Наталия Широкова
Где-то там, за неведомыми тропами, есть другая жизнь

Кот-мурлыка на коленях, тишина в избушке нашей,

Пахнет молоком и сеном, и чуть подгоревшей кашей.

Утро свежестью коснется разоспавшегося леса,

В мир чудесный и прекрасный приоткроется завеса.

Глава 1

Каждое лето, с раннего детства, Нюся всегда отдыхала у бабушки в деревне под Брянском. Ну не деревня это была совсем, а так селение небольшое, домов в пяток, а бабушкин дом стоял немного на отшибе на лесной опушке с краю. За ней уже простирался дремучий и могучий брянский лес, где-то в глубине с темными чащобами, с таинственными тропами, и загадочным зверьем. Так Нюсе казалось в раннем детстве. Приезжая к бабушке подростком, Нюся уже понимала, что лес обычный, ничего загадочного в нем нет, грибники ходят спокойно туда за грибами и ягодами. А Нюся с бабушкой ходили туда за лесными травами. Бабушка у Нюси была женщиной статной, от роду лет шестьдесят, с густой гривой медных волос, заплетенных в косу. А в тяжелой косе ни грамма седины. Косу бабушка обвивала вокруг головы венком, а сверху почему-то всегда надевала белую косыночку. И белый передничек поверх широкого свободного покроя платья.

Травы, которые Нюся собирала вместе с бабушкой, они приносили в дом и разбирали, и раскладывали, и сушили. А бабушка Нюсе про эти травы и рассказывала всякое. Какая травка от боли головной, какая колики в животе успокоит, а какая и в сон клонит. Было у них в лесу любимое место заветное около могучего дуба. Дуб тот разросся до того необъятный и кряжистый, но крону свою всегда держал гордо. И птиц там в ветвях дуба селилось немеряно. Нюся очень любила приходить сюда на закате, садиться около дуба, спиной прислониться к корявому боку и слушать как в его кроне затихает разноголосая птичья песня. И как затихнет последняя трель, значит солнышко то и село за пригорок, и пора бежать обратно домой, где бабушка напекла вкусных пирожков с малиной и заварила ароматный травный чай.

Домик у Нюсиной бабушки был небольшой, но уютный. Внутри вместительные сени, а за ними светлая комната, просторная с двумя большими окошками и с печкой огромной. В сенях еще была лестница на чердак – там сушились травы. И подпол – там бабушка держала разнообразные соленья и варенья.

Рядом с печкой за занавеской стояла бабушкина кровать, на которой и спала Нюся, когда приезжала погостить, а бабушка перебиралась на печку. Чем был очень недоволен бабушкин большой черный кот Михевасий. Он привык печку не делить ни с кем. Поэтому ближе к ночи, отоспавшийся за день, кот садился около двери в сени и мявкал, чтобы его выпустили на прогулку. Бабушка всегда его выпускала и приговаривала: “Кот за порог, счастье впрок, крючок на замок, никто не занемог”.

Нюся не понимала этой присказки, но думала, что это какая-то старинная прибаутка. Бабушка знала много прибауток и присказок. Когда травяные отвары варила, то все время что-то бормотала над котелком. А отварами и настойками из трав она лечила селян.

Перед домом бабушки располагался палисадник. В нем росли умопомрачительной красоты оранжевые садовые лилии. Они даже как-то назывались по-научному, или “дабл оранж”, или “оранж планет”. Бабушка однажды закупила на садовом рынке десяток луковиц. Воткнула их в землю в палисаднике, а просто так и воткнула, а лилии возьми, да и заколосись. И уже столько лет радуют глаз своим видом, а нос запахом. Нюся любила сидеть в палисаднике среди лилий с книжкой и плеером. Читала фантастику и слушала группу Чи-Ли.

Обычно, где-то через неделю после приезда Нюси, бабушка нанимала телегу с лошадью у дяди Семёна из четвертого дома, и вместе с Нюсей они ехали на большой рынок в поселок Комаричи. Этот поселок располагался около железнодорожной станции. А станцию открыли ещё в 1897 году. Вот возле неё то и разросся этот поселок.

А комаричский рынок располагался за вокзалом и привокзальной площадью. На рынке торговали кто чем: одеждой, живностью, соленьями и всякой утварью, что пригодилась бы в хозяйстве. Нюся очень любила эти поездки, потому что это означало, что они с бабушкой купят цыплят, и Нюся все лето будет ухаживать за ними и смотреть как растут эти маленькие желтые комочки. На этот раз купили даже поросенка. А коровка у бабушки и так была – Глашка. Хорошая коровка, нежная, и молоко давала, самое парное молоко на свете.

