Олфель Дега
Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

Глава 1

Согласитесь, что проснуться в гробу не очень приятно. Особо нервные люди в этом случае даже могут забиться в истерике. С другой стороны, гроб был очень просторный и удобный, под головой чувствовалась мягкая подушечка, как говорится – все для клиента. К тому же возле моей руки лежал включенный небольшой фонарик, благодаря ему я и рассмотрела, где нахожусь. И пожалела, что не могу взглянуть на свои ноги – догадался ли неизвестный доброхот, запихнувший меня сюда, надеть на меня белые тапочки или нет?

Хотя сначала, едва очнувшись, я просто удивилась духоте, а когда увидела над собой крышку, подумала, что заснула в солярии… Зато когда поняла, что нахожусь в каком-то ящике, пусть и довольно удобном, начала задыхаться от ужаса. В памяти тут же всплыл фильм «Погребённый заживо», который оставил после себя сильное впечатление – и история про Николая Гоголя, который всю жизнь боялся быть похороненным заживо… Если верить легенде, после эксгумации его могилы, на внутренней крышке гроба Гоголя были глубокие царапины, как будто самый жуткий его страх воплотился. Повторить судьбу писателя мне не хотелось, поэтому я в отчаянии начала толкать руками крышку.

Она с трудом, но поддалась моему нажиму и упала на пол. Как можно быстрее сев и оглядевшись, я увидела, что нахожусь на круглом возвышении посреди небольшого зала, причудливо декорированного черепами летучих мышей и погребальными венками. Так, кажется, эту часть замка мне накануне не показывали! Надо сказать, довольно странный способ знакомить меня с достопримечательностями. Не успела я додумать эту мысль до конца и пойти искать того, кто устроил мне столь увлекательное пробуждение, как открылась низенькая дверь в стене зала. Вошла та самая пожилая женщина, которая меня вчера встретила, показала покои замка и угостила потрясающим вкусным вином домашнего приготовления… как крепко я после него заснула!

– Уже проснулись, Анжелочка? – расплылась в улыбке старая карга, зажигая одну за другой свечи в очень старом на вид канделябре. Закончив с этим делом, она остановилась напротив меня, благостно сложив руки на животе.

– Дурацкие у вас шутки, – злобно пробурчала я, выбираясь, наконец, из гроба. Это что, местный обычай – так издеваться над гостями? Я приехала сюда ознакомиться с завещанием бабушки, а что в итоге? Я сегодня же уезжаю из этого идиотского замка!

– Но ведь это и есть часть вашего наследства! – успела выкрикнуть старуха мне в спину, и я остановилась, как вкопанная.

– Бабуля завещала после моего приезда напоить снотворным и положить в гроб? Да я её не то, что не видела никогда, даже не знала о её существовании до того, как получила письмо с извещением о том, что она скончалась!

Старуха замялась, застенчиво опустив глаза.

– Не желаю ничего слышать!

Стиснув зубы, я вышла из комнаты и пошла в сторону витой каменной лестницы, которую заметила в тёмном коридоре. Когда я поднялась наверх, то обнаружила ещё одну дверь, которая была скрыта довольно пыльным гобеленом. Ну, наконец-то, вздохнула я с облегчением, выходя в парадную залу замка. Конечно, «парадной» её можно назвать с большой натяжкой – обстановочка была, мягко говоря, не очень… Старуха выбралась следом за мной, недовольно кряхтя. Можете себе представить – она ещё и возмущалась!

В комнате, куда мы пришли, в потрёпанном кресле с высокой спинкой сидел плюгавенький человечек

– Хорошо отдохнули? – осведомился он слащавым голоском, и меня просто подбросило от негодования.

– Просто замечательно, – рявкнула я, окидывая его свирепым взглядом. – А кто вы такой, позвольте спросить?

Плюгавенький быстро соскочил со своего места:

– Меня зовут Владимир, я адвокат вашей покойной бабушки. Выражаю вам свои соболезнования… такая потеря…

– Угу, – промямлила я. А что ещё могла сказать, если я данную родственницу знать не знала, и письмо «Уважаемая Анжела Викторовна.... ваша бабушка, графиня Керсти, скончалась… вы наследница… приезжайте как можно скорее…» восприняла как неудачную шутку. Правда, к письму прилагались оплаченные билеты на моё имя в Болгарию, да и мама вспомнила, что вроде бы имеется у нас родственница с такой фамилией и даже титулом, с которой давно уже связь была утеряна… Я и приехала – а кто же откажется на халяву скататься в Болгарию? Август, море, солнце, отпуск… билеты за чужой счёт. Нет бы вспомнить в каком месте бесплатный сыр раздается!

Всё было просто замечательно, пока я не приехала в этот ветхий замок… Оказалось, ничего не перепутали – ждали именно меня! Ходить по замку было немного страшновато – казалось, все стены держатся здесь на честном слове… Встретила меня эта старая служанка, поводила по замку, а я от усталости еле на ногах держалась – перелёт из Москвы до Болгарии не самый долгий, но дорога из Варны до Дряново чуть ли не на попутках – то ещё захолустье – была отдельным приключением. Так что мне в принципе тогда местные достопримечательности были глубоко безразличны! Затем радушное угощение бокалом вина… Я снова угрюмо посмотрела на старуху. Ох, попомнит она меня ещё. Сомневаюсь, что я бы так крепко заснула, не подмешай она туда снотворного (зачем?). Я не мстительная, просто память у меня отличная на все гадости, которые мне делают. Тут мне снова пришлось переключить внимание на адвоката, оставив пока мысли о мести на потом – всё-таки голос у него ужасно въедливый и противный.

– Ну, приступим! – он отбросил, наконец, фальшивые соболезнования, Владимир стал по-деловому сосредоточенным. Мне это тоже не очень понравилось. Какая-то я подозрительная стала после утренних происшествий, сама себе удивляюсь.

– К чему? – осторожно поинтересовалась я, отступая на всякий случай за ближайшее кресло. Кто их, этих психов, знает. А тут будет, чем обороняться! Ну, или хотя бы есть шанс, что нападающие споткнутся о мебель, прежде чем на меня бросятся.

– Ну как же! Сначала я вам письмо от вашей бабушки передам, затем распишетесь, что согласны вступить в права наследования. Вот увидите, как вы замечательно заживёте в этом чудесном замке.

Владимир стал рыться в стареньком портфеле, выуживая оттуда какие-то бумаги. Но у меня уже пропало желание принимать наследство. Вот так подпишешь что-нибудь, потом будешь скопившиеся долги за налоги на недвижимость ближайшие лет триста выплачивать.

– Письмо давайте – но подписывать я ничего не буду, я отказываюсь от наследства! – я покрепче ухватилась за кресло, истончившаяся от времени обивка чуть не разошлась по швам…

Глаза адвоката округлились.

– Но вы только посмотрите, какой здесь замечательный вид! – фальцетом пропел он жестом приглашая меня полюбоваться пейзажем из окна.

– Действительно, – не стала спорить я, – этим видом можно наслаждаться через любую стену. Где камни выпали.

– Местные жители всегда уважали вашу бабушку, – уязвлённым тоном сказал Владимир, – вот увидите, это уважение перейдёт и на вас!

– То-то они крестились мне вслед и прятали детей, – припомнила я странную реакцию аборигенов на своё появление в городке Дряново. Казалось, что все уже знали, кто я такая, и зачем приехала. И у меня сложилось стойкое впечатление, когда узнавала в местном магазинчике дорогу в замок, что мне здесь ну очень не рады.

Владимир обречённо переглянулся со служанкой, которая подошла к нему и стала что-то нашёптывать. Я тут же навострила уши, и всё-таки уловила обрывки слов: «Вино… лежала… ночь… упрямая, сво…» Ну тут уже я ОЧЕНЬ громко кашлянула, резко прервав это маленькое совещание. Они недоумённо на меня глянули, и я решила, что с меня хватит. Бог с ним, письмом. Хорошо ещё, что свои вещи я решила оставить в городской гостинице, и теперь могу уйти подальше от этих ненормальных. Пусть остаются со своим «прекрасным» замком и своими «остроумными» шутками, а у меня отпуск ещё не окончательно пропал, успею съездить к морю.

– Всем пока, – преувеличенно жизнерадостно сказала я, начав потихоньку двигаться к входным дверям, – очень… э-э… познавательный визит вышел, но мне пора!

С этими словами я открыла двери и торопливо сделала шаг на лестницу. Точнее, попыталась это сделать. Сначала мне показалось, что нога наткнулась на стекло. Блиин! Какой умник поставил его прямо на входе! С размаху пнуть твёрдое препятствие ногой в тряпичной тапке – сомнительное удовольствие, поверьте!

– У-вай! – взвыла я, прыгая на непострадавшей конечности. Ну всё, сейчас я такую пошутиловку им устрою! Прихрамывая, я направилась к весёлой парочке, но убегать с воплями ужаса они от меня не спешили, и это меня немного охладило. Хоть какую-нибудь реакцию выдали бы, что ли… А то стоят, как вкопанные, и так осуждающе на меня смотрят… Гады…

Я села в кресло и стала ощупывать ногу. Вроде перелом не заработала… Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше. Хорошо ещё, что у меня не нервы, а стальные канаты – вот где пригодился опыт работы в школе учителем истории… Там канатоходцев и желающих попрыгать на нервах пруд пруди. Поэтому, честно говоря, всё происходящее по сравнению с моим обычным рабочим днём в обычной средней школе не очень впечатляло. И всё равно, учитывая то, где я сегодня ночевала, настроение и видок, наверняка, у меня был, мягко говоря, не очень – волосы растрёпанные, одежда вся измятая, да и в туалет, пардон, хотелось всё больше и больше. Я уже не говорю о таких простых утренних радостях, как душ и крепкий кофе. Не успела я как следует пожалеть себя, несчастную, как Владимир, стоя на почтительном от меня расстоянии, протянул мне жёлтый конверт. Ладно, почитаем, что там написала моя бабуля… хотя я так и не смогла выяснить с какой стороны она мне бабуля, ну да ладно.

Конверт с шуршанием раскрылся, и я быстро пробежала глазами послание, написанное готическими буквами. Затем снова, но уже медленно перечитала текст. Вдруг мне это померещилось?

«Анжела! Ты должна гордиться тем, что тебе выпала неслыханная удача стать следующей графиней Керсти. Очень скоро ты поймёшь, что, помимо привилегий, этот титул станет для тебя источником огромной ответственности. Используй правильно свою силу. Если что-то испортишь, исправить тебе это будет крайне сложно. Моя служанка, Эсмеральда, должна была уже объяснить тебе, что ты не сможешь выйти из замка, пока не примешь на себя мои обязанности в полной мере. Я понимаю, что отравленное вино и ночь в гробу тебе вряд ли понравились, но по-другому передать тебе силу графини Керсти невозможно. Ты должна была умереть и возродиться к новой жизни ведьмы. Не нужно благодарности, я была обязана выбрать из потомков своей семьи свою преемницу. Выбор пал на тебя. Прощай. Фредерика, вторая графиня Керсти».

Во рту пересохло. Письмо в стиле «мне нужен труп, я выбрал вас. С большим приветом, Фантомас», было очень неубедительным. Наверняка это всё розыгрыш (я оглянулась в поисках скрытых камер). Ну конечно! Нашли дуру из России: бла-бла-бла, наследство, бла-бла-бла, получите. Нет, сейчас вы у меня получите! И распишитесь! Будет вам шоу!

– Как же до меня сразу не дошло! – протянула я, рассматривая адвоката, который снова уселся в неказистое кресло. – Где, вы говорите, мне нужно расписаться?

Владимир с готовностью отдал мне листочки бумаги. К документам была пришпилена простая пластмассовая ручка. Не глядя, я подмахнула бумаги, изобразив какую-то крокозябру (повторить её снова не смогла бы ни за какие пряники!), и отдала бумаги обратно. Встав с кресла, я прошлась по комнате, окидывая её хозяйским глазом.

– Так, – распорядилась я, – вот это, которое грязное, гадкое и висит криво, выкинуть!

Эсмеральда проследила за моим указующим перстом и охнула:

– Любимые шторы хозяйки?

– Но-но, – погрозила я ей, – теперь хозяйка – это я. Так что чтобы завтра… нет, сегодня же заказала в городе бархатные фиолетовые портьеры. Я велю! Мебель – на фиг отсюда, купить новую! На этом старье сидеть страшно. И убери тут, наконец, пылища везде страшенная! Короче, сейчас тащи завтрак, и пойдём дальше осматривать…

– А вас, уважаемый, я больше не задерживаю! – повелительно обратилась я к Владимиру, который так же суетливо засовывал в портфель подписанные мной бумажки. Изобразив полупоклон, адвокат резво побежал к двери. Я с невольным интересом наблюдала, как он делает шаг за порог и закрывает за собой двери. Он вышел! Я тут же кинулась вслед за ним, распахнула двери… и тут же приложилась лбом о невидимое стекло!

– Ай! – вскрикнула я, потирая ушибленное место, а другой рукой стараясь выдавить прозрачную перегородку, которая неведомым образом опустилась на место после ухода адвоката. Ничего не получилось. Ну да, в письме же написано, что я не смогу выйти из замка. Что ж, продолжим играть по их правилам, потом узнаю, какого умника мне стоит особо поблагодарить за спецэффекты.

– Графиня, вы в порядке? – донеслись до меня слова Эсмеральды, которая после моих слов о завтраке куда-то быстро унеслась. Очень надеюсь, что за едой!

– Да, всё путём, – крикнула я в ответ, с чувством захлопывая тяжёлую дверь, – жду не дождусь, когда приступлю к осмотру замка.

Осмотрев всё повнимательней, я нашла-таки туалет, спрятанный в небольшом коридорчике и смогла умыться, разгладить одежду, и удовлетворить не менее важные потребности. Когда вернулась в главную залу, Эсмеральда уже успела поставить поднос с несколькими тарелками на стол. Ух ты! Кофе, свежие булочки, ветчина… Пока я наслаждалась едой, Эсмеральда развила бурную деятельность – убирала чехлы с мебели, вытирала пыль («Во-во, ещё вон там вытри. Да не там, вон на книгах целое стадо пыльных кроликов развелось!»), разжигала огроменный камин, открывала потайные двери…

Потайные двери?! Забыв про чудный кофе, я вскочила и подбежала к зияющему пустотой проёму, возникшему на месте стеллажа с книгами. Осторожно заглянув в него, я с восхищением обнаружила каменные ступеньки, ведущие куда-то вниз. Эсмеральда, тихо возникшая рядом, сунула было мне в руки светильник. Но потом, передумав, опять забрала и пошла впереди меня, освещая дорогу. По пути она объяснила, что это – вход в лабораторию, в которой я смогу разобрать вещи, принадлежавшие старой графине.

Лаборатория оказалась огромной пещерой, которая находилась где-то глубоко под замком. Здесь почти ничего не стали менять, только укрепили балками высокие своды и выровняли пол. На длинном столе выстроились в ряд колбочки, реторты, склянки с порошками и таинственными жидкостями. Явно не вода – слишком густая субстанция, которая постоянно булькала и переливалась разными цветами в сосудах причудливой формы. Да уж, Фредерике явно нравилось играть в юного химика…

Эсмеральда, видя, что я разглядываю стол, пояснила:

– Старая госпожа пыталась от нечего делать создать философский камень. Не то, чтобы он был ей нужен, и времени на опыты уходило очень много. Просто от скуки, я полагаю. Она порой сутками отсюда не выходила. Но всё, что ей удалось создать – это постоянно шкворчащую гадость в банках…

Ну конечно, так я и поверила. Философский камень, как же! Я фыркнула и стала рассматривать старое, даже старинное зеркало, непонятно каким образом висящее на каменной стене. Приклеили, наверное… Я подошла к нему, чтобы рассмотреть поближе и вздрогнула от неожиданности – в глубине зеркала, которое только на мгновение отразило моё растрёпанное изображение, появилось нечто… Больше всего это походило на голову, висящую где-то там, в зазеркалье. Лицо постоянно менялось, будто она не могла решить, какое ей больше подойдёт. Изображения детских, женских, мужских лиц постоянно плыли, замирая лишь на мгновение, и тут же уступая место другим. Остолбенев, я наблюдала за необычным зрелищем, в восхищении от фантазии устроителей этого шоу. Голова в зеркале остановилась на личике девочки. Очень хорошенькой и очень маленькой, почти младенчика.

– Ну и что смотрим? Мама не объясняла, что пялиться – неприлично?! – вдруг заявила голова грубым мужским басом.

Я просто подпрыгнула от восторга. Класс! Вот это класс! Просто Диснейленд какой-то!

– Вот это примерьте, – бесцеремонно Эсмеральда сунула мне в руку какой-то круглый предмет. Я с недоумением посмотрела – кольцо. На вид вроде золотое. Даже камушек красненький есть. Ничего так, симпатичное. Я прикинула, какие у меня шансы оставить его после того, как шоу закончится. Хотя бы в качестве моральной компенсации.

– Волшебное? – уточнила я, надевая его на палец.

– Конечно, – подтвердила Эсмеральда. Я опять фыркнула. Разумеется, такой затасканный артефакт просто обязан был появиться в истории про ведьм. Ладненько, примерим! Вроде большое… хотя нет, показалось, кольцо сидело как влитое!

Глава 2

Возмущённо посмотрела на чокнутую служанку:

– Ещё раз спрашиваю: что это?!

– Это расписание ваших обязанностей на неделю. Впрочем, можно иногда его немного менять… Вот смотрите, например, в четверг…

– Эй, притормози! Во-первых, цепей у меня нет…

– Этого добра у нас навалом, – «успокоила» меня Эсмеральда.

– Во вторых, греметь я ничем не собираюсь! – уточнила я, просматривая листок снова.

Ну уж нет! Я, может и притворилась, будто поверила всему этому бреду, но ничего подобного делать не собираюсь. На секунду представила, что бы сказали мои ученики, если бы увидели любимого преподавателя в подобной ситуации, и поморщилась. М-да…

– Но это традиция! – извиняющимся тоном сказала служанка, – Я бы сама заменила Кровавого Жако, который этим занимался, но вы не поверите, сколько усилий требует поддержание замка в ветхом виде. Это, конечно, видимость, он ещё тысячу лет выдержит, так как держится не только на цементе, но и на кое-чем ещё…

– И что же случилось с этим Кровавым Жако? – безнадёжно поинтересовалась я, гадая, сколько же персонажей участвует в этой истории?

– Ушёл в отпуск на двести лет, – буднично сообщила Эсмеральда, – привидениям тоже нужно отдыхать иногда.

И как я сразу не догадалась! Ладно, проехали. Озвучила второй пункт шедевра:

– "Вторник – бродить возле родового склепа".

– Конечно, ведь там время от времени кто-то появляется. Вот вы им на глаза и покажетесь, ритуал какой-нибудь продемонстрируете.

