Lover of good stories
Вы имеете право хранить молчание

1.

Тесс посмотрела на себя в зеркало. Медленно повернула голову в одну сторону, затем в другую. Поправила волосы и удовлетворенно отметила, что прическа идеальна. Вздохнув, девушка начала красить губы нюдовой помадой, раздумывая над тем, почему до сих пор просыпается по утрам в одиночестве.

Она ведь не была занудой, регулярно выбиралась с подругами на вечеринки посидеть в баре, потанцевать, не забывая периодически смотреть по сторонам, ища в толпе того самого. Мужчину мечты. Ведь природа наградила ее отличными данными, она умела выгодно себя подать, хорошо и со вкусом одевалась, а также умело подчеркивала макияжем свои достоинства. Ничто не мешало ей обрести любовь, выйти замуж… Но на деле все складывалось не так…

Мужчины, конечно, были не против провести ночь с красавицей-незнакомкой, но… «однодневок» она вычисляла на раз и всячески пресекала попытки знакомства. Прокололась Тесс лишь единожды и до сих пор краснела, вспоминая…

С виду он был идеальным, да поначалу все в принципе шло неплохо. Он через официанта угостил ее коктейлем, вежливо приподняв свой стакан виски, когда девушка обернулась посмотреть на «того мужчину, за третьим столиком». Не наседал, лишь бросал заинтересованные взгляды и улыбался немного наглой улыбкой. Самую малость. Тесс сдалась…

Они мило болтали, выяснив, что его зовут Хэнк, он работает в автосервисе, переехал недавно и еще не совсем освоился в новом городе. Потом они поехали к ней, и Хантер казалось, что вот, наконец-то, все складывается как и должно. В постели все шло как по маслу, они уснули только под утро, измотав друг друга.

Но, когда Тесс проснулась, все ее мечты развеялись. Хэнк исчез, да так, что до сих пор не дал о себе знать. Спустя почти два месяца… Это было вдвойне обидно, ведь Тесс думала тогда, засыпая, что, наконец, встретила того самого парня, с которым можно попробовать что-то серьезное… Но по итогу вышло, что Хэнк был другого мнения…

– Хватит! – громко одернула саму себя Тесс. – Он просто мудак. Будем надеяться, что его придавило какой-нибудь машиной и он просто ждет, когда ему снимут гипс, чтобы прибежать и пасть к твоим ногам, девочка.

С серьезным лицом она посмотрела на свое отражение, а затем звонко рассмеялась. Конечно, глупая. Надейся… Взяв сумку, девушка направилась к входной двери, бросив быстрый взгляд на часики, украшающие ее запястье. Отлично, время еще есть.

Мысли о неудачном знакомстве моментально отошли на второй план, когда Тесс подумала о том, что сегодня ей предстоит познакомиться с человеком, назначенным ее напарником, и с которым, по стечению обстоятельств, ей придется проводить большую часть своего времени.

Серия убийств, начавшаяся пусть и не так давно, уже наделала много шума. Ее отдел, состоящий, собственно, из самой Тесс, в качестве начальника, и Шонэлли Бэлла, в качестве ее помощника, присоединили к отделу особо тяжких, четко определив границы: Бэлл остается в тылу, а Тесс в силу опыта, знаний и прочих достоинств (цитируя начальство) включена в следственную группу.

Главным детективом был назначен человек, лишь несколько месяцев назад переведенный к ним из Канады – и сразу за главного. Слухов, как обычно, ходило много, но вряд ли они соответствовали реальному положению дел. Просто талантливый молодой детектив и волна убийств, которые ему, судя по рекомендации канадских коллег, вполне по силам раскрыть.

Тесс сбежала по ступеням и села в уже прогретую машину. В суматохе и вынужденных хлопотах, связанных с переездом в новый кабинет, она так и не успела даже имени его узнать, хотя со всем остальным составом участников была знакома. Ну, ничего. Сегодня и узнает… Улыбнувшись своим мыслям, девушка аккуратно выехала на обледеневшую дорогу…

Заочно хорошее мнение о новом коллеге быстро сменилось на негативное, когда Тесс оказалась зажатой в пахнущем потом, сигаретами и непростиранными рубашками помещении допросной, наблюдая через стекло за тем, как их единственный, на текущий момент, свидетель с диким взглядом озирает небольшое помещение, то и дело косясь на огромное стекло, за которым, как он конечно же знал, находились люди, следящие за каждым его движением.

– Сколько это будет продолжаться? – не выдержала Тесс, заодно прервав гнетущее ее молчание, прерываемое лишь тяжелым дыханием коллег, явно несоорентировавшихся пока, как себя правильнее повести в обществе красивой и единственной в команде девушки.

– Ну, может, пойдете вы? – ляпнул, наконец, прокурор.

– Я???

– Ну, вы, вроде как, психолог.

– Что значит это ваше «вроде как»? – возмутилась Тесс. – Я штатный специалист поведенческого анализа. Психолог с ученой степенью. Преподаватель одного из главных учебных заведений Штата, готовящих специалистов вроде вас. Вроде как прокуроров, детективов и прочее… – едко закончила она, понимая, что сейчас тот самый переломный момент, когда ни в коем случае нельзя дать слабину.

– Я прошу меня извинить… – промямлил мужчина, которому явно стало тесно с ней в одном помещении.

Остальные переглядывались и молчали, неловко отводя глаза, когда дверь в комнату открылась, и внутрь вошел высокий, мускулистый мужчина, окинув всех присутствующих цепким взглядом красивых карих глаз.

Взгляд его остановился на девушке, присутствие которой, в общей массе, выглядело весьма гротескно, и он замер, узнав ее. Несмотря на то, что тело его застыло, но язык, видимо, продолжал жить своей собственной жизнью, поскольку послушно произнес заготовленную фразу:

– Меня зовут Роберт Хилл. Я главный детектив по делу. Прошу прощения за опоздание, на то были уважительные причины.

***

Сделав глубокий вдох, Мэй Паркер открыла дверь, ведущую внутрь отдела полиции, и шагнула через порог. Смесь запахов, преимущественно неприятных, мгновенно ударила по рецепторам.

Слегка сморщив носик, она разочарованно выдохнула, вспоминая чистый и опрятный офис главного полицейского управления, расположенного всего парочкой этажей выше, где еще десять минут назад она подписывала документы и получала пропуск, вкупе с удостоверением.

– Куда прешь?! – заорал сидевший на входе полицейский.

– Это вы мне? – обомлела Мэй.

– Тебе! Че у тебя? Заява? На допрос вызвали? Свидетель, что ли?

Шумно выдохнув через нос, девушка попыталась взять себя в руки, шлепнув перед дежурным свой свеженький пропуск.

– А… Так ты новенькая, – моментально смягчился мужчина. – Тебе к Кингу, туда начальство определило. И сразу скажу – не завидую.

– Почему?

– Тяжеловато с ним работать-то… – доверительно сообщил дежурный, признав в Мэй «свою». – Хотя профи он что надо, сто процентов по раскрываемости. Как волчара в дела вгрызается. Девок не жалует, правда…

– Гей? – вскинула бровки брюнетка.

– Не, в разводе.

– Чудесно… – прошептала Мэй себе под нос. – Женоненавистник…

– Ну, ладно, ты давай иди, задания получай. Как время будет – забегай, потрещим, введу себя в курс дел наших в отделе.

Сделав вид, что не заметила его многозначительные подмигивания, Мэй пробормотала слова благодарности и направилась в сторону длинного коридора с кучей дверей по обе стороны. Нужная ей, с табличкой «Детектив Дейв Кинг», обнаружилась в самом конце. Видимо, его хозяин предпочитал уединение.

Осторожно постучав, Мэй открыла дверь и заглянула внутрь. Сидевший за столом, заваленном бумагами, фотографиями и какими-то папками, мужчина с крайне могучей мускулатурой и пронзительными голубыми глазами уставился на нее. Довольно красивое лицо не выражало ровным счетом ничего, даже интереса к внезапной гостье.

– Эм… Здравствуйте. Мне нужен детектив Кинг.

Слегка кивнув, он продолжал смотреть на неловко замершую на пороге девушку.

– Меня зовут Мэй Паркер.

Очередной невразумительный кивок.

– С вами работать буду.

В голубых глазах мелькнуло явное раздражение. Мужчина встал из-за стола и направился к дверям. Мэй невольно сглотнула, когда он остановился напротив. Детектив Кинг был выше нее, примерно на голову, но все меркло перед его габаритами, особенно в сравнении с хрупкой и стройной Паркер. Девушке казалось, что он нависает, заполняя собою все небольшое пространство кабинета, хотя их разделяла пара шагов, вполне достаточных, чтобы говорить о личном пространстве.

– Без обид, но ты мне тут не нужна.

Хрипловатый, сочный голос отдался в затылке Мэй каким-то щекочущим покалыванием. Она хотела спросить почему, а еще дать понять, что она не просто тупая кукла, способная лишь заниматься перекладыванием бумажек, однако слова не шли с языка. Паркер стояла и смотрела в эти суровые глаза, разглядывала четко очерченные губы детектива, сжатые в недовольную гримасу, волевой подбородок, заросший многодневной черной щетиной, и думала лишь о том, что никогда в жизни еще не встречала более идеального человека.

– Пошли, найдем тебе другого няньку.

Сказанная с легким оттенком пренебрежения фраза помогла Мэй прийти в себя. Чувство собственного достоинства воинственно завопило внутри, потрясая копьем.

– Я не нуждаюсь в няньках и уж тем более не собираюсь бегать за вами по всему отделению, будто собака на поводке, пока вы решаете, кому меня на передержку сдать. Если определили работать под вашим началом, значит – буду работать, нравится вам это или нет.

Взгляд Дейва загорелся чем-то, отдаленно напоминающим интерес. Скрестив руки на груди, он кривовато улыбнулся, став, как ни странно, еще более привлекательным. Мэй невольно повторила его жест, изогнув бровь вместо улыбки и вздернув подбородок. Какое-то время они буравили друг друга взглядом, пока Дейв в крайней степени скучающим тоном не произнес:

– Ладно, сама напросилась, Мэй Паркер…

2.

Роберт Хилл ко многому привык за тот долгий срок, что проработал в полиции и почти никогда – крайне редко – не чувствовал себя желанным гостем, где бы то ни было.

Особенно в тех местах, где ему доводилось бывать по долгу службы, там, где люди были вынуждены общаться с ним не по своей воле, отвечай порой на неприятные для них вопросы. Лица этих людей чаще всего выражали массу эмоций (или не выражали ничего, что, по мнению Хилла, было даже еще хуже), но основная была такова, будто бы это он, детектив, виноват во всем произошедшем, в чем бы оно не проявлялось. Он, ну и, возможно, тот, кто его сопровождал. Словно полицейские источали какой-то странный, неприятный запах.

Но Роба это никак не задевало. Ему было плевать на мнение окружающих его людей. Плевать, что о нем думают или говорят другие. Они могли сыпать ругательствами, проклинать профессию детектива, обвинять во всех смертных грехах, слать ему взгляды полные злобы и ненависти – для него лично это не имело никакого значения. Совсем. Ничто не могло выбить его из колеи.

У него было непростое детство: будучи младшим ребенком в семье своего дяди, где он жил после скоропостижной смерти родителей, Роб научился многому. Четверо его кузенов тщательно потрудились над тем, чтобы парень вырос абсолютно невосприимчивым к выпадам окружающих в его адрес. Ради справедливости следовало отметить, что выходки братьев, порой, не шли не в какое сравнение с выходками посторонних людей, с которыми Робу приходилось сталкиваться во взрослой жизни.

Поэтому Хиллу крайне неприятно было признать, что он неожиданно, в первую очередь для себя, покраснел, войдя в небольшую комнату для наблюдения, где находилось уже пять человек. Все, как по команде, уставились на вошедшего, молча буравя его взглядом, пока он извинялся за опоздание. Но вовсе не их прохладная реакция на его появление являлась причиной смущения. Роб сейчас молча проклинал себя за то, что не потрудился загодя выяснить весь состав следственной группы.

Имя Тесс наверняка включило бы сигнал тревоги в его голове, и он хотя бы смог подготовиться к их неожиданной встрече. Настроился морально. Возможно, он даже позвонил бы ей заранее и попросил закрыть глаза на их интрижку хотя бы до конца допроса. Но сейчас он мучился выбором: молча сносить ее уничтожающие взгляды или, плюнув на все, выяснять отношения при всех, что, естественно, было исключено.

