Ольга Корнеева
Жертва долга

Глава 1

Последний день отпуска – всегда немного грустный. Вроде как ты еще отдыхаешь, но время от времени твое существование отравляют мысли о том, что завтра конец свободе.

Я старалась не поддаваться упадническим настроениям. Немного подумав, решила, что сегодня будет особенный ужин. Завтра начнется беготня между работой и домом и будет не до изысков. А сегодня у меня есть время до прихода мужа и я вполне могу успеть приготовить что-нибудь посложнее. Например… Ну пусть будет лазанья, а почему нет?

Я только успела вернуться домой из магазина и поставить сумки на пол, как раздался телефонный звонок. Торопясь и злясь на собственную неуклюжесть, я кое-как выдрала телефон из кармана и ответила, не глядя на экран:

– Да!

– Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, кем вам приходится Иванов Константин Викторович?

Голос был официальным. Я даже растерялась от неожиданности. Почему-то в голове заметались мысли о кредитах и коллекторах, хотя никаких кредитов мы отродясь не брали. Тем не менее открещиваться от родного человека я не стала и честно призналась, что приходится он мне мужем. Абонент в трубке снизил градус официальности и добавил в голос печали:

– Он находится в реанимации городской больницы после ДТП.

Время остановилось. Я просто молча смотрела в пол и не понимала, что я должна дальше делать. Что-то ответить? Куда-то пойти? Я вроде пить хотела. Или не хотела? Что мне делать? Снимать пальто? Или надо ехать? А дышать можно? Да, дышать! Я же не дышу!

С трудом вытолкнув воздух из легких, я хрипло произнесла:

– Что мне делать?

Голос слегка повеселел:

– Да ничего пока. Завтра можете позвонить лечащему доктору. Сегодня еще ничего неизвестно. Телефон запишите.

Я метнулась в комнату, начала рыться в ящике комода в поисках ручки, кое-как нашла какой-то карандаш и на квитанции записала номер телефона. После этого села на пол, глядя на экран телефона. Потом отбросила телефон в сторону и разрыдалась…

Все как-то потеряло смысл. Я бродила по квартире, время от времени спотыкаясь о сумки, брошенные мною в коридоре. Пальто я все-таки сняла, стало жарко.

Через некоторое время я даже успокоилась. Ну не могло ничего страшного случиться с Костей! Этого просто не может быть, вот и все. Ну да, реанимация. Ну и что. Может, это протокол такой – раз ДТП, то и реанимация. А даже если и посерьезнее что, будем лечиться и Костя выздоровеет. Потому что не может с нами ничего плохого случится, просто не может. Так не бывает, чтобы с хорошими людьми случались плохие вещи.

Убедив себя в том, что все будет хорошо, я повеселела, переоделась в домашнее, разобрала сумки. Лазаньи не хотелось, да и вообще аппетита никакого не было.

Позвонила маме и свекрови. Мама, как обычно, всполошилась, начала жалеть, что не сможет приехать меня поддержать и вообще толку от нее никакого, потому что и здоровье, и деньги, и младший брат… В общем, пришлось еще ее утешать. Свекровь же была уже в курсе. Вот откуда она всегда все знает? Из своего далекого Хабаровска Мария Владиславовна высокомерно поинтересовалась – а что я уже сделала для ее сына и своего мужа? Я жалко проблеяла, что, мол, вот, велели завтра звонить. На что она холодно процедила: “Понятно” и отключилась. А я осталась в недоумении и растерянности. Впрочем, как обычно, после разговора со свекровью. Я знала, что она меня недолюбливает, но каждый раз удивлялась этому факту. Вроде я ничего такого не сделала плохого – сына ее люблю, на шее у него не вишу, дома порядок. Ну живу в его квартире, да. Так вроде я жена, не приблуда какая. И ведь давно поженились, 5 лет уже прошло, а вот поди ж ты, никак она меня не примет.

Остаток вечера я провела в каком-то отупении перед телевизором. Смена кадров и разнообразные звуки отвлекали от мыслей и ревела я не очень много. Но хватило для распухшего носа и больной головы.

Ночь я провела беспокойно, просыпалась часто и смотрела на часы – не наступило ли уже утро, когда можно будет позвонить в больницу. А утро не наступало и не наступало. И конечно же, я заснула около 5 утра и все проспала! Проспала первый рабочий день после отпуска, проспала начало рабочего дня вообще!

Разбудил меня телефон. Звонила моя напарница Нина поинтересоваться не забыла ли я о том, что отпуск мой закончился. Я подскочила как ошпаренная, с сердцем, бьющимся где-то в горле. Забыла! Действительно забыла! Путаясь и сбиваясь, я попросила ее сообщить начальству, что у меня в семье несчастье, и я прошу сегодня дать мне отгул. Нина заметно расстроилась (еще бы, еще один день за двоих работать), но пожелала мужу выздоровления и пообещала все передать заведующей.

А я забегала по квартире в поисках листочка, куда я записала вчера номер телефона. Обнаружила я его на столике у дивана, где спала. Вообще не помню, как он там оказался. Неважно. Сделав глубокий вдох и долгий выдох, я набрала номер. Долго-долго я слушала гудки, потом телефон мне сообщил, что абонент не отвечает и прервал связь. Этого я не ожидала. Мой опыт телефонного общения с медицинскими учреждениями ограничивался редкими звонками в регистратуру поликлиники для записи на прием, а там в рабочее время отвечали всегда. Вторая и третья попытки также не увенчались успехом. Обескураженная, я решила налить себе чаю и подойти к вопросу более основательно – включила программу автодозвона и громкую связь.

Мне повезло уже на пятой попытке. Кому-то надоел разрывающийся телефон и трубку взяли. Но никакой информации я не получила. Врач-реаниматолог был занят, медсестра давать сведения о больных не уполномочена, звоните позже. Это был удар под дых. Немного подумав, я решила звонить каждые полчаса.

Это утро было кошмарным, даже хуже предшествующей ему ночи. Каждые полчаса я набирала номер реанимации. Результатом были либо гудки, либо слова “Доктор занят”. Только в час дня мне удалось поймать занятого доктора. Был он немногословен и зол. Сказал, что Костя пострадал сильно, помимо многочисленных переломов, получена серьезная черепно-мозговая травма, сейчас он в искусственной коме. Прогнозов никаких пока, конечно. На мои всхлипы “а можно его увидеть?”, “что нужно принести?”, доктор раздраженно ответил, что в реанимации запрещены посещения и все необходимое есть. Напоследок он добавил: “Звоните. Но, пожалуйста, не все родственники, а кто-то один” и положил трубку.

Прорыдавшись очередной раз, я решила сообщить все, что узнала, свекрови. Но она уже прекрасно все знала! Ах, вот кто уже звонил, вот из-за кого со мной так неприветливо разговаривали! Ну конечно, как я могла думать, что она доверит спасение своего сына такой дуре, как я. Свекровь сообщила, что уже сегодня она вылетает к нам и будет лично следить за ходом лечения сына. Встречать ее не нужно, ключи от квартиры у нее есть. Но она требует подготовить ей отдельную комнату. Я сказала: “Да, конечно, Мария Владиславовна”. А что я еще могла сказать? Спорить со свекровью я не умела и в более спокойной обстановке. Просто делала, что она говорит. Хорошо еще, что жила она далеко, а то бы я, наверное, и вовсе не вышла замуж за Костю в страхе перед его мамой.

Остаток дня я провела, освобождая нашу спальню для свекрови. Вынесла свои вещи по максимуму, что не было необходимости туда заходить. Сама буду спать на диване в проходной комнате. Ничего страшного, это же временно. С одной стороны, я очень опасалась проживания со свекровью в одной квартире. В ее присутствии я всегда казалась себе двоечницей и неряхой. С другой стороны, уж чего, а таланта разруливать неприятности и находить выходы у свекрови не отнимешь. Она точно со всем справится и все наладит, это точно. Не то что я, недотепа.

Подготовив комнату к приезду свекрови и тщательно проверив идеальность свежезаправленной кровати, я в нервном ожидании занялась ужином. Вряд ли Мария Владиславовна будет его есть, но и встретить гостя без угощения было нельзя. Решила жарить отбивные и готовить рис с овощами. О вчерашней планируемой лазанье даже думать не хотелось. Кажется, я никогда теперь не буду ее есть…

Мария Владиславовна открыла дверь своим ключом. Ну конечно, кто я такая, чтобы предупредить меня о приезде, не говоря уже о том, чтобы позвонить в дверь. Тяжело вздохнув, я пошла здороваться.

– Добрый вечер, – я вышла в прихожую, – Как долетели?

Ответом мне были высокомерный взгляд и приказ отнести сумки в ЕЕ комнату. Ну что поделать, взяла и понесла. Аккуратно поставила у окна. Понесла свекрови чистое полотенце, хотя и помнила, что обычно она привозит с собой свое. Отказалась от нашего полотенца она и в этот раз. Еще раз – ну что поделать, терпи, Оксана, это временно и это не кто-нибудь, а мама твоего любимого мужа. На предложение ужина свекровь тоже ответила отказом, но согласилась на чай. Ну чай так чай.

На кухне за столом Мария Владиславовна устроила мне допрос. Кого из врачей я видела, кому дала денег из медперсонала и вообще где расположено отделение реанимации, в котором находится Костя? Ни на один из вопросов я не могла ответить. Мне казалось, что я и сделать ничего не могу. Ведь он в реанимации, туда не пускают, ничего из лекарств и бытовых вещей тоже сказали не приносить. И как это – искать врачей и медперсонал? Ловить на выходе, спрашивать, не из реанимации ли они? Совать деньги в карманы? Сколько? Ну а реанимация, наверное, расположена где-то в здании городской больницы, где же еще? В общем, ответов у меня не было. Мне было страшно за Костю, страшно его потерять, но что делать, я не знала.