Скомкав «расписание», я бросила его в разожжённый камин. Огонь радостно подхватил лист бумаги и сожрал его в мгновение ока, а Эсмеральда замолчала, переводя обиженный взгляд с камина на меня.

– Абсолютно не желаю греметь цепями в подвале, а так же шляться вокруг кладбища. Воровать детей, морить их голодом, а затем подкладывать обратно к порогу дома тоже не по мне.

– А что вы желаете? – сухо спросила старуха и оскорблённо поджала губы. Взгляд у неё при этом был… Да уж, такая нальёт отравы в вино, с неё станется…

– А вот это вопрос по существу! – бодро сказала, не обращая внимания на уничтожающие взгляды, – желаю отбивную с картошечкой. Салатик тоже положи, не забудь. Ну… пока всё! Ты иди пока, готовь, а я почитаю.

С усилием переложив на колени достаточно тяжёлую книженцию (и как я её дотащила, да ещё и не одну!), я перестала обращать внимание на служанку, и вскоре услышала удаляющиеся шаги. Наверняка неведомые мне сценаристы готовили следующий ход – хотя, наверное, они ожидали, что я не буду следовать их «расписанию», веселя многочисленных зрителей… Я снова огляделась в поисках скрытых камер. Надо же, как спрятали, и не видно ничего.

– И с чего же мне начать? – нарочито громко сказала я, взяв чашку со своим недопитым кофе и открывая первую страницу книги. Записи в ней были сделаны по-русски, и на удивление понятно. Плохо они подготовились, всё-таки. Надо было им на латыни что-нибудь нацарапать. А то на вид древний фолиант, а откроешь – просто книжка с рецептами для домохозяйки.

– О, как интересно: "Расшифровка мыслей домашних животных". Всегда интересовалась, о чём же они думают! На вид такие безмозглые…

Тут снова раздался голос из кольца:

– Мелко плаваешь, – презрительно сказал он… или оно, – и вообще из животных в замке оставалась только одна престарелая крыса… да и ту, похоже, сейчас готовят тебе на обед.

Я чуть кофе не подавилась от этой новости! Ладно, будем надеяться, что это шутка.

– И что же ты предлагаешь? – осторожно спросила я, поглядывая на кольцо. Всё-таки, иногда мне кажется, что это правда оно само разговаривает… Да, конечно, а ещё меня отравили, чтобы я умерла и стала ведьмой. Что ещё признаем? Существование истеричного привидения, как его, Кровавого Жако, непонятно зачем гремевшего цепями в подвале. Кажется, именно его мне любезно предложила заменить эта чокнутая Эсмеральда.

– Плюнь ты на этот дилетанский справочник, – прервал мои размышления баритон из кольца, – вот другую книжку открой.

Я пожала плечами и послушалась. Что я теряю, в конце концов? Открыв тяжёлый фолиант, предварительно кое-как обтерев его от пыли (и чего на него позарилась?), я снова увидела записи, сделанные на русском языке. Вот этот момент я у кольца и уточнила:

– А почему здесь всё по-русски написано? Я, конечно, понимаю, что в Болгарии только ленивый русского не знает… Но всё-таки странно.

Голос из кольца издал утомлённый вздох, будто я ляпнула что-то совсем уж из ряда вон выходящее:

– Ой, ну это бы уж сама догадалась, что если стала ведьмой, то все языки будешь разбирать. И что тут непонятного?! Ты давай читай, не отвлекайся! Сейчас мы такое устроим! Чертям тошно станет!

– А что читать-то, – безнадёжно поинтересовалась я, перелистывая страницы книженции. Глаз так ни за что и не зацепился. Кольцо тут же дало подсказку:

– Ещё страничку перелистни, там нарисован будет такой череп симпатичненький… Во-во, оно. Начинай!

– Тут приписка от руки сделана: «Не читать ни при каких обстоятельствах», – растерянно сказала я, стараясь не смотреть на совершенно мерзкое изображение человеческого черепа на странице.

– Ну-ну, – с издёвкой протянул подначивающий голос, – не ожидало я, что новая графиня будет такой нерешительной трусихой! Вообще, кто в замке хозяин: ты или тараканы?

– Конечно, я!

– Значит, за дело!

Ну ладно, прочитаю… Хуже не будет. И так зачем-то вляпалась в это дело, теперь как-то неудобно бегать и орать: «Я всё знаю!» К тому же, вдруг деньжат подкинут на отпуск за то, что подыграла. А, была не была! Позориться – так по полной программе! Я всмотрелась в мелкие красные буковки. Текст, мягко, говоря, был идиотский, и чувствовала я себя полной дурой, завывая:

– Омм, некротикус аринари, вделмааар, уропа, закинара, омм!

– Ааааааааааааа!

Это я уже не по тексту заорала… Но когда из книги вырывается тёмная тень и несётся прямо в лицо – те ещё ощущения! Отшвырнув книгу, я отбежала подальше от дивана, и успела заметить, как тень шмыгнула в стену и исчезла! Меня била нервная дрожь. Предупреждать надо! А то понаделали спецэффектов – из замка не выйти, гадость какая-то вылетает прямо из книги! Отдышавшись, я спросила:

– И что теперь будет?

– Что будет? – голос из кольца возбуждённо захихикал, – ой, что будет! А старая графиня со своими идиотскими принципами надоела: «Слишком опасно!», «Людей жалко!», «Ты сошло с ума!». Наконец-то появилась графиня Керсти, которая выше этих дурацких условностей! И зачем размениваться на разные глупости вроде выведения бородавок, когда можно творить такие вещи!

– Какие-такие вещи? – подозрительно спросила я. Что-то мне стало не по себе, хотя я и была уверена в том, что всё это – только шутка.

Но кольцо не ответило, только постоянно бормотало: «Вот теперь они узнают… поймут… и кто ещё осмеливался говорить будто я выдохлось и не могу сотворить ничего такого?..»

И, всё-таки, есть хотелось всё больше и больше… Куда запропастилась эта служанка?!

– Эсмеральда, – заорала я как можно громче, не рискуя пускаться на розыски служанки. Замок был достаточно большой, и перспектива заблудиться в нём меня нисколько не привлекала!

– Да иду я, иду, – послышался её недовольный голос. Пыхтя, она как раз входила в комнату. В руках служанки был довольно большой поднос, нагруженный всякими вкусностями.

По крайней мере, запах жареного мяса мигом раздразнил мой аппетит. С нетерпением дождавшись, когда она, наконец, поставит поднос на столик, я наклонилась над ним. И уже схватив вилку, вдруг вспомнила слова пакостного голоса из кольца. Подняв мясо на вилке, я пристально его осмотрела со всех сторон. Мдяя, если это крыса (упокой, господи, её душу), то на редкость упитанная была особа. Я бы сказала, размером с крупного кролика. А, ну его, этот голос. Наверняка нарочно гадость сказал, чтобы мне аппетит испортить!

С этими мыслями я вгрызлась в мясо, не обращая внимания на Эсмеральду. которая с недовольным ворчанием снова куда-то ушла. Не успела я расправиться с отбивной, которая оказалась на редкость сочной и вкусной (вот ни за что не поверю, что крысу можно так приготовить!), как на моё плечо легла чья-то рука. Недовольно повернув голову, я увидела прямо перед собой череп! Завизжав и вскочив с кресла, я стряхнула с плеча костлявую руку скелета, склонившегося надо мной. «Останки» были обряжены в остатки савана и чепчик, сильно запахло гнилью. Ну, всё! Достали! Сейчас я вам этот манекен на запчасти разберу!

Отбежав в дальний угол, я следила, как скелет, покачиваясь, направился в мою сторону. Интересно, а как им управляют, мелькнула у меня мысль. Скелет неуклюже следовал за мной. Возле шкафа с книгами на небольшом постаменте красовался достаточно громоздкий меч, который я приметила достаточно давно, но всё времени не было рассмотреть повнимательней. Издав воинственный клич, я сорвала его с подставки и храбро пошла в сторону скелета, покачиваясь то в одну сторону, то в другую – в зависимости от того, куда клонилось оружие. Скелет замешкался, и это меня приободрило.

Я бросилась в наступление. Удар! Мимо… Уклонившись от ответного хука справа, я опять бросилась на скелет с мечом наперевес. Вот он-то меня и перевесил. Я, не удержавшись на ногах, покатилась через спинку дивана на ковёр. Как можно быстрее вскочив на ноги, опять попыталась поднять меч, но оружие уже было вне моей досягаемости – и на моём горле сомкнулись костлявые руки… Пытаясь глотнуть хоть немного воздуха, я начала извиваться, отрывая от шеи мерзкие кости. Прямо передо мной оказался череп… с остатками гниющего мяса…

В голове потемнело, и мне уже не казалось, что такое можно придумать только для шоу. То, что скелет настоящий, не искусственный, было ясно. Железная хватка ослабла, и мне, упав на ковёр, удалось кое-как отдышаться. Я увидела, что скелету помешала меня задушить Эсмеральда – она тащила его за ногу, и этим отвлекла, однако тот достаточно яростно отпихивался и пытался добраться до меня вновь.

Я отползла в сторону и панически пыталась сообразить, что делать дальше.

– Ты так и будешь молчать? – хриплым голосом воззвала я к кольцу, – наших бьют!

Неугомонный скелет, наконец, выдрал конечность из рук Эсмеральды, но та тут же подставила ему подножку, он упал, однако неуклюже пытался подняться вновь. Служанка сдёрнула с дивана покрывало, и накинула на него. Тут же ей пришлось усесться сверху, чтобы скелет не поднялся. Агрессивные кости дёргались под ней, наотрез отказываясь успокаиваться.

– Это как сказать, – философски, абсолютно безмятежно заметило кольцо, – тебе ещё ничего плохого не сделали, чуток придавили – и всё. А у бедного скелетика как минимум моральная травма от экстренного выхода из могилы, и ещё он пару раз был на грани потери черепушки. Я свидетель!

– Слышь, ты… свидетель… – с трудом прохрипела я, – немедленно вырубай его. Он же по правде убить меня хочет!

– Конечно, хочет, – вроде бы как удивилось кольцо, – как не хотеть. Эти зомби они такие. Сожрут, даже если от пищеварительного тракта одни воспоминания остались. И как я тебе его вырублю?

– Как хочешь, так и вырубай! – я с трудом поднялась на ноги и с опаской подошла к шевелящемуся покрывалу, из-под которого периодично высовывались желтоватые конечности. Эсмеральда сидела сверху, как курица на яйце, и всё ещё никак не могла отдышаться.

– Хозяюшка, – вдруг протянула служанка, подозрительно меня оглядывая, – а уж не ваша ли это вредительская работа?

– Наша, – гордо поправило её кольцо, и я разозлилась окончательно. Но сказать ничего не успела – Эсмеральда поудобнее устроившись на пленнике, меня опередила:

– Ты что натворил, провокатор? А ну быстро скажи, что это – единственный ходячий труп в округе, и что ты знаешь, как его упокоить!

– А вот и не скажу! У неё оказалось столько дури, что она смогла выпустить из могил всех покойников на городском кладбище! И нечего всё валить на меня, безобидного. Я всего лишь проводник энергии этой маньячки!

Эсмеральда, удерживая скелет, который, впрочем, трепыхался всё медленнее и медленнее, вперила в меня осуждающий взор. Это была последняя капля.

– Всё, вырубайте камеры и выпускайте меня из этого дурдома, – завопила я ,– мне надоело изображать из себя невесть кого.

И попыталась стянуть кольцо с пальца – впрочем, мне это не удалось, проклятая вещица держалась, как приклеенная. И при этом умудрялась переговариваться со служанкой.

– Это она о чём?

– Не знаю.

– Какие камеры?

– Понятия не имею…

– Да скрытые камеры, – почти зарычала я, – которые вы везде понатыкали, и теперь снимаете шоу «А давайте разыграем училку из России, мало ей на уроках достаётся»!

Эсмеральда снова посмотрела на меня, но теперь уже с недоумёнием и жалостью. Мне показалось, что даже кольцо и то издало сочувствующий вздох.

– Графиня, единственное шоу, которое здесь идёт, это бардак в вашей голове. Вам же в письме Фредерика всё написала.

– Не верю в этот бред! – заявила я, – ты что, смогла бы меня отравить?!

Эсмеральда застенчиво потупила глаза, и тут кольцо снова подало голос.

– Лучше поверь, – посоветовало оно, и осуждающе добавило, – и как можно быстрее. Ты тут поднатворила дел, нечего сказать. Я же… в порядке общего бреда, так сказать, ляпнуло, что давай читанём чё-нить для вызова зомби. Кто ж знал, что ты тут же кинешься заклинание читать?!

Я посмотрела на Эсмеральду – она всё ещё не смотрела мне в глаза, медленно перевела взгляд на кольцо, потом на скелет под покрывалом, который не оставлял попыток выкарабкаться из-под покрывала. И рванула к выходу.

– Да-а, – озадаченно протянуло кольцо, когда я отчаянно скреблась ногтями по прозрачной перегородке, которая всё так же не пускала меня на свободу, – графиня, ты случаем не того… не спятила? А то ходячие мертвецы вкупе с чокнутой ведьмой, чую, дадут прикурить несчастному городу.

– От чокнутого слышу, – огрызнулась я сквозь зубы, оставляя бесплодные попытки выйти из замка, – что здесь происходит, чёрт бы вас всех побрал?

Эсмеральда, не обращая на меня внимание, умудрилась упаковать скелет в покрывало и завязать сверху узел. Получился довольно большой свёрток, который постоянно шевелился.

– Объясняю – для – особо – одарённых, – раздельно произнесло кольцо, а я бессильно прислонилась к стене замка, мысли путались, – ты приехала в замок, и этим подтвердила, что готова принять наследство графини. Для того, чтобы получить силу ведьмы Керсти, ты должна была умереть – и наша Эсмеральдочка любезно дала тебе отравленное вино, потом, вместе с Владимиром, положила в гроб графини. Именно он и не дал уйти тебе в мир иной, зато обеспечил магической силой. Как ты ей распорядилась, мы уже видели…

– Ничего себе, – возмутилась я на эту наглость, – ты же само мне велело прочитать ту белиберду…

–Ой, ну давайте сейчас не будем искать крайнего, – поспешно сказало кольцо, – лучше топай в лабораторию, там есть такое зеркальце… нужно посмотреть, что творится на кладбищах возле Дряново.

– Действительно, Анжела, – устало сказала Эсмеральда, – пойдёмте к зеркалу.

Но мне нужно было выяснить ещё один вопрос.

– Если меня и правда отравили, то я должна была умереть, но этого ведь не произошло! Стою, разговариваю. Как вы это объясните, а?!

– Где ты была, когда я про гроб объясняло? – разозлилось кольцо, – это не простой ящик, между прочим, а что-то вроде врат между мирами. Поэтому, если положим туда свежего мертвяка, получим вполне живого колдуна. Ну и, соответственно, наоборот. Так что не рекомендую снова туда заползать…

– Предположим, – неуверенно сказала я. Обдумаю на досуге, если он будет.– всё равно я лучше домой поеду. А ваши море, замок, гробы и болтающие кольца можете оставить себе. Откройте проход.

– Опять ничего не поняла, – с досадой сказало кольцо, – не выйдешь ты из замка, пока не примешь все силы графини Керсти. То есть, примерно до полуночи. Так что, пожалей несчастный Дряново, реши сначала проблему с мертвяками. Мне, конечно, до лампочки, что с ними будет. Но у тебя-то есть совесть, загрызёт ведь. А мне потом новую ведьму искать?! Эгоистка!

Глава 3

Последние слова кольцо произнесло со слезами в голосе, и мне действительно стало неудобно. Нет, не перед ним. А перед жителями городка, в который я так неудачно заявилась. Вдруг и правда наломала дров? Я с сомнением посмотрела на зев тайного хода, который Эсмеральда снова открыла, опасливо обогнув покрывало со скелетом. Она меня не пыталась ни в чём убедить, видимо была уверенна, что кольцо с этим справится. Но сомнений у меня было всё больше.

К зеркалу… зачем к зеркалу… и при чём тут зеркало и кладбище… Мысли хаотично метались в голове, пока я спускалась по бесконечным ступенькам. Всё ещё не могла поверить, что это не сон и не розыгрыш. Ну как можно пропустить собственную смерть?..

– Достала! – вдруг громко сказало кольцо.

– Кто достал? – удивилась я. Вроде бы мы с Эсмеральдой молчали и только сосредоточенно пыхтели, преодолевая неудобный спуск.

– Ты достала своими мыслями. А как, а почему, а не может быть! Хошь, прям счас докажу, что всё это правда?

– Хочу, – согласилась я и тут же завопила от боли, крик разнёсся по всему лестничному пролёту. Когда, наконец, я смогла нормально дышать, то рассмотрела рану. Сплошной ожог от кисти до локтя! Не успела я набрать воздуха для нового вопля, как рана порозовела и исчезла, как будто её никогда и не было. Я осталась стоять, ощупывая руку…

– Клёво, правда? – довольно произнёс этот маленький гад, – регенерация тканей просто потрясающая. И это ещё не всё! Проверять будем?..

– Нет, – вскрикнула я, не дай бог ещё раз пережить вспышку этой дикой боли, – не надо, я верю.

– То-то, – назидательно произнесло кольцо, и я снова начала спускаться по лестнице, находясь уже в состоянии полного шока. Эсмеральда, на время остановившаяся, но никак не прокомментировавшая эту сцену, пошла следом. Всё происходящее мне уже не казалось розыгрышем, но и до конца поверить в то, что я выпустила из могил зомби всё равно было сложно.

В лаборатории, за время нашего отсутствия, ничего не изменилось. Жидкость все так же булькала и дымилась в сосудах, зеркало на стене безостановочно прокручивало изображение полюбившихся лиц.

– Слушай… кольцо… – неуверенно сказала я, остановившись на пороге пещеры, – а ты не можешь само как-нибудь этих зомби остановить? Если и впрямь волшебное?

– Ага, вот прямо сейчас рубином щёлкну, и будет вам счастье! Нет уж – вызвать мёртвых легче лёгкого. А вот уговорить их закопаться обратно – это уж извините, дураков нет, – хихикнуло кольцо, – и вообще, прекрати звать меня просто «кольцо». Уже надоело. Кольцо то, кольцо сё…

– У тебя что, ещё и имя есть?!

– А почему бы и нет?

– И как же тебя зовут? – безнадёжно спросила я. Зеркало остановилось на изображении хмурого старика с густыми бровями и уставилось на меня.

Кольцо помолчало, складывалось впечатление, что оно набирает воздух в несуществующие лёгкие, чтобы горделиво расправить несуществующую грудь. И, наконец, выдало:

– Тутанхамон!

– Как?! – переспросила я.

– Может, ты и глухая, зато я не попугай, – нагло отрезало кольцо, – между прочим, я принадлежало этой выдающейся личности много веков назад, фараон нарёк меня своим именем.

– Он был колдуном? – спросила я.

