не просто прибрежным городом, а главным планетарным центром. Все стратегически важные решения принимал парламент, находящийся здесь.

Он преодолевал обломки кораблей, выдернутые деревья и разрушенные дома, направляясь к собственному. Благодаря матери, занимавшей место в парламенте, их жилище находилось в центре города. Идеальное расположение: близко к работе и к пищевой базе. В столице она была большой. В других областях одна база кормила три или четыре населенных пункта. Пищевой провиант выдавался в соответствии с социальным положением и пользой, приносимой обществу.

Рем припомнил свою ненавистную работу, потирая шрам на правом плече. Розовый и уродливый – он напоминал ему об осторожности. Минимусы не удостаивались хороших должностей. Они работали мышцами, редко проявляя свои умственные способности.

Рем был крепок, широк в плечах, имел мускулистый торс. У него были острые черты лица, темно-карие глаза, нос с горбинкой, тонкие губы. Он работал ловцом³. Какое-то время ловцы были не нужны, но с нашествием зубастых тварей в них возникла необходимость. Каждый день они патрулировали окрестности города. Естественно, Акву защищало силовое поле, но и оно иногда сбоило. Он ухмыльнулся тому, что великие умы магнусов так и не смогли его усовершенствовать.

Раскидывая обломки, Рем порезал палец: рана саднила. Споткнувшись об оторванное крыло корабля, он чертыхнулся, и уловил какой-то сдавленный звук. Мужчина замер, вслушиваясь в накатывавшие с берега волны и шелест листвы вечно зеленых деревьев. И вновь из-под груды железа раздался этот звук. Рем приподнял обломок и увидел магнуса. Она прикрывала рану в боку, ее белая кожа была перепачкана кровью. Девушка закряхтела. Он оторвал кусок ткани от своего балахона, присел на корточки и прижал его к ее ране.

– Рем, – слабо хрипела Мари. – Отец.

– Не знаю. Помолчи. Сейчас лучше беречь силы.

– Вот, прижми, – положил он ее руку на тряпку. – Я скоро вернусь. Только не спи, ладно? – Девушка заторможено моргнула, соглашаясь.

Рем помчался к дому. Ободрав колени об завал, он отыскал свое жилище, узнав его по крыше, на которой когда-то выцарапал имя: «Пиа».

Дома строились из синтетических, искусственно создаваемых материалов, не опасных и не нарушавших природного баланса. Магнусы берегли планету. Вырубка леса, которой обычно промышляли дикари, не принадлежащие ни к одной касте, каралась смертью.

Рем нашел лучевой пистолет, две обоймы, клинок, и засунул их в походный рюкзак серебристого цвета. Конечно, клинок был устаревшим оружием, но он его обожал. Ловцы поначалу над ним посмеивались, но как только увидели его в деле, прекратили заикаться на эту тему. Еще он захватил набор оказания первой помощи в металлическом кейсе, посуду, огниво (крошечный прямоугольник, нажатие на который выдавало столп огня), веревку и провиант, какой попался ему на глаза, – и побежал к Мари.

Она мерно дышала, глаза были прикрыты. Рем набрал код на металлическом кейсе. Ловцов обучали на случай непредвиденного ранения, и правила оказания помощи он знал. Рем опалил иглу, вставил нить, но перед тем, как приступить к делу, высыпал на рану девушки специальный обеззараживающий порошок (он умудрился растворить не только бактерии, но и запекшуюся кровь.) Мари вскрикнула и снова обмякла. Рем сшивал края раны методично, легко. А как только завязал узел, нитки стянулись плотнее и сами собой растворились. На боку у девушки остался кривой шрам – на память.

День подходил к концу, на улице стемнело. Рем развел костер. Материалы домов горели хорошо, но быстро. В это время года ночью в Акве было прохладно. Полгода на этой части континента было жарко, остальную половину – тепло днем и холодно ночью. Мама как-то говорила ему, что на других континентах погодные условия не такие привлекательные. Сам он никогда не выезжал за территорию Аквы, ведь минимусам запрещалось покидать родной город. Парламент опасался, что маленькие люди начнут усиленно размножаться.

Рем смотрел на костер, вздрагивая от протяжного жалобного воя, раздававшегося вдалеке. Он совершенно забыл о чудовищах, с которыми сражался всю свою жизнь. Парламент пал. А значит, и силовое поле тоже. Твари могли проникнуть в город, и теперь рыщут в поисках жертвы. Он вспомнил, что на пищевой базе был запасной генератор.

Сосредоточенный взгляд Рема остановился на девушке: ее белая кожа и светлые, почти белые волосы, выделялись в свете костра, округлое милое лицо казалось ему беззащитным, пухлые губы – соблазнительными, а большие серые глаза – глубокими как океаны. А еще Мари не была худой, как все магнусы: у нее была полная грудь и широкие бедра. Рем помнил, как по ней сходил с ума его брат. Когда их семьи ужинали вместе, он откровенно ронял на Мари слюни. Семья девушки также была из высшей касты, а ее отец – как и мать Рема – членом парламента. К слову, девушка тоже в нем состояла.

Вой повторился. Рем потрепал ее по плечу, веки Мари затрепетали. Он думал о том, что она не может идти, и слишком для него тяжела (все магнусы, даже самые худые, были тяжелыми). А потому притащил и соединил между собой вырванные с корнем деревья, и приподнял девушку, надрываясь от тяжести.

– Что… ты… делаешь? – лепетала она.

Взвалив ее на импровизированные носилки, он закинул на них рюкзак, веревку – на плечо, и потащил. Рем понимал, что им нужно к пищевой базе: стены базы неприступны для чудовищ. Мари приподнялась, усложняя ему задачу, и он приказал ей лежать смирно.

Руки стесало веревкой. Рем обливался потом, но продолжал движение, пока не заметил периферийным зрением тень. Отогнав страх, он решал: броситься в бой или бежать. Нащупав в рюкзаке лучевой пистолет, Рем стиснул веревку в руке и побежал, вспахивая ногами землю. Тварь развернула хищную голову, взвыла и бросилась в атаку. Мощные ноги приближали ее к ним слишком быстро. Рем выстрелил несколько раз, дважды попал, но она не остановилась. Отстреливаясь на ходу, он кое как затолкал Мари в помещение. Острые зубы клацали рядом с его головой, а он удерживал дверь, стреляя в упор. Когда мужчина все-таки захлопнул металлическую дверь, она сделала в ней ногой вмятину, покружила и стихла.

– Рем? Ты здесь? – растерянно позвала его Мари.

– Да.

– Спасибо.

– Должна будешь, – буркнул он, поднимаясь. Девушка хмыкнула.

Он зажег огниво. Мари сидела на деревьях, разглядывая свой корявый шрам.

– Как смог, – пояснил он, косясь на нее.

– Если бы не ты… – осеклась девушка. – Что снаружи?

– То, что питается мясом, – хохотнул Рем, и она закатила глаза. – Тебе лучше посидеть здесь, пока я не найду еду.

– В темноте? Ага, как же! – выпрямилась девушка во весь рост, и ее причудливая тень оказалась на потолке.

…Они шли по многочисленным коридорам базы: ни следов разрушений, ни обвалов – крепкое здание выдержало волну. Рем задумался над тем, почему здесь никто не укрылся.

– Я видела, как люди с базы сели на корабль, – тихо сказала Мари, прихрамывая.

– Не лезь ко мне в голову. Это невежливо, – нахмуримся Рем.

– Извини, ты громко думаешь…

Он надеялся, что им посчастливится раздобыть немного еды, ведь, если работники базы прихватили с собой провиант, тут могло ничего не остаться. У него уже созрел план покинуть Акву, а для этого необходим запас на пару дней пути. Не мешало бы найти других выживших. Но не только. Рем устал от законов Аквы, и теперь, когда их больше нет, мог посмотреть, что за чертой. Он понимал, что отправляться в опасное путешествие с раненной ослабленной девушкой будет трудно. А потому поглядывал на нее, стараясь понять, насколько быстро она сможет идти.

Они блуждали, и, наконец, наткнулись на тяжелую дверь. Рем толкнул ее, но она не поддалась. Заметив сенсорную панель на уровне своего лица, мужчина зарычал от бессилия.

– Распределители⁴ открывали ее рукой. Видела как-то на экскурсии, – пояснила Мари и начала расправлять непослушные локоны.

– И где же нам взять руку распределителя? – раздражался Рем.

– Не знаю. Давай, я попробую, – прислонила она вытянутую ладонь, и панель загорелась. – Я же Вече⁵, забыл? У нас тоже есть доступ.

– Был, – буркнул он, заходя в помещение.

Стеллажи с аккуратно упакованным провиантом тянулись вглубь. Здесь хватило бы на всю планету, будь они заполнены. Они отыскали столько, сколько смогли унести, и пошли обратно. Уложив запасы в смежном с выходом коридоре, они направились на поиски генератора. По пути Рем раздобыл карту и определился на местности. Генератор находился в удаленном коридоре. Пахло сыростью. Он нащупал рычаг, и лампочки над головой заморгали. Затем они вернулись к двери, расстелили на полу одеяла, поели. При свете ламп оказалось трудно уснуть, и Рем разглядывал потолок.

– Думаешь, они живы? – спросила его Мари. Она лежала к нему спиной.

– Не знаю. Аппараты разбились. Я не нашел тела своих: ни в доме, ни в обломках.

– Как думаешь, что произошло? – хлюпала она носом.

– Не видела?

– Нет. Мы уже взлетели. Отец отправил меня в каюту. Оттуда видимость нулевая.

– Как бы тебе объяснить, – чесал он в затылке. – Огромный такой камень! – Она развернулась к нему лицом. – Он сиял раскаленными линиями. И… летел молниеносно быстро. За ним тянулся огненный след в небе.

– Не может быть, – улыбнулась Мари. – Если бы такой камень прилетел на планету, он разрушил бы все. А мы живы.

– Ну, он упал в воду, – подложил Рем под голову руки. – Пиа спасла мне жизнь, – его глаза на мгновение увлажнились.

– Ты ей всегда нравился, – раскраснелась Мари. – Завтра я хочу найти отца.

– Я сжег все тела. Его там не было. Утром я иду за черту. Можешь пойти со мной, или искать отца здесь, – отрезал Рем и отвернулся.

На территории города бродят чудовища. Силовое поле, скорее всего, установилось, но кто-то мог остаться внутри. Он не станет рисковать ради девчонки. Рем чувствовал, как она сверлит ему взглядом спину, но ему было все равно.

Глава 2. Дикая гора

Рем потянулся, спина у него затекла. Лампы автоматически отключились, как только свет дня проник в щели здания. Мари еще спала. Он невольно загляделся на свою спутницу: – она дула губы во сне, ее белесые ресницы подергивались. Он опустил взгляд ниже – туда, где черный балахон девушки задрался до бедра.

Вече носили балахоны черного цвета, распределители – серого, стражи – синего, целители – красного, разработчики⁶ – коричневого, а провидцы – лилового. Престарелые магнусы, которые не могли приносить пользу обществу, и молодняк, носили зеленые одежды – в дань уважения природе. Колотилы⁷, возводившие строения и производившие мебель, ограничивались сдельными комбинезонами серого цвета. Минимусам выделили белый цвет, считавшийся безликим. Исключением являлись ловцы, носившие серебристые балахоны, менявшие цвет, как хамелеон, на местности. В городах с плохими климатическими условиями также предполагалась верхняя одежда – накидки, тулупы и шапки.

Рем списал свой интерес к Мари на последствия нервного срыва, и разбудил ее. Перед тем как отправиться в долгую дорогу, он достал из кармана пузырек, вылил немного на ладонь и вопрошающе посмотрел на девушку. Она опустила глаза и, раскрасневшись, приподняла балахон. Он прислонил ладонь к ее ране на боку, ощущая мягкость ее нежной кожи. Мари облегченно вздохнула.

– Снаружи может быть тварь. Я прозвал этот вид – челюсти.

– Кто?

– Тот, кто вчера нас чуть не сожрал. Он метров пять, задние лапы мощные, передние атрофированы. Но этот недостаток ему легко заменяют зубы. – Он показал длину зубов, сгибая руку в локте. – И берегись хвоста, если попадемся. – Мари вытаращила на него глаза, и мужчина хохотнул: – Держись… рядом.

Они вышли из убежища. После прохладной ночи и металлического пола базы солнечные лучи были особенно приятным явлением. Рем ступал первым, держа в одной руке лучевой пистолет, в другой – клинок. Мари пригибалась, насколько ей позволяла конституция.

Волны накатывали на берег. Рем оставил девушку внизу и забрался на дерево – осмотреться. Воронка, появившаяся из-за падения небесного камня, еще крутилась. Ему даже показалось, что ее вращение усилилось. Мужчина оглядел город – разруха, а за ней еле заметное силовое поле, периодически рябившее из-за сбоившего напряжения.

– Поле на месте. Тварей не видно. Идем, – ловко спустился он с дерева и зашагал, перебираясь через завалы.

Возле здания парламента девушка притормозила и исчезла в проеме. Значительная его часть развалилась, но несколько метров все же уцелело. Рем раздраженно вздохнул. Через мгновение она вернулась, держа в руках балахоны.

– Не мешает переодеться в дорогу, – протянула ему один.

Он отрешенно смотрел на ткань черного цвета. Были времена, когда Рем завидовал брату. Рат был младше, но вошел в совет и облачился в идеальные одежды. А он – слыл отребьем, закапывая свои мечты. С годами пришла мудрость: он не мог изменить жизнь и решил, что не стоит терзаться. Мать виновато смотрела на сына. Конечно, она винила себя за то, что произвела его на свет и обрекла на муки.

Рем скинул пожухлый балахон и надел новый. Он идеально сел ему по фигуре, хоть и был великоват. Мари смущенно его разглядывала, щеки девушки зарделись румянцем. Чуть позже она переоделась среди развалин парламента, пока он сторожил вход.

Преодолев силовое поле, они вышли за территорию Аквы. Он бывал там, сражаясь с чудовищами, и знал местность на несколько километров пути. Рюкзак натирал ему плечи, под ногами ломались ветки. Вскоре они добрели до кромки леса.

– Как чудесно пахнет, – прошептала девушка, вдыхая аромат хвойных и можжевеловых веток. – Я слышала о лесе. Вече запрещено бывать за границей города. Это небезопасно.

– Сплошные правила, – съязвил Рем. – Отчасти я даже рад, что империя… – ляпнул он и проглотил слова. Мари затряслась всем телом, сжимая кулаки.

– Рад, что умерли магнусы?! Тогда зачем ты меня спасал?! Никто не виноват, что вы глупее нас!

Он раскраснелся, собираясь дать отпор дерзкой девице, а лучше затрещину, но уловил движение за деревом. Рем дернул ее за руку, чтобы она пригнулась, и закрыл ей рот рукой. Мари хмурилась. Он поднял вверх палец и выждал. Шмыг. Снова. Шмыг. Шмыг.

– Медленно отступаем, – сказал он себе в нос.

– Что?

– Назад.

Внезапно из-за деревьев показались они: маленькие, прямоходящие, с наклоненным вперед корпусом, узкой мордой и крошечными острыми зубами. Существа издавали протяжный клекот, окружая. Он не стал дожидаться, когда круг замкнется, и выстрелил в тех, что подбирались с левого края. Одно существо ранило в ногу, другое – успело отпрыгнуть. Раненный зверь истошно вопил. Рем схватил Мари за руку, и они побежали.

Твари сгруппировались. Одна бежала впереди, остальные – выстраивались в ряды. Рем отстреливался на бегу, девушка еле-еле за ним поспевала. Он рыскал глазами в поисках убежища, резко повернул влево, и они скрылись сразу за входом в пещеру. Он прижимал Мари рукой к стене, а она хваталась за вновь разболевшийся бок. Когда звуки снаружи стихли, они опасливо вышли наружу.

– Что это было? – спросила девушка.

– Малыши. По одному они безобидны, но в стае… смертельно опасные, – обыденно объяснил Рем.

– Это я, итак, заметила.

– Дальше леса я не ходил. – На немой вопрос Мари мужчина съязвил: – Запрещено.

– До соседнего города – Терры, должно быть, осталось недолго. Я была там однажды. Ничего примечательного, – нарочно добавила она, чтобы не бередить ему раны.

– Хорошо. Может, там кто-то выжил.

Вглубь леса они решили не заходить, обходили кругом. Такой маршрут был вдвое длиннее, но безопаснее. Смеркалось. Рем заглянул в рюкзак – у него осталась всего одна обойма.

Они остановились на ночлег и развели костер. Рем чавкал, а девушка недовольно на него поглядывала. Эта дурная привычка была у него с детства, и Пиа над этим посмеивалась. Он вспомнил, как впервые понял, что она ему нравится. Всю ночь Рем ворочался и проснулся с ощущением невесомости в теле. Тяжелее всего ему было, когда за ней стали увиваться магнусы, причем не только мужского пола: Пиа пользовалась популярностью. А он так и не набрался смелости ей признаться.

– Прости за то, что я так сказала. Я не права, – опустила Мари плечи, смотря на него исподлобья.

– И ты меня. Я ведь тоже скорблю по своей семье, – натирал он клинок до блеска.

– Брата ты не особо любил, – хмыкнула Мари, и он улыбнулся. – Отец не видит различий между нашими видами. Вы произошли от нас. Он не разделяет позицию парламента.

– Что же он тогда молчал? – огрызнулся Рем.

– Парламент умеет закрывать рты, – вздохнула Мари.

Ночью Рем просыпался от каждого шороха и не выспался. На второй день пути они все-таки добрались до Терры, открывшейся им как на ладони. Деревья там также вырвало, здания разрушились. Они брели по обломкам. Мари нашла несколько полезных вещиц, упрямо избегая встречавшихся на пути трупов. А он останавливался и закрывал им глаза, провожая в другой мир – туда, где вечный сон и покой.

Город располагался между массивным лесом и острозубой горой, которую было видно из Аквы. Часто, встречая рассвет, Рем наблюдал, как ее пик становится ярче. Он чесал в затылке, соображая, как им преодолеть острозубую. Имей они летательный аппарат, было бы проще. Когда они подошли ближе, Рем заметил углубление. Мари медлила.

– А если обвалится? – спросила она.

– Тогда мы умрем, – не отрывая от нее взгляда, ответил ей Рем. – Мы должны выбраться и найти выживших. Это единственный путь.

Девушка нехотя кивнула и пролезла в углубление горы. Проход был невелик. Мари пригибалась, держась за бок. Переход на другую сторону давался ей тяжелее, но она не жаловалась. Рем насторожился, в голове у него плясали невеселые мысли. Слишком протяженный туннель напомнил ему рассказ мамы о дикарях.

Наконец, они вышли в круг света. Он взглянул наверх, где виднелся кусочек неба, окруженный со всех сторон горой. Мари опустилась на землю.

– Дай посмотрю, – участливо предложил он. Девушка взялась за подол балахона, и голос чужака эхом отскочил от стен:

– Да! Давай, покажи нам, милая! – Ему вторили смешки.

Рем закрыл собой девушку. С противоположной стороны туннеля показался минимус – коренастый, широкий, рыжий бородач. У него было грязное лицо, крупный нос, выделявшиеся скулы. Одежда на нем была новой, зеленого цвета. Мужчина остановился в паре метров, потому что Рем наставил на него пистолет.

– Спокойно. Сколько у тебя осталось? Одна обойма? Посмотри туда, – указал он рукой на гору.

Рем послушался и посмотрел – на каждом выступе сидел человек. Всего порядка десяти. Двое из них были магнусами.

