Лара Вагнер
Каникулы в снежном раю

Глава 1

Двадцатое декабря, утро… Именно двадцатого все и началось. Мы с родителями завтракали, когда в столовую вошла Катарина, мамина помощница по хозяйству. Она торжественно вручила отцу конверт, на котором поблескивал золотом герб с короной. Я сразу успел его разглядеть. Отец заметно побледнел. Так и замер с конвертом в руке.

– Что же ты не открываешь? – спросила мама.

– Сейчас.

Он надорвал край конверта, и за столом нависло молчание, которое нарушила опять же мама.

– Стефан, что там?

– Сама прочитай. Можешь вслух, это Анселя тоже касается.

– Его-то с какой стати? – удивленно пробормотала она и взяла бумажный лист, почти полностью покрытый размашистыми фиолетовыми буквами, с залихватским росчерком внизу. Мне эти подробности были отлично видны. А мама между тем начала читать:

«Дорогой кузен. Ты, вероятно, удивишься, получив мое письмо. Однако я решил, что пора нам забыть былые обиды и восстановить родственные отношения. В самом деле, прошло уже много лет, мы давно взрослые люди, сколько можно жить прошлым? Я знаю, у тебя все обстоит благополучно, и очень рад этому. Моя жизнь течет почти без перемен, только вот дочь выросла. Ты ведь помнишь крошку Аделинду? Теперь ей уже пошел девятнадцатый год. Время летит… Не смею надеяться, что у тебя появится желание навестить родные края, хотя это был бы благородный шаг с твоей стороны. Если вдруг… мы все будем счастливы. А пока я бы хотел познакомиться с твоим сыном. Могу я пригласить его погостить в замке? Уверен, мальчику здесь понравится. Тем более, скоро начинаются каникулы, так что учебе поездка не повредит. Если ты позволишь, то советую ему сесть на поезд двадцать первого числа. Утром он прибудет на известную тебе станцию, а там его встретят, чтобы довезти до места. Надеюсь, ты дашь свое согласие.

Вся моя семья и прочие обитатели замка присоединяются к этой просьбе.

Искренний привет и наилучшие пожелания супруге.

Всегда твой

Лоренц»

Я слегка подзавис. Какой замок, какой кузен? Про родственников отца мне вообще ничего не было известно, будто их не существовало в природе. Когда-то давно я спросил у мамы, где мой второй дедушка, а она ответила, что тот давно умер. Больше подобных вопросов не всплывало. Вполне хватало ее братьев, сестер и их многочисленных отпрысков.

– Стефан, и что ты решил?

Отец пожал плечами.

– Сам не знаю… Все это, как снег на голову. Будто письмо с того света.

– Я бы не стала сразу отказывать, – осторожно сказала мама. – Он ведь все-таки первым проявил инициативу.

Отец молча теребил платиновую прядь. Нервничал, хотя явно старался этого не показывать. В его волнистых волосах чередовались темно-каштановые и седые пряди. Очень необычно это выглядело при молодом, без единой морщинки лице. Со стороны казалось, что такие волосы – работа навороченного стилиста, который нарочно продумывал, где какой оттенок подобрать поэффектней. На самом деле это был натуральный цвет, безо всякой примеси. Сколько я себя помнил, он не менялся. Отцу недавно исполнилось тридцать пять, а казался он еще моложе. Гораздо моложе. Мама была старше его на девять лет. Из-за этой ранней отцовской седины я еще во втором классе подрался со своим лучшим другом Мартином. Тот ни с того ни с сего заявил: мой отец красит волосы, чтобы стать похожим на какого-то актера (фамилию того актера уже и не вспомню). И вообще выглядит, как картинка из модного журнала. У самого-то Мартина папаша был лысоватым толстяком. Я тогда разбил Мартину губу. Он сразу разревелся. Пришлось давать ему мой носовой платок и вести к раковине. Пока мочили платок в холодной воде и старались остановить кровь, как-то незаметно помирились. Когда отец вечером заехал за мной в лицей, я по дороге рассказал о драке. А он только беззаботно рассмеялся.

– Что поделать, малыш. Я просто очень рано поседел. Надеюсь, ты не пойдешь в меня.

И взъерошил мне волосы на макушке.

Но это я отвлекся от действительно стоящих внимания событий. Мама продолжила:

– Мы уже давно никуда не выбирались. Анселю будет полезно сменить обстановку, увидеть что-то новое.

– Скорее, старое… Нет, запрещать я ему не буду. Лоренц тот еще подарок, но племяннику зла не причинит, в этом плане можно не беспокоиться. Лоренц ведь помешан на благородной крови и прочей династической ерунде.

– Мне кажется, он неспроста написал о своей дочери. Может, намеревается со временем исправить несправедливость…

Отец нахмурил брови.

– Что за чушь? Анселю всего шестнадцать, ему надо получить нормальное образование и…

– Ну, в обозримом будущем.

Они разговаривали так, словно кроме них никого в комнате не было. Не очень приятная манера. Я изо всех сил делал вид, что занят поеданием омлета, а прочее меня не интересует. В конце концов отец вспомнил о моем присутствии:

– Хочешь поехать на каникулы к дяде Лоренцу? Он живет в старинном замке посреди Снежного королевства. Ехать туда долго, около полутора суток. Сразу попадешь в Средневековье. Там нет ни телевизора, ни компьютера. Короче, сам решай.

– Пап, ты говоришь, дядя Лоренц живет в замке? А чем он занимается? Он реставратор, хранитель…

– Вообще-то он король, – усмехнулся отец, – И, пусть это звучит нелепо, правит подвластными ему землями. Хотя слишком громко сказано, королевство крошечное.

– Не такое уж и крошечное, – заметила мама.

– Все относительно. Кроме дяди в замке живут его жена и дочь. Есть и другие родственники. Не знаю уж, кто из них сейчас жив. Познакомишься с ними. Ну как, поедешь?

Отец пристально смотрел на меня. А мне казалось – он ждет от меня ответа «нет». Я чувствовал, что это будет правильно, но язык не поворачивался отказаться от поездки в самый настоящий королевский замок. И я отчетливо произнес:

– Поеду.

– Как хочешь. Если ехать, то завтра. Поезда в этом направлении ходят редко, раз в неделю. Придется поспешить. За сегодня вполне успеешь собраться.

Тут Катарина принесла блинчики с шоколадным кремом. Однако отец даже не прикоснулся к своей порции, хотя любил сладкое. Вскоре встал из-за стола.

– Пойду прилягу. Майра, позвони, пожалуйста, Шольцу. Скажи, что меня сегодня в офисе не будет.

– Тебе плохо? – встревоженно спросила мама. – Вызвать врача?

– Не надо, и так пройдет.

В столовой остались только мы с мамой. Она тоже поднялась с места, выдвинула верхний ящик буфета, достала оттуда фарфоровую банку с травяной заваркой. Потом вышла из комнаты, ходила туда-сюда. Пряно-горький запах лекарственных трав смешался с ароматом ванили и шоколада и помешал мне насладиться вкусным десертом. Вернее, мешало беспокойство за отца, которое оставалось со мной много лет. Однажды в детстве я расшалился при гостях, меня никак не могли угомонить. Сам не понимаю, что нашло. Тогда дед взял меня на руки и отнес в соседнюю комнату. Посадил в кресло и сказал, что отца нельзя волновать, иначе он может умереть от сердечного приступа. Мне шел шестой год, но я сразу воспринял эти слова всерьез и запомнил на всю жизнь. Дед всегда разговаривал со мной, как со взрослым, без сюсюканья и скидок на возраст. Да он и не умел по-другому. Высокий, сильный старик с резкими чертами лица и тяжелым подбородком… Если бы дед был мягким и терпимым, вряд ли сумел бы с нуля выстроить крупную фирму. Кроме моей матери у него было еще два сына и две дочери, они тоже занимались семейным предприятием. Всеми он жестко и властно управлял, включая зятьев, невесток и внуков. Только к моему отцу относился как к любимому младшему сыну, которого не грех баловать.

После того дня остались страх и ощущение близкой беды. Уже позже я заметил, что никто из нашего окружения не противоречил отцу, видимо, знали о его болезни. Хотя, может, и не все знали, внешне он выглядел вполне здоровым и спортивным. Возможно, не слишком близкие знакомые просто попадали под его обаяние. А я старался его не огорчать. Когда отцу нездоровилось, я чувствовал себя виноватым, даже если вел себя идеально. К счастью, в последнее время это происходило с ним все реже и реже.

Мама положила руку мне на плечо.

– Не переживай, все обойдется. Допивай кофе, и приступим к сборам. Времени не так уж много.

Глава 2

Конечно, я не упустил шанс заглянуть в письмо, которое мама оставила на маленьком столике у окна. Бумага толстая, чуть шершавая, с водяными знаками. Почерк у дядюшки Лоренца действительно был размашистым, не такой уж длинный текст занял целую страницу. Водяные знаки расшифровать не удалось, какие-то замысловатые завитушки. Зато герб на конверте, тисненный темно-золотой краской, можно было рассмотреть во всех подробностях. Посредине – явно хищный зверь, похожий на леопарда, с угрюмым выражением морды. Наверху висела корона, внизу скрестились два меча. По бокам – причудливо изогнутые ветки. Наш адрес на конверте был написан черными чернилами и другим почерком, ровным и аккуратным. Обратный адрес отсутствовал. Больше никакой информации выжать не удалось. Я поднялся на второй этаж, в свою комнату. Там мама уже достала небольшой, но вместительный чемодан и ревизовала содержимое шкафа.

– Да мне рюкзака хватит. Я же не на месяц еду.

– Ну и что? Надо, чтобы ты выглядел прилично. Не каждый день попадаешь в такое общество.

Стало понятно, что мама не доверит мне собраться самому. Хотя, когда я еще в прошлом году ездил с классом на экскурсию в столицу, то с этой задачей справился. Почти.

– Знаешь, – мечтательно произнесла мама, – я с детства обожала разные истории о королевских семьях, собирала фотографии, статьи… Тот альбом, наверное, до сих пор хранится в доме у твоего деда.

– Между прочим, деда называют мебельным королем, у него ведь целая производственная империя.

– Это не то, – вздохнула она. – Когда-нибудь ты поймешь: есть вещи, которые ни за какие деньги не купишь. Например, происхождение.

– Вот и поехала бы в замок, раз тебе так нравится старина и роскошь.

– Меня, в отличие от некоторых, не приглашали… Нет, эту футболку не вздумай брать. Лучше обойтись без вызывающих надписей.

Она запихнула мою любимую футболку обратно в шкаф.

– Не понимая, как такое может быть. В двадцать первом веке посреди Европы стоит какое-то полусказочное королевство, а о нем никто не слышал. И на карте его нет, – закинул я удочку.

Вдруг мама сейчас признается, что это был какой-то усложненный предрождественский розыгрыш. А вместо поездки к мифическим родственникам меня ждет экскурсия по старинным замкам или что-то в этом духе.

– Кому нужно, тот слышал, – невозмутимо откликнулась она. – А на карты все наносить не обязательно. Кстати, нужно приготовить рождественские подарки, чтобы ты взял их с собой. Посмотрю, что есть подходящее, из того, что я купила про запас. Или еще успею до вечера заглянуть в магазины?..

– Мам, а ты знала, что отец из королевской семьи?

– Да. Но без подробностей. Стефан не любил рассказывать о своих родных.

Она аккуратно свернула мой свитер, который купила осенью. Честно говоря, мне это приобретение нравилось гораздо меньше, чем маме.

– А почему он жил отдельно от них?

– Видишь ли, Ансель… Он ушел из дома в восемнадцать лет. У Стефана случился какой-то конфликт с отцом. Мы уже поженились, тебе было два годика, когда Стефану прислали письмо из дома. Помню, я зашла в комнату, в камине догорают бумажные обрывки. А Стефан смотрит в окно, и глаза у него словно остекленевшие. Его ждали на похороны отца, но Стефан так и не поехал. Думаю, потом жалел об этом. Ты только не проговорись о том, что я тебе рассказала. Да я ничего и не знаю, в сущности.

– Не проговорюсь.

Полдня прошло в хлопотах. Потом я все-таки улизнул от сборов, спустился на первый этаж. Осторожно повернул ручку двери комнаты отца.

– Пап, ты не спишь? Можно зайти?

– Заходи, конечно.

Отец лежал на диване и листал какой-то журнал.

– Ну, уже готов к поездке?

– Там мама бурную деятельность развернула, я не вмешиваюсь. Пап, получается – мы королевской крови?

– Да какая королевская кровь в наше время? Хотя, по сути, да. Только не вздумай задирать нос. Нашей заслуги в этом нет.

