Василиса Прекрасная
Называй её Эээ, или Проблема для Верховного

Пролог

– Прыгай! Прыгай, я сказал, Кира!

Но я не могла! Не могла, чёрт подери этого инструктора! Не могу!

– Не заставляй меня выкидывать тебя из самолёта, девчонка!

Вот кто меня дёрнул на такую фигню? Ну как же! Мне исполнялось двадцать пять и решила на свою дурную голову отпраздновать свой день рождения таким глупым способом – прыжком с парашютом! И это с моим-то страхом высоты…

Но я передумала! Передумала! Не хочу!

– Кира, – хищно улыбнулся инструктор, заставляя меня люто ненавидеть его. – Ты помнишь, что сказала мне перед тем, как мы сели в самолёт?

– Нет! – закричала, пытаясь перекричать шум двигателей и открытого люка.

На самом деле помнила, но кто же знал, что я передумаю? Вернуться бы в полчаса назад и дать себе самой хороший такой подзатыльник! Я не трусиха, но я боюсь!

Меня сносило ветром, нёсшимся от выхода из самолёта, а вот инструктор крепко стоял на своих двоих, словно якорь корабля. Как он это делает? Не иначе у него договор с Дьяволом и чудесная способность не обращать внимания на стихии.

– Да! – засмеялся мужчина, но этого уже не услышала, полностью поглощённая тем, что произошло дальше.

Как мы и договаривались, когда я была очень уж глупой и наивной, он просто взял и выкинул меня с самолёта… Козёл!

Падаю вниз, как кусок чего-то непотребного… Зажмурила глаза, но быстро поняла, что так ещё страшнее… Что там говорил инструктор? В голове какая-то ерунда… Мысли разбросаны где-то внизу.

Считать! Точно! Надо считать… Один, два, три, четыре, пять… восемнадцать! В панике ищу на себе то, что надо потянуть, чтобы раскрыть парашют… Боженька помоги… Дёргаю за всё, не понимая, что делаю. Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Папа, мама, братья… но я думаю лишь о том, чтобы не описаться от жуткого страха.

Земля стремительно приближалась, а я продолжаю искать чёртов шнурок… Ура! У меня получилось! Спасибо тебе, Господи! Он открыт! С благоговением посмотрела наверх на купол…

Вот что странно… вокруг сразу наступила тишина, как будто я попала в штиль. Уши, что ли, заложило?

Но зато вид! Вид просто изумительный. Теперь, когда чувствую себя в относительной безопасности, бояться осталось только приземления. И сейчас начинаю трястись при мысли о том, что скоро окажусь внизу. Эти мысли мешают получать удовольствие. Но как же красиво!

Земля наступила резко. Обычная зелёная поляна… Падаю на неё как бревно, вытягивая стопу как учили и гася сопротивление… Парашют, вместо того чтобы упасть позади, снесло от резкого отнюдь не по-летнему холодного ветра, накрывая мою голову и тело…

Но мне наплевать! Ничего не вижу, но сейчас нет никого счастливее меня! Потому что я – жива! Даже не так! Я – жива!!! И пусть братья выкусят и обзавидуются!

От радости и восторга закричала бешеной белугой.

– Что это, Лютер? – чей-то презрительный голос вырвал меня из чествования жизни и заставил немного насторожиться.

– Это эээ… твоя самка, подходящая для оплодотворения, – ответил растерянный видимо тот самый Лютер.

Да что происходит? Тут же не было людей! Когда приземлялась, то чётко видела отсутствие кого бы то ни было! Попыталась было выбраться из плена, но чем больше барахталась, тем больше запутывалась. Мной снова овладевала паника. Мне казалось, что останусь тут навечно, задушенная собственными усилиями.

Но фортуна сегодня была ко мне благосклонна! В процессе правда потеряла шлем, отрывая наверняка очень прилизанные короткие синие волосы. Но свобода сейчас интересовала меня больше, чем внешний вид! Как гусеница, выбравшаяся из своего кокона, оказалась у ног… незнакомого мужчины. Чертовски красивого надо отметить! В моём вкусе, хотя надменное выражение лица его не красило!

– Эээ, – остолбенел он и повернул голову куда-то в сторону. – Это что за чучело?! Ты кого мне обещал? Как мне… Мне! Лечь… с этим?

– Но Верховный, другой-то нет! – горячо возразили ему. – Мы и эту-то с трудом достали!

– Но что это? Оно хоть разумное?

Мне как-то сразу стало обидно. Понимаю, что сейчас не в форме, да ещё и на фоне этого идеального красавчика, но зачем так-то? Да и защитный костюм для прыжков с парашютом – не вечернее платье! Ну так и я не собиралась на приём высшего общества!

– Почему оно синее? С надписью какой-то? Ещё и в носу что-то? – брезгливо разглядывал меня какой-то Верховный.

– Ну хватит! – неожиданно повысил тон тот, кто отвечал красавчику всё это время. – Чем ты недоволен? Тебе всего-то надо обрюхатить её! А не жить с ней! Подумаешь!

Чего?! Да как я вообще здесь оказалась и кто они такие?

– Эта… это… эээ, – Верховный указал на меня пальцем. Всю меня! – Мне противно и смотреть на неё! Это что за ерунда у неё на глазах? Кожа какая-то красная… тощая!

– Ну хватит! – окончательно обиделась, пытаясь встать.

Получилось не сразу, так как ноги запутались. Выглядело, наверное, очень комично, но мне было не до смеха. Как впрочем, и всем присутствующим.

Я тут пережила чистый ужас и выжила, а они! А они портят мне кайф!

Поднялась и указала на него пальцем, что вообще-то мама мне запрещала, отмечая, что это неприлично. А говорить обо мне гадости в лицо разве прилично? Ещё нести всю эту чушь про самку и обрюхатить!

– Да как смеешь, надменный гад, говорить обо мне в таком тоне и такие слова? Что вообще происходит?! Где я?!

– Оно разумное, – довольно проговорил Лютер. – Видишь, как повезло!

– Повезло? – разъярился Верховный, игнорируя меня и мои вопросы. – Что это вообще такое? Она эээ…

– Так и зови её «Эээ», – рассмеялся его собеседник. – И теперь это твоя проблема, а мне пора.

Резко повернулась и увидела ещё одного симпатичного мужчину, который со снисходительной улыбкой развернулся и ушёл, оставляя нас с красавчиком наедине.

Он всё же удосужился посмотреть на меня ещё раз и скривиться при этом.

– И что мне с тобой, Эээ, делать? Как Верховному вампиру объяснить такое недоразумение? Ты же уродина! Короткие синие волосы… Непонятные глаза… Это твои глаза?

Гордо выпрямившись, поправила на самом деле нелепые очки, которые, как мне обещали, помогут справиться с ветром и насладиться прыжком в полной мере. Что, кстати, оказалось чистой правдой. Но тут до меня окончательно дошли его слова. Верховный вампир? Что за бред сивой кобылы? Они какие-то ролевики или секта? Я-то думала, что это уже давно не модно! Тем более в таком возрасте!

Оглядевшись, поняла, что нахожусь в каком-то храме, но до православного ему далеко. Огромный свод, ведущий в никуда, всюду горят свечи… Даже сделала пару шагов, чтобы рассмотреть всё получше.

– Убожество, – как-то грустно вздохнул мужчина, стоящий в нескольких шагах.

– Я не убожество! – резко повернулась к нему. – Это ты убожество! Как я вообще здесь оказалась?! Вы какие-то маньяки? Похищаете женщин и насилуете?

– Насиловать? – хмыкнул Верховный, возомнивший себя вампиром. – О нет. Ты сама будешь ко мне приставать. Мне даже не надо воздействовать силой. Но вот как быть мне? От одного твоего вида… меня воротит!

– Ну, так и отпусти меня, – нашлась с ответом. – Отведи обратно, а дальше я как-нибудь сама. А ещё лучше отвези меня в Москву на Шаболовку, домой. Можно просто у метро высадить, я неприхотлива…

– Ты ещё не поняла, Эээ? – противно рассмеялся этот… нет, он не красавчик. Он урод! Моральный! – Ты в другом мире. И никогда не вернёшься обратно.

– Бред, – фыркнула. – Ты объелся кислоты?

Он рассмеялся.

– Чем бы твоя кислота не была, но я ем только кровь, Эээ…

И оскалился, показывая начавшиеся удлиняться клыки, которых до этого не заметила! Что за чёрт?

– И когда ты родишь мне наследника, то я до капли выпью тебя… Ты полностью в моей власти! – ещё и как-то злодейски расхохотался.

Я и сама рассмеялась его плохой шутке, но вдруг он словно замерцал и через мгновение оказался передо мной. Телепортация? Серьёзно? Сознание не выдержало такой… хрени и решило покинуть меня, даря благословенную тьму.

Первый раз падала в обморок. Братья, если узнают, то засмеют, но мне было наплевать. Хотела очнуться и понять, что мне просто приснился дурной сон. Может я потеряла сознание ещё в самолёте? И теперь мне снится кошмар!

Глава 1

– Чтобы разобраться в происходящем, сначала надо принять всё как должное.

– Или для начала спустить пар!

Моя любимая мамуля – психотерапевт по профессии. Точнее не работающий уже давно. А если выражаться ещё точнее? То работающий, но только с тремя постоянными клиентами и у нас на дому.

Когда-то давно у неё в жизни случилась сказка. Она встретила мужчину, моего папеньку. Полюбила и, как водится, вышла замуж. Но папенька оказался домашним тираном. Не в том смысле, что бил всех и зверел, а всего лишь категорически возражал против работающей жены. Он хотел большую семью и домашний уют! После нескольких затяжных войн и пару мальчиков спустя, мамуля, Эльвира Демидовна, наконец-то сдалась и оставила идею продолжать практику.

Правда и на этом дело не закончилось, так как мама, как заправский шпион, скрывая от мужа, оставила себе нескольких клиентов, которых попросту не могла бросить без своей квалифицированной помощи. Папенька, Евгений Константинович, в итоге обо всём узнал… ещё спустя пару мальчиков.

И не придумал ничего умнее, как выставить ультиматум! Мамуля должна была родить девочку и если ей так хочется идти работать. Ну и спустя ещё мальчика им наконец-то повезло. Появилась я. Это конечно поначалу их порадовало, пока они не поняли, что играть в куклы их маленькая принцесса не желает. Ей подавай машинки. И платья для неё какие-то неудобные. Да и другие девочки очень скучные… То ли дело братья! Одним словом пацанка. Но это совсем другая история.

В итоге, после рождения меня любимой оказалось, что работать Эльвире Демидовне уже не хочется, а всё это была просто затяжная весёлая игра с мужем. Своих клиентов она конечно не оставила, да и психологию свою любила. Но и огромную частную практику, как все время угрожала папеньке, так и не открыла. Сила реверсивной психологии!

К чему всё это? Да к тому, что я и сама одно время думала податься во всю эту стезю. Потом всё же передумала, но в своё время начиталась умных книжек, валяющихся у нас дома повсюду. И так вот… существует классификация известной тётки, Элизабет Росс. И согласно исследованиям этого доктора, в тяжёлой ситуации человек должен пройти пять стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Всегда уважала эту теорию, которая совершенно точно передаёт переживания людей.

И по чести надеялась, что меня эта доля обойдёт стороной. Она же в основном для тех, кто почувствовал настоящую утрату близкого! И наивно по молодости лет полагала, что у меня ещё лет пятнадцать-двадцать до этого момента. У меня даже бабушки с дедушками ещё живы!

Но здесь же пришлось испить эту чашу до дна. Ну почти до дна… Я застряла на депрессии. Вот только выражалась она как-то странно.

Когда неделю назад очнулась в запертой комнате, напоминающей Эрмитаж в Питере… вспомнила всё, что произошло до постыдного обморока! И ужаснулась.

Да много ещё чего было, не только ужас. И до принятия, пятой стадии, мне, по-моему, ещё далеко.

Непонятно где и непонятно что делать. Для начала обыскала комнату сверху донизу. Изумилась, когда нашла тут вполне приличную ванную со всеми удобствами, что «у себя» воспринимала как должное. Если не считать её изысканности и позолоченный толчок, она была похожа на мою собственную. Едва не прослезилась от радости!

Но как же сбежать? Я не умею вскрывать замки! Всегда хотела научиться, но всё руки не доходили. И тут не было окон! О времени мне сообщали наручные часы, но и это сомнительно. Вдруг всё тут по-другому? Да и не факт, что они синхронизированы с этим миром. А что я не на родной Земле становилось очевидно с каждым днём. И дело не в наличии тут вампиров…

Так что сначала забилась в угол и несколько часов стучалась головой об стену… жалея себя и отчаянно нехотя верить собственной памяти!

Потом началось бешенство. Я разнесла в комнате всё, что плохо лежало и не только. Даже перевернула на бок тяжеленую кровать. Перед глазами всё стоял тот клыкастый кровосос-моральный урод, а в ушах звучали его обидные оскорбительные слова.

Разгромом была так довольна! А потом пришли они… Люди, одетые как чёртовые слуги из сериала аббатство Даунтон! Они методично заменяли каждый предмет мебели в комнате на идентичные… И откуда только взяли?

Начались торги. Как я не упрашивала их отпустить меня или помочь сбежать! Со слезами, угрозами, мольбой и опять угрозами. Они хоть и косились, но упорно молчали, а потом меня снова заперли, оставив на столе поднос с едой. Вопреки моим первичным опасениям – крови там не было. Да и готовили тут вкусно, что обнадёжило наличием тут людей. Ведь и в расе слуг была уверена не до конца! Да и Верховный ведь говорил, что ест только кровь. Но, наверное, правильнее говорить – пьёт. Потом мне все эти дни приносили еду три раза как по часам, заставляя ожидать этого, как узника в одиночной камере. Не то чтобы по опыту знаю, что это такое.

С торгами быстро закончила, уделяя время на еду. И, казалось бы, пора переходить в депрессию, но это не про меня. Может, просто не способна на неё? Меня переполняла жажда деятельности.

Мною овладело любопытство и я, отдохнув ещё двадцать минут, повторила разнос комнаты. Правда, без особого пыла и энтузиазма. Интереса ради.

И картина повторилась. Только на этот раз, поняв тщетность торга, с надменным видом сидела в единственном уцелевшем антикварном кресле, и наблюдала за слугами, которые, судя по страху в глазах, начали серьёзно опасаться сумасшедшую, поселившуюся тут.

В третий раз повторять свой "гнев" не стала. Просто утомилась. Слуг мне не было жалко. Это их работа и вообще мало что понимала об этом месте. Так что отправилась спать и с удовольствием проспала до утра следующего дня. В обычной жизни редко себе такое позволяла. Мне всё казалось, что жизнь утекает сквозь пальцы, как вода, и надо всё успеть.

А поутру ещё до завтрака снова разнесла комнату, повторив ту же сцену… Так и развлекалась. И главное, мебель у них не кончалась! У них тут что фабрика?

В общем, я ела, отсыпалась и разносила комнату. Пока на третий день кое-что не изменилось.

Я всё с ужасом ждала появления Верховного. Что не удивительно, принимая во внимание его наполеоновские планы в отношении меня. Но пришёл не он. И даже не Лютер, его собеседник при нашей первой и пока единственной встрече.

Пришли они… Они!

Глава 2

– Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби – якобы с целью «выйти из стресса».

– Но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

На третий день меня разбудили голоса. От испуга открыла глаза. И кто-то встревоженно вскрикнул.

Это был первый раз, когда у меня появились гости, не считая слуг. Но нет. Это были не совсем гости.

Три девицы, глядя на которых начала чувствовать себя ущербной. Длинноволосые красотки с лицами сердечком… они казались слишком идеальными. Вампирши ли они? Или их называют вамприрессы? Не имею ни малейшего понятия. И точно в отличие от моих окрашенных синих – цвет у них свой, естественный. Чёрный, медовый и пепельно-русый. Да и одеты они… Прямо платья! Нет не так… Платья!!! С большой буквы и с тройным восклицанием! Я подобные опять-таки видела только в старых фильмах. Наверное, Наташа Ростова в таком явилась на свой первый бал. Оно понятно, почему меня назвали чучелом. Хотя всё равно обидно, так как себе я нравилась! Пусть мои черты и немного грубоваты, но я называю их чувственными и сексуальными. Да и отбоя в кавалерах у меня никогда не было!

Хотя тут конечно поиздержалась. Косметика мне только снилась. Впрочем, и так пользовалась ей в жизни немного. И мне приносили какие-то убогие серо-буро-малиновые платья, но я их не носила, так как надевать их самостоятельно не могла. Да и в сознательной жизни ни разу не опускалась до платьев и не собираюсь. Приходилось в ванной стирать свою одежду каждый вечер. Но бельё здешнее пришлось всё же использовать. Носить свои трусики каждый день… фу… Местные панталоны меня посмешили. Эдакий вариант с рюшками и прорезью посередине, как на некоторых боксерах у мужиков. Креативненько. За шорты могут сойти!

Когда же мои джинсы с кожаным топом не просыхали, то надевала на голое тело парашютный костюм. А вчера и вовсе заснула прямо в нём, замечтавшись о свободе и вспоминая родных. Оставалось только порадоваться этому, учитывая утренних визитёров!

Но когда услышала, о чём они говорят! Поняла, что спросонья присовокупила этим девицам что-то большее кроме смазливой внешности.

– Посмотри, что за уродина, – донеслись до моих ушей тихие и противные слова одной из них, рассматривающей меня как зверька в зоопарке. Всегда жалела этих бедных животных! – Роза говорила, что Лютер говорил, что её имя Эээ. Наверное, потому что она может мычать только это слово. Одичалая… Бедный наш Верховный!

Другие покивали ей, а моя челюсть в переносном смысле упала на пол от шока. Куда я попала?

– Нам лучше уйти, – поддакнула вторая, которая в отличие от первой, смотрящей с любопытством, делала это с опаской. – Слуги шепчутся, что она буйная. Неразумное создание разносит комнату и вроде как кидается на них, пытаясь укусить. А ещё угрожающе шипит!

Чего?! Только крайнее недоумение не позволило закипающему… смеху вырваться наружу. Ничего себе тут система слухов! О такой мечтает любой женский коллектив!

Решила повеселиться. Тут было очень скучно, между прочим! Встала, потянулась под их настороженными взглядами и, осмотревшись, начала в седьмой раз за эти дни методично разносить комнату, с тупой придурковатостью косясь на глупых куриц.

Интересно, если я разгонюсь и кинусь на них, с какой скоростью в час они убегут? Папенька у меня был учёным когда-то. Очень умным и с кучей наград. Пока в бизнес не подался, ещё в девяностые. Так что и меня, как и моих братьев, заставлял вкалывать и грызть гранит науки, прививая разуму пытливый ум. Так что иногда в мою голову приходили всякие глупости, требующие доказательств.