Мария Владиславовна окончательно разочаровалась во мне. Махнув рукой, она поднялась из-за стола:

– Ясно. Придется все делать самой. Угораздило же Костю…

Что именно угораздило Костю, она уточнять не стала. То ли попасть в аварию, то ли жениться на мне…

Мария Владиславовна царственно удалилась, сначала в ванную, а потом в спальню. А я осталась. Одна со своими слезами, своим горем и со своим никому не нужным ужином…

На следующий день я вышла на работу. Звонить в больницу я боялась, потому что была уверена, что Мария Владиславовна уже развила бурную деятельность по спасению своего единственного сына. И думаю, врачам там пришлось несладко.

Работала я плохо – медленно и несобранно. Как назло, за последние дни моего отпуска накопилось порядочно заявок на подключение услуг. По многим из них надо было общаться с заказчиками, а я мыслями была совсем в другом месте.

Кое-как завершив рабочий день, я побежала домой. Очень надеялась, что Мария Владиславовна поделится со мной новостями. Ну что ей стоит, это же нетрудно. Пусть даже она меня и не любит, но ее-то сын любит.

Свекровь была дома и выглядела странно. Я не могла понять в чем дело, вроде та же женщина, но что-то не то. Через несколько минут до меня дошло! Она была раздавлена! Она явно недавно сильно плакала, она потеряла свою царственную осанку и даже выражение лица стало простым и несчастным. Боже! Что случилось?! Неужели…

Я бросилась перед ней на колени:

– Мария Владиславовна! Что?!!! Что случилось?! Он умер?!

Свекровь взглянула на меня недоуменно и разрыдалась:

– Нет, но все равно, что умер! У него травмы, несовместимые с жизнью, и то, что сердце пока бьется – это просто чудо! Я его видела, меня пустили, он весь в трубках, на ИВЛ и на нем нет живого места!

Сердце мое остановилось. Но ведь этого не может быть. Косте 31 год, он здоров и вынослив. Он не может умереть! Он летом в сплав на байдарках собирался! А осенью мы планировали поехать в Италию, мы уже все-все придумали – и маршрут, и экскурсии. Как же он может умереть? Это никак невозможно. А потом мы планировали ребенка, потому что уже пора и нам захотелось. Что значит – умереть? Нет, это нельзя, он не может.

В себя я пришла от пощечины, в голове зазвенело. Оказывается, все это я бормотала вслух. И свекровь не выдержала. Она была права, наверное… Но у меня больше не было сил с ней мириться. Я с трудом встала с пола, в прихожей тщательно оделась и вышла из квартиры.

Пошла я куда глаза глядят. Такое бывало со мной редко, но в минуты душевных потрясений я просто шла. Через некоторое, иногда довольно продолжительное время, физическая часть меня брала свое – я замерзала, начинала хотеть есть, пить или в туалет, у меня уставали ноги. И тело как-то приструнивало душу, и она утихала хотя бы на время. Можно было вернуться домой и как-то уже обдумать ситуацию, принять какие-то решения или примириться с действительностью.

Но в этот раз действительность была как-то очень уж ужасна. Я шла и шла, шла и шла. Переходила через улицы, поворачивала в переулки. Иногда заходила в тупики и возвращалась обратно. Я даже не узнавала местность вокруг себя. Я искала выход. Но не видела его, совсем никакого. Куда ни ткнись, везде маячило страшное слово “смерть”. Через некоторое время мое сознание зацепилось за слова свекрови – “то, что сердце пока бьется – это просто чудо”. Чудо! Ну конечно! Нам нужно чудо! Кто у нас по чудесам? Где у нас церковь? Я почему-то не подумала, что уже вечер и церковь, скорее всего, уже закрыта. Я совсем забыла о времени.

Остановившись на очередном перекрестке и засунув руки в карманы, я усилием воли попыталась сконцентрироваться и определить, где я. А, поняла! Ну и где тут церковь? Мда, понятия не имею. Значит, пойду куда глаза глядят, где-то она должна оказаться, их последнее время много стало в городе, какая-нибудь попадется.

В кармане что-то мешало. Я захватила помеху в горсть и вытащила ее из кармана. У меня в руке были смятые ярко-желтые флаеры. Много, не меньше десятка. Я вспомнила, что и вчера, и сегодня мне постоянно попадались на пути промоутеры с рекламками. И я, не глядя на них, просто запихивала эти листочки в карман. А они, оказывается, все одинаковые. Странно, что так получилось. Не ходила же я кругами возле одного заведения. Я расправила один флаер. На нем крупными буквами было написано «Ищешь чудо? Тебе к нам!». Ниже помельче адрес. И все.

Про церковь было забыто. Я двинулась по указанному адресу. Узкая улочка, вот и нужный дом. Где здесь вход туда, где раздают чудеса?

И тут мой ищущий взгляд наткнулся на вывеску. Скромная надпись над дверью. Желтая, а текст на ней черный. И написано там было “Жертва во имя”. И все.

Мой уставший мозг быстро связал понятия “чудо” и “жертва”. И я двинулась через дорогу. Хорошо, что это была тихая улочка и час пик, когда все возвращаются с работы, уже прошел. Потому что двинулась я, не посмотрев по сторонам и наискосок по кратчайшему пути.

У двери я встала и внимательно перечитала то, что было написано на вывеске. Нет, мне не показалось. На самой двери было расписание работы, но выглядело оно как расписание работы кафе, в нем было слово “завтрак”, например. Здесь кого-то… едят? Жертв? А потом происходит чудо? Да? Тогда я согласна! И я потянула дверь на себя. Она подалась.

Глава 2

Внутри оказалось неожиданно тепло. Или это я замерзла, шляясь по улицам холодным зимним вечером? Все равно. Я осторожно сделала шаг по пустому холлу. Да, очереди из жертв видно не было. Значит, буду первой. Страшно почему-то не было. Куда идти-то? А, вот открытая дверь и свет там горит.

Я заглянула в проем двери. В небольшой комнате в одном из двух имеющихся кресел сидел человек лет пятидесяти и увлеченно читал яркий журнал. Насколько мне было видно, что-то из области компьютерных игр. Я постучала по открытой двери. Мужчина слегка вздрогнул и поднял голову. Обрадовался и встал.

– Здравствуйте, Оксана!

Как я ни была поглощена горем, меня это смутило.

– Откуда вы знаете мое имя?

– Так как же! Я же вас жду!

Я окончательно растерялась и не нашлась что ответить. Было совсем непонятно, куда я пришла, зачем и что происходит. Мужчина тем временем, приветливо улыбаясь, подхватил меня под руку и провел ко второму креслу, осторожно усадил, а сам вернулся к первому. Усевшись, он сцепил руки на колене и выжидательно уставился на меня.

Я поерзала в кресле. Ощущала я себя как-то странно – немного неловко, немного дурочкой, но надежда на то, что чудеса таки могут случаться, отодвигала все эти чувства в сторону, заставляла преодолевать себя. Я откашлялась и спросила:

– А почему вы ждете именно меня?

Человек погасил улыбку, слегка подался ко мне и тихонько спросил в ответ:

– А почему вы зашли в эту дверь?

Я долго думала, как ему объяснить, но решила, что если уж он знает мое имя и ждал именно меня, то можно и не вдаваться в подробности.

– Потому что я хочу чудо, – твердо сказала я, – Хочу, чтобы мой муж был здоров, и я готова на что угодно ради этого.

Мужчина засмеялся.

– Хорошо, – воскликнул он, – Давайте уж сразу к делу, раз вы так решительно настроены! Итак, вы нам нужны. Но нужны на условиях вашего добровольного согласия. Вот чтобы полностью всей душой. А мы спасем вашего мужа. Будет жить долго и счастливо.

Это и есть чудо? Боже ж ты мой! Он будет жить? Несмотря на то, что сказали врачи, несмотря на травмы, несовместимые с жизнью? Неужели такое возможно? Так-так-так, что нужно сделать для этого, на что согласиться? Куда бежать? Что делать? Почку отдать? Или обе? Да забирайте все органы!

– Что я должна делать? – наверное, слишком поспешно, но я не хотела упустить ни единого шанса, а вдруг он передумает. Будущая счастливая жизнь с Костей уже стояла перед моими глазами – и ребенок, и совместные вечера, и путешествия, и золотая свадьба, все, о чем я мечтала и все, что мы планировали…

– Вы должны отказаться от мужа.

Оп. Не поняла. Я смотрела на мужчину и ничего не понимала. Как это? Почему? Мужчина выждал некоторое время и приступил к объяснениям:

– Вы должны отказаться от мужа. Вы, собственно, и замуж-то не должны были выходить, но тут уж стечение обстоятельств. Вам предназначен другой мужчина. Можно сказать, из другого мира. Поэтому теперь вы должны отказаться от мужа и выйти замуж заново. А Константина мы спасем, наша медицина гораздо лучше вашей.

Несколько минут я сидела молча и даже, кажется, без мыслей в голове. Потом проклюнулась первая:

– Бред, – сказала я, – это какой-то бред. Какой другой мужчина, какой вообще другой мир? Вы меня разыгрываете? Если да, то это очень жестоко.

Человек не сдавался.

– Понимаете, Оксана, в нашем мире (мы зовем его Данрелион) браки не заключаются наобум. Нет, конечно, есть романтики, которые выступают за браки на основе склонности к друг другу, но их немного. Все-таки подобный подход не гарантирует сохранения привязанности и далее, а самое главное – он несет риски в отношении потомства. С развитием медицины и технологий мы получили возможность проверки совместимости пар, прежде всего, с точки зрения рождения здоровых детей. Согласитесь, больной ребенок – это горе для всех? И прежде всего, для самого ребенка.