Повинуясь его взгляду, я присел на край дивана. Теперь-то понятно стало, откуда у отца такая осанка, и это свойство без слов подчинять себе людей. Достаточно лишь взгляда, кивка, едва заметного движения руки. Может, и мне со временем передастся такая особенность? Было бы неплохо унаследовать нечто подобное, отличавшее отца от окружающих. То, что бросалось в глаза посторонним…

В первом классе я случайно прославился на весь лицей. Возле актового зала, неподалеку от лестницы стояло уродливое сооружение в человеческий рост. Что-то вроде символа учебного заведения – профессор в фиолетовой мантии, очках и с огромной книгой под мышкой. Один из учредителей в давние времена сделал такой шикарный подарок. Я на перемене заигрался во дворе, опаздывал на урок. Мчался, не обращая внимания, что там маячит впереди. Не вписался в поворот коридора, поскользнулся на паркете и впечатался прямо в профессора. Устойчивый и тяжеленный с виду профессор не выдержал напора первоклашки и моментально грохнулся. Цветной гипс раскололся на тысячу обломков. История вышла громкая… Дома меня даже не ругали, рады были, что сам остался цел. Конечно, родителям пришлось компенсировать утрату. Они заказали в мастерской копию, которая, кстати, оказалась не такой уродливой, как разбитый оригинал. А я получил свои несколько дней славы.

Однажды проходя мимо группки старшеклассниц, услышал, как меня обсуждают:

– Да-да, этот малявка свалил скульптуру. Ну, тот самый, у которого отец похож на принца.

Старшеклассницы дружно вздохнули. Ясно, что этот вздох предназначался не мне и не гипсовому профессору.

Отец закрыл и отложил журнал.

– Если вдруг тебя не встретят, сразу позвони. На станции сотовая связь работает. Через четыре часа должен проходить обратный поезд. Купишь билет в кассе и подождешь в здании станции. Уточним сегодня, но, мне кажется, расписание не изменилось. Это на всякий случай, я уверен, все будет нормально.

– Пап, а тебе никогда не хотелось вернуться домой?

– Мой дом здесь, меня в нем все устраивает. Но у тебя, возможно, сложится другое впечатление. Думаю, не соскучишься. Все-таки замок… Там сохранились настоящие доспехи, всякие артефакты. В одном из залов на первом этаже – чучело дракона.

– Что, правда?!

– Да. Он не слишком большой, размером с быка. Зато размах крыльев впечатляет. И места вокруг замка красивые.

– Я буду каждый день присылать фотки.

Он слегка усмехнулся.

– Ежик, там даже рация не ловит. Так что о разных гаджетах можешь временно забыть. Вот если только отыскать старый пленочный фотоаппарат… Кажется, мы его не выкинули.

Отец до сих пор иногда называл меня детским прозвищем. Само собой, не при посторонних. Почему-то считалось, что у меня колючий характер, отсюда и «Ежик».

– Может, тебе и понравится в том снежном раю, – добавил он. – Я-то сам сбежал оттуда, когда был чуть старше тебя.

В комнату заглянула мама.

– Стефан, как ты, получше?

– Да, намного, сейчас встану.

– Нет уж, отдыхай сегодня. На всякий случай выпей еще вторую таблетку, я принесла…

Тут мама заметила меня.

– А вас, молодой человек, попрошу подняться и примерить костюм. Не могу выбрать, который лучше положить: серый или темно-синий.

– Никоторый! Я не собираюсь там в костюмах разгуливать.

– Вдруг в честь твоего приезда дядя устроит прием или бал? Ты же не будешь танцевать с принцессой вальс в джинсах?

Мне как-то сразу расхотелось отправляться в путь.

Глава 3

Будильник прозвенел рано. Нам предстояло добраться до города и успеть на девятичасовой поезд. Отец накануне вечером все еще неважно себя чувствовал, поэтому родители решили, что на вокзал меня отвезет мама на своей машине. Как же быстро устроилась эта поездка, совсем не было времени на раскачку и раздумья. Вроде бы только-только прислали письмо, и вот я уже готов покинуть дом. Странное чувство у меня сложилось тогда. Как будто это происходит с кем-то другим. Мама каждые пять минут напоминала, что скоро пора в дорогу. Со стороны могло даже показаться: ей не терпится поскорей отправить меня куда-нибудь подальше. Нет, просто она ненавидела опаздывать и старалась все делать заранее.

Пока мама выезжала из гаража, я проскользнул в спальню… Отец до сих пор не просыпался, и маме стало жалко его будить. Так что же, мы, получается, не попрощаемся?.. Я стоял на пороге, смотрел на отцовское лицо, такое молодое и безмятежное. Отец спокойно спал. Меня вдруг словно ударила наотмашь неожиданная, дикая мысль: я вижу его в последний раз. Этого, конечно, не могло быть, и…

– Ансель, ну где ты там? Опаздываем! – раздался мамин голос.

Хлопнула дверь, наваждение растворилось. Все будет в порядке. Весело и классно. А через неделю я вернусь, как было условлено. Новый год встретим дома. Или махнем всей семьей куда-нибудь на несколько дней.

Хоть мама и не собиралась распространяться о подробностях поездки, кое-кому все же проговорилась. Она ведь успела выбраться в сувенирную лавку, чтобы прикупить рождественские подарки для вновь обретенных родичей. Подарки, которые закупила про запас раньше, казались ей слишком простыми. По дороге она встретила свою приятельницу Фриду, мамашу Мартина… И Мартин, само собой, напросился проводить меня. На вокзал мы отправились не вдвоем, а вчетвером. Даже впятером, потому что без их спаниеля Роки тоже не обошлось. Все мы втиснулись в салон маминого «форда», на котором она обычно ездила за покупками. Роки вскочил на заднее сиденье между мной и Мартином, гавкнул, встряхнул ушами, и машина тронулась.

Мне, конечно, был больше по душе серебристый БМВ отца. Он любил гонять по трассе вечерами. Говорил, для него это лучший отдых. Иногда соглашался взять меня с собой. Подозреваю, что, когда мы ехали вдвоем, отец слегка сбавлял скорость. Но все равно ощущение было такое, словно машина вот-вот взлетит.

Несмотря на бешеную скорость, я был уверен, что мы никуда не врежемся и не сорвемся. Отец управлял машиной легко и уверенно, а она слушалась его. Мы частенько доезжали до соседнего городка. Отцу нравилось одно местное кафе, стилизованное под средневековую таверну. Столики и прилавок там были из темного, почти черного, гладко отполированного дерева. Стулья такие же, очень тяжелые, их даже сдвинуть с места было трудно. На окнах – витражи из фиолетовых, желтых, розовых и зеленых кусочков стекла. Стены украшали гравюры и венки из ароматных трав, пахло корицей и мятой. Мороженое, яблочный штрудель, вафли, ореховый торт – да все там делали потрясающе вкусно, даже сравнить не с чем. Я все перепробовал из меню.

Мартин подтолкнул меня локтем и отвлек от приятных воспоминаний.

– Говорят, ты с настоящей принцессой познакомишься. Надо же! Наверное, она красотка. Расскажешь потом, что да как?

– Обязательно, – буркнул я.

– До чего неожиданно получилось! Замечательный сюрприз! – прощебетала Фрида. – Я и не знала, что у вас такие родственники.

Мама ответила дипломатично и не совсем точно:

– Это ведь очень-очень дальняя родня. чуть ли не в десятом поколении. Но все равно, замечательно, что Анселя пригласили в гости.

– А вдруг и у нас найдутся знатные родичи? Надо будет моего скрытного супруга как следует порасспросить.

Роки снова гавкнул и самодовольно вскинул голову. Уж у него-то родословная точно была в полном порядке, и благородных предков накопилось, хоть отбавляй.

***

В двухместном купе я оказался в одиночестве, и вообще пассажиров в поезде набралось мало. Маршрут явно не пользовался популярностью, поэтому и отправлялся всего-то раз в неделю. Я на прощание помахал из окна. Мама с другими провожающими, здание с башенками и расписная стена остались позади. Поезд двигался заметно медленней, чем обычно. Во всяком случае, по сравнению со скоростными поездами, на которых доводилось ездить раньше. Хотя это даже к лучшему, можно было вдоволь налюбоваться видом из окна. Больше заняться было нечем. Я даже телефон в руки практически не брал. Раз уж придется целую неделю провести без интернета, решил заранее привыкать. Стало интересно, хватит ли у меня силы воли добровольно отказаться от связи. Правда, немного поговорил с мамой, которая позвонила узнать, как у меня дела, и Мартину отправил пару сообщений. Вот и все.

***

Купе заливал яркий солнечный свет, небо в окне было синим и безоблачным. Отличный намечался денек, совсем не декабрьский… Я вылез из-под одеяла, начал одеваться. И только тут до меня дошло, что поезд стоит на станции, которая называется:

ЛЕДЯНАЯ ДОЛИНА

Надпись была как раз напротив окна. Получается, проводник меня не разбудил вовремя?! Было уже некогда возмущаться и что-то выяснять. Я кое-как оделся, накинул на плечи куртку, схватил свой багаж, рванул дверь купе. Промчался по коридору и еле успел выскочить на платформу…

Глава 4

Все же очень вовремя меня разбудило солнце. В следующую секунду двери захлопнулись, поезд тронулся и скоро исчез из поля зрения. Я огляделся по сторонам. Название станции правильное, к счастью, я не ошибся спросонья. Чуть поодаль виднелось одноэтажное здание вокзала. На платформе не было никого. Может, встречающие опоздали? Поезд прибыл минута в минуту, я проверил время на телефоне. Не слишком-то вежливо приглашать племянников в гости, а потом начисто забывать о них. Я решил подождать полчаса, а дальше зайти в здание, купить обратный билет и через четыре часа отправиться восвояси. Но тут откуда-то снизу послышался глуховатый мужской голос:

– Ансель!

Я быстро подошел к краю платформы и увидел… На снегу, совсем недалеко от платформы стоял самый настоящий парусный корабль. По размеру небольшой, так, мелкая яхта или даже катер. У руля сидел закутанный в светлый меховой плащ человек. Запрокинув голову, снова позвал:

– Ансель!

Заметил меня, приглашающе махнул рукой.

– Спускайся, и сразу двинемся в путь.

Я только сейчас заметил лесенку, по которой можно было спуститься на палубу корабля.

– Спускайся-спускайся, – подбодрил меня незнакомец. – Вещи можешь сбросить.

Он ловко поймал чемодан и пристроил его рядом с низкой скамейкой, на которой сидел. Теперь можно было спускаться налегке.

– Присаживайся сюда.

Указал на другую скамейку, укрытую белой шкурой, дождался, пока я устроюсь поудобней, потянул за цепь, которая свешивалась за борт. Вытащил якорь и пристроил его где-то на носу корабля, за своей скамейкой.

– Мы быстро домчимся до замка.

Налетел сильный порыв ветра, паруса раздулись, и корабль резво двинулся вперед. Скорость действительно оказалась крутой. Мы как сумасшедшие неслись по белой равнине, поднимая целые фонтаны снежных брызг. Словно пена на воде… Отъехали уже довольно далеко, когда незнакомец спросил:

– Может, предпочитаешь ехать помедленней? Если, конечно, хочется рассмотреть все по пути.

– Вообще-то да. Если можно немного сбавить скорость…

– Любое желание такого пассажира для меня закон.

Он наклонил голову, как слуга из исторического фильма. Ветер утих, корабль тут же сбавил скорость.

– А как быть, если ветер подует в обратную сторону?

– Этот ветер всегда дует в нужную сторону, – отозвался незнакомец. – Мы его приручили.

Возможно, он преувеличивал, но ведь по одному его слову ветер только что притих. Со стороны могло показаться совпадением. Однако когда сидишь рядом с человеком, который легко управляется с удивительным кораблем, а заодно с ветром, сомнения отступают. Внешность у капитана снежного корабля была внушительная. Несмотря на то, что сидел, закутавшись в плащ, было заметно, что роста он высокого. Лицо суровое, с густыми черными бровями и полуседой бородой.

– А кто вы? – с некоторым опозданием осведомился я.

– Меня зовут Крост. Я – дворецкий в королевском замке. Еще в мои обязанности входит встречать почетных гостей.

– И часто у вас бывают гости?

– Мои хозяева кого попало в замок не приглашают.

Сани теперь катили по снегу плавно, позволяя обозревать окрестности. Снежная равнина сменилась сплошным катком, видать, огромное озеро замерзло. Вскоре подъехали к невысокой каменной гряде… А за ней начиналась бесконечная пропасть. Казалось, до дна можно лететь целую вечность. Другая сторона терялась в снежном тумане. Стороны пропасти соединял ледяной мост.

– Переберемся на другую сторону, а там уже до замка рукой подать, – сообщил Крост. – Или ты боишься?

– С чего вы взяли?

Нет, я не боялся. В конце концов, не возвращаться же с позором обратно? Это было бы гораздо страшнее. Корабль взял курс на мост, заскользил по гладкой поверхности, перила переливались под лучами солнца радужными искрами. А что там было внизу, и какой глубины пропасть – не так уж важно.

Даже жалко стало, что переезд по мосту закончился. Теперь мы ехали по широкой аллее, обсаженной ледяными деревьями. Ветки раскачивались, словно танцевали под музыку, которая людям была не слышна. Через некоторое время деревья расступились, склонились в глубоком поклоне. Я уж было решил, что они приветствуют мое прибытие, но ошибся. Поклон предназначался белой тени, которая пронеслась над нашими головами. Птица… размером со здорового сенбернара, а размах крыльев такой, что она могла бы сравниться с каким-нибудь сказочным драконом. Обернулась на лету, окинула меня быстрым взглядом желтых глаз с вертикальными зрачками. На голове гигантской птицы поблескивала корона. Загадочное пернатое почти мгновенно исчезло из вида, а мы продолжили путь…

Приблизились к еще одному ледяному мосту. На этот раз никаким риском даже не пахло. Нормальный подъемный мост через овраг. То есть ров, это эффектнее звучит. Зато опускали мост на цепях стражники в доспехах. Забрала шлемов были подняты, стражники приветливо улыбались.