В общем, они продолжали смотреть с ужасом и восторгом, когда у меня совсем вырвалась придурь. Я встала на четвереньки так, когда играю со своим годовалым племянником и поползла в их сторону, кровожадно облизываясь, негромко тявкая и косясь на их ноги, скрытые под длинными юбками.

Понимала ли что творю? Определённо, да. Нравилось ли мне? Да и ещё раз да!

А уж когда эти пигалицы рванули к выходу, со щелчком закрывая за собой дверь, я злодейски расхохоталась, искренне надеясь, что им слышно. Узнавали же как-то слуги о том, что тут громят мебель и всё остальное?

После этого я думала, гости меня больше не посетят. Но куда там! Это были целые паломничества. И у всех были ключи! Или это один и тот же человек устраивал сюда экскурсии за определённую плату? Ну а что… Почти зоопарк. С разницей в том, что я была слишком разумна. (Мне хотелось бы в это верить). Но, если честно, мне нравилось развлекаться за счёт визитёров, кои представляли собой идеальные с ног до головы стайки напуганных и любопытных девиц. К седьмому дню мой энтузиазм начал таять. Я уже грызла обои, матрас, разговаривала на ломанном немецком, единственном языке, который знала хоть немного, вспомнила приёмы каратэ, которые показал мне один из братьев в качестве самозащиты.

Клянусь! Едва закрывалась дверь за очередными девушками, уже чесала голову, придумывала что-то новое.

В какой-то момент мне окончательно показалось, что я схожу с ума, идя на поводу у детской обиды. Даже обещала себе прекратить ребяческие выходки. Но стоило прийти кому-то ещё, посмотреть на меня с презрением и диким любопытством, как снова не выдерживала. В последний раз и вовсе вела себя совершенно неадекватно. Хорошо ещё в мой сбрендивший мозг не пришло в голову начать метить предметы. Хотя всё же пришло, но посчитала выше своего достоинства снимать перед ними штаны.

Но вот на седьмой день всё изменилось. Потому что в тот день прямо с утра появилась… мать Верховного.

Глава 3

– Знаешь, в чём твоя проблема?

– Всего одна? Но если это бремя досталось мне, значит, оно мне по плечу, не сомневайся. На крайний случай есть же матушка.

Кристофер Майнфорд

– Что ты намерен делать, Крис?

Эти слова заставили меня скривиться! Будто у меня есть выбор!

– А то тебе неизвестен ответ на этот вопрос, Лютер! – раздражённо проворчал, с неудовольствием рассматривая друга, с которым дружил уже лет сто, не меньше.

И иногда мне очень хотелось его убить. Вот прямо как сейчас!

– Мне просто нравится, как ты кривишься при упоминании о своей… проблеме, – не стесняясь, рассмеялся мужчина моему несчастью.

Тоже мне друг!

– У меня есть ещё немного времени, – напомнил ему.

– Совет бы с тобой не согласился. А ты сам знаешь, что случится, если у тебя не будет наследника.

– Прекрати давить на больное! Ты слышал, о чём шепчутся слуги? Мне доложил Маркус.

– Ты сам знаешь, что это чушь. Твоя Эээ разговаривала… мы сами это слышали и вполне чётко выражала свои мысли. Хоть и угрожала тебе, но на одичалую не похожа совершенно.

– Тебе-то хорошо говорить! Роза у тебя красавица! Само совершенство! Такт! Благородство! Порода! Эталон красоты! А мне что досталось?

– Ты поэтому так ни разу её и не навестил? – хмыкнул Лютер. – Боишься взглянуть правде в глаза?! Чего ждёшь? Думаешь ситуация поменяется? Ты же никогда не был трусом, Крис. Не похоже это на тебя.

– Два слова, друг, – я неожиданно развеселился. – Моя мать! В кой-то веки пригодится её…

– О, Единый! – подскочил он, прерывая меня и с опаской оглядываясь. – Хелена Майнфорд здесь? Кажется мне пора. Загостился я тут у тебя.

– Успокойся, – коротко усмехнулся. Сам я давно научился ставить её на место, но… не важно. – Ещё нет, но вот-вот появится.

Он действительно немного расслабился и сел обратно. Но это не мешало ему всё так же оглядываться на дверь.

– Наверное, ты в крайнем отчаянии, если позвал свою матушку. Она же сожрёт твою проблему и не подавится.

– Не сожрёт, – фыркнул. – Слишком сильно хочет внуков, чтобы сделать это. Как думаешь, откуда вообще у всей этой истории растут ноги? Вот пусть и получает подарок. Но согласен, Эээ придётся нелегко, но это уже не моя головная боль. Мне главное, чтобы через месяц на церемонии бракосочетания она хоть немного прилично выглядела и, как утверждают слухи, не кидались на людей. Всю эту неделю она только и делает, что разносит свою комнату! Совершенно неуправляема. Слугам пришлось обчистить несколько гостевых покоев, чтобы возместить ущерб в её. И так бы всё оставил. Ей послужило бы уроком, но вдруг мать приехала бы раньше? Её лучше не злить по пустякам. Чтобы она сказала, если бы увидела такой бардак?

– А просто поговорить с девушкой не пробовал? Ты так и не интересовался, как зовут-то её? – развеселился Лютер.

– Да какая разница? – раздражённо бросил. – Мне её и видеть-то надо раза три-четыре от силы. Церемония и несколько попыток заделать ей моего наследника. Целители скажут, когда она будет готова к зачатию и на это имеются наибольшие шансы. И семейные артефакты никто не отменял. А потом? Как родит, так пусть проваливает, если выживет. В свой мир ей конечно не попасть. Но я ей даже денег дам. Лишь бы глаза мои это чучело больше не видели.

– Не слишком ли ты жесток, Крис? – нахмурился друг.

– Откуда я знаю, может она из тех, кто съедает своё потомство? – оправдался, но и сам почувствовал, что как-то слабо.

– Справедливости ради, но ты же и не пытаешься ничего о ней узнать.

Вот как ему объяснить, что меня бесила сама эта ситуация?! Бесит совет, угрожающий мне. Я знал закон и традиции. Если у Верховного на момент вступления в должность нет наследника, то он должен появиться в течение двух лет. Иначе власть примут на себя старейшины, держа меня за марионетку и заставляя выполнять свои приказы, связав мою силу. Виноват ли я, что слишком могущественнен для того, чтобы выбирать сам? Нам и Эээ досталась непросто. Оракул теперь бесполезен лет на пятьдесят. А я потом два дня отлёживался после поиска и призыва. Пришлось сжечь дотла несколько накопителей и себя. Даже для Верховного – это тяжело. Найти среди всех миров ту единственную, что способна выносить твоего ребёнка, не имея почти ничего! В общем, меня всё это раздражало. И то, что попал в такую ситуацию. Да я бы половину своей силы отдал, лишь бы избавиться от этого чучела! И плевать, что именно на мне держатся грани мироздания этого мира. Очень тонкой грани, надо отметить. И особенно меня раздражали родители! Тем, что пытаются управлять мной! И тем, что несмотря на то, что давно освободился от них и был независим, у них это получилось!

– Ну не горячись, Крис! У тебя даже глаза красным засветились. Поступай, как знаешь. Просто не будь не справедлив к девушке. Встань на её место! Даже если допустить, что её интеллект не слишком высок. Вырвал из мира, к которому она привыкла, от семьи… Может у неё там кто-то был? Личный и дорогой её сердцу. Запер в комнате и обращаешься как с домашним питомцем. Роза говорит, что туда придворные дамы ходят по нескольку раз на дню и рассматривают как дикого зверя.

– Что? – вот это была для меня новость. – И почему я не знаю? Я-то думал, что о ней почти никто не знает!

– Вот поэтому тебе никто и не говорит, – Лютер пожал плечами. – Опасаются твоего гнева. А людям же интересно. Не каждый же день происходит что-то подобное и судьба подкидывает им будущую жену Верховного вампира.

Сжав кулаки, сделал несколько вдохов и выдохов, заставляя себя сесть обратно. Бесит! Всё это бесит!

– Иди-ка ты домой, Лютер, – недобро посмотрел на друга. – А то я почувствовал, как изменилось защитное поле замка. А нарушить его мог сегодня только один человек – Хелена Майнфорд.

– Понял, – понятливо кивнул мужчина и резко поднялся на ноги.

Но пошёл он не к выходу. А к окну. Выбрался из него и прыгнул вниз… Да! Что матушка с людьми делает. Через окно сбегают, лишь бы с ней не встречаться.

Мать у меня действительно боевая и любого заткнёт за пояс. У Эээ или как там её, просто нет шансов, чтобы не превратиться в идеал, который будет не стыдно показать подданным. Жаль, что так получилось с придворными, но тут уж ничего не поделаешь.

Глава 4

– Когда свекровь любит свою невестку – она приобретает дочь, а когда не любит – теряет сына.

– Только очень умная свекровь понимает эту непреложную истину.

Сидела в кресле в ожидании завтрака и подумывала: не навести ли мне здесь свой новый «порядок», но было откровенно лень. Дело не в том, что не хотела шевелить и пальцем, просто это как-то уже приелось.

Наверное, в данный момент я была бы рада видеть и клыкастого Верховного, настолько опротивело мне сидеть в четырёх стенах. Не моё это… вот совсем не моё!

Но вот дверь с щелчком отворилась и вместо слуг или даже вместо стайки противных девушек, появилась она. От неё у меня по телу пошли мурашки в предчувствии чего-то недоброго. Этот взгляд, которым впору забивать гвозди и подавляющая аура… Бррр.

Против собственной воли подскочила на ноги, радуясь, что в этот раз одета в джинсы и топ, что придавало уверенности. Даже трусы сегодня на мне были мои собственные, что почему-то успокаивало.

– Ты, значит, и есть моя будущая невестка? – нахмурилась эта бой-баба. (А иначе её и не назвать. Не в смысле брутальности и манер, но тем не менее. Было в ней что-то от командирши).

– Доброе утро, – поздоровалась предельно вежливо и кивнула ей.

Возникла мысль расстараться книксеном, но, во-первых, отродясь не делала и не умею, а во-вторых… Что за бред вообще приходит в голову? Потому смысл её слов начал медленно и с большим опозданием доходить до моих припухших от безделья мозгов.

Меня собираются отдать замуж? Но я не хочу замуж! И никогда не хотела! Может потом далеко после тридцати, когда захочу ребёнка и найду «правильные» гены, но никак не раньше!

Я ещё молода, красива (не по здешним меркам – это и так понятно, ну и ладно) и впереди у меня вся жизнь полная приключений! Сделать карьеру! Больше путешествовать!

Может это результат брака моих родителей, но в моём понимании, замужество – это вечная борьба за собственную независимость и орава детей (по иронии, несмотря на свою предубеждённость и очень большую семью, в которой выросла, считаю, что их и должно быть много). Но зачем мне такое «счастье» сейчас?

И главный аргумент «против» состоял в том, что я – не верю в любовь. Вся эта чушь про бабочек в животе и замирающее от переполняющих тебя чувств сердце? Бред, намазанный розовым вареньем и сбагренный изрядной долей доверчивости наивных девочек и мальчиков! Кто-то возразит, что мои родители, невзирая на извечные противостояния – любят друг друга! Но, во-первых, у них весьма странные отношения, а во-вторых, исключения лишь подтверждают правила. Что есть, то есть!

Взять хотя бы статистику. Все мои одноклассники – дети разведёнышей. И если это не убеждает, то к двадцати пяти годам они сами уже побывали в институте брака. Все до одного! И по любви, между прочим! И чем всё закончилось? Разводом! И если им повезло, то без детей или алиментов! Очень обнадёживает, не так ли?

Присмотревшись к будущей «свекрови» до меня, как до слона, дошёл ещё один неоспоримый факт. Зелёные глаза и тот же оттенок волос! Передо мной ещё и мать клыкастого! Клыкастая-старшая? Вот тут даже сомнений не вызывало, что она тоже имеет специфические гастрономические интересы. Посматривает так точно с плотоядным взглядом! Уж не размышляет ли о том, сколько во мне литров крови? Мало! Точно говорю! Я вообще тощая!

Но моей сообразительности хватает, чтобы понять – такой враг мне не нужен. Это не глупые курицы, посещавшие мою скромную обитель до сих пор. Да и пора заводить союзника. Хватит уже играть в детскую мстительность, заложенную во мне генами! Вот только какую тактику избрать? Тут, пожалуй, всё зависит от неё и её истинных желаний и планов на меня. Но играть в безумие надо прекращать. Что-то подсказывает, что этот фокус с ней не пройдёт.

– Отвечай! – тем временем прикрикнула эта женщина не хуже наших полицейских на допросе.

– На самом деле, тётенька, – промямлила. – Мне мало что известно! Оказалась тут семь дней назад. Мне ничего никто не объяснил. Сказали только, что я чучело и меня будут… брюхатить, хоть это и противно. Потом, скорее всего, убьют путём обескровливания. Мне так страшно, тётенька!

Меня несло! Ну ещё бы, первый почти нормальный собеседник за всё это время! Но обнадёживало то, что уголки её губ дрогнули, так что продолжила строить из себя дурочку, решая, что потом разберусь с её мотивами на мою драгоценную (для меня так точно) персону.

– И девушки… Они всё ходят! – воскликнула, почти плача. – Смотрят презрительно! Шепчутся за моей спиной, говорят гадости! Оскорбляют Верховного! А я…

Получилось картинно всхлипнуть. Да я мастер! Ну какой матери понравится, что её сына поносят? Хотя тут бы не прогадать! Мало ли какие у них отношения с сыном?

– А что ты? – с нескрываемым интересом спросила бой-баба.

– А я… – посмотрела на неё глазами полными страдания. (Ну а что? Я действительно страдаю. Столько дней жуткой скуки). – А я всего лишь хочу…

Но предложение так и не закончила, подбежав к ней и обняв. Потому что, честно говоря, пока не поняла, чего же хочу. В смысле знаю, но откуда мне знать, чего хочет мать клыкастого? И если признаюсь в собственных желаниях, а они не совпадут? Боюсь, тогда станет только хуже. От моей ретивости и наглости будущая «маменька» офигела.

Так и застыла, обмякнув. А я оторвалась от неё через минуту и с неподдельной надеждой в глазах спросила:

– Вы же поможете мне? – но прежде чем она успела ответить или отреагировать, пролепетала: – Хотя кормят тут вкусно! Мясо просто обалденное!

Последние фразы добавила, чтобы она потеряла нить беседы. И уж совсем не выглядело так, как будто я могу только жаловаться. Но главное, всё это выставляло меня совершеннейшей идиоткой. То, что нужно!

– А ты мне нравишься, – сделала она неожиданный и совершенно не логичный вывод. – Конечно, тебе не хватает лоска, но этим я займусь сама. Под моим чутким руководством…

Фразу она не закончила. И мне бы насторожиться, но куда там! Вот он – мой шанс!

Правда, тогда я не знала, что уже тогда надо было не ждать ничего хорошего. Мой кошмар только начинался.

Не успела опомниться, как мою руку схватили, а потом меня затошнило.

Глава 5

– Пятьдесят процентов бабушек имитируют восторг при виде внуков.

– Остальные же просто больны!

Не знаю почему, но голова закружилась и, согнувшись, зажала себе рот, чтобы не опорожнить желудок прямо на дорогущий ковёр, на котором стояла. Не то чтобы трепетно относилась к чужой собственности. Что, наверное, и так уже понятно. Но и позориться не хотелось.

На моё счастье в желудке было пусто и во рту ощутилась лишь горькая желчь. Несколько раз глубоко вздохнув, выпрямилась. Огляделась и поняла, что нахожусь в очень «милой» гостиной. Роскошью просто засоряло вены и воздух, попадающий прямиком в лёгкие. (Не поймите меня неправильно. Я не то чтобы привереда, да и сама выходец из очень обеспеченной семьи. Но это перебор из той же серии, что и позолоченный толчок! Показная пыль в глаза, от которой нет ощущения комфорта или уюта).

– Твоя первая телепортация? – спросила женщина, рассматривая без сочувствия, а только с исследовательским интересом. – Мне надо было тебя предупредить. Люди так чувствительно к этому относятся. А ты ещё крепкая!

И перенос в этот мир был не так тошнотворен как это. Чего мне стоило не посмотреть на неё с возмущением, знает только один Господь! Но в ответ я лишь слабо ей улыбнулась и мотнула головой в знак, что всё в порядке, но разговаривать пока не могу. Не то чтобы она интересовалась, вообще-то.

– Ты привыкнешь, – оскалилась, показывая чуть вылезшие клыки. Убейте меня кто-нибудь! – Называй меня Хелен или мамой, дорогуша. И раз уж ты жаловалась на то, что тебе никто ничего не объясняет, то с удовольствеим просвещу тебя. Через месяц ты выходишь замуж за моего сына, Кристофера Майнфорда. Это не обсуждается!

Прозвучало, как чёртова угроза! Она продолжила:

– Но до этого у нас много работы! Очень, очень много работы! – она отошла и присела на софу, пристально изучая меня. – Ну-ка… повернись-ка вокруг своей оси!

Понимая, что выбора нет, выполнила унизительный приказ, пока Хелена цокала языком с явным неодобрением.

– Работы у нас действительно много. Хотя потенциал неплохой! Но когда я закончу… – она зажмурилась в удовольствии. – О! Ты родишь мне много внуков! Не одного или двоих! Очень много внуков! Но для начала из тебя надо сделать то, что нравится моему сыну.

Господь! Куда я попала?! Хоть и стали понятны её мотивы, но легче от этого не стало.

– Кристофер любит голубоглазых блондинок, так что придётся постараться. Жаль, что у тебя такой тёмный цвет глаз. Хотя на свету они поярче. И такая тощая. Откормим, но вот глаза… магия такая не долговечная, чтобы прибегать к ней. Но сделаю, что смогу. Такой, чтобы интерес нового Верховного к тебе не угас как можно дольше! Как минимум на несколько лет! К тому времени у тебя будет уже трое или четверо детей. Но кормить однозначно надо побольше! С такими узкими бёдрами сложно представить, как ты выносишь и одного.

Из этой «проникновенной» речи поняла сразу несколько вещей. Первое – тут есть магия. Хотя могла бы и раньше догадаться, если быть честной с собой. Второе – себя новую точно не полюблю, а значит надо удирать и как можно скорее. И третье… эта женщина помешана на внуках!

– Возражения есть? – оскалились Хелена, от чего мне снова стало не по себе.

– Нет, – шустро покачала головой. Свои мысли лучше оставлю при себе! Но всё же добавила: – Правда… посмотрите на меня! Вы говорите, что у нас всего месяц… как можно из меня сделать то, что вы описали за месяц? Может лучше за год, а то и два.

