Чужие здесь не ходят
Андрей Петухов

«Я сам своё небо, я сам свой ад»

Фридрих Шиллер

© Андрей Петухов, 2022

ISBN 978-5-0056-2232-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Безжалостное полуденное солнце раскаленными лучами плавило мягкий асфальт дороги. Липкий шелест нагретых шин сопровождал несущийся по проспекту черный Saab 9—3 Aero Convertible, в салоне которого находилось четверо молодых людей. Кабриолет старался не превышать скоростной режим, соблюдая правила дорожного движения, хотя водителя так и подмывало вжать педаль газа в пол до самого упора, лишь бы встречный ветер сдул с потных тел въедливую пыль грязного города. Соблазн был велик, но привлекать к себе внимание скрытых радаров и вездесущих камер ГИБДД, заполнивших душные дороги железобетонного мегаполиса, не входило в планы четверки.

За рулем довольно приметного автомобиля находился смуглый юноша с темной копной жестких коротко стриженых волос. Жиденькая бородка и толстые стекла очков в тонкой металлической оправе делали его внешность чуть старше, чем было на самом деле. В свои двадцать лет Дима старался выглядеть максимально солидным. Родители его были достаточно состоятельными людьми, однако сына слишком не баловали. Конечно, они платили за его учебу, стараясь, чтобы их чадо закончило юридический факультет. Купили ему довольно приличную машину, что позволяло сыну быстро добираться до института, минуя толкотню общественного транспорта. И даже платили за его съемную квартиру. Но все это было направлено на достижение одной главной цели: их Дима должен был во чтобы то ни стало получить высшее образование. Именно в этом родители видели залог успешного будущего их ребенка. С первого класса они следили, чтобы сын хорошо учился. Проверяли все его домашние задания, следили, чтобы в дневнике не появлялись замечания о плохом поведении. Контроль был тотальный, однако Дима и не возражал. Это был одним из тех редких пунктиков, в котором он полностью соглашался с мнением родителей. Именно поэтому он в свое время окончил школу с золотой медалью, а теперь в институте старательно постигал науку права.

Только у такого старания была и обратная сторона медали. Как говориться, если где—то прибудет, то в другом месте обязательно убудет. Юноша рос замкнутым и нелюдимым. Он как-то пропустил часть жизни, когда нормальные подростки в свободное время пропадали на улице. Пропустил первую драку с пацанами из соседнего района и не удосужился с друзьями в подъезде выпить первую банку «Ягуара», затянувшись первой, украденной у отца, сигаретой. Он никогда не устраивал вечеринок и не знакомился с девушками. Весь его мимолетный досуг складывался из чтения книг и времяпрепровождения перед ноутбуком.

Он бы так и дальше взрослел в глухом одиночестве собственного мирка, если бы изредка его не вытаскивали на свет трое друзей, которые, как это ни удивительно, появились у него еще в детстве, когда они все жили в одном дворе. Вот и сейчас они сидели рядом, подставляя потные лица встречному ветру, щурясь от летевшей в глаза дорожной пыли.

– Димон, ты плетешься, как бабка на поминках, – проворчал гнусавый голос с правого пассажирского сидения. – Мы из-за тебя опоздаем, тогда все скатится коту под хвост, – Матвей недовольно взглянул на приятеля.

– Я не думаю, что наша поездка обретет большой смысл, если нас остановит патруль ДПС, – ответил Дмитрий, даже не повернув головы.

– Матвей, а если его не окажется там? – раздался вопрос с заднего сидения. Задавший его парень своей внешностью напоминал большую рыжую обезьяну. Широкое лицо, низкий покатый лоб, ярко выраженные надбровные дуги, короткий ежик выцветших волос и тяжелая нижняя челюсть не оставляли вариантов для размышлений. Столь запоминающаяся внешность могла ассоциироваться только с одним живым организмом: отряд – приматы, род – орангутанги, вид – суматранский.

Влад был действительно огромных размеров. Его накачанный торс являлся неотъемлемой составляющей подобных встреч. Если по прогнозам будущих переговоров выявлялась хоть малейшая вероятность того, что дело может закончиться крутыми разборками с обильным рукоприкладством, Влад был не заменим.

Недавно вернувшись из армии, парень быстро понял, что совсем не желает горбатить спину на незнакомого дядю, пропадая на копеечной работе с утра до вечера. Как оказалось, гораздо выгодней пойти совсем по другому пути.

Несмотря на то, что на дворе давно шел двадцать первый век, преступное сообщество не спешило расстаться с пережитками лихих девяностых. Такого размаха, конечно, уже не было. Красные пиджаки, золотые цепи и «стрелки», где выясняли отношения «стенка» на «стенку», остались в прошлом. Однако раздел территорий, влияния бизнеса продолжали числиться актуальными поводами для самореализации таких вот не испорченных интеллектом молодых людей.

В этот вечер Матвей позвал Влада вместе с остальными все по той же причине. Требовался атлетически сложенный организм со свирепой физиономией для запугивания, а вероятней всего и подавления возможного сопротивления со стороны оппонента.

Матвей скривил недовольную гримасу. На его лице явно читалось раздражение: «Он должен быть там. Я навел кое-какие справки. Этот урод залег на дно, но в этом клубе его видели несколько раз. Причем в последний раз буквально на днях».

Влад кивнул и молча уставился вперед на дорогу.

– И сколько он тебе должен? – на этот раз вопрос задал четвертый пассажир, сидевший рядом с Владом на заднем сиденье.

Матвей изумленно взглянул на подавшего голос:

– Артем! Серьезно? Сегодня утром я все доходчиво выложил, а теперь вы начинаете все с самого начала?

– Не бузи! – миролюбиво сказал Артем. – Просто прикидываю в уме, на какую поляну мы можем рассчитывать в случае успешного завершения нашего дельца.

– Что значит в случае успешного!? – непонимающе уставился на него Матвей. – Я всего лишь хочу тряхнуть убогого хлыща, чтобы вернуть свои бабки. Этот урод настолько труслив, что перестал выходить на связь и показываться в своих привычных местах, что значит «в случае успешного»?

Артем спокойно улыбнулся, не отводя взгляда от Матвея:

– Что ж ты этого хлыща не тряхнул в одного? Зачем нас с собой везешь? – он затянулся сигаретой и выпустил перед собой тонкую струйку сизого дыма, которая тут же унеслась, подхваченная потоком встречного ветра.

Вопрос бил в самую десятку. В ожидании ответа на Матвея уставились три пары глаз.

– Мужики, это просто перестраховка. В конце концов, если мы застанем его в этом чертовом клубе, не один же он там будет тусить. К тому же, чем внушительней выглядит наша сторона, тем быстрей обделается противоположная. А значит, вы быстрей получите обещанную мной поляну, – Матвей с раздражением окинул всех взглядом, – еще вопросы будут?

– Ну-ну, – неопределенно хмыкнул Артем и в очередной раз затянулся сигаретой.

На какое—то время в салоне воцарилась нервная тишина.

Матвей угрюмо смотрел вперед, исподлобья наблюдая за пролетавшими мимо него окнами домов. На его бледном лице читалось явное недовольство. На душе у него было паршиво. Ему очень нужны были эти деньги. Он во что бы то ни стало должен был найти Гнедого и отжать у него должок.

Матвей изменился. Еще пару лет назад он с легкой душой простил бы парню его долг. Да и сумма, честно говоря, была не настолько серьезной, чтобы поднимать вокруг нее такую суету. Но два года назад жизненные приоритеты у Матвея сместились. Что послужило этому, он уже и не помнил, но интересы у парня стали явно отличаться от безобидных.

Первый раз он попробовал кокаин на одной из вечеринок. Он знал, что наркотики, это зло. Но считал, что за короткую жизнь человек должен попробовать все что только можно. Хоть разок, чтобы понять, прочувствовать и никогда к этому не возвращаться. Он понял, прочувствовал, но забыть об этом уже был не в силах.

Дальше все пошло по накатанной. Кокаин чередовался с амфитаминами, те, в свою очередь, сменялись травкой. Зачастую Матвей объединял все в кучу, отправляясь в свою нирвану и игнорируя любые советы ближних.

Он придерживался только одного правила, которое однажды услышал на какой-то хате. Один из знакомых на очередной вечеринке, как-то вдохнув носом дорожку белого кокса, посмотрел на Матвея красными стеклянными глазами и по-отечески так сказал: «Мотя, перейдешь на герыч, все, удовольствие закончится. Герыч – это дорого, ты всегда будешь в поиске. Ты станешь его рабом на всю свою оставшуюся жизнь, дурную и недолгую».

И Мотя помнил эти слова. Каждый раз, когда он впихивал в свой организм очередную гадость, он помнил, что все это по большому счету цветочки, что со всего этого он может соскочить в любую минуту, главное, это не перейти на «тяжелое».

Три месяца назад он попробовал первую дозу героина. Соскочить не удалось. Сейчас он таращился воспаленными глазами на окна домов и думал только о двух вещах: как же медленно они едут, и как сильно ему нужна доза.

Он нервно потирал большую печатку на правой руке, которую никогда не снимал. Матвей уже и не помнил, в каком притоне снял ее с какого-то обдолбаного смертника, но эта печатка, одевающаяся сразу на два пальца, была у него вроде талисмана на удачу. Внушительное украшение из нержавеющей стали было практичным и многофункциональным. Его массивная пластина немного заходила на костяшки пальцев, что превращало все изделие в некое подобие кастета. Кроме этого кольцо хранило в себе небольшой секрет, о котором знал только Матвей, не считая бывшего владельца. Если нажать на скрытый затвор под пластиной, то она отъезжала в сторону, открывая небольшой тайник под собой, куда Матвей иногда прятал очередную дозу. Сейчас тайник был пуст, и этот факт заставлял парня нервничать.

Словно издеваясь над ним, стоящий впереди светофор вспыхнул красным глазом прямо перед тем, как они смогли проехать оживленный перекресток. Сааб остановился на крайней полосе.

Матвей от досады закатил глаза:

– Черт! Ты специально это делаешь? – взглянул он на Диму с плохо скрываемой злостью.

– Что делаю? – не понял Дмитрий.

– Ты почти на каждом светофоре останавливаешься! Признайся, ты назло мне стараешься подкатить к каждому перекрестку именно в тот момент, когда на светофоре загорается красный свет?

Дмитрий непонимающе уставился на друга:

– Ты в своем уме? Ты мне предлагаешь не обращать на них внимание?

– Да почему не обращать-то? Ох! – Матвей заиграл желваками.

– Угомонись, – вновь раздался голос с заднего сидения. Артем похлопал приятеля по плечу. – Что с тобой? Мы почти на месте.

В этот момент слева к ним подъехал огромный внедорожник. Объехав сааб, он медленно вырулил на их полосу, встав ровно перед кабриолетом на зебре пешеходного перехода.

Все четверка разинула рты от такой дерзости. Первым подал голос Влад, в нелестной форме озвучивая одинаковые мысли друзей:

– Какого хрена?! – он взглянул на друзей, словно ища в них поддержки. – Вы это видели?! Он кем себя возомнил? Какой смысл в том, чтобы целенаправленно втиснуться перед нами. Он же на половину на перекресток вылез.

– Дебилов пруд пруди, – словно размышляя вслух, спокойно произнес Дмитрий.

– Явный урод! – поддержал Влада Артем.

Внедорожник отливал лакированной чернотой и блестел хромированными деталями. Его стекла были полностью тонированы, лишая возможности разглядеть, что происходит в салоне.

– Вы только посмотрите на это, – кивнул головой Влад, призывая парней взглянуть на номерной знак черного джипа. На нем красовались три одинаковые цифры: «666». Какую-то секунду все молча смотрели на номер.

– Банально, но дорого, – наконец констатировал Дима, поворачиваясь к друзьям. Артем согласно кивнул головой:

– Буржуи частенько балуют свое самолюбие, откалывая совершенно бессмысленные финты, – он поднял голову и посмотрел на светофор.

– Это знак зверя, – бесцветным тоном проговорил Матвей.

– Ага, – в тон ему поддакнул Влад, – а еще это дешевые понты.

Светофор все еще горел красным глазом.

Вдруг джип стал громко газовать, то набирая обороты двигателя, то сбрасывая их вновь. Выхлопные газы из его глушителя стали сизыми облаками обдавать открытый автомобиль друзей, заставляя тех кашлять и задыхаться.

– Он, что, совсем сдурел! – негодующе воскликнул Матвей, зажимая тыльной стороной ладони нос.

– Я ему сейчас объясню, кто он и что он! – прохрипел Влад, вытирая рукой слезящиеся глаза и пытаясь подняться на ноги.

В этот момент красный сигнал светофора, наконец, сменился зеленым, и черный внедорожник резко рванул с места, обдавая друзей не только очередной порцией едкого выхлопа, но и вонючим облаком жженой резины из-под колес.

Ребята закашлялись, отплевываясь и ругаясь, Артем толкнул Диму в плечо: «Поехали отсюда, пока мы все тут не передохли». Дима вдавил педаль газа в пол, и сааб резво дернулся вперед, оставляя позади ядовитый эпицентр авто выбросов.

Тем временем джип перестроился во второй ряд и, не стараясь оторваться от приятелей, держался примерно в ста метрах от кабриолета.

– Притопи, Димон, догони этого ублюдка! – не унимался Влад, не сводя глаз с черного гиганта.

Дмитрий чуть прибавил скорость, и послушный автомобиль стал медленно сокращать расстояние до дерзкого внедорожника.

Активность движения на дороге была низкой, автомобилей встречалось мало, поэтому сааб быстро и беспрепятственно нагонял беглеца.

Когда джип был прямо перед кабриолетом, Дима вывернул руль вправо и поравнялся с внедорожником.

Кто находится в салоне, не было видно и с боку. Черные стекла автомобиля были наглухо подняты и задраены.

– Остановись, урод! – кричал ему Влад. – Ты что о себе возомнил?! – но его слова не возымели должного действия. Вместо этого внедорожник резко сбавил скорость, аккуратно пристраиваясь сзади.

– Сдулся, сволочь?! – продолжал бесноваться Влад, вскочив на ноги и не выпав на дорогу только потому, что его вовремя ухватил за руку Артем. «Иди сюда!» – даже не обратив на это внимание, продолжал парень.

– Да ладно тебе, – прокричал Артем. – Сядь и угомонись, пока нас не остановили, пошел он.

Влад молча выдохнул, посмотрел на приятеля, показал джипу непристойный жест рукой, сплюнул на пролетавший мимо асфальт и плюхнулся обратно на сидение.

– Ты что завелся-то так? – спросил Дмитрий, глядя на него в зеркало заднего вида. – Уродов много, любой из них ненормальный по-своему. Реагировать на каждого придурка, никаких нервов не хватит.

Влад с недовольным видом сидел и смотрел на проезжавшие навстречу редкие автомобили. Что именно не понравилось ему в поведении черного джипа? Почему он так резко отреагировал на дерзость незнакомца? Постепенно он приходил в себя и совершенно не понимал своего недавнего поведения. Возможно, все дело было в вызове, который он увидел в действиях внедорожника. Натура парня была нетерпима к любому проявлению дерзости в свой адрес. Именно это качество и помогало, и мешало ему в его жизни.

