Анастасия Грейс
Раненный феникс

Часть 1

Он выжигает метку на сердцах.

Раз повстречав, ты не забудешь никогда,

Тот жар, огонь, в её пылающих глазах,

Что не потушат самые холодные ветра.

Не противься, позволь растопить твой лёд,

Её страстное пламя тебя ведь погубит.

Она твою свободу, всего тебя сожжёт,

И твою обнаженную душу полюбит…

Глава 1

Я принадлежал к древнему роду потомственных магов. Наверно каждому в таком положении полагается гордиться своим статусом в обществе, который безмерно ценился. Родители твердили о нашей значимости, о «золотой» крови в моих венах, о том, что моя магия особенная, и я ни в коем случае не должен портить ее связями с недостойными. Уверен, что такие речи вели все родители всех древнейших родов, и эта болтовня не прекращалась веками, так же как и не сметался страх о порченой крови. Я родился лишь для того, чтобы прославлять свой род, родителей, что бы стать самым сильным, чтобы больше никто не сомневался в могуществе Холландов. Разделял ли я эти убеждения? И, да и нет. Я все чаще наблюдал за другими детьми в нашем городке, которые презирали других магов, чей уровень не соответствовал их ожиданиям. Они выпячивали грудь и старались показать все свое превосходство, пусть даже в семилетнем возрасте были не сильнее мыши в бою с кошкой. Я стоял в сторонке, наблюдая за всем этим. Мне были чужды их убеждения, а родителям я перестал верить давно. Я был согласен с ними лишь в одном – магия равнялась силе, которую я твердо решил обрести, но не для того, чтобы хвастаться ей и использовать в назидание остальным. А для того, чтобы защитить себя и тех, кто мне дорог.

С раннего детства мне рассказывали о знаменитой школе волшебства. Там и только там я стану настоящим магом, и я грезил этой мечтой. Годы текли в рутине родительских поучений, впрочем, мне было жаль младшего брата, которому еще предстоит пройти через все это. Я не хотел, что бы он стал одним из соседских детей, но ничего не мог сделать. Откуда взялось во мне это упорство, я не знаю, но оно придавало сил и приближало заветный час. Я учился у своих родителей азам магии, постигал родовую магию. Ветер стал моим другом, опорой и опасным врагом, стоило только потерять контроль. Это еще один урок, который я запомнил-никогда не терять контроль…

На мое совершеннолетие, когда я не мог думать ни о чем кроме магии и ее возможностях, я был принят в академию. Этот день я запомню надолго, как и все остальные дни, проведенные вне стен дома. Я не жалел что покидаю родителей и дом, все это было не так важно теперь, когда передо мной открыт другой путь, неизвестный и пугающий. На прощание я обнял брата и прошептал слова, которые повторял себе каждую ночь:

– Следуй своему сердцу. Все остальное не важно, – он серьезно смотрел в мое лицо и решительно кивнул. Теперь я мог оставить эту часть жизни позади. Я собирался четыре года провести вдали от дома. И это было единственным, чего я хотел.

***

Внушающих размеров каменный замок нравился мне больше, чем наш шумный городок. Окруженный морем, он таился за облаками и бесконечной чередой туманов. Башни из темного камня тянулись ввысь, заставляя представлять внутри них темницы для самых опасных чудовищ. Люди много чего говорят об этом месте, но я предпочитаю доверять лишь себе. И это место внушает страх и трепет одновременно. Мне нравится соленый запах силы и дурманящий привкус магии. Это превзошло все мои лучшие ожидания. Я огляделся, замечая учеников в темных плащах, таких же, как и я и встроился в их ряды. Я рассматривал огромные окна на трех этажах замка, шпили башен, на которых застыли фигуры феникса и дракона. Всем было известно еще с младенчества о самых сильных факультетах школы – огня и ветра. Их символы соперничают между собой даже на крышах замка. Каждый древний род мечтал заполучить один из этих даров для своего ребенка. Тот, кто рождался с магией огня или ветра автоматически причислялся к элите. Мне не нравился этот статус. Я бы предпочел незаметную жизнь. Но страшная тайна, которую я хранил, не позволит мне стать невидимкой. Она будто мрачная тень, следует по пятам. Даже здесь в этом замке, я вижу ее приведение. Я не должен был встретить ее снова…

Глава 2

Я бродила по холодному замку, которому было не меньше тысячи лет. Полуразрушенный и мрачный, с разбитыми окнами, через которые проникало завывание ветра. На потолках раскачивались потухшие люстры, камни на полу раскрошились, отчего невозможно было идти беззвучно. Я не оглядывалась и не смотрела по сторонам. Я сосредоточилась на железной двери в конце коридора. На меня сыпалась пыль с потолка, и где-то совсем рядом обваливался камень. Я не обращала на все это внимания, зная лишь то, что мне нужно попасть в эту комнату за дверью. Со всей решительностью я распахнула тяжелые створки, которые угрюмо лязгнули, и шагнула в полумрак. В пустынной комнате, в самом углу стояла железная клетка, едва я увидела ее, как сердце сжалось. ОНА здесь! Я сделала шаг по направлению к своей цели, как мою спину пронзила нестерпимая боль. Я закричала, падая на холодный камень. Нет, мне никто не помешает, еще чуть-чуть и все будет хорошо… Я поползла к клетке, позабыв обо всем. Осталось совсем немного. Что – то горячее обожгло ногу и перевернуло на спину. Слезы полились из глаз от этой хватки. Надо мной навис огненный демон. С его тела и лица капала раскаленная лава. Я пыталась выбраться, но он накрепко держал руку, которая начала обугливаться. Я кричала и боролась. Клетка была совсем близко надо лишь дотянуться. Мои пальцы почти коснулись прутьев. Демон оскалился и стал опускаться на меня. Внутри все похолодело. Я почувствовала, как одежда сгорала на мне, а затем и вся кожа. Я кричала и просила прощения…

Я резко встала, ощущая, как нагрелось мое тело. Вскочила, наблюдая за тем, как горят простыни и подушка, а дым распространяется по комнате. Это сделала я. Постаралась успокоиться. Закрыла глаза и выдохнула. Огонь с кровати исчез, будто его и не бывало. Все чаще я просыпалась в горящей кровати, не способная справиться с собственной силой.

Кошмары стали частью моей жизни. Я приняла этого демона, не пытаясь сопротивляться. Я давно поняла, что прошлое не перечеркнуть, не сбежать от него, не замуровать в стену. Оно все равно просочится и будет мучить, пока мы не примем его со всей любовью. Я не смогла этого сделать и теперь почти каждая ночь становится невыносимой. Я боюсь засыпать. Единственное средство, которое я знала, чтобы избавиться от бессонницы – это огонь. В академии была одна комната, особенная, толстые стены которой впитывали магию и уничтожали. Это вполне мне подходило. Я оделась, часы показывали 2 ночи. Я покинула комнату, бесшумно шагая по безмолвному коридору, на полу которого расположились мягкие ковры, на стенах развешаны пейзажи, в медных подсвечниках полыхают крохотные огоньки. Проведя здесь год, я выучила все коридоры и могла двигаться на ощупь. Я открыла дверь и оказалась в просторном зале, внутри которого расположились ряды зеркал. Я медленно приближалась к гладкой поверхности, которая ловила сотни моих отражений. Каждый раз, смотря на себя, я видела свою маму: вьющиеся каштановые волосы, которые я так и не решилась обрезать, доставали до поясницы. Голубые глаза спокойны. Я заметила неестественную белизну кожи, она появлялась каждый раз, когда меня мучили кошмары. Я видела в себе напуганную девочку, беззащитную, сломанную, и я ненавидела её в себе. Огонь мгновенно захватил мое тело, и о зеркало ударился огненный шар. И так продолжалось снова и снова, пока напуганная девочка не исчезла с зеркал. Я чувствовала силу внутри и старалась выплеснуть ее, чтобы она больше не мучила меня. Меня охватила родная стихия, и я уже не управляла ей, языки пламени, будто нити тянулись от моего тела, яростные и сильные. Я почувствовала боль.

Я должна была, что-то сделать, подчинить силу, заставить угаснуть, но уже не могла. Огонь превратился в кровожадное чудовище. Послышался оглушительный треск, я наблюдала, как зеркала разлетались на миллиарды частиц, но даже не пыталась закрыться. Они не причинят боль, разбиваясь о стену огня. Боль стихла, и я повалилась на пол. Огонь погас, забирая весь запас сил. Я смогла улыбнуться. Теперь я никому не причиню вреда.

***

Я всегда была пунктуальной. Быстро собралась и покинула свою комнату-убежище. От чего я пряталась? От холодных взглядов и насмешливых ухмылок. Меня знали здесь все, к горькому сожалению. У меня было богатое прошлое. Даже первокурсники косо глядели в мою сторону. Все это перестало меня волновать и трогать еще год назад, когда я выплакала все слезы, приказывая себе закрыть эту слабую сторону в себе.

«Кристабель-убийца» – такая кличка предназначалась мне. Но я больше не обращала на неё внимания. Я похоронила ту себя, что еще могла чувствовать и выстроила стену…

– Привет потаскушка! – я посмотрела на Шармин, высокую рыжую стерву, которая игриво накручивала локон на палец. Самопровозглашенная королева академии, не упускала момента бросить в меня оскорбления. Она стала моим призраком, встречая по утрам мерзкими словами и не отпуская до самого вечера. Худшим было то, что Шармин была моей сокурсницей и изучала магию огня.

– Доброе утро, – холодно ответила я, проходя мимо нее, но девица видимо еще не закончила подготовленную речь и схватила меня за руку.

– Решила сбежать как трусливая крыса? – изумруд в глазах блестел злостью и такой ненавистью, что я отшатнулась. Почему она меня так ненавидит?

– Что тебе нужно? – процедила я, отдергивая руку. Она злорадно улыбнулась.

– Что бы ты поскорее сдохла. А это маленький подарок, – почувствовала запах дыма, мои учебники в руке воспламенились, и я выбросила их на пол, наблюдая, как книги превращаются в пепел…

– Ах, ты… – я почувствовала внутри ярость, желая испепелить ее, точно так же как эти книги. В руках зажегся огонь. Я заметила искру страха в глазах Термес и огонь погас. Я не убийца.

Я выдохнула и пошла дальше, проглатывая горечь.

– Так и знала, что ты ничтожество, – донесся до меня голос сумасшедшей.

***

– Сегодня у нас не совсем обычное занятие, – начала мадам Камилла, привычно сложив руки за спиной в замок. Я обожала ее предмет и ее саму. Эта женщина была воплощением силы, гордости, несгибаемости и неприступности. Я восхищалась ей всеми частицами души. Мадам Камилла была единственной, кого не интересовали слухи и сплетни, она ценила силу. А лишь она у меня и была.

– Вы перешли на новую ступень обучения, а значит, требования изменились. Забудьте об индивидуальных занятиях. У нас боевая магия, и вы должны сражаться. Пора вам познакомиться с ветром.

Все замерли, не совсем понимая, что имеет в виду мадам Камилла. За весь прошедший год, наши занятия по боевой магии выглядели как один одинаковый день: мы встаем на специально отведенные нам знаки в полу, огненные руны, которые загораются, стоит только встать на них. Каждая руна выбирает своего мага. Как именно происходит этот процесс ученикам не положено знать, но выбравшая тебя руна становится твоим личным символом, никто больше не сможет на него претендовать. На первом курсе Шармин закатила истерику, из-за того, что руна феникса выбрала не ее, а меня. Она жутко кричала и проклинала меня, говорила, что я не достойна, носить этот символ. Мадам Камилла выставила ее за дверь.