Закупившись необходимым, Нюся с бабушкой ехали обратно, по дороге домой пели песни, или Нюся слушала бабушкины рассказы про жизнь. Нюся теперь была достаточно взрослая, подросток лет пятнадцати. Школу скоро закончит. Училась Нюся на “хорошо” и “отлично”. Была спортивной девочкой и увлекалась фантастикой. Любила играть на пианино, и училась, параллельно ещё, в музыкальной школе. И вроде, была по-настоящему городской девчонкой, если бы не эти летние визиты в деревню. Здесь, у бабушки, в её уютном домике, среди брянских заповедных лесов, Нюся чувствовала себя абсолютно свободной духом и счастливой. И всегда в ней жило ожидание чуда. Но пока чудо было повседневной жизнью в деревенском доме. Привести в порядок закуток в сарае для свинки. Сделать короб для маленьких цыпляток. Потом их можно будет, когда подрастут, выпускать в палисадник на прогулку. А сейчас необходимо кормить по часам мелкорубленным желтком, с добавлением зелени и поить чистой водичкой. Подросшие, они перейдут уже на пшено и просо. С поросенком проще. Сначала можно поить парным молоком. А потом уже переводить на отварные каши, бульоны с очистками и хлебом. Нюся правда всегда жалела, что придется поросенка резать в конце лета. Да и парочка тройка подросших бройлеров тоже пойдут на продукты. Зато Нюся и мама будут осенью и зимой с домашним мясом.

Имена купленным животным никогда не давались. Клички были только у кота, коровы, ну может ещё у старого грача, который жил рядом на березе. Звали грача просто Гешка. Нюся однажды, ещё маленькая была, подобрала птенца, и принесла к бабушке, чтобы подлечить его вывернутое крылышко. Птицу подлечили, думали, что улетит, ан нет, остался грач с ними и теперь жил в домике на березе. Домик сделал для него тот же дядя Семён. Усадьба прямо, а не домик. Когда Нюся сидела в палисаднике с книжкой, Гешка иногда прилетал к ней на плечо. Примостившись на плече, тихо дремал.

Нюся не все время проводила с бабушкой, она с малых лет подружилась с ватагой местных ребятишек, что жили в селении. И такой большой разновозрастной гурьбой они бегали по лесным опушкам, неподалеку от селения, строили шалаши на деревьях, играли в лапту. А особенно любили, когда дядя Семён возил всех, по воскресеньям, на своей телеге в поселок на просмотр индийских фильмов. Хорошие были фильмы, душевные, там всегда добро побеждало зло. И все индийские злодеи были наказаны. Потом целую неделю Нюся с ребятишками играли в “Зиту и Гиту”.

А однажды рядом с селением расположился небольшой цыганский табор. Куда держали путь эти славные кочевники, какие дороги уже были позади, никто не знает и не ведает. Но почему-то приглянулось им пустое поле недалеко от селения и затормозили здесь на некоторое время. Никто в селении цыган не боялся, люди относились к ним по-доброму, угощали кто чем мог. Нюсина бабушка снабжала их парным молочком от коровки Глашки и яйцами от курочек-хохлаток.

Их ребятишек Нюся даже приняла в команду, и все вместе они играли от зари до зари в разнообразные игры. По вечерам цыгане приходили в селение, была там небольшая площадка перед вторым домом около центрального колодца. Как весело звучали их песни, какие красивые пляски устраивали всем селением под гитару и пение.

Почему-то через недели три, табор неожиданно снялся с насиженного места и направился пылить куда-то по дорогам России. А накануне, вечером к Нюсе подошла старая цыганка и предложила погадать по ручке на прощание. Просто так предложила, за доброту и ласку христианскую. Нюся удивилась, но не испугалась и протянула спокойно руку. Долго смотрела старая цыганка на Нюсину руку, потом подняла на неё старые мудрые глаза и поведала девочке, что ждет её чудо-чудное, и встретится она с загадочным да неведомым, труден путь будет, но легко она преодолеет все на пути своем, и сама себе помочь должна в этом. Так сказала старая цыганка, обняла Нюсю и ушла в свой табор. А утром уже и не было никого на том поле.

Нюся не придала значения гаданию, да и забыла вскорости про все это. Мысли подростка хаотичны, и не зацикливаются на чем-то постоянно. Многие и не вспомнят, о чем думали минуту назад. Так и Нюся на следующий день забыла про гадание напрочь, внимание переключив на повседневные заботы по хозяйству, обучение травничеству, чтение, да игру с ребятишками.