Корабль прокатился по мосту и на всех парусах въехал во двор огромного замка с башенками.

– Тебя ждут с нетерпением, – прокомментировал Крост. – Поднимайся.

Корабль остановился впритык к лестнице, ступени которой вели к входу в замок. Дверь была обита металлическими полосами и украшена завитушками. По краям, сложив лапы, расселись два золотых льва. Я выбрался из корабля, быстро поднялся на площадку перед дверью. Дверь оказалась заперта. Стукнул по медной пластине дверным молотком, который висел тут же. Никакой реакции. Естественно, я обернулся к Кросту, но ни его, ни корабля нигде не было. На мой крик Крост не отозвался. Я принялся уже как следует долбить в непрошибаемую дверь – и снова получил абсолютный игнор. Ничего себе отношение к гостям… Я приподнялся на цыпочки, попытался разглядеть стражников, которые пропустили нас к замку. Но те тоже испарились.

Один из львов встряхнул гривой и недовольно зарычал. Должно быть, ему надоел стук над самым ухом. От неожиданности я шарахнулся в сторону и вдруг заметил лесенку, смахивающую на пожарную. Она вела от площадки на второй этаж. А вот там виднелось распахнутое окно. Должен же я был как-то попасть внутрь! Я начал подниматься, цепляясь за перекладины. Уже почти добрался до второго этажа, когда одна из перекладин хрустнула под ногой…

Глава 5

Опора внизу исчезла, перекладина, за которую я держался рукой, рассыпалась в пальцах, словно была песочная, а не из металла. Я полетел вниз, в бесконечную пропасть… Темные гладкие стены мелькали перед глазами, вокруг плясали колючие снежинки, конца полету не предвиделось… И тут я проснулся. За окном – молочного цвета небо… одеяло свесилось на пол, поезд двигался плавно и почти бесшумно. До чего же здорово очнуться в купе, а не во время полета на дно пропасти!

В дверь постучал проводник и предупредил, что на станцию «Ледяная долина» мы прибудем через полчаса.

***

Из поезда вышел единственный пассажир, то есть я. По крайней мере, платформа не пустовала. Возле таблички с названием станции стояли двое – важный дядечка лет пятидесяти и бородатый верзила, на голову его выше. Оба были в длинных шубах, а шапки держали в руках.

Тот из встречавших, что пониже, шагнул ко мне, поклонился и произнес:

– Приветствую, ваше высочество. Как изволили доехать?

Это был уже явный перебор.

– Называйте меня просто Ансель и на «ты», – буркнул я. – Какое еще высочество?

Он снова поклонился.

– Как вам будет угодно. Я возьму ваш багаж.

Моментально перехватил чемодан и вручил его верзиле, а тот молча двинулся к лестнице, по которой можно было спуститься с платформы.

– Меня зовут Россен. Хейм Россен. Служу управляющим в королевском замке. Счастлив, что выпала честь встретить такого гостя. Прошу следовать к экипажу.

Я отправился вслед за верзилой. Господин Россен почтительно шагал чуть позади меня. Как-то неловко было, что взрослый и важный на вид человек держится подобострастно. Впрочем, осанка у него при этом все равно была полна достоинства. Во всяком случае, такое впечатление складывалось. Кажется, я начинал понимать, почему отец в свое время сбежал из Снежной страны. Он терпеть не мог всяческие церемонии.

Мы спустились на припорошенную снегом дорогу, обогнули здание станции. Неподалеку от стены поджидали крутейшие сани, запряженные парой серых лошадей. Верзила положил мой багаж в сани и уселся на место кучера.

Сиденье устилала мягкая белая шкура, сани казались очень удобными. Поездка обещала стать приятной. Погода тоже не подкачала. С неба падали редкие снежинки, температура – минус градусов пять, не больше. Управляющий уселся рядом со мной, однако ухитрился сохранить расстояние.

– С вашего позволения…

Россен надел шапку, которую до сих пор сжимал в руке. Это, собственно, был берет из черного бархата, отделанный мехом и украшенный серебристой (может, даже серебряной) пряжкой с прозрачными камешками.

Лошади стартанули резво. Бежали они с удовольствием, легко тащили довольно увесистый груз. Рослые, как следует откормленные, с длинными пышными хвостами и густыми гривами… В гривах виднелось несколько косичек, на которых болтались крошечные бубенцы. Снег летел из-под копыт и полозьев. В общем, ехали весело. Вот только по дороге нечего сногсшибательного пока не попадалось. Ни бездонных пропастей, ни танцующих деревьев. Гигантские птицы тоже, конечно, мимо не пролетали. Сплошная белая равнина.

Я даже слегка задремал. Время от времени приоткрывал глаза, убеждался, что мы все еще в пути, потом опять проваливался в приятную дремоту. Россен помалкивал.

– Долго еще? – спросил я, когда уже наступили сумерки.

– Скоро приближаемся к границе, —отозвался он.

Примерно через полчаса впереди замаячили горные вершины. В таком освещении трудно было рассмотреть их как следует, понятно только было, что горы очень высокие и стоят вплотную друг к другу, будто срослись в одну громадную изгородь. Наверху мерцали огоньки – белые и бледно-зеленые. Они не оставались на месте, блуждали среди сумеречной дымки, окутывавшей горы.

– В горах тоже кто-то живет?

– Нет, всего лишь обман зрения. Блуждающие огни – одна из особенностей нашего края.

Я достал из кармана телефон, чтобы сфотографировать эту особенность. Он оказался совсем дохлым, не реагировал на попытки его оживить. Дурацкий сюрприз… Хотя какой уж сюрприз, отец ведь предупреждал, сотовая связь здесь не работает. Я сразу вспомнил, что никому не позвонил со станции, пока это еще было возможно. Совсем забыл, отвлекся, растяпа… Оставалось надеяться, что родители не будут сильно волноваться и не устроят мне разборки после того, как вернусь домой. Россен искоса посмотрел на телефон, правда, ничего не сказал.

Между тем горы приближались. Вот мы уже остановились у каменной стены, в которую были вмурованы металлические ворота. Сани остановились, Россен вылез из них и направился к воротам. Вставил в замочную скважину ключ, который вытащил из кармана, трижды повернул. Ворота распахнулись, Россен снова уселся в сани.

Мы въехали в тоннель, прорубленный в скале. Послышалось, как захлопнулись створки ворот. В тоннеле оказалось не настолько темно, как можно было предположить. По стенам висели светильники, от которых исходило тусклое холодное свечение. С первого взгляда не догадаешься, что это за светильники, но точно не электрические. Вскоре лошади притормозили перед другими воротами. Снова Россену пришлось отпирать их. Когда выбрались на воздух, мне сразу показалось, что стало чуть прохладней. Хотя может, просто похолодало к вечеру. Ворота с глухим звуком захлопнулись.

– Добро пожаловать в Снежную страну! – торжественно произнес мой спутник.

В наступившей темноте рассмотреть окрестности не получилось. Лошади неслись, как бешеные, будто и не устали ничуть… Я снова задремал. Проснулся, уже когда перед нами оказался замок. Огромный, величественный, он казался неприступным. Чуть в стороне – тонкий силуэт башни, еще выше замка… Однако замок был неприступным только на внешний вид. Кованые ворота, уже третьи за сегодняшний день, приветливо распахнулись. Сразу несколько человек с фонарями приблизились к въехавшим во двор саням. Церемонные молчаливые поклоны… И вот мы с Россеном покинули сани.

Высокое крыльцо, мерцающий свет фонарей, закрепленных на стене, сложный узор из металлических завитушек на дубовой двери…

Мы оказались в просторном холле. На одной из стен висело какое-то оружие, но я не успел толком его разглядеть, потому что Россен увлек меня к широкой лестнице.

– Я провожу вас в вашу комнату.

Он по-прежнему упорно «выкал». Уже лень было его поправлять, да и неудобно. Ладно, потом как-нибудь. Я почему-то думал, что знатные родичи встретят меня в дверях, однако вокруг не наблюдалось ни одного живого человека.

Глава 6

– А вот и ваша спальня. Надеюсь, вам понравится.

Комната по площади могла бы поспорить с одной из гостиных в городском доме деда. А у того все было с размахом. Два огромных арочных окна, камин, в котором мерцало пламя. Возле камина, на пушистом ковре стояло кресло с высокой спинкой. Еще один ковер у кровати прикрывал пол из каменных плит, такой же, как в коридоре. Кровать, правда, оказалась без балдахина, как можно было бы подумать, раз уж сама комната напоминала покои суперзнатной особы. Но все равно роскошная кровать, из темного гладкого дерева с причудливой резьбой. В дальнем углу здоровенный шкаф, в простенке между окнами – круглый стол, на котором поблескивали наполненный водой хрустальный графин и стакан, тоже явно не из простого стекла. Рядом пара стульев, под стать креслу и остальной мебели. Все это было легко рассмотреть при свете нескольких светильников, висевших по стенам. В отличие от светильников в тоннеле, их свет был теплым, золотистым. Но сами светильники тоже были непонятными. А вот люстра не горела, она поблескивала хрустальными звездами и каплями высоко-высоко, под самым потолком, который терялся в полумраке.

– Трапезу специально отложили ради вашего приезда. Если пожелаете переодеться к обеду…

Россен приоткрыл дверцу шкафа. Внутри там все было буквально забито одеждой, которая висела на кованых вешалках.

– По размеру вам, скорее всего, подойдет. Это вещи вашего отца. Но, если понадобится, портной подгонит. Впрочем, переодеваться не обязательно, по вашему желанию. Вы, вероятно, захотите умыться с дороги…

Он открыл почти сливавшуюся со стеной дверь, которую я раньше не заметил. Внутри оказалась ванная комната, со всеми удобствами. Отлично, а то я уж опасался, что придется мыться в лохани и бегать в кустики, раз вокруг сплошное Средневековье. Правда, сантехника выглядела так, словно была произведена в начале прошлого века. Хотя дизайн в стиле ретро в такой обстановке смотрелся нормально.

– Я думал, у вас тут нет водопровода, и все по старинке.

– В замке довольно давно были проведены кое-какие преобразования. Еще при дедушке нынешнего короля. Я оставлю вас ненадолго. Прислать вам слугу?

– Нет, зачем?

– Когда будете готовы, встречу вас в коридоре и провожу в столовую. Там соберется вся семья и ближайшие придворные.

Россен наконец-то оставил меня одного. Переодеваться я не стал, рассудил, что джинсы и темный свитер вполне сойдут для семейного обеда. Кроссовки на мне были тоже темные, если не придираться, можно принять их за ботинки. Куртку и шарф я закинул на кресло.

***

Управляющий успел переодеться в бархатный камзол с нашивками и стал еще величественней. На груди у него висела массивная цепь с медальоном. Мы спустились на первый этаж, миновали целый ряд закрытых дверей, выходивших в коридор, свернули за угол и оказались в комнате, наполненной людьми. Вернее, мне только сначала показалось, что людей там много. Наверное, из-за их теней, которые двигались по стенам. На самом деле – всего-то трое мужчин и три женщины, плюс еще двое мужчин замерли навытяжку по обе стороны от двери в следующее помещение. Я сразу определил, что эти двое были слугами. Уже как-то незаметно для себя начал делить окружающих на лакеев и господ, а ведь только несколько часов находился в королевстве.

Светловолосый худощавый человек в скромной черной одежде (никаких сверкающих нашивок и цепей, в отличие от Россена и прислуги), приветственно развел руки.

– Дорогой племянник…

Я подошел, и он меня обнял. Объятие не было особенно горячим, скорее, формальным. Потом он отстранил меня от себя, окинул внимательным цепким взглядом серых глаз.

– Я счастлив, что ты добрался благополучно. Познакомься, это мои супруга и дочь.

Он кивнул в сторону слегка полноватой дамы и высокой белобрысой девицы. Обе они были в длинных, до самого полу платьях.

– Герцог и герцогиня Крассен, граф Россенбад.

Эти новые знакомцы поклонились, но я их толком не рассмотрел. Спросил у короля:

– Можно я буду называть вас – дядя Лоренц?

– Разумеется. А теперь перейдем в столовую. Вилмора ждать не станем, сам потом явится.

Глава 7

Не буду повторяться насчет внушительных размеров столовой. И так понятно, что все помещения в замке были не маленькими, на то он и замок. И все-таки мне показалось, это не парадная столовая, а такая… повседневная, что ли. Для семейных трапез в узком кругу. На иллюстрациях и в кино столы королей и феодалов тянутся бесконечно. Длинный прямоугольник, с одной стороны восседает хозяин, с другой – хозяйка. Вереница гостей и вассалов по краям, на заднем плане галерея, где играют музыканты. Но тут стол был овальным, и целый полк гостей за ним вряд ли бы разместился. По правую руку от короля остался еще один прибор.

– Ансель, садись рядом с Аделиндой.