– Ты права, – кивнула женщина, обнадёживая меня, но тут же уничтожила вспыхнувшую было надежду. – Но у нас есть только тридцать дней. Ни больше. Ни меньше. Я и так узнала обо всём только сейчас, так как была в отъезде. А ты не так глупа, как хочешь показаться, милочка. Не играй с огнём!

Её подозрительный прищур заставил меня опустить «не подходящие» глаза, жалея, что не могу специально, как по заказу, покраснеть и смутиться. А ещё с трудом не заскрипела зубами в разочаровании и досаде. Тридцать дней! Всего!

Но на самом деле я могу ответственно заявить, что испытывала и облегчение. Как для человека, привыкшего всё держать под контролем, неопределённость убивала. И теперь начала понимать к чему клонится моя жизнь. Так что спасибо за хоть какую-то отсрочку. Согласитесь, меня могли и прямо сейчас начать брюхатить.

Спорить не буду, этот Кристофер (вот как его оказывается зовут!) действительно красавчик на мой взыскательный вкус. И если бы не десять «но», типа того, что он кровосос, моральный урод и вообще не слишком хорошая личность, на моей родной Земле увидела бы – точно запала до горизонтального состояния. Но если бы да кабы. Всё это не имеет никакого значения.

– Сейчас придут Маргретта и Софи, – неожиданно вырвала меня из скверных мыслей… мама. – Они покажут тебе наше родовое поместье и отведут на завтрак. А после приступим. Дел много. Бежать не пытайся, мы в глуши. Если пойдёшь мне на уступки: будешь послушной, милой, родишь мне нескольких внуков, то попросишь, чего пожелаешь. Деньги, поместья, титул. Последний у тебя и так будет, но после развода исчезнет, но можно будет что-то придумать. В общем, не советую тебе пытаться изменить судьбу. Чтобы ты знала, вампиры самые могущественные существа в этом мире и не тебе с нами тягаться.

Я скромно потупилась, не собираясь возражать. Не сейчас. А может и никогда. Не потому что смирилась, а потому что если мои пока ещё слишком смутные планы сбудутся…

Но и благодарить, тоже не торопилась. А то того гляди заподозрит из-за излишнего энтузиазма. Улыбаемся и машем, ребята! Улыбаемся и машем!

В дверь постучали, заставив меня вздрогнуть, а в гостиную вошли две абсолютно идентичные шатенки средних лет и поклонились вампирессе. На этот раз я чётко поняла, что они – обычные люди. Ну может и не обычные, но не вампиры так точно. Ещё осознала, что пока встречала только двух клыкастых – Кристофера и его мать. Только рядом с ними возникало странное ощущение, будто тебя подавляют.

– Идите, – махнула Хелена. – Встретимся в салоне через час.

Мы с женщинами послушно развернулись и отправились к двери.

– Кстати, – она поймала меня, перед тем как мы собирались выходить. – Как тебя зовут?

Вот оно! Первый раз меня об этом спросили! Но повинуясь интуиции и кричащим невесть откуда взявшимся инстинктам, повела плечом и соврала, брякнув первое, что пришло в голову, но созвучное моему:

– Кирена…

Глава 6

– Беда в том, что, если я тебе не верю, то я не могу верить твоим словам о том, что тебе можно верить.

– Но вы можете мне верить!

Прошло ещё две недели. И в эти две недели я пожалела, что не ценила то, что у меня было в первые семь дней.

Уединение! Изредка нарушаемое, но уединение! И я жаловалась на скуку? Какой же я была дурой!

А если к остальному добавить, что к тому же безумно скучала по семье. Братьям. Особенно по Костику, самому старшенькому из них. С родителями как назло ещё поссорилась накануне прыжка. Какая ирония, учитывая ситуацию. Ведь поводом для раздора послужило то, что по их мнению пора бы мне замуж и завести детишек. Узнай они о происходящем со мной: то ли ехидно хмыкнули бы, то ли радостно потирали бы ручонки. И им было бы плевать, что меня отдают за кровососа! Скорее папенька с маменькой пожалели бы его, а не меня. Слишком хорошо они знали свою единственную дочь.

Но мне было не до демонстрации своих лучших черт. Отчаянно пыталась втереться в доверие к Хелене. Что было чертовски непросто, доложу я вам. Поначалу, если бы существовала шкала, то отметка наших с ней отношений стремилась бы даже не к нулю, а к минус десяти.

Ну, казалось бы, ничего сложного – позицию мне обозначили в первый день. Покорность, послушание. Но кто же знал, что будет потом? Почти всё походило либо на лучший сон золушки, либо на худший кошмар в жизни прирождённой пацанки.

Ну ненавижу я всю эту чушь с примерками, примочками и издевательствами. Но опять-таки приходилось не только терпеть, но и изображать энтузиазм.

Клянусь, в какие-то моменты мне казалось, что сама не прочь стать вампиром и покусать всех своих мучителей.

Целыми сутками продолжалось одно и то же. Утром примерки или отмачивания в чём-то противном и вонючем, днём учёба, вечером другая учёба… И если бы учили чему-то полезному! Но нет! Они избрали этикет и верховую езду на лошади! Вот и всё!

А мне катастрофически не хватало информации! Обо всём! Об этом мире, о стране, о Верховном, о вампирах, населении… о том, как вернуться домой! Но со мной всё так же никто не делился!

За каким фигом мне надо знать в каком порядке, какую вилку-ложку брать? Или на сколько сантиметров надо склоняться перед Владыкой, а на сколько перед какими-то там старейшинами?

Хелена ещё и обещала, что в последнюю неделю, когда с этикетом будет покончено, мы приступим к главной теме – как угодить Кристоферу и что он любит.

С одной стороны меня это бесило. Словно куртизанку готовят. А с другой веселило, потому что, как представлю, кто именно и что именно мне будет говорить. Входят ли туда любимые позы для секса? Или может что покруче? Учитывая его ораву слуг, мои прямые и по существу единственные обязанности в рождении наследничков, вряд ли меня будут учить какой температуры должна быть кровь, которую он пьёт или как сделать закрутки на зиму с первой отрицательной. Так что будущая «наука» вызывала желание совершенно по-свински хрюкнуть от смеха или кого-нибудь покусать.

Но что хуже всего, что приходилось носить платья! Мне просто не оставляли выбора. Прямо с утра заявлялась Маргретта, оказавшаяся экономкой, и скрупулёзно облачала меня.

В последний раз до этого я надевала платье в шесть лет в садик! И это был костюм чёрной ведьмы! Родители бережно лелеяли единственную фотографию того вечера и грустно вздыхали, глядя на неё, сетуя на мои закидоны.

И если в обычной жизни не носила и тонких платьев, то что можно ожидать от моей реакции на десять слоёв розового безобразия?! Может, если бы цвета были другими, мне было легче смириться. Но весь мой новый гардероб составлял один большой розовый букет. И не подозревала, сколько оттенков этого цвета существует! От стального розового до розовой вишни! Решение относительно цветовой гаммы принимала, кстати, Хелена, руководствуясь будущим цветом моих волос, модными веяниями и личными вкусами Кристофера.

От этого клыкастого меня уже заочно тошнит, не смотря на то, что на фоне новых «приключений» наша первая встреча начала меркнуть! Потому как в этикет входила ещё одна тема и её разветвление – как быть хорошей женой. Как безродную болонку меня дрессировали, чтобы выдать потом фальшивый паспорт!

Когда-то давно, будучи подростком, наткнулась на одну презанимательную книженцию, больше похожую на брошюру под названием «Идеальная семья или руководство по домоводству 60-х годов». Чтобы было понятно о чём там идёт речь, то, например, вот отрывок оттуда, над которым мы с братьями дружно ржали как кони:

«После совершения интимного акта с женой, вы должны позволить ей пойти в ванную, но следовать за ней не нужно, дайте ей побыть одной. Возможно, она захочет поплакать».

И всё в таком духе. В основном это указания для женщин, как быть примерной женой, хорошо выглядеть, следить за детьми и ни в коем случае не возражать мужу. Описывалось это так потешно, что мы смеялись почти над каждой фразой. И вот… не иначе меня догнала карма за насмешку над женщинами того времени. Меня самой с головой окунули в… это!

Но я стоически терпела, не давая себе сорваться и не пуститься во все тяжкие. А так хотелось начать мстить хотя бы по мелочи! И личным церберам Маргретте с Софи, следующим за мной по пятам и своей новоявленной маме! Но ничего такого себе не позволяла. Старалась, как могла, чтобы усыпить их бдительность.

И наконец, на десятый день почувствовала, что пристальное недоверие ко мне начало таять. Не в том смысле, что мне открыли душу и обьятия, а в том, что меня окончательно приняли за безропотное, возможно безмозглое существо, которое хочет лишь выжить и видит в будущем только одни плюсы. В открытую я этого не говорила, но изображала как могла другими способами. Ну а что? Возможно для кого-то – это была бы и правда.

Придворная жизнь, красавец мужчина, слуги, шмотки от лучших портних, власть, деньги. Всего-то роди себе пару детишек и будь свободна. Вот только они не понимали, что у меня на мою жизнь совершенно другие планы! Мало сочетающиеся со здешними нравами.

Для верности, я подождала ещё четыре дня, чтобы убедиться, что за мной нет слежки, прежде чем первый раз выйти на… дело.

Глава 7

– Рай – это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

– Тогда очевидно, что я в аду!

Тихо пробираясь по коридорам, направлялась в ту часть поместья, куда ходить мне было строго-настрого запрещено. Но в первую экскурсию мне всё же любезно показали основные помещения. Зачем-то. Наверное, проводившие экскурсию Софи с Маргреттой были не в курсе, что Хелена Майнфорд категорически против моего просвещения.

И сейчас меня интересовала конкретная комната.

Я так хотела попасть в это место, что мне не раз снилось, как пробираюсь туда! Каково же было утреннее разочарование, когда понимала, что это лишь плод моей фантазии. Потому как, попадая в библиотеку во сне, узнавала так много! Мой собственный разум играл со мной в игру, давая мне то, чего я хотела – факты об этом мире. Совершенно нереальные и лживые факты, но там мне это было невдомек, и я продолжала верить. И ещё минут пять после пробуждения… а потом приходилось стискивать зубы, чтобы не зареветь от разочарования и полдня выкидывать из головы «реальность», которую так старательно запоминала.

Но не дождутся! Горжусь собой, что ещё ни разу не плакала тут! Стенала? Да! Причитала? Да! Молила? Да…

Но плакать? Только если не взаправду и ради достижения своих задач! Искренних не дождётся никто! Я сильная! Кремень!

И этот кремень резко вздрогнул от скрипа, раздавшегося из-под собственных ног. Радовало, что мне доподлинно известно, что прислуги тут мало. Майнфорды в собственном родовом поместье предпочитали видеть только самых верных людей. И на это часто жаловались между собой Маргретта с Софи. Последняя, к слову, личный секретарь Хелены. Они служат ей уже лет двадцать и преданы до фанатизма.

Поняв, что скрип всего лишь мой промах, с облегчением сдула ненавистную прядь, лезущую в глаза. Благодаря их манипуляциям волосы отрастали быстро и почти потеряли мой любимый синий цвет. Гады! Бесит! Так как длины для хвоста или причёски ещё было мало, то они вечно лезли в глаза. Ещё и ко мне возвращался мой обычный чёрный цвет!

Но было в моём новом режиме и то, что приносило мне злорадную радость. Мой метаболизм! Сколько бы в меня не впихивали еду между занятиями, поправляться моё тело и не думало. Спасибо генетике. Сколько себя помню, мой желудок был как чёрная дыра. Сколько еды туда не кидай, всё без толку. Никогда настолько не проверяла его способности, но он проявил себя отлично! Они всё старались и старались, а я, по-моему, только худела от стрессов. Выкусите! Хорошо ещё, что они не знали про энтеральное питание через зонд, иначе бы точно воспользовались. А так только кривились и страдальчески вздыхали.

Кто-то отметит, что посещение библиотеки и делом-то не назовёшь. А уж как был бы рад мой папенька, узнав о таком. Но знания – сила и это сейчас главное!

Наконец, добравшись до вожделенного до дрожи места, перевела дух и скользнула внутрь. Было темно, хоть глаз себе выколи, но я была подготовлена! И из собственной «сумки», которую сделала себе из одной из нижних юбок, разорвав и связав котомкой, достала фонарь и стыренное мной огниво старинного образца. Зажгла его и пошла на поиски.

Поначалу растерялась от изобилия книг, но заставила себя собраться и сосредоточиться. Библиотека тут огромная, в несколько помещений. Пришлось потратить кучу времени, чтобы отыскать пособие по географии, что-то похожее на устройство мира и всему, что меня ещё интересовало. Бродила пару часов не меньше, но я была довольна! В последнее помещение входила уже не испытывая прежнего трепета и интереса. Просто для того, чтобы считать дело сделанным на совесть.

Обошла пролет, прихватив кое-что ещё. Надеюсь, пропажи отметят не сразу. Я старалась замаскировать пустующие места. Мне нужно время, чтобы всё изучить и потом как можно более незаметнее вернуть обратно.

– Вот ты какая!

От неожиданности чуть не выронила с трудом добытое добро и резко повернулась на низкий мужской голос.

Оказалось, что я не заметила кресло в углу. И сидящего в нём мужчину лет сорока. Он рассматривал меня с нескрываемым любопытством.

Но когда я зашла сюда, тут было темно! Невольно перевела глаза на фонарь в собственных руках.

– Мне не нужен свет, чтобы читать, – пожал мужчина плечами, правильно угадывая ход моих мыслей. – Я же вампир. И, кстати, отец Кристофера.

И пристально так уставился на книги в моих руках. Растерявшись, не успела скрыть корешки с названиями от его зоркого взгляда.

– А ты не так проста, как о тебе думают моя жена с сыном, не так ли? – с насмешкой спросил он, кивая на уворованное.

Я напряглась, ожидая расплаты, но он удивил меня тем, что рассмеялся и хлопнул себя по колену.

– Ты иди, деточка, – усмехнулся мужчина. – И не волнуйся. Чем умнее и хитрее ты окажешься по итогу, тем интереснее мне будет в ближайшее время. Так что об этой встрече я никому не расскажу. Мне это только на руку.

Опешив, с недоумением посмотрела на него. Я что? Какое-то реалити-шоу для него? Похоже, что так. Но мешкать всё же не стала. Развернувшись, тихо выскользнула из комнаты, а зачем и из самой библиотеки. Кажется, единственный кто тут мне по-настоящему нравится это клыкастый-старший. Просто потому что не мешает.

Уже в комнате стала изучать бесстыдно уворованные книги. Понимая, что завтра буду сонной мухой, всё равно с безжалостностью к собственному организму накинулась на новые знания. Постепенно, но картина начала складываться в моей голове.

Вот что мне удалось выяснить… Не могу сказать, что это внушало особо хорошие перспективы. Но дало хоть какую-то надежду.

Глава 8

– Судьба такая штука: только что у вас был выбор из многих вариантов, и вдруг вариантов больше нет.

– Но иногда то, чего ты никогда не ждал, становится для тебя самым дорогим…

Я не говорила, кем работаю? Кажется, нет.

Начну, пожалуй, сначала. Мои родители к возрасту, когда мне пришло время поступать в институт, уже давно раскусили мой бунтарский характер. И будучи людьми образованными и весьма дальновидными на меня не давили вообще. Мол, делай что хочешь!

Ну я и сделала. Пошла по стопам старшенького, которым всегда восхищалась. Константин Евгеньевич, который к слову старше меня на девять лет, учился в типичном мужском заведении. А если точнее, то в Академии гражданской защиты МЧС России, на факультете командно-инженерного дела. И предметы, впрочем, оказались интересными… аварийно-спасательное дело, мобилизационная работа, управление персоналом, математическое обеспечение исследований вооружения, техники и применения сил гражданской защиты, организация спасательных работ и всё в таком духе.

Сразу отмечу, что девушек там было немного. Если точнее на моём потоке всего три. Не могу сказать, что мы катались как сыр в масле. Были и плюсы, и минусы. И под плюсами я имею в виду размер груди. Например, у Кати четвёртый размер, у Юли третий, а у меня едва дотягивает до двойки. И вот судите сами об отношении к нам парней нашего курса в зависимости от пропорций абитуриенток. От того было очень и очень весело!

Да мне и не нужны были поблажки. Я из тех, кто справляется с каждым испытанием. В общем, из чистого упрямства, хоть и не понимая к чему иду и ради чего стараюсь, шла вперёд, как танк, сдавая сессию за сессией, зубря скучные и порой бесполезные, по моему мнению, предметы. Но в один день, не скажу что прекрасный, всё изменилось. С третьего курса у нас сменился физрук и мы стали обязаны выбирать себе спортивное хобби. Иначе гарантированный неуд и отчисление в связи с неуспеваемостью. Ткнула наугад. И сама того не зная, выбрала свою судьбу.

А выбрала я ориентирование и соревнования по этому необычному виду «спорта». В итоге всё кончилось плачевно. Знаете, есть такой анекдот.

«У меня завёлся рюкзак. Сначала не придал этому значения. Но рюкзак не проходил. Вскоре он подрос и начал требовать к себе внимания. Его надо было выгуливать. Вскоре у рюкзака завелась подружка – палатка.

Тем временем он всё прогрессировал. Теперь рядом с ним завелись спальник, каремат, ботинки и разнообразное снаряжение.

Вскоре я заметила, как рюкзак стал похож на бездонную яму. Он буквально поглощал всё, к чему прикасался. В первую очередь свободное время и деньги…»

Короче, это и стало моим хобби. А к концу обучения в АГЗ, я получила ещё одну профессию, вышедшую для меня на первое место и придавшую цель в жизни. Я стала инструктором по выживанию. Родители, как водится, в шоке, а братья в восторге.

Но что я могла поделать?

Ещё и каким-то чудотворным образом моё образование переплеталось с выбранной дорогой в жизни, давая мне неплохой старт и вышку по выбранной специальности. Что по мне так чистое совпадение, а не заранее выбранная стратегия. Но я упорно делала вид, что так и было задумано. Даже в какой-то момент и сама поверила в это. В глубине души знала правду и благоразумно помалкивала.

Но по чеснаку – моя работа мне нравилась. Умение делать руками в лесу простейшее оружие, инструменты (копьё, нож, топор и пр.), добывать, фильтровать воду, разжигать огонь разными способами, строить укрытия от непогоды, уметь ориентироваться – и обучать этому всему группу.

Обычное дело для меня стало собрать любимый рюкзак и рвануть в неизвестность. Благо правду говорят – сначала ты работаешь на зачётку, а потом она на тебя. Так что преподы всё же делали для меня некоторые послабления. Да и Аркадий Миронович, физрук, который стал моим идолом в ориентировании, всегда готов был прикрыть меня в деканате.