Несколько секунд Хилл даже раздумывал над тем, не попросить ли Тесс выйти с ним в коридор для разговора, но, еще раз посмотрев на нее, понял, что сейчас девушка вряд ли настроена на беседу.

– Какого черта вы позволяете себе являться с таким опозданием??? – накинулся на Роба тип в сером пиджаке, который явно был маловат владельцу.

Лицо этого некто было абсолютно обычным, тусклым и не запоминающимся, поэтому Хилл не сразу узнал в нем прокурора, с которым его пару дней назад уже знакомили. Звали его, кажется, Адам Смит. Или как-то иначе. Робу было все равно. Но сейчас он был даже рад, что этот невзрачный тип набросился на него прямо с порога. Сейчас Хилл был готов и согласен на все что угодно, лишь бы не разговаривать с Тесс.

Обычно наглый и независимый Роберт Хилл принял решение в пользу мягкой дипломатии, не желая раззадоривать и без того взвинченного собеседника, который, возможно, пригодится ему в будущем в качестве союзника.

– Как я уже упомянул, на то были уважительные причины. Сожалею, что вам всем пришлось ждать меня, – вежливо-отстраненным тоном ответил Роб, невольно скользнув взглядом по лицу Тесс, которая скривилась от его фразы, будто лизнула лимон.

– Вы готовы приступить к допросу, детектив?

– Еще пару секунд, если позволите. Хотел бы с минуту понаблюдать за нашим свидетелем… – ответил Роб и протиснулся к стеклу, сложив на груди руки и чуть наклонив голову на бок.

– Сейчас очень важно получить ответы хотя бы на некоторые наши вопросы, – наседал прокурор.

– Да, я несомненно заинтересован в этом не меньше вашего, но позвольте, вы точно уверены, что парень в состоянии давать показания? – слегка нахмурившись, Роб наблюдал за человеком по ту сторону стекла. – Он явно на взводе.

Деликатное покашливание за спиной вынудило его обернуться. Тесс стояла прямо за ним, чуть приподняв брови.

– Любой на его месте нервничал бы, детектив. Он ждет уже больше трех часов и, само собой, уже надумал себе разного…

Роб вновь стушевался. Оказавшись так близко к девушке, он осознал, насколько она красива. Казалось, еще красивее, чем в день их первой встречи. Исходящий от нее легкий аромат духов, свежести, уже знакомый ему со дня знакомства, всколыхнул волну воспоминаний и ассоциаций, мало уместных в данных обстоятельствах.

Он обнимает ее гладкое тело, с силой сжимая пальцы на упругой попке девушки и толкаясь как можно глубже… Тесс, прикрыв глаза, хватает ртом воздух и постанывает… Такая восхитительная… Зарычав от удовольствия, Хилл притягивает ее за шею и жадно ловит ее губы, усилив движения бедер…

Проснувшись тем утром, Хилл ощутил непривычное доселе желание: продлить эти отношения. Остаться. Дождаться, пока она проснется и заняться с ней сексом, потом позавтракать и рассказать правду о себе. Конечно, этот душевный порыв был искоренен сразу же. Ему ни к чему отношения и привязанности. Но, уходя, Хилл колебался, с сожалением смотря на спящую девушку. И он помнил это чувство…

Он попытался взять себя в руки, отбросив сбивающие его с рабочего настроя мысли.

– Тогда не будем заставлять его ждать, верно? – ответил Роб, мужественно выдержав взгляд направленных на него прекрасных глаз.

Хмыкнув, девушка отвернулась, а Хилл почувствовал досаду: он не понимал, почему его так задело ее пренебрежение.

***

– Вы же не серьезно?

Мэй уставилась на Дейва, мысленно уговаривая себя не начинать орать. После состоявшегося между ними поединка по гляделкам мужчина ненадолго вышел из кабинета, чтобы вернуться с небольшим столом, больше похожим на тумбу под принтер, и стулом. Впихнув все это в угол помещения, где громоздились башни из коробок, доверху набитых папками, Дейв обвел все это «великолепие» рукой и произнес:

– Прошу.

– Что это?

– Твое рабочее место, Паркер. Разберешь все дела, сделаешь опись и систематизируешь по алфавиту!

– Почему я?!

– Ну, не я же, – губы детектива тронула издевательская полуулыбка. – Или ты думала, что я выдам тебе ствол, бронежилет и мы поедем брать маньяка?

Мэй закусила губу и отвела взгляд.

– Реально так думала???

Негромкий, вибрирующий смех мужчины наполнил кабинет. Но он оборвался так же быстро, как и появился. Затем указательный палец левой руки детектива Кинга уперся в одну из пирамид с коробками.

– Систематизация, Паркер. И только после того, как ты все это сделаешь, я, быть может, куплю тебе картошки-фри с молочным коктейлем, да прокачу на патрульной машине с включенным маячком.

– Козел… – бесшумно прошептала Мэй себе под нос.

Вернее, ей казалось, что бесшумно. Или же у ее нового начальника был исключительный слух. Схватив девушку за локоть, он дернул Мэй на себя и приблизил свое лицо к ее настолько, что она без проблем могла разглядеть рисунок радужки его глаз.

– Мне глубоко плевать на то, что ты обо мне думаешь, Паркер. Сегодня ты мозолишь мне глаза, а через месяцок тебя переведут в другой отдел и мы забудем о том, что встречались. Но пока ты здесь, будь любезна ненавидеть меня молча. Это ясно?

Девушка молчала, мужественно не отводя взгляд. Ничего остроумного или хотя бы достойного в ответ придумать она была не способна, слишком ошеломленная столь близким контактом с этим большим, сердитым, но очень привлекательным мужчиной. Мэй интуитивно чувствовала его силу, авторитет, но не желала казаться слабой и запуганной. Не желала, но все равно казалась, и сама это понимала, злясь еще больше.

– Я не слышу ответа на поставленный мною вопрос, Паркер…

– Ясно! – это простое слово далось Мэй с огромным трудом.

Детектив хотел было добавить еще что-то, когда в кабинет влетел симпатичный, смугловатый парень с широкой улыбкой, демонстрирующей ровные и белоснежными зубы.

– Дейв, старик, я слышал ты… – заметив девушку, он замешкался.

– Знакомься, Эд. У меня тут теперь помощник.

Дейв, наконец-то, отпустил локоть Мэй и пожал руку пришедшего брюнета. Тот вновь заулыбался и протянул ладонь уже в ее сторону.

– Детектив Эдвард Мюррей, для своих – Эд.

– Мэй.

– Паркер, – добавил Дейв, явно наслаждаясь тем, что может то и дело ставить ее на место.

– Рад знакомству, Мэй Паркер, – улыбка Эдварда продолжала освещать комнату аки солнышко. – Как устроилась?

– С комфортом, не сомневайся! – хмыкнул Дейв.

Бросив на него сердитый взгляд, но, помня о состоявшемся разговоре, Мэй не нашла ничего другого, как избрать тактику игнорирования. Повернув голову к Эду, она улыбнулась ему одной из своих самых очаровательных улыбок:

– Спасибо, Эдвард, все хорошо.

– Ой, да зови меня Эд.

– Без проблем.

– Эд, ты по делу или как? – встрял Дейв.

– Да, пришел на совещание тебя звать. Ты же, как всегда, сидишь тут в своей берлоге, ни сном ни духом о том, что в мире происходит.

– Пошли, мне как раз не мешает развеяться. Паркер, за главную. Отвечаешь на звонки, принимаешь посетителей, систематизируешь дела. Приоритетность заданий начиная с конца.

– Угу, – Мэй с тоской проводила мужчин взглядом, мечтая попасть на это совещание и послушать, что там будут говорить.

Как только дверь с громким и неприятным хлопком закрылась, она сердито зарычала и упала на принесенный Дейвом стул. Схватив из ближайшей к ней коробки папку с делом, открыла и принялась листать, с каждым новым листком ужасаясь масштабу запущенности. Складывалось такое чувство, что документы туда просто сунули пачкой, предварительно сметенной со стола по окончании расследования, не удосужившись даже разложить по числам.

– Твою ж мать… – прошептала Мэй, осознавая весь масштаб предстоящей работы.

Однако Мэй Паркер не зря была одной из лучших на курсе. Девушка никогда не пасовала перед сложными задачами, умела найти подход к любой логической задачке, что неоднократно демонстрировала во время обучения, в связи с чем заслужила распределение в лучшее полицейское отделение города сразу же после окончания академии. Скинув пиджачок, Мэй закатала рукава рубашки и собрала волосы в небрежный пучок на макушке.

– Ну что ж, Мистер идеальный козел… Еще посмотрим, кто кого…

3.

Сидящий в допросной мужчина всем корпусом повернулся в сторону вошедших. Его лицо, одновременно, выражало облегчение от того, что больше ждать не придется, и тревогу, вызванную неизвестностью. Взгляд его сфокусировался на красивой молодой девушке, одарившей его вежливо-виноватой полуулыбкой.

– Прошу извинить нам эту задержку.

Взгляд мужчины нехотя переместился на сказавшего эту фразу, а затем севшего за стол напротив детектива. Вот он как раз совсем ему не нравился. Этот самоуверенный взгляд, видимость расслабленности во всей позе, но он-то знал таких: стоит ему что-то учуять – и пиши пропало. Вцепится в глотку так, что не отодрать, пока не расскажешь всей правды.

– Итак, давайте для начала представимся. Меня зовут Роберт Хилл. Я главный детектив по делу, а эта моя коллега – Тесс Хантер.

Голос приятный, глубокий. Но не стоит доверять. Это напускное…

Девушка и детектив переглянулись, когда свидетель никак не среагировал на сказанную фразу, продолжая молча исподлобья буравить их взглядом.

– Мистер Хьюз…

Ее голос еще приятнее. Просто услада для ушей. Даже детектива пробрало. Вон как напрягся. Словно хищник перед прыжком.

– Мистер Хьюз, – девушка вежливо кивнула, заметив, что он переключил свое внимание на нее, – позвольте, мы зададим вам несколько вопросов касательно произошедшего… с вашей соседкой. Дороти Бэйтс.

– Ее кто-то убил, – буркнул тот в ответ, нервно покосившись на детектива, который с заинтересованным видом наблюдал за их попытками нормального диалога.

– Именно об этом мы и хотели бы вас расспросить, – Тесс была само участие и доброжелательность.

А еще она была очень красивая. До неприличия. Таким, как она, не место в таких местах, как это.

– Мы сейчас говорим о Дороти, мистер Хьюз?

Он замолчал, осознав, что последнее предложение было сказано им вслух. Затравленный взгляд в сторону детектива Хилла дал понять, что тот явно не рассматривал вариант с Дороти, прекрасно поняв, про кого говорил свидетель.

– Зовите меня Том.

– Конечно, Том. Почему вы полагаете, что Дороти… – продолжила Тесс.

– Давайте на секунду отвлечемся от Дороти и вернемся к вчерашней ночи, когда вы, с ваших же самых слов… – Роб, не обращая внимания на возмущенный взгляд девушки, пролистал дело и зачитал: – Видел подозрительного человека у ее окон пополуночи.

Том кивнул, сжав коленями ладони, чтобы никто не заметил дрожи.

– А что, собственно, вы, Том Хьюз, пополуночи делали во дворе дома Дороти?

– Я… я ничего не делал!!!

– Вот как? – детектив вздернул брови вверх.

– Я выносил мусор.

– В полночь?

– Скажите, Том, что показалось вам подозрительным? – Тесс, понимая, что разговор приобретает отрицательный окрас, попыталась сменить направление.

– Возле дома Дороти кто-то был.

– Кто-то, кто вам незнаком? – переспросила девушка, помечая что-то в блокноте.

– Да. Я его не знаю!

– С чего вы взяли, что это был мужчина? – вклинился Роб.

– Ну… он был высокий и… и выглядел как мужчина…

– Ясно… – детектив еле сдержался, чтобы не закатить глаза, что явно разозлило Тесс.

– Что вас насторожило, Том? Почему вы обратили внимание на этого незнакомца? – девушка явно не собиралась так просто сдавать позиции.

– Он… – Том бросил испуганный взгляд на тонированное стекло и весь как-то сжался от испуга. – Это был… черный человек… – еле слышно пробормотал он, наконец.

