Елена Нестерова
Анфазия Эн и трон Эльфийских Королей

От автора

Дорогие мои маленькие читатели, роман-фэнтези "Анфазия Эн и трон Эльфийских Королей" является продолжением сказочной повести "Волшебные миры Анфазии Эн".

Пролетели тысячелетия с того дня, как Королева Анфазия Эн Великая и Король Егор Первый вернулись на Землю, но… Для Анны и Егора прошло всего четыре года, и настало время долгожданной встречи в назначенный день и час, в особенном месте, которое не должно было исчезнуть к этому важному дню. Но у судьбы – свои планы…

Планета Анастения стонет под злыми чарами врага. Она засыпана песком. Её жители умирают от голода, но не перестают хранить в памяти легенду о Воине Света с планеты Земля, чья королевская кровь и храбрость сердца поможет одолеть врага. Так кто же он, этот герой?

Повзрослевшие герои вновь попали в круговорот событий. Опасности, невероятные открытия, битвы с врагом, это как список дел за день, а ещё… Радость дружбы, прошедшей через тысячелетия!

Глава первая
Смерть Севейро

Эльфы проживали долгую и чудесную жизнь, их сердца были смелыми и благородными, и влюблялись они всего один раз в жизни и навсегда. В триста лет они завершали свои земные дела и уходили в "Долину Покоя", где ложились в голубой мох и тот переваривал их тела, стоило лишь душе покинуть его, а до этого старые эльфы лежали на мягкой подстилке и болтали друг с другом, обсуждая прошлую счастливую жизнь.

Очень разумно, что родным и друзьям не позволялось присутствовать на этих долгих похоронах, чтобы не беспокоить уходящих, дав их разуму и сердцу приготовиться к иной, небесной жизни.

Но Эльфийские Короли жили гораздо дольше… Их кровь была более сильной и здоровой, но, если уж говорить по чести, более волшебной, чем у остальных эльфов.

Тысяча лет и ни днём меньше – это был их срок, но если беда приходила в царство Эльфов, то и больше… Гораздо больше!

Место их погребения было иным. Тайная долина была в "Туманном лесу" рядом с тронным залом под открытым небом, и лишь ветви и лианы окутывали его и прятали от чужих глаз. Здесь они рождались, и здесь же уходили к недрам земли, отпуская свою душу подобно песне в бесконечное плаванье по великому космосу.

Благороднейший из Королей, Севейро, прожил три тысячи лет благодаря смешению крови человеческой и эльфийской. Как ни странно, побратавшись с Энни, он приобрёл множество волшебных свойств, до сего момента не входящих в арсенал эльфов. Вместе с долгожительством Анфазии Эн, а через пять тысяч лет ей было всего восемнадцать лет по Земным меркам, Севейро научился управлять водой, воздухом и землёй. Он мог видеть прошлое и будущее гораздо яснее, чем его предки – Короли. Он стал больше понимать людей, от этого связи между двумя расами крепли. Случались даже браки между людьми и эльфами, и их дети рождались крепкими, умными и добрыми.

И у многих, но не у всех, конечно, за спиной хлопали волшебные крылья. Люди научились летать, а эльфы растить хлеб и пасти скот. И все были счастливы!

Король Севейро был доволен своей жизнью, но и его срок подошёл к концу и тогда он пригласил к себе Короля Егора Первого и Королеву Анфазию Эн Великую, чтобы попрощаться в тишине, в тронном зале "Туманного леса". Однозначно был слишком опечален, и Энни попросила его остаться во дворце, чтобы не добавлять лишних слёз. И без того образовалось полноводное озеро на полу в тронном зале дворца Анфазии, где маленький эльф рыдал два дня подряд.

Егор был удивлен, сколько солёной воды может быть в теле такого крошечного создания, но ничего не сказал, а лишь принёс десяток старых наволочек, чтобы тот вытирал ими глаза.

Дорога заняла не больше часа, но Егор и Энни молчали. Говорить не хотелось. Сердце девочки скукожилось от горя. Севейро был ей другом, братом, советником, да что там, она любила Короля всем сердцем, и его уход ввергал её в холодящий ужас, который сковывал всё её тело и даже язык.

Что скажет она ему на прощанье? Что? Она не мыслит жизни без него! Завтра наступит новый день, но в нём не будет радости, Севейро заберёт её с собой, в голубой мох с белыми цветочками. Навсегда! Без права вернуть хоть на мгновение!

Знакомая поляна, самое светлое место в "Туманном лесу". Деревья словно расступились, освещая Королевский трон с сидящим старичком. На голове его была надета та самая чудесная корона, которая давно стала для него непомерной ношей. Рядом с троном стоял его единственный сын и любящая жена, маленькая худенькая эльфийка с потрясающими бирюзовыми глазами. Обычно они были наполнены вселенским добром, чистейшим на этой планете, но сейчас, в эту минуту, слёзы бесконечной рекой лились на землю из этих прекрасных глаз.

– Любель, милая, не плачь, не рви мне сердце! Сейчас придёт Энни и тоже будет плакать. Я умру раньше, чем собирался, видя ваше горе. Прошу тебя, любимая, не нужно лить слёзы! Твоё время скоро придёт, и мы встретимся! Я подожду неподалёку! Не волнуйся!

Любель стала успокаиваться и взглянула на сына, стоявшего с низко опущенной головой. Он был очень юным эльфом, совершенно не готовым принять правление, и Севейро это знал, и потому вся его надежда была на то, что Анфазия примет регентство, пока мальчик не окрепнет и не научится управлять страной.

Когда Энни с Егором подошли к поляне, Севейро уже снял корону и повесил на край резного трона. Энни бросилась к другу и нежно обняла его, боясь сделать больно истощённому тельцу.

– Как хорошо, что ты успела! Если ты внимательно читала моё письмо, то знаешь все мои просьбы кроме одной…

– Да, Севейро, я пригляжу за твоим сыном, и помогу ему стать настоящим Королём, похожим на своего Великого отца. Он умный и храбрый юноша и у него всё получится, не сомневайся.

Она посмотрела на принца, и тот преклонил перед ней колено в знак благодарности за добрые слова.

– Я знаю, из Эвейро выйдет хороший государь!

И Король ласково улыбнулся сыну.

– Так какую просьбу я ещё не знаю? Что ты ещё надумал, признавайся?

Энни держалась, как могла, чтобы не разрыдаться. Если это случится – всё пропало, из её головы вылетят все умные мысли и останется одно бесконечное горе.

– Не сердись! Ты же знаешь, я не могу оставить тебя без загадок, требующих решений, самых верных, королевских решений. Не могу допустить, чтобы ты скучала, когда меня не станет!

Он тяжело вздохнул, улыбнулся и поманил Энни поближе. Та наклонилась к самому уху и Севейро быстро-быстро заговорил, боясь не успеть.

– Когда я испущу дух, загадай желание! Поклянись, что скажешь всё слово в слово!

– Клянусь! – послушно сказала Энни. – Так что я должна пожелать?

– Пожелай, что в тот день, когда трон эльфов опустеет, и над страной нависнет опасность, ты вернёшься из своего мира и останешься здесь, пока благоденствие не вернётся на эту священную землю!

