Ирэн Айс
Тёмный Феникс

Пролог

Через оконное стекло в скудно освещённый кабинет проник свет от уличной вывески, подчёркивая неоновыми отблесками резкие черты мужского профиля. На лице мужчины читалась глубокая задумчивость, взгляд был устремлён в пустоту, а губы беззвучно нашёптывали то, что было ведомо лишь ему одному.

В руке, мужчина плотно, до боли сжимал кулон, который служил напоминанием… Напоминанием о том, что ничто не вечно, что всё может превратиться в прах.

Положив кулон во внутренний карман пиджака, он достал из него фотографию. Подставив снимок свету, прошёлся пальцами по потрёпанным краям. С глянцевого клочка бумаги на него уставились бледно-голубые глаза. Глаза, которые проникают под кожу, забираются внутрь и добираются до самого основания – до сути, до души.

Эти глаза принадлежат молодой женщине – девушке. Её точёное лицо обрамляют чуть растрёпанные волосы тёмно-каштанового цвета, которые при недостаточном освещении кажутся чёрными, как воронье крыло. Эти волосы доходят ей до скул, подчёркивая их квадратную форму, которая придаёт лицу выразительности. Пухлые губы чуть приоткрыты, на них играет хитрая полуулыбка, которая словно намекает на то, что её обладательница знает о тебе всё. Ровный греческий нос, густые брови, длинные пышные ресницы – все эти мелочи делают её внешность особенной… Особенной для него. Кажется, стоит посмотреть на неё хоть раз и этот образ уже никогда не сможет стереться из памяти.

Мужчина, еле касаясь снимка, прошёлся по лицу девушки, самыми кончиками пальцев, так нежно и аккуратно словно она может исчезнуть, а сама фотография рассыпаться и превратиться в ничто – в прах. Но эта забота, с которой он касался изображения на потрёпанном клочке бумаги, не сочеталась с выражением лица, которое сейчас у него было. На его лице отражалось призрение. В холодных глазах читалась ненависть, злоба и горечь. Он всё продолжал что-то беззвучно нашёптывать себе под нос, словно читая какое-то заклинание или же самую сокровенную молитву. Но вот его губы замерли, и с уст слетело одно единственное разборчивое слово – её имя:

– Силена…

Глава 1

Резкий порыв ветра с дождём в очередной раз хлестнул меня по коже. Лёжа на крыше многоэтажного здания, я убрала с лица волосы, движением руки зачесав их назад: – «Обычно дождь успокаивает меня и вселяет чувство… меланхолии, что ли, но сейчас он скорее раздражает». Заказ и так не из простых, а из-за ливня ещё и видимость значительно ухудшилась, да и порывы ветра задачу не облегчают. Но шанс на выстрел только один, если не попаду с первого раза, телохранители закроют мою цель, а этого допустить никак нельзя.

Я выдохнула и, расслабив все мышцы, посмотрела в прицел винтовки. Расстояние в 1200 метров само по себе немаленькое, редкий снайпер согласится работать на таком отдалении, а при нынешних погодных условиях возможность попадания вообще выходит за рамки реального и переходит в категорию фантастического.

– Да Силена, умеешь ты себе жизнь усложнить, – пробормотав себе под нос, сама же и усмехнулась.

Но надо выбросить всё постороннее из головы. В очередной раз, глянув на цель через прицел, сделала глубокий вдох и медленный выдох. Затем ещё раз и ещё, торопиться некуда, времени хватает. Сверившись с направлением и скоростью ветра, откорректировала прицел с учётом вероятного отклонения пули и приготовилась к выстрелу. Теперь осталось только плавно и нежно нажать на курок, почти любя.

Медленно выдохнув, задержала дыхание и сделала выстрел. Громкий хлопок потонул в гуле ливня. Проследив за траекторией пули, убедилась, что она достигла цели. Этому весьма красочно поспособствовали мозги из разлетевшейся черепной коробки, брызнувшие на стену за спиной моей мишени.

«Ни так уж и невозможно, да?», – но при этой шуточной мысли на лице всё же сама собой отразилась гримаса отвращения.

Неважно, сколько убито людей, к изнанке этого привыкнуть сложно – кровь, безобразные раны, искалеченные тела и вонь, это вечные попутчики насильственной смерти… И я надеюсь, что никогда к этому не привыкну.

Достав телефон, набрала номер босса, дело сделано, а значит, пришло время отчитаться о выполненной работе. Долго ждать не пришлось, уже после третьего гудка раздался знакомый, всегда такой уверенный и властный голос с хрипотцой.

– Слушаю.

– Клиент вне зоны, – я ответила ровным, как всегда, бесстрастным тоном.

– Я в тебе не сомневался, – словно отчеканив, сказал Логан и тут же уже более мягко добавил: – Больше никому бы не доверил это дело, да ещё при таких погодных условиях. Хорошая девочка.

Внутренне меня передёрнуло от его последних слов, ненавижу, когда ко мне так обращаются. Хорошей девочкой я никогда не была. Но отбросив своё возмущение, как что-то ненужное, уточнила:

– Мистер Логан я могу надеяться, что вы не передумали касательно моей просьбы?

– За кого ты меня принимаешь?

«За беспринципного ублюдка, который пойдёт на всё ради собственной выгоды и возможности набить карман ещё больши́м количеством купюр», – подумала я, но затем всё же смягчилась: – «Или всё не так плохо? Может, ещё осталось что-то человеческое?».

– Силена?

– Я лишь хочу быть уверенной, что хоть наша договорённость и была устной, вы сдержите слово. Для меня это важно, – в ответ на мои слова Логан протяжно вздохнул.

– Ох, как с тобой порой бывает скучно дорогая моя. Я помню наш разговор, всё уже делается. Скоро ты лично в этом убедишься.

– Спасибо, – но в голове проскочила мысль: – «Я ведь об этом не пожалею… да?».

Повесив трубку, я убрала телефон в карман: – «Надо отсюда убираться. Хоть никто и не догадается, откуда именно был сделан выстрел, всё же не стоит искушать судьбу». Быстро разобрав винтовку, я сунула её в чехол и, подобрав гильзу, пошла к выходу с крыши. Дойдя до машины, забросила всю амуницию в багажник и сев на водительское сиденье, завела двигатель.

***

Припарковавшись у давно ставшего знакомым многоэтажного дома, задумалась: – «И почему я не поехала домой? Почему сюда тянет как магнитом?»

Хотя я прекрасно знаю ответы на эти вопросы. Всё очень просто, с ним спокойно не мучат мысли о прошлом и будущем. С ним просто хорошо, но это как раз таки и усложняет всё.

– Нельзя чувствовать, – пробормотала себе под нос. – Ни с моим образом жизни.

Но, несмотря на все свои сомнения вот она я, здесь стою перед его домом. Но хватит себя накручивать. Для него я просто интригующая тайна, женщина-загадка. Он не знает моей жизни, не знает моего прошлого и не знает меня настоящую, что меня вполне устраивает.

Отбросив бессмысленные сомнения, вышла из машины и поднялась на нужный этаж. Стучаться не стала, дверь, как всегда, открыла отмычкой, ну что тут скажешь: – «Привычка вторая натура». Никогда не знаешь, что может случиться и для чего отмычка может пригодиться, поэтому у меня она всегда с собой, так сказать, для непредвиденных ситуаций.

Просторная квартира встретила меня тишиной, что не удивительно, ведь сейчас ещё и пяти утра нет. На улице только начало светать. Я прошла в спальню и нашла Калума спящим на животе, одеяло было спущено до поясницы. Его руки обнимали подушку, этим только подчёркивая широкие, рельефные плечи.

– М-м-м…

На такое зрелище можно долго любоваться, но мне надо снять с себя одежду, которая промокла просто до нитки, пока я под ливнем «валялась» на крыше. Тихо, чтобы не разбудить спящего красавца, вышла из спальни и отправилась в душ.

***

Калум раскрыл сонные глаза и, тут же закрыв их снова, принялся растирать веки пальцами. Меня это повеселило, и я расплылась в задорной улыбке. Когда он снова посмотрел на меня, уже на его лице расцвела улыбка.

– Так значит ты настоящая? – уточнил он, словно всё ещё не веря этому.

– Самая что ни на есть.

– Знаешь, если бы я не знал тебя, то очень удивился тому, как ты сюда попала, – он медленно прошёлся взглядом по моему телу, завёрнутому в полотенце, после чего добавил: – Но когда дело касается тебя, я уже ничему не удивляюсь.

«Ха… если бы только знал меня… Вероятнее всего, ты бы не захотел иметь со мной ничего общего, мало кто проникается тёплыми чувствами к убийце», – эта мысль и осознание того, насколько мы разные в очередной раз больно полоснуло по сердцу. Но ему я об этом не скажу, нет. Я лишь мило улыбнулась. Он надулся и, нахмурив брови, произнёс:

– Так нечестно. Ты всегда приходишь, когда захочешь, а мне при этом даже номера своего телефона дать не хочешь.

Забавно видеть у него такое выражение лица. Когда такой брутальный мужчина вот так надувает губы, как обиженный ребёнок, это не может не умилять, он сейчас такой милый. А его грустные лазурные глаза, только дополняют картину. Но я не показала своих истинных чувств.

– Если тебя что-то не устраивает, говори прямо, – я пересеклась с ним взглядом в ожидании его ответа.

– И что тогда изменится? Что ты сделаешь?

«Я уже делаю», – и сейчас мне остаётся только надеяться, что я не пожалею о последствиях своего решения.

– К чему всё это? – я заглянула глубоко в его глаза, словно они могут дать ответ на мой вопрос. – Наши с тобой отношения изначально были строго обговорены. Ты не задаёшь мне никаких вопросов, и я не рассказываю тебе о себе и своей жизни. Раньше тебя это устраивало. Что изменилось?

– Всё… – он сказал это так тихо, что я еле разобрала.

И что должно значить это его «всё»? Сейчас он злится, это видно, но это нормально, имеет полное право. Я и правда излишне осторожна и не рассказываю о себе вообще ничего, хотя могла бы. Но мне так спокойнее. После Бонта мои с Калумом отношения, если их можно так назвать, самые длительные, что у меня были, и я не хочу рисковать и наступать на те же грабли. Мой образ жизни – это тайна для всех непосвящённых, к их числу Калум сейчас и относится, пусть так будет и дальше. Рисковать я не хочу.

– И что это должно значить, твоё «всё»?

– Не надо так, – он протяжно выдохнул и прикоснулся к моему лицу.

– Как?

– Строить это недовольное личико. Оно меня обезоруживает, – проведя пальцами по моей скуле и, раскрыв объятия, он тихо добавил: – Иди сюда.

Но я вывернулась из его объятий и, встав с кровати, пошла в ванную, чтобы снять с головы влажное полотенце.

– Ну же, иди ко мне, – его голос сейчас стал таким умоляющим, что я не смогла удержаться от усмешки.

Сняв с головы полотенце, поправила волосы, упавшие на лицо и, развернувшись, также сняла то полотенце, что прикрывало моё тело и теперь уже совершенно нагая, пошла обратно к кровати. Сделала это намеренно медленно, грациозно виляя бёдрами, как изящная кошка.

– М-м-м, вот это вид.

– Могу сказать то же самое, – я прошлась жадным взглядом по его накаченному телу.

Он лежал на простыне, сбросив с себя одеяло. Из одежды на нём были только белые боксеры, через которые прекрасно было видно очертание его набухшего достоинства. Он приподнялся и сел на край кровати. Пройдясь по мне горящим взглядом, притянул к себе, поставив между своих бёдер, и оставил нежный поцелуй на моём животе. Затем отклонившись чуть назад, снова осмотрел меня, медленно поднявшись своим взглядом вверх к моему лицу. Остановился на губах и плотоядно улыбнулся, после чего заглянул в глаза.

– Я скучал.

Он снова поцеловал мой живот и, притянув к своему торсу, заключил в кольцо рук. Его язык прошёлся по бархатистой коже, оставив влажную дорожку от пупка к груди. Втянув в рот сосок, он дразнящими движениями стал щекотать языком самый его кончик. Из меня вырвался стон, и я прогнулась в спине, подавшись навстречу его ласкам.

Глава 2

Я лежала, уставившись взглядом на узор обоев на стене. Время уже давно за полдень, но как бы хорошо и спокойно мне здесь ни было, пора возвращаться к реальности. Откинув одеяло, я начала вставать с кровати.

– Эй, куда это ты собралась? А ну, иди сюда! – Калум не дал подняться, притянув обратно в свои объятия и крепко прижав мою спину к своей груди, обиженно прорычал: – Опять сбегаешь?

– Я не сбегаю, просто мне и правда пора, – я протяжно выдохнула. – Меня и так не должно́ здесь быть.

– Не говори так!

– Но это правда.

– Нет! – Калум почти сорвался на крик, но осознав это, смягчился. – Не знаю, что происходит у тебя в жизни. Не знаю, почему ты такая скрытная. Не знаю, почему тебе так сложно открыться. Но точно знаю одно – ты сейчас здесь со мной, это правильно, так и должно быть.

– Ох, Калум… – повернувшись к нему, дотронулась ладонью до лица, очертила пальцами линию скулы, провела по пухлым губам, всё ещё красным от нашей страсти. – Тебя послушать, так, всё так просто.

– Всё совсем непросто.

Он повторил мои прикосновения, затем завёл руку мне за голову и, притянув к себе, соприкоснулся своим лбом с моим. По нему видно, как он сейчас пытается казаться спокойным, но я вижу – он злится, это выдают его глаза… Хотя может это и не злость, скорее горечь или даже обида. Хотела бы я сейчас знать, что творится в его голове. Он громко втянул воздух и, медленно выдохнув, тихо, почти сокровенно заговорил:

– Знаешь… – он замялся, словно передумал говорить, но потом всё же продолжил: – Когда ты в очередной раз уходишь, и я не знаю, через какое время ты вернёшься и вернёшься ли вообще, каждый раз говорю себе, что так нельзя и это надо прекращать. Что если ты заявишься в очередной раз и снова будешь молчать, я выставлю тебя вон и поставлю точку в наших отношениях… Но вот ты приходишь и стоит мне на тебя взглянуть вся моя решимость и напор куда-то исчезают и я просто ещё раз хочу тебя обнять, поцеловать, прикоснуться к тебе… и в эти моменты я чувствую себя таким жалким, но в то же время счастливым. Как так получается а?

Он ждал моего ответа, но я молчала. Что мне ему сказать? Эти наши «отношения» длятся уже больше года, понятно, что он хочет ответов. Но их я дать не могу, открыть ему правду, значит уничтожить даже то малое, что у нас есть. Он либо возненавидит меня за то, кто я, либо станет мишенью для множества тех, кто может попытаться мне отомстить. А полуправдой здесь не отделаться, рано или поздно всплывает всё. В прошлый раз это кончилось очень плохо, поэтому лучше молчать и не говорить ничего.

– Тебе лишь надо сказать, чтобы я ушла и не возвращалась, – заглянув глубоко ему в глаза, твёрдо добавила: – И так я и сделаю.

– Этого-то я сделать и не могу.

– Значит, это должна сделать я.

Я встала с кровати, взяла свои вещи, оделась и пошла к выходу, но Калум догнал меня в прихожей, крепко обняв со спины. Над самым ухом раздался его голос:

– Нет. Нет, нет, нет, нет. Пожалуйста, забудь всё, что я только что сказал. Пообещай, что ты вернёшься, что сейчас я вижу тебя не в последний раз. Что ты снова придёшь нежданно-негаданно – свалишься как снег на голову. Обещай!

– Я обещаю.

***

Я подъехала к дому и припарковалась на подъездной дороге.

– Дом милый дом.

Окинув своё прибежище взглядом, улыбнулась. Кто-то знающий меня, взглянув на мой дом, сказал бы, что я сумасшедшая. Ведь для снайпера жить в доме с панорамными окнами, которые со всех сторон выходят на открытую лесистую местность, значит, напрочь забыть об инстинкте самосохранения. Но также этот кто-то понятие не имеет о том, что каждое окно в доме сделано из пуленепробиваемого закалённого стекла, которое даже бронебойная винтовка пробьёт не с первого раза. Это влетело мне в весьма приличную сумму, но оно того стоило. Здесь я не чувствую себя словно запертой в коробке, как это бы было в городе в обычной квартире, нет, здесь я дышу полной грудью. Уединённо, вдали от всех, как раз то, что надо… Ну что тут скажешь – да я не терплю большое скопление людей, и ещё меньше я терплю их общество, поэтому такой вариант для меня идеален. Только я и больше никого в радиусе нескольких километров.

Выйдя из машины, я направилась к дому, и в этот момент за моей спиной раздался громогласный радостный лай. Обернувшись, я увидела Демона, быстро мчащегося мне навстречу. Огромный ротвейлер со всего размаху бросился мне в объятия.

– Эй-й-й! Демон, мальчик мой! Похоже, кто-то очень рад меня видеть.

Пёс, радостно виляя кончиком обрубленного хвоста, принялся прыгать вокруг меня и звонко лаять.

– Ну-у-у, тише-тише, пойдём в дом, там и приласкаю.

Ротвейлер тут же побежал в дом, я пошла следом. Оказавшись внутри, повалила его на ковёр и принялась чесать пузо, чему он был несказанно рад. Когда с ласками было покончено, первым делом проверила, есть ли у него корм, еды была полная миска. Я в очередной раз мысленно отправила благодарность человеку, который придумал кормушки для животных с автоматической подачей еды и воды.

Только сейчас оказавшись в родной обители, поняла, насколько сильно я устала. Добравшись до кровати, разделась и плюхнулась на неё, как только голова коснулась подушки, все посторонние мысли покинули её, и я уснула.

***

Разбудил дверной звонок:

– Да чтоб меня…

Проворчав себе под нос, откинула одеяло и села. За окном уже начало светлеть, или, наоборот, только темнеет? Интересно сколько я проспала, сейчас утро или уже вечер следующего дня? Бросила взгляд на Демона он, лениво зевнув, спрыгнул с кровати и поплёлся вниз к входной двери: – «Не лает, значит, кто-то знакомый». Накинув домашнюю одежду, спустилась и открыла дверь. На пороге стоял давно знакомый, уже ставший родным широкоплечий брюнет с чёрными, как смоль глазами и ростом под 190 сантиметров. Кейлиб улыбнулся своей фирменной задорной улыбкой и, не дожидаясь моего приглашения, вошёл внутрь. Я злая после внезапного пробуждения, проворчала:

– Какого чёрта тебе надо?

– Вот значит, как ты встречаешь лучшего друга?! – сказав это наигранно обиженным голосом, он тут же направился к Демону и принялся его тискать.

