Екатерина Антонова
Ведьма: Рожденная заново. Книга 1

Глава 1

Ангелы и демоны суть одно и то же, взаимозаменяемые архетипы, разница лишь в полярности: ангел-хранитель, одолевший твоего врага в битве, побежденному видится демоном-разрушителем. © Д. Браун

Холодный звук сообщения на смартфоне разбудил меня посреди ночи. Кто бы знал, как лень было брать его в руки. Поднявшись на локтях, повертела головой туда-сюда. Воспоминания прошлого вечера постепенно всплывали в памяти, вызывая желание вновь забыть: одинокий вечер, просмотр не очень интересного фильма и бесконечное ожидание звонка когда-то любимого мужчины. На экране высветилось имя отправителя: Лёша Муратов

«Катюш, прости за то, что сегодня приехать не смог. На работе куча дел, вся эта бюрократия, закрываем дела. Может, к утру управлюсь. Я заглажу вину, обещаю. Не скучай. Завтра позвоню»

Вздохнула и закрыла сообщение. На протяжении последней пары лет наших отношений это стало нормой. Я жду – он не приезжает. Сон как рукой сняло, я встала и уныло поплелась к холодильнику. Вчерашний салат и тушеное мясо, которое очень любит Леша, вспотели под слоем пищевой пленки. Как там говорят: надежда умирает последней, да? Завтра с утра выброшу эту еду.

Что происходит при полном охлаждении в отношениях? Это как сейчас? Все-таки немного обидно. Налила в стакан прозрачной свежей воды из кувшина и, пока пила, пялилась в окно. Взгляд упал на пустынную улицу. В доме напротив, брате-близнеце моей многоэтажки, кое-где горел свет. Меня всегда завораживала осень: своим холодным, почти мертвым, великолепием, золотым покрывалом, нежно укутывающим умирающую зелень. Ночь прекрасна – лишь свет фонарей, редкие одинокие прохожие и пустота. Словно та, что зияла внутри меня.

Многоэтажка, в которой я жила, стояла у небольшой узкой двухполосной дороги, вдали от шума магистрали. Всматриваясь в окна дома напротив, размышляла о том, кто сейчас спит внутри. Может ли быть где-то там такой же одинокий человек? У которого есть все и одновременно нет ничего. Взгляд упал на крышу соседнего дома, и чуть не рухнула от удивления. На самом краю стоял молодой парень, а сзади, почти вплотную – другой человек. Что там происходит? Парень что, хочет прыгнуть? Я прикинула, успею ли что-то сделать. Но ноги предательски приклеились к полу.

Парень нервно переминался с ноги на ногу, в руках сжимая спортивную сумку. Второй крепко держал его за плечи и что-то нашептывал. Это показалось мне странным. Может, стоит позвонить в полицию? А если глючит? Может же спросонья всякое показаться? Пока раздумывала, вторая фигура с силой толкнула парня вниз. Я в ужасе закрыла рот ладонями, чтобы не закричать. Только теперь смогла рассмотреть второго человека. О Боже, я видела его! Это был ангел! Существо с огромными серыми крыльями внимательно следило за падающим человеком, затем его взгляд коснулся моего окна. Могу поклясться, что в тот момент он смотрел прямо на меня! Ангел раскрыл крылья, будто показывая свою мощь и взлетел, скрываясь в осенних облаках.

– Наверное, уже галлюцинирую, – пришла шальная мысль, и я несколько раз моргнула.

Тело парня так и осталось лежать на асфальте. Что же делать? Взяла телефон с намерением набрать номер полиции, но пальцы предательски дрожали и не слушались. Что им скажу? Что его толкнул ангел? Меня первым рейсом в психушку упрячут. Разозлилась на себя и стала ходить по кухне туда-сюда. Может, позвонить Леше? Нервно схватив телефон, я нажала на контакт. Гудки, затем сброс. Вот говнюк!

Кто-то оказался шустрее, и через минут двадцать к подъезду дома, где лежал самоубийца, подъехал наряд полиции. Тело накрыли черным пакетом, рядом появилась пара зевак, все с мобильными телефонами. Я закрыла шторы, не желая больше это видеть и пошла спать, предварительно закинув в рот пять таблеток валерьянки.

Утро встретило серым небом и моросящим дождем. Первым делом выглянула в окно, но подъезд напротив выглядел, как обычно. Ничего не напоминало о ночной трагедии. Задержав взгляд на крыше, с которой спрыгнул самоубийца, я судорожно стала глотать ртом воздух. Ведь такое не могло просто так показаться?

Достала еду из холодильника, выкинула в мусорное ведро и поставила вариться кофе, а затем залезла в душ. Прохладная вода потихоньку успокаивала, немного притупляя накатившую панику. Но крылатое создание не шло из головы. Нам всегда говорили, что ангелы – чистейшие и добрейшие существа, которые не могут нести зло. Но что я видела? Эти массивные, мощные крылья и пронзительный, полный ненависти, взгляд.

Надев чистое белье, свежий поглаженный брючный костюм, затянула волосы в пучок, слегка накрасилась и отправилась на работу. В офисе еще никого не было, и я незаметно прошмыгнула в кабинет. После повышения на прошлой неделе мне выделили скромную комнатку в самом конце усеянного дверьми офисного коридора, прямо напротив туалета. В то утро, как назло, было очень мало работы: пара звонков, несколько электронных писем и вялое совещание по итогам сентября. Все остальное время лишь глядела в небольшое окошко, пропускающее скудный белый свет. Еще выходя из автобуса утром, почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Буквально за несколько часов сомнения превратились в настоящий невроз. Леша не писал и не звонил.

Перед обедом в узкую дверную щель просунулась голова бывшей начальницы, а сейчас – директора коммерческого отдела, Елены Игоревны – красивой, успешной и очень самонадеянной особы средних лет.

– Пойдем есть, трудоголик, – сказала весело, – там сегодня твой любимый гуляш.

В столовой было людно, мы прошли мимо столика, за которым сидели девочки моего отдела. Я сдержанно поздоровалась и прошла дальше. Сзади послышался шепот и хихиканье.

– Не обращай внимания, – сказала мне босс, – зависть в нашем деле – это нормально. Ты выше их Катерина, умнее и находчивее. А они пусть дальше пьют чаи на работе.

Мы взяли по овощному салату и гуляшу, который так любим. Елена тут же набросилась на обед, мне же кусок не лез в горло.

– Чего не ешь? Совсем худая. Завидую я тебе, Катя, – сказала она, – весь жир в грудь уходит.

– Да бросьте. От нее проблем больше, – вяло отправила в рот дольку помидора.

И правда, я от своей груди получала больше негативных эмоций, нежели позитивных.

– Ну твой следак-то счастлив, – с коварной улыбкой произнесла начальница, – мужчины любят чтобы побольше, да помягче.

– Почему мы вообще об этом говорим? – аппетит совсем пропал, – может, обсудим что-то более нейтральное?

– А в чем дело? – не унималась босс, – у тебя с ним не ладится?

Не сказала бы, что мы с Еленой были особыми друзьями. Но я могла рассказать ей очень многое, не боясь осуждения. После наших разговоров становилось чуточку легче.

– Не то чтобы… не ладится, – начала я, – просто мы с ним, как бы выразиться, уже не те, что были десять лет назад.

– Знаешь, я как узнала, что вы уже десятку разменяли, сразу тебя зауважала. С одним мужиком, да так долго – это подвиг.

«Лишь удобство и привычка» – подумала я, но промолчала.

– Я не могла больше пары лет с одним быть. Только когда отца своей дочери встретила, решила все-таки попробовать остепениться. Но нагулялась всласть, если ты понимаешь, о чем я, – сказала она с улыбкой, – мой тебе совет, Катя – не хорони себя раньше времени.

На мой вопросительный взгляд она продолжила:

– Тебе двадцать семь, а ты выглядишь, как мудрая сорокалетняя женщина. Жизни-то не видишь, все работаешь. Нет, конечно, для компании это отлично, но… Катюша, я ведь тебе желаю добра. Оставь ты этого недотепу. Ты красивая и умная девушка. Да за тобой мужики моего круга будут стаями бегать.

– Ну, не знаю, – ответила я неуверенно, – не думала об этом. Глупо бросать человека, которого любишь только из-за того, что привык к нему.

– Ты серьезно думаешь, что любишь его? – улыбнулась Елена Игоревна.

***

По дороге в кабинет я думала над ее вопросом. Десять лет – серьезный срок. Могла ли и правда уже начать путать настоящее чувство с привычкой? Конечно, было обидно слышать подобное от другого человека. Однако это могло значить, что мои проблемы заметны даже невооруженным глазом. Войдя в кабинет, задержалась у зеркала. Оттуда смотрела осунувшаяся женщина лет за тридцать пять, с затянутыми в пучок волосами, в сером костюме, максимально скрывающем фигуру. Неужели это и правда я? В этот момент изнутри стала подниматься волна злости: на себя, на Лешу, на весь мир. Резко сорвала резинку и встряхнула головой. В глазах проявилась искорка.

Внезапно взгляд упал на рабочий стол. Перед уходом всегда скрупулёзно раскладывала все бумаги, задвигала кружку для кофе под монитор и складывала ручки в органайзер. Но что-то было не так. Обойдя вокруг, увидела, что часть документов лежат не так, как до этого. Графики продаж и закупок, которые я держала всегда под рукой для вечернего совещания, оказались на самом дне, а синяя и черная ручки точно не на своем месте. Переложив вещи правильно, крепко задумалась. Получается, что это либо паранойя, либо кто-то и правда рылся в кабинете.

Достав мобильный, набрала номер Леши. Наверняка будет недоволен, что отвлекаю его от защиты нашего общества. Гудки, затем сброс. Немного посмотрев на темный экран, мне стало не по себе. А вдруг кто-то или что-то и правда следит за мной? Внутренний голос возразил: «Арефьева, да кому ты нужна». Эти слова, как ни странно, успокоили и вселили уверенность, что я совершенно обычный человек, за которым следить не то, что не нужно, но и даже где-то скучно.

Однако к концу рабочего дня тревога усилилась. Еле досидела совещание и отправила Лёше сообщение с просьбой забрать меня с работы. Спустя несколько минут пришел сухой ответ: «Сегодня не могу. Возьми такси». Такси, значит? На пару секунд представила картину, как на меня нападает грабитель, убивает, а потом Муратова до конца жизни гложет чувство вины. Странно, но подобные фантазии может и ненормальны с точки зрения простого обывателя, но помогают унять злость.

От звонка на рабочий телефон аж подпрыгнула.

– Арефьева. Ты еще тут? – веселый голос начальницы звучал заговорщически, – сейчас же собирайся, мы едем на переговоры.