Желание быть первым во всем, даже в мелочах. Желание наказывать тех, кто с этим не согласен, быть не сдержанным во всем, что касается восстановления своего самолюбия – все это делало его незаменимым отморозком в бандитских разборках, но очень мешало в личной жизни.

Влад не выносил долгих отношений с противоположным полом. Знакомства с девушками заканчивались неминуемым разрывом с его стороны уже через пару недель отношений. Он старался ни к кому не привязываться и уж тем более ни в кого не влюбляться. Любовь требовала компромиссов, вынуждала прислушиваться к своей избраннице, слышать ее и понимать. Любовь для него была ущемлением и ограничением. Она требовала от него полного послушания и тотального подчинения. Доминирующая натура парня просто не могла вынести подобного испытания.

Ход его мыслей прервал жесткий толчок сзади, из-за которого он клацнул зубами.

– Что за… – он резко обернулся и взглянул назад. Черный внедорожник уродливой горой возвышался над ними буквально в двух метрах позади. Огромные фары были разбиты. Детали хромированной радиаторной решетки были вогнуты и торчали наружу уродливыми обломками. Поддав газу, джип вновь протаранил задний бампер кабриолета, едва не сбивая того с дороги.

– Он что, совсем охренел! – заорал Дмитрий, лихорадочно вцепившись в рулевое колесо обеими руками и стараясь удержать автомобиль на дороге.

– Димка, гони! – прокричал Артем, не сводя взгляд с черного лобового стекла преследователя. Лучи солнца отражались от плотной тонировки стекла, делая его практически зеркальным. Джип не отставал, взревев мощным движком, он вновь пошел на сближение. Через секунду его мятый передок вклинился в многострадальный задний бампер кабриолета, со скрежетом сминая его внутрь. Сноп ярких искр осыпал пролетающий на большой скорости асфальт.

Матвей вцепился обеими руками в сидение и сквозь стиснутые зубы прохрипел водителю: «Он сейчас скинет нас с дороги, отрывайся от него!»

Дима вдавил педаль газа в пол, и стрелка спидометра поползла верх. Набирая обороты, двигатель понес сааб вперед, оставляя позади себя осколки разбитых задних фар.

Объезжая другие автомобили, кабриолет пытался уйти от преследователя, но особого успеха это не приносило. Мощное сердце джипа заключало в себе целый табун диких лошадиных сил. Он без труда лавировал между другими участниками дорожного движения, неумолимо настигая друзей. Два автомобиля летели по проспекту города, рискуя в любой момент стать причиной крупной аварии. Со всех сторон им сигналили возмущенные автомобилисты, судорожно прижимая свои авто к бордюрному камню, стараясь увернуться от жесткого столкновения.

Догнав сааб, внедорожник со скрежетом врезался в беглеца, вновь разбавив шум городской суматохи неприятным лязгом порванного железа. Кабриолет завизжал дымящимися шинами колес, заходя в крутой занос, и чуть не задел левым боком пронесшуюся навстречу машину. Кое-как выровняв автомобиль, Дима нервно взглянул в зеркало заднего вида. «Мы так долго не продержимся, этот урод снесет нас с дороги!» – пытаясь прижаться к правой обочине и сбавить газ, чтобы остановиться, он невольно подставил всех под новый сокрушительный удар преследователя.

Черный джип уже лишился своего величественного вида. Весь его перед был измят и деформирован, однако он также сбросил скорость, стараясь остаться позади кабриолета.

– Этот скотина не дает нам остановиться! – вскрикнул Дима. Ему вновь пришлось поддать газу, чтобы набрать скорость и попытаться скинуть с хвоста сумасшедшего водителя.

Впереди приближался следующий перекресток.

Светофор предательски замигал зеленым светом, намереваясь сменить его на красный.

– Даже не вздумай останавливаться, – выдавил из себя Матвей, пристально взглянув на Диму.

По спине у Дмитрия пробежал колючий холодок. Ладони мгновенно взмокли и стали скользкими. До перекрестка осталась жалкая сотня метров, когда зеленый цвет светофора на мгновение мигнув желтым, сменился кроваво-красным.

Дима покрепче вцепился в рулевое колесо. «Держитесь!» – крикнул он приятелям и вылетел на перекресток. Справа и слева раздался визг тормозов. Краем глаза Дима заметил, как газель слева уткнулась в бордюр, протаранив серую иномарку.

Каким-то чудом сааб проскочил перекресток, не получив в бок мощнейший удар от другого автомобиля. Так уж повезло, что участников движения в этот момент на дороге было не слишком много, поэтому кабриолет попал в относительно свободную нишу между прочими авто.

Когда перекресток остался позади, все обернулись, чтобы посмотреть на преследователя. Черного джипа нигде не было видно.

– Кажется, оторвались, – с облегчением произнес Артем и откинулся на спинку сидения.

– Очень на это надеюсь, – ответил Матвей и повернулся к Владу, – а ты явно его разозлил.

Влад молча уставился перед собой, не реагируя на слова приятеля. Парень был зол на себя и обескуражен. Он никогда никому бы не признался, но это происшествие порядком выбило его из колеи. Да что там говорить, он до чертиков испугался этого отморозка за рулем черного внедорожника.

Дмитрий то и дело поглядывал в зеркала заднего и бокового вида. Джипа действительно нигде видно не было. Он немного успокоился и скинул скорость, чтобы не привлечь внимание блюстителей дорожного порядка.

– Что, Димон, нервишки заиграли? – с явно истеричным смешком в голосе обратился к нему Матвей.

– Очевидно, что не у меня одного, – ответил тот приятелю. – Естественная реакция на экстремальную ситуацию, хотя, помимо этого я испытываю и другие чувства, – он посмотрел в лицо Матвея. Тот с любопытством слушал:

– Какие?

– Машину жалко, – просто ответил Дмитрий.

Влад посмотрел на друга:

– Не переживай, у меня кореш работает в автосервисе, загоним к нему твою колымагу, сделает все в лучшем виде, будет, как новенькая.

Дмитрий с благодарностью взглянул на Влада в зеркало заднего вида. Через секунду взгляд его сменился с благодарного на тревожный.

– Мужики, это еще не конец!

Через мгновение сааб тряхнуло, и лязг сминаемого железа заставил ребят обернуться. В метре позади них ехал черный внедорожник с номерным знаком «666».

– Да чтоб тебя! – воскликнул Матвей.

– Так, слушай меня внимательно, – быстро заговорил Артем, наклонившись к Диме, когда тот чудом вернул контроль над машиной, – по прямой мы от него не оторвемся. Машин мало, поворотов тоже. У этого отморозка под капотом мощи больше, чем у нас. Он раздавит нас. Короче, сейчас пристраивайся в первый ряд, набирай скорость. Этот урод тоже будет ее набирать. Когда крикну, поворачивай направо на другую улицу. Естественно, поворотники не включай. Надеюсь, что этот засранец по инерции проскочит мимо. Даже, если ему взбредет в голову начать разворачиваться и догонять нас, у нас будет немного времени, чтобы затеряться в проулках.

– Какой-то хреновый план, – с сомнением в голосе произнес Влад.

– А у тебя есть идеи получше? – взвился Артем, уставившись на приятеля. Влад молча пожал плечами. «Я так и думал, – подытожил Артем и вновь посмотрел на Диму. – А теперь гони».

Кабриолет рванул вперед, вдавив пассажиров в спинки кресел. Стрелка на спидометре начала карабкаться вверх. Преодолев отметку в семьдесят километров в час, она продолжила взбираться дальше. Ветер в ушах завывал, словно при морском шторме. Скорость перевалила за восемьдесят. Дима постоянно сигналил, и попутные автомобили шарахались в стороны, пропуская ненормального водителя. Джип держался поблизости.

Вдалеке показался следующий перекресток. На светофоре был зеленый.

– Приготовьтесь, – крикнул Артем друзьям. «Димка, разгонись еще, и только перед самым перекрестком резко тормози. По широкой дуге в поворот войти не удастся, поэтому при повороте все налегаем на правый борт, поняли? – дальше он вновь обратился к водителю: «Как только повернешь и перед собой увидишь прямую дороги, дави на газ, только не раньше».

– Не учи ученого, – беззлобно проворчал Дмитрий, полностью сконцентрировавшись на предстоящем вираже. Стрелка спидометра приблизилась к ста километрам. Ветер гудел, как в трубе, а мимо стрелой пролетали дома, деревья, фонари. Перекресток неумолимо приближался.

– Приготовились! – крикнул Дима.

– Все на правый борт! – прокричал следом Артем.

Дмитрий вжал педаль тормоза в пол и вывернул руль вправо. Визг задымившейся резины заглушил рев двигателя. Кабриолет резко накренился и практически не сбавляя скорости, стал заворачивать за угол. Правые колеса оторвались от земли, и только тела навалившихся на борт ребят, не позволили автомобилю опрокинуться на бок. Казалось, пока сааб завис на двух левых колесах, время буквально остановилось. От Дмитрия потребовалось все его умение, чтобы удержать кабриолет на дороге, не дав ему перевернуться, и благополучно завершить маневр. Через секунду машина с глухим скрежетом опустилась на все четыре колеса. Поворот остался позади. Дмитрий надавил на газ, и автомобиль вновь рванулся вперед, набирая скорость. Оглянувшись назад, ребята увидели, как не ожидавший подобного от своей жертвы джип по инерции пролетел перекресток, не успев среагировать на крутой фокус друзей.

– На, выкуси! – сквозь зубы процедил Влад и взметнул сжатый кулак вверх.

– Теперь гони во весь опор, – произнес Артем, обращаясь к Дмитрию.

Дима взглянул в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что внедорожник не выруливает вслед за ними.

Он еще не успел понять, что именно, но что-то ему явно не понравилось в отражении зеркала. Черного джипа видно не было, впрочем, как и любого другого автомобиля.

– Не понял, – пробурчал водитель, не замечая, как снимает ногу с педали газа и паркует автомобиль у края дороги.

– Что происходит, ты чего? – обескураженно произнес Матвей, глядя на Дмитрия. – Гони, чудак!

Но Дима полностью остановил сааб и потянул рычаг ручного тормоза на себя, намертво фиксируя автомобиль.

Влад привстал, держась за спинку переднего сидения, и его глаза медленно поползли на лоб. То, что открылось перед ним, не могло быть реальностью. Сидевший рядом Артем тихо присвистнул. Никто из ребят не мог произнести ничего членораздельного. От увиденной картины мировоззрение каждого из компании начало медленно, но неумолимо изменяться и переворачиваться. Да что там компании, окажись в такой ситуации кто угодно, его жизненные устои рухнули бы в одночасье, потому что они всегда рушатся, если человек сталкивается с чем—то странным, невозможным. Если его реальность становится необъяснимой. То, что они увидели, они точно не могли объяснить.

Глава 2

Артем открыл дверь кабриолета и вышел на серый асфальт. Хлестко хлопнув дверью и скрестив на груди руки, он стал медленно разглядывать окружающую улицу. А поглядеть было на что.

Серые угрюмые дома темными безликими окнами глядели на них, словно пустые глазницы каких-то гигантских черепов. Ни в одном окне Артем не заметил свет, хотя в сгущавшихся над городом сумерках это было бы естественным. «Да, свет в вечерних окнах, это нормально», – подумал Артем. Ненормальным было другое.

– Который сейчас час? – спросил он вслух, ни к кому, конкретно не обращаясь и не поворачиваясь.

– Полчетвертого, – ответил ему Матвей, взглянув на приборную панель сааба, где на ярком дисплее магнитолы синими цифрами высвечивались электронные часы.

– Полчетвертого, – машинально тихим голосом повторил Артем, продолжая медленно разглядывать окрестности. Взгляд его, наконец, остановился на друзьях. «Тогда почему темно?!» – неожиданно резко задал он вопрос. «Почему летом полчетвертого дня вокруг нас сумерки?! Только минуту назад было дневное пекло!»

Парни молча переглянулись. Влад медленно вылез из автомобиля и встал рядом с Артемом, с растерянным видом оглядываясь вокруг. Лицо обдало песком и пылью, заставив прищуриться. Его взгляд упал на дорогу, по которой не ехало, ни одного автомобиля. Он посмотрел назад, откуда они только что примчались. Позади, в сотне метров от них, виднелся злополучный перекресток, на котором их компания чуть не перевернулась, уходя от погони чокнутого отморозка на джипе. Перекресток был совершенно пуст, на нем не наблюдалось никакого движения, даже светофор был выключен и смотрел на них блеклыми пыльными стеклами. И что более всего пугало, так это отсутствие людей. Докуда хватало глаз, парни не видели ни одного человека. Не было снующих туда-сюда пешеходов, никто не катил перед собой детскую коляску, не говорил по телефону, никто не выходил и не заходил в двери магазинов. И не стоял в очереди к лотку с мороженым. На лавочках не сидели старики с газетами, а во дворах на детских площадках не было видно ни одного ребенка. Люди пропали, как вид.

– Что за ерунда? – произнес Дима и повернул ключ зажигания, заглушая двигатель сааба. Когда шум мотора стих, ребята в полной мере ощутили, какая мертвая тишина нависла вокруг. Когда ты всю свою жизнь живешь в большом городе, ты каждую минуту, каждую секунду слышишь его шум. Ты слышишь работающие двигатели проезжающих машин, скрипы тормозов, звуковые сигналы, ругань недовольных водителей. Ты слышишь топот сотен, снующих мимо тебя людей, вечно спешащих куда-то по своим делам. Ты слышишь беспечные разговоры случайно встретившихся подружек, детские крики играющих сорванцов. Ты слышишь море звуков, об источнике происхождения которых ты понятия не имеешь. Это всевозможный скрип, гул, вой, треск. Так живет большой город. Это его дыхание, звуки его жизнедеятельности. Ты живешь всю жизнь с ними, ты слышишь их, но ты никогда их не замечаешь. Их можно заметить только в одном случае, если они полностью исчезнут, как сейчас. Выключив двигатель кабриолета, друзья на себе испытали гнетущую тишину этого места. Казалось, даже ветер стих, и кроны деревьев не издавали своей листвой ни единого звука. Тишина вокруг была абсолютной.

– Город-призрак какой-то, – скептически произнес Матвей, вылезая из автомобиля. Похлопав по карманам ладонями, он нащупал в правом кармане джинсов мятую пачку Winston. Достав ее, он выковырял из нее такую же мятую сигарету. Сунув ее в рот, он опять похлопал себя по карманам, в поисках зажигалки. Не почувствовав ее, он машинально вынул сигарету изо рта и убрал ее обратно в пачку. Было видно, что он растерян и обескуражен, хотя и старался не подавать виду. Однако широко раскрытые глаза и чуть трясущиеся руки не давали скрыть истинные эмоции. Во рту у него пересохло, а в мозгу, словно заевшая пластинка, снова и снова звучала только одна мысль: «Это все не реально! Этого просто не может быть!»

Облизав вмиг потрескавшиеся губы шершавым языком, он откашлялся и посмотрел на приятелей.

– Это какие-то глюки.

Дима взглянул на него, и в выражении его лица угадывалось явное раздражение: «Если бы ты был вмазанным, то, может, это все и сошло бы за глюки, но ты вроде не под дозой».

– Мы тут все не под дозой, – сухо констатировал Артем, – и также все видим всю эту жесть. Не думаю, что это массовые галлюцинации.