– Сложи оружие, и твоя подружка не пострадает, – угрожающе прорычал бородач.

Рем напрягся, метнул взгляд на неприятелей: у некоторых из них было лучевое оружие. Открой он огонь, им не выжить. Если только… Мари дотронулась до его руки, привлекая к себе внимание.

– Не нужно. Мне не сбежать обратно по туннелю. Вспомни, как я пробиралась сюда.

Рем кивнул и опустил пистолет. В то же мгновение с горы спрыгнули люди и отобрали у него оружие. А потом в глазах у него потемнело.

…Он очнулся, голова болела, на затылке выросла шишка. Мари рядом не было. Его руки были связаны спереди и лежали на животе. Пещера не пропускала свет. Вода капала откуда-то сверху. Капли приземлялись ему прямо на лоб. Поерзав, он переместился, и это издевательство прекратилось. Рем попытался развязать руки зубами – не вышло.

Он потерял счет времени, слушая звук падающих капель, и вспоминая о том, что говорила ему мать. Дикари были беженцами. Они пошли против системы. Магнусы отслеживали и казнили их, но острозубую гору взять не могли. Дикари совершали набеги, разворовывая целые города и пополняя свои ряды. Они были опасны. Рем удивился, увидев среди них магнусов. Хотя чему тут удивляться? Не все они были в восторге от выбранной для них парламентом участи.

Его мысли сместились к Мари, ведь он привык к присутствию девушки. Раньше они толком и не общались. Правда, она пыталась с ним заговорить, но Рем, презирая свою нелегкую долю, не желал играть в любезность с представителем Вече.

Губы у него иссохли, жутко хотелось пить. Он даже подумывал подползти обратно под капавшую с потолка какофонию. Видимо, не зря его посадили именно там. Рем перекатился, и капли теперь падали ему в рот, дразня и не утоляя жажды. Он уже привык к темноте, когда ощутил движение в ногах, и потряс ими, отгоняя крыс, запищавших от возмущения. Удивительно, но этих зверьков ничего не брало: ни эпидемии, ни голод, ни волна, смывшая, наверное, половину континента.

В коридоре раздались шаги. Камень с грохотом откатился, в проеме возникла фигура. Сапоги затоптались, подхватили его под руки и понесли. Рем проваливался куда-то, теряя сознание. Красивое курносое лицо мелькнуло перед ним на мгновение и снова растаяло.

Когда он пришел в себя, то ощутил, как сильно саднят у него руки. Комната была маленькой и чистой. Мебелью не изобиловала – кровать и тумба. Он подошел к двери, подергал за ручку – заперто. Наличие двери в пещере вводило его в заблуждение. Он мог бы думать об этом, если бы не желание облегчиться. Туалета в комнате не было. Через полчаса он уже прыгал зайцем, и сдался. Угол выбрал тот, где была тумба, чтобы скрыть преступление. Но как только струя зажурчала по стене, дверь отворилась. Рем не смог остановиться, закончил свои дела, одернул балахон и повернулся. Его щеки стыдливо покраснели, ведь перед ним стояла курносая девушка. Это ее лицо он видел в моменты своих просветлений.

– Я прикажу, чтобы организовали уборную, – сухо сказала она и жестом пригласила его присесть.

Рем послушался. Она устроилась рядом, поставив перед собой поднос, который держала в руках. На подносе лежали инструменты. Вначале девушка посветила ему фонариком в глаза, касаясь пальцами его лица. А затем осмотрела следы от веревок и шишку.

– Ты целитель?

– Была.

Он пристально ее разглядывал: минимус, худая, вытянутое лицо, голубые глаза, курносая, волосы светлые и прямые, маленькая грудь.

– Жить буду? – выдавил он со смешком.

– Если вступишь в наши ряды, да, – ее взгляд стал серьезным, она поджала и без того тонкие губы.

– Поэтому переместили? – Она кивнула. – Где моя подруга?

Девушка встала и собиралась уйти, но он схватил ее за запястье, удерживая силой. Она яростно зашептала:

– Тебе лучше не знать! Отпусти или закричу! Снаружи стражи! – вырвала она руку, остановилась у двери и бросила ему через плечо: – На твоем месте я бы согласилась.

– Стой! Как тебя зовут?! – Девушка помедлила в дверях.

– Амина, – ответила она и исчезла в туннеле.

Воняло мочой. Рем морщил нос, забившись в дальний угол комнаты, но вскоре принюхался и перестал ощущать запах. Из головы не выходили слова Амины. Если они хотят его в свои ряды, то почему держат здесь? И куда дели Мари? О ней он беспокоился больше всего, ощущая ответственность за ее жизнь. Он уснул. Одолевали кошмары. Дверь вновь отворилась. На этот раз к нему пожаловал коренастый захватчик.

– Добро пожаловать на дикую гору, Рем! – пробасил он, приглаживая рыжие грязные волосы. Они могли бы гореть на свету, словно солнце, будь он любителем мыться. – Наверное, интересно, почему ты здесь? – Рем сосредоточенно кивнул. – Мы, дикари, своих не бросаем. А ты один из нас.

– Поэтому держишь меня как пленника? – осклабился он.

– Вынужденная мера, друг мой, – сложил он на груди массивные руки. Балахон съехал, обнажая его шрамы. – Ты привязался к магнусу. Как так вышло? Они ведь нас притесняли столько лет! – его карие глаза безумно сверкали.

– Среди вас они тоже есть. Или меня зрение подвело? – съязвил Рем.

– Верно. Они с нами… но не на равных, – улыбнулся мужчина, обнажая желтые зубы. – Подумай, чего ты хочешь. Если желаешь провести остаток дней в обоссанной комнате, я пойму, – обернулся он напоследок и хлопнул дверью.

Если они ненавидят магнусов, значит Мари в беде. Рем должен был ей помочь, но для начала ему не мешало бы выбраться из заточения. В следующий визит рыжего он вел себя хорошо и заслужил небольшую экскурсию. Мужчина ступал впереди грузной походкой, чуток подковыривая ногой. Туннель был освещен факелами. Рыжий сбавил ход. Видимо, устала нога.

– Гору освоил лет пятьдесят назад мой добрый друг. Он в числе первых пошел против парламента. Умный был мужик. В системе служил разработчиком, внедрял для них технологии. Только вот ростом не вышел. Заменили своим, как только появился достойный кандидат.

– Как тебя зовут? – перебил его Рем, стараясь не наступить ему на пятки.

– Оливер, – развернулся мужчина, протягивая ему руку. – Я прозябал в шкуре ловца двадцать лет, пока друг не вытащил. С годами наши ряды пополнились. Увидишь, мы построили целый город в единственном месте, куда им не добраться. – Он не видел его лица, но понимал, что Оливер улыбается.

– Теперь неважно. Волна всех смыла, – недоумевал Рем.

– Это верно. Вот только не всех. Наши друзья из Снежа⁸ прислали весть. Часть кораблей уцелела.

Рема обрадовала эта новость, но он постарался не показывать вида.

– Ваши друзья? – перевел он тему, опасаясь проницательности своего собеседника.

– Минимусы. За пару месяцев до волны мы начали готовиться к пятому этапу… – прокашлялся Оливер. – Рановато тебе об этом.

Они вышли из туннеля, и Рем не поверил своим глазам: гора открывала кусочек неба, на котором сияли звезды, – воздух был свеж, кожа покрылась мурашками, – а на земле был небольшой городок в несколько десятков домов – полноценных, из синтетического материала. Поблизости жгли костер люди, грея у огня руки.

– Идем, – бросил ему на ходу Оливер, – покажу тебе все.

Минимусы выглядели хмельными, громко смеялись, а затем стали пинать магнуса. Нескладный, он пригибался и закрывал лицо руками. Рем покосился на них, сжимая кулаки. Оливер вел повествование: пищевая база, жилой сектор, увеселительный.

– А вот блок целителя. Повезло нам с ней! Столько раз зашивала! – обнажил он грудь, демонстрируя кривые, глубокие шрамы.

– Твари? – спросил Рем.

– Можно и так сказать, – хмыкнул рыжий.

– А там что? – указал он на свет, исходивший из пещер на другом краю города.

– Туда ходить запрещено, – отрезал мужчина.

«Мари», – догадался Рем, но сделал вид, что ему это не интересно.

Оливер отвел его в дом. На пороге их встретила и заботливо усадила за стол улыбчивая обладательница двух подбородков. Рем ругал себя за придирчивость к внешности и осуждение, и думал о том, что она может быть хорошим человеком. Еще никогда он так сильно не ошибался. Особа была сварливой и грубой.

– Кама! Прекрати мельтешить! Гость устал! – прикрикивал на нее Оливер.

После ужина мужчина отвел его в просторную комнату: новая мебель, ковер. Рем помнил, что такие укрывавшие полы изделия, перестали производить давным-давно из-за отсутствия практичности. В мире дикарей бросался в глаза пережиток прошлого. Всю ночь он лежал, думая о Мари и надеясь, что она жива.

Семиднев⁹ пролетел незаметно. Рем считал дни, выводя черточки на ручке своей кровати. Дикари не вели счет дням. Он присмотрелся к жителям и разделил их на категории: стражи – всегда наготове, при городе, и ловцы – те, кто совершал набеги. Еще была Амина – целитель. Она часто с ним сталкивалась, но разговор не заводила.

Мари так и не появилась. Его держали в пещере длительное время. Ее – в два раза дольше. Он переживал, как бы девушка не лишилась рассудка.

В тот вечер Кама была сама не своя – добра и учтива. Оливер куда-то подевался. Рем подумывал предложить ему себя в помощь, но не стал торопить события. Для начала неплохо бы заслужить его доверие. Кама приземлилась на стул, жалобно затрещавший под ее весом. Ее лицо исказилось злорадной усмешкой. Рем ощутил запах самопала, и понял, что она пьяна. Женщина провела пальцами ему по руке, наклонилась и закусила губу. От омерзения у него образовался в горле ком. Она же приподняла его руку и положила на свою необъятную грудь.

– Я не могу, – выдавил Рем.

– Он не узнает, – просипела женщина, икая.

Рем вскочил на ноги и выбежал на улицу. Его дыхание сбилось, разум твердил вернуться, ведь она могла выставить все так, как будто он сбежал. Остановившись у крыльца, он съежился от холода. В доме было ненамного теплее, но все же. Вдали у костра смеялись хмельные мужчины. Однако связываться с ними он не хотел.

Рем решил прогуляться, чтобы согреться, и блуждал между домами. Все они выглядели одинаково. Он остановился напротив увеселительного здания. Дверь отворилась, и наружу вылетело подгоняемое сапогом тело. Пьяный валялся в грязи, что-то несвязно бормоча.

Он поразмыслил, потянулся к ручке двери, но кто-то прижал ее обратно. Амина укоризненно на него смотрела, и он устыдился, опуская глаза.

– Не следует этого делать, – сказала она настойчиво.

– Я не могу вернуться туда, – кивнул он в сторону дома Оливера. – Не спрашивай почему.

– Я помогу, – пообещала ему девушка и велела следовать за ней.

…У нее в доме было тепло и уютно, в гостиной потрескивал поленьями камин. Амина оглядела мужчину с головы до ног.

– Снимай одежду! – совершенно неожиданно скомандовала она.

Брови у Рема поползли вверх: второй раз за ночь им хотели воспользоваться. Он отрицательно покачал головой, девушка улыбнулась.

– Не в этом смысле. Ты сильно замерз. Нужно растереть самопалом, – смущенно добавила девушка, доставая бутылку мутной жидкости из шкафа. Рем послушно скинул балахон, чувствуя себя неуютно.

Она растирала его покрасневшую грудь, прикосновения были приятными. Рем расслабился и среагировал. Амина этого, кажется, не заметила. Ну или сделала вид.

– У магнусов есть в наличии сыворотка, которая согревает за секунду, можешь себе представить? Здесь же время движется вспять, – вздохнула она. – Для целителя это немыслимо.

– Где ты работала? – спросил он хрипло, стараясь отвлечься, и думать о чем-то неприятном.

– Я жила на острове Бонум.

– Недалеко от меня. Я – в Акве.

– Да, – улыбнулась она, – я работала на парламент и часто бывала там.

– Ни разу тебя не встречал, – ее дыхание касалось его лица.

– Готово. Ноги разотрешь сам, – передала она ему бутыль, потирая ладони.

Рем натер ноги, накинул на себя балахон и опустился в кресло у камина.

– Осторожней. Оно хорошо горит, – хмыкнула девушка, и он отодвинулся дальше. – Почему ты сбежал? – ехидно спросила она.

– Кама… хм… – Амина заливисто рассмеялась.

– Ты не первый, кто сбегает! Двое замерзли насмерть. – Она пыталась перестать улыбаться, кривя лицом.

Рем согрелся, его клонило в сон. Амина достала из шкафа другую бутылку – вытянутую, с узким горлышком, наполнила бокал и протянула ему. Он отхлебнул немного терпкого сухого вина. Впервые за долгое время Рем отдыхал, но внезапно вспомнил Мари и выпрямил спину.

– Моя подруга. Где она?

– На дикой горе запрещена дружба с магнусами, – беспечно вертела Амина бокал в руке. – Никого больше не спрашивай.

– Где она?! – крикнул он, вскакивая и разливая вино. Амина поперхнулась, поднимаясь за ним следом.

– Там же, где держали тебя. Послушай, Рем, – посмотрела она на него по-доброму. – У тебя один путь – с ними в ногу. Иначе… – опустила она глаза. – Твою подругу ничто не спасет. Она жива только потому, что новеньких отправляют в Снеж.

– Когда ее отправят? – затрясся он всем телом, в затылке стучало.

– Я, итак, сказала тебе слишком много. Надеюсь, ты меня не выдашь. – Он отрицательно покачал головой.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в дом вошел Оливер. На обратном пути он отчитал его, ведь ему пришлось обойти все дома. Рем прошел мимо Камы, косившейся на него из кухни, и лег в кровать.

…Пролетели еще два семиднева. Он жил в городке дикарей уже морн¹⁰, не высовываясь и не привлекая внимание, а по вечерам забегал к Амине. Они пили вино, иногда разговаривая о прежних временах. Он узнал, что девушка из неполной семьи – ее растил отец. Мать сбежала, не вынеся позора. Такое часто случалось. Взгляд целителя потух на мгновение и снова зажегся, когда она заговорила о своей работе.

– Почему ты с дикарями? – спросил ее Рем. Амина отвернулась.

– Я не бежала. Меня похитили во время набега. За свою приняли. Как узнали, что целитель, определили лечить местных, – поморщилась она.

Рем проникся к девушке: ее любовь к родным местам и одержимость наукой вызывала глубокое уважение. Амина напоминала его самого, когда он был помоложе и получал удовольствие от вылазок.

Он спешил в дом Оливера. Здесь не было определенного времени для отбоя, а потому рыжий мог в любой момент сорваться на его поиски. Ветер подхватил дверь, и она громко хлопнула. На кухне раздался забористый кашель. Рем собирался проскользнуть наверх, но мужчина его окликнул. Оливер сидел за столом с бутылью самопала и закуской.

– Опять у нее был? – вяло ворочал он языком. – Хоть дала? – зашелся в отвратительном смехе. Рем играл на лице желваками. – Сегодня плохой день, дружище. Пришло письмо из Снежа. Скоро вылазка. Ненавижу эту мерзлую землю! – стукнул он кулаком по столу и отключился.

Рем стащил яйцо с тарелки, затолкал его в рот, и юркнул к себе в комнату.

…Он стоял посреди городка и щурился на солнечный свет, когда в него неожиданно кто-то врезался, сбивая с ног. При падении Рем ударился об камень, рассекая себе висок. Когда перед глазами у него перестало плыть, он разглядел магнуса, свернувшегося на земле в клубок. Тут же к ним подлетели двое минимусов: высокий, лысый, беззубый, с длинным носом; и низкий, тощий, с вваленными в череп глазами.

– Извини, парниша! – прогнусавил низкий. – Жак, – протянул он ему руку, помогая подняться на ноги. – А это Тим, – кивнул на друга.

– Хочешь отвесить ему?! – засмеялся Тим. – Длинный заслужил!

– Да, да! – вторил Жак своему другу. – Давай! Накерни ему разок! – приободрились мужчины.

Рем сжал кулаки. Меньше всего ему хотелось причинять кому-то боль. Он никогда не обижал слабых, считая это мерзким занятием, а таких людей, как эти двое, гнилыми. Но стражи ждали от него реакции, и он обязан был ее предоставить. Размахнувшись, Рем удалил магнусу ногой в живот. Стражи заверещали от возбуждения.

Вечером он собирался к Амине, решив, что сегодня во что бы то ни стало вытянет из нее информацию. Они подружились, и он мог этим воспользоваться. Но в дверях его поймал Оливер.

– Постой. Давай сегодня без целителя, а? Идем в мое место.

Увеселительное здание разрывалось от шума, в глаза и ноздри въедался дым. Мужчины поджигали самокрутки, вдыхая их выхлоп. Растение, из которого крутили самодельные сигареты, цвело в горах. Его перемалывали и курили. Кто-то из целителей дал ему название: «тупень». А все потому, что оно вызывало мгновенное привыкание и со временем делало пристрастившегося глупее.

Круглые столы ломились от бутылок и жестяных кружек. Женщины вились к гостям заведения, виляя задницами, оголяя ноги, и позволяя себя трогать. Все они, без исключения, были пьяны. Оливер провел его через весь зал, кивая на заблеванный стол. Рем встал рядом с ним, стараясь ничего не касаться. Оливер указал на табличку, на которой было написано корявыми буквами: «День без стульев», а затем взял бутылку и сделал смачный глоток из горла. Рем тоже глотнул.

Кто-то затеял драку, и мужчина спикировал в их стол, разломившийся пополам. Они перешли за другой, подальше. Оливер прокашлялся наклоняясь.

– Пришло время приносить пользу. Кем хочешь быть? – крякнул он, снова отхлебывая из бутылки.

– Я был ловцом, – поддерживал Рем зрительный контакт, – им и помру. – Мужчина удовлетворительно кивнул.

– Можешь звать меня Оли! – хохотнул он, хлопая его по плечу.

Порядком набравшись, они навеселе возвращались в дом. Оли затянул песню, разбудив кого-то, выстрелившего из окна, и они, смеясь, припустили по улице.

Утром голову ему сдавило похмелье. Оли валялся в гостиной, запрокинув ноги на ручку дивана, и постанывал. Кама хлопотала вокруг него, играя роль заботливой женушки. Рем устроился в кресле. Желудок разъедало, нужно было что-нибудь съесть, но при одной мысли об этом подкатывала тошнота. Переборов навязчивое состояние, он прошел в кухню и запихнул в рот кусок вареного мяса. В дверь громко постучали, а затем в гостиную вбежал Жак. Казалось, будто глаза у него провалились еще сильнее.

– Оли! – крикнул он, и тот схватился за голову. – Прости, – продолжил он тише. – Беда. На территорию проникли мелкие монстры. Они движутся по туннелю. Троих наших задрали. Если не принять меры… – тараторил он, все время оглядываясь.

– Так избавься от них. С большими справлялись, а с мелочью не можете? – бухтел Оли.

– Такой прыти мы не видали. Их много. Действуют сообща.

– Я имел с ними дело, – встрял в разговор Рем.

– Отлично. Возьми людей и прикончи их, – покровительственно махнул ему Оли.

Рем поднялся, хрустя коленками. Жак испуганно дергался, настаивая на большем отряде, но он отмел его сомнения: троих бойцов будет достаточно. Они взяли с собой Тима и отправились на вылазку. Жак вернул ему клинок, и он с любовью провел пальцами по его острому лезвию.