Дядя Лоренц лично усадил меня на выбранное им место. Сам он расположился напротив, по левую руку от него – королева. Слева от меня – пожилой граф, имени которого я сразу не запомнил. Герцог с герцогиней устроились между королевой и Аделиндой.

Россен застыл у отделанной дубовыми панелями стенки. Он оставался неподвижным, только брови чуть заметно шевелились. Однако слуги безошибочно улавливали его молчаливые приказания. Совсем как официанты в дорогом ресторане, которые повинуются каждому взгляду крутого метрдотеля. Мне в подобных заведениях уже доводилось побывать. Конечно, не в одиночку, а вместе с родителями или дедом.

Над белой фарфоровой супницей дымился ароматный пар. Я успел проголодаться, поэтому проглотил бы что угодно. Но фасолевый суп с фрикадельками, который налили в мою тарелку, оказался отличным. А пряности еще больше подогревали аппетит. Королевский сервиз был довольно строгого дизайна – белый фарфор с вензелями, вот и все. На столовом серебре и салфетках —уже знакомые мне гербы. Такое же изображение я видел на конверте. Белоснежная скатерть оказалась без гербов и вензелей. Хотя, может, их вышили где-нибудь по краям. Пока я разбирался с супом, соседка справа тихонько произнесла:

– Ты здесь умрешь от скуки, не сомневайся.

Я оторвался от еды. Не очень-то стандартная первая фраза. Любезной принцессу трудно было назвать.

– Почему это умру от скуки? Мне здесь пока интересно.

– Потому что в замке собрались одни зануды, помешанные на традициях королевства. Ничего нового не происходит уже много веков. Думаешь, увлекательно жить в снежном болоте?

– Вообще-то я сюда не навсегда приехал, только до Рождества.

Я пригляделся к своей троюродной сестрице, сразу вспомнил комментарий Мартина. Красотка? Да я бы не сказал. Мартин наверняка разочаровался бы в принцессах. Эта была слишком уж белобрысой, нос чуть вздернутый, худая шея… Длинные волосы, заправленные за уши, какие-то тусклые и бесцветные. Обычная старшеклассница, которая из принципа не пользуется косметикой, считает, что она и так неповторима и уникальна. Ладно, не так уж долго предстояло с ней общаться, тем более родственников не выбирают.

Принцесса здорово проигрывала по сравнению с герцогиней. Вот это была настоящая знатная дама. Очень яркая белокожая брюнетка с алыми губами и словно нарисованными бровями. Видно было, что сочные краски не фальшивые, а от природы. Ее лицо даже слегка напоминало маску, до такой степени правильными и четкими казались все черты. Я тогда подумал, что герцогиня уже не очень молодая, лет тридцати, но все равно классная. Муж у нее был гораздо старше.

Пока я рассматривал соседей по столу, принесли второе.

– Ты когда-нибудь пробовал оленину? – поинтересовалась сестрица.

– Нет.

– Попробуй, это вкусно.

Тут она была права. С одной стороны, как-то дико есть жаркое из оленины. Ведь столько оленей вымерло из-за безжалостной охоты в Средневековье. С другой стороны, можно было надеяться, что в Снежном королевстве олени пасутся чуть ли не на каждом шагу. Поэтому я по достоинство оценил блюдо. Мясо на редкость нежное, соус тоже понравился…

Тут на пороге появился незнакомец, чуть постарше меня. В глаза сразу бросились его волосы, необычного платинового цвета. Но это было не главное. Главное, парень оказался практически копией моего отца. Я прямо почувствовал, что у меня рот приоткрылся от изумления, вид, наверное, был дурацкий. К счастью, в тот момент никто в мою сторону не смотрел. Если бы отец действительно вздумал перекрасить волосы и помолодел бы еще больше, сходство стало бы стопроцентным. Ну, или процентов на девяносто.

– Вилмор, ты мог бы не опаздывать сегодня в честь гостя, – с упреком сказал дядя Лоренц.

Тот ничего не ответил, бросил на дядю угрюмый взгляд и молча прошел к прибору, который ждал на столе.

– Поздоровайся хотя бы с кузеном.

– Я очень рад, что ты приехал, – без особой радости выдавил из себя Вилмор и уткнулся в тарелку, в которую слуга моментально налил суп.

Дядя Лоренц с недовольной миной пожал плечами, но не стал дальше развивать тему, обратился с каким-то вопросом к герцогу.

– Что за тип? – украдкой спросил я у Аделинды.

– А это бастард моего папеньки, на год меня младше, – прошептала она. – Шустрый у нас с Вилмором папенька, правда? Хотя по нему и не скажешь.

Я прямо не знал, что ответить. Дядя Лоренц в самом деле производил впечатление слегка заторможенного, погруженного в мысли о судьбах королевства. Лицо чопорное, надменное, хотя со мной он старался держаться приветливо. Видимо, подобные лица принято считать аристократическими и породистыми. А тут вдруг у возвышенного правителя какие-то бастарды…

– У Вилмора кошмарный характер, – продолжила информировать меня Аделинда. – Но за неимением лучшего приходится с ним знаться. По крайней мере, он не такой жуткий зануда, как другие.

Вилмор явно просек, что мы его вовсю обсуждаем, и криво ухмыльнулся. Можно было не сомневаться: общаться с ним – удовольствие ниже среднего.

В целом, обед сошел благополучно. Местные обитатели не приставали с расспросами, давали время привыкнуть и осмотреться. А солидный клин миндального торта и вовсе настроил меня на позитивный лад. Правда, Аделинда еще разок напомнила, что обстановка в замке невеселая, и на развлечения рассчитывать не стоит. Но ведь это для нее средневековая жизнь с рождения была единственно возможной. Для меня здесь все было в новинку. Уже не терпелось прогуляться по замку. Хотя бы по первому этажу. Отец ведь упоминал, что в одном из залов хранится чучело дракона…

Глава 8

Привидения меня на новом месте не беспокоили, хотя по идее можно было рассчитывать на полную приключений ночь. Сквозь парчовые портьеры едва пробивался слабый свет, но ясно было, что наступило утро. Я с удовольствием потянулся и уже собрался вставать с постели, когда послышался вкрадчивый стук.

– Заходите!

В комнату заглянул слуга в примерно таком же камзоле, какой носил Россен, только нашивки были поскромнее.

– Доброе утро, ваше высочество. Вас желает видеть принцесса Аделинда…

Не успел ничего ответить, потому что из коридора тут же раздалось:

– Я уже здесь!

И Аделинда выросла на пороге. Слуга моментально исчез, я укрылся одеялом.

– Долго же ты спишь, – заметила бесцеремонная принцесса. – Устал с дороги?

–Нет. Разве уже так поздно?

– Десятый час. Вот что, дорогой троюродный братец, давай договоримся с самого начала: никаких игр в жениха и невесту. Понял? Что бы там не планировал мой благородный родитель. Я прекрасно обойдусь без мужа, по крайней мере, в ближайшие десять лет. Поэтому даже не мечтай…

– Да я и не особо разлетелся. Думаешь, ты такая уж фотомодель? И вообще я несовершеннолетний, если ты не в курсе.

– Вот и замечательно. Если бы ты еще хоть был похож на дядю Стефана…

– Откуда ты знаешь, что я не похож?

– В замке есть его портреты, потом, если интересно, посмотришь. У нас тут целая галерея.

Если Аделинда рассчитывала уязвить меня, то у нее это получилось. Я и сам отлично знал, что не похож на отца. Но когда об этом напоминает практически посторонняя девица… Лицом я больше пошел в мамину родню, от отца достались только тонкие черные брови вразлет. Правда, мама находила что-то общее в линии подбородка и скул. Но, скорее всего, она просто хотела сказать мне приятное.

Я молчал и критически рассматривал Аделинду, которая как раз подошла к окну и раздвинула портьеры. При ярком освещении она казалась нисколько не привлекательней, чем вчера вечером. Белесая, как ночная бабочка. Правда, ноги у нее были, что надо – длинные и стройные, в высоких сапожках. Сегодня троюродная сестрица нарядилась в узкие черные штаны и жилет из пушистого светлого меха. Под жилетом виднелось что-то вроде черного свитера. По контрасту с этой чернотой лицо с заметными веснушками казалось еще более бесцветным.

– Ладно, – примирительно сказала она, – если ты меня понял и не будешь нарываться, сможешь нормально провести тут время. Хотя бы окрестности посмотришь. Сейчас тебе принесут завтрак, а потом отправимся на конную прогулку. Согласен?

– На конную прогулку? Можно.

Она подошла к шкафу, распахнула его и принялась деловито двигать вешалки.

– Советую тебе надеть это… это и вот это.

В кресло полетела какая-то одежда. Потом Аделинда надавила носком сапога на длинный ящик внизу шкафа, и наружу выехала целая платформа с разнообразной обувью.

– Еще вот…

Сапоги тоже перелетели через комнату и приземлились на полу возле кресла.

– Только не копайся долго. Я буду тебя ждать в холле. И Вилмор тоже.

Она направилась к выходу, а я сказал вдогонку:

– Слушай, ты какая-то не такая принцесса. И разговариваешь не по-средневековому.

– Просто я два года прожила в вашем мире. И мне понравилось.

С этими словами она захлопнула дверь.

Вскоре слуга поставил на стол поднос с кофе, молочником, полным густых сливок и тарелкой, где меня поджидали блинчики с медом. Перекусив, я отправился в ванную, не торопясь принял душ. Вся сантехника оставалась в рабочем состоянии, что тоже порадовало. Теперь пора было одеваться. Одежда, которую выбрала для меня Аделинда, оказалась вполне подходящей – теплый жилет с капюшоном, подбитый мехом, нечто наподобие джемпера из мягкой шерстяной ткани и такие же штаны. Все черного цвета и все оказалось мне по размеру. Тут хотя бы повезло. Если на лицо мы с отцом не были похожи, то по росту и телосложению совпадали. Только в поясе штаны казались чуть узковаты. Эту проблему я быстро решил, слегка подпоров ткань перочинным ножом, который прихватил с собой. Застежка на штанах, конечно, оказалась не на молнии, а на мелких пуговицах. Вообще местная одежда пришлась мне по душе – никаких вычурных средневековых прибамбасов, пышных воротников, мужских чулок, башмаков с дурацкими длинными носами. Все вполне цивилизовано и удобно, я еще накануне обратил внимание. Мой новый прикид действительно подходил для активностей на свежем воздухе и сшит был отлично. Короткие сапоги из тонкой кожи мне тоже понравились. Я приблизился к шкафу, который Аделинда оставила распахнутым. Одежды там было полно, все вещи казались или новыми или надетыми пару раз.

Пришло время отправляться на улицу. Однако я не слишком торопился. Раздвинул портьеры перед вторым окном и обнаружил, что за стеклом виднелся балкончик. Не сразу, но сообразил, как открыть нижние створки. Я ступил на каменную площадку, облокотился на кованые перила. Вид вокруг замка был шикарный. За оградой, которая опоясывала двор, стелилась бесконечная снежная равнина, вдалеке проглядывали силуэты деревьев, какие-то каменные постройки.

Хотя бы перед самим собой приходилось признать, что спускаться на эту снежную равнину не очень-то тянет. Конечно, я согласился на приглашение Аделинды и вообще глупо было сидеть в четырех стенах, когда вокруг намечалось столько таинственного и чудесного. Но была одна причина опасаться предстоящей прогулки…

Глава 9

Дело в том, что с верховой ездой у меня были связаны не самые приятные воспоминания. Три года назад в городе построили ипподром и открыли конноспортивный клуб. Отец сразу же меня туда отвез. Смирная лошадка, которая предназначалась для начинающих, была занята. На ней медленно перемещалась туда-сюда какая-то девушка.

– Ну да ничего. Парню стоит сразу начать ездить на нормальном коне, – уверенно заявил тренер.

«Нормальным конем» оказался красивый рослый зверь с лоснящейся вороной шкурой. Он окинул меня презрительным взглядом и переступил с ноги на ногу. С самого начала можно было понять, что наладить с ним отношения окажется непросто.

Меня посадили в седло, а уже в следующую секунду после того, как перестали держать, я оказался на земле. Вернее, на песке, которым была усыпана та часть манежа. Я еще много раз падал. Позднее, когда поближе узнал нрав и возможности этого скакуна, понял: он не старался мне сильно навредить, иначе не обошлось бы без травм. Просто развлекался, стряхивая сопляка, который отважился на него вскарабкаться.

Мучительное обучение тем временем продолжалось. Думаю, отец и тренер хотели таким образом привить мне здоровое упрямство и спортивную злость. Они наперебой давали советы, наверняка очень полезные, если бы я только сумел ими воспользоваться.

Потом отец замолчал, обескуражено наблюдая за моими неуспехами. Ему, видимо, было больно и досадно смотреть, как его детище болтается в седле, словно мешок с тряпьем. Тем более что раньше проблем не возникало. Я просто лег на воду и поплыл. Просто встал на коньки и поехал. Однако с верховой ездой этот номер не прокатил.

