Ирина Юрьева
Работает магический контроль!

Пролог

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля.

Сегодня Аманда выглядит особенно маняще. Не знаю, что виной этому: струящееся лёгкое платье с провокационным вырезом или близость нашей свадьбы. А может, просто запах сирени в ночном парке? Любовь пьянит и кружит голову с каждым днем все сильнее. Мне безумно хочется обладать ей во всех смыслах.

– Вик, – строго шепчет она, убирая мою руку с бедра.

Как же я хочу, чтобы Аманда произнесла мое имя с совершенно другой интонацией – протяжно, страстно… в уединенном месте. Да бездна с ним! Кровь давно хлынула вниз, и хочется нагнуть её прямо здесь, в парке.

– Ви-ик! – Шлепает меня по руке. – Не здесь! Нас могут увидеть!

– М-м-м? – с трудом выныриваю из своих пошлых фантазий, в которых мы уже не только в парке. – Малыш, – выдыхаю в самое ушко, слегка касаясь горячими губами. – Уже ночь, и мы здесь одни. Все оборотни города учтены и принимают сыворотку по расписанию, вампиры потягивают свою «Кровавую Мэри» под строгим контролем. Поверь, рядом со мной самое безопасное место в Лонгвилле.

Шипит, как рассерженная кошка, хотя в свете фонаря видно глаза, подернутые поволокой. Светлые волосы уложены сложным каскадом, а в фантазиях я уже запускаю в них пальцы, чтобы прижать теснее. Щелкаю, запуская в воздух стайку полупрозрачных райских птичек. Они кружат, играя друг с другом. Одна из них доверчиво садится на подставленную ладонь девушки. Радужный хвост подрагивает от нетерпения в ожидании ласки. Аманда осторожно касается оперения. Создаю ещё несколько иллюзорных бабочек, чтобы дополнить картину. Мэнди не обладает магическим даром, поэтому каждое волшебство воспринимает с детским восторгом. Вот и сейчас глаза светятся от счастья.

Не в силах совладать с эмоциями, прижимаюсь губами к её шее. Чувствую, как бешено колотится девичье сердце. Скольжу по коже ниже, вдыхая цветочный аромат духов. Чуть касаюсь языком, оставляя влажную дорожку, тут же покрывающуюся мурашками от прохладного ветра. Мое желание настолько сильное, что не сразу получается расслышать слова.

– Я же просила тебя, – пытается сделать неприступный вид, с силой отталкивая от себя, – Все ЭТО только после свадьбы. Ты обещал, Вик!

– Мэнди, мы женимся через три дня. Неужели для тебя так важно помучить своего жениха? – Игриво касаюсь языком ключицы.

Вздрагивает, но на этот раз не отстраняется, лишь прикрывает открытый участок ладонью. Тычусь носом в пальцы, как верный пёс. Ну же, девочка, не изводи своего преданного мужчину.

Аманда демонстративно закатывает глаза. Да-да, уже знаю эту её реакцию. Сейчас начнет кричать, что я не уважаю мнение своей невесты. Но в этот раз все иначе.

– Вик, – вдруг испуганно смотрит куда-то в кусты.

– Что? – Не могу оторвать взгляд от шикарной груди девушки.

– Кажется, там кто-то есть.

– Это ёжики, – отшучиваюсь я, не удосуживаясь бросить поисковик.

– А почему у них красные глаза на уровне фонаря? – сдавленно шепчет Мэнди.

Игривое настроение сразу улетучивается. Впереди в зарослях сирени действительно слышен какой-то шорох.

Глава 1

Амелия Вольт

Семь фей под хвост дракону! Кажется, сегодня все силы природы настроены против. Не удивлюсь, если прямо сейчас посреди тротуара откроется портал в бездну, из которого выйдет парочка демонов с огненной водой, мечтающих о моей компании.

Ровно в двенадцать, с одышкой, как у ожиревшей гарпии, я все-таки стою по указанному в направлении адресу. За длинным серым забором несколько зданий. Ощущение как на первом практикуме по некромантии – что сейчас тебя сожрут и закопают под дружные аплодисменты однокурсников. Над контрольно-пропускным пунктом возвышается алая надпись: «Служба магического контроля», ниже на потрепанном листе бумаги: «Предъяви пропуск в развёрнутом виде».

Судорожно перебираю толстую пачку бумаг в попытке отыскать что-то похожее на пропуск. На проходной многолюдно, человеческий поток одинаково плотный в обе стороны. Кто-то со злостью толкает меня, добавив пару смачных эпитетов моей неповоротливости. Оборачиваюсь на звук. Верзила под два метра ростом зачем-то пытается догнать фигуристую блондинку. Мать моя дракониха! Ну и нравы у них. Следом ещё толчок от толстой женщины в форме. Документы разлетаются живописным веером, приземляясь в центр лужи. Бешеная метла! Отличное начало дня.

Путаясь в подоле выпускного платья, подхожу к двери. Дежурный бегло просматривает пропуска, но надолго задерживается на моих мокрых документах. Попытка привести их в порядок магией обернулась крупными подпалинами по углам.

– Девушка, – протягивает молодой сержант, – разве можно так с документами обращаться? Я не могу вас пропустить.

– Пожалуйста, мне очень нужно попасть туда, – пытаюсь сделать жалобные глаза.

– Нет, – равнодушно отвечает тот.

– Фамилия Вольт вам о чем-то говорит?– перехожу от жалости к угрозам.

Ещё раз опускает взгляд в бумаги, видимо читает по слогам. Давай, мой хороший, надеюсь, буквы тебе знакомы.

– Да-да, – злобно шиплю, – там написано Амелия Вольт.

– Мисс, – на лбу приступают бисеринки пота, – вам выделить провожатого?

– Сама справлюсь! – воинственно выдираю стопку из его рук.

С гордо поднятой головой прохожу на территорию. Ноги давно гудят от высоких каблуков. Будь проклят тот, кто придумал, что это красиво. Взгляд отмечает несколько выбоин на асфальте, главное – не упасть.

На входе еще раз проверяют направление, правда на этот раз без придирок. Коридоры длинные и узкие, без единого окна, создают гнетущее впечатление. С обеих сторон тянутся вереницы дверей. Нужная отыскивается только со второго круга. Под полустёршимся номером «тринадцать» висит новенькая табличка: «Полковник Моравец А. С.». Ага! Именно он мне и нужен. Поправляю сползшую лямку, убираю набок растрепанные волосы, вряд ли это поможет привести их в порядок, но так спокойнее.

– Вик, остынь! – раздается усталый мужской голос из-за двери. – Твоему рапорту давно дан ход, но нет сотрудников сейчас.

– Я не могу работать в таких условиях! – отвечает ему другой, – У меня в группе некомплект! Сколько мне ещё работать без целителя? Вы понимаете, какой это риск?

– Так разберись со своими парнями. Почему за последние два года три сотрудника твоей группы просто сбегают с работы? Последняя, как её там?

– Милана Шевчик.

– Вот! Милана Шевчик – уволилась через неделю, готовая выплатить любую неустойку. – Раздается звук битого стекла. – Доконаете вы меня. Четвертая кружка за неделю.

Бешеная метла! Что, мне целый день тут стоять, пока эти солдафоны кружки бьют?!

– Добрый день. – Распахиваю дверь на всю ширину.

– Я не разрешал входить, – не поднимая головы от письменного стола, отвечает седовласый мужчина в погонах.

Перед ним стоит всклокоченный брюнет в чёрной футболке. Видимо, моё появление его сильно шокирует. Глаза бешеные, мускулистая грудь, поднимающаяся при намеренно глубоком дыхании. Ничего, мистер, придётся потерпеть.

– А я не спрашивала вашего разрешения. – Пожимаю плечами, гордо направляясь к свободному стулу.

Подол платья цепляется за торчащий из дверного косяка гвоздь. Бешеная метла дракону в печень! Дергаю раз, другой, и платье под аккомпанемент треска рвущейся ткани превращается из силуэта «рыбка» в коктейльное, местами сильно укороченное. Оба мужчины внимательно смотрят на мой позор. Кто бы сомневался, Амелия.

– Так по какому вопросу? – задумчиво протягивает начальник, пряча улыбку в руке.

– По распределению, – произношу как можно спокойнее, хотя знаю, что уши слились по цвету с платьем.

– О! – хлопает по столу мужчина в погонах, – Видишь, капитан? Нашли тебе сотрудника. Бери и пользуйся! Как вас зовут? Давайте документы.

– Амелия Волкер Вольт, – с каждым моим словом его лицо вытягивается все сильнее.

– Вольт? – переспрашивает, слепо глядя в бумаги, полковник.

– Вольт?! – Капитан оттягивает ворот футболки, будто ему резко становится жарко.

– Вольт, – киваю головой. – Вас это смущает?

– А, – спешно подбирает слова Моравец, – отец в курсе?

У меня нервно дёргается скула. Конечно, он в курсе! Наверное, даже подвальные крысы в курсе моего утреннего провала.

– Да, конечно, – вымученно улыбаюсь, пытаясь сохранить невозмутимое лицо.

– Значит, – с усилием трет виски, – поступаете в распоряжение капитана Мунна, будете служить целителем в его отряде. Он введет в курс дела.

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля

Из мыслей меня вырывает напарник, входящий в кабинет.

– Ты чего медитируешь над кружкой? – Указывает взглядом на чай, покрывшийся уже тонкой плёнкой.

– Да так. – С отвращением ставлю безнадёжно остывший напиток на стол.

Работы непочатый край, даже не знаю, за что хвататься. Когда я шёл в оперативники, то представить не мог, что помимо отлова преступников надо будет заполнять гору бумаг. В этом месяце к тому же наша очередь вести учёт и проверку всех зарегистрированных оборотней. Ума не приложу, почему под это дело нельзя выделить отдельных сотрудников? Только в Северном районе их около сотни, а всего районов в городе десять!

– Смотри скорей, – бросает Лис, подходя к окну. – Такая,– парень руками обрисовывает сильно выдающиеся формы, – на проходной. Все, как ты любишь.

– И что ТАКАЯ забыла в нашем клоповнике? – Стараюсь сделать вид, что сильно увлечен бумагами.

Но, видимо, в подтверждение гордого звания из-под папки показываются усики, а следом, собственно, жирный таракан. Брезгливо морщусь, щелкая пальцем. Через секунду насекомое превращается в горку пепла. Вот же живучие твари, никакие ловушки не берут, даже магические. Лис внимательно следит за спектаклем на улице, а потом толкает меня в бок.

– Да посмотри же! Такое нельзя пропустить! – Растягивает увеличительную сферу, подталкивая к столу. – А, нет. Это Геныч с очередной пассией ругается. Мне уже кажется, что в Стоунфите не осталось девушки, с которой он…

– Хватит, – останавливаю Лиса, мельком глядя на разборки парочки.

Моё внимание привлекает молоденькая девочка в длинном красном вечернем платье, собирающая бумаги в луже. Ткань переливается, будто чешуя рыбы, а силуэт с расширяющейся книзу юбкой добавляет сходства с русалкой. На секунду фигура кажется знакомой, сердце пропускает пару ударов, чтобы потом пуститься в бешеный галоп. Но это не Мэнди. Моя невеста никогда не выйдет на люди с вороньим гнездом на голове.

Телефонный звонок заставляет вернуться к работе. Поднимаю трубку:

– Капитан Мунн слушает.