Рем шел первым, а они с лучевым оружием позади. Пещера уводила все глубже, воздух был спертым, туннель – тесным. Он думал о том, что биться в замкнутом пространстве с юркими существами – мгновенная смерть, но виду не подавал.

– Не стреляйте беспорядочно. Они быстрые… очень. Целиться нужно в грудь. Малыши способны и без головы продолжать атаку, – объяснял им Рем на ходу.

– Чем же атаковать тогда?! – возмутился Тим.

– Лапы на вид безжизненные, но с когтями. Они ядовиты. Заденет, пиши пропало! – выставил он руку, останавливая мужчин.

Цокот приближался, клацанье крохотных зубов нарастало. Тим выронил пистолет, обойма вылетела, капсулы разлетелись по туннелю. Трясущимися руками он начал их собирать. Факелы гасли один за другим. Малыши развивали приличную скорость, задувая их потоками воздуха.

– Приготовиться! – скомандовал Рем.

Взмах его клинка угодил существу прямо в грудь. Оно взвыло и повалилось к его ногам. Ширина туннеля не позволяла нападать одновременно, и они кидались по двое. Рем резал наотмашь, весь перепачкавшись в крови. Жак стрелял, прикрывая его с тыла. А у Тима заклинило пистолет.

Вскоре все стихло. Твари зашуршали в обратном направлении, враг отступил. Рем выдохнул и сполз по стене. Жак следом. Тим все еще дергал пистолет, будто его самого заклинило, и выстрелил в стену. Мужчины с облегчением рассмеялись.

Возвращаясь, Тим бесконечно благодарил их за то, что спасли ему жизнь, и просил не рассказывать Оли о его конфузе. Они отшучивались, наслаждаясь его мучениями. Вид у мужчин был тот еще, и люди откровенно на них таращились. Амина прервала разговор с какой-то женщиной и бросилась к ним навстречу.

– Что случилось? – ощупывала она ему лицо и шею. – Ты цел?

– Мы пойдем. Рем! – Жак потряс сцепленными в замок руками.

– Я в порядке. Долго объяснять. Увидимся вечером… – обратился он к Амине планируя ее навестить вечером.

Однако на вечер у Оли образовались другие планы, и Рем должен был принять в них участие. Как же не отметить посвящение ловца? К тому же столь героически победившего неприятеля? Увеселительное заведение их приветливо встретило. Мужчины выпивали до дна, выкрикивая его имя. Оли прилично набрался, повис у него на шее и зашептал:

– Близится вылазка в Снеж. Я хочу, чтобы ты пошел со мной!

– Цель? – деловито спросил он.

– Доставка магнусов, – сплюнул Оли на пол. – Близится пятый этап.

Рем собирался спросить и об этом, но Оли захрапел. Тогда он незаметно выбрался из здания, собираясь заглянуть к Амине. Она была такой же пленницей, как и он, поэтому ему было приятнее проводить время с ней. Дикари были не плохими ребятами, и у них были причины воевать, но он предпочел бы всему этому свободу. К тому же, их устои мало чем отличались от парламента: власть, подчинение, навязывание идеалов.

До дома Амины было рукой подать. Он не торопился, зная, что она не спит: целитель допоздна читала. В отсутствие возможности проводить исследования это было единственным, что грело ей душу. Информацию она черпала прямо со спутника. Широкий на ножке планшет, по габаритам напоминавший сенсорную панель, транслировавшую по утрам произошедшие за день события, ловил сигнал. Великие умы соединили сетью весь мир столетия назад. Все что угодно можно было найти и узнать, дважды нажав на экран. Но девушка прятала его от посторонних глаз. Дикари не принимали нововведений, тем более созданных магнусами.

Размышления навели его на шальную мысль: «Что если магнусы живы, и с ними можно связаться через планшет?» Рем остановился посреди улицы с глупой улыбкой. Кто-то резко потянул его за руку, и он оказался между домами. Незнакомец прижал его рукой к стене. В темноте было не разобрать кто это, но когда он вышел на свет, – Рем понял, что это обиженный им накануне магнус. Он был плотным для своего вида, руки крепкими, волосы торчком. У него была дырка в ухе (видимо, там была когда-то серьга), узкий нос и большой рот.

– Ида жива, – воровато оборачиваясь сообщил магнус, и Рема будто ударило током. – Они в сопротивлении. Минимусы собираются захватить власть. Прошу! Когда пойдешь в Снеж, возьми меня с собой! – с надеждой в голосе просил он.

– Как я, по-твоему, это сделаю? – обрел Рем дар речи. Магнус сложил на груди лодочкой руки.

– Умоляю! Я ни дня здесь больше не вынесу! Проси что хочешь!

– Я попытаюсь, – заключил Рем, и магнус растворился в подворотне.

«Мама жива, – схватился он за голову. – Неужели это правда?»

Глава 3. Вылазка

Оклемавшись, Оли провел инструктаж. До вылазки оставалось два дня, из Снежа уже прибыло подтверждение. Рем благодарил судьбу, что оказался в доме главного, иначе был бы в неведении. Опустившись на траву, он размышлял о том, как исполнить просьбу магнуса, которому задолжал. Утром он пытался связаться через планшет Амины с матерью, но техника не обнаружила доступных соединений. Амина изначально была против этого эксперимента, ведь неоднократно пыталась найти отца – безуспешно.

Чем ближе была вылазка, тем сильнее он нервничал, предвкушая встречу с Мари. Да еще мысли о загадочном пятом этапе не давали ему покоя. Магнус говорил о перевороте, а значит люди из Снежа собирались завершить начатое волной и полноправно хозяйствовать на планете. Корабль матери наверняка не единственный выживший, магнусы затаились.

Дождавшись темноты, он прокрался на улицу. Было прохладно, и щетина, отросшая за время дикарской жизни, топорщилась. В мире магнусов по периметру города работали устройства, выделяющие тепло. Прохлады второго цикла года жители в полной мере не ощущали, и не шили себе теплой одежды.

Пробежав по улице, огибая болтавших мужчин и женщин, он подобрался к окну дома, в котором жили его новоиспеченные товарищи – Жак и Тим. Он знал, что они в увеселительной, и решил воспользоваться моментом. Рем постучал, и в окно выглянул тот самый магнус, тараща на него перепуганные глаза.

– Что ты знаешь о моей матери? – не стал любезничать Рем.

– Она Вече. Это все, что мне известно, – отвечал он из-за створки.

– Как она связалась с тобой?

– Я не могу раскрыть информатора… – поник Магнус.

– Как тебя зовут?

– Арис.

– Я не обещаю, но сделаю, что смогу. Я такой же пленник, как ты. – Арис благодарно ему кивнул.

Ночью Рем не сомкнул глаз. Он чувствовал, что грядет что-то ужасное (мужчина не обладал экстрасенсорными способностями, не был телепатом как длинные, и даже не мог похвастаться особенным умом, – но чутье у него было отменное.)

Мысли совсем его одолели, и, накинув пуховое оделяло на плечи, он прошел в кухню. Рем знал, где Оли хранит самопал, достал бутыль и налил себе стакан. В углу кто-то зашуршал, и он невольно вздрогнул: – Оли сидел на стуле, прикуривая самокрутку.

– Нервничаешь?

– Немного, – опустился он на соседний стул.

– Завтра в путь. Хм, – намеренно сделал паузу Оли, – ты в курсе, что мы переправляем твою подругу? – Он ждал эмоциональной реакции, и она была, но усилием воли Рем все же смог ее погасить.

– Догадался, – старался звучать он, как можно беспечнее.

– Без глупостей, дружище. Считай, я закрыл глаза на твою слабость.

– Меня бы успокоило присутствие Амины. С ней я не думаю о магнусе, – сделал Рем ход конем.

– Еще бы! – рассмеялся Оли, огонек самокрутки освещал ему лицо. – Целитель на вылазке пригодится, – добавил он деловито.

– Еще я сработался с ребятами…

– С тварями… вы здорово… разобрались, не спорю, – через слово затягивался самокруткой Оли. – Но они стражи. У каждого здесь свое место.

– Я думал, ты решаешь, где чье место, – подстегнул его Рем.

Оли проигнорировал его, продолжая курить, и Рем отправился в свою комнату. Он был рад, что Амина отправится с ним. Конечно, путешествие могло быть рискованным, но он сможет ее защитить. Оставалось только продумать план.

…Они позавтракали, собрались в дорогу, и Оли велел ему взвалить на спину брезентовый тюк. Рем с готовностью выполнял приказы, не показывая, как он на самом деле счастлив, ведь сегодня увидит Мари. В центре города их ждали Амина и двое мордоворотов. Девушка обеспокоенно смотрела по сторонам. Оли проковылял мимо нее, и она легонько коснулась руки Рема.

Мордовороты были идентичны не только лицом. Рем не отличил бы, кто есть кто, даже если бы с ними общался.

– Керт и Дир, – шепнула Амина. – Лучшие ловцы горы.

Рем припомнил их: грузные, щекастые, с пушками наперевес. Они были там, когда их поймали. Петляя туннелями, отряд продвигался все ниже в недра горы, а затем остановился. Рем представлял себе измученную, убитую долгим одиночеством и голодом Мари. Один из мордатых скрылся в проеме и вывел ее под руку. Девушка выглядела похудевшей, но никак не измученной. Она метнула на него острый взгляд и тут же его потупила.

Оли шел впереди, а за ним братья, окружившие Мари, словно преступницу. К слову, исправительные учреждения у магнусов были, но туда попадали крайне редко. Меры наказания ограничивались выговорами за проступки против общества. А на мелкие пакости никто внимания не обращал. Но если ты спилил дерево или напал на магнуса, они не знали пощады и могли даже казнить. Так что, в заточении пребывало полторы калеки.

Рем не сводил взгляда со своей подруги: ее фигура по-прежнему была аппетитной, светлые волосы ниспадали на плечи. Отряд ступал осторожно, прислушиваясь, ведь для других обитателей планеты они были закуской. Чем дальше они были от горы, тем легче ему становилось дышать. Однако Рем так и не придумал, как сбежать. Мордовороты выглядели серьезными противниками. Да и Оли был не из робкого десятка.

Оли скомандовал. Остановились. Темнело. Весь день на ногах. Молчаливый поход в напряжении, в мыслях. Рем очень устал. Они устроились у огня и открыли провиант. Один из братьев грубо швырнул коробку Мари, но она поймала ее, наградив его испепеляющим взглядом. Рем усмехнулся, и этот жест не ускользнул от Амины. После еды Оли раздал им меховые тулупы:

– Укройтесь и спите. Дежурим по очереди. Утром наденете. Дальше земля холоднее.

Мордоворот разбудил Рема посреди ночи. Костер почти затух. Рем встал у дерева и подождал немного, удостоверившись, что все спят. А затем подошел к Мари, опустился на колени и нащупал ее руку. Девушка приподнялась на локте и крепко его обняла, ее горячее дыхание согревало ему шею. «Прости, – подумал он, рассчитывая на ее телепатические способности. – Я придумаю, как сбежать. Обещаю». Она прижалась к нему сильнее, утирая о его балахон молчаливые слезы.

Утром Оли громыхал кружками. Он дежурил последним и торопился разбудить остальных. Рем называл такой способ – немая атака. Его мать – Ида, часто к нему прибегала. Он вновь вспомнил родное лицо матери. Рем мог ненавидеть весь мир, но ее любил безоговорочно.

Засобирались в путь. Тулупы стесняли движения. Закинув брезентовый мешок за спину, Рем устало улыбнулся Амине, и девушка слегка смутилась. Отвлекшись на них, Мари получила нагоняй от мордоворота.

– О чем думаешь? – спросила его Амина, отставая от основной части отряда. Рем многозначительно на нее посмотрел. – Даже не думай! – яростно зашипела она.

– А что ты предлагаешь? Отдать ее?

– Да! Черт возьми! – Мордоворот повел носом, и они замолчали. Амина дернула его за рукав. – Они опасны, Рем. Их трое. Как ты собираешься провернуть побег? Я понимаю, что у тебя к ней чувства… – осеклась она.

Он задумался – чувства. Так и есть, он что-то испытывал к Мари. Словно в подтверждение его сердце предательски заныло, когда Мари снова толкнули. Понимая, что Амина права, он отчего-то устыдился своих чувств, и поспешил отвлечься.

Воздух стал холоднее, лицо покрывалось инеем. Тулуп, как и было обещано, согревал. Без него здесь было не выжить. Пейзажи сменились, запах еловых веток щекотал ноздри. Еще две ночевки и они вышли на финишную прямую. Сугробы доходил им до колена, а снег все сыпал и сыпал. Белые хлопья кружились, медленно спускаясь и покрывая землю. Отчего-то это явление напомнило ему дикарей, обладавших невероятной силой, благодаря своей общности. Магнусы в отличие от них жили обособленно, общались натянуто, из необходимости.

В каком-то смысле Рем втянул девушек в опасное предприятие и считал себя обязанным их вытащить. Размышления наводили его на необходимость побега. Но как справиться с тремя ловцами со стажем? Внезапно его посетила идея, и Рем безумно заулыбался. Амина испуганно на него поглядывала. «Прорвемся!», – подумал он громко, и разрезал клинком ладонь.

Кровь капала на белое природное полотно. Как назло Оли скомандовал передохнуть. Рем спрятал руку в карман. Мужчины начали устраиваться на привал, как вдруг из леса со всех сторон повысовывались длинные морды с шипами на носах. Существа белого цвета были ростом с магнуса (а то и выше), имели длинные лапы с перепонками, и увесистый, покрытый шипами хвост. Они втягивали воздух широкими ноздрями, хищно меняя положение головы. Рем насчитал шесть тварей. По некоторым данным он знал, что они существуют, и прозвал их белянками.

Оли попятился, командуя приготовиться. Белянка оттолкнулась и размашисто прыгнула, повалив одного из мордоворотов. Существа перемещались прыжками, рассчитывая расстояние. Рем не стал ждать, пока их настигнут, схватил Амину за руку, Мари – под локоть, и припустил вглубь леса. Оли хаотично стрелял из пистолета. За спиной у них раздавались крики мужчин и существ. Рем бежал и пыхтел, не сбавляя шаг.

– Ты убил их! – остановившись, взревела Амина. – Как ты мог?! Я думала, ты не такой! – ее лицо побагровело. Рем отводил взгляд, а она лупила кулаками ему по плечам.

Мари оттолкнула девушку в сторону и неуклюже его обняла.

– Спасибо, – сказала она, и Амина разъяренно отвернулась.

Он перемотал руку лоскутком, который оторвал от подкладки своего тулупа, и взглянул на следы, которые они оставили, убегая:

– Нужно идти.

Они шли до самого заката, пока не наткнулись на пещеру. Рем на правах мужчины и воина проверил ее на безопасность, – место оказалось пустым. Тогда он набрал в лесу веток и разжег костер, высекая искру трением палочек. Когда-то давно, когда магнусы еще не были великими умами и не раскрыли свой потенциал, они добывали огонь таким способом. Мари придвинулась ближе к огню. Амина все еще на него дулась.

– Куда дальше? – спросила Мари.

– Не знаю. Точно не в Снеж. Обойдем его по периметру.

– Зачем они вели меня туда? – в ее больших серых глазах отразилась боль.

– Не знаю. Я тоже был пленником. – Девушка ему улыбнулась.

– Пленником, который втерся в доверие, – продолжительные взгляды Рема и Мари были интимными, и Амина надулась как рыба, которая делает это с испуга.

– Теперь мы все пленники, – метнула она на Рема испепеляющий взгляд, – по твоей вине.

– Ты свободна! – вскричала Мари. – Что тебе еще нужно?! Или тебе нравилось в компании дикарей?! —

– Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?! – вскочила Амина на ноги.

Рем побаивался, что их крики привлекут неприятеля или тварей, и оглядывался на выход из пещеры.

– С островной девочкой? – съязвила Мари. – Мышкой Аминой из Бонума? Я Вече, мать твою! Тебя искали годами! – Амина умолкла и побледнела.

– Ладно, ладно, – бормотал Рем, – успокоимся. – Мари хотела продолжить склоку, но он поднял вверх руку. – Она не виновата, ее похитили, – вынужденно пояснил он, и Мари отступила.

Они хотели есть, а еду в суматохе не прихватили. Ночью самому можно было стать дичью, и Рем не стал рисковать. Амина устроилась у огня и засопела, а он устало наблюдал, как потрескивает костер. Мари пересела к нему, коснувшись его плеча:

– Я голосовала за истребление тварей, представляешь? – прошептала девушка чуть слышно, чтобы не разбудить их сварливую спутницу. – Хорошо, что мой голос не был решающим. – Рем широко ей улыбнулся.

– Мама жива, – неожиданно выдал он, и она открыла от удивления рот.

– Серьезно? Это же замечательно! – повысила она голос и спохватилась. – Может, и мой отец жив? – печально добавила девушка. – Как думаешь, что они замышляют?

– Оли говорил про пятый этап. Ничего хорошего. Они хотят истребить магнусов и владеть планетой.

– Я прочитала мысли одного из них, – произнесла она задумчиво. – Они боятся людей из Снежа. Что бы там ни было – оно хуже, чем дикая гора. – Рем кивнул. – Вы с ней сблизились, да? – внезапно перевела она тему, и он подавился слюной.

Мари хохотнула, похлопывая его по спине, а затем наклонилась и поцеловала в щеку: – Спокойной ночи, Рем.

– Спокойной ночи.

Глава 4. Пятый этап

Встали рано. Воздух морозил, ветер задувал в лицо снег. Шли медленно, укрываясь от бури. В пещере оставаться дольше не могли: возможно, их уже ищут. Рема терзало чувство вины за то, что он пожертвовал Оли ради спасения девушек. Мари безумно его притягивала, к Амине – он проникся за время вынужденного рабства. Рем принялся утешать себя тем, что поступил правильно, ведь никто не вправе подчинять и подавлять человека. Магнусы и дикари занимались одним и тем же, хотя в мире магнусов рабство казалось добровольным. Конечно, были люди, что шли против системы, но в основном никто не жаловался. Теперь Рем был против обеих сторон.

Он решил подумать об укромном месте для девушек, и о том, как ему найти мать. Ида будет биться до конца, в этом он не сомневался. Погрузившись в раздумья, он не сразу заметил город на горизонте. Недоснеж стоял на границе между мерзлой землей и Бенной. Рем надеялся, что там будет теплее: руки у него посинели, зубы отстукивали однообразный ритм.

Они добрались до ближайшего здания. Рем залюбовался белоснежными, покрытыми инеем ресницами Мари. Амина зарычала, толкая его в плечо и отворяя дверь – увеселительного заведения.

На гостей мгновенно уставились десятки глаз. Рем подошел к стойке и попросил седого минимуса дать им еды и воды. Мужчина кивнул, скрываясь за дверью. Маленькие люди в тулупах не сводили глаз с Мари: представителей ее вида в заведении не было. Нужно было уходить, но холод проморозил их до костей, а голод – сводил с ума.

Седой мужчина вернулся с тремя тарелками. Кусочки, залитые коричневой жижей, выглядели аппетитно. После еды глаза у Рема стали слипаться. Поблагодарив мужчину за радушный прием, они снова оказались окружены снежной пургой.

– Ты видел, как они смотрели?! – прокричала ему Мари. – Думаешь, донесут?!

– Не знаю! Могут! Нужно выбраться за пределы Снежа! – осматривал он пространство на наличие неприятеля. – За полем! – указал рукой туда, где виднелась березовая роща.