– Ты с ума сошёл, опять в бой? А если я к тому моменту буду дряхлой старухой, или хуже того, умру? Что же мне, как зомби, из земли вставать и на Анастению возвращаться?

– Ты осталась всё той же смешной девчонкой, Энни. Время не старит твой дух, лишь наполняет его силой. Ты не будешь дряхлой старухой, уверяю тебя. А бравные дела были всегда твоим любимым занятием, не так ли?

– Когда это было? Вспомни ещё бой с пауками…

– А что? И вспомню! Дралась ты на славу! Прошу тебя, Энни, помоги мне уйти в покое, дай клятву, что загадаешь желание.

– Ладно, дам клятву, но ты ловко устроился, братишка, сам в голубой мох с цветочками, а меня опять толкаешь на приключения. А Егора чего не просишь?

Севейро притянул Энни за прядь волос так близко, как мог и прошептал:

– Только тебе ноша по плечу! Сестра моя!

Они говорили около часа. Севейро давал советы сыну и утешал жену, а Энни с Егором сидели рядом с троном и гладили морщинистые руки старика.

Егор горевал по Севейро, но он был далёк от него, и частенько даже ревновал Энни, так много времени они проводили вместе, в долгих и непонятных для Егора беседах. У них было много общего, даже кровь одна на двоих и крылья, и любовь к полётам, и тайны… Егор тоже любил тайны, но такие, чтобы решались они звоном мечей, а не тихими шептаниями под звёздным небом.

Но Егор понимал, как трудно сейчас Энни и готов был поддержать её и даже не обиделся, что они шепчутся вновь, ведь это в последний раз.

Тут Севейро поднял руку вверх, чтобы привлечь внимание.

– Пора уходить! Энни, обними меня! Прощайте все! С любовью и нежностью!

Энни обняла друга, и когда он вздохнул в последний раз, она повторила его просьбу, глядя на тонкую серебряную ниточку души, отлетающую от тела.

Она вспомнила, как прощалась с отцом Севейро и исполнила его просьбу о крыльях, и это свершилось мгновенно, но то, что она пожелала сейчас, было историей из её далёкого будущего, очень далёкого.

Лес затих и осыпал с ветвей половину листвы, как дань скорби по Величайшему из эльфов. Птицы не замолчали, а лишь приглушили звук своих теперь печальных серенад. Весь мир погрузился в сумрак и в каждом уголке огромной планеты Анастения знали, что умер Король.

В этот раз никто не пропел приветственную песню новому Королю, так как поляна была пуста. Это было просьбой Севейро: провести церемонию погребения без лишних глаз, а значит, и без лишних слёз. Не любил он эту сырость.

Сын взял тело отца и положил на голубое ложе с белыми цветочками. Зелёное тонкое кружево поначалу спутало тело Великого Короля, а затем потянуло его вглубь. Минута, и от Севейро остались лишь воспоминания и любовь! И не только в сердцах его близких, но и всего разношерстного народа планеты Анастения.

Между деревьями мелькнула тень Единорога, они приходили почтить память лишь самых достойнейших Королей.

Энни закрыла лицо руками, но слёз не было. Всё, как он хотел! И как она обещала!

Сердце погрузилось в лёд. Замёрзло! Перестало чувствовать, биться и дышать! Девочка была не способна утешать Любель и Эвейро, эту неприятную миссию она оставила Егору, а сама пошла по тропинке в сторону дома.

Этот день закончился на башне замка в полном одиночестве. Ни Вэлсэн, ни Егор, ни верный рыцарь Однозначно, не посмели потревожить её.

Она смотрела на звёзды и верила, что где-то там, среди самых ярких светил, устроившись поудобнее, поселился её брат Севейро в ожидании свой супруги. Он всегда точно знал, что произойдёт в будущем и в этот раз так же не ошибся.

Любель умерла через месяц после своего супруга и, попрощавшись с ней, к вечеру Энни увидела на небе две яркие звезды, почти слившиеся воедино.

С этого дня на её плечи легла обязанность заботиться об Эвейро и его немалом царстве. Но так как Анфазия и Севейро были гарантами друг друга в любом деле, то по сути ничего не изменилось.

Эвейро читал старые мудрые книги, сидя в своём подземном замке, а Анфазия Эн правила его государством. Принимала делегации, решала вопросы и примиряла спорщиков. Всё как обычно, просто её королевская власть расширила рамки.

Глава вторая
Встреча в парке

Прошло четыре года с тех пор как на планету Земля вернулись Королева Анфазия Эн и Король Егор Первый. Они стали самыми обычными, четырнадцатилетними подростками и продолжили свою отнюдь не королевскую жизнь. Пошли в школу, учили уроки и спорили с родителями, но…

Это были уже совсем другие ребята…

Егор и Анна стали первыми учениками в школе, и за какое бы дело не брались, добивались успехов с лёгкостью. Все только диву давались!

Рассуждали как взрослые и каждое решение принимали после долгих раздумий, взвешенно и серьёзно. Вкус изменился как в еде, так и в одежде. Ещё бы, после королевского дворца.

Никто из родных не заметил их отсутствия, конечно, кроме Феи. Она немного постарела за это время, все-таки, как-никак пять тысяч лет прошло, но не утратила своего волшебства и боевого духа в борьбе со злом.

Дракон Вэлсэн чудесно прижился в доме Феи и лишь иногда навещал своего любимого Егора. А вот Аню за четыре года разлуки он не видел ни разу. Так случилось, что в этом мире их судьбы не соприкасались, хоть и жили они недалеко друг от друга, да и созвониться могли, но тогда бы нарушился ход истории… А с этим шутить нельзя!

А что вы удивляетесь?

Наверняка у вас куча знакомых и родственников, которые живут с вами в одном городе? Возможно, даже на одной улице, и что ещё забавнее – в одном доме, но вы, мои дорогие, не встречаетесь с ними годами или, не дай Бог, десятилетиями. И не звоните, и не пишете, и не думаете о них, словно они не существуют. Ведь так?

То-то и оно! Так!

Но Егор и Анна думали друг о друге и даже тайно заходили в гости, инкогнито, на странички в социальных сетях, но так ни разу и не встретились, пока не настал тот день, что был намечен пять тысяч лет и четыре года назад.

Встреча должна была состояться в субботу, в первый день осени, как и коронация Королевы Анфазии Эн.

Егор и Аня начали этот день с посещения Университетов, чтобы не нарушать традиции первого сентября. Пообщались с однокурсниками и любимыми педагогами. И всё же что-то тревожило их…

Целый день они были как на иголках, руки дрожали, язык заплетался, и даже живот болел от волнения.

Встречу назначили на шесть часов вечера, у центрального входа в Зоопарк, у водопада. Очень легко найти это место, и заблудиться просто невозможно.

Егор очень волновался. Очень! В институте, в соседней группе училась девочка Маша, если сказать по чести, внешне она чем-то была похоже на Аню, и именно поэтому она запала ему в душу. Он искал её глазами на занятиях, а после учёбы провожал домой.

Маша была тихая, молчаливая, и всего боялась, вот тут уж она была Ане противоположностью. И эта разница ему тоже нравилась! Он мог оберегать её. Жалеть, если той печалилось и даже предлагать свой носовой платок, если девочка плакала. И при этом чувствовать себя настоящим мужчиной.