– Черный? Мы сейчас говорим о цвете кожи, одежде? Может, цвете волос? – Тесс всеми силами пыталась помочь свидетелю показать им более или менее ясную картину.

– Говорят, что он выел ее внутренности… Это… это правда? – внезапно выпалил свидетель.

– Ну… скажем так – это не совсем правда. Я не хочу вам врать, Том, но и не могу делиться деталями расследования. Извините.

Роб посмотрел на нее не без восхищения. Тесс держалась просто отлично. Ему говорили, что в команду выделят лучшего специалиста, и теперь он наглядно видел, что ни в коем случае не приукрасили. Хотя Хилл мог поклясться, что Хантер была просто идеальной. Во всем. В постели, в работе, в быту… В первых двух пунктах он убедился лично…

Роб недовольно поморщился, когда Том резко вскочил со стула, прерывая плавное течение его мыслей.

– В чем дело?

– Я… Я ХОЧУ УЙТИ! – заорал свидетель так громко, что все и по ту сторону стекла, и по эту испуганно вздрогнули.

– Том… – голос Тесс был словно мед, она встала следом, успокаивающе протягивая вперед ладонь, – прошу, успокойтесь. Поймите, нам очень важно снять ваши показания сегодня. Безотлагательно.

– Нет! Я… а что, если он слушает? Что, если он придет за мной???

– Здесь нет никого, кроме сотрудников полицейского управления, Том, – мягко улыбнулась девушка, но без издевки, давая понять, что разделяет его страхи, но не относится к ним с пренебрежением.

Роб же уже понимал, что здесь, видимо, допрос накрылся, так и не начавшись. Все поведение Хьюза говорило о том, что тот не намерен задерживаться здесь хоть на минуту дольше. Казалось, он готов был проломиться через смотровое стекло, лишь бы быстрее покинуть допросную. Хилл попытался было надавить на его сознательность и уговорить остаться, почти открыв рот, но мужчина опередил его:

– Я ХОЧУ УЙТИ ПРЯМО СЕЙЧАС!!! СИЮ МИНУТУ!!!

– Пойдемте, Том. Я провожу вас, и мы договоримся о времени новой беседы, хорошо? Мы можем приехать к вам. Покажете, где видели того странного мужчину. Что скажете?

Говоря что-то успокаивающее, девушка жестом указала на дверь, куда свидетель тут же ринулся, забыв обо всем. Хилл потер лоб и, крутанувшись на стуле, с весьма говорящим выражением на лице уставился на стекло.

***

Вполуха слушая, как начальник отделения распространяется о важности своевременного раскрытия дел, Дейв вертел в пальцах карандаш, размышляя над тем, что лучше бы он остался в кабинете, пусть даже в обществе этой сумасбродной девчонки.

– Слушай, а Паркер ладненькая.

Дейв повернул голову в сторону сидевшего рядом Эда и изогнул бровь.

– Вот че за выражение лица? Ты вечно всем недоволен! – закатил глаза Мюррей.

– А ты бы был доволен, приставь тебя в качестве няньки при какой-то соплячке?!

– К такой, как Паркер? Да, черт возьми!!! – зашипел Эд. – Ты рассмотрел ее вообще? Она же красотка! Ноги от ушей, фигурка что надо, а глаза?! Ты глаза ее видел?

– Глаза как глаза, – буркнул Кинг.

– Тогда отдай ее мне.

Дейв и Эд синхронно повернулись назад. Сидевший там блондин ухмыльнулся и слегка подался вперед.

– Мюррей прав – девочка сладкая. И раз уж тебе, Кинг, она не по нраву, то я с удовольствием возьму малышку к себе в кабинет и плотненько с ней поработаю. Так сказать, введу… в курс дел.

Даже не удостоив его ответом, Дейв отвернулся, брезгливо сморщившись.

– Боже, Саммер, ты себя слышишь? Похотливый мудак, – Эд последовал примеру детектива Кинга.

Йена Саммера их пренебрежение, казалось, совершенно не задело. Продолжая самодовольно ухмыляться, он сел еще ближе и наклонился к уху Дейва:

– С твоей помощью или без, я ее трахну, Кинг. Просто хочу, чтобы ты это знал.

Окончание фразы совпало с окончанием совещания: сотрудники начали шумно подниматься со своих мест, поэтому хруст сломавшегося в пальцах Дейва карандаша слышал лишь Эдвард.

– Ты ведь понимаешь, что он тебя провоцирует, – тут же прошептал он, схватив друга за локоть.

– Спокойно. Неужели ты думаешь, что я буду марать руки об это убожество, по ошибке считающегося себя мужчиной? – кривоватая улыбка скользнула по губам Дейва. – В конце концов, если Паркер и правда ляжет с ним в койку, лишь утвердит меня в мыслях, что я был прав в отношении нее.

– И какие же у тебя в отношении нее мысли? – моментально переключился Эд.

– Оставь ты меня уже в покое с этой своей Паркер.

– Я так понимаю, что мисс Паркер произвела впечатление. Что ж, отличная новость. Девушка она крайне одаренная, лучшая на курсе, чтобы вы знали.

Начальник отдела подкрался практически бесшумно, успев ухватить фамилию девушки и теперь с явным интересом рассматривал Дейва и Эда. Уже пожилой, но вполне крепкий Спенсер Кидби не зря занимал свою должность, пользуясь уважением сотрудников.

– Ага, заметил уже. Кстати, вопрос: а почему ко мне? Подарок на Рождество? – не удержался от ехидного замечания Дейв.

– Просто решил, что с ней ты поладишь как никто другой, учитывая, что у тебя дочь.

– Не совсем понял, какая взаимосвязь между моей десятилетней дочерью и Паркер. Помимо половой принадлежности, естественно. Или у них интеллект тоже на одном уровне?

– Уверен, Дейв, ты справишься как никто другой и подготовишь нам отличного специалиста.

– Вы же про дочь? – вновь не удержался от колкости Кинг.

– Продуктивного вам дня.

Закончив разговор, шеф полиции удалился, улыбаясь каким-то своим мыслям.

– А вообще с какого хрена он решил, что я с дочерью-то своей лажу? Что за бред вообще?!

Похлопав возмущающегося друга по плечу, Эдвард счел нужным ретироваться, оставив детектива Кинга один на один с его проблемой.

4.

Тесс вошла в кабинет, бросив на стол блокнот с заметками, и, сев на стул, тяжело вздохнула.

– Не буду спрашивать, как прошло…

Высокий, кудрявый паренек с пониманием посмотрел на нее, осторожно ставя стаканчик с дымящимся кофе прямо перед девушкой.

– Ужасно, Шон. Свидетель напуган, говорить отказался, а следственная группа состоит из одних мужчин, которые меня ни во что не ставят.

– Уверен, что это не так. Они просто не видели моего босса в деле, – авторитетно заявил парень, тряхнув волосами. – Ты заткнешь их за пояс, девочка. Дай только время.

Тесс отпила кофе и с благодарностью улыбнулась ему. Шон был лучшим решением в ее жизни. Когда она из всей группы студентов выбрала именно его для стажировки в своем отделе, Хантер еще не знала, что обретает не только «правую руку», а друга, соратника и просто отличного человека, на которого можно положиться абсолютно во всем.

– Кстати, о следственной группе… – Шон сел на стул и, закинув ногу на ногу, деловито поинтересовался: – а когда ты успела переспать с главным детективом по делу?

Кофе брызнул из носа девушки, и она испуганно обернулась на дверь, боясь, что кто-то мог услышать.

– Ты-то откуда знаешь, Господи Боже!!!

– Он заходил минут десять назад. Тебя искал.

– И? Это вовсе не значит, что мы спали!

– Ты только что сама подтвердила, так что не отнекивайся. И, в конце концов, не ты ли меня учила распознавать язык тела. У этого парня почти встал за те две минуты, что он провел в твоем кресле…

– Он сидел в моем кресле???!

– … могу, конечно, списать на то, что детектив впечатлился только лишь от вашего знакомства, но… – Шон многозначительно хмыкнул.

– Зачем ты разрешил ему сесть в мое кресло???

– Мне кажется, кто-то избегает разговора. Меня, если тебе так уж интересно, никто не спрашивал. Парень явно привык брать свое. Зашел, сел, спросил. Без благословения.

– Это было ошибкой! И он мне наврал! Не сказал, кем работает на самом деле!

– Ты только из-за этого его кинула?! Ну, подумаешь, не захотел парень откровенничать. Не каждая девушка примет тот факт, что ее потенциальный ухажер капитан полиции.

– ЭТО ОН!!! – Тесс понизила голос, сжав переносицу. – Это он меня кинул. Даже ни разу не позвонил…

– А ты ему дала свой номер?

– Так! – девушка ударила ладонью по столу, тем самым пресекая любые попытки дальнейшего обсуждения ее несостоявшегося романа. – Вопрос закрыт. Мы переспали и разошлись. Теперь, к моему глубочайшему сожалению, вынуждены работать вместе, поэтому я прошу тебя мне помочь и бросить все силы на то, чтобы я могла как можно скорее избавиться от общества капитана Хилла. Что скажешь?

– Все, чем могу, босс, – поднял ладони вверх Шон, капитулируя. – Но позволь, я все-таки озвучу, что общество такого красавчика – ну не то чтобы прям вот каторга…

– Шон… – предостерегающе прошипела Тесс.

– Окей. Замолкаю, – Шон уселся за свой стол, лукаво улыбаясь и косясь на начальницу, которая с ожесточением тыкала по клавиатуре, хмуря свои идеальные брови.

***

Мэй устало откинулась на спинку стула и сжала виски. После того, как она перелопатила с десяток дел, приведя их в идеальный порядок, ей больше всего хотелось послать детектива Кинга ко всем чертям и пойти с поклоном к Спенсеру, умоляя перевести ее к другому наставнику. Но чувство собственного достоинства и хорошая спортивная злость не давали ей даже с места сдвинуться.

Мэй знала, что Дейв добивается именного этого но, во-первых, не в ее характере было сдаваться, а во-вторых, она не доставит этому самовлюбленному хаму такого удовольствия. Их разлучит либо смерть, либо удачное прохождение Мэй стажировки.

Зазвонивший на столе ее босса телефон заставил Мэй вздрогнуть от неожиданности. Поколебавшись с минуту, Мэй все же встала и сняла трубку.

– Слушаю…

– Ой, здрасьте. А вы кто? – поинтересовался звонкий детский голос.

– А вы? – улыбнулась Мэй.

– Я Оливия, – произнесла девочка таким тоном, будто бы это многое объясняло.

– Привет, Оливия. Меня зовут Мэй, чем я могу тебе помочь?

– Позвать моего папу, например.

– Папу? – непонимающе нахмурилась Мэй.

– Паркер, кто звонит?

Продолжая прижимать к уху телефонную трубку, девушка резко повернула голову в сторону двери, в которую только что вошел Дейв.

– Вот того папу, который сейчас, как обычно, ворчит на заднем плане, – голос девочки еще больше запутал Мэй.

– Паркер, ты оглохла?

– Ваша… дочь… вроде…

– Дай сюда.

Дейв подошел и выхватил из ее ладошки трубку.

– Привет, креветка. Дома?

Слушая ответ дочки, Дейв мягко улыбался и выглядел при этом настолько другим человеком, что Мэй даже рот открыла от удивления.

– Кто? … А… Да так, не обращай внимания… С чего ты это взяла? Голос никоим образом не характеризует, сотни раз тебе говорил… Да… Да, со мной… Нет, не нравится… Вечером поговорим, ладно? У меня работы куча… Да, и у нее тоже. Все, креветка, пока.

Шлепнув трубку на базу, Дейв поднял глаза и уставился на Мэй, так и стоявшую неподалеку.

– Что?!

– Я… Не знала, что у вас есть ребенок.

– Это запрещено?

– Нет! Конечно, нет, просто я… Сколько ей?

– Десять, – буркнул Дейв.

– Хороший возраст. У меня племяннику десять. Зовут Джейкоб. Обожаю проводить с ним время.

– Рад за тебя. Обед через двадцать минут, и чтобы после его окончания была на месте, ясно?

Детектив Кинг направился обратно к выходу.

– А вы куда?!

– Обедать, надо полагать.

– Но ведь сами сказали…

– Это для тебя, Паркер. Я же обедаю, когда хочу и сколько хочу, – будто умалишенной пояснил Дейв, сопроводив свои слова соответствующим выражением лица.