Это мне было понятно, хотя и звучало как начало романа в стиле фентези. Ну и евгеникой пахнуло. Мужчина продолжал:

– Поэтому у нас принято подыскивать себе подходящую пару через специальные службы. Иногда этим занимаются сами люди, иногда их родители. В случае высокопоставленных особ – их помощники. Я такой помощник.

Ах, мой предполагаемый жених – еще и “высокопоставленная особа”. Обалдеть. Да меня даже Мария Владиславовна, простая учительница из Хабаровска (ну ладно, не простая, целый завуч) считала ниже себя! Рассказ тем временем продолжался:

– Мой шеф поздновато решил жениться. Его оправдывает, что у него была пара, подобранная ему еще с детства. Но в результате несчастного случая его избранница погибла. Горгию пришлось искать пару заново. Подбор пары – не однозначное решение. Всегда есть еще варианты. Обычно выбирают того, кто подходит лучше всех. Но если это становится невозможным, можно рассмотреть других, в заданных пределах, конечно.

И тут я сообразила!

– Подождите! – почти закричала я, – А я-то! Я не из вашего мира! Откуда вы вообще знаете, что я подхожу?!

Помощник высокопоставленной особы вздохнул.

– Вы из нашего мира, Оксана. Родились у нас и ваши данные есть в базах. Вас не рассматривали никогда при подборе пар, потому что вы жили здесь и ваши родители поставили запрет на участие ваших данных в подборах. Ваши родители как раз и являются романтиками, они женились по любви. Вообще-то у нас это не возбраняется, хоть и не одобряется, они могли и дальше жить прежней жизнью. Но, к сожалению, родители очень отрицательно восприняли решение своих детей. Поэтому ваша семья приняла решение переехать в этот мир. Среди романтиков у него репутация “свободного дикого мира”. Как я теперь знаю, у вас еще есть брат. Вот его в наших базах нет, он родился уже здесь.

Мужчина замолчал. Молчала и я. Это все было как-то слишком… Слишком неожиданно, слишком необычно, слишком непривычно и еще много всяких “слишком не…” Значит, мои родители – пришельцы. Ну и я тоже, да. То есть, моя такая обычная мама, нытик и пессимист по жизни, когда-то была решительной и способной на поступок? А папа, обычный любитель рыбалки и не особый любитель работы, мог пойти наперекор мнению родителей ради любимой? Никогда бы не подумала.

– Подождите! – опять встрепенулась я, – Но вы сказали, что мои родители поставили запрет на участие моих данных в этих ваших подборах! Как же так!

Помощник развел руками, слегка пожал плечами:

– Программный сбой. Кроме того, ваши родители официально покинули Данрелион, с отречением и все такое, так что наша система позволяет не учитывать их мнение. Как бы то ни было, теперь Горгий знает, что у него есть пара с совместимостью 94 процента. Редкая удача, знаете ли. И для вас тоже, ваши дети будут здоровы практически стопроцентно. Прежняя пара Горгия совместима с ним всего на 45 процентов.

Я опять призадумалась. Все это очень мило и было бы даже интересно, если бы не обстоятельства. Итак, какой-то хрен с горы из другого мира лишился возможности иметь потомство от давно выбранной женщины, начал искать новую, случайно обнаружил меня, а я – хоп! и замужем. Но ему нужны эти редкие 94 процента, а значит, что? А значит, надо избавиться от мужа!

– То есть это вы подстроили ДТП с моим мужем? – тихо и глядя прямо в глаза собеседнику, спросила я.

От неожиданности он даже откинулся назад.

– Нет! Что вы, нет! – он вскочил с кресла, – Мы только искали к вам подход, думали, как предложить вам замужество. Вы любите мужа, судя по всему, и это было проблемой. Но мы не действуем такими способами, тут просто случай. Мы невиновны в этой аварии. Но мы можем исправить последствия.

Что-то верится с трудом, если честно. Столько совпадений не бывает. И сейчас они занимаются шантажом, заставляют меня принять решение, ставя почти в безвыходное положение. Но, с другой стороны, даже если это они, как я это докажу? И как заставлю исправить? Что же делать?

Раздался звонок моего телефона. Звонила свекровь. Я очень испугалась, она никогда мне не звонила, даже приветов не передавала, когда разговаривала с Костей. Дрожащими руками я ткнула в кнопку ответа.

– Оксана, дрянь этакая, где ты шляешься?!

О боже, такого она никогда себе не позволяла. Да, игнорировала, говорила свысока и мало, но чтобы ругаться, как базарная баба?!

– Что случилось, Мария Владиславовна? Что-то с Костей?

– Да, да! Его отключают от аппаратов и нужно твое присутствие, чтобы они этого не сделали! А ты где-то шляешься! В такой момент!

Я вскочила с кресла.

– Мне нужно в больницу! Сейчас!

Мужчина (блин, до сих пор не знаю как его вообще зовут) кивнул головой.

– Я могу вас доставить туда. Но помните, мы можем его спасти.

Я замерла. Да! С этого же все и началось! Я за этим сюда и пришла.

– Что нужно? – дальше я не могла уже говорить, надо было быстрее.

– Согласие, – так же коротко ответил он.

А, к черту! Будь что будет. Разбираться буду потом.

– Да, я согласна на ваше предложение. Только спасите его. – сказала я.

Я стояла у дверей реанимации через 15 минут. Как и на чем доехала, не помню. Какой-то черный автомобиль, ничего особенного. Выскочила медсестра, нарядила меня в одноразовый халат и я пошла за ней. Там в светлой и даже какой-то радостной палате, на больничной кровати, лежал мой Костя. Я даже не разглядела всех трубок и всех повязок, я видела только закрытые глаза.

У кровати стояла свекровь, красная и зареванная. Она бросилась ко мне, уцепилась за халат:

– Не позволяй им отключать оборудование! Еще слишком мало времени прошло! Он придет в себя! Не позволяй!

Я убрала ее руки от себя, подошла к Косте, взяла его за руку и незаметно прижала к его ладони маленький полупрозрачный диск. Засекла время, отпускать было нельзя полчаса. Никакие силы мира не оторвали бы меня от его руки сейчас. Я молчала и смотрела на мужа.

Рядом рыдала и ругала меня свекровь, даже била по спине, я ее почти не слышала. Я прощалась с мужем и мне было невыносимо больно. Он выздоровеет, да, но он же тоже будет страдать от нашей разлуки. Жаль, что я не могу облегчить и это его горе. Как несправедливо все… Теперь я понимаю своих родителей, когда они наплевали на все правила и устои, лишь бы не расставаться друг с другом. Интересно, какой у них процент совместимости? Почему их родители были настолько против брака, что им даже пришлось уйти в другой мир? Столько вопросов и стоит ли их задавать?

Вдруг Костя закашлялся. Тут же подскочил врач, до этого наблюдавший за церемонией, как он думал, прощания.

– Блин, он дышит сам! Отойдите! – закричал он мне, но я помотала головой и крепче вцепилась в Костину руку одной рукой и в бортик кровати другой. Меня попытались отпихнуть, но не вышло, я держалась крепко. Надо было продержаться еще 20 минут. И я держалась. Вокруг бегали люди, пищали какие-то аппараты, меня пытались оттереть от кровати, уговаривали, ругали, даже пытались отогнуть мои пальцы, вцепившиеся в бортик кровати, но я держалась. На 29 минуте моей борьбы с окружающими Костя открыл глаза. Все замерли.

Я дождалась истечения ровно 30 минут и осторожно, с большим трудом, по одному, разогнула пальцы. Сначала отпустила бортик, а потом и Костину руку. Костя смотрел на меня. Живой.

Меня таки отшвырнули от кровати. Что там делали медики, я не видела, у меня не стало никаких сил и я тихонько присела на стульчик у двери. Приборчик, выданный мне помощником Горгия, я сжимала в кулаке, его надо было вернуть.

Ко мне нерешительно подошла свекровь.

– Что ты сделала? Почему он очнулся? Что ты сделала?

Я молчала, только пожала плечами. Не хочу я ей ничего объяснять, да и как это можно объяснить. К нам подошел врач.

– Это необъяснимо. Конечно, нужны еще обследования, проверки, но судя по всему, с ним все хорошо. Даже под повязками зарубцевавшиеся раны. Как вы это сделали? Вы продали душу дьяволу?

Я встала, расправила плечи, усмехнулась:

– Ну… Можно назвать это и так.

И вышла из палаты. Не будем рубить хвост по кусочкам. Все сделано. Пришло время расплаты.

Помощник ждал меня в машине. Я села на пассажирское сиденье и протянула ему прибор.

– Ну как? -спросил он, – Все хорошо?

– Да, – кивнула я, – с Костей все хорошо. Что дальше? И, черт возьми, как вас зовут?

Он засмеялся:

– Я Алвис, очень приятно. А дальше мы поедем домой. Вам ничего не нужно с собой взять?

Я задумалась. Нет, я ничего не хотела. Все потеряло смысл. Меня старой не стало, я все потеряла. Разве выручат меня вещи, пусть и дорогие мне когда-то? Нет, все осталось в прошлом. Как быстро все произошло! Как быстро разрушилась моя жизнь!

Мы вернулись в дом, куда я пришла за чудом. Выйдя из машины, я бросила взгляд на вывеску и остолбенела. На той же желтой вывеске теми же черными буквами было написано “Желтая лилия”. Почему? Как? Что это было? Мой мозг так подвел меня? Вот я влипла… Ну зато Костя жив, здоров и будет счастлив. Наверняка будет.