В наших с Шармин отношениях это была первая капля ненависти, хотя я даже не пыталась забрать то, что хотела она.

Говорят, руна имеет чувства и способна полюбить своего обладателя, помогать и защищать.

– Никто Белла, никто не сможет владеть ей кроме тебя самой. Храни и береги ее как собственное сердце, – как то сказала мне мадам Камилла, долго смотря мне в глаза. Я неуверенно кивнула. Тогда меня испугали ее слова, я не понимала, что важного может быть в люке в полу? Но этой же ночью, когда мне снова снился кошмар, я проснулась не от него, а от резкой боли. Мое запястье пылало. Медленно магические чернила вырисовывали знак феникса. С того момента мы и правда стали одним целым.

– Белла, – я вздрогнула, когда услышал голос магистра. Карие глаза изучали меня, но на лице, сделанном, будто из стекла не выражалось ни одной эмоции. Как ей удается сдерживать себя? Мадам Камилла повела плечом, откидывая длинную русую косу за спину.– Займи свое место.

Я оглядела зал и поняла, что все пялятся на меня. Услышала тихие смешки. Шармин и ее вечная тень Сахара переглядывались и улыбались. Я сжала руки в кулаки и шагнула в свой круг. Руна засияла, заливаясь огнем, вырисовывая парящего феникса.. .Меня обдало теплом. Я улыбнулась, чувствуя, будто феникс обнимает меня шепча:

– Все будет хорошо…

Мадам Камилла похлопала в ладоши. Я обернулась, наблюдая, как тяжёлые двери отворяются и нам навстречу идут маги ветра. Мы никогда раньше не сталкивались так близко, и я вовсе их не замечала. Дело в том, то наша школа разделена на шесть блоков по стихиям – огонь, воздух, вода, земля, сила теней и божественная сила. Маги разных стихий занимались лишь в своей части замка. Но были и нейтральные территории – обеденный зал, зал приемов и лужайки вокруг замка. О смежных занятиях и речи быть не могло. До этого дня…

Я рассматривала «ветрянных». Магия имела свойство «въедаться» в своего носителя, меняя характер, внешность, к тому же она привязана к определенному полу. Огонь преимущественной женский дар, а воздух – мужской. Огонь любил рыжих и темноволосых, ветер – светловолосых. Я наблюдала, как парни не спеша двигаются по залу, рассматривая обладательниц огня. Я закатила глаза и сложила руки на груди, все это показалось мне конкурсом на самое смазливое личико. Шармин и ее подруга хлопали ресницами и улыбались, впрочем, как и большинство девушек моего факультета. Я же лишь мечтала, что бы это все поскорее закончилось.

Мадам Камилла снова хлопнула в ладоши, произнося одними губами:

– Вы знаете, как выбрать себе партнера, не теряйте время зря, – обратилась она к «ветряным».

Я с интересом взглянула на магов ветра, ожидая увидеть этот невероятный ритуал. Они замерли, закрывая глаза и делая руками плавные, завораживающие движения. Из их рук полилась энергия, заставляя мигать руны на полу, которых я раньше не замечала. Каждому огненному знаку как, оказалось, соответствовал свой воздушный. Я посмотрела вниз, с восхищением рассматривая, как по руне дракона разливается голубая лава моего противника.

– Приятно познакомиться, я Эйден.

Глава 3

Я подняла голову вверх, рассматривая мага ветра. Я совсем не ожидала увидеть высокого подростка с непослушными каштановыми волосами и серыми глазами, которые тоже внимательно рассматривали меня. Он стоял расслабленно, сложив руки в карманы брюк. Рукава белой рубашки закатаны и на левом запястье сияет дракон. Из всей его комплекции меня лишь напрягает его рост, неудобно драться с тем, кто выше тебя почти на две головы. Парень долго смотрит на меня, отчего становится не по себе. Наверно он ждет моего ответного приветствия, но я далека от эталона вежливости. Парень хмуриться, и хочет, что то сказать, но я опережаю его, бросив прямо в лицо огненный шар. Эйден, как он себя назвал, лишь слегка уворачивается, и мой шар тухнет, столкнувшись с защитным барьером вокруг нас.

– Жаркое приветствие, – хмыкает маг, растягивая губы в улыбке и стряхивая с плеча искорки.

– Скорее прощание, – произношу я, готовя залп из шаров. Ведь это место для боевой магии, значит надо ДРАТЬСЯ…

Только что улыбающийся парень сменяет маску на сосредоточенное и серьезное лицо. Так мне нравилось больше. Мои шары были с легкостью «сдуты» и погашены. Этот маг не так слаб, как показалось в начале. В ответ на свою дерзость я получила холодный шторм. На мгновение я зависла в этом коконе, промерзая до костей, но огонь внутри разбушевался, прожигая вихрь. Мне нравилась эта игра, здесь я не чувствовала себя слабой.

– И как же мне тебя называть? – размышлял вслух парень, уворачиваясь от огненных молний или, ставя щит от огненной бури.

– Это так важно? – вскидываю бровь я. Мне хочется победить, но я должна держать силу в узде. Я колдую руками новое заклинание, но чувствую, что мне начинает не хватать воздуха. Какой грязный прием!

– Только скажи имя, и я отпущу, – произносит парень, глядя мне прямо в глаза.

Накидываю цепи на его руки, и он падает на колени, придавленный тяжесть оков. Я тоже оседаю на пол, хватая воздух.

– Любишь играть нечестно? – цежу я, поднимаясь с пола.

– Это бой феникс. Честность приводит к смерти.

Резкое заявление для такого как он. Настоящее воплощение божества, обёрнутого вокруг демона.

– И извини за это заклинание, я не хотел, чтобы ты расслаблялась, – он снова улыбнулся, будто сменяя разные маски.

Я слышу хлопок, означающий конец занятия.

Я не помнила, как очутилась в своей комнате, но почувствовала ужасную усталость. Быстро собралась, чтобы не опоздать на занятия и покинула комнату. В коридорах слышались голоса и смех. Я же шла с гордо поднятой головой, не обращая ни на кого внимания, в полном молчании. Ученики замолкали, когда я приближалась, провожая меня странными взглядами. Пройдет сотня лет, но я так и не смогу привыкнуть к этому мучительному ощущению и понимаю того, что тебя бояться, не хотят дышать с тобой одним воздухом. Моя жизнь сопровождалась с грубыми словами и презрением, но я пыталась сосредоточиться лишь на академии и том, что она могла мне дать.

– Надеешься, что кто-то клюнет на тебя, если разоденешься как шлюха?

Я улыбнулась. Без Шармин не проходит ни одного моего утра. Эта девица возомнила себя королевой школы. Но мне все равно, я не претендую на ее место. Но ей, почему-то претит мое общество, кажется забавным обращать на меня внимание всей школы. С чего бы это? Но один плюс в ее издевках есть – я получаю удовольствие, каждый раз видя ее негодование.

Я остановилась напротив нее. Девица сладко улыбнулась, накручивая локон на палец. Эта рыжая стерва любила создавать скандалы, и теперь весь коридор пялился на нас.

– Извини, я не знала, что ты уже заняла этот образ. Ну что ж, в следующий раз одену, что то более скромное. Нельзя же нам двоим так вызывающе выглядеть, – пропела я, улыбаясь. Шармин всегда ужасно забавно корчила яростную мину, когда я каждый раз пыталась вернуть ее с небес. Я часто гадала, с чего она начнет разговор в этот раз? Но она всякий раз поражала своей изобретательностью.

– Я бы внесла маленький штрих в твой образ, – изумрудные глаза полыхнули, и тут же я почувствовала, как мой топ воспламенился. Я не чувствовала боли от огня, но одежду он все же испортил. Я услышала смешки учеников. Но мои глаза были прикованы к девушке.

– Придумай что-то новое в следующий раз, – я сделала жест рукой, смахивая огонь с одежды. Мой длинный топ прилично урокотился, но я не позволю им и дальше наслаждаться зрелищем. Я направилась дальше, не желая опаздывать на занятия.

– Так держать, потаскушка, – донесся до меня возглас Шармин. Я не чувствовала ярости, боли, ненависти. Я сомневалась, что вообще умею чувствовать.

***

Добравшись до комнаты, после изнурительного дня, я открыла дневник и занялась привычным делом – стала записывать множество мыслей, которые на бумаге формировались, во что-то глубокое и понятное лишь мне одной:

Дневник,

Если бы была волшебная палочка, или таблетка, или магический плащ, что бы они изменили? Ваше прошлое, будущее или настоящее? Большинство скажет, что это будет прошлое. Почему? Ответ очень прост. Там, позади, мы неумелые дети, марионетки жизни, мы неудачники и глупцы. Вернись мы туда сейчас, мы бы исправили все ошибки, изменили все действия и решения, поменяли бы мнения. Тогда жизнь станет лучше? Спросите себя. Станет ли? Без этих ошибок не было бы нас, но что если мы не нужны себе такими? Не нужны с багажом страхов и комплексов, с тем опытом, что мы приобрели? Как посмотреть вперед, застыв далеко позади? Что если будущего не существует, и оно настолько туманно, что не разглядеть и за сотни километров, потому что призраки прошлого тянут нас назад? Я бы хотела победить этих призраков, запереть их или простить себя за их создание. Жизнь не продолжается, пока призраки витают, вокруг отгоняя светлое будущее…Должен быть кто-то рядом, что бы отогнать тьму, подать веревку, что бы выкарабкаться из колодца, подставить матрас, чтобы было, куда упасть с высотки. Такого человека нужно искать, долго, упорно, закрывая глаза на неудачи, а может в конце и не найти его. Но у меня есть такой человек. И надеюсь, я не ошибаюсь в нем…

Глава 4

Следующим утром, я наблюдала за сотнями волшебников, которые шумели и весело болтали, они не испытывали одиночества и были на своем месте. Но была ли я здесь к месту? Или же дополняла фасад величественного замка? Я смотрела на Шармин ее свору одинаковых девиц. Для меня они были тенями, которые прячутся за спиной, безвредные и хрупкие. Но именно они заставляли меня чувствовать себя сильной.

Но я не нашла здесь своего места, чувствуя цепи висящие на шее. Я не была собой. Та ледяная оболочка, камень внутри, скрывающий больное сердце спасали меня от стен этого замка…

Я почувствовала невесомое прикосновение к коже. Подняла глаза. Фабиан прошел совсем рядом со мной, руки в карманах брюк и только я знаю, что это его колдовство коснулось меня. Он покинул столовую, и это означало, что я должна последовать за ним. Мы давно научились общаться знаками, о которых не знал больше никто.

Никто не обратил на меня внимания, когда я покинула зал. Я знала куда идти. Прошла по коридору, не встречаясь ни с кем глазами, завернула за угол и коснулась светильника. Этот замок кишел потайными комнатами и нишами. Я легко проскользнула в узкую комнату и тут же была сжата в крепких объятиях. Фабиан не отличался нежностью, он был способен лишь на необузданную страсть. Но мне нравилось, что он никогда не дает почувствовать себя хуже или слабее. К тому же он был жутко сексуальным и невероятно красивым. Блондин с глубокими голубыми глазами. Мраморное лицо, которое снится многим девушкам во снах. Я много раз задавала вопрос – почему ты выбрал меня? Ответом мне была фраза – ты просто создана для меня. То, что было между нами, не было любовью, скорее диким влечением, притяжением.

– Я скучал, – его настойчивые губы брали меня штурмом, и я не могла сопротивляться. Он прижал меня к себе так сильно, что я чувствовала его всеми клеточками тела. Наша близость изгоняла мрачные мысли, позволяла не чувствовать себя одинокой и всеми отвергнутой. Он был моим спасением. И я верила, что Фабиан спасет меня из бездонного колодца.