Для многих путешествия – это комфортные отели, хорошая погода и туристические места. Однако самые интересные вещи, как правило, за пределами привычных маршрутов.

Но всё начиналось безвинно. С рюкзаком за спиной и карабином на плече, что-нибудь поближе к Москве… тот же Селигер.

А вот стоило наступить каникулам… экспедиция на дикий Крайний Север, Камчатка в полном одиночестве в обществе вулканов и медведей, прекрасный Байкал, захватывающий горный Алтай…

Нужно понимать, что экспедиция – это дискомфорт: не всегда есть еда, возможность помыться и постирать вещи. Много вещей с собой тоже не возьмёшь – рюкзак со снаряжением и так очень тяжёлый. Да и идти по восемь часов в день непросто. Но ни за что не променяла бы эту жизнь на что-то другое.

Когда получила диплом, села и крепко призадумалась. Работы по специальности мне хватало, но не тянуло. А вот повидать мир? И закрывшись в общаге, из которой меня ещё не выперли, с горящими глазами стала прокладывать маршрут. Собственный и уникальный. Всё было рассчитано на год.

Выезд с Москвы потом Казахстан, Киргизия… Китай, Тибет, Лаос… Таиланд, Малайзия и Индонезия… И оставив письмо родителям и братьям, собрала вещи и укатила в неизвестность. Кто-то скажет, что поступила безответственно, не поговорив с роднёй лично, но мы бы только поссорились. Да и потом я писала им и слала свои фотки раз в неделю, чтобы они были спокойны.

А эта поездка. Это был одновременно и самый сложный проект моей жизни, и самый интересный – помимо бытовых сложностей экспедиции, приходилось одновременно решать целый ряд вопросов: например, где заработать денег на дальнейшую дорогу. Часто было непонятно, где ты будешь спать ближайшей ночью.

Бывало, конечно, и страшно. И опять-таки языковой барьер. Это не Россия, где всё просто и знакомо. Но опыт был бесподобен в любом случае. Влипала в разные ситуации, но у меня видимо невероятно удачливая задница, раз до сих пор жива и здравствует.

Так что вот ни капли не сомневалась, что выпутаюсь из этой передряги и вернусь домой. И как и всегда получу нагоняй от семьи. При мысли о родственниках грустно вздохнула и встряхнула саму себя.

Короче, вся эта прогрессирующая болезнь под названием «туризм» у меня углубилась настолько, что Костик, глядя на меня, бессовестно бросил свою неплохую должность и карьеру, открыв свой бизнес, в котором изначально я была единственным сотрудником. Потом дело разрослось на десятки проводников и инструкторов, что давало мне надежду, что с моим исчезновением дела всё равно будут на плаву. К тому же спустя время к нам присоединись ещё двое из наших братьев. Уравновешенный Петька стал бухгалтером, а авантюрист Димка переводчиком, потому как был тем ещё полиглотом. И если когда мы только начали заниматься иностранными туристами – он просто помогал, то потом перешёл на постоянку.

А вот мне навыки, полученные за последние пять лет моей выживательской деятельности, точно пригодятся. Особенно в свете вырисовывавшейся картины.

Глава 9

– Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным.

– Это настолько абсурдное утверждение, что заслуживает в ответ лишь презрительного молчания.

Мир этот назывался Комора. Прям как Гоморра, ага. Не в том смысле, что я, как весьма мстительная личность, накажу их (конкретно Верховного) и уничтожу… Скорее просто ещё не знают, с кем связались и что им будет за их «грехи» (имеется в виду моё пленение против воли). И судя по картам, представлял он собой один огромный континент, поделённый на пять больших территорий. Наура, Фарера, Майотта, Гана и загадочные туманные земли. Во всех, кроме туманных, основное население – люди. А вот правили ими отнюдь не они. Но об этом потом.

Если верить написанному, то меня угораздило попасть в Науру. По крайней мере, семья Майнфордов правила именно там.

Неутешительные новости заключались в том, что «мама» не обманула. Вампиры и в самом деле считаются тут самой могущественной расой. И способности зависят от уровня силы. И кстати существовали чистокровные, также именуемые носферату, и обращённые искусственным путём. Сила вторых и близко не стояла с могуществом первых. Носферату не слишком-то откровенничали по поводу своих скиллов, кстати. Из размытых формулировок стало понятно, что способности они не афишируют. Но вроде как владеют и магией. Помимо непонятного прочего. А я пока видела и прочувствовала на собственной шкурке только телепортацию. Ещё тут было что-то про какие-то грани мироздания, но тут ничего не поняла. Думаю, это связано с какой-нибудь астрофизикой, а это мне доступно… никак.

Всего существовало четыре семьи перворождённых, от которых пошли все остальные. Майнфорды, Крайтоны, Торндайки и Юманзы. Они и поделили между собой территории. Создали себе кормушки, проще говоря… прямо об этом не говорилось. Это мое субъективное мнение и только.

Ещё, наконец, я узнала кто такие эти старейшины! Одни из первых обращённых. Сейчас именно они решают, кого обращать, а кого нет… Всё строго и лимитировано. Да и вообще их создали как раз для того, чтобы правящие не зазнавались. От этого хмыкнула про себя. Уверена, что потом они не раз пожалели о своём решении. Тем более что их ещё и наделили кое-какой властью. Например, для того чтобы высшие рода не прерывались, они можно сказать давлением заставляли тех заводить наследников, иначе каким-то ритуалом способны связать их силы. В том числе и Верховного. И не подчиниться тот не мог.

Так вот откуда ноги растут! А я-то всё гадала к чему такая спешка!

Вампиризм, кстати, тут передавался только одним способом. С помощью артефактов первых семей. Никаких укусов и всё такое прочее.

А до того как вампиры поселились на этих землях, тут был совершенно иной мир, основанный на магии. Школы волшебства, разные её разветвления, всякие магические существа. Сирены, например. Или водяные, феи, гномы. Да мало ли ещё кто. Упоминания о них в тех книгах, которые притащила в комнату, были лишь мимолётны и без всякой конкретики. Но почему мне не повезло оказаться в Коморе до прихода кровососущих?!

Так как всё изменилось именно с появлением клыкастых. Например, маги. Нет, где-то треть из них осталась и стала приближёнными первородных семей. А вот куда делись остальные? В том числе и некоторые расы, о существовании которых давно уже не слышали. На этот счёт существовало три теории. Первая – что их втихушку перебили все вампиры скуки ради или по какой другой причине. Вторая – что они открыли портал и ушли в другой мир. И третья – туманные земли. Мол, ушли они туда, чтобы не связываться с вампирюгами.

Пожалуй, самой неутешительный для меня новостью являлось то, кто такой Верховный. Среди семей выбирается самый сильный лидер. Ну, типа как главный король среди других королей. И довольно давно пальму первенства по силе переняло на себя семейство Майнфорда. И учитывая то, что я прочитала про носферату… Мне достался самый худший вариант из всех существующих тут. И только один Бог, здесь, кстати, говорили Единый, знает, что за способности у моего будущего муженька. А я в своё время насмотрелась немало фильмов про Дракулу и подобной чуши. И моя фантазия, подкреплённая нехилой голливудской базой, чего себе только не представляла. Телекинез, гипноз, полёты, управление разумами людей и животных, природный магнетизм и… да мало ли что там ещё!

Надо отдать ему должное. Очень умно скрывать свои реальные способности. Больше всего мы боимся неизвестности. Того, что мы знаем, мы больше не боимся. Ну не совсем так. Но зная врага и его способности, однозначно легче с ним справиться, это точно. Хотя Кристофер вроде что-то говорил про силу, когда я ляпнула о насилии. Что он имел в виду? То самое пресловутое очарование или магнетизм? Если это так, то однозначно надо уматывать как можно скорее. Может он ещё и память стирать умеет? Не хочу однажды проснуться в своре собственных клыкастых детей, не понимая, что происходит!

А из того что прочитала ещё… женщину, способную понести от чистокровных найти очень сложно. Стало совершенно очевидно, что просто так меня не отпустят. Ни за что. Упустить меня для Кристофера Майнфорда означает потерять власть в Коморе и добровольно передать её старейшинам. И не знаю ни одного мужика, который бы просто так отказался от того, чтобы упиваться собственным раздутым эго.

Вот такие вот мои дела. Но как ни странно, даже зная всё это, испытывала не страх или ужас. Теперь могла дышать спокойно! Впервые с тех пор как оказалась здесь. Информации всё так же мало, но пока и этого достаточно.

Осталось только разработать план и сбежать. А направлюсь я в туманные земли, где по слухам пропадают все, кто переступал их границы. Но уж лучше вперёд навстречу приключениям, чем замуж.

Вспомнила и слова Хелены, что поместье находится в глуши. Я снисходительно улыбнулась. Огромная ошибка с её стороны совершенно не интересоваться прошлым своей невестки. И это дальновидные и всесильные вампиры? Конечно, я не оказалась злобным демоном ночи (а жаль), а людей они по определению ни во что не ставят, как показала местная история. Но она не знает, с кем имеет дело. Кира Стрельницкая просто не может заблудиться. Тем более имея карту на руках.

Даю себе ещё десять дней на подготовку и смываюсь. Подальше от Майнфордов и их маниакального желания заделать себе наследника, используя моё любимое тело как инкубатор.

Кстати о них. Только сейчас до меня дошло, кого я встретила в библиотеке. У меня сложилось впечатление, что звание Верховного получают после смерти предыдущего. Или что-то не так поняла?

И надо хорошенько обдумать, какой подарочек им оставить в качестве мести за издевательства.

Глава 10

– Счастлив, кто может жену любить как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя как мужа.

– Вообще-то мне больше хотелось бы иметь собаку, чем жену.

Кристофер Майнфорд

– Куда ты, Кристофер? – лениво и с придыханием проговорила Белинда, приподнимаясь на кровати и картинно выставляя на показ соблазнительную пышную грудь.

Но теперь, когда страсть угасла, прошёлся по ней безразличным взглядом, вставая и натягивая штаны. Такая же, как и все они, надеется на что-то вне пары часов постельных утех.

Пожалуй, единственный плюс приближающейся свадьбы – это облом всех этих девиц, мечтающих о законном месте рядом со мной. Будто когда-нибудь выбрал бы в качестве вечной спутницы кого-то из этих… шлюх, готовых на всё. Смотрящих на меня с нежностью и любовью, умело пряча огонёк алчности, мелькающий там. Я для них жирный кусок, который им не по зубам. И никто из них своего не упустит. Наверняка и эта надеется, что её обратят. Вот и сейчас Белинда прогнулась в талии ещё сильнее и вытянула губы в трубочку, становясь похожей на… корову, говорящую «му-у-у».

– Разве я тебе не угодила, Кристофер? – она облизнула верхнюю губу.

– Что ты хочешь? – спросил, понимая намёк.

Длинноволосая блондинка тут же подскочила с кровати и подошла ко мне, виляя пышными бёдрами.

– О, милый, – протянула Белинда, проводя руками по моему торсу. – Скоро твоя свадьба…

– И? – приподнял бровь и, не собираясь гадать, что пришло в её глупую головку, способную только на интриги или выбор новой блестящей побрякушки.

Сама расскажет. Только надеюсь, не собирается обсуждать мою невесту. Эта тема меня раздражала и выводила из себя. Поняв это, даже Лютер старался помалкивать об Эээ.

– Это так расстраивает меня… – надулась девушка, принимая окончательное сходство с домашним скотом.

Хотя разве это отчасти не так?

И если она думает, что я кинусь утешать её, то просчиталась. Впрочем, Белинда уже вошла в роль актрисы театра одной роли и затрепетала ненатурально длинными ресницами. Сколько же магии она использует? Надо бы потом поинтересоваться у Люта. Он как-никак начальник Департамента магов в Науре. Должен быть в курсе. Но зачем мне это знать?

– Ты же позволишь мне надеть королевский гарнитур на такое событие? – плаксиво попросила, наконец-то выдавая своё желание.

Я хмыкнул. Она действительно думает, что стоит этого? Да она хорошая любовница и за год ни разу не допускала таких ошибок. Спятила от ревности? Или подумала, что настолько хороша, что у меня вдруг помутился разум?

– Ну Кри-и-истофер… – едва не закатил глаза.

Это её Кри-и-истофер только в её воображении звучит призывно и чувственно. По мне в этот момент она похожа на квакающую жабу. Почему не замечал этого раньще? Пожалуй, пора заканчивать отношения с ней, раз в мою голову приходят подобные сравнения.

– Нет, – отрезал. – Это невозможно.

– Ну хорошо, – как-то легко согласилась Белинда и тут же добавила: – Но пообещай, что и твоя… одичалая не удостоится этой чести.

Вот тут не удержался от смеха. Не тому, что Эээ назвали одичалой. И так знал все слухи, упорно ходящие по замку среди слуг и придворных. После того как Лютер открыл мне глаза на происходящее, надавил на Маркуса и сделал тому внушение, что пока я – Верховный, ни одна мышь в Науре, да и в Коморе, не может проскочить мимо, без моего на то позволения и ведома. Вроде впечатлился.

Веселился я от того, что кто-то мог предположить, что то синее недоразумение, которое кто-то издевательски определил мне в жёны, может хотя бы приблизиться к тому, что является гордостью моей семьи! Зачарованное ещё моим прапрапрадедом! Вот уж смешно! Но, честно говоря, было бы глупостью с моей стороны сообщать об этом Белинде. Раз уж так удачно сложилось, то почему бы не воспользоваться ситуацией и не избавиться от любовниц? Всех разом. А потом завести себе других. Не таких требовательных и ещё не возомнивших, что если раздвигают передо мной ноги, то вправе диктовать мне как именно поступать. Помоложе. И может не таких похожих на коров.

– Ну Кри-и-истофер, – снова протянула девушка.

На этот раз и не стал притворяться, что меня не раздражает её манера тянуть гласные в моём имени. Скривился и одновременно закатил глаза.

– Заткнись, – произнёс, с особым удовольствием отмечая, как выпучились её глаза. – Ты мне надоела, Белинда. Между нами всё кончено. Свои откупные получишь у Маркуса завтра днём. А так же узнаешь о своей дальнейшей участи.

Пока она, опешив, застыла, схватил свою рубашку и накинул на плечи. Застёгивать не стал. Всё равно перемещусь. Но прежде всё же обозначил свою позицию, чтобы передала другим:

– Это не твоё дело, что будет носить или не носить моя жена. И если ещё раз услышу, что ты зовёшь её одичалой? Отдам тебя на корм старейшинам. Всю. До капли. Лично прослежу.

И тут же исчез, появляясь в своей спальне. Надо будет утром отдать распоряжения Маркусу. И не то чтобы мне не было плевать на Эээ и то, что о ней думают, но она как-никак в ближайшее, хоть и короткое время, будет представлять меня. На нашу свадьбу съедутся все сливки общества. Так что пусть помалкивают.

И кстати…

Все эти мысли натолкнули меня на ещё одну. Признаться, у меня не было такого и в планах, но почему бы не навестить свою невестушку? Расспросить мать, как проходит её дрес… обучение. Это точно натолкнёт моих фавориток на то, что пора бы и честь знать. Тогда сделаю это с утра и обязательно прослежу, чтобы об этом узнала каждая… корова.

Глава 11

– Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

– Остроумно, но не жизненно.

Чувствовала себя отвратительно!

Не только потому, что не спала всю ночь и теперь переживала за книги, оставленные под кроватью. Но и из-за того что меня уже час снова мучали, намазав голову и лицо чем-то вонючим. От первого мои волосы росли быстрее, а от второго кожа становилась фарфоровой, полностью уничтожая следы загара.

А я, между прочим, любила свою золотистую кожу! В зимние месяцы не брезговала и посещением солярия, чтобы поддерживать красивый бронзовый оттенок. Но тут мне сразу сказали, что мода требует – белоснежности, что говорит об утончённости. Меня передёргивало от одной мысли, что из меня готовят моль бледную обыкновенную. Фу-у-у… Неужели они не понимают, что с моим типом лица они только уродуют? Видимо, нет, раз так стараются сделать из меня одну из тех безмозглых куриц, которые приходили ко мне в первую неделю моего пребывания в Коморе. Или надо говорить на Коморе? У нас же выражаются «на Земле». Правда и имеют в виду «на планете». А это планета или какое-то измирение? Без понятия и, если честно, мне всё равно. Больше меня волнует то, как зудит лицо.

Но я всё так же продолжала помалкивать. Лучше подумаю о другом. Например, что требуется стырить для побега и где это раздобыть. Хоть один толк был от их «учёбы», я уже более или менее держалась на лошади, что дало дополнительный шанс для побега из этой фабрики по созданию «идеальных» жён для Верховного.

– Всё готово, – холодно проговорила Маргретта, выходя из ванной. Они с сестрой вообще относились ко мне как к куску полупротухшего мяса. Вроде и выбросить жалко, на фарш ещё сойду. Лишь бы не отравиться. Не иначе от вампирюг нахватались высокомерия. – Иди.

Поморщилась. Опять лежать в пахучей ванной. Зато это навело меня на мысли о том, как отомщу перед побегом. Одна из многих замышляемых мной пакостей. О да!

Но в ванную всё же прошла и, скинув халат, улеглась в ёмкость с грязью прямо в панталонах. Не жалко… Тело тут же начало щипать и чесаться, так же как и лицо с кожей головы. Да за что мне это?! Я – как один большой вонючий кусок грязи! От прежней меня с каждым днём остаётся всё меньше. Прямо чувствуя, как моя личность меняется от гнёта и такого «воспитания». Скоро начну жрать радугу и какать бабочками. То-то маменька была бы в восторге. Она всегда надеялась, что я стану более женственной. Ага.

До этого считала себя реалистичной оптимисткой. Но как-то сложно, когда тебя почти три недели против твоей воли купают в грязи в прямом и переносном смысле, думать, что она лечебная!

Кажется, погорячилась, давая себе ещё десять дней. Лучше сегодня!

Но угрюмо вздохнула. Без экипировки, оружия, продовольствия и нормальной одежды мне не выжить. Снаружи непроглядный дремучий лес. Да и туманные земли лежат в недельном пути на лошади. А уж пешком и то, наверное, все три. К тому же надо ещё отомстить. Так просто ни за что не уйду!

– Шевелись поменьше! – приказала внимательно следившая за мной Маргретта.

Боже или Единый помогите! Мне вообще без разницы. Раз тут молятся Единому, то вдруг поможет? Не дай мне убить эту женщину! Сделала несколько вдохов-выдохов и досчитала до десяти. Эта техника работала всё хуже с каждым днём. Плохи мои дела, но неожиданно тихо рассмеялась, вспоминая, как часто шутила маменька в детстве, когда я возвращалась с гулянок с братьями. Как же она говорила папеньке? Ах да. «С улицы пришёл кусок грязи и утверждает, что наш ребёнок. Попробую отмыть, по голосу вроде наш». Я тогда так обижалась! Видела бы меня Эльвира Демидовна сейчас.