– Вик, – раздается мурлыкающий голос секретарши полковника, – шеф освободился, можешь зайти по своему вопросу.

Так и вижу, как Мелисса на том конце провода томно прикусывает карандаш, а потом скользит кончиком языка по губам. Все холостяки службы сходят по ней с ума, а она не упускает возможности подразнить их.

Быстрым шагом добираюсь до нужной двери. Из-за ремонта секретаря временно переместили в соседний кабинет, поэтому уже неделю Мелисса изнывает от тоски, осваивая методики соблазнения голосом.

Дергаю ручку.

– Здравия желаю…

– Ой, хватит, – прерывает на полуслове полковник Моравец, – давай без церемоний. Изучил твой рапорт. Но целителя дать не могу.

– Как? – вырывается возмущенно и совсем не по уставу.

– Вик, остынь! – устало говорит Моравец. – Твоему рапорту давно дан ход, но нет сотрудников сейчас. Понимаешь? Нет. Академия не прислала.

– Я не могу работать в таких условиях! – рычу, изо всех сил пытаясь удержать лицо. – У меня в группе некомплект! Сколько мне ещё работать без целителя? Вы понимаете, какой это риск?

– Так разберись со своими парнями. Почему за последние два года три сотрудника твоей группы просто сбегают с работы? Последняя, как её там?

– Милана Шевчик.

– Вот! Милана Шевчик – уволилась через неделю, готовая выплатить любую неустойку. – Полковник эмоционально разводит руками, сбивая кружку, стоящую на столе. – Доконаете вы меня. Четвертая кружка за неделю.

Дверь позади меня распахивается и шумно бьется ручкой о стену. Мне кажется, за грохотом удара слышен шорох ссыпающейся штукатурки.

– Добрый день, – высокомерно бросает та самая девочка в красном.

– Я не разрешал входить. – Моравец даже не поднимает головы.

– А я и не спрашивала вашего разрешения, – фыркает она, демонстративно направляясь к свободному стулу.

Вдруг девушка меняется в лице, замирая на месте. Рывок, другой. Перевожу взгляд вниз, вспоминая про торчащий из косяка гвоздь. И надо бы подойти помочь, но нервная резко отрывает клок платья, обнажая длинные стройные ноги.

– Так по какому вопросу? – Полковнику с трудом удается сдержать улыбку.

– По распределению, – произносит красная как рак девица.

Надо отдать должное её выдержке, другая уже бежала бы отсюда со всех ног, чтобы привести внешний вид в порядок. А эта садится на стул, ещё и нос задирает, будто королева.

– О! – хлопает по столу Моравец. – Видишь, капитан? Как вас зовут?

– Амелия Волкер Вольт, – говорит с вызовом.

Бездна! Только единственной наследницы этого сумасшедшего семейства не хватает! Вольты не сходят с первых полос газет не одно десятилетие, исправно поставляя сенсации и сплетни для ушей местных жителей. Мне становится не по себе от перспективы работать с этой избалованной девицей. Нервно оттягиваю ворот футболки, резко ставший узким. Надо держать себя в руках.

– Следуйте за мной, мисс Вольт, – говорю ей, разворачиваясь к выходу.

Девушка с гордо поднятой головой встаёт со стула и на втором шаге ломает каблук, падая к моим ногам. Бездна! Явиться на службу в этом дурацком платье и на каблуках! У нее мозг в голове есть или только барахло? Похоже, она лучшая представительница своей семьи.

– Мисс, – протягиваю ей ладонь, – постарайтесь держать себя в руках. Командира нужно слушать, но падать на колени не обязательно.

– Не льстите себе, – зло отталкивает меня, – вы настолько омерзительно выглядите, что я почти упала в обморок от ужаса.

С зубами девчонка, только скалится не с теми. Молча разворачиваюсь, не считая нужным реагировать на этот бред. Ничего, пара занятий в зале, и она запомнит, как нужно себя вести.

Бездна! Сжимаю кулаки, гася злость и раздражение. Просил целителя в группу, а получаю ходячее недоразумение.

Всю дорогу это чудо сопит за спиной. Ничего, может, потом умнее станет.

– Парни, – открываю дверь в кабинет и практически утыкаюсь лицом в мужскую задницу, – что за …! – проглатываю несколько нецензурных эпитетов. – Инквизитор Лисовец!

– Да, капитан! – отвечает парень, впрочем не поворачиваясь передом, хотя, может, и к лучшему.

– Что здесь происходит? – Делаю шаг назад, увеличивая расстояние между нами.

– Василий сбежал, – честно отвечает задница, то есть Лис.

– Какой Василий? – подозрительно заглядывает в кабинет девушка.

– Который комаров ловит, – шипит Лисовец, балансируя на стуле, – паук.

– Отставить! – выхожу из себя окончательно.

Парень ласточкой слетает на пол.

– Поразвили тут! – Злость клокочет внутри, словно меня покусали гоблины. – У нас целитель новый! – Жестом приглашаю мисс Вольт войти. – Знакомьтесь – мисс Амелия Вольт.

– Добрый день, – совсем не вежливо отзывается Амелия, делая шаг внутрь.

– Кристоф Лисовец. Можно просто Лис. А как обращаться к вам, мисс Вольт? – Парень галантно наклоняется, чтобы поцеловать руку девушке.

– А чем мисс Вольт не устраивает? – Блондинка брезгливо морщит нос.

Именно в этот момент паук Василий кокетливо свешивается на тонкой ниточке, чтобы лично оценить нового бойца группы.

– А-а-а-а! – визжит девица, судорожно взмахивая руками.

На Василия обрушивается воздушная ударная волна одновременно со звуковой. Беднягу отбрасывает на несколько десятков сантиметров назад, а потом по инерции впечатывает в лицо блондинки. От испуга та закатывает глаза и падает в обморок.

– Занавес, – констатирует Лис, глядя на бесчувственное тело нашего нового целителя. – Надеюсь, с Василием будет все хорошо?

Отвесить бы затрещину ему, да руки заняты. Кое-как приводим в чувство мисс Вольт. Девчонка ошалело водит глазами.

– Это кто был? – спрашивает дрожащим голосом.

– Идиот Лис, – сурово кошусь на напарника.

– Милая леди, – парень проводит ладонью по волосам, – так как вас называть в пылу битвы?

– Мисс Вольт, – зло отвечает она.

Бледная, всклокоченная, но продолжает злиться и задирать нос.

– Ну позвольте, – паясничает Кристоф, – как вы себе это представляете? «Мисс Вольт! Мисс Вольт, спасите! У мистера Генриха оторвало ногу сдетонировавшим амулетом!» Пока я все произнесу, мой верный друг умрёт от потери крови.

– Оторвало ногу? – снова бледнеет девушка, мгновенно сливаясь цветом лица с зелёной стеной.

– Эй. – Тоже мне, благородная девица. Подхватываю ее под плечи. – Ты что? Впечатлительная такая?

– Знаешь что, командир? – Лис задумчиво чешет затылок, а потом наливает воду в стакан. – Сдается, есть какой-то подвох.

– Конечно, есть, – рычу на него. – Ты – идиот!

И как ему объяснить? Отмахиваюсь от обоих, возвращаясь к основной проблеме.

– Целитель?! – Хлопаю ее по щекам. – Живая ещё?

– Да пошли вы все! – ругается, полуприкрыв веки. – Издеваетесь! Меня здесь вообще быть не должно! – Делает два жадных глотка, а потом выливает остаток на обалдевшего Лиса. – Метлу вам во все стратегические места, – запинается, заметив, что оторванный край платья задрался совсем провокационно. – Извращенцы!

Только истерички мне в группе не хватает.

– Младший инквизитор Вольт! – рявкаю я. – Встать!

Смотрит своими коровьими глазами, но не двигается.

– Встать! – Дергаю за руку, принуждая подняться. – Мне до сиреневой метлы на твою знаменитую фамилию. Поняла? – Кивает, а в глазах слезы. – Надо отвечать: «Так точно!» Ясно?

– Так точно, – блеет себе под нос.

Ее ещё пошатывает от слабости, но лицо старается держать.

– Или ты работаешь как положено, или катись домой, к папеньке! – Вздрагивает. – Поняла?

– Так точно, – заикаясь, вот-вот разревется.

– На службу приходишь нормально одетой! – Тормози, Мунн, что орёшь, как будто тебя гарпия за яйца схватила. – Все свои брендовые шмотки и каблуки оставляешь дома! В остальном, – получаю тычок в спину от Лиса, – слушаешься меня и парней. Надеюсь, сработаемся! Кстати! – Только сейчас замечаю отсутствие ещё одного сотрудника. – Геныч где?

– Не вернулся с проходной.

– Бардак! – Обвожу кабинет взглядом, замечая понурившегося Василия на дверном косяке. – Завтра ровно в восемь, мисс Вольт. Пропуск к этому времени будет готов. И, – опускаю взгляд, отмечая, что ноги у нее ничего, – потрудитесь не опаздывать.

Разворачиваюсь на каблуках и выхожу за дверь. В бездну все! Я не продержусь с ней и двух дней.

Глава 2

Амелия Вольт

Я не продержусь и пары дней среди этих варваров. Сначала говорящая задница, потом громадный паук. Теперь понятно, почему у них такая текучка. Главное, дождаться конца испытательного срока. Бешеная метла! Это будет сложнее, чем можно предположить.

– Чай будешь? – спрашивает мистер Лисовец.

Симпатичный русоволосый парень в смешной футболке с героями одного известного мультфильма – огромный зелёный зверь неизвестной породы показывает международно неприличный жест. При этом из всех он кажется наиболее воспитанным и адекватным. Да и… кхм… задница у него вполне себе. О силы природы! Амелия, о чем ты думаешь?!

– Спасибо, мистер Лисовец, – слегка киваю, – было бы чудесно. – И взгляд предательски опускается на джинсы.

– Брось, – отворачивается к стоящему на маленьком столике в углу чайнику, – церемонии здесь ни к чему. Нам работать вместе.

Спустя пару минут ставит передо мной кружку. Желудок издает крик раненого кита, напоминая, что, кроме вчерашнего ужина, еды больше не поступало. Кристоф подозрительно косится на меня, а потом достает пачку печенья.

– Угощайся.

– Спасибо. – Осторожно протягиваю руку, борясь с желанием схватить все сразу.

– На командира не злись, он нормальный на самом деле. – Тоже берет одно печенье. – А ты чего так на работу вырядилась-то?

– Официальное трудоустройство для меня праздник. – Вымученно улыбаюсь, прикидывая, допустимо ли взять ещё одну штучку. – Можно обращаться просто – Амелия.

– Так гораздо лучше. – Парень загадочно подмигивает. – Сейчас доедим и пойдём оформлять бумаги дальше.

– Часто вам нужен целитель? – задаю особо волнующий вопрос.

– Да как сказать, – Лис пожимает плечами, присаживаясь на край стола, – месяц работаем без него. Но бывает всякое, лучше иметь его в наличии. Да ты не переживай, – по-своему трактует мое испуганное лицо, – тебе главное – раненого до госпиталя дотянуть.

Кусок печенья застревает в горле, вызывая приступ яростного кашля. Думаю, мне будет крайне неудобно, если мои особенности вскроются в самый важный момент.

– Пойдем, – говорю, вытерев проступившие слезы, – на сегодня рабочий день окончен?