Так и большая часть лета пролетела весело и радостно. И в один из тихих и спокойных вечеров Нюся с mp3 плеером на шее решила прогуляться перед ужином к дубу. Посидеть, музыку послушать, не птиц. Может помечтать. О мальчиках. Был один мальчик в селении, Василий, красивый такой парнишка светленький и глаза голубые как небо. И частенько посматривал он этими голубыми глазами в Нюсину сторону.

Глава 2

Прислонившись к теплому дубовому боку, Нюся, закрыв глаза сидела и слушала музыку в плеере и мечтала, о чем-то тайном, девичьем.

Потому и не сразу заметила, как внезапно гроза налетела, небо нахмурилось, тучи наползли черные такие, страшные, дождь полил как из ведра. Ну дождь то не беда, под дубовой кроной не страшно промокнуть, а вот когда молния рядом начала в землю бить, Нюся немного испугалась. И только встала и подумала, что лучше быстро домой бежать и промокнуть, чем её тут молния застанет, как тут же и шарахнуло…

Молния попала в дуб, а Нюся, которая все-таки уже смогла отбежать на некоторое расстояние, от удара отлетела в куст можжевельника…

Очнулась Нюся все ещё на той же полянке рядом с дубом, в который попала молния. Дуб стоял, как и раньше могучий, с роскошной кроной и никакой видимости от увечья молнией. Нюся и сама чувствовала себя в порядке. Рядом куст можжевельника укоризненно шелестит листочками, как бы говоря, вот свалилась ты на мою голову. А около куста на пенечке сидит “гриб-боровик”. Ну не сам гриб, а похожий на него, мужичек такой маленький. Нюся оторопело посмотрела на мужичка, а он возьми, да и проговори скрипучим голосом:

– Что девица, очнулась уже.

У Нюси от изумления глаза на лоб полезли.

– Вы кто? – пробормотал Нюся.

– Лесовик, я, – маленький человечек, спрыгнул с пенечка и подошел к Нюсе. – Давай вставай, я тебя к чародейке отведу, посмотрит цела ли ты.

– Не хочу я ни к какой чародейке, – Нюся упрямо сидела около родного уже куста можжевельника.

– Да не бойсь, недалеко тут, за рощицей и домик, – лесовик взял её руку и потянул.

– Ладно уж, пошли, – Нюся поднялась и поблагодарила за помощь. – Спасибо!

Шли они вроде по знакомой тропинке, Нюся так от бабушкиного дома сюда приходила, а вроде, как и незнакомо все вокруг, деревья чужие, или другие.

Вышли и правда на полянку, где стоял домик…бабушки?

Зашли на крыльцо, постучались в дверь. Дверь им открыла симпатичная молодая женщина лет тридцати, с роскошными медными волосами, подвязанными шнурком. Нюся во все глаза смотрела на эту женщину. Женщина вопросительно смотрела на лесовика и Нюсю.

– День добрый, матушка чародейка, вот найденыша в лесу углядел, – показывая пальцем на Нюсю, сказал лесовик. – Приветить бы?

– Как ни приветить, приветим, – красивым контральто проговорила женщина, – проходите в светлицу.

“Светлица” была светлой ухоженной комнатой, а заодно и кухней, где стояла на половину этой самой “светлицы” огромная печка, а на печи спал…обалдеть…черный кот там спал, бабушкин черный кот, которого Нюся уже лет так десять знала. Нюся во все глаза удивленно смотрела на кота. Кот в свою очередь лениво посмотрел в её сторону. Но тут же зрачки его глаз расширились и как бы залили черным всю радужку. Кошки так иногда смотрят на что-либо их жутко заинтересовавшее. Уши настороженно повернуты вперед, глаза круглые черные и выражение такое загадочно-удивленное. Поиграв с Нюсей в гляделки некоторое время, черный кот, как будто что-то решив про себя, лениво сузил глаза и отвернулся.

А Нюся была приглашена за стол.

– Проходи гостья, присаживайся, сейчас соорудим что-нибудь из съестного, – ласково проговорила женщина, – кстати, меня Анной зовут, я местная знахарка.

– А меня Нюся, очень приятно! А почему лесовик сказал, что к чародейке пойдем?

– Пошутил, лесовик! – сказала женщина, и так посмотрела на маленького человечка, что он тут же засобирался.

– Ну я это, пойдукась, не время мне тут с вами рассиживаться, чаи гонять, в лесу дел полно, за белками надо приглядеть, бурундуков приструнить, выхухоль утихомирить, – и умчался, смешно семеня коротковатыми ножками в лаптях.