Они ускорились и перешли на бег. Воздух вдруг всколыхнулся летательным аппаратом.

– Нужно успеть! – опережал девушек Рем.

– Может это отец?! – прокричала сквозь шум Мари и остановилась. Рему пришлось вернуться. Он схватил ее за руку и потащил силой.

Они догнали Амину, до рощи оставалось метр, не больше. Раздались выстрелы, и боль пронзила ему плечо. Рем упал на колени. Мимо него пронеслась сеть, придавившая Амину к земле. Мари уже стояла на территории другого города, порываясь вернуться, – и сделала бы это, если бы не его громкие мысли: «Беги! Быстро!» Девушка побежала, скрывшись за деревьями. Ветки хлестали ее по лицу, расцарапывая кожу. Она плакала.

Корабль опустился, и из него появились минимусы в камуфляже. Рем с вызовом посмотрел Оли в глаза, над ним навис сапог, и свет померк.

…Рем поймал фокус и попытался пошевелиться, но тело пронзило острой болью. Она походила на электрический разряд. Он знал какого это – испытывать удар током, ведь однажды засунул руку в генератор из любопытства. Голова матери в тот день пополнилась седыми прядями. Сейчас он находился в стерильном белоснежном кабинете. На металлическом, перепачканном кровью столе лежали кривые заостренные предметы. Он взял с него пулю и рассмотрел ее на свету, не сразу сообразив, что это такое. Оказалось, что минимусы стреляли в него из доисторического оружия.

В коридоре послышались шаги, и в комнату вошел Оли. Он не стал подходить к нему близко, сдвинув брови на переносице и выпятив нижнюю губу.

– Ты бежал, – констатировал он факт. – Просто бежал. Куда направлялся, Рем?

– В… Снеж, – прохрипел он в ответ.

– Я потерял лучших ловцов, – кривил мужчина лицом.

– Я знал… Белянку… не… одолеть. Спасал… – сделал Рем виноватый вид.

– Я одолел! – взревел Оли. – И пришел в Снеж! А ты вел их к границе другой земли! И на ней вражеские корабли! – его лицо вот-вот треснуло бы по швам.

«Магнусы в Бенне. Мари будет в порядке. Амина…» – хаотично размышлял Рем.

– Не… выходил… за… Акву, – придерживал он плечо, будто это могло помочь ему заглушить боль.

В глазах Оли отразилось понимание. Он и сам был ловцом, который не мог позволить себе видеть мир.

– Магнуса мы упустили, – огорченно произнес Оли, присаживаясь на край койки. – Неважно. Отдыхай. Попробую объяснить это Риксу. Он та еще задница, – невесело хмыкнул мужчина.

Перспектива быть пленником была не радужной. Рем решил, что лучше иметь возможность свободно перемещаться и держать ухо востро.

– Амина?

– Испугалась, но оклемается твоя Амина, – раздражительно бросил Оли и оставил его одного.

Рем радовался: тому, что Мари успела бежать, Амина не пострадала, и что их выдуманные версии чудесным образом совпадали.

***

Мари…

Она вспахивала ногами землю. Рыдания прекратились, но шоковое состояние не желало ее покидать, а потому девушка двигалась на автопилоте. Когда вдалеке показалась Бенна, она остановилась и рухнула на колени, хватаясь за грудь. Снега здесь было меньше. Недалеко от города стоял громадный летательный аппарат, из-за которого выглядывало еще несколько. Мари плакала. Могла ли она подумать, что ей удастся выбраться с дикой горы? Темная пещера, одиночество, страх, безысходность практически ее сломали. Она даже помышляла о смерти, задерживая дыхание, но метод был заведомо проигрышным. А затем билась головой о стену, но они залатали.

Мари не видела целителя. Теперь она знала, что ее лечила Амина, и догадалась, что чертовка умолчала Рему об этой встрече. Ревность на мгновение затмила ей радость свободы. Хорошо или нет, но ее вытеснил образ Рема, стоявшего на коленях: раненного и бледного. «Он жив! Жив!» – твердила она себе.

Девушка попыталась встать – подвели ноги. Отчего-то она вспомнила, как мысли о нем спасали ее там, в темноте, помогали держаться. Мари приближалась к кораблям. По краям расположенного ближе всех к городу аппарата заморгали цветные огни, раздался протяжный писк и выехал трап. Двое магнусов в синем вышли ей навстречу:

– Кто?! – рявкнул один из них.

– Мари. Дочь Ларо, – устало произнесла девушка, скидывая тулуп. Увидев черный балахон, стражи поклонились.

Снаружи корабль выглядел миниатюрно благодаря обтекаемым формам, но внутри него существовал целый мир. Полы, стены и потолки отливали серебром и имели зеркальную поверхность. Этот крупногабаритный аппарат конструировал знаменитый разработчик – Нил, и его команда. Мари знала, где находятся каюты, где главная панель управления. И даже, что в определенных местах отъезжают стены для большего удобства и увеличения пространства.

На борту кипела жизнь. Магнусы различных каст мельтешили переговариваясь. Стражи проводили ее в аккуратную чистую каюту с высоким потолком, кроватью во всю длину, и крохотным окошком.

Сны были тревожными. Рем умирал, и она бежала к нему, увязая в крови, а повсюду хохотал женский голос; затем корабли атаковали людей, сея хаос, разрушение и смерть. Мари вскочила, за окном было темно. Ей вдруг вспомнился ужин накануне волны. Отец настойчиво просил ее отправиться с ним, и она согласилась. Крайне редко Мари могла ему отказать, бесконечно его любя и уважая. Ларо был для нее олицетворением настоящего мужчины – справедливый и понимающий. У него было вытянутое лицо, острый нос, кривая улыбка и типичное для их вида строение тела. А глубокий, тяжелый взгляд его темных глаз обычно настораживал собеседника.

Причина частого пребывания отца в доме Иды не укрылась от понимания любопытной Мари. Они оба являлись представителями Вече и много времени проводили вместе, а их заинтересованность друг другом бросалась в глаза.

Мать у нее умерла еще при рождении. Прошло множество арнов¹¹ с того времени, и она была рада интересу Ларо к женщине. Была и другая причина, по которой девушка любила тот дом – ни на кого не похожий минимус. Их семьи дружили, и Рем часто мелькал у нее перед глазами. В моменты встреч Мари отмечала, насколько привлекательным может быть маленький человек.

В тот день они обедали в доме семьи Рема. Ларо прокашлялся:

– Парламент разрабатывает новый проект. Представитель Вече обязан иметь полную семью, – перевел он взгляд на Иду.

– Треть недовольных подали на пересмотр решения. Посмотрим, Ларо, – тактично увильнула Ида, косясь на своих сыновей.

Рем сжал вилку, сгибая ее пополам, а его брат – даже не понял, о чем разговор. Рат был до крайности самовлюбленным, и участвовал в беседах только если они касались него самого или повестки дня. Мари смутилась, не сводя глаз со своей тарелки. Было что-то странное в том, чтобы становиться сестрой человека, образ которого всплывал в ее самых непредсказуемых снах. Рем вскочил на ноги.

– Отличное правило! Как насчет другого?! Разрешите минимусам вступать в брак! – брызгал он слюной, мышцы его шеи напряглись, и казалось вот-вот лопнут вены. Ларо отставил бокал в сторону.

– Не плохая идея, Рем. Я никогда не разделял этой позиции и был против запрета. Но боюсь, меня не послушают.

Рем выскочил из-за стола, как ошпаренный. Мари вышла за ним следом. Она нашла его на крыльце и опустилась на ту же ступеньку.

– Они любят друг друга, – сказала девушка отстраненно.

– Знаю. Я не против.

Она помнила этот взгляд забитого обстоятельствами человека, и его вымученную улыбку. Она вспомнила и его искрящиеся надеждой глаза, когда он тащил ее за рукав к березовой роще.

В каюту постучали. Приземистый магнус поклонился и сообщил, что ее ожидают в зале управления. Мари надеялась увидеть отца, но спрашивать у магнуса не стала, ведь на нем был белый балахон. Удостоиться белого цвета мог только совершивший ужасный поступок. Такие не обладали информацией и были на посылках у Вече.

Пройдя через множество зеркальных коридоров, она оказалась перед массивными дверьми. Магнус приложил ключ-карту, и они отворились. Панели управления мигали, пищали, переливались. За ними, спиной к ней стояла высокая стройная женщина. Мари подумала, что это Ида, но женщина повернулась. У нее было узкое лицо, большие зеленые глаза, массивный нос, тонкие губы и светлые волосы.

– Добро пожаловать, Мари, – добродушно обратилась к ней женщина. – Мы наслышаны о том, что случилось на границе с городом. Тебе очень повезло, – говорила она с напускной вежливостью.

– Да, определенно. Кому-то повезло меньше. Мой отец здесь? – Мари попыталась сделать беспечный вид, но голос у нее дрогнул.

– Нет, дорогая. Мне жаль.

– Ида?

– Она возглавляет вторую эскадрилью. Эта женщина сделает все, чтобы выиграть битву! – восхитилась женщина железной хваткой Иды.

Мари расстроилась из-за отца. А еще ей не терпелось поговорить с матерью Рема. Они всегда понимали друг друга.

– Утром состоится собрание Вече. Ты обязана присутствовать. Некогда отдыхать, – глаза собеседницы улыбались.

***

Рем начал передвигаться по комнате. Белый, слегка просвечивающий балахон (магнусы использовали их вместо пижамы) колыхался при ходьбе. Прострелы были не только в плече, но и прокатывались по всей руке. Несколько дней им не интересовались, – и он не был уверен, что это к добру. Оли обещал поговорить с человеком, возглавлявшим бунт минимусов. Что-то подсказывало ему, что разговор у них состоялся неприятный.

Он думал о том, добралась ли до своих Мари, нашла ли отца, и вернется ли за ним. Конечно он этого не хотел, скорее наоборот, но девушка была своенравна, и могла это сделать.

Дверь приоткрылась, и в комнату просунулось милое личико Амины. Рем улыбнулся.

– Входи. Прости, что так вышло, – кивнул он на ее руки, изрезанные сеткой.

– Пережидала, пока успокоюсь, – отвела она взгляд. – Вначале мне хотелось тебя убить. – Рем хохотнул, придерживая плечо. – Как ты? – скользнул ее взгляд по его крепкому торсу, и у девушки покраснели уши.

– Ничего, жить буду. Оли не заподозрил, что это был побег, – понизил он голос.

– Знаю. Я боялась, что ты нас сдашь, – хмыкнула Амина. – Ты хоть понимаешь, где мы? – Рем отрицательно покачал головой. – В логове зверя, – грустно ответила она на свой же вопрос.

Амина оставила его, чтобы не привлекать внимание. В коридоре дежурили дикари, каждый час обходя владения. Слухи о том, что беглецы шепчутся, были ни к чему. Кажется он уснул, проснувшись от позвякивания. «Металлические подошвы?» Они вышли из моды столетия назад. Теперь цокали только лошадиные виды, которых держали исключительно для красоты. Хотя старых отправляли на колбасу – его любимую. Дверь широко распахнулась. На пороге возник высокий, седой, черноглазый человек. Его рост раза в два превышал положенный для минимуса, но недотягивал до другого вида. Он имел худое тело, длинные руки, вытянутый подбородок, орлиный нос. На нем были надеты черная футболка, военные брюки и сапоги, издававшие тот самый цокающий звук. Оли стоял у него за спиной и выглядел виновато. Человек улыбнулся, обнажая ровные белые зубы.

– Добро пожаловать в Снеж! Наслышан о кретинизме на местности, которым ты обладаешь! Интересный случай, – шагнул он в комнату, пригибаясь в дверном проеме. – Я – Рикс.

– Рем, – растерянно произнес он.

– Как себя чувствуешь? – неприкрыто изучал его мужчина.

– Нормально. Спасибо, что залатали.

– Мы расстреляли, мы и залатали, – гадко рассмеялся он, и Оли заржал в дверях, словно припадочный. – Оставь нас, – рыкнул на него мужчина, и Оли вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Рикс приблизился к Рему так, что их разделяли сантиметры: – Ты помог ей бежать?

– Нет, – испуганно ответил ему Рем.

– Оливер сболтнул, что ты испытывал к магнусу симпатию, – втягивал он носом воздух, словно старался впитать его страх.

– Я знал ее до волны.

– Хорошо, – внезапно отступил Рикс. – Переоденься. Больничный закончился. Вечером я лично покажу тебе Снеж, – подмигнул он и, пригнувшись в дверном проеме, покинул комнату.

Сердце Рема бешено колотилось: страшнее человека он еще не встречал. И дело было даже не в облике. Он просто чувствовал, что Рикс очень опасен. Один его взгляд, скрывавший агрессию за напускным дружелюбием, давал понять, что шутить с ним не стоит. Реакция Оли была вполне оправданна: здоровенный мужик, ловец со стажем, боялся Рикса как огня. Рем успокоился. Главное – продолжать придерживаться своей легенды, никуда не сворачивая. Иначе можно запутаться.

Страж, обходивший здание, занес ему одежду. Она была старой, но чистой: кофта была с растянутыми рукавами, темно-синие брюки сели по фигуре, ботинки – спортивного типа.

Многие магнусы до сих пор занимались спортом, но на внешнем облике это редко сказывалось. А вот специальная обувь вышла из обихода. Новейшие тренажеры позволяли делать упражнения босиком. Машины обволакивали стопу и придерживались выстроенного темпа. Он терпеть не мог оздоровительный зал, предпочитая бегать по старинке, петляя по улицам.

Амина вошла как раз в тот момент, когда он натягивал кофту. Рем не мог опустить руки, вновь ощущая стреляющую боль в плече. Девушка ему помогла.

– Они выводят тебя? – тихо спросила она.

– Сегодня экскурсия. – Амина провела пальцами по его плечам.

– Берегись Рикса. Ты не понимаешь, куда ввязался, – ее глаза и щеки горели.

– А ты понимаешь?! – вспылил он, устав от ее недомолвок.

– Он убийца! – вспылила она, и Рем закрыл ей рот, прижимая к лицу ладонь.

– Как и все мы.

– Ты не…

– Перестань, – прижал он руку плотнее. – Я разберусь. А ты пока подумай, на чьей ты стороне.

У девушки в глазах стояли слезы, но она ничего не ответила и выбежала из комнаты.

…Рема сопровождали. Лазарет завершал улицу города. Чтобы добраться до главного здания, им пришлось надеть тулупы. Рикс ожидал его в своем кабинете, обставленном охотничьей атрибутикой. Завидев гостя, он достал из шкафа бутылку с темной жидкостью. Рем оглядел помещение – ни намека на прямолинейность магнусов. Обстановка напоминала былые времена, которые он не застал, но видел на снимках и в информационном планшете. От всего этого давно пришлось отказаться, чтобы сохранить природу в целости для потомков.

– Откуда у вас все эти вещи? – ляпнул он не подумав. Рикс опустился на кожаный стул.

– Люблю натуральное. Раньше берлога скрывалась. Боялся попасться, – наполнил он бокал. – Когда сместили правление, обустроил себе жилище, как захотел. Нравится?

– Вполне, – принял Рем бокал. Запах у напитка был резким, но обжигающее свойство приятным; его взгляд захмелел.

– Такой больше не делают. Магнусы испоганили мир, – на лице у мужчины было странное выражение. – Они обрекли нас на жалкое существование. Лишили права на выбор. И даже виски, – раскраснелся Рикс.

Рем принимал его правоту, отчасти разделяя его мнение.

– Жаль, что ты не застал былых времен. Я тоже не застал. Но вот мой отец. Он видел жизнь, – скалился Рикс. – Настоящую, а не то подобие, которым нас наградили. Знаю, что ты понимаешь. Я услышал о тебе несколько лет назад. Храбрый ловец из Аквы! Сын Вече! Я слышал, как ты противился системе! Как попал в исправительный лагерь! Как уничтожил сильнейших из тварей! Не иронично ли, друг?! Они переделали все! Но так и не смогли истребить проблемный вид! А я смогу, – угрожающе понизил он тон. – Ах, да! Я же обещал экскурсию!

Они отправились по городу, который на самом деле был внушительных размеров. Все, что было необходимо для жизни, тут имелось, включая генераторы, защитное поле и пищевую базу (по словам Рикса, заполненную до отвала), и увеселительное заведение. На краю города в ряд были выстроены летательные корабли.

– Флот, – пояснил Рикс. – Мы, может, и не мозговиты, но тоже не пальцем деланы, – усмехнулся он, разворачиваясь в обратную сторону.

Он проводил его до вытянутого здания:

– Остановишься здесь. Ребята выделят тебе комнату. Надеюсь на сотрудничество.

– Я подумаю, – избегал его назойливого взгляда Рем.

– Рем! – окликнул его Рикс, когда он уже подошел к двери. – Твоя девушка тоже здесь! Не забывай об этом!

Он стряхнул снег с тулупа и вошел в теплое помещение. Неприятное ощущение разрасталось у него в груди. Рикс явно хотел его в свою команду мятежников. Судя по тому, что он успел увидеть, этот человек, так или иначе, получает желаемое. Амина – предупреждение. Гнев поднялся в нем, вскипая с новой силой. Он мог бы перейти на его сторону. Мог поддаться обещаниям лучшей жизни. Высокопарным речам. И мстить за свои загубленные годы. Но Рикс был очередным узурпатором, заставлявшим его присоединиться к нему обманом и давлением. Рем копил свою ненависть к таким, как он, годами.

Проблемы с поведением часто присутствовали в жизни молодого минимуса. Он выступал против парламента, оставаясь в тени. Но в конце концов был пойман и отправлен в исправительное учреждение, опозорив Иду перед остальными Вече. Этой ночью на новом месте ему снилось то время – тяжелое и болезненное. Его держали в закрытом помещении, пытали, но он не выдал ни единого имени. Через несколько морнов его молча забрала мать. И после того случая не говорила с ним целый арн. В доме перестали обсуждаться встречи парламента. Родные поглядывали на него искоса.

Напряжение не находило себе выхода, и Рем начал болеть. Его тело обносило сыпью. Она нестерпимо чесалась, и он раздирал себе кожу в кровь. Лучший целитель Аквы так и не нашел причину его недуга. Мужчина совсем зачах, и мать вынужденно пошла с ним на мировую. Было видно, как ей претит это общение после того, что он совершил, но и потерять его она не могла.

Рем проснулся посреди ночи. Обрывки сна маячили где-то на задворках памяти. Он смотрел в потолок, на котором кто-то приклеил звезды, светившиеся в темноте. Рем знал, что они заряжались энергией света, и считал это изобретение гениальным. Он прокручивал в памяти день, когда Ида сделала первый шаг к примирению, и понимал, что даже не извинился. Впрочем, он не стал бы ничего менять, по-прежнему считая парламент обузой для человечества. Подыгрывать Риксу ему было легко.

***

Мари…

Мари обнаружила Иду в богатой двухэтажной каюте, светлой и скупой на линии. На лице у женщины было написано удивление. Перед каждой каютой находилась панель, открыть которую мог человек, чей отпечаток ладони был внесен в список. Естественно, Ида внесла всех, кого хотела найти. Подбежав к девушке, она крепко ее обняла и расплакалась. Мари впервые видела эмоциональность женщины, обладавшей железной волей. Ида прочла ее мысли и быстро утерла слезы рукавом балахона.

– Мой сын? – спросила она.

– Он ранен, – пискнула девушка и взяла себя в руки. – Он выкарабкается. Рем сильный. – Ида кивнула.