– Почему ты так в этом уверен? – спросил его Влад, – может быть, мы под какой-нибудь выброс попали, надышались ядовитой заразы, вот нам всем и мерещится все это.

Артем с тихим вздохом взглянул на друга: «Включи голову, парень, даже если допустить, что мы все отравились каким-то невидимым газом, это вовсе не означает, что у нас должны быть одинаковые видения. Или ты думаешь, один газ – одни глюки?»

Влад молча пожал плечами, но возражать не стал.

Артем еще раз огляделся. Теперь, когда он более придирчиво разглядывал окружающий его город, цепляясь взглядом за каждую мелочь, он обратил внимание, что вокруг них была не просто пустая улица. Складывалось стойкое ощущение, что здесь уже очень давно никого не было. Стекла в окнах домов были покрыты толстым слоем пыли, многие из них были разбиты. Со стен домов облетала штукатурка, открывая старые бреши, словно язвы на живом теле.

Асфальт на дороге был весь в трещинах, и в некоторых местах сквозь них проросла зеленая трава. Газоны с кустами живой изгороди, которые отделяли проезжую часть от тротуаров, были явно заброшены.

Артем много раз в своей жизни наблюдал, как летом работники ЖЭКов или компаний по озеленению, при помощи электроножниц ровняли изгороди кустов, а газоны подстригали, либо газонокосилками, либо, что чаще всего, электрокосами, поднимая по утрам всех тех, кто еще пытался спать, стараясь игнорировать пронзительное жужжание инструмента.

Сейчас же кусты казались бесформенным зеленым валом, выглядывающим из высокой травы вдоль тротуара.

Он еще раз посмотрел назад, где виднелся перекресток.

– Если мы проехали сквозь что-то… – пробурчал он себе под нос и неуверенно направился к перекрестку.

– Темыч, ты куда? – спросил Влад.

– Оставайтесь на месте, – ответил Артем, – я просто хочу посмотреть.

– Что посмотреть? – не унимался Влад, нервно уставившись вслед удаляющемуся приятелю.

– Да за угол хочу посмотреть! – раздраженно произнес Артем, – ты не возражаешь?

Влад крепко стиснул зубы. Желваки злобно заиграли на квадратном лице, в глазах блеснула злость, но он справился с собой и опять промолчал. Отвернувшись, он снова залез в сааб и сел на свое место.

Дима и Матвей смотрели, как Артем медленно шел к перекрестку. Полпути было уже позади, когда лицо парню обдало волной горячего воздуха. Он остановился и обернулся на друзей. Те, замерев, стояли на месте и молча следили за ним. Окатив его нагретой волной, ветер также неожиданно стих. Проморгавшись от пыли и протерев глаза тыльной стороной ладони, Артем вновь зашагал вперед.

Дикий сюрреализм происходящего никак не хотел укладываться в его голове. Мысли хаотичным вихрем носились во взбудораженном мозгу, никак не желавшие смириться и принять случившееся. Вот так вот неожиданно выпасть из привычной среды обитания, где обыденность и заурядность всегда была неотъемлемой составляющей повседневной жизни. Такое кого угодно способно выбить из колеи.

Сумерки сгущались над пустым городом, серые тучи плавно летели над крышами, угрожая в любой момент разверзнуться проливным дождем. Артем медленно прошел мимо тусклого светофора и вышел на середину широкого перекрестка. Остановившись и взглянув в том направлении, откуда они всего несколько минут назад приехали на своем кабриолете, он застыл на месте, в изумлении уставившись на открывшуюся перед ним картину. Холодок ужаса мерзкой змеей прополз вдоль позвоночника. Мышцы тела сковало, а ладони покрылись холодным липким потом.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил Влад, повернувшись к ребятам. Он посмотрел на стоявшего в дали Артема. – Что стоим, чего ждем? – Недовольно проворчал он.

Дмитрий прищурился:

– Там что—то есть, – произнес он тихо.

Ребята наблюдали, как их приятель, не отводя взгляда с чего-то, что им не было видно, медленно попятился, сделав несколько неуверенных шагов, а затем резко повернулся и со всех ног бросился к автомобилю. Даже с такого расстояния была видна мертвенная бледность его лица и округлившиеся от ужаса глаза.

– Заводи!!! – донесся до них срывающийся на визг голос друга. – Быстро, заводите!

Дима с Матвеем переглянулись. Необъяснимая тревога охватила друзей. Дмитрий, не сводя взгляда с бегущего Артема, нащупал ручку дверцы и, распахнув ее, повернулся и уселся на сидение водителя. Матвей продолжал смотреть на махавшего руками Артема. Тот несся со всех ног, постоянно оглядываясь назад.

– Все в машину! – прокричал он и, не дожидаясь Матвея, с разбегу запрыгнул на капот сааба. Проехав по полированному железу, Артем со всего размаху плюхнулся на заднее сидение, двинув ногой в плечо обескураженного Влада. Матвей не стал себя долго упрашивать. Ему было страшно, он обежал автомобиль с другой стороны и, не желая тратить драгоценные секунды на открывание двери, просто перепрыгнул ее и упал на свое кресло.

– Давай, давай! – прокричал Артем Диме, – валим отсюда!

Он вновь оглянулся на перекресток и на мгновение замер. Затем резко развернулся к Дмитрию, и с силой ударив по спинке его сидения, истошно заорал приятелю практически в самое ухо: «Заводи свою колымагу!!!»

Дрожащей рукой Дима судорожно схватился за ключ зажигания и повернул его на четверть оборота по часовой стрелке. Но вместо того, чтобы завестись, автомобиль издал очередь глухих щелчков и вновь затих. Дмитрий мгновенно взмок и посмотрел в зеркало заднего вида. То, что он увидел в отражении, заставило его похолодеть.

Из-за угла дома появились клубы странного черного тумана. Появившись на перекрестке, они мгновенно стали заполнять собой все окружающее пространство, расползаясь во все стороны, словно чернильный кисель. По своей структуре это нечто отличалось от обычного тумана, который появляется теплым утром после ночного дождя. Эти клубы были густыми, плотными и абсолютно непрозрачными. В их толще время от времени вспыхивали багрово-алые всполохи. В эти мгновения в глубине тумана можно было увидеть какое-то движение.

– Ты, когда в последний раз аккумулятор заряжал? – рявкнул на Дмитрия Влад, уже заметивший надвигающуюся на них странную массу.

Дима не ответил, он снова повернул ключ в замочной скважине, рискуя неосторожным движением обломить его под корень, но в ответ раздался все тот же неприятный треск стартера.

Тем временем туман, словно увидел их. Его клубы с удвоенной скоростью устремились к ребятам, поглощая собой все, до чего могли дотянуться. Метр за метром, он подбирался к автомобилю. Окна первых этажей соседних зданий уже сгинули в его толще. Наблюдавший за всем этим Артем, увидел, как под чьей-то тяжестью со скрипом и душераздирающим скрежетом завалился на бок светофор. Он услышал звон разбившихся стекол, но, что или кто послужил его падению, сквозь густой дым видно не было.

Что-то скрывалось в багровом чреве страшной завесы. Что-то ужасное и очень опасное. Что-то хищное.

– Нам лучше прямо сейчас поехать, слышите? – словно сомнамбула, монотонным голосом произнес он, не отводя глаз от приближающейся массы.

– Может, с толкача? – предложил Матвей, нервно оглядываясь назад. – Димон! – Крикнул он приятелю, который раз за разом пытался завести мотор и никак не реагировал на его слова.

– Да не ори ты! – не выдержал он наконец, ударив обеими руками по рулю. – С какого толкача? Здесь коробка-автомат, его для этого сперва километров до тридцати нужно будет разогнать.

Туман уже прополз половину пути от перекрестка до ребят. Алые всполохи все чаще взрывались в его толще ярким пламенем, словно предвкушая скорую добычу. Из глубины черного дыма раздалось тихое рычание. Оно было спокойным и уверенным. Словно кто-то там, в темноте, был абсолютно уверен, что спешить ему не куда.

Влад приподнялся на ноги.

– Может, ну его, это корыто? Может, просто убежим отсюда, к чертовой матери, а? – он с надеждой посмотрел на друзей. Во взгляде его сквозило настоящее отчаянье и беспросветная обреченность.

– Далеко не убежим, – коротко обронил Артем, наблюдая, как набирающий скорость туман, подбирается к автомобилю. Между ними осталось всего каких-нибудь двадцать метров.

Дима в очередной раз посмотрел в зеркало заднего вида: «О господи!» – произнес он тихо и вновь схватился за торчащий из замка ключ. Поворачивая его снова на четверть оборота, он закрыл глаза и взмолился про себя: «Господи, заведи этот драндулет».

Неожиданно для всех двигатель схватился и загудел, стремительно набирая обороты.

Дима удивленно открыл глаза и посмотрел на приборную панель. Все индикаторы были в порядке. Он, не отдавая себе отчет в том, что делает, быстрым движением пристегнул себя ремнем безопасности, снял сааб с ручного тормоза и резко вжал в пол педаль газа.

Шины с визгом прокрутились на месте, и кабриолет, оставляя за собой на асфальте след от жженой резины, рванулся вперед. От рывка Влад упал обратно на кресло, чуть не откусив себе кончик языка.

Включив фары, Дмитрий вывел автомобиль на середину дороги и, стараясь не снижать скорость, помчался вперед по проспекту. Сзади раздалось душераздирающее рычание. В этом звуке можно было услышать все: и гнев, и досаду. Оглянувшись и посмотрев за спину, Артем внутренне содрогнулся. Он готов был поклясться, что туман ринулся вслед за ними. С первого взгляда стало ясно, что нечто не собирается просто так отпускать свою добычу.

Черный дым клубился и нависал в ночных сумерках, окутывая собой опустевшие окрестности. Расстояние между ними неумолимо сокращалось.

– Димка! – не сводя с тумана взгляд, прокричал Артем, обращаясь к приятелю, – если мы не хотим узнать, что за тварь нас преследует, ты должен поднажать.

Парень с водительского сидения не ответил. Он сосредоточенно смотрел на дорогу, стараясь не отвлекаться на отражение в зеркале.

Мимо них проносились пустые дома, безлюдные перекрестки, мертвые светофоры и потухшие вывески магазинов. Мелькали заросшие газоны и опустевшие дворы.

Скорость кабриолета перевалила за восемьдесят. В свете фар проспект уходил далеко вперед, не предвещая на пути каких-либо неприятностей. Дима следил за дорогой и изо всех сил старался игнорировать зеркало заднего вида. Рациональность его мозга обоснованно убеждала, что на такой скорости их никто и ничто не может преследовать. Что, проехав еще какое-то расстояние, они обязательно вывернут в нормальный привычный город, где даже вечером на улицах будет полно людей, а рычащие твари в чреве полыхающего тумана останутся в прошлом, неприятном, ужасном, совершенно нереальном, но прошлом.

Этим разумным доводам вполне можно было бы довериться. Если бы не одно «но», кроме мозга были еще и сердце, чувства, душа, наконец. И все они наперебой твердили, что все еще далеко не закончилось, что, если уж и суждено было всему этому случиться по какой-то немыслимой причине, то от этого нельзя было просто взять и уехать на подаренной папой машине.

Мозг в этом споре потерпел жестокое поражение, а Дима взглянул в отражение в зеркале заднего вида.

То, что он увидел, чуть не заставило его выпустить из рук руль. Сааб вильнул в сторону, но парень сумел выровнять автомобиль. Через несколько секунд, то, что увидел он, увидели все, потому что клубы черного тумана опустились на них.

– Дима! Гони! – истошно заорал Матвей, стараясь перекричать шум ветра, когда понял, что чернота обволакивает их, закрывая своей плотностью обзор дороги. Ему вторили душераздирающий вой и дьявольский смех, раздавшийся, казалось, одновременно со всех сторон.

Лучи фар с трудом пробивались сквозь эту странную массу, которую и туманом-то по большому счету нельзя было назвать. Больше всего она напоминала черную грозовую тучу, вобравшую в себя бурое облако вулканического пепла.

Туман с легкостью догнал и поглотил их. Вихри песка и пыли обрушились на компанию, заставляя давиться кашлем и щуриться.

– Быстрее! Какого черта ты делаешь? – Влад схватил за плечо водителя. – Ты хочешь познакомиться с этими тварями?

– Да пошел ты! – резко крикнул Дима, сбрасывая руку с плеча, – я дороги не вижу!

Фары выхватывали лишь мутную черноту, теряясь и рассеиваясь в багровых клубах дыма. Сааб летел практически вслепую. Диме приходилось ориентироваться лишь по бордюрному камню, тянувшемуся справа вдоль границы дороги.

Влад хотел возразить приятелю, но не успел и рта раскрыть, так как в этот момент в свете фар кабриолета появился черный внедорожник, который несся навстречу друзьям. Перед тем, как автомобили врезались дуг в друга, Дима вывернул руль в сторону, пытаясь уйти от лобового столкновения. Однако до конца выполнить маневр не удалось. Для этого не хватило ни времени, ни расстояния. За секунду до столкновения, он успел заметить уже знакомый номерной знак – «666». Через мгновение свет померк.

Глава 3

Боль. Ужасная, всеобъемлющая, лишающая сил и подавляющая волю. Она словно сосуд, наполнила собой все тело Дмитрия. Сознание возвращалось медленно и неохотно. Он тихо застонал, открыть глаза не хватало сил, ресницы слиплись. Внезапно комок горечи подкатил к горлу, и его вырвало. Кое-как разомкнув веки, он увидел, что находится в подвешенном состоянии. Ремень безопасности до боли впился в грудь, надежно удерживая его в водительском кресле перевернутого на бок автомобиля. Дикая боль пронзила все тело, когда он попытался шевельнуться. Стиснув зубы, Дмитрий провел тыльной стороной ладони по лицу. Посмотрев на нее, он увидел, кровь. Медленно повернув голову вправо к пассажирскому сидению, Дима увидел, что в кресле никого нет. Подушка безопасности рваной тряпкой свивала с передней панели.

Сзади раздался тихий стон: «Господи, мои ноги».

Дмитрий узнал голос Артема.

– Темыч, – прохрипел он, – ты как, живой?

– Скорее да, чем нет, но ногам явно хреново, – сипло ответил приятель и закашлялся.

Дима смог повернуть голову и увидеть Артема. Тот лежал на искореженной задней дверце кабриолета. Всклокоченные волосы прилипли мокрыми лохмами, из правого уха тек ручеек крови. Влада рядом не было.

– Дима, надо вылезать отсюда, чувствуешь запах? – он опять застонал. – У нас очень мало времени, мне нужна твоя помощь, сам я не справлюсь, эти чертовы ноги зажало.

Дмитрий вдохнул носом, в воздухе явно чувствовался запах бензина. Голова по-прежнему грозила лопнуть от боли, но, как оказалось, были проблемы и посерьезней. Двигатель сааба по какой-то немыслимой причине продолжал работать, а значит достаточно было одной искры, чтобы все они взлетели на воздух.

Дима потянулся рукой к кнопке фиксации ремня. Онемевшие пальцы никак не хотели слушаться и подчиняться. Пульс в голове сначала легким молоточком, а потом здоровой кувалдой бил изнутри по черепной коробке. Диме казалось, что, повиси он еще минуту, другую, его череп взорвется.