– Я тоже, – прошептала, задыхаясь. Он коснулся рукой моих волос, вглядываясь в лицо. Он был слишком красивым и идеальным для меня. Солт отличный маг, сильный и смелый, его магия теней захватывала дух. Он был тем, кем восхищались ученицы и учителя, к тому же он был наследником одного из герцогов королевства. Мы были совершенно разными, но по каким то непонятным причинам находили спасение в друг друге. И я не хотела ничего менять.

– Надеюсь, теперь твой день стал намного лучше? – он улыбнулся, обнажая белоснежные зубы.

– Я упорно продолжаю противостоять всему плохому, – киваю головой, запуская руку в идеальные белоснежные волосы.

Он ухмыляется и что-то достает из кармана. Фабиан целует мою руку и вкладывает в нее маленькую стеклянную черную розу, висящую на тонкой проволоке.

– Я всегда рядом с тобой, Белла, я твой щит, – шепчет маг, сверкая глазами. Я улыбаюсь, чувствуя как тепло разливается, где то внутри. Он способен перевернуть весь мой мир за секунду.

Провожу пальцами по нежному цветку.

– Она великолепна. Спасибо, – целую его в губы.

– Ты великолепна, – Фабиан застывает с нежностью на лице, долго смотря мне в глаза. Потом застегивает цепочку на моей шее и целует в плечо.

– Я должен идти, – он снова страстно целует меня в губы и покидает комнату.

Я улыбаюсь, прислонившись к стене и глажу пальцами подарок, до сих пор пребывая в замешательстве от случившегося. Впервые видела его таким. Он был похож на романтического персонажа из книг, рыцаря на белом коне. Я раньше и не догадывалась, как сильно привязана к нему, как много значат для меня его действия и слова. Без него эта академия была бы адом…

Наконец я нашла в себе силы отойти от эйфории и тоже покинула комнату. Впереди было несколько занятий, скучная лекция по стихийным искусствам и боевая магия. Меня передернуло от воспоминаний о моем партнере. Я стала всерьез недолюбливать магов ветра. Но сегодня было необычное занятие, на открытом воздухе, с мимолетным участием мадам Камиллы. Я хотела проверить свои силы и показать Эйдену кто я такая.

Лекция навевала скуку, я старательно записывала все за профессором, едва улавливая смысл его рассуждений. Я не была плохой ученицей, всегда выполняла задания и готовилась к занятиям. Но училась, потому что должна была, без особого энтузиазма. Единственное что я по-настоящему любила – это боевую магию.

Я часто прикасалась к кулону, боясь, что это был сон и что Фабиан вовсе не был несколько минут назад так нежен.

– Где украла его? – донесся до меня шёпот Шармин.

Я обернулась, что бы встретиться с ее холодными изумрудными глазами. Еще несколько пар глаз повернулось, что бы узнать, чем закончится наша стычка. Сахара сидела рядом с подругой, тоже рассматривая меня любопытными глазами и сладко улыбаясь. Я знала, что они ждали ответного выпада, колкости, от которой ссора приобретет иные обороты. Но я не хотела устраивать сцен.

– У меня сейчас нет времени отвечать на твои вопросы, – сухо ответила я, глядя прямо в глаза. Она напряглась, растягиваясь в улыбке. Я хотела было отвернуться, но Термез схватила за цепочку и сорвала ее с моей шеи.

– Занятная вещица… – протянула рыжеволосая, любуясь кулоном. Я почувствовала, как внутри растет ярость, и которую лучше оставить внутри, но она начала сметать все преграды внутри меня.

– Отдай его мне. И мы закончим по-хорошему, – я постаралась быть максимально собранной, чтобы не выдать своих чувств. Но Шармин не была из тех, кто быстро сдается. И, к сожалению, я тоже никогда не сдавалась.

– По-хорошему? – она звонко рассмеялась, и любопытные ученики подхватили ее смех. Профессор, кажется, ничего не замечал, выписывая формулы на доске. – Сгораю от нетерпения увидеть, что же будет, если наша сиротка разозлиться?

Вот оно, мое больное место. Любое упоминание о моей семье рушило все стены. Это была запретная тема, никто не имел права говорить об этом…

Сама не понимая как, я сдалась ярости, и она будто бешеный зверь вырвалась наружу, плавя дерево, бумагу. Огонь охватил меня кольцом, расширяясь и поглощая все на своем пути. Шармин вскрикнула и отскочила, когда языки пламени добрались до ее платья. Ученики закричали, вскакивая с мест и поспешно собирая вещи. Я сидела в центре этого хаоса, не зная, как все остановить. Огонь полыхал, охватывая ряды парт, я напряглась, призывая огонь к себе.

– Да что же… – профессор, наконец, оторвался от доски и его глаза полезли на лоб от увиденного. – Прекратите это сейчас же! – закричал мужчина, снимая очки.

– Я не могу… – я так сильно напряглась, что голова начала раскалываться. А огонь будто стал еще сильнее. Я заметила, как профессор тоже призвал свои силы, но он был не достаточно знаком с практической магией, и ничего не вышло.

« Приказываю тебе подчиниться! Вернись!» – я пыталась приручить зверя, но он уже не был дрессированным животным. Я с ужасом наблюдала, как горят парты, и опаленные искры витают в воздухе, как огонь пытается дотянуться до потолка и испуганного профессора. Я должна, что то сделать, должна…

Внезапно вскрикнула от резкой боли. Рука покраснела от укуса огня. Не может быть, он раньше никогда не трогал меня…

Представьте такую картину – вы сидите посреди комнаты, пустой и холодной, обнимаете себя руками, чтобы спастись от давящих стен и не можете выбраться. В этой комнате была я.

– Кристабель… – я услышала голос. Он звучал в моей голове. Я отмахнулась от него, стараясь найти выход. – Кристабель! Белла…– голос продолжал говорить, он стал громче и четче. Откуда он?

– Черт! Белла, посмотри на меня! – я огляделась по сторонам, понимая, что голос реален, он не в моей голове. Сквозь языки пламени и дым я увидела фигуру, темную и размытую, но я ее видела. Затем послышался страшный вой, и подуло холодом. Я все еще стояла в центре бури пытаясь понять кто, был по ту сторону огненной стены.

– Я помогу тебе, только не двигайся, – произнес твердый голос. Где я его слышала? Голова так сильно болела, что я не могла сосредоточиться ни на чем, я оглядела обожжённую руку, приходя к выводу, что все хуже, чем я думала. Одежда подпалена и испорчена. Что я наделала… Я повернулась к профессору, боясь увидеть его обугленное тело, но его не было в классе. Если он сбежал, то принял верное решение.

Я не двигалась, как мне и сказали, я видела, как огонь тянется к темному силуэту, превращаясь в огромную воронку. Оглушительный рев, свист, грохот…я зажмуриваю глаза.

«Пусть тот человек будет жив. Он не может погибнуть из-за меня, не должен…»

Я уже видела эту картину, беспомощно стоящая девочка и полыхающий огонь вокруг, безжалостный и жестокий. Это не прекратить, он разрушит все на своем пути.

Внезапно жар ушел, кто-то схватил меня за плечо и потряс.

– Белла? – незнакомец тяжело дышал и я мой      разум, наконец, прояснился. Огонь ушел, оставляя за собой лишь разруху и пустоту. Я подняла глаза и встретилась с теплым серым небом, следящим за мной. Эйден держал меня за плечо, всматриваясь в лицо.

– Все нормально, я в порядке, – прошептала я, находясь в ужасе от только что случившегося. Только сейчас я поняла, что он спас меня от смерти. Я могла сжечь себя заживо…

Я хотела сказать ему спасибо, за его безрассудную отвагу, ведь он мог не справиться с той бурей, которую я сотворила, и тогда я не смогла бы пережить еще одну смерть от моих рук…

– Кристабель Эверс! В мой кабинет, сейчас же! – я вздрогнула от голоса директора академии. Он стоял в дверном проеме и метал молнии в мое измученное тело.

***

Терранс Раял навис надо мной, опираясь на стол мощными руками. Это был хмурый мужчина с серьезными глазами-угольками, черными короткими волосами и бородой. Он никогда не снимал маску серьезности, а его высокий рост наводил ужас. Я часто думала о том, что никто не подходит на эту должность больше, чем он. Мистер Раял своим присутствием заполнял буквально весь замок, все видел, чувствовал, и мог принимать решения незамедлительно, но при этом очень правильно. Учителя уважали его и трепетали перед ним, женщины восхищались внутренней силой и той аурой, которой он обладал, а ученики считали его самым справедливым человеком на свете.

Я смотрела на него и гадала, почему я все еще не отчислена, ведь еще на первом курсе я подожгла платье миссис Кэролл. Но учителя не нашли решения моей проблеме и вынуждены были носить с собой ледяные амулеты. И все было хорошо до сегодняшнего дня, пока Шармин не потянула за опасную ниточку.

– Кристабель, – начал директор, складывая руки в карманы, – расскажи что произошло.

– Вы сами все видели, – спокойно ответила я, складывая руки на коленях, как примерная ученица и глядя ему в глаза.

– Почему это случилось?

– Я потеряла контроль.

Я не могла оправдываться сейчас, это бесполезно. Я не могу представить, что могло бы быть, если бы Эйден не погасил мой огонь. Что было бы с профессором? Умерла бы я в том огне? Или маг ветра, пытаясь спасти меня? Я сжала кулаки, пока в моем сознании мелькали эти ужасные картины.

– Я опасна для вас, – произнесла я, осознавая весь тот ужас, что натворила.

Мистер Раял долго смотрел на меня, застыв на одном месте. Я взяла себя в руки, спасаясь от нахлынувшей дрожи. И ожидала вердикта.

– Мадам Камилла позаботится о тебе, – четко произнес директор, не поворачиваясь ко мне. Он смотрел в широкое окно к темными занавесками. О чем он думал? Я не совсем поняла смысл его слов. Это мое наказание?

– Что вы имеете в виду?

– Только то, что сказал. Ты свободна.

Я замерла на месте, ошеломленная таким решением. Я ожидала исключения или порцию нотаций, я их заслужила. Но такая доброта пугала меня больше.

– Иди же, – мужчина повернулся ко мне, сверкая чернотой глаз.

Я будто управляя чужим телом, поднялась и медленно направилась к двери. Лучше бы на меня накричали и наказали. Это было слишком!

– И Белла… – я резко обернулась, чувствуя, как начинают трястись руки. – Будь осторожна.

Эта фраза еще больше заставила меня нервничать. Я быстро захлопнула дверь и метнулась к дальней стене, пытаясь успокоиться. Что это было? Почему он отпустил меня? Я же спалили кабинет, и напугала до смерти профессора.

Я обхватила себя руками, закрывая глаза. Руку все еще жгло, но я уже потеряла к ней интерес. Теперь в голове билась одна мысль – ты должна поблагодарить Эйдена, он же рисковал жизнью, хотя об этом явно не догадывался.

– Кристабель, – я вздрогнула от сухого голоса и встретилась с серьезными глазами магистра, которая появилась здесь неожиданно. – Мистер Раял попросил забрать тебя.

Кажется, я кивнула, смотря сквозь нее.

Мадам Камилла положила свою невероятно легкую руку мне на плечо, а другой подняла подбородок. Впервые я увидела в ее темных глазах доброту, и даже намек на сострадание.

– Это не твоя вина.