– Нюся? Значит? – задумчиво посмотрела на неё Анна. – Хм! Интересно, интересно, а где тебя лесовик то нашел?

– Около старого дуба. – Нюся присела за стол, приглашали же.

– Очень интересно! Ну что же давай чаевничать, у меня и пирожки с малиной есть! Михевасий, подойди, поздоровайся с гостьей, нечего на печи бока отлеживать, – повернув голову, Анна громко обратилась к коту.

Кот приоткрыл один глаз, посмотрел на хозяйку укоризненно, но встал, потянулся, оттопырив заднюю часть и выставив хвост трубой и, спрыгнув с печки, подошел все также лениво и ткнулся Нюсе головой в ногу.

Нюся, медленно вытянув указательный палец, протянула руку и поковыряла кота между ушей, типа погладила. Кот, мявкнув, с выполненным долгом развернулся и полез обратно спать на печку.

Анна разлила в глиняные кружки какой- то пахучий, травяной чай и достала из печи пирожки. На вид казались вкусные, как бабушка печет.

– Ну рассказывай, как в наших краях очутилась-то? – удобно устроившись на стуле, спросила Анна.

– Я в лесу, около нашего векового дуба сидела, музыку слушала, а тут гроза неожиданно нагрянула, но под дубом не страшно, его крона от дождя защищает, – Нюся начала свой рассказ, – а потом внезапно молния ударила, да прямо в дуб, или в меня, я даже не разобрала, потому что меня откинуло от дуба прямо в кусты. А дальше ничего и не помню. Очнулась – грозы не было, дуб целый и этот лесовик сидит около меня на пенечке. Странно все это.

– Странно, – согласилась Анна, – ещё странней и не придумаешь, почему вековой дуб тебя сюда теперь забросил.

– В смысле, теперь? – Нюся удивленно посмотрела на Анну.

– Нюся, посмотри внимательно на нас с тобой, – попросила Анна, – ничего не замечаешь?

– Волосы медные, глаза зеленые, родинка на верхней губе, ой, и шрамик над левой бровью – результат падения с велосипеда, – Нюся пристально стала разглядывать женщину.

– И мою бабушку зовут Акулинья, а маму Мария, папу звали Федор, – проговорила Анна.

Нюся вытаращилась на неё во все глаза.

– Такого не бывает. Параллельные вселенные! Вау! Фантастика! Значит я?

– Значит я это ты, – продолжила за неё фразу Анна, – только старше. И ещё, не параллельные это вселенные, видать, магический сдвиг во времени. Я также сюда попала пятнадцать лет назад в грозу.

– Ого! И все время здесь живете? Живешь? – Нюся решила, что “выкать” самой себе надо перестать. – Как же так? Если мы обе тут, то кто там?

– Пока не знаю, зачем вековой дуб тебя сюда сейчас перекинул, может я чего-то тут не сделала, чего от меня ждали. Тогда непонятно почему так долго ждали? Намекнули бы. А тут тебя прислали! – Анна задумчиво уставилась на печку. На печке лежал кот.

– Михевасий, может просветишь нас насчет планов этого мира? – произнесла Анна строго.

Михевасий плавно перетек из “лежа” в “сидя” и посмотрел сначала на Нюсю, потом на Анну.

– А чего просвещать-то, и так понятно, что ведомо вековому дубу, то не ведомо нам-мрр! – изрекши такую глубокомысленную фразу, кот опять удобно улегся в клубок и уснул.

Нюся чуть не свалилась со стула от удивления – кот говорит! А потом поняла, что ничего не поняла. Анна также сидела задумчиво.

Вдруг тишину нарушил мерный стук по стеклу окна. Нюся посмотрела туда и увидела грача, который сидел на подоконнике с той стороны и постукивал клювом по стеклу.

– Кто это? – спросила Нюся. Подозрительно как-то всё тут напоминает её мир, но что-то другое, вот и грач вроде на Гешку похож.

– Грач наш Герандий, но он не говорит, если только одно слово, – улыбнулась Анна.       Встала со стула и пошла открывать окно чтобы впустить грача. Тот гордо прошел в оконный проем и перелетел потом с подоконника на спинку стула.

– Дрру-жба! – молвил грач, косясь на Нюсю одним глазом.

– Да, Герандий, это Нюся, с ней ты и будешь дружить, когда…– тут Анна не договорила и отвернулась за вскипевшим чайником.

Когда все опять уселись за стол чаевничать и лакомиться очень вкусными пирожками с малиной, Анна окликнула Михевасия и попросила всё-таки растолковать Нюсе её неожиданное появление здесь и сейчас. Михевасий вздохнул, слез с печки и устроился на третьем стуле около стола. И начал самое удивительное в жизни Нюси повествование, которое ей приходилось слышать.