Наконец, кнопка была нажата, и тело, больше не поддерживаемое ремнем, рухнуло вниз. Упав ребрами на искореженный бок кабриолета, он вскрикнул от пронизывающей боли. Дыхание с резким хрипом вырвалось из легких, и вновь вдохнуть, никак не удавалось.

Медленно сжав зубы и стараясь не стонать, он выбрался из сааба и попытался встать на ноги. Голова закружилась, и ему пришлось схватиться рукой за край кузова, чтобы не упасть. Выпрямившись, он огляделся по сторонам.

Вокруг уже стемнело, фонари торчали из земли темными копьями, а в домах напротив он, как и прежде, не заметил ни одного освещенного окна. Влада и Матвея нигде не было видно. Наверняка перед аварией они не были пристегнуты ремнями, и после столкновения их попросту вышвырнуло за борт.

Мысли путались в голове, он заглянул в салон кабриолета в поисках очков. Острой необходимости в них он не чувствовал, но иметь их всегда при себе давно стало делом привычки. Медленно, проведя взглядом по треснувшей приборной доске, по сдувшимся подушкам безопасности, по креслам и различным полостям и пустотам между ними, он разочарованно выдохнул и закрыл глаза. Боль в висках постепенно отступала.

– Дима, – раздался усталый голос Артема, – может, ты соберешь свои мысли в кучу, и поможешь мне? – с нарастающим раздражением в голосе произнес приятель. – Эта колымага сейчас взлетит на воздух, а ты топчешься тут, как слепая мышь.

Слова приятеля доносились до слуха Димы, словно со дна глубокого колодца. Он вновь, не отдавая себе отчета, вытер кровь со своего виска. «Похоже, что без сотрясения тут не обошлось», – подумал он машинально и шагнул к Артему.

Аккуратно опустившись на колени перед другом, он осмотрел его ноги. Зрелище было неприятным, но не смертельным, по крайней мере, на первый взгляд.

Артем лежал на боку, а его ноги были придавлены свернутым с места и перекошенным передним сидением.

– Я не могу их вытащить, – произнес Артем со злостью, в очередной раз схватившись за деформированную спинку кресла, пытаясь отогнуть ее в сторону.

– Ты их чувствуешь? – спросил Дима, не отрываясь от пропитанных кровью джинсов Артема.

– Еще как! – процедил сквозь зубы парень. – Боль просто дикая.

– Это хорошо, – задумчиво сказал Дмитрий.

Артем взглянул на приятеля:

– То, что позвоночник цел, да, хорошо. Ты ведь это имел в виду, верно? – он не сводил взгляд с Димы. – Только больше в этом нет ничего хорошего, согласен? – сжав челюсти, он отрывисто дышал. Было видно, каких усилий ему стоило не стонать в полный голос от испытываемой боли.

– Мы перевернулись из—за того, что какой-то отморозок решил поразвлечься на дороге, – через мгновение продолжил он. – Матвея и Влада выкинуло куда-то, и будет невероятным везением, если они живы. Какая-то хрень вместе со своим чертовым туманом наверняка уже на подходе. Я лежу, придавленный погнутой железкой, сааб сейчас взорвется, а ты говоришь, хорошо, что мне больно. Чувак, это просто речь года! Только давай теперь вытащим меня отсюда, ок?

– Да, конечно, извини, – забормотал тут же смутившийся Дима и ухватился обеими руками за спинку переднего сидения.

– Я сейчас потяну, а ты попробуй освободиться, ладно?

Артем молча кивнул.

Дима изо всех сил потянул спинку на себя. Сначала ничего не происходило. Она даже с места не шевельнулась. Он напряг все мышцы своего израненного тела и с удвоенной силой потянул непослушный кусок машины вверх. Через мгновение спинка подалась.

– Давай! Давай! – закричал Артем, стараясь сдвинуть от себя искореженный каркас сидения. Совместными усилиями парни отогнули упрямую часть кресла, сняв ее с ног Артема.

Посмотрев на ноги, Дима понял, что все было гораздо хуже. Никаких неестественных лишних изгибов не наблюдалось. По крайней мере, явных переломов видно не было. Однако конструкция сидения была сильно деформирована, и это вызвало неприятные последствия.

Сквозь правую икру Артема, разрывая джинсы и заливая все вокруг кровью, проходил длинный железный штырь.

– О, Господи! – вскрикнул Артем, увидев страшную рану.

Дима задумался: «Мы должны снять твою ногу со штыря».

Артем с ужасом взглянул на Дмитрия, но ничего не ответил. Оба понимали, что времени практически не осталось. Автомобиль мог взорваться в любую секунду.

Дима осторожно, но крепко обхватил ногу двумя руками и посмотрел в глаза приятелю:

– Я досчитаю до трех, а потом потяну, можешь орать, но не мешать, договорились?

Артем молча кивнул, дыхание его участилось, по виску потек ручеек пота. Сжав зубы, он перевел взгляд на рану.

– Раз! – произнес Дима и без лишних разговоров изо всех сил потянул ногу на себя.

– А—а—а! – закричал Артем от неожиданной боли, обрушившейся на него гигантской волной.

Нога с мерзким чавкающим звуком слезла со штыря. Из отверстия с удвоенной силой хлынула кровь.

Дима встал на ноги и потянул за собой Артема. Со стонами и ругательствами, парень смог подняться и опереться на одну ногу. Подставив плечо, Дмитрий еле удержался на ногах, когда приятель навалился на него всем своим весом. Медленно, шаг за шагом, ребята поковыляли в сторону от сааба. За Артемом по траве тянулся кровавый след. Пройдя метров двадцать, Дима помог Артему опуститься на заросший газон и сам повалился рядом.

– Ты должен был досчитать до трех! – корчась от боли, прохрипел Артем.

– До трех было бы больнее – ответил Дима и вновь посмотрел на кровоточащую рану, – надо перетянуть.

В этот момент раздался ужасный взрыв. Перевернувшийся автомобиль обуяло огненным облаком. На мгновение темноту озарило ослепительной вспышкой, осветившей все вокруг на расстоянии нескольких десятков метров.

Неподалеку от них Дима увидел лежащее в траве тело.

– Там кто-то есть, – сказал он, обращаясь к Артему, – давай быстрей, нужно посмотреть.

Он расстегнул пряжку у себя на брюках и вытянул ремень. Обхватив им ногу чуть выше раны, он туго затянул его. Артем застонал от боли.

– Потерпи, Темыч, позже перевяжем как надо, нужно посмотреть, кто там.

С этими словами Дима с трудом поднялся на ноги и, придерживая рукой отбитые ребра, поковылял к тому месту, где раньше вспышка осветила лежащее тело. Подойдя ближе, он увидел распластанные в стороны руки. Рыжие волосы подсказали, что перед ним Влад.

– Влад! – Дима опустился к лежащему на животе другу и с усилием перевернул того на спину. На первый взгляд никаких травм видно не было. Присмотревшись внимательней, Дима заметил, как грудь парня медленно вздымалась и опадала в такт дыханию. Влад был без сознания.

Очнись! Ты меня слышишь? – Дмитрий похлопал его по щекам. – Влад! Надо уходить!

Вдруг сзади раздался непонятный шум. Дима резко обернулся, не обращая внимание на острую боль, пронзившую правый бок. В круге света никого не было.

Дима вновь повернулся к другу и с удвоенной силой принялся трясти его за плечи.

– Влад, очнись, черт тебя подери! – удары россыпью посыпались по лицу. От более жестких и сильных пощечин, щеки Влада покрылись пунцовыми пятнами.

Позади вновь раздался шум, шелест густой травы. Звуки раздавались гораздо ближе.

Нервно обернувшись, Дима замер. На границе света и тьмы стояла человеческая фигура. Ее сгорбленный силуэт медленно шатался, грозя упасть на месте. Однако вместо этого фигура шагнула вперед, выходя на свет от пламени горящего кабриолета.

Дима с облегчением выдохнул:

– Матвей! У меня чуть сердце не остановилось! Ты как, живой?»

– Не хочу спешить с выводами, – прозвучал в ответ хриплый голос приятеля. – Не могу собраться с мыслями, – он потрогал голову рукой. – Помню, как нас догнал туман, а потом опять появился этот ненормальный на своем черном вездеходе. Дальше я лечу на газон, а потом, – он развел руки и на секунду замер, словно, не находя подходящих слов, – я иду мимо нашей горящей машины – закончил он устало.

– Ты в порядке, иди сюда, помоги мне.

Матвей неуверенной походкой двинулся к парням.

– Влад, ты слышишь меня? – Дима вновь хлестнул ладонью по щеке, лежащего без чувств приятеля. Влад издал еле слышный глухой стон.

– Давай, давай, приходи в себя, – с удвоенной энергией принялся тормошить его Дима. Парень приоткрыл глаза и туманным взглядом уставился на Дмитрия.

Матвей же стоял рядом, но смотрел куда-то в сторону. На его лице читались страх и тревога. Он смотрел куда-то за круг света, за автомобиль. Туда, где тьма собиралась плотными сгустками. Повернувшись к парням, он нагнулся, без церемоний схватил Влада за подмышки и стал поднимать его на ноги.

– Некогда здесь прохлаждаться, оно уже близко, слышишь меня?

Как ни странно, слова друга возымели свое действие. Влад посмотрел на Матвея, его взгляд стал более осмысленным:

– Где я?

– Приплыли, – с досадой в голосе произнес Матвей, – в заднице! По крайней мере, мы там точно окажемся, если не уберемся отсюда подальше.

– Потащили его туда, за кусты, там Артем, – Дима посмотрел на Матвея и подставил плечо Владу с другого бока. Неуверенной походкой, практически волоча Влада под руки, троица зашагала к ближайшим кустам, за которым Дима оставил Артема.

Парень был все на том же месте. Он уже снял с себя рубашку, порвал ее на полосы и забинтовал себе ногу. Кровь просочилась сквозь повязку, но мокрое пятно уже начало подсыхать по краям, образуя сухую корку. Это говорило о том, что кровотечение начало приостанавливаться.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался у него Дмитрий, когда они все подошли и завалились рядом, опустив Влада на траву.

– Лучше, чем двадцать минут назад, – ответил Артем, – кровь вроде начала останавливаться. Повезло, что артерию не задел. А вы как? Что с Владом?

Дима посмотрел на лежащего приятеля: «Похоже, головой хорошо приложился, но, кажется, приходит в себя».

Друзья огляделись по сторонам. Они находились на заброшенном сухом газоне рядом с дорогой. Метрах в двадцати от них горели останки автомобиля, роняя отсветы зарева на ближайшие окна серых домов. За их спинами стояло какое-то административное здание с большим крыльцом и мраморным фасадом. Все окна первого и второго этажа были закрыты ажурными, но крепкими решетками.

– Кто-нибудь видит джип, который в нас врезался? – спросил Артем, осматриваясь по сторонам.

Матвей покачал головой.

– Странно, куда он мог деваться? – задал вопрос Дима.

Матвей посмотрел на него и нервно хихикнул:

– Тебе только это кажется странным?

Дмитрий взглянул на приятеля:

– Я не придурок, как ты, возможно, подумал, – огрызнулся он с раздражением в голосе. – Я знаю, что мы попали туда, где проще перечислить нормальные вещи и явления, чем наоборот. Просто в данный момент речь шла о джипе, про него я и ответил.

С тихим стоном Влад поднялся и принял сидячее положение.

– Съездили за баблом, – проворчал он через мгновение, пытаясь сфокусировать зрение на горящем саабе. – Где эта мразь? – ему никто не ответил.

Оглянувшись вокруг, Матвей произнес:

– Нам нужно уходить.

– Куда? – спросил Дима.

Артем посмотрел на друга, – не правильный вопрос задаешь. Спроси: «От кого?», тогда вопрос: «куда?» тебя будет интересовать меньше всего. Вы видели этот туман? – он посмотрел на приятелей. – Слышали рычание и… и смех? Валить нужно куда угодно, лишь бы отсюда.

Его прервал странный шум, раздавшийся за горевшим автомобилем. Ребята резко замолчали и уставились на полыхающий кузов. Сначала ничего не происходило, мертвую тишину нарушал только треск огня на пузырящейся краске кабриолета. Однако через секунду до приятелей донеслось уже знакомое горловое рычание. Из—за горящего автомобиля показались черные клубы. Туман стал обволакивать останки сааба, будто проглатывая его. Через несколько секунд на месте автомобиля была только тьма, сквозь которую не пробивались даже языков пламени. Ее клубы постоянно передвигались, она стелилась по траве, неумолимо приближаясь к приятелям. Сквозь багровые всполохи друзья видели непонятное движение. Будто во тьме двигалось что-то, еще более темное. Сгустки абсолютной черноты собирались и формировались во что—то странное и ужасающее, а затем разваливались, но лишь затем, чтобы начать собираться вновь.

– Быстро, встаем! – прокричал Артем и попытался подняться на ноги. Дима вздрогнул, будто освобождаясь от влияния гипноза. Он усилием воли заставил себя отвернуться от завораживающего зрелища и, вскочив на ноги, поддержал Артема за руку. Матвей поднимал Влада. В это время тишину прорезал дикий смех. Он исходил из тумана и раскатами накрывал все вокруг. Его тембр от громогласного грубого тона переходил на визгливый детский фальцет, от которого у всех по телу побежали мурашки.

– Что это такое? – Матвей в ужасе смотрел широко раскрытыми глазами, не в силах отвести взор от черных клубов, которые начали обступать ребят справа и слева.

– Не тормозим, уходим отсюда! – Артем, не желая задерживать приятелей и игнорируя боль в ноге, старался идти на равных со всеми. Кровотечение вновь возобновилась, повязка на глазах стала пропитываться кровью, но Артем не обратил на это внимание, сейчас это было наименьшей его проблемой.

Постоянно оглядываясь, друзья двигались к крыльцу офисного здания, серой громадиной, нависшей позади них.

Туман приближался, клубы, словно щупальца неведомой твари, ощупывали все, до чего могли дотянуться. Багровые всполохи яркими вспышками озаряли его темные глубины.

– В нем кто-то есть! Я вижу! – вскрикнул Матвей, когда в очередной раз обернулся на черный дым. Все невольно остановились и посмотрели на туман. В свете алых всполохов были четко видны очертания темной фигуры в капюшоне. Она стояла в толще черных клубов и будто бы наблюдала за ними. Она не двигалась, не старалась приблизиться. Она просто стояла и смотрела на них. Каждый из ребят мог бы поклясться, что черная фигура наблюдает за ними. Все оцепенели и застыли на месте. Прошло несколько секунд, хотя для каждого из парней они показались долгими часами. Вдруг черный силуэт медленно поднял правую руку и указал на них тонким кривым пальцем. Неожиданно тишину прорезал дикий вопль, который через секунду сменился звериным воем. Фигура стала приближаться. Нет, она не зашагала к ребятам, она поплыла в толще тумана, продолжая тянуться к ним своей костлявой рукой.

– Быстро, сюда! – Дима забежал на крыльцо и взглянул на массивную дверь. В мозгу пролетела ужасная мысль: «Дверь обязательно закрыта на замок». Это было бы естественно. Вряд ли кто мог оставить вход в административное здание не запертым. Тем не менее, он ухватился за чугунную рукоять, выполненную в виде неказистого вензеля, повернул ее и потянул на себя. Его удивлению не было предела, когда огромная железная дверь легко подалась и без единого скрипа отворилась.