Кейлиб непросто лучший друг, он единственный близкий человек. Один во всей вселенной кому я, не задумываясь, доверю свою жизнь. Наблюдая, как он наглаживает пса, не смогла удержаться от усмешки:

– И почему, мне кажется, что ты пришёл не ко мне, а к нему?

– Может, потому что, если ты ещё реже будешь отвечать на звонки, оно так и будет.

– Я работала.

– Я знаю, – Кейлиб оторвался от Демона и повернулся ко мне. – Это было позавчера. Чем ты занималась два дня? – я бросила взгляд на часы, всё-таки вечер. Получается, я проспала всю ночь и весь следующий день. Ну что же, пожалуй, мне это было нужно. – Алё! – друг пощёлкал пальцами у моего лица. – Земля-космос, вызываю Силену. Ну, так, где ты была эти два дня, что не отвечала на звонки?

– Кое у кого. Это всё очень сложно.

Кейлиб приподнял бровь, явно заинтересованный таким уклончивым ответом и, плюхнувшись на диван, жестом пригласил меня сесть рядом.

– Ну так попытайся объяснить, раз это всё так сложно, – он расслабленно откинулся на спинку дивана и раскинул по ней руки. – Мне-то ты можешь доверять, ты это знаешь.

– Да, знаю, – я даже не задумалась над ответом, я и правда это знаю.

Глава 3

Я сидела напротив друга и рассказывала ему о Калуме, о том, как мы случайно познакомились в баре, что он должен был стать просто очередным парнем, с которым я приятно проведу время, но что-то пошло не так и я привязалась к нему. О том, что я предпочла не говорить о себе ничего и что сейчас всё усложнилось, так как теперь его уже не устраивает моё молчание.

– Ну вот, как-то так.

– Так, ага, ладно… – Кейлиб немного помолчал, обдумывая сказанное мной, по нему сейчас видно, что он не всем доволен. – Объясни-ка мне вот что, зачем такие сложности?

– Ты о чём?

– Да обо всём. У тебя есть прекрасная легенда, к которой не подкопаться, все необходимые документы для её подтверждения такого качества, что хоть замуж выходи. Но ты решаешь строить из себя женщину загадку, – он прищурился, всматриваясь в моё лицо. – Или ты просто настолько прониклась к этому парню, что не можешь ему врать и поэтому предпочитаешь молчать?

– Чуши не неси, – я усмехнулась и бросила на друга саркастический взгляд. – Враньё и обман неотъемлемая часть нашей жизни, это так же просто, как дышать.

– Тогда в чём дело?

– В том, кто я.

Было видно, как он пытается меня понять, но пока у него это не получается. Кейлиб выдохнул и медленно начал:

– Типа… убийца? Ты имеешь в виду, что такие, как мы с тобой недостойны права на счастливую жизнь?

– Бо-о-оже-е-е… – я закатила глаза, – да при чём здесь это? Киллер, стоматолог, какая разница? Это просто работа, ни больше, ни меньше.

– Ну слава богу, я уж было подумал тебя совесть за отнятые жизни мучить начала.

– Смешно, – усмехнувшись, я откинулась на спинку дивана.

Нет, этой проблемы у меня никогда не возникало, моя совесть никогда не была в разладе с тем, чем я занимаюсь. Да, есть киллеры, которые страдают от этого, их преследуют кошмары о совершённых ими деяниях. Я не из таких. По мне, всё просто, не можешь – не делай, ну в нашем случае не можешь – не убивай. Да, у меня бывает бессонница, но причины иные, когда я сплю, то сплю как младенец… Младенец, который всегда начеку и в случае опасности сразу переходит в боевой режим.

– Тогда объясни?

Вопрос Кейлиба вырвал меня из размышлений, сосредоточившись на нём, я попыталась объяснить свою точку зрения:

– Дело не в том, что я не могу или не хочу врать. Дело в том, кем я являюсь, и какой образ жизни веду. Если меня раскроют неважно кто: мафия, картели, якудза, триады, да хоть долбанное ФБР или ЦРУ, к кому они пойдут за информацией в первую очередь? – друг слушал меня не перебивая. – Ты знаешь, что такое возможно, мы были подобному свидетелями и не раз. Когда людям нужна информация, чтобы отомстить, они идут на многое. А те люди, которым мы переходим дорогу, способны вырезать целую семью, при этом даже не поморщившись. Кто сказал, что какой-нибудь Хорхе, брат Хуана, которому я в своё время отрезала голову, не захочет мне отомстить?

Тут Кейлиб рассмеялся:

– Хорхе, брат Хуана?

– Не придирайся, это для связки слов! Но думаю теперь, общую мысль ты уловил.

– Это ведь не обязательно должно случиться.

– Нет, но может, – я подняла на него взгляд. – Однажды я уже подпустила простого человека слишком близко к себе и своим секретам. Думаю, тебе не надо напоминать, чем всё кончилось.

Кейлиб моментально стал совершенно серьёзным:

– Силена, тогда ты была молода и неопытна… Ты просто сглупила. Сейчас всё совсем по-другому.

– Да, по-другому, но рисковать я не хочу.

Мы оба замолчали, каждый думая о своём. Я снова, невольно вспомнила Бонта. Да, тогда я была молода и неопытна и в особенности глупа и наивна. Он погиб из-за меня, хотя даже не так, правильнее будет сказать – его убили из-за меня. Фактически я сама нажала на спусковой курок, когда решила открыть ему правду о том, кто я и сбежать с ним… Импульсивность худшее качество для такой, как я. А я была импульсивна и наивна, когда решила, что мы сможем сбежать. Что я смогу взять за руку любимого и укатить в закат к счастливому будущему… Да, сейчас я понимаю, как это глупо. От такой жизни, как наша с Кейлибом не отходят в сторону, в нашем случае нельзя уйти на покой, перестать быть киллером можно только одним способом, это пуля в голову.

– Силена? – Кейлиб протянул руку к моему лицу и, привлекая моё внимание, нежно провёл пальцами по скуле.

– Что?

– Подумай над тем, чтобы всё так не усложнять. Попробуй начать с малого. Тебя никто не просит приводить его к Логану и представлять, и не надо рассказывать ему о том, чем ты занимаешься. Просто… если он, правда, тебе нравится, попробуй подпустить его чуть ближе, так будет проще и тебе, и ему, – я задумалась над словами лучшего друга, но всё же пока не намерена менять своего решения.

– Нет, – несмотря на мой протест, он улыбнулся.

– Я не заставляю тебя этого делать, просто подумай над этим, – я кивнула, снова начав погружаться в мысли, но из них меня вывела мелодия телефона. Бросив взгляд на экран, увидела имя босса.

– Слушаю.

– Это касательно твоей просьбы, моя дорогая. Приезжай, обсудим тет-а-тет.

– Хорошо. Буду через час, полтора.

– Жду.

Я повесила трубку и перехватила вопросительный взгляд Кейлиба.

– Логан?

– Да.

– Что ему надо? Ты только с выполненного задания, – сейчас в его голосе слышалась неподдельная забота.

– Это не по работе, ну… не совсем, по крайней мере.

Внимательно посмотрев в мои глаза, он сложил руки на груди и требовательно произнёс:

– Выкладывай!

– Ох, какой ты сегодня любопытный.

– Сил! Не заставляй меня идти на крайние меры!

Меня позабавила эта угроза, но я вижу, что он волнуется. Сейчас, в ожидании моего ответа он очень напряжён, что не удивительно, мы оба знаем, что Логан не тот с кем стоит шутить или пытаться играть в игры. Я медленно выдохнула, приготовившись к его реакции, и выпалила:

– Я сказала Логану, что хочу отдохнуть, – от такого заявления Кейлиб на секунду завис.

– Прости? Ты, что?!

– Ой, только не начинай. Успокойся.

– Успокоиться?! – он чуть повысил голос. – Ты его лучший агент и, по сути, ты фактически сказала, что хочешь отдохнуть от убийств, то есть, что тебе надоело убивать! Ты хоть понимаешь чем это чревато?!

– Не нагнетай, – я успокаивающе взяла его за руку и погладила тыльную сторону ладони больши́м пальцем. – Я не говорила ему, что хочу слиться, я просто сказала, что… перегорела. Сейчас я самый востребованный агент. У меня заказов, больше чем у кого бы то ни было и большинство из них весьма нестандартны и простыми их точно не назвать. Я просто сказала, что мне нужно немного времени, чтобы перезарядить мозги, без контрактов, только для себя.

Кейлиб молчал, явно прикидывая в голове последствия такого моего решения, но затем всё же спросил:

– И что он ответил?

– Пока ничего. Он лишь сказал, что подумает над этим. Не знаю, что он попросит взамен, – разминая переносицу, друг протяжно выдохнул.

– Надеюсь, это будет что-то выполнимое, в противном случае ты сильно пожалеешь о своей просьбе.

– Да, я тоже на это надеюсь.

***

Поднимаясь в лифте в кабинет Логана, я раздумывала над словами, которые сказал Кейлиб. Я ведь действительно не знаю, о чём может попросить босс. Убрать кого-то влиятельного, до кого никто не может добраться? Придётся ли ради этого поступиться своими принципами? Нет! Против принципов я не пойду. Хотела бы я сказать, что у каждого киллера свой кодекс чести, но это ни так, многие в принципе давно позабыли, что такое честь. Но у меня есть кодекс и заключается он в том, что я не беру заказы на мужчин моложе восемнадцати лет и женщин моложе сорока, так сказать, репродуктивного возраста. Логан прекрасно знает об этом, и о том, как категорично я к этому отношусь, это своего рода неписаное правило, он не попросит меня его нарушить… надеюсь. Ведь против принципов я не пойду даже ради Калума.

Двери лифта открылись, и я сразу попала в кабинет босса. Логан сидел на кожаном диване, вальяжно раскинув руки по его спинке, даже сейчас, когда он так расслаблен, всё в нём буквально вопит о власти, которой он обладает. Услышав звук открывшейся двери лифта, он поднял голову и, выпрямившись, устремил на меня взгляд тёмно-серых глаз, после чего улыбнулся, как он улыбается только мне, почти нежно.

– Здравствуй, Силена.

– Мистер Логан, – я качнула головой в знак приветствия и подошла ближе.

– Мне всегда нравилось твоё уважительное отношение ко мне, – на его губах снова появился намёк на лёгкую улыбку.

– По-другому и быть не может, ведь я обязана вам всем.

– Хорошо, что ты помнишь об этом, – он ненадолго задумался, его лицо сейчас приобрело какой-то мечтательный вид. – А ты помнишь нашу первую встречу?

– Какое это имеет отношение к цели моего визита?

– Ответь.

Босс сказал это спокойным ровным голосом, но при этом не терпящим непослушания. В этом весь он, власть обязывает. Те, кто знают о нём и его репутации, заслышав такой тон, уже тряслись бы в приступе страха. Но я не вхожу в их число, я его не боюсь. Но пожалуй, я его опасаюсь. Да, было бы глупо не опасаться такого человека, как он. Даже, несмотря на его тёплое ко мне отношение.

– Да, я помню её.

Глава 4

15 ЛЕТ НАЗАД

Я стояла и тряслась всем телом, меня била крупная дрожь, которую я никак не могла унять. Разум отказывался верить в реальность происходящего. Голоса стоящих рядом мужчин доносились до меня словно через завесу плотного тумана, я их почти не слышала, всё заглушала кровь, с бешеной скоростью носящаяся по венам, гул сердцебиения стоящий в ушах буквально оглушил.

Социальный работник, что привёл меня сюда, дёрнул за плечо и властно произнёс:

– Я сказал, посмотри на нас!

Я робко подняла голову, длинные тёмно-каштановые волосы упали на лицо. Второй мужчина протянул ко мне руку и, грубо взяв за подбородок, начал рассматривать меня, поворачивая моё лицо в разные стороны. Он делал это небрежно словно перед ним – не ребёнок, а вещь, которую он внимательно рассматривает перед покупкой.

– Да, чёрт возьми, она и правда, красавица, – он расплылся в отвратительной улыбке, больше похожей на оскал. – Ты только посмотри на эти небесно-голубые глаза, которые так и кричат о её невинности, – он снова повернулся к человеку, который привёл меня сюда. – Сколько ей говоришь?

– Тринадцать.

– Она девственница?

– Разумеется, – он окинул меня взглядом, от которого у меня по спине побежали мурашки. – Я бы не привёл к тебе порченый товар.

Я попятилась, глаза заблестели от подступающих слёз. Хотела произнести твёрдо, но из меня вырвался умоляющий надломленный шёпот:

– Пожалуйста, можно мне уйти? Мне здесь не нравится, – и ещё меньше мне нравится их разговор.

– Ха, ха-ха-ха-ха! Уйти? – мужчина, рассматривающий меня словно вещь, рассмеялся так ядовито, что от этого смеха у меня в горле встал ком. – Девочка, ты уже никуда не уйдёшь.

Я больше не смогла сдерживать слёзы, и они покатились по щекам. Меня ещё сильнее затрясло, по венам вместе с адреналином начала растекаться паника. Тот, что привёл меня, мерзко поморщился и буквально зарычал:

– Вот только реветь не надо! Терпеть этого не могу!

Второй положил руку ему на плечо и улыбнулся, от этой улыбке меня передёрнуло. Он говорил с социальным работником, но смотрел на меня:

– Да ладно тебе, она просто неглупая, понимает, что здесь происходит, вот и плачет. Как, кстати, её зовут?

– Силена.

Теперь он подошёл ко мне и присел, напротив, на корточки, чтобы быть на одном уровне со мной. С его лица не сходила улыбка, но она была не настоящей, словно приклеенной. От этой улыбки по позвоночнику бежали мурашки, его лицо сейчас напоминало оскал гиены, он, того и гляди, загогочет так же, как это делают они.

– Слушай меня очень внимательно Силена, от этого зависит твоё будущее здесь. Если ты будешь хорошей девочкой, и не будешь устраивать сцен, мы с тобой подружимся, поверь, тебе это на руку, – он положил руки мне на плечи и сдавил так, что ткань платья, что было одето на мне, затрещала. – А будешь истереть и брыкаться, в покупатели на твою девственность я найду того, кто любит ломать строптивых девочек. А когда он закончит, я подберу то, что от тебя останется, и вышвырну в общий зал на потеху остальным. Ты меня поняла?

Всё, что я смогла, это, заикаясь, промямлить:

– Д… да.

– Умница.

– Ну, я смотрю, вы нашли общий язык, – тот, что привёл меня, прошёлся по мне взглядом и первый раз за всё время улыбнулся. – Давай договоримся о цене.

Я вжалась в угол, пытаясь понять, как вообще это произошло. Плотно стиснув глаза, я начала молиться, не знаю кому, и с какой целью, но это всё, что мне сейчас остаётся. За то время, что я умоляла всевышнего о том, чтобы произошло чудо, чтобы он послал мне спасителя, они договорились.

– Ну что, по рукам?

С лица мужчины, который обрекает ребёнка на сексуальное рабство, теперь не сходила улыбка:

– Да, сумма в три миллиона меня более чем устраивает.

– Отлично, – мой покупатель повернулся ко мне. – Ты слышала Силена, ты обошлась мне в три миллиона. Но это ничего, стоит на тебя посмотреть и становится понятно, что эта сумма окупит себя с лихвой… возможно, уже после нескольких клиентов. Посмотрим, какую цену назначат на торгах за твой первый раз.

«Продажи, торги?! Как так можно?! Нет! Нет! Нет! Боже! Пожалуйста, пожалуйста, помогите мне кто-нибудь!» – внутренне я кричала, содрогаясь от рыданий, внешне же я стояла спокойно, лишь слёзы, не переставая, катились по щекам.

– Ладно, раз мы договорились, я оставлю её тебе. С деньгами ведь накладок не будет?

– Мы не первый год сотрудничаем, откуда такие вопросы? – покупателя, словно обители слова мужчины. – Ты мне лучше скажи, не будет ли проблем с её документами?

– Разумеется, нет. Вся семья мертва, её некому искать. Я подделал все необходимые бумаги, для всего мира она умерла и похоронена вместе с родителями, так что накладок не будет.

– Чудесно! – он повернулся ко мне. – Ну что же пойдём, устроим тебя в общей комнате, пока не состоятся торги.

***

– Прекрати это! – Джанна раздражённо закатила глаза.

– Что?

– Оглядываться по сторонам, словно всё ещё надеясь, что тебя спасут!

Но я и правда, надеюсь. Сама не знаю на что или на кого, ведь я осталась совсем одна. Меня больше некому защитить, нет того, кто бы захотел меня спасти. Но я всё равно надеюсь.

Я окинула взглядом девушку напротив меня. Всё, что я о ней знаю это то, что её прислали помочь мне подготовиться к моему первому разу и то, что её зовут Джанна. Невысокая, худенькая, я бы назвала её миниатюрной. Её пшеничного цвета волосы заплетены в две растрёпанные косы, которые доходят почти до пояса, карие глаза обрамляют пышные ресницы, что придаёт им глубины. На ней одет лёгкий сарафан василькового цвета, который завершает её невинный образ. Я бы не дала ей больше пятнадцати, если бы не одно, но – её глаза совсем недетские, такие можно увидеть у старого, уставшего от жизни человека. Они совершенно не сочетаются с её детским невинным образом.

Джанна посмотрела на меня, на этот раз более мягко и, выдохнув, словно через силу произнесла:

– Хочешь совет? – я ничего не ответила, просто продолжила испуганно смотреть на неё. Сочтя моё молчание, как согласие, она продолжила: – Просто переживи свой первый раз, а дальше будет проще. Будь хорошей девочкой, даже если таковой не являешься. Мужики любят таких, послушных, на всё согласных, – она горько усмехнулась, – покорных, одним словом. Если очень повезёт, сможешь найти постоянных клиентов и тогда будешь под их покровительством, это куда лучше, чем работать в общем зале. Поверь, – она нервно сжала и разжала кулаки и тяжело сглотнула, так словно проталкивая в себя битое стекло. – Я знаю, о чём говорю.

– Сколько ты уже здесь? – этот вопрос вырвался неожиданно, даже для меня самой.

– Семь лет. С двенадцатилетнего возраста.

– То есть, тебе девятнадцать?!

– Да, – она ответила абсолютно равнодушно, но увидев удивление на моём лице, пояснила: – Мне просто повезло с комплекцией, я миниатюрная из-за этого кажусь младше, но не всем так везёт. Многие девочки из-за изменений в теле, довольно быстро перестают нравиться здешней публике и тогда в лучшем случае их перепродают в обычный бордель, в худшем просто избавляются.

– Как ты… – я недоговорила, оборвав себя на полуслове, потому что в горле неожиданно встал ком. Хотелось расплакаться, но я себя сдержала. Всё равно здесь никому нет дела до моих слёз.

– Что?