– Да, – широко улыбается, глядя на мои голые ноги. – А ещё у нас каждую среду тренировка в зале. – Взгляд утыкается в край платья, расположенный в верхней трети бедра.

– Сегодня четверг. – Пальцем поднимаю его подбородок.

Все бумажные дела улаживаем в течение часа. Из хороших новостей – аванс в этом месяце будет, а из плохих – комната в общежитии раньше послезавтра не появится. Возвращаться к отцу не вариант, ночевать на улице тоже. Думай, мисс Вольт, думай.

– До завтра, Амелия. – Мистер Лисовец целует мою руку.

– До завтра, – машинально киваю ему, замечая недалеко от проходной блондинистую голову друга.

Айдж старательно кого-то высматривает, нервно помахивая одинокой красной гвоздикой. Неужели его слова правда?

Закрываю глаза, мысленно возвращаясь в пасмурное сегодняшнее утро.

Если бы все сложилось иначе, то удалось бы избежать этой дурацкой работы.

***

Длинный тёмный коридор все никак не заканчивается, в конце него виден свет открытой двери, за которой должно решиться моё будущее. На полной скорости влетаю в аудиторию, используя в качестве тормоза преподавательский стол.

– Мисс Вольт? – произносит благообразный старец в темно-синей мантии, он же председатель комиссии Ингве Экланн. – Вы все-таки соизволили явиться?

Лицо заместителя декана не выражает ничего обнадеживающего. Пара вдохов, судорожный выдох и неудачная попытка унять дрожь в руках.

– Э-э-э, – я на секунду теряюсь, глядя на то, как сдвигаются его кустистые брови, – профессор Экланн, это непредвиденные обстоятельства. Поверьте, мои мысли только об экзамене и об учёбе в аспирантуре.

– Именно поэтому вы опоздали, явились в выпускном платье, – качает головой мужчина, – глаза красные, опухшие, и на голове гнездо неведомой твари.

– Это не я, – блею в ответ.

– Это соседи, – понимающе перебивает профессор. – Но, увы, госпожа Вольт, – разводит руками он, – экзамен кончился десять минут назад, и вся комиссия разошлась. Так что ничем не могу вам помочь.

Ингве давно и прочно ненавидит женщин, считая, что теоретическая магия, как святая святых, им недоступна. Поэтому брать их на кафедру – страшное преступление.

– Но… – осекаюсь на полуслове.

Что но? Позвоню папе? Нажалуюсь ректору? Или прибегну к шантажу? Хороший вариант, кстати. Пригрожу, что расскажу о его любовной связи с ректором. Нет! С мэром города! Ты идиотка, Амелия. Если отец узнает, из-за чего провален экзамен, то сотрёт меня в порошок, причем в прямом смысле. У него с магией все прекрасно, в отличие от непутевой дочери.

– До встречи в следующем году, госпожа Вольт. – Экланн широко улыбается и покидает аудиторию.

Это конец! Выхожу в коридор, пытаясь унять волнение. Что ж за невезение такое? Проспать собственный экзамен! Уже представляю, какой скандал ждёт меня дома.

Стена напротив аудитории плотно увешана портретами.

В цетре Вольгаф Вольт – основатель и первый ректор академии. А вот Всеволод Вольт, самый знаменитый декан факультета практической магии. С холста на меня укоризненно смотрит одноглазый мужчина в алой рубашке. Следом идёт прадед Вернер Вольт – ректор, потом дядюшка Вильфрид – заведующий кафедрой некромантии, дедушка Волдо – ещё один декан. И, наконец, Волкер Вольт! Лучший выпускник факультета, изобретатель и прочее, прочее, а еще мой отец.

– Лия! – голос друга выдергивает из грустных мыслей. – Как прошёл экзамен?

Айдж Влчек, как всегда собран и сосредоточен. Лучший выпускник, чтоб его! Чувствую, через пару лет на этой стене появится его портрет.

– Будет осенью, – брезгливо дергаю плечом, когда он пытается дотронуться до него. – Сейчас лучше меня не трогать, – бросаю, разворачиваясь к выходу.

Мысли роятся в голове, словно дикие пчелы. Нужно все хорошенько обдумать.

Род Вольтов очень древний и страшно магический. Настолько страшный, что у нас в родственниках числятся великие учёные, знаменитые воители и сумасшедшие некроманты. Да-да, один из прапрапра действительно натворил дел, наломал дров, загубил много душ, за что расплатился жизнью. Справедливости ради надо отметить полный провал оперативников магического контроля, которые так и не смогли найти логово преступника до того, как он закончил свое чёрное дело. Обнаружили его гораздо позже, подозреваю, что вообще по запаху, так как последний эксперимент явно пошёл не по плану, ликвидировав злодея без помощи правоохранительных органов Стоунфута. Город гудел несколько месяцев, переваривая произошедшее, а родственники некроманта подумывали сменить фамилию. Но со временем все утряслось, пресса нашла новые события для публикации, правда, опять про Вольтов. Так и не сходим мы с первых полос несколько столетий. Я уже вижу эти кричащие заголовки: «Амелия Вольт и ее магический позор», « Наследница знаменитого рода лишена магии», « А наша ли Амелия?». Отец будет в ярости, его и так раздражает отсутствие у меня способностей к практической магии. Пару раз в пылу гнева он упрекал мать в измене, потому что десятки столетий не было таких среди рода Вольт.

– Дочка, запомни! – каждый раз повторял он. – Мы не можем быть теоретиками. Мы – великие практики!

Ну да, гении практической магии в боги знают каком поколении, а тут я. Сюрприз, не владеющий даже простеньким телекинезом. Шах и мат. То ли гены не те, то ли подкинули меня, но применять полученные знания мне не дано. В моей голове хранятся тысячи сложнейших заклинаний, сколько надо приложить ММЕ (международная магическая единица) и под каким вектором для щита Бехтэра( чего, собственно, не смог рассчитать сам автор), каким магическим приёмом снять с упыря стружку и как приворожить нежить! Вот только практически полный ноль. Амелия Вольт – позор семьи, пустышка. Иногда кажется, что отец меньше расстроился бы, если бы у меня нашли ген оборотничества. Это же лечится! В отличие от магического кретинизма.

Айдж догоняет меня уже на выходе из здания.

– Лия! Подожди!

Замираю, стараясь изо всех сил держать себя в руках. Влчек не виноват в моем плохом настроении, все-таки парень всю учёбу тянул меня на своем горбу.

– Амелия! – грозный голос отца не предвещает ничего хорошего.

Наверное, ему позвонили с кафедры и обрадовали очередной «победой» дочери.

– Здравствуйте, мистер Вольт. – Айдж героически закрывает меня своей неширокой спиной.

– Привет, – бросаю настороженно.

Зная темперамент моего родителя, можно ожидать чего угодно.

– По-моему, – отец переходит на приторно вежливый тон, – я чётко дал тебе понять, что против твоего общения с этой плебейской собакой.

– Отец! – шиплю на него.

– Замолчи! Мне надоели твои выходки. – Волкер Вольт никогда не стесняет себя в выражениях и эмоциях, даже на людях. – Живо в машину!

Внутри поднимается многолетний страх. Надо подчиниться, иначе глава семейства разнесет тут все.

– Лия останется со мной! – Айдж чуть наклоняет голову вперёд, готовый к защите.

– Ой, дурак, – шепчу в ухо другу.

– Амелия? – Отец скептически поднимает бровь вверх. – У тебя отношения с ЭТИМ?

– Да! – парень отвечает за нас обоих, мне остаётся только кивать как болванчик из-за его спины.

– Шлюха! – брезгливо морщит нос. – Позор семьи! Если бы мать была жива, то ей стало бы дурно от таких новостей.

Воздух вокруг становится гуще, заставляя прилагать больше усилий для дыхания. Кончики пальцев мужчины подергиваются красноватым пламенем.

– Мистер Вольт, – Айдж сощуривает глаза, – вам стоит выбирать выражения, когда обращаетесь к моей невесте.

Невесте? От удивления, смешанного с ужасом, горло перемыкает, что провоцирует приступ кашля.

– Амелия! – Отец одним еле заметным движением сбивает Влчека с ног.

Парень падает на пол в метре от меня. Только бы голову не разбил, но, кажется, он успел смягчить падение заклинанием.

– Амелия, – ближе и более угрожающе, – сегодня же ты уедешь к тете на ферму, чтобы ни одна журналистская тварь об этом не узнала.

– Нет, – мой голос дрожит от захлестывающих эмоций, – я останусь здесь! И буду работать и жить отдельно от тебя!

Услышав это, мужчина не сдерживает громкого смеха.

– Ты и дня не протянешь сама. – Подходит вплотную. – Но когда приползешь побитая домой, отправишься не к тете в деревню, а в приют для оборотней.

– Нет, – сжимаю кулаки до побелевших костяшек, – не дождёшься!

Волкер Вольт выходит из здания с гордо поднятой головой.

– Лия, – Айдж с трудом поднимается на ноги, придерживая правую руку, – у меня есть идея, как все исправить.

– Придушить меня? – С трудом разжимаю пальцы, глядя на кровавые отпечатки ногтей на ладонях.

– Нет! – Друг выглядит чрезмерно счастливым. – Распределение! Пойдёшь работать по специальности!

– Я ничего не умею.

– Зато диплом есть! – припечатывает Влчек.

Глава 3

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля

Рассветные лучи только-только начинают раскрашивать золотом небо. В городе весна, и это время года пьянит и дурманит гораздо сильнее запрещённых веществ.

На сковороде жарятся гренки, а в комнате спит Аманда. Я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Еще какая-то пара дней, и она станет миссис Мунн. Официально и навсегда. Вчера Мэнди впервые попросила остаться у меня на ночь. Не знаю, вероятно, виной этому чья-то неудачная шутка. Признаться, напитанное магией чучело мантикоры в кустах Центрального парка заставит испугаться кого угодно. Даже я с трудом смог убедить инстинкты, что опасности нет. Что уж говорить о слабой человеческой девушке?

Надеюсь, свежеприготовленный завтрак сможет поднять моей малышке настроение.

– Вик, – еле слышно раздается из-за спины.

Оборачиваюсь на голос. Аманда стоит босая, в моей рубашке, волосы водопадом рассыпаются по плечам. Через светлую ткань видны очертания девичьей груди. Мозг резко перестаёт получать должное количество крови, потому что она вся сильно южнее него. Тяжело сглатываю.

– Да, малышка, – взгляд скользит по её безупречно стройным ногам, – я разбудил тебя?

– Нет, – с грустным видом проходит к столу, – нам нужно поговорить.

– Конечно. – Сажусь на соседний стул.

– Я всю ночь думала. – Нервно теребит пальцами край рубашки. – Ты только не принимай это на свой счёт, – слова доносятся как сквозь вату, потому что все мое естество так и жаждет прикоснуться к ней. – Давай перенесём свадьбу.

Хочется нежно провести ладонью по стройному бедру, забраться пальцами под рубашку, чтобы ощутить жар девичьего тела.

– У меня нехорошее предчувствие. Давай отложим свадьбу. – Что?

В своих мыслях я уже так далеко, что полностью потерял нить разговора.

– Что, Мэнди? – Кровь оглушительно стучит в висках.

– Давай. Перенесем. Свадьбу, – повторяет медленно, по слогам.