Лавина стремительно накрыла меня, и я будто в бреду разрыдалась на груди у учителя. Наружу выходил весь страх и ужас, вся боль и ненависть к себе самой. Заберите его, заберите этот чертов огонь, чтобы он больше не терзал меня. Я хочу быть свободной, я хочу не бояться причинить вред…

Мы стояли несколько минут, и Мадам Камилла стойко терпела мой момент слабости. Когда слезы иссякли, я посмотрела на женщину, которая снова превратилась в магистра магии.

– Нам пора. Опаздывать на занятия не допустимо, – строго произнесла мадам Камилла. Она развернулась и зашагала к тренировочному полю. Мне пришлось вернуться из личного ада страданий на землю. Если такое наказание придумал мне директор – тренировочное поле, я должна его выдержать.

Машинально я прикоснулась к своей шее, и поняла, что нежный подарок Фабиана исчез без следа в пожаре моей бесконтрольности. Я почувствовала укол сожаления. Это был первый подарок в моей жизни и теперь от него остались лишь воспоминания…

Глава 5

Мне разрешили привести себя в порядок перед занятием. Я оказалась около зеркала и пришла в ужас. Я выглядела так, будто была на крупном сражении, длившемся несколько недель, причем мне не давали времени на отдых, душ и прочие удовольствия. Единственное чего сейчас я не боялась делать – это использовать крохотную магию для преображения. Она была просто не способна выйти из под контроля, а это было то, что мне нужно. Я сделала несколько движений руками, создавая воздушные руны и чувствуя легкую пульсацию феникса на запястье. Я закрыла глаза, наслаждаясь легкими касаниями магии.

Когда отражение мне пришлось по вкусу, я направилась на занятие.

Я чувствовала, что не могу собраться с мыслями. Я все еще осталась там, в том пожаре, и не понимала, как смогу драться на тренировочном поле. Ведь я только что чуть ли не сгорела заживо и чуть не убила двоих людей. Использовать огонь снова было крайне опасно. Я твердо решила отказаться от занятия, даже если мадам Камилла понизит мой рейтинг. Мне было все равно, жизни других были намного ценнее.

Я решительно направилась к женщине.

– Мадам, я прошу…

– Магии сегодня не будет. Посмотрим на твою физическую подготовку, феникс.

Я открыла рот от изумления. Может она умеет читать мысли? Тяжелый груз спал с плеч. Никакой магии, это больше чем я могла желать.

– Да мадам, – кивнула я. Я спокойно направилась на тренировочную зону. Там тренировалось несколько пар, но я не могла узнать ни одного лица. Тем лучше.

– Эй,– незнакомый парень широко улыбнулся мне и махнул рукой, – классный пожар ты устроила. Жаль, я не владею огнем, мы вдвоем поджарили бы это место!

Я рассмеялась, наблюдая за мадам Камиллой, которая готовилась к броску, от которого этот парень рассыплется в пыль. Я оценила его юмор, хотя его явно не волновали последствия своего высказывания.

– Мистер Мортингер! Следуйте за мной, – ледяной голос заставил паренька помрачнеть и покорно последовать за магистром. Напоследок он подмигнул мне.

Никогда прежде не видела его, но испытала, жалось к несчастному. Мадам Камилла не из тех, кто имеет чувство юмора.

Я переключилась на тяжелую грушу, представляя вместо нее смазливое лицо Шармин. Теперь она точно получит по заслугам. Я молотила по ней так яростно, что через несколько минут поняла, что мое тело не способно на что-то еще. Я огляделась и поняла что у каждого здесь свободный график. Ученики отрабатывали собственный стиль, делали передышки и разговаривали, это мало походило на обычное занятие. Почему я раньше здесь никогда не была?

– Ну, так что насчет поджаривания? – парень с отсутствием чувства самосохранения рухнул рядом со мной, улыбаясь во весь рот.

– Ты же ветряный, никакого поджаривания не будет, – пожала плечами я. Мне нравился этот бесстрашный.

– Сожжение академии – было моим самым гениальным планом в жизни! Кстати я Лекс!

Парень протянул огромную ладонь. И почему у мужчин такие большие руки? Я легонько пожала протянутую ладонь. Это странное знакомство серьезно разбавило этот тусклый день, и я решила быть дружелюбной в этот раз. И только в этот раз.

– Кристабель Эверс, – улыбнулась я, приподнимаясь с земли.

Парень замер, явно над чем-то раздумывая. Я боялась услышать привычные шаблоны, которыми меня награждают все ученики. И если этот парень решит спросить у меня что-то вроде – не ты ли та знаменитая убийца, я двину ему прямо в лицо.

Видимо мой грозный вид или здравый смысл остановил Лекса и он не произнес ни слова, а лишь мило улыбнулся.

– Сама судьба выбрала нас сегодня противниками, – метал свои шутки Мортингер. Да, я запомнила его фамилию.

– Судьба по имени мадам Камилла, – поддержала я, принимая боевую стойку. – Кстати, какое наказание за твой язык она избрала?

– Ахолы, – прошептал парень, ужасно скривившись.

В этот момент я посочувствовала несчастному. Ахолами называли прародителей скунсов. Жутко слюнявые, воняющие и неповоротливые существа, с белыми слепыми глазницами. Убирать за ними равнялось девяти кругам ада. Тут даже защитная магическая маска не поможет. Их держали в замке для занятий. Ахолы отлично отражают магические заклинания, а в остальном они бесполезны. И мадам Камилла оказалась не согласна с таким статусом существ, снабжая их уборщиками каждый раз, когда кто-то нарушит правила на ее занятиях. Меня пробирала дрожь, когда представляла человека рядом с Ахолами.

– В следующий раз будешь шутить более незаметно, – произнесла я, не отрываясь от тренировки.

Лекс рассмеялся, уворачиваясь от ударов. Он был идеальным противником. Ловкий, быстрый, изворотливый и точный. На нем можно было отработать все приемы, даже не прикасаясь ни к одной части тела.

– Так значит, тебе запретили колдовать, и поэтому ты выбрала бесконтактный бой?

– Мне никто ничего не запрещал. Это лучшее что мог придумать директор. Иначе все бы обратилось трагедией, – я тяжело вздохнула, оттачивая удары.

– А по-моему круто обладать такой силищей! Я завидую тебе, – улыбнулся парень, сверкая зеленью глаз. Я замерла, вглядываясь в его лицо, и понимая, что он сказал это искренне.

– Хорошо подумай, прежде чем завидовать чему-то.

– Хорошо, я понял. Тема закрыта, – парень поднял руки вверх, демонстрируя побежденность. И я не могла больше злиться.

***

После необычной тренировки и еще более странного знакомства, я решила, что записать свой накопившийся клубок мыслей будет лучшим занятием:

Дневник.

Как легко иногда судьба подкидывает нам неожиданные сюжеты, повсюду раскидывает знаки, прячет смыслы и накрывает тенью нужных людей. Закон ее прост – когда придет время, все подсказки откроются, пелена спадет. Но как долго этого ждать? Что, если ты уже успеешь наделать ошибок, выберешь не те пути? Ответа никто не знает. Я часто смотрю вокруг, обращаю внимание на детали, но не нахожу подсказок. Для чего мне дали необузданную магию, почему я не могу с ней справиться, почему я все еще здесь, если я знаю что это место не для меня, и зачем в моей жизни появляются люди, которые возвращают меня в реальность? Когда же ты судьба дашь мне ответы на мои вопросы? Хотя, я с большим воодушевлением просила бы забрать то, что делает меня чудовищной. А остальное пусть остается как есть.

Глава 6

Очередной день в общей столовой сводит меня с ума. Один кадр проносится мимо меня снова и снова. Если бы я была оператором, сожгла бы этот файл и танцевала перед огнем танец освобождения. В этом зале я предпочла взять на себя роль ботаника, и поэтому движением руки перелистывала учебник, который завис над моей тарелкой с обедом. Теория и красивые буквы меня успокаивали. Я хотела поскорее забыть несчастный случай в кабинете, хотя профессор теперь постоянно косо на меня смотрел, а некоторые ученики шарахались как от огня. Шармин к моему облегчению, наконец, успокоилась. Но очень сильно я ощущала нехватку поддержки Фабиана, который наверняка ушел с головой в семейные проблемы…

Я тряхнула головой, сосредотачиваясь на учебнике. Я должна была понять из него, хотя бы строчку!

– Мисс Пламя, здесь свободно? – я вздрогнула от громкого голоса. Концентрация была потеряна и волшебство вокруг книги рассеялось. Я судорожно протянула к учебнику руку, боясь, что случится мировой разгром, который испачкает всю одежду, но чужая ладонь подхватила учебник.

Я подняла голову и встретилась с глазами цвета грозового моря. Я поняла, что так и не поблагодарила его за спасение моей жизни. Но сейчас я не смогла вымолвить ни слова. Эйден всматривался в моё лицо, а я пыталась найти в себе силы открыть рот. Именно сейчас он показался мне не мальчишкой-подростком, а парнем моих лет. Почему я так решила тогда? Сейчас мне стало вдруг интересно, сколько ему лет и насколько он силен. И откуда это кошачья грация, с которой он сейчас держал в руках мою книгу?

– Эй, – я моргнула и обратила внимание на Лекса. Высокий парень с чернильными волосами улыбался во весь рот, склонив голову на бок. Странно, что я не заметила, что эти вдвое пришли вместе.

– Свободно, – четко ответила я, стараясь скрыть свое замешательство.

Мортингер сразу же плюхнулся на стул, закидывая руку на спинку стула. Так обычно сидят самые плохие парни. Эйден же беззвучно присел за стол, не выпуская книгу из рук. Я почувствовала себя некомфортно в этой компании. Точнее мне было незнакомо чувство компании, мой стол всегда пустовал. Парни первые гости в моей зоне отчуждения.

– Думаю, вам лучше пересесть пока не поздно, – я серьезно посмотрела на парней. Лекс изумленно выгнул брови.

– Звучит как угроза, – он нагнулся ко мне, сверкая глазами.

– Этот стол предвещает только испорченную репутацию и одиночество. Думаю, вам это не нужно. Такой совет я даю раз в жизни, и вы должны ему последовать.

– Испорченная репутация некоторым к лицу, – усмехается Лекс, откидываясь на спинку. Я не понимаю его принципов. Разве кому-то нравится быть изгоем? Они сели за мой стол и автоматически показали всем, что не против общаться со мной, а это означало лишь негативное отношение к ним со стороны окружающих. И я твёрдо решила их спасти от этого. Пусть только я одна буду нести это клеймо.

– Лекс, послушай… – я решила не сдаваться. Но тут вмешался до этого молчавший Эйден.

– Необычная книга. Ты умеешь читать на этом языке?

Меня пробрала дрожь, когда я переводила взгляд от лица парня к книге в его руках.

– Я еще учусь, – пожала плечами я.

– Лекс, кажется, Белле нужна еще одна порция вихря (волшебный напиток с экстрактом дерева энергии, корицой и пыльцой горных облачных цветов), – Эйден серьезно посмотрел на парня. Он молча встал, напоследок подмигнув мне.

– Не скучайте.

Мне все показалось абсурдной игрой. Эйден выглядел слишком серьёзно для разговора о природе. Он молча пододвинул ко мне книгу, сцепив руки в замок. Я рассмотрела фамильное кольцо на его пальце. Знатный древний род. Еще один потомственный маг.

– Я должна поблагодарить тебя за…

– Как ты пережила это?

Я непонимающе посмотрела на парня, хотя в голове завертелся ответ.

– Переживаю до сих пор,– Эйден кивнул, но лишь, каким-то своим мыслям. О чем он думал? Почему задал такой странный вопрос?

– Послушай, я сожалею о том, что произошло. Если бы не ты…– я запнулась. Слова не хотели покидать мою голову.