– Как ты можешь так спокойно обо всём этом говорить?

– Привыкла, – она безразлично пожала плечами. – Альтернативы здесь нет. Либо койка, либо могила.

– Может в таком случае могила лучше, – я пробормотала это не громко, для себя самой, но Джанна всё равно услышала.

– Ха, – её усмешка вышла очень болезненной, а в глазах промелькнуло что-то тёмное. Качнув головой, словно отгоняя ненужное воспоминание, она раздражённо выпалила: – Ты наивна! Лучше могила? Посмотрим, как ты заговоришь, когда тебя первый раз изобьют почти до смерти. И неважно кто это будет, недовольный клиент или куратор, который таким образом будет вбивать в тебя здешние правила. Знаешь, когда оказываешься одной ногой в этой самой могиле, то мировоззрение резко меняется.

Теперь я не смогла сдержаться. Чувства горечи, обиды, несправедливости, что сейчас бушевали во мне, перелились за край, и я расплакалась не в силах это контролировать. Джанна бросала на меня взгляд, прежнего раздражения в нём больше не было, выдохнув, уже спокойно произнесла:

– Не делай этого. Не плачь, – она подошла ко мне и, взяв моё лицо в руки, начала вытирать слёзы. – Здесь есть те, кому нравится, когда плачут. Будь с этим осторожна. Вообще, не показывай своих истинных чувств. Играй роль. Показывай лишь то, что хочет видеть клиент. Здесь можно выжить, надо лишь приспособиться.

В этот момент в дверь постучали, отчего я вздрогнула и, попятившись, упёрлась в стену. Джанна окинула меня скептическим взглядом и, выдохнув, произнесла:

– Ладно, мне пора. Тот, кто выиграл торги на тебя уже здесь. Помни, что я говорила, просто угоди ему и кто знает, может, он даже будет нежен и всё пройдёт не так плохо.

Ха! – я сама не ожидала, что в такой ситуации из меня вырвется смешок, но абсурдность её слов подняла во мне бурю негодования. – Ты говоришь о чудовище, которое купило тринадцатилетнего ребёнка, чтобы изнасиловать! Ты всерьёз говоришь о нежности?! – она окинула меня внимательным взглядом, таким словно впервые чётко меня увидела.

– Знаешь, а ты не такая наивная дурочка, какой кажешься, на первый взгляд.

Сказав это, Джанна просто вышла за дверь, а я схватилась за голову в попытке успокоить сознание и те мысли, что носятся в нём как сумасшедшие. Чувство безысходности, понимание того, что меня никто не спасёт и осознание неизбежного, словно оглушили. Ноги резко стали ватными, и я осела на рядом стоящий пуф. Обхватив себя руками, я начала раскачиваться вперёд-назад. Наверное, со стороны сейчас похожа на умалишённую, хотя я просто пытаюсь себя успокоить. Но не успела я собраться с мыслями, как дверь открылась снова, и в неё вошёл мужчина.

От его вида у меня сразу всё сжалось внутри. По сравнению со мной маленькой тринадцатилетней девочкой он был просто огромным. Высокий и толстый, на его висках и шеи виднелись капли проступившего пота, лицо блестело, словно его намазали маслом, а глаза были красными от полопавшихся капилляров.

Он прошёлся по мне медленным отвратительным взглядом, от которого мне тут же захотелось отмыться.

– А ты ещё красивее, чем на фотографиях, что мне показывали, – скрипучий голос неприятно резанул слух. Он облизнул губы, отчего к горлу резко подступила тошнота.

– Пожалуйста, – я умоляюще посмотрела на него. – Не делайте этого.

– Ну, тише, тише. Я тебя не обижу.

Сняв с себя пиджак и расстегнув верхние пуговицы рубашки, он начал надвигаться на меня. Как только он сделал первый шаг ко мне, я соскочила с пуфа и попятилась назад, пока не вжалась в самый дальний угол комнаты. Я понимаю, что сама загоняю себя в ловушку, что это ничем не поможет, но так я хотя бы ненадолго увеличу разделяющую нас дистанцию.

Насмешливо усмехнувшись, он расплылся в безобразной улыбке, отчего стали видны его желтеющие зубы, и начал наступать на меня. По мере его приближения ко мне я начала чувствовать, как сильно от него пахнет потом и алкоголем. Эти запахи были перемешаны с приторно-сладким парфюмом, что создавало просто отвратительное сочетание и вызывало тошноту. По мере его приближения ко мне запах становился всё сильнее, если бы мой желудок не был пуст, меня бы точно вырвало.

– Пожалуйста… – я уже дрожала всем телом, а по щекам лились неконтролируемые слёзы.

– Будь хорошей девочкой и ложись на кровать, – его глаза загорелись, словно перед ним самый долгожданный подарок. – Или ты хочешь, чтобы на неё тебя положил я? – он потянул ко мне руку с толстыми пальцами, которые больше были похожи на переваренные сардельки.

– Нет! – я завопила во весь голос и наотмашь, ударила его по руке.

– Ну как хочешь, значит будет по плохому, – он на секунду задумался, пробежавшись по мне взглядом и тут же добавил: – Так будет даже интереснее.

Схватив меня за плечи и, с удивительной лёгкостью оторвав от пола, швырнул на кровать. Быстро забравшись следом, он навис надо мной и буквально вдавил в матрас своей огромной массой. Сейчас я не то, что кричать, я и вдоха сделать не могу. Зажав мои кисти в своей руке, он зафиксировал их над головой, а второй принялся лапать моё тело. Я пыталась брыкаться и как-то оттолкнуть его, но у меня и шевельнуться путём не получалось. Сердце колотилось как бешеное настолько сильно, что рёбрам было больно. Безысходность захлестнула меня с головой, разум просто отключился, я уже не думала, просто сделала…

Вгрызлась зубами ему в глотку, почувствовав при этом, как под ними рвётся плоть и рот начинает заполнять металлический привкус крови. От этого нахлынул новый приступ тошноты, но поборов и его и отвращение, что сейчас испытывала, я лишь сильнее сжала челюсти и что есть силы дёрнула головой. Во рту остался кусок мягкой плоти, который я тут же с омерзением выплюнула. На меня сверху, заливая лицо, потекла кровь. Мужчина, схватившись за горло, завалился набок и истошно завопив, захрипел:

– А-а-а-а-а-а! – его крик разнёсся на всё помещение. – Сука!

Буквально через несколько секунд после его вопля дверь резко распахнулась, и в комнату вбежали двое мужчин. Замерев, они уставились на нас, судя по их недоумевающим лицам, они не сразу поняли, что произошло. Но быстро выйдя из ступора, бросились к кровати. Один, схватив меня, сильным рывком стащил с неё и нанёс мощный удар под дых. Из меня разом вышел весь воздух и, согнувшись пополам, я рухнула на пол. Боль от удара показалась просто адской. Он что-то громко рявкнул второму, который сейчас пытался остановить кровь жирдяю, и резко схватив меня за шиворот, потащил куда-то по коридорам и лестницам. Я пыталась брыкаться и упиралась как могла, но после того как получила ещё несколько ударов кулаком, перестала.

Так мы дошли до какой-то двери, он в неё постучал, но не дождавшись ответа, просто распахнул и втащил меня внутрь. Это оказался кабинет, в нём было двое мужчин, одного я уже знала, это был торговец, что купил меня у социального работника, а второго увидела впервые. Им был статный, высокий мужчина в строгом чёрном костюме с холодными тёмно-серыми глазами и сигарой в руке.

– Какого… – торговец начал говорить возмущённо, явно недовольный тем, что в его кабинет вломились без разрешения, но чтобы он не хотел сказать, увидев меня тут же замолк.

Что не удивительно, зрелище должно быть отменное. Моё невинное личико с безумно горящими глазами, в которых всё ещё плещутся страх и адреналин от пережитого, да ещё вдобавок всё в крови. Мужчина, что курил сигару, приподнял бровь в немом вопросе. В его глазах загорелся неподдельный интерес и, как мне показалось, искра какого-то веселья. Тот, что притащил меня сюда, заговорил, голос был очень взволнованным.

– Простите, что так ворвался, но эта дрянь, – он дёрнул рукой и тряхнул меня, как тряпичную куклу, – откусила своему покупателю кусок горла!

– Что?! – хозяин кабинета выпятил глаза так, что, казалось, они сейчас вывалятся. А вот мужчина в кресле был абсолютно спокоен, лишь его бровь приподнялась ещё выше, словно ему стала ещё интереснее наблюдать за разворачивающейся перед ним сценой. – Он хоть жив?

– Да, но крови было много. С ним остался Райан.

– Дерьмо! – торговец схватился за голову, но после перевёл на меня злой взгляд. – Ах ты маленькое, блядское отродье! Сейчас я тебя… – договорить, что именно хотел со мной сделать, он не успел. Раздался властный, ровный баритон мужчины, сидящего в кресле.

– Сколько ей?

– А? – торговец удивился вмешательству мужчины, что устремил на него холодный, пронизывающий до костей взгляд. – Ми… мистер Логан…

Он залепетал, заикаясь, явно напуганный тоном своего собеседника. Тот, в свою очередь, был абсолютно хладнокровен. Если бы меня сейчас поспросили придумать, с чем его можно сравнить, я бы сказала, что он похож на непробиваемую скалу. Отложив сигару, он встал из кресла и выпрямился. Его ровная осанка, безупречный внешний вид, статный профиль, всё в нём говорило об уверенности.

– Сколько? – на этот раз в его тоне послышались нотки раздражения.

– Мне тринадцать, – не знаю почему, но я сама ответила на его вопрос. – И я лучше умру, чем позволю ещё кому-нибудь к себе прикоснуться! – мой поначалу робкий шёпот, перешёл в крик, которому я сама удивилась.

– Хм… – мужчина окинул меня нескрываемо заинтересованным взглядом, но это был не тот взгляд, которым на меня смотрели все здешние извращенцы. Его интерес был иным, я пока не понимала, чем он вызван, но точно уверена, что несексуальным подтекстом. – Тот мужчина, он успел что-нибудь тебе сделать?

– Нет! – я не сказала, а буквально прорычала ответ. От воспоминаний о пережитом на лице отразилась гримаса отвращения и снова подступила тошнота.

– Хорошо, – он проговорил это медленно, словно одновременно с этим обдумывая что-то у себя в голове.

– Мистер Логан… – торговец неуверенно обратился к нему, но тот перебил.

– Сколько?

– Что?

– Сколько ты за неё хочешь?

По спине побежали мурашки, от которых всё тело похолодело: – «Нет! Только не снова! Неужели я ошиблась на его счёт?».

– О-о-о-о-о, я понял, – на лице торговца растянулась безобразная улыбка. – Нравятся строптивые?

Взгляд, которым мистер Логан пригвоздил его, нельзя назвать никак иначе, кроме как убийственным.

– Не смей меня даже близко ставить в одну линейку с таким моральным уродом и извращенцем, как ты сам. Я бы никогда не посмел тронуть ребёнка, тем более в том плане, о котором ты подумал, – его голос был ровным, как и раньше, но от этого не менее угрожающим. По его лицу пробежала гримаса отвращения, такая же, как совсем недавно была у меня. – Чтобы ты точно понял, о чём я, задам вопрос более конкретно. Сколько мне надо заплатить за девочку, чтобы уйти с ней отсюда?

Мои глаза удивлённо округлились, я не поверила собственным ушам. Торговец отрицательно закачал головой и снова залепетал, заикаясь:

– Вы… вы не понимаете… так… так просто не положено… так не делается.

Сейчас наружу выплыла его истинная личина – просто трус, трясущийся перед тем, кто стоит на ступень выше него самого. Вся его прежняя бравада и власть, в которой он убеждает всех здесь, испарились под угрожающим взглядом мужчины напротив.

– Мне плевать как положено. Назови сумму.

– Пятнадцать миллионов! – он буквально выплюнул это, писклявым голосом, словно сам не поверив той цифре, что назвал.

– Отлично. По рукам, – в ответе мистера Логана не было даже секундного промедления. У меня сложилось впечатление, что он был готов назвать любую сумму, какую бы ни затребовал торговец. – Деньги переведу к вечеру, девочку забираю сейчас.

– Нет, подождите.

– В чём дело, не веришь мне? – снова взгляд, от которого тот весь съёжился.

– Нет, что вы…

– Отлично. В таком случае… – он повернулся ко мне и, сделав несколько шагов в мою сторону, остановился, оставляя между нами безопасную дистанцию. Протянув руку и раскрыв ладонь, он заговорил: – Я не буду заставлять тебя, хочу, чтобы ты пошла со мной добровольно.

Я не торопилась предпринимать какие-либо действия, просто стояла и внимательно за ним наблюдала. Тогда он продолжил:

– Если ты пойдёшь со мной, тебя больше никто не посмеет тронут. Ты сама этого не позволишь. Я научу тебя, как постоять за себя. Ты будешь в состоянии наказать любого, кто посмеет хотя бы допустить намёк о том, чтобы тебя обидеть. Я научу выживать. Ты мне веришь?

Я помедлила всего секунду и, самостоятельно преодолев расстояние, разделяющее нас, вложила свою руку в его раскрытую ладонь.

– Да, я верю вам, – в ответ на мои слова он тепло улыбнулся, отчего черты его лица смягчились, и крепко сжал мою руку в своей, что вселило в меня чувство уверенности в том, что теперь меня никто не посмеет тронуть.

Глава 5

– Помнишь, что я тогда тебе сказал? – Логан смотрел на меня прямым, требовательным взглядом.

– Да.

– Как думаешь, я выполнил обещание, данное тебе тогда?

– Да, – в своём ответе я не сомневалась. – В полной мере.

– Хорошо, – он проговорил это медленно, растягивая каждую гласную, и на его лице появилось задумчивое выражение. – Мне всегда было интересно, что ты сделала с тем социальным работником, когда я позволил тебе его убить.

– Казнила, – я ответила ровно, просто констатируя факт, потому что это была именно казнь. Логан улыбнулся злой улыбкой, словно его порадовала моя безразличность к собственной жестокости.

– Это понятно, но как ты его казнила?

– Я проявила изобретательность, – в ответ на мои слова он вопросительно приподнял бровь, и тогда я пояснила: – У викингов была казнь, называлась «Орёл».

– Хм, это… – он задумался, слегка дёрнув плечами, – когда ещё живому человеку со спины вскрывают грудную клетку и, ломая рёбра, раскрывают их, как крылья?

– Да.

– Жестоко…

Его реакция показалась мне странной, для такого человека, как он, это должно быть не жестокостью, а скорее развлеченьем. Поэтому я пояснила:

– Меньшего он не заслужил, большего бы не вынес. Я не хотела просто убить его, он должен был прочувствовать ту боль, что испытали дети, которых он продал. Мне было необходимо, чтобы он страдал, чтобы понял, что кара всегда настегает грешника.

– Хм… – он уставился на меня изучающим взглядом, но этот взгляд не был холодным, в отличие от всех остальных мне, так или иначе, всегда доставалась частичка его теплоты, даже нежности, что проскальзывала в его глазах. Но, несмотря на это я никогда не могла понять, что творится в его голове, этим-то он и опасен, никогда не знаешь, что он задумал. Вот и сейчас я не могу понять, чем вызвано его внимание ко мне и к чему все эти вопросы. – Однажды ты уже пыталась от меня сбежать, но тогда ты была молода, и я простил тебя за это. Я просто не смог поступить иначе, именно по отношению к тебе. Ты всегда была особенной Силена, небезразличной мне.

От его слов у меня всё сжалось внутри, про себя я очень горько усмехнулась, но внешне этого никак не показала. Его слова о прощении вызвали у меня прилив злости. Простил?! Его способ прощения оказался весьма своеобразным. Я помню пистолет в его руке и дуло, что он направил в сердце человеку, в которого я была влюблена. А после выстрел и его непоколебимый взгляд. Он смотрел, как вместе с Бонтом умирает часть моей души. А после он вложил пистолет мне в руку и, поднеся её к моему виску, спросил: – «Всё ещё хочешь сбежать?». Но я была не готова умирать, нет. Поэтому я опустила пистолет, тем самым поставив точку. Но разве так поступают с тем, кто небезразличен? Разве таким способом прощают? Это было не прощение, это был урок, который я хорошо усвоила.

– Непослушание наказывается, это ты хорошо усвоила, – он, наконец, оторвал взгляд от моего лица и прошёлся им по всему телу. – С тех пор не было проступков с твоей стороны.

Внутренне я вся кипела, как можно одновременно так ненавидеть и уважать человека? Я уставилась на него ядовитым взглядом, который я уверенна, он с лёгкостью прочёл, но даже не дрогнул. Да и с чего бы? Он прекрасно меня знает, все мои мысли для него не секрет, ведь это именно он создал меня, сделал такой, какая я есть. Но, несмотря на все его слова об особенном отношении ко мне, я знаю, что для него я не более чем послушная, породистая сторожевая с отменной убийственной хваткой, которая никогда не пойдёт против своего хозяина… Он знал это уже тогда, когда убил Бонта. Знал, что я не посмею пойти против него даже из-за смерти человека, в которого была влюблена. Я сделала медленный глубокий вдох, пытаясь себя успокоить и максимально нейтрально произнесла:

– Я не собираюсь исчезать. Мне просто нужен перерыв.

– Да… – он снова окинул меня медленным взглядом. – Смотря на тебя и видя перед собой киллера с безупречной репутацией, которую ты выстраивала годами, создавая себя по крупицам. Я забываю, что за этой неприступной стеной безэмоциональности скрывается маленькая, испуганная девочка, какой я тебя встретил.

– Я уже давно не маленькая испуганная девочка! – моя реакция оказалась резкой, меня задели его слова.

– Да, – он усмехнулся, увидев от меня реакцию, похоже, этого он и добивался. – Но всё же ты просто человек, а отдых иногда нужен всем людям.

Я вопросительно уставилась на него, в голове лихорадочно забегали мысли: – «Неужели он отпустит меня? Отстегнёт поводок? Неужели я смогу сбежать от этой реальности, пусть даже на время? Сбежать вместе с Калумом?».

– Я дам тебе три месяца, – его уверенный голос прошёлся волной по моей коже. – Можешь отправиться куда хочешь, я не буду за тобой следить, не буду контролировать, – он посмотрел на меня металлическим взглядом своих серых глаз. – Но Силена, если по истечении этого срока, день в день, ты не будешь стоять на пороге моего кабинета, я отправлю за тобой всех, – сделав паузу и убедившись, что я серьёзно отношусь к его словам, продолжил: – Если понадобится, в твоих поисках я переверну весь земной шар. Ты слишком успешная инвестиция, я не могу позволить себе тебя потерять.