Вот так-то бывает! Мы восхищаемся сильными, а любим слабых!

Чем больше сокращалось время до встречи, тем больше волновался Егор. Его сердце разрывалось надвое. Маша была замечательной девушкой, как и Анна. Как выбрать?

У Анны таких проблем не было, она увлекалась зоологией, и животный мир планеты волновал её куда больше, чем парни, которые, кстати, глаз с неё не сводили и готовы были драться за право проводить её домой. Такой красивой, смелой и целеустремленной девочки они ещё не встречали. Казалось, что она способна на всё, и даже спасти мир, если понадобится.

Но Анна была равнодушна к их ухаживаниям…

Она так вписалась в мир без волшебства, что вспомнила про назначенную встречу только накануне этого важного события. Прошлое захлестнуло её, а с воспоминаниями пришло и смятение…

Ей хотелось предстать перед Егором в лучшем виде. Аня достала из шкафа своё самое красивое платье, с Выпускного Бала – оно оказалось впору. Но туфли, что пылились в шкафу без дела уже год, едва подошли, пришлось стиснуть зубы, чтобы надеть их. Но девочка не позволила себе поддаться унынию из-за тесной обуви. Красота требует жертв! Улыбнувшись своему отражению в зеркале, она поправила причёску и вышла из дома.

Она шла летящей походкой и предвкушала встречу с друзьями, Егором и драконом Вэлсэном.

И Вэлсэн тоже собирался на встречу, сидя в спортивной сумке Егора.

– Тесно! Неудобно! Дышать нечем! Собирайся быстрее, Король-неумейка!

Егор легонько пнул сумку, и дракон замолчал.

– Собираюсь, как могу. Из-за того, что ты меня торопишь, я обрезался, когда брился. Посмотри, на кого я теперь похож?

Вэлсэн вынырнул из сумки, глянул на Егора и расхохотался:

– Король был в битве и порезался зубочисткой!

Егор промолчал. Дракону тоже было нелегко. В сумке сидеть, волноваться, дышать через раз…

Пока ехали в метро Вэлсэн молчал, а как вышли, он высунул нос и тут же почувствовал запах Энни.

– Она уже пришла! Пришла! Я слышу, как бьётся её сердце! Ах, красавица моя, как я соскучился!

Идя по тропинке к главному входу в Зоопарк, они уже издалека заметили тоненькую, почти прозрачную фигуру в потрясающе красивом изумрудном платье… Её любимый цвет!

Аня тоже разглядела в потоке людей знакомое лицо и помахала рукой. Но когда юноша переходил улицу, его внимание переключилось на светофор, и лишь дракон увидел, как девочку окутал сизый туман и… Когда они подбежали к водопаду, её уже не было.

Егор бегал и звал Анну, спрашивал у незнакомых людей, но всё было бесполезно, Анна пропала.

А дракон, он не кричал, он вылез из сумки и вопреки всем правилам конспирации, стал нюхать носом землю, даже лизнул её и, поморщившись, сел на асфальт и горько заплакал.

– Егор, хватит орать, нет больше нашей Королевы! Перенесли её на Анастению. Видишь, пыль времён из портала просыпалась. Знать понадобилась она кому-то?

И тут Егор вспомнил похороны Севейро и ту клятву, что дала Королева Анфазия умирающему другу. Вот и настал тот чёрный день, когда королевство эльфов в опасности…

– Ещё минута, и я бы отправился с ней! – кричал возмущённый дракон. – Надоело мне жить на этой планетке, то в сумке, то в шкафу, то в сундуке – когда к Фее гости приходят. Домой хочу, на Анастению!

– Должен тебе заметить, дорогой Вэлсэн, что когда-то драконы прилетели на Анастению именно с этой, такой надоевшей тебе планеты Земля! Всё, пойдём домой! Нужно Фею искать, может, она что подскажет…

А Фея уже ждала их дома, на диване, и разбрасывала по полу мокрые лепестки роз. Их было так много, что они не успевали таять и слипались в розовые шарики ароматного мороженого. Дракон вылез из сумки и стал слизывать их языком прямо с пола.

– Не гигиенично! – закачала головой Фея и под каждый шарик мороженого подложила одноразовую тарелочку с кружевной оборочкой.

Дракон благодарно поклонился и продолжил трапезу.

– Давно так не объедался! – сказал он через полчаса и стал извергать из пасти клубы холодного пара. Животик его округлился как арбуз, того гляди – лопнет. Вэлсэн упал на спину и крепко заснул, изредка поскуливая и подрыгивая задними лапами, как это делают собаки.

– Одичал сердешный без полётов! – грустно сказала Фея и обратилась к Егору.

– Что делать будешь, Король Егор Первый и Последний, как Энни выручать намерен?

Егор, слегка обиженный, хотел сказать, мол, чего её выручать, и сама справится, но решил, что это как-то не по-мужски…

– Не знаю! У Вас хотел спросить?

– А что у меня спрашивать? Я и сама толком ничего не знаю… Что она Королю Севейро обещала?

– Меня рядом не было, но то, что клятву давала, это точно!

– Значит – клятву? Так-так! Севейро был умнейшим Королём, и глупость какую-нибудь не попросил бы. Плохи дела на Анастении! Егорушка, я домой полечу, дракона здесь оставлю, чтобы думать не мешал, а там посмотрим…

Уже испаряться начала, а потом развернулась и спросила, глядя Егору в глаза:

– Тебе Маша и вправду нравится?

Егор утвердительно кивнул, а Фея опустила глаза и безнадёжно махнула рукой, мол всё пропало. Суши вёсла, капитан!

Зря она спросила! Побледнел Егор и на пол сел, в остатки розового мороженого. Что ж он за человек такой? Подруга пропала, лучшая, единственная, а ему хоть бы хны. В иные времена за меч бы схватился и в бой, на спасение Энни, а сейчас сидит на полу и про Машу думает. А кто она эта Маша? Обычная девчонка, плакса, трусиха, неженка. Даже комара боится. А Энни – Королева. Великая Королева! Так стыдно ему стало, так скверно, что хоть плачь.

Глава третья
Катастрофа…

Анна попала в очень странное место. Поначалу она его не узнала. Под ногами скрипел песок, из которого торчали сухие ветки и сорная трава. Кое-где возвышались холмики, засыпанные песком, словно гигантские кроты перерыли эту местность вдоль и поперёк.

И тут её осенило. Время исказилось на мгновенье, и она увидела прошлое…

Пробежавшись мимо холмиков, она стряхивала с них песок и те превращались в чёрные остовы чего-то древнего и великого.

– Туманный лес! – всё пропало закричала девочка.

Так как же она поняла, что это лес? Да по корням. Мощным, гниющим корням, которые торчали из земли почти на метр, чернея выше уровня травы. Она стала двигаться вперёд, ища особое место, и нашла. Пней здесь не было, и трава была особенной и без песка. Видимо, когда-то, очень давно, это место было поляной. Кое-где проступали куртинки голубого мха, среди мелкой поросли черники, земляники и просто кудрявых кустиков с серебристой листвой.