– Как я, – улыбнулась она. – Прости за это, – указала женщина на слезы. – Я ждала вестей слишком долго. Рат погиб вскоре после крушения. Я оплакала одного и боялась, что придется…

– Отец? – с надеждой спросила Мари.

– Я не видела Ларо со дня волны. Он отправился в Бенну, но здесь мы его не нашли. Из других городов о нем вестей нет.

– Других?

– Ну, конечно, – включила Ида деловую хватку. – Мы сосредоточили своих по всем городам планеты, за исключением Снежа и злосчастной горы. Девочка моя! Идет настоящая война! В Русе мы одержали победу, притеснив восставших минимусов! – просияла Ида. – Рем в Снеже? – Мари кивнула. – Эта стерва не сказала ни слова, – отвлекаясь, зарычала женщина. – Разберусь с ней позже. Присядь, – взяла она девушку за руки. – Как ты?

Мари рассказала ей обо всем: как Рем дважды ее спасал, как они попали на гору, как он пожертвовал тремя дикарями, как получил пулю в плечо. Ида расклеивалась, плакала и снова подавляла эмоции. Она гордилась своим сыном.

– Что будет дальше? – спросила ее Мари, не представляя, каким станет мир после обширных видовых войн.

– Мы одержим победу. Сломим врага. И воцарим мир на планете, – цедила Ида сквозь зубы.

Девушка вернулась в каюту ни с чем. Отца она не нашла. А настрой Иды ее огорчил. Она рассчитывала, что магнусы вынесут урок из восстания, но нет. Единственное, что их волновало – победа. Возврат к прежнему укладу. Маленькие люди сражались за свободу.

Мари помнила, с каким уважением Ларо относился ко всем без исключения. Он был белой вороной среди Вече, и она, видимо, унаследовала это от него. Находясь в тени тех, кто принимал решения, Мари долго переваривала информацию и приходила к обратным выводам, но не могла ничего с этим поделать. Что ты можешь один против стаи? Рем заслуживал свободу, и даже Амина.

Люди мельтешили на корабле. Отчего-то большая их часть была одета в желтые балахоны. Мари утомилась и старалась смотреть себе под ноги, направляясь в зал совета. Зеркальный стол зала располагался напротив окна во всю стену. Оттуда открывался замечательный вид на город. Солнце только-только всходило. Девушка опустилась в кресло, на ручках которого с обеих сторон подсвечивались сенсорные круги. Она коснулась их большими пальцами, сканировала, и получила одобрение системы. Кресло поехало и заняло позицию на другом конце стола. Остальные Вече также распределились, каждый на свое место. Во главе восседала женщина, которая ее встретила. По правую руку от нее – Ида. По левую – Мари. За ними еще трое магнусов. Женщина прочистила горло:

– Это все, что осталось от Вече, господа!

– Они заплатят! – выкрикнул мужчина с чудными усами и взъерошенной челкой.

– Чего мы ждем, Ная?! Остался всего один город! Разнесем его к черту! – вскочила Ида с места.

– Они не так просты, – успокоилась Ная, призывая к тому же Вече. – Присядь, Ида. У них твой сын. Ты не можешь мыслить здраво.

– Серьезно? – угрожающе прорычала Ида. – Я надеялась узнать об этом от тебя… – покосилась она на Мари.

– Ты возглавляешь нас столетиями. И я всегда слепо следовал за тобой, – бубнил мужчина с усами, – но сейчас я не вижу смысла ждать.

– Мы ждем вторую эскадрилью. Рус пал, и вскоре сюда прибудут наши корабли. Мы пойдем на Снеж в полной готовности. Парламент недооценил их, и потому разгромлен. Я предупреждала Отто, но разве он послушал? И где он теперь? – злорадствовала Ная. – Мелкие люди едины. В этом их сила. К тому же разведке не удалось выявить стратегию противника. Насколько мне известно, наш информатор достиг Снежа. Скоро он все узнает. А мы тем временем дождемся остальную часть флота.

Члены совета кивали, соглашаясь с женщиной. Мари потирала подбородок. Ная была главной столетиями? Но на памяти у девушки был один правитель – Отто. Значит, Ная управляла планетой тайно?

– Вопросы?

– Да, – подняла руку Мари, – я хотела узнать, почему большинство в желтых балахонах. От них рябит в глазах.

Вече заулыбались.

– Многие не идентифицированы. Как только пройдут процесс, они вернут свой цвет, – пояснила Ида. – Я же говорила, желтый – не лучшая идея, – обратилась она к Нае.

***

Рем наблюдал за своими соседями. По большей части это были молодые ребята и девушки, реже встречались его возраста, еще реже – преклонного. Ничего странного: минимусы не доживали до старости из-за условий, созданных парламентом. С Аминой он после той небольшой размолвки не разговаривал. Но это не мешало ей обиженно поглядывать в его сторону и заставлять чувствовать себя виноватым. Рем злился, ведь она определенно что-то знала, но не хотела ему говорить.

На девушку обращали внимание мужчины, пытались к ней приставать, но безуспешно. Она награждала их презрительным взглядом и покидала комнату. Рем вскипал всякий раз, когда это происходило, и в итоге не выдержал – парень, осмелившийся распустить руки, лишился нескольких зубов. Ему на спину прыгнули другие, но опытный ловец вмиг раскидал их по углам.

Амина вошла к нему в комнату. Он повернулся, чтобы взглянуть на нее, и девушка его настойчиво поцеловала. Ощущение было приятным. Рем представил ее обнаженной, спохватился, прервал поцелуй и отпрыгнул. Она закрыла руками лицо и убежала прочь. Рем тяжело вздохнул. Меньше всего он хотел ее ранить, но и к близости с ней был не готов. Да и потом – каждую ночь ему снилась Мари. А днем он думал об Амине, и ему казалось, будто он изменяет. Это было очень глупо, ведь у них с Мари ничего быть не может.

Спустя семиднев в здание ввалились ребята.

– Рем! – Жак скинул тулуп и пожал ему руку.

– Удрал от белых! Каков хитрец! А рыжего кинул! – отозвался обиженно Тим.

– Я б тоже этого говнюка кинул! – заржал Жак. – Ну, как ты здесь?

– Нормально. А вы зачем? – удивлялся Рем.

– Оли стягивает нас сюда! Скоро будет жара! – горланил Жак, переполошив молодняк.

Амина стояла в дверях, наблюдая их воссоединение.

– Привет, красавица! Как жизнь? – начал распушать перед ней перья Тим, и она молча скрылась в коридоре. – Заносчивая краля! – возмутился он и сплюнул на пол.

– Ты ее так и не оседлал? – прошептал Жак на ухо Рему. – Ты давай не тяни. Я на тебя два пайка поставил.

В дверях мялся их магнус – Арис. Завидев представителя другого вида, молодые неопытные минимусы всполошились.

– Спокойно, мужики! Он наш! Ручной! Ну? И где моя комната?! – по-хозяйски расхаживал Жак.

Ребята расположились в дальнем крыле, вытеснив кого-то силой, а магнусу выделили каморку, служившую для швабр, бросив матрас на пол. Рем не разделял методы парней и их жестокость, но ему нравилось их заразительное чувство юмора. Да и кислые лица Снежей ему порядком поднадоели. Однако раз Оли собирает все силы, значит скоро будет сражение. Ему придется убивать на стороне тех, кто против его семьи. Но и он сам был против парламента. Рем думал, как избежать участия, страшась предстоящего события.

Глубокой ночью он услышал в коридоре грохот, выбрался из постели, и прокрался к двери. Кто-то говорил дальше по коридору, но слов было не разобрать. Рем скользнул из комнаты, подкрался и прислушался.

– Что ты узнала? Ида в Бенне?

– Они ждут подкрепление. Скоро разразится война. Магнусы отвоевали захваченные города. Диким править недолго.

– А твой отец?

– Он прибудет с ними.

– Я так испугался, когда узнал, что ты отправляешься в Снеж. Если бы они пронюхали, кто ты такая…

– Знаю. Рем доставил мне массу хлопот своим идиотским побегом…

– Какой план?

– Раздобыть стратегию врага и доложить своим. Это все, на что мы сейчас способны.

Разговор был окончен, и он прижался к стене и прокрался к комнате, вовремя скрывшись за дверью. В приоткрытую щель он видел Ариса, шмыгнувшего по коридору, а за ним Амину. Рем сжимал кулаки. Девушка сотрудничала с его матерью, скрывая от него правду. Уснуть той ночью ему так и не удалось.

…Оли наведался к нему и вывел на улицу. Рем все еще убивался по Амине, раздумывая, сдать ее Риксу или нет: он мог расположить к себе главаря и выведать его тайны. Рыжий спешно ковылял прихрамывая. Возле кабинета Рикса он остановился и пристально посмотрел ему в глаза.

– Удачи, парень. Не вздумай отказать, – сжал он ему плечо и толкнул к двери.

Рем осторожно зашел внутрь. Рикс расплылся в улыбке, приглашая его присесть.

– Освоился? Хорошо, – мужчина выглядел спокойнее, чем в их первую встречу. – Грядет битва, друг мой. Мне потребуются такие, как ты, – закурил он самокрутку, выпуская едкий дым. – Время поджимает. Сегодня ты пройдешь инициацию и станешь «снежем».

Сердце Рема ухнуло и спустилось в желудок. Он не ожидал, что его привяжут к общине. Рикс позвал Оли и попросил его задрать рубашку – на животе у него был кривой след.

Кровь отлила у него от лица. Рему казалось, будто что-то давит его изнутри, расплющивая ему внутренности. Рикс ждал согласия, наслаждаясь, как он ломается под натиском обстоятельств. Если он откажет, его запрут или убьют. Согласится – обретет возможность выжить, заплатив за это страшную цену. Переступая через себя, Рем заторможенно кивнул. Рикс довольно оскалился.

– Вот и чудненько. Но сначала испытание. Желающих вступить в ряды предостаточно. Докажешь, что достоин, на закате, – пренебрежительно махнул он рукой, выпроваживая их.

Рем не чувствовал рук и ног. Оли тарахтел об испытании, в конце которого свершится… – что именно, он прослушал. Собственно, а какая разница? Даже если он победит, его заклеймят, как корову. Рем ненавидел их всей душой. Кривой знак на теле будет напоминать ему о том, что его подчинили и использовали. Остановившись у входа в корпус, он в голос зарычал. Оли грустно на него смотрел.

– Рем, – осторожно начал он, протягивая руку, – нельзя отказаться. Ты сам понимаешь. Не те времена, – опустил он глаза.

– А когда наступят те?! Когда, мать твою?! – прорвало его, и в окна повыглядывали минимусы.

Оли схватил его за рукав и потащил к соседнему зданию. Рем упирался, разрываясь между желанием вмазать и убежать. Когда они оказались в маленькой сухой комнатке, мужчина прижал его к стене. Рем кряхтел и дергался, пока не закончился приступ. Затем Оли снял тулуп и рухнул в протертое кресло.

– Сначала… магнусы. Теперь… этот. Разницы… нет. Мы… расходный… материал. – У Рема от бессилия потекли по лицу слезы. – Я и сам не рад. Думаешь, я с ним заодно? Думаешь, я настолько туп, что не понимаю этого? – вздыхал Оли. – Я был женат на магнусе.

Рем утер рукавом слезы, с удивлением смотря на ловца, которого совсем не знал. Оли заулыбался.

– Тайно, конечно же. У нас и дети есть.

– Что произошло? – присел он у стены.

– А сам как думаешь? Нас схватили. Ее на другой конец планеты, меня – в исправительную. Дети при ней остались, и на том спасибо. Я прошел через инициацию, потому что хотел жить. Это стыдно, глупо, но правда. Жажда жизни победила во мне гордость. Я решил, что лучше умру в бою, достойно. – Рем понимающе кивнул. – Вечером тебе предстоит сделать выбор. Жизнь Амины тоже в твоих руках. Он обожает тянуть за нитки. Девушку в покое он не оставит.

Рем об этом совсем позабыл. Конечно, она была лгуньей и занозой в заднице, но все равно ему близкой подругой. Если не ради себя, то хотя бы ради нее он должен был подчиниться.

– Ступай к себе. Отдохни, – протянул ему Оли руку, помогая подняться.

…Как только на улице стемнело, за ним пришли. Жак и Тим стучали по столу в гостиной и ухали, задавая ритм.

– Сделай их!

– Ты сможешь, братан!

Рем обернулся на перепуганную Амину, теребившую пальцы, и шагнул в снежную бурю. Дикари привели его в увеселительное заведение. Только вместо стульев и столов там была свободная площадка, а по краям зала собрались местные. Среди них были Оли и Рикс. В дверь втолкнули еще троих парней: лысого качка, тощего молодого парня, и упитанного минимуса. Все они были одеты в одежду военного типа. Рикс хлопнул в ладоши:

– Сегодня мы определим достойного члена общества! – Рем побелел. – Оружие – удел слабаков! Все вы представители интересной касты – ловцы! Полагаю, справиться голыми руками с врагом для вас не составит труда! Победитель будет награжден знаком отличия! – Рем обернулся и увидел дикаря с раскаленной кочергой, шевелившего ей угли в металлическом углублении. – Да начнется бой!

Никто не шелохнулся. Дикари ждали шоу: кто-то с вожделением, Оли – опустив глаза, не в силах смотреть. Упитанный первым прыгнул на тощего, одним движением свернув ему шею, и нацелился на качка. Они кружили, выжидая момент. Рем неосознанно пятился к двери. Качок перекинул через себя противника и придавил ему горло ногой. Удерживая его в таком положении, он раздумывал, собираясь с духом. Упитанный, не мешкая, вывернулся, сделал подсечку, повалил его и дернул за ногу, разрывая ему сухожилия. Качок взвыл. Доля секунды, и шея у него тоже сломалась.

Кто-то из диких свистел, подгоняя битву к завершению. Сейчас все решится. Упитанный взял разбег и ломанулся. Рем откатился, и он воткнулся головой в стену. Рикс отвратительно засмеялся, ему вторили и другие. Упитанный взревел и бросился в бой. Рем отражал удары, сдерживая его напор. Противник загнал его в угол, кулаки несколько раз попадали в цель, рассекли ему бровь и размяли нос. Он должен был ответить, но что-то его останавливало. Упитанный повалил его и уже подбирался к шее, прижимая ему ноги. Рем уворачивался, понимая, куда он метит. Противник цепко ухватился ему за горло. Одно движение отделяло его от смерти. И тут Оли, не выдержав, крикнул:

– Сделай это, Рем! Просто сделай!

В голосе главаря дикой горы было столько отчаяния! Рем перехватил руку противника, навалился и сломал ее. А затем нащупал ему кадык, вывернул, и раздался последний хрип этого человека. Оли кивал, словно его заклинило. Дикари разразились аплодисментами. Впервые Рем видел людей так радовавшихся смерти.

Их возбуждение было заразительным. Дикари пожимали ему руки, поздравляли, не обращая внимания на трупы вокруг. Рикс кивнул на парня с кочергой. Упорно игнорируя трепыхавшееся в груди сердце, Рем, словно на расстрел, приближался к металлическому углублению на ножках. Парень пошевелил кочергой еще раз, раскалив ее докрасна. Рем задрал рубашку. Железо коснулось его правой груди, шипя и отбрасывая искры. Он чувствовал боль как-то приглушенно, но тогда – вместе с клеймом – что-то умерло у него внутри. Он плакал, не скрывая своих слез. Оли по-отечески обнял его и вывел из здания. Остальные остались там праздновать, не удосужившись убрать тела павших. Они не считали их своими. Снежем мог стать не каждый. Теперь это было ему известно.

Оли положил его на кровать. Он начал ощущать боль, рану жгло, постанывал. Оли скрылся за дверью и привел Амину. Она порвала ему рубашку и осмотрела рану. Сбегала куда-то. Что-то холодное успокоило жжение.

Девушка прижимала к его ране металлический предмет. Оли в комнате уже не было. Рем притих, наслаждаясь прохладой, и услышал ее всхлипы. Если бы в комнате было больше света, он смог бы разглядеть ее несчастное лицо. Он взял ее за руку.

– Еще… один… повод… уничтожить… их, правда? – выдавил он с неприкрытой ненавистью. Амина смотрела на него непонимающе. – Я знаю, кто… ты, – зло сказал он. – Черт! Одного… не пойму?! Зачем? Они… ведь… не отличаются от… этих. – Амина наложила ему повязку и ушла.

…Рем залечивал клеймо, которое успело покрыться отвратительной коркой. Как ни странно, самобичеванием он не занимался и не жалел себя. А вот ненависть к своему виду начал испытывать невероятную. Трижды за день он дрался с дикарями. Ему хватало малейшего повода. Вскоре они начали сторониться его, чтобы уберечь зубы. Жак и Тим также были им отвергнуты. Всего раз он рыкнул в их сторону, и они больше не приближались. Взгляды ребят казались ему понимающими. Отчего-то Рем не сомневался, что у них клеймо тоже имеется.

Амина держалась в стороне, бросая на него мимолетные взгляды. После того как он дал ей понять, что знает ее тайну, она выжидала. А тем временем с дикой горы прибывали бойцы, и в домах стало тесно. У него появился сосед по комнате – невзрачный, не запомнившийся, боявшийся открыть рот. Магнус Арис получал втрое интенсивнее, но Рему было плевать. По ночам он хватался за грудь, ему будто не хватало воздуха. А потом он лежал и представлял, как было бы легко, если бы он просто закончился.

Оли застал его за очередной дракой. Неудачное падение окончило чьи-то мучения. Другие и ухом не повели. Жак заставил магнуса вытащить труп на улицу. Рем тяжело дышал, наблюдая за бездыханным телом, и не чувствовал ничего.

– Пойдем, прогуляемся, – поспешил увести его Оли.

Погода изменилась, бури прекратились. Теперь вдалеке можно было разглядеть горы, покрытые снежными шапками. Они достигли края города. Вид завораживал, но Рем смотрел себе под ноги.

– Ты на краю, – констатировал факт Оли. – Сейчас ты не видишь этого. Так и со мной было когда-то, – подставил он лицо ветру, ласкавшему их в морозный день.

– Тебе-то что, – огрызнулся Рем.

– Прикипел я к тебе, парень, – пожимал он плечами. – У нас много общего.

– Ага, – хмыкнул Рем. – Например, коровье клеймо, – его глаза сверкали.

Оли прищурился и зарядил ему оглушительную пощечину. Впервые со дня испытания что-то екнуло в груди Рема.

– Совсем скоро мы будем свободны! И я вернусь к семье! А ты сможешь свалить на все четыре стороны! – набросился на него Оли.

– Ты веришь в это?! – взревел Рем, и его голос пронесся эхом по долине, раздваиваясь. – Они никогда не позволят тебе быть с ними! Они истребят всех магнусов, включая твою жену! Идиот!

Оли с размаха дал ему в челюсть. Земля вдруг приблизилась, и Рем угодил лицом в сугроб.

– Пятый этап, парень! Пятый этап! – крикнул он ему через плечо, удаляясь.

…Он выгнал соседа и рухнул на кровать. Силы его покинули, наступила апатия. Чертов пятый этап не давал ему покоя, но гораздо интереснее было разрабатывать план уничтожения Снежа. Он мог бы отключить поле, и их сожрут твари. Нет, до генератора ему не добраться даже с его способностями к ведению битвы. У дикарей есть оружие. Кстати, почему ему не вернули клинок? И пистолет? С генератором идея была замечательная. Если не твари, так холод добил бы их окончательно. Он снова думал о Мари, и о том, что сдать Амину идеально для всех. Сейчас Рем ненавидел весь мир, а ее ложь и двуличность ему претили.