Я чувствовал себя самым неуклюжим и бестолковым существом в мире. Когда свалился в очередной раз, отец поманил моего коварного скакуна, и тот приблизился покорно, как собака к хозяину. Отец птицей взлетел в седло. В следующее мгновение стройный всадник и горячий конь будто слились в одно тело. Они мгновенно очутились на другой стороне манежа и наслаждались скоростью. Конь промчался один круг, другой, играючи взял барьер, следующий барьер… Тренер и еще несколько человек из персонала и посетителей издали любовались этой картиной. Не успел я опомниться, как отец уже снова оказался рядом. Соскочил с коня, потрепал его по загривку.

– Ансель, попробуй еще разок. Он больше не будет тебя сбрасывать.

Покоренный конь действительно перестал вредничать. Однако учеба все равно не налаживалась. На следующем занятии я оставался скованным и деревянным, ненавидел сам себя и злосчастного коня. Возможно, отцу представлялось, что рано или поздно фамильные способности к верховой езде должны проявиться. И он упорно продолжал воспитывать из меня классного наездника. Хотя наверняка для него было сущим мучением видеть мою абсолютную бездарность в этом плане.

Во время четвертого или пятого унылого занятия у отца разболелась голова. Так сильно, что он не рискнул садиться за руль, и домой мы возвращались на такси.

– Может, лучше отдать тебя на бокс? – задумчиво произнес отец.

Я с радостью огласился. На этом досадный инцидент был исчерпан.

И вот теперь опять предстояло подвергнуться тяжкому испытанию. Ну, не имелось у меня талантов по части езды верхом. Такое тоже случается. Миллионы людей живут себе спокойно, не пересекаясь с ипподромами, барьерами и скачками. Мало кому приходится сталкиваться с подобной экзотикой. Не очень-то хотелось опозориться перед новоявленными родственниками. Тем более перед язвой Аделиндой. Стоило тащиться в такую даль, чтобы прослыть бестолковым увальнем… Однако делать было нечего.

Глава 10

Вилмор с Аделиндой заждались меня. Сидели рядышком на резном деревянном диванчике, под доспехами, которые были развешаны на стене в холле. Аделинда нетерпеливо барабанила пальцами по подлокотнику.

– Как ты долго собираешься! Перчатки прихватил?

– Забыл.

Я бы с удовольствием поднялся в свою комнату, да и потом еще вернулся бы еще за чем-нибудь. Однако Аделинда не предоставила такой возможности.

– Я так и знала.

Она бросила мне пару перчаток из гладкой черной кожи. Сама надела шапочку с белым пером, которая лежала у нее на коленях, и направилась к выходу. Мы с Вилмором двинули следом. Втроем обошли замок и оказались возле невысокого и длинного каменного строения. Понятно, это были конюшни, и момент моего позора близился. При нашем появлении кудрявый парень, скучавший снаружи, встрепенулся и юркнул внутрь. Одну за другой он вывел трех оседланных лошадей. Светло-серую, гнедую и буланую с черной гривой. Все были классные…

Аделинда показала на буланую.

– Эта для тебя.

– Отлично.

– Погоди-ка… Я только сейчас подумала… Ты ведь наверняка никогда не ездил верхом. Мне это почему-то раньше в голову не пришло.

Удивительно, но кузина выглядела даже слегка сконфуженной.

– Вообще-то у нас принято ездить на машинах или велосипедах, – отозвался я. – Но ничего, попробую.

Конюх подвел ко мне лошадь.

– Тебе помочь? – это были первые слова, которые я услышал за сегодняшний день от Вилмора.

– Сам справлюсь.

И действительно вполне успешно залез в седло.

Аделинда и Вилмор тоже оседлали своих лошадей.

Видимо, лошадь мне попалась с покладистым характером. Или повлияло то, что за три года я здорово вырос, и меня уже не так просто было сошвырнуть на землю. Конюх протянул мне хлыстик с серебряной ручкой. Пришлось взять эту дополнительную помеху. Во время тренировок хлыст мне в руки не попадался, но я хотя бы представлял, как надо его держать, и ни разу не уронил. Правда он на первых порах мешал контролировать поводья.

– Надо же, ты неплохо справляешься, – удивленно заметила Аделинда.

Я не стал уточнять, что оказался в седле не в первый раз. Лишняя информация… она бывает такой лишней. Мы выехали за распахнутые ворота и оказались на снежном просторе.

Сперва мои спутники сдерживали своих лошадей, но постепенно убедились, что я не отстаю, и прибавили скорость. Лошадиные копыта то стучали по мерзлой земле, то мягко окунались в снег. Все-таки мучения трехгодичной давности не пропали даром. Не совсем напрасно бились надо мной отец и тренер. Просто до меня долго доходило. Зато сейчас чувствовал себя почти уверенно и без проблем держал корпус. Лошадь не казалась четвероногим орудием пытки, я понимал каждое ее движение, был с ней в контакте. Разумеется, до нормального наездника мне было далековато, но в целом картина оказалась гораздо лучше, чем ожидалось.

– А куда мы едем? – поинтересовался я.

– Можем просто по округе прокатиться. Если бы выбрались из дома пораньше, могли бы до гор добраться. Там красивые места, Вилмор подтвердит. Он ведь до шести лет жил в домике посреди ущелья, вместе со своей матерью-ведьмой. Правда, он предпочитает называть ее могущественной волшебницей…

Вилмор бросил на Аделинду такой взгляд, что мне показалось: в следующую секунду ударит ее хлыстом прямо по губам. Однако он всего лишь сказал.

– Это не твое дело. И она действительно была волшебницей.

– Ну, тебе виднее. Можешь считать, как тебе больше нравится. А вот мать дяди Стефана точно была феей.

– Чего? – не понял я.

– Ты разве не знал? Это всем известно. То есть в Снежном королевстве всем известно, разумеется.

Да, не каждый день узнаешь, что твоя бабушка, оказывается, фея.

– Стоп. Феи – это ведь такие крошечные девушки с крылышками?

– Крошечные тоже встречаются, но это цветочные феи. Зимой впадают в спячку, а с наступлением тепла оживают. Остальные феи – обычного человеческого роста, на такой и женился предыдущий король.

– А с ней можно встретиться?

– Она умерла сразу после родов. Говорят, для фей это слишком тяжело. Они ведь хрупкие и воздушные. В горы как-нибудь на днях отправимся. Зато сегодня успеем спуститься в Подземное королевство. Если никто не против.

Вилмор промолчал, я кивнул. В самом деле, раз уж попал на экскурсию, стоит сразу наведаться на самую крутую территорию. Вот только я не понял…

– У вас разве так близко до границы двух государств?

– Конечно, рукой подать. Второе королевство прямо под нами. По названию же понятно. Два королевства много веков существуют вроде как вместе и в тоже время отдельно. Если слегка ускоримся, быстро доедем до входа под землю. Разве твой отец ничего не рассказывал?

– Ни слова. Я и о Снежном королевстве три дня назад впервые узнал. О Подземном вообще впервые слышу.

Миновали занесенную снегом рощу, приблизились к невысокому каменистому холму и оказались перед темным входом в пещеру.

– Ну что, не боишься темноты?

– Спрашиваешь! – я спрыгнул с лошади. – Сама не испугайся.

– Я-то сюда часто заглядываю.

Мы привязали лошадей к дереву и проникли внутрь пещеры. Я удивился, что попасть в соседнее государство можно вот так запросто, никаких преград и охраны. Вокруг царили темнота и тишина. Только где-то наверху сквозь расщелину проглядывал слабый свет. Мы двинулись гуськом по коридору. Темнота сменилась полумраком, каменные стены раздвинулись, уровень пола начал снижаться. На стенах теперь мерцали огни. Наверно, такие же, как и в тоннеле.

– Слушай, я еще вчера хотел спросить… Что это за светильники такие? Ничего похожего раньше не встречал.

– Особые минералы, – охотно откликнулась Аделинда. – Добываются только у нас, на одном из рудников. Три вида – холодные, как здесь, и теплые, которые светят желтым светом. Еще есть горячие – их кладут в камины и печи. Разве не обратил внимания на камин в своей спальне?

– Как-то не до этого было. Здорово, клевый источник энергии. Жаль, в моем мире о нем не догадываются.

– А им и не надо догадываться. Запасы этих минералов небольшие. Только на наши края в обрез хватает.

Наконец-то показались первые местные жители. Двое мужчин в легких доспехах сидели на каменном брусе, еще один расхаживал поблизости. Видимо, это и была охрана. Однако на вторжение они не среагировали, лишь равнодушно посмотрели на нашу троицу. Бить поклоны и приветствовать никто не разлетелся, в отличие от обитателей верхнего мира. Мы без помех проследовали дальше.

Вскоре стало светлее, примерно как ранним утром, когда солнце еще не выглянуло, а над землей стелется туман. Каменный свод был настолько высоким, что вполне мог сойти за небо, если не слишком придираться. Мы остановились на возвышении, а перед нами раскинулась подземная страна. Людей больше я не заметил, и вообще пространство было пустоватым и унылым. В глаза сразу бросилась башня с зубцами сверху, напоминавшая шахматную ладью. Вдалеке виднелись еще какие-то здания, но их было совсем мало. Слева и справа высились стены и сгущалась темнота. Каменная пустыня… Зато здесь было заметно теплее, чем наверху.

Совсем рядом, буквально под нашими ногами текла река. Имелось там и что-то вроде пристани, к реке спускались широкие ступени. На воде, которая казалась совсем черной, – странный квадратный плот с высокими бортами и лодка. Они были прикованы цепями к столбикам.

Аделинда вновь нарушила тишину.

– Моя мать отсюда родом. Правители Снежного королевства время от времени женятся на подземных принцессах. Выбор у особ королевской крови небогатый, королевства живут замкнуто.

Честно говоря, накануне совсем не обратил внимания на жену дяди, которая ни одного слова за весь вечер не произнесла. Она с первого взгляда показалась мне самой обыкновенной. Вроде матери Мартина или какой-нибудь другой соседки-домохозяйки. Если бы не длинное платье в старинном духе и пышная прическа, сходство было бы полным. Значит, она родилась в этом мрачном мире…

– Спустимся к реке? – предложила Аделинда.

– Давайте.

Мы стояли у темного гладкого зеркала, на котором не было заметно ни одного движения. Вода казалась бездонной. До другого берега метров семь… Река тянулась влево, заворачивала за каменную стену и дальше терялась в неизвестном направлении.

– Кинь в воду камень.

– Зачем?

– Увидишь.

Не стал спорить, подобрал камешек и швырнул его на середину реки. Ничего не произошло.

– Погоди еще чуть-чуть…

На темной поверхности появилась рябь, разошлись круги. Из черноты вылезли белые скользкие плети, потом взметнулось овальное туловище, обтянутое мокрой белесой кожей. Туловище… или голова? Плети-щупальца извивались… Медленно раскрылись два круглых глаза, тусклые зрачки нацелились прямо на меня.

Глава 11

Гигантский белый осьминог? Существо отвратно смотрелось, но притягивало взгляд, невозможно было оторваться от жутковатого зрелища. В довершении ко всему на лбу речного обитателя вдруг затемнела щель, постепенно расширилась. Показался еще один глаз – с кроваво-красным зрачком…

– Кто это?!

– Это гидра, – невозмутимо пояснила Аделинда. – Обитает в реке с незапамятных времен. Она, в сущности, безвредная. Если не падать рядом с ней в воду, конечно.

– А чем она здесь питается?

– Ей много не надо. В древние времена, когда шли войны, гидре бросали пленников. Она с ними быстро расправлялась. Но это было давным-давно, с тех пор кое-что переменилось. Теперь гидра на диете. Иногда в воду бросают обрезки говядины, какие-нибудь остатки. Милой зверушке вполне хватает, чтобы существовать.

– Да уж, ну и зоопарк тут у вас. Надеюсь, больше в реке никто не живет?

– Вроде бы нет. Это только сначала река спокойная, дальше очень сильное течение, там особо не приживешься. Зато по ней сплавляют грузы.

Аделинда кивнула на плот.

– Он с такими бортами – чтобы гидра не перелезла? – спросил я.

– Наверное. Ну, еще для того, чтобы груз не свалился в воду. Жаль, сейчас и плот, и лодка на цепи, а то мы могли бы поплавать. Только недалеко. Потом река резко уходит вниз, с течением трудно справиться. И выбраться на сушу тоже тяжело, берега обрывистые.

– Ты так говоришь, будто уже когда-то пробовала.

– Да, угадал. Мы тогда с Вилмором еле выползли на берег. Иначе пришлось бы плыть до самого конца, ко второму выходу из Подземного королевства. Это уже на подступах к Дальним горам.

– А всего сколько входов-выходов?

– Только два.

Гидра тем временем еще немного покрасовалась на поверхности, и снова ушла в глубину. Склизкими канатами мотнулись концы щупалец, пена выступила на черной воде. Потом все исчезло, будто река была необитаемой. Стоять и глазеть на воду уже смысла не было.

– Что там за башня вдалеке?

– Древний храм. Он сейчас стоит полузабытый, но жрецы стараются поддерживать его. Если интересно, можем наведаться.

– Я не против.

Мы поднялись по ступеням и зашагали вдоль каменистой равнины. У меня накопилось много вопросов о двух королевствах, только все перемешались в голове. Сложно было выбрать, что важнее, и как составить общую картину. Пока она совершенно не складывалась. Вилмор, в отличие от Аделинды, которая с удовольствием взяла на себя обязанности гида, по-прежнему помалкивал.