– Куда? – мои планы по мирному просмотру очередного плохого фильма рушились на глазах, – но я… у меня планы.

– Какие? – вздохнула босс, – поедание мороженого в одиночестве перед телевизором?

– Не смешно, – огрызнулась я.

– Катя, – серьезно сказала Елена Игоревна, – эти переговоры – не просто моя прихоть.

«Как же»

– Сегодня вечером мы будем выбивать себе очень жирный заказ у влиятельного клиента. Слышала про клуб «Venefica»?

– Нет.

– Неудивительно. Это элитное место, куда ходят важные люди. И закупка алкоголя для них – лакомый кусочек для любого поставщика. Понимаешь, к чему клоню? Если выбьем этот контракт, нас с тобой генеральный на руках носить будет и такую премию выпишет – закачаешься. Это шаг может быть ключевым в твоей карьере, особенно, если понравишься владельцу.

Она сводничеством решила заняться или это и правда важно для выживания компании?

– Как я понимаю, выбора все равно нет, – оставалось лишь вздохнуть, – только у меня даже платья нет.

– Заходи, я всегда держу запасное на такой случай.

***

Спустя полчаса мы уже мчались на машине мужа моего бывшего босса по ночным улицам столицы. Супруг Елены – статный мужчина средних лет по имени Михаил. Он вызывал ассоциацию со скалой: такой же основательный, монументальный, молчаливый. Говорил вообще редко, в основном по делу. Мы были знакомы с тех пора, как его жена стала моей начальницей три года назад. Тогда я только пришла в компанию. Порой даже казалось, что они видят во мне вторую дочь: приглашают на праздники, выходные и за город. Елена Игоревна с первого дня очень пеклась о моем будущем, поэтому, когда повысили ее, сразу же предложила мою кандидатуру на бывшее место.

– Зачем ты тащишь ее с нами? – спросил Михаил супругу, – сама не в состоянии провести переговоры? У человека, между прочим, рабочий день закончен.

– Ей полезно будет поприсутствовать в таком месте, как «Венефика», – начальница повернулась ко мне, – ничего не бойся и веди себя спокойно. Такие, как Каин Вуд любят уверенность. Будешь лепетать, он тебя размажет и нашему контракту конец.

– Ты ее как жертвенное мясо везешь? Лен, это даже не смешно. Ты продажник, у тебя колоссальный опыт… а ее бросаешь в самое пекло. Она и месяца не проработала на новой должности.

Она положила свою руку на его и слегка сжала. Я всегда завидовала их крепким, партнерским отношениям.

– Я лишь хочу, чтобы она обзавелась полезными знакомствами в этом бизнесе. А потому везу не мясо, а бомбу замедленного действия. Вуд думает, что я ему губастую красотку предоставлю, ан нет.

– С чего ты взяла, что ему это нужно? – отозвался мужчина, маневрируя в плотном потоке машин, – Вуд – это человек дела. Его сиськами не возьмешь.

– Любого мужика можно взять сиськами, – Елена снова повернулась и подмигнула мне, – а нас будет двое.

– Вы бы лучше за стратегию переговоров пеклись, – сказал Михаил, останавливая машину, – у него куча кандидатов, которые в очередь становятся, чтобы поставлять ему бухло. Вряд ли он вообще обратил бы внимание на вашу контору, если бы я ему не сказал.

– Ты мой герой, – сказала босс и смачно чмокнула мужа в щеку.

Страх преследования испарился, однако мандраж перед встречей с неизвестным богатым и требовательным клиентом не давал думать о чем-то другом. Слова босса не выходили из головы. Почему это я должна говорить с таким важным клиентом, как этот Вуд? Почему именно я? Я знала, что это шанс заявить о себе, который выпал, возможно, раз в жизни. Давай, Арефьева, соберись. Ты сможешь сделать это!

Клуб и правда оказался впечатляющим: расположенный в самом центре, в одном из бывших старинных домов на Садовом, который переоборудовали в модное заведение. Нас встретила улыбчивая и услужливая хостесс, взяла верхнюю одежду, затем провела внутрь. Мы спустились вниз по широкой, подсвеченной неоном лестнице и оказались в просторном помещении, где играла успокаивающая расслабляющая музыка. Горел тусклый свет, слева почти во всю длину стены расположилась барная стойка, за которой работал одетый с иголочки бармен.

По центру – сцена, сегодня темная и пустая. Она была достаточно большой, правда часть оборудования накрыли черной блестящей пленкой. Создавалось впечатление, что клуб готовится принимать каких-то известных исполнителей. Несмотря на внешнее спокойствие, в воздухе витал ажиотаж, чувствовался буквально кожей. Посетителей не было вообще, только персонал тихонько выполнял свою работу. Площадка перед сценой разделена на две большие зоны, очевидно, фан-зону и танцпол. Сверху – длинные балконы, скорее всего VIP ложи для почетных гостей. Я никогда не бывала на концертах, только слышала от знакомых, но это место вызывало желание посетить нечто подобное.

– Тихо тут сегодня, – сказала босс, осматриваясь вокруг.

– Кризис, – отозвался ее муж.

Михаил что-то сказал хостесс, и та удалилась, указав на квадратный столик, прижатый к стене под балконом. Довольно просторный с мягкими диванчиками в углу. Несмотря на удаленность от сцены, вид отсюда, наверняка, отличный.

«Сто процентов тут цены конские»

Елена утянула меня в уборную, где слегка подкрасила и дала последние наставления.

– Документы с собой? Те графики, что ты готовила на неделе?

Я согласно кивнула, пытаясь унять дрожь в коленях. Обычно все переговоры с моим участием проводила начальница, это был первый раз, когда я сама представляла отдел закупок. В голове мысли внезапно покрылись дымкой, сквозь которую ничерта видно не было. Вытащила толстую папку с исследованиями, информацией по рынку, графиками закупок и продаж. Стараясь думать лишь о результате, и не заметила, как щеки начали гореть.

– Умница, – сказала она, – постараюсь отвезти от тебя огонь, однако у него точно будут вопросы к закупочному процессу. Как я и говорила, будь с ним на равных. Поначалу может быть трудно, но уверена, что ты справишься.

– У нас все документы в порядке, – сказала я, пока она поправляла и разглаживала слегка мятое платье, – что может пойти не так?

– Насколько я слышала, Каин Вуд очень щепетилен в вопросах поставок. И еще, Катя, – серьезно сказала она, – Миша сказал, он совершенно свободен. Не говорю тебе сразу бросаться на амбразуру, но, если что, развлечься ты имеешь полное право

Не дав возразить, босс увлекла меня обратно в зал, где нас уже ожидал Михаил в компании с высоким мужчиной с повязкой на правом глазу. Они что-то увлеченно обсуждали. Судя по всему, это и был тот самый Вуд. Выглядел мужчина расслабленно, его руки покоились в карманах далеко не дешевых брюк, а на лице играла еле заметная улыбка.

– О, а вот и дамы! – сказал муж Елены с обезоруживающей улыбкой, – дамы, позвольте познакомить вас с хозяином этого чудесного клуба – Каином Вудом.

Мужчина в повязке ослепительно улыбнулся, однако эта улыбка вызвала у меня лишь прилив ужаса. Что с его глазом? Он по росту не уступал Михаилу, но был куда более приятно сложен. Вуд был объективно красив: широкие плечи, умернная мышечная масса, безупречный стиль в одежде. На губах играла улыбка, но взгляд его был холодным, отстраненным. Легкая щетина добавляла откровенной нескрываемой сексуальности.

– Елена, – сказал он мягким низким голосом, – очень рад познакомиться с супругой своего друга.

Женщина хищно улыбнулась, протягивая руку для поцелуя.

– Много слышала о вас, господин Вуд, – сказала она сдержанно.

Я много раз видела, как Елена Игоревна проводит деловые встречи. Если в жизни казалась мягкой, приятной женщиной, то в работе становилась «железной леди». Своим поведением она напоминала хищную птицу, способную своими острыми когтями сразить даже льва. Внезапно вспомнив ночной инцидент, почувствала как к горлу подкатил ком. Тем временем Михаил представил меня хозяину клуба:

– Начальник отдела закупок Арефьева Екатерина.

Каин Вуд аккуратно взял мою руку, но, коснувшись ее губами, тут же отшатнулся. Его взгляд буквально прирос ко мне, отчего все тело начало неметь, словно по нему пропустили разряд тока. Неприятное, навязчивое чувство, вызывающее желание бежать. Постаралась взять себя в руки под пронзительным взглядом и расправила плечи. Каин Вуд быстро сориентировался и снова надел маску радушного хозяина, но то, как он буквально пронзил меня взглядом единственного глаза, до сих пор ощущалось на поверхности кожи лёгким покалыванием. Мои коллеги будто этого не заметили.

– Поужинаете? – спросил непринужденным тоном.

– Если только выпить, – улыбнулась Елена, – Катя, ты голодная? Не видела, чтобы ты сегодня ужинала.

– Оторвала девочку от запланированного отдыха, а теперь строит заботливую начальницу, – буркнул Михаил, – поешь, Кать, она платит.

– Я плачу, – сказал Вуд, – всегда рад покормить красивую девушку.

Да он издевается!

Я отрицательно покачала головой. Желудок словно сжался до размера молекулы. Казалось, что эти люди с совершенно другой планеты. Боялась пошевелиться, лишь бы не привлекать лишнего внимания. Каин махнул рукой и к нам подошла миниатюрная девушка с пепельными волосами.

– Ева, принеси нам Гленфиддик из моего личного бара

– Да, господин, – сказала она и быстро ушла.

– Господин? – удивилась Елена Игоревна, – интересное обращение.

Вуд откинулся на мягкую спинку кожаного диванчика. Он изучал нас с боссом, словно товар на витрине и даже не скрывал этого, а Михаилу будто бы было все равно, что на его жену так плотоядно смотрит другой мужчина.

– Излишки воспитания. Итак, пока ждем, давайте поговорим о делах – сказал Вуд.

И снова его голос изменился, приобретя стальные, бескомпромиссные нотки. Поняла, что боюсь этого человека, но параллельно с этим, восхищаюсь им. Люди его типа всегда притягивают внимание, купаются в нем, наслаждаются своей властью над другими. Для них вести себя, как хочется – это самая естественная вещь на свете. Власть над людьми кроется в возможности не строить из себя человека определенной категории. Желая стать хоть чуточку похожей, я все равно чувствовала пропасть, разделяющую нас и от этого было горько.

– Катюш, отцепись от папки, – ласково сказал Михаил, – расслабься, господин Вуд не кусается

Босс ткнула меня под ребро.