Ночью он бесцельно бродил, не издавая шума. Ноги сами вывели его на улицу. В свете луны отражались миллионами искр снежинки в сугробах. Небо заволокли облака, черневшие на фоне светила. Изо рта у него шел пар. Рем шел к зданию Рикса. В окнах было темно, но в кабинете горел свет. Он представлял, как вбегает по лестнице, открывает дверь с ноги и выстреливает гаду в лицо. А затем его отвлекли звуки, доносившиеся откуда-то снизу. Рем водил носом в поисках источника и наконец его отыскал. Подвальная решетка постукивала. Вначале он решил, что она плохо закреплена, присмотрелся и разглядел предмет, который с ней соприкасался. Рем нагнулся и крепко за него ухватился. Он оказался мягким, кто-то взвизгнул на том конце. Это была рука.

– Кто там? – спросил он, ложась на холодный снег и прижимая ухо к решетке.

– Помогите, – хрипел кто-то в ответ. – Воды.

Рем помчался к зданию, налил в кружку воды и подвязал ее на веревку. Возвращаясь, он наткнулся на дикаря, но отмел его подозрения, спрятав кружку за спину. Убедившись, что за ним не следят, Рем опустил конструкцию вниз. Страх быть пойманным разбудил в нем остальные рецепторы, и боль в груди возвратилась. Пленник громко выпил воду и подергал за веревку. Рем вытянул кружку.

– Спасибо.

– Кто ты? – повторил он вопрос.

– Меня зовут Ларо.

Рем подскочил на ноги и быстро прильнул к решетке обратно.

– Ларо?! Как ты сюда угодил?! – старался он не привлекать внимания. Мимо прошел еще один дикарь, свернув за угол.

– Рем?! Это ты?! Мари?

– Она в Бенне.

Ларо громко вздохнул.

– Вряд ли это обнадеживает. Скоро здесь будет бойня. Беги.

– Некуда бежать, – отозвался Рем, просовывая лицо сквозь решетку, которая холодила ему щеки. – Я тебя вытащу.

– Не сможешь. Боюсь, мои дни сочтены. Послушай внимательно, – приободрился Ларо. – Близится пятый этап…

– И ты про него! Что это за хрень? – вырвалось у него.

– Тише. Тебя могут услышать. Все чисто?

Ларо заговорил у него в голове:

– «Я и забыл, что могу так делать. – Рем подпрыгнул от неожиданности. – Не забывай смотреть по сторонам. – Он кивнул. – Будучи Вече, я предполагал, что грядет восстание. У меня была информация о Снеже, но она ничем не подтверждалась. Я не успел. Механизм был запущен. Рикс рассчитал скорость и траекторию небесного камня. Рем, его падение не случайно. – Он еще раз ударился об решетку. Страж в конце улицы прислушался, но вновь продолжил движение. – Они собрали группу смертников, которые врезались на корабле в камень, изменив его направление в сторону нашей планеты. Повезло, что он упал в воду, и столкновение не произошло в полной мере. Иначе катаклизмы завершили бы дело. Они хотели уничтожить все. Думали, делают доброе дело. А когда выжили, их планы поменялись. Теперь они сами настоящее зло».

– Пятый этап?

– Пятый – последний. Они расстреляют меня и других магнусов на границе Бенны. А когда флот бросится в бой, взорвут долину. Все, кто там будет, погибнут! Уходи, Рем! Клеймо не спасет тебя от смерти! Они убьют всех!

– Но какой в этом смысл?

– Все просто. Минимусы, что останутся, будут править планетой.

– Я тебя не брошу…

Глава 5. Все точки над «И»

Ларо охраняли как минимум шестеро: двое на подходе, четверо внизу. Уничтожить шестерых противников с оружием ему было не под силу. А даже если и выгорит, куда потом? Снеж бесконечно патрулировался. Погода тоже была не на его стороне. Рикс додумался уничтожить планету. Сейчас он разрабатывал очередной план массового убийства. Долина на границе с Бенной станет могилой для тысяч существ. «Мари». Рем кружил, словно коршун, вытянув вперед голову. Дверь в комнату отворилась, на пороге мялась Амина. Он приблизился и схватил ее за плечи. Девушка испуганно моргала.

– Ты можешь связаться с Идой?! – тряс он ее, причиняя ей боль.

– Зачем тебе это? – потирала девушка плечи, когда он ее отпустил.

– Я нашел Ларо. – Амина открыла рот. – Не спрашивай. Долина напичкана… – Рем не успел договорить.

По улице пронеслась сирена, и из комнат повыскакивали дикари. Бегом они преодолевали коридоры, весело переговариваясь. Молодые парни, будто на экзамен спешили, а не на войну. Рем схватил Амину за руку.

– Оставайся здесь! Слышишь?! Ни в коем случае не ходи на поле! Если можешь предупредить Иду, делай! Нельзя спускаться в долину! Поняла?! – Она кивнула, а он выбежал вслед за молодняком.

Оли раздавал оружие. Парни улюлюкали и смеялись. Жутко, словно в замедленном действии, Рем ловил фокус их радостных лиц.

***

Мари ждала кавалерию. А когда она прибыла, искала глазами отца. Девушка начала думать, что он все-таки мертв, подготавливая себя к принятию. Единственным державшим ее на плаву обстоятельством была скорая встреча с Ремом. Она знала, что он жив. Этот парень был слишком силен, и просто не мог умереть. Ная выстраивала магнусов в линии, произносила воодушевляющую речь. Лица людей были пустыми, напуганными, бледными. Ида поравнялась с Мари:

– Скоро все закончится, дорогая.

Голос Наи напирал на заднем фоне.

– Я сомневаюсь, – глаза девушки блеснули, Ида участливо обняла ее за плечи.

– Ничего. Все образуется. Вот увидишь.

Бойцы расходились и взбирались по трапам. Мари следовала за Идой.

– Не многовато для борьбы с дикарями?! – крикнула она ей в спину.

– Не стоит недооценивать врага, дорогая! – бросила ей Ида через плечо.

Они заняли один из кораблей. Ида была во главе эскадрильи. Остальная часть флота вместе с Наей мельтешила впереди. Вскоре они зависли над границей со Снежем. Сюда они могли добраться и пешком, но рисковать на открытой местности не стали. Мари смотрела сквозь прозрачную стену зала управления. Напротив, на расстоянии нескольких километров, зависли корабли противника. Точно такие же, ничем не отличавшиеся, краденые корабли. Один из них вылетел вперед, обозначая себя как главный. То же самое сделала Ная. Внизу по сугробам пробирались гуськом в пешую люди.

Корабли противника стали снижаться и приземлились на открытом поле. Пешие люди достигли их, окружая. Ная ликовала, передавая по громкой связи, что битвы не будет. Минимусы сдаются! Мари не верила своим глазам. В плену она успела понять, что маленькие люди дружны. Сама Ная также упоминала об этом. Однако сейчас ее восприятие притупилось из-за острого желания победы. Что-то подсказывало девушке, что развитие будет. Ная приказала Иде спуститься и вступить в переговоры. Корабль мягко коснулся земли.

Ида отдала приказ экипажу, и стражи последовали за ней. Трап выехал. Мари боязно ступала, ощущая, будто погружается в пасть зверя. Множество глаз буравили ее со всех сторон. Оли стоял во главе минимусов. Ида надменно оглядывала толпу, не скрывая своего презрения, пока не наткнулась на сына. Его грудь часто вздымалась. Он перевел взгляд с матери на Мари, и нахмурился. Что-то было не так. Ида обратилась к Оли.

– Каковы предложения? Или вы спустили нас просто так? – скрестила она на груди руки.

– Мы предлагаем вам сдаться! – оскалился Оли, мужчины гулко заржали.

– Неслыханная дерзость! Сдаться следует вам! Посмотри в небо!

Оли махнул рукой, и из толпы вытолкнули Ларо. Он был избит, отощал, одет в лохмотья, и крючился от холода.

Ида дернулась, Мари тоже. Минимусы повытаскивали и других магнусов, наставляя на них оружие, и они послушно опустились на колени. Мари будто заморозили. Она смотрела на происходящее совершено без эмоций, но отчего-то не могла пошевелиться.

– Если хочешь сохранить им жизнь, прикажи своим людям сдаться! – взревел Оли.

Ида была в замешательстве. Она болезненно смотрела на мужчину, которого любила, и не знала, как поступить. Рем предполагал, что последует дальше. Он пристально смотрел на Мари и громко думал: «Долина заминирована! Уходи! Отступите!» Видимо, его мысли услышала не только она, потому что мать метнула в него острый взгляд.

– Будем биться на равных! Занимайте позиции! Решим здесь и сейчас! – прогрохотала она у них над головами.

Магнусы начали подниматься по трапу. Из толпы вышел Жак и выстрелил одному из пленных в голову. Тот упал и обмяк.

– Кто следующий?! – прокричал Оли.

Стражи, как один, развернулись и бросились в бой. Эскадрилья начала снижаться. Рем откидывал людей, стараясь не ранить. Кто-то прижал Оли к земле, велась борьба за обладание клинком. Оли был на волосок от смерти, когда он откинул от него противника и подал ему руку. А затем припустил навстречу Мари. У него бешено колотилось сердце, в затылке стучало. Чертыхаясь, Рем пробирался к кораблю, поглядывая в небо. Как только они сядут, долина взлетит на воздух.

Он запрыгнул на трап, преодолел коридор и оказался в зале управления. Рем нащупал сенсорные рычаги – не сработало. Панель мигала красным, у него не было доступа. В зал вбежала Мари, а за ней минимус с пистолетом. Рем сделал вид, что собирается ее атаковать, и проткнул ему шею клинком.

– Свяжись с кораблями! Живо!

Девушка приложила ладонь, нажала на какие-то кнопки, в динамиках зазвучали голоса:

– Пикируем и раздавим!

– Есть!

– Стоп! – заорал Рем в вытянутую конструкцию связи. – Слышите?! Долина заминирована! Отставить сесть!

На другом конце воцарилась тишина. Казалось, она длится целую вечность. Мари зажмурилась, нащупывая и сжимая ему руку.

– Принято!

– Вижу очаг!

– Пикируй и взорви с воздуха! – безжалостно отдала приказ Ная.

– Нет! – завопил Рем.

Он ломанулся наружу и закричал. Сквозь суматоху никто не мог разобрать его слов. Тогда он спрыгнул с трапа, схватил за руку Ларо и затащил его внутрь. Корабль начал подниматься. Ида отбивалась от противника в гуще событий. Рем оттолкнул Жака, подхватил мать и подсадил ее на трап. Оставалась всего пара секунд, чтобы запрыгнуть. Он разбежался, прыгнул и зацепился. Пальцы соскальзывали, а он хватался изо всех сил. В последнее мгновение кто-то ухватил его за ногу. Это был Оли. Напрягая мышцы, Рем тянулся вверх, а Оли впивался ему сильнее в ноги. Ларо ухватил Рема за тулуп, оттолкнулся ногами, совершая резкий рывок, и они оказались внутри. Трап захлопнулся в момент взрыва. Огонь лизнул языком коридор, опалив им волосы и брови, и скрылся за металлической дверью.

Рем лежал, стараясь отдышаться. Оли прикрывал рану на животе рукой. Ида держалась за плечо. Рем вскочил и побежал в зал управления. Мари держала пальцы на пульте, корабль парил. Она плакала, сотрясаясь от рыданий. Долина горела. Никто не успел спастись. Корабли взрывались. Ная ликовала по громкой связи. Рем отключил передатчик. Девушка развернулась и крепко его обняла. Выглядело это нелепо и неуклюже, но только не для него.

Корабли возвратились в Бенну и сели. Раненных распределили к целителям. Магнусы праздновали победу. Ная размахивала руками и громко смеялась, пока не увидела маленького человека.

– А вот и наш спаситель! – вскричала она. – Если бы не он, мы все были бы мертвы! Рем, верно?!

Люди стали скандировать его имя, но ему было тошно. Они подхватили его на руки и раскачивали. Мари наблюдала за этим с небывалым для нее отвращением. Вскоре внимание переключилось на празднование, и его оставили в покое. Он смотрел себе под ноги, скулы свело, в груди ныло. Он и раньше убивал. Случалось. Но столько людей за раз – никогда. Мари оказалась рядом с ним.

– Ты не виноват. Ты же знаешь? – Он поднял на нее глаза.

– Я просто…

– Спас меня. И Оли! И моего отца! И свою мать! Рем! Не вздумай себя винить! Она могла просто улететь! Приказ отдал не ты… – Он часто кивал. К сожалению, от этого ничего не менялось.

…Из Снежа привезли людей. Рем волнительно ожидал возвращения подруги, а Мари наблюдала за ним со стороны, пофыркивая. Амина спустилась по трапу в окружении магнусов. Вместе с ней привезли Тима и некоторых ребят, которые оставались в Снеже, минуя поле боя. Девушка рванула к нему навстречу, но дорогу ей преградили. Рем буквально испепелил обидчиков взглядом. Магнусы отступили, пропуская пленницу, и Амина повисла на нем.

– Я пыталась передать информацию! Но было слишком поздно! Они все погибли, да?! Да?! – тряслась она всем телом.

– Нет. Погибли дикари. История долгая, – горько отвечал Рем.

– Арис?

Он вспомнил, что в последний раз видел его до начала битвы, и покачал головой. Девушка разрыдалась.

Магнусы собирались конвоировать ее, но из корабля вышел рослый, ослепительный, белозубый мужчина. Амина бросилась к нему в объятия, и стражи разбежались, потеряв к пленнице всяческий интерес. Рем и забыл, что у детей Вече есть привилегии.

…Как только Оли стало лучше, он сразу же его навестил, притащив с собой серебристую флягу, до краев заполненную вином. Не обошлось без осуждающего взгляда целителя.

– Рикса поймали? – спросил Оли, и скривился от боли: рана еще не затянулась как следует.

– Он бежал. Угадай, где спрятался этот ублюдок?

Оли расплылся в нахальной улыбке, испытывая гордость за неприступную гору.

– Остальные погибли? – зажмурился он, разглядывая стену.

– Не считая тех, кто был в Снеже. Амину привезли сегодня. Оли… – прохрипел Рем, голос его подводил. – Это я сообщил о взрывчатке…

– Знаю, – вздохнул он, выпятив губу. – Если честно, в глубине души… я на это рассчитывал. – Они улыбнулись друг другу. – Последний наш разговор был не очень удачным, но мозги ты мне вправил, – протянул он ему руку. – Что насчет меня, как думаешь?

– Поживем, увидим.

…Рем вошел в каюту матери, и Ларо тут же ретировался. Ида лежала с перебинтованным плечом и улыбалась ему во весь рот.

– Ты жив, – с любовью оглядывала она сына. – Я ни на минуту не переставала думать о тебе, – захлюпала она носом. Он насторожился, ведь еще не видел Иду такой.

– Я тоже надеялся, что ты спаслась.

– Я так горжусь тобой, милый! Ты настоящий герой! – восхищалась им мать.

– Я убил сотни минимусов. Это ведь тоже плюс, не правда ли? – съязвил Рем, отворачиваясь.

– Их убила Ная. Разве был выбор? – сощурилась Ида.

– Выбор есть всегда, мама. Что дальше? Ная поработит нас, и мы продолжим играть в важных членов общества с ограничениями? – буравил он ее взглядом.

– А ты хотел, чтобы войну выиграли они? – заикалась мать.

– Я хотел, чтобы во главе планеты стоял человек, способный мыслить здраво! Это не Ная! И не Рикс! И даже не ты! – выскочил он из каюты, громко хлопнув дверью.

Тем же вечером Ная собрала Вече в зале для переговоров. Мари, Ларо, Ида и Нил – отец Амины, были там. Ная ожидала, когда все соберутся в полном составе. Мужчина с усами запаздывал. Вскоре и он к ним присоединился.

– Поздравляю с победой! Скоро мы вернемся в Акву! Битва была тяжелой, но благодаря сыну Иды мы победили! – Вече захлопали в ладоши. Мари сардонически хмыкнула. – Предлагаю отлить памятник нашему герою в столице. Сообщи сыну приятную новость. – Ида кивнула, повесив нос. Как ни странно, ее это собрание тоже не радовало.

Нил смотрел на главную исподлобья, ерзая на месте: что-то заметно тревожило главу разработчиков.

– Что будет с минимусами, которых обнаружили в Снеже?! – грубо поинтересовался он.

– Их необходимо судить, – отрезала Ная.

Он изменился в лице и собирался возразить, но столкнулся со взглядом Иды, говорившей с ним мысленно, и передумал.

– Это несправедливо! – пылко сказала Мари, поддерживая позицию Нила.

В этот момент дверь распахнулась, и по залу вальяжной походкой прошел Рем. Остановившись возле стола, он скрестил на груди руки.

– Ты не имеешь права врываться! Ты не член совета! – прикрикнула Ная, но он поднял руку, и она замолчала, не ожидая подобной наглости.

– Я спас твою задницу! Так что советую помолчать. – Ида хлопнула ладонью по столу. – Извини, мама, – бросил он иронично и вновь обратился к Вече. – Я требую место в совете! – Шепот прошелестел по залу. Ная тряслась от злости. В разговор встрял Ларо:

– Он прав. Согласно кодексу магнуса, мы обязаны принять его в совет за героический поступок.

– Ты хоть понимаешь, что несешь?! – осклабилась Ная.

– К тому же Рем имеет на это право по факту родства с Вече, – не замечал ее истерики Ларо. – Он давно должен занимать этот пост.

Мужчина с усами и другие Вече закивали. Ида подняла на сына глаза, проливая молчаливые слезы. «Мой мальчик. Моя гордость», – отразилось эхом у него в голове. Ная зарычала от бессилия и указала ему на кресло, но он и не думал садиться.

– Раз я теперь Вече, – спокойно продолжил Рем, – предлагаю избрать нового правителя.

Ная окончательно разъярилась и позвала стражей. Несколько больших людей вломились в помещение и окружили маленького. Рем не дрогнул.

– Кого ты предлагаешь?! – внезапно выкрикнул мужчина с усами, и Мари открыла рот.

– Ларо, – ответил Рем не задумываясь.

– Почему он? – поинтересовалась женщина с пышной, вьющейся прической. Ная потеряла дар речи и просто таращилась на них.

– Я знаю его давно. Он честный, ответственный и добрый человек. Он относится к обеим расам одинаково и никогда никого не выделял. Посмотрите, что стало с планетой! Маленькие люди произошли от вас! Это верно. Но они никогда не смогут быть притесняемы. Возобновите устои во главе с ней, – ткнул он в Наю, – и очередной бунт не заставит себя ждать! – Рем говорил пылко. – Я уверен, Ларо поступит правильно, и никто не будет гоним! Мы сможем жить в мире!

Мужчина с усами поднялся из-за стола и захлопал в ладоши. Ида и Мари ошарашенно переглядывались. Не выдержав напряжения, Ная, противно визжа, бросилась в атаку. Стражи скрутили ей за спиной руки. За попытку нанести вред представителю Вече ее отправили в исправительное учреждение. Там у теневой главы будет достаточно времени для размышлений. Мари была рада, Ида улыбалась, Ларо гордо поднял голову, а Нил – печально проводил Наю взглядом. Единогласным решением Вече выбрали нового правителя.

