Кристи Кострова
Кафедра артефактов 1. Связанные магией

Пролог

Кира

Завернув барахтающийся молитвенник в одеяло, я с трудом засунула его в сумку и утерла пот со лба. Медитация дала совершенно не тот эффект, на который я рассчитывала. Я должна была прочувствовать силу, определить материал, который лучше всего откликается на мою магию… А не оживлять книги!

Сумка дернулась раз-другой и вдруг запрыгала по столу. Я успела поймать ее до того, как она шлепнулась на пол, и прижала к груди. Обернувшись, я взглянула на соседку по комнате: та безмятежно спала, подложив обе ладони под щеку. Ей не мешали ни свет лампы, ни мои сдавленные ругательства и грохот. До чего же крепкий сон!

Молитвенник снова напомнил о себе, саданув меня по подбородку. Ткань сумки смягчила удар, но я все равно зашипела от боли. И что теперь с ним делать? Я бы с удовольствием просто вышвырнула его в окно, но будет нетрудно выяснить, кому он принадлежит. А об ответственности за свою магию нам все уши прожужжали!

Я мрачно вздохнула. Определенно, придется рассказать об этом Клиффорду. Стоило представить преподавателя, скривившего губы в привычной насмешливой улыбке, как меня передернуло. Впрочем, время-то позднее: если его не окажется на кафедре, можно обратиться к мейстрессе Вебер.

Молитвенник снова начал брыкаться, и я поспешно затушила лампу и выскочила из комнаты. Лишь на лестнице поняла, что забыла переобуть домашние тапочки и заплести волосы в косу. Нет уж, возвращаться не буду – нужно как можно скорее угомонить это чудовище в сумке. С каждой минутой оно словно становилось сильнее – еще немного, и я не сумею удержать его!

В столь поздний час коридоры академии пустовали. Мне встретилась всего пара студентов, и они оба проводили меня удивленными взглядами. Не останавливаясь, я промчалась мимо них, надеясь, что они не узнают меня. Я здесь и так не пользовалась популярностью, так что новые слухи мне ни к чему.

Конечно, на кафедре никого не оказалось. С чего я вообще решила, что мейстресса Вебер будет здесь? Я проверила остальные кабинеты, но двери были заперты. Закусив губу, я искоса посмотрела на сумку. Вот бы оставить ее здесь!

Внезапно тишину коридора разрезал стук каблуков, и я удивленно прищурилась.

– Мейстресса Тэйвис?

Преподавательница магического черчения смутилась и быстро пригладила растрепавшиеся волосы.

– Амелия? – Ее голос прозвучал непривычно высоко. – Что ты тут делаешь?

Вообще-то это мне впору задавать ей такой вопрос: факультет теоретической магии находится в главном корпусе, а не на задворках академии, как наша кафедра.

– У меня срочное дело, – я кивнула на вновь задрыгавшуюся сумку. – Мне нужен кто-нибудь из преподавателей-артефакторов.

Мейстресса пожала плечами:

– Ты можешь обратиться к дежурному магу. Но если дело действительно срочное… Личные комнаты твоего куратора находятся сразу за поворотом.

Окутав меня облаком духов, она торопливо прошла мимо, одернув подол ярко-красного платья. У меня глаза полезли на лоб. На занятиях она выглядела как синий чулок, а сейчас… Да она явилась прямиком со свидания!

И наверняка от Клиффорда. Иначе откуда она знает о его покоях? Изнутри поднялось раздражение, и я упрямо мотнула головой. Мне нет дела до его личной жизни. А вот то, что он живет поблизости, весьма удачно. Молитвенник окончательно взбесился!

Перехватив сумку удобнее, я быстро преодолела оставшееся до комнат куратора расстояние и громко постучала. Затем еще раз. И еще. Да где его носит в такой час? Если Клиффорда здесь нет, то я просто оставлю молитвенник у порога. Надеюсь, он любит сюрпризы? Особенно те, что пытаются лягнуть. В отчаянии я ударила кулаком, и неожиданно дверь поддалась. Скрипнув, она приоткрылась, словно приглашая войти внутрь.

Недолго думая, я шагнула вперед и оказалась в крохотной гостиной, заставленной мебелью, которой хватило бы, по меньшей мере, на три такие комнаты. Пожалуй, я уже не уверена, что она принадлежат Клиффорду… Если мейстресса Тэйвис все же ошиблась, то я забралась в чужие покои.

Нервно сглотнув, я попятилась и ойкнула: ваза, стоявшая на маленьком столике, покачнулась и рухнула на пол, расколовшись на мелкие осколки. Один из них приземлился аккурат возле моих тапочек, будто намекая, кого нужно винить в случившемся.

Черт, только этого не хватало! Если это действительно комната Клиффорда, то лучше убраться отсюда. А молитвенник… Я так и не успела придумать, как поступить с книгой, потому что над ухом вдруг раздалось:

– Что ты забыла в моей гостиной?

Обернувшись, я увидела взбешенного Клиффорда, придерживающего полотенце на бедрах. Его крепкая грудь была обнажена и покрыта капельками воды. Похоже, он только что из душа. Я шумно выдохнула, чувствуя, как щеки опалило жаром.

– Я пришла… Я хотела… – Язык не слушался, и проклятая сумка как назло затихла, словно тоже опасаясь гнева преподавателя. – Я случайно разбила вашу вазу… – Клиффорд прожигал меня взглядом, и я разозлилась. Прищурившись, раздраженно отбросила падающие на лицо волосы и добавила: – Вообще-то я здесь из-за вас. Это ведь вы велели мне медитировать в любую свободную минуту, хотя я говорила, что ни к чему хорошему это не приведет. И вот результат!

Открыв сумку, я вытащила завернутый в одеяло молитвенник и швырнула его на стол. Я ожидала, что он подпрыгнет или выкинет другой финт, но он вел себя, будто обычная книга.

Гнев испарился, а следом пришло чувство тревоги. Настоящая Амелия никогда бы не стала кричать на преподавателя и так обращаться с богослужебными книгами. Какого черта я творю?

Я пристыженно втянула голову в плечи и перевела взгляд на Клиффорда, ожидая выволочки, но его глаза вдруг опасно блеснули. Он стремительно шагнул вперед, сокращая расстояние между нами и вынуждая запрокинуть голову. Ноздри защекотал цитрусовый аромат мыла и тот особый запах, что присущ его коже.

– Это какое-то наваждение! – выплюнул Клиффорд. – Я стараюсь избегать тебя, но вот ты здесь – прямо в моих комнатах. Ты специально испытываешь меня?

– О чем вы? – пробормотала я.

– Притяжение, – хрипло отозвался он, проведя пальцем по моей щеке. – Меня тянет к тебе, тянет, несмотря на то, что ты невеста Итана.

Мимолетное прикосновение вызвало приятную дрожь, пробежавшую по позвоночнику. Губы пересохли, а сердце застучало быстрее обычного.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – покачав головой, уверенно солгала я.

Клиффорд дернулся, словно я залепила ему пощечину, и опустил руку. Уголок его рта приподнялся, а на лицо вернулась привычная ухмылка.

– Я твой преподаватель, но будь добра: держись от меня подальше. Не знаю, чему учат в монастыре Светлой матери, но заглядывать ночью к мужчине – не самая лучшая идея.

– Я здесь из-за него!

Я указала на шелестевший страницами молитвенник, и Клиффорд заинтересованно вскинул бровь.

Глава 1

Некоторое время назад

Кира

– Леди Амелия!

Звонкий девичий голос ударил по ушам, и меня бесцеремонно затрясли за плечи. Мысленно я возмутилась, но сбросить оковы сна не вышло. Неужели мама решила посмотреть очередную мыльную оперу прямо у меня над ухом? Весьма экстравагантный способ пробуждения. Впрочем, это куда гуманнее стакана холодной воды, вылитого за шиворот на прошлой неделе.

– Что произошло? – включился новый персонаж, на сей раз мужчина. – Почему моя невеста без сознания?

– Леди Амелия плохо переносит порталы, милорд Итан, – отозвалась девушка. – Накануне перехода она приняла зелье, но оно не помогло. Едва арка портала исчезла, как леди Амелия упала в обморок и ударилась затылком об пол.

Зелье? Это фэнтези? Странно, обычно мама предпочитала мелодрамы.

Послышался шум, а лба коснулась влажная тряпка. Запахло вонючей жижей, навевающей мысли о болоте, и в носу засвербело.

Нет, это уже слишком! Не иначе как младшая сестра присоединилась, фантазия у нее богатая. Накануне я сама просила родных разбудить меня – встреча в восемь утра для такой заядлой совы, как я, настоящее испытание. Я оглушительно чихнула и распахнула глаза. Уже готовая разразиться возмущенной тирадой, я приподнялась на постели, но слова застряли в горле.

Это вовсе не моя спальня! Комната с высоким потолком, узкими арочными окнами и роскошной антикварной мебелью не могла находиться в обычной двушке в спальном районе Питера. В мраморном камине у дальней стены ярко пылали дрова, а вечерний полумрак комнаты едва разгоняло сияние свечей.

Я полулежала на мягком диване с обивкой винного цвета, а надо мной нависли двое: девушка с чепцом на голове и в невзрачном платье с белым передником и молодой мужчина лет двадцати с небольшим. Он был одет в странноватый наряд: длинный камзол с двумя рядами пуговиц, из-под которого выглядывал пышный воротник рубашки, и узкие брюки.

Я прерывисто вздохнула, и горничная – ее форменное платье навело меня на эту мысль – шагнула ко мне, с готовностью вскидывая руку с вонючей тряпкой.

– Не нужно! – возразила я, мельком отметив, что мой голос звучит по-другому.

– Рад, что вы пришли в себя, – заговорил мужчина, кивнув служанке. – Монастырь Светлой Матери находится далеко от Акхайма. Три полноценных перехода – слишком тяжелое испытание даже для тренированного мужчины. Что уж говорить о хрупкой девушке. Как вы себя чувствуете, леди Амелия?