Аня сделала шаг в сторону странного возвышения в центре поляны. В куче засохших лиан она обнаружила витую спинку и подлокотники кресла… Это был трон! Самый настоящий трон Королей эльфов и он был пуст.

– Я в Тронном зале, быть того не может…

Очищая трон от старых лиан и повители, Аня вспоминала давно прошедшие времена своего царствования и ту клятву, что дала Севейро перед смертью – "Когда трон Эльфийских Королей опустеет, и злые силы примут верх, ты вернёшься и поможешь жителям Анастении сразиться с врагом".

Кажется, он сказал именно так, а значит, Анна – вновь Королева Анфазия Эн. И она вернулась на гибнущую планету, чтобы спасти её.

И надо же такому случиться, что ни Егор, ни её дорогой Вэлсэн в этот раз не оказались рядом. А ведь они были так близко, рукой подать…

Но Энни помнила ещё одну фразу Севейро, что этот бой ей придётся провести в одиночку. "Лишь тебе ноша по плечу!" – сказал он перед смертью.

Энни села на краешек трона из уважения к Королям прошлого и больно укололась.

Она вскочила как ошпаренная и под рукой обнаружила помятую и поржавевшую корону, которая так приглянулась ей в первый визит в царство эльфов.

– Вот и дожила я до такой чести, милый друг Севейро, – и она горько заплакала.

Её слёзы капали на корону и на платье, разодранное о шипы неизвестного растения, и когда её слёзы закончились, она увидела, что платье вновь стало королевским, но более удобным. Под юбкой с большим разрезом прятались золотые брюки. В лучшие времена Королева Анфазия Эн так выезжала на конную прогулку.

Погрузившись в воспоминания, она машинально тёрла пальцами старую корону, пытаясь выпрямить, разгладить, а когда взглянула не неё, то обомлела…

Энни помнила, как возжелала её тысячелетия назад, и теперь во всём своём блеске корона-мечта лежала у неё на коленях.

Анфазия надела её на голову, и в небо взлетели голубые искры и осыпались вниз тихим воскрешающим снегом.

Лес начал расти. Из-под старых корней пробивались молодые поросли и, набравшись сил от волшебного снега, ринулись в небо, рассекая воздух. Они крепли и толстели, а старые трухлявые стволы и корни уходили под землю, чтобы не мешать новому лесному царству.

Быстрее, ещё быстрее! Лес спешил восстановить свои права на этой планете, ведь он был не просто сборищем деревьев… О, нет! Это был самый настоящий сказочный Лес, где тайн и загадок было больше, чем самих деревьев.

Энни напрягала глаза, пытаясь найти хоть одного эльфа с золотыми начищенными пуговицами, но никого не было. Она и Лес. Но двое, уже лучше, чем ничего!

Лесное царство стало кланяться новой Королеве. Деревья согнулись до земли и замерли в почтении. Когда они вновь вскинули в небо свои курчавые головы, в самом большом и толстом дереве отрылась потайная дверца, ведущая в Королевский дворец.

Не удивляйтесь! Если трон стоит на улице, это ещё ни о чём не говорит, просто эльфы всегда чётко разделяли – власть и личную жизнь.

Во дворец вели узенькие ступеньки, и Энни ожидала, что вдруг загорятся световые колбы, но этого не произошло, так и шла она в полной темноте до самых недр замка.

Внезапно стало светлее. В огромном зале в нишах, выдолбленных прямо в стенах, светились разные предметы.

Некоторые Энни сразу узнала. Они принадлежали ей, когда она была Королевой "Ста зелёных холмов", например – Ожерелье из Золотого Греттия. Оно висело на золотом гвоздике за тонкой искрящейся плёнкой. Эта была защита от врагов. Видимо, кто-то тщательно подготовился к страшным временам и спрятал сокровища от дурных людей в ожидании прихода – война Света.

Энни как всегда попала на амбразуру. Её армия состояла из одного главнокомандующего – то есть, из неё, и было непонятно, где находится враг. Какова его численность и шансы на победу?

Энни протянула руку и взяла ожерелье.

В следующей нише лежала заветная мантия и светилась как в день коронации. Энни вынула её как можно бережней и надела на плечи. Накидка вновь стала старой и потасканной, скрывая прекрасное изумрудное платье с золотой оторочкой. Энни сняла накидку, и та засверкала ещё сильнее, аж в глазах защипало.

Но пока накидка была на ней, в платье что-то изменилось. Девочка обнаружила, что на плечи легла синяя мантия, усыпанная звездами, крепившаяся на шее изящной заколкой из камня Греттия, а под самим платьем – тоненькая сорочка, словно из паутинных ниточек, невесомая и жаркая. Попробовала Энни потянуть за конец, а она на ощупь твёрдая, как из железа.

– Кольчуга! – вскрикнула Энни. – Серьёзно подготовили эльфы своего избранника.

На поясе платья висел мешочек с множеством карманчиков, маленький и изящный, как кукольный. Положила Энни в него Ожерелье, а мешочек ни на грамм не потяжелел. Очень удобное приспособление для долгого пути.

В соседней нише от мантии лежал крошечный флакончик, а в нём лучик света. Ни сухой, ни жидкий, словно от Земного Солнца кусочек оторвали. Девочка и его прибрала в мешочек, а вдруг пригладится.

И так, по очереди, множество предметов…

Золотое яблоко увеличения в тонкой слюде, видимо, для долгого хранения. Ключ от всех дверей на золотой цепочке, его Энни повесила на шею. Фляга с содержимым, которое Энни не стала проверять, а просто положила в кармашек, вспомнив с надеждой, про оживляющий эликсир Феника Ларса, которым тот спас Однозначно.

Произнеся имя друга, Энни вздрогнула. Как странно, она вновь на Анастении, но Однозначно нет рядом. Как тяжело терять друзей… Но не было времени впадать в состояние уныния…

В стене напротив тоже были ниши, но большинство оказались пустыми. На одном углублении было написано по эльфийски – "Кольцо власти", и его не было. На другом – "Часы времени", но и их след простыл.

На третьей, почти пещере – "Корона Королевы Анфазии Эн". И эта ниша тоже была без заявленного экспоната.

Пропало "Серебряное яблоко" уменьшения, и "Шкатулка памяти", но зато остался кусочек "Зеркала молодости" и странная записка на непонятном для Энни языке, хотя этого быть не могло. Она знала все языки на планете.

Девочка взяла в одну руку зеркальце и записку, чтобы положить в мешочек, но тут буквы загорелись и перевернулись с ног на голову. И по потолку пещеры побежали записи из Летописи Славы.

Это был самый древний язык на планете, и не все слова были понятны девочке, поэтому она читала медленно и спотыкалась на каждом слове.

Пассио эдейго ай могио тоби.
Оскнавио лесион то палдоунусы вэй гасто.
Малио, венисвели гардо болисмо,
Гавенимо море нато гавелимо зило.
Фареми трог Эгеев, набео блаки фатами.
Фамори корссенто кафио нато ламо.
Замы торы свелли нато ливии столы.
Тасайном би лато нейбо Анастенио ветоу
тенесхолдио Деомонды.
Катофи само Анастенио,
эмилови каломи вэй столли трог Эгеев,
Натаки вэй нардосты вэй велиси
вэй волды вэй велихи вэй снарты…
Кредито нато кремизо,
кальпалио слори стом.
Лилиос славиум оскорио столы Анастенио…
Патику тонник вариос гротте
зайте вэй птелиус.
Та-та ви та!
Овентари бестоки баты, кронты набео
блаки набиро вастатио паными.
Уйти самего лети!