– Ну, я думаю, вы в курсе, зачем мы приехали, – сказала она, – по некоторой информации ваш поставщик алкоголя вышел из дела.

– Быстро распространяются слухи, – сказал Вуд, – к сожалению, это правда. Сейчас мы активно ищем компанию, способную удовлетворить наши амбиции и требования.

– Будете устраивать тендер? – спросила Елена, – я слышала, вы сами предпочитаете заниматься отбором…

– Верно. Тендеры в России – это не совсем честный метод. Я работаю лишь с чистым товаром. Надеюсь, вы понимаете.

Их разговор напоминал мне битву льва с орлом. Орел, парящий в небе и готовый вцепиться в глаза жертве и вальяжный, но мощный лев. Было интересно наблюдать за тем, как они прощупывают друг друга перед тем, как начать атаковать. Тем временем Ева вернулась с подносом, на котором стояла бутылка виски неизвестной мне марки и четыре низких стакана с толстым дном. Затем она аккуратно разлила темный напиток и удалилась.

– Что же, – сказал Вуд, поднимая бокал, – как бы не прошли эти переговоры, хочу выпить за сильных женщин, которые сейчас присутствуют здесь.

Сделала пару небольших глотков и поставила бокал на стол. Остальные залпом выпили пряный напиток, Вуд разлил еще. По телу разлилось тепло, немного улучшилось настроение. Но с алкоголем я не дружила, поэтому не планировала осушать бокал до конца переговоров.

– Вы не пьете? – он обратился ко мне, – поверьте, выпившим гораздо проще решать важные вопросы.

Остальные прыснули. Я положила документы на колени и выдохнула. Платье, которое одолжила Елена, было по размеру, но чуть жало в груди и казалось чересчур коротким. Вуд терпеливо ждал моего ответа.

– Нет, во время рабочего процесса я предпочитаю оставаться трезвой, – сказала сухо.

– Тогда объясните мне, почему я должен выбрать ваше предложение из сотен других, – спросил Каин Вуд, осушая второй бокал.

Он обращался ко мне напрямую. Елена с мужем также ждали ответа.

– А вы предпочитаете вести дела только с теми, кто с вами пьет? – спросила я.

– Нет, не только.

Вуд выглядел, словно кот, объевшийся сметаны. Перегнулся через стол и, приблизив свое лицо к моему, тихо произнес:

– Еще с теми, кто со мной спит.

За нашим столиком повисла гробовая тишина. Михаил похлопал Каина по плечу, пытаясь разрядить обстановку.

– Ладно тебе, совсем девушку засмущал. Не горячись, давайте лучше все-таки вернемся к делу.

– Это твой шанс, Катька, – шепнула мне изрядно захмелевшая Елена, – хватай быка за рога.

Я ошалело взглянула на нее. Они с мужем явно были пьяны, Вуд же достал сигарету и прикуривал с довольным лицом. Судя по взгляду и четкости движений, он был абсолютно трезв.

– Думаю, что вас больше интересует честность и чистота поставщика, а не размер его груди, – сказала я, взяв себя в руки, – и то, и другое у нас есть.

– И третье, – сказал Вуд, нагло осматриваю мою грудь.

Это проверка такая? Тебе не взять меня живой, Каин Вуд. Злость придала решительности, я проигнорировала похабное замечание и продолжила:

– За этим к кому-нибудь другому обратитесь. Итак, мы можем дать вам наиболее выгодные условия, потому как не связаны обязательствами…

Я говорила и говорила, голос мой стал громче, увереннее. Показала ему отобранные мной накануне цифры и графики. На них Вуд взглянул бегло. Моя начальница довольно улыбалась. Когда закончила, то собрала бумаги со стола обратно в папку и уложила в сумку.

– Думаю, что теперь вы сможете принять решение. Если будут вопросы, обратитесь в наш секретариат.

Затем встала из-за стола, развернулась и направилась к выходу. Меня душила обида и горечь. Зачем она привела меня сюда? Этот наглый, высокомерный мужлан откровенно смеялся надо мной. Душу скребло мерзкое чувство. Хостесс с той же фальшивой улыбкой вернула пальто. Когда вышла, свежий вечерний воздух немного унял раздражительность. Я достала мобильник, чтобы вызвать такси, но меня догнал Каин Вуд.

– Вы не созданы для этой работы, – сказал он, снова прикуривая, – будете?

– Не курю, спасибо, – сухо ответила я, – и почему же не создана?

– Вы хороший человек, – слова Вуда словно обухом меня по голове треснули, – а хорошим людям в коммерции нет места.

Я разозлилась.

– Простите, но вы меня не знаете.

– Я знаю, что вам с этими людьми некомфортно, – сказал мужчина, – я знаю, что вы видите их всех насквозь. И я знаю, что вы покинули переговоры, пока клиент еще не сказал последнее слово.

– Зато я сказала, – ощетинилась я.

Он засмеялся.

– Вот именно, Екатерина. А слово клиента всегда должно быть последним. Как бы я вас не задел, не обидел, вы всегда должны попытаться продать мне свой товар. Любой бы на моем месте просто отказался работать с вами.

Я молчала, понимая, что в его словах есть правда. Поддавшись нахлынувшим эмоциям, упустила свой шанс. Вуд стоял рядом и смотрел в небо, размышляя о чем-то. Я же просто глядела на асфальт под ногами. Что сказать? Извиниться? Просить второй шанс? Вспоминая его наглые взгляды и похабные фразы, снова вскипела.

– Если ждете извинений, то не дождетесь, – сказала я, – пусть меня уволят, но терпеть унижения не буду.

– Вот поэтому вы не подходите для этой работы. У вас тонкая шкура, вы все принимаете близко к сердцу. Нужно понимать, что переговоры – это не только грамотно изложенные факты и преимущества сотрудничества. Это в первую очередь – впечатление. Нужно улыбаться неприятному типу вроде меня, иногда нужно промолчать и на похабную шутку просто похихикать. Вы щенок, Екатерина. Щенок с амбициями волка.

Мужчина достал из кармана пиджака визитку и протянул ее мне.

– И я бы хотел увидеть, сможете ли вы отрастить зубы и когти.

Глава 2

Золотое покрывало осени с любовью окутывало небольшую разрушенную деревянную церковь. Снаружи она выглядела безжизненной, забытой и спрятанной от цивилизации. Шестеро волхвов, оставшихся в живых после Пробуждения тихонько коротали вечера внутри. Пока там было безопасно, а затем они планировали найти новое убежище. Самый старший, Ратибор, крепкий мужчина на вид лет сорока, жилистый, с темными глазами и черной густой бородой, ходил взад-вперед по скрипящему деревянному полу. Чуть поодаль, в тени от упавшей гнилой балки, расположился молодой Александр: крепкий молодой мужчина с почти пепельными волосами сидел на прогнившем алтаре, уткнувшись в экран смартфона. В другой стороне церкви знахарка по имени Радога, старушка с добрыми синими глазами, худощавая и сухая, внимательно рассматривала облупленную желтую краску церковной стены.

Ратибор прошелся еще раз и застыл. Больше тысячи лет прошло с тех пор, как они уснули. Боги поместили их в Навь, мир тени и смерти, словно законсервировав на многие столетия. И вот, они проснулись. После Пробуждения волхвам пришлось несладко. Хоть цифровой век и давал неограниченные возможности, им так и не удалось составить хоть какую-то конкуренцию официальной церкви. Славянское язычество доживало последние дни, а им приходилось лишь наблюдать за этим, не в силах ничего изменить.

– Теперь мы вне закона, – сказал верховный волхв и смачно плюнул на пол, – будь проклят патриарх и его последователи.

– Вроде бы время мирное, – прошелестела Радога, – но война за умы ведется беспощадная. И в этой войне мы проигрываем, даже не вступив в схватку.

Александр угрюмо взглянул на Радогу и вздохнул:

– Такими темпами мы ничего не изменим. У них есть все: власть, деньги, влияние. Мы же прячемся по помойкам, как крысы. Люди не верят, отвергают нас. Против и законы, и общество. Нужно как-то защитить тех, кто все-таки доверился и пошел за нами.

– Их считают не более, чем шутами, – сказал верховный волхв, – они в безопасности, пока их не признали угрозой.

– Я слышал кое-что в Нави, – прогремел высокий рыжий богатырь Веслав, сверкнув глазами и привлекая всеобщее внимание, – будто бы в Явь была послана ведьма.

Ратибор ошеломленно взглянул на своего соратника:

– Последняя ведьма родилась еще до крещения. Не думаю, что боги стали бы рисковать и посылать ее в это смутное время, подвергая опасности уже при рождении.

Веслав с грохотом уселся на деревянный помост, стряхивая с него гнилые листья, а затем с хищной улыбкой стал озираться.

– А эта не простая ведьма-то, братцы, – он продолжал озираться, – духи леса твердят о рождении особенной ведьмы. Темной, опасной.

– Особенное время – особенная ведьма, – тихо сказала Радога, не оборачиваясь.

– Духи никогда не врут, – констатировал рыжий.

– Она должна быть в безопасности, если не знает о своих способностях, – сказал Александр, – но как понять – темная? Чьей силой наделена?

Впервые за долгое время все волхвы оживились. Ратибор не мог поверить в то, что услышал. Рождение ведьмы всегда было событием. Раз в поколение рождалась особая девочка, которая носила знак одного из богов, наделенная особым даром. Но после крещения боги уже не посылали знамений, не наделяли девушек силой и благословлением. А женщины с тех пор стали считаться грязными и порочными.

– Если духи говорят, – сказал Ратибор, – то мы должны следовать их воле.

Он обращался к самому молодому среди них, а потому – наиболее адаптивному и продвинутому.

– Возьми своего шамана в помощь, найдите девочку и спрячьте. Мы обучим ее всему, что нужно знать

– Хорошо, – сказал белокурый волхв, – но что это изменит?

– Это изменит все, – сказал старший волхв, – увидев ее силу, простой люд вспомнит свои корни и отвергнет чуждое.

Александр лишь вздохнул. Идеализм Ратибора, конечно, не давал им пасть духом, но все же на некоторые вещи нужно смотреть реалистично.

– Есть еще кое-что, – сказал Веслав уже не так радостно, – души перестали попадать в Навь после смерти. Нет их нигде. Что-то чуждое проникает во все миры, созданные Родом.

– Есеня знает? – спросил Ратибор.

Александр не выдержал:

– Она вместе с изгнанником. Думаешь, ему нужно знать о проблемах в Нави?

– Она хорошая девочка, – вмешалась Радога, – и не принимает ничью сторону. Она общается с мертвыми и передает их волю, не более.

– Твоя сестрица тоже с ним. И что, нам теперь смотреть на тебя косо? – спросил Святогор, один из ярых последователей старшего волхва.