Я удивленно вскинула брови, начиная злиться. Все это какой-то глупый розыгрыш! Послезавтра мой день рождения, и наверняка это очередной странный подарок сестры. Сжав кулаки, я решительно поднялась и чуть не упала, запутавшись в многочисленных оборках длинного платья. Меня успели переодеть? Вдобавок ноги едва держали, а во рту появился кислый привкус.

– Прекратите! Я вовсе не…

«Не вздумай говорить им правду, – вдруг раздался женский голос прямо у меня в голове. – С пришлыми у нас не церемонятся».

Мне потребовалось все самообладание, чтобы промолчать и не сдвинуться с места. Если незнакомую комнату, странные слова и одежду можно было объяснить нанятыми актерами и театральным реквизитом, что насчет невидимых голосов? Легкое беспокойство, охватившее меня при пробуждении, грозило обернуться настоящей паникой.

Сообразив, что от меня ждут ответа, я выдавила:

– Простите, я все еще слегка не в себе.

– Да, наша помолвка была слишком внезапной, вам даже не успели подобрать подходящее сопровождение, – улыбнулся мужчина. – Вы позволите называть себя просто Амелией? Скоро нам придется забыть о титулах – в академии учатся представители разных сословий, и в ее стенах мы все равны.

– Академии? – пискнула я.

Какая еще академия? Хватало того факта, что он считал меня Амелией! Но меня зовут Кира, я родилась в семье инженеров, не имеющей отношения к аристократам.

Лорд Итан обеспокоенно посмотрел на меня, явно решив, что я крепко ударилась головой.

– Академия Аларанна.

– Ах, академия… – протянула я, чувствуя себя дурой. – Конечно!

– К сожалению, ваш портал прибыл слишком поздно, и нам уже пора выезжать в академию: иначе вы не успеете на экзамен. Но прежде я вызову вам лекаря.

Итан ушел, а я украдкой перевела дыхание и смахнула бисеринки пота со лба. Что случилось? Почему я здесь, а не дома? Происходящее все меньше напоминало розыгрыш, и горло сдавило отчаяние.

– Миледи, желаете прилечь? – спросила горничная.

Нужно куда-то отослать ее, получить хотя бы несколько минут передышки. Странный женский голос в голове запретил признаваться в том, кто я такая, и почему-то я верила ей. Кстати, где она? Могла бы дать еще пару советов.

– Принеси мне воды. – Мой взгляд упал на туалетный столик с графином и бокалами, и я тут же исправилась. – Лучше чая. И каких-нибудь пирожных!

Глаза служанки округлились – видимо, леди Амелия не ела сладости. Наверняка она была послушницей. Не зря же Итан упоминал какой-то монастырь.

Горничная робко поинтересовалась.

– Может, сначала дождаться прихода лекаря?

– Я вполне могу дождаться его сама.

Девушка быстро поклонилась и выскочила за дверь, а я лихорадочно заметалась по комнате. Первым делом подошла к окну, но за время разговора сумерки окончательно поглотили неясные очертания не то парка, не то леса. Редкие фонари смотрелись светящимися кляксами – похоже, по улице полз туман.

Вернувшись к двери, я подергала ручку и удовлетворенно выдохнула, когда она охотно провернулась. Я не заперта, и это, пожалуй, единственная хорошая новость.

В голове кружил ураган мыслей, и я прижала ладони к вискам, силясь вычленить главное. Итак, меня почему-то считают леди Амелией, прибывшей из монастыря. Лорд Итан – ее жених, но не похоже, что он близок с невестой, так что, скорее всего, они едва знакомы. И вишенка на торте: буквально через несколько часов придется отправиться на экзамен в академию.

Всему этому должно найтись разумное объяснение. Например, затянувшийся сон. Ухватившись за эту мысль, я сильно ущипнула себя за запястье и зашипела от боли. Бесполезно. Только белоснежная кожа покраснела – наверняка будет синяк ….

Подождите-ка! Я ведь всегда была смуглой. Нехорошее предчувствие узлом скрутило внутренности, а к горлу подкатила тошнота. Стараясь не смотреть на собственные руки, я толкнула еще одну дверь и оказалась в ванной комнате. Едва мазнув взглядом по бронзовой ванной с двумя массивными кранами, я шагнула к зеркалу и с чувством выругалась.

В отражении обнаружилась невысокая молодая девушка, одетая в скромное синее платье с белым воротничком. Светлые, с серебристым отливом волосы были заплетены в толстую косу, а та доходила до бедер. Помимо этого незнакомка обладала огромными зелеными глазами, опушенными длинными черными ресницами, почти прозрачной кожей и аккуратным носиком. Ничего общего с тем, что я видела в зеркале на протяжении двадцати пяти лет.

Теперь понятно, почему Итан считал меня Амелией. Я действительно стала ею.

Я отвернулась от зеркала и отчаянно покачала головой. Неужели это правда?! С самого пробуждения меня преследовала мысль о другом мире, но я старательно отгоняла ее. Но как иначе объяснить магию, голоса в голове и чужое тело? Может, я нахожусь под действием сильных препаратов, а это одна большая галлюцинация?! Но все выглядит так… реалистично.

Так и не привыкнув к новому отражению, я вернулась в комнату и обхватила плечи руками. И как меня угораздило так вляпаться? Со мной ведь никогда не происходило ничего интересного! Моя жизнь почти целиком состояла из работы: год назад я открыла свое дело – творческую студию для детей. Сама я терпеть не могла возиться с полимерной глиной, красками или вышивкой. Ничего из того, что принято называть «работой руками». Зато отлично умела договариваться о сотрудничестве с теми, кто любит эти занятия.

Я нахмурилась, и сердце кольнуло дурное предчувствие. А как прошла последняя встреча? Геннадий Петрович хотел повысить стоимость аренды, а я надеялась убедить его сделать скидку. Наша студия была еще слишком молодым бизнесом, некрепко стоящим на ногах. Именно из-за этой встречи я и просила маму меня разбудить. Но чем же все кончилось? Я напрягла память, но обрывки воспоминаний словно тонули в густом тумане.

Дверь распахнулась, пропустив горничную, нагруженную подносом с чаем и тарелками с десертами. Я тут же натянула на лицо радушную улыбку. Девчонка выглядела безобидной: наверняка из нее можно выудить какую-нибудь информацию. Однако вслед за служанкой вошел обещанный лекарь – пожилой мужчина, одетый в просторное светлое одеяние. Внутренне я насторожилась: насколько он хорош в своем деле? Сможет ли вычислить, что место Амелии заняла я?

– Добрый вечер, леди Амелия, – он уважительно склонил голову. – Позвольте, я осмотрю вас.

Я присела на диван и расправила складки подола. Пальцы едва заметно подрагивали, и я прикусила щеку изнутри. Не время расклеиваться!

Лекарь остановился напротив меня и выставил ладони перед собой. И чего он ждет? Может, это своеобразное приветствие? Пока я размышляла, его руки окутало золотое сияние. Я едва не дернулась, лишь в последний момент заставив себя остаться на месте. Магия! Черт, даже мое подсознание не способно на такие фокусы!

Внезапно по глазам ударила вспышка, а сияние преобразовалось в светящуюся плеть, потянувшуюся ко мне. Я проглотила изумленный вздох и поспешно зажмурилась. Вопреки опасениям больно не было: скорее, щекотно. Меня будто охаживали кисточкой в самых неожиданных местах.

– Вижу, что с полчаса назад вы пережили сильное потрясение, – забормотал лекарь. – Ах да, вот и то падение, о котором упомянул ваш жених – вы ударились затылком и потеряли сознание.

Я поморщилась: никак не привыкну к тому, что у меня теперь есть жених. При моем графике жизни на мужчин просто не оставалось времени. Мама была бы довольна. Я палец о палец не ударила, а у меня готовый жених!

– Однако ваше тело успело залечить полученные раны, так что теперь все в порядке.

Я встрепенулась. А ведь правда: Амелия ударилась затылком, но я не чувствовала боли. Слабость присутствовала, но, возможно, это последствия переселения души.

– Что бы ни говорили фидры, древняя кровь бывает полезной, – усмехнулся лекарь, опуская руки. Я подняла на него удивленный взгляд, и тот, изменившись в лице, поспешно добавил: – Простите, леди Амелия, я не хотел оскорбить вашу веру! Вы не виноваты в том, что в вас взыграла древняя кровь, и сполна искупили вину в монастыре. Должно быть, фидр Стефан вами гордится.

Из его тирады я мало что поняла, но на всякий случай кивнула. Лекарь заметно расслабился и открыл поясную сумку. Выудив пузырек с зеленоватой жидкостью, он протянул его мне:

– Примите зелье в карете: поможет от укачивания.

– Благодарю, – произнесла я и проводила спешащего уйти мага внимательным взглядом.

Похоже, местная вера не приветствует носителей древней крови. Амелии не повезло, и за это ее отправили в монастырь. А кто такой фидр Стефан? Наверняка один из родственников.

Это были крохи информации, но хоть что-то. Опасения внушала только та самая древняя кровь. Не хватало еще обзавестись рогами или другими, более интересными частями тела. Представив себя с длинным скользким хвостом с кокетливой кисточкой на конце, я прыснула со смеху. Лишь озадаченное лицо служанки заставило меня успокоиться. Надеюсь, Амелия прежде не страдала душевными расстройствами? Если я продолжу в том же духе, меня мигом упекут в лечебницу.

Горничная все еще настороженно смотрела на меня, поэтому я понурила голову и вздохнула:

– Я так волнуюсь!

– Немудрено, миледи, – с готовностью ухватилась она за мои слова. – Помолвка была такой неожиданной – ваша с лордом Клиффордом магия показала наибольшую совместимость! А будущая жена высшего лорда обязана получить образование в академии. Хотя бы один год, если ее дар слаб.

Похоже, за неожиданное возвращение в ряды студентов надо благодарить жениха. В противном случае Амелия так и торчала бы в монастыре, замаливая грехи предков. Но о какой совместимости идет речь?

Внезапно меня пробил холодный пот. А как я буду учиться в академии? Допустим, перед прислугой и женихом можно прикинуться дурочкой, но как быть с остальным? Если дело дойдет до учебы, мне не справиться. Я даже собственную фамилию не знаю!