– Нет, – ответила за кольцо Эсмеральда, – просто любил давать своим вещам имена. Например, ночной горшок у него именовался Тутанхамон Второй…

– Враньё! – возмутилось кольцо, – Только самые прекрасные драгоценности удостаивались собственных имён! Не знаешь, так не говори глупости!

– Ну ладно, всё равно мальчишка был с приветом, – отмахнулась Эсмеральда, – госпожа рассказывала…

– Мне без разницы, – торопливо прервала я идиотский спор, – главное, как вернуть мёртвых обратно в могилы, сами же сказали. Тути, тебе слово!

– Как?! – возмутилось кольцо.

– Не хочу ломать язык и полчаса выговаривать полное имя, – объяснила я, – Не нравится – буду называть тебя Хамом – более кратко и, опять же, совпадает с именем.

– Согласен на Тути, – тут же завопило кольцо.

– Ещё бы он был не согласен, – хмыкнула Эсмеральда, – старая госпожа его иначе как Хам и не называла.

Я с опаской подошла к зеркалу и задумчиво оглядела его. Лицо старика в рамке в ответ со свирепым видом осмотрело меня. В прошлый раз я была уверена, что участвую в шоу, и всё, что вижу необычного – результат тщательной технической подготовки. И до сих пор не могла до конца поверить… Кольцо угрожающе нагрелось. Всё-всё, верю я, верю! Но что мне делать с этим зеркалом?

– Без талисмана Лунного света, который лежит в тайнике, ничего не скажу! – категорично заявило зеркало густым басом.

– И где тайник? – от неожиданности спросила я. Довели. С зеркалом разговариваю. Хотя после разговора с кольцом и драки со скелетом подобный диалог – самое логичное продолжение дня…

– Фредерика сунула его в большую вазу на столе, – доверчиво уточнило оно.

Хороший тайник, нечего сказать, если о нём знает болтливое зеркало. Я подошла к упомянутой вазе, которая стояла рядом с бурлящими склянками. Руку в неё сунуть не решилась – хватит с меня неприятных сюрпризов, просто перевернула и хорошенько потрясла. В вазе что-то загремело, и на пол высыпалось три медальона самого разного вида: круглый, месяцеподобный и в виде звезды. Тут уж и без подсказок понятно, какой именно медальон имело в виду зеркало. Подобрав в форме полумесяца, я задумчиво покачала его на длинной цепочке. Тяжёлый, однако. Если такой носить целый день, дикая боль в шее обеспечена. Но мне его нужно просто предъявить зеркалу.

– Этот? – я сунула медальон под нос старику в отражении, едва не стукнув по поверхности стекла.

Голова отшатнулась вглубь и недовольно сморщилась:

– Этот, да. И нечего его мне под нос совать. Порядок есть порядок. Нет у вас талисмана – ничего не покажу. Есть – пожалуйста. Что хотели?

А вот этот вопрос поставил меня в тупик. Если я сама не знаю, что здесь делаю, то как могу знать, что мне нужно от этой… вещи? От Эсмеральды толку было мало – она сидела за столом с бурлящими склянками, горестно подперев голову руками. На выручку пришло кольцо:

– Кое-кто (я бы показал пальцем, вот только у меня его нет) оживил всех покойников в округе. Теперь надо бы глянуть, что да как.

Жалко, что у этого поганца не только пальца нет, но и филейная часть отсутствует. С каким бы наслаждением отпинала его за все неприятности, которые он мне устроил!

У старика в зеркале глаза стали совершенно круглыми, как у совы. Померцав, изображение постепенно исчезло. Последними, к моему облегчению, пропали глаза. Потом постепенно картинка стала снова появляться, но на этот раз не голова, а деревья. Присмотревшись, я увидела под ними кресты и надгробия, статуя плачущего ангела оказалась прямо передо мной. Справа неё началось какое-то шевеление, и, присмотревшись, я скривилась от отвращения. Скелет, который меня атаковал, по крайней мере, был не такой противный. Вид обнажённых костей ещё можно было стерпеть, а вот лицезрение чёрной слезающей кожи, взор не радовал абсолютно.

– Фе-е, – поморщилась я, – они все там такие мерзкие?!

– Да уж, – задумчиво сказало кольцо (непонятно было только, как оно видит), – а свежему трупу ты обрадовалась бы больше? Вообще скажи спасибо, что заклинание вызывает только тех, кто мёртв больше сорока дней. Так что армии мертвецов из городского морга не предвидится. Плюс те, кто не сможет откопаться – этот особенно шустрый оказался, наверное втихую кто-то из бандитов конкурента прикопал не очень глубоко. К тому же многие уже превратились просто в прах. Пока всё не так уж запущено. Сходить бы туда…

– Зачем?! – запаниковала я, – мне и в замке хорошо!

– Да ну? – ехидно уточнило кольцо, – ты же только полчаса назад мечтала уйти. Надо!

– Не хочу! – упёрлась я, и тут вспомнила отличную отговорку, – а не ты ли мне эти самые полчаса назад говорило, что я не смогу покинуть замок до полуночи?

– Так это ежели в своём обличье, – протянуло кольцо, – а если поменять, то гуляй, сколько пожелаешь.

Вот это новость! Значит, нужно просто переодеться, и смогу выйти из замка… и убежать подальше. Как можно дальше! Что-то у меня при одном взгляде на ужастика в зеркале, пропало всякое желание помогать жителям Дряново. Не важно, виновата я, или нет.

– Мечтать, конечно, не вредно, но ты огорчишься, – вдруг снова заговорило кольцо после моего многозначительного молчания, от неожиданности я подпрыгнула. Хмыкнув, оно продолжило, – когда я говорило, что поменяться, то имело в виду не переодеться, а кое-что совсем, совсем другое!

Эсмеральда встала из-за стола и с задумчивым видом стала ходить по лаборатории. Что-то мне её удручённый вид не нравился всё больше и больше! Хотя, наверное, старушку можно понять. Я за неполные сутки своего присутствия в замке умудрилась всё поставить с ног на голову. Но не специально ведь. К тому же я не просила себя травить и укладывать в гроб.

Вообще, как только представлю все эти невероятные события, которые со мной произошли, сама себя не понимаю – это надо же так спокойно всё воспринимать. Может, потребовать вызвать полицию, тоскливо подумалось мне. Или выдать ещё какую-нибудь нормальную реакцию. К примеру, грохнуться в обморок. Завизжать на зеркало, в конце концов. Да, видимо не зря меня сюда пригласили – чудик чудика не выдаст.

– И зачем мне туда идти? – уже безнадёжно поинтересовалась я, было такое нехорошее предчувствие, что всё-таки придётся познакомиться с местным кладбищем поближе.

– Для того, чтобы снова упокоить зомби, тебе нужно приготовить зелье и произнести то же самое заклинание, что и для вызова, только наоборот. А обязательный компонент, к твоему несчастью – как раз земля с неспокойного кладбища.

– И откуда ты всё это знаешь? – спросила я, стараясь потянуть время.

Тути оскорблёно помолчал, но всё-таки снизошёл до ответа:

– Я, как-никак, все эти заклинания через себя пропускаю. Поэтому помню… лет триста назад Фредерика читанула то же самое, что и ты. Перепутала с заклинанием вызова духа. Там на странице такой же череп был нарисован, а ей нужно было о чём-то спросить графиню Керсти, которая до неё была. Еле справились, и то потому, что искали долго ингредиенты зелья. А тебе, считай, всё готовенькое достанется.

– Сколько-сколько лет?! – переспросила я, не поверив.

– Триста, – абсолютно спокойно заявило кольцо. Ну, ты так и будешь стоять, или сделаешь что-нибудь?

– Пожалуй, постою, – отойдя от зеркала, в котором всё так же отображался страшненький неживой мужик, я присела на единственный стул в лаборатории, который освободила Эсмеральда. Выставив руку перед собой и свирепо глядя на кольцо, продолжила, – Во-первых, я не напрашивалась читать эту лабуду, ты присоветовал. Во-вторых, я хочу отсюда уйти. Причём быстро. Поэтому я сейчас сниму тебя с пальца. И уйду. В окно выпрыгну. Мне эта чертовщина уже поперёк горла стоит.

– Позвольте уточнить, госпожа Керсти, – с изысканной вежливостью сказала эта проклятая штуковина, – а как именно вы собираетесь меня снять?

Я старательно тянула его с пальца, который предварительно облизала, чтобы легче скользило, в прямом смысле слова наплевав на его брезгливое «Фу!», но кольцо, действительно, не двигалось ни в какую. Наконец пришлось сдаться. Вот попала, так попала. И очень хотелось бы узнать, с какой это радости оно присоветовало мне прочитать ту гадость из книги.

– Ну, рисканул, – неожиданно смущённо сказало кольцо, – я ж думал у тебя сил до полуночи – кот наплакал. И потом, так надоело без дела пылиться. Со старой графиней не повеселиться было совсем.

– Может, хватит лезть в мои мысли? – возмутилась я. Повеселиться ему восхотелось, видите ли.

– Ладно, – неожиданно легко согласилось оно, – но имей в виду, будешь мной любоваться до тех пор, пока мертвяки по земле разгуливают. Как только упокоишь последнего – расстанемся. Устраивает?

М-да… сомнительная сделочка. Значит, если меня не сожрут зомби, не сожжёт абсолютно ненормальное колечко, и пропустит невидимая перегородка на выходе из замка, есть шанс выбраться из этой истории и уехать домой? Я перевела взгляд на зеркало, которое добросовестно показывало кладбище. Мама дорогая, что этот облезлый мужик творит… встал на четвереньки… начал шустро копать землю на какой-то могиле. Эдакими темпами у него скоро будет полно товарищей!

Эсмеральда тоже это заметила и скорбно покачала головой.

– Поторопились бы, госпожа.

– Действительно, чего стоять? – опять встряла неугомонная безделушка, – ноги в руки, и полетели.

– На чём? – не поняла я, оглядываясь и наивно ожидая увидеть, по меньшей мере, замаскированный компактный вертолёт. Увы, лаборатория была пуста.

– Даже не знаю, – протянуло кольцо, и коварно предложило, – а ты скажи что-то вроде «Архиперикс комон!», вдруг получится.

Ведь знала, что ничего хорошего оно мне не присоветует. Знала, что от проклятой штуковины можно ждать только подлостей. И что? Думаете, меня это остановило? Как бы ни так! Конечно, я послушно повторила эту ерунду вслед за ним. И тут же стены замка поползли вверх. Испуганно оглядевшись, я обнаружила, что замок остался на месте, это я довольно быстро уменьшаюсь в размерах. Попытавшись подхватить спадающую одежду, с ужасом поняла, что рук у меня нет. Привычные конечности пропали, я испуганно махала в воздухе какими-то чёрными тряпками. Крыльями?!

Испуганно заорав – изо рта (пасти?!) – вылетел какой-то невразумительный писк, я запуталась в собственной одежде и притихла, прижавшись к джинсам. Сердце колотилось так, что я едва дышала. Краем глаза увидела, как возле меня остановились две огромные ноги. Опустились руки – невероятно большие, и аккуратно сгребли меня на ладони. Эсмеральда, что происходит? Когда обнаружилось, что ещё и разговаривать не могу, только пищать, испугалась окончательно.

– Значится, так! – деловито сказал знакомый противный голос, – теперь летим, по-быстрому всё узнаем, авось в течение часа управимся.

Скосив глаза, я увидела на своей лапе (!) крохотный обруч с малюсеньким красным камушком.

«Ты что натворило?!», – да, говорить я не могла, зато мысли неслись бурным нецензурным потоком.

– А что такого? – вроде как удивилось кольцо, – подумаешь, в летучую мышь превратилась. Не насовсем ведь. Часок, не больше. Только учти, что как время выйдет, лучше бы тебе оказаться как можно ближе к земле. Кровавые лепёшки обратно в ведьм превращать не умею.

Пока он мне объяснял, в какую скверную историю я по его вине вляпалась на этот раз, меня плавно укачивало в руках Эсмеральды, которая абсолютно спокойно, я бы даже сказала, пофигистически отнеслась к тому, что взрослая женщина на её глазах превратилась в летучую мышь, и теперь уносила меня из лаборатории обратно в гостиную.

Дальше все мысли пропали, забитые моим истерическим «Аааааа…», которое переросло в пронзительное крещендо, когда я увидела, что она подходит к окну и открывает раму. За что?! Судорожно я вцепилась ногтями (коготками) в её руку, но толку от этого было мало – легонько размахнувшись, она всё-таки выбросила меня в окно.

Отчаянно расправив крылья, обнаружила, что планирую на дерево. Ударившись о ветку, сумела перехватить её когтями, меня качнуло вниз и перевернуло вниз головой. С трудом дыша, я постанывала от ужаса, глядя на качающуюся землю далеко внизу. И, конечно, снова из кольца высказался недовольный баритон:

– Повисели, подрожали… может, полетим дальше?

«Нет!» – взвизгнула я, отчаянно цепляясь за ветку.

– Ну, дело твоё, конечно, спорить не буду. Но уже меньше чем через час ты превратишься снова в человека. А Эсмеральда ведь не поленилась, забралась на третий этаж, чтобы тебя скинуть. Последствия объяснять нужно?

Третий этаж! А я и не заметила. С закрытыми от ужаса глазами вообще трудно что-то разглядеть. Похоже, проклятое кольцо снова не оставило мне никакого выбора. Я отпустила ветку и сиганула вниз. Тут же расправила крылья и замахала ими. К моему несказанному облегчению летать я умела.

Как оказалось, для летучих мышей было ещё достаточно светло, поэтому приходилось щурить глаза, явно не приспособленные к свету. Зато эхолокация (наконец-то я поняла, что это такое!) работала отменно. По крайней мере, в деревья я не врезалась. Ещё внезапно поняла, что жутко боюсь высоты. Однако кольцо и эхолокация меня вели в нужном направлении, и, наконец, я дождалась команды, которой очень боялась:

– Стоп! Кажется, прилетели…

Я послушно подлетела к ближайшему дереву и снова повисла вниз головой на ветке. И тут же почувствовала, что когти разжимаются, и земля стремительно приближается ко мне. Я падаю!

Нехило приложившись копчиком о землю, я пару минут в шоке лежала, глядя на качающееся дерево, откуда меня так безжалостно скинуло. И, пошевелившись, поняла, в чём дело – голыми ступнями за ветки цеплятся могут только те, кто не подстригал ногти месяца три. А у меня – свежий педикюр… Как я рада его видеть! Кажется, ничего не сломала, по крайней мере, вставать на вновь приобретённые ноги было не больно. Пара царапин на фоне всех неприятностей казались ерундой.

– Да, не рассчитал малость, всего на полчасика заклинания хватило… Слышь, училка, а ты ничего, – задумчиво протянуло кольцо, и сначала я не поняла, о чём это он. Зато когда, наконец, дошло! Ностальгически вспомнила утерянные в замке джинсы, прячась в не очень густые кустики… И очень вовремя спряталась – на полянку, с которой я убежала, вышли два не очень симпатичных типа. В том плане не симпатичных, что с них не просто кожа слазила кусками, глаз, похоже, тоже не было. И запах, которых заполнил, казалось, всё вокруг, воздух тоже не освежал.

Глава 4

Пошатавшись на полянке, слепо спотыкаясь, они как будто патрулировали территорию, и скоро скрылись из виду. Однако быстро тот тип сработал – уже двоих успел откопать. Если они, конечно, не были его товарищами по несчастью, наспех прикопанными в лесочке. А мне ещё расписывали Дряново как курортный рай, где никогда не бывает криминала!

Когда зомби, наконец, скрылись из виду – и вовремя, меня уже начало тошнить от ужасного зрелища и аромата, я, шёпотом, спросила у кольца:

– Ну что, загребаем землю и уходим?! Только в таком виде я не пойду, мне надо одеться. И имей в виду, я мертвецов боюсь до жути, а тут они ещё к тому же и ходят. Поэтому сталкиваться с ними мне очень не хочется.

– Не хочу тебя огорчать, но твоё везение сегодня явно взяло отгул, – получила я ответ, и сначала даже не поняла, что оно имеет в виду. Наверное, стояла с подветренной стороны. Потому что как можно человеку с нормальным обонянием пропустить такое амбре, непонятно. И упёрто продолжала выяснять отношения с кольцом:

– Так как насчёт одежды? Ты не думай, что я забыла твои предложения по поводу перемены имиджа.

– Ну что же, – вздохнуло кольцо, – последнее желание ведьмы – это закон.

Я не успела понять, как оно это сделало, только вздрогнула от неожиданности. когда почувствовала прикосновение материи к телу. Оглядев себя, хотела возмутиться по поводу неуместности прикида – ярко-красного длинного вечернего платья, но не успела – меня бесцеремонно толкнули на землю, и только тогда я увидела пятерых зомби, которые меня окружили.

– Эй вы! – завопило кольцо, – поосторожнее нельзя?!

Не успела я оценить неожиданную заботу, как оно добавило:

– Я на это платье знаете, сколько сил угрохало? А вы чуть не порвали…

– Совсем дурное? – взвизгнула я, пытаясь проскользнуть между ходячими кошмарами, которые надо мной склонились, и, к моему удивлению, мне это удалось. Хоть я и сделала при этом печальное открытие, что в дополнение к платью кольцо подогнало мне прямо на ноги туфли на здоровенных шпильках. Скинуть их не удалось, так как они были заботливо обвязаны на щиколотках длинным ремешком. Пришлось бежать, то есть ковылять на них, подобрав длиннющее платье чуть ли не до талии. Повезло ещё, что у разваливающихся на ходу зомби было ещё больше проблем с передвижением, поэтому мне удалось от них оторваться. Недовольно ворча, они развернулись и пошли за мной. Это я отметила, оглядываясь на бегу.

Лесок был довольно редкий, что я заметила, когда пребывала летучей мышью, замок от городского кладбища – о, радость, – был недалеко, поэтому возвращение не заняло у меня много времени. Вбежав ворота, я процокала по убийственной брусчатке небольшой площади, которая была перед замком, спотыкаясь на неровных камнях. Один плюс от шума, который я подняла, безусловно, был: Эсмеральда меня услышала и заранее открыла парадные двери замка. Я ввалилась в зал с камином, и села на пол, срывая идиотские туфли с ног. Служанка быстро захлопнула за мной дверь, закрыв её на все запоры.

– Ну ты, мать, даёшь, – восхитилось кольцо, – я ведь и правда думал, что тебе хана. Повезло, что мертвяки утомились, выкапываясь. А то искал бы я сейчас себе новую ведьму…

– Заткнись!

Кольцо замолчало на полувяке, Эсмеральда тоже потрясённо на меня уставилась, но мне было уже всё равно. Надоело, когда принимают то за цирковую мартышку, то за расходный материал, который легко заменить.