– А чем здесь люди занимаются, на что живут?

– Здесь много искусных ювелиров и кузнецов. Свои товары они отправляют наверх. Нам или во Внешний мир. Остальные добывают драгоценные камни, руду, занимаются земледелием.

– Тут же сплошные каменюки, какое земледелие? И света в обрез.

– Как-то выходят из положения. Хотя урожаи низкие, конечно. Поэтому им приходится водить дружбу со Снежным королевством. У нас-то все в порядке, наши крестьяне не сидят без дела. Теплый сезон короче, чем во Внешнем мире, но урожай успевает созреть. У нас тут все завязано на взаимообмене, все необходимое производится в двух королевствах. Чтобы от внешних обстоятельств не зависеть.

– Всё? Мне сегодня к завтраку приносили кофе. Он же у вас не выращивается?

– Всякие мелочи, вроде кофе, приходится покупать во Внешнем мире. Это ведь не играет заметной роли. Газеты и журналы тоже получаем, кстати. Правда, с опозданием. Слуги время от времени отправляются на станцию и забирают почту. Не думай, что мы тут совсем уж отсталые. Мы в курсе внешних событий, только они нас не касаются.

– Понятно.

Вскоре мы оказались перед башней. Теперь, когда находились совсем близко, приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть каменные зубцы. Да, башня сильно смахивала на шахматную ладью, только очень толстую. На двустворчатой двери, обитой металлическими полосами, висел замок. Круглые окна почти под самой крышей закрывали решетки. Башня казалась абсолютно неприступной.

– А внутрь попасть уже никак?

– Почему же? Есть не только парадный вход…

Мы обошли башню и уперлись в довольно хлипкую на вид лесенку, закрепленную на серой стене. Лесенка поднималась до самого верха, а внизу обрывалась больше чем в метре от земли. Аделинда уцепилась за перекладины, закинула ногу на нижнюю ступеньку, подтянулась на руках и полезла наверх. Я последовал за ней, за мной Вилмор. Дряхлая лестница вибрировала под нашей тяжестью, однако держалась.

Мы перевалили за шершавую каменную кромку и оказались на крыше. Потом сдвинули железную крышку и юркнули в узкий лаз. Дальше – еще одна лестница, на этот раз деревянная, всего из нескольких ступеней…

Поднявшаяся пыль, затхлый воздух, недовольный писк потревоженных летучих мышей, которые разлетелись, заметались по чердаку, но почти сразу вернулись на прежние места под балками. Чердак был завален всяким хламом… Посреди пола виднелось квадратное отверстие, откуда поднимался мутный столп света. Снизу доносилась монотонная музыка.

– Скоро начнется служба, – пояснила Аделинда. – Отсюда отлично видно.

Я встал на колени и заглянул в отверстие – действительно, огромный зал внизу можно было без проблем рассмотреть, хотя его потолок был настолько высоким, что расстояние впечатляло. Стены покрывала резьба, среди изогнутых каменных веток и причудливых орнаментов были высечены еще и лица – не совсем человеческие… В глазницах мерцали зеленые, желтые или фиолетовые камни. Широко распахнутые рты с клыками, рога, растущие на лбу, змеи, выползающие из ушей… Создания, способные отпугнуть кого угодно.

– Подземные боги… Правда, очаровательные? – хихикнула Аделинда.

Музыка, которая сначала была приглушенной, зазвучала громче, из-под арки показались закутанные в сверкающие ткани фигуры. Края одежды волочились по каменному полу, как шлейфы. Вспыхнули новые огни на стенах, в центре запылал холодным пламенем алтарь. Люди цепочкой перемещались по залу, потом образовали круг. И все время непрерывно пели высокими нежными голосами. Ни одного слова было не разобрать, но само пение завораживало.

– О чем они поют? – шепотом спросил я.

– Это молитвы на древнем языке. О чем поют? Восхваляют подземных богов, просят, чтобы те сохранили здешний мир и уберегли его от бед, подарили покой и процветание. Жрецы только этим и занимаются, почти не выходят из храма. Они все кастраты, поэтому и голоса такие. Соглашаются на кастрацию добровольно. Считается, что это большая честь, доступная лишь избранным… Ну, насмотрелся-наслушался? Хочешь взглянуть на подземное небо?

Не дожидаясь ответа, Аделинда поднялась и направилась к лестнице. А пение все звучало, и звучало.

***

Прежде чем войти в темную пещеру, мы подобрали факелы, валявшиеся неподалеку от входа в нее. То есть не настоящие факелы, конечно. Просто палки, к которым были прикручены светящиеся камни. Долго брели по коридорам. Наши факелы освещали пространство едва-едва, их света хватало лишь на то, чтобы не запнуться и не свалиться. Собственно говоря, это был лабиринт, с бесконечными переходами и запутанными путями. Однако Аделинда двигалась легко и уверенно, выбирала направление, не задумываясь.

– А обратно как? – на всякий случай спросил я.

– Точно так же. Мы здесь с Вилмором еще в детстве все облазили вдоль и поперек. А если вдруг что – помогут стрелки.

Она подняла свой факел и осветила белую стрелку, начерченную на стене.

Перед нами раскрылся широкий экран. Почти как в кинозале, только все было совсем по-другому. Созвездия сверкали на фоне бесконечной черноты, вспыхивали белыми и цветными огнями, переливались, отбрасывали радужные блики. Хотелось стоять перед огромной картой звездного неба долго-долго… Невозможно было поверить, что она находится на много метров ниже уровня земли, здесь даже ощущалось что-то вроде легкого ветерка. Хотя это наверняка было иллюзией. Я кое-как отыскал Большую медведицу.

– Все созвездия составлены из драгоценных камней, – тихо произнесла Аделинда. – Видишь, как сверкают? Первые люди, которые поселились в подземном мире, очень тосковали по небу, которое было для них навсегда потеряно. Вот и создали собственное небо. Когда-то их сослали сюда, вышвырнули из Снежного королевства…

– За что?

– Много разных легенд, я уже подробности не помню. Но ты можешь посмотреть в летописях, они хранятся в замковой библиотеке.

***

Обратная дорога показалась еще дольше. Мы все шли-шли-шли по бесконечным коридорам, которые петляли и переплетались, как им нравилось. Даже говорить уже не хотелось, язык устал, ноги тоже…

– Скоро там выход намечается? – не выдержал я.

– Еще чуть-чуть осталось.

Аделинда остановилась, вытащила из-под воротника маленькие часики, которые висели у нее на шее на тонкой цепочке. Поднесла факел к циферблату.

– К обеду, оказывается, давно опоздали. Его величество будет ворчать. Ничего страшного, как-нибудь переживем.

Мы снова двинулись в путь. Опять петляющие коридоры, белые стрелки, которые то и дело проглядывали на стенах. Не знаю уж, сколько времени протекло, когда Вилмор спокойно сказал:

– Мы мимо этой стрелки уже третий раз проходим.

Глава 12

Насчет стрелки я мог бы сказать то же самое. Приметная она оказалась. У того, кто ее когда-то рисовал, дрогнула рука, и хвост стрелки съехал вниз. Ясно было, что мы топтались на месте, но я не стал возникать раньше времени. Да и после слов Вилмора тоже придержал язык. Ведь рядом находились такие самоуверенные и опытные спутники. Вернее, спутница. Стало любопытно, каким образом Аделинда будет выпутываться.

– Что ты хочешь сказать? – откликнулась она.

– Мы ходим по кругу, – невозмутимо ответил Вилмор.

– Не может быть! Я эту дорогу знаю, как свои пять пальцев. Сколько раз мы сюда забирались!

– Последний раз – несколько лет назад.

– Я все прекрасно помню. Но… что же теперь делать?

– Может, покричать, и кто-нибудь из местных нас спасет? – предложил я.

– В эту часть подземелья редко кто заглядывает.

– Понятно.

Вилмор опустился на каменный пол, прислонился спиной к стене и сказал:

– Давайте передохнем немного.

Это, пожалуй, было единственное разумное предложение в сложившейся ситуации. Отдохнуть и настроиться на позитив. По возможности, конечно. Теперь уже Аделинда помалкивала и не задирала нос. Сидела тихонько, опустив плечи и заметно поникнув. Ради такого зрелища можно было и заблудиться. Во всяком случае, я бы не отказался еще немного пошататься по подземным коридорам (а лучше спокойно посидеть). Только не очень долго, максимум полчаса. Главное, что Аделинда перестала корчить из себя особу, которая все знает и везде была. Сколько можно третировать нас как мальчишек. Собственно, говоря, старше она была совсем на чуть-чуть. Один-два года – это ведь вообще ни о чем.

Мы отдохнули еще немного. И еще немного. Отдых затянулся, когда Вилмор произнес:

– Ну что, возвращаемся?

А вот обратный путь не затянулся. Просто-напросто надо было вовремя свернуть, а дальше коридор уже сам довел нас к выходу. Аделинда скромно шла позади и больше не давала ценных указаний. Зато я усвоил, что в компании с Вилмором можно не бояться заблудиться.

Мы оставили факелы на прежнем месте, необходимость в них отпала. И побрели обратно к реке. Обогнули ее исток, а дальше осталось всего ничего… Темная пещера – теперь уже абсолютно темная, в расщелину наверху свет не пробивался. Наконец выбрались на свежий морозный воздух. В небе горели крупные звезды, луна вовсю светила.

Лошади давно застоялись и заскучали, так что встретили нас приветливым ржанием. Да и проголодались наверняка, так что их не понадобилось погонять. Они сами резво припустили в сторону замка. Буквально в нескольких десятках метров от пещеры мне показалось, что маленький холмик у дороги подскочил и ускользнул куда-то в сторону, рассыпавшись снежными искрами. Но мы ехали слишком быстро, чтобы понять на самом деле это было или только обман зрения.

Ворота замка были распахнуты.  Вскоре мы передали лошадей конюху, который по-прежнему скучал возле конюшни. Не привлекая к себе лишнего внимания, шмыгнули в замок. Однако наше появление не осталось незамеченным.

На площадке лестницы поджидал дядя Лоренц. Сурово смотрел на нас сверху вниз, сложив руки на груди, и вид у него был суровый и насупленный. А еще – мрачный и осуждающий.

– Как это понимать? Аделинда! Ты взрослая девушка, а ведешь себя… Вы не только сами пропали, но еще и Анселя с собой потащили! Я уже собирался послать людей искать вас по всей округе. Чтобы это было в последний раз!

Вот уж не подозревал, что у дяди Лоренца имеется в запасе такой тон. Вчера он показался сдержанным и спокойным как удав. Что ж, старших лучше не злить, особенно, когда эти самые старшие обладают неограниченной властью, хотя бы в пределах одного королевства. Даже Аделинда не стала особо возражать.

– Действительно, мы слегка задержались. Доехали почти до Бархатного леса…

– Не нужно лгать. Вас видели совсем недавно поблизости от входа в Подземелье.

– Да, мы заглянули туда ненадолго.

– Завтра останетесь в замке на целый день. Это решено окончательно.

Я думал, Аделинда начнет отстаивать свои права на свободу передвижения, однако она смолчала, как и подобало благовоспитанной средневековой девице.

– Больше никаких вылазок под землю без моего ведома, – повел итог папаша Аделинды. – А теперь умывайтесь, переодевайтесь и идите в столовую.

***

За столом тучи в настроении хозяина замка слегка рассеялись. Однако долгое время не было слышно ни звука, кроме тихого позвякивания столовых приборов о фарфор. Через некоторое время дядя Лоренц положил вилку и нож и вполне дружелюбно спросил меня:

– И какие у тебя впечатления от Подземного королевства?

– Ну… очень необычно все.

– Согласен. Но смотреть там особо нечего, за исключением двух-трех мест. Собор ты, конечно, видел?

– Да.

– Его когда-то построили члены древнего подземного братства. Культ, которому они служили, пользовался влиянием и у нас тоже. Подземные боги считались исключительно мстительными и могущественными. Мало кто рисковал портить с ними отношения. Теперь этих богов почти забыли, только горстка полусумасшедших жрецов помнит об их былом могуществе. Но это все дело прошлое. Если захочешь еще раз туда наведаться, предупреди, пожалуйста. Я пошлю с вами сопровождающих. Подземелье – не самое безопасное место в наших краях, хотя свирепые боги там уже не водятся, конечно, – дядя Лоренц слегка усмехнулся. – Кстати, ты ведь еще не в курсе распорядка дня в замке. Я сам как-то растерялся, даже не поговорил с тобой. Все же не каждый день сюда приезжают племянники из Внешнего мира… Итак, завтрак и полдник слуги разносят по комнатам. Общий обед в пять, если задерживаешься – желательно предупредить. Ужин в восемь. Если что-то понадобится – всегда можно обратиться к Россену или к слугам. В спальне возле двери есть звонок, увидишь, если еще не обратил внимания.

– Хорошо.

Тут принесли десерт – шоколадный пудинг и фрукты. Кроме яблок, груш и персиков еще какие-то незнакомые – кораллового цвета, размером с крупную сливу, с нежной пряной мякотью.

Дядя Лоренц снова обратился ко мне:

– Послушай, Ансель. Я вчера как-то упустил из виду. Ты ведь приехал на все каникулы?