Да и не испытывала я желания вновь садиться за парту. Хватит с меня, я свое отучилась. Надо выяснить, действительно ли «пришлых» здесь не любят и чем это мне грозит. Все же голоса в голове – не самый достоверный источник информации.

Я прикусила губу и жалобно посмотрела на служанку, принявшуюся хлопотать вокруг меня.

– Я так боюсь, что не справлюсь и подведу лорда Итана.

– Милорд – благороднейший молодой человек! Он поможет вам освоиться в академии, как-никак он почти выпускник.

Я легонько поморщилась, не зная, радоваться ли этому обстоятельству. Поддержка не помешает, но чем чаще мы с Итаном будем общаться, тем легче ему раскусить меня.

Стоило вспомнить о женишке, как в дверь постучали. Дождавшись разрешения войти, внутрь заглянул Итан.

– Леди Амелия, вы готовы к поездке? Ваш багаж уже погрузили в карету.

– Конечно.

Под ложечкой засосало от страха, но я упрямо сжала зубы и вскинула подбородок. Чем бы ни обернулась поездка в академию, я должна выяснить, как отыскать дорогу в свой мир и в свое тело. Амелия, конечно, красотка – будто прямиком из диснеевского мультика, но я хочу назад. Виски кольнуло, и на мгновение показалось, что плотина, сдерживающая мои воспоминания, вот-вот рухнет. Я немного подождала, но тщетно.

«Эй, ты! – мысленно позвала я незнакомку. – Не хочешь рассказать что-нибудь еще?»

Как я и ожидала, ответа не последовало. Вздохнув, я поспешила за женихом.

Итан решительно шагал вперед, обеспокоенно посматривая на меня – похоже, из-за обморока Амелии мы опаздывали. Я же не отказала себе в удовольствии поглазеть на коридоры, застеленные настолько мягкими коврами, что мои ноги в туфельках на плоской подошве буквально утопали в ворсе. Стены украшали гобелены, но задерживаться возле них я не стала – все же Амелия не вчера родилась.

Чем медленнее я шла, тем сильнее нервничал Итан. В конце концов, он не выдержал:

– Амелия, нам нужно поторопиться. Я обещал вашему отцу сопроводить вас на экзамен.

Похоже, отец Амелии – важная шишка. Итан ведь и сам лорд, но не хочет подвести будущего тестя. Кажется, жених даже покраснел. Такой трогательный!

Я бы с легкостью прогуляла экзамен, но что-то подсказывало, что меня все равно заставят на него явиться. Как бы так невзначай выяснить, что меня ждет? Будет глупо, если Амелия готовилась к нему целый год, а теперь и понятия о нем не имеет!

Подчинившись Итану, я ускорилась, и вскоре мы вышли на улицу. Я обернулась, чтобы рассмотреть замок. Его очертания терялись в темноте, но у меня перехватило дыхание. И впрямь настоящий замок…

Карета, запряженная двумя парами гнедых лошадей, уже ждала на аллее. Кучер, согнувшись в поклоне, поприветствовал нас и предупредительно открыл дверь. Я озадаченно посмотрела на Итана:

– Мы поедем вдвоем?

– Да, – смутился Итан. – Ваш отец велел обойтись без сопровождения – на поиски подходящей вашему статусу компаньонки ушло бы время, а нам надо успеть к началу учебного года.

«Мой» отец нравился мне все меньше и меньше! Он так жаждал выдать дочку замуж, что готов был закрыть глаза на все, что угодно. Наверное, эмоции отразились у меня на лице, но Итан понял меня по-своему:

– Последние четыре года вы провели в монастыре и отвыкли от мирской суеты, но я вас не обижу. Такая поездка может показаться неприличной, но я ваш жених. Скоро наша помолвка пройдет магическую проверку, а мы станем без пяти минут мужем и женой.

Я удивленно вскинула брови и насилу проглотила все, что думала о грядущем замужестве. Даже не знаю, радоваться ли тому, что сперва меня ожидает учеба! И какая еще магическая помолвка?

– Хорошо, – кивнула я, переводя дыхание, и позволила Итану помочь мне забраться в карету.

Внутри оказалось довольно уютно: окна занавешивали бархатные шторы, между мягкими диванами разместился небольшой столик. На потолке было закреплено несколько желтых шариков, излучающих неяркое сияние – наверняка снова магия! Пахло довольно приятно: чем-то цветочным. Итан сел напротив меня и постучал по стене. Мгновение, и карета тронулась.

– Сколько нам ехать? – спросила я и запоздало прикусила язык.

К счастью, вопрос не вызвал удивления.

– Пять часов. Обычно студенты прибывают в лес неподалеку от академии порталом, но в первый день принято приезжать без помощи магии.

Повисла тишина, и, пользуясь моментом, я внимательнее рассмотрела жениха. Первое впечатление не обмануло: он был еще молод. Двадцать с небольшим от силы. Открытое улыбчивое лицо, карие глаза и каштановые, слегка вьющиеся волосы до плеч. Симпатичный, но не в моем вкусе. И в первую очередь из-за возраста. Пусть между нами всего несколько лет разницы, я воспринимала его не как привлекательного мужчину, а как мальчишку. Но это я, настоящая Амелия выглядела совсем молоденькой.

– Волнуетесь? – спросил Итан. – Уверен, вы легко попадете на факультет жизни. Ваша кровь дарует вам преимущество.

Я нервно сглотнула. Знать бы еще, какая кровь! Наверное, именно из-за нее у Амелии настолько необычная внешность.

– Да и учиться вам будет легко: вы же отлично знаете все свойства растений, – подбодрил меня Итан.

Черт! Похоже, факультет жизни – это не лекарский, как мне подумалось, а что-то вроде ботаники. Это обстоятельство порядком меня обеспокоило. Трудно найти менее увлекающегося растениями человека, чем я. Мой максимум – отличить розу от пиона! У нас даже дачи никогда не было.

– Думаете, мне там понравится? – с опаской поинтересовалась я.

Итан едва заметно поморщился, но тут же горячо меня заверил:

– Непременно! Ваши сокурсники станут вам друзьями, а преподаватели помогут освоиться. Ни ваше происхождение, ни род не имеют значения в стенах академии.

Все ясно, дело плохо. А Итан совсем не умеет врать. Даже я понимала, что девчонка с древней кровью, которая провела четыре года в монастыре, вряд ли станет своей. Вдобавок Амелия знатного рода, а Итан, кажется, упоминал, что студенты принадлежат к разным сословиям.

Перспективы вырисовывались просто невероятные. Я мрачно усмехнулась и прикусила ноготь, размышляя. Нет, с этим надо что-то делать. Например, признаться в том, что я вовсе не Амелия? Не сейчас, конечно, можно слегка присмотреться. Хотя кого я обманываю: меня раскусят сразу же, едва я попробую продемонстрировать «магию»!

– Предлагаю перейти на «ты», – прищурилась я. – Мы же помолвлены, верно? Я же могу рассчитывать на твою помощь?

Мой расчет сработал: парень приосанился и кивнул:

– Конечно! Наши кафедры находятся на разных этажах, но я буду рядом.

Повезло, что Итан совсем не знает Амелию. Ее затворничество в монастыре мне даже на руку.

«А ты времени не теряешь!» – фыркнул уже знакомый голос.

Я встрепенулась и едва не ударилась головой о потолок кареты.

«Где ты была?» – мысленно прошипела я.

Не так-то просто сохранять доброжелательное выражение лица, когда хочется взять эту невидимую дамочку за шкирку!

«О, я ненадолго отлучилась. Тут столько всего интересного вокруг! Но ты хорошо держишься!»

Наверное, мое лицо приобрело зверское выражение, потому что Итан спросил:

– Ты в порядке?

– Да-да, – отозвалась я. – Пожалуй, я немного посплю.

Обескураженный жених хотел что-то спросить, но я зажмурилась и откинулась на спинку. Нельзя снова упустить мою собеседницу!

«Кто ты такая? Это ты перенесла меня сюда?»

«Не кричи, я прекрасно тебя слышу, – недовольно буркнула она. – И нет, это не я. Без меня не обошлось, конечно, но моей вины в этом нет – в своем мире ты умерла».

Что? Сердце пропустило удар. Я умерла? Незнакомка скорбно молчала, а на меня обрушился поток воспоминаний. Встреча с арендодателем… Мама с трудом разбудила меня, и я торопилась. В спешке порвала колготки, но переодеваться не стала – надела юбку подлиннее и выскочила из дома. Далеко не ушла – пришлось вернуться за сумкой, в которой остались все бумаги и кошелек. Автобус я заметила еще издалека: он остановился и уже открыл двери, выпуская людей из салона. Мой последний шанс успеть на встречу вовремя! Я бросилась вперед, крепко прижимая сумку к груди. Дурацкая юбка стесняла движения, и, отвлекшись, я не заметила выезжавшую со двора машину. Да и водитель мчал вовсе не на разрешенной скорости, забыв о том, что должен уступить дорогу пешеходу.

Я вздрогнула, окончательно вспомнив все произошедшее. Ладони вспотели, а в животе образовалась пустота. Словно наяву в уши ввинчивался визг тормозов, а в носу поселился запах жженых шин. Страшнее всего выглядели алые капли на сером асфальте. Я помню скрутившую тело боль, помню, как у меня не получилось делать вздох. Ирония судьбы: треклятую сумку, за которой я возвращалась домой, я так и не выпустила из рук.

Я действительно умерла. Горло сдавило обручем, а по щекам потекли слезы. А как же моя семья? Представилась моя хохотушка-мама, ехидная сестренка и посмеивающийся над нами отец. Их образ растаял в воздухе, а я обмякла на сидении.

«Тише-тише, – я почувствовала прикосновение к волосам, будто кто-то погладил меня по голове. – Это тяжело, я понимаю тебя.

Я утерла лицо от слез и бросила взгляд на спящего Итана. Кажется, он здорово вымотался, раз уснул почти сразу же, как мы замолчали.

– А ты кто такая? – спросила я, забыв о том, что надо говорить мысленно. – Местное божество или призрак?

Послышался грустный смешок.

«Все гораздо проще. Я и есть настоящая Амелия».