– Где тут котёл, или где ещё варить это идиотское зелье? – злобно пробурчала я, вглядываясь в окно, где виднелись силуэты зомби, которые, покачиваясь, целенаправленно шли по направлению к замку. Как хорошо, что город находится довольно далеко от замка Керсти, мелькнула мысль. Так я послужила хорошей приманкой, а то зомби наверняка двинулись бы прямиком на жителей Дряново. Судя по скорости передвижения ходячих мертвецов, горожане успели бы убежать, но последующего массового визита к психиатру не избежал бы никто. Вряд ли можно оставаться в здравом уме, когда в гости наведается похороненная два месяца назад бабушка с милой целью сожрать внучат.

– В лаборатории, госпожа Керсти, – сказала Эсмеральда, и я невольно отметила, что в её голосе, наконец-то, появилось уважение, – там же вы найдёте всё необходимое для приготовления зелья.

– Не найдёт, – встряло кольцо, и я с удивлением и негодованием на него посмотрела. После всего, что я пережила?! Но оно продолжало утверждать вредным голосом, – мы зачем на кладбище пошли, по-вашему? Чтобы добыть земли. А так как пришлось по-быстрому убегать, то и убежали ни с чем. Так или не так? Конечно, я опять право! Как всегда, впрочем…

Я медленно подняла туфли и вытряхнула на ладонь пригоршню грязи. Я знала, я чувствовала, что когда-нибудь неумение ходить на каблуках мне пригодится! Конечно, в красивые лодочки набилось полно земли, когда я ещё бежала с кладбища, спотыкаясь на каждой кочке. Теперь даже у болтливого не в меру кольца слов больше не нашлось. Эсмеральда взяла лампу и пошла к потайному ходу, который так и не закрыла. Опять пришлось идти мимо скелета, который так и лежал, закутанный в диванное покрывало, и только вяло шевелился.

Снова длинный спуск вниз, в лабораторию, кольцо на этот раз помалкивало, а я угрюмо думала, что как только покончу с этой историей, тут же пойду в гостиницу, приму душ и хорошенько отдохну. Наконец, показалось недалеко знакомое зеркало, которое так же отражало происходящее на кладбище. Я мельком отметила, что зомби имеют поистине потрясающую работоспособность – чтобы выкопать довольно приличную яму им требовалось минут десять, причём они выбирали достаточно свежие могилы, скелеты им явно были не нужны. Вызывала удивление их невероятная взаимопомощь – к примеру, как они подавали руку, помогая друг другу выбраться из могилы…

Пока я задумчиво «любовалась» зомби в зеркале, мне навязчиво стал чудиться характерный сладковатый запах разложения. Испуганно оглядевшись, никого, кроме Эсмеральды, в пещере не обнаружила и догадалась понюхать свой рукав. Фуууу… Так и есть, вся новая одежда, чудесным образом появившаяся на мне, пропиталась этой вонью. Ладно, не моё – не жалко, выбросим.

– Вот попроси у меня ещё что-нибудь, – недовольно пробурчало кольцо, – я, значит, старалось, размер подбирало, фасончик поинтереснее выдумывало, а она выкидывать собралась.

– Я бы тебя с большим удовольствием выкинула, – огрызнулась я, помогая Эсмеральде ставить на стол внушительных размеров котёл, который она подняла с пола.

Тэк-с, чугунчик, конечно, добротный, тяжеленный, еле вдвоём осилили. И что же дальше? Эсмеральда быстро подтащила к столу ту самую книженцию, с которой и начались все неприятности, и тут же убежала куда-то снова. Я осталась в лаборатории одна, если не считать парочки болтливых вещиц и моих мыслей. Если хорошенько подумать, проблемы всё же я организовала себе сама, когда пожелала отдохнуть на халяву. Ведь были же деньги на путёвку в Египет. Но меня одолела безумная жадность при одном взгляде на своё имя в билетах бизнес-класса на самолёт. Пожалуй, шикарный сервис в полёте был единственным приятным воспоминанием во всей этой истории, хоть само путешествие и вымотало меня до невозможности.

– Вы бы поторопились, – раздался звонкий девчачий голос, и я подпрыгнула, озираясь с диким видом. Откуда здесь ребёнок? Никого нет… Хорошо ещё, быстро сообразила, что в лаборатории имеется зеркало, которое умеет разговаривать. Кольцо, пока до меня не дошло, в чём дело, мерзко хихикало. Ну, ничего. Скоро мы с этой надоедливой занозой расстанемся.

Посмотрев в зеркало, я увидела, что оно показывает площадь перед замком. Штук шесть оживших кошмаров паталогоанатома, спотыкаясь, ходили кругами. Только один с сосредоточенным видом толкал плечом входную дверь. Заинтересовавшись, я подошла поближе и ошеломлённо наблюдала, как один за другим, зомби подходили к первому умнику и дружно наваливались на дверь. Какое трогательное единодушие в желании добраться до моей тушки, однако. Что, другого места еду поискать нет?! Я, конечно, знала, что при необходимости можно забаррикадироваться в лаборатории так, что мышь не проскочит, но всё равно стало не по себе.

– Ничего страшного, – вслух сказала я сама себе, чтобы успокоиться, – они ходят с трудом, а уж выломать дверь ни за что им силёнок не хватит!

– Ну-у, – с сомнением протянуло кольцо, но я его резко оборвала.

– А ты на сегодня уже наговорилось, понятно?

Судя по нарастающему возмущённому пыхтению, оно ещё бы пару слов добавило, но сказать ничего не успело: в лабораторию вошла Эсмеральда, неся в руках небольшую сумку, которую она поставила рядом с котлом.

– Ну вот, – сказала она, – я в прошлый раз ещё заметила, куда старая госпожа остатки компонентов убрала. Вот и пригодились.

Сначала смысл её слов до меня не дошёл, я с интересом разглядывала содержимое сумки – какие-то косточки, порошочки в баночке. Но потом, всё-таки, я вспомнила тревожащий меня факт. Сколько-сколько лет назад Фредерика прочитала то же самое заклинание, что и я? Триста?! А Эсмеральде на вид не больше шестидесяти… Я подозрительно на неё посмотрела, она в ответ невозмутимо заглянула мне в глаза, и отвернулась.

– Высыпьте землю в котёл, – посоветовала служанка. Я с удивлением уставилась на свой сжатый кулак. Даже не заметила, что, как сгребла туда землю, так и держала. Отряхнув руки над котлом, нерешительно потянулась к книге и начала листать страницы. Век бы до этой гадости не дотрагиваться!

Ну вот и знакомый противный череп, напоминание на странице «Не читать ни при каких обстоятельствах» тоже никуда не пропало.

Глубоко вздохнув, я внимательно всмотрелась в написанное. Само заклинание было в книге написано большими буквами, а мелкий шрифт тогда прочитать я не сподобилась. Напрягая глаза, еле разобрала строчки. Что-то вроде кулинарного рецепта. Землю я уже высыпала, по подсказке Эсмеральды.

– А на чём варить зелье? – спросила я озадаченно.

– Положите все в котёл. В том порядке, который указан в книге. Количество не важно, – тут же отозвалась терпеливо она.

Я начала вслух произносить названия ингредиентов по очереди, служанка мне их тут же передавала. Мне оставалась только загрузить в чугунную ёмкость очередную порцию гадости, поражаясь абсурдности происходящего.

– Толчёные крылья летучих мышей.

Я с трепетом взяла мешочек, наполненный серым порошком и вытряхнула в котёл, чувствуя себя каннибалом. Мои собратья, можно сказать…

– Беладонна.

В травах я не особенно разбиралась, но знала, что эта травка не очень полезна для организма. Поэтому на всякий случай задержала дыхание на несколько секунд, вытряхивая из склянки с широким горлышком засушенное растение.

– Крысиный помёт.

Скривившись от отвращения, взяла мешочек. Да, было намного хуже, если бы требовался свежий помёт, а так – вполне терпимо.

– Перемешать.

Я протянула руку и Эсмеральда тут же дала мне огромный деревянный половник, который лежал на столе среди банок. С содроганием помешав содержимое котла и посмотрев на малоприятный результат, чуть было туда не плюнула, но вовремя спохватилась, что этого не было в рецепте. Вот уж не хотелось, что бы в случае порчи «зелья» меня снова бесцеремонно вытолкали из замка, чтобы я принесла новую порцию грязи, учитывая неприятных «гостей», которые паслись неподалёку.

Кстати о гостях… Мельком посмотрев в зеркало, которое усердно показывало одно и то же – входные двери замка, увидела, что зомби имеют определённый успех в выламывании препятствия. По крайней мере, одна створка уже начала поддаваться. Это заставило меня поторопиться.

Список ингредиентов закончился. Так, теперь эту мешанину надо где-то сварить?! Без воды и огня… Растерянно оглядевшись, не увидела ничего, что напоминало бы плиту.

– Приложи меня к стенке котла, – пробурчало кольцо.

– Зачем?

Кого я об этом спрашиваю?

– Сюрприз будет! – ехидно ответило оно.

Глава 5

Ну ладно… Прижала палец с кольцом к внешней стенке котла, и сразу попыталась убрать. Вот только ничего не получилось. Кольцо как приклеилось. Зато грязное месиво стало бурлить, как будто и правда варилось.

Где-то вдалеке раздался грохот, как будто упало что-то тяжёлое. Зеркало дало крупным планом входящих зомби. Зрелище-е… Они же мне весь замок провоняют!

– Что дальше? – крикнула я, запаниковав. Запах меня волновал мало, но то, что эти упёртые умертвия собираются меня загрызть – очень даже!

– Ну ты и тормоз! – возмутилось кольцо, – заклинание читай! Только в предложении слова наоборот поставь! И побыстрее, чем больше сил я трачу, тем сильнее разогреваюсь…

А то я не чувствую!

– Омм, закинара, уропа, вделмааар, аринари некротикус, омм!

– Ааааааааааа!

Снова я не по тексту заорала. Но когда из котла вырвалась струя зелёного пламени, сухим жаром опалив мне лицо, не сдержалась.

Зато кольцо, наконец, отлепилось от чугуна! Упав на каменный пол, и сильно ушибив колени, трясущимися руками ощупала лицо и волосы. Вроде всё на месте.

– Хозяйка, принимай работу, – усталым, но донельзя довольным голосом сказало кольцо, – и больше не говори, что я у тебя не молодец.

Быстро посмотрев в зеркало, я с облегчением увидела, что зомби из активно ходящих превратились в пассивно лежащие в разнообразных позах тела. С трудом поднявшись (узкое платье эротично разошлось по швам в самых непредсказуемых местах), подошла к зеркалу, которое показывало замерших умертвий. Подобие жизни из них ушло. Теперь это были просто… трупы разной степени давности. Ещё раз про себя проговорила эту фразу. В замке. Везде. Лежат. Покойники.

Медленно пошла к выходу из лаборатории. Идти наверх очень не хотелось, но выбора у меня не было. Эсмеральда тихой тенью шла следом, но у неё хватило выдержки прихватить с собой лампу, а то так и шли бы в темноте.

Запах разложения начал чувствоваться ещё с первых ступеней. Дальше лучше не стало, он только усиливался. Наклонившись, я оторвала кусок ткани от платья – хуже от этого оно не стало, и сложила в несколько раз, приложила к носу. Помогло мало, но дышать всё равно стало немного полегче. Когда вышли из потайного хода, оценили размер бедствия.

Они были везде в гостиной. На улице, через проём выломанной двери, увидела, что ещё больше тел лежат на брусчатке площади. Ну и что мне теперь с этим моргом на выезде делать?

Дышать, и правда, стало совсем невозможно, и я почти на ощупь выбралась на улицу, стараясь не споткнуться ни об кого из лежавших. Тем более что было совсем не по себе от мысли, что они могут притворяться. Отвлечённо отметив, что на этот раз невидимая преграда меня легко пропустила, я пошла в сторону скамеек, расположенных во дворе. Ну почему это заклинание не могло вернуть обратно в могилы всех этих бедолаг? Что мне теперь делать? Закапывать в саду или в лесочке? С помощью одной престарелой служанки и абсолютно неадекватного кольца?

Между прочим, мне вспомнился наш уговор с пакостной вещицей, и я осторожно потянула кольцо с пальца. К моей тихой, но бурной радости, оно на этот раз поддалось. Причём, к моему великому удивлению, молча. Прислушавшись, я услышала исходящее от него тихое сопение… Оно ещё и спит?! Зажав в руке, я огляделась, думая, куда его положить. Честно говоря, решила слинять, и пусть они сами тут разбираются. Вот только соберусь с силами… Эсмеральда вышла из замка и присела рядом. Вместе мы с ней молча сидели на скамейке.

Было очень тихо, поэтому шум подъезжавшей к замку машины показался необычайно громким. Оцепенев от ужаса я следила взглядом за неторопливо вползавшим в ворота замка небольшим зелёным «Пежо». Оглядев тела, свалившиеся, как попало, на площади, поняла, что за минуту я вряд ли успею их хотя бы прикрыть чем-нибудь, чтобы не так бросались в глаза. Впрочем, убийственный запах всё равно бы выдал, что тут произошло нечто, мягко говоря, странное.

Машина остановилась прямо напротив нас, и из неё вышел адвокат бабушки Фредерики. Ошарашенно оглядываясь, он осмотрел наше креативное украшение площади, потом попятился, скривившись. Понимаю тебя, Плюгавенький, саму пару сотен раз чуть не стошнило.

Я с интересом наблюдала, как лицо адвоката приобрело нежно-салатовый цвет, он достал из кармана носовой платок и маленькую бутылочку духов (интересный джентльменский набор, не ожидала). Намочив платок духами, прижал его к носу, и встретил, наконец, наши с Эсмеральдой абсолютно пофигистические взгляды. Эсмеральда с самого начала восприняла начавшуюся чертовщину совершенно спокойно – наверняка, многого насмотрелась, когда бабуля была ещё жива (не к ночи будь старушка помянута, а то ещё заявится). А я была вымотана до такой степени, что мне уже было всё равно – нормально ли происходящее, или нет. Лишь бы домой отпустили.

Если адвокат и был сильно шокирован происходящим, то это состояние у него прошло на удивление быстро – снова деловито осмотрев тела, лежавшие на площади, он достал сотовый телефон из пиджака и набрал какой-то номер. Кого это он приглашает полюбоваться на чудесное зрелище? Я прислушалась, но так и не сумела понять. Не успела придумать, как можно незаметно слинять отсюда, как Плюгавенький, закончив разговор, снова направился к нам.

– Ничего себе, съездил на часок по делам, – покачал он головой, – такой бардак устроили!

Я обвела неверящим взглядом площадь, заваленную трупами. Это он называет «бардак»? Ещё бы сказал, что девочки немного пошалили без присмотра. О чём он начал говорить далее – я отказалась понимать окончательно, поэтому просто смотрела на него широко открытыми глазами… ну ладно, попросту вытаращенными.

– Парни сейчас подъедут…

Какие парни?

– Сколько всего тел?

Мне устроить опись?

– Одного грузовика, думаю, хватит.

Отвезите меня, пожалуйста, в дурдом, я уже готова.

Плюгавенький (как ни мучила уставший мозг, его имя так и не вспомнила) достал из кармана плоскую фляжку и от души к ней приложился. Заметив мой завистливый взгляд, без лишних слов поделился ёмкостью.

Ого… я сегодня узнала о себе много нового. В том числе и то, что могу выпить залпом крепкий алкоголь, и не поперхнуться. Не так, конечно, я хотела познакомиться с болгарской выпивкой. В мечтах присутствовал старинный бар, текила гармонично соседствовала с солонкой и нарезанным лимончиком, напротив уютно устраивался привлекательный незнакомец, которого я сразила наповал своей неземной красотой… Да-да, надежды одинокой учительницы на курортный роман никто не отменял!

Эсмеральда наотрез отказалась успокоить нервы. Ладно, мне больше достанется… молча показала Плюгавенькому кукиш, когда он потянулся забрать фляжку. Сделала ещё один солидный глоток. По телу снова прокатилась волна приятного тепла, вызвав невероятное расслабление.

Развалившись на скамейке, с интересом наблюдала, как Эсмеральда с Плюгавеньким что-то обсуждают на болгарском недалеко от меня. Жаль, что я не знаю этот язык. А, совсем забыла! Теперь знаю. По крайней мере, этот гадёныш, который кольцом прикидывается, так говорил. Но не слышно ничего. Вот она покачала головой… в затуманенном сознании пронеслась мысль, что на болгарском языке жестов это означает то же самое, что у нас кивок. И наоборот, если бы она кивнула, это значило бы несогласие… О, как сложно! Без текилы и не разобраться. Хорошо, что во фляжке (я потрясла её, проверяя) осталось ещё немного, на донышке.

А вот и грузовичок, который обещал подогнать адвокат. Оперативно приехал, однако… Остановился недалеко от выставки бывших умертвий, и из него вышли несколько крепких мужичков. Наверняка, те самые «парни», о которых говорил Плюгавенький. А вот, кстати, и сам благодетель активизировался – подскочил к ним и начал что-то объяснять, размахивая руками. Они выслушали и достали из грузовичка респираторы, нацепили. Один выделили адвокату, который тут же отбросил свой надушенный платок в сторону. А мне? Я тут из последних сил свежий ветерок ловлю, любое дуновение!

Решительно встав со скамейки, тут же упала на неё снова. Первый раз в жизни удалось опьянеть просто в рекордные сроки. Но всё же заставила себя подняться снова, только уже осторожнее. Сопящее кольцо я оставила на скамейке, мешало. Фляжку оставила там же, мне хватит. Но не успела я подойти к грузовичку и тоже поклянчить себе респиратор, как меня перехватил Плюгавенький. Одной рукой держа меня, чтобы не упала, другой вытянул из внутреннего кармана пиджака (чего только там нет!) солнечные очки и надел их мне на нос. Это, конечно, был не первый странный поступок с его стороны, но удивил меня чрезвычайно. Непослушной рукой попыталась снять очки, но он тут же меня остановил.

– Не стоит, Анжела, – прошипел он, отводя меня, спотыкающуюся, в сторону, – лучше спрячьте глаза. Уж на что я привычный к разным ужасам, и то в дрожь бросает от одного вида. Не пугайте рабочих.

Ничего себе… это как же чудесно я должна выглядеть, если адвокат беспокоится, что лицезрение меня навеки повредит психику «парней»? До этого они без лишних эмоций, преспокойно, выносили из замка трупы в мешках и складировали их в грузовик…

Куда он меня тащит? Обратно в замок?! Не хочу! Я упёрлась ногами в камни площади и мне даже удалось притормозить коротышку-адвоката, несмотря на своё шаткое состояние-нестояния. Мельком отметила, что прохладные камни приятно охладили разгорячённые ступни.