Итак, назвался груздем – полезай в кузов. Я пошла за Алвисом. В той же комнатке, где мы разговаривали, Алвис подошел к двери встроенного шкафа.

– Готова?

– Нет, – сказала я, – и вообще я этого не хочу. Но давайте, пойдем уже.

Он улыбнулся и открыл дверь.

Глава 3

За дверью был короткий освещенный мягким светом коридор, в конце которого тоже была дверь. Другая, но обычнейшая. А как же порталы, светящиеся занавесы, дрожащие марева? Нет? И тут надули. Ладно, выбирать не приходится.

Алвис прошел первым, приглашающе кивнув мне головой. Я шагнула в шкаф, то есть в коридор. Дверь за мной закрылась. Два шага и Алвис открывает вторую дверь. За ней какое-то помещение. Просто небольшая комната без окон. Зашли, закрылась за нами и вторая дверь.

– Добро пожаловать в Данрелион, Оксана. Родина рада видеть тебя дома.

Пафосно, несмотря на банальное прибытие. Можно я не буду отвечать? На эту родину еще посмотреть надо, чтобы понять, рада ли я ей. Пока счет не в ее пользу.

Алвис вывел меня из комнаты, куда мы прибыли (наверное, это что-то вроде станции) и мы оказались в большом помещении. Ну да, вокзал. Ни с чем не спутаешь эту суету. Забавно, мир другой, а вокзал все так же узнаваем.

Помощник взял меня под локоть и мы пошли к виднеющимся вдалеке огромным прозрачным воротам. Наверное, это выход. Так и оказалось. И шли не очень долго, я думала, будет дольше.

За воротами нас ожидал… пусть будет транспортное средство. Я не знаю, как они здесь называются. Но смысл примерно тот же, что и у наших автомобилей, только еще летает. Ну да, конечно, я же в другом, более продвинутом мире, в таких всегда автомобили летают.

От волнения и какой-то злости на все со мной приключившееся, я даже не смотрела по сторонам, так что ничего не запомнила. Да и неважно это. Меня лишили любимого человека, моего мира, моей привычной жизни. Разве может быть что-то важнее этого? Да, я дала на это согласие, но под давлением обстоятельств и теперь даже жалела об этом. Если б не уверенность в том, что Костя не выжил бы без моей жертвы, мне стало бы еще хуже. А так – вроде все и не зря. Но все равно – как же обидно! И жалко уже себя!

Весь мой адреналин после произошедших событий кончился и я очень-очень устала. У меня не было больше сил спрашивать, двигаться, реагировать на происходящее. Я просто сидела, уставившись на свои колени и потеряв ощущение времени.

Когда мы приехали (или прилетели?), Алвис открыл передо мной дверь машины. Выходить не хотелось. Я тут уже уютно закуклилась в своем безвременье, а теперь надо опять двигаться и получать новые удары от действительности. Но пришлось и выходить, и двигаться.

Смутно я успела увидеть белую баллюстраду, много зелени и света, сияющие большие окна и меня завели внутрь. Было жарко, я начала снимать пальто и шапку. Чьи-то руки, кажется, женские, подхватили мою одежду, а потом и меня потянули куда-то вглубь дома. Ага, молодая женщина, что-то говорит, но я не понимаю. Но это все равно, иду за ней. Все, что успеваю увидеть, что дом просторный, светлый, легкий. Наверное, это даже не дом, а дворец. Впрочем, что я понимаю в дворцах… Но вели меня несколько минут, так что если это и не дворец, то очень большой дом, очень.

Завели в конце концов в какие-то дебри, вряд ли я смогу выбраться отсюда самостоятельно. По крайней мере, не сразу. Как минимум, третий этаж и очень много переходов и коридоров. Но комната хороша, ничего не скажешь. Большая, светлая, просторная. Я осмотрелась и увидела, что кроме женщины-провожатой, за мной пришел и Алвис. Его я и спросила:

– Что дальше?

Он ответил:

– Осваивайтесь, отдыхайте. Сегодня вам нужно прийти в себя, насколько я понимаю. А завтра начнется новая жизнь. Вам нужно будет пройти медицинское обследование и учиться жить в Данрелионе. Это, – кивнул он на женщину, – наша хозяюшка, управительница дома, Фаурия. Она отвечает за весь быт.

– Но я ее не понимаю! – слегка всполошилась я.

– Постепенно научитесь, но у вас будет помощница со знанием языка на первых порах. Она скоро придет. Ее зовут Асия. Вообще-то у нее другие обязанности в этом доме, она отвечает за библиотеку, но она согласилась помочь нам всем.

Я пожала плечами и села в креслице у окна. Ладно, пусть приходят любые Асии или как их там. Буду делать, что скажут. Посмотрю, как тут что, а потом… Потом будет потом. Может, все и обойдется. Может, предполагаемый отец моих детей вообще от меня откажется. Все-таки я не красотка какая, а он “высокопоставленное лицо”. Им вроде простушки не полагаются, они обычно женятся либо на красоте, либо на связях. Хотя… Я же не дома, это дома было так, а здесь ценность супруга исчисляют в процентиках. Если судить по ним, моя ценность довольна велика. И все же надежда на благополучное разрешение ситуации уже прокралась в мое сердце. Может, он не захочет он иметь со мной дела. Или произошла какая-то путаница и предстоящее медицинское обследование опровергнет нашу совместимость. Или кирпич ему на голову упадет, в конце концов. Или землетрясение случится. Здесь бывают землетрясения? Можно еще подвергнуться нападению дикого животного. А лучше всего – пусть он попадет в ДТП. Отлично! С него все началось, им же все и закончится.

Так я и предавалась мрачным мыслям, уставившись невидящим взглядом в пол, когда рядом раздалось осторожное покашливание и приятный голосок произнес:

– Здравствуйте, меня зовут Асия. Я буду вам помогать.

Небольшой акцент у девушки был. Дома я иногда сталкивалась с иностранцами, но акцент Асии не был похож ни на один из их. Что-то мягкое в произнесении твердых согласных. А Алвис говорил без акцента, вспомнила я.

Я подняла взгляд. Девушка была маленькая, как воробушек, большеглазая и большеротая. Симпатичная и внушающая доверие. Так, остальные уже ушли, пока я тут мысленно убивала их работодателя, а я и не заметила.

Асия улыбнулась и сделала приглашающий жест:

– Давайте я вам все покажу здесь? Все-таки теперь это ваш дом.

Дом… Где-то мой дом и вся моя жизнь… Но возражать я не стала, молча встала и пошла за девушкой. Комната, в которой мы находились, оказалась гостиной. А еще тут были спальня, гардеробная, ванная и что-то вроде кабинета. Зачем мне кабинет? Хотя, наверное, это были стандартные покои для гостей. А гости бывают разные, кому-то может быть нужен кабинет. Асия не говорила лишнего, она как будто поймала мое мрачное настроение и старалась его уважать.

Гардеробная была пуста. В спальне была застелена кровать. В ванной висели полотенца. В кабинете на письменном столе не было ничего, даже пыли. В гостиной на небольшом столике стояла ваза с цветами. Гостиница. Пустая и безликая. Страшная в своей стерильности и идеальности. И вот тут я разрыдалась. Упала на колени посреди гостиной и завыла. Все события последних дней навалились на меня огромной, страшной тяжестью, мне стало невыносимо больно, ужас сдавил мне сердце. Я наконец осознала, что я сделала с собой, принеся себя в жертву. И теперь я знала, что именно чувствует не просто жертва, а добровольная жертва…

Проснулась я в постели. Кто-то переодел меня в легкую сорочку. Фу, какая гадость, кружева, оборочки, я всегда предпочитала пижамы. Голова была тяжелой. И… и я все помнила. Господи, почему бы тебе не послать мне амнезию, как хорошей девочке, спасшей своего мужа? Хотя кто знает, может, с точки зрения Господа это не такой уж хороший поступок.

Чем вчера закончился день, я помнила не очень четко. У меня была истерика. Кажется, это так называется. Раньше я таким не страдала, но все когда-то бывает впервые. Мне даже и стыдно не было. Сегодня я даже записала эту истерику себе в актив. Может, такую неуравновешенную особу отправят обратно?

Вчера же я дала жару. Рыдания не останавливались, я даже задыхаться уже начала. Асия после нескольких безуспешных попыток ласково успокоить меня, вызвала Алвиса, а тот уже каких-то медиков. Мне влепили успокоительный укол, так назвали бы его у нас. На самом деле чем-то коснулись предплечья и я счастливо впала в забытье. Кто меня переодевал и укладывал в постель, не знаю. И даже знать не хочу.

Я откинула одеяло, села в кровати. Чертова сорочка, вечно они задираются. На прикроватном столике стало повеселее по сравнению со вчерашним днем. Стоял стакан воды и лежали какие-то плоды в синей миске. Воду я выпила, плоды есть не рискнула, да и не вызывали они аппетита.

Нехотя встала, побрела в ванную. Постояла, потупила, глядя на незнакомое устройство санитарной комнаты. Да, стоило вчера слушать внимательнее. Жаль, что это было не в моих силах. Впрочем, сложным оборудование не было. Вместо привычных кранов с вентилями или рычагом здесь в стене над раковиной (которая, зараза, парила в воздухе без видимых точек опоры) был серебристый ползунок, перемещая который можно было регулировать температуру воды. Чтобы вода вообще появилась, ползунок следовало слегка вдавить. Чтобы выключить, нажать повторно. Примерно то же было и с душем. Я не сразу поняла, что это душ, потому что стенок у кабинки не было, их заменяло то, что я бы назвала силовым полем, и вода шла с потолка по всей площади, отведенной под душ. “Стенки” пропускали сквозь себя все, кроме капель воды. Впрочем, с каплями на теле выйти было можно. Душ мне понравился чрезвычайно, прям не вылезала бы. С унитазом я тоже разобралась, хотя он, так же, как и раковина, выглядел очень ненадежным сооружением без труб и креплений. Но, рассудила я, раз уж из раковины вода куда-то девается, то и здесь, наверное, тот же принцип. Слава Богу, не ошиблась, а то был бы конфуз.