Мэй ничего не оставалось, как сжать зубы, в попытке сдержать рвущиеся с языка ругательства. Однако, немного подумав, она решительно встала и выглянула в коридор, дабы убедиться, что Дейв действительно ушел. Отметив, что путь свободен, она схватила кошелек и добежала до автомата с кофе. Купив сразу четыре стаканчика, она направилась к дежурному, который тут же расцвел улыбкой при виде нее.

– Что, все же не удержалась и пришла послушать местные сплетни?

– Ага, особенно меня интересует сплетни про моего нового босса. Ты не говорил мне, что у него ребенок есть!

– Разве? – искренне удивился тот.

– Да, только сказал, что в разводе.

– Забыл, значит. Оливке годок где-то был, как Кинг с женой развелся, да она уехала.

– В смысле уехала? Без девочки? – опешила Мэй.

– Я там особо подробностей не знаю, у них вроде как по залету все было, стремления к семье не наблюдалось, но девчонку детектив Кинг крепко любит. Все документы оформил, мамаша их не глядя подписала, да назад ему прислала.

– Кошмар какой… – прошептала Мэй.

– Да не говори, но Кинг молодцом. Оливка хорошей девчонкой выросла, в школе отличница, танцует, по дому помогает. Детектива его родители с внучкой выручают, это особенно, кстати, пришлось, когда она совсем малышкой была. Хотя пару раз я помню, он ее с собой на работу привозил. Сам в кабинете отчеты пишет с места преступления, а она спит в автокресле рядышком, даже не пикнет.

В горле Мэй встал ком, когда она представила эту картинку. Да и Дейв уже не казался таким уж раздражающим персонажем.

– Я пойду… – пробормотала она, забыв про обед и все прочее. – Работы много…

***

Тесс шла по коридору управления, перехватив поудобнее папку с делами из архива. Остаток дня она провела там, скрупулезно рассортировывая каталог, ища прецеденты, которые хоть как-то могли быть схожи с «их убийствами».

– Мисс Хантер… Тесс…

Девушка выругалась про себя, но обернулась. Глупо было рассчитывать на то, что ей удастся избежать этого неприятного разговора. С другой стороны – чем раньше они выяснят отношения, тем лучше.

– Давай, помогу? – Роб быстрым шагом нагнал ее и протянул было руки, чтобы взять у нее папки с делами, но Тесс отпрянула в сторону.

Хантер понимала, как это выглядит со стороны, но, в конце концов, почему она не может показать того, сколь неприятно ей было его пренебрежение. Или он думал, что ей так же все равно, как и ему?

– Я справляюсь… – ледяным тоном ответила девушка, мысленно похвалив себя за отличный подбор слов для двойного контекста.

Хилл явно его разгадал, чуть сдвинув брови.

– Поговорим?

– Если только о расследовании…

– И о нем, в том числе.

– Слушаю вас, детектив…

– Да, брось. Мы ведь… – он замешкался, понимая, что его упоминание о совместно проведенной ночи явно не в тему.

– Предлагаю забыть об этом досадном недоразумении…

– Досадном?

Тесс промолчала, чуть ускорив шаг.

– Мое второе имя Хэнк… Так что я не очень и соврал…

– О, неужели? Ты, наверное, и автослесарем по совместительству работаешь? – ехидно заметила она.

Роб потер затылок. Просто не будет. Он сам не знал, чего, собственно, добивается. Но Тесс все никак не шла у него из головы после того, как утренняя встреча оживила приятные воспоминания, которые он так старательно все это время гнал прочь. Теперь же ему еще и предстояло проводить в ее обществе каждый день, и Роб, одновременно, был рад такому стечению обстоятельств и нет. Второго шанса ему явно не дадут. Тесс не из тех, кто прощает подобное. Да и нужен ли ему этот второй шанс? Что, рядом мало красивых девчонок?

– Что с Хьюзом? Удалось договориться о встрече? – кардинально сменил направление беседы Роб.

– Да. Он ждет меня утром. Выпьем чая в спокойной, привычной для него обстановке. Попробуем восстановить картину того вечера…

– В смысле, выпьем чаю? Ты не поедешь к нему одна.

– Я уточнила круг своих полномочий, детектив, и выяснила, что «если то требуется в рамках расследования и не несет опасности для сотрудника, специалист поведенческого анализа вправе сам выстраивать линию допроса, решая сопутствующие тому задачи, в том числе касательно места и времени беседы со свидетелем по делу»… – отчеканила, словно по уставу, Тесс и, не дожидаясь ответной реакции, пошагала в сторону своего кабинета.

– Где… Я… Не может быть такого! Я главный детектив по делу! – проорал ей вслед Хилл, но ответом ему был полный игнор.

5.

Роб чувствовал себя полным идиотом, сидя перед домом Хьюза в машине в ожидании приезда Тесс. Хорошо, что все-таки уговорил себя не покупать для себя и нее кофе. Это выглядело бы совсем жалко. Но и, в конце концов, что плохого в том, что он хочет поприсутствовать на допросе? Он ведь в не меньшей степени заинтересован в том, чтобы расследование сдвинулось с мертвой точки. Три трупа – это уже серийник, и Роб отдавал себе отчет, чего им может стоить промедление.

От скуки Хилл начал разглядывать дом жертвы убийства, подмечая детали, о которых ранее, пусть и вскользь, упомянул Том. Мусорные контейнеры были чуть в стороне от дома свидетеля и жертвы, но на стороне первого, так что, теоретически, парень и правда мог, в процессе утилизации отходов, заметить что-то странное во дворе соседки. Чуть пригнувшись к рулю, Роб отметил, что уличный фонарь должен был, пусть и частично, освещать улицу в нужном им месте.

– Надо бы наведаться сюда ночью… – пробормотал он.

С момента переезда Хилл остро ощущал необходимость в людях, на которых мог бы положиться в подобных ситуациях. Но здесь ему только предстоял этот непростой путь… Стоит хотя бы с Тесс контакт наладить… Однако задача тут, судя по всему, была практически невыполнимой…

Роб закурил, чуть приоткрыв окно и выпуская дым в морозное небо.

Тесс, Тесс, Тесс… Он ворочался всю ночь, в деталях вспоминая их секс, по итогу накрутив себя до максимума… Даже сейчас от одной только мысли Хилл чувствовал эрекцию. Это плохо, черт возьми. Он должен сконцентрироваться на расследовании… Об этой установке он забыл в мгновение ока, как только увидел машину Хантер, паркующуюся на другой стороне дороги.

– У вас явные проблемы с доверием, детектив, не находите? – спокойно заметила девушка, наблюдая, как он выбирается из своего авто. – Что странно, учитывая ваши довольно вольные предпочтения касательно выбора полового партнера…

– Может, уже хватит? – раздраженно выдохнул Хилл. – Какое-то ребячество. Мы ведь взрослые люди.

– Переспали и переспали, делов-то… – в тон ему ответила девушка.

– Я не так сказал! – еще больше разозлился Роб.

– А я сказала так. Нечего тут больше обсуждать. Мы оба совершили ошибку, и оба разочаровались друг в друге… Давайте уже начнем работать.

– Я вовсе…

Тесс даже не стала дослушивать, проследовав прямиком к входной двери дома свидетеля.

– … не разочаровался в тебе… – выдохнул в пустоту Роб. – Да, блять, Тесс. Зачем ты все усложняешь…

– Мистер Хьюз? – девушка тем временем упорно пыталась достучаться до хозяина дома.

Хилл сразу понял, что что-то не так. Том Хьюз вряд ли бы стал приглашать Тесс, чтобы потом заставлять ее мерзнуть у порога. Роб знал такой типаж мужчин: девушка понравилась ему сразу, и он, вероятнее всего, этот спектакль с панической атакой разыграл только лишь для того, чтобы Хантер прониклась к нему участием и приехала навестить лично.

– Иди в машину… – Хилл вытащил пистолет и направился было обходить дом, когда услышал размеренный звук шагов сзади. – У меня с дикцией проблемы или что?

Тесс, нисколько не смущенная, спокойно посмотрела на него:

– Я не собираюсь сидеть в машине и ждать невесть чего. Пистолета у меня, конечно, нет, но я владею навыками самообороны.

– Да правда, что ли? – с издевкой ответил Роб, которого в корне не устраивало такое положение вещей и ее упрямство.

– Я спешу тебе напомнить…

– Что ты вольна выбирать линию допроса свидетеля только в том лишь случае, если это не представляет опасности для тебя, как для сотрудника, – отчеканил Хилл, наслаждаясь ее реакцией, – поэтому я, как старший по званию, велю тебе идти и ждать меня в машине. Можешь вызвать скорую и патруль. Скорее всего ни те, ни другие нам особо не помогут, но правила следует соблюдать. Тем более, ты ведь так любишь их цитировать…

Поняв, что попала в собственную ловушку, Тесс ничего не оставалось, как, послушно развернувшись, уйти в машину. Хилл одобрительно кивнул, когда она села внутрь своего автомобиля, и двинулся дальше. Дверь на заднем дворе была распахнута настежь. Детектив медленно выдохнул и шагнул вперед, уже загодя зная, ЧТО ждет его внутри.

***

Дейв быстро жевал свой завтрак, то и дело бросая взгляд на часы.

– Прости, па, блинчики опять не получились… – вздохнула Оливия, ставя на стол тарелку с яичницей, беконом и тостами для себя. – Понятия не имею, что я делаю не так, вроде по рецепту…

– Забей, креветка. Обожаю твою яичницу.

– Интересно, а Мэй умеет делать блинчики? У нее есть дети? Парень? Муж, может? Ты узнавал?

– Какая Мэй? – нахмурился Дейв.

– ПАП!!!!!

– Ты про Паркер, что ли?!

– Да, папа, я о Мэй Паркер. А о ком еще я могу говорить, если это первая девушка, с которой ты взаимодействуешь не потому, что она труп, подозреваемая или свидетель.

– Она стажер.

– Красивая? Ты мне вчера так и не ответил.

– Обычная. Черт возьми, креветка, нам что, поговорить больше не о чем?! Мне Паркер хватает на работе, чтобы еще дома про нее вспоминать!

– У тебя недостаток женского внимания.

– Его у меня в избытке, поверь! – усмехнулся Дейв. – Ты, бабушка – и вот я уже этим вниманием придавлен.

– Тебе нужна девушка, пап, – Оливия укоризненно уставилась на отца, отбросив на спину свои длинные, волнистые волосы. – Я и бабушка – это все понятно, мы твоя семья, но нужна та, ради которой тебе захочется вставать по утрам.

– Ты та, ради кого я встаю по утрам, креветка, – Дейв отложил вилку и внимательно посмотрел на девочку. – Мне никто не нужен, я всем доволен.

– Не все девушки такие, как ОНА, пап, – маленькая ладошка протянулась через стол и легла сверху на огромную мужскую.

– Давай не будем продолжать этот разговор, Оливия. Я не хочу впускать кого-то в нашу с тобой жизнь. Нам разве плохо вдвоем? М?

– Нет, пап, не плохо.

– Ну, вот! – Дейв улыбнулся. – А когда научишься блинчики печь, так и вовсе заживем.

Мужчина встал и, обогнув стол, чмокнул девочку в макушку.

– Люблю тебя, креветка. Больше всех в этом мире.

– И я тебя, пап, – Оливия запрокинула голову и улыбнулась.

– Доедай, бабушка вот-вот приедет, чтобы отвезти тебя на тренировку.

– Передавай привет Мэй.

Шумно выдохнув через нос, Дейв вышел из кухни.

– Вот же упертый… – прошептала девочка, набирая сообщение на своем мобильнике. – Ну, ничего… Ты нас недооцениваешь.

Дейв уже парковал машину у полицейского управления, когда его сотовый зазвонил.

– Да, мам?

– Звоню сказать, что завезла нашу малышку на тренировку.

– Спасибо, мам.

Дейв вышел из машины и поежился от холода. Кивнув на приветствия проходящих мимо коллег, он захлопнул дверь и направился к лестнице.

– Оливка сказала, ты теперь работаешь с девушкой по имени Мэй…

– И ты туда же… – Кинг сжал переносицу и скрипнул зубами.

– Знаешь, мы тут нашли ее профиль в Instagram. Такая красавица, милый. Ты знал, что она была лучшая на своем курсе? Мы и ее фото на сайте университета откопали.