– Здесь открыто! – Дима взглянул на приятелей, – давайте скорее!

Ребята кинулись к распахнутой двери.

Чувствуя, что добыча ускользает из-под самого носа, монстр громко зарычал и кинулся к парням, выставив вперед руки и растопырив когтистые пальцы.

Артем, хромавший позади всех, оказался ближе к чудовищу. Он рассмотрел серую кожу на руках монстра, покрытую сочащимися язвами. Узловатые пальцы, которые отличались чрезмерной длиной и заканчивались черными загнутыми когтями. Он взглянул на то место под капюшоном, где должна была находиться морда чудовища. Ничего, кроме черноты там не было, однако через мгновение из глубины тьмы на Артема глянули исполненные хищной злобой глаза. Словно красные огни, источавшие флюиды ненависти, они лишь на мгновение сверкнули и вновь потухли. Но Артем был готов поклясться, что этой вечной секунды, во время которой они смотрели друг на друга, он не забудет никогда в жизни.

Последним переступив темный порог здания, Артем захлопнул за собой дверь, отрезав их всех от страшного преследователя. Ребята обернулись и замерли на месте, не сводя взгляда с массивной двери, которая являлась сейчас единственным препятствием между ними и дьявольским туманом с его хозяином. Не трогаясь с места, все ждали, что монстр накинется на дверь, снося ее с петель и добираясь до своих жертв, но секунда текла за секундой, а мощных ударов с той стороны не было.

– Может, оно ушло? – робко предположил Матвей шепотом.

Влад покачал головой:

– Не думаю, нужно быстро закрыть замок.

С их стороны дверь была снабжена тяжелым засовом, который при желании мог запирать ее, словно ворота в старом замке. Все это прекрасно видели, но приблизиться к двери мужества ни у кого не хватало.

Вдруг за дверью раздалось тихое царапанье. Что-то, а верней, кто-то медленно, не торопясь, царапал внешнюю обшивку. Все неотрывно смотрели на дверь. Мерзкий скрип, словно железный прут по стеклу, безжалостно расчесывал всем нервы, заставляя морщиться и содрогаться. Через какое-то время скрип прекратился.

Медленно, очень медленно и очень тихо резная ручка начала поворачиваться. Через мгновение язычок замка выскочит из паза, и дверь откроется.

Встряхнув головой, Артем будто очнулся от непонятного дурмана. Не обращая внимание на резкую боль в ноге, он кинулся к двери и в тот самый миг, когда до его ушей донесся характерный щелчок, выскочившего язычка, он всем весом налег на засов и продвинул его сквозь тяжелые скобы, намертво заперев дверь.

Тут же с обратной стороны на нее кинулось что-то огромное. Чудовищные удары заставили всех ребят вздрогнуть и отшатнуться подальше, отступив на несколько шагов вглубь полутемного вестибюля. Скобы засова дрогнули, на дверном полотне показались длинные трещины. Из-за двери доносилось оглушающее рычание. В нем слышалось обезумевшее зло. Какофония звуков включала в себя все, что они успели услышать до этого. В шуме ветра слышался дикий вой и странный, пронизывающий до глубины души смех. Весь этот хаос бесновался и бился о запертую дверь, пытаясь снести ее с петель и добраться до ускользнувшей добычи. Верхний угол дверного полотна откололся, открыв на обозрение кусочек ночного неба, в котором не было видно ни одной звезды. На мраморный пол упал первый винт с нижней петли двери. Остальные винты выходили из своих гнезд после каждого нового удара.

Через какое-то время все постепенно стихло.

Артем немного расслабился и навалился спиной на стоявшую тут же гранитную колонну. Адреналин в теле еще захлестывал через край, но уже не настолько, чтобы не почувствовать возвращавшуюся боль в ноге. Ему не нужно было смотреть на штанину, чтобы знать, что она насквозь пропитана кровью. Стиснув зубы, он вытер пот со лба и медленно обвел взглядом друзей:

– Однако, встряли, господа.

– Вы видели этого урода в капюшоне? – тихо спросил Дима.

– Ага, – ответил Влад, – только ржавой косы не хватает.

– О чем вы тут, господи! Этого не может быть, слышите! Этого просто не может быть! – Матвей присел на корточки и обхватил голову руками.

– Спокойно, Мотя, – Артем устало посмотрел на друга, – разберемся.

– С чем мы разберемся? – вскрикнул приятель, подняв голову, – как с этим вообще можно разобраться?

– Успокойся, – вновь произнес Артем почти шепотом и прикрыл глаза, морщась от боли. Помолчав несколько секунд, он тихо продолжил:

– Я думаю, что эта тварь играет с нами, как кошка с мышкой.

– С чего ты это взял? – спросил его Дима.

Артем перевел взгляд на Дмитрия:

– Это мое предположение, хотя, сам подумай. Эта тварь кинулась за нами со своим туманом от самого перекрестка.

– Ну, и? – Дима непонимающе смотрел на приятеля.

– Помнишь, там стоял светофор? – продолжил Артем.

– Помню, – ответил Дмитрий. Он все еще не понимал, куда клонит друг.

– Ты видел, что с ним произошло, когда туман добрался до него?

– Нет, я в это время пытался завести сааб.

– Я видел, что произошло, – присоединился к разговору Влад, – он рухнул, как подкошенный.

– Вот именно, – кивнул головой Артем, – это нечто сломало его, словно зубочистку, а ведь это совсем не зубочистка, верно? Это, на минуточку, железный столб, который был вмурован глубоко в асфальт и залит чертовым бетоном. – Он посмотрел на входную дверь. – Я думаю, если бы он захотел, ему не составило бы труда разнести ее в лоскуты. Да он это уже почти сделал. Ему было достаточно не прекращать натиск еще пару минут. Как я уже сказал, мне кажется, эта тварь играет с нами, и что у нее на уме, мы все наверняка скоро узнаем.

Все смотрели на Артема и молча переваривали услышанное. Матвей тем временем обвел взглядом вестибюль помещения. Ему сразу бросилось в глаза, что помещение освещено тусклым электрическим светом. Это не было полноценно функционирующим электрическим освещением. Красноватый оттенок выдавал в нем аварийное освещение, которое включается, как правило, при исчезновении основного.

В дальнем конце зала находился ресепшен, но за стойкой никого не было. Подойдя к ней в плотную, Матвей перевесился через нее и потянулся к телефонной трубке. Приложив ее к уху, он положил ее обратно и повернулся к друзьям.

– Не работает, – ответил он на их немой вопрос.

– У кого есть мобильный? – спросил всех Артем.

Матвей пожал плечами, – сотовые плавят мозги радиационным фоном.

– Мы знаем, что у тебя его нет, – ответил Артем и посмотрел на Диму с Владом. Сам он уже похлопал себя по карманам, но телефона в них не оказалось. Видимо выпал при аварии и сейчас лежал где-нибудь в траве, либо сгорел давно вместе с саабом.

Влад достал из кармана джинсов свой Самсунг, а Дима с облегчением вытащил айфон. Через секунду выражение его лица изменилось. Он повернул свой аппарат экраном к друзьям, и те увидели, что стекло телефона практически отсутствует. «Раздавил», – произнес Дима с досадой в голосе и швырнул айфон об стену.

Владу повезло больше, его Самсунг был в полном порядке. Как он не разбил его при аварии, одному богу было известно.

– Кому звонить? – спросил он машинально, набирая пин-код.

– Папе римскому, – съязвил Артем, – не задавай тупых вопросов, в полицию, конечно.

Влад набрал номер, приложил телефон к уху, а затем вновь посмотрел на экран:

– Сигнала нет.

Артем покачал головой:

– Знаешь, Владик, я даже не удивлен, это было бы слишком просто.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Влад с вызовом в голосе.

– Да не бери в голову, – вяло махнул рукой Артем, – не заводись.

– Может быть туман как-то глушит волны? – предположил Дима, – может достаточно будет просто подняться над ним, и сигнал появится?

– Давай поднимемся на верхний этаж и попробуем, – в голосе Матвея забрезжила искорка надежды.

– Сомнительно, – произнес Артем, сползая по колонне на пол. Стоять сил уже не было, раненая нога горела огнем.

– Но мы же должны что-нибудь предпринять. Это в любом случае лучше, чем сидеть здесь и ждать, когда этой твари надоест играть, и она возьмется за нас всерьез, – настаивал Матвей.

Возразить против этого довода было нечего.

– Лично я «за», – сказал Влад и посмотрел на Диму.

– Мы ничего не теряем, так ведь, – словно убеждая самого себя, произнес Дмитрий, переводя взгляд на Артема.

– Надо обязательно попробовать, – воодушевился Матвей, – вызовем копов, пусть они с этой гадиной разберутся.

Он подошел к Артему, – поднимайся, дружище, тебе повезло, в этой шарашке есть лифт.

Артем взглянул на приятеля снизу-вверх:

– Я не думаю, что он нам поможет. Если возникает ситуация, при которой включается аварийное освещение, лифты, наоборот, отключаются.

– Да, да, – закатив глаза, произнес Матвей, – ты у нас, как всегда, все про все знаешь, – он наклонился и попытался поднять Артема за руку. – В любом случае здесь нельзя оставаться, поднимайся, мы поможем.

Матвею не сиделось на месте, ему хотелось обойти несколько кабинетов и поискать какую-нибудь аптечку. Ему нужна была доза. Естественно, найти героин в офисной аптечке казалась совершенно бредовой идеей, но поискать какое-нибудь болеутоляющее, которое могло бы притупить предвестники ломки, определенно стоило.

Стиснув зубы и опираясь на колонну, Артем кое-как поднялся. Перенеся весь свой вес на здоровую ногу, он попытался приступить на раненую. Боль раскаленной спицей пронзило тело от пятки до груди. Он немного постоял, стараясь привыкнуть к жгучей боли.

– Не думайте, что я великий нытик и неисправимый пессимист, – произнес он, – но я думаю, что, даже дозвонившись до копов, мы не решим нашу проблему.

Матвей удивленно уставился на него:

– Обоснуй.

Артем безразлично пожал плечами и обвел взглядом приятелей. – Кто-нибудь верит, что, сумев дозвониться до полиции, мы сможем вызвать на подмогу доблестные органы для борьбы с этой тварью?

– К чему ты клонишь? – спросил Дмитрий.

Артем посмотрел на него и устало вздохнул:

– Я просто знаю, что я успел увидеть в этом чертовом месте, поэтому не могу представить, что можно сказать в трубку копам.

На несколько секунд вокруг повисла тишина. Все напряженно молчали, и только шум ветра снаружи доносился гулким воем до компании друзей.

– Давай будем решать проблемы по мере их поступления, – неуверенно предложил Дима и посмотрел на Артема. – В любом случае мы всегда можем сказать, что видели, как кучка парней проникла в административное здание. По крайней мере это заставит их примчаться сюда, а там посмотрим.

– Тогда давайте начнем с первоначальных проблем, – согласился Артем и сделал осторожный шаг от колонны. Боль вновь напомнила о себе огненным резаком, хотя уже не таким пронизывающим. – Нам нужно поискать здесь кого-нибудь. Здание офисное, значит, здесь наверняка должен быть, либо охранник, либо просто сторож. У него может быть связь, тревожная кнопка, в конце концов. Также мне нужна аптечка. Нужно сделать перевязку и поискать обезболивающее средство.

– Вот это уже другой разговор, – обрадовался Матвей, – узнаю прежнего Артема.

Дима подошел к другу, – обопрись, я смотрю, твоей ноге совсем хреново.

Артем с благодарностью посмотрел на приятеля и оперся на подставленное плечо.

– Правда, учитывая, что все вокруг куда-то пропали, я не думаю, что в этом здании еще кто—то есть, кроме нас, – добавил он негромко.

– Вот мы и проверим, – сказал Дима, стараясь подстроиться под неровный шаг Артема.

Ребята направились в противоположный конец вестибюля. Именно там находились два лифта, работоспособность которых им предстояло проверить в первую очередь. Проходя по залу и стараясь не споткнуться, Артем сосредоточенно смотрел себе под ноги, чтобы видеть, куда в следующий момент можно было поставить стопу. От ходьбы боль в ноге не унималась, но стала более монотонной, перестала жечь и резать. Такую боль Артем уже мог терпеть. Невольно оглядываясь по сторонам, он еще раз обратил внимание, что окна в холле были закрыты прочными решетками. На ум пришла очень неприятная мысль, а точнее, ассоциация. Ему представилось, что все они были похожи сейчас на беспомощных мышей, которых загнали в мышеловку.

В детстве у бабушки в деревне он видел такие мышеловки. Дед их называл гуманными ловушками. Они не убивали грызуна, разбивая ему позвоночник тугой скобой. Гуманная ловушка представляла собой сплетенную из проволоки коробочку с узким горлышком. По стенкам этого горлышка были натыканы иголки, кончики которых были направлены внутрь. Мышь могла протиснуться внутрь, но вот обратно вылезти ей не давали иглы.

Сейчас Артем остро представил себя на месте этой мыши. Они легко зашли в это здание, но вот выбраться обратно у них вряд ли получится, не ободрав себе шкуру.

Решетки на окнах только подтверждали схожесть этого места с гуманной ловушкой. Однако в отличие от мышеловки, кошка не могла залезть к мышке, если та угодила в такую коробочку. Чего не скажешь об их положении. Тварь, которая преследовала их, могла войти к ним в любое время. Дверь уже держалась на честном слове.

Не спеша компания пересекла огромный зал и подошла к лифтам. Влад нажал обе кнопки вызова, но ни одна из них не загорелась ответным сигналом.

– Что и следовало ожидать, – с досадой произнес Артем. – Лифты не работают при аварийном освещении. Что бы тут не произошло, централизованное электроснабжение прервалось. Скорее всего, в подвале стоит какой-нибудь генератор, мощности которого хватает лишь на предоставление этого скудного освещения.

– Мы всегда можем подняться по лестнице, – предложил Матвей.

Артем посмотрел на пропитанную кровью повязку и с сомнением покачал головой. – Я не думаю, что смогу подняться больше, чем на один лестничный марш.

– Ну, где один, там и другой, – сказал Матвей и с опаской посмотрел на оставшуюся позади входную дверь.

Напротив лифтов находилась дверь со светящейся над ней табличкой «выход». Толкнув ее, Влад заглянул в сумрак за порогом и тут же позвал всех остальных.

– Лестница здесь, давайте быстрей.

Дмитрий с Владом подхватили Артема под руки и все вместе они двинулись к лестнице. Их шаги гулким эхом разносились по залу, нарушая зловещую тишину. Артем кривился от каждого шага. Ему казалось, что их топот был слышен даже на перекрестке. Естественно, последствия не заставили себя долго ждать. Они, все-таки, привлекли к себе внимание.

Внезапным громом по всему холлу прогремел резкий удар по входной двери, которая еще каким-то чудом держалась на расшатанных петлях. От неожиданности ребята замерли и обернулись. Через отогнутый угол дверного полотна внутрь повалил черный туман.

– Похоже, игры заканчиваются, – прокричал Влад, – быстро на лестницу!