Александр вскочил и подошел к нему, сжимая кулаки.

– Не впутывай в это мою сестру, – сказал он злобно, – а то пожалеешь.

Ратибор встал между ними.

– Алекс, у тебя есть дело. Не откладывай. Святогор, прекрати его задирать. Их с сестрой отношения – не твоего ума дело.

Разъяренный Александр вышел из церкви.

Остальные, увлекшись разговором, не увидели тень, что скользнула через старую дверь вслед за ним. Пока Алекс заводил машину, она притаилась, сливаясь с окружением. За белокурым волхвом наблюдала пара синих глаз. Когда он скрылся за поворотом, синеглазая девушка, поразительно похожая на него, проскользнула через крыльцо к ближайшему бурьяну. Дойдя до машины, она скинула плащ и швырнула в багажник. Темнело.

***

Примерно за час добравшись до большой высотки в элитном районе, худощавая девушка с синими глазами въехала на подземную парковку. Вокруг почти никого не было, поэтому она без проблем поставила машину и поднялась на лифте в одну из квартир. Внутри стоял полумрак, на пустом рабочем столе горел светильник, освещая разбросанные бумаги и папки. Напротив окна спиной к двери стоял мужчина.

Когда-то он тоже состоял в Совете, однако после ссоры с Ратибором покинул его. Со временем его сила стала таять, пока не пропала вовсе. Однако изгнанный волхв приобрел кое-что другое, гораздо больше ценившееся в нашем мире: деньги и власть. Он решил держаться на самом виду, чтобы его меньше замечали и открыл элитный ночной клуб под названием «Venefica». Вслед за изгнанником из Совета также вышел его ближайший соратник, колдун по имени Мухорт и убийца Ева. Именно она следила тем вечером за встречей волхвов. Девушка почтительно поклонилась своему господину.

– Что ты узнала? – ровным тоном спросил мужчина, наливая стакан виски.

– Господин, новость неоднозначная, – сказала синеглазая, – они говорят, что родилась ведьма.

На ровном, ничего не выражавшем лице появилась смесь удовольствия и коварства. Он был умен и крайне хитер. Используя эти качества, изгнанник быстро сколотил приличное состояние. Благодаря природной харизме и коварству, он стал вхож в высшие круги власти. Они не задавали вопросы ему, а он хранил их темные тайны.

– Итак, ведьма, – сказал он, садясь за стол, – кто она?

– Никто не знает, господин, – сказала девушка, – они отправили моего брата, чтобы он ее нашел

– Зацепки?

Изгнанник словно выплевывал фразы, безэмоционально и сухо. Внутри этого расчетливого человека родился план.

– Да куда там, – сказала она, – зачем я вообще этим занимаюсь?

– Твой брат тоже был там? – мужчина пронзительно глянул на девушку.

– Да. Ему поручили найти ведьму – сказала Ева, – какое это имеет отношение к делу?

– Самое прямое, – сказал он, – я сниму тебя с этой задачи.

– Из-за Алекса? – вспыхнула девушка, – со мной все в порядке. Наши с ним… отношения не мешали мне прежде и не помешают сейчас.

– Ладно, – сказал изгнанник, – мы должны найти ее раньше волхвов. Приведи мне ведьму, у меня на нее свои планы.

Глава 3

Выехав на дорогу, Александр пытался успокоиться. Его сестра постоянно была предметом пересуда среди Совета, что бесило до скрежета зубов. Они с Ярой не виделись уже достаточно давно. После Пробуждения оба были членами Совета, но, когда изгнанник вышел из него, следом ушла и сестра Александра, поменяв не только окружение, но и имя. Она умоляла брата пойти за ней, но Алекс не мог принять мировоззрение Каина Вуда. Методы темного волхва явно не соответствовали заветам богов. И он никак не мог это игнорировать.

Их отношения с сестрой были очень крепкими, все-таки близнецы, однако разрыв произошел именно на почве различного восприятия мира. Она так и не смогла смириться с новым порядком, мечтая с помощью власти и денег Вуда избавиться от тех, кого считала виноватыми в смерти их родителей. А Александр смог пережить ту трагедию, нашел новый смысл жить дальше. Вот такой парадокс. Проехав вокруг церкви, он заметил выезжающую оттуда же небольшую машинку. Догадка оказалась верна: это была его сестра. Значит, Вуд спустя час будет в курсе появления ведьмы и того, что он, Алекс, будет ее искать. Ладно, с этим еще предстоит разобраться.

Добравшись до избушки своего хорошего друга, а по совместительству старого шамана по имени Чуку, Александр поставил автомобиль в гараж и прошел в дом. Как и всегда, старый якут хлопотал у плиты, то и дело выглядывая в окно.

– Что там, Чуку? – спросил волхв, проходя в просторную кухню, в которой приятно пахло чем-то терпким и пряным.

– Анька твоя обещала после работы сразу ко мне, а ее все нет.

– Оставь ее в покое, – сказал Алекс, отправляя в рот большой кусок сыра со стола, – она молодая девушка, тем более рабочий день еще не закончен. Она благое дело делает.

– Какое благое? Она состоит в Славянском братстве, у нее есть обязанности. Кому, как тебе не знать об этом? – шаман ехидно прищурился, – в твоем-то положении.

– Что не так с моим положением?

– У тебя даже дома своего нет, Алекс. А мир таков, что каждому нужен дом. Ты не думал, что боги сохранили вас не для бессмысленных сражений с ветряными мельницами?

– Чуку, прекрати, – раздраженно сказал волхв, – для чего же они нас пробудили?

– Для будущего, – сказал якут, вдыхая аромат из-за под крышки большого глиняного горшка, – чтобы вы просто жили. Время позволяет вам дышать свободно и нести в себе их слово. Ну так живите. А вы все в партизанов играете…

– Говорят, что появилась ведьма.

Старый шаман снял крышку с горшка и стал помешивать ароматную похлебку большой деревянной ложкой. Его взгляд затуманился, словно он провалился в воспоминания. Затем Чуку, кряхтя, взял чан с едой и отправил в печь, после чего достал овощи, петрушку, базилик и принялся нарезать их. Алекс же сел за кухонный стол из орешника, который Чуку смастерил сам, в ожидании, пока тот поймет смысл сказанной фразы.

– Ничего не скажешь? – спросил Александр.

– А что сказать. Бедняжка, – выдохнул шаман, – прошлая ведьма погибла страшной смертью. Эта первая с тех самых… страшных времен.

– Я найду ее, – сказал волхв, – найду и приведу Совету.

– Какой в этом смысл? Живет девочка, ничего не подозревая, и тут ты… не надо, Алекс, – шаман уложил нарезанные овощи и травы в большую миску и накрыл крышкой.

Чуку говорил так, словно ему было все равно, но Александр прекрасно знал старого шамана. Он больше других ощущал перемены, которые начинали происходить в мире духов. Чуку слушал ветер, разговаривал с огнем, заклинал воду и чтил землю. Его уважали в Совете, однако позиция старого якута расходилась с приоритетами Ратибора. Неоднократно Чуку старался донести свою позицию, однако верховный волхв никогда никого не слушал.

– Я должен хотя бы узнать, кто она, – парировал Алекс, – если вдруг ее сила пробудится, ее убьют.

– И как ты планируешь искать ведьму? Это ведь практически невозможно.

– Веслав сказал, что ему поведали духи. Из Нави. Мне нужна твоя помощь, Чуку

Шаман молча достал две глиняных тарелки и снова запричитал:

– Вот приедет и ничего ей не достанется. Гулена, ишь ты

Затем он разлил ароматную похлебку и протянул волхву. Ели они молча. На просьбу Александра шаман так и не ответил. Но волхв знал, что тот размышляет над сказанным. До вечера они занимались бытовыми делами. Волхв рубил дрова, Чуку занимался огородом и уборкой.

Когда солнце уже заходило, шаман и волхв сидели вдвоем на крыльце. Спустя какое-то время подъехала новенькая Шевроле и из нее выскочила Аня – молодая девушка, недавно вступившая в Братство. Она была бойкой, активной. Чуку постоянно попрекал ее излишней подвижностью.

– Не прошло и года, – буркнул шаман, – явилась.

– И тебе привет, дедушка Чуку, – сказала она, – о, и сенсей тут.

Алекс поморщился.

– Хватит меня так называть, – сказал он.

– А что?

Она бросила сумку в прихожую и присоединилась к мужчинам. Аня значила для Александра гораздо больше, чем он сам мог представить. Всякий раз, когда она приходила, он буквально физически ощущал исходивший из нее свет. Эта девушка еще не была опорочена и испорчена жизнью, в ее глазах читалась почти детская наивность. Она верила в хорошее и заражала этой верой всех вокруг.

– Я тут кое-что слышала на днях, – сказала она, – не знаю, стоит ли обращать внимание, но…

Алекс вопросительно глянул на Аню.

– Моя знакомая, стажер-патологоанатом, сейчас санитаркой в морге нашем работает. Так вот, на днях я заметила, что она стала уж больно часто задерживаться и вот, когда мы с ней обедали, я подошла и…

– Аня, – Алекс старался быть максимально тактичным, – к делу, пожалуйста.

Девушка окатила его ледяным взглядом и продолжила:

– Я напрямую спросила, с чего она так часто остается сверхурочно. Оказывается, к ним в последние пару месяцев постоянно поступают самоубийцы.

Александр напрягся, Чуку слегка присвистнул.

– Она сказала, что мест в морге уже нет. Ежедневно пару тел точно привозят. Причем почти все молодые, моложе двадцати. А полиция ими не занимается, ну самоубийцы и самоубийцы, хотя такое количество кого угодно вгонит в ступор.

– Странно, – выдохнул волхв, но девушка продолжила:

– Но тут еще пришла беда, откуда не ждали. Два дня назад пропали три тела. Все так всполошились, ужас просто. А все потому, что среди них была одна девочка – дочка одного из московских чиновников. Ей было всего тринадцать. Вот тут-то наши доблестные полицаи стали рыть носом землю. А на остальных плевать.

– Самоубийство вряд ли будут расследовать. Но почему тебя это так взволновало? – спросил белый волхв.

Александр знал, что девушка переживает, принимает любую несправедливость близко к сердцу.

– Алекс, они же люди! – воскликнула Аня, – вне зависимости от статуса и достатка. А люди любят жизнь. Ну не может просто так тринадцатилетняя девочка покончить с собой.

Шаман вздохнул и, кряхтя, поднялся.

– Холодает. Пойдемте в дом. Сделаю нам всем чай.

– Не все люди любят жизнь, Аня, – сказал волхв, – далеко не все.