Инвестиция? Да, вот она, правда, а не вся та чушь про его тёплые чувства ко мне. Может быть, когда-то так и было, мы правда были близки, но он сам всё испортил, когда убил Бонта, теперь мы не более чем работник и работодатель.

– Я не исчезну, – я попыталась сделать голос максимально уверенным, чтобы он поверил в истинность моих слов.

– Силена я знаю, что ты очень проницательна и, несмотря на стену, которую ты выстроила между нами, я правда, всё ещё трепетно к тебе отношусь. Ты для меня особенная, ты это знаешь. Но также я знаю, что ты не заблуждаешься на мой счёт, – его немигающий взгляд пронзил меня, словно острое лезвие меча. – Как бы я тебя ни любил, я буду беспощаден, если ты предашь моё к тебе доверие… снова.

– Я знаю это.

И это правда, я знаю, на что он способен, знаю, каким жестоким может быть. Тогда пятнадцать лет назад, вложив свою руку в его, я выбрала меньшее из двух зол. Но всё же своим жестом я словно заключила сделку – сделку с самим дьяволом. Но выбирая между киллером и шлюхой, которая, скорее всего, ещё до своего совершеннолетия сдохла бы от передозировки или какой-нибудь инфекции, я определённо выберу первое. Что я и выбрала. И выбрала бы снова, если бы понадобилось.

– Хорошо, – его тон смягчился, а взгляд стал более деловым. – Но прежде чем я позволю тебе уйти в… отпуск, есть одно условие, – разумеется, я не настолько наивна, чтобы думать, что он отпустит меня просто так. – Есть работа, которую сможешь выполнить только ты. Если другие контракты я смогу распределить между остальными агентами, то этот я могу доверить только тебе. Больше никто не справится, по крайней мере, так как надо, так как это сможешь сделать только ты.

– Что надо сделать?

– Сейчас подожди, – он встал с дивана и, подойдя к сейфу, достал из него папку, которую протянул мне. – Цель зовут Доминик Костилье, он один из местных наркобаронов. Перешёл дорогу своему конкуренту. Работа необычная, потому что это должна быть показательная казнь, – я вопросительно посмотрела на него, мягко улыбнувшись, он пояснил: – Скажем так, заказчик хочет, чтобы всё было красиво и красочно, чтобы другие поняли, что это сделал он и что дорогу ему переходить не стоит.

Я открыла папку и пробежалась взглядом по содержащейся в ней информации. На глаза попал клочок бумаги, на котором была надпись, сделанная от руки: – «Ничего не прощается! Наказание настигает даже королей!», протянув её Логану, спросила:

– А это что?

– Это одно из обязательных условий, которое непременно необходимо выполнить, – он замялся, но затем добавил: – Эту фразу надо будет написать на стене, кровью, – мои брови взлетели вверх, я вопросительно посмотрела на него.

– Серьёзно?

– Знаю очень театрально, но за это хорошо доплатят, – он закатил глаза. – Наркобароны, главы картелей и мафиозных семей, всех их объединяет одно, они любят показушность.

– Хм, да. Одни их способы казней чего стоят, – я внутренне поёжилась от картин, что всплыли в памяти.

– Вот именно.

– Я так понимаю, это не единственное в чём заключается сложность заказа. Потому что я сомневаюсь, что у вас не найдётся киллера, который не сможет накалякать надпись на стене.

– Верно. Этот Костилье параноик. Его дом – крепость: пуленепробиваемые окна, датчики измерения температуры, движения, звука, инфракрасные камеры. По периметру несколько охранных постов. Сам дом круглосуточно патрулируется охраной от десяти до двадцати человек, все вооружены огнестрельным оружием. У двери его спальни всегда дежурят двое охранников. Плюс ко всему дом находится на обрыве отвесной скалы, соответственно, подход возможен только с лицевой стороны.

Когда он закончил говорить, внимательно всмотрелся в моё сосредоточенное и спокойное лицо. Не знаю, что именно вызвало у него улыбку, но она вышла очень искренней, настоящей. «Красивая», – я не смогла это не отметить. Несмотря на свой возраст, он всё ещё остаётся красивым мужчиной. Хоть я и помню его другим, раньше он был крупнее, больше мышечной массы. За последние лет пять он сильно исхудал. Сейчас его телосложение скорей просто подтянутое, чем спортивное. А седина отвоевала себе почти всё, даже щетина теперь с проседью.

Раздумывая над этим, я неосознанно скользила взглядом по его лицу и телу. Когда поняла, что он это заметил и изучает меня в ответ, отвела свой взгляд.

– Люблю твоё хладнокровие, – он произнёс это так нежно, можно сказать, любя. Я снова подняла на него взгляд, перехватив его, он спросил: – Ну что, как думаешь, справишься?

– Разумеется, – я просто констатировала факт, в этом не было никакого позёрства, я знаю свои силы и реально их оцениваю, это задание сложное, но мне по силам.

– Хах, – это не было насмешкой, скорее его порадовала моя уверенность в себе. – Я не сомневался в том, что ты это скажешь.

– Могу идти?

– Да, – он кивнул, подтверждая этим свои слова. – Выполни заказ и ты свободна на три месяца.

Я не стала больше ничего говорить, лишь кивнула ему в ответ и, развернувшись, пошла к выходу, но он меня окликнул:

– Силена?

– Да? – я обернулась и перехватила его взгляд, в нём чётко читалось волнение, но, помимо этого, была ещё какая-то эмоция, которую я распознать не смогла.

– Будь, пожалуйста, осторожна, это нестандартное задание, где просто надо убить с расстояния. Ты, несомненно, профессионал своего дела, но всё же ты не неуязвима.

Я снова кивнула и, развернувшись, на этот раз вышла из кабинета. Надо будет подготовиться к делу, но прежде навещу Калума.

***

– Не ожидал увидеть тебя так скоро, – Калум смотрел на меня так, словно ждал какого-то подвоха.

– Ты мне не рад? – я состроила грустное лицо, делая вид, что обижена его словами. – Могу уйти и вернуться через пару недель, когда ты точно успеешь соскучиться.

Я уже начала разворачиваться, но раздался его громкий и требовательный голос:

– Не смей!

Он преодолел расстояние между нами за несколько больших шагов и заключил меня в крепкие, медвежьи объятия. Уткнувшись в шею носом, втянул мой аромат. Это вызвало у меня улыбку. Я плотнее прижалась к нему, обнимая в ответ, и так мы простояли какое-то время. Затем я нежно отстранилась.

– Какие у тебя планы на три ближайших месяца? – я произнесла это самым невинным и обыденным тоном, так словно спросила который час.

Он удивлённо вскинул брови, было прекрасно видно, как Калум озадачен моим вопросом, похоже, он ожидал всего чего угодно, но не этого. Но, несмотря на его удивление, во взгляде появился блеск. Думаю, он понял к чему этот вопрос и, похоже, он этому рад.

– Ты знаешь, я не привязан к рабочему месту, могу выполнять работу откуда угодно. Так что… – он растянул последние слова, ожидая от меня объяснений.

– Как тебе такое предложение, скажем, тропический остров или же дом где-нибудь в глуши на берегу озера, – я расплылась в улыбке. – Но главное – ты и я, и больше никого в радиусе многих километров.

Он улыбнулся и, больше ничего не сказав мне, притянул вплотную, обрушившись на мои губы. Сделал это так жадно, словно он жаждущий путник, а я прохладный, чистый источник от которого зависит его жизнь. Я приняла этот жест как его согласие.

Калум схватил меня за бёдра и рывком оторвал от пола, я обвила ноги вокруг его талии и обняла широкие плечи. Не разрывая поцелуя, он понёс меня в сторону спальни. Дойдя до кровати, он сел на неё и повалился на спину, я оказалась сверху. Пальцами, нащупав пуговицы его рубашки, я принялась их расстёгивать. Ненасытный поцелуй, в котором мы не могли разомкнуть своих губ, дурманил, воздуха не хватало, но мы всё равно его не прерывали. Большие ладони Калума прошлись по моему телу. Остановившись на бёдрах, он сжал их, впиваясь пальцами в упругую кожу. Наконец он оторвался от моих губ и спустился ниже, к шее. Калум провёл по ней языком, оставляя влажную дорожку и не останавливаясь, начал спускаться ещё ниже. Добравшись до моего декольте, прошёлся языком вдоль ложбинки между грудей и, поймав зубами затвердевший сосок, прикусил его через тонкую ткань платья. Он мучительно долго ласкал сначала одну грудь затем другую, из меня начали вырываться рваные вздохи, оттого что я жадно глотала ртом воздух. Одна его рука прошлась по внутренней стороне бедра и, подобравшись к трусикам, пальцы скользнули под тонкое кружево.

– М-м-м… – он сейчас скорее мурлыкал, чем говорил. – Обожаю это.

– Что?

– Тебя. Твоё тело. Такое отзывчивое, – он говорил с придыханием, не переставая целовать мою грудь. – Я ещё почти ничего с тобой не сделал, а ты уже такая влажная, – говоря это, он подтверждал свои слова ласками, поглаживая моё лоно.

– А-ах, – из меня вырвался приглушённый стон. – И кто в этом виноват? Это всё твоя заслуга.

– Знаю. Это-то и сводит с ума, – он ввёл в меня палец, отчего спина выгнулась дугой, и я плотнее прижалась к нему грудью. – Каждый раз, глядя на тебя, хочется быть нежным, но стоит прикоснуться к этому манящему, развратному телу и мой настрой меняется. После этого хочется грубо войти в тебя и с силой оттрахать, так, чтобы на следующий день тебе не хотелось даже вставать с кровати.

– А-а-а… – Калум добавил второй палец и движения стали смелее, резче. – Звучит очень заманчиво.

– Да, – с его губ слетела усмешка. – Ещё бы тебе такое не понравилось.

Я отстранилась от его ласк и стала спускаться губами вниз по его коже, оставляя дорожку из поцелуев. Я, не спеша, ласкала шею, ключицы, грудь, подтянутый рельефный живот, добравшись до паха, сквозь ткань брюк, оставила горячий поцелуй на его члене.

– Не дразни меня, – его голос рокотом пронёсся по моей коже, оставляя за собой мурашки.

– Не буду.

Расстегнув ремень и ширинку брюк, одним резким движением стащила их вниз вместе с боксерами. Затем сняла с себя шёлковое платье и, отбросив его в сторону, прошлась по Калуму жадным взглядом, сейчас из одежды на нём только расстёгнутая рубашка, а на мне тонкие кружевные трусики. Остановив взгляд на его подрагивающем члене, расплылась в плотоядной улыбке.

– М-м-м, ты только посмотри на это зрелище, – я медленно облизнула губы. – И как тут устоять?

– Иди ко мне.

– Неа…

Калум удивлённый моим ответом вопросительно посмотрел на меня, я же невинно улыбнувшись, спустилась ниже и, удобно устоявшись между его ног, нагнулась вперёд. Мои губы оказались прямо напротив его внушительного достоинства: длинного, толстого, опутанного по всей длине выпирающими венами и уже сочащегося от предэякулята. Ну как тут устоять и не попробовать?

Прогнувшись в спине и открывая ему, вид на свою попку, оставила лёгкий поцелуй на самом кончике, а затем без предупреждения взяла глубоко, почти на всю длину, пропуская его вглубь своего горла. Калум протяжно застонал, запрокинув голову.

– Чё-ё-ё-ёрт… А-а-ах!

Да, я знаю, как доставить ему удовольствие. Мы достаточно долго вместе, чтобы точно знать, что нравится другому. Я буквально схожу с ума от осознания того, что он теряет всякий контроль оттого, что я с ним вытворяю. Сделав ещё несколько движений, пропуская его в своё горло, почувствовала, как его рука грубо сжала волосы на моём затылке. И теперь он сам начал властно задавать темп, вместе с этим подаваясь бёдрами вперёд, буквально вколачивая мне в глотку своё огромное достоинство.

Наверное, я сумасшедшая раз это меня так возбуждает, по телу волнами начало разливаться приятное тепло, которое сконцентрировалось внизу живота и скрутило там всё в ноющий узел желания. Калум выпрямился и сел, свободной рукой дотянувшись до моей попки, начал поглаживать ягодицы, затем отвёл в сторону трусики и резким движением ввёл в меня два пальца. Я протяжно застонала, не отрываясь от его члена, отчего он напрягся и резким движением руки, оттянув мою голову, повалил меня на спину и забрался сверху.

Всё ещё держа меня одной рукой за волосы, второй он сжал мои трусики. Одно резкое движение и тонкое кружево с жалобным треском порвалось, оставляя след и жалящее покалывание на бёдрах.

– А-а-а-а! – из меня вырвался удивлённый крик, который перешёл в стон.

Не дожидаясь больше не секунды, он ворвался в меня одним глубоким толчком, а его губы обрушились на мои, в страстном, жадном поцелуе. По телу прокатилась эйфория, заставляя прогнуться в спине, от неожиданного удовольствия я прикрыла глаза, и из меня вырвался протяжный стон, после которого с губ слетело его имя.

– Калум…

На несколько долгих мгновений он замер, давая привыкнуть к его размеру, а затем начал двигаться глубокими, медленными толчками.

– Ты сводишь с ума, – его хриплый, тихий голос раздался над самым ухом. Не на секунду не прерывая свои доводящие до безумия движения, он продолжил шептать: – В тебе хочется раствориться. Если бы я мог, то навсегда бы привязал тебя к себе, чтобы ты уже никогда не смогла от меня сбежать.

– А-а-а, Калу… Калум!

Толчки стали резче, грубее. Я почувствовала как возбуждение, скопившееся внизу живота, готовится разорваться. Закинув ноги на его талию, притянула к себе ещё ближе, тем самым побуждая увеличить темп просто до умопомрачительной скорости. Спальню заполнили звуки страсти, наши стоны и глубокое дыхание перемешивались со звуком сливающейся плоти. Калум оторвался от моих губ и провёл языком по горлу, спустившись им к ключицам, он грубо укусил, вонзив в неё зубы, тем самым оставляя на мне свой след. Это стало последней каплей, я почувствовала, как по венам словно разлилось раскалённое железо и больше не в состоянии терпеть этой сладостной пытки, я кончила, с протяжным, диким криком:

– А-а-а… да-а-а-а… да!

Сквозь пелену эйфории я почувствовала, как напряглось тело Калума, и услышала его гортанный рык в момент, когда и его накрыл оргазм. Его член запульсировал внутри моего лона, продлевая и без того умопомрачительное удовольствие. Когда волна наслаждения схлынула, он практически упал на меня, облокотившись лишь на локоть одной руки. Чтобы нам обоим прийти в себя и перевести дыхание, понадобилось несколько долгих минут. Затем Калум перевернулся и, рухнув на кровать спиной, притянул меня к себе. Положив мою голову на свою вздымающуюся грудь, он начал нежно гладить мои волосы. Я прикрыла глаза, слушая, как бешено, колотится его сердце, вторя ударам моего собственного.

– И как после чего-то подобного я могу быть в состоянии отпустить тебя? – он задал этот вопрос еле слышно, словно для себя самого.

Я не стала отвечать на него, это было просто ни к чему. Ответ и так ясен – никак! Расслабившись, укачиваемая плавным поднятием его грудной клетки, я прикрыла глаза и провалилась в сон.

Глава 6

Мы уже давно проснулись, но всё ещё лежали в обнимку, не проронив ни слова. Я решила нарушить эту тишину:

– Что за затянувшееся молчание?

Калум сильнее стиснул меня в объятиях и над самым ухом раздался его голос:

– Да вот лежу и думаю, что всё это как-то нереально, словно сказка или несбыточная мечта, – я чуть повернула к нему голову и непонимающе заглянула в глаза. – Не подумай, я безумно рад. Я долго ждал, когда наши отношения сдвинутся с мёртвой точки, но даже теперь, когда это произошло… – он грустно улыбнулся и, выдохнув, продолжил: – Ты хочешь быть со мной, также сильно, как я хочу быть с тобой. Я это вижу, но несмотря на это, я всё равно, ровным счётом ничего о тебе не знаю. Я хочу тебя… тебя всю. Не только тело, я хочу знать твоё прошлое, твои привычки, твои недостатки.

– Калум… – понимая, что я хочу возразить, он повернул меня к себе и положил указательный палец на мои губы, не дав закончить начатую фразу.

– Чем ты любишь заниматься в свободное время, а что, наоборот, ненавидишь? Кем ты работаешь? Что ты любишь читать и любишь ли вообще? Какая у тебя любимая еда? Умеешь ли ты готовить? Ты один ребёнок в семье? Какие у тебя отношения с родителями? Кого ты любишь больше кошек или собак? – он заглянул глубоко мне в глаза. – Я хочу знать о тебе всё, до самой маленькой и незначительной детали. Я хочу знать тебя.

От такого потока вопросов и искренности в его голосе, я на секунду впала в ступор. Но я понимаю его интерес. Может Кейлиб прав и мне стоит подпустить Калума чуть ближе? Попробовать начать с чего-то незначительного и постепенно двигаться дальше, отбросив все свои страхи и сомнения?

– У меня есть собака, – Калум удивлённо вскинул бровь и уставился на меня.

– Серьёзно?

– Да, – из-за его реакции из меня вырвался смешок. – Это так удивительно?

– Нет. Удивительно то, что ты мне об этом рассказываешь.

Я улыбнулась, но продолжила:

– Его зовут Демон, он ротвейлер, ему три года. Его ещё щенком, мне подарил друг, решив, что мне нужна компания. Поэтому всучил его на мой день рождения. Повязал ему на шею огромный бант и засунул щенка в подарочную коробку, – я невольно улыбнулась воспоминаниям, возникшим в памяти. – Я поначалу очень удивилась и даже хотела отказаться от такого подарка, ссылаясь на… – я замялась, правильно подбирая слова, – своеобразный график работы. Но друг настоял. И я ни разу не пожалела об этом, Демон самый настоящий ангелочек, как бы странно это не звучало. И он очень самостоятельный, так что совершенно не страдает, когда остаётся дома один, – Калум смотрел на меня ясными сияющими глазами. Его лицо сейчас выражало такой спектр эмоций начиная от удивления и заканчивая полным восторгом, что я не удержалась от смеха. – Что за лицо?

– Ты хоть понимаешь, что сейчас за эти несколько минут я узнал о тебе больше чем за пятнадцать месяцев, что прошли с нашего знакомства?

– Это ведь неплохо?

– Неплохо? – в его голосе послышалось удивление. – Это превосходно! Ты наконец-то решила мне довериться. Боже, у меня к тебе столько вопросов! – я рассмеялась его энтузиазму.

– Да, я это уже поняла. И думаю, добрую половину ты озвучил ранее.

– Половину? – он расплылся в коварной улыбке. – Да это не было даже малой частью.