Глава 6. Выбор

Прошло несколько семидневов с момента битвы. Жители Снежа упаковывали вещи для переезда в столицу. Ларо сразу же стал издавать указы, не дожидаясь восстановления Аквы (где, к слову, колотилы уже начали возводить дома). По планете пронеслась благая весть: «Правитель Ларо принял указ освободить от ограничений всех минимусов! Отныне люди этого вида приравниваются к магнусам! Вы имеете право выбирать себе дом, спутника жизни и дело, приносящее пользу обществу!» Рем провел пальцем по буквам на своем планшете. Впервые в жизни он чувствовал себя свободным, и мог делать, что пожелает, смотреть мир, жениться. Ритуал связи между влюбленными имел название: «фатум». Осуществлялся он единожды и действовал до конца дней. Не каждый решался его совершить. Многие пары просто жили вместе.

Минимусы спустились с дикой горы и уже присоединились к ним в Бенне. Больше не было смысла прятаться и воевать. Они еще опасались высоких собратьев.

Рикс так и не объявился. Он знал, что его не помилуют. Пытавшийся разрушить целую планету человек не может быть прощен. Более того, его будут искать.

…Рем выбрался из постели. Он, итак, завалялся до полудня, что было ему вовсе не свойственно. Довольный собой, он ступал по коридорам. И те и другие виды приветствовали его. День был теплым, ветер шевелил его слегка отросшие волосы. Со стороны города к нему навстречу шел человек, хромавший на одну ногу.

– Привет, дружище! – обнял его по-отечески Оли. – Скоро домой, а?

– Даже не верится.

Мужчины прогуливались.

– А я подумываю ехать к своим, – его голос сорвался. Рем остановился и обнял друга.

– Уверен, они будут рады.

– Надеюсь, – Оли потел. – Кама приехала. Нужно валить, пока есть возможность. – Рем в голос заржал, и Оли ударил его кулаком в плечо – в шутку, конечно же.

Когда Оли уехал, Рему стало скучно, и он откровенно грустил. Мари и Амина не спешили с ним общаться, но иногда перекидывались парой слов и многозначительными взглядами. Амина пропадала где-то с отцом, наверстывая упущенное.

Ларо не отлипал от Иды. Они постоянно хихикали. Такой счастливой Рем не припоминал мать даже в лучшие времена. Он был за нее рад.

После взрыва в долине сошел снег и выжгло траву. Поле засеяли. Новая трава прорастет и скроет место, где погибли невинные люди. Рем часто гулял там, проговаривая имена, которые ему удалось запомнить. Позже он записал их на планшете и брал с собой. Груз вины давил на его массивные плечи. Смеявшиеся, готовые к бою, шествующие, как на праздник, лица, являлись ему во снах.

В каюте его поджидала Амина. Он не сразу ее заметил. Девушка смущенно ему улыбалась.

– Пришла сказать, что остаюсь в Снеже.

– Зачем тебе это? Ты дочь Вече и можешь им стать. Как же открытия? Снеж глух до этого. – Он помнил, как горели ее глаза, когда она рассказывала ему о целительстве.

– Я говорила с Ларо. Целители со всего мира съедутся в Снеж. Очередное нововведение, – приоткрыла она губы. Девушка была близко, и он занервничал.

– Удачное. Не будешь мучиться воспоминаниями? – ему ужасно хотелось ее поцеловать.

– Нет, они были не такими плохими. Для меня, по крайней мере.

Амина ждала, и он знал это. Сейчас или никогда! Один поцелуй решит все! Рем мог остаться с ней, если бы захотел. Глупо было отрицать притяжение между ними. Амина была бесконечно ему дорога, но душа и сердце его были заняты другой девушкой. Поразмыслив, он решил слушать свое сердце, и поступил правильно – крепко обнимая девушку и желая ей удачи. Амина расстроилась, но вида не подала.

За ужином Ларо объявил о скором переезде. Они разделяли трапезу по-семейному, в отдельной столовой, предназначенной исключительно для Вече. Никого лишнего. И это было как нельзя кстати, потому что в общей на него бесконечно глазели. Герой Рем не давал людям покоя.

– Рем, ты решил, чем хочешь заняться? – прервал трапезу правитель, отпивая из бокала вина. – Нам все еще требуются ловцы. Работа опасная… Не многие согласятся пойти добровольно. Кто-то из Вече должен взять набор под контроль. Я и подумал… – Рем просиял.

– Я разберусь.

Ларо благодарно ему кивнул.

– В таком случае поздравляю с новой должностью! Глава ловцов – Рем! – правитель поднял бокал, и он последовал его примеру.

– Где решил жить, сынок? – спросила Ида, и Мари перестала жевать.

– Дома. Я буду жить дома.

После ужина он метался по каюте, считая шаги. Перевалило за сотню, мужчина остановился. События последних месяцев научили его, что жизнь слишком коротка, чтобы стоять на месте. Он знал, чего хочет. Рем преодолел несколько пролетов и распахнул дверь. Взгляд у него помутился: не успев переодеться ко сну, девушка прикрыла руками грудь. Он захлопнул за собой дверь и уверенно к ней приблизился, на самом деле опасаясь ее отказа. Рем заключил ее в объятия, настойчиво укладывая на кровать, и убирая руки с груди. Девушка прерывисто дышала, не сводя с него взгляда. Рем наклонился и жарко ее поцеловал.

В моменты слияния он понял, что долгие годы желал Мари. Он упивался ею, не мог перестать прикасаться к ее коже, не мог сдерживать порыв.

В комнате стало темно. Свет луны мягко проникал в окно, озаряя ее желанную фигуру. Девушка глухо сказала:

– Я боялась, что ты выберешь ее. – Он погладил Мари по лицу, мокрому от слез.

– Каждый день в Снеже я думал о тебе. И даже во снах видел тебя одну. – Мари нервно засмеялась.

– И что же я делала в твоих снах?! – игриво изогнула она бровь.

– Чего только не делала, – хохотнул он, и она его поцеловала.

…Летательный аппарат взмыл в небо, разрезая воздух, и вскоре они приземлились на границе Аквы. Рем и Мари стояли в зале управления, держась за руки. Для родителей отношения детей стали настоящим открытием. Они и подумать не могли, что между ними что-то возможно. Ларо приобнял Иду за плечи, лаская ее взглядом.

Новые дома города сверкали, отливая зеркальной поверхностью в свете полуденного солнца. Скоро наступит теплое полугодие. Рему оно всегда нравилось больше. Он испытывал странное чувство, будто и не жил здесь вовсе. Неподалеку от домов на земле выделялась неровная пепельная линия. Его глаза увлажнились. Здесь он провожал собратьев в путешествие в объятия смерти.

Водная воронка, созданная камнем, продолжала вращение, и даже быстрее, чем несколько месяцев назад. Потоки бурлили, волны с шумом врезались в берег. Ларо подошел к ветровому стеклу и скрестил на груди руки.

– Как такое возможно? Небесный камень упал давным-давно.

– А она крутится, – отозвался Рем. – Этому должно быть объяснение.

– Определенно. Разберемся, как только устроимся. Не думаю, что она представляет опасность, но все же…

Рем серьезно кивнул.

– Проверить все-таки стоит, – подытожил он мысль правителя.

Часть 2. Тайна воронки

Пролог

Рем расправил плечи и вошел в здание. На лбу у него проступили капельки пота. Маленький человек, прославившийся, как лучший ловец современности, боялся обыкновенной встречи. Ему страшно было даже думать об этом, не то что войти в высокую стальную дверь. Он остановился, восстанавливая сбившееся дыхание (ему пришлось преодолевать высокие лестницы, приспособленные для магнусов. Они так и не научились проектировать иначе.)

Рем распахнул дверь, и по залу прокатился гул голосов. Он прошел по центральному ряду, встал за тумбу на специально созданное для него возвышение, и оглядел собравшихся. Зал был заполнен, некоторые люди стояли в проходе. Минимусы и магнусы ожидали начала речи. Рем прочистил горло, вытер лоб тыльной стороной ладони и развернул листок, на котором начеркал парочку фраз. Он прочел про себя первую строчку, и нервно скомкал листок. Ему вспомнился вечер и серые, игривые глаза Мари. У него не было ни шанса подумать о предстоящем собрании.

– Добро пожаловать! – сорвался его голос. – Мы собрались здесь по важному делу! Новые законы дали обеим расам возможность жить в мире! Однако теперь некому оберегать города от напасти! Большинство из вас ловцы! Вы служили верой и правдой планете многие годы! Сражались! – потряс он в воздухе кулаком, и толпа возбудилась. Рем говорил горячо, страстно, заражая толпу своей храбростью. – Я предлагаю вам вступить в ряды ловцов добровольно! Вы умеете защищать! Вы лучшие! – Кто-то вскочил на ноги. – Правитель Ларо и члены Вече издали указ! – развернул он другой листок, зачитывая закорючки: – «Отныне ловцы приравниваются по привилегиям к Вече! Они будут иметь улучшенное жилье и высокий статус в обществе!» – Рев толпы стал оглушительным, и он подождал, пока буря стихнет. – Как видите, теперь служба станет привилегией, а не обязанностью! В ряды ловцов войдут только лучшие из вас! Я буду вашим представителем и голосом в совете! Отбор начнется на рассвете! А пока насладитесь видами Аквы и как следует отдохните!

Они хлопали, стирая ладони, а затем окружили его и завалили вопросами. Люди были взбудоражены, у кого-то совершенно не закрывался рот, голоса сливались.

Рем терпеливо выдержал это социальное испытание и отправился домой. Забежав в прихожую, он скинул сандалии и облокотился о стену. Волнительный день закончился. Больше всего он боялся, что люди не примут условия и разбредутся. Или того хуже – воспримут в штыки. Не все минимусы отошли от былых времен. Были такие, кто оставался озлобленным и сбивался в кучки, мигрируя обратно на дикую гору. Они просто не могли жить иначе.

В коридоре витал пряный аромат. Скинув балахон, Рем натянул футболку и брюки из легкой ткани. Ларо понравился старый стиль, и он решил вернуть пошив одежды такого спортивного вида. Правда, ее можно было носить только дома, или ловцам на вылазках, для большего удобства. Цвета балахонов по-прежнему разделяли людей на касты. Даже не верилось, что Рем по праву носил черный, символизирующий Вече.

Прокравшись на кухню, он наблюдал, как Мари хлопотала, накрывая на стол. Еда была разложена по коробочкам. Доставка осуществляла выезд на дом точно в срок. Распределители сокращали время, затрачиваемое на готовку. В их обязанности входило стряпать и доставлять в соответствии со статусом дома. Список блюд каждый год пополнялся. После кризиса базу пришлось расширить, и они баловали себя деликатесами.

Рем любил готовить сам. А Мари терпеть этого не могла, но он и не жаловался. Подкравшись к девушке сзади, он уткнулся носом ей чуть ниже лопаток – в максимальную точку, куда он мог дотянуться.

То, что она читает мысли, с самого начала не было для него загадкой. Но лишь когда они стали жить вместе, Рем понял, как из-за этого бывает сложно. Мари считывала их мгновенно. Он пытался отгородиться, но не мог. На некоторых магнусов действовал мысленный блок и нежелание откровенности. На нее – нет. Его женщина была особенной, очень сильной!

Мари обернулась и поцеловала его в губы.

Рем неосознанно к ней тянулся, и уже через неделю после переезда предложил жить вместе. Не раздумывая, девушка согласилась. Дом они выбрали на отшибе, ближе к морю. Ида долго протестовала, ведь Вече живут в лучших зданиях, расположенных в центре. Однако времена тирании прошли, правила претерпевали изменения, и противиться парламент не стал. Их соседями были стражи, распределители, целители и колотилы. Поначалу они смущались черных балахонов. Да и пара была необычной – межвидовой. Рем приложил все усилия, чтобы расположить их к себе: обыденно заговаривал поутру, приглашал в гости. Соседи расслабились и перестали их сторониться.

Они сели за стол.

– Как собрание? – спросила Мари осторожно.

– Хорошо. Лучше, чем я думал, – он усиленно жевал. Девушка всматривалась ему в лицо, пытаясь определить степень его откровенности. – Они в восторге! – вскрикнул Рем, и девушка рассмеялась.

– Я это сразу поняла, – заигрывала она, накручивая волосы на палец.

Ему нравилось, когда она так делает, но Рем уставился в тарелку, сосредоточившись на еде.

– На это все равно нет времени, – вздохнула она, щеки заиграли румянцем. – Отец собирает Вече.

– Он сказал, зачем?

– Сказал, что это важно, – надула она губы, заерзав на стуле. – Перестань. Воронка не опасна. Если бы это было так, то давно бы проявилось.

Рем тоже хотел бы так думать, но не мог.

…Вече заняли свои места, приложив большие пальцы к сенсорам. Во главе стола восседал Ларо, затем Ида, мужчина с усами – Дак, женщина с пышной прической – Гана, а с другой стороны – Мари, Рем и Нил.

– Я собрал вас, чтобы обсудить проблему, откладывать решение которой больше нельзя, – сосредоточенно и тихо обратился к ним Ларо. – Вы заметили, что воронка не прекращает вращение. Я велел разработчикам выявить возможную причину. На это потребовалось время, – кивнул он Нилу.

– Мы провели ряд исследований, выявили вероятность, и полагаем, что камень мог задеть жизненно важную часть планеты. – Вече переглядывались, никто не понимал, о чем речь. – Как нам известно, под толщей земли и воды имеются плиты, скрывающие ядро. Если камень задел, скажем, плиту… – жестикулировал Нил, – последствия будут невообразимы!

– Почему же они сразу не наступили? – спросила его Мари.

– Потому что трещина может быть незначительной, но способна расшириться со временем.

– То есть, чем больше она становится, тем сложнее последствия? – отозвался Рем.

– Именно. Если плита сдвинется, начнутся жуткие землетрясения и иные губительные проявления.

– Как это предотвратить? – задала резонный вопрос Ида.

– К сожалению, мы не знаем, – ответил за Нила правитель. – Единственный способ выяснить – экспедиция.

Вече всполошились.

– Как?

– Невозможно! Под водой нам не выжить!

Ларо поднял руку, призывая к спокойствию. Нил выбежал из зала и вернулся со странным приспособлением. Оно представляло собой шлем из тягучего материала, от которого исходили тонкие проводки с присосками.

– Ряд тестов показал, что оно исправно работает на приличной глубине! – с восхищением демонстрировал он свое детище.

– А как же давление? Все знают, что оно там зашкаливает, – знакомый Рема участвовал в тестах предыдущих разработок и оглох.

– Мы усовершенствовали модель. Она способна выдержать самые сложные нагрузки. Газ поступает в дыхательные пути, приникая через кожу в кровь, и содержит в своем составе компонент, нормализующий давление.

Рем представил, сколько людей пострадали при запуске этой штуковины.

– Остается набрать бойцов для разведки, – подытожил Нил. – Один из разработчиков готов их сопровождать. Отважный парень.

Предприятие было опасным и могло закончиться печально. Для кого-то, но не для Вече. Рем инстинктивно разозлился. Мари ощутила эмоцию и взяла его за руку. Прикосновение его слегка успокоило, и он медленно выдохнул. В конце концов, выявить феномен воронки им все равно придется. Поразмыслив, он согласился с мнением Вече.

– Завтра я проведу отбор в ряды ловцов. Последним испытанием можно сделать подводное. Кто покажет лучшие результаты, отправится в экспедицию. – Нил и Ларо одобрили его идею. – Но для начала они должны пройти подготовку. И я пойду вместе с ними. – Мари перестала дышать.

– Исключено! – резко отреагировала Ида.

– Это слишком опасно.

– Плевать! Я не отправлю их на смерть! Я должен быть уверен, что люди вернутся! – вскочил он с места.

– Нет! – прикрикнула Ида.

– Твоя мать права. Вече не может рисковать. От тебя зависит безопасность людей, – голос Ларо ни на мгновенье не дрогнул, а вот шею он заметно напряг.

Рем выскочил из зала, оттолкнув в коридоре стража. Он не мог устоять на месте и побежал. Мышцы работали, отвлекая его от мыслей. Глава ловцов, одетый в черный привилегированный балахон, сделал несколько кругов по улицам города. Соседи провожали его удивленными взглядами. Проветрив как следует голову, он вернулся домой, остановился на крыльце и задрал нос к небу. Луна нависла над Акваторией так низко, что, казалось, можно дотянуться до нее рукой.

Мари лежала в постели, свернувшись калачиком, и занимая практически всю кровать. Хорошо, что мебель была больше той, что создавалась для минимусов. Он прилег с краю, радуясь тому, что она спит. Обиженный голос тут же зазвучал у него в голове: «Как ты мог? Тебе на меня наплевать?» Рем развернулся, дотронувшись до ее плеча, но она отпрянула.

– Я просто хотел, чтобы они знали, что мне не все равно, – грустно сказал он, и она к нему развернулась.

– А я хочу, чтобы ты думал обо мне, а не о ком-то еще, – дулась девушка.

– Это не честно.

– Пусть так. Я не могу снова тебя потерять, – ее глаза блестели.

Он придвинулся и прошептал:

– Прости.

Глава 1. Погружение

Черный балахон он сменил на штаны цвета хаки и серую футболку, обтянувшую его рельефное тело, сандалии – на новые кроссовки. Мари покосилась на него, когда он пробегал мимо нее утром, но Рем не успел ее поцеловать – он опаздывал. Кандидаты собрались за чертой города. Их было очень много. В другой, удобной одежде, мужчины стали пестрой массой – шумной и нервной. Особенно выделялись темнокожие ребята, приехавшие с другого континента.

Рем и сам нервничал. Боец из него был отличный, а вот людей он еще не направлял, не считая тех, с которыми оберегал город от тварей. Он подал знак Тиму, и тот включил сирену. Старый знакомый скучал по Жаку, и остался в Акве после миграции, стараясь во всем ему помогать. Сегодня он проходил отбор в ряды ловцов наравне с остальными.

– Вас много! Я не ожидал такого отклика! Чтобы испытание не затянулось, разобьемся на группы по десять человек!

Люди послушно разделились, и он стал отправлять их за силовое поле по две группы в разных направлениях. Первый этап был простым – выжить. Многие были ловцами в прошлом, но и они не были застрахованы от гибели. Из некоторых групп возвращалось по двое, из других – практически все. Так, за пару часов отсеялась половина. Лес кишел хвостатыми, рогатыми и белыми тварями, которых привлекал людской запах. Стоило им ступить за линию защиты – начинался бой.

После обеда был дополнительный этап. Изначально он планировал отобрать кандидатов по ценным качествам, ведь на каждого составил досье. Однако теперь к списку добавился еще один пункт. Пока участники отдыхали после сражения, к нему подошел магнус в коричневом балахоне (цвет разработчиков). Он был высок даже для своего вида, худой, черноволосый, кареглазый, с крупным носом, широкой улыбкой и идеально ровными зубами. Его длинные руки свисали чуть ли не до колен. Магнус представился:

– Ян.

Он лучезарно улыбался, словно у него была запланирована встреча с девушкой, а не битва на выживание. Рем нахмурился.

– Меня прислал Нил. Я разработчик, который отправится в экспедицию.

Рем заметил у него под мышкой коробку и перешел сразу к делу:

– Покажи, как им пользоваться.

Ян вышел вперед. Тим снова включил сирену с вышки, чтобы привлечь внимание людей (обычно она использовалась для отпугивания тварей). Побитые, уставшие ловцы подбрели к ним, собираясь в кучу. Ян достал из коробки приспособление и надел шлем себе на голову. Рем подумал, что он ему не налезет, и оскалился в злорадной усмешке.