***

Вдруг Алекс понял, что продрог до нитки. Горячий чай с травами от Чуку – это средство от любых недугов, душевных и физических. Закрывая за собой дверь, волхв в порыве осеннего ветра четко расслышал слова: «найди ее». Давненько они с ним не говорили.

Шаман усадил девушку и Александра на деревянные стулья, покрытые накидками, сшитыми им из кроличьего меха. Чуку слегка прикрыл шторы, чтобы яркий свет заката не слепил глаза. Затем он заварил свой фирменный чай. Вдыхая яркий и терпкий аромат, волхв подумал, что неплохо бы получить ответ на свой вопрос.

– Чуку, что насчет поиска ведьмы?

– Ведьмы?! – вскричала Аня, – какой ведьмы, сенсей?

Алекс снова сморщился. Его раздражали эти англицизмы и прочие заимствования. Он вкратце описал ситуацию, и девушка с видом опытного сыщика села раздумывать над проблемой.

– А когда она появилась? Каким образом? Сколько ей лет? Где живет?

Вопросы нескончаемым потоком сыпались на Александра. Один вызывал другой, провоцируя третий и приводя к появлению следующего. Порой Аня его изрядно утомляла, но в заданных вопросах крылась горькая правда. Ведь он и правда ничего не знает о ведьме. Алекс взглянул на шамана, мирно жующего свежую мягкую булочку.

– Чуку, что мы вообще можем сделать?

– Не знаю, – сказал шаман, – это очень трудная задача. Я поиском не занимался уже давно. Если она крещеная, то ничего не почувствую. А если крест носит постоянно, то ведического следа не будет. Духи таких людей не видят.

Все трое задумались. Александр понимал, на что намекает шаман. Ведическим следом старик называл духовную силу. У ведьмы она должна быть особенно яркой, но, как и сказал Чуку, проведенные в детстве христианские ритуалы скорее всего гасят в ней все способности.

– Загляни в Навь, может там что отыщется, – сказал волхв.

– Ты сейчас пошутил? – в гневе спросил шаман, – я шаман и мое предназначение – славить жизнь. Я больше не буду обращаться к темной магии.

Чуку знал, о чем говорил. Навь – это темное место, аналог нашего мира, населенный умершими душами. Вход туда был разрешен только обученным искусству мертвых волхвам, темным шаманам, некромантам, которых уже было не отыскать. Когда-то в Совете был один волхв, способный заглянуть за завесу, но он покинул мир света и теперь обитал во тьме – изгнанник Каин Вуд.

– Я могу попробовать, – сказал Александр, – только проведи ритуал.

– Алекс, не надо, – испуганно проговорила Аня, – я читала об этом. Это очень опасная магия.

– Соглашусь с егозой, – сказал Чуку, – если даже тебе удастся пробраться в Серую Навь, то, что ты там увидишь может лишить тебя рассудка. И это в лучшем случае. В худшем ты не вернешься или притащишь с собой что-то, что потом не изгонишь обратно.

– У нас нет выбора, – сказал волхв, – отправляй меня туда.

Подготовка заняла не больше часа. Все ингредиенты у шамана были в погребе: засушенные травы, немного волчьей крови для требы и шаманские инструменты: бубен, варган и зеркало Толи. Вкратце объяснив суть процесса, он надел ритуальную одежду, взял барабан и стал отбивать четкий ритм. Александр же снял вещи и сел на колени в круг, выложенный травами. Следуя указаниям шамана, волхв закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на ощущениях. Аня тем временем подожгла благовония и стала окуривать комнату. Стоял полный мрак и тишина, прерывающаяся лишь размеренными ударами барабана.

Волхв ждал. Постепенно его окутывала полнейшая пустота, звук инструмента удалялся, пока совсем не пропал. Холод, проникающий в самую суть Алекса, вывел его из транса. Волхв огляделся, вокруг стояла серая мгла. Он поднялся. Ни шамана, ни девушки нигде не было. Что-то смотрело из тумана, повсюду скрывались сотни невидимых, но голодных глаз. Он услышал пение, напоминающее голос матери. В последний раз Алекс слышал его, будучи ребенком. Нежный, полный заботы, женский голос манил волхва вперед. Однако оберег на запястье, выжженный самим Стрибогом, заставил Александра остановиться. Он взглянул на руку и остолбенел: вены приобрели черно-синий оттенок, вздулись и постепенно ползи по руке вверх. Что-то большое бестелесное пролетело прямо над головой.

Но Александр не боялся того, что происходило. Серая Навь была не только миром покоя для умерших, но и тюрьмой для агрессивных, опасных существ. Они постоянно пытались прорваться в мир живых, но прочные оковы Мары удерживали их. Волхв был защищен, он сам по сути являлся оберегом. Поэтому духи могли лишь воздействовать на сознание, а не нанести прямой вред. Еще одна темная, злая сущность пролетела совсем близко и словно шлейфом, обдала Алекса могильных холодом. Он поёжился и стал осматриваться. Боль в руке усилилась, он увидел, что почти вся рука покрылась черной хворью. Значит, нужно поторопиться. Закрыв глаза, волхв глубоко вдохнул, игнорируя боль и затаившийся страх, который постепенно выползал, словно мерзкое насекомое. Он пытался увидеть путь к ведьме. Если у нее есть сила, значит, она связана с миром мертвых. Иначе не могло быть.

Впереди замаячил слабый огонек. Вот оно! Мужчина двинулся вперед, несмотря на то, что его ноги вязли в тенях, словно в болоте. Каждый шаг давался тяжело, приходилось преодолевать постоянное сопротивление, но он знал, что так нужно. Нужно идти, нужно найти ее, нужно спасти. И вот, окончательно укрепившись в намерении победить тьму и выжить, волхв заметил, что идти стало легче. Тени уползали, будто змеи, роясь и скалясь на мужчину. Спустя какое-то время он увидел очерченные границы перехода. Александр вышел на светлую поляну, освещаемую белой луной. Взглянув на руки, волхв удовлетворенно вздохнул – морок пропал. Оберег молчал.

– Спасибо, – прошептал он и направился дальше.

Серая Навь явила ему свою светлую сторону, в которой покоятся мертвые души. В самом сердце поляны, покосившись, стоял идол, огромный и молчаливый. Алекс почувствовал страшную тоску в сердце. Давным-давно, когда они с сестрой были маленькими, их отец помогал возводить большой лик Стрибога в их деревне. Именно он открыл в маленьком волхве не дюжую духовную мощь. Теперь все было уничтожено. Лишь в мире мертвых по-прежнему стоял могучий деревянный лик, охраняя покой тех, кто никогда не увидит, что стало с их родной землей. Внутри волхва закипела злость, ярость, и старое, давно забытое, желание отомстить. Вокруг начала сгущаться тьма. Оберег снова напомнил о себе.

– Ну уж нет! – крикнул волхв и одной мыслью рассеял видение.

Откуда в этой части мира мертвых появилось зло? Неприятное чувство защемило в груди. Тьма Нави постоянно пыталась проникнуть в сознание Александра, лишить его уверенности, напомнить о самых страшных моментах прошлого. Он медленно подошел к лику и тут же отшатнулся.

– Чернобог, – произнес волхв, – но почему? Здесь?

Ответом ему была лишь тишина. Нормально ли, что в Нави так пусто? Он не знал ответа. Внезапно мужчина ясно услышал в сознании скрипучий, тяжелый голос. Его пронзила боль, и Алекс рухнул на колени, схватившись за голову. Эта сила была гораздо более мощной, чем те жалкие потуги, с которыми до этого его пытались одолеть низшие духи. Однако вместе с болью, он увидел Слово. Лик дал волхву знание, которое тот искал, а затем выдворил его из Нави.

Аня сидела на бездыханном теле Александра и со всей силы лупила по щекам. Когда тот очнулся, его лицо горело, но параллельно он испытывал страшный холод. Чуку всплеснул руками и побежал за покрывалом.

– Ты жив, сенсей! – девушка обняла его.

Волхв тут же понял, что все еще совершенно голый и деликатно попросил ее отвернуться.

– Помойся, от тебя разит смертью, – сказал шаман, вошедший с теплым покрывалом в сморщенных руках, – это тебя согреет. А еще вот, выпей.

В руках Чуку оказалась небольшая бутылка с зеленоватой жидкостью, и рюмка. Горькая настойка обожгла горло, но постепенно холод и озноб отступили. Волхв не мог не думать об увиденном в мире мертвых. Знание, которое даровал ему лик Чернобога, было невозможно описать словами. Остальные знали это и не приставали с расспросами.

– Я должен идти, – сказал мужчина и взял вещи, – спасибо, Чуку.

Шаман не стал возражать или удерживать его. Одеваясь, Александр заметил, что рядом с оберегом его вена вздулась и почернела. Но дискомфорта он не испытывал. Чуку заметил замешательство на лице волхва.

– Метка Нави, – сказал он, – теперь она навсегда с тобой. Ты увидел, то, что было нужно?

– Да, – уверенно произнес Александр, – я знаю, где ведьма.

Глава 4

По дороге домой я много думала. Вуд любезно посадил меня в такси, затем отправился обратно в клуб. Этот образ, который мужчина создал при личном общении, совершенно не бился с тем, что я видела во время переговоров. Его слова больно ударили по самооценке. Держа сумку на коленях, крутила в руках визитку, которую он мне дал. На глаза навернулись слезы обиды, раздражения, разочарования в самой себе. На что я вообще гожусь? Да ни на что!

Попросила таксиста остановиться, захотелось прогуляться и подумать. Легкий хмель немного притуплял горечь поражения. Осенний ветерок был все еще теплым, приятно обдувая лицо. Cделала шагов пять и остановилась, просто наслаждаясь моментом. Некуда спешить. Я направилась по узкой дорожке в сторону дома. Идти было не более пяти минут. Слева по магистрали мчались машины, а справа скромно расположилось старенькое районное кладбище. На нем давно никого не хоронили и сохранили, пожалуй, только для истории. Проходя мимо входа, я увидела крысу, которая сидела на помойке и мирно грызла выкинутый кем-то кусочек морковки.

Взгляд упал на старое кладбище. Я стояла рядом с расшатанными старыми ржавыми воротами и покосившейся деревянной сторожевой будкой. Краска на стенах облупилась, одно окно было разбито. Когда-то там работал угрюмый старый сторож, но теперь маленькая каморка пустовала. Внезапно послышался детский плач. Осмотревшись и оценив, что он исходит из глубины кладбища, я, не думая, побежала спасать ребенка. Похоже, что плакала маленькая девочка. Может, потерялась? В тот момент даже не задумалась, какой к черту ребенок может рыдать в пятницу в десять вечера в центре кладбища?