– Это кто такие? – слишком громко спросила я, размашистым жестом показывая на активистов в намордниках-респираторах, которые продолжали монотонную и малоприятную работу. Один из них испуганно вздрогнул и прибавил шагу, чтобы оказаться от меня подальше. Видимо, я и правда сегодня вечером неотразима…

– Служба Спасения Дряново, – нетерпеливо пояснил Плюгавенький, – между прочим, вы платите им огромную зарплату за подобную работу, поэтому у них и база находится недалеко от замка. Вы, графини Керсти, мирно жить не любите. Почти каждый месяц нечто подобное происходит. Хотя, надо признать, свою бабушку вы перещеголяли. Её неумения читать правильно свои книги хватало только на лесные пожары и падения всякой мерзости, вроде дохлой рыбы, с неба… Вам придётся в этом месяце выписать парням большую премию. Плюс ещё затраты на то, чтобы полиция закрыла глаза на массовую эксгумацию кладбища… Славно порезвились в первый же день, нечего сказать. Счёт на расходы получите завтра.

Он снова потащил меня в замок, но теперь я уже не сопротивлялась, пытаясь сообразить, на сколько мои приключения потянут в денежном эквиваленте. А так же, есть ли у меня столько денег, почему до сих пор дряновцы до сих пор терпят замок Керсти, и не стоит ли ждать процессии местных жителей с факелами и вилами… Всё-таки, с дегустированием текилы я малость переборщила…

Когда меня, наконец, отбуксировали в гостиную, где стояла мощная вонь (тел уже не было, ребятки сработали быстро), и усадили на кресло. Причём не очень нежно. Свалили, как мешок с картошкой. Ничего себе, отношение к работодателю. За что только деньги плачу?! Ещё бы выяснить, откуда я эти самые деньги брать буду… Дальше мысли смазались, и я уплыла в алкогольную дрёму, блажённо улыбаясь…

Глава 6

С добрым утром меня, любимую… Вот только оно какое-то нехорошее. Во рту пересохло, в глазах темно, а голова просто раскалывается на части от боли! С трудом разобралась, что со зрением всё в порядке, просто я заснула в солнечных очках. Точнее, тот, кто меня притащил в комнату, зачем-то их оставил. Шутник… Сняв очки, осторожно встала с кровати, и обнаружила, что у меня ещё и «вертолётики» – комната кружилась, как безумная карусель. Надо же – я уже боялась, что теперь каждое утро буду просыпаться в гробу. Видимо, для приятного разнообразия, меня решили всё-таки положить в нормальной спальне.

С трудом сфокусировав уплывающий в сторону взгляд, увидела возле двери большое зеркало, в котором отражалось нечто в красных лохмотьях. С трудом опознала в этом чучеле себя и решила привести в порядок, хотя бы поверхностный. Медленно оглянулась, и снова добрым словом помянула Эсмеральду – на стуле рядом с кроватью лежали мои джинсы и топик, сверху она положила вычищенные босоножки.

Выскользнув из платья, которое превратилось в подобие облачений вчерашних зомби (передёрнуло от одного воспоминания), трясущимися руками натянула свою одежду. После недолгих поисков, обнаружила и расчёску. Ладно, сегодня я не брезгливая. Не важно, кто ей пользовался… Причешусь и пойду поищу Эсмеральду. Пусть нальёт что-нибудь попить. Просто умираю от жажды! Такое ощущение, что какая-то вражина садистски медленно посыпает моё горло песком. И одновременно лупит по голове дубиной.

Подойдя к зеркалу, провела несколько раз расчёской по волосам. И встретила взгляд страшных глаз своего отражения.

Забросив расчёску нервным движением в сторону, снова посмотрела, более внимательно. Вот что текила проклятущая с людьми делает! Я была готова ко всему: к головной боли (присутствует), изжоге (вроде бы обошлось), жажде (куда без неё!), «вертолётам» (прошло, наконец-то). Но то, что моя орехового цвета радужка выцветет и станет тусклой бледно-голубой… А белки глаз приобретут жёлтый оттенок… Опять отраву подсунули! Ну, Плюгавенький!

Потом вспомнила, что адвокат дал мне очки, когда я только выпила текилы. Не могла она тогда так быстро изменить мои глаза. О чём это я? На подобное не способен ни один алкоголь! Значит, эта жуть произошла со мной ещё раньше. На секунду представила, как захожу на урок и обвожу класс мутными гляделками зомби. Двадцать пять седых маленьких заик школе обеспечены точно! А свидание в баре с красивым незнакомцем, на которое я уже мысленно собралась… стоит мне «стрельнуть глазками», как он будет убит наповал. Оба варианта будущего меня не устраивали категорически.

Выйдя в коридор, чтобы Эсмеральда объяснила, долго ли эта ерунда будет с моими глазами продолжаться, сообразила, что далеко они с адвокатом меня не уносили – рядом с лестницей, ведущий на жилой этаж, было что-то вроде комнаты для прислуги, там они меня и положили. Могли бы и поднатужиться, доставить на второй этаж в хозяйскую спальню, раз я теперь графиня!

Пошатавшись по замку, с трудом, на одной интуиции, обнаружила кухню. Вот кто придумал, что к месту для готовки еды обязательно нужно пробираться через длиннющий коридор? Можно скончаться от голода, но так и не дойти до вожделенного холодильника.

Для кухни решили не мелочиться и выделить огромный зал, где просто терялись многочисленные столы, шкафчики и плиты. Одно из двух: или графиня Керсти хотела открыть в замке ресторан, или была без ума от кухонных принадлежностей. Но Эсмеральды здесь не было. Жажда снова требовательно напомнила о себе, но я уже заметила на столе кувшин с апельсиновым соком, и с наслаждением присосалась к нему, не утруждая себя поисками стакана. Всё равно никто не видит. Можно и посвинствовать.

– Графиня, – шокировано протянул знакомый баритон, и я поперхнулась от неожиданности, – а вам знакомо такое выражение: «Положение обязывает»? Хотя бы к соблюдению внешних приличий.

Ну вот. А я так вчера старалась его потерять! Кому понадобилось забирать этого маленького провокатора со скамейки? Демонстративно снова отхлебнув из кувшина, поставила его обратно. А, вот и пакостное колечко! Лежит на столешнице, такое безобидное на вид. Сразу в ярких красках вспомнила, что оно заставило меня вчера пережить.

– А здорово вчера пошалили, правда? – мечтательно заявило кольцо, и я осмотрелась в поисках укромного местечка, куда можно его засунуть. Да так, чтобы на этот раз никто не нашёл и не притащил обратно. Но, тут же, вспомнила о своей новой проблеме, с которой пока не разобралась.

– Что с моими глазами? – требовательно спросила я, – почему они такие жуткие? Если это снова твои проделки, то закопаю, да так, чтобы никто никогда не нашёл!

– А почему сразу я виновато оказалось? – тут же возмутилось кольцо в ответ, – вот ты мне вчера рубин поцарапала. Я ведь не жалуюсь! Между прочим, отличный камушек был. А ты взяла и испортила.

– Плевать мне на твой рубин, – оторопело сказала я, не ожидав подобных обвинений, – что с глазами? Это ведь пройдёт, правда?

– Ну разумеется, пройдёт, – успокаивающим тоном сказало кольцо, подозрительно быстро забыв про полученное повреждение, – вот как только проклятье с себя снимешь, и тут же всё станет, как было.

Утро стремительно приближалось к отметке «очень плохое, лучше бы я сегодня не просыпалась». К моему похмелью прибавилось ещё и проклятье.

– И когда я успела схлопотать ещё и это?!

– Когда родилась… не, даже ещё раньше. Фредерика поцапалась с Кристианом лет двести назад. Вот тебя и наградили авансом.

– Ничего себе! И в чём оно заключается, если не секрет? Кристиан какой-то…

– Да какие у меня от тебя секреты. Всегда правду говорило.

Я так понимаю, время для того, чтобы «отблагодарить» Тути по полной программе и от души ещё не пришло. Пришлось промолчать. К тому же, у кольца открылось настоящее словоизвержение, которое мне очень не хотелось прерывать. Поэтому просто нашла себе всё-таки чистый стакан в шкафчике, налила сок и слушала, нервно прихлёбывая спасительную жидкость.

– Значит, так. Был у Фредерики один воздыхатель, герцог Кристиан Симпле. Она в 1832 году в Англию на бальный сезон приехала, там и познакомились. Надо признать, несмотря на то, что ей тогда было уже сто лет, выглядела она с моей помощью очень даже неплохо, лет на тридцать пять. Потанцевала с ним пару раз, а он уже с предложением руки и сердца прибежал на следующий день. С фамильным кольцом и бриллиантовым колье. Фредерику его ливер не заинтересовал, хилая конечность тоже не впечатлила. Цацок и без этого было навалом. Ну и послала его лесом. Причём не сильно деликатничала при этом. Кто ж знал, что Кристиан тоже в некотором роде колдун? Причём обидчивый? Он и проклял. Со злости не забыл упомянуть и её потомков, которые займут место графини Керсти после неё. Вот прямо так и сказал. А после неё, сама понимаешь, только ты есть. Ну а саму леди-динамо обрёк на вечное одиночество. И правда, потом у неё ни с кем так и не склеилось. А ведь сначала не поверила, смеялась над идиотом… лет тридцать.

– Ну и причём здесь мои глаза?! – не выдержала я, и налила третий по счёту стакан сока. Головная боль потихоньку пропадала, за что я была ей крайне благодарна.

– Кристиан был романтик и поэт. Он трагично заявил, что, так как Фредерика – бессердечная, и душа у неё чернее некуда, то пусть и у её потомков душа больше не будет отражаться в глазах. Вот поэтому они у тебя сейчас…

– Мёртвые, – сама продолжила я, вспоминая страшное зрелище.

Глава 7

Да уж. Было, о чём погрустить! Вот только… чуть позже. Выпитый сок стал доставлять определённые неудобства. Причём такие, что даже проклятье временно отошло на второй план.

– Никуда не уходи, – сказала я, вскочив на ноги, – сейчас вернусь, и ты подробно расскажешь, что нужно сделать.

– Думаешь, очень смешно? – неслось мне обиженно в спину, – куда я уйду, у меня же ног нет!

Облюбованная мной накануне нужная комнатка была достаточно далеко от кухни, но искать новую я не рискнула, поэтому прямой наводкой мчалась по старому маршруту. Добравшись, наконец, до места назначения, с облегчением закрыла за собой дверь.

Всё, теперь можно жить дальше. Головная боль прошла, с «неудобствами» тоже разобралась. Теперь нужно поскорее вернуть глаза в прежнее состояние и делать из этого дурдома ноги. И как можно скорее!

Только я хотела открыть дверь, как услышала знакомый голос, который звал Эсмеральду. Плюгавенький пришёл. Я затаилась. Он, конечно, меня уже видел во всей красе, но лишний раз показываться кому-то, пока не решу проблему с глазами, не хотелось. Как назло, он остановился прямо напротив двери, судя по всему.

– Привет! – раздался его противный голос, и я подпрыгнула от неожиданности. Как он догадался, что я здесь?

Не успела открыть дверь, и хорошо, так как Плюгавенький тут же продолжил:

– Я в замке Керсти…

А, снова по сотовому говорит. Ну ладно, послушаем, всё равно деваться мне отсюда некуда. Мне даже не казалось странным уже, что я отлично понимаю язык, которым позавчера ещё не владела.

– Да эта пьянь спит ещё…

Какая пьянь? Я насторожилась.

– Вылакала всю мою текилу, до сих пор в отключке…

Сейчас кто-то точно схлопочет. Я огляделась. К примеру, этим ёршиком для унитаза. Но потом услышала такое, от чего замерла с уже приготовленным для мести «оружием».

– Нет, заплатить явно не сможет, не тот случай, нищая оборванка из России. А порезвилась вчера так, будто у неё фамильные бриллианты везде лежат. Расходы потянут на триста тысяч левы, не меньше…

Я мысленно перевела сумму в рубли. Один лева где-то двадцать два рубля… получилась устрашающая цифра, мне легче продать себя в рабство, чем накопить столько. И то я не уверена, что хватит. Прислонилась лбом к двери и слушала дальше.

– К капиталам старухи тоже доступ только через полгода получит. Ничего, я ей дам нужную сумму… в обмен на замок!

Я аккуратно поставила ёршик на место. Нет, бить Плюгавенького я не буду. Да его, скотину меркантильную, расцеловать надо – мне ведь платить ничего не придётся. Взаимная выгода получается – ему замок по мизерной цене, а мне спокойный отдых, и полное забвение своего «графинствования». А через полгода, в совсем радужной перспективе, «доступ к капиталам старухи».

Еле дождалась, пока голос Плюгавенького, и, соответственно, он сам, удалится от двери, и аккуратно её открыла. Выйдя в коридор, увидела, что он идёт в «парадную залу». Вот пусть подождёт. Я ему ещё «пьянь» и «нищую оборванку» не простила!

Тихо прокралась мимо, и снова пошла на кухню. Вот Тути обрадуется, что больше меня не увидит! Да и Эсмеральде от меня одни хлопоты.

Кольцо лежало там же, где я его оставила. Куда бы оно делось, ухмыльнулась я.

– Так, продолжаем, как мне теперь избавиться от этого проклятия?

Между делом добралась до холодильника. Пока он ещё принадлежит мне, могу лазить, сколько захочу. Достала себе пару йогуртов, выудила ложку из шкафчика и снова устроилась напротив кольца. А жизнь-то налаживается понемногу. По крайней мере, я так думала целую минуту.

– О, это достаточно просто, – порадовало меня кольцо, и тут же огорошило, – наследник Кристиана должен надеть тебе на палец то самое кольцо и вручить бриллиантовое колье, с которыми он подкатывал к Фредерике.

Я замерла с ложкой во рту. Ничего себе, просто.

– А фрухохо выхоха е? – прошепелявила я, и, вынув ложку, повторила, – а другого выхода нет?

– Так вроде и так всё проще не придумаешь, – удивилось кольцо, – вот Фредерике, чтобы избавиться от проклятия, нужно было на коленях ползти от Букингемского дворца до дома герцога Симпле, а потом просить прощения сотней разных способов. Не удивительно, что она предпочла жить обречённой на одиночество, чем так изгаляться над собой. Так что, Кристиан дождался только ответного привета от неё и до конца жизни болел всеми болячками, которых когда-либо боялся. А он был страшно мнительным. Если подумать, из них вышла бы отличная пара, кабы бы не взаимные проклятия. Друг друга стоили, что и говорить.

– И где мне искать этого наследника? – спросила я, прикидывая, как у меня получится выцыганить у того две нужные мне вещи. Да уж, не чашку сахара в долг просить собираюсь!

– Тоже ничего сложного! Надеваешь меня на палец, думаешь о том, что хочешь снять проклятие. Я нащупываю связь между тобой и потомком Симпле по мужской линии – а она просто обязана быть, раз ты на него завязана. Вуаля – три секунды, и ты уже недалеко от герцога. Останутся сущие пустяки – раскрутить аристократика на помолвку.

– Ну, если только построить ему глазки, – задумчиво протянула я, вспоминая жуткое отражение своих глаз, которое увидела в зеркале, – уверена, что когда он перестанет орать от ужаса, то в обмен на обещание больше меня не видеть, отдаст все фамильные драгоценности.

– Ой, на месте разберёмся, как его уломать, по хорошему или нет, – нетерпеливо сказал Тути, – поехали, что ли? А то я от безделья скоро плесенью покроюсь!

Я с опаской на него посмотрела. Снова надевать ЭТО на палец не хотелось категорически. Все замашки маньяка были налицо, и доверять ему безоговорочно готова точно не была.

– Может, Эсмелальду подождём? – предложила я, чтобы хоть немного потянуть время, – что-то её долго нет.

– Её ещё долго не будет, – загадочно сказало кольцо, – и учти, я ведь могу передумать помогать. Так что считаю до трёх, и если не решаем проблему прямо сейчас и вместе, решаешь одна и как хочешь!

Ничего себе, ультиматум. А вещи собрать? А деньги из гостиницы взять?! За три секунды не успею это сделать.

– Раз…

– Подожди, не так быстро, мне же надо…

– Два…

Я схватила маленького шантажиста и быстро надела на палец.

– Хорошая девочка, – довольно сказало кольцо, и тут же скомандовало, – теперь думай только о том, что хочешь снять с себя проклятие, а я пока поработаю. И, кстати, зажмурься на всякий случай. Постараюсь тебя перенести в целости и сохранности. Главное, ничего не потерять при переносе.

Не успела я осознать его последние слова и горько пожалеть о своём опрометчивом решении снова ввязаться в очередные неприятности, как резкое свечение, окружившее меня, и впрямь заставило зажмуриться. Думай о том, что вернёшь глаза в норму и больше никогда! Ни за что! Не ввяжешься в подобную историю. И если снова получишь письмецо с обещанием всех земных благ, долго-долго будешь его рвать, потом сожжёшь, а пепел развеешь по ветру!

Меня начало крутить в воздухе, я только беспомощно размахивала руками – и толкнуло на пол… то есть, на траву, как определила я сначала на ощупь, а потом уже и увидела, осторожно открыв глаза. Да, трава. И лесок. Не очень густой.

– Добро пожаловать в Англию! Я, как обычно, молодец, доставило в лучшем виде, – торжественно провозгласило кольцо, и добавило, – только ты уж извиняй, туточки 1876 год на дворе. Последний потомок по мужской линии подходящего возраста только в этом времени и нашёлся.

– Хочешь сказать, что мы сейчас в девятнадцатом веке?

Осмотревшись по сторонам, я заметила, что через лесок виднеется вдали небольшая деревня. Но, как выглядели дома и жители, с такого расстояния было не заметно.

– А тебе что, не всё равно, в каком веке мужика под венец тащить? – спросило скучающим голосом кольцо.

– Да мне это и дома-то не удалось…

А, о чём, идиотка, думаю!

– Давай-ка отправь меня обратно… Разберусь с глазами как-нибудь сама. Линзы там, операция. Придумаю что-нибудь, – наконец, выдавила я, страшно жалея, что эти светлые мысли не пришли в мою голову до того, как я снова связалась с этим мошенником.

Вот ни слова ведь не сказал, что мне предстоит подобное путешествие. Как тогда, когда я по его милости превратилась в летучую мышь! Но одно я поняла за время печального опыта общения с Тути и Эсмеральдой – они мне всегда говорили правду, пусть и не сразу.

– Нашла такси, – возмутилось кольцо, – вези меня туда, не хочу, передумала, вези обратно! Вот пока проклятье не снимешь, домой не попадёшь. Сама ведь такое условие поставила, а теперь возмущаешься.

– Когда это я такое условие ставила?!

– А при переносе, – тут же охотно сказал Тути, – я ведь сам по себе ничего не могу, только направить твою же энергию в нужное русло. И если бы ты мысленно не проверещала, что хочешь снять проклятие и вернуться домой, ограничилась только снятием… То ещё можно было бы и вернуться прямо сейчас. Но первое желание ты пока не выполнила. И, кстати, пока мы тут болтаем, твоего герцога убивать собираются. Так и будешь стоять, или всё-таки ему поможешь? Последний потомок по мужской линии, всё-таки, такими не разбрасываются.