– Благодарность принимается, – улыбнулся парень, стирая с лица серьезность. Как он это делает? – А насчет стола, мне нравится это место, здесь нет ничего лишнего.

Я рассмеялась. Под словом лишнее он явно имел ввиду таких как Шармин Термез. Я нашла ее глазами и поняла, что снова стала причиной ее ярости. Она поднялась с места, длинные рыжие локоны взметнулись, она явно была намерена атаковать.

– Мальчики! – лучезарная улыбка и искры в глазах осветили наш скромный уголок. – Не хотите составить скучающим девушкам компанию? Мы ведь еще не знакомы.

– Я что-то пропустил? – появился Лекс с дурманящей голову чашкой вихря, но я уже потеряла к нему весь интерес.

– Мы останемся здесь, спасибо за приглашение, – вежливо ответил Эйден. Я чуть не рассмеялась от его учтивой интонации. Так красиво рыжую еще наверно никто не отшивал.

– Эйден, тебе больше подойдет общество классом выше, – она многозначительно посмотрела на меня.

Ну, хватит!

Я поднялась с места, делая шаг к девице.

– Если я не соответствую твоему статусу, тогда тебе лучше отправиться на свою титулованную территорию.

– А тебе надо поучиться манерам, и не встревать в разговор других. Или тебя этому никто не учил? Как жаль что, твои…

– Еще слово и… – я почувствовала пульсацию в ладонях. Шармин, кажется не пугал тот пожар в кабинете, она была готова умереть сама, лишь бы и я сгинула вместе с ней.

Вдруг Эйден схватил меня за руку и сжал. От неожиданности я растеряла всю ярость и пульсация утихла.

– Шармин, поговорим позже, хорошо? – Холланд как воплощение обаятельности улыбнулся девушке со всей искренностью, на которую был способен. Любая бы на месте Шармин согласилась бы со всем, что он скажет.

Термез хищно улыбнулась, проводя рукой по его рубашке. Мерзость! И виляя бедрами, направилась к своему столу.

– Ты выиграл это сражение! Ты мой герой, прости, платочек не захватил… – расхохотался Лекс. Я не понимала ничего из того что здесь только что произошло.

– Заткнись, – Эйден посмотрел на меня, потом на наши руки, и быстро убрал свою в карман.

Глава 7

Одно явно изменилось в моей жизни – теперь я была не одиночкой. Эти два парня прилипли ко мне, и, не спрашивая моего разрешения, решили стать друзьями. Они садились со мной за один стол, мне стало легче на занятиях, где наши курсы совмещались. И я начала записывать остроумные фразы Лекса. Его карьера комика сложилась бы лучше, чем карьера мага ветра.

– Я не выбирал свой дар. Может я из тех, кто вовсе его не хотел, – Лекс пожал плечами, откусывая большой кусок от гамбургера. Я поражалась его мастерству говорить серьёзные вещи, занимаясь невероятной ерундой. Я спокойно пила сок, слушая излияния его души.

– Учеба это скучно. Мне больше нравится запускать воздушных змеев в воздух, или разгонять волны, греясь на солнышке. Я скучаю по пляжу. Мы жили у моря, и знаешь, – он подался вперед, наконец, отложив гамбургер на тарелку, – я бы променял нашу академию на денек на пляже. Представь – лазурная вода, игристый песок, который тихонько шуршит под ногами, а солнце светит так, что море слепит переливами бирюзового. Дует легкий ветер, который ласкает тебя со всех сторон. И тишина, умиротворение, свобода!

Он вздохнул и откинулся на спинку стула. Я улыбнулась. Слово свобода звучало маняще.

– Звучит замечательно.

– Вот и я о том! На каникулах рвану к солнышку. Мы оба скучаем.

Я покачала головой. Слушая Лекса, перед глазами у меня всплыло лицо сестры. Светлые волосы Рахель всегда напоминали мне нити золота, в которых запутались палочки корицы, а её глаза цвета свежей травы, всегда излучали невероятный успокаивающий свет. Мне очень часто её не хватало…

– Эй, о чем задумалась?

– Прости, я, что-то упустила?

– Да нет, ну конечно кроме той грандиозной драки за твоей спиной.

Лекс гамбургером указал мне за спину. Я резко развернулась. Главным персонажем этой ссоры, конечно же, была Шармин. Я испытала некоторое облегчение, когда поняла, что не я одна являюсь целью ее нападений, хотя и ни одного раза не проигрывала ей. И та девчонка, которая яростно отбивалась, тоже не умела сдаваться. Я рассмотрела её белоснежные короткие волосы, тонкую фигуру и белые одеяния. Она была с факультета божественной магии, они предпочитали облачаться во все белое и сами были похожи на ангелков. Я называла их светлыми или божественниками. Чем этот аленький цветочек успел разозлить главную стерву академии? Хотя, разве для драки Шармин когда-нибудь была нужна причина?

Они о чем-то ругались очень громко и яростно. Затем девчонка плеснула на Шармин стакан с какой-то красной жидкостью, отчего послышался грандиозный визг. Термес вцепилась в волосы блондинки и началась настоящая драка.

– Если бы знал, захватил бы попкорн, – Лекс усмехнулся, развалившись на стуле.

– Может, ты сделаешь что-нибудь?

– Конечно, сяду поудобнее, отодвинься, из-за тебя не видно всего шоу.

Я тяжело вздохнула и встала из-за стола.

– Эй, ты куда? Представление только началось, – Лекс Мортингер состроил обиженное лицо, будто ему было скучно сидеть здесь одному и смотреть фильм в одиночестве.

– Я планирую, стать его изюминкой, – бросила я, уверенными шагами направляясь к «сцене». Все вокруг столпились и просто посмеивались над происходящем. Нелюди…

Я схватила божественницу за руку и отодвинула за себя. Шармин вытаращила глаза, которые сверкали гневом и ненавистью.

– Если хочешь разборок, выбери себе равного,– произнесла твердо я, скрещивая руки на груди. Повисло гробовое молчание. Все глаза уставились на меня, но мне не было страшно. Я посмотрела на блондинку за своей спиной и поняла, что ей сильно досталось, и я была совершенно точно уверена в том, что это сражение начала Термес. Королева не могла жить без громких скандалов и внимания к своей персоне.

– Уйди с дороги. Это наше с ней дело, – разозлилась Шармин. Я оценила степень ее взбешенности, свои силы, состояние божественницы и решила, что должна вступиться за светлую.

– Считай, что я её телохранитель.

– Ты сама предоставила мне возможность уничтожить тебя, Эверс.

– Не играй с огнем, он может обжечь, – я повернулась к девушке, которая была бледна как мел, и сжала её руку, – уходи. Светлая долго моргала, а затем собрала сумку и вылетела из столовой.

– Я не разрешала тебе уходить, – раздался устрашающий голос Термез. Шармин наколдовала взрывчатую сферу и метнула ее к выходу. Одним движением руки я схватила шар и сжала в руке. Я и не знала что такое возможно.

– Ты права. Но здесь никто не нуждается в твоем разрешении, – я сжала кулак, и огонь посыпался осколками на пол. Шармин открыла рот, а все остальные округлили глаза.– Шоу окончено.

Я развернулась и зашагала к выходу. Прямо у себя за спиной я почувствовала жар и резко развернулась, выстроив огненную оболочку. Летящие сферы рассыпались о защиту и потухли. Я спокойно посмотрела на Термес, чьи рыжие локоны растрепались, и теперь она была похожа на медузу Горгону.

– Трусливо бить в спину, Шармин.

Что было дальше я не знаю, но судя по тому, как стихли голоса в столовой, все кончилось. Божественница убежала и я так и не успела ничего ей сказать.

Глава 8

Сегодня был четверг. А это значило только одно – атомная магия. Я ненавидела её всей душой. Наверно каждому первокурснику, который услышит такое сочетание, захочется прогулять свое занятие, чтобы хоть глазком взглянуть в кабинет атомной магии. И я бежала на это занятие. Но только самый первый раз.

Для меня эта дисциплина была пугающей, я и так имела огромную долю разрушительной силы, а там меня заставляли облекать ее в жидкость, которую нужно варить, а затем испытывать. На каждом таком занятии случалось нечто, что запоминалось на долгие годы. Это было особенно кстати, все отвлекались от моей «взрывной персоны».

Я совершенно равнодушно зашла в класс и заняла свое место, где-то в середине. Я улыбнулась тому, что этот ряд был полностью свободен, все старательно избегали приближаться ко мне ближе, чем на метр, вдруг я спалю кого-нибудь дотла.

Разложила учебники, достала ручку, наблюдая, как профессор пытается разобраться с кучей бумаг на своем столе. До меня донеслись голоса, смешки. Кто-то обсуждал скучные занятия, кто-то томно вздыхал по красавчикам из школы, кто – то расписывал в подробностях свое платье на бал. Мужская половина класса сохраняла молчание, пытаясь, услышать свое имя в разговоре девчонок. Наивные дурачки… Огненных интересуют представители других стихий, на своих сокурсников они не обращают никакого внимания.

Я принимаюсь рисовать мелкие завитки в тетради. Это определенно успокаивает и помогает сосредоточиться.

– Оказывается у тебя много талантов, – я вздрагиваю. Чужой учебник со стуком опускается на парту.

– Этот ряд уже занят, – я поворачиваюсь к мистеру предгрозовое небо и принимаю оборонительную позу.

– Наверно у тебя проблемы со зрением. Но меня это мало волнует. Мне нравится это место, и я буду сидеть здесь, – Эйден невозмутимо открывает учебник и достает ручку.

Одно про этого парня я поняла точно – он сплошной ходячий лёд. Хотя магам ветра близка эта стихия. Наши отношения не сложились еще с самой первой встречи. Я решила, что он жестокий. И пусть я тоже не была пушистой, но я стараюсь никому не причинять вред.

Я ничего не ответила и только собиралась пересесть, как началось занятие. Это означало, что перемещения запрещены. Я тяжело вздохнула и опустилась на прежнее место. Но позже поняла, что нужно было и вовсе не появляться здесь. Нас ждала парная работа. Профессор как обычно завел речи о мерах безопасности и дисциплине, хотя это все не спасло бы учеников от последствий опытов…

– Огненный элементаль не игрушки для студентов. Но я поставлю балл лишь тем, кто сможет его подчинить. На самый крайний случай я подготовил вам защиту, применение которой соответственно приведет к минусовой оценке. Приступайте.

– Кажется, магов огня пытаются истребить всеми возможными способами. Жестокий у вас курс.

– Что ты здесь забыл? – я сосредоточилась на задании, просматривая содержимое баночек.

– Расширяю свои знания, – хмыкнул Эйден, изучая инструкцию, – надеюсь, я выбрал себе не самого плохого партнера, иначе мы получим минусовые оценки.

– Ты не с этого курса, разве есть разница в оценке? – я захлопнула книгу и погрузила несколько капель одного бутылька в огромную чашу.

– Для тебя есть разница.

Я замерла. Он что, только что сказал, что хочет помочь мне? Наверно мне послышалось.

В молчании мы выполнили все пункты инструкции, осталось лишь показать силу, на которую откликнется элементаль.

– Ну же, – Эйден протянул мне раскрытую ладонь. Я молча приняла приглашение, ощущая, как горячие пальцы обнимают мою миниатюрную руку.

Мы закрыли глаза. Я сконцентрировалась, впуская в себя чужеродную магию. На самом деле это было очень опасно. Мы были совершенно противоположны, такая смесь могла бы разнести кабинет в щепки. Но я поздно подумала об этом…

Я почувствовала незнакомые ранее ощущения – потоки обняли меня, лед превратился в теплый ветер, впервые я почувствовала, что чем-то защищена. Я не могла поверить, что не сплю. Разве могла магия производить такой эффект? Я открыла глаза и посмотрела на Холланда. На его лице застыли те же ощущения. Это было невероятно.