– Уму непостижимо, мам! Ты же не серьезно?!

– Может, пригласишь ее к нам на ужин? Я приготовлю твою любимую лазанью. Родители ведь у нее живут где-то за городом, бедняжка наверняка питается одной травой – такая худышка.

– Пока, мам! – отрезал Дейв. – Куча дел.

Засунув сотовый в карман куртки, он влетел по ступеням и уже дернул ручку, когда услышал за спиной стук каблучков. И почему-то сразу понял, что это Мэй. Поэтому, когда прозвучало мелодичное «Доброе утро», он даже не удивился.

– Ты опоздала, Паркер, – рыкнул он, оборачиваясь и придерживая для нее дверь.

– Вы тоже, – заметила Мэй, проходя мимо.

– Я не опаздываю, заруби на носу.

– Как скажете.

Девушка слегка повернула голову и посмотрела на него. Немного покрасневший от холода носик говорил о том, что она приехала на метро, станция которого находилась в квартале от отделения. Дейв смотрел в ее карие глаза и был вынужден признать, что Эдвард был прав – они очень красивы. Детектив даже удивился, как не заметил этого вчера.

– Еще одно опоздание – и твоя стажировка закончится, Паркер.

Девушка явно сдержала вертящуюся на языке колкость, о чем свидетельствовали плотно сжатые пухлые губы, выделенные на лице темно-красной помадой. Дейву почему-то стало неспокойно на душе, когда он заметил небольшую родинку над ними. Он так и не смог оторвать от нее взгляд, пока Мэй не отвернулась.

6.

Роб старался не смотреть в мертвые глаза Тома Хьюза. Нет, он не боялся его, как впрочем и любого другого мертвого человека, пусть даже и убитого столь ужасным способом. В голове мелькнула мысль, что Том явно не симулировал страх перед этим загадочным «черным человеком».

– Нужно было быть настойчивее и попробовать разузнать больше… – еле слышный голос Тесс заставил его обернуться.

– Брось. Он ничего бы нам не сказал. Нужно было выставить наблюдение за его домом – вот это явный промах.

Хилл не пытался ее утешить, говоря то, что считал верным. Разрешив единственному свидетелю быть предоставленным самому себе – огромная ошибка, за которую все теперь поплатятся…

– Тебе необязательно тут стоять.

Распространявшаяся по дому тошнотворная вонь паленого мяса, казалось, только лишь усиливалась, и не было никакой возможности к ней привыкнуть. Тесс стояла ближе к двери, что несомненно было верным решением, но судя по тому, как она то и дело подносит к точеному носику ладонь, вонь доходила и до нее. У Роба вдруг разболелась голова, словно в тисках сдавив череп.

– Может… нам чем-то накрыть его? – предложила девушка, явно не в силах больше смотреть на изуродованное тело.

– Пока рано. Судмедэксперты будут с минуты на минуту и окажутся очень недовольны, если мы что-то тут испортим.

– Я тогда… выйду…

Не дожидаясь ответа, Тесс выскочила на задний двор и глубоко вдохнула. На улице было очень холодно, но девушка наслаждалась доступом свежего воздуха в ее легкие. Хотя казалось, вонь въелась в ее одежду, кожу, волосы…

Мир Хантер перевернулся в одном моменте. Еще никогда она не видела такой жестокости по отношению к кому-то. Слышала, читала, видела фотоматериалы, но вживую… Девушка задрала голову вверх, стараясь не расплакаться от отчаяния, злости и душевной боли, от того, что никак не могла повлиять на судьбу бедняги Тома, который явно ей доверял и мог дать им зацепку. Глаза и так слезились от едкой вони, но она тем не менее порылась в сумке и, достав ежедневник, принялась делать заметки. Если живой Том не смог ничем им помочь, но возможно он хотя бы умер не зря. Обстоятельства его смерти могут нести какой-то пока скрытый смысл, до которого ей только предстоит дойти.

Идея оказалась удачной: это отвлекало, но холод, казалось, лишь усиливался, и пальцы совсем онемели. Тесс подняла голову и наткнулась взглядом на Роба, стоящего в дверном проеме и молча следящем за ее манипуляциями.

– Ты можешь пойти в машину, если хочешь, но пока не уезжай никуда, хорошо?

Хантер кивнула: довольно благородно с его стороны было подумать о ее комфорте и не приглашать вновь пройти внутрь дома. На сердце даже потеплело, но лишь на короткое время. Затем она вспомнила предательство Хилла, и симпатия исчезла так же быстро, как и возникла.

Разговор их прервался приездом машины судебных экспертов, которые тут же засновали мимо, таская аппаратуру и чемоданчики. Патрульные натягивали ленту, а из окон тут и там уже начали выглядывать любопытные соседи. Девушка с тоской подумала о том, что большинство из них ничего не видело и не слышало, но допросить в любом случае следует. Тесс потерла лоб и устало прикрыла глаза, подумав о перспективе до самой ночи протаскаться по близлежащим домам, выслушивая бесконечный бред и предположения.

Яркая фотовспышка в сгущающихся сумерках из-за темных снеговых туч заставила ее вздрогнуть и вскинуть голову. Высокий неопрятного вида тип отодвинул от лица фотоаппарат и хищно улыбнулся, обнажая крупные зубы желтоватого оттенка. Хантер брезгливо поморщилась и метнулась взглядом в сторону двери, ища Роба. Интерес прессы сейчас был не просто некстати – он мог навредить и очень серьезно.

– Извините… – девушка схватила за руку пробегающего мимо эксперта. – Не могли бы вы позвать Роберта Хилла?

– Кого? – мужчина откровенно выпал из реальности от увиденного в доме.

– Хорошо, я сама, – нахмурилась та, обогнув эксперта, и, задержав дыхание, шагнула внутрь.

Запах резко ударил в ноздри, он маревом висел в воздухе, Тесс слегка дезориентировало, и она была вынуждена опереться плечом о стену, пытаясь прийти в себя. Глаза все еще искали нужного человека, когда какой-то услужливый офицер, мягко улыбаясь и бормоча что-то утешительное, обхватил ее за плечи и вновь вывел на улицу.

– Простите… – она, одновременно борясь с приступом внезапно подкатившей к горлу тошноты, попыталась вновь: – Мне нужен детектив… главный детектив по делу. Роберт… Хилл…

– Минуту, мисс. Я его отыщу для вас. Постойте на воздухе, подышите.

Хантер благодарно улыбнулась, подумав, что о чистоте поступаемого в ее организм воздуха, заботились сегодня гораздо больше обычного. Наглец-репортер никуда не делся, напротив: он, пытаясь заглянуть в окна, сновал у стены дома, явно подыскивая опору, которая приподнимет его над землей, для удобства

фотографирования.

– Эй! – Тесс разозлилась не на шутку. – Вам нельзя здесь быть!

– Ох, тебе не стоит так хмуриться, крошка. Совсем не идет, знаешь ли! – будто в насмешку, мужчина поднес фотоаппарат к лицу и щелкнул затвором. – Но камера тебя любит, красавица. Может, дашь мне эксклюзивное интервью? Такие лица должна видеть вся страна. Я Колин. Колин Блэк.

– Всю информацию для репортеров вы можете уточнить в пресс-службе полицейского управления, а теперь, будьте добры, покиньте территорию! Вы мешаете расследованию! – Хантер принялась озираться, ища патрульных, но те как в воду

канули.

– Слушай сюда, детка! – мужчина перестал нагло улыбаться и, схватив ее за запястье, резко дернул в свою сторону, обдав запахом сигарет, кофе и немытого тела. – Я пришел сюда за сенсацией, и я ее получу! Поняла меня? И ты, мелкая стерва, точно мне не помешаешь!!!

Девушка растерялась и поморщилась от болезненных ощущений и, одновременно, отвращения от столь неприятной ей близости.

– Ну, а как считаешь, может, получится у меня?

Тесс вздрогнула, когда ее талию обхватила чья-то рука, а задиристого охотника за сенсацией оттолкнули в сторону, да с такой силой, что тот, упав, разбил объектив камеры и разразился бранью.

– Проваливай, или я задержу тебя за препятствование расследованию.

– Не имеешь права! – окрысился Блэк, собирая пожитки с мерзлой земли.

– Дай подумать… – Хилл навис над ним. – А что скажешь на счет задержания в качестве подозреваемого? Шныряешь на месте происшествия, и как только прознал? М? Может, просто не успел далеко отъехать? Или, напротив, никуда и не уезжал? Ждал, пока публика соберется?!

Зло зыркнув на него, репортер попятился к своей видавшей лучшие времена машине, сдавленно выматерившись, но не решаясь вступать в перепалку.

– Так и думал! – крикнул ему вслед детектив и обернулся к девушке. – Ты в порядке?

– Я… искала тебя… И патрульных нет… – Тесс потерла запястье.

– Сам разберусь с этими халтурщиками, – Роб неожиданно поддался порыву и нежно коснулся ее лица, убрав прядь волос, аккуратно заправив за ушко. – Иди в

машину, хорошо? Очень холодно… Я зайду за тобой попозже, сходим опросить соседей.

Девушка кивнула, промолчав лишь потому, что побоялась, что голос ее выдаст. Прикосновения Хилла, особенно на контрасте с касаниями репортера, были очень приятны, моментально всколыхнув в памяти момент их близости. Роб явно испытывал что-то подобное, потому что руку он убрал, но нехотя, и продолжал смотреть на нее, своими карамельно-шоколадными глазами.

Не говоря ни слова, Хантер развернулась и поспешила к своей машине. Это слишком сложно, а ведь только начало их совместной работы… Роб закурил, проводив ее изящную фигурку взглядом, и побрел к дому, где компания была не столь приятна и уж точно не настолько желанна, как общество красавицы-психолога.

То, как, сидя в своей машине, репортер, гадко улыбаясь, что-то строчит в своем телефоне, никто из них не заметил.

***

Постукивая карандашом по столу, Мэй листала дело, проверяя опись. Была уже середина дня, а Дейв до сих пор не появился на работе. Дежурный доверительно поведал, что он уехал на задержание какого-то преступника, который был у него в разработке уже несколько месяцев. С огромным трудом подавив в себе раздражение, вызванное тем, что ее, как обычно, с собой не взяли, Мэй вернулась в кабинет и с тяжелым вздохом принялась перебирать дела.

Телефон на столе начальника издал резкий звук, заставивший брюнетку подпрыгнуть на месте и удариться локтем. Шипя от боли, девушка добралась до стола и подняла трубку.

– Здравствуйте, Мэй. А папы нет?

Паркер моментально забыла о ноющей руке и широко улыбнулась. Она не видела Оливию, не была знакома с ней достаточно близко, но уже любила ее всей душой.

– Нет, еще не вернулся с задержания. Мне что-то ему передать?

– О, не нужно. На самом деле, ничего важного, просто хотела уточнить, приедет ли он к ужину, и заодно узнать, что именно он хочет.

– Ты умеешь готовить? – вскинула бровки Мэй.

– Конечно, а Вы?

– Обожаю и делаю это очень вкусно. Ну, по крайней мере, так говорят.

– Кто? Ваш парень?

– У меня нет парня, – снова улыбнулась Мэй, присаживаясь на краешек стола.

– Кому же Вы тогда готовите?

– Если быть совсем честной, то я уже сто лет ничего серьезного не готовила. Обычно ограничиваюсь чем-то несложным даже в выходные.

– А блинчики Вы умеете готовить? – не отставала Лив.

Мэй хотела ответить, но тут увидела в окно Дейва, только что вышедшего из своей машины и идущего к дверям управления. Сразу же представив лицо начальника при виде нее, праздно болтающей по телефону, пусть и с его дочерью, девушка резко выпрямилась.

– Прости, Оливия, мне пора идти – твой папа вернулся.

– Я позвоню ему попозже. Хорошего дня.

– И тебе.

Быстро шлепнув трубку обратно на рычаг, Мэй вернулась за свой стол и приняла крайне заинтересованный вид. Десять минут спустя Дейв вошел в кабинет и удивленно вскинул брови при виде Паркер.

– Черт возьми, никак не могу привыкнуть, что ты теперь постоянно здесь торчишь, – проворчал он, бросая куртку на стул.

– Вам тоже здравствуйте, – парировала Мэй.

– Угу.

Мужчина потерял к ней интерес, перебирая лежащие на его столе папки. Через несколько минут поисков он издал раздраженное рычание.