Энни не успевала читать горящие надписи, они словно прожигали стены до дыр, сквозь которые было видно небо над лесом. Всё ярче и ярче, всё быстрее и быстрее… На последних строчках Летописи пламя стало голубым и успокоилось. Прожжённые буквы на сером потолке гласили следующее:

Погибнут многие и более того.
Опустеют города и леса засохнут,
И поля зарастут сорной травой.
Моря станут пустынями, а льды – морем.
Опустеет трон Эльфов
и разрушен будет Белый замок.
Птицы смолкнут, звери
и люди попрячутся в норы.
Страхом наполнится воздух Анастении
от Демонов с севера.
И будут ждать спасения, каждый,
кто в разуме своём,
Кто не околдован, но порабощён…
Ждать того, кто должен прийти…
Без меча, но с оружием, без армии,
но с защитою, без надежды, но с победою!
Дабы воскресить Анастению и сесть на трон
Эльфов, как равный, и по крови, и по наследию,
от начала веков и до последних дней.
Да будет так!
Уйдёт тьма великая, поднимутся ввысь
башни белые к птицам и звёздам.
И узнает мир новую эру!

Энни заполнила каждую строчку, но… Эти знания давали ей лишь одно, что Демоны властвуют на севере, а народ Анастении в рабстве…

Постепенно осыпались пеплом с потолка последние надписи, и во дворце эльфов воцарился мрак.

Пора было уходить. Девочка аккуратно поднялась по лестнице и вновь оказалась в волшебном лесу. Пока это был её единственный друг. Но нужно было распрощаться и с ним и идти дальше, а точнее, назад, в свой замок, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями.

Энни поняла, что давно не собирала мысли в единый клубок и не заставляла их вариться в своём собственном соку, дабы родить достойное решение этой проблемы.

Она пошла по тропинке, которая появлялась перед ней и исчезала сзади, чтобы никто более не смог найти трон Эльфийских королей и их подземную сокровищницу. Так она вышла из леса и поднялась на холм, с которого должен был виден замок и Изумрудная бухта.

То, что увидела Энни, было настолько неожиданным и страшным, что она села в поникшую траву и замерла на несколько минут, не дыша и не моргая.

Замка «Анфазия» больше не было. Руины из белого камня раскинулись на километр, а дальше – пустыня гладкого, белого песка. Море слилось с этой пустыней, и лишь кромка бывшего берега торчала из песков серой полосой.

Девочка встала с земли и пошла к этой кромке, надеясь хоть там не утонуть в песке и добраться до центра развалин, где могли сохраниться нижние этажи замка.

Путь занял больше часа, идти было очень тяжело.

Уже с холма она посмотрела в сторону страны "Семи дней", но и там лежал песок, ровным слоем, без барханов и дюн, как это обычно бывает в пустынях, словно ветер покинул эти территории, и то – верно, что гулять по безжизненным пустошам, где ты никому не нужен, никому не заметен.

На Анастении, всё было живым и разумным – ветер, время, дождь и облака и океаны, они были живыми… От всего этого осталось только слово – были… Вот только теперь Энни накрыла волна слёз, и она поддалась воспоминаниям о тех чудесных днях, когда она была Королевой, и рядом были друзья. Опять это – были…

Энни встала и осмотрела себя с ног до головы. Кто она? Сколько ей лет? Потрогав лицо руками, на ощупь определила, что оно без морщин, и руки гладкие, и волосы стали тёмно-каштановыми и покрылись лёгким серебром, как и раньше, в первое её пребывание на Анастении.

– Я думаю, что мне восемнадцать, – сказала она сама себе.

И поймала себя на мысли, что, пожалуй, привычка монолога затянется на неопределённое время.

Развалины.

Энни залезла на каменный полукруг башни и взглянула вниз с холма. Там, утопая в песке, лежал огромный белоснежный скелет. Он серебрился на солнцах, и к своему ужасу бывшая Королева поняла, кому именно он принадлежал.

Глава четвёртая
Развалины Замка "Анфазия"

– Кьюриус! Милый Кьюриус! Как же так!

Энни понимала, что собака не могла жить вечно, но она смотрелась в зеркало молодости и когда девочка покидала планету, такса была полна сил. Нужно было спуститься с холма и разобраться, почему она умерла именно здесь, под стенами замка.

Это удалось лишь к ночи, и Энни уснула прямо рядом с телом верного друга.

Утро принесло новые слёзы и разочарования. Как только оба солнца, зелёное – Сати и оранжевое – Гретта, взошли над долиной, она обнаружила тысячу стрел. Они вонзились в тело собаки до самой кости, где и застряли, и длина их была метра два.

– Что же за лучник мог пускать такие стрелы? А, впрочем, это мог быть кто угодно, если он наелся яблок увеличения.

Энни представила, как мучилось бедное создание, как упало на землю, а враги продолжали вонзать в её тело сотни губительных стрел, пока бедное животное не умерло в конвульсиях от потери крови. Маловероятно, что эти стрелы могли попасть в сердце собаки, ведь оно было спрятано за толстой пластиной между рёбрами гиганта.

Энни спрыгнула с камня в белоснежный сверкающий песок и провалилась в него по пояс. Пытаясь выбраться, она стала разгребать его, и под пальцами нащупала что-то твёрдое и продолговатое… Вытащив руку, она в ужасе взвизгнула, это была человеческая кость. Энни поспешила вернуться на камень, но пока ей это удалось, она обнаружила черепа и кости – многих, кто сражался рядом с храброй собакой. И сидеть бы ей в этом песке до скончания веков, если бы не попался ей меч, как раз в тот момент, когда она уже отчаялась… Меч был небольшим и лёгким. Ржавчина не коснулась его, а удобная рукоятка была гладко отточена, видимо, пришлось ему побывать во многих боях.

– Вот и оружие! – облегчённо вздохнула девочка и вылезла на осколок башни, упираясь остриём меча на что-то твёрдое в песке. На что именно, думать не хотелось…

Посидев немного на краю камня, она вернулась назад, к центру развалин, где по её предположению должны были сохраниться нижние этажи замка.

Пришлось поработать руками. Она откидывала камни до самого вечера, голодная и без капли воды. Её губы пересохли и потрескались, а язык во рту так распух, что Энни открыла рот, чтобы не задохнуться. И когда небо покрылось бисером звёзд и четыре спутника Анастении осветили останки замка, Энни обнаружила первые ступени, что вели вниз, в кладовые, погреба и другие хранилища.

Там было темно и Энни вспомнила про крошечный флакончик в своём потайном мешочке.

Свет озарил огромный подвал, заваленный обломками и мусором, но двери, что вели в комнаты, были в полной сохранности. Энни достала "Ключ от всех дверей", и первой дверью, что она открыла, была кладовая. Уже через минуту, она сидела на ступеньках лесенки, которая помогала слугам лазить на верхние полки и набивала рот всякими вкусными вещами.