Сегодня меня ещё должен осмотреть личный семейный лекарь семьи Майнфордов. Я снова развеселилась. На этот раз от того, почему он придёт. Некий Линарий уже осматривал меня на второй день моего пребывания в родовом поместье. Тогда он залечил мне дырку в носу, убирая пирсинг. Но его поставила в ступор моя татуировка на шее. Он чего только не делал, а она не проходила. Так бесился! И, в конце концов, удалился злой как тысяча чертей, бормоча, что ему нужно посоветоваться с коллегами. Хе-хе.

Его не было почти тринадцать дней. Неужели где-то там собрались старички-лекари и всё это время обсуждали мою «ошибку» молодости? (Это утверждение родителей, а не моё). Всё же иногда приятно быть удивительной и неповторимой. И ставить в тупик. Так тонизирует!

Думы снова переключились на побег. С недосыпа и объёма прочитанной информации сосредоточиться на чём-то было сложно. Мысли бегали как тараканы, оставляя личинки и убегая словно и не было их.

Надо хорошенько подумать, что надеть в дорогу. Мои джинсы и топ у меня забрали в первый же день. А что-то мне подсказывает, что их либо сожгли, либо выкинули. Но путешествовать в платье не смогу. Так называемая амазонка для верховой езды и близко не сможет заменить обычные удобные штаны и спортивку. Поначалу думала, что может мы начнём вышивать и смогу сама себе сшить спортивный костюм (чтобы стало понятно моё отчаяние достаточно осознать, что иголка с ниткой настолько диаметрально противоположны моей жизни, что это просто невозможно). Но вопреки ожиданиям этого не случилось. В мою программу обучения ещё должны будут входить танцы, но их, как и сексуальное образование, отложили на последнюю неделю.

Внезапно из соседней комнаты раздался шум. Мне показалось или там кричит моя будущая свекровушка? Напряглась и прислушалась. Точно!

– Не смей входить! Она не готова! – кажется, она от чего-то нервничает.

Никогда не слышала, чтобы леди Майнфорд повышала голос, срываясь на фальцет.

– Мама! – холодным голосом ответили ей. И от этого тона похолодела не меньше. – Я могу общаться и приходить к этой женщине когда только пожелаю!

– Кристофер! – вспылила Хелена, но дверь с грохотом распахнулась, являя мне Верховного.

Какие люди! А я можно сказать при всём параде!

– Выйди, – приказал он Маргретте, которая быстро поклонилась ему, выпрямилась так, будто ей в позвоночник воткнули штырь, и торопливо вышла.

– Явился – не запылился? – поинтересовалась у него без страха, как только мы остались одни. – Я тут ожидаю в заточении, пока мой прекрасный прынц спасёт меня от страшного чудища, а он всё не торопится.

В конце концов, что он мне ещё сделает? В свете того, что узнала ночью, можно сказать, что до того как у него появится наследник, я – неприкосновенна.

Глава 12

– В ней было что-то до того наглое и заносчивое, такая уверенность в конечной победе, что я на миг ощутил желание задушить её.

– Наглость надо гасить попроворней, чем пожар. Иначе не заметишь, как тебя поглотит нечто неподвластное твоему разуму.

Кристофер Майнфорд

День не задался с самого утра. Сначала пришла Белинда и умоляла не бросать её, вызывая всё больше отторжения к себе и к своей никчёмности.

Потом мать, которая обвинила в пренебрежении к моей невесте, а когда я вызвался встретиться с Эээ, от чего-то запаниковала и запретила мне это делать. Запретила?! Мне?! И это после того, что сделала, чтобы поставить меня в такое положение? Неужели она думает, что мне неизвестно, кто стоит за неожиданной отставкой отца?

А когда всё же ворвался в комнату к девчонке, на несколько секунд обомлел. И вовсе не потому, что она выглядела как нечисть из болот Авантии! А из-за её слов! Кто смеет так говорить с Верховным?! Тем более с тем, от кого зависит твоя дальнейшая судьба. Что ей доподлинно известно! Тут можно уже не сомневаться! Точно одичалая! Чем тут Хелена Майнфорд занимается?

– Я бы ещё посмотрел, кто тут местное чудовище, – прошёлся по ней презрительным взглядом. – И кого от кого надо спасать.

Если последние пару недель надеялся на то, что преувеличил, то теперь окончательно отпали сомнения. Мне досталось чучело. Острое на язык, страшное чучело. Вместо того чтобы оскорбиться на мои слова, Эээ лишь усмехнулась и гордо расправила плечи, словно не лежит в грязи, а сама королева принимает подданного. Это вызывало недоумение.

– Так чего ты явился, клыкастый? – спросила она, вынуждая меня зашипеть и оскалиться. – Решил, наконец, поинтересоваться моим именем? Пожалуй, называй меня всё же Эээ. А моё имя… ты не достоин того, чтобы знать его. Не теперь.

Какая же она… непослушная, непочтительная, наглая, нахальная, бесцеремонная… хамка! От бешенства у меня помутилось в голове. Никто, никто не вызывал у меня таких эмоций, которые были не достойны не только вампира, но и тем более Верховного! Но эти бесстыжие глаза, рассматривающие меня без страха и с насмешкой! У-у-у!

Совершенно потеряв над собой контроль, подскочил к ней и схватил за руку, силком вытаскивая из ванной. Напрочь забыв, что она вся в грязи. Моментально оказался и сам вымазан этой дрянью. Не только ладонь, но вся одежда. Даже моё лицо.

А эта стерва вместо того, чтобы сжаться в страхе от моих оскаленных зубов и пылающих красным глаз, рассмеялась. Весело так. Я бы сказал задорно. Резко отпустил её руку и сделал шаг назад. Из чистого принципа стараясь не смотреть вниз. Только в наглые серые глаза! Она просто не может вызывать отклика моего тела! Я сказал, не может!

– Ты сумасшедшая! – пробормотал, вытирая чистой рукой лицо.

Не знаю почему, но стоило услышать её смех, как сразу успокоился. Это вызвало такую волну недоумения, что пребывал в шоке. Обычно из состояния абсолютной ярости выходить было сложнее. А во время неё обязательно кто-то погибал. Давненько такого не было. Лет пятьдесят, наверное. Я-то думал, что давно научился контролировать себя.

Ещё раз осмотрел её, лишь мельком проходясь по ногам, талии и груди, не понимая, что в этой девчонке такого? Сейчас и вовсе похожа на грязевого монстра с фанатично горящими весельем глазами. Точно психически не здорова! Надо бы переговорить на эту тему с Линарием. Странно, что мне не доложили. Я приказывал осмотреть её.

Зря только пришёл…

Уже развернулся, чтобы уйти, как внезапно Эээ заговорила, удивляя меня:

– Погоди ты… Верховный. У меня к тебе просьба, – она совсем тронутая, если думает… – Мой костюм, в котором ты меня сюда переместил. Он вроде как памятный для меня. Пусть мне его вернут. Пожалуйста.

Резко повернулся и посмотрел на неё с недоверием. Я не ослышался? Конечно, первая часть мало была похожа на просьбу. Скорее на приказ, но Эээ правда только что сказала слово «пожалуйста»?!

Взгляд прямой, выпрямленная спина и отваливающиеся куски грязи, с жирным шлепком падающие вниз, но прежнего безумия в глазах не было. Как и насмешки. Только вопрос и немного того, чего расшифровать не мог. Загадка.

– Что ты можешь предложить взамен? – тут же ухватился за возможность выторговать хоть что-то, впрочем, не надеясь, что она умеет держать слово.

– Верховный желает поторговаться? – моя головная боль широко улыбнулась, демонстрируя белые зубы, которые на фоне коричневого фона смотрелись очень неестественно. – Это можно. Моя цена за такую «тяжёлую» для тебя просьбу… даже не знаю… ничего?

И снова весело рассмеялась, ставя меня в окончательный тупик. Я схожу с ума? Может она заразная? Потому что даже то, что так и стою напротив неё как приклеенный уже не поддаётся никакому объяснению.

– Ты получишь свои уродливые тряпки, – неожиданно согласился. – Но взамен… взамен ты сообщишь мне своё имя.

Моё проклятье на мгновение застыла и поджала губы.

– Нет! – резко ответила через несколько секунд раздумий, качнув головой. От чего от неё отклеился ещё один кусок застывшей грязи и упал на пол.

Зарычав, оскалился. Но вместо того чтобы кинуться на неразумную девушку, развернулся и быстро вышел, громко хлопая за собой дверью.

Что бы со мной не творилось, мне надо держаться от неё подальше! Это была очень плохая идея – прийти сюда.

Глава 13

– Спору нет: если ищешь, то всегда что-нибудь найдёшь, но совсем не обязательно то, что искал.

– Главное, чтобы это что-нибудь потом обязательно пригодилось!

Я готова к побегу! Ура-а-а-а! И на это ушло не десять дней, а всего неделю! Но зато какую неделю! Невероятно продуктивную!

После того как Его Верховная клыкастость ушла знатно хлопнув за собой дверью, стало понятно, что требуется поторопиться. Красные глазюки и клыки с капающей с них голодной слюной впечатлили! (Ну я немного преувеличила. Самую малость).

И не подумайте, что не понимала, что поступаю неразумно в разговоре с ним. Так долго держаться с Хеленой и чуть не завалить всё дело из-за возможности разочек высказать то, что у тебя на душе. Да и позлить женишка. Просто это стал один с тех случаев, когда отключаются мозги и включается задница. Вот как увидела Кристофера Майнфорда, так той сразу захотелось приключений. То есть проблем. (Кто-то уверен, что это синонимы).

Но если уж быть окончательно честной, то чёрт знает, что это было. Не иначе затмение немногочисленных извилин. Вот как точит тебя что-то изнутри, а потом случается что-то из ряда вон и всё выходит из-под контроля. Именно так и произошло. Верховный разбудил всю горечь, что копилась и никакой медленно затихающий призыв не совершать глупостей не помог. Его заткнули жажда справедливости вкупе с обидой на того, кто виноват во всём.

И в том, что я здесь. И в том, что скучаю по семье. И в том, что у него свихнувшаяся на внуках мать. И в том, что сижу в грязи и воняю как старый мусор! И в том, что у меня адски чешется голова! И в том, что сегодня мне опять будут читать лекцию на очередную тему, типа: «Как сказать: «Спасибо, не надо», когда хочешь заорать: «Дай сюда!»»

В общем, конкретно сорвало крышу. Одно хорошо – последствий это не дало. Верховный (не то чтобы передо мной лично отчитывались) не обсуждал мою наглость с Хеленой. Тогда он просто умчался. Но я слышала, как вездесущие близняшки-тираны сплетничали, что Кристофер не отвечает на письма матери. Наша свадьба уже приближалась и возникала куча организационных вопросов. Которые, по-видимому, без главного кровососа не решить. Что конкретно их интересовало, они не говорили. Но если цветовая гамма оформления и всё такое, то не удивительно, что Майнфорд шифруется. Мужики – есть мужики в любом измерении или мире.

Но его визит принёс и неожиданный плюсик. На следующий день, когда встала с утра, то нашла на кресле свой парашютный костюм! Уи-и-и! Не знаю, как он туда попал. Надеюсь, это не сам Кристофер его приволок. Становилось не по себе: моя фантазия рисовала, как он стоит над спящей мной, рассматривает и, поддёргивая скрюченными пальцами, представляет, как сжимает мою тонкую шейку. Впрочем, без разницы – главное результат.

Может костюм и не особо женственный, но зато тёплый и удобный! Именно то, что доктор прописал для похода, в который собиралась. Кстати, Линарий так и не вывел мою татуировку! Мелочь, а приятно. После того как сильно претерпела изменения моя внешность, это было как щепотка сахара в бесконечном океане соли с перцем. Назовите это бредом, но этот пустячок давал мне дополнительные силы.

Именно с парашютного костюма и началась моя коллекция, которую я с особым усердием собирала под кроватью. Благо горничные убирались в моей комнате не так тщательно, раз ещё не засекли мой тайник. Наверное, это связано с моими выкрутасами в первую неделю, но они старались проводить в моей комнате как можно меньше времени.

Каждую ночь тратила два-три часа на то, чтобы полазить по замку и тырить всё, что плохо лежало. (Утрирую, конечно, но если бы за мной кто в это время следил, точно бы подумал, что либо клептоманка, либо как минимум очень странная). Я брала лишь то, что, по моему мнению, могло мне пригодиться, учитывая мои наполеоновские планы. Всё это напоминало мне какой-то игровой квест, в котором мне составили список, а я должна найти по нему всё. Или хотя бы то, чем их можно заменить. В общем-то довольно увлекательно, если бы от этого не зависело так много.

А ещё я задумалась над уязвимыми местами вампиров. Но опять-таки пришедшее на помощь голливудское образование тут ничем не помогло. Вещи типа чеснока или осинового кола можно было сразу отложить в сторону, как недееспособные. Не потому что уже пробовала их в деле, а потому что просто не знала, как их раздобыть. С первым были проблемы – потому что кухню на ночь запирали, а со вторым… может кто-то и может отличить осину от другого дерева, то я точно нет. Точнее не так. Живое дерево то отличу, а вот мебель вряд ли. И занятия по верховой езде проходили в специальном загоне, подальше от леса и деревьев. Солнечный свет на них тоже не очень-то действовал. И распятия точно не пугали. Их тут хватало в качестве декора. Можно было конечно рискнуть и надругаться над каким-нибудь стулом втихаря, но какой в этом смысл? Как-то слабо представляю себя в роли Баффи-истребительницы вампиров с колом наперевес.

Да и в книгах, которые у меня были, информации об этом не было. Но оно и неудивительно. Не дураки же они совсем держать в библиотеке какую-нибудь литературу с названием: «Как убить вампиров. Пособие для чайников».

Конечно, для проформы пару ночей назад снова побывала в обители знаний, но результата это не принесло. Хотя опять наткнулась на клыкастого-старшего. В этот раз он со мной не разговаривал. Лишь заговорщицки подмигнул и улыбался как Чеширский котяра, сверкая клыками. Странный он. Немного пугал, но мне было некогда рефлексировать по этому поводу.

Завтра будет первая лекция по сексуальному образованию и вечером, после ужина я свалю. Слава Единому «охрана» окончательно расслабилась на мой счёт, а Хелене сейчас не до меня. Её не будет весь день. Софи говорила, что её кто-то куда-то вызвал. И это мой шанс сбежать из поместья Майнфордов! Пережить бы завтрашнее утро и день! И постараться захватить побольше съестных припасов. Уверена, что в лесу смогу раздобыть себе еды, но лучше перестраховаться. Чем лучше я подготовлена, тем больше шансов: что меня не только не поймают, но и получится выжить.

Глава 14

– Нет никого коварнее и злобнее любовниц твоего будущего мужа.

– Я не обращаю внимания на бывших. Маменька с детства учила меня, что старые игрушки могут вызывать только печаль и сочувствие.

– Доброе утро и вставай! – противный голос Маргретты заставил меня вынырнуть из сна, чтобы застонать от разочарования.

Там я была дома! В кругу семьи! А тут…

– Доброе утро! – пробормотала, помня о возможном недовольстве.

– Опять сонная, Кирена. Чем ты только по ночам занимаешься?

Этот вопрос заставил меня насторожиться. Неужели меня в чем-то заподозрили? Но сегодня я первый раз за последнее время никуда не пошла. Мне надо было набраться сил перед побегом, а почти всё, что могла я уже собрала. Правда, мыслей никто не отменял. Остаться в комнате, то я осталась, только на смену ночной вылазки пришли тяжёлые думы. А всё ли учла? А как всё будет? А вдруг меня сожрёт невиданный зверь? А вдруг ничего не выйдет? Лишь к утру получилось успокоить расшалившиеся нервы. Лучше уж дикий зверь, чем клан вампиров, собирающийся сначала использовать, а потом попировать.

Нехотя сползла с кровати и прошлёпала в ванную, приводить себя в порядок. А когда вышла кровать уже была застелена, а на ней разложено жуткое розовое платье. Экономка выжидающе на меня уставилась.

Вздохнув, подошла и встала, позволяя одевать меня как куклу. Интересно, почему мной лично занимается Маргретта? Неужели нельзя было найти для этого горничную? Желательно не в меру болтливую. Но куда там. Их тут всего две и им запрещено со мной разговаривать. Хитрые какие.

Свекровушка вообще держала меня в информационном вакууме, рассуждая, что чем меньше знаю о мире (кроме занудного этикета), тем меньше проблем доставлю. В чём-то она права, конечно. Но жаль, что Хелена порой такая умная. Когда не надо.

– Теперь завтрак и сразу уроки! – вывела меня из мыслей экономка, успев споро одеть и даже собрать мои волосы в жалкий хвостик.

– Как считаете нужным, – ответила ей с вялым безразличием.

Под её конвоем я прошла в малую столовую, где под пристальным взглядом мне пришлось впихнуть в себя такое количество еды, которого раньше мне бы хватило дня на два. Стоило мне остановиться, как Маргретта бескомпромиссным голосом напоминала о том, что я должна поправиться. Ага. Свинью на убой готовят.

На второй день я попыталась отказаться и процесс еды превратился в кошмар. Софи тогда позвала двух лакеев, которые попросту держали меня, пока близняшки совали в мой рот пищу, заставляя пережёвывать. Изверги. А злорадный блеск в глазах обеих женщин окончательно подтвердил, что такой способ им нравится больше.

– Ты закончила? – подняла бровь экономка. – Сегодня особенный день, поторопись.

Вот как для человека, который отвечает за моё воспитание и манеры, она могла бы быть и полюбезнее! Они тут казалось действительно считали, что только зря тратят на меня своё драгоценное время. Мол, зачем стараться, если у неё нет мозгов, а всё что ей нужно – это помалкивать и раздвигать по приказу ноги. (К слову этот милый разговор я тоже подслушала и цитирую слово в слово). Поэтому на этот раз не удосужилась и ответить ей. Бесполезно.

Чувствуя себя по меньшей мере Жанной Д'Арк, поднялась из-за стола, ощущая тяжесть в животе. И вот как тут обзавестись запасом еды, когда за тобой пристально следят днём, а ночью запирают кухню и кладовые с припасами? Хорошо, что хоть не меня. Так бы вообще не знала что делать.

Вообще исправлюсь. Я себя не свиньёй ощущала, а телёнком на убой. Не хватало только верёвочки вокруг шеи и ведите меня куда захотите.