Я бежала на плач, не понимая, зачем. Гул машин стремительно отдалялся, превращаясь в сплошную бесформенную какофонию. Но внезапно все затихло. Расстегнула пальто, вытерла мокрый лоб салфеткой и бросила ее в ближайшее мусорное ведро. Чтобы отдышаться, мне потребовалось пара минут. Вокруг возвышались кресты, оградки и причудливые памятники. Кладбище было совсем старым, возможно даже дореволюционным. Его историю я не знала. В момент, когда тишина стала совсем оглушительной, я с ужасом обнаружила, что потерялась. Ребенок больше не плакал, гул машин также остался далеко позади, а вокруг лишь ветер слегка покачивал ветви старых деревьев.

«Что ж, пьяная ты клуша, глюки словила, теперь пора домой» – сказала самой себе и стала осматриваться.

Вздохнув, уже было определила примерное расположение выхода, как вдруг заметила за деревьями необычное строение. Может, местная церковь? Продираясь сквозь ветки, знатно испачкала светлое пальто, порвала колготки, расцарапала колени и дважды чуть не потеряла сумку. Вокруг все начало меняться. Ограды и могилы пропали, деревья расступились, и я вышла на поляну. Серая мгла пеленала ее, словно укутывая и защищая. Вокруг возвышался черный лес. Что это за место? Я же только что была в городе? В панике ноги словно приросли к мокрой земле, в которую предательски провалились тонкие каблуки. Увидела огромный лик, стоящий в самом центре, на земляном возвышении, густо освещаемый лунным светом. Высокий, искусно вырезанный из дерева, с длинной бородой и тяжелыми веками, закрывающими глаза, он будто спал.

Внезапно я почувствовала жжение в области груди. Невольно поморщилась и дотронулась до золотого крестика, подаренного на совершеннолетие отчимом. Украшение раскалилось и жгло кожу. Что за ерунда?

Идол с глухим скрипом покачнулся, сначала вправо, затем влево. Крестик стал жечь сильнее, доставляя очень сильную боль. Я максимально аккуратно расстегнула его и кинула в сумочку. После этого страх словно испарился, стало так легко, будто с души упал камень. Дыхание выровнялось, усталость отступила. По телу растекалось спокойствие.

– Ведьма, – проскрипел идол, – подойди.

Вокруг стали появляться тени. Какие-то имели человеческие очертания, другие же напоминали чудовищ в длинными корявыми руками-ветками. Они были словно сотканы из тьмы, но при этом – так реальны, что ощущались буквально кожей. Сначала несколько, затем десятки, сотни теней плясали вокруг. Липкий, навязчивый страх снова пополз по телу.

– Ведьма, ведьма, – шелест продолжался, к нему присоединялись все новые и новые голоса.

– Кто вы? – мне стало страшно настолько, что лишь хватала ртом воздух, – где я?

И тут поняла, что иду к деревянному лику. Тело двигалось само по себе, я была не в силах управлять им. Подойдя к идолу, положила руку на шершавую кору. Она показалась на удивление приятной и теплой. От лика не исходило зла, но я продолжала в ужасе смотреть в темные полуприкрытые глаза.

– Ведьма, – прошелестел он, – найди…

Внезапно перед глазами побежали огоньки, и я провалилась в забытье.

***

Не знаю, сколько провалялась без сознания. Где-то у входа сигналила машина, вдалеке завыла сирена. Поднялась и осмотрелась. Что ж, по крайней мере, я жива. Очнулась почти у входа на кладбище. Сумка валялась в траве в паре метров. Пошарив в темноте руками, нашла ее, отряхнула и попыталась подняться. Ноги, словно ватные, подкашивались и не давали стоять ровно. Так, до дома совсем немного, нужно собраться с силами и идти. Страшно болела голова, тело онемело и неприятно кололо. Хорошо, что уже поздно и вокруг никого нет.

Что я только что видела? Сев на холодный асфальт, попыталась собраться с силами и отдышаться, но вдруг чуть поодаль увидела девочку. На вид ей было не больше четырнадцати.

Она была маленькая и худенькая, словно тростинка. Длинные темные волосы клочьями свисали с головы и выглядели несколько странно. Она медленно приближалась ко мне со стороны центра кладбища. Я попыталась встать, но ноги все еще не слушались. В походке девочки было что-то неестественное, зловещее. Белые губы беспрестанно двигались, а белые мертвые глаза смотрели на меня. Я в ужасе попятилась, пытаясь отползти подальше от кошмарного создания. Нужно позвать на помощь. Сумка осталась валяться на дорожке, девочка переступила через нее и приблизилась почти вплотную.

Внезапно чьи-то руки подхватили меня сзади и поставили на асфальт. Я почувствовала легкое головокружение, но удержалась на ногах. Судя по силе это точно был мужчина. Он прошептал мне на ухо:

– Оставайтесь тут.

И резким движением, не то прыжком, не то рывком, он оказался сзади девочки и схватил ее за плечи. Она мгновенно среагировала, неестественно выгнулась и запрыгнула ему на спину. Незнакомец был сильнее и крупнее, но девочка оказалась проворнее. Она то и дело подныривала под его руки, пытаясь покусать. В один миг ей удалось вцепиться ему в шею зубами. Я вскрикнула, мужчина зарычал и сбросил девочку с себя. Не обращая внимания на горло, из которого хлестала кровь, он надавил коленом на ее шею, что-то прошептал и в его руке возник острый предмет. Кинжал, меч? Не говоря ни слова, он вонзил его в горло девочки и провернул. Существо замолкло, издав лишь противный булькающий звук. Незнакомец брезгливо поднялся и некоторое время смотрел на мертвого ребенка. Шея мужчины сильно кровоточила, быстро впитываясь в одежду, но он будто не замечал этого. Видимо, адреналин.

Я на трясущихся ногах подошла к телу. Она лежала на спине, из открытого рта торчал опухший язык. Белые глаза смотрели в небо, руки были раскинуты в стороны. Жуткое зрелище, способное переплюнуть даже голливудский блокбастер. Меня замутило, и я отвернулась.

– Упырь, – будто предвосхищая мой вопрос, процедил мужчина, слегка пошатнулся и коснулся шеи, – задела, зараза.

Мой разум, отказываясь воспринимать нынешнюю реальность, яростно старался зацепиться за что-то привычное и нормальное. Я дотронулась до его руки, и сказала:

– У вас кровь идет. Я живу рядом, у меня аптечка есть. Окажу первую помощь и скорую вызовем.

Он внимательно взглянул на меня и кивнул. Какие у него красивые глаза цвета синего весеннего неба. Молодой, на вид не больше тридцати. Одет вполне нормально, так и не скажешь, что таскает с собой оружие и с упырями дерется. Кстати, а где меч? Вся необычность заключалась в длинных белых волосах. Он оттащил тело в ближайшие кусты.

– Меня зовут Катя, – сказала я, пока мы ковыляли к моему подъезду, – вы каждую пятницу упырей убиваете?

Шутка удалась, и незнакомец слегка улыбнулся, но затем скривился от боли.

– Нет, только по четным неделям, – пошутил в ответ.

Пока мы ехали в лифте, в сумке настойчиво вибрировал мобильный.

– Может ответите? – спросил мой спаситель.

На экране телефона высветилась фотография Леши. Я раздраженно отменила звонок и выключила мобильник. Когда лифт привез нас на пятый этаж, дрожащими руками попыталась вытащить ключи. На эту процедуру ушла, наверное, не меньше минуты. Незнакомец терпеливо ждал, осматривая лестничную клетку. Он явно был чем-то озабочен: заглянул на верхний этаж, в окно и даже в мусорный бак. Справшившись с замком, я провела своего раненого спасителя в гостиную, а сама помыла руки и полезла в шкаф.

– Вы тут посидите, – сказала я, – сейчас найду аптечку. Вы, кстати, не представились.

– Александр, – сухо сказал он.

– Упырь – это же нежить, да?

– Да, – отрезал он.

Я только сейчас начала потихоньку понимать, что случилось. Хотя нет, я вру. Ничерта я не понимаю! Старалась не думать о произошедшем и сконцентрироваться на ситуации. Сейчас этому человеку нужна моя помощь. Мой долг – ее оказать. Дальше разберемся по ходу дела.

– Почему вы валялись на земле посреди кладбища? – вдруг поинтересовался Александр.

Я взяла миску с теплой водой и начала обрабатывать рану. Он переносил процедуру на редкость спокойно, лишь иногда немного морщась от боли. Рассказывать об увиденном до появления нежити желания не было. Однако нужна была правдоподобная история.

– Упала, – сказала максимально уверенно.

Тело незнакомца было крупным, крепким. Он явно достаточно времени проводил в спортивном зале.

«Так, Катя, сейчас не время думать о всяких неприличных вещах» – осадила я сама себя.

– И часто вы так падаете посреди улицы в пятницу вечером? – поинтересовался он.

Я смогла лучше разглядеть лицо незнакомца. У него были мягкие черты лица, пухлые губы и выразительные глаза.

– Вам нужно снять с себя одежду, – скомандовала я, – брошу ее в стиральную машинку. Через пару часов будет, как новая.

Александр усмехнулся, снял и протянул мне мокрую от крови футболку. Джинсы по счастливой случайности остались чистыми после драки. Я выдохнула. Еще голого мужика в квартире не хватало для полной картины. На его шее зияла рваная рана от укуса. Вокруг глубоких следов уже появилась припухлость, образовалась гематома. Промыв рану, обработала ее антисептиком, затем аккуратно наложила повязку. Хорошо, что отец научил оказанию первой помощи.

– Надеюсь, к утру вы не превратитесь в упыря, – вяло улыбнулась я, – но на улицу вам нельзя. Оставайтесь у меня, этот диван раскладывается. Располагайтесь. Душ прямо по коридору. Завтра с утра вызову вам скорую.

– Это лишнее.

Александр подошел к зеркалу и оглядел шею. Походка моего внезапного гостя была слегка пошатывающейся. Все прошедшие события казались столь нереальными, что на мгновение даже показалось, что я просто увидела страшный сон. Часы показывали почти двенадцать.

– Спасибо за помощь, Катя, – сказал мой спаситель и устало сел на диван, – но, наверное, мне лучше уйти.

– Ни в коем случае! – возразила я, – вы ранены, куда пойдете? Тем более это все из-за меня. Я заварю чай. Только сначала переоденусь.

Под пристальным взглядом Александра я прошла в спальню, затем закрыла за собой дверь. Достала шорты и майку, затем проследовала в ванную. Видок у меня был, что надо. Растрепанные волосы, размазанная косметика, ошалелые глаза, драные колготки, разбитый локоть и обе коленки. Опершись на раковину руками, постаралась привести мысли в порядок. Затем сбросила платье, сняла нижнее белье, надев домашнюю одежду. Вытащив из волос несколько пожухлых листьев, я тщательно умылась и расчесалась. Выйдя к гостю, поставила чайник, затем достала две большие кружки.