Сердце ударяется изнутри о ребра, ломая их ко всем чертям. Осколки впиваются в тело, причиняя невыносимую боль. Медленно на ватных ногах подхожу к плите.

– Подгорели, – за грохотом бешеного пульса не слышу собственного голоса. – Хотел сделать тебе завтрак, – медленно переворачиваю кусочек хлеба, кипящее масло брызгает на обнажённый торс, – не получилось.

Боль от ожога почти не чувствуется, внутри все гораздо хуже.

Делаю глубокий вдох, а потом сковорода летит в стену вместе с гренками. Девушка испуганно отпрыгивает, хотя раскаленное железо падает далеко от неё. По обоям расползается грязное масляное пятно.

– Разлюбила?! – спрашиваю, изо всех сил пытаясь унять огонь внутри.

Аманда переводит взгляд с меня на стену, где по краям пятно дымится. Часть магии выплескивается вместе со злостью, провоцируя возгорание.

– Вик, – делает несмелый шаг ко мне, – ты не так все понял.

– Что здесь можно НЕ ТАК понять? – Пятно вспыхивает синим пламенем.

– Дурное предчувствие. – Ее холодная рука касается моей щеки, даруя прохладу. – Я прошу перенести свадьбу на пару месяцев, но, – смущённо опускает глаза, – хочу жить это время с тобой. Здесь. – Робко целует в губы.

От избытка эмоций магия кипит, будто в жерле вулкана. Синий огонь уже с аппетитом принимается за кухонный шкаф. Меня швыряет от отчаяния к радости.

– Если только ты не спалишь свою квартиру, – многозначительно обводит глазами кухню.

– Нашу. – Прижимаюсь губами к её, одновременно гася магическое пламя.

Крышу сносит окончательно. Подхватываю девушку под бедра, впечатывая в стену. Протискиваю колено между ее ног, принуждая поставить их шире.

– Вик, – сдавленно шепчет, но я не даю больше возможности разговаривать.

Поцелуй становится жарче, требовательнее. Она отвечает робко, несмело, словно сама не верит в происходящее.

– Хочу тебя всю, малышка. – Касаюсь губами мочки уха, а потом слегка прикусываю её.

– Ах, – вырывается у нее.

– Ты хочешь меня? – Губы спускаются ниже по коже, находя самые чувствительные места на шее.

– Д-да, нет, – девочка мечется, не решаясь отдаться желаниям. – Не знаю!

– Первое слово – ДА! – Ловлю ее расфокусированный взгляд.

Расстегивать пуговицы не хватает терпения, поэтому просто резко дергаю полы в стороны. Оторванные пуговицы стучат частой дробью по полу. Аманда дергается, чтобы прикрыть обнаженную грудь, но я не даю.

– Вик, – выдыхает, когда мои губы касаются темных вершинок.

Слабый протест или просьба продолжать? По интонации не разберу. Перекатываю языком сосок. На этот раз только шумный выдох.

Тормози, Мунн, сейчас ты просто ее съешь, а она этого не простит. Ладони сжимают упругие ягодицы, притягивая ближе. Хочу, чтобы Мэнди ощутила ВСЮ мою заинтересованность. Прижимаюсь торсом к обнаженной груди, чувствуя жар кожи. Моё желание настолько велико, что ломаются все блоки, установки, правила приличия и нормы морали. В конце концов, Аманда сама придумывает их в своей хорошенькой голове. Зарываюсь носом в роскошные светлые волосы, вдыхая дурманящий аромат. Возможно, потом мы об этом пожалеем, но сейчас самое время отдаться пьянящей страсти.

Поднимаю ее на руки и несу в спальню. Кровать со скрипом проминается, когда опускаю Аманду на морскую волну голубой простыни. Губы шепчут что-то протестующее, но тело откликается на каждую ласку, как в последний раз. Меня потряхивает от возбуждения, но нужно быть ласковым и терпеливым, иначе спугну свою малышку.

Но как не торопиться, когда тормоза совсем отказали? Это словно прыжок в бурлящую горную реку с обрыва, и я тону в потоке, даже не пытаясь вынырнуть. Да бездна со всем этим! Просто не хочется всплывать!

На секунду разрываю поцелуй, чтобы стянуть штаны, оставив боксеры пока на месте. Мэнди испуганно косится на внушительный бугор на них.

– Все будет хорошо, – говорю, снова забирая в плен сладкие губы своей невесты.

Как гром среди ясного неба в идиллию врывается звон будильника. Пора на работу, инквизитор Мунн.

Глава 4

Амелия Вольт целитель второго отряда службы магического контроля

Влчек снимает квартиру недалеко от Соломенной улицы. Не слишком презентабельное место, но дареному дракону когти не пересчитывают. Да и предложение жить вместе меня почему-то пугает, несмотря на хорошее отношение к Айджу. Но судьба решает все сама. К отцу возвращаться нельзя, значит, выход один – ночевать в квартире друга.

Уснуть в одной комнате с Айджем так и не удаётся. Неожиданно у парня обнаруживается скрытый при дневном свете талант. Он храпит, будто рота солдат, специально тренировавшая синхронные рулады. Будить его и просить что-то сделать с этим, хотя бы заклинанием, я постеснялась, а колдовать сама побоялась. Друг все-таки у меня один.

Поэтому ночь тянется мучительно долго, а как только первые рассветные лучи разрезают ночное небо, я поднимаюсь и решаюсь свалить на работу.

Некогда шикарное вечернее платье сейчас висит на стуле грустной красной тряпочкой. На голове какой-то колтун непонятного происхождения, будто ночью со мной позабавился домовой. Глубоко выдохнув, складываю ладони в сферу для бытовых заклинаний. Ну что, Амелия, испытываем судьбу в очередной раз. Три ММЕ (международная магическая единица) прямо, одна под углом в тридцать градусов. Пуск. В воздухе отчётливо пахнет палеными волосами, но внешне ничего не изменилось. Что ж, не моё это. Не моё… Денег на парикмахеров нет, поэтому по старинке привожу голову в порядок ножницами. Кажется, сегодня появление на работе будет ещё фееричней.

На моё счастье, отец не убрал из шкафа мамин артефакт, поэтому достать нормальную одежду не стало проблемой. Матушка все всегда забывала и из-за этого настроила несколько порталов из шкафа в сумку. Папенька всегда смеялся, что это для невезучих любовников. Она же с ехидной улыбкой предлагала попробовать ему переместиться из шкафа на волю. О силы природы! Как это давно было. В груди противно защемило от воспоминаний.

Все, а теперь бегом, пока Влчек не проснулся. Быстро спускаюсь по лестнице вниз, оборачиваясь уже ближе к арке.

Одинокая гвоздика понуро смотрит в окно, напоминая про вчерашний вечер. Айдж был до тошноты галантен и, видимо, рассчитывал на романтическое продолжение. Но нет. Он хороший друг, поэтому пусть им и остаётся. Смотрю на ни в чем не повинный цветок в оконной раме. На секунду кажется, что занавеска за ним колыхнулась, будто кто-то там стоит. Наверное, надо оставить записку или послать сообщение. Напишу, как только доберусь до работы.

Пустынные тихие улицы сменяют одна другую. Я никогда раньше не бывала так рано в городе. Обычно люди и нелюди снуют тут по своим делам, толкаясь, ругаясь, сбивая друг друга с ног. А сейчас – тишина.

До Соломенной дохожу минут за тридцать. На часах ещё только шесть. Рано. Чуть в стороне от проходной автобусная остановка. Что ж, сяду на лавку и подожду.

В рассветной тишине птицы только-только начинают свою песню, которую лишь иногда прерывают шорохом колес машины.

Я вижу наш загородный дом, утопающий в цветущих вишнях. Мама в своём любимом мятном платье пытается призвать колдовством к порядку свои тюльпаны. Осенью она купила несколько новых сортовых луковиц, а теперь не может найти среди буйства цветов нужный из них. Сделав несколько пассов руками, расстроенно поворачивается ко мне.

– Мисс Вольт, – кричит почему-то мужским голосом.

– Мисс Вольт, – смутно знакомый голос врывается в сознание, – с вами все в порядке?

– Угу, – сонно потягиваюсь и тут же ударяюсь локтем обо что-то.

Бешеная метла! Я уснула?

– И часто вы ночуете на остановках? – ехидно спрашивает Мунн.

– Регулярно, – сцеживаю яд, окончательно просыпаясь, – Свежий воздух, знаете ли.

Командир стоит напротив меня, как воплощение девичьих грез. Стройное, подтянутое тело, короткие тёмные волосы и лёгкая щетина. Пиджак небрежно расстегнут, а глаза цвета стали смотрят одновременно обеспокоенно и ехидно.

– Вам негде жить, мисс Амелия? – Чуть наклоняет голову. – Почему вы об этом вчера не сказали?

– Вы не спрашивали, – огрызаюсь, понимая, что ужасно замёрзла.

Тонкий трикотажный джемпер почти не греет.

– Я командир, и подчинённые обязаны докладывать о своих проблемах. – Набрасывает на мои плечи нагретый своим телом пиджак. В нос ударяет терпковатый запах мужского парфюма.

– Отлично! – Прижимаю сумку к себе плотнее. – В следующий раз, когда у меня закончатся прокладки, я обязательно доложу.

Вот дура! Мой язык когда-нибудь сведёт меня в могилу. Он сейчас заберёт пиджак, и я замёрзну насмерть.

Мужчина задумчиво смотрит на меня, словно прикидывая, как лучше прибить: медленно и больно или быстро и зверски. В его кармане пиликает телефон. Вик бегло просматривает сообщение.

– Пошли, – протягивает руку, – заедем к постоянной клиентке.

– Разве рабочий день уже начался? – Замираю от осознания, что от неудобной позы клинит спину.

– Нет, поэтому поедем вдвоём. Там нужно профилактическую беседу провести с одной не в меру бдительной дамой, – командир усмехается, помогая встать. – Сара Иосифовна считает, что ее сосед по лестничной клетке – незарегистрированный вампир.

Через несколько метров припаркована чёрная машина с серебряными росчерками молний на крыльях. Вик садится за руль, а я, страдальчески морщась, ковыляю на пассажирское.

– Помочь, мисс Вольт?

– Не стоит, мистер Мунн, – пытаюсь ответить максимально вежливо, но стон боли смазывает концовку.

Автомобиль срывается с места, скрипя шинами.

Глава 5

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля

Медленно просыпаюсь. Такое чувство, что и не спал вовсе. Перевожу мутный взгляд на часы. До будильника ещё полно времени. Какого лешего я до сих пор его завожу?! В комнате темно, ночные шторы плотно задернуты. Берту раздражает свет фонарей в окно, а меня, наоборот, бесит темнота. Вчера с большим трудом удалось выпроводить её домой. Все никак не может уяснить, что женщины в моей квартире не ночуют. И точка.

Перекатываюсь на бок. В теле приятная легкость, чего нельзя сказать о голове. Надо подлатать защитные руны на стенах, а то полное ощущение, что со мной во сне нечисть забавлялась.

Лежать смысла нет. Иду в ванную. Ламинат неприятно холодит босые ступни. Зябко передергиваю плечами, натягивая тёплый махровый халат. Да, Вик, старость – она такая.

Отражение в зеркале смутно напоминает бодрого и свежего мага, скорее злого и помятого. Открываю кран, чтобы умыться, и натыкаюсь взглядом на розовую переливающуюся сферу.

– Бездна!

