Ясмина Сапфир
Мельранский экстрим

Эймердина газанула так, что ее темно-бордовая машина взвилась в небо свечкой. Мелинда в ужасе вжалась в сидение и даже перестала стонать. Я же только покрепче вцепилась в ремень безопасности и стиснула зубы, вспоминая, как водит тетушка-Шумахер.

– Спокойно, – напряженным голосом произнесла Эймердина. – Мы доедем вовремя! Мелинда! Ты должна быть спокойней всех.

– Я-а-а?! – взвилась подруга и застонала. – У меня роды, если что! Какое уж тут спокойствие? От этих мельранцев одни неприятности! Даже от самых маленьких, – и вдруг спохватилась, погладила тонкими пальцами живот и ласково произнесла: – Я шучу, малыш. Ты самый лучший. Ты мое маленькое счастье.

Большие голубые глаза на кукольном личике подруги светились, как никогда прежде. Я стиснула зубы, пережидая схватку. Даже поразительно – разница в сроках у нас с Мелиндой была приличной, но роды начались точно в один день. Словно эта парочка мальчишек заранее сговорилась появиться на свет строго одновременно.

По телефону наш земной врач Фаскраф заверил, что ждет с распростертыми объятиями и готовой родовой палатой. Глава отделения гинекологии центральной больницы Мельрании Блассарт практически поклялся в том же самом. Акушер-гинеколог Эймердины – Ласилевс объявил о полной боевой готовности следующим.

А попробовал бы не объявить! Тетушка вытащила его из постели в 4 утра, как только у нас начались первые схватки, и потребовала, чтобы врач прибыл в больницу немедленно.

Наверное, только особое отношение к Эймердине, которого она старалась упорно не замечать, помогло Ласилевсу сдержать мельранское ругательство. Он осекся на полуслове, вдохнул, выдохнул и произнес:

– Да, сейчас буду!

Я прямо так и видела, как черноволосый красавец из старинного мельранского рода берет под козырек и встает по стойке смирно.

Следующими построила Эймердина двух других мужчин – моего мужа Рейгарда, главу одного из самых знатных родов Мельрании, и его отца Врастгарда. Мужчины метались по комнатам, собирая вещи так, словно планировали отправить нас с Мелиндой не в центральную больницу планеты, а как минимум в другую Галактику.

Количество одежды, еды и лекарств уже достигло критической отметки – пакеты из сверхпрочного пластика трещали по швам, а чемоданы дворецкий поднял и тут же уронил. Но мужчины не остановились.

Зачем нам в больнице крем от загара и пена для ванны, я не стала даже спрашивать.

На заполошные крики Рея с Врастгардом прибежали кузина мужа Аррависса и его мать Лилитанна – и легче не стало.

Теперь они собирали нас вчетвером, умудрившись упаковать даже зимние пальто – в самые холодные месяцы температура на Мельрании не опускалась ниже 10 градусов по Цельсию.

И вот Эймердина поступила воистину в своем духе.

Схватила нас с Мелиндой, усадила в машину и увезла.

Из моего дорогущего кольца-телефона тут же выстрелила трехмерная эсэмсэска о том, что Рей мчится следом, Врастгард тоже. И, кажется, еще половина благородного семейства Саркатта собирается ввалиться к нам в роддом. Но сейчас было не до того.

Схватки участились. Мы с Мелиндой громко стонали, а Эймердина выписывала такие виражи, что родил бы даже слабонервный мужчина.

Мы дважды спиралью обогнули несколько темных, лаконичных небоскребов, сбили штук двадцать жуков и врезались в стаю сине-голубых птиц со сверкающим опереньем. Они загалдели, заверещали и ненадолго перекрыли криками наши с Мелиндой вопли.

Плюх… плюмц… У меня отошли воды. Бульк… Бульк… стекли под сиденье воды Мелинды.

– А-а-а! – выразилась подруга по этому поводу.

Эймердина оказалась многословней:

– Спокойно, все как надо. У землянок, которые носят мельранцев, всегда быстрые роды. Поэтому я и поторопилась вас увезти. Неважно, индиго вы, особенные люди, с особенными способностями или обычные человечки, не способные приласкать ближнего электричеством. Живете ли столетиями или как люди – лет триста, не больше. Но тут у всех все одинаково. Не любят мельранские младенцы долго ждать. Торопятся на свет божий.

– А-а-а! – прокомментировала Мелинда.

Я скрипнула зубами и простонала. Схватка скрутила так, что хотелось выть, но, глядя на орущую благим матом подругу, почему-то резко расхотелось.

Впереди показался зеленый купол стационара.

Я вспомнила про «комнату сертификации» – так в шутку называли мельранцы отсек у входа в больницу, где специальные датчики проверяли посетителей на все-все-все. На заразные болезни, оружие, повышенную температуру, радиацию и прочее.

Мы едва не шваркнули колесами по пластиковым скамейкам в больничном дворике и затормозили так резко, что меня дернуло назад. Боль скрутила узлом. Я зажмурилась, закусила губу и услышала плач. Господи! Я, что, родила? Не добравшись до больницы?

Несколько секунд мне не хватало душевных сил разлепить веки.

– Лиса, все хорошо. Ну что же ты нас-то не дождалась? За что же нам платят? – усмехнулся справа Фаскраф.

– Действительно! Никакой дисциплины у этих рожениц! – хмыкнул Блассарт.

Я открыла один глаз, другой и обнаружила, что санитары везут в больницу кричащую благим матом подругу – мельранским матом, кстати говоря.

Мой малыш, такой же синеглазый и златокудрый, как папочка, уже уютно устроился на руках у Блассарта. Врач сверкнул нереальными фиолетовыми глазами и слабо улыбнулся. Фаскраф подергивал за спинку кресло-каталку, предлагая мне перебраться туда. Среди огромных, мускулистых мельранцев, жилистый землянин среднего роста совсем не терялся.

Разве что бросалось в глаза – насколько его кожа морщинистая, сухая по сравнению с гладкой, почти идеальной кожей инопланетников. Даже самых старших, вроде Врастгарда, разменявших уже не первое тысячелетье.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.