Алекс Вуд
Ловушка для холостяка

1

С утра огромное здание компании «Нетсофт Лтд» гудело как пчелиный улей. Клерки с документами в руках сновали из кабинета в кабинет, телефоны разрывались от звонков, переполненные лифты мгновенно взлетали с первого этажа на последний. Заядлые курильщики были вынуждены стиснуть зубы и терпеть, потому что у них не было ни одной свободной минутки для перекура. Даже в кабинете мистера Громмита, бессменного директора «Нетсофт Лтд», царила суматоха. Недавно компания получила крупный государственный заказ, и господину директору, который редко беспокоил себя серьезной работой, пришлось взять на себя руководство этим важным проектом.

Пожалуй, единственным местом во всей компании, где никто не кричал и не суетился, был двадцать второй этаж. Там располагалось подразделение программирования, которое фактически и сделало «Нетсофт Лтд» известной на всю страну компанией. В четырех просторных залах, склонившись над компьютерами, сидели люди, на чьи плечи была возложена самая сложная и ответственная часть работы. Системы безопасности многих банков Восточного Побережья разрабатывались именно здесь. Электронное бронирование авиабилетов впервые было опробовано в этих стенах. «Нетсофт Лтд» была знаком высокого качества, а не просто компанией, и настолько быстро и эффективно реагировала на все изменения в сфере высоких технологий, что у ее конкурентов не оставалось ни малейшего шанса.

Руководил подразделением программирования Энтони Галлахер. Ему было всего тридцать два года, и он являлся самым молодым членом совета директоров «Нетсофт Лтд». Коллеги относились к нему с уважением и не обращали внимания на юный возраст. Энтони был спокоен, серьезен и всегда сосредоточен. Он с достоинством нес великое бремя ответственности, возложенное на его плечи, и сам мистер Громмит, которого обычно интересовало лишь собственное мнение, прислушивался к его словам.

В кабинете Энтони всегда было тихо. Он никогда не кричал и не ругался. Телефон на его столе звонил очень редко, так как Энтони предпочитал общаться посредством электронной почты. Даже своему секретарю Мерил Моррисон, которая сидела в приемной перед его кабинетом, Энтони давал указания в письменном виде. Так было быстрее, удобнее и гораздо приятнее. Долгие годы, проведенные за компьютером, приучили Энтони Галлахера по возможности избегать общества себе подобных. Впрочем, все обитатели двадцать второго этажа были как на подбор необщительны, на первый взгляд угрюмы и странноваты и носили в «Нетсофт Лтд» незаслуженное клеймо чудаков.

Зато у нас никогда не нервничают и не кричат, справедливо возражала Мерил Моррисон, которая за семь лет работы в «Нетсофт Лтд», всей душой прикипела к программистам. Может быть, не так оживленно, как у маркетологов или рекламщиков, но и не так суматошно. Мерил нравились светло-голубые стены их офиса, серая, со стальным отблеском мебель, весь строгий, выдержанный стиль двадцать второго этажа. Сразу чувствовалось, что здесь работают серьезные, вдумчивые люди, которые не привыкли размениваться по пустякам.

Энтони Галлахер был подстать своему отделу. Высокий, светловолосый, голубоглазый, в очках, поблескивавших металлическими дужками, он воплощал собой дух аккуратности, точности и научного подхода к любому делу. Редко кто видел, что губы Энтони растягиваются в улыбке. Он был всегда собран и деловит и не желал тратить драгоценное время на пустые шутки и глупую болтовню. С первого взгляда на Энтони было очевидно, что этот человек надежен как скала и безупречен как Папа Римский.

Мерил Моррисон до безумия гордилась своим шефом. Он был строг, но справедлив и никогда не донимал девушку какими-нибудь начальственными капризами. По правде говоря, Мерил порой казалось, что у Энтони Галлахера вообще нет никаких капризов или прихотей, таким он выглядел серьезным и рассудительным.

Сама Мерил во многом старалась соответствовать шефу. Никаких ярких блузочек и цветных шейных платков, чересчур коротких юбок и броского вызывающего макияжа. Ее облик был продуман до мельчайших деталей. Мерил сознавала, что является всего лишь связующим звеном между Энтони Галлахером и остальным миром, и старалась выглядеть подобающе.

Все ее костюмы было серо-голубого оттенка, блузки – на тон светлее. Короткие темно-каштановые волосы были аккуратно зачесаны за уши, на ногтях бесцветный лак, и, конечно, никаких украшений. Женское тщеславие было ей чуждо. Мерил отдавала себе отчет, что порой сливается с серо-голубыми тонами приемной, и чрезвычайно гордилась этим. Она была идеальным секретарем точно так же, как Энтони Галлахер был идеальным начальником.

Рабочий день Энтони неизменно начинался с чашки зеленого чая. От души наслаждаясь ароматным напитком (правда, на его непроницаемом лице это никак не отражалось), он выслушивал отчет Мерил о том, какие дела запланированы на сегодня. После чая Энтони приступал к работе, плавный ход которой лишь изредка нарушали непредвиденные обстоятельства.

Ровно в час дня Энтони спускался на четвертый этаж в ресторанчик «Нетсофт Лтд». Конечно, ему не было никакой необходимости обедать вместе с простыми сотрудниками. Мерил без труда приготовила бы ему что-нибудь перекусить. Но Энтони прибегал к ее услугам, только когда был очень занят. В остальное время он сознательно заставлял себя выходить из кабинета и общаться с людьми. В ресторане можно было узнать самые свежие сплетни и последние новости, обсудить новое решение начальства или наметить детали очередного проекта.

К тому же Энтони, как человека молодого, смутно влекло общество девушек, и хотя в основном он в одиночестве поглощал пищу или обсуждал рабочие вопросы с нужными людьми, ему было приятно, что недалеко от него кто-то весело смеется и шутит.

Так как в его подразделении девушек, особенно привлекательных, было очень мало, каждый раз, заходя в ресторан, Энтони делал удивительное открытие. Оказывается, сотрудники остальных отделов «Нетсофт Лтд» отнюдь не походили на его подчиненных, неразговорчивых хмурых мужчин, небрежных во всем, что не касалось их работы. Ресторан в обеденный перерыв был полон женщин. В воздухе витали многообещающие улыбки, заливистый смех, игривые взгляды, которые самым непонятным образом действовали на Энтони. Он сразу заливался румянцем, который приписывал духоте в помещении, и старался занять столик в углу, чтобы не сидеть на виду у всех.

Нельзя сказать, что Энтони Галлахер намеренно сторонился женщин. Проблема заключалась в том, что он неловко себя с ними чувствовал. Красивые женщины казались ему глупыми и самовлюбленными. Энтони не имел ни малейшего представления, о чем с ними говорить. Слова, словно неподъемные валуны, ворочались у него в голове, а мысли, наоборот, разбегались в темпе олимпийского чемпиона по стометровке. Энтони хотелось быть интересным, небрежным и остроумным собеседником, чтобы та или иная привлекательная девушка пришла в восторг. Однако глупость очередной красавицы парализовала его, и Энтони сознавал, что все, что он говорит, кажется скучным и напыщенным по сравнению с ее легкомысленной болтовней.