Калум сграбастал меня в объятия и по комнате разнёсся его радостный смех. Я чуть отстранилась и заглянула в его сияющие глаза.

– Так, ковбой, а ну-ка, притормози и поубавь свой пыл, – я положила руку к нему на грудь и чуть оттолкнула. – Всё хорошо в меру.

– Ты мне не доверяешь? – в его голосе послышалась нескрываемая обида.

– Дело не в доверии, – я прошлась ладонью по его небритой щеке. – Поверь.

Он какое-то время помолчал, внимательно рассматривая моё лицо, а затем произнёс:

– Хорошо, я попробую тебе довериться. Но и ты пообещай, что информация о твоей собаке не станет самым личным, что я о тебе узнал.

– Хорошо, я обещаю, что так и будет. Но будем двигаться потихоньку, маленькими шажочками, – он снова улыбнулся.

– Шаг за шагом. Вместе.

– Вместе.

Калум притянул меня к себе и жадно поцеловал, сплетая наши языки в дурманящем танце, отстранился, лишь когда обоим стала не хватать воздуха.

– Итак, – в его глазах сейчас чётко читалось то, как он счастлив, – когда начнётся наше сказочное путешествие?

– Мне надо закончить кое-какие дела по работе. Думаю, это займёт несколько дней, как только со всем разберусь, я вернусь. И мы выберем место, куда отправимся, где начнём превращать нашу сказку в реальность.

– Хорошо. Хочешь, я приготовлю завтрак?

– Нет, мне уже пора, ведь чем быстрее я разберусь со своими делами, тем быстрее мы снова окажемся вместе.

– Ладно, – на его лице появилось задумчивое выражение. Какое-то время, помолчав, он добавил: – Знаешь, пожалуй, это первый раз за всё время, когда я отпускаю тебя со спокойной душой, зная, что ты точно вернёшься.

– Так и будет, я обязательно вернусь.

Я прижалась к нему всем телом, уткнувшись носов в ложбинку между плечом и шеей. Втянула его аромат, такой пряный, каждый раз навевает мысли о Рождестве. Затем неизбежно отстранилась, вылезла из-под одеяла и начала одеваться под его пристальным задумчивым взглядом. Ненадолго остановившись, я пробежалась глазами по его лицу, такие правильные черты: ровный нос, квадратные скулы, заросшие щетиной, тёмно-голубые почти синие глаза, которым придают выразительности угольные ресницы и густые брови. Не выдержав его взгляда, я отвела свой, что мне совсем несвойственно.

– Не смотри на меня так, – Калум чуть наклонил голову набок, выведенный из состояния задумчивости моими словами.

– Как?

– Пристально.

– Я просто любуюсь.

Он улыбнулся, глаза заблестели. Я подошла и быстро чмокнула его в нос. Отстранившись, ещё раз заглянула в эти гипнотические глаза, прошлась кончиками пальцев по его небритой скуле, плавным движением перешла к губам. Приоткрыв рот, он поймал мой палец зубами, захихикав, я резко отдёрнула руку.

– Так бы и съел, – подтверждая слава, он прошёлся языкам по своим губам, словно только что попробовал самое вкусное лакомство.

Я прекрасно знаю, что он делает. Он снова хочет заманить меня в свои сети, но я на это не куплюсь, иначе никогда отсюда не уйду. Я, качая головой, хитро улыбнулась и, развернувшись, пошла к выходу. Лишь у самой двери спальни, бросив ему через плечо:

– До скорого.

***

Вернувшись домой и, приняв горячий расслабляющий душ, я повторно прокрутила в голове все сведения, которые узнала о Костилье от Логана. Зайдя в оружейную, я окинула свой боезапас взглядом. Это нетипичная работа, длинноствольная винтовка ни к чему. На этом задании мне нужна манёвренность и лёгкость, не стоит себя замедлять лишней амуницией. Если всё пройдёт гладко, я зайду и выйду незамеченной.

Ещё раз, пробежавшись взглядом по оружию, я определилась с тем, что мне надо взять с собой: пистолет с глушителем и запасная обойма, пара ножей, метательные кинжалы – бесшумно, но очень смертоносно, и обязательно интерфейс для взлома охранных систем и альпинистское снаряжение. Да, может это и сумасшествие, но лучше зайти со стороны утёса. Охрана этого не ожидает, ведь кто полезет по отвесной скале без должной подстраховки, да ещё и ночью? Наверное, только идиот, хотя нет, просто отчаянный или даже, лучше сказать, бесстрашный человек, да, так звучит определённо лучше.

Логан прав, эта работа нетипична, но я уверена мне по силам. Не думаю, что кто-то из наших ребят решился бы, даже Кейлиб навряд ли бы согласился, а у меня просто не осталось выбора… Нет, выбор есть всегда, просто я сама так выбрала.

Расписание этого Костилье я изучила вдоль и поперёк. Сегодня он будет дома, сладко спать в своей кровати, даже не догадываясь о том, что это был его последний прожитый день.

Итак, карта особняка есть, схема охранных систем на месте, осталось дождаться нужного часа и вперёд.

***

Ухватившись за выступ, я повисла на одних только руках, перехватив камень, просунула пальцы в расщелину между скалами и, подтянувшись, продолжила карабкаться вверх. Через несколько метров такого изнурительного подъёма снова смогла найти опору для ног, теперь подниматься снова стало легче. Но пальцы всё равно ноют неимоверно, надо было чаще упражняться в скалолазание. Физически я, конечно, очень вынослива, как и любой профессионал в нашем деле, но одно дело драки или изнурительное преследование цели и совсем другое вот это. Я подняла голову и посмотрела наверх, ещё метров сорок и я доберусь до вполне приличного выступа, там надо будет снять экипировку и последние пятнадцать метров карабкаться уже без страховки. Да, это очень рискованно, но другого варианта просто нет, дом буквально кишит охраной, заметят и я труп.

***

Последние несколько метров двигалась очень медленно, чтобы случайно не создать лишнего шума и не привлечь внимание. Как только я оказалась на твёрдой, а главное, горизонтальной поверхности, облегчённо выдохнула, но расслабляться рано, то, что я пробралась на территорию незамеченной, вовсе не значит, что я в полной безопасности. Теперь надо добраться до охранного узла и подключить интерфейс, чтобы заменить данные охранных систем и заодно посмотреть точное расположение всех охранников и их количество.

Быть незаметной в подобных ситуациях залог выживания. Благодаря постоянным тренировкам, тело привыкает ко многому, большинство людей и не догадываются о реальных способностях своего организма. Но для меня двигаться быстро, но при этом бесшумно скорее уже повадка, как у дикой грациозной кошки, что вышла на охоту.

Оставаясь незамеченной и обходя посты охраны, о которых мне было известно, я добралась до охранного узла. В голове закралась мысль о том, что всё идёт слишком гладко, но я отогнала её, качнув головой, сейчас не время думать о подобном. Вскрыв панель электропитания, распутала пучок проводов и подключила интерфейс. Теперь дело за компьютерными навыками, надо взломать и зациклить все камеры, в том числе инфракрасные и отключить все датчики, но сделать это так, чтобы охрана не сразу догадалась о том, что что-то не так. По привычке прохрустев пальцами, начала быстро стучать ими по клавиатуре, забивая необходимые мне команды в программу для взлома. Когда всё было сделано, осталось только подождать полной загрузки программы в охранные системы особняка.

Наблюдая за полосой загрузки, я начала нервно грызть ноготь, казалось, она идёт неимоверно медленно. Окончательно потеряв терпение, я тихо пробормотала себе под нос:

– Давай же, грузись быстрее.

Сразу же после этого услышала приближающийся шум слева, аккуратно выглянув из своего укрытия, посмотрела кто это и в каком количестве. В голове проскочила мысль: – «Сама накаркала». Хотя всё ни так плохо, охранник один, но если он продолжит двигаться в этом направлении, то заметит меня, а этого допустить никак нельзя, поэтому действовать надо быстро. Не люблю дополнительные жертвы во время выполнения задания, но без них никак.

Пригнувшись к земле, прикрываемая кустарником, растущим вдоль тропинки, сама направилась в его сторону. У него не было и шанса. Когда я молниеносно выскочила перед ним, единственное, что он успел сделать, это удивлённо округлить глаза. Лезвие в моей ладони сверкнуло, отражая лунный свет, быстрое движение руки и нож вошёл под челюсть мужчины. Свободной рукой я закрыла ему рот, чтобы он не создал ненужного шума, и сильнее надавила на рукоять. Лезвие прошло через горло и, перебив позвоночник, вышло с другой стороны. Это была быстрая смерть – немногим так везёт. Убедившись, что меня никто не видел, спрятала тело в кустарнике и вернулась к интерфейсу.

Эта ситуация добавляет тревожных мыслей, надеюсь, подобных нежданных сюрпризов, больше не будет, но даже если так, всё равно надо ускорится. Вероятность того, что мёртвого охранники найдут до того, как я успею покинуть особняк, есть, а это всё усложняет. Проверив интерфейс, убедилась, что программа сделала своё дело и, изучив расположение остальных охранников, двинулась к дому.

Зашла в особняк с одного из запасных выходов, воспользовавшись тем, что подсмотрела по камерам, как охранник отошёл от своего поста, чтобы покурить. В самом здании охраны больше её сложно будет избегать, но, с другой стороны, и мест, куда можно спрятаться, тоже значительно прибавилось. Пользуясь такими укрытиями, я бесшумно и оставшись незамеченной, поднялась на третий этаж. Осторожно выглянув из-за угла, увидела, что у двери в спальню Костилье, тихо переговариваясь, стоят двое мужчин, но это ожидаемо. Достав пистолет с заранее прикрученным к нему глушителем, прицелилась и сделала два точных выстрела. Оба упали как подкошенные, но их падение создало слишком много шума. Поморщившись, злобно подумала: – «Шкафы». Прислушавшись, убедилась, что на шум никто не обратил внимания и немного расслабившись, затащила тела в соседнюю комнату, предварительно проверив пуста ли она. Уже собралась заходить в хозяйскую спальню, но моё внимание привлёк шорох сзади, я резко обернулась и тихо выругалась:

– Чёрт!

С недоумевающим выражением лица, глупо хлопая глазами, на меня уставился ещё один охранник. Он уже потянулся за стволом, но не успел, я оказалась быстрее. Движение руки на автомате, я даже не думала, метательный кинжал вошёл ему в правый глаз по самую рукоять. Третье тело спрятала к двум предыдущим, и быстро пока не случилось ещё какого-нибудь сюрприза, прошмыгнула в спальню. Но на пороге тут же замерла, в голове раздалось недовольное бурчание: – «Ну что сегодня за день-то такой?». Моя цель лежала в кровати не одна, рядом спала какая-то женщина. Медленно выдохнув, я прикинула расклад и пришла к выводу, что убивать её точно не собираюсь. Тихо подойдя к кровати, я зажала её шею, надавив на необходимые точки и убедившись, что теперь она непросто спит, а в отключке, пошла к своей жертве.

Остановившись возле него, прошлась взглядом по умиротворённому лицу. Не люблю убивать спящих, поэтому зажала ему рот ладонью. Костилье распахнул глаза, наши взгляды встретились, в его тут же отразились паника и ужас, он понял для чего я здесь, но предпринять ничего не успел. Плавное движение рукой и из его горла, перерезанного ножом, хлынула кровь, он захрипел. Несколько секунд пытался бороться, но безуспешно. Тело, быстро теряющее кровь, ослабло, его руки безвольными плетями упали обратно на матрас. Глаза ещё какое-то время горели, испепеляя меня взглядом, но вскоре и они потухли. Теперь самая странная часть заказа, надо сделать на стене надпись его кровью. Осмотревшись, я остановила выбор на букете, что стоял на столе, ещё не раскрывшийся бутон розы послужил кистью. Критично осмотрев свою работу, пробормотала:

– Всё, теперь надо убираться.

Вышла гораздо быстрее, чем заходила, но всё же недостаточно. Уже начинало светать, но я всё же осталась больше никем не замеченной. Осторожно спустившись по утёсу до места, где оставила экипировку, снарядилась. Дальше дело пошло гораздо быстрее, помогая себе страховочным тросом, спустилась. Сняла экипировку, закинула её в спрятанную в кустах спортивную сумку и пошла к машине. Уже за рулём набрала номер Логана, он ответил после первого же гудка.

– Да?

– Клиент все зоны.

Он замолчал на несколько секунд, а потом непринуждённо произнёс:

– Я в тебе не сомневался. Накладок не было?

– Были, но я всё решила.

– Хорошо. Умница, – я пропустила его похвалу мимо ушей.

– Если это всё, то тогда до свидания? Увидимся через три месяца? – но всё, что я услышала в ответ на свой вопрос, это оглушающая тишина. – Мистер Логан?

– Да? – он словно вынырнул из каких-то своих мыслей. – Да конечно. Увидимся через три месяца моя дорогая. До встречи.

– До свидания.

Повесив трубку, поморщилась, мне не понравилось его затянувшееся молчание в конце разговора, тем более что мне непонятно, чем оно вызвано. Он что сомневался, что у меня получится, или просто не думал, что я справлюсь так легко? Нет, он во мне никогда не сомневался, здесь дело в другом. Только вот в чём? Хотя сейчас это не важно, подумаю об этом через три месяца. А сейчас домой. Позвоню Кейлибу, чтобы он забрал к себе Демона, приму душ, соберу вещи и к Калуму.

Глава 7

Поднимаясь в квартиру Калума, поймала себя на мысли, что мне давно не было так хорошо. Пожалуй, с самого детства, когда ещё были живы родители. Похожее состояние я испытываю, только находясь рядом с Кейлибом, но это скорее ощущение комфорта от близости с человеком, которого считаешь родным. С Калумом мне хорошо по-другому. С ним моя душа словно поёт. Каждый раз, когда он рядом, корка льда, что образовалась вокруг сердца, словно чуть подтаивает.

Подойдя к его двери, я решила постучать, обозначив своё присутствие, а не вламываться, как я обычно это делаю. Но после моего стука дверь никто не открыл, я постучала снова и подождала около минуты, но ничего не произошло. «Нет, дома?» – в разуме проскочила догадка и, пожав плечами, я наклонилась к замку, чтобы открыть его отмычкой. «Единственный раз хотела сделать как лучше, а в итоге делаю, как всегда», – улыбнувшись, своим же мыслям начала вставлять отмычку в замок, но тут поняла, что он не заперт. Толкнув дверь, я тут же оцепенела.

– Какого…

Я недоговорила собственную фразу, осматривая хаос, что предстал перед глазами. В квартире абсолютный бедлам, вещи либо просто сдвинуты со своих мест, либо вообще перевёрнуты и разбиты: – «Что здесь, чёрт возьми, произошло?».

– Калум?!

Ответа не последовало, но сейчас я не знаю хорошо это или плохо. Несмотря на мои сомнения, где-то на границах осознания, словно протяжно затрезвонил неприятный колокол, звон которого с каждой секундой моего замешательства только нарастал. В голове калейдоскопом пронеслась целая куча неприятных мыслей, но всё их я отмела. Ведь я была предельно осторожна, на него не могли выйти, нет! Это просто невозможно: – «Ведь, правда?».

– Калум! – я снова позвала его на этот раз громче.

Но ответа не последовало и на этот раз. Ещё раз, пройдясь взглядом по разгромленной гостиной, я бросилась в спальню. Там-то я его и нашла, он лежал лицом вниз около перевёрнутого кресла. Подбежав к нему, я упала на колени и, потянув его за плечо, перевернула.

– Боже… – от увиденного с моих губ слетел шёпот, в котором читался весь ужас, что я сейчас испытала.

Калум был сильно избит. Бровь и губа рассечены, один глаз почти заплыл от гематомы, которая вызвала припухлость. У меня сложилось впечатление, что его непросто побили, а избивали длительное время. Но ужас у меня вызвало не это. На его груди, слева, чуть выше сердца было пулевое отверстие, но, несмотря на это он ещё дышал.

– Калум? – хотела позвать его громко, убедиться, что он меня слышит, но из горла вырвался почти шёпот, надломленный дрожащий голос, я его не узнала, раньше такой от себя и не слышала. Но он услышал. Его ресницы задрожали и, с трудом открыв веки, он поднял на меня взгляд.

– Си… Силена… – еле слышный, хриплый шёпот.

– Тише, тише. Всё хорошо, – произнося это, я уже держала у уха телефон с набранным номером скорой помощи. Быстро ответив на заданные вопросы, назвала адрес.

Как только закончила разговор, отбросила телефон в сторону и надавила рукой на рану, чтобы не дать ещё большему количеству крови вытечь из его тела. Другой рукой я аккуратно гладила его лицо в попытке успокоить, только не знаю кого – его или себя, в этот момент было непонятно.

– Они… – из него вырвался хриплый шёпот, было видно как ему тяжело, но он всё равно упрямо пытался мне что-то сказать.

– Что?

– Они… с…прашивали… о каком-то… фениксе… – после последнего произнесённого им слова, меня словно кувалдой по голове огрели, в ушах зазвенело.

– Когда они ушли?

– Не… – с его уст сорвался стон, он закашлялся, выплёвывая кровь. – Не уходили… о…ни… не… уходили…

Осознание сказанной им фразы дошло до меня словно через завесу тумана. Я хотела обернуться, но не успела. Почувствовала сильный удар в основание черепа, от которого потемнело в глазах, из-за чего я на долю секунды потеряла ориентацию и начала заваливаться набок. Но тело среагировало само, сгруппировавшись, я перекатилась и попыталась встать, но пошатнулась. Взгляд ещё не до конца сфокусировался, поэтому я наугад попыталась найти опору и нашла, схватившись за тумбу, я остановила своё падение и выпрямилась. В этот момент в глазах прояснилось. Прямо передо мной стояли двое мужчин, и ещё один чуть дальше в дверном проёме, все трое вооружены в отличие от меня: – «Хреново!».

Ближе всех стоял темнокожий мужчина. Он бросился ко мне и попытался схватить за ворот кофты, но я увернулась и, вложив в удар всю силу, заехала кулаком ему по рёбрам. Он согнулся пополам, но в этот момент меня уже атаковал другой. Я снова увернулась, его кулак пронёсся всего в миллиметре от моей скулы. Сделала шаг назад, оказавшись на относительно безопасном расстоянии. Третий мужчина пока не торопился нападать, судя по его сосредоточенному лицу, он анализирует ситуацию, в которой мы все сейчас оказались.

– Неужели это ты?! – заговорил азиат, который только что пытался меня ударить. – Так всем известный Феникс, оказалась девчонкой?

На этот вопрос я отвечать не собиралась, но этого и не потребовалось, он был задан не мне. Тот, что стоял в дверях, возбуждённо воскликнул:

– Да?! Чёрт возьми! Всегда думал, что это мужик, но ты только посмотри на эту кошечку. Точно она?