Слезы тут же высохли, а страх холодом стек по спине.

– Хочешь сказать, я заняла твое тело? – осторожно спросила я.

– Да. – Теперь голос Амелии словно звучал снаружи, но впечатление было обманчивым – Итан даже не пошевелился. – Наш мир – Каусрил – когда-то населяли волшебные расы: эльфы, драконы, тролли и прочие. Они давно канули в прошлое, но иногда их кровь все еще дает о себе знать. В моих предках затесалась дриада. У меня две сестры, но она пробудилась только во мне.

– Поэтому тебя упекли в монастырь?

– Именно, – в словах Амелии послышалась горечь. – Но хуже всего то, что иногда я и впрямь становилась дриадой. Меня начинало тянуть в лес, а каменные стены замка порождали мигрени. Даже собственное тело казалось клеткой, ведь душа рвалась на свободу. Прежде дриады вселялись в деревья или вовсе летали по миру, держась рядом с растениями.

Я не нашлась с ответом, и Амелия продолжила.

– Последние четыре года превратились в пытку. Иногда я просыпалась человеком и чувствовала себя вполне обычно. Монастырь, конечно, невероятно скучное место, но с этим можно смириться. А иногда… – Она судорожно выдохнула и замолчала на пару секунд. – Словом, за неделю до того, как отец сообщил мне о помолвке, я практически сошла с ума. Зелья, подавляющие древнюю кровь, не действовали, и дриада внутри вопила дни и ночи напролет, моля освободить ее хотя бы на несколько часов. Маги строго-настрого запретили мне идти у нее на поводу, но я так устала… Три портальных перехода окончательно измучили меня. Я ослабила контроль всего на пару мгновений, но душа оторвалась от тела.

– Но я ведь слышала тебя в своей голове, – неуверенно возразила я. – Выходит, ты все еще внутри.

– А сейчас я над левым ухом, верно?

Я резко обернулась, но никого не увидела. Сглотнув вставший в горле комок, кивнула.

– Да… И что это значит? И причем здесь я?

В голове кружил ураган мыслей, но ничего дельного выудить не получалось.

– Когда я освободила тело, его заняла твоя душа, лишившаяся материальной оболочки. А я… Теперь мое сознание представляет собой чистый эфир. Я могу кружить рядом или отправиться в путешествие… Вот только вернуться назад, в свое тело, не выходит. Для этого я сначала должна соединиться с лесом, но мое человеческое тело не вышло из ствола дерева и не связано с ним.

– То есть у тебя было тело человека, но душа дриады? – я потерла виски, пытаясь осмыслить историю Амелии.

Карета покачивалась и слегка дребезжала на ходу, а на стенах плясали тени от магических фонариков. Мне то и дело казалось, что если я как следует напрягу зрение, то увижу собеседницу… Тщетно, в этом мире она не существовала.

– Верно, и шанс на то, что я сумею вернуться, очень мал, – подтвердила Амелия.

– Но если ты все же вернешься…

– Одна из нас должна будет уйти, – закончила она. – Преимущество за полноправным хозяином тела, ведь он годами формировал рефлексы и воспоминания. Но зачастую чужаки с сильным характером могут выиграть эту схватку.

– Зачастую? – переспросила я. – То есть мое появление здесь не единичный случай?

Карета наехала на кочку, и я приложилась локтем о стену. Впрочем, я едва заметила это – все мое существо замерло в ожидании ответа.

– Чаще всего души перерождаются в новорожденных, но бывает и так, как у нас с тобой. Кажется, маги связывают такие наплывы пришлых с кровопролитными войнами и эпидемиями. Душ, ищущих новое пристанище, становится слишком много, и тогда они занимают все тела, даже те, что освободились случайно. После одного такого наплыва появился закон о чужаках. Маги до последнего защищают настоящую душу и делают все возможное, чтобы выгнать пришлого.

Рот наполнился горькой слюной, а от жалости к себе на глаза навернулись слезы. Теперь все окончательно прояснилось: я умерла, и моя семья похоронила меня. Одна мысль о том, что они пережили, причиняла боль. Но и в новом мире мне не найти пристанища, ведь здесь я всего лишь чужачка, укравшая тело Амелии. Ее жизнь не принадлежала мне, и я вдруг остро почувствовала, что с удовольствием сдала бы этот чертов экзамен и даже отучилась в академии. Все что угодно, лишь бы жить!

Амелия молчала, давая мне время собраться с мыслями. И все же я чувствовала ее присутствие – на сей раз она переместилась к окну, словно пыталась разглядеть, что там, за стеклом.

– Но тогда почему ты велела мне молчать? – спросила я, выровняв дыхание.

Невидимая Амелия словно повернулась ко мне.

– Если ты расскажешь, что пришла из другого мира, с тобой поступят по всей строгости закона о чужаках. Возможно, даже выставят из тела – я понятия не имею, как маги работают с пришлыми душами. Вот только это не поможет мне вернуться, я буду точно также беспомощно болтаться поблизости. Если у меня и получится, ты мне не помешаешь.

Слова Амелии звучали разумно, и я перевела дыхание. Что ж, по крайней мере, у меня есть время подготовиться к неизбежному.

– Выходит, ты предлагаешь мне жить твоей жизнью, пока все не прояснится, – спросила я. – Поступить в академию или даже выйти замуж.

– Именно, – согласилась Амелия, а мне почудилось облегчение в ее тоне. – Зачем изгонять твою душу, если, возможно, это тело и так достанется тебе? Но если ты выдашь себя, то…

Я ошарашенно покачала головой, не сразу найдясь с ответом. Вот только внутри поселилось беспокойство, которое вряд ли исчезнет в ближайшее время. Моя жизнь зависела от дриады, не желающей возвращаться в тело. И одна из нас все равно должна уйти.

– Идет, – наконец выдавила я из себя. – Но я рассчитываю на твою помощь. Я ведь ничего не знаю о вашем мире, наш… совсем другой. Да и как мне притворяться тобой? Мы толком незнакомы.

Внезапно Итан зашевелился, и я замерла, напряженно всматриваясь в его лицо. Не стоит ему слышать, как я разговариваю сама с собой. Однако парень устроился удобнее, подложил под щеку ладонь и снова засопел.

– Твоих рук дело? – хмыкнула я.

– Я не могу влиять на людей, даже на тебя. Просто у нашего жениха крепкий сон. – Амелия произнесла это таким ехидным тоном, что я не удержалась от смешка. – А что касается твоей просьбы… Просто ни с кем не спорь и опускай глаза в пол. В монастыре Светлой Матери царят строгие порядки, так что никто не удивится.

Я скривилась. Звучит не очень сложно, хотя молчание и терпение – не мой конек.

– И используй мою память! Перестань воспринимать себя отдельно от моего тела, и тогда знания о мире и о магии сами собой всплывут в твоей голове.

Ну хоть что-то!

– А что насчет экзамена? Вряд ли я успею быстро вспомнить все необходимое. Сомневаюсь, что у меня вообще получится…

– Ой, какая прелестная роща! – восторженно перебила меня Амелия. – Я обязана туда слетать.

Не успела я возразить, как она упорхнула прочь – шестым чувством я поняла, что помимо меня и спящего Итана в карете никого нет.

Просто прекрасно! Она, значит, будет нюхать цветочки, а мне отправляйся на экзамен. И самое удивительное: выбора у меня не было.

Глава 2

Джосс

Окинув взглядом толпящихся в коридоре людей, я вздохнул. Бедро предательски заныло, предчувствуя неприятности. И как я согласился на эту авантюру? Целый год в академии, да еще в качестве преподавателя. Пожалуй, во всем стоит винить последний бокал бренди: расслабился, проговорился фронтовому приятелю Дэниэлу о рекомендации лекаря… Вот только этот самый приятель с недавних пор стал королем и имеет право приказывать.

«Это для твоего же блага. Представь, что это санаторий» – припомнил я его слова и мысленно фыркнул. Да уж, очень похоже. Восторженно галдящая толпа: мужчины в строгих брюках, непременно светлых рубашках и жилетках, соответствующих цвету факультета, и женщины в приталенных платьях длиною до щиколоток. Смех, колкости и – наверняка в скором времени – интриги. И это только преподаватели! С минуты на минуту академия наполнится студентами, и о покое придется забыть.

– Лорд Клиффорд! – Пышнотелая женщина в пронзительно-розовом наряде восторженно мне помахала. – Присоединяйтесь к нам. Здесь у нас все с факультета прикладной магии.

Поморщившись, я подошел ближе.

– Зовите меня просто Клиффорд или вовсе Джосс. Здесь я не лорд, а всего лишь младший преподаватель.

Мейстресса Вебер хохотнула и погрозила мне пальцем.

– Не скромничайте! Пускай прежде вы не преподавали, зато у вас прорва практического опыта. Нашей академии повезло заполучить такого мага, как вы. Кстати, по моей настоятельной просьбе ректор закрепил за нашей кафедрой еще одну лабораторию. Вам никто не помешает!

– Боюсь, в этом нет необходимости, – скрипнул я зубами. – Вы наверняка наслышаны о моем… увечье.

В глазах присутствующих загорелся огонек любопытства, и две женщины даже шагнули ближе. Именно поэтому я и держался вдали от общества: любовь к сплетням в человеке неистребима. Я поймал проклятье три года назад, но все еще не привык к шепоту за спиной. Сильнее всего бывших завистников забавлял тот факт, что я заработал его не на войне, а в собственной лаборатории, когда изучал артефакты противника. Спустя год после подписания мирного договора с Шиаррой.

Мейстресса стушевалась:

– Я думала, это всего лишь слухи…

Иногда я жалел, что у меня не отнялась, к примеру, нога. Но магические проклятья невидимы, и эту фразу я слышал с изрядной регулярностью.

– К сожалению, нет, – сухо отозвался я. – С недавних пор высшая магия мне недоступна, а для работы со студентами вполне достаточно аудиторий или преподавательских.

Мейстресса Вебер мне нравилась, но она полагала, что заполучила на свою кафедру светило артефакторики, в то время как я не тянул даже на свечку.