С менее симпатичными девушками дело обстояло проще. Желание произвести неизгладимое впечатление не особенно терзало Энтони, и он мог расслабиться и поддерживать нормальный разговор. Но если его ум отдыхал, то глаз возмущался, и Энтони, ругая себя в душе за недостойные взгляды, не мог заинтересоваться дурнушкой, какой бы умницей она ни была.

Естественно, рассуждал он сам с собой в минуты откровенности, должны существовать в мире женщины, как некрасивые и неумные одновременно, так и наоборот. Блестящее сочетание внешнего и внутреннего – редкий дар, но такие женщины иногда появляются на свет, чтобы сводить мужчин с ума. Энтони твердо верил в их существование, но, увы, пока таких он не встречал.

Впрочем, в глубине души он не был уверен в том, что осмелится подойти к подобному совершенству.

Поэтому Энтони Галлахер существовал исключительно в мире мужчин, с которыми он мог позволить себе роскошь быть самим собой. Женщины оставались для него существами далекими, загадочными, волнующими, не всегда приятными, чуточку опасными и непременно жаждущими поставить его в неловкое положение!

В день, когда у Шарлотты Бакстон, Кэтлин Холмс и Дэнизы Риччи впервые зародился Гениальный План, Энтони Галлахер спустился в ресторан на пятнадцать минут позднее обычного. Это опоздание имело прямо-таки роковые последствия, потому что все уютные угловые столики были заняты. Энтони заказал свой любимый бифштекс с хрустящим картофелем и уселся за столик в середине зала. На его лице застыло обреченное выражение. Перспектива обедать на глазах у всех Энтони явно не радовала.

Прямоугольное помещение ресторана, оформленное в светло-зеленых тонах, с небольшими двухместными столиками, было переполнено. Сотрудники «Нетсофт Лтд» вовсю пользовались возможностью немного передохнуть и пообщаться. Энтони в одиночестве сидел за столиком, чуть сгорбившись и положив перед собой руки. Он разглядывал блестящую поверхность стола из зеленого пластика, ждал бифштекс и обдумывал решение задачи, поставленной недавно перед ним мистером Громмитом. Даже в страшном сне Энтони не могло привидеться, что его скромная персона только что привлекла внимание трех очаровательных девушек.

Шарлотта Бакстон, Кэтлин Холмс и Дэниза Риччи неизменно обедали вместе. Они приходили за пять минут до официального начала обеденного перерыва и занимали любимый столик у окна. Шарлотта работала в рекламном отделе, Кэтлин была помощником пресс-секретаря «Нетсофт Лтд», а Дэниза занималась финансовыми расчетами. По работе девушки были почти не связаны, и это очень способствовало развитию искренней дружбы между ними.

Они вместе проводили свободное время, вместе знакомились с мужчинами, вместе устраивали вечеринки. Обеденный перерыв был для них самым любимым временем. Они рассказывали друг другу о мелких неприятностях и крупных радостях, делились слухами и подозрениями и (куда же без этого!) обсуждали перспективных мужчин и строили планы на будущее.

Хотя Дэниза и Шарлотта проработали в «Нетсофт Лтд» два года, а Кэтлин и того больше – три, Энтони Галлахер впервые попал в поле их зрения. Это досадное упущение можно было объяснить несколькими причинами, самой вероятной из которых была излишняя занятость маленьких хищниц другими, более доступными и близкими объектами. Естественно, они знали о его существовании, но никогда не воспринимали его всерьез. Однако в тот злосчастный день, когда Энтони не досталось места в углу, и он был вынужден обедать на виду у всех, у Дэнизы, Шарлотты и Кэтлин вдруг открылись глаза.

– Девочки, а ведь Энтони Галлахер – настоящий красавчик, – прошептала Дэниза, не сводя глаз с одинокой фигуры молодого человека.

Шарлотта и Кэтлин как по команде посмотрели в его сторону.

– Даже не думай, – авторитетно заявила Кэтлин. – Это невозможно.

– Почему? Он что, женат и безумно влюблен в свою женушку?

– Нет у него никакой жены, – отрезала Кэтлин. – Дело не в этом.

– А в чем? – прищурилась Дэниза. – Только не говори мне, что он специализируется по мальчикам. Что за времена! Если привлекательный мужчина, так обязательно го…

– Нет, что ты!

Кэтлин чуть не поперхнулась чаем. В силу должности и природной склонности она считала своим долгом знать все обо всех и была для подруг признанным авторитетом.

– Просто он не такой, как остальные…

Кэтлин задумалась. Пожалуй, ответить на этот вопрос объективно она не в силах. Энтони Галлахер на самом деле молодой, привлекательный, холостой мужчина. Как раз тот самый представитель сильного пола, в котором нуждается каждая женщина. Состоятельный, умный – список его достоинств можно продолжать до бесконечности.

Однако одно «но» все-таки было.

– Ты же не будешь крутить роман с коллегой, – сказала Кэтлин. – Это чревато…

Она многозначительно покосилась на Шарлоту. Год назад между ней и Робертом Фултоном из ее же рекламного отдела вспыхнула головокружительная страсть. После месяца упоительных свиданий в окрестных мотелях неистовая любовь сошла на «нет», а совместные проекты остались. Шарлотта едва не завалила работу. Спасло ее лишь то, что Роберта кстати повысили и перевели в другой отдел. На эту историю Кэтлин и намекала.

– Галлахер – не совсем коллега, – произнесла Шарлотта задумчиво. – Мы с программистами почти не работаем, так что опасности нет…

Подруги переглянулись. Кэтлин уловила в глазах Дэнизы и Шарлотты загорающийся огонек охотничьего азарта.

– Не забудьте, что Галлахер – крепкий орешек, – предупредила она.

– И завидный жених, – усмехнулась Дэниза.

– Нежный, как бутон тюльпана, – мечтательно подхватила Шарлотта. – И неопытный, как мальчишка.

– А вот этот стоит проверить, – пробормотала Дэниза и томно закатила глаза.

Девушки дружно рассмеялись. Даже благоразумная Кэтлин почувствовала, что настроение подруг постепенно передается ей.

– Пожалуй, в нем определенно что-то есть, – согласилась она.

Девушки замолчали, разглядывая Энтони, который ел бифштекс и совершенно не догадывался об их планах.

– Погодите, – опомнилась Дэниза. – Я первая обратила на него внимание. Он мой.

– Ох, только не уверяй нас, что ты влюбилась в него с первого взгляда, – сказала Шарлотта насмешливо.

– Это неважно. Он мне нравится, и этого достаточно, – недовольно поморщилась Дэниза. – Главное, чтобы он влюбился в меня!

– Тяжелая задачка, – хихикнула Кэтлин. – Ты уверена, что она тебе по зубам?

– На все сто! – отрезала Дэниза. – Вот увидите, недели не пройдет, как Галлахер будет у моих ног.

– И как же ты собираешься этого добиться? – подала голос Шарлотта.

Дэниза замолчала и якобы задумалась, но вскоре улыбка заиграла на ее губах.

– Скажите, неужели нормальный мужчина сможет отказаться от такого?