– Да где оно?!

– Что-то потеряли?

– Где папка с допросом по ночному убийству в баре?

– На стеллаже. Я рассортировала по…

Паркер поперхнулась воздухом, когда увидела, как Дейв шарит по полке, за секунды возвратив хаос в столь тщательно расставленные документы. Обнаружив искомое, Дейв хмыкнул и направился к выходу.

– Вы снова все спутали!!!!!

На пороге он обернулся, вновь вскинув брови. Затем перевел взгляд на учиненный им беспорядок и неопределенно пожал плечами.

– Дейв, старик, ты идешь на допрос или как? О, Мэй! Привет, красотка! – Эд возник в дверях, ослепительно улыбаясь.

– Иду, – Кинг попытался было снова уйти, но возмущенный возглас Мэй вынудил задержаться.

– Я с вами! Почему меня не берут на допросы и задержания?! Я ведь привела дела в порядок!

Это было абсолютной ложью, но девушка почему-то была уверена в том, что проверять Дейв не кинется.

– Да пошли, конечно! – великодушно махнул рукой Эдвард.

Попытавшийся было возразить Кинг так и остался стоять с открытым ртом, когда Мэй, не дожидаясь, пока ее остановят, молнией метнулась к дверям и выскочила в коридор.

– Вот это я понимаю – рвение, – хохотнул Мюррей и последовал за девушкой.

Раздраженно закатив глаза, Дейв закрыл дверь кабинета.

7.

Ежась под порывами ледяного ветра, Тесс тем не менее вежливо попрощалась и спустилась с крыльца. Хилл легко сбежал следом, запахнув поплотнее пальто и подняв воротник.

– Все без толку… – тихо сказала девушка, недоумевая, почему ее фраза прозвучала настолько депрессивно.

Обычно она старалась мыслить позитивнее, но сейчас все произошедшее вгоняло ее в тоску. Соседи, как один, твердили, что ничего не видели и не слышали, как в случае с убийством Дороти, так и касательно смерти Тома, но всячески пытались вызнать подробности произошедшего. Роб и Тесс держались вежливо-отстраненно, отвечая общими фразами, но с каждой закрытой дверью надежда выяснить хоть что-то полезное для расследования таяла.

– Да уж… – хмыкнул Роб, закурив.

Он был вполне доволен: Тесс была рядом, он слышал ее, видел, осязал. Она даже пару раз позволила помочь ей накинуть пальто… От каждой близости их тел в затылке приятно покалывало, а по телу разливалась сладкая истома. Поэтому если кого-то и удовлетворяло все происходящее, так это Роберта Хилла.

– Ты ведь понимаешь, что нам надо было это сделать? – меланхолично заметил парень, затягиваясь.

– Просто уму непостижимо… Никто ничего не видел. Утро буднего дня. Прогуляться с собакой, заметить что-то странное по дороге на работу… Да что угодно! – вздохнула Хантер. – Ладно. Завтра высплюсь и попытаюсь систематизировать все на свежую голову.

Детектив промолчал, представляя, как она сейчас, придя домой, снимет с себя одежду, возможно, примет ванную. Выпьет вина и поужинает… Вероятнее всего – не одна. Такие девушки, как Тесс, не могут быть одни. Они созданы для того, чтобы их обожали. Сам Роб неоднократно ловил себя на мысли, как тоскливо просыпаться в одиночестве. В душе снова зашевелилась досада и злость на себя за то, что так по-идиотски испортил отношения с Тесс. Почему он просто не сказал ей всю правду? Их беседа в баре не была такой уж важной – в пабе стоял такой шум, что перекрывал каждое третье сказанное ими слово, так что девушка скорее всего даже толком и не расслышала бы ответ про работу. Но нет же!!! Вместо того, чтобы дождаться, пока она проснется, прижимая к себе ее гибкое, манящее тело, и признаться во всем, свалив вину за вранье на количество выпитого накануне, он прокрался из ее дома, как воришка. После такого очень сложно будет вернуться к ней. А скорее всего – невозможно.

– Вернемся в дом? – предложил Хилл, понимая, что неловкое молчание чрезмерно затянулось. – Криминалисты уже закончили и увезли труп, можно будет открыть окно…

– Свежий воздух вряд ли в состоянии вычистить из памяти то, что я видела, – мрачно ответила девушка, но послушно двинулась к дому жертвы.

– Ты профессионал, я уверен, что справишься, – крикнул ей вслед Роб, отбросив окурок и поморщившись от того, как жалко и заискивающе это прозвучало.

Тесс поморщилась следом: по сути, он ведь ее знать не знает, если не считать ночи, единственной ночи, проведенной вместе. Едва ли Хилл оценивал людей профессионально, основываясь на своем личном сексуальном опыте с ними. Даже если и так, то по результатам оценки она, вероятно, выглядела безбашенной, невоздержанной и к тому же сексуально озабоченной, способной неистово трахаться с первым встречным. Хантер покраснела, мысленно порадовавшись тому, что вокруг уже сгустились сумерки и догнавший ее парень не увидит того, как алеют ее щеки.

– Эксперты закончили, можешь осмотреть его спальню. Может, удастся найти какие-то подсказки.

– Маловероятно, что в процессе того, как убийца жарил его внутренности, он успел нацарапать имя маньяка и спрятать под подушку… – огрызнулась Тесс.

Усталость просто накрыла с головой. Они здесь с самого утра, и Хантер вдруг в полной мере ощутила – насколько это длительно по времени. Захотелось домой, под одеяло и зажечь камин, который разгонит не только холод, но и тьму. Вокруг, а главное – в людях, способных совершать подобное… Хотя глупо рассчитывать, что человек, сотворивший столь бесчеловечное действо, испугается света. В такую душу хоть прожектор направь – тьму уже не разогнать…

– Можем приехать сюда завтра. Ты наверняка устала, – выдержке Роба можно было лишь позавидовать.

То, что он стоически сносил все нападки девушки, понимая их причину, делало ему честь, и Тесс даже стало немного интересно, как долго он будет это терпеть. Где та грань, дойдя до которой терпение Роберта Хилла выплеснется наружу. Как той ночью, когда он, не вытерпев, грубо взял ее прямо в коридоре…

– Хочешь?

Хантер в ужасе уставилась на него, на секунду подумав, что озвучила последние мысли вслух, и он сейчас на полном серьезе предлагает ей заняться сексом в доме убитого.

– Что?

– Хочешь, приедем сюда завтра и осмотримся?

– Ну уж нет! Я больше не желаю возвращаться в это жуткое место! Покончим уже с этим!

– Как скажешь… – Роб явно уловил что-то в ее интонации и даже не стал заходить следом за ней в спальню Тома, замерев на пороге и закурив.

Девушка хотела было сделать ему замечание, но поняла, что вряд ли сейчас кого-то уже волнует запах табака. Смрад невозможно было перебить ничем… Медленно обходя комнату, Тесс думала о том, что еще вчера Том спал здесь, надеясь, что работа полиции вернет ему покой, а теперь он был мертв, и никто не в силах это исправить. Обстановка спальни говорила о том, что мужчина привык жить один, обходясь лишь самым необходимым, но Хантер терпеливо выдвигала ящики комода и тумбочек у кровати, в попытках отыскать подсказки.

– Что-то забрали специалисты, но я договорюсь, и завтра тебе предоставят доступ ко всем уликам.

Она кивнула, подойдя к окну, и отодвинула занавеску. Окно было распахнуто, и девушка почувствовала, как ледяной воздух всколыхнулся ей навстречу, вызывая мурашки по коже. Закрывая створку, Тесс машинально посмотрела на пустынную улицу – по всей видимости, прохожие на этой улице большая редкость, а в такую погоду и подавно. Казалось, что вот-вот начнется снегопад, но пока что пронизывающий ветер мел поземку по обледеневшей земле. Хантер поучаствовала, как мурашки на теле стали еще ощутимее, когда в тени, куда не доставал тусклый свет фонаря, ей почудилась чья-то фигура.

– Роб… – хрипло шепнула Тесс, особо не надеясь быть услышанной, но парень словно ждал того, что его позовут.

– Что не так?

Секунда – и он уже за спиной, тщательно всматривается в сгущающуюся темноту. Девушка почувствовала, как ее охватила сладкая истома от их близости, и она громко прочистила горло.

– Что-то увидела?

– Нет, не думаю… – уже более уверенно сказала та, – пожалуй, нам и правда лучше вернуться утром…

Хилл посмотрел на нее внимательнее, но промолчал, лишь коротко кивнув, а затем задернул тяжелую портьеру. Тесс сразу почувствовала, как становится теплее и комфортнее, хотя дело наверняка было не в том, что напарник скрыл от нее вид из окна…

Роб проводил ее до машины и ехал сзади до самого дома, резко нажав на педаль газа, как только удостоверился, что Тесс успешно вошла внутрь квартиры. Звук взвизгнувших шин та услышала даже внутри и закатила глаза: очевидно, что они оба не справляются. От слова «совсем». Чтобы отвлечь себя от событий дня, а главное – от мыслей о Робе, девушка включила телевизор и, раздеваясь, краем уха слушала прогноз погоды, который не сулил ничего хорошего. Пока что промозглые вечера обещали стать настоящим бедствием, как и год назад… и два назад…

«Когда уже эти циклоны соизволят перекинуться на другие континенты?» – вяло подумала Хантер, надевая пижаму и направляясь в ванную.

Звонок телефона заставил ее вздрогнуть. Вытащив гаджет из сумочки, Тесс несколько секунд смотрела на экран и, решив, что для сегодняшнего дня беседа с звонившим – явный перебор, решительно сбросила вызов, брезгливо швырнув телефон на диван. Горячая ванная и сон. Без сновидений. Все.

***

Бросив взгляд на часы, Мэй не сдержала стона: почти десять вечера. Она уже пожалела о своем порыве, ведь останься она в кабинете, уже бы давно была дома, где вкусно поужинала и выпила бокал вина, а потом бы залезла в ванную и читала любимую книгу. Но нет же, теперь она сидела и ждала, когда Дейв и Эд закончат допрос, который, казалось, никогда не придет к своему логическому завершению.

Бросив взгляд на детектива Кинга, Мэй вновь ненадолго зависла, забыв об усталости и голоде. Казалось, многочасовой допрос совершенно не причинял ему никаких неудобств: Дейв был собран, суров и бодр, чего не скажешь о том бедолаге, которому посчастливилось попасть под машину правосудия. Зак Сименс выглядел так, будто его пережевали и выплюнули. Ощущал он себя, видимо, аналогично, что подтверждал бледный цвет лица и залегшие под глазами тени.

– Привет, мы, кажется, еще не знакомы.

Обернувшись, Мэй посмотрела на стоявшего в дверях мужчину.

– Детектив Йен Саммер.

– Мэй Паркер. Я…

– Наш новый стажер. Наслышан.

– Неужели? И что говорят? – скептически поинтересовалась девушка.

– В основном, конечно, дурацкие слухи, не имеющие ничего общего с действительностью. Например, поговаривают, что ты и Кинг любовники. Но это даже смешно, правда?

Брюнетка нахмурилась еще больше и села ровнее. Новый знакомый внушал брезгливость и ощущение какой-то неясной тревоги. Внешне довольно симпатичный, он тем не менее напоминал Мэй рептилию. Для полноты образа не хватало лишь раздвоенного языка.

– Я, скорее, нахожу смешным то, что взрослый мужик пришел и обсуждает со мной слухи, которые болтливые рты разносят по управлению, и, похоже, считает это нормальным.

– Хммм… А ты, оказывается, слегка умнее, чем выглядишь. Значит, как я задумал не выйдет… Очень печально, ведь я ненавижу, когда мне создают проблемы.

– Тебя здесь никто не держит.

Серые глаза мужчины сверкнули сталью. Он обошел стол, за которым сидела девушка, и наклонился вперед так, чтобы их лица были на одном уровне.

– Значит, слушай сюда, девочка. Еще раз покажешь мне свои зубки – я тебе их выбью.

Сжав губы, Мэй вздернула подбородок и смело встретила его взгляд.

Дейв, Эд и даже Зак с удивлением уставились на зеркальную стену, за которой раздался глухой удар.

– Сиди, я сам разберусь.

Кинг вскинул ладонь, останавливая вскочившего на ноги Эдварда, и вышел из допросной. Толкнув смежную с кабинетом дверь, Дейв пару секунд оценивал развернувшуюся перед его взглядом картину, а затем ловко перехватил Мэй за талию, мешая ей дотянуться до Саммера.