Расчески не нашла, пригладила влажные волосы пятерней. Полотенце нашлось. Одно из предполагаемых полотенец оказалось большой накидкой, я так понимаю, это был аналог нашего махрового халата. В этом я и пошла на поиски одежды. Своей или той, что мне тут выделят, неважно.

Через спальню я прочапала в гардеробную. Как я и надеялась, она уже не была пустой. Что мне тут предлагают? Гардеробчик скудный, да и ладно. Так, белье. В упаковках. На упаковках написано “Милавица”, “Belissima” и “Conte”. Бельишко-то родное. Хотя я помню, что с понятием, что именно для меня родное, начались сложности. Надеюсь, с размером угадали. Угадали. Вообще-то я белье после покупки стираю, но тут уж у меня не был сил решать этот вопрос.

На белье знакомое кончилось. Хорошо хоть вариантов не было. Висело серое платье покроя мешок с карманами и стояла обувь типа тряпичные тапочки, тоже серая. Надела что предложили. Я была готова к выходу в свет. По крайней мере, не голышом.

Вернулась в спальню, постояла в раздумьях – заправить кровать или тут не принято? Ненавижу разобранные постели, так что взбила подушки и расправила одеяло. Никакого покрывала не увидела, оставила так. Собственно, больше поводов оставаться в условной безопасности спальни не было. Пришлось выходить.

Я осторожно приоткрыла дверь в гостиную. Вроде никого. Я вышла и прикрыла за собой дверь. Обошла комнату по кругу и обнаружила выход на балкон. Вчера я его не видела, скорее всего, не дошла просто. Открыла одну из створок огромного французского окна и вышла на свежий воздух.

Балкон оказался террасой, тут можно было приемы устраивать, пусть и небольшие. Был здесь и набор, сошедший с какой-нибудь картинки о красивой жизни – плетеные кресла и стеклянный стол, окруженные растениями. Я подошла к перилам террасы, осторожно выглянула вниз. Ух, как высоко! Непохоже,0 что это третий этаж, как мне показалось вчера. Это гораздо выше.

Дом стоял на горе, внизу был зеленый лес, из которого кое-где далеко-далеко выглядывали верхние этажи или только крыши домов. Нигде не было видно дорог, дома располагались довольно далеко друг от друга. Местность по мере удаления от меня становилась все более похожа на равнину и заканчивалась… Морем! Наверняка это было море, по крайней мере, другого берега я не видела. Воздух был прозрачным, облака пушистыми, солнышко ласковым. Просто идиллия, да и только. Выглядело все привычным – растения зеленые, небо голубое и море бирюзовое.

Я решила подождать здесь. Надеюсь, кто-нибудь придет и скажет, что мне делать дальше. Наверное, можно и вниз сигануть, но я пока не готова к такому шагу. Вдруг все еще обойдется? А пока буду сидеть тут и любоваться этим потрясающим видом.

Мой расчет оказался верным. Через некоторое время я услышала легкие шаги. Это пришла Асия.

– Доброе утро! Как вы себя чувствуете, Оксана? – доброжелательно спросила она.

Я пожала плечами, но на приветствие ответно кивнула. Асия вряд ли виновата в моих бедах, стоит ли срывать зло на ней.

Асия пригласила меня позавтракать и пообещала рассказать о моих планах на сегодня. Это было неприятно. Я с 18 лет сама распоряжалась своим временем и единолично принимала решения, пока не вышла замуж. А тут я неожиданно потеряла эти права.

Завтрак был накрыт в гостиной. Надо же, а я и не слышала ничего. Асия села за стол вместе со мной, но есть не стала. Завтрак выглядел привычно – яичница, хлеб, масло, сыр, чай, отдельно молоко и сахар. И в центре стола та самая миска с плодами, которая стояла в спальне. Или точно такая же. Я оглядела стол, поняла, что проголодалась.

– Асия, можно вопрос?

Асия улыбнулась:

– Конечно! Для этого я и здесь! Я уж думала, вы не заговорите никогда.

– Асия, а этот завтрак… Он земной или местный? Все выглядит знакомым, кроме… фруктов или что это?

– Не бойтесь, Оксана, наша еда подходит для землян и наоборот. Наши миры во многом одинаковы, можно даже сказать, что это один мир, но разделившийся давным-давно. У нас одинаковые законы физики, одинаковая химия, изначально у нас была одинаковая география, фауна и флора. С момента разделения, конечно, что-то поменялось, но не так уж и сильно. Ученые еще не пришли к однозначному выводу о том, когда именно наши миры разделились. Но вы привыкнете, практически все у нас так же. Например, кошки у нас все еще абсолютно одинаковые. И люди тоже.

Что ж, это придало мне смелости и я приступила к завтраку. Было вкусно. Съев все предложенное, я рискнула попробовать и фрукт. Да, Асия не обманула, не так уж сильны различия. То, что яблоко было синим, не делало его менее яблоком.

Закончив с завтраком, я вопросительно посмотрела на Асию – что дальше? Она, абсолютно правильно истолковав мой взгляд, поднялась:

– Я покажу вам место для занятий, а потом мы поедем к врачу.

К врачу? Ах, конечно, мне же предстоит медицинское обследование. Глядишь, и повезет, и все на этом закончится. А что с занятиями? Оказалось, что не только предполагаемому важному гостю, но и мне пригодится кабинет. Он уже не был пустым. Появился стеллаж, заполненный книгами разного формата. На столе расположились какие-то устройства, но я не стала вдаваться в подробности. Может быть, мне все это и не понадобится. Я держалась за эту надежду, как за спасительную ниточку, которая приведет меня обратно, домой, к Косте.

Оглядев кабинет, я повернулась к Асии:

– Едем?

Она заметно удивилась:

– Вы уже готовы?

– А как я должна быть готова? Что я должна делать?

– Да нет, ничего особенного, – сказала Асия, – обычно женщинам требуется какое-то время… Причесаться, например.

Я коснулась волос. Я и правда не представляю, что у меня с прической. Мне на самом деле все равно, даже если все волосы стоят дыбом. Но ладно, раз на это обратили особое внимание, можно и причесаться.

– Где мне взять расческу? – спросила я.

Асия всплеснула руками и повела меня в ванную. Там она показала мне незаметный с первого взгляда шкафчик, полный замечательных штучек. Как говорится, “все, что прелестнице надо”. Даже жаль, что меня это все на данный момент не интересует.. Зеркало в ванной тоже было, его просто надо было активировать. А в спальне был целый туалетный столик, но он явно появился тут недавно, видимо, пока я любовалась видами с террасы. Так что я причесалась. Это не очень меня украсило, поскольку волосы у меня жесткие и непослушные от природы. Обычно я укладываю их с помощью фена и средств для укладки, но сейчас не было на это никакого настроения. Меня все устраивало и так.

– Ну теперь ты можем ехать? – уже с нетерпением спросила я.

Асия вздохнула и утвердительно кивнула. Ее явно не устроил результат, но возражать она не стала. И мы пошли. На этот раз я старалась запоминать дорогу. Мы вышли в большой холл, пересекли его, миновали еще пару холлов, соединенных переходами, оказались на лестнице. Лестница довольно широкая и, наверное, мраморная, пролеты длинные. Но этаж все-таки третий оказался. Интересненько, с моего балкона было по другому. Ладно, потом разберемся.

Нас ждал автомобиль, или что это? Точно помню,что оно летает. Да что я мучаюсь, у меня же теперь гид есть!

– Асия, как это называется? У нас такое называется автомобилем, а у вас?

– Это называется рольд. Вы правы, это то же самое, что автомобиль в вашем мире, но у него больше функций. Он может передвигаться по земле, воде и воздуху.

Да, это должно быть удобно. Интересно, а зачем ему вообще возможность передвижения по земле? Летай себе по воздуху, приземляясь в нужных местах. Вода ещё ладно, рыбалка там какая-нибудь…

Впрочем, все это неважно, что я тут рассуждаю о том, что меня не касается вовсе. Может, я тут и не задержусь надолго.

Мы сели на второй ряд сидений в рольде. Водитель – я видела только его затылок, поздоровался с нами на местном языке. По крайней мере, на это было похоже. Головы он так и не повернул. Я благонамеренно сложила ручки на коленях и приготовилась наблюдать. Не хочу и в этот раз все пропустить. Может, дорогу запомню.

Но надежды мои пошли прахом. Проехав по дороге совсем недолго, рольд миновал большие ворота и взлетел! Ясненько, дорогу можно не запоминать, если только направление. Но нужно освоить управление рольдом, если представится такая возможность. Не удивляюсь, если у такого чуда техники есть какой-нибудь автопилот, что существенно облегчит задачу.

Господи, о чем я думаю! Как я вообще представляю себе побег из чужого мира, где я выделяюсь как белая ворона! Но я всегда была "в тихом омуте черти водятся". На конфликт иду редко, но втихую карабкаюсь к своей цели.

Отвлекла меня Асия возгласом:

– Смотрите, Оксана,а вот и Центр генетики! Нам сюда!