Берта оставила говорунчика. Что за женщина! Мало того, что периодически «случайно» забывает в квартире свои вещи, так теперь ещё и послания.

Морщась, развеиваю сферу, но та раскалывается на миллиарды розовых пчёл, каждая из которых твердит: «Когда ты женишься на мне, Вик?!»

– Ведьма. – Со стоном утыкаюсь лбом в холодное стекло.

Нашим отношениям уже два года, и Берта свято уверена: это повод для свадьбы. Хотя я с самого начала твержу, что хороший секс никак с браком не связан. И если она не принимает мои правила, то пусть уходит.

Надо заканчивать эту нервотрепку, тем более секс уже так себе. Беру полотенце и выхожу из ванной. Надеюсь, к моему возвращению заряд магии в пчелах иссякнет.

Чуть в стороне от проходной автобусная остановка. Боковым зрением замечаю что-то неладное. Сонник – мелкая, паразитирующая на спящих людях сущность – сосредоточенно подпитывается от кого-то. Бездомный, наверное. Направляю простенькую волну магии в их сторону. Убить этих тварей нельзя, но, к счастью, они пугливы и не выносят магию в чистом виде. Существо несколько раз оскорблённо рявкает и растворяется в рассветной дымке. Взгляд падает на стройные женские ножки в мятных кроссовках. Не бездомный, автоматически отмечает мозг. Подхожу ближе. На лавке, обняв сумку, спит наша целитель.

Сегодня девушка выглядит иначе. Светлые волосы рваными клоками лежат на плечах, бесформенная кофта из голубого трикотажа полностью скрывает фигуру.

– Мама, – тихо шепчет она во сне, – мамочка, – пугливо и настороженно.

Странно, эти твари сторонятся магов. Определённо, есть какой-то секрет у знаменитого семейства.

– Мисс Вольт, – зову её, аккуратно касаясь плеча.

– Угу. – Сонно потягивается, а потом со всего размаха бьется локтем железную стену остановки.

Девушка смешно морщится и шипит от боли, окончательно просыпаясь. Сонно шарит глазами по мне, фокусируя взгляд почему-то на пиджаке. Неужели он единственная привлекательная деталь во мне?

– И часто вы ночуете на остановках? – с трудом сдерживаю ехидную улыбку.

– Регулярно, – шипит, как рассерженная кобра.

На улице свежо, а на ней только тонкая кофта. Руки дрожат от холода, но вида не подает, огрызается бойко. Даже смешно.

– Вам негде жить, мисс Амелия? – Чуть наклоняю голову. – Почему вы об этом вчера не сказали?

– Вы не спрашивали, – резко бросает она.

– Я командир, и подчинённые обязаны докладывать о своих проблемах. – Снимаю пиджак и набрасываю на её плечи.

– Отлично! – Обнимает крепче сумку, становясь похожей на взъерошенного воробья. – В следующий раз, когда у меня закончатся прокладки, я обязательно доложу.

Вот ведьма языкастая! Бездна, где набраться терпения и не придушить девчонку в процессе воспитания?! Этой малолетней стерве определённо не хватает ремня. Память тут же подкидывает образ мисс Вольт в обтягивающем, неприлично коротком из-за оторванного подола платье. Да, такая задница заслуживает хорошей порки, тем более её хозяйка сильно нарывается.

В кармане пиликает телефон, вытаскивая сознание из фантазий. Перевожу взгляд на сообщение. Утро добрым не бывает. Дежурный просит смотаться по одному знакомому до зубовного скрежета адресу. Ночная группа ещё на выезде, а глубокоуважаемая (настолько глубоко, что науке неизвестны такие числа, чтобы измерить) Сара Иосифовна Штутгольц скандалит. Несчастный диспетчер целый час слушает «за ее огромное горе», что соседи «опять кого-то жрут» и «моя мигрень уже давно бы сделала ноги, если бы не жуткие нелюди». Хуже того, она грозится нанести визит «тем очень нехорошим нелюдям» лично, поэтому «смерть честной старушки» будет на нашей совести. Моя совесть упорно отказывается вылезать из недр души, но навестить «постоянного агента» нужно.

– Пошли, – протягиваю руку, – заедем к одной милой старушке.

– Разве рабочий день уже начался? – Наклоняется корпусом вперёд и замирает с выражением ужаса на лице.

Да, девочка, спать сидя на улице чревато болью в разных частях тела.

– Нет, поэтому поедем вдвоём. Там нужно профилактическую беседу провести с одной не в меру бдительной дамой. Дышите ровнее, мисс Амелия, – помогаю встать болезной, – Сара Иосифовна считает, что ее сосед по лестничной клетке – незарегистрированный вампир.

Через несколько метров припаркована служебная машина. Сверкающий черный седан с серебряными росчерками на крыльях и хищным прищуром фар, оборудованный последними достижениями магической индустрии. Аккуратно открываю дверь любимой ласточки и сажусь за руль, наблюдая за гордым ковылянием девицы.

– Помочь, мисс Вольт? – спрашиваю исключительно из вежливости.

– Не стоит, мистер Мунн, – отвечает с показной вежливостью и со всей ненавистью ко всему живому на свете хлопает дверью.

Честное слово, руки бы оторвал ей за такое, но перспектива остаться опять без целителя заставляет стиснуть зубы.

Срываю автомобиль с места, с визгом шин ныряя в русло энергетической жилы. Металлический кузов чуть проседает под мощным потоком, но послушно несётся в заданном направлении. Жилы тянутся по всему земному шару, образуя причудливую дорожную сеть для тех, кто может ей воспользоваться. Долгие годы маги использовали их только для подпитки и зарядки амулетов, но потом архимаг Ториус приспособил автомобили для перемещения внутри энергетического потока.

Амелия с открытым ртом рассматривает разноцветные всполохи за окном. Радужные частицы то отделяются, то скатываются по стеклу, будто капли дождя. Одна догоняет другую, чтобы соединиться в более крупный шар, а потом разбиться на тысячу мелких.

Детский восторг на лице сменяется любопытством.

– А сколько ММЕ тратится на то, чтобы встроиться в поток? – спрашивает, зачем-то трогая пальцем стекло.

– Нисколько, – пожимаю плечами, – мы ещё и подпитаться можем.

– Нет, – хмурит брови, – это в потоке. Но в момент нырка в жилу нужно приложить определённое количество единиц на вектор, перпендикулярный направлению движения объектов. Нам говорили, что все зависит от массы. Так сколько ММЕ на килограмм массы автомобиля вы приложили? И учитывали при этом массу пассажиров?

У меня ком в горле встал от этой нудятины. Девочка – теоретик до мозга костей. Нельзя так с практической магией, её чувствовать надо, иначе вместо грозы может получиться кракозябра. И хорошо, если не хищная.

– Нисколько, – раздражённо отмахиваюсь от неё, – стандартный импульсный выброс в начале. После жила сама затягивает объект.

– Этого не может быть! – вскрикивает, широко распахнув удивленные глаза.

– На практике все иначе, мисс Вольт. – Торможу, чтобы вынырнуть из потока около нужного дома. – Привыкайте, что теория и жизнь располагаются далеко друг от друга.

Растерянно оглядывается по сторонам, пока автомобиль всплывает из радужного марева. Пара энергетических частиц просачивается в салон. Подставляю ладонь, чтобы пересадить пушистые розовые шарики на руку Амелии.

– Они тёплые, – замирает от восторга, – и шевелятся…

– Вы не путешествовали в жилах раньше? – Глушу двигатель.

Зачарованно гладит пальцем пушистика.

– Нет, отец запрещал, – отвечает, не задумываясь, – говорил, что с моими кривыми руками в них нельзя.

Энергетический пушистик делает несколько скачков по ладони и разбивается о кожу, впитываясь магией в ее сосуды.

– Ой! – пугается, будто первый раз чувствует струящуюся по венам силу. – Тепло.

Растерянно поворачивается ко мне. В расширенных до предела зрачках пляшут радужные всполохи.

Да, девочка, это почти как секс, может даже лучше. Сам же ставлю в памяти зарубку – расспросить про учёбу и запреты отца. Вдруг табу наложены на какие-то конкретные заклинания.

Во дворе пятиэтажки непривычно тихо. Хотя обычно в это время все спешат по делам. Открываю дверь подъезда универсальной руной-ключом и захожу первым. Нужная квартира на втором этаже. Сара Иосифовна – типичный представитель бодрых, но ворчливых пенсионеров. Каждый выезд к ней заканчивается часовой беседой. Правда, один раз я все же вкатил большой штраф за ложный вызов. Старушка выплатила все до копейки и следующий месяц вызывала каждый день, не жалея денег на оплату счетов. В итоге сошлись, что она неизбежное зло и пусть лучше вызывает, как вызывала.

Девчонка плетется сзади, все еще глядя на мир вокруг удивленными глазами. Даже жалко разбивать её иллюзии о закаленного бойца, специализирующегося на выносе мозга.

На середине лестничного пролета в нос ударяет приторный до тошноты сладковатый запах, который нельзя спутать ни с чем. Амелия натыкается на мою окаменевшую спину.

– Что-то случилось? – доверчиво спрашивает, без обычной колкости.

– Кажется, ты была права, что не стоит ехать сюда одним.

– Да? – Высовывает свой нос из-за моей спины, почему на уровне подмышки.

Смешная такая, когда не строит из себя светскую стерву.

– Ведёшь себя тихо и вперед не высовываешься, – говорю строго. – Как у тебя с боевой магией?

– У меня одинаковые успехи во всех областях, – смешно шмыгает носом.

Это и странно.

Поднимаемся к нужной квартире. С каждым шагом чувство тревоги возрастает. Похоже, в этот раз старушка не ошиблась в своих предположениях.

– Что за странный запах? – морщится девушка.

– Кровь, – озвучиваю вслух то, что скребется внутри.

Девчонка мгновенно трезвеет, бледнея. Дверь квартиры не запрета. Запускаю поисковик, хотя по запаху и так понимаю, что тут поработал вампир. Импульс возвращается, докладывая, что обнаружены две сущности. Живая и нет. Опоздали.

В кулаке зажимаю заклинание, чтобы не тратить время на плетение. По-хорошему, надо дождаться парней, а потом разбираться в ситуации. Медленно тяну дверь на себя.

Внутри тихо. Длинный коридор в пятнах крови и чёрной жиже, отдаленно напоминающей кофейную гущу.

– Судя по пятнам, это новообращенный вампир, – задумчиво сообщает Амелия. – Они не контролируют жажду, поэтому пьют кровь, срыгивают излишки и снова пьют.

– Я же сказал молчать, – шиплю на нее.

– А зачем? У них хороший слух, – пожимает плечами девушка. – Он уже знает, что мы здесь.

Убью ее. Как только здесь разберусь, сразу убью. Показываю мисс Вольт кулак и двигаюсь дальше. В момент питания новообращенные вампиры могут отключаться от реальности и не слышать. Но в книжках про это не пишут.

Аккуратно заглядываю за дверной косяк. Да, целитель тут уже не поможет. Вампир сидит спиной ко мне, запрокинув голову назад. Черные волосы свисают сальными патлами на худую спину. Вокруг все перемазано кровью. Тело хозяйки квартиры лежит рядом без признаков жизни и без головы.

– Не двигаться!

Вампир медленно оборачивается, шумно втягивая ноздрями воздух. На вид ему лет двадцать. Худой, с резко заострившимися чертами лица.