– Отпусти! – рассерженной кошкой зашипела Паркер.

– Какого черта здесь творится?

Голос Дейва звучал ровно, но Йена, утирающего кровь, бегущую из разбитого носа, он разглядывал с неприкрытым интересом. Коллега при этом выглядел скорее удивленно, чем рассерженно.

– Давление, что ли, подскочило? – хмыкнул Дейв.

– Держи свою сучку на поводке, Кинг, а то как бы кто машиной ненароком не переехал, – процедил Саммер и вышел в коридор, даже не удосужившись взглянуть в их сторону.

– Тварь, – прошептала Мэй, моментально расслабившись и растеряв весь свой боевой настрой.

– Паркер, не доводи до того, чтобы я начал приковывать тебя наручниками в кабинете, – опустив ее на стул, Дейв присел на корточки напротив. – Ты рехнулась? Драка?

– Он… Но он ведь…

– Я прекрасно знаю, кто он и что из себя представляет. Поэтому давай-ка договоримся – ты держишься от него подальше и больше не наживаешь себе врагов. Уяснила?

Скрестив руки на груди, Мэй сердито молчала. Адреналин схлынул, оставив лишь чувство усталости. Ей хотелось спать, есть и плакать одновременно. А еще ей очень хотелось, чтобы Дейв ее защитил и пожалел, но тот ничего подобного, естественно, не предпринимал, разглядывая ее своими глазами-льдинами.

– Можно я поеду домой? – спросила брюнетка, не выдержав этого взгляда.

– Не раньше, чем я пойму, что ты меня услышала, Паркер.

– Я тебя услышала, – огрызнулась та.

– Неубедительно. Еще раз.

– Издеваешься?!

– Тон, Паркер, – глаза мужчины потемнели. – Я тебе не Саммер.

– Разве? А по-моему вы все тут одинаковые.

Вскочив на ноги, Мэй оттолкнула его в сторону и пулей вылетела из кабинета. Дейв тяжело вздохнул и вышел следом.

– Эд, проводи Паркер до дома, я сам закончу, – распорядился он, открыв дверь допросной.

– Уверен? – нахмурился Мюррей.

– Да. И отпишись мне, как только убедишься, что она добралась до своей двери, открыла ее и вошла внутрь.

– Волнуешься? – лукаво улыбнулся друг.

– Ты здесь еще?

– Ладно, ладно… Мчусь провожать нашу длинноногую красотку, пока она не нажила себе неприятностей.

– Поздно, – мрачно изрек Дейв, провожая Эдварда взглядом.

8.

Тесс рассеянно слушала болтовню Шона, потягивая кофе. Утро принесло вчерашние воспоминания и снегопад. Такой, что, казалось, за утро выпала месячная норма осадков. Хантер любила свою работу и даже чувствовала некий душевный покой, находясь здесь в обществе близкого человека, наслаждаясь любимыми напитком.

– Вчера была жесть, да? – осторожно уточнил Бэлл.

– Шоооон… – простонала девушка, отставляя в сторону стаканчик.

– Извини, но, пока ты добиралась по пробкам, я успел взглянуть на отчет… Меня чуть не стошнило.

– И меня тоже, поверь. Еле сдержалась. Никогда ничего подобного не видела.

– С психом дело имеем, – авторитетно заявил парнишка.

– Главное, чтобы он был в единственном числе, – Тесс повозила компьютерной мышкой по столу, вынуждая монитор компьютера включиться, демонстрируя строку ввода пароля и эмблему полицейского управления.

– Слушай, а че там за тема с тобой и детективом? – не унимался Шон.

– Ты о чем? – искренне удивилась Хантер.

– Ну, как сказать… В общем, в сеть кто-то слил информацию об убийстве.

Тесс так и подскочила на месте.

– Не, не… По делу там по минимуму, ничего важного кроме того, что он был соседом ранее убитой Дороти Бэйтс. Тут больше общественность другое заинтересовало…

– Да о чем ты, Господи?!

Бэлл молча продемонстрировал ей фото из интернета. Под каким-то абсолютно идиотским заголовком о том, что полиции не до расследований, красовалось фото Роба и Тесс. Тот самый момент, когда детективу пришло в голову убрать прядь волос с ее лица. Выглядели они настолько трогательно, что девушка даже задохнулась от неожиданности.

– Какого хрена… – не сдержала ругательства Тесс.

– Смотритесь отлично, но придется объясняться с руководством.

Сжав переносицу тонкими пальчиками, Хантер молча вернула телефон и уселась на свое рабочее место.

– Так это…

– Мы закрыли эту тему, Шон. Давай работать, – осадила его начальница.

Закатив глаза, парнишка послушался, четко распознав в ее голосе стальные нотки. Когда Тесс была в таком настроении, спорить с ней было бесполезно. Дойдя до своего стола, Шон повернул голову и заметно встрепенулся: в дверном проходе стоял Хилл, не сводя взгляда с девушки, которая пока еще не заметила его присутствия.

– Ой, здраааасти… – радостно воскликнул Бэлл.

– Доброе утро, – спокойно ответил детектив, вежливо улыбнувшись.

Тесс крутанулась на стуле, сложив руки на груди в классическом «закрытом» жесте.

– Могу войти?

– Входи, раз уж пришел, – холодно ответила Хантер.

– А сесть тоже можно?

Девушка выдохнула через ноздри, но Роб смотрел на нее таким невинным взглядом, что она решила, что не доставит ему удовольствия, сорвавшись.

– Садись, – произнесла она тем же ледяным тоном и, дождавшись, пока Хилл со всем комфортом устроится на стуле, продолжила: – Чем обязаны?

– Зашел уточнить у тебя время, когда поедем осматривать квартиру Хьюза, чтобы спланировать свой день.

– Я могу и сама съездить. Возьму Шона.

– Это я! – помахал со своего места парнишка с большим воодушевлением.

– Так не положено, и ты это прекрасно знаешь. С тобой обязательно должен быть либо напарник, либо кто-то из офицеров, способных осуществить контроль за ситуацией и твоей непосредственной безопасностью.

– Ну, то есть это совсем не обязательно должен быть ты? – вздернула бровки Тесс.

– Совсем не обязательно. Но это буду я, – спокойно ответил Хилл. – Это мое дело, и все, что касается расследования, будет также лично контролироваться мной. Итак, во сколько тебе будет удобно, чтобы я сопроводил тебя в дом Тома Хьюза?

Хантер сдержалась. Сегодня, на удивление, самообладание было с ней солидарно.

– Мы можем поехать прямо сейчас, я только распечатаю отчет… – натянуто улыбнулась она.

– Отлично. Я подожду.

– Не желаете ли кофе?! – встрепенулся Шон, игнорируя предостерегающий взгляд начальницы.

– С большим удовольствием, благодарю…

– И ВО ЧТО ТЫ ОПЯТЬ ВЛЯПАЛАСЬ, ТЕССЕЯ???

Все трое одномоментно обернулись к дверям, в которых, нахмурив брови, стоял высокий, привлекательный мужчина. Весь его вид просто излучал властность, уверенность и благополучие. Туфли ручной работы, дорогое пальто, холеный внешний вид. Запястье руки, сжимающей газету, украшали дорогостоящие часы. Хилл подметил все детали, а особенно самую важную – то, как этот незнакомец смотрел на Тесс. Так же, как смотрел на нее он сам. Красный огонек опасности замигал в голове и тут же взорвался, обдав «кислотой», грозившей расплавить мозг, а за ним и все внутренности, когда девушка, тяжело вздохнув, спокойно произнесла:

– Знакомьтесь, детектив. Мой супруг. Фрэнк Хантер…

***

– Просто соберись и иди. – вслух произнесла Мэй, сердито глядя на свое отражение в зеркале.

Добрую часть утра ей прекрасно удавалось избегать контакта со своим непосредственным начальником, и она наивно мечтала, что все это продлится до вечера, однако судьба не была к ней благосклонна: Дейв вернулся с совещания, и Мэй едва успела прошмыгнуть в женский туалет, где и пряталась уже около двадцати минут. Меньше всего ей хотелось сейчас выяснять отношения и выслушивать очередные завуалированные реплики Кинга о том, что она бездарность и обуза.

И не то чтобы Мэй сожалела о сказанных ею словах, относительно принадлежности Дейва к подавляющей части узколобого мужского состава в отделе, но она просто устала бороться в этой холодной войне, где победитель уже был известен заранее. Вздохнув, Мэй поправила прическу и решительно вышла в коридор, где тут же влетела в Дейва, застывшего аккурат напротив дверей женского туалета.

– Да неужели?! – закатил он глаза.

– Что? – обреченно поинтересовалась брюнетка.

– Пришло время поиграть в крутого полицейского. Ты же вроде как хотела?

Нахмурившись, Мэй неуверенно кивнула, не совсем понимая посыл и ожидая подвоха.

– Твой день пришел, Паркер! – сверкнул улыбкой Дейв. – Иди за мной.

Все еще пребывавшей в недоумении Мэй практически пришлось бежать за мужчиной. Они миновали общий зал и уже дошли до кабинетов, предназначенных для приема граждан, когда звонкий детский голос разрезал воздух.

– Папа!

Детектив остановился так резко, что Мэй пришлось вцепиться обеими ладошками в его свитер, чтобы не упасть во время столкновения.

– Креветка, ты что тут делаешь?

– Нам с бабулей надо на примерку нового костюма. Ты обещал отвезти, – улыбнулась Оливия, не сводя глаз с Мэй.

– Бабушка тоже здесь?

– Ага. В кабинете.

Стоявшая рядом Мэй отчетливо услышала, как мужчина выругался сквозь зубы. Воспользовавшись тем, что он ненадолго отвлекся, брюнетка шагнула вперед и протянула руку Оливии.

– Здравствуй. Рада с тобой наконец-то познакомиться.

– Ты еще красивее, чем на фото, – с нескрываемым восторгом прошептала Лив, крепко пожимая ладонь девушки.

– Фото?

– Ага, мы…

– Так! Креветка! Иди обратно в кабинет, скажи бабушке, что я сейчас приду, Паркер, ты за мной! Живо, живо!

Схватив Мэй за локоть, Дейв оттащил ее от дочки, а Лив подтолкнул в противоположную сторону. Нисколько не расстроившись, девочка помахала и побежала в сторону кабинета.

– Очень похожа на тебя, – заметила Мэй, провожая Оливию взглядом. – Внешне.

Проворчав себе что-то под нос, Дейв отпустил ее локоть и быстро пошел по коридору. Поборов в себе желание сбежать, чтобы посмотреть еще и на его маму, Паркер потащилась следом, даже примерно не понимая, куда и зачем они идут.

Детектив Кинг замер у одной из дверей и кивнул в окно, через которое просматривался кабинет, где сидела пожилая женщина.

– Запишешь все, что она расскажет, и принесешь мне, – резко распорядился он.

– Я? – ошеломленно уточнила Мэй.

Дейв посмотрел на нее с таким непередаваемым выражением лица, что девушка поспешила спрятаться от него в кабинете. Скрестив руки Дейв какое-то время наблюдал, как Мэй старательно записывает то, что ей рассказывает свидетель. Взгляд скользил по профилю Паркер, подмечая, запоминая… наслаждаясь. Мужчина нервно передернул плечами, поймав себя на неожиданных мыслях: ему нравится смотреть на Мэй. Она действительно была очень красива, но не это привлекало в ней Дейва. Кареглазая Мэй Паркер была другой. Он, как человек, в силу профессии отлично умеющий разбираться в людях, не мог этого не заметить. В ней была огромная внутренняя сила, и Дейв понимал, что ее недолгая покорность вызвана лишь тем, что она признает заработанный им авторитет и силу физическую. Но в глубине души он предвкушал тот день, когда она проявит себя. Дейв жаждал увидеть ее настоящую. Как вчера в кабинете. Когда Мэй не боялась ничего и сказала то, что думала, а не то, что он хотел и требовал.

– Ох, хороша, зараза… Глаз не оторвать, да, дружище?

Голос Эда, ехидный и веселый, раздался за спиной Дейва, вырвав его из задумчивости и напомнив о делах насущных.

– Мне надо отъехать по делам. Присмотри тут за ней, а то опять кому-нибудь нос разобьет, – буркнул он, торопливо направившись к кабинету, где его ждали.