Я посмотрела в окно, в отдалении возвышалось огромное здание, монументальное и лёгкое одновременно. Как они этого достигли? Хотя чему удивляться – другой мир, другие технологии. Здание было красиво, но было в нем что-то, вызвавшее мысли об Империи. Но ведь это просто медицинское учреждение, зачем ему столько пафоса в облике? Тем временем наш рольд снизился и сначала полетел низко над широкой дорогой, а потом и вовсе перешёл на привычный мне наземный режим. Мы ехали среди густой растительности, деревья подступали очень близко к дороге и, кажется, были вполне земными. Ёлки я совершенно точно видела.

Через некоторое время мы были на месте. Как ни странно, водитель пошёл с нами. Видимо, доставить на место – это не все его обязанности. Рольд же совершенно самостоятельно куда-то отправился. Я была права, у него есть автопилот.

Внутри здание было не менее торжественным. Высоченные и широченные двери, огромный холл, просто циклопический, как будто здесь принимали великанов. Нам навстречу спешил человек в униформе. Мне кажется, медики даже у каких-нибудь рептилоидов будут узнаваемы с первого взгляда.

Он приветливо заговорил со мной, Асия переводила.

– Я рад вас видеть, госпожа, в нашем Центре. Будьте любезны пройти со мной. Уверяю вас, обследование не займёт много времени.

Я ограничилась кивком головы. Немного времени – это, наверное, хорошо. Хотя все зависит от результата. Если он будет подтверждать нашу совместимость, то лучше бы было подольше.

Мы пошли. Асия и безымянный водитель, которого мне так никто и не представил, двинулись за нами. Учитывая размеры этого Центра, я готовилась к долгому походу. Но нет – неожиданно перед нами оказался лифт. Полупрозрачный и переливающийся перламутром, но вполне узнаваемый. Даже двери были отдаленно похожи. Правда, они не раздвинулись с привычным грохотом, а просто растаяли. Наша компания, включая встречающего, вошла в лифт и двери появились снова. Изнутри лифт выглядел более основательным, хотя все равно смутно были видна окружающая обстановка. Сотрудник Центра произвел манипуляции над пультом управления. Слегка екнуло в животе и вид за полупрозрачной стеной сменился. Двери опять растаяли и мы вышли в новой локации. Да, отсюда я никуда не денусь. Я ничего не поняла в управлении лифтом, совершенно не ориентировалась в окружающем пространстве и еще много всяких не… Значит, с побегом придется погодить. То, что я дала согласие ради спасения Кости, меня не очень смущало. Сегодня я была уверена, что это согласие было вынужденным, что они сами подстроили эту аварию, чтобы получить его. А значит, игра с самого начала была нечестной. Значит, я ничего не нарушаю и могу смело обдумывать планы побега. Уже понятно, что я пока не могу этого сделать. Значит, надо затаиться и осмотреться.

Занятая этими мыслями, я и не заметила, как меня завели в помещение, похожее на операционную. Может, и не такое холодное и белое, но все равно мне стало очень неуютно. Надеюсь, они не будут меня резать, чтобы посмотреть, устраивают ли высокопоставленную особу мои внутренности?

Через Асию меня попросили лечь на стол, я мстительно улеглась прямо в обуви. Жаль только, что это никого не смутило. Набежала еще толпа сотрудников в униформе. Асия встала у изголовья и сказала:

– Вы не бойтесь, Оксана, вам не причинят вреда. Это стандартная процедура проверки здоровья. Вы просто расслабьтесь, все пройдет быстро.

Спасибо, дорогая, утешила. Впрочем, Асия тут совершенно ни при чем, зачем я на нее злюсь? Поэтому я ответила:

– Спасибо, Асия. – чем весьма удивила девушку.

Асия отошла, чтобы не мешать работе медиков. Дальше я ничего не поняла и почти ничего не запомнила. Время от времени надо мной проносились синие молнии. Со мной производили какие-то манипуляции, хорошо хоть, безболезненные. Длилось все это и правда недолго. Да, было не больно и не страшно, но все равно как-то унизительно. Что я им, племенная кобыла, что ли? Хотя, наверное, как-то так меня и воспринимал заказчик всего этого действа.

Мне помогли встать со стола и проводили в другую комнату, гораздо более уютную. Там были кресла и экраны на стенах, на которых транслировались умиротворяющие виды природы под приятную музыку. На соседнем со мной кресле устроилась Асия.

– Надо немного подождать, будут готовы результаты и мы поедем домой. Вы не очень испугались?

Надо же, какая забота. Ох, я же решила, что на Асию злиться не буду. Просто злиться больше не на кого, только она рядом. Но я не буду, надо оставаться человеком, пусть и в непонятных обстоятельствах. И потом, если всегда молчать, огрызаться и ни с кем не общаться, как же я буду получать информацию?

– Нет, Асия, я не испугалась. Мне просто было неприятно.

Асия явно обрадовалась, что я поддерживаю разговор.

– Почему же? – участливо спросила она.

– Даже не знаю, – я действительно не могла точно сформулировать, что именно мне не понравилось. Меня не обижали, не причиняли боли, все было быстро и аккуратно. И все равно, мне было неприятно.

– Наверное, мне не нравится не само обследование, а вообще ситуация, в которую я попала. У нас не принято заключать браки по результатам медицинского обследования. Это как-то странно.

– Да, я слышала, что у вас приняты браки по склонности. Но ведь это неразумно. Надо же заботиться о будущем. И потом – не все так плохо, как вам представляется. Насильно никто никого не заставляет. Если уж жениху или невесте не нравится будущий супруг, можно отказаться.

А вот это было откровением. Хотя могла бы я догадаться и раньше, ведь Алвис именно согласия от меня добивался. Иначе бы меня просто умыкнули, да и дело с концом. Но у них есть мое согласие… И пусть оно получено нечестным путем, я не могу этого доказать. Да и будет ли кто-нибудь меня слушать?

В комнату вошел водитель (или охранник?). Только теперь я разглядела его лицо. Мрачный тип. Орлиный нос, смуглая кожа, коротко стриженные черные волосы, а глаза – неожиданно – ярко-зеленые. Был он некрасив, а эти яркие глаза на темном лице придавали его внешности что-то демоническое. Хоть бы улыбнулся, что ли, может симпатичнее стал бы.

Он что-то буркнул и Асия тут же поднялась и сказала мне:

– Все, Оксана, все готово, мы можем ехать домой.

– Что хоть сказали? – спросила я, вставая с кресла, – Надеюсь, произошла ошибка и совместимость не подтвердилась?

– Я не знаю, – слегка улыбнувшись и покосившись на водителя, ответила Асия, – Мне не сообщили. Я думаю, вам дома все скажут – Алвис или сам Горгий.

Мы вышли из комнаты ожидания, прошли немного и вот он – старый знакомец космический лифт. Он перенес нас обратно в циклопический холл и мы отправились обратно – я в место заточения, мои спутники – домой.

Глава 4

Обратную дорогу я рассматривала внимательно. Мне это ничем бы не помогло, но виды были очень красивые. Этот мир был лесным и водным. Под рольдом расстилались бесконечные леса, разбавленные озерами и реками самых разных размеров. Время от времени посреди леса возникали небольшие поселения, а иногда – отдельные дома. Я вспомнила, что со своей террасы видела дома, а вот дорог, ведущим к ним, не видела. Спросила об этом у Асии. Та подтвердила – да, дорог мало. В основном, транспорт передвигается по воздуху, но внутри небольших населённых пунктов и на территории частных владений полёты запрещены. В столице и ещё нескольких крупных городах летать можно, но соблюдая огромнейшее количество ограничений.

Да, красивый и хорошо обустроенный мир. Технологии, опять же. Очень привлекательно. Впрочем, не бывает так, чтобы вообще не было недостатков. Один из них я уже знаю – зверская система заключения браков. Посмотрим, наверняка что-то еще выползет. Найдется какое-нибудь слабое место обязательно.

Наверное, если бы не Костя и не предстоящее замужество, я бы порадовалась, что попала сюда. Это же очень интересно на самом деле! Совсем другой мир и другие обычаи. И вообще здесь просто очень красиво. Но мысль о том, что там, дома, страдает Костя, не оставляла меня. Он же не знает, куда я делась и почему не выхожу на связь. Мало того, что он пережил столько боли и страха, еще и любимая жена пропала. Просто ушла и все. Уж свекровь-то распишет ему все в красках, еще и придумает что-нибудь сверху. Пусть придумает, мне не жалко, но Костя же будет переживать. Я вспомнила, как мы познакомились. Меня пригласила на празднование Нового года подружка Иринка. У нее всегда были какие-то шумные и разномастные компании, всегда было весело, но не всегда прилично. Там-то я и встретила Костю. На первый взгляд, он был нагловат и развязен. Но он совершенно очаровал меня тогда. На меня никогда не обращали внимания популярные ребята, а Костя обратил. Это было лестно. А еще он был художник. Не то, что я – обычный менеджер в компании сотовой связи. Я была приземленная и обычная, а он – человек искусства. Он закончил художественное училище, а я – курсы продавцов. Не поступила в институт на экономический, пошла на курсы от центра занятости, чтобы побыстрее. Родители не могли мне особо помочь, в нашей семье как-то всегда были трудные времена. Я вообще удивилась, что они меня отпустили поступать в другой город. Правда, отпустили с одним условием – поступать на экономический факультет. Мне хотелось на биологический, но родители были против. Я побоялась лишиться и той скромной поддержки, что они мне оказывали, и пошла поступать на экономический. Вполне предсказуемо провалилась, решила перекантоваться до следующего года, тем более, что можно было поступить на подготовительные курсы от института. Они облегчали поступление. Вот так я и оказалась в городе, в съемной комнате коммуналки вместе с подружкой, на скучной, хлопотной и малооплачиваемой должности менеджера. А тут Костя, красивый и свободный. Он уже закончил училище и работал дизайнером в рекламном агентстве. И я влюбилась. И когда он позвал замуж, согласилась, не раздумывая. Потом, правда, оказалось, что его мама не так представляла себе невестку и вовсе не для такой, как я, они со свекром покупали сыну квартиру и помогали ему деньгами. Но жили Костины родители далеко и это было терпимо. Зато у меня была Костина любовь…

Я уже была готова расплакаться, но мы прибыли на место. Очень вовремя. Я бы не хотела, чтобы меня видели в слезах. Объясняйся потом.