Она ласкающее провела себя по руке. Кэтлин и Шарлотта отлично поняли, что Дэниза имеет в виду. Из всех троих Дэниза Риччи была самой соблазнительной. Вопреки традиционно скучной профессии финансиста, она походила на звезду эротического кино. Высокая полногрудая брюнетка с длинными густыми волосами и низким чувственным голосом, Дэниза Риччи могла бы ввести в искушение даже святого. Она отлично знала силу своей красоты и беззастенчиво использовала ее. Обольщая мужчин, Дэниза всегда действовала напролом: никакой хитрости или кокетливой игры, одни лишь откровенные взгляды, голос с сексуальной хрипотцой и облегающие платья. Обычно этого было достаточно…

– Но только не сейчас, – покачала головой Кэтлин. – Твой подход его скорее испугает. Энтони не из тех, кого можно поймать низким вырезом на блузке.

– Посмотрим, – самоуверенно бросила Дэниза.

– На умного мужчину надо воздействовать с умом, – заметила Шарлотта. – Одним телом его не заманишь в сети.

Дэниза презрительно фыркнула. Все зависит от того, какое тело!

– Нет, ты меня не поняла. Если ты планируешь просто затащить его в постель, то у тебя все получится, – продолжила Шарлотта невозмутимо. – Однако если тебе хочется, чтобы Энтони тобой действительно заинтересовался, пышных форм мало.

Кэтлин энергично закивала, выражая согласие со словами Шарлотты.

– А как же тогда ты предлагаешь действовать? – ядовито осведомилась Дэниза. Она считала, что Шарлотта втайне завидует ее красоте и всячески старается ее принизить.

Шарлотта прищурилась. Это была хорошенькая девушка с коротко стрижеными темными волосами и высокой мальчишеской фигурой. В отличие от Дэнизы и Кэтлин, которым полагалось ходить в строгих костюмах, Шарлотта Бакстон, как личность творческая, могла позволить себе полную свободу в одежде. И она пользовалась этим на полную катушку. Например, сегодня на Шарлотте были узкие светло-голубые джинсы и широкая туника по колено, подхваченная на талии узким пояском из замши. Туника сочетала совершенно немыслимые цвета и оттенки – оранжевый, зеленый, ярко-красный, темно-синий, но все это цветовое буйство на Шарлотте смотрелось неплохо. По крайней мере, свежо и оригинально. У нее был безупречный вкус, и она отлично знала, как привлечь внимание окружающих.

– Мужчину вроде Энтони Галлахера надо шокировать, – наконец произнесла Шарлотта. – Он не производит впечатления человека, которому по душе красивые дурочки… Не обижайся, Дэниза, ты же знаешь, что я вовсе не тебя имею в виду… Он видит в женщине в первую очередь равную ему личность, ищет в ней партнера или соперника. Страсть, не подкрепленная разумом, для него – ничто.

– Ты начиталась книжек по психологии, – не утерпела Дэниза.

– Я просто разбираюсь в мужчинах, – парировала Шарлотта. – Энтони Галлахер способен влюбиться только в женщину, равную ему по интеллекту.

Дэниза все-таки решила, что она имеет полное право обидеться.

– То есть ты хочешь сказать, что я для него слишком глупа? – фыркнула она.

– Я хочу сказать, что ты поступишь глупо, если не будешь использовать мозги!

– Мозги для тех, у кого нет других прелестей, – рассмеялась Дэниза, явно намекая на худобу Шарлотты. – Мужчины – существа примитивные. В любви они предпочитают видеть и чувствовать, а не думать!

– Не все, – упорствовала Шарлотта.

– Хорошо, – кивнула Дэниза. – Давай проверим на практике.

– Ты предлагаешь мне тоже поучаствовать в охоте на Галлахера? – усмехнулась Шарлотта.

– Да. Будешь действовать по своему плану. Я – по своему. А Кэтлин нас рассудит.

Шарлотта посмотрела на Энтони, потом на Дэнизу, потом снова на Энтони… Стоит ли он таких усилий? Пожалуй, да. Ничуть не хуже ее последнего приятеля, а в чем-то даже лучше. К тому же Дэнизу давно надо бы поставить на место…

– Договорились.

– Погодите, – вмешалась в беседу молчавшая до сих пор Кэтлин. – Мне кажется, что вы обе не правы и только зря потеряете время. Больше всего на свете мужчины любят не красавиц или умниц, а тех, кто смотрит им в рот и безбожно льстит!

– Какой бред! – возмутилась Дэниза. – Послушать вас обеих, так красивое тело вообще ничего не значит! Почему же тогда «Плейбой» пользуется такой популярностью?

– Ага, – поддержала ее Шарлотта. – Можно подумать, что любая уродина влюбит в себя мужчину, если будет его восхвалять…

– Именно так, – спокойно сказала Кэтлин. – Или почти так. Я не спорю, женщина должна быть и неглупой, и хорошенькой. Но основное ее оружие в схватке с мужчиной – это комплименты!

– Послушайте, девочки, – обрадовалась вдруг Дэниза, – а ведь у нас есть прекрасная возможность выяснить на деле, кто из нас прав.

– Что, и Кэтлин будет охотиться на бедного Энтони? – удивилась Шарлотта. – Не многовато ли? Он может и не выдержать такого натиска…

– Да, девочки, давайте выберем мне другую цель, – кивнула Кэтлин.

– Нет, – сказала Дэниза с необычной для нее жесткостью. – Для чистоты эксперимента цель должна быть одна.

– А ты не боишься, что мы будем друг другу мешать? – спросила Шарлотта.

– Мы же не будем атаковать его одновременно, – рассмеялась Дэниза. – У каждой будет свое определенное время. Например, одну неделю выделим мне, другую – тебе, третью – Кэтлин. И дальше по очереди.

– Так не пойдет, – покачала головой Кэтлин. – Неделя – это слишком много. Шансы первой резко возрастают, а у остальных их просто не остается!

Шарлотта выразила свое согласие.

– Хорошо, – миролюбиво произнесла Дэниза. – Давайте не по неделям, а по дням. Так будет честнее.

– И удобнее, – сказала Шарлотта. – По крайней мере, так начнем, а потом видно будет.

– Но все равно первый день – мой, – напомнила Дэниза. – Я ведь первая обратила на Галлахера внимание.

– Я не против, – улыбнулась Кэтлин. – Мне нужна некоторая предварительная подготовка.

– Мне тоже, – кивнула Шарлотта. – Завтра твой день, Дэниза.

Девушки улыбнулись друг другу и разошлись по своим рабочим местам. Однако мысли их в тот день были заняты отнюдь не работой. Каждая тщательно продумывала план военной кампании против Энтони Галлахера.

2

– Мне нужно переговорить с мистером Галлахером по очень срочному делу! – высокомерно заявила высокая длинноволосая брюнетка, которая вошла в приемную Энтони Галлахера с таким видом, будто ей как минимум принадлежит вся компания, а как максимум – весь мир.

– Мистер Галлахер сейчас занят и освободится только через два часа, – сухо ответила Мерил. – К нему на прием лучше записываться заранее.

Насколько Мерил знала, брюнетка работала в финансовом отделе и никогда раньше не появлялась на двадцать втором этаже.

– Два часа? – протянула брюнетка, и на ее красивом холеном личике появилось растерянное выражение.