– Где? – напряглась я, осматриваясь.

Ничего подозрительного не заметила, только увидела всадника, скакавшего на замечательной лошади вороной масти метрах в двухстах от меня. Я даже залюбовалась прекрасным зрелищем. В смысле, лошадью, а не наездником. В отличие от своей чудной коняшки, грациозностью и изяществом он явно не отличался.

– Так это Симпле скачет, – прокомментировало кольцо, и я прищурилась, пристальнее всматриваясь в претендента на украшение меня драгоценностями, – а вон за тем холмом его уже поджидают. Трое. Тоже с целью пограбить. Так что ты поторопись, а то они тебя опередят.

Я неуверенно двинулась в сторону всадника. Гнаться за скакавшей галопом лошадью желания никакого не было, поэтому сделаю вид, что просто прогуливаюсь. Впрочем, мнимая безмятежная прогулка продолжалась не очень долго – из-за холма, как и говорил Тути, выскочили трое мужчин и преградили герцогу дорогу. Он был вынужден поднять лошадь на дыбы, чтобы не задеть кого-нибудь из них. Не оценив подобной доброты, громилы мигом сдёрнули его с седла на землю и принялись с упоением пинать.

Я побежала, сама не зная, как буду ему помогать. Но и смотреть на то, как трое избивают беззащитного человека, тоже не могла. К тому же герцог мне ещё очень даже пригодится, чтобы вернуться домой.

Подбежав к дерущимся, хотя сложно было назвать дракой избиение, я выдернула из-за пояса одного из мужчин дубину, которой он даже и не подумал воспользоваться, предпочитая бить аристократа ногами. Удивлённо хэкнув, бандит повернулся ко мне, но я не стала дожидаться, когда он перехватит у меня своё же оружие, и стукнула его дубиной по коленям. Двое других, удивлённо повернувшись на крик боли своего товарища, который катался по земле, держась за ноги, ощерились и, оставив свою жертву, направились ко мне.

Снова попыталась взмахнуть дубиной, но тот, которого я попыталась ударить, без особого труда её схватил, и за неё подтянул меня к себе. Я оказалась совсем близко от грязного небритого лица и от страха оскалилась точно так же, как и он, глядя в бешеные глаза налётчика.

Отпустив дубину, он от меня отпрыгнул и быстро перекрестился.

– Не подходи к ней, Джим, убегай!

Оторопев, я сделала к нему шаг, но он, завопив, бросился наутёк. Не поняла… Повернувшись ко второму, увидела, что тот быстро оттаскивает стонущего приятеля в сторону. Наконец, взвалив его на плечи и выставив в мою сторону небольшое распятие, выуженное из штанов, тоже поспешил убраться. Я осталась стоять, не понимая причин столь бурной реакции. Трёх секунд мне хватило, чтобы оскорбиться. Не так уж страшно я выгляжу.

– Ну вы и трУсы! – крикнула я в удаляющиеся спины, – как герцога отпинать, так втроём накинулись, а от женщины убегаете?!

– Сгинь, умертвие, – дождалась я ответа издалека, и поняла, что на этот раз освоила английский язык. Всё-таки есть в этом наследстве хорошие стороны.

Похоже, моя мечта удачно выйти замуж, сделала мне ручкой. Если уж трое бродяг самого непрезентабельного вида испугались, то что говорить об избалованном женском вниманием герцоге. Хотя… я повнимательнее к нему присмотрелась и засомневалась, что он пользуется огромным успехом у женщин. На брутального мачо Симпле не тянул категорически, скорее на доброго плюшевого мишку.

Герцог лежал на траве неподвижно, лошадь, которая и не подумала никуда убегать, грустно толкала его мордой. Какая прелесть… Эй, а он ещё живой? Только я хотела подойти проверить, как меня остановил Тути.

– Да живой он, живой. Подумаешь, ногой пару раз толкнули, что ему, кабану, сделается. Ты лучше не вертись, стой смирно. Я тебя одевать пытаюсь.

Я вспомнила его дизайнерский дебют на кладбище и поёжилась. Плохое предчувствие не обмануло – через секунду я стояла посреди леса совсем без одежды! Причём даже не поняла, как это произошло. Джинсы и топик просто испарились, как будто их и не было! Заметавшись, босыми ступнями болезненно чувствуя все камни, я начала искать подходящие кусты, чтобы спрятаться. Про себя эмоционально перебирала все нелестные эпитеты про кольцо, которые пришли в голову. Лошадь подняла голову, заинтересованная моими хаотичными движениями. Хорошо, что это пока был единственный свидетель лесного стриптиза в моём исполнении.

– Да стой ты смирно! – рявкнул Тути, – а то панталоны у тебя на голове окажутся.

Я спряталась за широким стволом дерева и поражённо наблюдала, как на мне появляются обещанные панталоны – гладкие, как трико, и короткие, затем прозрачная рубашка. Потом длинная юбка с подкладом. Когда рёбра сдавило корсетом, только всхлипнула – орудие пытки, да и только. Зато к платью претензий не было – голубое, с удлинённым лифом, украшенным длинным рядом застёжек, маленькое белое жабо доходило до подбородка. Изящные чёрные ботиночки красиво сели по ноге. Напоследок на макушку шлёпнулась маленькая соломенная шляпка, украшенная длинными перьями (страусиными, что ли?) – это я уже определила на ощупь.

Насколько я могла понять, приличный вид по меркам этого времени я приобрела, причём в течение каких-то пары минут. Но проблема с глазами осталась открытой. Можно натянуть шляпку пониже на лицо, но это будет смотреться очень странно. А солнечные очки в девятнадцатом веке изобретены ещё не были.

– Не боись, с глазами я тебя подстрахую, – деловито сказало кольцо, – пока они будут нормальными. Но учти – на закате я засыпаю. Поэтому маскировка постепенно, в течение часа, снимется, и одежда станет очень хрупкой, но не исчезнет.

Я вспомнила его вчерашнее внезапное мирное сопение. Значит, оно не притворялось, и действительно вечером засыпает?!

– А вообще, поторопись придумать, как с Симпле познакомиться, он уже приходит в себя!

Действительно, мужчина застонал и попытался пошевелиться. Почти не думая, что делаю, я быстро смяла шляпку и кое-как нахлобучила её на место. Потом с усилием порвала платье в нескольких местах и испачкала его землёй. Тути издал возмущённый вопль оскорблённого кутюрье, но я мысленно на него цыкнула, и он замолчал.

Устроившись на земле недалеко от герцога в живописной позе, я замерла, и очень вовремя – он сел и начал оглядываться, морщась от боли. Всё-таки, ему сильно досталось. Наконец, заметил меня и потрясённо охнул. Я тихонько застонала, и Симпле обеспокоенно склонился над распростёртой мною.

– Мисс, что с вами? – раздался его взволнованный голос, и я едва сдержалась от раздражённого вздоха. Загораю я, сам не видит, что ли?

– Как вы раскидали этих негодяев! – восторженным срывающимся шёпотом сказала я, не открывая глаза, – вы – мой герой, незнакомец!

– Я?.. – растерялся герцог. И его можно было понять – наверняка последнее, что он помнил, были жестокие удары. Но я твёрдо решила убедить его в обратном. Встав с земли, деловито отряхнула платье. Симпле остался сидеть, завороженно уставившись на меня.

– Да, они остановили меня, украли мои чудесные золотые часы. Но тут увидели вас, окружили. Мне было так страшно! Однако вы дали им такой отпор, что если бы они не ударили вас по голове дубиной, то ни за что не справились с вами!

Я оценивающе посмотрела на герцога – лупили его по всем частям тела, так что наверняка голова тоже раскалывается. А признаваться в том, что болит всё тело, скорее всего, постесняется. Я драматично прижала ладонь к смятой шляпке.

– Голова болит, просто ужасно.

Симпле, наконец, немного пришёл в себя после моих сногсшибательных новостей и тоже поднялся с земли, вспомнив о правилах приличия.

– Позвольте вас проводить к вашим родным, мисс. Они, наверное, с ума сходят от беспокойства.

Мда… мой современник первым делом отправился бы к врачу, диагностировать повреждения любимого себя. А тут… еле на ногах стоит, но рвётся проявлять заботу.

– Да, конечно! – охотно согласилась я, но тут же сделала вид, что пошатнулась. Симпле кинулся поддерживать под локоток, и сам чуть не упал, когда я всей тяжестью на него навалилась. Угрызений совести не было никаких. Нечего было его деду на меня идиотские проклятия накладывать.

– Пожалуй, будет лучше, если вас осмотрит мой врач. Если вы согласитесь проехать со мной в Симпле Манор, то я извещу ваших близких, где вы. Это совсем недалеко.

Это тебе, болезному, присмотр врача необходим. Но, раз уж так рвёшься побыть героем и далее, не мне тебе мешать.

Когда он подвёл ко мне свою лошадь, стало не по себе. Издалека любоваться – это одно, но садиться на неё – это совсем другое. Коняшка с точно таким же подозрением посмотрела на меня. Чувствовала, наверное, что я в жизни в седло не садилась. Симпле по-своему истолковал моё замешательство.

– У меня нет женского седла, – виновато сказал он, как будто всегда возить с собой данное приспособление для верховой езды было святой обязанностью каждого джентльмена.

Прикинув, что идти пешком придётся достаточно долго, решила взгромоздиться на лошадь. Что тут сложного, в конце концов? Буду держаться покрепче.

– Я ужасно себя чувствую, но попробую…– решительно сказала я и поставила ногу на стремя. Перекинуть другую конечность через лошадь мне удалось, только подняв платье и нижнюю юбку повыше. Ого… недооценила я деликатное воспитание герцога. Нет, в обморок от смущения он не упал, хотя был близок к этому, судя по резко побагровевшему лицу.

«Ты вообще в курсе, что ведёшь себя крайне неприлично?» – ворвался в мою голову голос Тути, когда я ёрзала в седле, устраиваясь поудобнее, – «Ты бы ещё поплевала на ладони, прежде чем полезть на эту скотину!»

«Сам ты скотина!» – огрызнулась я, балансируя на спине лошадки, которая недовольно перебирала копытами. Смутно вспомнив, что она управляется поводьями, подобрала какие-то длинные верёвки. Симпле обеспокоенно мялся рядом.

– Мой дом вон за теми холмами, мисс…

– Где?! – привстала я в седле, и при этом, похоже, довольно сильно ударила кобылу по бокам ногами в стременах. Иначе, зачем этой тварюге нужно было неожиданно срываться в галоп, не понимаю. Выронив поводья и схватившись за луку седла, я отчаянно пыталась удержать равновесие на бешено мчавшейся кобыле. Что стукнуло той в дурную голову, и почему она именно сейчас решила помчаться, не пойми куда?

– Стоять! – отчаянно заорала я, дополнив свои слова оглушительным визгом, но подействовало это прямо противоположным образом: испуганно всхрапнув, та добавила скорости, будто за секунду отрастила себе ещё четыре дополнительные ноги.

Прижавшись всем телом, вцепившись как можно сильнее, начала ждать, когда безумная скачка закончится. Вот чего я не ожидала, так это того, что в седле будет так жёстко. Тряска была просто невообразимая, я даже не представляла себе, что может так кидать вверх-вниз.

Лошадь остановилась так же неожиданно, как и поскакала. Я бы удержалась в седле, но эта кандидатка на колбасу опустила голову и подкинула задние ноги. Разумеется, меня мигом перекинуло через её шею, настолько резко это произошло. Впрочем, полёт был совсем недолгим, меня остановило дерево, которое росло неподалёку. Влепившись затылком о ствол, я сползла на землю, в глазах потемнело, и последнее, что успела разобрать перед тем как потерять сознание – это взволнованные голоса людей, которые меня окружили.

"Жива?!" – с искренним удивлением диагностировала я, когда начала приходить в себя. Глаза пока не открывала, наслаждаясь ощущением полного покоя, прекращением тряски… и полным отсутствием боли! Мне казалось, после такого удара люди обычно с трудом собирают себя по кусочкам, разбросанным вокруг. Точнее, за них это делают хирурги. К тому же, очень хотелось оттянуть момент знакомства с местными жителями, которые настойчиво пытались привести меня в чувство, не подозревая, что я уже в сознании. Насколько я поняла, пока они звали какого-то Джона и посылали его за доктором. Вот как раз он Симпле и понадобится… когда тот приковыляет из леса. На его поиски тоже побежали, насколько я поняла, удивлённые, что кобыла герцога прискакала с «незнакомой мисс», но без его светлости.

"А чего тебе сделается?" – в моей голове, уже привычно, возник голос Тути, – «Пока свои пятьсот лет не отскрипишь, даже не надейся тапки откинуть. Вы, Керсти, живучие, как тараканы. Сколько раз Фредерику убить пытались, я уже даже не считаю».

"Странно тогда, что утром я едва не скончалась от ерундового похмелья, а сейчас ни царапины", – недоверчиво обратилась я к нему. Пока верилось с трудом, что мне предстоит такая долгая жизнь. Причём, если каждый день будет таким насыщенным, то стоит ли вообще столько жить?

"Так то ж я тебя страхую. Могла бы и не снимать меня вчера, обошлись бы без похмелья"…

Впрочем, времени на поболтать у меня не было – кто-то аккуратно поднял меня на руки и куда-то понёс. Вот именно: кто и куда?! Приоткрыв глаза, увидела, что меня заносят в большой красивый дом с белыми колоннами. Лошадка-то знала, куда меня доставить! Огромный детина с застенчиво пунцовевшим носом, определил меня на красивый диван в большой комнате и отошёл в сторону. Еле удержалась от того, чтобы томно не потянуться, но решила ещё немного сделать страдающий вид. То есть, застонать и попробовать неловко сесть на диване, прижав руку к голове.

– Нет мисс, – остановила меня полная женщина в чёрном платье, затянутая в корсет так, что задыхалась от каждого движения, – пока вас не осмотрит доктор, лучше не шевелитесь. Так с лошади упасть! И Кристиан хорош – позволил юной леди сесть на лошадь без женского седла.

Так, значит, моего герцога назвали в честь шаловливого деда? Буду знать. Ладно, поотдыхаем ещё немного. Я разлеглась на подушках, сквозь ресницы наблюдая за суматохой, которая поднялась в доме.

А ничего себе домик у герцога! Намного лучше, чем доставшийся мне полуразрушенный замок. Мебель шикарная. Даже жаль немного, что эта роскошь не для меня. Впрочем, для меня главное – снять с себя проклятие, а не выйти замуж за Симпле. Потом вернусь домой… отдам замок Плюгавенькому… вернусь в родную школу… и если Тути не преувеличил, буду гадать, как скрасить пятьсот лет одиночества. Ничего себе, перспективка!

"Ой, ну началось опять, началось!" – недовольно проворчал голос кольца у меня в голове, – "Насчёт того, чтобы отдать замок Владимиру, даже не мечтай! А то я смотрю, наш адвокатишка сильно губу раскатал. Придумаем что-нибудь. И я всегда-всегда буду с тобой – какое там одиночество. Разве это не здорово?!"

Я едва не подскочила с дивана от таких заявлений. Потом заставила себя лежать неподвижно, но при этом как можно эмоциональнее подумала: «Ни за что! Замок пущу с молотка на любом аукционе, а ты останешься с Эсмеральдой. Хватит с меня этих неприятностей!»

"Ну да, ну да," – как-то охотно согласилось кольцо, и тут же добавило: "Где-то я это уже слышало!.."

– Где больная? – послышался энергичный голос, прервав начало моей пламенной, но беззвучной речи, обращённой к Тути, и я сосредоточилась на маленьком пухлом человечке с объёмным чемоданом, который почти забежал в дом.

– Мистер Рекли, – бросилась к нему полная дама в чёрном, – герцог ещё не пришёл! На его Лучике прискакала эта леди, но она упала с лошади, и ударилась головой о дерево. Боюсь, она снова без сознания!

Надо же. Бешеная скотина, оказывается, носила нежное имя Лучик! Я бы её обозвала Монстреллой, не иначе.

– Уверен, с Кристианом всё в порядке. Я осмотрю пострадавшую. Вижу, что она уже пришла в себя. Прошу вас, леди Лейр, велите подать таз с тёплой водой и бинты.

Полная дама ушуршала куда-то в другую комнату, и послышался её громкий визгливый голос – готовить воду поручалось какой-то Китти.

– Мисс, – ласково ко мне обратился толстячок, – для начала я осмотрю вашу голову. Это совсем не больно. Если вы снимите шляпку…

Я села (переломы симулировать мне надобности никакой не было) и начала развязывать ленты потерявшей всякий вид шляпки, каким-то образом удержавшейся на моей голове.

"Ему наверняка покажется странным, что я не заработала ни одной шишки после такого падения!"

"Не-а! Ща замаскируем в лучшем виде. Не боись, больно не будет!"

Сняв останки шляпки, я покорно повернулась к доктору затылком, и услышала, как он нервно икнул и вскочил с дивана, на который было деликатно присел рядом со мной.

Удивлённо проследив за диким взглядом доктора, поднесла руку к голове, ощупала затылок, но ничего ужасного не заметила. Зато мистер Рекли, позеленев, дрожащими руками открыл свой чемоданчик и достал оттуда фляжку. Сделав из неё солидный глоток, ошарашено помотал головой, и снова повернулся ко мне. Вот только не говорите мне, что он там держит валерьянку!

Глава 8

«Ничего себе, замаскировал! У него же сердечный приступ чуть не случился!»

«Ладно, ладно, мозги наружу были чересчур. Просто хотелось чего-нибудь пореалистичнее. Уже убрал».

– Мисс?! – срывающимся голосом обратился ко мне врач, тщательно закупорив фляжку, – можете ещё раз повернуться?

По голосу было заметно, что он боится того, что снова увидит, и вздохнул с неподдельным облегчением, когда я снова продемонстрировала ему макушку. Видимо, Тути решил обойтись на этот раз небольшой раной.

– Так и знал, что мне показалось! – пробормотал врач, и уже смелее приблизился ко мне, – ну где же вода? – крикнул он в сторону, – нужно срочно промыть рану!

– Мисс, – снова ласково ко мне, – сколько пальцев я показываю?

Он растопырил два толстых коротких пальца, и я сделала вид, что сосредоточенно их считаю:

– Четыре?

Он убрал руку и задумчиво на меня посмотрел.

– Позвольте узнать, как ваше имя? Похоже, вы получили довольно сильный удар, и, похоже, сотрясение мозга.

Я забеспокоилась, что перестаралась. Вспомнила, что второй симптом сотрясения мозга – это тошнота. Вот чего бы не хотелось симулировать прилюдно.

– Я… не помню… – прошептала я и закрыла лицо руками, как будто была в ужасе.

– Вот как?! – крякнул доктор, и в это время под чутким присмотром леди Лейр вода была доставлена, и мне стали обмывать абсолютно неповреждённую голову.