– Не смотри, что миниатюрная, рука чертовски тяжёлая. Кажись, она мне ребро сломала, – темнокожий уже перевёл дыхание после моего удара, но продолжал держаться за место, куда тот был нанесён.

– Да ладно? – тот, что стоял рядом с ним, удивлённо округлил раскосые глаза.

– Серьёзно, – в подтверждение своих слов, продолжая держаться за место удара, он поморщился. – Чертовски больно.

– Я смотрю, вы мальчики любите поболтать, но давайте закругляться. Мне сейчас некогда, – я бросила беглый взгляд на Калума, его грудная клетка еле заметно, но всё же продолжала подниматься и опускаться. – Кто из вас в него стрелял?

– Ну, допустим, я, – тот, что стоял дальше всех от меня, самодовольно улыбнулся. – Ничего полезного он не знал или же просто не сказал, один фиг, он был больше не нужен.

Я сощурила взгляд, зубы буквально заскрипели от той силы, с какой я стиснула челюсть.

– Тогда тебя я оставлю напоследок. Так быстро, как твои товарищи ты не умрёшь.

– А кто сказал, что мы собираемся умирать, а птичка? – чернокожий мужчина самодовольно улыбнулся.

– Я! – после моего уверенного ответа, его улыбка померкла.

Ближе всех ко мне был азиат, я не стала медлить и молниеносным движением, которое было по своей скорости на грани с фантастикой, подскочила к нему. Он не успел ничего предпринять, лишь его зрачки на долю секунды увеличились от удивления. Ударив его ребром ладони в кадык, отчего он захрипел в попытке сделать вдох, я крутанулась. Оказавшись у него за спиной, обхватила шею, взяв её в захват и, резко дёрнула вверх и в сторону. По комнате разнёсся громкий хруст, и мужчина свалился к моим ногам, как тряпичная кукла. Всё это действие не заняло и пары секунд.

Двое, пока оставшиеся в живых, напряжённо замерли, пытаясь осмыслить только что произошедшее. Мужчина, что стоял в дверях, тихо выругался себе под нос:

– Чёрт!

Теперь они больше не сомневались в том, кто перед ними и, восприняв меня всерьёз, оба достали своё оружие, один пистолет, другой нож. Я не стала ждать, пока меня пристрелят и, быстро подскочив к темнокожему, схватила его пистолет за ствол, в попытке обезоружить. Но он повернул рукой, выворачивая при этом мою кисть, пришлось отпустить.

– Не так быстро птичка! – он рявкнул, при этом нанеся мне мощный удар в область грудины.

Я дёрнулась и поморщилась от боли, пронзившей грудную клетку. Но переводить дыхание было некогда, к моему лицу уже приближался нож. Тот, что стоял в дверях, быстро подскочил и атаковал, я чудом увернулась практически на автомате, но лезвие всё же чуть царапнуло кончик уха.

– Нам нужно было лишь добыть о тебе информацию, но тут такая удача, сама пришла к нам в руки, – он хищно оскалился и поудобнее перехватил нож. – Прямого приказа тебя убивать не было, кто знает, зачем ты заказчику, но крови-то пустить можно.

– Ты в этой крови захлебнёшься! – я старалась сохранять самообладание, но эти слова вырвались из меня, как яд, которым плюётся гадюка.

– У-у-у-у-у! – темнокожий насмешливо захихикал. – Какая злая птичка.

Из их поведения стало понятно, что ни какие они не товарищи, им было совершенно плевать на смерть того, с кем они сюда пришли. Хотя, что от них ждать – наёмники! Большинство из нас интересуют лишь деньги, и любые устои морали давно стёрты тем образом жизни, который мы ведём.

На этот раз они атаковали одновременно, я перешла в оборону, блокируя удары. Мысль о том, что они пока не торопятся применять огнестрельное оружие, успокаивала. Выждав нужный момент, я резко выбросила руку вперёд и заехала по физиономии тому, который стрелял в Калума.

– Сука! – судя по его воплю и хрусту, что услышала, сломала ему нос.

Схватив его за руку, вывернула кисть, отчего ладонь раскрылась, и он выронил нож. Но из-за этого действия мне пришлось повернуться к темнокожему спиной. Воспользовавшись этим, он напал сзади, схватив меня и крепко сдавив в кольце своих рук, так чтобы я не могла пошевелиться. Но я, используя его как опору, оттолкнулась обеими ногами от пола и заехала в грудь другому, из-за этого толчка мы повалились назад, темнокожий во время падения сильно ударился затылком о пол и ослабил хватку. Мне хватило этой секунды его замешательства, подобрав с пола нож, я всадила его ровно в сердце мужчины. Его глаза на миг вспыхнули, а затем окончательно померкли. Вытащив нож из его груди, я повернулась к последнему.

– Я же сказала, что оставлю тебя напоследок.

Он всё ещё слегка дезориентированный моим пинком в грудь, чуть попятился, прежней ухмылки на лице как не бывало. Теперь видно, что он воспринимает меня всерьёз, даже, более того – боится меня. Он выхватил пистолет и, направив его на меня, выстрелил. Но ровно в этот момент я схватила его за запястье, из-за чего пуля ушла в сторону, и сильно до хруста вывернула его руку. Он завопил:

– А-а-а-а! Дрянь!

Я выхватила пистолет и ударила дулом по его носу, из которого с новой силой хлынула кровь. От такого удара он пошатнулся и осел на пол. Схватив его за шиворот, приподняла и упёрла дуло пистолета ему в лоб.

– Не хочешь рассказать, кто вас ушлёпков нанял?

– При всём желании бы не смог! – он выпалил это, тяжело дыша.

– Анонимный заказ?

– Да.

– Не верю! – я убрала пистолет от его лба и ещё раз смачно заехала по носу, он закряхтел и схватился за переломанный нос. – Как вы вышли на него? – качнув головой в сторону Калума, как следует тряхнула наёмника за грудки. Он заскулил, а потом поднял на меня злой взгляд.

– Это правда, наниматель анонимный. Нам просто дали имя парня и сказали любыми способами достать из него информацию о Фениксе, – он, замолчал, и в его глазах появилась какая-то решимость. – А знаешь. Пошла ты! Всё равно убьёшь меня, так что стреляй! Умереть от рук самого́ Феникса это даже честь.

– В смерти нет чести, это просто конец, – я окинула его брезгливым взглядом. – И я ведь сказала, быстро ты не умрёшь, захлебнёшься кровью.

Теперь на его лице отразилось сомнение, но было уже поздно. Я навела дуло пистолета на его горло и выстрелила. Он захрипел и закашлялся, пытаясь хватать ртом воздух, но у него не получилось. Он захлёбывался собственной кровью. Я не стала дожидаться, пока умрёт наёмник и, оставив его, подбежала к Калуму. Нависнув над ним, с облегчением выдохнула, увидев, что его глаза открыты, но он с ужасом смотрел на умирающего мужчину. Переведя затуманенный взгляд на меня, он прохрипел:

– К…то ты? – я поджала губы и прошлась пальцами по его скуле.

– Ты только выживи и я тебе всё расскажу. Слышишь. Только не умирай.

Хоть мой голос и был нежным, а прикосновения ласковыми, в его взгляде промелькнул страх. Это больно резануло меня по сердцу. Но сейчас размышлять над тем примет меня Калум или нет, некогда, на улице раздался звук серены и я, собравшись с мыслями, встала. Необходимо спрятать тела, чтобы у медиков не возникло лишних вопросов, поэтому я перетащила их в ванную, предварительно обыскав. Но, разумеется, никаких документов у них при себе не было, я сфотографировала их лица на телефон и закрыла дверь ванной. Пока сойдёт и так.

Со стороны входной двери раздался стук, быстро открыв её, я впустила бригаду скорой помощи внутрь и показала, куда надо идти. Они прошли в спальню, а я застыла в дверном проёме, наблюдая за тем, как они пытаются стабилизировать состояние Калума. Когда им это удалось, они водрузили его на носилки и понесли вниз.

***

Я сидела в больничном коридоре недалеко от дверей, которые вели к операционным, и пыталась осознать, как всё так повернулось и что к этому привело. Где-то на самых границах сознания мелькала мысль, которая никак не давала покоя: – «Всё было хорошо, пока я не рассказала о Калуме Кейлибу». Это совпадение? Но разве бывают такие совпадения? Но он бы меня не продал, только не Кейлиб! Мы вместе прошли через огонь и воду. Он самый близкий мне человек, тот, кто знает обо мне абсолютно всё. Он бы не сделал этого: – «Ведь не сделал бы?».

От таких мыслей заболела голова, виски сдавило. Чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя, я откинула голову назад на спинку дивана и, прикрыв глаза, сдавила пальцами переносицу. Но в этот момент дверь, ведущая к операционным, распахнулась. Я резко дёрнула головой и выпрямилась, переведя взгляд в ту сторону. Из-за двери вышел молодой, светловолосый врач и направился ко мне.

– Миссис Бейкер?

– Да, – в регистратуре мне пришлось представиться женой Калума, иначе меня бы просто не пустили к операционным.

– Я Сэмюэль Карузо, хирург, оперировавший вашего супруга, – он протянул мне руку, я сделала то же самое, и мы обменялись рукопожатием.

Несмотря на то что моя голова сейчас была забита разнообразными мыслями и тревогами, я не смогла не обратить внимания на его необычные глаза – один голубой, другой зелёный.

– Как он? – врач чуть замялся, отчего сердце пропустило удар.

– Миссис Бейкер, мне очень жаль, но ваш супруг скончался во время операции, – до меня не сразу дошёл смысл сказанных им слов, пару секунд я просто стояла, хлопая глазами.

– Что? Нет… Врачам скорой помощи, удалось стабилизировать его состояние.

– Так и было, – он сочувственно выдохнул. – Но пуля, пробившая лёгкое, очень неудачно срикошетила от лопатки и пробила артерию. Внутренняя кровопотеря была очень обильной…

Он говорил что-то ещё, но я уже не слышала, только видела его шевелящиеся губы. В ушах поднялся гул, через который единственное, что я смогла различить, были бешеные удары собственного сердца. Я осела на диван, моё лицо сейчас совершенно ничего не выражало, я натянула каменную маску, но из глаз всё равно покатились слёзы, которые я не смогла сдержать. В голове мелькала лишь одна мысль: – «Это всё из-за меня… опять!». Почувствовав лёгкое прикосновение к своему плечу, я подняла взгляд.

– Миссис Бейкер, я понимаю вам сейчас очень тяжело, но из-за обстоятельств, при которых погиб ваш супруг, вам придётся поговорить с полицией. Они ожидают вас внизу у регистратуры. Как только будете готовы, надо будет спуститься и ответить на их вопросы, – он пробежал мягким взглядом по моему лицу. – Но не торопитесь. У вас столько времени, сколько понадобится, чтобы прийти в себя.

– Да, разумеется.

– Примите мои искренние соболезнования, – он снова коснулся моего плеча. – Я оставлю вас, чтобы вы могли прийти в себя?

Он сосредоточенно смотрел мне в глаза, дожидаясь моего ответа, но я смогла лишь кивнуть, после чего моя голова, словно каменная упала на грудь. Услышав его удаляющиеся шаги, не поднимая головы, схватилась за неё руками. В ушах всё так же продолжало шуметь, заглушая все посторонние звуки, в горле образовался ком, который никак не получалось сглотнуть и из-за которого становилось тяжело даже дышать. В голове сейчас осталась только одна мысль: – «Я должна убедиться, должна сама его увидеть!».

После принятого решения в действиях снова появилась решимость, я обрела хоть какую-то цель и, возможно… надежду. Резко выпрямившись, зашагала в сторону операционных. Зайдя в служебный коридор и стараясь избегать посторонних глаз, нашла шкаф с чистыми халатами и, надев один, направилась искать Калума. Заглянув в несколько помещений, похоже, нашла нужное.

На операционном столе, накрытое белой простынёй, лежало тело. На негнущихся ногах я подошла ближе и, взявшись за край простыни, застыла в нерешительности. Но почему? Я видела столько смертей, сама отняла огромное количество жизней. Так почему именно сейчас взглянуть в лицо смерти так страшно? Страх… Я давно забыла, что это за чувство, забыла, как он парализует, как сковывает всё тело, не давая действовать, снова заставляя почувствовать себя маленькой беспомощной девочкой.

Мотнув головой в попытке отогнать эти мысли, выйти из оцепенения, я сильнее сжала простынь и резким движением руки отдёрнула её в сторону. В ту же секунду моё сердце пронзила стрела! Это он – мой Калум. Губы задрожали, как и всё тело, я попыталась взять себя в руки, но эта попытка ничего не дала. Пройдясь взглядом по его лицу, я осторожно прикоснулась к губам, которые уже начали синеть: – «Такие холодные!». Ноги стали ватными и, упав на колени, рядом с операционным столом, я зарыдала навзрыд, не беспокоясь о том, что меня может кто-то услышать. Протянув свои дрожащие руки к нему, я сомкнула их на его запястье, на том месте, где должен биться пульс, но его не было… Его сердце – сердце Калума больше не билось.

***

Не знаю, сколько я так просидела, из ступора вывели громкие голоса в коридоре. Я отпустила руку Калума и, поднявшись с колен, оставила нежный поцелуй на его холодных губах. Вернув простынь на место, услышала, как из коридора доносятся обрывки фраз. Из них стало понятно, что говорят о полицейских, а значит, пора уходить. Но не в состоянии двинутся с места, я ещё раз бросила взгляд на тело под простынёй.

– Прости меня, – с губ сорвался умоляющий шёпот. – Я виновата. Мне не искупить этого греха, как и многих других, совершённых мной, – я замялась, но после в мыслях появилась решимость. – Но я могу отомстить! Да! Кто бы это ни сделал, кто бы за этим не стоял, я найду его и заставлю пожалеть! Я отправлю его и любого, кто встанет у меня на пути в ад! Я обещаю, нет, я клянусь тебе – они все поплатятся!

С этими словами я обрела чёткую цель. Тело перестало быть ватным, мозг снова заработал, лихорадочно обдумывая план. В мысли вернулась прежняя хладнокровность и расчётливость. Я снова взяла свои эмоции под контроль и, развернувшись, вышла из помещения, ни разу не обернувшись. Не обращая на себя внимания и, как всегда, не давая камерам заснять лица, вышла из больницы. Вдохнув полную грудь прохладного ночного воздуха, подняла глаза к небу и прошептала:

– Пора навестить «лучшего друга».

Глава 8

Я стояла на пороге квартиры Кейлиба и давила на дверной звонок. По ту сторону послышался шум и его приближающиеся шаги, а затем и недовольный голос:

– Да иду я, иду! – раздался щелчок открывающегося замка и дверь распахнулась. Кейлиб замер от представшей перед ним картины и несколько раз моргнув, словно пытаясь сбросить наваждение, уверенно произнёс: – Какого хера Сил? – я ничего не ответила, дуло моего пистолета продолжило упираться ему в лицо. – Силена… что ты делаешь?

– А ты не знаешь? – мой голос был насквозь пропитан ядом.

Я приставила пистолет вплотную к его лбу. Увидев решимость и боль, которой сейчас пылали мои глаза, удивление, что прежде было на лице Кейлиба, сменилось страхом вперемешку с беспокойством. Он поднял руки, давая понять, что не собирается обороняться.

– Сил, слушай, что бы ни случилось, давай просто поговорим, – он с опаской смотрел на оружие в моих руках, но голос был ровным и успокаивающим. – Что произошло?

– А произошло то Кейлиб, что стоило мне рассказать тебе, – я сделала особый акцент на следующем слове, выделяя его, – единственному человеку о Калуме, как не проходит и недели и его убивают.

На лице друга отразилось недоумение, и оно показалось мне искренним. Кейлиб словно решив, что он неправильно меня услышал, медленно переспросил:

– Что?

– Ты меня слышал! – я сорвалась на крик.

– Так… – он сглотнул и заглянул мне в глаза. – Силена, давай ты для начала опустишь пистолет, и мы зайдём в дом, пока бдительные и добропорядочные соседи не вызвали копов, – я колебалась, внутренне меня разрывало от терзаний. Кейлиб видя моё состояние, очень медленно протянул ко мне руку и, накрыв своей большой ладонью пистолет, слегка надавил, направляя его вниз. Я не стала упираться и поддалась, опустила оружие и зашла в его квартиру. За моей спиной послышался звук закрывшейся двери, я развернулась и заглянула другу в глаза… Глаза, которые так хорошо знаю, в которых раньше никогда не видела обмана. Я попыталась найти в них хотя бы намёк на фальшь, но её там не было. – Сил, ты действительно думаешь, что я к этому причастен?

Не дав ему ответа, я развернулась и пошла вглубь квартиры. Войдя в гостиную, положила пистолет на журнальный столик, а сама устало опустилась на диван, закрыв руками лицо.

– Я так думала, – голос на секунду дрогнул. – Совпадение слишком очевидное, чтобы не обратить на него внимание. Я не хотела в это верить, но всё же, на какое-то время и правда решила, что это ты… Прости.

Услышала шуршание ковра под его ногами, Кейлиб подошёл совсем близко. Он присел передо мной на корточки и, осторожно прикоснувшись к моим рукам, отвёл их от лица. Пристально посмотрев мне в глаза, спокойно произнёс:

– Что произошло Сил?

Я сглотнула, проталкивая образовавшийся в горле ком, и постаралась отключить ненужные эмоции, а после всё ему рассказала. От момента, когда зашла в разгромленную квартиру Калума до момента, когда рыдала у его тела в операционной. Когда я закончила, Кейлиб молчал, за время моего рассказа он ни разу меня не перебил. Дослушав он выпрямился, и сев рядом со мной на диван, притянул к себе, крепко обнимая за плечи. На долю секунды я напряглась, но это быстро прошло, в голове пронеслась мысль: – «Это же Кейлиб». В его крепких объятиях я почувствовала себя под защитой, и окончательно расслабившись, сама прижалась к нему, наслаждаясь заботой, в которую он меня укутал. Уткнувшись носом в его плечо, наконец, смогла дышать полной грудью, при этом вдыхая его еловый аромат, такой знакомый и такой родной. Не знаю сколько мы так просидели. Я, прижавшись к его груди, слушала ровное биение его сердца, а он моё медленное и глубокое дыхание. Но всё же неизбежно пришлось отстраниться.

– Прости меня, пожалуйста, – после моих слов на его лице отразилось недоумение, он вопросительно уставился на меня. – За то, что усомнилась в тебе, что хоть и на время, но всё же допустила мысль, что ты можешь меня предать.