Мерил, хоть и была в душе очень доброй девушкой, не могла не ощутить толику злорадства. Брюнетка не понравилась ей сразу, как только появилась в стеклянных дверях приемной. На взгляд Мерил она была слишком яркой, вульгарной и неприлично одетой. Куда смотрит ее начальство? Разве мыслимо приходить на работу в такой короткой юбке? А на что похож ее пиджак? Такое ощущение, что полная грудь вот-вот прорвет хлипкую ткань…

Мерил неодобрительно поджала губы. В строгом обрамлении приемной Энтони Галлахера эта девица смотрелась как оскорбление хорошему вкусу. Как она может рассчитывать на чье-либо уважение, если одевается и красится подобным образом?

– Я не займу у него много времени, – просительно произнесла брюнетка.

Мерил нахмурилось. Что же понадобилось этой красотке от Энтони?

– Вы можете изложить суть вашего дела мне, – пробормотала она с неприязнью. – Я передам его мистеру Галлахеру, и он уже сам решит, стоит ли ему лично встречаться с вами. А еще лучше отправьте ему сообщение по электронной почте. Так ему не придется тратить на вас слишком много времени.

Вот мегера, ясно читалось во взгляде брюнетки. Но Мерил даже не дрогнула. Интересы Энтони – превыше всего. Она привыкла создавать препятствия для незваных посетителей и терпеть их негодование.

– Хорошо, – вздохнула брюнетка. – Тогда запишите меня к нему на прием как можно быстрее. Дэниза Риччи, финансовый отдел.

Мерил проворно застучала по клавишам.

– О чем вы хотите поговорить с мистером Галлахером? – спросила она.

– А вот это вас совершенно не касается! – надула губки Дэниза.

– Мистер Галлахер спросит меня о цели вашего посещения, – спокойно сказала Мерил. – Вы к нам… гм… нечасто наведываетесь.

– Ладно, – сдалась Дэниза. Она поняла, что эту суровую девушку в блекло-сером костюме ей не переспорить. – Финансирование нового проекта. Там есть кое-какие трудности, я бы хотела обсудить их с Энтони.

Фамильярное обращение резануло ухо Мерил. Ей захотелось ответить, что мистер Галлахер не станет обсуждать вопросы финансирования нового проекта с простым клерком. Но потом благоразумно решила, что это не ее дело. Мерил заполнила форму и отправила по электронной почте запрос для Энтони. Через минуту она получила ответ.

– Мистер Галлахер примет вас через два часа пятнадцать минут, – сказала она, не отрывая глаз от монитора.

Мерил не видела, как просияло лицо Дэнизы.

– Отлично! – воскликнула она и быстро вышла из приемной.

Мерил проводила ее взглядом. Какая отвратительная женщина! Самовлюбленная и нахальная… Правда, мужчины, похоже, так не думают. Сквозь широкие стеклянные Мерил увидела любопытную сценку. По коридору навстречу Дэнизе шел кто-то из программистов. Брюнетка стремительно промчалась мимо него, но он замер на месте и уставился ей вслед. Настроение Мерил резко испортилось. Мысль о том, что через два часа эта красотка будет беседовать с Энтони, была ей очень неприятна…

Когда в назначенное время Дэниза вновь вошла в приемную, Мерил ревниво отметила, что благоухание ее духов стало сильнее, а две верхних пуговицы на прозрачной белой блузке были бесстыдно расстегнуты. Нелестный комментарий так и просился на уста, но Мерил сдержалась. Еще не хватало выглядеть завистливой ведьмой в глазах роскошной Дэнизы Риччи.

– Заходите, – негромко произнесла она. – Мистер Галлахер ждет вас.

Дэниза вошла в кабинет, плотно притворив за собой дверь, и Мерил оставалось только догадываться о том, что сейчас происходит в нескольких метрах от нее.

– Здравствуйте, – поздоровался Энтони с девушкой, не отрываясь от бумаг. – Присаживайтесь, пожалуйста. Я сейчас освобожусь.

Но Дэниза не торопилась садиться. Вначале Энтони должен был увидеть ее всю, все совершенство женской плоти, от кончиков великолепных распущенных волос, которые пышной гривой спускались ей на спину, до изящных ног в тонких черных чулках. Пока Энтони был занят, Дэниза воспользовалась моментом, чтобы как следует разглядеть кабинет и его владельца.

Обстановка кабинета ей не понравилась. Слишком мрачно и невыразительно, точно так же, как в приемной. Видимо, у Галлахера пристрастие к холодным оттенкам. Стальной, светло-голубой, белый… ужасная скука. Как он не устает от такой безжизненности? Неужели ему не хочется чего-то более яркого и теплого?

Тут Энтони поднял голову и увидел Дэнизу. Его колоссальной выдержке можно было только позавидовать. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но сердце пропустило удар, а потом заколотилось как сумасшедшее. Женщина, стоявшая перед ним, была потрясающе красива. Ее старательно обнаженные прекрасные ноги находились на уровне глаз Энтони, и он не сразу осознал, что фактически смотрит на них, а не в лицо Дэнизе.

– Здравствуйте, мистер Галлахер, – бархатно произнесла девушка, вполне довольная произведенным эффектом. – Я Дэниза Риччи.

– С-садитесь, пожалуйста. – Энтони показал рукой на стул напротив его стола.

Улыбнувшись так, что у Энтони на секунду перехватило дыхание, Дэниза медленно подошла к стулу и опустилась на него. Короткая юбка моментально полезла вверх, и Энтони пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы смотреть прямо в глаза Дэнизе. Впрочем, это тоже не способствовало восстановлению душевного равновесия. Полные чувственные губы Дэнизы призывно поблескивали и не давали Энтони сосредоточиться на деле.

Дэниза ждала. О, она никуда не торопилась. Наоборот, пользовалась возможностью разглядеть Энтони как следует. Вблизи он был намного лучше, чем издалека. Его трудно было назвать бесспорным красавцем, однако сто женщин из ста сказали бы, что Энтони Галлахер очень и очень привлекателен. У него были проницательные голубые глаза, небольшой нос с горбинкой, ровные, четко очерченные губы и нежная кожа, которая, как была уверена Дэниза, очень быстро покрывается румянцем. Для своих тридцати двух лет он выглядел чересчур молодо.

Ноздри Дэнизы затрепетали в предвкушении легкой добычи. Такой милый мальчик, наверняка робкий и неуверенный в себе… Трогательный, трепетный, благоговеющий перед истинной красотой. Кто лучше ее сможет раскрыть перед ним все радости жизни? Она доставит ему наслаждение, о котором он даже не мечтал…

– Я… я слушаю вас, мисс Риччи, – наконец пробормотал Энтони.

Откровенные взгляды сидевшей напротив женщины заставляли его нервничать. Энтони уверял себя, что ему мерещится томный призыв в ее темных глазах. Она же не виновата в том, что родилась такой красивой, и что при виде ее у каждого мужчины в голове возникают вполне определенные мысли. Он должен уважать ее как личность, а не таращиться в глубокий вырез ее блузки, открывающий два соблазнительных полушария…

– Я должна с вами посоветоваться по одному очень важному делу, – выдохнула Дэниза и протянула Энтони папку, которую принесла с собой.

Передавая папку, она умудрилась невзначай дотронуться до его пальцев и смогла убедиться в том, что Энтони действительно очень легко краснеет.