– Вам с сахаром или без?

– Без, – сказал он и я заметила, что голос мужчины стал добрее, мягче.

– Отлично, я тоже пью без сахара, – пробормотала, заваривая в маленьком керамическом чайнике успокаивающий чай с жасмином, затем села напротив Александра.

Он не спускал с меня своих синих глаз, не стесняясь, осматривал меня с ног до головы. Взгляд гостя был изучающим, любопытным.

– Вы добрый человек, Катя, – сказал он, – я очень вам благодарен. Добраться до дома с такой раной было бы проблематично.

– Далеко живете? – спросила, старательно избегая его взгляда.

– Достаточно, – ответил мужчина, – за городом.

Странно, со мной сегодня произошло столько событий, а я совершенно спокойна. Раздался щелчок электрочайника, и я пошла заливать заварку кипятком. Однако руки предательски задрожали, не давая даже взять кружку. На глазах появились слезы. Внезапно стало так страшно, что чуть не потеряла сознание. Александр подошел сзади, аккуратно вытащил кружку из моих пальцев, поставив ее на столешницу. Затем он слегка приобнял меня, поддерживая и не давая упасть.

– Я понимаю, – сказал он тихо, – все ждал, когда же сработает ваш рефлекс.

– Какой? – выдавила я, душа слезы, – какой рефлекс?

Он развернул меня и обнял крепче, прижимая к себе.

– Отложенная паника. Вы вели себя смело, но нужно выплеснуть эмоции. Сходите в душ, смойте с себя запах упырицы, а я сам приготовлю чай.

Александр подтолкнул меня к ванной. Как-то быстро потеряла контроль в собственном доме. Но от мужчины исходила очень добрая энергетика. Чувствовала, что он не опасен.

– Дверь оставьте открытой на всякий случай.

Я пошла в ванную и включила горячую воду, затем села, обхватив руками колени и заплакала. Шум воды поглощал рыдания, но я знала, что он их слышит. Спустя достаточно долгое время поняла, что слез больше нет. Внутри осталась лишь пустота. Александр заварил душистый чай. Судя по запаху, он добавил кое-что из моей аптечки. Протягивая дымящуюся кружку, гость улыбался.

– Добавил ромашку, чтобы нервишки успокоить. Обычно после встречи с нежитью люди как минимум бьются в панике, а у вас отличная выдержка – сказал он.

Чай мы пили молча. Мужчина смотрел в окно, а я наслаждалась пустотой в душе. Ни сорвавшиеся переговоры, ни нападение нежити не могло в этот момент нарушить покой, который дарила мне эта ночь. Я понимала, насколько устала, сколько всего накопилось внутри.

– Вы все благодарите меня за помощь, – проговорила едва слышно, – но ведь я обязана вам жизнью. Она бы убила меня, точно знаю.

Он промолчал, лишь слегка улыбнулся.

– Вы счастливы? – вдруг спросил он, – никогда не думалось, что есть иной путь? А не весь этот лоск, блеск, деньги, бирюльки?

– Я не знаю, – произнесла, ковыряя ногтем поверхность стола, – я другой жизни не видела. Сейчас все так живут.

– Понятно.

Мужчина сам разобрал диван, я постелила белье и пожелала внезапному гостю спокойной ночи. Как только голова коснулась подушки, я провалилась в больной, тревожный сон.

Шлеп-шлеп! Шлеп-шлеп! Босые ноги шлепали по мокрой земле, ветер проникал в каждую клеточку тела. Рваная сорочка сильно мешала, но нужно было бежать. Я знала это. Холод. Замерзшие губы шептали «помогите!». Вокруг лишь мертвые деревья, сплошная тьма. Адреналин превращал боль в силу, заставляя бежать все дальше. Сзади слышался зловещий смех.

– Иди сюда, малышка! Хватит прятаться! Время игр прошло! – звучали мужские голоса

Затем выстрел. Ветки хлестали по лицу, сил становилось меньше. Лес сжимался кольцом вокруг меня. Из темной чащи я услышала шепот:

– Выйди к нам, явись! Мы поможем тебе.

В окно бил яркий свет, я поморщилась. Ощущения были такие, словно меня прокрутили в мясорубке. Вся вспотела, майку и шорты можно было выжимать. Смутно вспоминая события прошедшего вечера, пришлось подняться с кровати, скинуть грязные вещи и выйти в коридор. Осознание, что со мной в квартире Александр, заставило быстро рвануть в ванную и натянуть банный халат. Выглядывая из-за двери, аккуратно проследовала в гостиную, но там было пусто. Диван был убран, а журнальном столике лежала записка с номером телефона. Я выдохнула. Значит, ночной гость уехал. Надеюсь, его рана не сильно беспокоит.

«Да уж, Арефьева. Такой был мужик в твоей квартире, а ты все проспала» – подумалось мне.

Проходя в коридоре мимо зеркала, я заметила кое-что странное. Взглянув на свое лицо, открыла рот в немом крике. Мои волосы поменяли свой цвет.

Глава 5

Мысли никак не могли собраться в единую конструкцию. Я с трудом затолкала в себя утренний омлет, выпив огромную кружку крепкого «американо». Что же делать? Снова и снова подходя к зеркалу, убеждала себя, что это иллюзия. У меня и до этого были светлые волосы, но после злополучной ночи они стали практически белыми, с легким жемчужным оттенком. Я в панике ходила туда-сюда, пытаясь состряпать в голове дальнейшую стратегию, но мысли слишком сильно запутались. Может, записаться в салон на окраску? Включив телефон, удивленно обнаружила около десяти звонков от Леши. В душе стала подниматься волна раздражения. Еще раз взглянув в зеркало, с удивлением отметила, что так даже красивее. Ладно, проведу день с пользой, пойду в магазин за сладостями и наемся от пуза. А там как пойдет.

Наспех одевшись, я быстро занесла в записную книжку номер ночного знакомого и только собиралась выйти, как раздался звонок в дверь. Подпрыгнула от неожиданности и чуть не рухнула на пол. На пороге стоял Леша собственной персоной с большим пакетом в руках. Впустив мужчину, сдержанно улыбнулась.

– Привет, – сказал он, – вот решил тебя проведать. Вчера обзвонился, но ты, наверное, уже спала.

– У тебя что-то срочное? – сухо спросила я, – мне нужно идти.

Он потупился, затем вручил мне пакет, в котором лежал огромной торт и бутылка шампанского. Леша обнял меня и поцеловал в щеку:

– Я же сказал, что искуплю вину. Сегодняшний день можем провести вместе.

Я промычала что-то невнятное. Честно говоря, желания быть рядом с ним становилось меньше с каждой секундой. Но привычка – страшная сила, поэтому вместо того, чтобы его прогнать, я вяло поплелась за мужчиной на кухню. На столе все еще стояли кружки, из которых мы с Александром пили чай. На них мой возлюбленный внимания не обратил, лишь покачал головой:

– Нужно мыть за собой посуду. Ты как маленькая, Кать.

И поставил посуду в раковину. Весь день мы смотрели кино, валяясь на диване. Он рассказывал о своих делах, а я лишь вяло кивала, поглощая торт. За столько лет Лёша знал обо мне все: что люблю есть, какую музыку слушаю, какими фильмами и книгами увлекаюсь. И этот торт был восхитительным, и шампанское сладким – все, как я люблю. Возможно, именно это и ценила в нем, за это отчаянно цеплялась. Внезапно в голове возник образ Каина Вуда: властного, насмешливого и высокомерного хозяина клуба «Venefica». К чему бы это? Рассказ Лёши играл роль фона, пока обдумывала дальнейшие планы. Он тем временем рассказывал что-то про работу, но я даже не запоминала. Параллельно по телевизору шел боевик, где пара накачанных мужчин чистили друг другу лица на грязном ринге.

Мой телефон издал писк, оповещая о том, что получено сообщение.

«Привет, Катюша. Надеюсь, у тебя все нормально. Мы с Мишей вчера так набрались, что не помним, как добрались домой. Вуд – козел, но ты его зацепила. Контракт скорее всего подпишет. Ты молодец. Поговорим в понедельник. Елена»

Я не заметила, что Леша рядом тоже читал мое сообщение.

– Это твоя начальница? Что за Вуд? Иностранец? – спросил он.

«Самой бы понять»

– Не думал, что ты можешь зацепить что-то, кроме асфальта, – сказал он, рассматривая мои колени, – ты где так навернулась-то?

– Когда шла вчера домой с переговоров, – сказала я, – давай, смотри кино.

Он попытался меня обнять, я аккуратно отстранилась, делая вид, что мне очень интересен фильм. Его руки нырнули мне под майку, и мужчина стал щупать грудь. Я вытащила их, вызвав лишь его улыбку.

– Хочешь сегодня посопротивляться?

Не знаю почему, но от мысли, что буду в постели с этим человеком, меня передернуло.

– Слушай, – сказала я, снова убирая его руки со своей груди, – я вчера очень устала. Почти не спала. Давай в другой раз.

Но его уже было не остановить. Выключив телевизор, Леша забрался на меня, сильно хватая за запястья и заводя их за голову. Я ошарашенно смотрела на него. То ли подействовало шампанское, то ли что-то другое, но его обуяла такая страсть, что справиться с этим не представлялось возможным. Одной рукой крепко держа меня за руки, второй он снял с меня шорты и белье. Тошнотворное и гадкое чувство заставило сильно сжать ноги, окатив его ледяным взглядом.

– Отпусти, – сказала я, – сейчас же.

Он стал целовать мою шею, затем задрал майку и опустился к груди. Леша совершенно потерял контроль, раньше между нами подобного не было. Его хватка была крепкой, через минуту почувствовала, что запястья сильно болят. Резко раздвинув мои колени, он стал второй рукой снимать свои штаны. Тут я поняла, что должна справиться с ним, иначе случится непоправимое.

Внезапно слышала голос:

«Малышка, иди ко мне»

Это говорил не мой мужчина, а кто-то совершенно чужой. Меня накрыла паника. Стала биться в его руках и, извернувшись, с силой ударила между ног. Он схватился за пах, при этом отпуская мои руки. Я сползла с дивана и рванула к двери в прихожую, прижавшись к ней спиной.

Леша ошарашенно глядел по сторонам, будто только что проснулся. Затем с ужасом посмотрел на меня.

– Уходи, – сказала я, глотая слезы, – убирайся!

– Катюш, прости, я не знаю, что на меня нашло, – стал оправдываться он, подходя ко мне, но я выставила руки вперед, защищаясь.