– Прекрати, – он сказал твёрдо, не желая даже слушать мои извинения. – Не надо ни за что извиняться. Не знаю, как бы я поступил в такой ситуации. Возможно… не знаю… может быть, я бы тоже усомнился в тебе, – после его слов, таких неуверенных, сказанных, словно боясь меня обидеть, я не смогла сдержать улыбку. Кейлиб перевёл взгляд на мои губы и, потерев ладонью затылок, тоже улыбнулся. Я положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Из тьмы, в которую я погрузилась, меня вернул его голос: – Ты его любила?

Вопрос прозвучал, как раскат грома средь ясного неба. Я не торопилась с ответом, мне и самой он был нужен, потому что я об этом никогда не задумывалась. Повернувшись к Кейлибу, я медленно заговорила:

– Он был одним из тех мужчин, с которыми я просто хотела развлечься, снять напряжение, ну, знаешь… продуктивно провести ночь, – Кейлиб улыбнулся моим словам и кивнул, давая понять, что он понимает, о чём я. – В общем, что-то в нём оказалось другим, никак во всех. Не знаю, что именно, но после секса с ним мне не захотелось уходить. Мне захотелось остаться в его объятиях. В них я словно забыла о той реальности, в которой живу… И уже после, когда прошло несколько недель мне снова, захотелось испытать это чувство, поэтому я вернулась и продолжила возвращаться снова и снова, – меня кольнула резкая щемящая боль в груди, которая появилась от осознания, что мне больше не вернуться к Калуму, но я продолжила: – Мы никогда не признавались друг другу в высоких чувствах, у нас были не те отношения, я то появлялась в его жизни, то исчезала из неё когда мне вздумается. Но, несмотря на это он был мне очень дорог, как и я ему. Я это знаю, видела по его глазам. Так что думаю, мы были близки к тому, чтобы полюбить… Нам просто не дали времени.

Я замолчала, Кейлиб тоже не торопился начинать новый разговор, какое-то время мы просидели в тишине, но он всё же нарушил её вновь:

– И что ты собираешься делать?

– То, что умею делать лучше всего, – Кейлиб вопросительно посмотрел на меня, я улыбнулась и решительно ответила: – Убивать!

***

Я провела у друга ещё несколько часов, мы обсудили план дальнейших действий.

– Тебе точно не нужна больше никакая помощь? – я отрицательно покачала головой.

– Нет. Используй фотографии, что я тебе скинула и попробуй выяснить имена наёмников. Этого будет более чем достаточно.

– Уверена?

– Да. Пока я не выясню, кто на меня охотится, не хочу тебя втягивать ещё сильнее, чем сейчас, – Кейлиб бросил на меня скептический взгляд.

– Я не ребёнок, чтобы меня можно было во что-то втянуть. Я сам предлагаю помощь.

– Я знаю. Если мне понадобится что-то большее, я обязательно позвоню, – я положила руку на плечо друга и чуть сжала. – А пока – имена наёмников, зная их, я смогу хотя бы попытаться выяснить, кто именно был заказчиком, – он положил свою ладонь поверх моей и очень сосредоточенно посмотрел мне в глаза.

– Будь предельно осторожна. Пока ты не знаешь, кто заказчик, опасность может подстерегать за любым углом. Вдруг он нанял ещё кого-то.

– Да я это знаю, – Кейлиб продолжил требовательно смотреть на меня, я выдохнула и, улыбнувшись, произнесла: – Я буду осторожна, – он удовлетворённо кивнул, но в следующую секунду на его лице отразилось сомнение.

– Слушай Сил… – он замялся, словно не уверенный стоит ли ему говорить дальше, но всё же продолжил: – Ты не хочешь обратиться к Логану? – я скептически приподняла бровь, поэтому он поспешил объяснить: – У него больше ресурсов и возможностей, а в той ситуации, в которой ты оказалась медлить нельзя. И зная, как он к тебе относится… думаю, он сам захочет помочь.

– Я подумаю, но пока не хочу, чтобы в агентстве знали о моей… – я замялась, подбирая слово, – вендетте. Не хочу доставлять проблем.

– Ты наименее проблемный киллер в агентстве, твой рейтинг 100 из 100, ни одного невыполненного заказа, – он о чём-то задумался, словно взвешивая за и против. – Он босс, он несёт за тебя ответственность, если ты устроишь в городе кровавую бойню, это не пойдёт на пользу его репутации. Лучший агент, вышедший из-под контроля… – Кейлиб поморщился, – думаю, он будет в бешенстве, что ты не сказала.

Я задумалась над его словами, в них есть резон, но всё же, пока я не хочу впутывать в это Логана. Я хочу сделать всё по-своему, а не отчитываться перед кем-то. Покачав головой, я твёрдо произнесла:

– Нет.

– Ну как хочешь, – Кейлиб понял, что настаивать бесполезно, поэтому просто добавил: – Тогда удачи!

– И тебе.

Он подошёл и, стиснув меня в объятиях, прижал к своей огромной грудной клетке. Над самым ухом раздался его тихий шёпот:

– Мне очень жаль. Ты этого не заслужила. Ты достойна счастья, как никто другой, – я замерла от его слов, в разуме невольно проскочила мысль: – «А достойна ли?». Может, то, что со мной сейчас происходит это наказание за то, кем я являюсь, и какой образ жизни веду: – «Сколько я отняла жизней? Сколько из них были невинными?». Я мотнула головой в попытке отогнать эти мысли, Кейлиб отстранился и заглянул мне в глаза. – Всё хорошо?

– Да. Я поеду.

– Если всё же понадобится помощь, любая, что угодно, сразу звони.

Улыбнувшись, я кивнула, давая понять, что так и сделаю и, развернувшись, вышла за дверь.

***

У дома меня встретил Демон, он радостно подбежал, виляя обрубленным хвостом, сделал вокруг меня несколько кругов и встал на задние лапы, облокотившись передними мне на плечи. Я потрепала его по голове, и мы зашли в дом. Осознание произошедшего и усталость последних дней, навалились сверху тяжёлым грузом, стоило мне переступить порог. Я приняла горячий душ, переоделась и прошла в гостиную. Налив себе виски плюхнулась на диван и, развалившись на нём, уставилась в одну точку куда-то за окно. Солнечные лучи играли между деревьями, отбрасывая блики. Из-за ветра, который шевелил ветви, складывалось впечатление, что они неспешно танцуют. Зрелище было завораживающим, но не вызвало никакого трепета внутри, меня словно опустошили, откачав все эмоции. Демон, почувствовав моё настроение, запрыгнул на диван и, положив морду мне на колени, жалобно заскулил.

– Всё хорошо мальчик, – я погладила его по голове. – Всё будет хорошо.

Похоже, усталость забрала меня окончательно, потому что в какой-то момент я задремала. Проснулась, когда за окном было уже темно. Демон мирно спал рядом.

Запрокинув голову к потолку, я углубилась в собственные мысли, пытаясь соединить все кусочки пазла в цельную картину, понять, что же произошло: – «Наёмники, пришедшие за Калумом, не знали кто я, они очень удивились, поняв, что перед ними Феникс. Значит, на Калума вышли не через меня, а наоборот хотели через него выйти на меня. Но откуда они узнали о нашей связи? Кто, кроме Кейлиба, мог это знать? Если за мной кто-то следил, ни к чему было отправлять наёмников к Калуму, можно было отправить их сразу ко мне».

Чем больше я думала над этим, тем больше начинало возникать вопросов, но остановить поток своих мыслей уже не могла: – «А что если… Нет, это бред! Калум не мог быть целью. Это возможно только в одном случае, если его хотели убить мне в назидание. Но тогда это должен быть кто-то, кто наблюдал за мной достаточно долгое время, чтобы понять, что Калум стал мне дорог. Тот, кто не хочет меня убивать, по крайней мере, не сразу. Хочет, чтобы я страдала? Но кто, и зачем тогда наёмники пытались узнать у Калума информацию обо мне?».

Я сдавила переносицу, от той каши, которая заварилась у меня в голове, стало только хуже. За столько лет работы киллером я нажила себе очень много врагов, это может быть кто угодно, любой из тех, у кого я отняла близкого человека. Но главным остаётся один вопрос, как этот кто-то смог выяснить, что Феникс – это я?

Если вращаешься в нужных кругах, выяснить позывной киллера, который выполнил заказ, не такая уж невыполнимая задача. Но вот найти человека, который скрывается за этим позывным, вот это уже сложнее. Между киллерами есть негласное правило, не пытаться выяснить позывной другого. Мы можем знать конкретного человека и информацию о том, что он является наёмным убийцей, но при этом никто не будет знать его позывного. Это делается для того, чтобы его нельзя было связать с выполненными им заказами. Человек, который знает твой позывной лишь один – твой босс. Ну и те, кому ты доверяешь настолько, чтобы сообщить эту информацию. В моём случае таких немного, всего несколько человек и всем им я доверю свою жизнь, они бы не предали, они все – «семья». Может, Кейлиб прав и мне действительно стоит обратиться к Логану? Потому что всё слишком сложно, запутанно и нелогично.

– Что, чёрт возьми, произошло?

Демон резко поднял морду и навострил уши, но ни из-за меня. В эту же секунду со стороны входной двери раздался громкий взрыв. Я услышала, как в дом вбегают люди и судя по тяжёлым шагам – в амуниции. Промедление сейчас чревато, поэтому я бросилась к барной стойке, туда, где у меня спрятан дробовик и метательные ножи: – «Не идеально, конечно, но лучше, чем встречать «дорогих гостей» с голыми руками». Я только перепрыгнула через стойку, как в помещение ворвались пятеро мужчин, вооружённых автоматическим оружием, каждый был по-военному экипирован, вдобавок к этому все в шлемах и бронежилетах. Они не стали медлить и, не произнеся ни звука, открыли огонь, обрушив на меня шквал выстрелов.

«Да какого хрена происходит?!», – одним я нужна была живой, а эти тут же открыли огонь с явным намерением меня убить! Да и они не очень-то похожи на простых наёмников, скорее на военных, слишком уж слаженно вместе работают.

Взяв в руки уже заряженный дробовик, аккуратно выглянула с другого конца стойки, чтобы проверить, где Демон, в комнате его не было: – «Умница мальчик!». Взяла связку метательных ножей и одела на пояс. Нагнувшись к самому полу, через небольшой зазор прицелилась в ногу одного из мужчин и выстрелила. Ногу буквально оторвало, с истошным воплем он завалился на пол. Мой следующий выстрел был направлен в его лицо – от головы ничего не осталось. Воспользовавшись секундным замешательством остальных, прицелилась и выстрелила в щиток – свет погас. Это дезориентировало их. Перескочив через барную стойку, я быстро подскочила к ближайшему и всадила ему нож в горло, оттолкнув с дороги того, что стоял в проёме, бросилась в коридор. «Осталось трое!», – эта мысль немного успокоила, но рано. Мне в след полетели выстрелы, я чудом увернулась и бросилась к кухне, где спрятана винтовка с бронебойными патронами. Доберусь до неё, и шлемы с бронежилетами уже не будут проблемой.

Влетев на кухню, тут же открыла потайной шкаф. Достав из него заряженную винтовку, повернулась к входу и выстрелила. Первого вбежавшего за мной следом, пулей отбросило к стене, разорвав грудную клетку в клочья. Тут же перезарядила. Двое оставшихся мужчин не спешили следовать примеру товарища и притихли по ту сторону стены.

– Ну же мальчики! Вы так смело ворвались в мой дом, что же случилось?! Действуйте!

Со стороны коридора послышался шёпот – мне этого хватило. Ориентируясь на слух, прицелилась сквозь стену, туда, где, по моему мнению, стоял один из напавших и выстрелила. Послышался глухой удар об пол: – «Отлично! Значит, ещё минус один». Тут же раздались спешные удаляющиеся шаги, похоже, тот, что остался в живых, решил сбежать. Но этому не бывать. Теперь уже я выступила в роли охотника. Бросившись за ним следом, отбросила винтовку в сторону, чтобы она меня не замедляла. Мужчина пытался отстреливаться – безуспешно. Я нагнала его спустя несколько секунд и повалила на пол. Отбросив его автомат в сторону, со всей силы ударила кулаком в челюсть, но, похоже, перестаралась, потому что послышался громкий хруст: – «Сломала?». Схватив его за бронежилет, встряхнула.

– Кто! Вас! Отправил! – мужчина молчал, лишь прожигая меня убийственным взглядом. – Молчишь? Ладно, – выхватила из-за пояса нож и, всадив ему в плечо, провернула.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

– Говори! – прокричав ему в лицо, ещё раз повернула лезвие, вдавливая глубже.

– А-а-а-а-а-а-а! Дэвид… Дэвид Майерс!

– Это ещё кто такой?

– Какой-то… – он заикался, хватая ртом воздух из-за болевого шока, – бизнесмен. Мы… мы даже не знали, за кем идём…

– Объяснись!

Всхлипывая как ребёнок, он продолжил:

– Приказ был… чёток. Отключить охранную систему… и ворвавшись в дом… стрелять на поражение вне зависимости от того… кто окажется внутри, – он поморщился и в очередной раз всхлипнул. – Мы понятия не имели, что нам окажут сопротивление. Показалось странным, что охранная система оказалась такой сложной, но мы не обратили на это должного внимания…

– Да уж ребятки, – я саркастически приподняла бровь. – Не в тот дом вы ворвались без предварительной подготовки.

– Пожалуйста…

Договорить он не успел, я вытащила нож из его плеча и вонзила ровно посередине лба, тело моментально обмякло.

– Дэвид Майерс значит… – произнесла это медленно, словно пробуя имя на вкус.

Выпрямилась и в этот момент раздался выстрел. Живот пронзила резкая боль, игнорируя её, я обернулась. Дуло пистолета в руках мужчины, было направлено мне в лицо: – «Ещё один? Неожиданно». Но ещё раз выстрелить он не успел, из-за угла выскочил Демон. Последнее, что увидел стрелявший, раззявленная пасть собаки перед своим лицом. Ротвейлер плотно сжал массивные челюсти на шее мужчины и, мотнув головой, вырвал приличный кусок горла. Тот упал, захлёбываясь собственной кровью и издавая хлюпающие звуки, но уже через несколько мгновений затих. Пёс подбежал ко мне и, уткнувшись мордой в колено, взволнованно заскулил, я потрепала его по голове.

– Умница, мальчик, умница.

Опустив взгляд на живот, осмотрела рану. Пуля прошла навылет – это хорошо, но кровотечение сильное – это плохо. Нужен врач! Принца в городе нет. К штатному обратиться не могу, раз решила не привлекать Логана: – «Чёрт! Похоже, придётся наступить себе на горло… Стоп! Как там звали того хирурга?».

– Сэмюэль Карузо?

Глава 9

Я на скорую руку перевязала рану на животе и отправилась к ноутбуку, взлом базы данных больницы не занял и пары минут. Сфотографировав адрес Карузо на телефон, взяла куртку и отправилась к машине.

– Демон, идём!

После того, что случилось, оставлять пса одного в доме, я не намерена: – «Кто знает, вдруг ещё кто решит явиться по мою душу». Позаботится о трупах времени нет, но это ничего, займусь этим, когда вернусь.

Взяв необходимые вещи и ключи от машины, пошла в гараж. Открыла для Демона пассажирскую дверь, он запрыгнул на сиденье, радостно виляя кончиком обрубленного хвоста.

– Ну, хоть кто-то здесь доволен, да?

Он заинтересованно посмотрел на меня, наклонив при этом голову набок, улыбнувшись ему, я захлопнула дверь. Обойдя машину, села на водительское место и включив зажигание, выехала из гаража.

***

По пути мне стало значительно хуже, стоя на пороге двери и долбясь в неё, поняла, что перед глазами плывёт. Сделав глубокий вдох и, плавно выдохнув, продолжила стучать, но никто не открывал вот уже пару минут: – «Чёрт! А если у него ночная смена? Идиотка! Почему не удостоверилась?!». Но вот по ту сторону двери послышались какие-то шорохи и неразборчивое недовольное ворчание. Дверь резко распахнулась и хозяин квартиры в ступоре замер, глядя на меня.

Судя по его внешнему виду, он совсем не ждал гостей и с трудом выполз из кровати. Его светлые волосы, что в больнице были собраны в тугой пучок, сейчас растрёпанные, свободно ниспадали на плечи. Верха на нём не было, поэтому можно было разглядеть каждую точёную мышцу его торса, а спортивные штаны были низко спущены, открывая очень заманчивый вид, на выделяющиеся бедренные косточки и поперечные мышцы пресса, которые так и манили опустить взгляд ещё ниже.

На его лице отразилось недоумение, сбрасывая пелену сна, он удивлённо произнёс:

– Миссис Бейкер?

Я на секунду залипла на представшей передо мной картине, невольно пробегая взглядом по его телу: – «Да, не это я ожидала увидеть, когда стучала в дверь». Но, всё же собравшись с мыслями, твёрдо ответила:

– Силена.

– Что?

– Обращайся ко мне по имени, – перед глазами поплыло и чтобы не потерять равновесие, я упёрлась плечом в косяк двери.

– Что с Вами? И что Вы здесь делаете? – он прошёлся по мне взглядом, остановившись на животе, где из-под майки алело всё увеличивающееся красное пятно. – У Вас кровь!

«Да ну?! А я-то и не заметила!» – из-за всей ситуации в целом я была очень раздражена, поэтому внутренний сарказм просто зашкаливал, но сделав глубокий вдох, я всё же не стала произносить это вслух, а спокойно ответила:

– Так… Отвечаю на твои вопросы… У меня огнестрельное ранение в живот… Здесь я… для того, чтобы ты меня прооперировал, – говорить было всё сложнее, поэтому приходилось делать паузы между словами, чтобы продолжать ровно дышать.

– Что?! – Карузо посмотрел на меня, как на умалишённую. – Вам срочно надо в больницу!

– Так… хватит, – я коснулась его груди и, запихнув в квартиру, зашла следом, подождала, пока Демон тоже зайдёт внутрь и захлопнула дверь. Сбросив с плеча сумку, которая вдруг стала казаться неимоверно тяжёлой, с облегчением выдохнула.

– Что Вы делаете? Вам надо в больницу! – он так выделил последнее слово, что и идиот бы не заметил.

– Нет, не надо. Мне нельзя в больницу… потому что там сразу вызовут копов.

– Точно! Вы и тогда сбежали, так и не поговорив с полицией. И у Калума Бейкера не было жены! Кто Вы?