– По какому делу? – спросил Энтони, с самым серьезным видом раскрывая папку, но алые пятна на щеках выдавали его с головой.

– Меня очень волнует проект электронной газеты «Нетсофт Лтд», – пропела Дэниза, делая ударение на слове «волнует». – У меня сложилось впечатление, что его можно осуществить с гораздо меньшими затратами, однако ваши сотрудники представили нашему отделу совсем другую сумму, намного больше…

Дело это вообще-то не входило в компетенцию Дэнизы Риччи. Ей поручали оформлять входящие счета и не доверяли ничего более сложного. Она знала, что стоит Энтони позвонить ее начальнику, как она будет наказана за самоуправство. Чтобы подобная мысль не осенила Энтони, Дэниза вся подалась вперед так, чтобы ее полуобнаженная грудь оказалась ему видна, и умоляюще проговорила:

– Конечно, это мало меня касается, но я слишком близко к сердцу принимаю интересы компании…

С этими словами Дэниза положила руку туда, где билось ее горячее маленькое сердечко, и с удовольствием увидела, как Энтони покраснел ее сильнее.

– Это очень похвально с вашей стороны, мисс Риччи, – пробормотал он.

– Ах, зовите меня Дэниза, пожалуйста, – смущенно пролепетала она. – Формальное обращение заставляет меня чувствовать себя никому не нужной старухой.

– Да как вы можете такое говорить! – искренне возмутился Энтони.

Дэниза скромно потупилась, не забыв при этом закинуть одну стройную ногу на другую. Энтони как завороженный следил за ее манипуляциями, а она наблюдала за ним сквозь густые опущенные ресницы. Все шло, как надо, и Дэниза уже предвкушала минуту, когда прильнет своим ярко-накрашенным жадным ртом к губам Энтони…

– И что же вы предлагаете в связи с этим проектом? – спросил Энтони через некоторое время.

Он старательно вчитывался в бумаги, которые передала ему Дэниза, но не понимал ни слова. Строчки расплывались у него перед глазами, и вместо слов и предложений он видел на бумаге черные глаза Дэнизы, ее блестящие волосы, изящные ноги в тонких чулках, округлые колени… Ее кожа, должно быть, чудесна на ощупь, а губы нежны как шелк…

– Давайте я покажу вам! – с детской непосредственностью воскликнула Дэниза, вскочила со стула и, прежде чем Энтони опомнился, обошла его стол и склонилась над папкой рядом с ним.

Дэниза говорила что-то, поясняя свою идею, ловко переворачивала листы бумаги и показывала на цифры пальчиком с кроваво-красным лаком. Энтони словно парализовало. Он не только не слышал девушку, но и не мог пошевелиться. Душистые волосы Дэнизы щекотали его щеку, от сладкого приторного аромата ее духов кружилась голова. Время от времени Дэниза нежно задевала его то рукой, то плечом, и тогда Энтони непроизвольно вздрагивал. Он отлично знал, что стоит ему чуть скосить глаза и он сможет заглянуть прямо в вырез блузки Дэнизы.

Энтони изо всех сил боролся с соблазном и пытался сосредоточиться на словах девушки и ее ручках, которые проворно листали папку. По крайней мере, в ее руках не было ничего соблазнительного. Длинные острые ногти, выкрашенные ярким лаком, производили неприятное впечатление, и Энтони настойчиво заставлял себя разглядывать их.

– Что скажете? – наконец спросила Дэниза, повернув голову.

Она не выпрямилась, как поступил бы на ее месте другой человек, и ее губы оказались настолько близки от губ Энтони, что он окончательно потерял самообладание. Неужели Дэниза не понимает, что провоцирует его на оскорбительные действия? Она настолько увлечена работой, что не видит, что с ним творится. А он, как ни старается, не может подавить в себе самца…

Дэниза пару секунд помедлила, давая Энтони шанс поцеловать ее и заняться с ней любовью прямо тут, на столе. Но он не шевелился, и она решила не рисковать. Кто знает, как отреагирует этот истукан, если она набросится на него с поцелуями. С него станется вызвать серую мымру из приемной и опозорить ее, Дэнизу, на всю компанию. Нет, лучше немного подождать. В конце концов, она и не планировала покорить его уже сегодня. Пусть и Шарлотта с Кэтлин попробуют свои силы, прежде чем она сведет его с ума. Иначе игра потеряет всякий смысл.

После ухода Дэнизы Энтони ослабил узел галстука и немного перевел дух. Ну и женщина. Ей место в Голливуде, а не в «Нетсофт Лтд». Как ее коллеги-мужчины могут выносить постоянное присутствие Дэнизы? Он не знал, куда смотреть во время десятиминутного разговора, как же они работают с ней бок о бок весь день? А с каким выражением она взглянула на него, когда уже стояла у двери!

Энтони невольно поежился, вспоминая слова Дэнизы. Встретимся за обедом, мистер Галлахер… Голос у нее словно всю душу на изнанку выворачивает. Надо будет ей сказать, чтобы звала его по имени. Очень хочется услышать, как она произнесет «Энтони»…

Энтони нажал кнопку внутренней связи.

– Слушаю, мистер Галлахер, – раздался сухой голос Мерил.

Она чем-то недовольна, сразу догадался Энтони. За семь лет работы с Мерил Моррисон он научился различать оттенки ее настроения по голосу не хуже, чем она – его.

– Я бы не отказался от чашечки чая, Мерил, – умиротворенно произнес Энтони.

– Сейчас, – ответила девушка и отключилась.

Через пять минут она вошла с подносом и поставила его на стол перед Энтони. Первый же глоток сказал ему, что Мерил заварила чай с бергамотом, самый нелюбимый из всех, что имелись в ее распоряжении.

– Бергамот, – укоризненно произнес Энтони.

– Другого нет, – отрезала Мерил.

Энтони был не в том настроении, чтобы спорить. В каком-то смысле он понимал Мерил. Ее любовь к порядку и приличиям была ему хорошо известна. Дэниза Риччи должна была показаться Мерил вульгарной в своем обтягивающем костюмчике с короткой юбкой. Сама Мерил ни за что бы не позволила себе так одеться. Юбка Мерил никогда не была выше колен, блузка всегда была наглухо застегнута на все пуговицы, и пиджак свободно висел на ее плечах. Волосы Мерил были всегда тщательно зачесаны назад, а макияж на лице был более чем неброским.

Мерил идеально выглядит, решил про себя Энтони. И она отличный работник. Но все-таки как несправедливо природа поступает с женщинами, награждая одних сногсшибательной красотой, а других всего лишь работоспособностью и здравым смыслом.

3

Дэниза намеренно опоздала на обед и вошла в ресторан, когда большинство мест было уже занято. Кэтлин и Шарлотта сидели за их любимым столиком, но сегодня Дэниза не собиралась обедать с подругами. У нее были другие планы. Она огляделась по сторонам, увидела Энтони и направилась прямо к нему.