Необходимость продолжать этот неловкий разговор отпала с появлением ректора – седовласого мужчины в белом жилете. По традиции он произносил приветственную речь для первокурсников и объявлял начало экзамена.

Массивные двустворчатые двери распахнулись, и мы потянулись в зал. Увидев ожидающих нас студентов, я невольно сбился с шага. В зале толпились, по меньшей мере, две сотни людей, и все они разом уставились на преподавателей, к коим теперь принадлежал и я.

Волнение в зале нарастало, а от шума разболелась голова – один из побочных эффектов моего проклятья. Следуя за остальными, я занял стул возле мейстрессы Вебер, трех смутно знакомых по студенческим годам женщин и худого старика с желтоватым лицом. Если я верно понял принцип рассадки, то все они тоже с кафедры артефактов. Прежде она насчитывала около двух десятков преподавателей и прочих сотрудников, а сейчас в чести, по-видимому, другие специальности. И к лучшему: меньше возни. Мейстресса сообщила, что под мое руководство перейдут первокурсники.

Речь ректора я честно пропустил мимо ушей. Из года в год ее содержание мало менялось: все та же высокопарная тирада о том, что все владеющие силой – щит королевства, а маги, принадлежавшие к высшим родам, – его разящий меч. Другие воевавшие преподаватели отводили глаза: слова предназначались для студентов, которые еще не знали, что такое настоящее сражение. И надеюсь, не узнают: после войны шиарцы бежали, поджав хвосты, и затихли на своем континенте. Приятно осознавать, что в этом есть и мой вклад.

Задумавшись, я едва не пропустил самую важную часть утра: собственно, экзамен. На столе сам собой возник артефакт – металлический поднос с россыпью стеклянных бусинок. Я простер руку над ним. Простейший артефакт, но, благодаря пролегающим под академией силовым линиям, мощный. Из-за них я и оказался здесь: лекари настоятельно рекомендовали мне пожить возле источника энергии. А что может быть лучше, чем главный очаг магии, над которым и построили академию? Поэтому Дэниэл и засунул меня сюда, напомнив о том, что имеет право призвать на службу любого мага из высшего рода. Я мог бы просто снять комнату поблизости, но нет! Король решил, что преподавание пойдет мне на пользу и позволит сохранить связь с любимой профессией.

Фыркнув, я окинул взглядом кишащий людьми зал. Студенты, переминаясь с ноги на ногу, нервничали, преподаватели негромко переговаривались и то и дело посмеивались. И все же невольно я почувствовал, что проникаюсь атмосферой академии. Да и артефакт-то, судя по остаточным эманациям, древний. Через него прошли тысячи студентов, а возможно, и я когда-то.

– Готовы? – спросила мейстресса Вебер, вооружившаяся огромной книгой со списком поступающих – еще одним артефактом.

Я кивнул, и ректор, словно дожидаясь этого момента, торжественно произнес:

– Объявляю начало экзамена!

Первые студенты потянулись к столам преподавателей, а мое внимание привлекла девушка с длинной серебристой косой, кончик которой болтался в районе бедер. Но удивила меня не ее необычная внешность – без примеси древней крови тут дело не обошлось, – а крайне угрюмое выражение лица. Ни затаенного восторга, ни беспокойства, лишь настойчивое желание убраться отсюда.

Я с легким трепетом активировал артефакт. Хоть на это моих сил хватало.

Глава 3

Кира

– Эй, осторожнее! – раздалось рядом, и я едва успела увернуться от здоровяка с ярко-рыжими лохмами, торчащими в разные стороны. Хотела возмутиться, но вовремя вспомнила: Амелия, скорее всего, промолчала бы.

Проводив громилу недовольным взглядом, я зашагала следом за Итаном по заполненным студентами коридорам. На улице едва рассвело, а внутри царил настоящий бедлам. Едва войдя в холл академии, я на несколько секунд оглохла и обвела помещение ошалелым взглядом. Первокурсников было легко отличить по взволнованным лицам и нервным движениям. Я и сама беспокоилась, а встречающиеся на пути студенты, листающие учебники и бормотавшие под нос какую-то тарабарщину, и вовсе пугали. Я не боялась завалить экзамен, сколько этого добра у меня было… Куда страшнее выдать себя отсутствием элементарных знаний о магии или мире.

– Ты, главное, не нервничай, – в третий раз за утро сообщил Итан. – Ты отлично справишься. Ты же из высшего рода!

Я едва сдержала вздох отчаяния. Утешил так утешил. Кажется, жених переживал, что уснул в карете, и словно пытался искупить вину. Будь я обычной первокурсницей, а не самозванкой, его болтовня отвлекла бы меня, но… Внезапно пришедшая мысль заставила меня замереть посреди коридора. Возмущенные окрики я не услышала, лихорадочно соображая. А есть ли она у меня вообще эта магия? Она ведь принадлежала Амелии. Память на сей счет молчала, не спеша открывать хоть какие-то секреты.

«Амелия! Где ты?! У меня появилось несколько вопросов».

Моя соседка по телу не отозвалась. Не удивлюсь, если она увидела новую прелестную рощицу!

Недоуменный Итан озадаченно уставился на меня, и я взяла себя в руки.

– Прости, я немного задумалась…

– Понимаю, тебе все здесь непривычно: такая суета и шум. В академии не принято встречать рассвет молитвой Светлой матери, но ты можешь делать это сама.

Я насилу удержала рвущееся с языка ругательство. Выходит, этого от меня и ждут? Пока я изображаю Амелию, я должна молчать и молиться. На рассвете! Не представляю, что заставит меня подняться в такую рань. Угораздило же меня попасть в тело монашки!

– Спасибо! – мило улыбнулась я.

Судя по напрягшемуся Итану, получилось не очень.

– Поспешим, – кашлянул он, и мы снова зашагали вперед.

Преодолев несколько лестниц и коридоров, мы оказались прямо в центре толпы, замершей перед огромными деревянными дверями, изрезанными странными узорами.

– Здесь мне придется тебя покинуть, – сказал Итан. – Я найду тебя после заселения!

Не дожидаясь ответа, он затерялся среди студентов, а я разочарованно прикусила губу. Я так надеялась, что он войдет со мной и назовет мою фамилию…

Двери пришли в движение, и студенты в едином порыве подались навстречу. Невольно я затаила дыхание, пытаясь заглянуть в распахнувшиеся створки. Интересно, что там?

Внезапно меня схватили за локоть.

– Я забыла формулу Ингстона-Флери! – Худенькая белобрысая девушка с отчаянием во взгляде уставилась на меня. – Помоги!

Я дернулась в сторону, но не вышло: она вцепилась в меня так, будто я ее последний шанс.

– Что-то я тоже не помню, – пожала я плечами.

– Ну та формула, что о первом законе энергии! – нетерпеливо пояснила девушка.

До чего же она прилипчивая!

К счастью, в этот момент двери окончательно отворились, и толпа хлынула внутрь. Я стряхнула ладонь девушки и увязалась за знакомым рыжим громилой. Он уверенно пробивал себе дорогу, и мне оставалось только следовать за ним. Люди шарахались от него, впечатленные не то ростом и могучим телосложением, не то свирепым выражением лица. Нервный он какой-то.

Когда все студенты вошли в зал, двери захлопнулись, и я едва не подпрыгнула на месте. С досадой дернула себя за косу и вздохнула. А я-то думала, что сумею незаметно улизнуть, если пойму, что экзамен мне не по зубам.

«Амелия, ты здесь?»

Дриада по-прежнему не отзывалась. Надеюсь, у нее есть серьезная причина не являться на мой зов. Но что могло задержать душу? Не в пробку же она попала?!

Я обвела зал мрачным взглядом и отметила внушительную высоту потолков, подпираемых светящимися колоннами. Мрамор иссекали те же странноватые узоры, что были на дверях – наверняка магического происхождения. Некоторые студенты с благоговением взирали на них, и я на всякий случай стерла с лица скептическое выражение.

Впереди расположился помост с двумя десятками столов, предназначенных, по всей видимости, для преподавателей. Кстати, где они? Если уж мне не отвертеться от экзамена, пусть все скорее закончится.

Словно в ответ на мои мысли, двери снова распахнулись, пропустив внутрь кучку людей. Вопреки моим ожиданиям, они не были одеты в просторные мантии или колпаки. Глупо, но от этого факта мне стало легче.

От преподавателей отделился невысокий упитанный мужчина в очках с настолько толстыми линзами, что напомнил мне крота. Определенно, лазерную коррекцию зрения в этом мире еще не придумали.

– Ректор Валдис, – пронеслось в толпе.

Я с интересом уставилась на помост, отметив, что ректор единственный одет в белую жилетку. Она опасливо натянулась на его внушительном животе, и я не удержалась от улыбки.

– Доброе утро, студенты. Рад приветствовать вас в стенах Академии Аларанны – лучшего учебного заведения во всем Тамриле!

По залу прокатились аплодисменты, и я присоединилась к остальным студентам. Похоже, ректора уважали, несмотря на его чудаковатый вид.

– Маги – наше главное преимущество. Вы – будущее королевства, его опора и гарантия благополучия. Маги защитят Тамрил, подставив свой щит, а представители высших родов обрушатся на врагов разящим мечом.

Между лопатками пробежал холодок. Чем дольше говорил ректор, тем сильнее я хмурилась. Это точно магическая академия? Такое ощущение, будто речь не о студентах, а о солдатах! Впрочем, наверняка здесь все маги военнообязанные. Остается надеяться, что в ближайшее время никакой войны не предвидится. К моему букету проблем только этого не хватало.

– Ну и напоследок: о приятном, – лукаво улыбнулся ректор. – Как вы знаете, академия построена над главным очагом магии. Именно благодаря ему ваш магический резерв и будет расти во время обучения. По традиции в семестре состоится два испытания, каждое из которых поможет вам увеличить вашу силу. Пусть это послужит вам мотивацией!

– Что еще за испытания? – пробормотала я.

– О, испытания – это лучшее, что есть в Аларанне. – Фыркнула стоящая рядом девушка, отработанным движением отбросив за спину роскошную гриву рыжих волос. – Я бы с удовольствием поступила в Шанрай – там не пришлось бы учиться бок о бок с простолюдинами. Но отец настоял на Аларанне. Он сам закончил ее, и благодаря испытаниям его магический резерв вырос в шесть раз!