– Не двигайся! – рявкаю громче.

– Пшел, – выдыхает парень, облизывая перемазанные кровью клыки. – Я долго не продержусь.

Верхняя губа подрагивает, красные глаза слепо блуждают по комнате. Накидываю на него блокиратор, затягивая магическую удавку. Он пару раз дергается и замирает. Вот и все. Потом пусть в участке с ним разбираются.

– Командир, – тихий шепот из-за спины заставляет чертыхнуться. – Командир, – настойчивее.

– Сказал же не мешать! – Поворачиваю к ней голову.

В следующую секунду блокиратор лопается, издав лёгкий пшик. Что за?! Вампир бросается на меня, метя попасть когтями в горло.

Заранее заготовленное заклинание улетает в коридор, не причиняя твари видимых повреждений.

– Щит! – бросаю девушке, посылая пульсар в кровососа.

Сгусток магии ударяется в грудь вампира, оставляя выжженный контур на коже. Тварь взвизгивает, раздирая когтями собственную плоть.

Амелия почему-то не прибегает к магии, а пытается снести кровососа встречной звуковой волной. Отталкиваю её в сторону, когда парень с воплем пьяной баньши бросается на нее. Ловлю сам, падая лицом в пол. Бездна! Плечо обжигает от удара когтей. Отбрасываю тварь магией, экранируясь щитом. Долго держать его сложно, тем более что запах свежей, тёплой крови сводит кровососа с ума.

Хлопаю себя по карманам в поисках запасного блокиратора. Хорошо, что два взял. Глубокий вдох. Пальцы на правой руке начинают неметь. Бездна!

– Амелия! – Поворачиваю голову к девушке. – Живая?

Девчонка сидит в углу, обхватив голову руками. Вроде дышит.

Снимаю щит, одновременно накидывая магическую удавку повторно. Вампир изгибается в попытке снова сбросить её. В итоге вырубаю его по старинке, ударом в голову.

– Амелия. – С трудом подхожу к мисс Вольт.

– Там руна одна выпала, – отвечает она, подняв заплаканные глаза, – я пыталась предупредить.

– К лешему. Посмотри плечо.

Дрожащими руками разводит ошметки пиджака в стороны.

– Там кровь. – Медленно заваливается на бок, закатывая глаза.

Бездна!

Пытаюсь подхватить девицу здоровой рукой и получаю удар по голове. «Какого гребаного демиурга?!» – успевает пронестись в мозгу, прежде чем сознание схлопывается.

Амелия Вольт, целитель второго отряда службы магического контроля

– Судя по пятнам, это новообращенный вампир. – Задумчиво тру переносицу. – Они не контролируют жажду, поэтому пьют кровь, срыгивают излишки и снова пьют.

– Я же сказал молчать, – резко огрызается командир.

– А зачем? У них хороший слух, – пожимаю плечами, – он уже знает, что мы здесь.

И в этот момент ко мне приходит страшное осознание. Вампир! Мысль проносится в голове со скоростью гарпии, которой выдернули перо из хвоста. Бешеная метла! Живой неуправляемый вампир! А как же рутина? Отчёты? Разносить повестки оборотням, не явившимся на проверку? Куда я на работу устроилась?! Меня прошибает холодный пот, а колени резко слабеют.

Капитан, напротив, собран и сосредоточен до предела. Он аккуратно заглядывает за дверной косяк, сжимая в кулаке заклинание Осберга. Не могу сказать, что это правильный выбор. В учебниках указывают его как резервное. Основным считается полог Джонсона.

– Не двигаться! – голос Мунна заставляет вынырнуть из рассуждений, а они меня успокаивают.

Вампир медленно оборачивается, шумно втягивая ноздрями воздух.

– Не двигайся! – рявкает Вик, сжимая кулак крепче.

Сердце бешено колотится где-то в районе горла. Что я здесь делаю? Может, тихонечко отползти в сторону? Пусть мужчины сами разбираются.

– Пшел, – выдыхает парень, облизывая перемазанные кровью клыки. – Я долго не продержусь.

Ему вряд ли больше суток. Совсем молодой. Жажда иссушает его тело, заставляя искать кровь, чтобы заглушить внутренний пожар. Сейчас у него все внутренности пылают под действием вампирьего вируса. Мэтр Листик говорит, что в первые сорок восемь часов заражение обратимо, если только жертва не попробует крови.

Вик ловким движением набрасывает блокиратор на парня, оплетая того голубоватой сеткой удерживающего заклинания. Светящиеся нити мелко подрагивают, полыхая иногда зеленым. Стоп! Зеленым! Бегло просматриваю сеть и расположенный на полу поводок. Так и есть! Казённое оборудование не выдерживает натиска времени. Четвертая справа руна почти стёрлась, превратившись из «оберег» в «полет».

– Командир, – аккуратно шепчу ему. – Командир, – настойчиво стучу по плечу.

– Сказал же не мешать! – зло огрызается Мунн, оборачиваясь ко мне. – С первого раза не понятно?!

В следующую секунду блокиратор лопается, издав лёгкий пшик.

– Щит! – бросает мне, посылая пульсар в кровососа.

Сгусток магии ударяется в грудь вампира, оставляя выжженный контур на коже. Тварь взвизгивает, раздирая когтями собственную плоть.

Со студенческих времен все, что я могу в критической ситуации, – визжать, искренне веря, что проблему снесёт звуковой волной. Ой, мамочки! Семь фей под хвост дракону! Меня же сейчас сожрут! Вот доест вампир командира и возьмётся за глупую магиню. Мунн отталкивает в сторону, когда парень с воплем бросается в мою сторону. Вампир целится в горло, но капитан спускает удар по касательной, подставляя под когти плечо. Зажмуриваюсь, изо всех сил стараюсь сплести хоть что-то. От волнения дрожат руки и путаются мысли, ещё и командир постоянно перемещается, отбивая атаки вампира. Пару раз почти получается, но в последний момент непослушные пальцы выпускают заклинание. Надежда, что оно настигнет врага, рассыпается сразу, как только энергия разбивается о голову неудачно повернувшегося инквизитора. Он оборачивается, одаривая взглядом василиска, которому оттоптали самое дорогое.

Так! Уважаемый вампир, бросайте эту бяку и срочно доедайте меня! Пока это не сделал командир.

Мунн встряхивает головой, отбрасывая тварь магией, и поднимает щит.

– Амелия! – Поворачивает голову. – Живая?

Живая, но бесполезная. Паника накатывает волнами, заставляя трястись.

– Амелия, – с трудом подходит, держась за стену.

– Там руна одна выпала, – отвечаю, уже не сдерживая слез, – я пыталась предупредить.

– К лешему. Посмотри плечо. – Устало проводит ладонью по голове – именно там, куда пришлось мое заклинание.

Плечо? Ой-ой. Я же крови боюсь. Силы природы, помогите не опозориться в который раз. Руки сильно дрожат, но со второй попытки получается растянуть то, что осталось от пиджака и футболки. Среди ошметков ткани на коже видны четыре глубокие борозды, заполненные кровью. В конце они сходятся в одну глубокую рану с желтоватой костью на дне. Видимо, вампир сжал ладонь, вырвав кусок плоти. Семь фей под хвост… Картинка резко плывет перед глазами.

– Там кровь, – с трудом произношу, проваливаясь в темноту.

***

– Я поражен, мисс Вольт. Нет! Я в восторге! – Мэтр Торн не скрывает своих эмоций. – За более чем пятьдесят лет в академии не слышал настолько полного ответа! Это восхитительно! Вы даже нашли и изучили монографию Зитфрида Плотоядного. Уникальный документ, в котором подробно описаны все стадии поражения вирусом вампиризма. Причем от лица зараженного!

– Зубрилка! – мне в ухо врезается чей-то говорунчик. – Зубрилка! Зубрилка!

Отмахиваюсь от навязчивого заклинания, совсем упуская слова учителя.

– Хорошо, мисс Вольт?

– Хорошо, – машинально отвечаю, садясь на место.

Мэтр снова чертит на доске схемы заклинаний, периодически забываясь и стирая лишнее рукавом.

– А на что я сейчас согласилась? – тихонько спрашиваю друга.

– На то, что покажешь все свои знания на сегодняшнем ночном практикуме, – удивленно смотрит на меня Айдж. – Пятый курс будет поднимать зомби, а мы укладывать. Мэтр ещё упоминал о приглашенном вампире из высшей касты.

Карандаш выпадает из трясущихся рук. Зомби? Вампир? Семь фей под хвост дракону!

Полная луна освещает площадку перед фамильным склепом. Так уж вышло, что принадлежит он моей фамилии. Вольты отдали служению академии много веков, причем основатель Вольгаф пожелал покоиться на её территории. Как по мне, абсолютно недальновидное решение, потому что кладбище вокруг склепа активно используется для практикумов. Покоиться с миром в окружении оголтелых магов-недоучек сложно.

– Итак, – мэтр Торн без привычной мантии выглядит лет на десять моложе, – готовим свои неокрепшие умы к работе. Студенты мэтра Ксавье уже заканчивают, поэтому, мисс Вольт, – протягивает мне руку, – становитесь ближе. Какие приёмы используются для умерщвления зомби? И сколько ММЕ для этого нужно?

– Сорок четыре, – отвечаю не раздумывая. – Двадцать на вектор, обратный вектору разрушения, и двадцать четыре для приёма Ставильского-Конье.

– Превосходно, мисс Вольт! – хлопает в ладоши Торн. – А теперь не теряйте времени. Пособие уже на месте.

Поворачиваюсь на ватных ногах. Ой, мамочки! В первую секунду просто закрываю глаза руками. В пяти метрах от меня стоит, покачиваясь, свежеслепленный зомби. Плоть, поврежденная временем, магией и, похоже, многократными тренировками студентов, местами свисает с костей. Пустые глазницы горят мертвым зеленоватым свечением, а с полуистлевшего уха ошалело таращится на происходящее какой-то червь.

– Мисс Вольт, – укоряет преподаватель, – поторопитесь.

Бешеная метла в печенки! Стараюсь подбодрить себя всеми известными ругательствами. Амелия! Соберись! Делаю глубокий вдох, тут же жалея об этом. Запах, стоящий вокруг, настолько мерзкий и плотный, что с трудом получается сдержать рвотные позывы.

– Два метра, мисс!

Да-да. Приём Ставильского-Конье подразумевает расстояние. Складываю ладони лодочкой, начиная вливать туда магию. Бледно-розовые искорки по капле наполняют импровизированный сосуд. В это время выстраиваю цепочку разрушения.

– Мисс Вольт!

– Лия!

Что-то холодное и склизкое касается руки. От неожиданности и испуга я открываю глаза, упираясь взглядом в пустые глазницы.

– А-а-а-а! – Несчастного червяка сносит звуковой волной, а когтистая рука зомби уже тянется к моему горлу.

– Приём Ротгильда! – кричит мэтр Торн.

– Падай! – кричит Айдж.

Влчеку за время обучения привыкла доверять практически беспрекословно. Поэтому прежде, чем мозг успевает обработать информацию, колени подгибаются. Волна чистой голубоватой магии сносит мертвяка, будто океанская вода, разбрасывая куски плоти по окрестностям.

– Лия! – Айдж подбегает ко мне. – Ты в порядке? Лия!

***

– Лия! – лёгкая, освежающая магия щекочет нос. – Лия, открывай глаза.