Когда мы с Асией вернулись в мои комнаты, она сказала, что сейчас подадут обед, а потом придет Алвис и расскажет мне всё. Интересно, что это – всё?

Обед был похож на наш, но какие-то детали все же выдавали в нем чужое. Например, в супе плавали плоские квадратики, которые на вкус оказались макаронными изделиями. Так понимаю, хотели сварить суп с вермишелью. Я не стала придираться, было вкусно. Я хотела побыстрее увидеть Алвиса и узнать результаты обследования. Надеюсь, высокопоставленная особа лично не явится, вот его мне не хотелось видеть. Мало того, я его почему-то боялась. Казалось, что вот как увижу его, так сразу и не останется никаких вариантов больше.

Алвис явился довольно поздно, я уже издергалась в ожидании. Когда он пришел, я бросилась к нему, как к родному.

– Ну что, какие новости? – воскликнула я вместо приветствия.

Алвис сдержанно поздоровался и сел в кресло. Вид у него был утомленный.

– Прежде всего, простите меня, что я так долго не приходил. Были важные дела.

– Ладно-ладно, ничего страшного, конечно, – нетерпеливо прервала я его, – Скажите же мне, пожалуйста, что показало обследование?!

Алвис потер лоб и устало сказал:

– Прежде всего, обследование показало, что вы практически здоровы. Есть некоторые мелочи вроде кариеса и небольшой миопии, а также признаков начинающегося остеохондроза, но это легкоисправимо в наших условиях. Что же касается совместимости, то в этот раз высчитаны несколько другие цифры.

Мое сердце замерло. Неужели? Неужели? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Алвис помолчал немного и произнес:

– Процент совместимости по новым данным составляет 96. И это немыслимо. Таких результатов не было никогда. Никогда и ни у одной пары. Поздравляю, ваша пара уникальна.

Сердце ухнуло вниз и там остановилось.

От расстройства я даже не очень слушала, что еще говорил Алвис. Просто махнула рукой и молча кивала головой. Смутно запомнила, что с завтрашнего дня начнутся занятия. Пока языком и историей Данрелиона.

Остаток дня я провела грустно перед телеэкраном. Я почти ничего не понимала в том, что показывают, но управление освоила. Хорошо еще, что у него было не только голосовое, но и похожее на привычное земное. Но сама я его не нашла, попросила Асию.

Следующий день показал, что гардероб мой увеличился. Я выбрала юбку и джемперок, на ноги туфельки вроде балеток. Подобающе это или нет, я не знала, одежда выглядела обычной, да и ладно.

Завтракала я опять с Асией. На этот раз она присоединилась к трапезе. За завтраком Асия сообщила, что с утра у меня занятия языком. Учителя пригласили специально для меня, она будет приезжать каждое утро. Потом свободное время (мне разрешались свободные прогулки по дому и территории!). После обеда – история и обычаи Данрелиона, там учителем будет мужчина. Занятия предполагают выезды на экскурсии. Это интересно. Значит, у меня будет возможность присмотреться к окружающей меня обстановке. Причем, что примечательно, и к внутренней, и к внешней. Я слегка воспряла духом. Ну давайте ваших учителей сюда!

В ожидании первого урока я торчала на террасе. Похоже, это будет моим любимым местом. Вид с террасы открывался просто фантастический, это я поняла еще в первый день моего пребывания здесь. Смотреть можно было бесконечно и не надоедало. Особенно меня притягивало море. Несмотря на то, что до него было довольно далеко, мне казалось, что даже воздух соленый. Я люблю море, особенно осенью, когда нет толп отдыхающих. Один раз я была в детском лагере в непопулярную смену – в октябре. Мне кажется, я была единственной, кто остался довольным после такого отдыха. У лагеря была большая территория и свой пляж, там можно было гулять без всякого контроля, чем я и пользовалась. Конечно, в лагере было много другого – экскурсии, вечерние дискотеки, конкурсы, но запомнились мне эти долгие, почти всегда одинокие прогулки по пустому пляжу.

Меня позвал незнакомый женский голос. Я пошла на зов. В гостиной меня ожидала женщина средних лет, очень миловидная. Вообще все люди, которых я видела здесь, были очень симпатичными – хорошо сложенные, с приятными чертами лица. Видать, все-таки их система совместимости дает правильные плоды. Хотя вот тот то ли водитель, то ли охранник… Мне он показался некрасивым. На нем, наверное, случился сбой программы. Вообще все это какой-то сбой программы. Эх, я опять отвлеклась, меня же ждут.

Женщина представилась:

– Меня зовут Ченда. Как зовут вас, я знаю, Оксана. Приступим к занятиям?

Мне ничего больше не оставалось, как согласиться. Мы прошли в кабинет и приступили к занятиям. Ченда была хорошим педагогом. Интересно, это у них целая методика разработана или она просто хороший преподаватель? На одном из перерывов я спросила Ченду об этом. Ченда – ученый, она занята изучением языков славянской группы нашего мира. Ей интересно поработать с носителем одного из этих языков вживую. Я с уважением посмотрела на Ченду. Такая умная женщина и тратит силы на какую-то девчонку. Я всегда уважала исследователей. Заниматься наукой – это не для каждого. По крайней мере, мои родители считали меня недостаточно умной для такого.

Занятия с Чендой мне понравились, как и сама Ченда. Поэтому когда она ушла, я даже слегка взгрустнула. Впрочем, мне оставили домашнее задание. Это меня даже радовало, учиться я любила и все равно делать было больше нечего.

Когда Ченда попрощалась, я вспомнила, что сейчас у меня свободное время и решилась высунуть нос из своих апартаментов. Надо же обследовать пространство.

За дверью был холл, который я помнила после вчерашнего путешествия в Центр генетики. Сначала я прошла по вчерашнему пути, чтобы восстановить его в памяти. Дошла до лестницы, которая вела вниз, к выходу. Спускаться пока не осмелилась. Пошла обследовать свой этаж. Людей не было. Холлы сменялись коридорами, как-то хаотично появлялись двери. А вот окон не было. Видимо, все окна находились в комнатах. Было тут скучно. Красиво, светло, нарядно, но скучно. Наверное, это какой-то гостевой этаж. Да, похоже на гостиницу, только не такую прямолинейную, как я привыкла. Тем не менее, я шла вперед. И каково же было мое удивление, когда я вышла к лестнице. Лестница точно была та самая, возле нее росли очень интересные растения, приметные. То есть я обошла этаж по кругу! Как интересно, прошла мимо своей комнаты и не узнала ее. Впрочем, немудрено, двери и холлы различались незначительно. В общем, на этом этаже пока ничего интересного нет. Кроме того, что дом почему-то круглый. Интересно, а у внутренних комнат куда окна выходят? Хорошо, что у меня такой красивый вид и прекрасная терраса.

Я вернулась в свои апартаменты. Послонялась по комнатам, взяла задание Ченды и пошла на террасу ждать обед и следующий урок.

Наконец-то я увидела, как появляется обед в моей комнате. Пришла Асия, а вместе с ней девушка, ведущая на поводке поднос. Как бы ни смешно это звучало, но именно так и выглядело – довольно большой поднос плыл по воздуху, а девушка управляла им при помощи недлинного шнурка. Девушка быстро сервировала стол и ушла, уводя за собой летучий поднос.

Сразу после обеда – мы только успели встать из-за стола – появился второй учитель. Он был прямо красавец по моим меркам, я даже слегка оробела. И как у такого учиться? Больше разглядывать его будешь, чем слушать. Но звали его Софос, это слегка сбило градус моего смущения. Смешное имя, напоминает древнегреческих философов.

Софос очень хорошо рассказывал, но по данрелионски. Видимо, владеющих русским языком не так много. Это и неудивительно, кому какое дело до одной страны, находящейся вообще в другом мире? Асия выполняла функции переводчика.

После первого занятия у меня в голове начала складываться картина этого мира. Здесь действительно была не одна страна. Их было 6. Конечно, наш мир казался данрелионцам каким-то сборищем удельных княжеств. Специалисты и изучали наши страны по группам. Страна, в которой находилась я, называлась Анитра. Была она не самой большой и находилась, как по нашему, на континенте Евразия. Понятно, что здесь континенты носили другие названия. Но мне пока было проще привязываться к знакомым наименованиям.

В принципе, сильно по устройству страны не отличались. Конечно, были расхождения в законодательствах и обычаях, но не более чем, допустим, между Швейцарией и Великобританией. Самое забавное, что язык во всем мире был один. Конечно, в разных странах и даже внутри этих стран были свои диалекты, но основа языка была одной. Какой же мешаниной в их глазах были мы!

Что меня очень заинтересовало, так это их система Центров генетики. С тех пор как пару столетий назад здесь расшифровали геном, Центры стали играть очень большую роль в жизни общества. Про брачные обычаи я уже в курсе, да. Но кроме достижений генетиков и биологов здесь очень продвинулись и психология, и социология. Из этих и других отраслей науки получилась очень интересная технология. Совместимость пар для получения здоровых и умных детей – это только часть того, чем занимаются Центры. Специалисты-генетики (название осталось такое, хотя по факту они занимаются не только ею) занимались разработкой и внедрением и других проектов.