Похоже, она каким-то образом поняла, что Амелия – аристократка, поэтому и заговорила со мной. Закончив фразу, девушка посмотрела на меня с превосходством, явно ожидая если не восхищения, то по крайней мере удивления. Я подыграла ей.

– Ух ты, здорово! Но испытания…

Она отмахнулась:

– Да, они опасны и всегда внезапны: подготовиться к ним невозможно. Ты же понятия не имеешь, чего ожидать. Но руководство академии не допустит, чтобы студентам причинили реальный вред. Нас просто пугают.

И у них отлично получается! Меня подобные испытания нисколько не прельщали. Да и есть ли у меня вообще этот магический резерв?!

Тем временем ректор закончил речь и, улыбаясь, произнес:

– Объявляю начало экзамена! Только, пожалуйста, не толпитесь. Образуйте очереди и по одному подходите к преподавателям.

В душе всколыхнулась паника, но я усилием воли ее усмирила. Снова позвала Амелию, впрочем, уже не надеясь на успех.

Что ж, придется справляться самой!

Первым делом я развернулась и направилась в конец очереди. Если увижу, как именно проходит экзамен, то успею сориентироваться. А может быть, и запомню что-нибудь полезное. Да хотя бы ту формулу с непроизносимым названием!

Стоило вспомнить белобрысую, как она перегородила мне дорогу. С мстительной улыбкой она пихнула меня в плечо, и я вывалилась прямиком на пол перед преподавателями.

Не зря она мне сразу не понравилась! Поднявшись, я одарила ее многообещающим взглядом и оправила подол платья.

– Осторожнее! Поднимайтесь на помост, – с доброжелательной улыбкой произнесла полноватая женщина в розовом платье.

Черт! Мой взгляд переметнулся на сидящего рядом с ней мужчину, с интересом взирающего на меня. На нем почему-то не было жилетки или шейного платка, как на остальных – с моего ракурса я могла видеть только черную рубашку с закатанными по локоть рукавами, обнажавшими красивые руки.

Просто отлично! Теперь мое бегство будет выглядеть еще более странно. Выдохнув, я перебросила раздражающе длинную косу за спину и уверенно зашагала к помосту.

Страх, сковывавший меня все утро, внезапно ушел, уступив место любопытству. В конце концов, многим ли после смерти удается увидеть магическую академию? Просто мое пребывание в теле Амелии завершится немного быстрее, чем мы ожидали.

Остановившись перед столом, я упрямо вскинула подбородок и обвела взглядом преподавателей.

– Ваше имя? – спросила женщина.

Моя уверенность в себе тут же пошатнулась. Пожалуй, это самое слабое место моего плана.

– Амелия… – медленно начала я.

– Ах да, Амелия Эллер, – подхватила преподавательница, уткнувшись взглядом в огромный фолиант, занявший всю поверхность стола. – Артефакт нашел вас среди поступающих.

Слава артефактам! Я едва слышно выдохнула и дернула плечом. Меня нервировал мужчина, не сводящий с меня глаз. Я вроде бы не успела выдать себя. Наверное, он просто недолюбливает студенток.

– Вижу, что теоретический экзамен вы сдавали в монастыре Светлой матери. Вы справились отлично, так что у нас не будет к вам дополнительных вопросов, – произнесла женщина. – Сразу перейдем к практике.

В толпе позади послышался шепот – наверняка мне перемывали косточки. Преподавательница выжидающе обернулась на коллегу, и я поняла, что мне следует подойти к нему. На его столе лежало серебряное блюдо с множеством разноцветных стеклянных шариков. Эти предметы настолько контрастировали с его мрачным видом, что я насилу удержалась от улыбки.

– Коснитесь артефакта и подождите, пока вам не захочется взять одну из бусинок, – голос у мужчины оказался таким же неприветливым, как и взгляд. Зато я приободрилась: все проще, чем мне думалось. Нужно всего-то выбрать стекляшку!

Преподавательница добавила:

– В личном деле отмечено, что в Амелии течет кровь дриады, так что ее выбор очевиден. Пока вы заканчиваете, я займусь другим студентом.

Не дожидаясь, пока меня поторопят, я коснулась серебра подноса и резко выдохнула. Кожу обожгло холодом, а на глазах выступили слезы, тут же застывшие, словно на сильном морозе.

Когда мне было восемь, я выскочила из подъезда в одной пижаме. Дверь захлопнулась, и я проторчала на улице целых двадцать минут, дожидаясь соседей. В минус двадцать! Но даже тогда мне не было так холодно…

Сознание затуманилось, и я не сразу вспомнила о том, что мне надо выбрать одну из бусинок. Только теперь я поняла, насколько самонадеянной была. Да я пошевелиться не могла, не то что дотянуться до бусины!

Преподаватель подался навстречу, сверля меня взглядом. Отросшие черные пряди упали на лоб, пряча его глаза. Надеюсь, он не прикидывает мысленно, как скоро я умру от переохлаждения?

Шарики пришли в движение: они хаотично катались по подносу, со звоном сталкиваясь друг с другом. Внезапно один из них – серебристо-золотой – взмыл в воздух и упал прямиком в мою ладонь.

Остолбенели и я, и преподаватель. Что его привело в изумление, я не знала, меня же удивило то, что я умудрилась поймать шарик. Сковывающий тело холод испарился, и я озадаченно повертела стекляшку.

– Какая неожиданность! – воскликнула преподавательница. – Видимо, дриада в вас не настолько сильна, как мы думали.

– И что это значит? – вырвалось у меня быстрее, чем я успела прикусить язык.

– Добро пожаловать на нашу кафедру! У вас уникальное сочетание даров: способности к прикладной магии и чарам, так необходимые в работе артефактора.

Я задумчиво вскинула бровь и, наконец, вернула шарик на поднос.

– Практического экзамена у вас не будет, – извиняющимся тоном добавила преподавательница. – По базовым заклинаниям вас нет смысла гонять, а магу-артефактору сперва нужно найти свой материал.

Я просияла, не веря в то, что мне так повезло. Кажется, кафедра артефактов – не такое уж плохое место. Спокойное и тихое… Не боевая магия или ботаника. Мне подходит.

Однако неприятности подстерегали меня вовсе не там, где я ожидала.

– Кстати, позвольте представить вам Джосса Клиффорда. Именно он и будет вести у вашего курса артефакторику.

Мой экзаменатор, вздохнув, помрачнел и сложил руки на груди. Странный он для преподавателя. Словно недоволен тем фактом, что ему придется кого-то учить.

Клиффорд… Разве это не фамилия моего жениха?

Я внимательнее взглянула на преподавателя, пытаясь отыскать схожие черты лица. Вряд ли они однофамильцы, ведь они и впрямь немного похожи – те же аристократические скулы и мужественный подбородок. Но Итан – шатен со светлыми глазами, а этот Клиффорд – кареглазый брюнет. На вид он был старше жениха лет на десять с небольшим, так что в отцы не годился. И на том спасибо!

Выходит, учить артефакторике меня будет родственник жениха. Не нравится мне это… Повышенное внимание со стороны преподавателя может обернуться неприятностями. Придется быть вдвойне осторожной!

От размышлений меня отвлек голос преподавательницы.

– Амелия, держите пакет всех необходимых документов. Не затягивайте с их изучением – вводная лекция начнется через пару часов.

Пачка бумаг оказалась довольно увесистой. Или это Амелия такая хрупкая? Задать новый вопрос не удалось – меня оттеснили в сторону другие студенты, жаждущие сдать экзамен.

Спорить я не стала: прижала бумаги к груди и пробралась к выходу. Лопатки обжигал чужой взгляд, и что-то подсказывало, что его обладатель и есть экзаменатор. Интересно, он в курсе, что я невеста Итана?

Стоило подойти к дверям, как они отворились сами собой, словно приглашая меня покинуть зал. Я невозмутимо протиснулась между створками, мысленно увещевая себя не реагировать на подобные фокусы. Если я буду пугаться каждого проявления магии, рано или поздно это обязательно привлечет внимание.

Оказавшись в коридоре, я привалилась к стене, затылком чувствуя холод камня, и зажмурилась. Я справилась! Сумела поступить в академию, что уже немаловажно. Когда Амелия снова появится, надо будет выяснить все, что она знает о своем даре артефакторики. Как там сказала преподавательница? Каждый маг должен найти свой материал. Возможно, моя соседка облегчит мое обучение.

А мне нужно затеряться среди других студентов и поискать информацию о переселении душ. Я все еще отчаянно надеялась, что Амелия ошиблась и у меня есть шанс на возвращение домой. Да хотя бы в такое же освободившееся тело!

Но сперва мне нужно найти общежитие. Странно, что меня никто не встречает. Как назло, и коридор опустел – компания весело переговаривающихся студентов ушла.

– Эй, монашка! – повернувшись, я увидела незнакомого светловолосого парня. – Ты чего жмешься к стене? Идем, я отведу тебя к общежитиям.

На его лице играла снисходительная улыбка, а сам он выглядел немного старше Амелии и прочих первокурсников.

– Почему ты? – насторожилась я. Обычно старшекурсники не очень-то любят возиться с младшими студентами, а этот кажется вполне довольным жизнью.

– Итан попросил, сам он куда-то внезапно умчался, – пожал плечами парень. – Кстати, я Джаред Уинфри.

Еще один аристократ, нутром почуяла я. На мгновение он сбросил маску рубахи-парня, и я успела заметить его оценивающий взгляд.

– Спасибо, – кивнула я и наконец оторвалась от стены. – Я – Амелия Эллер.

Джаред понимающе хмыкнул:

– Ты же младшая дочка фидра Стефана? Тогда ясно, почему тебя засунули в монастырь. Древняя кровь в семье главного фидра Акхайма! Скандал был знатный.