Лицо Карузо передо мной начало расплываться и в глазах потемнело, чтобы прийти в себя схватилась за переносицу и сделала глубокий вдох: – «Так, ладно, попробуем по-другому». Я вытащила из-за пояса пистолет и направила на парня. Демон тут же оскалился и зарычал, перехватив смену моего настроения. Сэмюэль на секунду оцепенел, на лице отразился страх. Он медленно поднял руки, я увидела, как участилось его дыхание, из-за чего грудная клетка стала ходить ходуном. Но я не собиралась пускать в ход оружие, которое направила на него, опустив свободную руку, потрепала Демона по загривку.

– Тише мальчик. Сэмюэль наш друг… его обижать не надо.

Похоже, эта ситуация ввела его в ступор. Мои нежные слова, в которых не было и толики угрозы и направленное на него дуло пистолета, вызвали у него весьма противоречивые чувства, потому что он удивлённо посмотрел на меня, при этом забавно изогнув бровь.

– Послушай… – внятно говорить становилось всё сложнее, мысли начинали путаться, а перед глазами уже плясали чёрные точки. – Я не хочу тебе угрожать, но я чувствую, что времени у меня всё меньше… А так, – я кивнула на пистолет, – ты будешь слушать внимательнее, – Карузо опасливо кивнул, давая понять, что слушает.

– Хорошо.

– На меня охотятся, – надо попробовать убедить его, а для этого чуть приукрасить ситуацию.

– Кто?

– Это сейчас неважно. Важно то, что если я окажусь в больнице, они сразу меня найдут, – в общем-то, почти правда, такой вариант развития событий вполне возможен, я бы даже сказала, наиболее вероятен.

– Там Вам помогут, полиция вас защитит.

«Вот неугомонный! И такой наивный», – я иронично улыбнулась одним уголком губ:

– Нет, не защитит… не от тех людей, которые за мной охотятся, – снова почти правда.

Он замер, сосредоточенно рассматривая меня, его профессиональный взгляд прошёлся по мне как рентген. Ни одна даже самая мелкая деталь не ускользнула от него, он видел всё: мои расширенные зрачки, дрожь – что начала бить всё тело, бледность и сбитое дыхание. Он прекрасно знает, что я скоро свалюсь, но от чего-то не торопится принять решение, что-то обдумывает, анализирует.

– Слушайте, эм…

– Силена.

– Силена… – он задержал дыхание, как если бы хотел собраться с мыслями. – Даже если бы я согласился Вам помочь, то всё равно бы не смог. У меня дома нет необходимого оборудования.

– Я думаю, ты что-нибудь придумаешь.

На его лице отразился немой вопрос, что-то вроде: – «Ты что, совсем дура?». Пистолет вдруг стал неимоверно тяжёлым, рука затряслась, и я опустила её. Попыталась выровнять дыхание – не получилось. В голове резко зашумело, перед глазами всё поплыло как в водовороте, меня повело. Попыталась ухватиться за что-нибудь, пару раз махнув в воздухе рукой, но так и не найдя опоры, осела на пол. Демон встревоженно заскулил, подскочил ко мне и лизнул лицо. Потрепав его за ухом, я перевела расфокусированный взгляд на Сэмюэля и прошептала:

– Пожалуйста… – но фразу договорить не успела, мир погрузился во мрак. Где-то на краю сознания промелькнула мысль: – «Иронично, последнему из напавших на меня, я тоже не дала договорить».

***

В себя приходила тяжело, словно выныривая из-под толщи воды, которая никак не хочет отпускать. Глаза удалось открыть далеко не с первой попытки. Когда это наконец получилось, я подождала, пока в глазах перестанет двоиться и осмотрелась. Я лежала в чьей-то спальне на большой, двуспальной кровати: – «Не больница – уже хорошо». Откинув одеяло в сторону, обнаружила, что на мне только трусики и мужская футболка, которая мне очень велика: – «Хм, значит, переодел меня?». Приподняв край футболки, прикоснулась к повязке на животе, крови не было, что было весьма хорошим знаком. Попыталась сесть, но резкая боль в животе опрокинула обратно. Сделала ещё одну попытку на этот раз медленнее – успешно. Только сейчас заметила, что в ногах спит Демон. Протянув к нему руку, потрепала по голове, он лениво поднял взгляд, лизнул мои пальцы и уткнулся мордой обратно в простыню. Я свесила ноги с кровати и прислушалась, но кроме оглушительной тишины, ничего не было слышно.

– Сэмюэль? – не узнала собственный голос, он был очень хриплым.

В горле пересохло, я с трудом сглотнула. Из глубины квартиры послышались торопливые шаги, Карузо вошёл в комнату со стаканом воды в руке и, подойдя ко мне, протянул его. Я, не задумываясь, осушила стакан за несколько больших глотков – ощущения в горле стали значительно легче.

– Очнулась, наконец… – он с облегчением выдохнул, что меня позабавило.

– Сколько я была в отключке?

– Больше суток, двадцать семь часов если точнее.

Я недовольно поморщилась: – «Это чертовски долго, в моих планах не было так надолго выпадать из реальности». Я внимательно посмотрела на Карузо, который ответил тем же.

– Значит, копов, ты всё-таки не вызвал?

– Нет.

– Почему?

– Сам точно не знаю, – он снова скользнул по мне взглядом. – Может, увидел что-то в твоих глазах, перед тем как ты отключилась. А может, просто не захотел объяснять полиции, почему у меня дома лежит почти мёртвая девушка с простреленным животом.

– Ха, – усмешка отозвалась болью в животе, я еле заметно поморщилась. – Да вы только посмотрите, у этого парня, оказывается, есть чувство юмора.

– Да я вообще кладезь всего великолепного, если ко мне приглядеться, – я приподняла бровь, эти его попытки шутить были такими милыми, но так не к месту. Похоже, он заметил моё лёгкое замешательство, потому что добавил: – Прости… это своего рода защитная реакция. Когда сильно нервничаю, шучу и, как правило, это бывает совсем не к месту.

«Милый». Я качнула головой в сторону спящего Демона:

– Он не доставил проблем?

– Нет. Ну, сначала когда ты только отключилась, он какое-то время не подпускал меня к тебе, но ,похоже, когда понял, что я не причиню тебе вреда, успокоился. Однако всё время пока я тебя оперировал, он не сводил с меня глаз, а после всё время провалялся у тебя в ногах. Я лишь раз вывел его на улицу, чему он сильно сопротивлялся, но, похоже, нужда всё же взяла вверх, потому что в итоге он меня послушался… О и он ничего не ел, принципиально отказывался от всего, чтобы я ему не предлагал.

– Да, он не берёт еду из рук малознакомых людей, это важная часть дрессировки.

– Тогда понятно, – Сэмюэль улыбнулся и потёр шею. – Я уж было подумал дело во мне, – он бросил взгляд на мои голые ноги и кашлянул. – Прости, пришлось тебя раздеть. Не хотел, чтобы циркуляции крови что-то мешало, ты много её потеряла, была очень слаба, – я отмахнулась от его слов, давая понять, что это меня ничуть не беспокоит.

– Ерунда, всё в порядке. Ты лучше скажи, жить я буду?

– Похоже, что так, – он усмехнулся. – Несмотря на то, что мне пришлось оперировать тебя на кухонном столе, воспользовавшись только стандартной аптечкой, и ещё кое-какими хирургическими инструментами, что были у меня здесь. А в остальном пришлось импровизировать, – Карузо задумался и, качая головой, улыбнулся своим мыслям. – Никогда не думал, что со мной произойдёт что-то подобное.

– Всё когда-то бывает в первый раз, – он высоко приподнял бровь, продолжая, внимательно меня рассматривать, словно пытаясь для себя, что-то понять или решить.

– И так… Кто ты такая? И кто за тобой охотится?

– А если я скажу, что всё это было случайным стечением обстоятельств, ты мне поверишь?

– Нет. Для девушки, которая случайно попала в такие обстоятельства, ты была, да и остаёшься, слишком спокойной. И сумка доверху набитая оружием, ножами и какими-то непонятными гаджетами, не оставляет на это шанса.

– Ах! – я притворно схватилась за сердце, изображая изумление. – Рылся в чужих вещах, как же так? А-я-я-й!

– Имею право, – на мой сарказм он совершенно никак не отреагировал. – Не каждый день ко мне заявляется окровавленная девица с требованием прооперировать её.

– Хм… Что же, это справедливо, – мы оба замолчали, впившись, друг в друга взглядами, из этой затянувшейся паузы вывела мелодия телефона, звучащая откуда-то из глубины квартиры. – Это мой?

– Да, он не замолкал. Я унёс его подальше от спальни, чтобы он тебя не беспокоил, – я резко встала, выпрямившись, отчего в глазах всё закружилось, потеряв равновесие, пошатнулась, но всё же устояла. Сэмюэль уже было бросившийся ко мне, остановился и взволнованно произнёс: – Нет! Стой! Сядь обратно, я принесу его.

Он вышел из комнаты, но не прошло и минуты, вернулся и протянул мне телефон. Я разблокировала экран, на дисплеи высветилась целая куча пропущенных вызовов и непрочитанных СМС от Кейлиба и мистера Логана: – «Чёрт, нехорошо!».

– Я надеюсь, ты не отвечал ни на один из звонков?

– Нет, конечно.

– Хорошо, – я кивнула, обдумывая про себя дальнейшие действия.

Ещё раз, бросив взгляд на телефон, набрала номер босса. Он ответил мгновенно, после первого же гудка:

– Силена?! – голос был очень взволнованным, он говорил громко, на эмоциях.

– Да?

– Какого чёрта происходит?!

«Так… Что он уже знает?»

– О чём вы?

– О чём я?! Да о том, что я думал, ты где-нибудь в тропиках, нежишься на солнышке и попиваешь через трубочку коктейль, но нет! Мне сообщают, что к твоему дому был вызван наряд полиции и судя по протоколу там всё вверх дном, найдено шесть трупов, притом, что кровь от семи разных людей. А ты, как сквозь землю провалилась! Вот я о чём!

«Блядь! Приплыли…», – я молчала, обдумывая полученную информацию, на той стороне трубки раздался раздражённый голос:

– Не молчи!

– Это не телефонный разговор.

– Ты в городе?

– Да.

– Хорошо. Когда сможешь приехать?

Я дотронулась до живота и, «прислушиваясь» к своим ощущениям, пошевелила туловищем: – «Больно, но не смертельно, с обезболивающими вообще отлично будет».

– Дайте мне пару часов, и я буду у вас.

– Что? – Карузо отрицательно затряс головой. – Нет! Тебе нельзя! Тебе надо лежать!

– Кто это? – я бросила на Сэмюэля грозный взгляд, давая понять, что ему лучше заткнуться.

– Никто. Я буду у вас через два часа.

Логан помедлил с ответом, чуть больше, чем следовало бы, но затем спокойно произнёс:

– Хорошо, жду.

Нажав на отбой, я повернулась к парню и он тут же затараторил:

– Тебе нельзя никуда уходить! Я прооперировал тебя всего сутки назад! Сейчас всё хорошо, но рана может открыться! Тебе нужен покой!

«Покой? Хм… в последнее время он мне только снится».

– Слушай, Сэмюэль…

– Сэм! – я уставилась на него, моргнув пару раз. – Не люблю, когда ко мне обращаются полным именем. Звучит слишком официально, так я представляюсь только пациентам.

– Ладно… Сэм, я благодарна тебе за помощь, ты был не обязан, но всё же помог. Это говорит о тебе как о хорошем человеке, а вот я… Я совсем другая, хорошей меня точно не назовёшь. Скорее даже, наоборот, в понимании большинства, я плохой человек. Поэтому тебе не стоит пытаться вникнуть в мою ситуацию. Ты помог. За это огромное спасибо! Но на этом всё. Просто забудь меня, забудь о моём к тебе визите и живи дальше. Так для тебя будет лучше, поверь.

Сэм долго молчал, внимательно всматриваясь в моё лицо, а затем спокойно произнёс:

– Значит, просто уйдёшь, и мы больше никогда не увидимся?

– Да, – на его лице отразилась какая-то странная эмоция, словно сожаление: – «Хотя о чём ему сожалеть?», – но сразу после появилась решимость.

– Хорошо. Ты права, так будет лучше, – он закивал, словно его словам требовалось дополнительное подтверждение. – Твоя одежда в сушилке, я постирал её. Если хочешь, можешь принять душ, но тогда мне надо будет поменять тебе повязку, эта, – он кивнул на мой перебинтованный живот, – не предназначила для водных процедур. И после этого распрощаемся.

– Хорошо, – больше мы не говорили. Как он и предложил, я сходила в душ, а после он поменял мне повязку. Когда он делал это, ему приходилось касаться моей кожи. И почему-то от каждого нежного прикосновения его тёплых рук, меня словно пробивало током. Когда я была уже одета и собиралась выйти из его квартиры, обернулась. – Сэм?

– Да? – он поднял свой взгляд и повернул голову в мою сторону. Я в очередной раз восхитилась красотой его необычных глаз… таких внимательных и сосредоточенных.

– Ещё раз спасибо. Я в буквальном смысле обязана тебе жизнью. Я этого не забуду.

В ответ он лишь кивнул. Мне показалось, что что-то было в его глазах – какой-то вопрос или просьба, но он промолчал. Позвав Демона, я развернулась, и мы с псом вышли за дверь. Протяжно выдохнув, я начала спускаться по лестнице, уверенная, что наши с Сэмом пути больше никогда не пересекутся.

Глава 10

 Стоя у двери Кейлиба, я ждала, пока он откроет, щёлкнул замок и она распахнулась. На лице друга мелькнуло удивление, но его тут же сменило огромное облегчение. Он протяжно выдохнул и, притянув меня к себе, крепко обнял. После отстранился, продолжая держать меня за плечи и глядя в лицо, ворчливым голосом произнёс:

– Чтоб тебя Тёрнер! Я думал, что ты сдохла!

– Не дождёшься, – я расплылась в улыбке. Кейлиб ещё раз обнял меня, на этот раз крепче, отчего живот отозвался резкой болью. – А-у-у-уч!

– Что с тобой?

– Всё хорошо, сущая ерунда.

– Рассказывай всё! – он рявкнул, явно переборщив с напором, я лишь усмехнулась.

– Ишь ты, какой требовательный.

– Сил? – меня посмешило его серьёзное лицо, но вот ему, похоже, было не до шуток, он и правда сильно волновался всё то время, что я была недоступна.

– Я всё расскажу, но позже. Сейчас мне надо к Логану, он ждёт меня. Я заскочила, чтобы оставить у тебя Демона, – я бросила взгляд на пса, сидящего у меня в ногах. – Логан ведь звонил тебе?

– Да. Пришлось врать, что я понятия не имею, что происходит. Не знаю, поверил ли, но вопросов больше не задавал.

– Ясно.

– Что ты собираешься ему сказать?

– Не знаю, – я помолчала, обдумывая вопрос друга. – Наверное, всё.

– Я сразу предлагал к нему обратиться, – Кейлиб потянулся к телефону. – Кстати, я выяснил имена наёмников.

– Спасибо, но это уже неактуально, – он вопросительно уставился на меня. – Я знаю имя заказчика, некий Дэвид Майерс.

– Хм, – друг усмехнулся. – А ты времени зря не теряла.

– Ты даже не представляешь. Но мне надо идти, позже загляну и всё расскажу.

– Обязательно.

Я нагнулась к Демону, чтобы потрепать его по голове, но живот пронзило болью, я замерла, но всё же погладила пса.

– Веди себя хорошо, сладкий, – затем выпрямилась и обернулась к Кейлибу. – Есть какие-нибудь обезболивающие?

– Да. Но ты ведь сказала, что всё в порядке.

– Так и есть, – было видно, что он недоволен моим ответом, но покачав головой, всё равно развернулся и пошёл за лекарством. Вернувшись, он протянул мне пузырёк с таблетками без этикетки.

– Вот, держи.

– Спасибо. Я заберу всё?

– Конечно, – друг бросил на меня ехидный взгляд. – Даже не спросишь, что за дрянь?

– А надо? – я ответила ему таким же взглядом. – Я один раз уже усомнилась в тебе, больше не намерена, – открыла пузырёк, закинула в рот две таблетки и, убрав его во внутренний карман куртки, вышла за дверь.

***

Уже у самого кабинета Логана поняла, что те таблетки, которые дал Кейлиб очень мощные, потому что от ноющей боли в животе, которая сопровождала меня при каждом шаге, не осталось и следа. Я постучалась и, не дождавшись ответа, вошла. Логан стоял возле окна с задумчивым видом, но тут же повернулся. Его внешний вид, как и всегда, был безукоризненным – чёрный приталенный пиджак, красиво обрамлял подтянутое тело. Несмотря на свой возраст, который уже подходил к шестидесяти, назвать его стариком язык просто не поворачивался.

– Силена… – скорее выдохнул с облегчением, чем сказал. Похоже, и правда, очень волновался. – С тобой всё в порядке?

– Да.

– Что, чёрт возьми, произошло?! Почему ты не связалась со мной?! – от его обычного спокойного и холодного тона не осталось и следа, он говорил с волнением и даже обидой.

– Я просто не хотела вас беспокоить.

– Не хотела… – он споткнулся на полуслове, словно я ляпнула сущую глупость, – беспокоить?

– Да.

– Боже… – он схватился за переносицу и с силой сжал её. – Почему ты всегда такая? Почему стоит тебе переступить порог моего кабинета, как ты надеваешь на себя эту безэмоциональную маску?

«Я-то думала, тебе нравится мой профессионализм. Что поменялось?» – видя, что ответа на свой вопрос он не получит, спокойно продолжил:

– Я очень волновался. Когда мне сообщили, что в твоём доме обнаружили трупы, всё разгромлено и в крови… – он оборвал себя на полуслове, словно даже воспоминания о тех событиях, причиняют боль. – К нашему врачу ты не обратилась, твоего друга в городе нет. Я понятия не имел, куда ты отправилась и как сильно ранена.

«Он знает о Принце? Откуда?»

– Моего друга?

Он замер и уставился на меня растерянным взглядом, словно сболтнул то, что я не должна была знать. Но тут же натянув своё фирменное лицо, спокойно произнёс:

– Силена, я бы был плохим боссом, если бы не знал, к кому ты обращаешься, когда получаешь ранения. В конце концов, я всегда должен быть готов оказать тебе помощь, если это не сможет сделать кто-то другой, – я молчала, обдумывая его слова, а он, словно невзначай добавил: – И то, что я не знаю, кто помог тебе на этот раз, мне не нравится. Так что скажи, кто это был?

– Никто. Ранение было незначительным, я не нуждалась в чьей-либо помощи. Просто на время исчезла, чтобы добыть информацию о том, кто объявил на меня охоту.

– Тогда кто там был? Тот голос, когда мы разговаривали по телефону?

«Да какая к чёрту разница?!»

– Просто знакомый информатор. Он помог с кое-какой информацией, – я попыталась перевести тему. – Вы об этом хотели поговорить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.