Из синей запотевшей бутылки она пила компот из ягод Айманового дерева, что осветляли ум и исцеляли недуги сердечного характера, страхи, переживания, душевную боль от потерь. Именно это сейчас было просто необходимо несчастной Энни.

Она забыла все печали и с наслаждением поедала засахаренные орешки – Слобики, сушеное мясо птицы Татаки и маринованные бутоны болотной лилии – Набу, похожие на наши маринованные огурчики.

Набив живот до отказа, она закрыла глаза, и её потянуло в сон.

Энни поспешила в соседнюю дверь. Там хранили матрасы, подушки и другое постельное бельё. Устроившись поудобнее, девочка сладко заснула, и проспала больше суток, а когда она проснулась, её ум был осветлён и очищен от разного ненужного сора, сердце было готово к сильным решениям, а душа рвалась вперёд, на помощь к своим любимым жителям Анастении.

За соседними дверями нашлось много нужного. Во-первых, она набрала целый мешок еды, а во-вторых, в хранилище со старой мебелью, у дальней стены, был вход в Королевскою сокровищницу, про которую не знали даже служители замка. Ключ от всех дверей не подошёл, но Энни знала ещё один секрет, она приложила ладонь в нужное место и произнесла тайное слово, и дверь открылась. А там…

Золото, серебро, драгоценные камни – в хранилище их не было, не для этого оно было создано, всё это когда-то лежало в средней башне дворца, которая теперь была разрушена. Но зато лежало здесь нечто более важное.

Время! Здесь хранилось время! Прошлое, будущее и настоящее!

Что может быть ценнее, чем время?

Можно было вернуться на тысячу лет и увидеть, почему погибли воины, охраняющие замок «Анфазия». Как погибла бедная собака, самое доброе и бескорыстное создание на всей планете.

Энни закрыла дверь и в полной темноте произнесла то, что когда-то заучивала целую неделю. Эту комнату создали эльфы уже после коронации, чтобы сохранить летопись в чистом виде, без приписок и домыслов. Они попросили Время помочь им, и оно любезно согласилось остаться в этом хранилище и создать модель мира, в котором существовала планета Анастения, от первой её секунды до последней, которая ещё не наступила…

Столы Анастенио вэй море,
Вато промитио кадави магия.
Ста та то уйти самего лети!
Глимонто ливейто вейро!

Энни произнесла заклинание и стала ждать. Мысленно она представила себе гибель Кьюриуса, ведь именно этот момент истории Анастении она хотела увидеть…

И увидела!

Тень наступала и метала стрелы в сторону Кьюриуса. Он отбивался и скулил, но с каждой новой раной, он всё больше оседал к земле, а вскоре и вовсе упал, раскинув уши.

Под ними прятались воины: люди, эльфы, гномы. Ну куда им было против всесильного чёрного облака, которое осыпало их стрелами и огнёнными шарами. Собака уже теряла сознание, но когда огнённый шар врезался в её шкуру, и она начинала гореть, пёс стонал. Он вздрагивал всем телом, но было видно, что силы его на исходе…

Энни едва сдерживала слёзы. Где-то внутри, рядом с сердцем, скопился сгусток боли и бесконечного горя, но это не всё… Её силы росли. Она наполнялась гневом и готовностью к битве и тогда…

Тогда она смогла увидеть того, кто нападал на защитников замка. Гигантская седая обезьяна с огромными сверкающими глазами несла на своих плечах человечков, одетых в одежду викингов, которые и стреляли из арбалетов, но размер воинов был метров десять, а обезьяна в десятки раз больше. Чёрное облако окутывало гигантского примата, защищая от стрел, но они были так малы, что не могли бы причинить обезьяне никакого вреда, хотя кое-кто из викингов взвизгивал и падал на землю.

Видимо, стрелы были не совсем обычными, а заколдованными для точного попадания в цель. Но и это не помогло защитникам замка, и они все пали в бою, до последнего война и теперь их тела засыпало песком.

Энни попятилась назад и вышла из комнаты. Она почувствовала запах смерти и гниение плоти. Ведь Время спешило вперед, и не считало нужным щадить бывшую Королеву, ведь именно ради увиденного она пришла сюда. Девочка поблагодарила Время и вышла на свежий воздух.

На улице сияла звёздная ночь. Устроившись в этот раз под открытым небом, она крепко заснула, завернувшись в волшебную мантию с головой. На всякий случай!

Глава пятая
Милые кости

Энни проснулась, когда два солнца, зелёное солнце – Сати и оранжевое – Гретта, уже встали и висели высоко над горизонтом. Её безмятежность после долгого сна прошла, стоило увидеть милые кости бедного Кьюриуса.

Как ни гнала она эту мысль, но иного выхода не было, как покинуть это место воспоминаний и отправиться на поиски врага.

Что она будет делать потом, Энни не знала, но внутри была уверенность – она не останется без подсказок. Не зря её мешочек на поясе был полон бесценных сокровищ, не зря комната Времени открыла ей свои тайны, и не зря дорогой друг и брат Севейро призвал её к смертному одру, чтобы требовать её возвращения в тяжёлые времена для народа Анастении.

И тут девочка почувствовала, что спина отяжелела и слегка защипало под лопатками. Она подняла руку к плечу и поняла причину странных ощущений: за спиной раскрылись огромные серебряные крылья, густо посыпанные волшебной пылью. Она слизнула её с пальцев, как однажды научил её Севейро, и взлетела в небо.

Всё выше и выше, и вот уж развалены стали крошечной кучкой камней, и последний раз посмотрев вниз, она сильнее взмахнула крыльями и направилась в сторону города "Оранжевой зари".

Раньше Энни думала, что крылья – это средство передвижения, но сейчас, попав в этот мир внезапно, со всеми Земными воспоминаниями, она ощутила, что крылья – это часть её души, часть или даже исток всего волшебства, находившегося в ней. Не зря бедные эльфы так молили о крыльях: они вымирали без них, истощались, и не оттого, что не умели летать, а оттого, что волшебство утекало из них через шрамы на спине, которые из века в век напоминали им, что крылья всё же полагались их древнейшему народу.

Чем выше к облакам поднималась бывшая Королева, тем сильнее она становилась, тем увереннее она выбирала направление для своего полёта. Включился её внутренний навигатор, и теперь она точно знала, где находится город "Оранжевой зари".

Когда солнца стали садиться, Энни опустилась к самой земле, а точнее, к песчаному океану, чтобы найти себе приют. Ночами было холодно, даже несмотря на накидку и ожерелье.

Внимание девочки привлекли три странных шеста, торчавших из песка, а на одном из них висела зелёная тряпочка с оборванными концами. Спустившись, Энни развернула её и поняла, что это флаг страны "Ста зелёных холмов". Это без сомнения была Аркания: самый лучший корабль на всей Анастении. Энни лишь раз видела его на коронации и то издалека, а теперь он был погребён в песках, и лишь мачта торчала на поверхности, как погребальный крест.