Например, такой центр обязательно посещали школьники где-то в середине обучения. Как у нас говорят, профориентация. По результатам исследования детям давались рекомендации по дальнейшему обучению и выбору профессии. Рекомендации были именно рекомендациями, но последнее время велись разговоры об обязательности их исполнения, больно уж часто оказывались правы ученые, а не амбициозные родители. Уже многие работодатели интересовались “генетическим профилем” кандидата на рабочее место.

А вот в области назначения на должности, которые были важны для страны, уже давно не было никаких рекомендаций. Кандидат, не подтвердивший свою пригодность, не мог быть на нее назначен. Если судить по тому, что говорил Софос, никак не мог. Это вызывало во мне сомнения, коррупция, я думаю, есть везде. Но пока примем за истину. Система профориентации позволяла выявлять таких лидеров еще в школе, их и готовили соответственно. Но все равно – перед назначением проводилось углубленное исследование. И время от времени его надо было повторять.

Это было очень интересно. Я даже впала в задумчивость посреди урока, размышляя, какими способами жители Анитры обходят все эти сложности, если у них возникнет такое желание. А ведь наверняка возникает!

Софос, видя мою задумчивость, спросил, все ли мне ясно и может ли он продолжать? Я кивнула и вернулась к реальности. Далее последовало краткое описание других 5 стран и урок был окончен. Сегодня экскурсий не предполагалось. Домашнего задания мне Софос тоже не оставил. Это было неудивительно, я пока не могла ни читать, ни писать, ни слушать на данрелионском, а на русский тут ничего не переводилось.

Когда Софос ушел, я наконец догадалась спросить у Асии, откуда она знает русский. Теперь я понимала, что здесь это редкость. А тут и Алвис, и Асия – работают у одного работодателя и знают русский язык. Асия улыбнулась и сказала, что ее мать из России, когда-то давно ее отец встретил девушку в другом мире во время обычной туристической поездки. Такие поездки по карману не каждому, но ее отец уже тогда был востребованным специалистом и неплохо зарабатывал. Его очень интересовал наш мир и конкретно Россия, вот он и поехал. Язык у него тогда был на минимальном уровне, но девушке, принявшей его за простого иностранца, этого хватило. Когда же девушка дала согласие на брак и переезд, он признался, что является жителем не только другой страны, но и другого мира. Ее это, если и смутило, то ненадолго. Видать, та еще авантюристка была. Отцу Асии повезло, процент совместимости у пары был неплохой и влюбленные счастливо зажили.

– Хорошая история, – задумчиво произнесла я, – а Алвис? Ты знаешь, откуда он знает русский?

Асия расхохоталась:

– А Алвис – мой отец!

Ничего себе, как все просто-то. Но зато все понятно.

И потекли учебные будни. Если бы не мысли о страдающем без меня Косте и о предстоящем пугающем браке, все было бы даже классно. Здесь было интересно, вкусно кормили, никаких забот и хлопот. Санаторий с обучением.

Я потихоньку исследовала дом и его окрестности. Дом был прекрасен. Он был большой, просторный, светлый. В нем было много зелени и мало людей. Дом был не круглый, как я подумала сначала, а овальный, внутренние окна выходили в небольшой двор, посреди которого был пруд с фонтаном посредине.

Я посетила место работы Асии – библиотеку. Когда я научусь сносно читать, я буду заходить сюда чаще. Книги, в общем и целом, были похожи на наши, твердая обложка и пачка листов с текстом и иллюстрациями. Пока я спросила у Асии, есть ли детский раздел. Оказалось, что нет. Жаль. Все остальное мне было пока не по зубам. Впрочем, детские книги были у меня в кабинете, их приносила Ченда. Придется довольствоваться этим.

Третий этаж, как я уже выяснила, состоял из апартаментов. Там жили не только гости, но и некоторые сотрудники. Некоторые не жили постоянно, а иногда оставались ночевать, но апартаменты были закреплены за ними. Что ж, очень удобно, иметь подчиненных под рукой.

Второй и первый этажи я не решилась изучать самостоятельно после расспросов Асии о графике работы Горгия. Мне вовсе не хотелось столкнуться с ним, хоть я и не узнала бы его, скорее всего. И все же береженого бог бережет. Выяснилось, что графика работы нет, это было огорчительно. Конечно, можно было предположить, что у чиновника, или кто там он, высокого ранга рабочий день ненормированный. Но хоть как-то он свою работу же планирует? Асия этого не знала. У нее самой был обычный для Анитры рабочий день – с 10 утра до 16 часов дня. Это ради меня она работала сверхурочно. Надеюсь, Горгий ей оплачивает переработки. В итоге, я попросила Асию провести мне экскурсию по дому.

Второй этаж занимал Горгий. Вот жлоб, этаж-то огромный, что он там делает один? Сам с собой в прятки играет? В ответ на мое удивление, Асия улыбнулась и сказала:

– Но ведь это же не для него одного! Это для всей семьи! Когда у вас появятся дети, место очень пригодится, вот увидите!

Черт, я и забыла, что я тут не просто гость, а для целевого использования. Ладно, мы еще посмотрим, будут ли тут жить мои дети. Асия, пользуясь отсутствием Горгия, провела меня по этажу, позволив заглянуть в пустые комнаты. Только ближние к лестнице были заняты Горгием, их мы не осматривали. Непорядочно как-то без хозяина, да и мне было страшно. Но в небольшой спортивный зал мы заглянули, я посмотрела на несколько непонятных устройств. Наверное, это были тренажеры. Вид из огромных окон спортивного зала был такой же, как с моей террасы. Этот этаж был бы поуютнее третьего, если бы не пустота.

Первый этаж был поделен на две части. Одна часть была предназначена для приема гостей, там были залы и небольшие гостиные, нарядные, но не пафосные. Вообще в доме Горгия не страдали помпезностью, все было очень легко и светло. Вторая часть была удалена от входа, там были служебные помещения – кухня, кладовки всякие.

В доме было довольно много персонала, на мой плебейский взгляд. Секретари, помощники, повара, садовники, механики. Но я пока не знаю, на каком месте в местном табеле о рангах стоит мой… кто? предполагаемый муж? Может, ему так и положено, кто их знает. Некоторых сотрудников я видела, угнетенными они не выглядели, уже хорошо. Общаться с ними я пока не могла, но все впереди.

После осмотра дома, хоть и беглого, я решила, что пришла пора территории вокруг. В доме был парадный выход, он меня не интересовал. Я вышла через него один раз, удостоверилась, что кроме обширной подъездной площадки там вблизи ничего нет, и занялась гораздо более интересным вторым выходом.

За ним был внутренний двор, который я видела из одной из комнат третьего этажа. Просторный, как и все здесь, зеленый, с прудиком и фонтаном в центре. Наверняка здесь очень приятно гулять, хотя я не очень люблю парки и скверы, там скучно. Прогулки на природе мне больше нравятся. Но я все же исследовала и это место, я же тут не гуляю, в конце концов, а выход ищу. И не зря. Дальше оказалось много интересного. Я нашла еще один выход из дома, который вел в сад. Сад был не такой культивированный, как сквер. Ухоженный, но живой, не по линеечке. Очень мне понравился этот сад. Я даже нашла там почти на краю сада симпатичную беседку. Она, похоже, была позабыта и хозяевами, и садовниками, так как подзаросла слегка снаружи. Но внутри было уютно и из нее открывался красивый вид. В другую свою вылазку я обнаружила помещения садовника и гаражи. Вот это была удача. Я все еще лелеяла надежду научиться управлять рольдом и как-то убежать отсюда. Сюда я решила наведываться почаще.

Внешний мир осваивался тоже небыстро. После первых вводных уроков мы действительно стали выезжать на экскурсии и в музеи. Я старалась не отвлекаться, хотя это было сложно. Я, конечно, интересовалась историей и политикой, но больше старалась задавать вопросы по нынешнему устройству общества. Иногда Софос и Асия поддавались на мои просьбы и мы просто гуляли по улицам, заходили в кафешки и магазины, осматривали достопримечательности.

Но однажды я поняла, что была неправа, избегая музеев. Мы поехали в музей Множества миров. Во-первых, я узнала, что в Данрелионе известны еще миры, кроме нашего. Когда-то давно мир разделился не один раз, а несколько. Сколько раз, никто не знает точно. Ученые ищут и время от времени находят новые миры. На данный момент известно о десяти мирах. Открытое взаимодействие налажено только с тремя из них. В основном потому, что в тех мирах либо единое правительство, либо небольшое их количество, как в Данрелионе. Легче договориться. Остальные миры изучаются тайно. Данрелион, пожалуй, самый продвинутый из всех в технологическом плане. К тому же, именно здесь изобрели средство перемещения между мирами.

Тут я навострила уши, меня это живо интересовало. Дело в том, что кабины перемещения в Анитре довольно строго контролируются, перемещения учитываются и просто так пойти и сбежать в свой мир у меня не выйдет. А тут, в музее, была одна из первых изобретенных кабин! Да, она тоже охранялась, но тут не было учета. Она вообще не использовалась именно для перемещений. Сотрудник просто демонстрировал ее работу и показывал посетителям виды разных миров за стеклянной дверью. Теоретически можно было и пройти через эту дверь. Пробраться сюда было легче, чем в ту кабину на центре путешествий, куда прибыли мы с Алвисом. Я подобралась к экскурсоводу и попросила показать мой город на Земле. Удивительно, но моих познаний данрелионского хватило, хоть и впритык. А потом я внимательно проследила за действиями экскурсовода. Не все поняла, но постаралась запомнить. Вряд ли у меня получится увидеть это во второй раз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.