– Нет, мы с родителями решили, что на неделю. Поезд только раз в неделю, значит, двадцать девятого уезжаю.

– В самом деле? А я так надеялся, что ты погостишь у нас подольше. Время пролетит незаметно, ты и половины интересного не успеешь посмотреть.

– Но я собирался встретить Новый год дома. А Рождество с вами.

– Мы здесь не особо отмечаем большинство праздников Внешнего мира. В том числе, Рождество. Хотя в честь твоего приезда мы его, разумеется, с удовольствием отпразднуем. Я уже распорядился поставить и нарядить елку в Драконьем зале. Зато Новый год всегда встречаем весело. На новогодний бал съедутся приглашенные со всего королевства. Кого только там не увидишь, и развлечений будет много. Тебе навсегда запомнится новогодняя ночь в Снежном королевстве. Я уверен. Останься подольше, прошу тебя.

– Но… родители будут волноваться. Как я им сообщу? Здесь ведь никакой связи. Если только позвонить или отправить телеграмму со станции…

– В этом нет необходимости. Мы сообщим о твоем решении. Надеюсь, они не будут против. Ты только напиши письмо, а я уж позабочусь о том, чтобы они его завтра же получили.

Я не понимал, каким образом письмо доберется до адресата, однако кивнул.

– Обязательно напишу.

В самом деле, неудобно отказывать дяде-королю и заставлять себя упрашивать. К тому же, мне правда хотелось остаться. Жаль было отказываться от дополнительных приключений.

– Прекрасно! – обрадованно воскликнул дядя Лоренц. – Я не сомневался, что мы найдем общий язык.

***

В спальне я вытянулся на кровати, поверх шелкового покрывала. Ноги и спина ныли с непривычки. Но я был страшно горд, что не опозорился и оказался вполне сносным наездником. Я подумал: если задержусь в гостях еще недельку и постоянно буду практиковаться, результат окажется впечатляющим. Тогда дома можно будет сразу после приезда махнуть на ипподром, чтобы всех удивить.

Глава 13

Утро было солнечным, яркие лучи заливали всю спальню. Я открыл глаза и… сначала подумал, что все еще сплю. Мои джинсы, которые вечером швырнул в кресло напротив кровати, деловито заползли наверх и аккуратно повесились на спинке.

– Эй, в чем дело?!

– Простите, ваше высочество. Я не посмел бы вас беспокоить. Полагал, что вы еще спите, – раздался в ответ вкрадчивый голос.

– Кто это?

– Ваш покорный слуга. Меня зовут Делфис.

– А почему я тебя не вижу?

– Я почти невидим, как вы сами изволили заметить. Хотя, если приглядеться…

На фоне кресла действительно проступал размытый силуэт. Длиной примерно сантиметров тридцать. Силуэт или прозрачное облако, по краям слегка отливавшее радужным блеском, как мыльный пузырь.

– А ты всегда такой был?

– Да. Я служил еще прадеду нынешнего короля и предыдущим поколениям тоже. Таких, как я, называют «невидимыми слугами». Нас довольно много в замке, преданных слуг, которые не попадаются на глаза и незаметно делают свою работу.

– Надо же…

– Господин Россен велел мне поступить в ваше распоряжение. Но, если вам неприятно, вернется обычный слуга.

– Почему неприятно? Просто я не знал, что такое бывает. Оставайся, конечно. И лучше называй меня на «ты», ладно? Тем более, тебе уже столько лет.

– Вы шутите, ваше высочество. Как я могу называть вас на «ты», словно равного себе?

Я не стал настаивать. После общения с Россеном на эту же тему усвоил, что привычки местных служащих изменить трудно.

– Какую одежду вам на сегодня приготовить? – осведомился Делфис.

– Да без разницы. На твой вкус.

– Хорошо.

Через несколько секунд дверца шкафа приоткрылась, и одна за другой вещи переместились на спинку кресла: темные брюки, что-то вроде френча из мягкой шерсти, украшенного едва заметной вышивкой у ворота… Пояс с серебряной пряжкой…

– Что принести вам на завтрак? Овсянку с клубникой или глазунью с беконом и зеленью?

– Давай лучше глазунью.

– Одну минуту.

Он вернулся очень быстро, я едва успел одеться. Пока я расправлялся с завтраком, Делфис прибрался в комнате и ванной, расшевелил кочергой минералы в камине. Я поинтересовался:

– А тебе не трудно все это? Поднос, например, довольно тяжелый.

– Совсем не трудно. Я давно привык справляться. К тому же я лишь внешне призрачный. На самом деле у меня достаточно сил.

– Раз ты тут давно служишь, наверное, помнишь моего отца?

– Разумеется, я прекрасно помню принца Стефана. Но, к сожалению, мало что смогу рассказать о нем. У него были другие слуги, которых теперь в замке уже нет.

В дверь постучали, и в комнату заглянул Россен.

– Принц, его величество просил после завтрака зайти к нему. Он ждет вас в малом тронном зале.

– Ладно, приду обязательно.

– Я провожу, вам ведь еще не все помещения в замке известны, – добавил Россен.

***

Если этот зал считался малым, то каков тогда большой зал? Пафосное оказалось помещение. Мебели там практически не было, зато потолок покрывала роспись —рыцари в развевающихся плащах и танцующие единороги. По стенам висели гравюры, мозаичный пол пересекал длинный ковер с золотистой каймой. На возвышении стояло огромное резное кресло из темного дерева, казавшееся твердым и тяжелым, словно железное. Само собой, это и был трон. У его подножья – пара кресел поскромнее. На одном из них я заметил нечто странное – вроде бы и человек, но будто сотканный из черного тумана. Незнакомец выглядел настолько необычно, что я даже не сразу обратил внимание на дядю Лоренца, расположившегося на троне. Дядя Лоренц между тем кивнул незнакомцу.

– Итак, мы все решили, теперь можешь удалиться.

Тот покорно поднялся и скользнул к выходу, почти не касаясь подошвами пола. Я застыл возле двери, поэтому черный незнакомец должен был оказаться совсем рядом. Я и опомниться не успел, как он обхватил мою руку своими длинными, темными, просвечивающими пальцами, поцеловал ее и пробормотал:

– Принц Ансель… Счастлив лицезреть вас.

Голос у него был глухой и низкий. Воздух вокруг стал влажным, как после дождя. А потом все исчезло, от странного незнакомца не осталось и следа. На моей руке, к счастью, тоже, только легкое ощущение прохлады. Но ведь не померещился же он мне! Дядя Лоренц внес ясность:

– Это властитель Незамерзающих болот на восточной окраине королевства. Мой вассал. Присаживайся, Ансель.

Я устроился в кресле (не в том, которое покинул болотный властитель).

– О многом хочется порасспросить тебя… Даже не знаю, с чего начать, – сказал дядя. – Мы же с твоим отцом росли вместе, мне каждая подробность интересна и дорога. Вы ведь живете за городом в собственном доме?

– Не очень далеко от города, на машине меньше часа ехать. Если ускориться, то вообще за полчаса. Дом двухэтажный. Конечно, маленький по сравнению с замком.

Дядя Лоренц улыбнулся.

– По сравнению с замком почти любое здание покажется маленьким. Он строился и расширялся на протяжении веков. А как здоровье Стефана?

– Все нормально.

– Я очень рад. Он ведь работает на тестя?

– Да, в главном офисе.

– Я слышал, твой дед очень богатый и влиятельный человек. И характер у него суровый.

– Зато он много денег жертвует на благотворительность.

На самом деле дед жертвовал на благотворительность ровно столько и именно в тот момент, чтобы новость попала во все СМИ и принесла максимальную выгоду. Такой подход в конечном итоге окупал потраченные средства и даже приносил некоторые бонусы. Дед всегда говорил, что лучший способ помочь людям – это дать им возможность самим работать и зарабатывать. А регулярные подачки только развращают и плодят паразитов. Но я не стал объяснять дяде такие подробности. Он расспрашивал дальше и дальше. О нашем распорядке дня, о маме, родственниках с ее стороны, приятелях отца, моей учебе в лицее. Все ему было интересно – даже наши соседи и мои лицейские друзья. Я отвечал на его вопросы, хотя без лишних деталей. Наконец дядя спросил:

– Ты уже написал родителям, что хочешь погостить здесь до Нового года?

– Не успел, вчера рано уснул. Но я сейчас напишу…

– Замечательно. Когда письмо будет готово, дай знать, мы его вместе отправим.

***

«Дорогие мама и папа, счастливого Рождества. Дядя Лоренц тоже передает вам поздравления. Мне здесь очень нравится, вчера я уже побывал в Подземном королевстве. Замок просто классный! А еще я все-таки научился ездить верхом. Я бы хотел остаться здесь до Нового года. Вы не будете против?

Привет Мартину».

Ваши рождественские подарки в моей комнате, спрятаны на средней полке за учебниками.

Ансель.

Я сложил листок пополам и отправился во двор замка, где уже поджидал дядя, как сообщил Россен. Мы встретились у одной из стен, возле которой росли запорошенные снегом невысокие деревья.

– Я сейчас вернусь, – с таинственным видом сказал Россен и скрылся.

Вскоре он появился с большой клеткой в руках. Сперва мне показалось, что клетка пустая, но потом я уловил какое-то движение внутри.

– Это призрачная птица, – пояснил дядя Лоренц. – Она и доставит письмо по адресу.

Он открыл дверцу клетки, которую Россен осторожно поставил на замощенную площадку. Дядя протянул руку ладонью вверх и произнес какую-то фразу на непонятном мне языке. Слова звучали мелодично и протяжно. Из клетки действительно выбралась птица. Я уже с самого утра успел привыкнуть ко всяким призрачным существам, так что не особо удивился. Ее вполне можно было рассмотреть – довольно крупная, с хищным клювом, когтистыми лапами и хохолком почти как у павлина. Она внимательно поглядела на меня блестящими глазами, будто сделанными из крупинок льда.

Дядя сказал:

– Ансель, дай ей письмо.

Птица опять взглянула на меня, я протянул письмо, она взяла его в клюв.

– Ну, счастливого пути, – пожелал дядя Лоренц.

Призрачная птица сделала несколько шагов, взмахнула мощными крыльями и резко поднялась в воздух. Повеяло ледяным ветром… Стремительный силуэт поднялся ввысь и моментально слился со светло-серым небом.

– Она уже скоро будет на месте. Чудесная пташка… Благодаря ей можно держать связь с Внешним миром. В экстренных случаях такая возможность бесценна. Только призрачная птица способна преодолеть границу королевства. Ваши самолеты и вертолеты не в силах ее пересечь. А птица легко справляется с этой задачей.

– Дядя Лоренц, она не собьется с пути? Точно прилетит к нам домой?

– Разумеется. Тем более она уже относила туда письмо четырнадцать лет назад.

– Жалко, что ответ не принесет. Или все-таки принесет?

– Вряд ли. Если только Стефан вспомнит, как можно ее подманить и успеет написать ответ. Но у него на это будет буквально минута. Потом птица упорхнет, она не любит задерживаться во Внешнем мире.

Глава 14

«Анс, тебя тоже с Рождеством. Если так здесь нравится, оставайся до января. Только, пожалуйста, будь осторожен, сынок. Возвращайся поездом, который отправляется 6.01. Мы с мамой очень скучаем по тебе».

Три строчки торопливым почерком на вырванном из блокнота листке… Отец все-таки успел их написать и вспомнил фразу, которой можно подманить призрачную птицу. Она положила этот листок к моим ногам и неторопливо забралась в клетку. Россен унес ее. С того момента, когда птица улетела к нам домой, прошло не больше двадцати минут.

– Дядя Лоренц, а призрачная птица так и живет все время в клетке?

– Нет. В основном обитает в ледяной оранжерее, ей там нравится. В клетку пташку заманивают только когда нужно ее куда-то перенести. А на плече или в руках ее долго не удержишь. Ну что, все в порядке, родители не против?

– Не против, я остаюсь здесь до шестого числа.

– Чудесно. Надеюсь, ты подружишься с Вилмором и Аделиндой.

– Да мы и сейчас нормально общаемся. Жалко только, что сегодня никуда не получится выбраться.

Дядя развел руками и добродушно улыбнулся.

– Ничего не поделаешь, Ансель. Раз уж я сказал, что сегодня вы из замка не выйдете, значит, так тому и быть. Королевские приказания должны исполняться даже в мелочах. Это дело принципа. Ничего страшного, проведете время спокойно, в замке тоже найдется много интересного. А вечером отметим Рождество. В узком кругу, по-семейному. Только мы и самые знатные придворные.

***

Мы неторопливо брели по длинной галерее на первом этаже в западном крыле. Я рассчитывал, что скоро научусь ориентироваться в огромном замке, но пока имел о его планировке только самое общее представление. В галерее было темновато, лишь кое-где встречались тусклые светильники. Наверняка эту часть замка редко посещали. Во всяком случае, такое складывалось впечатление. Жизнь в галерее, где стены были увешаны старыми портретами, словно замерла навсегда. У меня и Аделинды были факелы из минералов. Время от времени Аделинда подносила свой факел к какому-нибудь портрету, который казался ей достойным внимания, и тогда мы останавливались, чтобы рассмотреть его во всех подробностях. Если бы задерживались рядом с каждым портретом, то бродили бы здесь до глубокого вечера. Вилмор молча следовал за нами, как тень.