Стараясь изо всех сил не обращать внимания на боль в ноге, Артем вместе с остальными забежал на лестницу. Адреналин в теле грозил разорвать сердце. В висках билась только одна мысль: «Это конец!». Опираясь на Диму и Влада, он успел обернуться и заметить запор на двери.

– Матвей! – не останавливаясь, крикнул он, – запри дверь!

Матвей остановился на четыре ступени выше троицы. Пропустив мимо себя приятелей, он сбежал по лестнице обратно вниз. Перед тем, как запереть незамысловатую задвижку, он посмотрел сквозь зазор неплотно прикрытой двери в холл, и по его телу пробежали мурашки. Туман уже полностью окутал входную дверь и продолжал прибывать. Парень словно загипнотизированный продолжал смотреть, как черные языки тумана, будто липкие слепые щупальца, расползались в разные стороны от двери. Но настоящий ужас в парня вселила совсем другая картина. Матвей заметил, как в этом тумане уже порядком деформированная толстостенная дверь начала медленно с еле различимым скрежетом выгибаться внутрь.

До Матвея донесся слабый звон, когда последний крепеж зазвенел по мраморному полу. Засов треснул, и одновременно с этим петли с лязгом упали вниз. Через секунду массивная дверь со всего маха грохнулась на каменный пол. По всему зданию прокатился раскат оглушающего грохота, отзвуки которого затихли где-то высоко на лестнице.

Матвей захлопнул дверь и быстро запер ее на простенький затвор.

Все его естество понимало, что такой замок ни на секунду не задержит тварь, которая их преследует.

Он рывком повернулся к лестнице и рванул вверх, перепрыгивая сразу через две ступеньки. На втором этаже он догнал друзей.

– Что это было? – спросил его Влад, когда он поравнялся с ними.

– Это дверь! Ее больше нет! Нам нужно выше, слышите! – его бледное лицо покрылось холодным потом, а широко раскрытые глаза смотрели, будто сквозь приятелей.

Артем стоял на одной ноге, держась обеими руками за перила: «Матвей, ты слышишь меня?» – спросил он у парня, глядя тому прямо в глаза. «Эй! Взгляни на меня! Что там произошло?»

Через мгновение взгляд Матвея обрел осмысленность. Он сфокусировался на лице Артема и произнес уже более спокойным тоном:

– Оно смяло входную дверь, словно фантик от конфеты.

– Грохнулось—то что?! – резко спросил Дима.

– Ты что, тупой!? – вдруг вскинулся на него Матвей, – фантик это упал! Нам нужно идти выше!

Артем молча смотрел на Матвея. Сейчас он сам выглядел не лучше него. Бледное лицо, частое прерывистое дыхание, мокрые всклокоченные волосы. Только причина была совершенно другая. Артему было больно. Волна адреналина была, как и прежде, сильна и неумолима, приглушая некоторые чувства организма, но боль в ноге уже не относилась к ним. Она возвращалась, она неслась неумолимым локомотивом, норовя сбить его, размолоть, свести с ума.

Он прекрасно видел, что Матвею было дико страшно. Увидев, что-то в приоткрытую дверь, этот парень испытал неподдельный животный ужас, и винить его за это было глупо. Артем понимал, будь он на месте Матвея, доведись ему увидеть, как нечто потустороннее, легко проникает внутрь здания, служившего им единственным убежищем. Как эта тварь, словно бумажную, выламывает тяжеленую дверь, и он был бы напуган не меньше него.

Но что-то еще, кроме страха, промелькнуло во взгляде Матвея, и это что—то не ускользнуло от внимания Артема.

Обреченность. Да, именно обреченность и чувство абсолютной безысходности заметил он в расширенных от страха глазах друга.

Подниматься по лестнице даже при помощи Димы и Влада было для Артема сущей пыткой. Нога горела огнем и отказывалась слушаться. «Штырь от сидения пробил не просто дыру в мышце. Он наверняка повредил какие-нибудь связки или сухожилия, а может и нервы какие задел, иначе простая рана не могла бы так сильно болеть», – промелькнула в голове у Артема. Он практически не разбирался в анатомическом строении человека, по крайней мере, не дальше базовых основ. Однако понимал, что неповиноваться рука или нога может лишь при повреждении нервов или жил.

Все это за долю секунды пролетело в голове у парня, а затем инстинкт самосохранения взял все в свои руки.

– Черт! – в сердцах крикнул он, посмотрев на промокшую повязку на ноге. – Черт! Черт! – он был еще не готов сдаться. Повернувшись на одной ноге, он снова оперся на Влада и, стиснув зубы, двинулся по лестнице наверх. Дима и Матвей поднимались рядом.

Каждый из них ждал, что вот сейчас хлипкая дверь, которую запер Матвей, разлетится на куски, и для них все будет кончено. Однако мгновения складывались в секунды, секунды, словно липкий мед, плавно растягивались в вечные минуты, а погони все еще не было. Ребята поднялись еще на один этаж. С темной стены на них уставилась еле освещенная цифра «3».

– Все! Дальше не могу! – прохрипел Артем и всем весом оперся на перила.

– Этого мало! – возразил Матвей, с опаской поглядывая вниз, – мы должны подняться выше.

Артем чувствовал, как нога трясется мелкой дрожью от напряжения. Боль была просто невыносимой, она охватила все от самых пальцев ступни и до нижних ребер.

– Мужики, я действительно не могу.

Дмитрий оглянулся. В красноватом свете аварийного освещения виднелась чуть приоткрытая дверь в коридор третьего этажа.

– Ладно, – произнес он, – заходим сюда, а там разберемся.

– Да вы с ума тут все по сходили, что ли? – воскликнул Матвей. – Надо на самый верх топать! Пока еще есть время.

Влад равнодушно посмотрел на Матвея. Казалось, что этого парня нисколько не волнует негодование приятеля.

– Артем не может идти, а с ним мы все равно быстро и высоко не поднимемся, – произнес он, не мигая уставившись на Матвея. – С другой стороны, ты можешь пойти сам, как раз разведаешь, что там, да к чему.

Матвей ошеломленно смотрел на друга, – да ты в своем уме, Влад!

– Успокойтесь! – втиснулся в зарождавшуюся перепалку Дмитрий. Он взглянул на Матвея, – ты же сам хотел копов вызвать, а там, в офисах мы можем поискать, как это сделать. Может компьютеры найдем рабочие, может телефон увидим.

В глазах Матвея появилось замешательство. Если так рассуждать, то он мог и аптечку поискать с чем-нибудь, что поможет притупить надвигающийся без дозы кумар. Не дав ему перерасти в открытое возражение, Дима отвернулся и шагнул к Артему, – держись, пошли, посмотрим.

Стиснув зубы, Артем отпустил перила и вновь оперся на плечо приятеля. Влад тем временем настежь открыл дверь третьего этажа и, удерживая ее, пропустил хромающую пару внутрь.

– Ну, ты с нами или как? – холодно спросил он застывшего на месте Матвея, – или разведаешь обстановку на верхних этажах? – в его голосе засквозила почти не скрываемая усмешка.

– Да пошел ты! – хмуро проворчал Матвей и не глядя на приятеля, прошел в темный провал дверного проема.

– Я так и думал, – следом за ним за порог шагнул Влад и плотно прикрыл за собой дверь.

Пройдя десяток шагов по полутемному коридору, ребята остановились и огляделись. Они стояли посередине неширокого коридора, по обеим сторонам которого находилось несколько дверей. На каждой из двери на уровне глаз висела табличка, но что было написано на них, видно не было. На этом этаже, как и везде до этого, где они успели побывать, централизованное освещение было отключено. Темноту разгонял все тот же красноватый аварийный свет, который не слишком-то и справлялся с этой задачей, поэтому дальние углы помещения оставались погруженными в непроницаемую тьму.

В первую очередь Влад направился к дверям и по очереди начал дергать дверные ручки. Все двери оказались запертыми.

Дима помог Артему доковылять до ближайшей стены, где тот смог опереться на нее, снимая вес с больной ноги.

– Что написано на дверях? – хриплым голосом просипел Артем, обращаясь к Владу.

Тот посмотрел на ближайшую дверь.

– Бухгалтерия, – прочитал он надпись на пыльной табличке. Дальше парень вновь обошел все двери, – электрощитовая, менеджер, комната персонала, охрана.

Прочитав надпись на последней табличке, он постучал кулаком по двери с надписью «охрана». «Эй! Есть кто-нибудь?» – прокричал он и, приложив ухо к двери, прислушался. Убедившись через пару секунд, что никакой ответной реакции не последует. Влад взглянул на Артема: «Похоже, здесь никого нет кроме нас».

В этот момент дверь комнаты охраны неожиданно распахнулась, и на пороге показался молодой парень с растрепанными волосами и в помятой форме охранника. От неожиданности Влад отшатнулся назад, но потом схватил парня за грудки и вытянул его в коридор: «Иди сюда, родной».

– Что вы себе позволяете!? – возмутился парень, пытаясь отцепить от себя наглого рыжего амбала.

Влад с силой прижал его к стене. Дима и Матвей подошли ближе, обступив охранника с обеих сторон. Оказавшись зажатым в коробочку, охранник перестал вырываться и лишь переводил ошалевшие от испуга глаза с одного лица на другое.

– Как тебя зовут, ущербный? – почти с нежностью спросил Влад, пристально всматриваясь в лицо побледневшего парня. Тот был явно в ступоре и просто моргал по-девичьи длинными ресницами.

Влад с силой встряхнул парня.

– Сережа! – тут же вырвалось у охранника, – то есть, Сергей, – поправился он через мгновение, стараясь придать своему голосу больше солидности.

На вид он был их сверстником. Форма охранника на наем висела, словно мешок. Будучи явно ему велика, она делала парня еще меньше, еще моложе.

Артем с трудом подошел к парням и отстранил Влада в сторону. Тот явно с неохотой отпустил ворот Сережиной формы, но не стал возражать и отступил на шаг в сторону, уступая место Артему.

– У меня к тебе есть парочка вопросов, Сергей, – произнес Артем тихим уверенным тоном. – В зависимости от твоих ответов, их может быть больше, но пока меня интересуют лишь две вещи: что здесь происходит, и что ты обо всем этом знаешь?

Охранник молча уставился на него и никак не реагировал.

– Послушай меня, Сережа, – терпеливо продолжил Артем, – мы с ребятами попали в какую—то чертову пустошь, нас преследует дикая тварь и еще у меня просто зверски болит нога. Не отвечать на мои вопросы, это однозначно провальная политика. Я могу сделать тебе также больно, как сейчас мне.

Он внимательно смотрел на парня:

– Очень тебе рекомендую не молчать. Не стоит терять время и силы. Я понятно изъясняюсь?

Сергей быстро закивал головой, давая понять, что до него дошел смысл каждого сказанного ему слова.

– Вы грабители?

Артем вздохнул и постарался подавить в себе первые всплески раздражения.

– Ты хоть слово услышал из того, что я только что тебе сказал?

Охранник вновь закивал головой.

– Тогда начинай рассказывать, не беси меня.

– Меня зовут Сергей.

– Это мы уже поняли, дальше!

– Я работаю здесь охранником. Верней, начинаю работать, это моя первая смена, – его голос нервно дрожал, рискуя сбиться на писк.

– Сколько тебе лет? – быстро спрашивал Артем, стараясь не отпустить инициативу.

– Девятнадцать.

– Почему вокруг здания и в самом здании никого, кроме нас нет? Откуда взялся этот туман? Что за тварь преследует нас?

– Я, я не знаю, – неуверенно пролепетал Сергей.

– Нет, ты только посмотри на него. Давай я ему врежу, сейчас все расскажет! – Влад дернулся вперед, но Артем остановил его рукой, – подожди, дай мне минуту.

Он стиснул зубы, нога горела огнем. Опустив глаза на повязку, он с удовлетворением отметил, что огромное пятно крови оставалось таким же сухим. «Ну, хоть что—то неплохо», – подумал Артем и вновь поднял глаза на охранника.

Послушай меня внимательно, Сережа, если сейчас мы не получим от тебя ответы, этот крепкий парень больше не станет себя сдерживать.

– Но я, правда, не знаю! – выкрикнул Сергей.

– Почему в здании только аварийное освещение? – с напором спросил Артем.

– Не знаю!

– Да что ты знаешь—то!? – не выдержал Дима и ударил Сергея кулаком в плечо.

Сергей поморщился, – да что с вами такое? Я простой охранник, пришел сегодня на смену, ну, задремал немного. Только что проснулся из-за вашего стука в дверь, – он взглянул на Артема. – Мне больше нечего рассказывать!

После его слов повисла пауза.

– То есть, – медленно, почти по слогам, произнес Артем, – ты сегодня вечером пришел в это абсолютно обычное людное место, чтобы отдежурить свою первую смену. Принял пост, проводил всех, закрылся в своей комнатке, обход вверенной территории не совершал, заснул и только что проснулся?

– Ну, да.

– И ничего не знаешь о том, что произошло?

– Да про что речь-то?! – не выдержал охранник, – вы о чем?

Артем вздохнул и с трудом отступил на шаг. Стало ясно, что никакой ценной информации они больше не получат.

– Хреновый ты охранник, Сережа, – произнес он тихо, теряя к парню всякий интерес. – Добро пожаловать в задницу.

– Я не понимаю, кто вы и что тут происходит, но я вызываю полицию! – сказал Сергей и медленно потянулся рукой к мобильному телефону, висевшему в чехле на поясе.

Парни молча наблюдали за ним, не предпринимая попыток помешать.

Расстегнув чехол и достав телефон, Сергей не сводил недоверчивого взгляда с ненормальной троицы. Видя, что никто ему не препятствует, он перевел взгляд на экран телефона, но через несколько секунд разочарованно посмотрел на Артема.

– Что, родной, сигнала нет? – участливо спросил его Влад.

– У тебя оружие есть? – спросил его Артем.

Сергей растерянно посмотрел на него, – дубинка есть и еще баллончик в столе.

– Что!? – Влад, не веря своим ушам, негодующе уставился на охранника, – это все, чем тебе придется защищаться при потенциальной угрозе нападения?

Сергей перевел взгляд на рыжего:

– Я же не полицейский. Мое дело, это вызвать копов, если начнется заваруха.

– Ладно, – Артем поморщился от боли, – Матвей, сходи с ним в его каптерку, возьми дубинку с баллончиком.

Матвей положил свою руку на плечо охранника, – пойдем, покажешь, где что лежит.

Сергей молча повернулся и нетвердой походкой вошел в дверь с табличкой «охрана». Матвей вошел следом за ним. Через две минуты они вернулись. В одной руке у Матвея была массивная черная дубинка, ладонь второй сжимала небольшой баллончик с перечным газом. За ремень были заткнуты три длинных фонарика.

Влад подошел к Матвею и протянул руку к дубинке, тот поморщился, но препятствовать не стал. Он молча отдал ее рыжему амбалу, твердо решив оставить у себя хотя бы баллончик. Засунув его в карман, он деловито взял в каждую ладонь по фонарику и протянул их Диме и Артему.

Дима машинально взял протянутый ему фонарь, также заткнул его за пояс и посмотрел на охранника. Было видно, что тот немного успокоился. Да, растерянность во взгляде никуда не делась, однако трясти его перестало.