Она села на горячий песок и задумалась. Энни вспоминала прошлое, складывая его в уютные шкатулки в своей голове, про Егора, по Севейро, про Однозначно, про всех, кого она так любила… Лучшие эпизоды она сортировала от самого радостного до самого горького и складывала эти мысли отдельно, чтобы всегда знать, где их найти.

Небо покрылось туманными звёздами, и девочка, укутавшись в накидку, уснула. А во сне она погрузилась в песок и провалилась на палубу корабля, а там…

Там шёл бой! Человечек, очень похожий на Однозначно, возможно один из его потомков, бился с гигантским викингом. Тот пытался схватить эльфа за горло, но маленький человечек был ловок, смел и имел крылья, и тут у него из-за пазухи выпала книга: Летопись Славы или Книга Оракула. Увидев это, викинг наклонился над книгой, а эльф ловко и не моргнув глазом, снёс ему голову с плеч. Та покатилась по палубе и свалилась в воду. Но книга…

Эльф не успел подхватить её на лету… Она уже была окутана чёрным туманом, и странная белая обезьяна высоко подняла её над головой и засмеялась, а правильней сказать, зарычала от восторга.

Викинги прекратили битву и начали отступление. Они получили то, что хотели.

На палубе корабля начали собирать трупы и скидывать их в воду, где огромные рыбины уже ждали вечернего пира. Океан был красным от крови, но люди и рыбы хладнокровно продолжали свою работу. На войне как на войне. Лишь маленький эльф горько плакал на самой высокой мачте под флагом, вытирая глаза его кончиком.

Энни просила, чтобы сон не уходил.

– Однозначно, миленький, как я скучаю! Пусть это не ты, но так похож, глаза, ушки, крылья… Стоп! Крылья! Как такое может быть?

Энни словно приблизила картинку побоища и увидела, что на крыльях есть рубцы, те самые, что образовались у цветочного эльфа, когда крылья вернулись к нему во второй раз и прирастали сами. Этот крошечный и мужественный человечек был её Однозначно. Что-то позволило ему жить невероятно долго. Эту загадку девочка разгадать не могла, но она увидела, как огромная волна, гонимая чёрной тенью, захватила корабль, вскинула его в воздух и бросила в воду, отчего он пошёл ко дну со всей, уже немногочисленной командой. Даже рыбы не успели схватить добычу, как быстро пучина поглотила Арканию.

Энни проснулась.

– Однозначно, милый! – кричала девочка, лёжа на песке. На несколько секунд её разум помутился от горя. Она пыталась выпросить у смерти своего верного рыцаря, но видно на этой планете уже ничто не подчинялось бывшей Королеве, и тогда… Тогда она начала копать.

Выходило достаточно ловко. Песок разлетался в разные стороны, и через час Энни была в яме, из которой можно было лишь вылететь. Она не знала, сможет ли найти косточки своего рыцаря, но надеялась на это всем сердцем. Она не уставала, не хныкала, не жаловалась сама себе, как обычно бывало на Земле, когда что-то не получалось… В ней была сила всех тех, кого она помнила и любила, и волшебство любви и дружбы, и немного того заклинания, что она прочитала в подземелье замка Анфазия. И всё это привело к тому, что Энни раскопала корабль.

На нём было много скелетов, кто держался за мачты, кто за канаты, пытаясь избежать смерти, и Энни ходила по гигантской палубе корабля, вглядываясь в черепа и кости, ещё сохранившие в виде отрепья часть своей одежды.

И наконец… Наконец, она нашла маленькое тельце, те милые кости, которые при жизни были её другом. Меч на поясе, тот самый, размером с перочинный нож для взрослого человека, а на остатках камзола золотые пуговки, как и полагалась для его статуса.

Энни бережно взяла его на ручки, и скелетик не развалился на части, так бережно она несла его, боясь дышать. Затем она расправила крылья и взлетела, поднимаясь на край насыпи. Пока она вела раскопки корабля, образовалась целая гора из песка, на вершину которой Энни и положила своего верного рыцаря и погрузилась в мысли.

За время пребывания на этой планете она тысячу раз убеждалась в том, что ничего не происходит просто так. А это значит, она нашла останки своего друга не напрасно. И теперь нужно было определить, что именно она должна сделать, чтобы вернуть его к жизни.

Мысленно разбирая запас волшебных вещей в своём мешочке, она вспомнила о наличии фляги с неизвестным содержимым. Оно могло оказаться чем угодно, даже обычным компотом из ягод Айманового дерева, но Энни была уверена в ином. То, что было налито там, нечто посерьёзнее тонизирующего напитка.

– Была не была! – сказала Энни и вылила на кости Однозначно всё содержимое фляги, стараясь распределить его равномерно, от головы до пят.

Несколько минут ничего не происходило, и девочка тяжело вздохнула, отпустив надежду, и в мыслях начала прокручивать церемонию похорон, со всеми почестями кои полагались королевскому рыцарю, но внезапно вылитая жидкость стала впитываться в кости, в ткань обветшалой одежды и даже в золотые пуговицы. И буквально за час сотворилось чудо!

Перед Энни лежал её любимый Однозначно, слегка постаревший, чем в день её отбытия на планету Земля, но вполне упитанный и румяный. Он глубоко вздохнул и открыл глаза.

Он смотрел на девочку очень внимательно, почти не моргая. Затем начал морщить лоб и теребить бороду, пытаясь вспомнить.

Почесав в затылке, он ещё раз взглянул на неё и спросил:

– Вы кто такая?

Энни ожидала всего чего угодно, полной неудачи, превращения, но то, что произошло, было ужаснее всего. Однозначно не вспомнил свою Королеву. Он вообще ничего не помнил… Ничего!

Нет, он умел говорить, ходить, летать. Знал все буквы и слова, помнил, как его имя, но всё остальное было утеряно из его мозга, словно выветрилось как песок, что был повсюду, в том числе и в его голове.

Энни хотела обнять его за плечи и погладить по седым волосам, но маленький человечек отстранился от девочки и чуть не упал в яму с разрытым кораблем. Она успела поймать его за полу сюртука, но вместо благодарности получила слова, похожие на оплеуху и даже обиднее и больнее.

– Не стоит трогать меня руками, милейшая. Знать вас не знаю! Да и желанья такого не имею. Ходят тут всякие дылды и спать мешают.

– Но ты не спал, неблагодарный эльф! Ты был мёртв! Совершенно мёртв! Но я вылила на тебя целую флягу эликсира жизни, и вот теперь ты сидишь и ругаешься на меня.

Энни вспомнила, как познакомилась с Однозначно, когда сорвала его цветок, похожий на огромный подсолнух. Тогда он вёл себя также нагло и надменно и также назвал ей дылдой и другими нехорошими словами. Выходит, что смерть забрала с собою ту часть его памяти, что была связана с ней, с их дружбой, с теми положительными переменами в эльфе, что сделали его настоящим героем своего времени, первым рыцарем на планете и самым верным другом Королевы Анфазии Эн. Без всего этого Однозначно был чужим и более того, не очень приятным типом.

Энни отвернулась от эльфа и заплакала.

– К чему разводить сырость? Я вовсе не хотел вас обидеть, но и не просил себя оживлять! Если вы утверждаете, что я был мёртв, в чём я, лично, очень сомневаюсь, то по какому праву вы меня оживили и жарите без воды и еды в этих липучих песках?