– Осторожно! – я услышала голос Эйдена, который рывком оттолкнул меня от чаши. Только теперь я заметила огромный огненный сгусток, который лишь отдаленно напоминал мифического гиганта. Мой напарник поставил щит, но он оказался очень слабым, я услышала шипение. Щит был разрушен, Эйден зажал руку, на которой был серьезный ожог.

Я не знала что делаю. Резко поднялась и создала волшебные цепи. Пока монстр пытался выбраться, я пошла к Эйдену. Сформировала оболочку вокруг элементаля. Она должна была заковать его внутри, пока мы не успокоим его.

– Ты в порядке?

– Царапина, – произнес Холланд выпрямляясь. В его руках загорелись прозрачные шары. Моя оболочка укрепилась двумя силами. Но этого было мало. Я чувствовала, как трясутся руки, монстр был слишком силен, благодаря слиянию наших стихий. Мы сами создали такую мощь, и только мы могли вернуть его обратно. Я огляделась. Остальные тоже боролись со своими элементалями, но более удачно.

– Я долго не выдержу, – призналась я, формируя новое заклинание.

– Наших сил должно хватить, – кивнул Эйден. Но я считала иначе. Монстр был моей стихии, и я всеми клеточками кожи чувствовала его жар.

Эйден покрыл панцирь льдом, а я накинула укрепляющее заклинание. Их надолго не хватило, оболочка покрылась корочкой и разлетелась. Элементаль с диким ревом разорвал мои цепи. Меня охватил ледяной страх. Теперь единственным вариантом была защита профессора. Мы одновременно создали щит, я схватила флакон защиты и выплеснула на монстра.

– Это было невероятно, – прошептал Эйден, не веря в происходящее. Монстр застыл на месте. Теперь он был похож на ледовую скульптуру.

Парень приблизился к элементалю, прикасаясь рукой к корке.

– Теперь понимаю, почему они живут под землей, в глухих темницах.

– Нам лучше не приближаться к нему, – прошептала я, переводя дыхание.

Эйден пожал плечами и стал колдовать над своим ожогом.

Вдруг я почувствовала странную пульсацию, она прокатилась по моему телу стремительной волной, я бросилась к парню, загораживаю его собой.

В следующую секунду лед взорвался, и монстр вырвался наружу. Я не знала, что будет дальше, я просто не могла позволить Эйдену пострадать. Пусть лучше это буду я.

В миллиметре от своего лица я увидела огромные глаза-угольки монстра, прежде чем он накрыл меня с головой.

Глава 9

– Эйден, Эйден… – кто- то тряс меня за плечо, но я будто превратился в статую.

Я не верил своим глазам. Я бы поверил в то, то ослеп, чем в то, что Кристабель жива. Она не могла выжить после такого. Все ученики окружили нас, на их лицах застыл, страх, ужас, недоверие. Профессор не мог произнести ни слова. Я взял Беллу на руки, каждую секунду прислушиваясь к ее дыханию. Она дышала.

– Вы просто обязаны поставить высший балл, – твердо заявил я, направляясь в лазарет. Профессор что-то судорожно бормотал, а мою спину щекотали взгляды шокированных учеников. Я шел так быстро, боясь, что в следующую секунду не услышу ее ровного дыхания. Я все еще не верил. Этот монстр должен был сжечь ее тело, он забрал ее в себя, будто меленькую куклу. Она заслонила собой меня…Чертова героиня! На ее месте должен был быть я…и я бы не выжил.

Я влетел в лазарет, опуская ее на кровать. Медсестры тут же бросились к Белле. Они что-то спрашивали о произошедшем, но я не мог ничего ответить.

– Вам нужно покинуть палату.

– Что? – я повернулся к старшей целительнице.

Она сверкнула глазами, указывая мне на дверь.

– Выйдите.

– Я не…

– Сейчас же! – Вскрикнула женщина. Я попятился к двери и ее закрыли перед моим носом.

Следующие часы я не помню. Я провел их в лазарете. И почему я все еще здесь? Я задавал себе этот вопрос снова и снова.

«Она спасла тебе жизнь, идиот!» – кричал возмущённый голос в голове.

От этого становилось только хуже. Пусть это лицо преследует меня каждый миг, я не хотел бы ей смерти. Пусть лучше она останется моим наваждением…Когда я больше не смог сидеть стена лазарета, я покинул это место. Я был не в силах сидеть там, где Белла могла не выжить…

***

Я поняла, что жива, лишь тогда, когда все мое тело затрепетало, едва я попробовала привстать. Заметила бинты и еще ужасную вонь. Наверняка снова лекарственные травки целительниц, от одного их запаха можно умереть. Я огляделась. Белые простыни, легкие голубые занавески на окнах, деревянная кровать, с резной спинкой, стены из серого камня – комната в лазарете.

Я лежала неподвижно, чтобы боль, наконец, утихла. Вспоминала урок, огонь, элементаля, Эйдена…Эйден! Я резко поднялась и тут же вскрикнула от внезапной боли. Отдышалась, пытаясь успокоиться. Он жив. Я приняла весь удар на себя. Ведь он жив, правда? Этот вопрос завис в пустоте. Мне не терпелось спросить обо всем у целительниц. Ну, где они пропали? Я позвала несколько раз, но ответа не было.

Когда я заставила себя перестать думать о маге ветра, задумалась над более важной проблемой – я на земле, или это рай, выглядит как наш лазарет? Ведь после такого не выживают! Элементаль в чистом виде, живой огонь, поглотил меня. А я лежу здесь. Отделавшись бинтами и вонючей мазью. Наверно это рай,… но представляла я его себе совершенно не так.

– Белла… – я услышала знакомый голос. Фабиан. Меня всегда восхищала его способность появляться из воздуха. Магия теней всегда была загадочной…

То, что он был здесь, я посчитала высшим уровнем рая. Разве я заслужила место там?

– Что за рай? – я услышала, как он присел на мою кровать, и открыла глаза.

– Что?

– О каком рае ты говорила? Ты в порядке? – он поднес свою ладонь к моему лбу. Здесь он выглядел еще лучше. Золото волос, сверкающая лазурь в самых прекрасных глазах в этом мире. Он не мог быть моим…

– Почему ты это сделала?

– Что? – я погрузилась, в какой-то туман, в который затянуло меня лицо Фабиана.

– Почему ты рисковала своей жизнью? – туман пропал, и я увидела злость в глазах мага.

– Он бы погиб… – прошептала я. Почему он злится?

– А ты решила, что у тебя девять жизней? Белла, ты же могла умереть! Ты не понимаешь? Какое-то невероятное чудо тебя спасло! О чем ты думала?

– Я… – у меня появилось дикое желание сопротивляться ему, сказать, что я ни в чем не виновата. Что любой другой так же поступил на моем месте! Что моя жизнь стоит меньше всех остальных.… Но я не смогла.

– Я мог больше никогда не увидеть тебя!

– Все обошлось.

– Почему ты сделала это? Скажи мне, – он осторожно взял меня за руку, но я не понимала, почему он так себя ведет, почему задает эти вопросы.

– Ты знаешь почему.

– Ты решила, что так ты искупишь свою вину? Хватит наказывать себя!

– Только это мне и остается, и я не хочу об этом говорить! – я не выдержала, вставая в позицию нападения. Он знал, как ранит меня эта тема, и все равно начал ее уже в который раз, я ведь просто хотела, что бы мне ни лезли в душу…

– А Рахель?

– Уходи.

– Белла, я же люблю тебя…

– Уходи!

Я почувствовала, как сердце сжимается, а железные прутья трещат. Я не слабая. Меня спасает целительница, шаги которой заставляют Фабиана исчезнуть.

– Мисс Эверс, вы кричали, вам нехорошо? Что я могу сделать для вас?

– Когда я смогу начать занятия? – я закрыла глаза, сжимая руки в кулаки, чтобы не трястись.

– Раны очень серьезные, чудо, что вы выжили. Будем смотреть на ваше состояние, а пока вам положен покой, – мягкий голос этой женщины меня успокоил, и я почувствовала, как веки тяжелеют.

– Спасибо… – прошептала я, погружаясь в сон.

Этой ночью мне снился кошмар.

Я видела Эйдена, его фигуру, объятую огнем, а я была той, которая сжигала его дотла…

Глава 10

Я проснулась от того, что почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Я открыла глаза, и они сфокусировались на лице незнакомой мне девушки. Я никогда не обращала ни на кого внимание, так меньше проблем и поэтому знала всего несколько человек из школы. Я долго смотрела на блондинку с небесными глазами. Они напоминали мне Фабиана…

Девушка сидела неподвижно, молчала, аккуратно сложив руки на коленях. Она была в просторном белом платье. И тут я поняла что она «божественница», обладала магией божества. Наши факультеты редко соприкасались, отчего бы ей меня знать?

– Я А`лика.

Никогда раньше не слышала этого имени. Но приглядевшись к гостье, я поняла, что мы знакомы. Это её я защитила от Шармин. Она та бойкая девчонка, которая до последнего сражалась с соперницей, намного сильнее ее самой.

– Ты не помнишь меня? – сейчас Алика не была похожа на воительницу, скорее на кроткого ангела.

Я долго думала, прежде чем ответить. Зачем она пришла? Мы не знакомы, и ни чем не обязаны друг другу. Ждать ли от нее чего-то плохого? Потом я посмотрела на нее снова, отмечая, что над головой ей не хватает нимба.

– Помню.

Девушку мой ответ невероятно оживил. Будто груз спал с ее хрупких плеч, она широко улыбнулась и повернулась к сумке.

– Я решила, что тебе не помешает, они успокаивают, – Алика достала из школьной сумки маленький букет крохотных голубых цветочков. Я не знала их названия, но пахли они фантастически, она положила их на тумбу рядом с моей кроватью.

– Спасибо, – я тоже улыбнулась, пораженная такой заботой.

– Наверно все это выглядит очень странно, я здесь, у кровати незнакомой мне девушки. Я долго решалась прийти сюда.

– Да, ты права, это странно, – кивнула я. Девушка разнервничалась и стала крепче сжимать свою сумку.

– Я просто хотела отблагодарить тебя. Это было очень смело. Не каждый способен поступить так, как ты. Ты так мне помогла.…Если разрешишь, я стану навещать тебя. Мы могли бы подружиться, – Алика широко улыбнулась, блеск в голубых глазах выдавал искренность ее слов. А я потеряла дар речи. Дружить…этого слова я не слышала уже вечность. Наверно всем нужен друг, и Алике тоже, может ей страшно, и ей все равно, что обо мне говорят.

– Я подумаю, – я улыбнулась. Я не знала, что сказать еще, не сейчас…

– Я тебя не тороплю, ты не подумай, обещаю заглянуть на днях, – она стала пятиться к двери, как испуганная овечка, все еще улыбаясь. – Ну, пока, выздоравливай, – она так быстро скрылась за дверью, что могло показаться, будто за ней кто-то гонится. Странная девушка.

– Пока, – шепнула я в пустоту.

Через несколько часов пришла целительница с новой порцией вонючих отваров, и теперь даже цветочный аромат не мог их перебить.

– Скоро все совсем заживет, – мадам Сорта наложила свежие бинты и поставила на тумбочку кружку с отваром.

– Как мне удалось выжить? – снова задала свой вопрос я.

– Чудо, – снова дала тот же ответ целительница, – поспите, во сне вы быстрее восстанавливаетесь.