– Эй! Я тебе нянька, что ли?! – возмутился Эдвард.

Ответом ему был полный игнор. Сердито выдохнув через нос, Мюррей перевел взгляд на окно, где Мэй продолжала вести протокол. Пожав плечами, Эд открыл дверь и вошел внутрь, лучезарно улыбнувшись и девушке, и женщине, сердито восседавшей перед Паркер.

Дейв вел машину, старательно игнорируя шушуканье на заднем сидении, отлично понимая, что стоит ему хотя бы произнести первую букву имени Мэй, ни дочь, ни мать он уже не остановит.

– Пап, а могу я после примерки костюма побыть у тебя на работе?

– Нечего тебе там делать, – проворчал он. – Тем более, что меня там не будет, надо на осмотр ехать.

– Я могу побыть с… МЭЙ, – последнее слово буквально повисло в воздухе.

– Паркер со мной едет. Так что давай-ка ты дома побудешь. Я отвезу.

– Ой, нет, давай тогда лучше к бабуле.

Не удержавшись, Дейв бросил сердитый взгляд в зеркало заднего вида.

– Что? Лив просто интересно посмотреть, как ты работаешь, – как ни в чем не бывало ответила миссис Кинг, даже не пряча лукавую улыбку.

– Да уж конечно.

– Чистая правда, пап! – хихикнула Оливия.

– Все. Я даже разговаривать с вами обеими не хочу. Устроили черт знает что! Чтобы больше не смели заявляться ко мне на работу, не предупредив заранее.

– Как тебя только Мэй терпит, – протянула женщина.

– Во-во. Грубиян, – поддакнула Лив.

9.

Тесс рассеянно перевела взгляд на окно кабинета: там снова разбушевалась непогода. Что-то похожее творилось и у нее на душе. Роб, Фрэнк… и даже Шон… Слишком для нее одной.

Хилл, фальшиво улыбаясь, смотрел на нее, ожидая момента, когда девушка повернется и скажет, что это шутка. Но все говорило об обратном. В особенности лицо продолжавшего стоять в дверях мужчины – лицо человека, не желающего делить Тесс ни с кем.

– Я работаю, Фрэнк… – прервала, наконец, неловкое молчание виновница произошедшего, – … давай поговорим позже?

– Твое и МОЕ имя марают в грязи, смакуя подробности зверского убийства, а ты предлагаешь мне ждать?! – нахмурился Фрэнк.

Было видно, что он с трудом сдерживает эмоции, а его взгляд то и дело соскальзывал на Роба, изучая с ревностью и недоверием.

– Можешь дать мне, наконец, развод, и наши имена более не станут отождествлять друг с другом, – спокойно парировала Тесс, отвернувшись к монитору.

– Можно хотя бы трубки брать, когда я звоню? – тут же сменил тему, а заодно и тон мистер Хантер.

Всем присутствующим тут же стало ясно, что взгляды на расторжение брака у четы Хантер разные.

– Я не слышала, как ты звонил.

– Но ты ведь видела, что звонил. Могла бы…

– Не могла бы, Фрэнк. Давай обсудим наши проблемы без свидетелей, хорошо? – резко одернула его Тесс.

– Что там с осмотром места преступления? – тут же встрепенулся Хилл.

– Знаете, сегодня не выйдет, детектив. Давайте завтра? – меньше всего она сейчас желала оказаться с Робом наедине.

– Знаете, – в тон ей ответил тот, – расследование поважнее каких-то там семейных разборок, поэтому я настоятельно рекомендую проследовать со мной к месту убийства.

– Знаете, я, наверное, пойду. Сделаю себе кофе… – чувствуя, как накаляется атмосфера, попытался ретироваться Шон.

– А ВОТ ТЫ… – Тесс строго посмотрела на него, – останешься там, где сидишь.

Все трое мужчин вперили в нее взгляды, в которых было все: и обожание, и страсть, и покорность, и ревность, и злость, и даже принятие. Прикрыв глаза на несколько секунд, девушка решительно встала:

– Пройдусь. Здесь слишком многолюдно.

Фрэнк хотел было задержать ее в дверях и уже даже протянул руку, но то, как посмотрела на него жена, было весьма красноречиво. Оставшись втроем, мужчины запереглядывались.

– Позвольте узнать, столь ли необходимо таскать мою супругу по ТАКИМ местам? – холодно поинтересовался Фрэнк.

– Ну, насколько я успел уяснить, она уже и не ваша супруга… Дело лишь в бумажках и формальностях…

– Это недоразумение разрешится, как только Тесс надоест играть в самостоятельность. Я знаю ее много лет. Ей это наскучит довольно быстро.

– Что именно? – вздернул брови Хилл.

– Вы, детектив, и ваше расследование. Найдете убийцу и ее интерес угаснет так же быстро, как возник, – хмыкнул мистер Хантер.

– Ах, какая досада. Но знаете что… Мы живем в такое неспокойное время. Тут и там происходят умерщвления людей при загадочных и необъяснимых обстоятельствах. Готов предоставлять Тесс пищу для ее пытливого ума бесконечно…

Весь вид Роба говорил о том, что он, если нужно, лично будет убивать, только бы иметь возможность ежедневно лицезреть миссис Хантер рядом. Скрипнув зубами от досады, Фрэнк вышел в коридор с явным намерением отыскать жену. Хилл, напротив, словно прирос к стулу: Тесс сбежала, бросив мобильник и сумочку. Рано или поздно ей придется вернуться, и он будет здесь. Терпеливо ожидать ее возвращения.

Тесс постыдным образом пряталась от мужа в помещении, предназначенном для курения, прекрасно зная, что Фрэнк просто побрезгует искать ее в подобном месте. Утро, начавшееся так многообещающе, чем дальше, тем быстрее катилось по наклонной. Для полноты картины оставалось только устроить разборки с бывшим, встречи с которым она так старательно избегала, предпочитая общаться непосредственно через адвокатов. Все шло отлично, пока эти адвокаты не переспали, воспылав друг к другу всепоглощающей страстью. Теперь они успешно готовились к свадьбе и рождению первенца, попутно решив примирить заодно и своих клиентов, бросив бракоразводный процесс на самотек.

Было вдвойне обидно, что Фрэнк явился именно сейчас, ведь Тесс так хотела участвовать в расследовании. А отказ от посещения места преступления в оговоренное заранее время мог выйти ей боком. Хотя она все еще рассчитывала на чувство вины Роба, которое не позволит ему столь скоро вышвырнуть ее из следственной группы.

Она с грустью наблюдала за тем, как бывший муж мерит шагами коридор, то и дело бросая взгляд на бессовестно дорогие наручные часы. Подарок. Ее подарок на первую годовщину свадьбы. Тогда еще казалось, что они смогут прожить вместе до старости. Но долго и счастливо не случилось. Фрэнк не был плохим человеком. Он просто не был ЕЕ человеком.

Остановившись, мистер Хантер ответил на звонок сотового и, нахмурившись, какое-то время слушал собеседника. Весь его вид говорил о недовольстве, но, как ни крути, уйти придется. Еще раз осмотрев коридор, словно надеясь, что Тесс прячется под плинтусами, Фрэнк стремительно удалился.

Судорожно выдохнув, девушка прикрыла на секунду глаза, восстанавливая дыхание и сердцебиение, когда дверь резко распахнулась, заставив сердце вновь пуститься галопом. В проеме стоял Хилл, удивленно взирая на нее. В зубах торчала сигарета, а вид у парня был настолько ошеломленный, что Тесс ляпнула первое, что пришло на ум:

– Я буду готова через пять минут. Не заставляйте себя ждать, детектив…

***

Сделав глубокий вдох, Дейв открыл дверь своего кабинета и шагнул внутрь. Сидевшая за его столом Мэй вскинула голову и тут же вскочила на ноги.

– Я использовала твой компьютер, чтобы написать рапорт. Эд показал мне, где взять официальный бланк, – явно защищаясь, выпалила Паркер.

– Рапорт на перевод, я надеюсь.

Не удержавшись, Мэй раздраженно сморщила носик и скрестила руки на груди.

– Не куксись, Паркер, не идет тебе. Ладно, что там у тебя за рапорт, показывай.

Дейв сел в свое кресло и пододвинулся к столу, внимательно читая лежащий перед ним документ. Попутно отметив, что Мэй заполнила все идеальнее некуда, даже он сам бы не сделал лучше, он погрузился в текст и тут же забыл о положительных моментах.

– Это все та бабка тебе рассказала?!

– Да. Вот, посмотри, – кивнула брюнетка, протягивая ему протокол допроса.

– Чтоб тебя черти драли… – сердито прошептал Дейв, пробегаясь глазами по бумаге.

– Прости?

– А? – оторвав взгляд от протокола, мужчина уставился на Мэй.

– Это ты сейчас в мой адрес ругнулся?

– Боже, Паркер, нет, конечно. Ты меня, безусловно, раздражаешь, но не до такой же степени.

– О, благодарю, – язвительно откликнулась Мэй.

– Ты понимаешь, ЧТО все это значит? – Дейв тряхнул в воздухе документами.

– Естественно. Наша свидетельница видела кого-то в районе, где произошло это нашумевшее убийство с той женщиной, а потом и с ее соседом, который, похоже, мог дать хоть какие-то показания о подозреваемом. По крайней мере, ходит такая информация. Поэтому я и составила рапорт.

– Дьявол бы их всех побрал. Придется теперь контактировать с этими зазнавшимися ублюдками, – раздраженно выдохнул Кинг, вставая со стула, и ударил по клавиатуре, распечатывая заполненный девушкой рапорт.

– С кем?

– С той «ЭЛИТОЙ», что руководит расследованием. Ладно, собирайся. Я отнесу рапорт в канцелярию на регистрацию, а потом съездим к этой тетке снова. Я ей еще пару вопросов задам. Давай, буду ждать тебя в машине.

У Мэй даже дыхание перехватило от восторга. Он берет ее с собой!!!!!

Схватив ключи от машины, бумаги и куртку, Дейв вышел из кабинета. Брюнетка же сдернула с вешалки свое теплое шерстяное пальто цвета мокко и принялась натягивать его на себя, попутно обматывая вокруг шеи шарф и тут же поправляя прическу. В результате она собралась с такой скоростью, что примчалась к машине еще вперед ее хозяина. Нетерпеливо подпрыгивая на месте, Мэй не могла перестать радостно улыбаться.

– Хватит тут как коза скакать, садись уже, – буркнул все еще хмурый Дейв, открывая ей дверь.

Решив не реагировать на его грубость, Мэй лишь вежливо кивнула и уселась на соседнее с водителем кресло, деловито пристегнувшись. Дейв сел следом и тяжело вздохнул.

– Может, сначала поедим? – внезапно поинтересовался он.

– О… кхм… да, было бы неплохо.

Животик Мэй тут же предательски заурчал, напоминая, что время обеда давно миновало, а она со всеми этими бумажными делами абсолютно забыла о столь необходимом приеме пищи.

– Что обычно предпочитаешь? – Дейв открыл в телефоне карту, просматривая ближайшие к ним ресторанчики и кафе.

– Все равно, – пожала плечиками Мэй. – Я не привередливая.

– Как насчет индийской кухни? В паре кварталов отсюда есть вроде неплохое заведение, если судить по отзывам.

Носик брюнетки брезгливо сморщился, что не укрылось от внимания Дейва.

– Что за выражение лица? Не любишь индийскую кухню?

– Не особенно.

– Ок… Китайская?

– Сплошной глутамат натрия.

– Суши?

– У меня аллергия на рыбу.

– Мексиканская еда?

– Слишком тяжелая для середины дня.

– Паркер, ты уверена, что правильно понимаешь значение фразы «не привередливая»?

Дейв всем корпусом повернулся к ней, ноздри мужчины сердито раздувались. Мэй тут же возмутилась.

– Разумеется!!!

– Короче! Берем по паре хот-догов и едем. Вообще не понимаю, на кой я это затеял.

– Ладно, – кивнула Мэй. – Люблю хот-доги.

– Удивительно даже… – пробурчал себе под нос Дейв, сдавая с парковки задним ходом.

Закатив глаза, брюнетка отвернулась к окну, разглядывая улицу и снег, валивший без остановки. К тому моменту, пока они купили еды, миновали все пробки и въехали в пригород, где жила свидетельница, метель уже разыгралась не на шутку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.