Энни больше не могла этого терпеть, и схватив эльфа за шкирку, взмахнула крыльями и спикировала на палубу корабля, которая уже начала покрываться слоем песка, сползающего со стен.

– Вот, полюбуйся, каким ты был?

И Однозначно увидел своих соратников по битве, и все они были мертвы и выглядели как обычные кости, источенные водой, песком и голодными рыбами.

Он стал подходить к каждому и что-то шептать, дотронувшись до золотой пуговицы, что была на каждом камзоле погибшего эльфа. Это было что-то вроде молитвы за упокой. И когда он обошёл всех и взглянул на Энни, в его глазах стояли слёзы.

– Я ничего не помню! Помогите мне!

И у Энни возник план. Если она могла увидеть прошлое планеты, то почему бы не отнести Однозначно в комнату памяти и путь он увидит своё прошлое, всё до мельчайших подробностей.

– Я помогу тебе вспомнить, только доверься мне!

И схватив эльфа за руку, она направилась в обратный путь к развалинам замка, некогда носившего её имя.

Однозначно не сопротивлялся. Он уже понял, что жизнь была намного сложнее, чем ему показалось в начале. Все на том корабле были мертвы, все, кроме него, а это уже – магия.

К ночи они были на месте. По разбитым ступенькам спустились в хранилище Времени, и Энни приложила руку к секретному месту. В стене открылась потайная дверь и впустила путников.

В полной темноте она поставила эльфа напротив себя, и попросив его думать только о ней, произнесла заклинание.

Столы Анастенио вэй море,
Вато промитио кадави магия.
Ста та то уйти самего лети!
Глимонто ливейто вейро!

По стенам побежали тени и картинки прошлого, и всё это прямиком попадало в голову эльфа, чтобы возродить его уснувшую память.

Глава шестая
Оракул – начало…

Они сидели на обломках центральной башни, тесно прижавшись друг к другу, и роняли слёзы на горячий песок. В этот раз они не оплакивали погибших, это были слёзы радости, оттого, что они вновь были вместе. Вопреки времени и всем законам природы, вопреки всем тёмным силам, что правили на планете сейчас.

Они сильно изменились. Энни повзрослела и уже больше не была Королевой, а если и была, то страны, которой уже давно не существовало. А Однозначно постарел и пережил всех своих детей и внуков и даже правнуков. Он познакомился со смертью и побывал в её когтистых лапах, но что осталось неизменным с тех далёких времён – они вновь были вместе! И их готовность защищать друг друга до последней капли крови, как это делают только настоящие друзья, только окрепла.

Энни помнила слова Севейро, что Любовь и Дружба, самые древние из волшебных даров как на планете Анастения, так и на Земле. И всё говорило за то, что это – истинная правда. Если бы Энни так не мечтала возродить друга к жизни, ни один эликсир не помог бы ей в этом.

Чтобы закрепить успех от воскрешения, Энни достала кусочек зеркала вечной молодости и заставила Однозначно смотреться в него не менее часа. И как не странно, результат был! Волос на голове прибавилось, а седина в бороде поредела, и теперь она была разноцветной: от почти бесцветной до жгуче рыжей.

С того дня девочка ежедневно проводила такие сеансы омоложения, чтобы её рыцарь стал прежним: здоровым и бодрым!

Утром, расправив крылья, друзья отправились в город "Оранжевой зари". Надежда гасла с каждой секундой. Город утонул под тоннами песка и лишь небольшой холм, некогда бывший высоченной горой, самой высокой в южном полушарии, указал путникам место их приземления.

На вершине горы было просторное плато с торчащими острыми валунами и небольшое озеро с мутной, почти коричневой водой. Энни попробовала набрать её в ладонь, чтобы умыться, но лишь сильно обожгла ладонь. Та покраснела и покрылась волдырями – вода больше напоминала едкую кислоту и была опасна.

Похоже, и здесь не было жизни. А ведь это было единственное место, где могли спрятаться люди и эльфы, ради которых Энни прибыла сюда.

Ночь наступила внезапно, и друзья, отойдя подальше от озера, чтобы не надышаться его парами, легли спать под одной накидкой, крепко прижавшись друг к другу.

Энни не смогла открыть глаза, так крепко они были завязаны, и руки были связаны и ноги. Её тащили по песку на спине, и тех, кто совершил это варварство, было не меньше десятка.

Энни постаралась надуть щёки и выпучить глаза, глупо, конечно, было таким образом избавляться от повязки, но помог маленький камушек, попавший на узел повязки, и она лопнула и осталась лежать на песке. Теперь Энни видела всё.

Ростом они были меньше Однозначно. А его, кстати, тащили рядышком. Он брыкался, пытаясь развязать руки и выплюнуть кляп изо рта. У Энни кляпа не было, но видимо эльф очнулся раньше, в самом начале нападения и ему заткнули рот, чтобы он не орал и не разбудил Энни, ведь с нею справиться было гораздо труднее. Проснись Бывшая Королева чуть раньше, скорее она бы взяла их в плен, а не они её.

На поверхности светало, но человечки стали спускаться под землю, и пленникам было некомфортно считать спинами бесконечные ступеньки вниз.

– Однозначно, не дёргайся и не кричи, я попытаюсь вытащить твой кляп.

Энни дождалась, когда их лица поровняются и выдернула мерзкую вонючую тряпку изо рта эльфа. Следующей стала повязка на глазах, и теперь друзья могли общаться шепотом.

– Однозначно, ты знаешь, кто такие эти человечки?

– Гномы, конечно! Ну, уж больно наглые. Обычно они прячутся в скалах и норах, и носа не высовывают.

– Правильно! Мы же в скалах и находимся. Не забывай, весь мир под песочным пленом, а единственные скалы именно здесь. Очень надеюсь, что они не злые, а просто испуганные, и не причинят нам вреда.

– Очень сомневаюсь. У гномов никогда не было уважения к эльфам и к людям из долины. Кстати, именно они добывали камни Золотого Греттия, только это было очень, очень давно. Когда камни все закончились, гномы стали подворовывать у людей всё, что плохо лежало, а те в свою очередь начали ставить на них ловушки и капканы, как на диких зверей. С тех пор их отношения окончательно расстроились. И, как не грустно предположить, нам с вами, дорогая моя и любимейшая Королева грозит страшный конец. Лишь бы живьём не изжарили. Брррррррр… Страшная смерть!

За тихой беседой, которая отвлекла их от варварского перемещения в подземелье, друзья не заметили, что за ними наблюдают и давным-давно поняли, что они обсуждают своё похищение.

– И вовсе мы не такие злодеи, как вы утверждаете, Велоу Стелем Однозначно, Сэр рыцарь её величества Королевы Анфазии Эн.

От неожиданности пленники вздрогнули и поняли, что их уже не тащат по ступеням, а положили на пол в небольшой пещере со скудным освещением. Маленькие человечки помогли им сесть и развязали руки и ноги.

На троне, выточенном из камня, сидел старичок. Он был невероятно стар. Кожа свисала с его щёк и лба множеством складок, остатки волос в бороде торчали в разные стороны, как усы у кота, а лицо высохло, как вяленое мясо птица Татаки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.