– Что там находится? – спросил его Артем, указывая дальше по коридору.

– Опен спейс, – тихо ответил тот.

– Это еще что такое? – повернулся к нему Матвей.

– Это офис открытого типа, – опередил охранника Дмитрий, – куча рабочих мест в одном помещении.

Артем не отводил глаз от дальнего конца коридора.

– Нужно посмотреть, может быть, там найдется что-то полезное для нас.

Дмитрий уже подошел к приятелю и подставил тому свое плечо.

– Давай тогда быстрей, не думаю, что у нас много времени.

Ребята двинулись дальше по коридору. Сергей от безысходности поплелся за ними.

Войдя в зал, друзья увидели просторное помещение, которое было, словно пчелиные соты, разделено невысокими перегородками. За каждой перегородкой находился рабочий стол сотрудника, на котором темным прямоугольником вырисовывался силуэт монитора.

Артем присел на один из столов и перевел дух.

– Если повезет, через компьютер можно вызвать помощь, – произнес он и первым пошевелил лежащую рядом с ним компьютерную мышь. Неожиданно экран монитора вспыхнул ярким светом. Компьютер был рабочим, и сейчас он вышел из спящего режима и был готов к дальнейшей эксплуатации.

– Отлично! – вырвалось у Артема. Он придвинулся ближе и стал что—то набирать на клавиатуре, но через несколько секунд оторвался от монитора, а затем схватил его и со всего размаху кинул в дальний конец офиса, – Черт!

– Ты чего!? – уставился на него Дима.

Артем постарался взять себя в руки. Он глубоко вдохнул и выдохнул:

– Интернета нет, никого мы не вызовем, – произнес он уже более спокойней.

– Ты не можешь наносить ущерб казенному имуществу! – воскликнул Сергей.

Артем устало посмотрел на него, – ты что, еще ничего не понял? – спросил он у охранника. – Я только что на твоих глазах разбил не принадлежащий мне монитор. Что ты будешь теперь делать с этим? Позвонишь копам, нажмешь тревожную кнопку, до смерти забрызгаешь меня из баллончика? – он глубоко вздохнул. – Сергей, подойди к окну и скажи мне, что ты там видишь.

Сергей непонимающе переводил взгляд с одного парня на другого, однако сделал шаг к ближайшему окну. Подойдя к темному стеклу, он посмотрел на улицу, стараясь рассмотреть происходящее снаружи.

Секунды складывались в бесконечно долгие минуты. Время будто остановилось, Сергей не отрывался от окна, пока, наконец, не повернулся к ребятам. В его глазах читалась масса эмоций. Это была и растерянность, и ужас, и непонимание.

– Что это? – только и спросил он мгновенно севшим голосом.

– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, – сказал Артем, – мы все испытали это, да и, собственно, продолжаем это испытывать. Я могу предположить, что именно ты видел, но, как ты понимаешь, это лишь сугубо мое личное представление об окружающей вокруг нас чертовщине.

– Мне пойдет и сугубо личное, – бесцветным голосом произнес охранник и присел на край стола.

Артем последовал его примеру и устроился в удобном офисном кресле.

– Понимаешь, – начал он, – мы с парнями всего пару часов назад ехали на деловую встречу по обычной людной улице. В это время ты, как мне думается, заступал на свою смену, прощаясь и выпроваживая за порог последних сотрудников.

Затем что-то резко случилось, все изменилось. Вот мы ехали среди потока машин, а через несколько секунд мы оказались на безлюдной улице.

– Свернули в пустынный переулок? – уточнил Сергей.

Влад раздраженно взглянул на охранника, – послушай, вот сейчас ты просто одним предложением объяснил, почему все считают, что охранниками идут работать одни идиоты.

Сергей обескураженно, но с каплей гнева взглянул на собеседника. Ему абсолютно не понравились слова этого изможденного наглеца. Да все четверо взломщиков ему не нравились, однако лишь этот хромой парень мог адекватно реагировать на него, поддерживая с ним диалог.

Артем демонстративно проигнорировал негодование парня и продолжил:

– Скажи, как часто в своей жизни ты видел настолько пустынный переулок, что в нем даже одинокого комка «перекати поле» нет? То есть, я хочу сказать, как часто ты шел по городу, а потом ловил себя на мысли, что ты единственная душа на всем протяжении, до куда хватает глаз? Как часто ты встречал густые заросли травы посередине дорожного покрытия? Насколько часто ты видел серые облезлые дома с запыленными тусклыми стеклами окон, в котором не горит ни одна лампочка? Сергей, и я это говорю не про какой-нибудь город-призрак вроде Припяти. Я говорю практически про центр города, в котором мы все выросли.

Сергей молчал, тупо уставившись в пол и переваривая каждое услышанное слово.

– Ответа, я так понимаю, не будет, – сделал предположение Артем, не отводя взгляда от охранника, – тогда я, с твоего позволения, продолжу.

При этих словах Влад чуть заметно ухмыльнулся, медленно обводя глазами офис.

– Когда я говорю про безлюдный город, – Артем посмотрел на темное окно, – я имею ввиду совершенно другой город. Мне кажется, это параллельная реальность.

Услышав это, Матвей удивленно присвистнул и переглянулся с Владом и Димой.

– То есть, я хочу сказать, – не обратил на него внимания Артем, – мы попали в тот же город, но находящийся в другом мире. – Артем посмотрел на охранника. – Учитывая, что мы с парнями провалились сюда не одни. Учитывая, что за пару кварталов от нас в этой же реальности оказался и ты, мне кажется, эти так называемые врата довольно большие.

Дима покачал головой, не сводя глаз с кончиков своих ботинок:

– Не срастается, – произнес он задумчиво и поднял глаза на Артема. Тот вопросительно взглянул на приятеля. – Если, как ты говоришь, это врата, то в них надо входить, вбегать, вползать или въезжать, как мы, правильно?

– Куда ты клонишь? – спросил Влад.

– Я говорю, что для того, чтобы войти куда—то, нужно переступить порог. Мы переступили, проехав его на машине, а он? – Дмитрий кивком указал на Сергея, – он заснул в своем кабинете в своей реальности, а проснулся уже здесь, хотя продолжал находиться у себя в кабинете. Как он переступил порог?

– И это не вся критика, которой не выдерживает твоя версия, – подал голос Матвей.

Все посмотрели на него, и он продолжил:

– Если даже допустить, что не мы вошли сюда, а врата сами опустились на нас, всосав, словно пылесосом. Что, кстати, объяснило бы попадание сюда охранника, то почему вместе со всеми нами здесь не оказался весь тот народ, что был в это время между тем перекрестком и этим местом? Я думаю, накрой нас такой пылесос, в него бы попали все те, кто был в это время на этой территории.

Все растерянно замолчали.

– И что там внизу, за окном? – неожиданно спросил Сергей, кивая в сторону темных стекол. – Я увидел там какой—то туман и в нем… – он замялся, подыскивая подходящие слова и решая, стоит ли озвучивать их.

– И в нем какая—то тварь! – закончил за него Влад.

Сергей резко посмотрел на него. Он очень надеялся, что ему показалось. Что на самом деле он не видел странное движение в толще темного дыма. Не видел черных теней в багровых отсветах.

– Что ей нужно? – неожиданно осиплым голосом спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Меня больше интересует, когда оно займется нами, – мрачно произнес Артем.

– То есть? – Сергей посмотрел на парня.

Артем поморщился в очередной раз, когда резкая боль прожгла ногу.

– Это означает, что всего несколько минут назад, когда эта гадина легко выбила входные двери на первом этаже, я думал, что ее игры с нами закончились. – Он обвел взглядом друзей и продолжил: «Но теперь, когда мы тут с тобой точим лясы, и между нами и этим нечто лишь обычная дверь на лестнице, я думаю, что игра еще продолжается».

– И каковы же правила этой игры? – спросил охранник.

Артем невесело ухмыльнулся, – я их не писал, придет игрок, у него и спросишь.

Сергей встревоженно вскочил:

– То есть, я правильно тебя понял? Этот монстр выломал входную дверь и сейчас находится в здании?

Артем взглянул на охранника.

– Ну, суть ты уловил.

– Господи! Нам нужна помощь! Мы должны что-то предпринять! – Сергей затравленно обвел взглядом офис.

– Вот ты сейчас очень всем помог, Кэп. – язвительно заметил Матвей, – а мы-то думаем, как нам всем выбраться из этого дерьма.

Сергей не обратил внимания на выпад парня, он сосредоточенно соображал: «Пожарная сигнализация! Нужно сделать так, чтобы она сработала».

Ребята молча переглянулись, никому в голову такая мысль не пришла. Сергей посмотрел на потолок. Практически прямо над его головой был установлен дымоуловитель. Он запрыгнул на стол, достал из кармана зажигалку и чиркнул кремнем. Маленький язычок пламени загорелся после первой же попытки. Подняв руку как можно выше, он поднес пламя прямо под дымоуловитель: «Я так в кино видел», – сказал он, слегка запыхавшись. «Сейчас система сработает и направит сигнал в пожарную часть, а через несколько минут пара пожарных бригад будет уже под окнами».

Однако пламя уже плавило корпус пожарного устройства, а сигнала все не было. Может, никакого звукового сопровождения и не должно было быть. Может сигнал уже ушел куда нужно, но почему-то никому из присутствующих так не казалось.

– Возможно, аварийный режим отключает действительно все, кроме этого дурацкого освещения, и сигнализация попросту не работает, как и все телефоны на этих столах.

Сергей потушил огонек зажигалки и медленно опустил руку.

– У тебя есть мобильник? – задал ему вопрос Дима.

Парень уныло покачал головой и спрыгнул со стола.

В этот момент аварийный свет, который раздражал всех своей тусклостью и красным оттенком, вдруг резко замигал. Не успели парни понять, что происходит, освещение погасло. Друзья тут же оказались в кромешной тьме. Черноту мрака не разбавлял ни один огонек.

– Вот это попали, – раздался голос Артема, но еще через три секунды свет вспыхнул вновь.

– Что это было? – спросил Влад и посмотрел на Сергея.

– А что ты не меня смотришь? – ответил охранник, – я не электрик.

– Ладно, – произнес Дима, – предлагаю вернуться к первоначальному плану и подняться как можно выше по лестнице, чтобы попытаться поймать сигнал и позвонить.

Да, это здравая идея, – согласился Матвей.

– У вас есть телефон? – задал вопрос Сергей, взглянув на Диму.

Тот молча кивнул головой, а потом добавил, – только, как и у тебя, сигнала нет, сейчас попробуем выше забраться.

– Можно на крышу выйти, там не заперто.

– Ты это точно знаешь? – спросил его Артем, подозрительно глядя на охранника.

– Да, точно, – Сергей посмотрел на Артема, – здесь нигде нельзя курить, так мне мой сменщик посоветовал ходить на крышу. Там они все курят, вот я и наведался туда сразу после обхода. Хороший вид, удобная лавка. В общем, я уверен, что там открыто.

– Значит нам на крышу, – подытожил Дима и шагнул к Артему, – давай, браток, придется еще немного потерпеть.

– Нет, подожди, – Артем выставил вперед руку, останавливая Дмитрия. Тот непонимающе уставился на него.

– Послушайте, – обратился Артем к приятелям, – не вижу смысла мне из кожи вон лезть, чтобы добраться до крыши. Вы это можете сделать и без меня. К тому же, времени это займет в разы меньше.

– Ты что говоришь, – перебил его Дима, – мы потащим тебя.

– Зачем? – резонно возразил Артем, – я со своей ногой буду лишней обузой. К тому же, вы же не на поле боя меня бросаете, чтобы больше не вернуться, верно? – он ухмыльнулся и продолжил: «Боль в ноге не даст мне нормально идти. Да еще не дай бог кровотечение возобновится. Я здесь подожду. Вы по-быстрому сбегаете наверх и постараетесь вызвать помощь. А потом уже и за мной придете, договорились?»

Матвей равнодушно пожал плечами: «Без проблем».

Дмитрий неуверенно смотрел на Артема.

– Мне эта мысль не нравится. Что ты будешь делать, если эта тварь поднимется сюда?

Артем взглянул на входную дверь на лестницу.

– Ты знаешь, мне кажется, если она может прийти сюда, то она также легко способна прийти и на крышу. Так что здесь как раз разницы нет. Шансов встретить ее на крыше столько же, сколько встретить ее в этом удобном кресле.

– Не скажи, Темыч, крыша дальше, – возразил Влад.

Артем махнул рукой.

– Время теряем! Ничего со мной не случится, на край, схоронюсь где-нибудь, давайте на крышу.

Матвей первый зашагал к лестнице. За ним неуверенно двинулись Влад с Сергеем. Дмитрий стоял и смотрел на Артема:

– Мы бы с Владом дотащили тебя наверх, – попытался он предпринять последнюю попытку уговорить приятеля.

– Не вижу смысла испытывать лишний раз эту боль, иди, – он откинулся на спинку кресла.

– Я постараюсь найти тебе аптечку, – сказал Дима и зашагал вслед за уходящими.

Через несколько секунд, когда за ушедшими с тихим стуком захлопнулась дверь на лестницу, Артем медленно осмотрел столы, окинул взглядом темные окна и не менее темные стены. Постепенно до него начало доходить понимание того, что он остался в полутемном офисе совершенно один. По спине невольно пробежал холодок. Он еще раз постарался себе напомнить, что здесь шансов выжить столько же, сколько и с остальными. Учитывая, что входная дверь выбита, опасность может поджидать в любом месте этого здания. Медленно поднявшись и опираясь на столы, он неуклюже захромал к окну.

Дойдя, наконец, до ближайшего стекла, он выглянул наружу. В ночи практически ничего не было видно. Мрак, как и прежде, освещал лишь яркие алые всполохи в толще черного тумана, который покрыл все вокруг до уровня вторых этажей близ лежащих зданий. Прямо под ним находилось крыльцо, через которое они попали в это здание.

– Сюрреализм какой-то, – проворчал он в полголоса и тут заметил в тумане какое-то движение. Прислонившись лбом к прохладному стеклу, он, не отрываясь, смотрел, как ползающие тени перед крыльцом, стали собираться воедино. Куча серого вещества стала расти и увеличиваться. Артем, словно загипнотизированный, не мог отвести взгляд. На его глазах нечто сформировывалось в какую-то форму, которая никак не могла или не хотела замереть в определенном положении. Это продолжалось какое-то время. Наконец тени обрели законченные очертания. На земле, прямо перед крыльцом, Артем увидел высокую человеческую фигуру в капюшоне. Это был двухметровый гигант, полностью укутанный в серое тряпье, очень похожее на холщовый плащ. Голову его покрывал глубокий капюшон, который полностью прятал лицо. Фигура не двигалась, Артем также стоял на месте. Вдруг незнакомец медленно, очень медленно поднял голову вверх. Артем вскрикнул. Парень готов был поклясться, что этот урод смотрел точно на его окно. Даже подняв голову, лица фигуры видно не было, хотя Артем нисколько не удивился бы, если бы узнал, что там под капюшоном вообще ничего не было.

Парень знал, что стекла в окнах таких зданий тонированные. Сквозь них практически никогда ничего не видно с улицы и лишь изнутри видно все, что происходит с наружи.