– Уходи… прошу, уйди! – голос сорвался на крик.

– Катя… прости, я сорвался… – он попытался говорить максимально ласково, – прости, правда. Просто ты такая… сексуальная, я очень хотел тебя…

Но пути назад не было. Он достиг точки невозврата. Я поняла, что он просто меня не любит. Внезапное осознание, словно вспышка. Мой любимый человек только что чуть не изнасиловал меня. От этого понимания все тело пробила дрожь.

– Я люблю тебя, правда. Я никогда больше тебя не напугаю, честное слово, – умолял он, одеваясь.

– А больше и не надо, – прошептала я, надевая шорты, – я не хочу тебя больше видеть. Между нами все кончено.

Я еле сдерживала слезы. После того как Леша ушел, я завалилась в горячую ванну. На коже появилось неприятное чувство, словно она вся покрыта грязью. Начала судорожно ее тереть, но ощущение не проходило.

Весь следующий день провела в постели с выключенным телефоном. Когда раньше я слышала про принуждение, все это казалось далеким, нереальным. Вот мой мужчина так никогда со мной не поступит. А только ли в этом дело? Запястья до сих пор были красными от его пальцев. Насчитала пару синяков на бедрах и ребрах рядом с грудью. Вспоминая эти прикосновения, меня тошнило. Но почему-то это чувство было очень знакомым.

Когда-то уже лежала вот так, опустошенная и измученная. Но когда, где, с кем? Ближе к вечеру захотелось пить, тошнота отступила, и я поплелась на кухню. Там по-прежнему стояло недоеденное лакомство и пустая бутылка. С отвращением вышвырнула все это в мусорное ведро. Немытые кружки покоились на дне раковины. Взяла одну, со слегка стертым рисунком, которую давала ночному гостю. Будучи рядом всю ночь, этот человек даже не коснулся меня.

Может, позвонить ему? С другой стороны, что я скажу? Ныть про свою никчемную жизнь человеку, который видел меня впервые в жизни? Мертвая девочка снова всплыла в памяти: такая маленькая, хрупкая. Почему она умерла? Роясь, мысли превращались в хаос. Это нужно было остановить. Так, мне завтра на работу. Узнаю, насколько дорого обошлась моя вчерашняя выходка. Проходя мимо сумки, я достала изрядно потрепанную визитку хозяина клуба «Venefica», осмотрела и сунула в кошелек. Мысли о Каине Вуде вызывали внутри странное ощущение. Раньше никогда такого не испытывала. Вздохнув, стала выбирать одежду на завтра, силой вытесняя из головы все остальные мысли.

Вытаскивая свои костюмы, платья, юбки и блузки я поняла, что и правда, все это напоминает бабушкин гардероб. Нужно срочно это менять. Все последующие события выстроились в голове в ровную цепочку. Что-то происходит, но пока непонятно, что именно. Мне казалось, что вкруг сгущаются тени, пляшущие вчера ночью на поляне. Что-то мелькнуло в окне. Замерла, пытаясь унять волнение. Как Александр сказал – отложенная паника? Интересно, есть ли такой термин в психологии? Нужно поискать в интернете.

Наше руководство не вводило строгих правил и дресс-кода для сотрудников, но я почему-то с первого дня таскала костюмы, строгие юбки, блузки, пиджаки. Открыв второй отсек шкафа, нашла пару джинсов и футболок. Почему никогда не ношу их? Ах да, грудь. Всегда стеснялась своего размера. Почему-то вспомнились слова начальницы о том, что женская грудь – это страшная сила. Выбрав одну достаточно откровенную майку, я также подобрала к ней джинсы и пиджак с длинным рукавом. Красные запястья нужно скрыть, чтобы не вызывать вопросов. Сложив вещи на диван, я завалилась спать, предварительно закинув в себя несколько таблеток успокоительного.

Глава 6

После переговоров Каин Вуд сидел в кабинете на втором этаже клуба и просматривал коммерческие предложения. Вариантов было множество, ведь «Venefica» – это место, которое посещают богатые и знаменитые люди. Поставки для такого заведения – это прямой путь к нужным связям, а значит, и прибыли. Но одна компания его особенно заинтересовала. Пусть небольшая, но явно стремившаяся конкурировать с монополистами. Он бы мог им помочь.

«Хотя ты всего лишь беззубый щеночек, тебе уже удалось обратить на себя внимание» – думал он, рассматривая предложение, поступившее вчера.

Мужчина вспомнил незаметную, но яростную девочку, которая попыталась дать ему отпор. Это вызывало улыбку. Размышления Вуда прервал колдун Мухорт, вальяжно вплывший в кабинет.

– А ты все работаешь. Зачем тратить вечность на бумажки? Я серьезно, Каин, прекращай уже.

– Завянь, – отрезал Вуд, – что сказал патриарх?

Мухорт скорчил физиономию. Задачи Каина порой были такими замысловатыми, что сперва разгадать их было трудно. Над этой колдун долго ломал голову, но так ничего и не придумал.

– Дед хочет лично обсудить все детали, – сказал тот, плюхнувшись на гостевое кресло и закинув ноги на рабочий стол изгнанника.

Каин поднял тяжелый взгляд на соратника и того обдало холодом.

– Ладно, ладно, – сказал Мухорт, садясь нормально, – патриарх хочет, чтобы ты его навестил на днях. У него есть для тебя предложение.

– Интересно, – сказал Вуд, не выпуская из рук бумагу, – разберусь, как решу задачу с поставщиком.

Вздохнув, изгнанник аккуратно сложил все документы в прозрачную папку, убрал в стол и закрыл на ключ. Колдун тем временем ковырял ногтем подлокотник кресла.

– Тебе скучно? – спросил Каин, откидываясь в кресле и доставая сигарету из обтянутого кожей портсигара, – будешь?

Вуд протянул другу сигарету, тот небрежно взял ее и закурил.

– Почему ты отправил мелочь искать ведьму? – спросил Мухорт, – неужели из-за белобрысого? Я бы быстрее справился.

Вуд улыбнулся.

– Ее брат – ее слабость. Это мне и нужно. Они будут искать ведьму вместе, при этом постоянно соперничая. В итоге Александр точно отыщет цель первым, но вся информация будет у меня на руках.

– И что ты будешь с ней делать? Украдешь? Или скажешь что-то наподобие: «привет, незнакомка, я забираю тебя себе как сувенир. Ах да, ты в курсе, что ты сильная ведьма и тебя захотят прикончить, как только увидят?» – писклявым голосом спародировал колдун и снова развалился в кресле.

С губ мужчины не сходила довольная улыбка. Порой этот малый так бесил Вуда, что хотелось его прикончить. Однако именно это качество изгнанник и ценил в своем соратнике – умение здраво оценивать ситуацию, несмотря на страшное разгильдяйство. Вздохнув, Вуд оставил вопрос без ответа.

– Ну серьезно, какой с мелюзги толк, Каин? – не унимался Мухорт.

Внезапно со стороны книжного шкафа в него полетела тяжелая книга под названием «Энциклопедия древних цивилизаций». Появившись из ниоткуда, Ева взяла вторую, не менее массивную и довольно покачивала ее в руке.

– Опа, а вот и мелочь, – улыбнулся Мухорт, – а мы о тебе болтаем. Ты зачем литературой швыряешься? Учись решать вопросы с помощью диалога.

– С некоторыми индивидуумами диалог невозможен, – сказала девушка, – знал бы ты, как я хочу стереть эту гнусную улыбку с твоей рожи.

Ева продефилировала к Каину, игнорируя колдуна и положила перед Вудом тонкую бумажную папку, затем присела на подоконник позади. Это было ее любимое место, откуда девушка наблюдала за тем, кто входит и выходит из клуба, а также оценивала каждого гостя, который подходил близко к ее господину. Вуд спросил:

– Ты что-то узнала?

– Богатый улов, Каин. Открой папку, и ты очень удивишься. Я долго думала, как можно найти ту, о ком ничего не знаешь: ни возраста, ни занятий, ни места жительства. Но как уже говорила, волхвы в курсе, поэтому решила подождать, рассчитывая, что просто уведу ее из-под их носа.

– Неудивительно, – буркнул Мухорт, но тут же замолк под суровым взглядом Каина.

– Но ждать мне пришлось недолго, – довольно протянула девушка, – мой брат очень быстро ее нашел. Ему помог шаман и та выскочка.

Хозяин клуба кивнул.

– Я проследила за ним и очень удивилась, когда поняла, кем является ведьма, которую ищет Братство.

Ева замолчала, а Вуд удовлетворенно хмыкнул. Внутри он нашел фотографии в аккуратном бумажном конверте, пару документов и кое-какие данные на небольшой карточке: номер кредитки, адрес, номер медицинской карты и ссылки на профили в социальных сетях.

– Молодец, – сказал Каин, просматривая содержимое.

Под текстовыми данными лежали распечатанные фотографии. Увидев их, изгнанник сначала удивился, затем в голос рассмеялся. Вот теперь все встало на свои места. Он коснулся одной карточки пальцами.

– Как все интересно складывается, – сказал, быстро убирая все документы в стол и доставая мобильный телефон.

– Добрый день, Елена Игоревна, – с улыбкой произнес Вуд, – я готов подписать с вами контракт, но у меня есть два условия.

***

Вечером того же дня у Каина было назначено свидание с его женщиной. Точнее, свиданием это называла она, он же просто хорошо проводил время. Она была достаточно красива и высокомерна для него, с ней не было стыдно появляться на важных встречах и фуршетах, на которых волей-неволей приходилось присутствовать изгнаннику. Вечер они с Машей провели в ресторане. Она выглядела прекрасно: короткое черное платье, аккуратный макияж, туфли на высоком каблуке и полное отсутствие нижнего белья. Каин не любил этот атрибут женской одежды, считая его лишним. Маша принимала это условие.

Девушка любила поболтать, а Вуд использовал эту слабость, чтобы спокойно обдумать дальнейший план действий, ведь в такие моменты ему достаточно было просто кивать. После прошедших переговоров он постоянно думал о маленьком щеночке, которого захотел выдрессировать, но теперь к этому желанию прибавилось еще одно: увести ведьму из-под носа Совета. Это желание было продиктовано глубинными инстинктами, прежде Вуд не испытывал подобной извращенной страсти овладеть другим человеком. Нужно было набраться терпения, ведь дикий зверек не станет доверять ему сразу. На приручение уйдет какое-то время. Маша болтала без умолку, он ей не мешал, делая вид, что слушает. Со стороны они выглядели, как идеальная пара: два красивых человека вместе проводят вечер. Из ее слов мужчина не запомнил ничего, затем расплатился и отвез в отель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.