– Вы не возражаете, мистер Галлахер, если я к вам присоединюсь? – произнесла она сладким голосом. – Кажется, вы скучаете в одиночестве…

Энтони вздрогнул и оторвался от жаркого по-ирландски. Конечно, он не воспринял всерьез предложение Дэнизы встретиться за обедом. Он не привык к тому, что ослепительно красивые женщины ищут его общества. Но на этот раз он, видимо, ошибся. Дэниза на самом деле планировала продолжить знакомство в более неформальной обстановке. Что бы это могло означать?

– Присаживайтесь, пожалуйста, – торопливо проговорил Энтони, вытирая салфеткой губы.

Дэниза отодвинула стул и села рядом с Энтони.

– Что у нас сегодня вкусного? – нежно проворковала она, заглядывая в меню. – Вы ничего не посоветуете мне, мистер Галлахер?

Говоря это, она заглянула Энтони в глаза. Он почувствовал, что даже под страхом смертной казни не сможет выговорить ни слова. Разочарованной Дэнизе пришлось самой сделать выбор. Энтони молчал, и было ясно, что ей нужно продумать новую линию поведения. Он не собирался ни ухаживать за ней, ни отвечать на ее кокетливые намеки. О чем еще с ним говорить? О работе? Плохая идея. В конце концов, не будет же она вторгаться в область, которую определила для себя Шарлотта!

– Хорошая сегодня погода, правда? – спросила девушка медовым голоском.

Он что-то буркнул в ответ. Дэниза поняла, что надо действовать более решительно, иначе она и за год не достигнет желанного результата. Она быстро сняла пиджачок и повесила его на спинку стула.

– Ужасная жара, – улыбнулась она. – Так намного лучше, вы не находите, мистер Галлахер?

Мистер Галлахер находил, что так действительно намного лучше. Того же мнения придерживались все мужчины, которые на свое счастье в этот момент оказались в ресторане. На Дэнизе была прозрачная белая блузка, выразительно подчеркивающая ее рельефные формы. При каждом глубоком вздохе девушки тонкая ткань блузки натягивалась на груди, и не было никакой возможности оторвать глаза от соблазнительно колышущихся полушарий…

– Зовите меня просто по имени, – хрипло сказал Энтони, сознавая, что за свои наглые взгляды заслуживает как минимум пощечины.

– Здорово, – просияла Дэниза. – Нам, молодым специалистам, следует держаться вместе, общаться без всяких формальностей…

Она интригующе понизила голос, и конец фразы потерялся где-то в недрах ее необъятной груди. Энтони растерянно заморгал. Идея насчет «держаться вместе» пришлась ему по душе.

– Просто позор, что между нашими отделами нет никаких связей, – развивала свою мысль Дэниза, – ведь у вас…

Что она хотела сказать, Энтони так и не узнал, потому что официант принес заказ Дэнизы, и она принялась за еду. Энтони понял, что пришло время и ему, как мужчине, принять участие в разговоре.

– Я как следует обдумал ваше предложение, – произнес он важно. Дэнизе, должно быть, будет приятно, что он уже принял решение по ее вопросу. – В чем-то вы правы. Но мои ребята заложили в смету чуть больше положенного, чтобы избежать накладок. Они так всегда делают.

Недоумевающий взгляд Дэнизы заставил Энтони замолчать.

– Энтони, дорогой мой, неужели нельзя хотя бы во время обеда не говорить о делах? – нежно спросила она.

Энтони закусил губу. Его имя действительно звучало музыкой в ее устах. Но он не привык к тому, чтобы посторонние женщины называли его «дорогим»…

– К-конечно, – буркнул он.

– Разве у нас нет других тем? – продолжила Дэниза с улыбкой.

Она медленно провела кончиком языка по губам. К сожалению, столь многозначительный жест пропал втуне. В этот самый момент Энтони расправлялся с остатками мяса и на Дэнизу не смотрел.

– Например, чем вы занимаетесь в свободное время, Энтони? У такого привлекательного молодого человека должна быть масса интересных дел…

Энтони отложил в сторону нож и вилку. Кажется, она со мной заигрывает, впервые пришло ему в голову. Он посмотрел на Дэнизу исподлобья. Красавица облокотилась о стол и, не скрываясь, разглядывала его. Ее полные губы были чуть приоткрыты, глаза подернулись томной поволокой. Мысли самого разного характера нахлынули на Энтони.

– Я работаю по вечерам, – признался он, сожалея о том, что у него нет никакого экстремального хобби. Наверняка такая блестящая девушка как Дэниза посчитает его очень скучным…

– И все? – картинно изумилась Дэниза.

– Иногда хожу в театр или в клуб, послушать джаз, – неуверенно сказал Энтони.

Говоря по совести, в театре он не был уже больше полугода, да и свой любимый джаз слушал в основном по радио. Но разочаровать Дэнизу он не мог.

– Джаз? Обожаю джаз! – ахнула девушка. – Сто лет не была на джазовом концерте…

Она многозначительно посмотрела на Энтони. Должен ли я пригласить ее? – мелькнуло у него в голове. Скорее всего, она откажется.

– Да я тоже давно не был, – пробормотал он.

– Было бы замечательно послушать джаз вместе. – Дэниза закатила глаза.

Энтони закашлялся. Почему бы и нет? Нечасто на него обращают внимание столь ослепительные женщины. И если Дэнизе на самом деле хочется послушать музыку, почему бы ему не составить ей компанию?

– А как вы смотрите на то, чтобы… – осторожно начал Энтони.

– Пойти с вами в клуб? – подхватила Дэниза. – О, это было бы чудесно!

Неприкрытый энтузиазм в ее голосе несколько покоробил Энтони. Все-таки женщине следует быть более сдержанной. Впрочем, как и мужчине.

– Значит, договорились, – сказал он. – Как-нибудь вместе послушаем джаз.

Но «как-нибудь» Дэнизу не устраивало. Ей требовались твердые гарантии.

– Как насчет завтра? – предложила она. – Завтра пятница, и, скорее всего, мы сможем найти то, что нужно.

Энтони растерялся. Еще два часа назад он едва догадывался о существовании Дэнизы Риччи, а сейчас уже собирается провести с ней вечер.

– Завтра я, наверное, буду занят, – пробормотал он. – Работы по горло…

– Ну, Энтони, не будьте таким букой! – рассмеялась Дэниза и потрепала его по руке.

Ее прикосновение было внезапным и тревожащим. Энтони почувствовал, как его сопротивление бесследно тает.

– А действительно, давайте сходим в клуб, – усмехнулся он. – Только предупреждаю, я могу быть ужасно скучным!

Я это уже поняла, чуть не вырвалось у Дэнизы.

– Ни за что в это не поверю! – запротестовала она вслух. – На мой взгляд, вы очень интересный мужчина!

Это прозвучало настолько провокационно, что Энтони чуть не подавился. Если она дальше будет разговаривать с ним в таком духе, он за себя не ручается…

Мерил поняла, что произошло что-то неладное, сразу, как только Энтони вернулся с обеда. Он сиял как начищенный медный таз и едва ли не прыгал от переизбытка чувств.

– С вами все в порядке, мистер Галлахер? – спросила она тревожно.

– Лучше не бывает, – рассмеялся Энтони. – Представляете, Мерил, я только начинаю понимать, что такое жизнь!

Он остановился, чтобы взять у нее новую корреспонденцию.

– Кто же вам помог это понять? – саркастично осведомилась она. – Та длинноногая красавица, которая настойчиво добивалась сегодня встречи с вами?