Силы возвращаются вместе с чужой, но очень знакомой волшбой.

– Айдж? – Медленно поднимаю голову. – Ты как здесь?

– Ты ушла молча, записку не оставила, – с укором сообщает друг. – Что мне было думать? Потом увидел, как ты с этим хмырем ушла, и решил проследить.

– Айдж! – Слегка взъерошиваю его светлые волосы. – Это мой начальник! У нас вызов! Кстати! – Судорожно поднимаюсь, ища глазами командира. – Он ранен! Ему помощь нужна.

– Кровь я ему остановил, – фыркает друг, – не сдохнет.

– Айдж!

– Не будет подвергать опасности мою невесту. – Парень непреклонно складывает руки на груди.

– Он мой командир! – Упираю руки в бока, надеясь казаться более грозной.

– А я – твой жених!

– Ты сам это придумал!

– Да? Я думал, ночи, проведённой вместе, достаточно!

– Что?! – задыхаюсь от возмущения.

– Какого лешего тут?! – подает голос командир.

– Всем мордой в пол! Работает магический контроль! – раздается резкая команда от входной двери.

Глава 6

– Да успокойся ты! – раздражённо бросает Геныч. – Командир не идиот и хахаля твоего не посадит.

Генрих Егер – ещё один мой напарник, огромный, как скала, с широкой добродушной улыбкой. Именно с ним вчера столкнулись на проходной.

– Он не мой хахаль, мистер Егер! – Перестаю нарезать круги по кабинету, замирая напротив парня.

– Ну да, – Лис вытягивает ноги и кладет на стул, – не твой.

Час назад мы приехали в отдел. Вика наскоро подлатали более опытные целители, и он пошёл допрашивать Айджа. Я же осталась с парнями в кабинете, мучаясь от паники и неведения.

– Айдж не виноват ни в чем, – почему-то тянет оправдываться, – мы дружим с академии.

Надо же было додуматься напасть на Мунна. Этот идиотистый ботаник сведёт меня с ума.

– На, – Гена протягивает кружку с дымящимся напитком, – выпей и успокойся. Твой или нет – неважно, но парень явно отмороженный.

Не глядя делаю глоток и тут же шиплю от боли. Видно, что кипяток, но нервы сдают.

– Ты не видела, что горячо? – осуждающе говорит Кристоф. – Держи себя в руках, малышка.

– Да пошли вы все! – Плюхаю кружку, злясь больше на себя.

Коричневые брызги ложатся на стол, пачкая какие-то документы.

– Действительно, – дверь в кабинет открывается почти бесшумно, – пошли вы все, – шаг в кабинет, – разносить повестки оборотням.

Вик обводит суровым взглядом нашу компанию. Лицо бледное, уставшее, рука болтается на перевязи, а здоровой прижимает к себе объемную папку.

– Командир! – Лис подрывается, убирая ноги со стула. – Мы же неделю провозимся.

– Отлично. – Мунн садится в кресло, стоящее у дальней стены. – Если будет вызов – подскочите туда. А сейчас быстро за работу. – Чуть прикрывает глаза, выравнивая дыхание. – Ген.

– Да. – Мужчина невозмутимо протягивает ему кружку с кофе.

– Сделай официальный запрос главе вампирского клана. – Капитан морщится от боли, пытаясь найти более удобное место.

– Так, может, сначала парня допросить, кто его так? – Егер задумчиво чешет лысую голову.

– Очухается через пару дней только. А нам нужно знать, кто такой отмороженный. – Вик делает глоток кофе. – Бросить в центре города новорождённого птенчика, ещё и без документов.

– Как скажешь, командир. – Гена берет тонкую куртку со стула, а потом также в охапку сгребает протестующего Лиса.

– А я? – Мнусь, не понимая, бежать за парнями или сидеть на месте.

– А ты здесь. – Еще один невозмутимый глоток. – Почему не спрашиваешь про своего жениха?

– Потому что его у меня нет! – чеканю каждое слово, чтобы собеседник лучше усваивал информацию. – И никогда не было!

Вик не смотрит в мою сторону, погруженный в собственные мысли, но я кожей чувствую пристальное внимание.

– Он так не считает, – тихо, спокойно.

Внутри меня бушует шквал эмоций. Семь фей под хвост дракону! Дыши, Лия, дыши.

– Что будет с Айджем? – Подхожу вплотную к командиру.

– Ничего, – снова кривится, желая пристроить плечо удобнее, – посидит ночь в камере, подумает над своим поведением и заплатит штраф.

– У него нет таких денег.

– Ты одолжишь, – невозмутимо произносит капитан.

Эта фраза выбивает у меня почву из-под ног, возвращая на землю. Денег нет. У Амелии Вольт нет денег. В сумке пара тысяч дэнгхе, и все. Этого может хватить на пару недель, если не включать расходы на штрафы. Отец заблокировал все счета, лишив меня содержания. Помочь Влчеку финансово я не могу.

– И у меня нет, – произношу еле слышно, глуша подступающие слезы.

Амелия! Бешеная метла тебе в печенку! Возьми себе в руки. Нельзя показывать эмоции, тем более начальству.

– Рассказывай. – Вик открывает глаза.

– Что? – Замираю, чувствуя, как сердце со стуком падает вниз.

Мужчина молча открывает папку, выкладывая на стол свежие журналы и газеты, пестрящие однотипными заголовками: «Волкер Вольт и его непутевая дочь», «Наследница рода Вольт лишена магии!», «Амелия Вольт признана невменяемой», «Позор знаменитого семейства! Эксклюзивное интервью мистера Вольта», «Многолетняя ложь Вольтов вскрылась!». Все статьи сопровождаются фотографиями из академии. Приплыли. Эксклюзивное интервью? Папенька топит меня по-крупному? Что ж, пусть катится вслед за феями. К драконам такую родню.

– Странно, что такой приличный с виду маг читает «жёлтую» прессу. – Стараюсь сохранять невозмутимое лицо.

– Плохо. – Вик снова откидывается на спинку кресла.

– Что плохо? – вопросительно поднимаю бровь.

В следующую секунду мощная волна магии впечатывает меня в стену. Холодная удавка сжимает горло.

– Ненавижу, когда врут. – Мунн спокойно встаёт и подходит, нависая надо мной. – Что скажете, маленькая мисс Врушка, в свое оправдание?

Он как будто становится выше и шире в плечах, давя мое сопротивление не только магией.

– А не пошли бы вы, кем-то там уважаемый инквизитор Мунн, – слова даются с трудом, – к гарпии в задницу! – последняя фраза тонет в надсадном кашле.

Кислорода все меньше, в глазах темнеет. Мгновение, и я начинаю проваливаться в темноту беспамятства. Где-то на краю бездны меня подхватывает чужая освежающая, как родниковая вода, магия. Она кружит в танце среди серебряных брызг, возвращая в реальность.

Все тот же кабинет и Вик, крепко прижимающий к стене магией.

– Я. Не. Приемлю. Ложь, – чеканит каждое слово командир. – Это понятно?

Киваю, тут же хватаясь за шею в поисках следов удушения.

– Сейчас. Ты. Все. Расскажешь. Честно.

– Не привыкла трясти грязным бельём, – огрызаюсь, глядя на него исподлобья. – И ради вас менять привычки не стану! Вы ничего не понимаете! Бешеная метла! Никогда не поймете! Вы…

Кулак ударяется в стену рядом с моей головой.

– Амелия…

– Мисс Вольт. – Поднимаю нос вверх, чтобы казаться увереннее. – Неужели так сложно запомнить?

– Села, – рычит мужчина.

– Что? – возмущенно взвизгиваю.

– Села! – Его магия резко толкает в направлении стула. – Или ты сейчас все рассказываешь по порядку и честно, или сегодня же отправляешься домой, к своему отцу!

– Но…

– Хочешь составить компанию жениху в камере?

Да пошёл ты, господин старший инквизитор!

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля

Не нравится мне этот Влчек. Есть в нем что-то неживое, фальшивое. Чутье внутри просто воет, что нельзя его отпускать.

Еще раз бегло оглядываю допросную из-за стекла. Невысокого роста, щуплый блондин в клетчатой рубашке поправляет трясущейся от волнения рукой очки. Даже обмочился от страха при виде следаков.

Но ведь решился, засранец, на нападение. Мутный он.

– Что думаешь? – Из допросной выходит инквизитор Митчел.

Не могу сказать, что мы с ним закадычные друзья, но приятельствуем со времен моего переезда в Стоунфит.

– Мутно. – Морщусь от головной боли.

– Согласен, но прикопаться пока не к чему. – Мужчина задумчиво качает головой.

– Пусть ночку позагорает тут. – Жму руку приятелю, прежде чем направиться к себе в кабинет.

Надо разобраться с одним своим очень интересным сотрудником. Тем более что вся служба бурлит слухами из свежей прессы. Папаша Вольт запустил информацию о своей единственной дочурке в тираж. Но пока абсолютно не ясно зачем. Грязный пиар? Так их фамилия и без этого звучит из каждого утюга. Месть? За что?

Плечо подлатали в местном медпункте, но болеть будет ещё сутки. Бездна, как все не вовремя.

– Да пошли вы все! – доносится из-за двери возмущенный голос нашего недоцелителя.

Успела уже с парнями поругаться? Или опять они Василием пугают?

Максимально бесшумно открываю дверь в кабинет. Девчонка мечется из угла в угол, высунув язык, а бравые инквизиторы гипнотизируют кофейные пятна на документах. Работнички, чтоб вас феи покусали.

– Действительно, – обвожу взглядом компанию, – пошли вы все, – делаю паузу, чтобы дать возможность изобразить работу, – разносить повестки оборотням.

Лисовец, до этого вольготно развалившийся на стуле, подрывается, сбивая несколько папок со стола. Бумаги разлетаются живописным веером.

– Командир! Мы же неделю провозимся. – Его возмущению нет предела, хотя не забывает несколькими пассами вернуть документы на место.

– Отлично. – Медленно опускаю тело в кресло. – Если будет вызов – подскочите туда. А сейчас быстро за работу. – Закрываю глаза, слабость накатывает волнами. – Ген.

– Да. – Мужчина невозмутимо протягивает кружку с кофе.

О да, Егер, был бы ты бабой – женился бы не раздумывая.

– Сделай официальный запрос главе вампирского клана. – Глоток горячего напитка немного проясняет мысли.

– Так, может, сначала парня допросить, кто его так? – Генрих задумчиво чешет лысую голову.

– Очухается через пару дней только. – Из-за повязки никак не получается найти удобное положение. – А нам нужно знать, кто такой отмороженный. – Делаю глоток обжигающе горячего кофе. – Бросить в центре города новорождённого птенчика, ещё и без документов.

– Как скажешь, командир. – Гена берет тонкую куртку со стула, а потом также в охапку сгребает протестующего Лиса.

– А я? – мнется мисс Вольт.

Хороший вопрос. Слишком много в тебе загадок, девочка. И мне совсем не хочется их отгадывать.

– А ты здесь. – Кофе приятно согревает тело изнутри. – Почему не спрашиваешь про своего жениха?

– Потому что его у меня нет! – резко огрызается Амелия. – И никогда не было!

– Он так не считает.

Да, маленькая стерва, именно потому, что вы просто друзья, он треснул меня по башке. Словно в подтверждение моих слов затылок начинает ныть.