– Мы назвали его «провожатый»! Как только шлем соприкасается с кожей, он корректирует размер самостоятельно! А затем начинает питать организм кислородом! Присоски крепятся к шее! Через них также поступает газ, который предотвращает влияние давления! Важно не снимать его под водой! На большой глубине отсутствие «провожатого» может разорвать человеку голову! – Ян сиял от восхищения своим же творением. Он жил и дышал тем, что делал.

– Зачем нам ее надевать?! – крикнул Тим с вышки.

– Вторым испытанием будет подводное! – ответил для всех Рем. – Мы проведем его подальше от воронки! Не беспокойтесь! Для особой подводной экспедиции будут отобраны самые стойкие ловцы! – Толпа оглушительно загомонила, и Тим использовал сирену. – Послушайте! Я знаю, что вам страшно! Участники подводного предприятия станут почетными членами касты! Ларо лично присудит им статус героя! Подумайте!

Они размышляли, и вскоре разделились на группы: кто-то передумал, кто-то решил пойти дальше. Смельчаков оказалось порядка пятидесяти человек.

Они добрались до летательного аппарата и ступили на борт. Отлетели чуть в сторону. Там, где море не колыхалось воронкой, сошли на берег. «Провожатых» надели на головы, и те мгновенно обтянули им череп. Рем присоединился к отряду сам для чистоты эксперимента. Мужчины приободрились. Когда они заходили в море, его взгляд пал на костлявого длинного парнишку с прической под горшок. Его зеленые зауженные глаза горели, выдавая интерес.

«Провожатый» сдавил ему череп, зашуршал газ, подаваемый через присоски. «Где он хранится?» – задался Рем вопросом. «В текстуре материи, под тонкой кожей миллионы микрочастиц. Они же питают кислородом твой организм», – прозвучал у него в голове ответ разработчика. Рем заворчал, недовольный вторжением, и поспешил от него отгородиться.

Они начали погружаться. В пределах нескольких метров во все стороны видимость была не плохой. Ребята держались достойно. Тим дрейфовал рядом с Ремом. В ушах у них раздался писк, а за ним голос Яна:

– «Сложная система "провожатого" позволяет передавать мысли другим участникам экспедиции. Связь работает исправно на расстоянии не более десяти метров. Дальше могут возникать помехи. Рот лучше не открывать. Только если не хотите глотнуть соленой воды», – попытался он развеселить ловцов, и Рем закатил глаза.

Решив опробовать связь, он целенаправленно подумал: «Прием, ребята!» Толпа отозвалась колоннадой голосов в его шлеме.

После пяти метров двое запаниковали и вынырнули на поверхность. Чем ниже они спускались, тем сильнее им сдавливало голову, но было еще терпимо. Уши начали болеть на отметке двадцать метров, дышалось тяжело, шипение газа усилилось.

– «Поступает двойная доза. Глубина пока позволяет», – объяснил им мыслено Ян.

Один из ловцов схватился за сердце. Те, что плыли поблизости, подтолкнули его, и он устремился к поверхности. Следом у кого-то из носа, у кого-то из ушей пошла кровь, и их постигла та же участь. Другие морщились и терпели. И тут один из магнусов, плывших позади, обмяк. Он не потерял сознание, пульса не было. Что-то в организме дало сбой, отказало. Под влиянием паники еще несколько человек отступило.

Они достигли отметки в пределах тридцати. У Рема сердце колотилось так, что вот-вот выпрыгнуло бы из груди, воздуха хватало только на короткие вдохи. Он огляделся. Ян зажмурился и сжал кулаки, из носа у него вытекала алая струйка. Тим теребил футболку на груди. Еще один ловец задергался, ему не хватало воздуха. В панике он сорвал присоски. Как и говорил разработчик, голова у него лопнула, а мозги унесло течением. Рем дал отмашку, и они начали подъем на поверхность.

Хватая ртом воздух, Рем чесался: под кожей у него будто кишели жуки. Зубы болели. Он провел по ним пальцем – кровоточили. «Тридцать наш предел». Он еще не успел снять шлем и отправил эту мысль. Ян рассмеялся, как сумасшедший.

– «Это же идеально! Я думал, после десяти начнет штормить! А мы выдержали целых тридцать шесть!» Надо же, Рему казалось, что меньше.

Он подвел итог испытания – выдержали его тридцать два человека, семеро погибли. Результаты были неутешительными. Выбравшись на песок, Рем стянул шлем и минуту-другую смотрел себе под ноги, чувствуя вину перед погибшими. Его сердечный ритм пришел в норму, но кожа все еще зудела. Ян лежал на песке как бревно, вынесенное волной. Остальные корчились из-за последствий погружения, и только Тим уже поднялся на ноги.

Рем поблагодарил разработчика за помощь, ведь без него он бы точно не справился. И, пока тот радовался своему открытию, поздравил кандидатов с победой и поступлением в касту ловцов. Радость устало отразилась на их синеватых лицах.

По пути домой он думал, что если бы Мари знала, чем он занимался, то не отпустила бы его утром. Отмеряя шаг, он прокручивал в голове, как один за другим терял людей. Рем прислонился к стене, не в силах ступить дальше ни шага. Он явно не ожидал плачевных последствий. Добравшись до прихожей, он рухнул на пол, потеряв сознание.

Мари испуганно выбежала из комнаты. Рем угодил головой об острый угол тумбы, и у него пошла кровь. Девушка оторвала кусок ткани от балахона, приложив к его ране. А затем сбегала куда-то. Спустя мгновение в доме появились целители. От ярко-красных балахонов у него рябило в глазах. Они быстро залечили ему лазером голову, перенесли на кровать и наложили повязку.

Потолок спальни был слишком низко, придавливая его к матрасу. Прошло пара минут, и его восприятие приняло обычную форму. Рем вздохнул, собираясь выбраться из постели, но заметил в кресле Иду. Она откинулась на мягкую изгибавшуюся часть кресла, принимавшую форму спины, и мирно спала. Дверь в комнату была приоткрыта, и он уловил обрывки фраз, доносившиеся снизу. Рем встал, голова закружилась, руки и ноги кололо микроскопическими иголками. Пересиливая покалывания, он прокрался в коридор и присел на лестнице. Голоса звучали приглушенно, выдавая деликатность темы:

– Дорогая, испытания были необходимы. Как ты не понимаешь? – объяснял Ларо. Этот человек мог успокоить кого угодно.

– Он чуть не умер! Ты понимаешь, что натворил?! Больше никаких испытаний не будет! Слышишь?! Рисковать собой он не станет! Ты пользуешься его импульсивностью и чувством вины! – тон Мари повышался с каждым произнесенным ею словом, и она явно сдерживала начинавшуюся истерику.

– Конечно, дорогая. Прости. Я и сам не думал, насколько это может быть опасно. Но если он решит отправиться в экспедицию, я ничего сделать не смогу. Ты же не рассчитываешь, что я…

– Нет, – отрезала она, не желая говорить на эту тему.

– Есть и хорошие новости. Испытание пройдено. Скоро мы узнаем, что заставляет воронку вращаться. Надеюсь, мои опасения не подтвердятся.

– И я, – вздохнула она. – Ты так смотришь! Прекрати!

– Понимаю, сейчас не время, но все же. Ты обязана ему рассказать. Он расстроится, если узнает, что ты скрывала это намеренно.

– Да, да. Я расскажу. Обещаю.

Кресло скрипнуло. Ида проснулась. Рем спустился по лестнице, чтобы не быть замеченным за подслушиванием. Мари крепко его обняла.

Тем вечером Ида прочла ему длинную и нудную лекцию о том, какой он неблагодарный сын, раз подвергает ее душевным терзаниям. Он задавался вопросом, не подменил ли кто ее во времена бунта. Мама стала сердобольной и сентиментальной. Возможно, потеря одного сына и страх за другого сделали ее такой. Рем собирался поговорить с ней по душам сразу после переезда, но так и не смог себя заставить. Слова застревали у него в горле. Он любил глазами, душой, поступками, но не мог элементарно признаться. Что-то будто сковывало его изнутри.

Ида и Ларо отправились домой. Соседи жгли костер и завывали под музыку, транслировавшуюся прямо со спутника. Мари придвинулась к нему, уткнувшись носом в плечо.

– Я испугалась.

– Прости, – заглянул он в ее серые глаза.

– Скажи, что не поплывешь с ними, – посмотрела она на него с надеждой.

– Не поплыву. Я же обещал.

Девушка расслабилась.

– Есть еще кое-что, – отстранилась она замолкая. Рем терпеливо ждал. – Кое-что произошло в Снеже. Дикари напали на город, пытаясь его захватить.

До него начал доходить смысл сказанного, и он рефлекторно дернулся.

– Амина…

– Она ранена. Не смертельно.

– Рикс?

– Сложно сказать. Позже выяснилось, что Ная бежала из исправительного.

– Черт, – встал он и закружил, теряя терпение.

Осмыслив что-то, Рем присел перед девушкой на колени и взял ее за руки: – Милая, ты не станешь возражать, если я… – запинался он, понимая, как это прозвучит.

– Может лучше привезем ее сюда? Тогда тебе не придется меня покидать, – пожала она плечами, делая напускной вид, но ее глаза выдавали ревность и обиду.

– Хорошо. Спасибо, – потянулся он и заключил в объятия любимую.

***

Прибытие Амины в столицу ожидалось через пару-тройку дней. Рем вертел в руках передатчик, служивший им средством связи. Он представлял собой вытянутый прямоугольник, по центру которого мигал зеленый огонек. Когда связь устанавливалась, он становился синим, и из прибора вырывался столп света, в котором прыгала голограмма говорившего. Такие теперь были у всех на планете. Раньше это средство связи могли себе позволить только магнусы. Рем назвал город и имя. Сигнал прошел, и из передатчика вырвался столп света с лицом Амины.

– Привет, – прохрипела она, улыбаясь.

– Привет. Скоро увидимся, а? Ты как?

– В норме.

– Кто это сделал? – беспокоился Рем.

– Не поверишь. Не видела. Знаешь, кто ко мне приехал? Наш старый друг. И он не один, а с семьей. Только представь, – хихикала девушка. – Я видела их издалека.

– Тебе нужно отдыхать. Скоро увидимся, – скомандовал Рем.

– До встречи, – вновь прохрипела Амина, и голограмма погасла.

Эмоции захлестнули его, и он глупо заулыбался. Радость от того, что он скоро увидится с подругой, разливалась теплом у него на душе. А новость об Оливере обрадовала его еще сильнее. Он надеялся, что они приедут вместе.

***

Амина…

Амина выключила передатчик. Невероятно приятно было вновь услышать его голос. За последние месяцы она много раз представляла этот момент, а еще теплоту его рук. Девущка понимала, что его любит. Храбрый, добрый ловец приходил к ней во снах, где она могла позволить себе осуществить самые смелые свои фантазии. А наутро, стыдясь, она прогоняла остатки своих миражей. Рем любил другую, и этого было не изменить. Амина преодолела отрицание и гнев, но смириться у нее не получалось.

Красные балахоны рассекали улицы Снежа. Она подошла к окну и выглянула наружу, – ветерок заморозил ей нос. Целители носили кровавый цвет одежды и на снежном фоне смотрелись особенно жутко. С наступлением второй половины арна снега стало меньше, но весь он уходить не хотел. Температура воздуха была отрицательной, изо рта вырывались облачка пара, а без тулупа здесь вообще было не выжить.

Девушка вспомнила, как легко штык-нож проткнул ей плечо. В момент нападения ей не было больно – сказалось состояние шока. Зато потом она познала все прелести ранения. Вот и сейчас ее руку от плеча и до кончиков пальцев пронзало острой болью.

Оли проковылял по комнате и встал рядом с ней. Его лицо, украшенное множеством шрамов, растянулось в широкой улыбке:

– С их приездом стало уныло, правда? А я думал, городок воскреснет, – толкнул он ее плечом, забывшись. – Прости, – участливо обнял.

– Со мной связался Рем, – сказала она ему не глядя, наблюдая в окно за неуклюжим целителем, уронившим поднос. Теперь он выуживал из сугроба маленькие предметы один за другим.

– Как он? Переживает, поди, – хмыкнул Оли.

– Он ждет нас в столице. За нами пришлют. Не то чтобы я хочу уезжать…

– Перестань! – всполошился Оли. – Что здесь делать в глуши? И отца ты давно не видела! Там тебя подлатают! Отдохнешь!

Амина слабо ему улыбнулась: по отцу она, и правда, скучала.

Их прервал приземистый плотный магнус в красном балахоне. У него было круглое лицо, светлые кучерявые волосы, и голубые глаза. В мире длинных он наверняка был отщепенцем.

– Оливер. Могу я поговорить с пострадавшей наедине? – сухо отчеканил он.

– Хм. А ты кто такой? – прищурился Оли, не сдвинувшись с места.

– Простите, – потупил он взгляд. – Шай, – представился магнус. – Меня прислал Дан – главный целитель. Я должен осмотреть девушку и задать ей несколько вопросов о происшествии, – вид у него был растерянный. Амина скривила лицо.

– От друзей мне скрывать нечего, Шай. Можешь начинать.

Он помедлил и, за неимением выхода, начал осмотр. Надавив на рану, магнус спровоцировал кровотечение и, не переставая чертыхаться, промокал ее салфеткой, пока Амина не прекратила его мучения.

– Тебе промыли кровь трижды, но рана сочится… – чесал он в затылке.

– Как такое возможно? – встрял Оли.

– Пока не знаю. Возможно, на кончике ножа был яд.

У Амины похолодело в груди. После нападения эта тяжелая мысль закрадывалась к ней в голову, но ей совершенно не хотелось об этом думать.

– Так высосите его! – рявкнул Оли, целитель вздрогнул всем телом.

Шай достал из кармана передатчик и пробубнил чье-то имя, – в синем спектре появилось лицо магнуса с пушистыми ресницами.

– Привет. Хотел спросить насчет Амины. Что показали результаты тестов?

– Неутешительные. В крови яд. Проблема в том, что вид яда мы определить не смогли.

Он отключил передатчик, избегая направленных на него взглядов.

– Что это значит? – поторопила его девушка, ладони у нее вспотели.

– У нас множество техник применения противоядий. Однако лаборатория не дала ответа на вопрос, какой вид был использован.

Оли затряс кулаками, но Амина его остановила, похлопывая его по груди.

– Есть еще варианты? – глухо спросила она.

– Мы делаем все возможное. Ответьте теперь на вопросы. – Она отрешенно кивнула. – Вы видели нападавшего?

Амина зажмурилась: обрывки звуков, свист ножа, размытая картинка, боль, кровь, мгновенная потеря сознания.

– Нет.

– Ясно. Яд сделал свое дело. Тогда, может, вы видели что-то подозрительное накануне?

– Вряд ли я могу быть полезной. Передайте Дану, что я очень признательна ему за попытку помочь.

Шай откланялся, тряся кудряшками, и шмыгнул за дверь. Она села на край кровати, Оли плюхнулся рядом и обнял ее за плечи:

– Все будет хорошо. Рем найдет лекарство.

Он в это верил, а точнее верил в него. Амина поежилась, будто от холода. Она знала, что без информации о яде ей не выжить.

***

Рем…

Он провел инструктаж, а затем разминку. Ловцы выглядели лучше: отдых придал им сил. Ларо настаивал на скорейшем погружении, и Рем понимал необходимость, ведь воронка вновь увеличила скорость вращения, – но что-то подсказывало ему подождать.

Он лично вступал в спарринг, чтобы поддерживать форму. Никто не мог его одолеть. Последним на поединок вышел зеленоглазый тощий парень. Рем ухмыльнулся, жестом призывая его к нападению. Неожиданно парень проскользнул у него под мышкой и ударил его по шее ребром ладони. Он был очень быстрым. Искры посыпались у Рема из глаз, и он упал на колени. Тим оттолкнул парня, помогая главе подняться.

– Ошалел?! – кричал он на беднягу. Рем потирал место ушиба.

– Хороший прием. Почему ладонь? – поинтересовался он.

– Отец говорил, так эффективнее, – пробубнил паренек.

– Как тебя зовут?

– Тин…

– Хочешь в экспедицию, Тин? – спросил он его в надежде на отказ.

– Да, сэр! – поднял парень на него пронзительные глаза. – Больше всего на свете!

К вечеру Рем объявил пробную разведывательную группу. В нее вошли: Тим, Тин, братья Ариосы и Ян. Братья были крепкими и надежными ребятами, их он выбрал заблаговременно. Без Яна было крайне трудно управляться с «провожатым». Тим – просился так отчаянно, что он не смог ему отказать. А юноша Тин – поразил его своими способностями и жгучим желанием участвовать. Других ловцов ожидало распределение по городам. Они расходились по домам, а он смотрел им вслед. Клятва, которую он дал Мари была для него крайне важна, хоть к нему и прокрадывались мысли ее нарушить.

…Рем встречал рассвет на крыше дома, наблюдая, как дикая гора становится яркой. Там и по сей день жили те, кто не принимал парламент и ненавидел магнусов. Некоторые вещи не меняются. Мари положила руку ему на плечо, и он нежно ее погладил. А затем она опустилась к нему на колени, пригибаясь, чтобы быть ближе:

– Все получится, любимый.

– Скрестим за них пальцы, – прозвучал он как-то угрюмо.

– Я отправила людей за Аминой, – старалась выглядеть девушка не вовлеченной.

– Ты лучшая, знаешь? – любовался ею Рем.

– Еще бы ты считал иначе, – рассмеялась Мари.

…Ян раздал участникам экспедиции шлемы. Они мгновенно обтянули им головы, а присоски приклеились к шее. Он отдал Рему передатчик. Тот повертел его в руке, не понимая предназначения этой штуковины. Кнопки вызова у нее не было. Ян усмехнулся и раздвинул устройство надвое. Панели разошлись, открывая небольшой монитор, поделенный на несколько клеток.

– Удачи! – пожал Рем разработчику руку.

– Она нам не пригодится, – усмехнулся ему Ян.

Один за другим они вошли в воду. Погружение началось. Клетки на мониторе заполнились картинками. Они практически не отличались: вода, водоросли, иногда руки. Ян проверил связь. Устройство засвистело, напрягая слух, а потом появился звук. Ребята плыли в сторону воронки, поток становился сильнее.

– «Держим дистанцию!» – командовал Ян.

– «Черт! Почему так холодно?!» – возмущался Тим.

– «Странное явление. Изменение температурного режима при приближении к эпицентру, – тараторил Ян. Было слышно, как стучат его зубы. – Не останавливаемся! Стоп! Теперь глубже!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Магнус – первочеловек, интеллектуальный высокорослый вид, обладающий способностью к телепатии и телекинезу.

Вернуться

2

Минимус – человек, напоминающий вид современного человека, обладающий обыкновенными (на сегодня) для людей параметрами.

Вернуться

3

Ловец – защитник территории от опасных существ, обитающих за границей города.

Вернуться

4

Распределители – работники пищевых баз, цвет балахонов серый.

Вернуться

5

Вече – член парламента, высшая каста, черные балахоны.

Вернуться

6

Разработчики – главные умы общества, талантливые инженеры и ученые, цвет балахона коричневый.

Вернуться

7

Колотилы – строители, подрядчики, производившие также мебель, одежда – сдельные комбинезоны серого цвета.

Вернуться

8

Снеж – город севернее Аквы и Терры.

Вернуться

9

Семиднев – неделя.

Вернуться

10

Морн – три семиднева, три недели, цикл времени мира измеряется в морнах.

Вернуться

11

Арн – цикл мира, как год у нас.

Вернуться