– А это, Мерил, мой большой секрет. – Энтони подмигнул девушке.

Мерил оскорбленно поджала губы. Идите вы со своими секретами, говорил ее недовольный вид. Мне и без них работы хватает.

– Ах, Мерил, не будьте такой букой, – повторил Энтони слова Дэнизы. – Мир чудесен, если вы оглядитесь вокруг.

Мерил послушно огляделась. Голубые стены со стальным оттенком, кусок чистого неба в окне, солидная дверь в кабинет Энтони, большой копировальный аппарат в углу, стеклянная дверь в приемной, сквозь которую с ее места отлично просматривается весь коридор…

– Я вижу это каждый день, мистер Галлахер, – произнесла она с притворной суровостью. – И не нахожу в этом ничего чудесного.

– Вам нужно чаще выходить за пределы приемной, – улыбнулся Энтони. Радужного настроения не могла испортить даже кислая гримаса его секретаря. – Скажите, Мерил, у вас есть друг?

Девушка удивленно вытаращила глаза.

– Н-нет, – ответила она с запинкой.

Энтони стало неудобно. Даже если в его сердце поют соловьи, он не имеет права вторгаться в личную жизнь Мерил.

– Простите, – пробормотал он, и его сияющая улыбка несколько померкла. – Я не должен был…

– Ничего страшного, – с достоинством сказала Мерил. – Я слишком занята работой. Времени на мужчин не хватает.

– У меня та же самая история, – вздохнул Энтони и присел на краешек ее стола. – Абсолютно нет времени на женщин.

– Ну не страшно, – с иронией проговорила Мерил. – Женщинами можно заниматься и во время работы. Как, например, сегодня.

Энтони покраснел. Значит, ему не показалось, что Дэниза имеет на него виды. Раз Мерил что-то заметила, то так оно и есть. На ее суждение можно положиться. Жаль, что нельзя поподробнее поговорить с ней на эту тему. Как-то неловко получится…

– Кстати о сегодня. Вы что-нибудь знаете об этой Дэнизе Риччи? – спросил Энтони невозмутимо.

Как ему показалось, он очень ловко перевел разговор. Но Мерил все равно многозначительно усмехнулась.

– Я почти с ней не знакома, – ответила девушка. – Она работает недолго, год или два. Удивительно даже, как ей позволяют в таком виде приходить на работу!

Последняя фраза неслучайно вырвалась у Мерил. Ей очень хотелось намекнуть Энтони, что так, как Дэниза, не выглядит ни одна порядочная женщина. Ее шеф – сущий ребенок в таких вопросах. Если его вовремя не предостеречь, он может стать легкой добычей для какой-нибудь безмозглой хищницы вроде этой Дэнизы Риччи. Мерил слишком уважала Энтони Галлахера, чтобы спокойно смотреть, как ему пудрит мозги пустая красотка в мини-юбке!

– Вы не правы, Мерил. Дэниза очень неплохо выглядит, – покачал головой Энтони. – Я понимаю, что у вас совсем другой стиль, но…

Вам тоже не мешало бы одеваться понаряднее, чуть было не сказал он, но вовремя остановился. Энтони знал, какое значение Мерил Моррисон придает мелочам вроде длины юбки или тона губной помады. Вызывать гнев Мерил из-за ерунды не стоило.

– У всех разные вкусы, – сердито буркнула девушка. – Но я, по крайней мере, знаю, что прилично, а что нет!

Энтони предпочел не развивать эту тему. Он встал и пошел к своему кабинету.

– Кстати, Мерил, у меня есть для вас поручение, – сказал он на пороге. – Узнайте, пожалуйста, в каком из ночных клубов будет завтра достойная джазовая программа, и закажите столик на двоих. На мое имя, конечно.

Энтони захлопнул за собой дверь, а Мерил осталась сидеть с открытым ртом. Неужели он уже пригласил эту нахалку в клуб?

Возвращаясь домой после работы, Мерил по-прежнему кипела от негодования. Разумеется, она выполнила поручение Энтони. Она знала, что хороший секретарь не ставит под сомнение слова начальника. Однако все ее существо содрогалось от возмущения, когда она заказывала столик на двоих в самом дорогом и престижном клубе города. Как и следовало ожидать, каждую пятницу в клубе «Старый Луи» проводились джазовые вечеринки. Входной билет стоил – страшно подумать! – сто пятьдесят долларов, но Энтони Галлахер, естественно, может позволить себе такой расход. И все ради кого? Ради бесстыжей девицы, о которой еще вчера он не имел ни малейшего представления!

Заскочив в маленькую круглосуточную пиццерию, которая находилась на первом этаже ее дома, Мерил заказала себе чашку кофе и пирог с мясом. Сразу подниматься к себе ей не хотелось. Так приятно было посидеть в уголке, потягивая сладкий кофе с взбитыми сливками, поглазеть на посетителей и поразмышлять о мужской тупости.

И она еще считала Энтони Галлахера идеалом! Мерил усмехнулась собственной наивности. Любой здравомыслящей женщине было бы с первого взгляда видно, что представляет собой Дэниза Риччи. Но Энтони повредился рассудком, как только увидел пару стройных ног и грудь как у Памелы Андерсон. Подумать только – пригласил ее в клуб! Неужели ему не ясно, что за Дэнизой вовсе не обязательно ухаживать по всем правилам? Женщина, которая так вызывающе одевается и ведет себя, сразу дает понять, что готова рассмотреть любые предложения.

Если бы посторонний человек вдруг прочитал мысли Мерил, он обязательно решил бы, что в ней говорит ревность. Вполне естественная ситуация – секретарша, безнадежно влюбленная в своего шефа. Но любви в сердце Мерил не было. Она уважала Энтони, восхищалась его знаниями и умом, однако ни о какой влюбленности не могло быть и речи. За семь лет работы у Энтони Галлахера Мерил так привыкла к нему, что считала его почти что своей собственностью. Такое нередко случается, когда мужчина и женщина проводят вместе много времени. Рассудительная и благоразумная мисс Моррисон испытывала к своему начальнику чуть ли не материнские чувства (хотя и была младше его на четыре года), и ее сердце обливалось кровью при одной мысли о том, что он свяжется с недостойной его женщиной.

Я знала, что рано или поздно это произойдет, вздохнула про себя Мерил, вставая из-за столика. Мужчина не может долго быть один. Тем более, такой симпатичный и молодой, как Энтони. Но почему ему обязательно нужно было выбрать такую неподходящую подружку, как Дэниза Риччи?

4

Костюм Энтони, который он выбрал на следующий день, лучше всяких слов свидетельствовал о том, что вечером планируется важное мероприятие. Темно-зеленая шерсть в мелкую еле заметную полоску вместо стандартного синего или серого. Мерил неодобрительно поморщилась, когда Энтони прошел утром мимо ее стола, но, разумеется, от комментариев воздержалась. Кто она такая, чтобы поучать его?

Ближе к вечеру Мерил немного оттаяла. В конец концов, какая ей разница, куда сегодня идет Энтони и с кем? На ее уважительное отношение к нему не повлияет и сотня Дэниз Риччи. У Энтони есть своя голова на плечах, чтобы разбираться в людях. Она не будет лезть с советами к человеку, который в них не нуждается!