Я спала крепко. Возможно, не один день. Видимо целительница переборщила с дозой снотворного. Когда я открыла глаза, была глубокая ночь. Мне и правда стало лучше, и я смогла встать с кровати. Вид перемотанного тела меня пугал, но мне повезло, что лицо было не задето. Я с трудом подошла к большому окну, отодвинула занавески и раскрыла створки. В комнату ворвался аромат ночи. Настоящий аромат жизни. Звезды ярко сверкали, луна висела необъятным шаром прямо передо мной, что казалось, можно было достать рукой. Я закрыла глаза, колдуя руками заклинание, которому меня научила мама. Без магии я никто, и мне было необходимо почувствовать ее внутри себя, живую, яростную.

Вокруг меня заплясали огненные фигурки – олень с большими рогами, огненная лисица с пушистым хвостом, белоснежный заяц, сова с огненными перьями, плескающийся дельфин. Мама часто колдовала мне перед сном, огненные звери заставляли расслабляться и заворожённо наблюдать за этим огненным театром. Тогда для меня это было чудом. Сейчас это колдовство причиняло невероятную боль.

Я снова была маленькой девочкой, трогала пальцами зверей, а вокруг царила ночь.

– Очень мило, – звери рассыпались пылью и я обернулась.

Эйден Холланд подпирал спиной дверь, сложив руки на груди. Он выглядел уставшим, волосы в беспорядке, серые глаза тускло мерцают. Его смятение заставило меня задрожать. Или это был прохладный воздух…Я обняла себя руками и подумала что меня сейчас можно было бы положить в склеп как живую мумию, и никто бы не нашел различий с настоящей.

И вот он здесь. Среди ночи, в моем лазарете. Я ничего о нем не знала, но с каждым его появлением разгоралось желание узнать его.

– И давно ты здесь стоишь?

– Что это за заклинание? – в духе Эйдена не отвечать на вопросы.

– Заклинание Эверсов.

Повисло долгое молчание.

– Теперь мы с тобой квиты. Жизнь за жизнь, – произнес Эйден и я вздрогнула. За этот месяц я должна была умереть дважды. От такого умозаключения закружилась голова.

– Пожалуйста. Ты ведь за этим пришел?

– Не угадала, – он, наконец, отлепился от двери и приблизился ко мне. Теперь я поняла, почему Шармин положила на него глаз…

– Это не могло подождать до утра? Как ты пробрался сюда ночью? – я почувствовала себя неуютно рядом с таким высоким парнем и отступила.

– Это было не так-то сложно. У меня для тебя предложение, – он сощурил глаза.– Я должен отблагодарить тебя.

– Оставь благодарности себе, – я пожала плечами, приближаясь к кровати. Усталость стала давить на мое тело. Я прошла мимо парня, надеясь закончить разговор, но он схватил меня за руку.

– Я знаю, что ты не боишься ничего, и тебе доставит большое удовольствие отплатить той же монетой Шармин, за все то, что она сделала. Я знаю.

Я вырвала руку и злобно посмотрела на него.

– Хочешь, чтобы я стала такой же стервой? – внутри начинал расти гнев, Эйден нашел ту самую точку. Я действительно не боялась ее, но и ответить ей не могла. Иначе стала бы второй Термес.

– Я предлагаю тебе сделку. Один вечер. И тебе не нужно быть кем-то другим, кроме себя самой. Мне нужна пара на вечер, а тебе ответный шаг.

Я была не способна полностью понять, о чем он говорил. Была глубокая ночь, и раны начинало жечь.

– Я подумаю, – прошептала я, прислоняясь к спинке кровати. Потом я провалилась в сон.

Глава 11

Я проснулась с мыслью о прошедшей ночи. Все было взаправду. Он был здесь. Эйден предложил мне один вечер в обмен на возможность увидеть рассерженное лицо Шармин. Это самое меньше, что я могла бы делать для нее. Наверно я согласилась уже тогда. Я никогда раньше не посещала балы. Идти туда одной было безумием, я стала бы еще бОльшим объектом для обсуждений и косых взглядов.

Но сейчас я решилась.

Я буду там, помогу Эйдену отвязаться от Термес и помогу себе нажить еще большего врага.…Осталось только раздобыть наряд и снять эти ужасные бинты.

***

Следующие несколько дней я провалялась в кровати, перечитывая томики по магии из школьной программы. Я немного отстала, но с практическими дисциплинами проблем не будет. Целительница заглядывает ко мне наверно чаще, чем это положено. Она рассказывает о своей непростой работе, о жалости к бедным детишкам, о семье, там далеко, и о несправедливости этого мира. Мадам Сорта разбавляла мои однообразные дни, каждый из которых я отсчитывала, чтобы, наконец, снять с себя повязки и снова быть здоровой.

– Вы очень быстро поправляетесь, это невероятно, – каждый день лепетала целительница, меняя мои бинты, которых становилось все меньше. За все это время мы сдружились, от этого время в лазарете было не таким серым.

Больше никто из академии ко мне не заглядывал. Директор и учителя наверняка измучили Эйдена вопросами, а меня решили не тревожить. Но я никого и не ждала.

Вечером в дверях неожиданно появилась Алика.

– Только не задерживайтесь допоздна, – улыбнулась Мадам Сорта, пропуская девушку.

– Обещаем.

– Тебе уже лучше, – Алика робко присела рядом, доставая из сумки очередной маленький букетик голубых цветов.

– Спасибо, твои цветы благоприятно на меня действуют, – я улыбнулась, стараясь быть дружелюбной.

– Приятно слышать.

– Алика, у меня к тебе просьба, – девушка оживилась и подняла на меня лучезарные глаза. Она определенно мне нравилась.

– Все что угодно для друга, – она широко улыбнулась, поправляя светлые короткие волосы.

– Мне нужно платье для завтрашнего вечера.

Я волновалась, произнося эти слова, сама не знаю почему я решилась на все это. Но отступать было поздно.

Алика рассмеялась, отчего на ее щеках появился милый румянец.

– Такой пустяк! Конечно! Я рада, что ты будешь там, это будет весело.

– Спасибо, – я улыбнулась ей самой теплой улыбкой.

Мы говорили около часа об академии, о том, что никто ничего не говорит о случившемся и что некоторые считают меня новым героем. Я громко рассмеялась.

– Это правда! Я слышала так много хороших слов. Поверь, ученики изменили свое мнение о тебе. Жаль, они, почему – то боятся приближаться к твоей палате. Но думаю, в скором времени наберутся смелости и заговорят с тобой.

Я не верила в такие перемены. Но не хотела расстраивать Алику своим недоверием. Мы тепло попрощались, и она обещала появиться в моей комнате к шести.

***

Спустя несколько недель в лазарете, среди скучных стен и в компании учебников я, наконец, выбралась. Коридоры, по которым я ходила так много раз, показались мне незнакомыми. Признаться, мне было непросто снова находиться среди учеников.

Все изменилось.

Когда одна из учениц коснулась меня, я вздрогнула, а она испуганно отшатнулась.

– Я рада, что с тобой все хорошо. Встретимся на занятиях, – она неловко улыбнулась и, сжав покрепче учебники, присоединилась к своим подружкам и они скрылись за одной из дверей. Что это было? Я шла к своей комнате и замечала, что некоторые мне кивают, другие робко улыбаются, парни провожают долгими взглядами. Академия быстро полнится новостями обо всем случившемся. Я поняла, что боюсь такого внимания, было легче, когда меня считали пустым местом. Или нет? Я ускорила шаг и столкнулась с кем-то высоким. Подняла глаза на Терранса Раяла. Теперь этот коридор становился все больше похож на девять кругов ада.

Директор положил руку мне на плечо.

– Я рад видеть вас полной сил, мисс Эверс. Надеюсь, вы порадуете нас своим присутствием на сегодняшнем вечере, – его темные глаза были дружелюбны, вся поза расслаблена, никогда прежде не видела мистера Раяла таким доброжелательным, обычно своей серьезностью он пугал больше, чем, если бы стал громко кричать.

– Благодарю вас, обещаю сегодня появиться, – я улыбнулась.

– Завтра утром жду вас в своем кабинете, – так же спокойно произнёс директор.

– Конечно, сэр.

Мистер Раял хотел, что-то добавить, но передумал, и, изобразив подобие улыбки, направился дальше. Я посмотрела ему вслед и выдохнула. Это было не сложно. Я знала, что разговора мне не избежать, и надеялась, что директор прояснит эту ситуацию. Я не могла верить в невероятное чудо, случившееся со мной. Чудес не бывает…

Я захлопнула дверь своей комнаты и прислонилась к ней. Оглядела высеченный в памяти интерьер и почувствовала прилив радости и облегчения. Это место по праву могло называться домом. Каждая вещь здесь мне дорога, и я бы ни за что не отказалась от моего святилища, предложи мне кто целый замок.

Я привела себя в порядок, полюбовалась корешками книг, которые перечитывала не раз, и долго стояла у зеркала. Ожоги сошли полностью, ничего не напоминало о встрече с элементалем, разве что память усердно рисовала картины минувшего.

Я очнулась от воспоминаний, когда в дверь постучали. За ней я не нашла никого, кроме конверта у порога. Как только я сломала печать, из конверта выпорхнула маленькая птица, созданная из ветряных нитей, она пролетела под потолком и уселась на одну из книг. Эйден умеет впечатлить…

«Надеюсь, ты помнишь о моем предложении. И я уверен, что увижу тебя в семь на самом верху лестницы. Удиви меня»

Я рассмеялась, бросая письмо на кровать. Птица серьёзно рассматривала меня, а потом растворилась.

Почему-то мне нравилась эта игра, и нравилась его уверенность в себе. Но я собиралась разрушить ее…

Алика появилась у моего порога ровно в шесть. Ее сияющая улыбка заставила меня поверить в сегодняшний вечер и его волшебство.

– Насчет платья… – я повернулась к ней, еще не успев посмотреть коробку.

– Что?

– Я не знала, что тебе понравится и…

– Не волнуйся, это первое платье в моей жизни, думаю, мне понравится любое.

– Если оно не подойдет, я обменяю его и…. – залепетала Алика, прижимая руки к груди.

– Нет, не стоит – я ободряюще ей улыбнулась, – уверена, оно замечательное.

Я ведь ничего не боялась, верно?

Эйден хотел, чтобы я удивила его? Так пусть пожалеет, что бросил мне вызов.

И как бы не выглядело это платье, я его надену, и будь что будет.

Глава 12

Когда дверь моей комнаты захлопнулась за нами, в моей голове это зазвенело будто раскат грома. Я определенно не хотела туда идти. В огромном зале соберется вся школа! Я не могу…Я сжала подол платья так, что оно вот-вот могло порваться. Я была не готова к такому шагу. После всего что случилось, как я могла там появиться? Может кто-то и считал меня героем, но ничего не забыто.

Алика, кажется, заметила, что я собираюсь вернуться назад и сжала мою руку.

– Ты должна быть там. И ты не сдашься, – она произнесла это очень серьезным голосом, отчего мне показалось, что рядом со мной вовсе не милый ангелок. Она посмотрела мне в глаза, и я почувствовала шевеление смелости где-то внутри.

– Ты больше не одна, – девушка улыбнулась, и мы медленно двинулись в сторону зала. Коридоры пустовали, и я была этому рада. Путь до зала показался мне бесконечной дорогой, я прокручивала в голове пути к побегу и аргументы, почему меня не должно быть там. Алика же было совершенно спокойна, будто балы это ее каждодневное развлечение. Часы на стене показывали без трех минут семь. Я почувствовала, будто вся кровь забурлила внутри, сердце вырывалось из груди, и я боялась его не удержать. Я ощутила себя зажатой в тесном коридоре, в котором на самом деле уместились бы три огромных слона. Последний раз я так боялась когда…

– Я не могу, – прошептала я, когда до зала осталось несколько шагов.