Мы тем временем прошли в комнату, в которой меня учили уму разуму. По их мнению. Там уже сидела незнакомая мне барышня. Очередная идеальная девушка, от вида которой во рту появился приторный привкус. Голубоглазая блондинка с шикарными формами, которым позавидовали бы и мои бывшие сокурсницы. А это о чём-то да говорило.

– Познакомься, – вступила Маргретта. – Леди Жанеру будет обучать тебя следующую неделю.

– Белинда! – поправила её улыбающаяся девушка. – Называй меня Белинда.

– Кирена, – кивнула ей в ответ. К этому имени почти привыкла.

Что-то в ней мне решительно не нравилось. Улыбка вроде вполне себе естественная, но вот глаза. Холодный, почти алчный блеск выдавал в ней ту, кого стоит, если не опасаться, то, как минимум, избегать.

– Приятно познакомиться с тобой, Кирена. Ты не против, что я на «ты»? – девица продолжила этот фарс и повернулась к Маргретте. – Ты можешь идти. Тема нашей беседы будет приватной и не для посторонних ушей.

– Не велено, – поджала губы женщина.

– Ну, хорошо, – как-то коварно проговорила Белинда и грациозно села за стол, показывая мне устраиваться напротив.

Стоило мне с видом прилежной ученицы примоститься за парту, раскрыть тетрадь и схватить самопишущее перо, как леди Жанеру тут же заговорила:

– Кристофер Майнфорд, Верховный вампир не любит, чтобы ему прекословили. Выполняй все его пожелания. В постели он не любит отвлекаться на женскую болтовню. За неё он наказывает и может быть груб. А ещё любит связывать и… – от её слов мой рот начал приоткрываться.

И не заметила, как покрасневшая Маргретта убежала вон.

Так эта женщина – любовница клыкастого?! Но когда я представляла себе эти лекции и что-то подобное, честно не думала, что это не плод моей больной фантазии! Больше полагала, что позовут… да чёрт без понятия. Старого профессора по сексуальному образованию? Лучшего друга, с которым тот посещал бордели, если они тут есть. А ты смотри… мои самые безумные предположения сбылись. Те, что из ряда фантастики.

Разглядывала прищуренным взглядом Белинду, которую тут же про себя окрестила как «червоточина». Была в ней какая-то гнильца, грызущая меня подозрениями на её счёт. Проще говоря, если бы я воспринимала бы её как учителя и всерьёз собиралась безропотно принять свою судьбу, то послушала бы её, а потом поступила бы наоборот. Ещё и эта внешность. Это вот такую вот из меня лепят? Жуть.

– А ещё Крис, – она мягко улыбнулась, не иначе как позлить меня. Если бы мне было дело… ну может и есть чуть-чуть. – Предпочитает, чтобы, когда заходишь в его спальню ты сразу становилась на колени и ползала перед ним. Можно ещё вылизывать ему ноги. Он такой затейник. Ты записываешь, Кирена?

Записывать?! Я давно вышла из того возраста, когда смущаются от рассказов о сексе или о чужой сексуальной жизни, да и братья опять-таки у меня не святые и не тихушники. Но вся эта ситуация всё же несколько смущала. Чтобы побороть неведомо откуда взявшуюся неловкость, уставилась на Белинду, решив пойти в атаку и перенять флаг лидера:

– А какие позы нравятся моему Крису? – от упоминания кому теперь принадлежит кровосос, её глаза сузились, а сладенькая улыбочка померкла. Не так хорошо в раю, как хочешь показать, да? Но на этом я не остановилась. – Я люблю крендель. Это когда лежишь на правом боку, а он стоит на коленях, оседлав твою правую ногу и обхватывая тебя слева левой ногой. Плюс в том, что такое же глубокое проникновение, как в позе «догги-стайл», но вы находитесь лицом к лицу. Да и пусть муженёк руками поработает. А может вагончик? Штопор? Прыгающая лягушка?

– Что? – растерянно переспросила непонятливая Белинда.

– О! Ты не знаешь что такое прыгающая лягушка? О, это просто! Модифицированный догги-стайл. По секрету, это моя любимая позиция! – не по-детски обрадовалась её интересу и подмигнула ей. – Надо всего лишь встать на локти и колени, приподнять бёдра и опустить голову с руками на кровать. Главное прогиб в талии. Мужчины любят на него смотреть. Да и я ленива, могу в процессе отдохнуть. А ты что предпочитаешь? Утюг? Ложки? Волшебная гора? На даче с тачкой? Да ты не стесняйся. Если что не понятно, могу пояснить. Вижу ты ещё совсем зелёная. Миссионерская и всё? Сочувствую.

Кажется, я её добила, так как она подскочила со своего места, рассматривая меня как змею подколодную и убежала, не оглядываясь. А жаль. Мне только-только стало интересно. Но ничего. Пусть валит облизывать ноги клыкастому. Извините, но свечку держать – я пасс.

Глава 15

– Мамина помада, сапоги старшей сестры…

– Чёрт! Чтобы я ещё хоть раз собирала чемодан в темноте!

Не знаю, что эта Белинда наговорила обо мне близняшкам и чем объяснила свой преждевременный уход. Мне вопросов не задавали. Но судя по любопытным взглядам, что-то всё же не укрылись от их ушей. Подслушивали? Мне в принципе не жалко и им лекцию почитать, стоило только попросить.

И чего они ожидали?

Ну в самом деле кандидатуры на роль учителя не могли найти кого получше? Это у них так принято, что ли? Не нравы, а дичь какая-то. Просить любовницу научить будущую жену. Ага. Ещё и играм с уклоном в доминантство с элементами БДСМ. Не то чтобы мне эта тема претила. Чай не ханжа. Каждый развлекается, как может. По обоюдному согласию, конечно же. Но это – не моё. Был у меня на третьем курсе подобный экземпляр, но прошёл мимо.

Остаток дня тоже сильно не порадовал и тянулся на мой взгляд очень долго. Был ещё обещанный урок танцев с перерывом на обед. Но его проводила Софи, а партнёром мне выделили одного из лакеев. Что было несколько странно. Не лучше ли найти профессионала? Или меня прячут? Впрочем, их подбор обучающего персонала можно подвергнуть и не такой критике.

Да и здешнее искусство танца удивило не на шутку. Можно было заподозрить, что надо мной издеваются, но уж больно серьёзные лица были у близняшек и у мужчины. Больше напоминало брачные игры животных. Например, танец самцов райских птиц. Они, кажется, если ничего не путаю, трясутся, прыгают, застывают и издают странные звуки. Или аллигаторов, мечущихся в воде и принимающих важные позы, пока самка их не заметит. Видела как-то по телику, случайно зацепившись взглядом. Его Димка тогда смотрел. Любит он подобные передачи. Весело.

Когда мне отдавили все ноги, а я любезно ответила тем же, меня отпустили на ужин. Благо Маргретта на что-то отвлеклась и у меня получилось стащить немного хлеба. Не густо, но и на том спасибо.

Ещё на верховой езде уворовала два яблока у лошадок, когда конюх отвернулся, так что с голода не помру. У меня ещё три припрятаны под кроватью. Хотя конечно плохо, что тут так поиздевались над моим желудком, растянув его до невероятных размеров. Но это дело поправимое. Вынужденная голодовка решит эту проблему в два счёта.

А после второго позднего ужина (говорю же изверги!) меня отвели в комнату и велели хорошенько выспаться, чтобы завтра не еле передвигать ноги, как сегодня.

Прежде чем приступить к сборам, я села в кресло прямо в ночной сорочке, в которую меня облачили перед уходом и огляделась. Комната уютная, но это всего лишь тюрьма. Золотая клетка. Раньше мне казалось, что это просто выражение такое. Но вот поди ж ты.

День был тяжёлым в физическом плане. Несколько часов скакать по залу с резвостью весёлой козы. Потом пару часов верховой езды на свежем воздухе. Ещё и недосып. Глаза слипались, но нет. Вместо того чтобы поддаться желанию уснуть, встала и прошла в ванную, где умылась холодной водой в надежде взбодриться. И тут же начала набирать большую ёмкость, злорадно подхихикивая в голове.

Затем прошла в спальню и приступила. Для начала стянула розовый пододеяльник с одеяла и разложила его на полу. Хорошо, что он тёмный и не яркий. А то была бы я в лесу как ярмо на глазу. Потом достала нож, который стащила на одной из трапез и заточила его об обычную кирпичную стену, отодрав обои за кроватью.

Мне надо было, не имея ниток и иголки, соорудить себе вещевой мешок. Раньше сделать этого не могла. Отсутствие пододеяльника бы заметили, а склад другого постельного не нашла, как ни старалась. Но работы было немного. Четыре дырки для лямок, протянула в них два пояса от халатов и связала. Затем начала посередине простыни складывать припасённые вещи. Стараться смысла не было. Всё равно все перемешаются. Это тебе не мой навороченный Зая, как называла свой подаренный Костиком рюкзак. Но что имеем, то имеем.

Куча постепенно заполнялась. Плед, наименее противная амазонка, балетки, панталоны, перчатки, несколько пар тёплых чулков (мамина наука), огниво, небольшой фонарь, завёрнутый в полотенце, ложка, серебряные блюдо с креманкой, бутылка вина, туалетная бумага, кое-что из средств личной гигиены, книга по географии с картами. Продукты положила ещё в свою первую домотканую «сумку», которую сделала когда наведывалась в библиотеку, и тоже сунула к остальному. Рядом положила свёрнутый коврик из ванны. Сойдёт за пену за неимением ничего лучшего.

Снова взяла заточенный нож и прошла к креслу, чтобы безжалостно распороть его. Обивка пригодится, чтобы сидеть. Весит немного, но и за подушку сойдёт. Гулять, так гулять. Её тоже кинула в общую кучу.

И только тогда рассмотрела свой нехитрый, непрезентабельный скарб, состоящий из чего попало. Честно? Увидел бы это кто-то из братьев, рассмеялся, но я собой искренне гордилась.

Жаль, такие вещи как крем от солнца, аптечка или деньги мне только снились. Роскошь по нынешним временам. Но чем богаты, тем и рады, как говорится. Развернувшись, стянула ночнушку и, подумав, кинула её в кучу. Пойдёт на тряпки. Лёгонькая. Не снимая уже привычных панталончиков, натянула парашютный костюм, сапоги для верховой езды и собрала волосы в хвост.

Зеркало показало мне то ещё чучело. Кожу испортили, волосы в процессе отращивания похожи на тихий ужас и, несмотря на обильную кормёжку, лицо от стянутости на затылке как-то заострилось. Если бы не видела настоящих вампиров, то подумала что вот оно. В зеркале. Ага. Красотка. Ну ничего, главное выжить. Остальное ерунда.

Завязала концы простыни и стянула их ещё одним поясом. Потянула за импровизированные лямки и ахнула. Тяжеловато, но ничего. На спине не страшно. И не такое тащила. Присобачила к нему бельевой верёвкой коврик и сунула в свернутый рулон нож.

Отошла на пару шагов назад, рассматривая труды своей топорной работы. Это точно не мой Зая. Это помесь похотливого кролика с розовым крокодилом. Мания давать всему имена, тут же выдала: «Крокодилик». Ему подходит. Нас ждут великие дела, Дилик. Ага.

Взгляд невольно переместился от него на комнату. Хмыкнула. Скучать точно не буду. Но сначала…

На всё про всё у меня ушло три часа. Меня грызло, что я даром трачу драгоценное время, но упрямо стиснула зубы и продолжала, вспоминая всё то, что по их милости пережила за последние недели.

Вернувшись в комнату уставшей, но невероятно довольной, снова залезла под кровать. Достала корзинку, которую готовила отдельно из чистой мстительности и природной вредности. Взвалила вещмешок на спину, подхватила плетёнку и тихо вышла из покоев.

Для начала отнесла «рюкзак» в укромное место, которое приметила ещё накануне. А потом ушла с корзинкой, чтобы оставить последние подарочки. Времени мало, надо поторапливаться.

Закончила всё ещё через час. С уже полегчавшей ношей бодро пошла за Диликом. Что может быть лучше, чем приподнятое настроение, когда сделал гадость ближнему своему? Жаль только результатов не увижу. Но тут надо быть последней дурой, чтобы остаться ради этого.

Но успела только-только приподнять «рюкзак», чтобы выкинуть в окно и затем шмыгнуть следом, как…

– Далеко собралась? – прозвучал насмешливый голос, от которого сердце ушло в пятки.

Глава 16

– Смелость – это когда отстаиваешь свои права, а наглость – когда хочешь забрать себе чужие.

– Тогда я за смелость… с элементами наглости!

Медленно поставила Дилика обратно и повернулась на голос.

Клыкастый-старший стоял, прислонившись к стенке, и рассматривал меня. Вот же… Единый!

– Если ты хотела выбраться через окно и сбежать, то не получится, – пожал он плечами. – Ты же не думала, что всё так просто? Раз тебя не держат взаперти, значит, обязательно есть подвох. И он в магической защите. Отсюда никому не выбраться без моего ведома и ведома Хелены. Но ты молодец. Хорошо подготовилась. Ещё и выбрала день, когда жены нет в поместье. Было интересно наблюдать за тобой в последнюю неделю. Ты боец. Я таких уважаю. Кристоферу повезло.

Скривилась при упоминании о Верховном. Неужели всё зря?

– Ты расстроилась? – удивился мужчина.

– Вы же не дадите мне сбежать, – разочаровано вздохнула.

– Почему ты так думаешь? – он издевается?!

– Если сбегу, то это грозит Верховному… – меня перебили.

– Грозит, – улыбнулся будущий свёкор. – Но он ещё молодой, да зелёный. И не во власти счастье, деточка. Так что меня больше волнуют другие его ошибки. О которых он точно пожалеет больше. Я в своё время допустил немало таких. А теперь расплачиваюсь.

О чём он вообще? Как это понимать? Что за лапша, свесившаяся с моих ушей?!

– Но я не только отпущу тебя, но и помогу, – неожиданно выдал мужчина, задорно поблёскивая своими глазюками. Совсем как у сына, хотя я сначала думала, что Верховному они достались по другой линии. – Даже дам безопасный адрес, куда сможешь пойти.

– Дайте-ка угадаю, – хмыкнула от его щедрости. – Это будут Крайтоны, Торндайки или Юманзы? Хотите стравить Верховного с кем-то из них? И иметь законные основания прибрать к рукам артефакты, на которых зиждется их могущество? Как банально.

– Я не ошибся в тебе, Кирена, – рассмеялся он. – Но нет. Может лет сорок назад так бы и поступил. Но времена изменились. Я отошёл от всего этого. Пусть теперь сын играет в политические игры. А вот тебе помогу.

Глубоко вздохнула, собирая мозги в кучу. От его появления они слегка разжижились и надо взять себя в руки. Что этому старому жуку надо? В игры он не играет. Пусть, как говорит Дамир – один из моих любимых братиков, не лепит мне лысого. Не скажу, чем брательник занимается, но это и неважно… к делу не пришьёшь. Ага. Скажу только, что погоняло у него – Стрелок. Ему очень подходит и не только из-за фамилии.

– Так что вы хотите? – набралась смелости спросить. Хватит уже играть в святую робость. За себя не постоишь, никто не постоит. Ну тут так точно. – И не надо мне врать. То, что вы хотите меня использовать – это не то чтобы само собой разумеющееся. Это непреложная истина. Так что выкладывайте. Или, как сказали бы в вашем обществе, будьте любезны изложить мне ваши предложения, а не ходить вокруг да около.

Он тихо рассмеялся, качая головой.

– Ты права, деточка, – от его «деточки» хотелось взвыть. Тоже мне, нашёл деточку. Хотя сколько ему лет? Может он имеет полное основание называть меня не только так, но и лялькой вкупе с малюткой. – Я отпущу тебя и дам с собой всё, что попросишь. В разумных пределах, конечно. Деньги, провиант, адреса, где можно скрыться. Даже открою портал, куда скажешь.

– И что взамен? – подозрительно спросила у него. Поверить в бесплатный сыр в мышеловке… ну да, ну да.

– Я сделаю тебя вампиром, – сообщил так, будто предлагал пойти на вечерний променад. И всего-то?

– Чего? – от неожиданности подавилась воздухом и закашлялась.

А не пошёл бы он в… сад. Прогуляться по тому самому променаду. Я, конечно, собиралась сесть на диету, но точно не кровавую. Сколько бы прелестей не сулило его предложение.

– Стать вампиром, Кирена, – терпеливо повторил старикан (к слову на старика он не тянул, но это ему за деточку). Кстати, как его зовут-то вообще? – Приобрести силу, могущество и кучу дополнительных плюсов. А ты так вообще сможешь ещё больше.

– Конечно-конечно, – невесело рассмеялась. – И побочный эффект в виде нового рациона.

– Да всё не так страшно, – усмехнулся будущий свёкор. – Подумаешь, раз в недельку выпивать литр крови. Зато какая экономия на еде. Станешь бессмертной и у тебя будет гораздо больше привилегий, чем у…

– У кого? – переспросила с вызовом. – Чем у скота, коим вы считаете людей?

– Ну, зачем же так? – он будто бы расстроился. – Я же хочу как лучше.

– Нет, – сжала губы. – Ваша затея мне не по нутру. Уж извините. Так что валяйте, сдавайте меня Кристоферу. Удачи вам.

– Не боишься? – насмешливо спросил мужчина.

– Нет, – отрицательно покачала головой, отчаянно блефуя и надеясь, что он этого не учует. Кто их, вампиров, знает. – Да я не в восторге от перспектив, это не секрет. Но тогда… тогда я расскажу и про ваше предложение. Про всё расскажу. И привру заодно. Чего мне терять?

– О чём же? – с интересом уточнил будущий свёкор.

– Например, – задумалась и выпалила: – О том, что вы ко мне приставали! Предлагали всякое!

Он расхохотался, от чего я заозиралась. Ещё не хватало, чтобы нас услышали! Но воистину наглость – второе счастье. И сейчас оно вступило в свои права на полную. Чего бы ни хотел Майнфорд-старший, от меня он этого не получит. Костьми лягу! А я такая. Я могу. Я всё могу! Кира Стрельникова вообще границ не знает! Зато знает, чего хочет.

– Ты такая же недальновидная, как и мой сынок, – усмехнулся мужчина. – Кстати, меня зовут – Итан. Можешь по имени. И ладно уж. Хорошо! Я выполню всё, что захочешь, но взамен поставлю на тебе метку.

– Сделка с Дьяволом, – пробормотала себе под нос.

– С каким ещё Дьяволом? – с недоумением переспросил Итан.

– С тем самым, – не захотела вдаваться в подробности вероисповедания моего мира. Тут насколько знаю, есть Единый и Многоликий, его полная противоположность. – Вы что всерьёз надеетесь, что я соглашусь? Если что-то знаю о магии, то это означает, что вы сможете отслеживать меня повсюду. Это как минимум. Зачем в таком случае мне сбегать?