«Он не может меня видеть, – мысленно говорил себе Артем. – Он просто не может видеть меня сквозь эти стекла, да к тому же, когда здесь практически нет света». Эта мысль раз за разом повторялась у него в голове, стараясь донести до сознания парня простую истину, но убедить себя никак не удавалось. Парень шестым чувством ощущал, что его видят. И не просто видят, а очень пристально рассматривают.

В этот момент на стекло прямо перед его лицом села огромная мохнатая муха. Ее фасетчатые глаза уставились на молодого человека, словно изучая его, запоминая. Возможно, это уже было плодом разыгравшегося воображение. Артем не мог однозначно это отрицать, однако он, словно кожей чувствовал на себе чужое внимание. Через секунду к мухе присоединилась еще одна, а еще через мгновение еще три.

Артем отшатнулся от стекла, едва не потеряв равновесие. Он не отрываясь смотрел, как окно с той стороны залепляют все новые и новые насекомые. Они будто по команде летели к стеклу. Совсем скоро полчища мух ползали по стеклу, наползая друг на друга. Они буквально кишели перед парнем, стараясь, как ему казалось, протиснуться своими лапками сквозь толстое стекло и добраться до него. От одной этой мысли Артема передернуло от отвращения.

Подпрыгивая на одной ноге, он приблизился к соседнему окну, где мух было еще не так много, и вновь посмотрел на улицу. Фигура в черном капюшоне все еще стояла перед крыльцом и не шевелилась.

Вот голова незнакомца медленно повернулась к его окну. Мороз пробежал по спине Артема. «Этого просто не может быть!» – пронеслось у него в голове в очередной раз. Но самым страшным оказалось не это. Сердце Артема резко забилось об грудную клетку, угрожая, либо вырваться наружу, либо остановиться, когда он увидел, как фигура опустила голову и медленно двинулась к крыльцу. Через мгновение черный незнакомец в балахоне исчез из поля зрения парня, скрывшись в здании.

О, черт! – вскрикнул Артем и развернулся, в панике оглядывая офис. Он всеми фибрами своей души чувствовал, что пройдет совсем немного времени, и этот монстр окажется на его этаже. Возможно, он уже поднимается по лестнице.

Забыв про стреляющую боль в ноге, Артем бросился в коридор. Нога слушалась плохо, тугая повязка давно сделала свое дело. Кровь остановилась, но наряду с этим плюсом был и минус – нога онемела. Онемела до такой степени, что Артем практически ничего не чувствовал, когда наступал на нее. Выходя из офиса, он в последний раз обернулся и взглянул на окна. Все стекла были словно живые. Тысячи мух кишели с наружной стороны, стараясь найти способ прорваться внутрь.

Сжав зубы, хромая, Артем кое-как вышел в коридор и остановился. Оказавшись вне офиса вдали от полчищ жужжащих насекомых, он оперся на стену. В голове вихрем проносились варианты возможных действий. Перед ним шел все тот же недлинный коридор с запертыми дверями по бокам. С лева лишь одна дверь была открыта настежь – комната охраны. В конце была дверь, ведущая на лестницу.

«Я должен успеть вперед него выйти на лестницу и забраться выше, хоть на пару этажей», – подумал он. Не нужно было смотреть на часы, чтобы понимать, что счет шел уже даже не на минуты. Если в течение двадцати, тридцати секунд он не уберется с этого этажа, ему конец. Эта тварь достанет его.

Стараясь, как только можно в его положении, он, подпрыгивая на одной ноге и лишь изредка приступая на другую, добрался до двери, ведущей на лестницу. Положив руку на дверную ручку, он с замиранием сердца надавил на нее и медленно приоткрыл дверь. В отличие от образов в его воображении, на лестнице оказалось тихо и пусто. Не отпуская дверь, Артем затаил дыхание и прислушался. С первого этажа не доносилось ни звука. «Сейчас или никогда», – подумал он. Или он рванет наверх, или не стоило даже ковылять сюда. Морально подготавливая себя к броску, Артем сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Усилия предполагались по истине героические, рана на ноге наверняка откроется, однако это все ерунда по сравнению с тем, что он видел за окном.

Он продолжал еще стоять возле чуть приоткрытой двери, держась рукой за дверную ручку, когда на тыльную сторону ладони села большая черная муха. Артем с чувством отвращения дернул рукой, и в этот момент снизу раздался оглушающий удар. Такой шум могло воспроизвести только одно обстоятельство. Обычно так ударяется об стену дощатая дверь, если ее резко и бесцеремонно толкает неведомая сила. А еще через несколько секунд Артем услышал медленные шаги, гулко отдающиеся многократным эхом по лестничным маршам. Кто-то спокойно и размеренно поднимался вверх по ступеням.

Артем в ужасе прикрыл дверь и отошел на три шага назад. Стоя в коридоре, он судорожно думал. О том, кому принадлежат эти шаги, у него не было ни малейших сомнений. Время на раздумья не было. Путь на верхние этажи был отрезан, на лестницу он не успел. Он быстро огляделся по сторонам, в его распоряжении было только два доступных помещения, комната охраны и большой открытый офис, откуда он пришел. Вновь посмотрев на лестничную дверь, Артем заметил, как из-под нее стали выползать огромные тараканы, пауки, двухвостки и прочая мерзость.

«О, Господи!» – только и смог подумать он и, стиснув зубы от боли, направился к открытой двери комнаты охраны. Чем ему это поможет, молодой человек не знал, но сейчас им двигал лишь инстинкт самосохранения. Он понимал только одно, если он сейчас ничего не предпримет и останется посреди пустого коридора, то всего через несколько секунд он умрет. Он был в этом уверен.

Кинув взгляд через плечо в сторону двери, он заметил, что ползучих тварей стало гораздо больше. Они расползались от порога в разные стороны, будто предвестники неминуемой гибели. Отсюда Артем не слышал приближающихся шагов, но он не сомневался, что увиденный им за окном гигант уже близко. Чуть не падая из-за непослушной ноги, Артем добрался до комнаты охраны и постарался быстро, но тихо закрыть за собой дверь.

В самый последний миг, когда он почти полностью прикрыл ее, взгляд его упал на дверную ручку лестничной двери, та медленно поворачивалась. Артем закрыл свою дверь.

***

На стене виднелась полустертая цифра пять. Большую половину цифры закрывала серая паутина с висящими в ней останками мух.

– Уже пятый этаж, – констатировал Влад, – Серега, посмотри, появился ли сигнал на сотовом.

Он вытер пот со лба и остановился, глядя на Сергея. Дима и Матвей также уставились на охранника. Во взгляде каждого читалась плохо скрываемая надежда, которая светилась в них, пока Сергей пытался вытащить из кармана мобильный телефон. Он продолжала светиться, пока он подносил мобильник к лицу и пытался высмотреть на дисплее необходимые им всем антеннки. И она обреченно потухла, когда Сергей с досадой покачал головой, убирая дисплей от глаз, и засовывая телефон обратно в карман.

– Ничего, – произнес он уныло, посмотрев на приятелей.

Матвей посмотрел вверх в просвет между лестниц.

– Надо подняться выше, на крышу.

В это время тусклая запыленная лампочка под потолком судорожно мигнула и погасла. Друзей окутала непроглядная темнота.

– Приплыли, – раздался голос Влада.

Для всех это было настолько внезапной неожиданностью, что каждый застыл в растерянности, не в силах двинуться с места. К счастью через несколько секунд освещение возобновилось.

– Это происходит все чаще, – с тревогой в голосе произнес Дима.

– Значит не стоит терять времени, – подытожил Матвей, – пошлите быстрей, у меня от этого места мурашки бегают.

Возражать ему никто не стал. Первым зашагал вверх по ступенькам Влад, за ним гуськом двинулись остальные. Последние два этажа преодолели за считанные секунды. На самом верху подъем заканчивался большим квадратным люком в стене. Подойдя к нему, Влад протянул руку и ухватился за ржавую ручку. Потянув ее на себя, он нахмурился. Люк не сдвинулся с места. Подергав его еще немного, больше для очистки совести, он обернулся на Сергея и уставился на него с немым вопросом.

– От себя толкни, – спокойно произнес охранник и жестом махнул рукой от себя.

Влад повернулся к люку и толкнул его. Тот со скрипом отворился, открывая за собой узкий недлинный коридор, ведущий к практически такому же люку. Влад нагнул голову и скорчившись, перешагнул высокий порог. За ним также по очереди протиснулись остальные ребята. Подойдя ко второму люку, Влад уже наученный опытом толкнул его от себя, и тот с таким же скрипом отворился. Перед молодым человеком открылась застеленная рубероидом ровная площадка крыши. Выйдя на ее поверхность, парень выпрямил спину и вдохнул полной грудью прохладный воздух. Следом на крышу вышли все остальные.

Вокруг была абсолютная темнота. Единственным источником света было тусклое красноватое свечение аварийного освещения, которое неуверенно пробивалось из люка за спинами парней.

Матвей достал фонарик и нащупав пальцем выключатель, сдвинул его до отказа в положение «вкл». Темноту прорезал ослепительно яркий луч света. Парень сделал несколько шагов к краю крыши, стараясь рассмотреть в свете фонаря окружающее их пространство. Почти сразу стало ясно, что толку от фонаря было не очень много. На расстоянии нескольких шагов луч света словно рассеивался и исчезал. Складывалось стойкое ощущение, что темнота на конце луча имела вязкую плотную структуру, которая буквально впитывала в себя свет, поглощая его и растворяя в себе.

– Да что тут происходит, что с этим светом не так? – пробурчал Матвей, пытаясь выхватить фонариком хоть что-нибудь из окружавшей их мглы. Рука с фонарем тряслась. Организм подавал сигналы. Если раньше он лишь намекал на скорое недомогание, то вот уже как с полчаса он нагло требовал дозы. Лоб покрылся липкой испариной, капилляры глаз давно полопались, но Матвей стойко терпел и игнорировал сильное желание хоть чем-нибудь закинуться. Деваться в любом случае было не куда. Его заначки давно закончились, а планы по их восполнению были грубо нарушены аномальной чертовщиной, в которую он с парнями так неожиданно вляпался. Влад подошел и встал рядом, пытаясь понять, что он сейчас видит.

– Это неправильно, – произнес он наконец, не отводя взгляда от луча света. – Свет должен освещать все то, что не видно без него, верно? – он посмотрел на Диму, словно ища поддержки у более башковитого приятеля.

– Ты сейчас говоришь очевидные вещи, словно ребенок, – задумчиво проговорил Дима, пытаясь заглянуть вниз за край парапета.

Влад не обратил внимание на его слова, он растерянно вертел головой, бессмысленно таращась на сгустившийся вокруг них сумрак.

– Такой ночи не бывает, – раздался рядом тихий голос Сергея.

Ребята сгрудились у края крыши и пытались осознать и принять реальность, которая открылась перед ними. Тяжелое небо было затянуто черными тучами, сквозь которые не просвечивала ни одна звезда. Луны тоже не было видно. Луч фонаря доставал до угла соседнего здания, которое находилось на расстоянии двадцати метров, и это был предел. Дальше шла сплошная тьма. Ни одного горящего окна, ни одного фонаря или неоновой вывески не было видно до куда хватало глаз. Под ними расстилался вымерший город-призрак, растворявшийся в густом мраке, и они были единственными живыми существами, потревожившими это кладбище пространства и времени.

Но ужасала не только открывшаяся перед ними картина. Нависшая тишина, словно липкий вакуум, пугала ничуть не меньше. Казалось, что каждый из них слышит сердцебиение своего соседа. Тишина звенела и закладывала барабанные перепонки. Все время казалось, что странный перепад давления заложил уши будто под водой, и чтобы избавиться от этого неприятного ощущения, хотелось, как летом на пляже, попрыгать на одной ноге и потрясти головой, стараясь вытряхнуть воду из уха.

Дима непроизвольно широко открыл рот, стараясь стравить воображаемое давление.

– Серега, проверь телефон.

Охранник достал из кармана телефон и поднес к глазам.

Ребята, замерев на месте, уставились на него, стараясь не вспугнуть хрупкую надежду каким-нибудь резким и неосторожным движением. Набрав номер, Сергей нажал на вызов, и через пару секунд в абсолютной тишине каждый из присутствующих услышал гадкий женский голос в трубке, равнодушным тоном уведомляющий их о том, что нет сигнала сети.

– Зараза! – выкрикнул Матвей и махнул со злостью рукой. – Даже крыша не помогла! – нервы его были на пределе. – И что теперь? Выше уже не куда!

– Да не ори ты! – прервал его грубо Влад, – надо подумать.

– О чем ты собрался думать? – взвился Матвей, – внизу нас поджидает какая-то нежить, вверху сигнала нет, и подниматься больше не куда. О чем ты можешь тут надумать, гений, и чем? – парень перешел на крик, самообладание покинуло его, освободив благодатную почву для нервного срыва. Начиналась истерика.

– Долбаные уроды! – продолжал сыпать оскорблениями Матвей. – Это все из-за вас! Казалось бы, что может быть проще, приехать на стрелку и выбить для себя немного бабок с тощего должника. Да что там, даже не это. Что могло быть проще доехать на хорошей машине с пункта «А» в пункт «Б», – он сверкнул горящими от злобы глазами на Дмитрия. – Придурки! – не унимался он, брызжа слюной, – плевое дело нельзя доверить, все испоганили. Теперь пропадай тут с вами.

– Заткнись, – процедил сквозь зубы Влад, медленно сжав кулаки. Желваки злобно заиграли на лице рыжего гиганта, выражая крайнюю степень раздражения.

– Сам заткнись! – не унимался Матвей. – Кто тебя вообще за язык тянул, когда этот черный джип встал тогда перед нами? Я не хочу подохнуть тут с вами!

– Угомонись, я сказал! – Влад начинал заводиться.

– А что ты мне сделаешь, животное? Что в этом гребаном месте вообще можно сделать? – лицо Матвея приобрело пунцовый оттенок. Волосы были всклокочены и торчали нечесаными сосульками. В глазах горели угли зарождавшегося безумия.

Сильная пощечина была неожиданной и крайне действенной. Дима опустил руку, сжал пальцы и вновь разжал, ладонь горела от сильного удара. Он не сводил глаз с Матвея: «Успокоился?» – спросил он тут же замолкшего парня. Тот поднес свою ладонь к уже начинающей краснеть щеке и с недоумевающим взглядом уставился на Диму.

На несколько секунд восстановилась полная тишина. В это время Сергей медленно сделал несколько шагов по направлению к краю крыши. Подойдя к самому парапету, он остановился и замер:

– Вы слышите? – спросил он через мгновение, – что это за звук? – он вернулся к Матвею, протянул руку и взял у него из ладони все еще включенный фонарик. Матвей машинально отдал его, продолжая с непониманием смотреть на охранника. – Ну вы что, правда не слышите?

– О чем ты говоришь, черт тебя подери? – недовольно спросил Влад.

– Вот, снова, – замер Сергей, – сейчас слышите?

Он направил луч света перед собой, стараясь безуспешно вычленить из густой тьмы источник шума. Дима непонимающе смотрел на охранника, тоже стараясь услышать посторонние шумы. Как он не напрягал свой слуховой аппарат, ничего, кроме голоса самого Сергея ему различить не удавалось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.