– Вот это – один из первых правителей Снежного королевства, Расмунд Жестокий. Точнее, третий по счету. Живописные портреты двух первых не сохранились, есть только миниатюры на пергаменте. Потом, если интересно, посмотришь, они хранятся в библиотеке. А при Расмунде уже имелся придворный живописец, даже довольно искусный.

Не знаю, как насчет «искусный», однако то, что третьего короля не зря прозвали Жестоким, художнику удалось передать. Мрачное угрюмое лицо, темные доспехи, сильные руки, сжимающие обнаженный меч…

– Тогда бесконечные войны шли, естественно, было не до веселья. Все-таки Расмунд сумел удержать власть, и династия осталась на троне. Хотя и трона тогда еще не имелось. Корона, торжественное венчание правителя, герб и прочая мишура появилась позже.

– А он в каком веке правил?

– В середине пятого. Такая вот старина.

– Разве тогда уже были нормальные портреты?

– Здесь уже были. У нас ведь не обычное королевство, а зачарованное.

Мы миновали много портретов правителей с суровыми угрюмыми лицами. Видимо, еще долго в королевстве было неспокойно. Некоторых из тогдашних королей Аделинда называла, но имена как-то не задерживались в моей памяти. Постепенно доспехи сменялись сукном, шелком и бархатом, оружие встречалось уже не так часто. Да и выражения лиц правителей становилось приветливей. У кого задумчивое, у кого даже с легкой улыбкой. Наверное, времена менялись, и становились спокойнее. Попадались и женские портреты. Среди них мне особенно запомнилась одна принцесса – в малиновом пышном платье, с высокой прической, вся усыпанная драгоценностями. Слегка смахивала на рождественскую елку. Но в целом королевские одеяния казались не такими экстремальными, как на многих картинках в учебниках по истории Средних веков и Возрождения.

А потом на меня посмотрел отец. То есть это был не он, но сходство просто удивительное, сразу бросавшееся в глаза. Я, конечно, сразу остановился перед портретом молодого мужчины.

– Эртам Прекрасный, – объявила Аделинда. – Правил совсем недолго, погиб от удара молнии в двадцать пять лет.

– Кошмар.

– И не говори. В те времена громоотводов не водилось. Видишь, молния на заднем плане?

– Да.

Вспышка молнии заливала половину картины, освещала золотистые локоны несчастного короля.

До чего же они были похожи с моим отцом! И с Вилмором, конечно, тоже. Одни и те же черты лица сохранились в веках, чтобы возродиться снова. Эти трое, в сущности, различались лишь цветом волос и глаз да какими-то мелкими индивидуальными особенностями. Но это была одна единая порода.

– Молнию живописец нарисовал уже после смерти короля, на одном из его последних портретов. Еще сохранилась мраморная статуя Эртама. Она в глубине сада, в гроте. Погибшего долго оплакивали, даже возникло что-то вроде культа покойного короля. Народ его обожал. Тем более, он еще не успел натворить никаких злодейств и повысить налоги.

– А вот и твой дед, – минуты через три объявила Аделинда.

Так я впервые увидел своего таинственного деда, о котором до приезда в Снежное королевство даже ничего не слышал. Портрет в полный рост. Дед оказался широкоплечим и, похоже, высоким. На портрете ему было лет сорок, наверное. Волевой подбородок покрывала черная бородка. Вернее, ухоженная щетина, так что образ вполне себе актуальный. А еще напрашивался вывод, что характер у деда крутой, и вообще он был человеком энергичным и упрямым. Или отлично таким притворялся.

– Неужели отец никогда не рассказывал тебе о короле Рэйнере?

– Я же отвечал уже, что никогда.

Ну, а дальше в галерее меня ждал портрет отца. На этот раз не двойник, живший несколько веков назад, а он сам. Видимо, мой ровесник или чуть старше. Не узнать его было невозможно. Он всегда выглядел потрясающе молодо. Однако тут был почти мальчишкой. И конечно, ни одного седого волоса. А ведь я даже не представлял отца без платиновых прядей. Он гладил длинноухую собаку, которая положила голову ему на колени.

– Чудесный портрет, правда? – прошептала Аделинда.

Буквально застыла на месте, хотя с чего бы ей любоваться изображением, которое точно видела много-много раз? Рядом с остальными портретами она надолго не зависала. И вдруг я догадался, что было совсем не трудно сделать по выражению ее лица. Эта белобрысая жердь просто-напросто заочно втюрилась в моего папочку! Между прочим, в своего дядю, хоть и троюродного. Понятно, что в реале он бы на нее даже не взглянул. Но все равно мне это очень не понравилось. Поэтому я поскорей шагнул вперед.

– Погоди, а это кто?

Девушка на небольшом овальном портрете сидела в кресле, вокруг вились цветочные силуэты. Она вся словно светилась изнутри. До какой же степени она была не похожа на все предыдущие женские портреты! Изображенные там дамы были разными – красивыми и так себе, надменными и снисходительными. Но это все было не важно, главное – девушка с портрета казалась созданием из какого-то другого мира. В чем состояло ее отличие от других, я не мог догадаться.

– Это супруга короля Рэйнера, – сухо ответила Аделинда.

– То есть моя бабушка?

– Разумеется.

Юная бабушка…

Глава 15

Ближе к вечеру мы немного поболтали с Дэлфисом о Подземном королевстве. Сам он туда заглядывал всего однажды и вообще редко перемещался за пределы замка. Зато кое-что знал о гидре. По его словам, гидру поселил в подземной реке некий коварный волшебник. Тогда гидра была совсем крошечной, почти невидимой, но очень быстро вымахала до своих теперешних размеров. Волшебник подкинул ее подземным жителям обитателям не просто так, а по поручению властителя Снежного королевства. Тогда две соседние страны враждовали, и был расчет навредить нижним соседям с помощью кровожадной зверушки. В итоге получилось наоборот – те просто стали осторожней и не совались в воду, зато приспособились подкармливать гидру пленниками из верхнего мира.

– А из-за чего та война началась?

– Она шла почти с самого основания Подземного королевства. Видите ли, далеко не всегда для начала войны требуется веская причина. Но в случае с тем противостоянием веские причины имелись. Подземное королевство появилось позднее нашего, хотя тоже очень давно. Наследный принц Снежного королевства посчитал, что его отец, король Олберик, правит чересчур долго. Надоело ему вечно носить статус наследника.

– Да? А вот британскому принцу уже лет семьдесят, наверное, и до сих пор наследник. Вроде, не возмущается.

– Во Внешнем мире другие понятия о престолонаследии. Мне так кажется. Да и времена тогда были совсем иные. Тому наследнику до старости было далеко, но он все равно считал, что чем раньше сядет на престол, тем лучше. Образовался заговор против короля, в числе ближайших вассалов нашлись желающие выдвинуться. Однако кто-то успел донести. Или дух, который покровительствовал династии, подал знак королю. Точно не известно. Впрочем, это не важно теперь.

– Я сегодня наверняка видел портреты короля и наследника в галерее.

– Портрет Олберика там есть. А все изображения Гонзо были уничтожены. Отец хотел изгладить саму память о нем.

В одну ночь самого наследника, его жену, троих маленьких детей и всех заговорщиков вместе с семьями схватили. Связанных, отволокли в подземелье. Вход завалили каменными глыбами и поставили вооруженную стражу. Внутри тогда ничего не было, разумеется. Огромное пустое пространство. Там когда-то начинали искать руду, но безрезультатно. Ссылка в подземелье казалась страшнее смерти. Ужасный, пустынный, мрачный край, которым владели жестокие боги.

– Богов я тоже видел на стенах храма. То есть, конечно, не самих, а изображения.

– Да, древние боги давно удалились на покой, в неведомые земные глубины. Заговорщики, угодившие под землю, все-таки выжили. Хотя среди них не было простолюдинов, которые легко приспосабливаются ко всему. Чистая вода там имелась, даже в нескольких источниках. В реке, протекающей почти через весь край, водилась рыба, правда, ее было очень мало. Зато летучих мышей хватало. Тут уж было не до брезгливости.

В подземелье оказалось относительно тепло, со временем его новые обитатели построили себе дома, не стали ютиться в пещерах. Начали возводить храм, чтобы умилостивить богов, которые время от времени насылали бедствия на маленькое поселение.

– Может, эти бедствия случались сами по себе? Просто из-за тяжелых условий, – предположил я.

– Людям проще считать источником своих бед нечто сверхъестественное. А когда они полностью освоились в подземелье, то обнаружили другой выход наружу, на подступах к Дальним горам. Забыл сказать, что Гонзо все-таки провозгласили подземным властителем. В какой-то мере он достиг желаемого, хотя подданных оказалось маловато. Набралось около сотни человек, в том числе женщины и дети. Жалкая горстка. Однако начало Подземному королевству было положено. Иногда, стараясь не привлекать лишнего внимания, они выбирались на поверхность через второй выход. Приходилось быть крайне осторожными. Если бы кто-то из горных жителей донес королю, к тому выходу тоже приставили бы стражу. Но все обошлось. Постепенно установились связи с горцами, которые не хотели подчиняться Олберику, некоторые даже поселились под землей, ведь там было теплее. Подземные обитатели выменивали у горцев продукты, необходимые вещи. Обзавелись семенами и занялись земледелием. Даже в полумраке получали какой-то урожай благодаря упорному труду. Обнаружились целые залежи драгоценных камней, руду тоже нашли. Жизнь потихоньку налаживалась. Прошло двадцать лет. Выросли те, кто попал под землю в детстве. Те, кто родились уже под землей, считали этот мрачный край своим домом. Их не тянуло наверх, к солнечному свету. А Олберик до сих пор не собирался умирать. Наследником он назначил брата, который был намного младше и имел множество сыновей. Гонзо устал ждать своего часа. Когда Олберик все-таки скончался, Гонзо заявил о своих правах на престол. Подземные жители, объединившись с горцами, нападали на приверженцев нового короля. Небольшими группами старались нанести урон противнику, а потом снова скрывались под землей. Часть знати и воинов поддержали права прямого потомка Олберика. Снежное королевство заполыхало. Мало кому удавалось остаться непричастным. Волшебники и маги тоже выбирали одну из сторон… Гонзо погиб в сражении, власть в Подземном королевстве принял его старший сын. Противостояние продолжалось долго. Бывали дни, когда черная вода подземной реки казалась густо-красной от крови пленников. Но все когда-то заканчивается, закончилась и кровопролитная война. Потомки Гонзо не добились возвращения на престол Снежного королевства, однако их признали почти равноправными владыками. Такая вот история…

Я заметил, что Дэлфис переместился к шкафу. Дверца раскрылась, и вскоре на кресло аккуратно улеглось нечто, сшитое из черного бархата.

– Думаю, этот костюм подойдет для сегодняшней ночи, – сказал Дэлфис. – Сейчас помогу вам одеться.

– Ты чего, я сам умею, не ребенок.

– Как вам будет угодно.

Даже удивительно, насколько быстро я привык к местной одежде. Хотя все логично, джинсы и джемпер смотрелись бы тут странновато. К тому же, отпала необходимость напяливать костюм, который навязала мне мама. Сейчас ведь как раз намечался торжественный случай.

Рождественские подарки я еще раньше вынул из чемодана. Дяде Лоренцу предназначалась навороченная ручка в футляре, его жене – подставка для украшений в виде изящного деревца, Аделинде – шелковый шарфик с узором из снежинок. Все это мама выбрала на свой вкус. Только про существование Вилмора она не знала. Зато на всякий случай положила еще пару маленьких, размером с открытку зимних пейзажей в рамках. Один из них как раз пригодился. Я сложил подарки в пестрый картонный пакет с бантом. И сразу подумал о том, достали ли уже родители мои рождественские подарки. Маме я купил на свои карманные деньги шкатулку для рукоделия, отцу – ежедневник в кожаном переплете и с металлическими уголками. Интересно, что они приготовили для меня?

Вообще-то уже были кое-какие соображения по этому поводу. Мама, скорее всего, выбрала какой-нибудь набор для художника. В последнее время я ни с того ни с сего полюбил рисование, и ей это нравилось. Она всегда мечтала, что из меня вырастет выдающийся субъект. Что касается отца, то я надеялся, что он купит мне щенка. Я уже раза два-три намекал на это в течение месяца, и вроде бы, отец ничего не имел против. Раньше у нас жил только кот. Сам появился, когда я еще учился в третьем классе. Огромный угольно-черный зверюга с белым треугольничком на груди зашел однажды вечером в приоткрытую дверь, отряхнул лапы от снега и улегся на пушистом ковре возле камина. Получилось, что не мы его завели, а он нас. Снисходительно позволял о себе заботиться и внимательно наблюдал за нашей жизнью. Домашний любимец оказался с суровым характером. Признавал только отца, на остальных шипел. Мои попытки завязать дружбу ни к чему хорошему не привели. От глубоких царапин на руках еще долго оставались следы. Примерно через год кот пропал, так же неожиданно, как появился. Его долго разыскивали по всей округе, но безрезультатно. Никто его не видал, хотя котяра был приметный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.