– Ну хорошо, недоверчивая ты моя, – усмехнулся мужчина. – Я дам клятву рода, что никогда и никому не расскажу о твоём местонахождении и о нашем сговоре.

На мгновение зависла. В книгах, которые как последняя хапунья своровала было что-то такое. Их нельзя было нарушить, иначе смерть. Вампиры старались их не давать. Никогда. Но если давали…

– Хорошо! – согласилась, понимая, что выбора собственно у меня и нет. Никакого, от слова никакого.

И протянула ему руку в знак скрепления.

Итан без особых раздумий повторил мой жест. И над нашими ладонями вспыхнула черепушка – знак рода Майнфордов. Эпичненько, ничего не скажешь.

– Так что ты хочешь? – спросил он, отнимая руку.

– Ммм, – протянула, раздумывая. Не о том, не совершила ли самую крупную ошибку в своей жизни, а о том, чего мне не хватает для более комфортного путешествия. – Деньги, бурдюк с водой и спальный мешок.

Майнфорд-старший хмыкнул и исчез. На минуту я подвисла, поглядывая на окно. Но, если он не обманул, выбраться самостоятельно мне не удастся. Прежде чем мои рассуждения зашли в тупик или на стадию безрассудства, Итан уже снова появился передо мной, протягивая мешочек с чем-то тяжёлым, флягу, какое-то тряпьё и ещё что-то.

– Я взял на себя смелость добавить современную карту, а то твой старый учебник не соответствует действительности. А на обратной стороне записал пару адресов где… надёжно. Ну и подкинул одну книжку. Почитай. Пригодится, – пояснил старикан на мой вопросительный взгляд. – Так куда тебя переместить?

Взяв предложенное, открыла Дилика и запихнула всё туда, радуясь, что у меня появилась фляга. Ура-а! Это был самый ужасный пробел в моих сборах. Затем выпрямилась и посмотрела на уже не будущего свёкра. От его предложения дурно пахло, так что…

– Никуда. Ставьте свою метку, снимайте защиту и я пошла. Без вас с остальным справлюсь.

Он снова хохотнул и быстром жестом прикоснулся к моему лбу. Затем повернулся к окну и сделал что-то руками.

– Всё готово, Кирена, – отчитался Итан.

– Ну и замечательно, – кивнула, выкидывая Дилика в окно. Затем просунувшись туда ногами, повернулась к мужчине. И сказала, не иначе проникнувшись к нему чем-то наподобие сочувствия. – Вы это… тут особо не ходите до завтра. Особенно средней столовой избегайте. Той, где завтракаете.

И с чувством выполненного долга выпрыгнула вслед за «рюкзаком». Благо первый этаж позволял геройство и эффектный уход.

Глава 17

– Если жизнь перестанет быть каждодневным сюрпризом, зачем, скажите на милость, она нужна?

– Сюрпризы бывают двух видов: от одних улыбки появляются, а от других исчезают!

Кристофер Майнфорд

Срочный вызов от матери пришёл, когда я был на совете со Старейшинами. А она в моей жизни использовала его только дважды. Вернее трижды, учитывая этот случай. Так что пришлось спешно перенести собрание и переместиться, предполагая худшее. Может что-то случилось с отцом? Покушение? Война, о которой от чего-то узнаю последним? Или сгорело поместье? По крайней мере, первые два вызова были связаны только со смертью и невосполнимыми потерями.

Откликнувшись на родную кровь, меня перенесло в… среднюю столовую родового поместья. Вот только это мало напоминало комнату, кричащую роскошью семьи Майнфордов, которую давно воспринимал как должное. Самому мне, в общем-то, плевать на это, но Хелена считала, что это наша визитная карточка. Что-то вроде того, что статус в первую очередь показывает обложка, а потом уже внутренние качества. Словно последние мы показываем. Ведь это дурной тон.

– Эээ, – протянул с удивлением, осматриваясь вокруг.

Всюду грязь! Не только на столе… Потолок и пол тоже были в ней. Это не говоря про надписи на стенах, выполненные необычным подчерком с закорючками и каким-то странными символами. Нет. Понятно, что это всякие скобки, точки и тире, но смотрелись они как минимум необычно. Пригляделся к одной из них и прочитал:

«Леди не повышают тон, леди Майнфорд!»

– Вот именно, что «эээ», – визгливо вскричала мама, подскакивая с кресла, противореча этому высказыванию. Она, как и всё остальное, выглядела весьма колоритно и сливалась с общим фоном. Складывалось впечатление, что ей на голову вылили ведро этой дряни. – Многоликая Кирена! Ненавижу! Так и знала, что от всего этого и тебя будут одни неприятности! Только посмотри на мою любимую столовую! А наше родовое гнездо?! Какой кошмар!

Снова обратил внимание на надписи, читая следующие:

«Леди не выходят из себя, леди Майнфорд».

С недоумением снова осмотрелся и перевёл взгляд на отца, с которым не разговаривал уже очень долго. Но ради такого, пожалуй, готов поступиться своими принципами и обидой. Ему каким-то образом удалось сохранить опрятный вид среди этого безобразия.

Но тот лишь пожал плечами, схватил газету со стола, не обращая внимания на то, что она заляпана грязью. Демонстративно раскрыл её, углубляясь в чтение. Могу поклясться, что он держал её вверх ногами, а сам чуть ли не давился от смеха! Да что тут произошло? Они конечно плохо ладили, но не опустился же Итан Майнфорд до такого? Как-то это по-детски.

– И ты тоже в этом виноват! – мама повернулась к отцу. – Если бы ты хоть немного мне помогал!

А мой взгляд тем временем гулял по стенам.

«Леди безропотно подчиняются своему мужу, леди Майнфорд».

Н-да. А послания, написанные этой самой вонючей грязью, очень жизненные, не так ли?

Кое-какое воспоминание промелькнуло в голове. Эээ! Ну конечно! Это же та самая грязь! Тот же запах! Да и эти надписи.

– А скажи-ка мне, мама, – проговорил зловещим голосом, начиная подозревать, что кое-кто заслужил трёпку. И не только Хелена Майнфорд.

– Я же сказала! – женщина, давшая мне жизнь, прищурилась. – Твоя многоликая Кирена сотворила это! А затем сбежала!

– Так её Кирена зовут? – удивился в первую очередь.

– Только не говори мне сын, что не знал, как её имя, – холодно спросил отец, откладывая газету в сторону, переставая делать вид, что читает и вставая из-за стола. – Неудивительно, что девчонка сбежала. Это при таком-то обращении!

– Она не захотела представиться, – оправдывался, почувствовав себя зелёным мальчишкой.

– А ты вежливо спросил? – уточнил он, приподнимая бровь в издевательском жесте.

Но я предпочёл нападать, а не отвечать.

– Это вы мне скажите, как она могла это сделать? Обычная девчонка! Просто прошла магическую защиту и сбежала? И вы не почувствовали, что периметр нарушен? Он же завязан на вас!

– Нас не было дома, – отрезал отец. – И по твоей, кстати, вине! Кто поручил нам переговоры, не спрашивая при этом нашего мнения? И видимо ей кто-то помог. Так что ищи виновного, если так хочешь, но не здесь.

– Ты же не думаешь, что за этим стоим мы? – растерялась мама. – Сколько нам пришлось пожертвовать ради её появления здесь и… ты… ты не можешь так думать на самом деле, правда же?

– Ещё скажи, что я просил о чём-то таком, – сухо проговорил, начиная злиться. – И что она устроила тут?

– Не знаю, – Хелена истерично вцепились в волосы. – Я пришла на завтрак, а всё… всё словно взбесилось! Стоило переступить порог и застыть, читая надписи… Как со всех сторон на меня и вокруг полилась грязь.

Она подняла руку и показала на потолок, показывая на ведра. Кучу перевёрнутых вёдер.

– Но как ей удалось активировать… это даже не заклинание, это невесть что! – растерялся.

– Обычное дело техники, – прокашлялся Итан Майнфорд и указал куда-то вниз. Мне снова показалось, что ему в отличие от нас очень весело.

Присмотревшись, увидел порванную леску, которая вела к другим, как цепная реакция. Оригинально. Это идея Кирены? Недооценил, признаю. Но сама она и в правду не могла бы сбежать самостоятельно.

Кто мог пойти на такое?

Да кто угодно, если подумать! Есть и среди людей противники вампиров и среди вампиров противники Верховного. Это как сладкая сочная косточка, которую все хотят и которая у всех поперёк горла. Но это вряд ли люди. Им сюда не пробраться. Не самоубийцы же они соваться в непроглядный лес. Магов, способных создавать порталы на пересчёт. Значит кто-то из наших и наверняка она уже далеко.

Надо провести заклинание поиска. С её именем и зная как она выглядит, это будет проще, чем тогда, когда искал её в первый раз, имея на руках только загадочные слова оракула.

Сжал губы, решая больше не терять времени, развернулся и стремительно покинул столовую, направляясь в свой кабинет, обустроенный здесь. Редко там появлялся, но сейчас это лучше, чем заниматься этим в замке Верховного. Тем меньше шансов, что вообще узнают о пропаже Кирены.

Прежде чем вышел, успел зацепиться взглядом за ещё одну надпись на стене:

«Леди всегда-всегда должны быть послушны воле матери своего мужа, леди Майнфорд. Послушно и покорно сносить всё, что ниспошлёт ей Единый».

Что за? Неужели это то, чему мать обучала Эээ? В целом я не против такой философии. Но как оказалось характер у Кирены – не сахар. Сам бы мог догадаться, исходя из наших двух коротких встреч. Правда я думал, мать с ней справится и обуздает одичалую, но… Если рассуждать, то получается грязь – это месть за грязевые ванные. А вот стишки…

Надо бы осмотреть её комнату и поговорить с сёстрами Дарроу. Софи или Маргретта расколются о том, что тут происходило на самом деле.

И да поможет Кирене Единый, когда найду эту мегеру.

Глава 18

– Жизнь похожа на лес. Иногда мы теряемся и не знаем, что делать.

– Ты что! Как можно заблудиться в лесу? Там же все деревья разные! Леса никогда не бывают безмолвны для тех, кто понимает их язык.

Спотыкаясь, шла по мрачному лесу до утра. Самое первое направление куда идти, определила ещё по замку и мху, растущему на северной стороне. Так что останавливаться не стала, а сразу двинулась вперёд.

Для тех, кто не в курсе, лес – это целый мир полный жизни. Обитали леса, на самом деле, не очень любят показываться. Про здешнюю живность я читала в поместье. Чем-то она схожа на нашу, но встречаются и странные индивиды. Те же лисы в норках и трусливые зайцы за кустами, но и всякие мордаи, похожие на ящериц, или шлюцы, напоминающие гиен. В общем прелесть местной фауны во всей красе! Что радовало, судя по книгам, тут можно встретить и магических разумных существ. Не знаю, насколько это соответсвует действительности, потому что упоминания о них были весьма и весьма расплывчаты.

Если прийти в лес утром, между стволами деревьев ещё стоит белёсый туман. Трава мокрая от росы, а деревья поливают на путника целый дождь.

Но я же выбрала для своего похода ночной лес с его непроглядной тьмой. Ночь в лесу – это настоящий страх. Прекрасный, сильный и честный, как всё настоящее.

Ночью в лесу страшно всё – корни и стволы деревьев, которых всегда ожидаешь и которые всегда неожиданны. Кусты, в которые вваливаешься там, где их совсем не должно быть. Неровности дороги, которые способны сбить самое ровное дыхание самого смелого смельчака. Шорохи и крики, ужасные своей близостью и контрастностью. И ещё – в ночном лесу всё угрожает. Всё – от луны, которая светит алчным глазом, до веток, что извиваются жадными щупальцами – превращается в самых диких тварей. Тут и без дополнительных магических зверей хватает ужасов.

Ночью в лесу проще всего стать волком – и мчаться, игнорируя кусты и чувствуя лапами свой единственно правильный путь. Нестись, высунув язык, вдыхая аромат ночных трав и собирая на своей шерсти семена родных и неведомых растений.

Ночью в лесу легче всего перебороть свой страх. И это – настоящее преодоление. Я давно всё это пережила, но тут словно всё началось заново. Слишком всё незнакомо и одновременно знакомо.

Прохладное дыхание задремавшего леса заставило порадоваться наличию парашютного костюма, невероятно подходящего для подобных прогулок. В меру лёгкого и в меру тёплого.

Лошадь увести не получилось, так как у самого входа стоял конюх и обнимался с одной из горничных. Но невелика беда, если честно. В лесу коню делать нечего. Ещё сожрёт кто, а мне потом на совести грех держать. И потом? Себя бы прокормить, а тут ещё животинка на голову.

Да и моё искусство верховой езды точно не для этого места.

Когда прошла только полчаса, то для начала зажгла фонарь и стала изучать новую карту. Хотелось удалиться от замка как можно дальше, прежде чем выдавать светом своё местонахождение. Да и нужно было ещё раз, на всякий случай, определить направление по растительности. Труда это не составило и ночью.

Карта действительно сильно отличалась от той, что в учебнике. Но, а потом дело техники – определила направление, потушила фонарь, дождалась пока зрение вновь привыкнет к скудному освещению и двинулась в путь, стараясь не обращать внимания на зловещую обстановку. Потому что и в самом деле было… страшно. Хотя может всё дело в моей фантазии, рисующей под каждым кустом не зайца, а шлюца, способного, если не скушать любимую меня, так понадкусывать?

Скорее всего, да. Но я не сдавалась и упрямо шла дальше, следуя своим инстинктам. Зато страхи точно разгоняли кровь и не давали свалиться под ближайшим деревом. Но к утру всё же почувствовала, как усталость берёт своё.

Непроглядный лес как раз стал менее непроглядным, а привычная для меня роса нагоняла туман, сообщая о том, что температура начинает резко повышаться от выглянувшего солнышка.

Не сразу почувствовала кое-что ещё. Что-то было не так. Будто какая-то слабость, незнакомая прежде. Голова начала кружиться, а тело вроде как зудеть и искриться. Если поначалу не обращала внимания, то потом заподозрила неладное.

Слишком это было странным для меня состоянием. Прокрались сомнения в том, что именно со мной сделал старик Майнфорд. А что если всё же превратил в вампира и обманул? Но нет. В книгах сказано, что артефакты вампиров излучают силу, которую чувствует любой смертный. И не очень смертный тоже. И ничего подобного и в помине там не было. Но что-то определённо не так.

В конце концов, не выдержала. Дело было не только в зуде, но и в усталости. От поместья вроде удалось удалиться на приличное расстояние, так что вполне можно было устроить привал.

Обустраивала его из последних оставшихся сил. Отвязала коврик, достала спальник, яблоко и книгу, которую подсунул несостоявшийся (очень на это надеюсь) свёкор.

По хорошему в нашем лесу я бы забралась на дерево и привязала бы себя там, прежде чем заснуть, но тут… смысла в этом не видела. Здешняя живность могла сожрать меня где угодно. Для сохранности рядом со спальником кинула своё единственное оружие – ножик. Когда Итан спрашивал, что мне надо – захотелось огнестрельное оружие. Это была первая мысль. Им я хорошо пользуюсь. Дамир научил и даже в своё время выдал пневматику для самозащиты, но тут такого не водилось. Это было очевидно с самого начала. Люди (и не люди) пользующиеся магией и огнивом в качестве зажигательных средств – вряд ли используют пистолеты или хотя бы двустволки.

Хотя… неожиданно кое-что пришло в голову. Сейчас уже сил нет, но вот проснусь, обязательно займусь. Лишь бы только до вечера не вырубиться. И как люди раньше жили без будильников?

Взяла книжку в руки, но не успела прочитать и строчки, прежде чем погрузиться в сон без сновидений как была… с недогрызенным яблоком во рту.

Глава 19

– Непростительно считать, что одними пустыми сожалениями ты сможешь исправить ошибки прошлого.

– Но больше всего мне жаль, что я не стал бороться за нас. Хотя о каких нас шла речь?

Кристофер Майнфорд

Пребывал в странном состоянии. Будто меня жестоко обманули. Вот только сделал это никто иной, как я сам.

Кирена оказалась большой загадкой, что стало для меня сюрпризом, о котором и не подозревал. Да и думать об этом, говоря совсем откровенно, и не хотел. Раньше. Пока не стало поздно. Так зациклился на самом себе и своих чувствах, что не учёл главного. А именно – кто такая эта девушка. И она была и есть – загадка, которую сам не захотел решить.

– Как дела? – отец…

Я оторвал глаза от стола, куда таращился уже больше двадцати минут после того как ушла Белинда и посмотрел на Итана, который светился как новенький только что отлитый золотой.

А ведь он – один из подозреваемых.

– А ты сам как думаешь? – нахмурился.

– Тяжело тебе, – с притворным сочувствием кивнул отец. Он и не скрывал, что наслаждается ситуацией. Почему? Простое злорадство или тут кроется нечто большее? – Влез в память сестёр Дарроу и Жанеру? Получил что хотел?

Я отвернулся. Да влез! И то, что увидел…

– Я никогда не говорил о своей суженной? – странным голосом спросил отец. – Той, что пророчил мне оракул. Как и тебе.

Тут же посмотрел на него с изумлением. У него была суженная? Впервые о таком слышу. Родители всегда, сколько себя помню, скрытничали на эти темы. Не то чтобы мне было интересно.

– Конечно, не говорил, – проговорил резко погрустневший Итан. – А, наверное, стоило. Жаль.

Вся эта тема меня напрягла. Внутреннее чутьё заставило отложить метания в сторону и внимательно послушать.

– Её звали Ханна, – тихо заговорил отец. – Я тогда тоже, как и ты, отнёсся к ситуации с излишним высокомерием и самонадеянностью. И она умерла. Вот так. Просто умерла.

– Что? – искренне удивился. – Но…

– Как это случилось? – Итан снова улыбнулся, но на этот раз улыбка была полна горечи, а не насмешки. – Или как у меня появился ты?

Я не знал что сказать, да и интересовало меня всё, поэтому лишь пожал плечами.

– Она погибла по случайности, убегая от меня, – как-то безэмоционально проговорил отец. – А ты… Я встретил твою мать уже гораздо позже. Лет четыреста спустя. И чтобы появился ты, потребовалось многим пожертвовать. Провести ритуал потери силы. Меня это не убило, но лишило половины мощи. Да и помимо этого принёс в жертву немало.

– Что? – мой шок нельзя было описать и словами.

– А чему ты удивляешься? Наследники для нас это же так важно. Родовое наследие и всё такое. Никогда не интересовался подобными вещами и что тебя ждёт в будущем? Но всё это неважно. Советую найти Кирену и в следующую встречу с ней не вести себя как чудовище, интересующееся лишь собой и своими чувствами, Кристофер.