– Нюся появление твое здесь не случайное и видать своевременное, так звезды сложились, или что там ещё в магическом мире то и складывается, вижу я и не удивлена ты совсем запутанной такой ситуацией, это хорошо, придется выслушать тебе историю необыкновенную и поразительную, – вдохновленно проговорил кот.

      Михевасий начал рассказ с того, что он был когда-то человеком и юным магом в этом мире, и, что он из этого мира убежал от злой болотной ведьмы. Она тогда искала его любви ли, а он юный чародей-алхимик не хотел её никак. И до того их противостояние напряженным стало и невыносимым, что придумал он как заточить ведьму во временной магический контур вне пространства и времени. Изобрел такой круг волшебный: по краям расставляются камни и минералы заговоренные, а рядом пишутся знаки и заклинания. И встают в этот круг те, кто необходим. Да вот когда он ведьму болотную обманом заманивал, да в небытие затачивал в круге том, не все гладко то и вышло, наложила на него и всех его потомков ведьма проклятье маленькое такое, ну какое удалось. Успела напакостить и исчезла в небытие. А он оказался в том мире с висящим на “хвосте” проклятием. Получилось у него сбежать, так сошлись желания, умения и звезды этого мира и того. Да, наверное, ещё слишком юн он был как чародей. И не получилось у него остаться в том мире надолго. А как все хорошо складывалось, встретил прабабушку их, влюбился и родили они девочку, а потом его неожиданно, в один обычный день, переметнуло в этот мир, да проклятие силу набирало тут, эх много зла ещё в людях, оно и подпитывалось, вот и стал котом уже в этом мире. А потомки его тоже получили свою порцию, мужчины в роду с тех пор и не задерживались. Да скорее всего и ведьма та проклятущая каким-то образом силу стала набирать, хотя и не существовала пока в живом виде в этом мире, но желала возродиться.

– Так ты наш прадедушка? – у Нюси глаза вытаращились на кота.

– Да, не перебивай, скоро все узнаешь из рассказа, – проговорил кот Михевасий.

И продолжил объяснять, что по женской линии скорее всего в роду все были медноволосые и с зелеными глазами, в прабабку. Рождались только девочки, да магическими силами иногда награждались через поколение, т.е. мама Нюси была без способностей. Когда маг попал в тот мир и проклятье за ним распространилось – связь с ведьмой осталась крохотная, и видимо она питалась тем, что мужчины уходили из семьи после рождения ребенка, питалась горем и обидой после расставания и силу копила, чтобы когда-нибудь возродиться. А пятнадцать лет назад и возродилась в дочери царя здешнего, а так как связана была кровным проклятьем, то и перебросило Нюсю в ее день рождение, только с разницей в пятнадцать лет. Одна часть Нюси здесь материализовалась Анной, а другая часть задержалась песчинкой в магическом мироздании и только сейчас проявилась. Для Нюси прошло одно мгновение, а для Анны столько лет.

По какой-то причине и ведьма ждала, пока Анна в силу магическую войдёт, росла спокойно, но видать силы мировые и вековое древо решили по-своему, и вот и Нюся материализовалась тут понятно для каких целей.

– Ну и фантастика! Мы с Анной одно целое, но порознь! Злая ведьма! Дед – кот! А кстати, почему бабушкиного кота зовут тоже Михевасий? – Нюся от всего услышанного обалдела немного, – он ведь не твое воплощение там?

– Без понятия, и вряд ли, – ответил здешний кот, – это мое родовое имя, и может жена моя завещала так называть этим именем мальчиков, что будут рождаться, а рождались девочки, вот имя и перешло плавно на котов, и вовсе не фантастика – в ней всё физическим законам подчиняется, а здесь магия непознанная, – уже усмехаясь продолжил повествование.

А Анна пока стала няней маленькой царской дочери, даже не подозревая что в той сидит злой дух болотной ведьмы. Пока няней была, выросла, и в двадцать лет способности к ней пришли чародейские. И не только няней теперь, но и придворной чародейкой стала служить, а за несколько месяцев до Нюсиного появления ушла вот в эту избушку жить. Но не все так просто, надобно, чтобы Нюся подросла хотя бы до восемнадцати лет, и кот попробует опять сделать круг и, когда будет красная луна, объединит Анну с Нюсей и передадутся способности магические, но Анна объединиться с Нюсей и исчезнет, а Нюся, уже целиком, будет сражаться с ведьмой, т.к. проклятье снимается только кровником, а ближе Нюси и нет тут у него никого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.