Я молча кивнула, испытывая противоречивые чувства. Странно осознавать, что малознакомый парень знает обо мне больше, чем я сама. А фидр Стефан тогда и впрямь был в бешенстве! Его перекошенное лицо всплыло перед моим взором, а в ушах зазвенел голос:

– Ты разочаровала меня, Амелия. Дурная кровь в семье главного фидра Светлой матери, осуждающей древние расы… И это накануне выборов в Совет Тамрила!

Вздрогнув, словно от пощечины, я очнулась. Никогда в жизни я не видела этого седовласого мужчину с пронзительным взглядом, но точно знала, что он отец Амелии. Работает! Память тела все же сжалилась надо мной и подкинула воспоминание.

Правда, не очень приятное. Сглотнув вязкую слюну, я легонько потрясла головой, приходя в себя. С такой семьей Амелии пришлось нелегко… Неудивительно, что монастырь показался ей неплохим местом.

Джаред шагал быстро, изредка бросая на меня любопытные взгляды. В конце концов, я не выдержала:

– Что? Ты хочешь о чем-то спросить?

Он удивленно вскинул бровь:

– А ты ничего, монашка.

Я поспешно прикусила язык, мысленно кляня себя. «Побольше молчи», – говорила мне Амелия, и стоило бы последовать ее совету. Я пожала плечами, твердо решив держать рот на замке.

Джаред, прищурившись, остановился.

– Вообще-то меня и впрямь гложет одна мысль… Откуда вы с Итаном знакомы?

О, так мой жених не рассказал приятелю, что у него появилась невеста! Или все же не успел? Пожалуй, оставлю эту честь ему.

Вместо ответа я неопределенно пожала плечами и опустила взгляд. Кажется, это именно то поведение, которого ожидали от девушки, одетой в платье послушницы. Вздохнув, Джаред что-то пробормотал себе под нос и вновь двинулся вперед.

Больше мы не разговаривали. Я глазела по сторонам, поражаясь царящему вокруг бедламу. Студенты колдовали прямо здесь же: с их рук слетали разноцветные искры. Заглядевшись на них, я едва не пропустила лестницу.

– А вот и женское общежитие, – сказал Джаред, когда мы поднялись на третий этаж. – Спросишь у комендатши номер своей комнаты.

– Спасибо, – поблагодарила я, а потом неожиданно добавила: – Да благословит тебя Светлая матерь!

Джаред отмахнулся и отправился по своим делам, а я озадаченно прижала ладонь к губам. Похоже, я и впрямь начала привыкать к телу Амелии.

Дверь в общежитие отворилась, и оттуда выпорхнули две девушки. Увидев меня, они переглянулись и, отойдя на несколько шагов, принялись шептаться. Я закатила глаза к потолку. Ну здравствуй, женский коллектив!

Глава 4

Кира

Дорогу к комендантше мне любезно указала девушка с копной ярко-розовых волос. Я несколько раз моргнула, но торчащие в разные стороны кудри по-прежнему имели весьма экстравагантный цвет.

– Лидия живет в конце коридора, – поморщилась она.

Прежде чем я успела задать вопрос, девушка умчалась, оставив меня в крайнем недоумении. Интересно, ее образ – результат магического вмешательства или банальная краска для волос?

Улыбаясь, я направилась к комендатше. Полы покрывали вязаные дорожки, а на подоконнике громоздились горшки с растениями. А здесь довольно уютно. Постучав в дверь, я вздрогнула: та отворилась мгновенно, а на пороге застыла красивая темноволосая женщина лет тридцати пяти, державшая в руках мундштук с сигаретой. Она невозмутимо стряхнула пепел в хрустальную пепельницу и вопросительно вскинула бровь.

И с чего я решила, что комендантшей будет старушка? Обстановка ввела меня в заблуждение.

– Мне нужна комната, – кашлянула я, отмерев. – Меня зовут Амелия Эллер.

Лидия, вздохнув, потушила сигарету.

– Идем, я провожу тебя. Твоя комната на третьем этаже.

Комендантша величественно выплыла в коридор, и я невольно ею залюбовалась. Темно-синее – наверняка форменное – платье подчеркивало достоинства ее фигуры и оттеняло дымчато-серые глаза. Не удивлюсь, если парни проникают в общежитие ради нее, а не ради студенток!

– Твои соседки по комнате уже заселились, – сообщила Лидия, когда мы поднялись по лестнице. – Обе они весьма импульсивные девушки, и я надеюсь, что твоя добродетель охладит их пыл.

О, это вряд ли! Вовремя прикусив язык, я состроила подходящую случаю постную мину.

– Светлая матерь укажет дорогу их душам.

Моя импровизация пришлась по вкусу комендатше, и я легонько перевела дух. Неужели она всерьез рассчитывает, что присутствие монашки угомонит соседок? А уж учитывая тот факт, что я ровным счетом ничего не знаю о местной религии… Как бы не прослыть еретичкой!

– Твой багаж уже прибыл, – сообщила мне Лидия. – Не буду мешать знакомству.

Вздохнув, я коротко постучала в дверь и, не дожидаясь разрешения, тут же вошла – в конце концов, это и моя спальня. Она оказалась просторной: сюда поместились не только три кровати и письменных стола, но и огромный шкаф и открытая полка для книг. Обстановка была довольно простой, но чистой и уютной. Никаких обшарпанных полов и потолков с обваливающейся штукатуркой. Главным украшением комнаты служил мраморный камин с кованой решеткой, но огонь в нем не горел. И неудивительно, мне и так захотелось закатать рукава платья – здесь было тепло, даже жарко. А вот двери в туалет не наблюдалось. Похоже, все удобства следует искать на этаже.

– Монашка, – фыркнула стоявшая у шкафа девушка. – С третьей соседкой нам не повезло.

Я узнала ее – это она рассказывала на экзамене про отца, увеличившего свой магический дар благодаря испытаниям. Она показалась мне немного высокомерной, но вполне дружелюбной. Да и в отличие от меня, Киры, Амелия принадлежала к высшему роду.

Не отреагировав на ее выпад, я шагнула к последней незанятой кровати, возле которой стоял багаж Амелии – всего два чемодана.

– Да ладно тебе, – отмахнулась вторая соседка. – Могло быть хуже.

Выглядела превосходно: высокая и стройная, одетая в роскошное платье, ничуть не похожее на мой строгий наряд. Волосы, короной уложенные на голове, отливали золотом.

– Я Ребекка Моррис, – представилась рыжая. – Меня определили на факультет жизни – на лекарский.

– Изабелла, – нехотя отозвалась вторая. – Изабелла Феллинг. Пространственная магия.

– Амелия Эллер, артефакторика.

Беспокойство, сдавившее грудь, ослабило хватку. Все не так уж и плохо. Я опасалась, что кто-нибудь из соседок окажется со мной на одной кафедре. В этом случае пришлось бы избегать совместного выполнения домашних заданий – достаточно задать вопрос, чтобы понять, что я ни черта не смыслю в магии.

Надеяться на память Амелии слишком опасно, мне нужны учебники.

– Шкаф мы уже заняли, а вещей у тебя немного, – Ребекка смерила взглядом мой багаж. – Думаю, тебе хватит двух полок.

– Кстати, насчет магического контура комнаты, – деловито заговорила Изабелла. – Сегодня я уже влила порцию силы, а вечером твоя очередь, Амелия.

– Какого еще контура? – удивилась я.

Ребекка усмехнулась:

– Ой, не надо нотаций! Может, в монастыре и привыкли к аскетичному образу жизни, но я предпочитаю, чтобы в спальне было тепло и светло. Если бытовые заклинания регулярно не подпитывать, то придется греться от тепла камина и жечь свечи. Зимы здесь суровые, мне отец рассказывал.

– К тому же, это полезно, – пожала плечами Изабелла. – Если ежедневно тратить часть магического резерва, то со временем тело привыкнет обходиться без него и дар усилится.

Похоже, все в этой академии направлено на то, чтобы увеличить потенциал мага.

– И не думай отлынивать от подпитки контура! – строго посмотрела на меня Изабелла. – Пространственная магия – одна из самых энергетически затратных специальностей. Я не собираюсь тратить силы еще и за тебя.

– Хорошо, – кивнула я. – А как это сделать?

Обе девушки глянули на меня с нескрываемым удивлением, будто я сморозила несусветную глупость. Пришлось прикусить язык и поспешно кивнуть:

– Я справлюсь.

Пожалуй, это первое, что мне предстоит выяснить сегодня. Я повертела головой, отыскивая хоть какую-то подсказку, но комната казалась совершенно обычной. Откуда мне вообще знать, как должен выглядеть этот контур?! Память Амелии тоже молчала. Вот почему фраза про благословение богини слетала с языка сама собой, а что-то действительно полезное я вспомнить не могу?!

Придется поломать над этим голову вечером, а сейчас надо изучить документы – скоро начнутся занятия. Одна только мысль об этом заставила меня покрыться холодным потом. Черт, я даже не знаю про магический контур! И где носит Амелию? За это время можно было изучить каждый листик той дурацкой рощи!

Я настолько глубоко задумалась, что вздрогнула, когда Ребекка коснулась моего плеча.

– Если ты подыскиваешь место для алтаря богине, то можешь устроить его на каминной полке. Только не вздумай читать молитвы вслух! Терпеть не могу, когда меня будят.

Сердце кольнуло тревогой, а во рту пересохло. Допустим, оплошность с магическим контуром мне простили, но вряд ли соседки поверят, что послушница забыла слова молитв.

– О, я предпочитаю обращаться к богине без лишних глаз. – Быстро выпалила я. – Попробую найти другое место для молитв.

На лице Ребекки появилось облегчение, а я добавила еще один пунктик в список дел. Я словно физически чувствовала тот груз проблем, что лег на мои плечи. И с чего я решила, что справлюсь? Чудо, что меня до сих пор не раскрыли! Впору возносить хвалу Светлой матери!

Опустившись на кровать, я разорвала бумажную обертку, и на колени упала внушительная пачка листов. К счастью, местный язык я понимала – наверное, потому что находилась в теле Амелии.

Первым делом я отыскала лист с расписанием преподавателей и, изучив его, ужаснулась. Названия дисциплин пугали даже больше, чем их количество. Да и зачем мне четыре занятия физической подготовки в неделю? Я вроде поступила на артефакторику… Именно она и значилась первым занятием в сегодняшнем расписании.