Божественница ничуть не удивилась моему упрямству и страху.

– Ты не одна, помнишь? К тому же тебя ждут…

Она права. Я закрыла глаза и досчитала до десяти. Вспомнила огненных зверушек.… Все будет хорошо. Мне нужно выдержать несколько часов. Я смогу…

Я расслышала тихую музыку, льющуюся из великолепного стеклянного зала, и больше ни что меня не останавливало. И когда часы на стене натикали ровно семь я стояла на самом верху лестницы, созерцая великолепие сегодняшнего вечера.

***

Как только я отправил ту записку, то понял, что совершил большую ошибку. Почему она должна была согласиться? И к тому же, Кристабель была единственной девушкой, с кем я мог бы продержаться на этом вечере несколько часов. Когда я увидел ее в первый раз, то решил что ей не место в этой академии. Не потому что все косо смотрели в ее сторону. И пусть она была всегда одна, это не делало ее слабой. Она никогда не отступала и всем демонстрировала свою силу, будь то занятия или разговор в коридоре. Именно ее смелость быть собой и смелость пользоваться своими возможностями делали её особенной.

Кто-то ненавидел ее, кто-то боялся, кто-то завидовал, а кто-то просто поддался слухам. Я не был тем, кто жалел ее, я совершенно точно знал, что она не нуждалась в этом. И я не хотел сближаться с мисс Эверс, я хотел убежать от своего наваждения.

Но все мои преграды рухнули, когда я поперхнулся пуншем, увидев её ровно в семь вечера, на самом верху лестницы…

***

Когда я смотрела на толпы учеников, мерцающих прекрасными нарядами и костюмами, проклинала глупую идею прийти сюда и надеть это платье. Кто бы мог подумать, что ангел Алика Роузен выберет ярко-огненный оттенок, дополненный широкой юбкой, открытыми плечами и очень глубоким декольте. Я чувствовала себя почти голой. Но видимо светлая решила, что мое первое появление на подобном празднике должно быть именно таким. Я быстро нашла у лестницы фигуру Эйдена и направилась к нему. Лекс заметил меня первым. Он был настоящим джентльменом в своем черном костюме, изумрудные глаза сверкали, он растянулся в довольной улыбке и поцеловал мою руку, отчего мне стало ужасно жарко.

– Теперь я жалею, что не был первым, кто пригласил тебя на бал, мы бы отлично смотрелись вместе, высокий красавец и жгучая…

– Только без подробностей, иначе у меня будет еще один повод сбежать, – я улыбнулась Лексу, отчего он расхохотался и похлопал по плечу приближающегося Эйдена, что-то шепнув ему на ухо.

– Я был уверен, что ты не придешь, – Холланд принял отстраненную позу, будто мы были незнакомы, протянул руку, и мне пришлось согласиться на танец.

– Я решила, что твое предложение мне подходит, – я задержала дыхание, когда Эйден резко прижал меня к себе, будто мы были не на балу, а на боевом задании, и он спасал меня от смертоносного оружия. Его крепкая рука обхватила мою талию, а другая мертвой хваткой сжала пальцы. Мне стало трудно дышать, а танец превратился в ловушку, из которой я не могла выбраться. Сейчас, когда мы были так близко, он показался мне еще выше, крепче, и притягательней. Мне нравилось его грозовое море, которое редко было спокойным, его способность меняться и непредсказуемость. Несколько дней назад он почти уговаривал меня пойти с ним, а сегодня сказал, что не ждал…

– Когда я предлагал сделку, я и не думал, что стану мишенью для всех парней в этом зале, – я вздрогнула, когда Эйден прошептал это, очень близко склонившись к моему лицу.

– Думаю, Шармин уже увидела нас, достаточно этого спектакля, – я высвободилась из цепких рук и направилась на свежий воздух. От Холланда меня бросало в жар, и это было пугающе приятное ощущение. Я должна была проветрить голову. Как только я прислонилась к дереву, и закрыла глаза, почувствовала себя свободной. Мне нужна передышка, я должна медленными шажками двигаться из той пропасти, в которой я оказалась.…Все должно быть постепенно…

– Белла…

Даже среди миллиона голосов я узнаю этот голос. Я знала, что Фабиан будет здесь, но и не надеялась на встречу. Наш последний разговор сделал мне больно, но еще больнее было то, что он не нашел в себе смелости снова заговорить со мной.…Каждый его шаг ко мне был молотком, который ломал всю боль к нему, и когда он оказался рядом, я сдалась. Он впился в мои губы, и я почувствовала освобождение.

– Прости меня, ненавижу себя за это, только не отталкивай меня, – впервые я видела его таким разбитым. Что же было между нами? Выгода? Привязанность? Страсть? Или любовь, которую мы оба скрывали? Мы целовались как сумасшедшие. Я скучала по нему, и только сейчас поняла насколько сильно. Он крепко прижал меня к себе, повторяя, как я нужна ему.

– Скажи, что я прощен, – он оторвался от меня, всматриваясь в глаза, а я была загипнотизирована голубизной его глаз.

– Да, – выдохнула я, широко улыбнувшись.

– Обещаю тебе, завтра мы обязательно увидимся. И я уже никуда тебя не отпущу, – в этот момент я была готова растаять. Если бы Эйден не придумал эту.… Тут я вспомнила, что бросила его, не выполнив наш уговор.

– Я буду ждать, но мне нужно возвращаться, – я поцеловала его, надеясь сохранить аромат Фабиана на всю ночь, и вернулась в замок.

Кажется никто из учеников и не думал покидать вечер, повсюду витала тихая музыка, пары кружились в такт, слышались разговоры и смех. Я нашла глазами Алику, которая смеялась над словами какого-то высокого блондина с её факультета. (Божественника везде узнаешь, от них разит за версту благородством и невинностью)

Шармин тоже было не сложно найти – рыжая надела изумрудное платье, и стояла в окружении своих поклонниц. Она ядовито улыбалась и сверкала глазами, поглядывая, куда-то в сторону. Проследив за её взглядом, я увидела Эйдена, который сложил руки в карманы брюк и притворялся, будто ему интересна болтовня двух девушек в бирюзовых платьях. Он каждый раз, когда они отворачивались, поглядывал на огромные часы на стене. Несложно догадаться, что Холланд был не в восторге от компании. Но я собиралась выполнить наш уговор. Я держу свое слово. Решительно направилась сквозь толпу, прямо к парню, он очень быстро заметил меня, наверно это ядовитый красный привлекает так много внимания, и расплылся в усмешке. Глазами он умолял меня, его спасти, но для этого я и шла.

– Извините, – я положила руку парню на плечо, медленно продвигая ее к щеке и волосам. Мне ужас как хотелось потрогать их. – Надеюсь, я вам не помешала? – я обернулась к девушкам, замечая их румянец на щеках, они неловко улыбнулись и испарились.

– Что за игру ты затеяла? – он сжал мою руку, отрывая от мягких волос.

– Я не выполнила свою часть, – я улыбнулась, гадая, что он сделает, подыграет, или оттолкнёт. Я чувствовала на себе взгляд изумрудных глаз Шармин, и безмолвно молила Эйдена о продолжении спектакля.

Серые глаза долго разглядывали мое лицо, а затем он ослабил хватку на моем запястье и поцеловал пальцы. Я расслабилась, радуясь, что он оказался, не так глуп, как я думала. Эйден склонился к моему уху, отчего я задрожала, и положил руку на плечо, большим пальцем гладя кожу. Я замерла, сама принимая роль зрителя неизвестного мне спектакля.

– Это опасная игра Кристабель. Будь осторожна, иначе она может превратиться в реальность, которая умеет больно ранить, – мне стало невыносимо холодно от этих слов. Я не до конца поняла их смысл, но почувствовала разочарование и злость, которым был объят Эйден. Этот вечер стал для меня непосильным грузом, и я ломалась. Холланд еще секунду сжимал мое плечо, а затем просто ушел. И я тоже поняла, что мне больше нечего здесь делать.

Я почувствовала себя одинокой, грязной.…

И мне было больно.

Даже радость от встречи с Фабианом затмевалась этими жестокими словами.

Глава 13

Когда я оказалась в своей комнате, даже раньше лечившие меня стены потеряли всю магию. Но когда я подняла глаза к окну, которое открывало прекрасный вид на закатное солнце, я стала задыхаться. Сова, с огненными перьями повисла в воздухе, будто из нее уже уходила вся жизнь.

Я осела на пол, закрывая лицо.…

Этого не могло случиться.…

Это невозможно…

Несколько лет назад, поместье Эверсов…

– Сюда, скорее, – Рахель забежала под ветви векового дерева, сжимая себя руками. Лил жуткий ливень, и мы как раз устроили соревнования по бегу с препятствиями. Рахель всегда выигрывала, хоть и была младше меня на четыре года. Я еле дышала, забегая под спасительный покров. Мы обе прижались друг другу, стуча зубами. Громыхал гром, плыли черные тучи и когда они сталкивались, нам казалось, будто там за облаками происходит страшный бой между рыцарем света и рыцарем тьмы. Сверкнула молния – рыцари сомкнули клинки, мерцая, они разбрасывали искры. Послышался раскат грома – рыцарь света нанес мощный удар своему противнику. Мы считали удары грома, они означали скорую победу света. Это было одним из наших любимых занятий.

– Скоро мы перестанем их считать, – сестра повернулась ко мне, и я поправила ее намокшую чёлку. Мы были совершенно противоположны и в тоже время будто близнецы. Я любила ее изумрудные глаза, любила расчесывать русые короткие волосы и вплетать туда цветы, любила, когда она смеялась над своей нескладностью…

Я не могла представить, что скоро нам придется расстаться. Я уеду в академию, а Рахель перейдет в новый класс. И мы будем видеться лишь на каникулах.

– Нет, этого не случится. Обещай, что каждый раз, когда будет лить дождь, ты будешь считать удары, а я глядя в свое окно буду считать свои. Мы сможем передавать сообщения друг другу.

– Это не то же самое… – угрюмо протянула Рахель, а затем растянулась в широкой улыбке. Она любила улыбаться, в отличие от меня. – Но, мне нравится твоя идея!

– Я хотела подождать, но думаю, лучшего момента и не придумаешь, – я порылась в своей маленькой дорожной сумочке и вынула из нее маленький кулон. Конечно, никакого кулона в сумочке не лежало, я просто переместила его из шкатулки в моей комнате. На тонкой цепочке блестела сова с огненным оперением, она мерцала, будто была сделана из искры. Рахель завизжала и бросилась мне на шею. Мы обе хохотали и улыбались. Она повесила кулон на шею, сжимая птицу.

– Это лучший подарок. Он волшебный, правда?

– Конечно, так мы сможем общаться. Эта сова может совершать перелеты и приносить весточки. И ты даже не почувствуешь разлуки. Обещаю.

Рахель долго молчала. А я знала, о чем она думала…

– Жаль, мне никогда не быть похожей на тебя. Магия, это так чудесно… – она восторженно вздохнула и сжала мою руку.

– Тебе и не нужно быть такой как я. Будь собой – вот самое большое волшебство…

***

Я сжала себя еще сильнее, боясь, что такие воспоминания разорвут на части мое сердце. Это было два года назад. А потом нам пришлось расстаться. Но мы выполнили свое обещание. Сова была нашим проводником, нитью, связывающей нас на разных концах земли. Так мне казалось, что я никогда не покидала дом.…Но сейчас, эта птица не принесла радостные вести. Что-то произошло, и я должна все выяснить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.