– Что будет с Айджем? – Подходит вплотную, на что-то внутренне решившись.

– Ничего, – хочу улыбнуться, но вместо этого получается болезненная гримасса, – посидит ночь в камере, подумает над своим поведением и заплатит штраф.

– У него нет таких денег.

– Ты одолжишь, – произношу спокойно, – вы же друзья.

Девушка резко меняется в лице, пару раз хватая воздух ртом, будто рыба.

– И у меня нет, – выдавливает эти слова, словно боится их больше всего на свете.

Да, девочка, похоже, разговор будет сложнее, чем я предполагал.

– Рассказывай. – Полностью открываю глаза.

– Что? – Замирает с широко распахнутыми глазами цвета утреннего неба.

Молча открываю папку, выкладывая на стол свежие журналы и газеты, пестрящие однотипными заголовками: «Волкер Вольт и его непутевая дочь», «Наследница рода Вольт лишена магии!», «Амелия Вольт признана невменяемой», «Позор знаменитого семейства! Эксклюзивное интервью мистера Вольта», «Многолетняя ложь Вольтов вскрылась!». Все статьи сопровождаются фотографиями, на которых запечатлены мисс и мистер Вольт и где-то на фоне мистер Влчек, совсем не похожий на того ботаника в допросной. Всю пачку удалось отобрать у девочек из бухгалтерии. Их любопытство настолько сильное, что еще немного – и мой кабинет взяли бы штурмом.

– Странно, что такой приличный с виду маг читает «жёлтую» прессу, – язвительно сообщает блондинка.

Ах ты, мелкая стерва! Метлу тебе в печенку! Выпороть бы тебя, чтобы перестала хамить взрослым дядям!

– Плохо. – Внешне стараюсь совсем не показывать эмоций.

– Что плохо? – хмыкает, вопросительно поднимая бровь.

Надоело. Магией впечатываю её в стену, сжимая горло стальной хваткой.

Глаза распахнуты от испуга, скребет руками по краске, но не сопротивляется. Совсем. Ни блока, ни щита, ни даже самого маленького всплеска магии. Бездна!

– Ненавижу, когда врут. – Встаю, пытаясь не упасть от слабости, магия отнимает много сил у организма. – Что скажете, маленькая мисс Врушка, в свое оправдание?

– А не пошли бы вы, кем-то там уважаемый инквизитор Мунн, – слова даются с трудом, – к гарпии в задницу!

Сухой, надсадный кашель смазывает эффект от фразы. Бездна! Я её уже ненавижу! Девушка бледнеет и закатывает глаза. Передавил ты, кем-то там уважаемый Мунн. Выдыхаю немного энергии в блондинистую голову, а сам жадно впитываю один из артефактов-подпиток, висящий на стене.

– Я. Не. Приемлю. Ложь, – чеканю каждое слово, когда мелкая приходит в себя. – Это понятно?

Кивает, ощупывая шею.

– Сейчас. Ты. Все. Расскажешь. Честно.

Бездна! Как найти в себе силы?!

– Не привыкла трясти грязным бельём, – огрызается, не сдавая позиций. – И ради вас менять привычки не стану! Вы ничего не понимаете! Бешеная метла! Никогда не поймете! Вы…

Кулак ударяется в стену рядом с ее головой. Еще чуть-чуть, и на одну Вольт в мире станет меньше. Вздрагивает, но взгляда не отводит. Светлые волосы рваными прядями падают на лицо.

– Амелия. – В горле застревает ком.

Как же она похожа на ту, что я любил много лет назад. Но нет. Глаза, губы, волосы, даже лёгкий аромат цветочных духов, но стоит открыть рот, и разница очевидна.

– Мисс Вольт, – перебивает, гордо задирая нос. – Неужели так сложно запомнить?

– Села, – рычу, не зная, на кого из нас двоих злюсь больше.

– Что? – возмущенно взвизгивает.

– Села! – Толкаю магией в нужном направлении. – Или ты сейчас все рассказываешь по порядку и честно, или сегодня же отправляешься домой, к своему отцу!

– Но…

– Хочешь составить компанию жениху в камере?

Пыхтит, пытаясь удержать невозмутимое выражение лица. Ничего, пусть продышится. И ты заодно, капитан.

Я смотрю в ее глаза и тону. Ясные, словно утреннее небо тёплой весной. Поддаваясь какому-то порыву, касаюсь большим пальцем щеки и веду вниз к пухлым губам. Девушка замирает от удивления. Приближаю лицо, чтобы впиться поцелуем в приоткрытый рот.

– Вы пристаете, мистер Мунн? – еле различимо, но сильно отрезвляюще.

Отворачиваюсь к окну, чтобы прийти в себя. Ее сходство выбивает из колеи, заставляя раз за разом проваливаться в омут памяти и сравнивать, сравнивать. Бездна! Мунн, ты сдохнешь сейчас от желания к ней прикоснуться. Вот только это не та девушка.

Глава 7

Последнее время Аманда сама не своя. Я не узнаю свою скромную девочку. Мы никогда не ругались по-настоящему раньше. А сейчас? Бездна! Что ни день, то скандал. Плачет, кричит, говорит, что для меня не существует ничего, кроме работы.

А как по-другому? Она же знает, что служба в магическом контроле – это не яблоками на рынке торговать. Зло сминаю очередную сигарету.

Телефон надрывно вибрирует в кармане. Да сколько же можно?! Сегодня утром опять ругались: не хотела, чтобы я уходил. Дурочка малолетняя, ничего не понимает. Все настроение гарпии под хвост теперь. Сейчас возьмёшь – и придётся битый час выслушивать все свои реальные и вымышленные косяки. Ничего, пусть остынет, а после смены уже с цветами мириться.

Я не идеален, а работа накладывает свой отпечаток. Меня могут вызвать среди ночи, в выходной, даже пару раз пришлось прервать секс, потому что вызов срочный.

Может, Мэнди права? И ты просто идиот, Мунн? Ради всяческой нечисти упускать такую сладкую девочку. Все! Решено! Клятвенно обещаю с сегодняшнего дня пересмотреть приоритеты.

– Парни! – В дверь комнаты заглядывает взлохмаченный диспетчер. – Западная двадцать пять. Нападение оборотня.

Слова эхом отражаются в моей голове. Это же наш адрес. Выхватываю телефон из кармана, судорожно набирая номер. Абонент недоступен.

Для кого недоступен? Бездна! Для инквизитора магического контроля доступно все!

– Вик, – Альберт сжимает плечо, – я сам за руль сяду. Мы успеем.

Молча киваю напарнику. Успеть.

Дорогу почти не помню, все смешалось с диким, пожирающим изнутри чувством ужаса. Только не выходи из дома, Аманда, только не выходи. Я буду лучшим мужем. Да, семь фей под хвост дракону! Я уволюсь к драконовой матери и пойду торговать яблоками!

Из жилы выныриваем прямо во дворе многоэтажки. Альберт каким-то чутьем выводит точку так, что капотом мы отбрасываем тварь на несколько метров. Огромный чёрный оборотень тут же резко встает на ноги, тряся лохматой башкой. Выскакиваю из машины, бегло осматривая двор. Много крови. Мэнди, надеюсь, ты дома.

Зверь быстро приходит в себя. С обнажённых клыков капает вязкая слюна вперемешку с чьей-то кровью. Шерсть местами слиплась, хитиновые пластины в бурых потеках.

Альберт пытается обойти его сзади, чтобы накинуть блокиратор, а Том прицеливается из ружья с инъектором. Согласно последней межрасовой конвенции, убивать оборотней нельзя, можно ловить и лечить. Они же не виноваты, что больны. Оборотничество признано генетическим заболеванием, чтоб его. Семь фей под хвост дракону! А им людей жрать можно?!

Посылаю несколько свободных магических волн, стараясь зафиксировать зверя. Но тот будто ничего не ощущает, бросаясь на меня. Ухожу в сторону, выставляя щит. Пятидесятисантиметровые когти яростно впечатываются в магическую защиту. Этого достаточно, чтобы осуществить выстрел, но Том мажет. Тысяча гарпий! Инъектор ударяется о хитиновый нарост вдоль позвоночника твари и падает на землю. Я прямо слышу этот сухой щелчок. Оборотень поворачивается, чуть наклоняя голову набок, внимательно рассматривая белеющего от ужаса парня. Он с нами всего пару месяцев, и это первая встреча с тварью в обороте.

– Уходи, идиот! – вопит Альберт, бросая в зверя транквилизирующее заклинание.

Вот только во второй ипостаси эти существа практически невосприимчивы к магии.

Том медленно пятится, не сводя глаз с оскаленной морды. Наскоро ставлю щит на него, но держать сдвоенную защиту на расстоянии невозможно. С каждым их шагом заклинание слабее. Зверь издает утробный рык, от которого кровь застывает в жилах. Удар лапы приходится прямо в голову напарника, эффектно отделяя её от туловища. Бездна!

Несколько пульсаров Альберта лишь подпаливают шерсть на твари, пока я перекатываюсь, чтобы достать оружие. Том бросил его рядом с машиной. Пытаюсь перезарядить ружье. Затвор клинит – видимо, от удара что-то повредилось. Драконова матерь! Тонкая заграничная техника, чтоб ее! Зверь поворачивает голову в мою сторону, занося лапу для удара, но в последний момент мне удаётся сделать выстрел. Инъектор попадает в грудь приближающемуся оборотню. Он замирает, недоуменно глядя на исчезающую в нем жидкость. Тело начинает резко уменьшаться, приобретая человеческие очертания. Блокиратор тонкой сетью оплетает обнаженную фигуру тощего патлатого парня.

– Мужики, – он ошарашенно смотрит по сторонам, – это я, что ли?

– Ты. – С трудом сдерживаю желание пнуть его.

Делаю пару вдохов, чтобы восстановить сбившееся дыхание, и достаю телефон. Номер Аманды по-прежнему недоступен. Бездна!

– Вик! – Напарник делает мне знак подойти.

В палисаднике среди кустов пионов и цветущих лилий, раскинув руки в попытке обнять небо, лежит девушка. Светлые волосы слиплись от крови, одежда изорвана в клочья, а все тело покрыто глубокими ранами.

– Мэнди! – Падаю на колени рядом с ней, боясь прикоснуться, чтобы не сделать больнее.

Аманда с трудом открывает мутные от боли глаза.

– Вик, – одними губами, на большее сил нет.

– Да, малышка, – целую ее ладонь, – потерпи, сейчас найдём целителя. – Вливаю обезболивающее заклинание.

Я не целитель! Бездна! Не целитель!

– Вик, – она как будто засыпает между слов, – ребёнок.

Лью магию потоком, но она неумолимо рассеивается из-за большого количества ран.

Дыхание Аманды становится поверхностным, но на лице робко расцветает улыбка.

– Что? – До меня не доходит смысл слов.

Я раз за разом тупо вливаю магию, пытаясь удержать душу в теле. Магия струится по венам, растрачиваясь розовым свечением на открытых ранах. Маги впитывают и аккумулируют любую энергию как губки, но обычные люди ее отторгают. Я знаю, это все равно что лить воду в дырявое ведро, но не могу остановиться.

Чувствую ледяное дыхание смерти за спиной. Она шепчет: «У тебя ничего не выйдет, инквизитор. Сегодня они останутся со мной». Ее голос мерещится в биении пульса, в дуновении ветра и шелесте листьев сирени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.