Когда незапланированная помывка закончилась, в тазу – я краем глаза увидела – была вода безукоризненного красного цвета. Как он это делает?!

«Ну, если и правда, хочешь знать – только тебе это не понравится – приходится тебя немного вампирить. То есть, пока ты сама своей силой распорядиться не можешь, я её у тебя вытягиваю, чтобы хоть какую-то маскировку делать. Когда научишься хоть чему-то, будешь делать это сама».

Хотела возмутиться, но потом только пожала плечами. Ведь и правда, сама пока ничего не могу. И не хочу! Разберусь с этой проблемой – и поминай, как звали.

«Ага!» – абсолютно пьяным голосом радостно подтвердил Тути. Видимо, перестарался, выкачивая из меня энергию, вампирёныш проклятый, чтоб он подавился.

«Вот кто-то из леска припёрся, наверно герцог мой ползёт!» – вдруг затянул он, причём таким противным заунывным голосом, что я схватилась за голову, скривившись. Окружающие сочувственно на меня посмотрели, подумав, что я страдаю от невыносимых головных болей. А я и правда страдала! Тути не только медведь на ухо наступил, там все, кому не лень было, потоптались.

«Заткнись, заткнись, заткнись!» – как заклинание повторяла, я, но он продолжал выть дальше:

«На нём потёртая жилетка, ах, он с ума сейчас сойдёт»…

– Герцога нашли! Герцога! – услышала я крики с улицы, и на секунду мне показалось, что кто-то не очень умный решил подпевать Тути.

Но нет – через высокие французские окна было видно, как на двор ведут под узцы вороную лошадь, на которой сидит, покачиваясь, Кристиан. Его тут же окружили и начали помогать ему слезать с седла. Заботливая у него прислуга – только один раз уронили, пока помогали идти. Другие бы не упустили шикарную возможность в свою очередь пройтись по его светлости ногами – благо, он ничего не соображает. А эти подняли, отряхнули, и повели в дом. Мне как раз закончили бинтовать голову. Тути, наконец, внял моим мольбам и перестал петь, только начал мурлыкать что-то еле слышное.

Леди Лейр, которая, как я поняла, была родственницей Кристиана, суетливо к нему бросилась, потом задумчиво оглядела комнату, остановившись взглядом на мне. Ну всё, подумала я, попрут с удобного дивана, чтобы освободить место для нового болящего.

– Кристиан! – повелительно сказала леди Лейр, остановившись напротив несчастного герцога, который изо всех сил старался держаться прямо, – ты мне должен многое объяснить!

– Не сейчас, леди Лейр, – решительно отстранил её врач, – сначала я осмотрю его светлость, его сильно избили, это видно.

– Кто?! – ахнула та, пока Кристиана сажали в кресло с высокой спинкой, – Кристиан, кто посмел это сделать… и что за леди прискакала на твоей лошади?

Взгляды всех, кто находился в комнате, скрестились на мне, и я поспешно прижала руку ко лбу, изображая, что меня мучит головная боль. Кристиана заслонили широкими спинами врач и леди Лейр. Зато, наконец, все временно отвлеклись от меня. Было понятно, что когда разберутся с герцогом, снова вспомнят о таинственной незнакомке.

«Тути, ты меня слышишь?», – позвала я колечко, в надежде, что оно способно сегодня сделать хоть что-то полезное.

«Анжелка, ты меня звала?» – раздался донельзя довольный голос у меня в голове.

«Быстро организуй мне в рукаве платок с вышитой монограммой, или чем-либо подобным. Нужно, чтобы хотя бы имя не вызывало сомнений в том, что я леди, а не какая-нибудь вырядившаяся кухарка», – в тот момент мне казалось, что это и правда отличная мысль.

Тути не ответил, зато я почувствовала, как в правом рукаве неожиданно возникло какое-то давление. Под пристальным взглядом оказавшейся рядом служанки, которая как раз убирала остатки бинтов, я вытянула из него нечто, в два раза больше обычного носового платка. Состоящего почти полностью из кружев. И оцепенела. На свободной от украшательства тонкой материи было по-русски, синими суровыми нитками, кривыми буквами вышито «Анжелка Керстя» и кое-как сляпанный графский герб.

Не успела я запихать это позорище обратно, как служанка воскликнула:

– Леди Лейр, мисс нашла у себя платок с монограммой!

Ну вот кто её за язык тянул, спрашивается? Конечно, упомянутая леди коршуном метнулась ко мне и выхватила уродливую тряпочку. Недоумённо повертев в руках, она подошла с ней к доктору, который как раз отошел от бледного Кристиана со словами «Ничего серьёзного, только синяки и ушибы». Вместе они стали рассматривать шедевр Тути возле окна.

– Буквы похожи на русские, – задумчиво сказал врач, – хотя мисс говорит по-английски без акцента. Вы точно ничего не можете вспомнить? – обратился снова ко мне.– Может, у вас есть младшая сестра, которая вышила вам этот платок в подарок?

А как же! Причём напрочь отмороженная на весь ободок и творила эту поделку в совершенно невменяемом состоянии. Но на вопрос врача только покачала головой, прошептав одними губами: «Я не помню». Кристиан с трудом встал с кресла.

– Что случилось с мисс? – спросил он, и врач повернулся уже к нему.

– Так вы её не знаете? Она упала с лошади и сильно ударилась головой. Похоже, потеряла память. Надеюсь, на этом платке написано её имя, и мы сможем отыскать её родных. А что случилось с вами, Кристиан?

Симпле с тревогой посмотрел на меня и не сразу ответил на вопрос мистера Рекли.

– На неё напали. Трое. Потом увидели меня. Я их прогнал.

Мысленно поаплодировала герцогу. Это надо же так поверить в мои восторженные враки, что с невозмутимым лицом выдать подобную версию. Ну да, прогнал. Они о него просто несколько раз споткнулись, убегая.

– ТЫ, Кристиан?! – Леди Лейр посмотрела на него с таким удивлением, что герцог недовольно нахмурился.

– ДА, тетя Энн! Потом я посадил мисс на лошадь, хотел показать мистеру Рекли, и отвезти к родным. К сожалению, Лучик испугалась и я не успел её удержать.

– Она успела сказать своё имя? – требовательно спросила леди Лейр, подозрительно меня осматривая. К сожалению, я не могла ответить ей любезностью на любезность, притворяясь умирающим лебедем.

– Увы, – покачал головой Кристиан, – но это полностью моя вина, что с ней случилась эта беда. И я надеюсь, что она согласится остаться в моём доме, пока я не найду её родных. Или пока к ней не вернётся память.

Он повернулся ко мне с таким умоляющим видом, что мне даже как-то неудобно стало… секунды на две. Потом выдохнула так, чтобы расслышал только он – хорошо, что стоял близко:

– Как скажете… мой герой.

Леди Лейр недовольно оглядела покрасневшего племянника и поджала тонкие губы. Было видно, что ей не нравится решение герцога.

– Может, мисс сама сможет прочитать имя, которое вышито на её платке? – вполне резонно заметила она и шагнула ко мне, но врач ловко выхватил у неё из рук тряпочку.

– Ни в коем случае! – твёрдо заявил он, и мы с леди Лейр посмотрели на него с одинаковым удивлением, поэтому он пояснил – подобные травмы могут быть крайне опасны для слабого женского мозга. Поэтому я запрещаю ей читать что-либо. Покой. Исключительно покой. Я вам оставлю пузырёк лауданума, пусть принимает при сильных болях. И загляну к вам через несколько дней. Платок покажу своему другу, он знает русский язык. Здесь я уже не нужен, всего доброго. Леди Лейр, как всегда очарован вами.

Склонился над пухлой ручкой онемевшей тётушки, послал короткий поклон в сторону меня и герцога. Мы молча смотрели ему вслед. Вот коновал… читать, значит, нельзя, а принимать опиум мне только на пользу пойдёт?! Ну-ну…

Пауза затягивалась. Наконец леди Лейр шумно вздохнула.

– Китти! – властно сказала она, и служанка с готовностью к ней подскочила. Я прищурилась. Интересно, эта дамочка всем здесь заправляет, или Кристиан тоже порой имеет право голоса? – Китти, отведи мисс наверх. В розовую спальню для гостей. Ей нужно отдохнуть. Кристиан, с вами мы поговорим в кабинете!

С этими словами она схватила племянника за рукав и куда-то потащила. Прежде чем скрыться, герцог послал в мою сторону тоскливый взгляд. Видимо, ничего хорошего от разговора с дорогОй тётей он не ждал. Вот уж и правда – ни одно доброе дело не останется безнаказанным! Помог мне – отхватит люлей от леди Лейр.

Задумавшись, я даже не сразу обратила внимание на то, что служанка стоит возле меня и чего-то ждёт. Ах да, она же должна отвести меня в комнату. Я покорно встала и пошла за ней. Голова сильно кружилась, и чувствовалась сильная слабость. Видимо, Тути не очень-то стеснялся, выкачивая из меня энергию. Нужно придумать, как научиться его блокировать. Новость о том, что он может брать мою энергию в неограниченных количествах и использовать по своему усмотрению, мне совсем не понравилась. Надо сказать, разборки закончились вовремя – от кольца снова доносилось ровное сопение, хотя солнце ещё не село. Тути утомился и заснул. Значит, через час я не смогу никому показаться на глаза.

Пока я шла за Китти, которая не смела смотреть мне в глаза и только робко указывала направление, всерьёз стала бояться, что заблужусь в этом огромном доме в одиночку. В этом лабиринте из залов, коридоров, переходов, с моим прогрессирующим топографическим кретинизмом я как раз свои пятьсот лет потрачу на то, чтобы добраться до выхода.

Спустя, как мне показалось, целую вечность, Китти, наконец, открыла передо мной двери одной из комнат и пропустила меня вперёд. Я оторопело рассматривала интерьер. Интересно, леди Лейр специально выбрала для нежеланной гостьи такую спальню, которую можно смело использовать в качестве камеры пыток для любого, обладающего хотя бы минимальным вкусом? Хотя комната идеально бы подошла для слепого человека, которому плевать, что его окружают бесчисленные розовые фарфоровые поросята, резвящиеся на всех поверхностях розового цвета, окружённые розовыми тканями разных оттенков в обивке мебели, портьерах, ковре.

Пока я ошарашено оглядывала это свинское великолепие, Китти поспешно ретировалась. Я только обернулась на звук резко захлопнувшейся двери, пожала плечами и упала на розовое покрывало кровати, игнорируя звук рвущейся ткани своего платья. Тути не обманул – оно действительно стало очень хрупким, когда он заснул. Но сейчас меня не волновала ни его халтура, ни мелкая мстительность леди Лейр. Просто очень хотелось спать.

Глава 9

– Да чтоб меня расплавили. Я что, умер и попал в свой личный розовый ад?!

Сквозь сон услышала потрясённые ругательства Тути, который проснулся раньше меня, и неохотно открыла глаза.

– Анжела, наконец-то! Куда это нас засунули?! Учти, такому эстету, как я вредно находиться в подобном кошмаре. А давай я тут всё переделаю, а? Ну пожа-алуйста.

Я поднялась с кровати и посмотрела в окно. Только начало рассветать, но выспалась я просто великолепно, несмотря на то, что заснула в одежде.

– Не вздумай, – предупредила я, – во-первых, это покажется как минимум подозрительным, во-вторых, я после твоих вчерашних подвигов еле живая до комнаты дошла. Так что никаких «переделаю». Единственное, что ты можешь делать – это поддерживать мою маскировку. И всё!

Тути примолк, потом бодрым голосом отчитался:

– Глаза в норме… уверена, что не хочешь их сделать какими-нибудь там фисташковыми или зелёными? В окружении роскошных чёрных ресниц? Чем герцога охмурять будем, я тебя спрашиваю?!

– Умом и личным обаянием, – сориентировалась я, подходя к большому зеркалу в уродливой розовой раме. Видок, конечно, мало подходил для охмурения аристократов. Вот для того, чтобы полы помыть потерявшим всякий вид платьем – вполне. Но замуж таких растрёпанных дамочек, с размотавшимися на голове бинтами, точно не берут. К сожалению, ум, как и обаяние, на опухшей со сна физиономии тоже не отпечатался.

Но хотя бы глаза были знакомого цвета… единственное, что не пугало в моей внешности. Оглядевшись, увидела возле окна тазик с водой. Надеюсь, я им пользуюсь по назначению, подумала я, умываясь. Вдруг та же самая Китти решила пыль протереть с многочисленных хрюшек. И полотенчико пушистое для этого же положила рядом.

– Мисс? – раздалось из-за двери, и после короткого стука в комнату бочком проскользнула Китти, – вам принести поднос с едой в комнату, или мне передать леди Лейр, что вы присоединитесь к ним за завтраком?

Немного помявшись, решила всё-таки не прятаться. Зря, что ли у меня Тути энергию ест? Пускай отрабатывает.

– Я приду. Только пожалуйста, Китти, потом проводите меня до столовой. Вряд ли я сама найду туда дорогу.

Китти коротко присела и вышла. Чуть было тоже в ответ не изобразила реверанс, и вовремя сообразила, что леди данное действие не обязательно выполнять.

– Ты в таком виде собралась к столу выходить?! – оторопело сказал Тути, едва за служанкой захлопнулась дверь.

– Нет, конечно, – медленно сказала я, снова возвращаясь к зеркалу и стаскивая бинты, – у меня ведь есть собственный стилист… который сейчас сделает всё, как я скажу.

Китти вернулась через полчаса. Я уже успела сосчитать всех розовых поросят на деревянном столике, покрытым розовым лаком и поругаться с Тути, который был крайне недоволен моими требованиями. Я внимательно проследила за тем, чтобы он состряпал мне более-менее аккуратную причёску и подлатал платье, чтобы оно не выглядело таким убогим. Делать из себя конфетную красотку не позволила по одной простой причине: судя по тому, что я успела увидеть, безупречная внешность скорее отпугнёт Кристиана. А мне нужно было, чтобы он привык ко мне – такой, какая я есть.

Опять началось путешествие по бесконечному лабиринту дома Симпле Манор. Это сколько же надо прислуги, чтобы поддерживать такой огромный дом в порядке. Я представила себя взмыленную, с тряпкой, перебегающую из одного зала в другой, чтобы уже через месяц, закончив вылизывать последнюю комнату, снова начать генеральную уборку. Да я за пятьсот лет озверела бы, и после смерти, так и не назначив преемницу, превратилась бы в призрак Бешеной Домохозяйки, орущей диким голосом на всех, кто посмел не вытереть ноги после улицы.

У Тути были совсем другие мысли во время этого долгого путешествия: он одобрительно похмыкивал при виде шикарных интерьеров, которые сменялись, стоило нам перейти в другую комнату.

«А что же нас поселили в такой кошмарной комнате?!» наконец, ошарашено спросил он: «Наверняка есть и нормальные спальни в этой герцогской халупке!»

«Есть, да не про нашу честь!» – мрачно подумала я, предчувствуя, что пока это была самая мелкая гадость от тётушки Кристиана. «И, кстати насчёт кошмаров: мог бы и предупредить, что вышивка – не твой конёк. Что за ужас ты вчера изобразил на так называемом платке?!»

«Здрасьте!»– возмутился этот мелкий жулик, – «Я тут из кожи вон лезу, аксессуарами обеспечиваю, находясь практически в бессознательном состоянии, а мной ещё и недовольны! Всё! Ты меня оскорбила, так и знай!»

И замолчал, только слышалось недовольное сопение из кольца, я покосилась на Китти – вроде бы, та ничего не заметила. Ладно, буду иметь в виду, что к совести Тути взывать абсолютно бесполезно, он даже не подозревает о существовании такого слова.

Китти распахнула передо мной высокие двери, я вошла в столовую. И поняла, в чём заключается следующая неприятность от леди Лейр. Меня встретили испытующие взгляды не менее десяти леди и джентельменов, собравшиеся в просторной комнате. Я, конечно, понимаю, что здесь все встают рано. Но приехать в гости такой компанией и на рассвете…

– А вот и та бедная девушка, о которой я вам говорила! – бодрым голосом представила меня тётушка, которая сидела рядом с бледным Кристианом, – к сожалению, имя её я сказать не могу – бедняжка забыла, кто она, упав с лошади.

– Какой ужас! – ахнула маленькая дама в коричневом платье, нещадно перетянутая корсетом, – то есть, вы о ней ничего не знаете?

– Ничегошеньки, – вздохнула горестно леди Лейр, обмахиваясь платком.

Кристиан встал и подошёл ко мне, стоявшей, как возле позорного столба. Прекрасно поняла замысел его тёти: выставить меня кем-то вроде забавной говорящей обезьянки.

– Мисс останется в моём доме, пока не выздоровеет.

Взяв меня за руку, повёл к гостям, игнорируя гневно вспыхнувшие глаза леди Лейр. Похоже, несмотря на вчерашний разговор, он решил поступить по своему. Догадываюсь, что тётушка вчера убеждала сплавить меня, например, в дом священника. Я внимательней к нему присмотрелась. У плюшевого мишки, оказывается, есть стержень.

Имён нарядно одетых гостей я не запомнила, рассеянно кивая, когда Кристиан мне представлял очередного друга семьи. Просто Тути своим возмущённым голосом перебивал ровную речь герцога. Он, конечно, так и знал, что ему будет стыдно за такое чучело, как я. И не сомневался, что как только я возьму вилку не за тот конец, или, по давней привычке, присосусь прямо к графину с соком, меня тут же освистают и сошлют на кухню.

Наконец, знакомство со всеми гостями закончилось, и Кристиан всех пригласил к столу. Тётушка поспешила к нему, волоча на буксире совсем юную девчушку, которая застенчиво опустила глаза.

– Что же, Кристиан, тебе нужно уделить внимание и другим гостям тоже, – криво улыбнулась она, подталкивая к нему совсем уже отчаянно покрасневшую девушку, и оттесняя меня подальше широким боком. Кристиан, вежливо улыбнувшись, предложил той руку, и повёл к столу. Леди Лейр победно повернулась ко мне.

– Надеюсь, вы хорошо отдохнули в Розовой спальне, – прощебетала она, и ближайшая к нам леди фыркнула, очевидно, прекрасно поняв, про какую комнату идёт речь.

– Просто великолепно, – заверила я её, – а оформителю спальни обязательно нужно послать букет.

– Вы полагаете? – изумилась та, не ожидав от меня такой реакции.

– На похороны, у него явно умерло чувство прекрасного.

Я мило ей улыбнулась, и про себя удовлетворённо заметила, что маленькая месть в честь Тути свершилась – леди Лейр, гневно смерив меня взглядом, резко отвернулась, предоставив мне самой выбрать место за столом. Я вас умоляю, дорогая тётя, если вы думали, что я буду покорно стоять на месте, стесняясь самостоятельно присесть на стул, то лучше подумайте ещё раз.