Припомнив принимавшего экзамен преподавателя, я невольно поежилась. Как бы невзначай выяснить, кто он такой… Тут не помешала бы помощь жениха, который перепоручил меня заботам приятеля и исчез.

Хлопнула дверь, и я запоздало спохватилась. Я так надеялась, что соседки подскажут дорогу, но они, по всей видимости, не желали принимать меня в свою компанию. И если я хочу успеть вовремя, стоит поторопиться – настенные часы показывали, что до начала занятия осталось всего двадцать минут. А я понятия не имела, где находится моя кафедра.

В поисках письменных принадлежностей я распаковала чемоданы Амелии, но они были заполнены невероятно скучной одеждой и церковными книгами. Обнаружив молитвенник, я несколько повеселела. Прочесть слова гораздо проще, чем выудить их из памяти Амелии.

Так и не отыскав тетради, я сочла, что подробности объяснят на занятии. Уж лучше я приду неподготовленной, чем заблужусь и не приду вовсе. Захлопнув дверь спальни, я вышла к уже знакомой лестнице и поймала за рукав первую попавшуюся девушку. Она явно торопилась, и поэтому остановилась с неохотой.

– А ты не подскажешь, где кафедра артефактов?

– О-о-о, – протянула та. – Это не так-то просто объяснить.

– Пожалуйста! – с жаром попросила я.

Она окинула меня мученическим взглядом, но все же сдалась. Наконец-то мое платье послушницы пошло на пользу.

– Знаешь, где главный вход?

Я покачала головой.

– Хорошо, а зал для медитаций?

Я виновато улыбнулась и пожала плечами.

Девушка закатила глаза, уже жалея, что связалась со мной.

На объяснения ушел десяток минут. И если я все верно поняла, то кафедра артефакторики по значимости находилась где-то между чуланом и… снова чуланом. Иначе почему ее засунули на самые задворки академии?

К счастью, я довольно легко преодолела большую часть пути, глазея по сторонам, чтобы не пропустить названные мне ориентиры. Народа навстречу не попадалось – все разбрелись по аудиториям. Конечно, им-то не надо так далеко пилить!

Но когда осталось всего два поворота, я вдруг услышала радостный голос Амелии.

«О, ты уже в академии!»

Хорошо, что коридор был пуст. Свидетелей того, как рычит монашка, не осталось.

– Где ты пропадала? – прошипела я.

Я не видела Амелию, но отчетливо ощущала ее присутствие у окна. Она словно сидела на подоконнике и болтала ногами.

– Прости, я слегка увлеклась. – Однако в ее голосе не прозвучало виноватых ноток. – Когда я соприкасаюсь сознанием с растениями, время для меня течет иначе. Я и не заметила, что прошло столько часов. Да и…

– Что еще? – насторожилась я.

Амелия замялась, а затем призналась:

– Здесь слишком много магии. Я насилу к тебе пробилась! Похоже, защита академии воспринимает меня как нечто чужеродное и норовит выбросить из Аларанны.

– А если я выйду на улицу?

– Защита распространяется не только на замок, но и всю прилегающую территорию.

Только этого не хватало! Я закусила губу и приложила ладони к ноющим вискам, пытаясь упорядочить лихорадочно кружащиеся мысли. Интуиция оказалась права: на помощь дриады можно не рассчитывать.

В коридоре раздался пронзительный звон, и, вздрогнув, я вздохнула: занятие уже началось. И раз уж я все равно опоздала, можно не торопиться.

– Как ты устроилась? – вежливо поинтересовалась Амелия. – Ты сдала экзамен?

Такое ощущение, будто ее не особенно волнует то, как я распоряжаюсь ее телом. Может, после того как теряешь физическую оболочку, приоритеты меняются?

– Меня определили на артефакторику, так что даже не пришлось демонстрировать свои умения.

– Повезло!

Кажется, она совсем не удивилась.

– Но почему? Ведь ты дриада. Преподаватели ожидали, что я попаду на факультет жизни…

Амелия фыркнула:

– Дриада я, но не ты. Именно твоя душа сейчас находится в моем теле, ей и принадлежит магия. На самом деле тебе повезло, что она у тебя вообще есть. Обычно пришлые обладают даром, но бывают и исключения…

– И ты только сейчас об этом говоришь? – разозлилась я. – Ты отправила меня сдавать экзамен за тебя!

– Мне это только сейчас пришло в голову, – смутилась Амелия и торопливо добавила: – Иногда магия преподносит сюрпризы, так что никто не удивится. Главное, ты поступила.

– А я надеялась, что ты подскажешь мне, какой именно материал отзовется на мою магию.

– Это тебе придется выяснить самой.

Я закатила глаза, с трудом сдержав резкие слова. Есть здесь хоть что-то, что мне не придется делать самой?!

– Эй, ты куда?

Я почувствовала, как Амелия оторвалась от подоконника и отлетела в сторону. Ее перемещения ощущались как легкие порывы ветра – наверное, тело реагировало на свою хозяйку.

– Кто-то идет по коридору. Судя по одежде, преподаватель, а значит, он может поинтересоваться, почему ты прогуливаешь занятие.

Я скрипнула зубами и быстро спросила:

– Мне действительно нужно «молиться» на рассвете каждое утро? Я теперь студентка академии и скоро выйду замуж. Кстати, а могу я разорвать помолвку?

– Даже не вздумай! – В голосе Амелии прозвучал страх. – Помолвку одобрили не только наши с Итаном отцы, но и король. Да и монастырь Светлой матери – место, где веру в тебя вдалбливают намертво. Если ты вдруг перестанешь вести себя как послушница, да еще так быстро, это вызовет подозрения… Отец будет недоволен. Кровь дриады – огромный удар по его репутации, и он все равно заставит тебя играть эту роль. Тебе поможет молитвенник – книга благословлена самой богиней и всегда открывается на нужной странице. Мне пора! Я снова чувствую, как академия пытается меня вышвырнуть.

– Подожди! – отчаянно прошептала я. – Что такое магический контур комнаты? Как его питать?

– Используй магическое зрение и увидишь, что комната буквально опутана плетениями. Самые яркие точки – узлы заклинания, именно их нужно питать силой.

– Магическое зрение? – переспросила я. – Но как оно включается?!

Амелия не ответила, и я поняла, что осталась одна. Позади послышались шаги, и я стерла с лица досаду и зашагала вперед.

Вскоре меня догнал преподаватель – худощавый старик с одутловатым лицом. Вид у него был угрюмый, и внутренне я подобралась. Но мой образ снова сделал все за меня: стоило только заикнуться о том, что я заблудилась, как меня проводили прямо до аудитории.

Остановившись перед дверью, я подняла руку, чтобы постучать, и замерла на полпути. В горле пересохло, а лицо свело судорогой. Разговор с Амелией отвлек меня, но теперь я отчаянно нервничала. А что если мне, как опоздавшей, зададут какой-нибудь вопрос?

Мрачно усмехнувшись, я постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь.

Взгляды присутствующих тут же переместились на меня: хмурого Клиффорда, опирающегося на стол, и шести студентов, расположившихся за партами.

– Простите… – кашлянула я. – Можно войти?

Клиффорд невозмутимо пожал плечами:

– Заходите, раз уж пришли.

Я ожидала услышать издевку в его голосе, но, кажется, ему и впрямь было все равно. На мгновение даже захотелось развернуться и уйти: просто любопытно, какой была бы реакция преподавателя.

Клиффорд перевел взгляд на студентов, и я прошмыгнула вперед и заняла место рядом с уже знакомой девушкой с ярко-розовыми волосами. Она подмигнула мне и широко улыбнулась. Только сейчас я заметила, что радужка ее слегка раскосых глаз светилась фиолетовым. Кто же она такая? Если я, запертая в теле Амелии, напоминала диснеевскую принцессу, то она будто явилась прямиком из аниме!

Пока Клиффорд молчал, я осмотрелась. Кабинет оказался крохотным и загроможденным мебелью. Восемь столов стояли почти впритык друг к другу. Требовавшие ремонта стены подпирали шкафы со стеклянными дверцами, заполненные всяким хламом: камнями, осколками стекла, металлическими пряжками и обрезками кожи. И это магическая академия?

Похоже, кафедра переживала не лучшие времена.

– На чем мы остановились? – продолжил Клиффорд.

В черной рубашке, не скрывающей его тренированного тела, с закатанными до локтей рукавами он не очень-то походил на преподавателя. Слишком молод и привлекателен. Его нельзя было назвать смазливым, но он определенно притягивал взгляд.

Мое дыхание участилось, и я опустила глаза, надеясь, что никто не обратит внимания на румянец на щеках. Не стоит так откровенно пялиться на мужчину. Особенно если ты изображаешь монашку! К слову, я по-прежнему не знала, кем Итан приходится преподавателю.

– Если вы хотите учиться артефакторике, то отныне ваш девиз: осторожность и упрямство, – заговорил Клиффорд. – Во-первых, вы всегда должны думать о безопасности. Никто не должен пострадать, пока вы работаете над артефактом – включая вас самих. Во-вторых, смиритесь с тем, что легко не будет. Артефакторика – кропотливая и сложная специальность, особенно если вы планируете продвинуться дальше банальных безделушек, которые продаются на каждой ярмарке.

Я заерзала на стуле, а по спине пробежал озноб. Вообще-то я рассчитывала, что кафедра артефакторики – тихое местечко. Это же не боевая магия или некромантия!

Я искоса посмотрела на розововолосую соседку, но та слушала вполуха – разглядывала ногти, покрытые блестками. Зато остальные студенты явно прониклись речью Клиффорда. К своему удивлению, среди них я узнала еще одного знакомого – рыжего громилу, с которым столкнулась по дороге на экзамен.

– Каждому из вас выдали расписание преподавателей и список дисциплин, по которым необходимо сдать экзамен в этом семестре. И список этот весьма внушительный, можете не убеждать меня в этом – я сам учился в Аларанне. Но ваша специальность – артефакторика, и в первую очередь ваша успеваемость оценивается по ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.