– Ты имеешь отношение к её пропаже? – прищурился.

– А вот это тебе предстоит выяснить, – Итан рассмеялся, но на сей раз вполне искренне и беззаботно. – Удачи в поисках, сын. Очень надеюсь, что, когда снова увидишь девчонку, ты поумнеешь и подаришь ей сказку. Ту, о которой она мечтает. Именно она, а не ты.

Он развернулся и ушёл. Настолько ребяческая выходка. Не хватало только показать язык, прежде чем выйти. И чтобы всё это значило?

Работы так много. От Старейшин уже пришло несколько вызовов, но я их игнорировал. Меня больше заботило, где искать Кирену. А что если с ней что-то случится?

Она оказалась совсем не такой как я полагал. Более сложной. С непростым характером.

Изначально, выслушивая отчёт сестёр Дарроу, заподозрил неладное. Они характеризовали Эээ как полную дуру с ухватками шлюхи. Пришлось залезть к ним в голову. А потом ещё и к срочно вызванной Белинде.

А вот просматривая их воспоминания… кусок за куском, видел и странные упрямые взгляды Кирены и то, что она что-то задумала. Девчонке не нравилось, как с ней поступают, но вместо открытого противостояния она пошла по другому пути, вызывавшему уважение. Более хитрому пути.

Поместье обыскали. В том числе и её комнату. Пропало несколько вещей. Эээ явно готовилась к побегу. Да я ещё и сам по непонятной даже мне причине принёс ей то, что она попросила. Стоял над спящей Киреной и сам не понимал, зачем так поступаю. Мучаясь подозрениями и непонятными мыслями.

И вот итог. Она не могла выйти без поддержки кого-то со стороны. Но кто это был?

Маги? Вампиры? Или… отец? Вполне мог.

Всё более чем странно. Как и сама суженная. Невольно скрипнул зубами.

Провёл я и заклинание поиска. Сразу как пришёл в кабинет. На этот раз даже не понадобился Лютер. Но это ничего не дало. Вообще ноль.

Это говорило о том, что либо такой девушки больше не существует, либо её кто-то защищает. Самый худший вариант – её уже убили, но в это верить отчаянно не хотелось.

Что отец имел в виду, когда рассказывал про свою Ханну? Становилось понятно, почему отношения между Итаном и Хеленой такие… не очень. Родители всегда любили меня, но складывалось впечатление, что они относятся ко мне и к себе потребительски. Слишком… никак. Не то чтобы страдал от этого, но было обидно.

Но главный вопрос заключался в том, почему мне так паршиво от исчезновения Эээ?

Глава 20

– Те, кто содержат животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им.

– Главное, что звери – это тебе не люди, с ними можно договориться.

Пробуждение было не лучшим в моей жизни. Пора бы уже привыкнуть к этому. На Коморе как-то жизнь меня особо не балует.

Знаете всякие страшные звуки из ужастиков? Хруст, чавканье, утробное урчание? От них не по себе. Особенно, если раздаются из-под кровати. И в душе сразу становится неспокойно, будто скребутся кошки. И свесить ноги с кровати страшно, потому что кажется, что тебя что-то схватит. Адреналин приливает к голове… и, в конце концов, ты с трудом находишь в себе силы буквально взлететь, подпрыгнув на целый метр… оказываясь у входной двери с фантастической проворностью, которой не ожидал сам от себя.

Что-то подобное я и испытала, когда открыла глаза под такие звуки. Резко подскочила на ноги с замирающим от страха сердцем и обомлела, не зная бояться мне или нет.

Это одновременно самое страшное и самое милое животное, которое видела в своей жизни.

Какая-то странная помесь мопса, кабана, мишки, кошки и морской свинки разом размером чуть меньше средней собаки. И оно сейчас с удовольствием грызло то самое недоеденное мной яблоко. Видимо пока спала фрукт выпал из моего рта и немного откатился в сторону. И если точнее, это чудо-юдо не ело, а смаковало его, исходя слюной и не обращая на меня ровным счётом никакого внимания.

У меня и в мыслях не возникло что оно может представлять опасность. Наоборот, чем больше я приглядывалась к нему, тем сильнее понимала, что кажется впервые в жизни влюбилась.

Зверёк с приплюснутым носом, маленькими рожками и нижними выпирающими клыками мягкого оранжевого цвета вызвал умиление. Кто бы он ни был, но он мой! Эти большие коричневые чуть влажноватые глаза с длинными ресницами покорили моё отнюдь не склонное к мимимишности сердце.

А это чудо тем временем прикончило моё яблоко и с тоской посмотрело на меня, разрывая душу на тысячу крошечных сердечек. Боже, да за что же? Я не готова нести ответственность за чужую жизнь. Самой бы выжить. Не даром только накануне радовалась отсутствие лошади. И вдруг это вообще совсем малыш и скоро появится его или её грозная мамашка, защищающая своё потомство?

Но тут произошло такое, от чего я упала прямо на задницу, открыв рот. Зверёк заговорил!

– Ясё есь?

В ответ медленно кивнула, переваривая саму идею, что оно настолько разумное. Не делая резких движений и не сводя глаз с этой милоты, потянулась к Дилику. Достала ещё одно яблоко и протянула ему.

Бедная животинка облизнулась, а из-за рта у неё потекла слюна, покоряя меня в очередной раз. Ути Боже мой!

А затем шустро для такого тельца оно схватило угощение с моей ладони и снова захрустело. Естественные потребности требовали справить нужду, но я всё сидела и смотрела на зверька не в силах не умиляться. Отнюдь не няшное. Кто-нибудь наверняка бы назвал его отвратительным. Но точно не я. Мне это создание пришлось по нутру.

Когда оно закончило со вторым яблоком, протянула ему третье, неразумно наплевав, что у самой не останется почти ничего.

Но он лишь мотнул головой в отрицательном жесте и пробормотал:

– Потома.

В наглую прошлёпал к моему спальнику и начал устраиваться поудобнее с явным намерением заснуть.

– Эм, – похлопала глазами, не зная как реагировать. – А ты не обнаглел часом? Мне вообще-то надо идти дальше.

Он лениво посмотрел на меня и зевнул, вызывая ещё одну порцию умиления.

– Зовут-то тебя как? – вздохнула, признавая собственную капитуляцию.

Кажется это существо из тех наглых особей, которым один раз покажешь слабость – сядет на шею. Ну ла-а-адно. Всегда хотела домашнее животное. В детстве родители были против в виду острой аллергии, а потом было общежитие, где подобные слабости под строжайшим запретом. А когда перебралась в собственную берлогу стало очевидно, что с моим образом жизни – не лучшая идея.

На мой вопрос он пожал мохнатыми плечиками.

– Понятно, – хмыкнула. – А эм… родители где?

Снова пожатие плечами, но мне показалось, что при упоминании о них существо немного поникло и стало грустным. А может я просто видела то, что хотела? Переношу собственные эмоции на него.

– Ну давай их поищем, – предложила ему.

Торопиться мне особо некуда. В лесу меня никто не найдёт, а туманные земли могут и подождать.

– Не-е-е, – пробормотал зверёк и положил голову на лапы, закрывая глаза.

А по морде покатилась огромная слеза. Ясненько. Больная тема. Ну ладно. В душу лезть не собираюсь. Захочет, расскажет.

Я наконец-то отлучилась по нужде и вернулась обратно через несколько минут. Мелкий спал, сладко посапывая.

Стояла над ним и делала то, что нельзя делать ни в коем случае. Но моя мания голос разума игнорировала и работала вовсю. А ведь дашь имя – привяжешься ещё больше. Но здравый смысл меня не только не слушал, но и был заодно с сумасшествием, с азартом выбирая, как его назвать.

Существо явно мальчик. И ведёт себя как наглый… царь. Царь зверей. Ага. Значит, будет Василием. Васька. Ему очень идёт.

Поняв, что окончательно сбрендила, махнула рукой и занялась делами. Ещё перед сном мне пришло в голову сделать себе лук. Благо у меня остался моток лески. Не всю вчера извела на богоугодное дело (ну может и не богоугодное, но мне понравилось).

Жуя яблоко, от которого отказался Васька, осматривалась вокруг и подбирала подходящую ветку.

Всегда хотела научиться стрелять из лука. Почему бы не начать сейчас. Глазомер у меня хороший. Дамир всегда хвалил.

От мысли, что теперь живу в лесу и у меня появился свой «Малыш Джон», весело рассмеялась. В пору стать местным Робин Гудом. Научусь стрелять и пойду грабить богатых, чтобы отдавать бедным.

Я определённо схожу с ума. Как ещё объяснить всё, что делала с тех пор как оказалась на Коморе? Всегда была немного обезбашенной (братья и многочисленные друзья подтвердят), но тут мои поступки и мысли даже меня порой пугают.

Покачала головой, подняла нож и пошла издеваться над деревьями. Радует, что утренняя слабость прошла. Чем бы оно ни было, заболеть – это последнее, что мне сейчас надо. Вот что-то сомневаюсь, что Васька из тех животных, которые приносят стакан водички и тапочки. Скорее наоборот.

Глава 21

– В жизни обязательно должны быть паузы. Такие паузы, когда с вами ничего не происходит, когда вы просто сидите и смотрите на мир, а мир смотрит на вас.

– Паузы помогают жить!

Сделать лук – оказалось делом несложным. Конечно не шикарный, но для сельской (вернее лесной) местности сойдёт. Специально выбирала немного суховатое дерево, чтобы был достаточно твёрдым и в то же время гибким.

Но он вот совсем не главное! Главное – это стрелы. С ними гораздо труднее. Но для начала решила сделать себе десять штук. На пробу.

Если что-то и понимаю в физике и полётах стрел (я не профессионал, но иногда можно порассуждать логически), то основное – это даже не острый наконечник, а оперение. Оно служит для того, чтобы убрать вращательный момент, направленный поперёк её полёта, что улучшает точность и устойчивость.

Учитывая, что у меня есть в наличии, то нарисовались явные проблемы. Но ничего. Я сообразительная и обязательно что-нибудь придумаю. Уж больно мне понравилась идея стать ещё одной Китнис Эвердин. Мега супер крутой лучницей. Ага.

Для начала нашла подходящий материал. С этим возникли сложности. Мой девиз – если взялся за что-то, то делай это хорошо, мешал мне выбирать. Весь смысл: чтобы они были одинаковые, не учитывая кору. Ещё мёртвые, но не сгнившие. Казалось бы, где как ни в лесу искать что-то подобное, но всё равно найти было нелегко.

Затем собственно занялась самими веточками. Шлифуя их еле найденным камнем и срезая ножом сучки и неровности, чтобы добиться идеального результата, не забывая и о выемках на хвостах. Для удобства. Даже пробовала их длину на лук, натягивая импровизированную тетиву. Вроде самое оно. Правда всё же пришлось разжигать небольшой костёр, чтобы путём нагревания и охлаждения придать им абсолютно ровную форму. Возилась долго, но результат меня порадовал. Весь этот процесс доставлял огромное удовольствие. В какой-то момент и забыла, что я не на родной Земле.

Наконечников у меня само собой не было, как и собственно мёртвой птицы под рукой. Так что пришлось включить фантазию, пожевав в задумчивости нижнюю губу. Можно конечно заточить, но толку маловато – в таком случае – это точно почти одноразовые стрелы. И так понятно, что делаю не вечные, но всё же обидно потратить столько времени и всё впустую ради одного единственного выстрела. Ладно бы навык был. Но мне же ещё учиться!

Решила, что подумаю над этим потом. Кое-какая идея в голову пришла, но она требовала помощи Васьки. Но тот продолжал сладко спать и будить его не хотелось.

Потребуются камни. Много камней. А тут и один-то с трудом нашла. Наверняка малыш с этим поможет.

Занялась пока оперением. Потом, когда убью свою первую птицу, то сделаю получше. Но пока пришлось воспользоваться учебником по географии. Там в начале и в конце были более твёрдые картонные листы. Чувствуя себя варваром, который ради выживания и пещерных методов дербанит литературу, вырвала их и приступила. Рисуя самопишущим пером (также бессовестно стыренным из поместья) и аккуратно вырезая ножом.

Ох и не лёгкая это была работёнка. К сожалению, бумаги хватило только на пять стрел. Но ничего. Может и к лучшему. Слишком недолговечный материал. Для потренироваться и научиться хватит.

А там может подстрелю птицу и общипаю её. Фантазёрка я. Ага.

Клея у меня не было. Пришлось снова воспользоваться леской, чтобы прикрутить картон. Решила сделать тройное оперение. Не могу сказать, что получилось хорошо. Но учитывая условия и обстоятельства.

Сама не заметила, как начали сгущаться сумерки, а меня отвлёк проснувшийся Васька, который незаметно подошёл и дотронулся прохладным носом до моей руки.

– А! – повернулась к нему с улыбкой. – Встал? Возьми там ещё одно яблоко.

Указала в сторону Дилика. Их осталось всего два. Надо подумать, чем кормить дитё. Раз тут его естественная среда обитания (наверное), то думаю, наверняка есть и еда для него. Природа же умная. Сама решает, чем кормить своих детей.

Пока он смачно жевал, я закончила с оперением. От усердия даже высунула язык.

– Всё! – довольно повернулась к Ваське.

Тот как раз догрызал второе яблоко. Н-да. Оглоед. Пока не стемнело необходимо найти, что поесть.

– Эй… Васька! – позвала его. – Ты это… Ты не против, что я так тебя буду называть? А то как-то неудобно без имени.

Василий даже не оторвался от яблока, просто пожал плечами.

– Ну вот и хорошо, – кивнула. – Ты не знаешь, где тут вода? Река, водоём. Хоть что-то. А ещё нужны камни. Много камней.

Меня снова проигнорировали. Я уже начинала злиться, когда он, наконец, дохрустел своим угощением и довольный повернулся ко мне. Значит он из тех мужчин, которые не любят отвлекаться во время еды. Ну очень мило. На моего папеньку похож. Тот тоже как с работы придёт, пока не поест – и нет его как будто.

– Показю, – важно кивнула эта какашка и облизнулась, делая себя похожим на полного очаровашку.

– Это далеко? – нахмурилась.

– Не-а, – покачал головой.

– Ну лады, – я улыбнулась.

Умыться и покупаться хотелось со страшной силой. Да и вдруг там окажется пресная вода? Законно добытую флягу (что по нынешнем временам для меня – нонсенс) я берегла как зеницу ока. И воду экономила, позволяя себе делать лишь маленькие глоточки и смочить губы.

Да и рядом с водой можно отдохнуть. Устрою лагерь. Закончу идею с луком. Вообще единение с природой дело хорошее. Поможет прочистить мозги. Да и может, разберусь с родителями Василия. Вдруг они просто поссорились? Получится что я его уведу, а они переживать будут.

Решено! На пару дней забью на всё.

– Тогда я сейчас соберусь, – сообщила Ваське. – И мы переместимся поближе к воде. Зависнем там ненадолго. И надо найти еды. Мой запас ты сожрал. Хлеб ты вряд ли будешь.

Расстроенным он не выглядел. Прошёлся по мне взглядом, почесал нос лапкой и облизнул левый клык. Взаимопонимание восьмидесятого уровня достигнуто.

Я быстро покидала вещи в Дилика. Чуть не забыла про книгу. Она завалилась под кусты. Надо обязательно почитать сегодня! А то совсем забыла с этим луком.

Коврик смотала, но оставила там пространство. Внутрь затолкала свою же ночную сорочку и сделала импровизированный колчан, запихивая туда следы своих сегодняшних мучений. Ножик опять засунула туда же, втыкая в узкое пространство.

Только начала осматриваться, проверяя, не забыла ли чего, как планы неожиданно поменялись. Фатально.

Если правильно помню, то именно так и выглядят шлюцы. Собаки похожие на гиен. Из леса на небольшую полянку, где я устроила привал, вышло сразу три особи. Когда читала про них, то мне почему-то виделось что они поменьше. А эти… волкодлаки какие-то.

– Тихо, Васька, – произнесла негромко, стараясь сохранять спокойствие и решить, как поступить.

Шансов у меня нет. Ну, даже учитывая, что есть ножик и он под рукой, смогу максимум ранить только одного. Лук далеко, да и толку от него сейчас как с козла молока. Но пока они будут заниматься мной.

– Вася, ты иди-ка отсюда, – попросила существо, запавшее мне в душу так быстро. Хоть и наглое, а уже моё. – Хоть ты живым уйдёшь.

Глава 22

– За всё платят деньгами. Всё можно купить.

– Нет. За всё действительно важное платят кусочками души.

Кристофер Майнфорд

На душе было неспокойно. Весь день потратил на поиски своей… проблемы. Задействовал своих людей, приставленных ко всем, кого подозревал в возможном злом умысле. А в моём положении подозревать надо всех и сразу. Так что сеть шпионов была огромной. Кто-то достался от отца, кого-то внедрял лично. Каждый член совета, все высшие рода. За всеми велась слежка. За кем-то требовался особенный догляд, кто-то удостаивался лишь поверхностному наблюдению.

Столько усилий, но пока всё глухо. Мне выдали полные отчёты кто и чем занимался в последние сутки. Вплоть до того, что они ели на завтрак, заканчивая выбранным нижним бельём и его цветом. Подозрительных встреч не было, странных событий тоже. Всё как обычно.

Посему выходило, что Эээ словно провалилась как свозь землю. Я повторил заклинание поиска, но оно снова ничего не дало. Что навевало о нехороших мыслях. Крайтоны, Торндайки и Юманзы тут ни при чём. У Старейшин есть железное алиби на ту ночь. Могли, конечно, нанять какого-нибудь мага-портальщика, посмевшего перейти дорогу Верховному. Значит завтра надо заглянуть в гильдию и переговорить с Лютером. Наверняка где-то что-то всплывёт. Если есть чему всплывать. Тайное – никогда долго не может оставаться таковым. Концы обязательно найдутся. Рано или поздно. Лишь бы не поздно.

Был ещё вариант – отец. Я действительно поручал ему кое-что. Как и матери. И проверил протоколы их встреч. Переговоры затягивались. И Итан отлучался на полчаса ночью, когда было решено сделать небольшой перерыв на отдых, чтобы собраться с мыслями. Неужели это всё же дело его рук? Но зачем ему это? Зачем было уходить в отставку, передавать мне силу и должность Верховного, а потом убивать всякую надежду на то, что наш род по-прежнему будет у власти.

Это более чем странно и нелогично. Да и насколько я понял из воспоминаний близняшек – отец и не встречался с Киреной. Девчонке было запрещено посещать хозяйское крыло. Единственное время, когда она могла это сделать – это ночью. Но на её двери стояла магическая сигналка, завязанная на мать. Кто-то снимал её? Чем больше расследовал это дело, тем больше запутывался. И в происходящем и в собственных чувствах по этому поводу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.