Я было дёрнулась в сторону стола, как Тути прошипел, заставив меня остановиться:

«Стоять! Сейчас тебя проводят, вон тот парень уже пошёл в твою сторону!»

Кто? Вон тот молоденький хлыщ в туго затянутом галстуке, или полненький с красным лицом? Гадать долго не пришлось: полненький прошёл мимо, по пути подхватив под локоток высокую даму в синем платье, которая внимательно рассматривала меня в лорнет (шикарное, всё-таки, развлечение придумала леди Лейр подружкам за мой счёт). Судя по интимности и небрежности жеста, пара была супружеской. Зато молоденький, с тонкой улыбкой, остановился напротив меня.

– Прекрасная незнакомка, – промурлыкал он, – позвольте вас проводить.

Леди Лейр, и почти все присутствующие дамы смерили ловеласа негодующим взглядом. Я увидела как минимум трёх девушек, оставшихся без кавалеров, и причина их недовольства была понятна. Однако, величественно кивнув головой, позволила отвести себя к столу.

Постепенно все чинно рассаживались. Слугам, среди которых была и робкая Китти вполголоса «заказывали» блюда, которые хотели. Со стороны, наверное, выглядело очень красиво: длинные платья дам, пышные причёски, идеально выпрямленные спины (за счёт корсетов, разумеется, сгорбиться всё равно не получилось бы), мужчины – идеально выбритые, в костюмах… слуги неслышно скользят среди гостей, стараясь казаться незаметными. И это простой завтрак?! Я вспомнила тот дурдом, который царит в моей семье во время обедов, и даже заскучала по беззаботной непринуждённости.

Несколько дам решили обойтись только чаем, и присели на длинный диван, с чашками в руках, беседуя вполголоса. И, кажется, я догадываюсь, кто был предметом столь оживлённых переговоров.

Китти деликатно надо мной склонилась, и я осмотрела «ассортимент» блюд на столе. Выбор был достаточно обширный для завтрака, и еда была сытной: мясо с овощами, овсянка и яичница с беконом, бобами и обжаренными грибами с помидорами. Давно уже меня грыз дикий голод и поэтому попросила положить мне мясо с овощами, проигнорировав знаменитую английскую овсянку и малоаппетитную яичницу с месивом добавок. Тути на это издал сокрушённый стон.

«Что такое?» – недовольно спросила я.

«Лучше бы ты обошлась чаем!» – брюзгливо сказал Тути, – «Значит так, слушай и запоминай. Не вздумай накинуться с чавканьем на еду – это во-первых».

«Ты за кого меня принимаешь?!», – я возмущённо посмотрела в тарелку.

– Лорд Кертон, – прошептал мой провожатый, – а вас я буду звать Моя Прелесть, пока не узнаю ваше настоящее имя.

Задумчиво прикинув, что кастрюля на ушах этого типа во время завтрака будет смотреться не очень гламурно, решила обойтись без крайних мер.

– Пока не вспомню своё имя, можете звать меня «мисс», или «леди», на ваше усмотрение, – холодно сказала я, и меня снова отвлёк Тути.

«Во-вторых, убери руки со стола!»

Я испуганно положила руки на колени и украдкой посмотрела по сторонам: вроде бы, никто не заметил…

– Какая суровость! – горестно вздохнул лорд Кертон, – а я так надеялся на взаимопонимание!

– Мы друг друга поняли, – вежливо сказала я, – вас зовут лорд Кертон…

– Просто Эдди, – перебило меня это недоразумение, которое полагало, что я вместе с памятью растеряла все понятия о приличиях.

– Да, лорд Кертон, – нетерпеливо повторила я, стараясь вслушиваться в наставления Тути.

– Эдвард, вы что-то сказали? – громко спросила леди Лейр, просверлив нас внимательным взглядом.

– Просто знакомлюсь с вашей гостьей, – улыбнулся ей лорд Кертон, отвлекаясь от меня.

«Давай я этому приставучему болвану завяжу язык узлом, что ли?» – недовольно сказал он и продолжил: «Нож должен всегда находиться в правой руке, вилка – в левой. Концы приборов обращены к тарелке. Накалывай маленький кусочек мяса, при помощи ножа набираешь на него кусочек овощей. Овощи должны поддерживаться кусочком мяса на выпуклой стороне зубьев вилки. Если наколешь на вилку хоть одну горошину, то тебя сочтут невоспитанной.»

Я в отчаянии посмотрела на еду, которую так неосмотрительно выбрала. Лорд Кертон уже ловко расправлялся со своей порцией, причём действовал чётко по инструкции Тути.

Глянув на с аппетитом завтракающих гостей, пожалела, что не выбрала яичницу. Вид разнообразных кусочков в тарелке, может быть, был и не очень завлекающий, но способ поедания не в пример легче. Прямо напротив меня элегантная леди с невозмутимым видом разбирала яйца, тосты, сосиску и прочее на мелкие части ножом и вилкой, перемешивала их с жареными помидорами и бобами. Потом просто брала вилкой и ела. У меня бы тоже так запросто получилось, мрачно подумала я, подцепляя ножом первый кусочек помидора на мясо. Потом подержала немного над тарелкой, ловя равновесие. И, наконец, рискнула приподнять повыше и положить в рот. С облегчением прожевав, нацелилась вилкой на следующий кусок.

– Энн, надеюсь, на бал приедет лорд Берри? – осведомилась у леди Лейр та самая элегантная леди, которая умудрялась изящно есть ту мешанину, которая была у неё на тарелке. Я замерла с поднятой вилкой.

– Уверена, он найдёт возможность приехать из Лондона, – кивнула тётя, внимательно следя за тем, как Кристиан задумчиво крутит в руках чашку чая, не обращая внимания на молоденькую леди, которую она ему подсунула, – впрочем, до бала ещё несколько дней, приедут почти все, кого пригласили.

Пора мне лечить свою манию величия. Можно было догадаться, что всё это пышное общество собралось здесь с утра пораньше не ради моей скромной особы. Тем более стало понятно недовольство тётушки герцога, которая не рассчитывала на лишнюю гостью в доме. Но, к её несчастью, теперь я была намерена держаться за свою Розовую спальню зубами, чтобы не упустить такого отличного момента привязать к себе Кристиана. В голове начали складываться намётки коварного плана.

– А где вы нашли эту бедняжку, которая потеряла память? – не унималась элегантная леди, и все в комнате примолкли, ожидая услышать захватывающую, или, ещё лучше, скандальную историю. И повернулись к Кристиану, ожидая услышать историю от него.

– На мисс напали в лесу грабители, – довольно охотно начал он рассказывать, – к счастью, я проезжал мимо, и вовремя вмешался.

– Хочешь сказать, Кристиан, ты разогнал этих негодяев? – после паузы спросил лорд Кертон.

– Наверняка, иначе бы я здесь не сидела, рядом с вами, – решила я подтвердить рассказ Кристиана, который явно решил пропустить часть, связанную со своим избиением. – Но после того, как упала с лошади, и ударилась головой, помню всё очень смутно… Надеюсь, мои бедные родители (если они есть), не сильно переживают за меня.

– Однако странно, что вас никто не ищет, – протянула леди Лейр, и я не успела ничего сказать, как снова вмешалась леди, которая начала этот разговор.

– Энн, прошло меньше суток! Наверняка бедную девочку уже обыскались, и мы должны ей помочь. Её родители благородные люди, это видно по её воспитанию, манерам и одежде. Уж будь уверена – я настоящую леди отличу с первых же слов, по первому же жесту!

Не успела я загордиться благородной собой, как леди Лейр с сомнением фыркнула и отвернулась. Но, по крайней мере, не все здесь были настроены ко мне так же враждебно.

Глава 10

Завтрак прошёл относительно спокойно. Лорд Кертон, порой, повернувшись ко мне, многозначительно шевелил бровями, заговорщически на меня глядя, но я только безразлично цепляла на вилку еду, поневоле увлёкшись процессом. Наконец, с облегчением положив столовые приборы на тарелку, дождалась, пока мне нальют чай. Всё это время за столом не прерывалась журчащая беседа о людях, которых я не знала. Поэтому особенно не вникала в суть разговора. И, конечно, Тути не оставлял меня в покое, критикуя мои планы относительно Кристиана. Но тут уж мне лучше знать, поведётся плюшевый мишка, или нет!

К леди Лейр, которая давно закончила завтракать, подошла незнакомая мне служанка и что-то деликатно прошептала ей на ухо. Выслушав, та резко встала.

– Кристиан, – доктор Рекли ждёт нас в кабинете. У него есть новости про нашу… гостью, – она недружелюбно посмотрела на меня, – мы вынуждены вас на время покинуть, – обратилась она к гостям.

– Леди Лейр, мы пока поиграем в крикет, погода просто чудо, – улыбнулся ей лорд Кертон, – и с нетерпением будем ждать, когда вы поделитесь с нами новостями о прекрасной незнакомке.

Поджав губы, тётушка вышла из комнаты. Кристиан же подошёл ко мне, мрачно глянув на увивающегося рядом лорда Кертона.

– Уверен, что у него хорошие вести для нас, – угрюмо сказал он, предлагая мне пройти за ним.

– Я буду ждать вас! – прошептал лорд Кертон и шустрым козликом поскакал с сторону группки молоденьких девушек, собравшихся возле картины, не успела я повернуться к нему спиной.

Я таких, как он насмотрелась ещё в своём времени. Особенно запомнился случай, когда кавалер, пригласивший меня на дискотеку, в конце вечера уже знакомился с третьей по счёту девушкой. И, как я вижу, двести лет назад мужчины были точно такими же, нисколько не меняясь и передавая ген кобелирования по наследству.

«Да не переживай ты, Анжел. И учти, тебе этого Эдди нужно держать подальше. Помни: твоя цель – Симпле! А этот стрекозёл пускай себе пасётся где-нибудь подальше от нас».

«Тути, ты действительно полагаешь, что я из-за него переживать ещё буду?!» – поразилась я.

«На твоём месте я бы переживал», – был неожиданный ответ, – «Видишь ли, если бы тебе нужно было окрутить Кертона, я бы был уверен, что твой план сработает. Почему-то ему страшно понравилось то, что ты называешь своим лицом, а я – печальным недоразумением, которое я мог бы легко изменить. А вот Симпле ты хоть и нравишься, но он, почему-то, тебя побаивается».

Я чуть запнулась, но Кристиан успел меня подхватить под руку. Внимательно заглянув ему в лицо, никаких признаков испуга от того, что он ко мне прикоснулся, я не заметила. Наверняка Тути сочиняет, чтобы мне не казалась лёгкой моя задача.

«Не смей называть меня печальным недоразумением!» – с возмущением сказала я.

«Ну ладно. А если я скажу, что ты на любителя, тебе это больше понравится?»

Когда же мы, наконец, придём?! Чтобы я больше не выслушивала все эти гадости от собственного кольца?

Наконец, Кристиан открыл передо мной двери, и я вошла в небольшую комнату, в которой уже были леди Лейр и доктор Рекли. Кристин подвёл меня к уютному креслу, в которое я с готовностью села – мне ведь нужно было изображать, что я ещё не совсем выздоровела после падения! Симпле, похоже, уже совсем оправился после вчерашнего. Синяки если и остались, то я ни одного не заметила.

«Я же говорю – кабан. Ничего ему не будет», – поддакнул Тути.

Доктор Рекли подскочил ко мне и попросил разрешения осмотреть мою голову. Разумеется, я не стала препятствовать его беглому осмотру, и через полминуты он довольно сказал:

– Всегда говорил, что вовремя сделанная перевязка и лауданум творят чудеса!

Ага. А ещё припарка мёртвым здорово помогает. Если этот «врач» лечит исключительно бинтами и опиумом, то удивительно, как они тут ещё все живы и относительно здоровы!

– Ну же, мистер Рекли, какие новости у вас есть? – нетерпеливо окликнула его леди Лейр, которая явно переживала, что её гости остались без хозяев.

Доктор торжественно достал тот самый злополучный платок, который вчера смастерил Тути, и помахал им в воздухе.

– Как я и говорил, у меня есть друг, который владеет русским языком. Вчера я ему это показал.

Он бережно расправил платок на небольшом столике, но Кристиан его тут же забрал и начал вертеть в руках, рассматривая.

– Ну же, не томите, что он там прочитал? – леди Лейр недовольно забарабанила пальцами по подлокотнику своего кресла.

Доктор Рекли чуть смущённо откашлялся.

– Он прочитал… и после того, как перестал смеяться… никак не ожидал столь неприличного смеха от такого солидного человека… сказал, что, видимо, на платке хотели вышить имя «Анжела Керсти», и ему знаком этот графский герб, он принадлежит старинному болгарскому роду. Когда-то он занимался исследованиями в этой стране, и… леди Лейр, Кристиан, что с вами, вы как будто привидение увидели!

Мы с доктором Рекли были единственными, кто остался в кабинете относительно спокойными. Кристиан разорвал нервным жестом платок, который вертел в руках и ошарашенно уставился на него так, будто не ожидал, что ткань окажется такой непрочной. Я же с удовлетворением констатировала про себя гибель уродливой вещицы, но леди Лейр, подскочившая с яростным выражением на лице, отвлекла моё внимание от Кристиана.

– Керсти?! – прошипела она и, прищурившись, посмотрела на меня, – значит, совершенно случайно прогуливались рядом с Симпле Манор, так?

Я как можно невиннее на неё уставилась широко открытыми глазами, недоумевая, почему она так переполошилась. Вот уж не думала, что давняя любовная история дедушки до сих пор горячо переживается его внуками.

– Вы знаете мою семью? – я полагала, что в данной ситуации это будет вполне логичный вопрос.

Леди Лейр немного успокоилась.

– К сожалению, знаем. Кристиан, – обратилась она к племяннику, – теперь, надеюсь, ты согласишься со мной и отправишь мисс… леди Керсти в пансион мисс Твен. Или…

Не договорив, она величественно вышла из комнаты, умудрившись ни разу на меня не взглянуть.

– Керсти! – едва не хлопнул себя по лбу мистер Рекли, – как же я сразу не вспомнил!

– Вспомнили что? – с заинтересованным видом спросила я.

– Мистер Рекли, дайте успокоительных капель моей тётушке, а леди Керсти я всё объясню сам, – неожиданно сказал, наконец, Кристиан, и подошёл ко мне, протянув руку. Без колебаний я её приняла, и по едва заметной дрожи герцога стало понятно, что его всё-таки эта новость потрясла. Он повёл меня из кабинета, и снова эти бесконечные коридоры и лестницы…

Какие тут все чувствительные! Я бы точно не стала переживать, если бы ко мне заявилась внучка несчастной любви моего дедули. А тут все ведут себя так, будто случилось нечто чрезвычайное!

«А то!» – захихикал Тути, – «Ты бы видела, какой переполох тут был. Ах, герцог женится! Ух, его послали! Эх, что-то неладное творится! Ещё одно местечко, где Фредерика получила репутацию змеи подколодной. Это же деревня, ты как хотела? Тут одну сплетню лет пятьдесят мусолят».

Когда Кристиан, наконец, остановился в довольно большом коридоре, я с удивлением огляделась. Единственное, что было примечательным здесь – многочисленные портреты.

– Чтобы вас не удивляла реакция моей тёти, я расскажу вам историю, которая произошла много лет назад.

Он показал на портрет невзрачного человека, зато очень пышно одетого.

– Это мой дедушка, герцог Кристиан Симпле…

Дальше я немного выпала из его мерного повествования, так как Тути своими замечаниями перебивал голос герцога. Тем более, эту историю я уже знала.

«Во, видала, какой сморчок?!»

Я оглядела тощенькое тело на портрете, затянутое в парадную форму, и тонкие пожатые губы, точно как у леди Лейр. И перевела оценивающий взгляд на живого герцога. Да уж. Ему повезло, что он не унаследовал дедулины гены. А то, что пухлость повышенная – ерунда, компенсируется отсутствием злобненького взгляда портретного герцога.

«Фредерике он тоже очень не понравился. Настойчивый такой был, вредный! Кто-то ему подсказал, что дамам нравятся, когда под окном поют серенады. Но не в три же часа ночи козлиным дискантом всю улицу будить!»

– Он очень красиво ухаживал, – вторил ему грустным голосом Кристиан, – пел серенады, но ваша бабушка всё равно отказалась выйти за него замуж!

«Пришлось популярно объяснить, что его тут не ждали. В общем, когда с трёх сторон на него из окон выплеснулись помои, он, наконец, ускакал. Это мне Фредерика на следующее утро рассказала. Меня-то ночью фиг разбудишь».

– Когда в очередной раз он получил отказ, то удалился в своё поместье, женился на дочери своего соседа, виконта, но никогда не забывал графиню Керсти.

Ясное дело. Мне бы тоже в память врезались три ушата помоев.

– Но в письме, которое было вскрыто после его смерти – так странно, что простая простуда за три дня свёла его в могилу – было написано, что однажды появится ещё одна графиня Керсти, которую нужно… – герцог замялся, потом неуверенно продолжил, – принять со всеми почестями, с уважением к его прошлой любви.

«Гнать паршивку в три шеи, вот что там было написано!» – заржал Тути, – «А герцог скончался вовсе не от простуды, это так здешние коновалы определили. Там, как минимум, было воспаление лёгких, помноженное на туберкулёз, отит и прочие гадости, которыми он переболел после проклятия Фредерики».

– Анжела, ничего вы совсем-совсем ничего о себе не помните? – деликатно закруглил герцог свой рассказ.

Я подошла к окну и сделала вид, что внимательно всматриваюсь вдаль.

– Когда доктор Рекли назвал моё имя, оно пробудило во мне некоторые воспоминания. А потом и история вашего дедушки показалась удивительно знакомой!

Раздался радостный вскрик Кристиана за моей спиной, а в голове – удручённый голос Тути: «Ты что творишь?! Сейчас он потребует адрес твоих родственников, и что будешь делать?!»

– Но я очень вас прошу, не говорите об этом вашей тёте. Она потребует, чтобы я немедленно уехала, а мне совершенно некуда податься. Разбойники украли все мои ценности, не только часы. От голодной смерти меня отделяет только это кольцо… которое непременно придётся заложить, чтобы хоть как-то отдалить нищету. Хорошо, что они не успели его снять.

«Офигела?!» – обалдело сказал Тути, – «Меня ещё никогда не закладывали!»

«Ну, значит, я буду первая! Не мешай!»

«Да ври дальше, мне то что!»

Обмен мнениями герцог принял за момент тяжёлой задумчивости, и деликатно стоял в сторонке.

– Я убежала из дома, – еле слышно прошептала я, и Кристиан, чтобы меня расслышать вынужден был подойти поближе, – моя тётя – она замечательная, но мне так хотелось увидеть Англию. К сожалению, из-за семейных предрассудков, мне это запрещали. Я не хочу пока возвращаться домой, я в восторге от вашей страны! Но если тётя узнает, где я, то настоит на моём немедленном возвращении. А я так и не увидела ничего интересного!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.