– Не забудьте, что на девять вечера у вас заказан столик в «Старом Луи», – добросовестно напомнила Мерил.

Был уже восьмой час, а Энтони не выказывал ни малейшего намерения отправиться домой, чтобы подготовиться к джазовой вечеринке.

– Я поеду прямо отсюда, – бросил Энтони, продолжая что-то набирать на компьютере.

– Я так и поняла, – миролюбиво заметила Мерил, давая ему понять, что больше… не сердится на него. – Но на всякий случай решила предупредить.

Энтони поднял голову. Молчаливые упреки Мерил всегда выводили его из себя. Он знал, что она ни за что не позволит себе высказать ему свое недовольство вслух. Однако за годы совместной работы он уже успел убедиться в том, что ей вовсе необязательно говорить, чтобы заставить его чувствовать себя виноватым. В распоряжении Мерил был обширный арсенал средств – поднятые брови, поджатые губы, холодные взгляды, убийственно вежливые ответы и многое другое. Она в совершенстве умела выразить одним взглядом то, что думает, и Энтони безошибочно угадывал ее неодобрение. Самое противное заключалось в том, что Мерил очень редко ошибалась, и Энтони привык доверять ее чутью…

– Как вам мой новый костюм? – спросил Энтони с улыбкой.

– Мило, – тактично ответила Мерил. – Вам нужно выехать за сорок минут, чтобы успеть к началу концерта.

– Спасибо, – кивнул Энтони. – Я успею.

Мерил тихонько вышла из кабинета, чтобы не мешать ему работать. Но как только за ней закрылась дверь, Энтони откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. У него было о чем подумать помимо работы. Предстоящее свидание с Дэнизой и страшило, и влекло его. При мысли о том, что он появится в «Старом Луи» под руку с такой эффектной женщиной, Энтони раздувался от гордости. Он до мельчайших деталей представлял себе реакцию знакомых, которых он может встретить в клубе, да и просто посторонних мужчин. Мимо Дэнизы ни один не сможет пройти спокойно. И эта женщина будет рядом с ним, Энтони Галлахером!

Однако когда Энтони вспоминал о том, что ему придется не только демонстрировать свою спутницу посетителям клуба, но и о чем-то разговаривать с ней, его настроение резко ухудшалось. Он не сомневался в том, что при виде Дэнизы его вновь охватит косноязычие, и он не сможет не то что беседу поддерживать, но и на ее вопросы отвечать!

Она решит, что я зануда, с унынием размышлял Энтони. И будет совершенно права. Я абсолютно не умею обращаться с женщинами. Мерил – единственное исключение…

Энтони задумался над тем, как было бы чудесно, если бы он мог общаться с Дэнизой с той же легкостью, что с Мерил. Надо будет представить себе, что Дэниза – это Мерил, пришел он к выводу. И тогда все будет отлично.

Однако решить это было проще, чем сделать. Когда Энтони, как они с Дэнизой и договаривались, заехал за ней домой, ее откровенный наряд лишил его дара речи. На Дэнизе были черные, плотно прилегающие брючки и красная кофта с длинными обтягивающими рукавами и огромным вырезом на груди. Любому заинтересованному наблюдателю было ясно, что никакое нижнее белье не стесняет мощный бюст Дэнизы. К тому же она резко осаживала плечи, выпячивая грудь вперед, и Энтони не знал, куда смотреть, чтобы не показаться невежливым. На ногах девушки были туфли на высоченных каблуках, и она была почти вровень со своим рослым спутником.

– Я едва успела привести себя после работы в порядок, – поведала она ему.

Порядок в понимании Дэнизы заключался в том, что она подвела глаза жирной черной линией, густо накрасила ресницы и губы. Тон ее помады в точности совпадал с красным цветом кофты. Темные волосы девушки были распущены и начесаны на макушке. Дэниза выглядело красиво, броско, впечатляюще. И самую капельку вульгарно…

Они вошли в лифт, причем Дэниза умудрилась задеть Энтони своей мягкой грудью, и поехали на первый этаж. На восьмом этаже к ним подсел немолодой невысокий мужчина. Он так выразительно уставился на бюст Дэнизы, что Энтони стало неловко. Неужели обязательно до такой степени выпячивать достоинства своей фигуры? Когда они вышли из лифта, мужчина еще раз оглядел Дэнизу с головы до пят и одобрительно подмигнул Энтони. Первый знак восхищения его спутницей был налицо, однако Энтони сознавал, что это несколько не то, что он себе представлял…

Пока они ехали до «Старого Луи», Энтони хранил молчание. Он собирался с мыслями и намечал темы для разговора. Но Дэнизу это совсем не угнетало. Она была уверена, что многозначительное молчание гораздо прочнее связывает людей, чем самая оживленная беседа. И была в какой-то степени права, хотя Энтони был бы ей благодарен, если бы она первая завела разговор.

«Старый Луи» был битком набит, и Энтони похвалил себя за предусмотрительность. Они с Дэнизой прошли за свой столик, который оказался у самой сцены, и заказали напитки. Дэниза восхищенно вертела головой по сторонам. В «Старом Луи» она не была ни разу. Этот клуб был не по карману ни ей, ни ее друзьям. Дэниза впервые осознала, что Энтони Галлахер не только в высшей степени привлекательный мужчина, но и весьма состоятельный. Такую рыбку выпускать из своих сетей было нельзя. Шутливый спор с подругами постепенно превращался в стоящее дело.

Главный зал «Старого Луи» был невелик. Там помещалось всего около пятнадцати столиков. Стены и потолок были оформлены как ночное звездное небо, и когда в зале выключали верхний свет, звезды очень красиво мерцали в полумраке. Публика в клубе была очень представительная, а уж на джазовых вечеринках особенно. Мужчины все до единого были в строгих костюмах, а женщины – в изысканных платьях.

Конечно, некоторые девушки были в брюках, но их одежда не шла ни в какое сравнение с броским нарядом Дэнизы. Энтони перехватил пару-тройку плотоядных взглядов, брошенных мужчинами в сторону его спутницы, и на душе у него стало тоскливо. Он не был признанным знатоком женских нарядов, но даже ему было ясно, что Дэниза выделяется в толпе в плохом смысле этого слова. Да и ее поведение оставляло желать лучшего. Дэниза вертелась на стуле, слишком много пила, кривлялась и в упор разглядывала туалеты других женщин.

Вскоре к великому облегчению Энтони на сцену вышли музыканты, и концерт начался. Джазовая музыка немного помогла ему отвлечься от мрачных размышлений, но после первых трех композиций Дэниза наклонилась к нему и прошептала на ухо:

– А здесь танцуют?

Энтони очень хотелось ответить отрицательно. Но он отлично знал, что чуть позднее в «Старом Луи» начнется танцевальная вечеринка. Конечно, ничего похожего на современные дискотеки, где однообразный ритм удручающе действует на человека с тонким музыкальным слухом, а танцы больше напоминают гимнастические упражнения. Но все же в «Старом Луи» тоже будут танцевать…

– Позднее и только медленные, – нехотя ответил он, надеясь, что Дэниза не слишком этому обрадуется.

– Как чудесно! – восхитилась девушка вопреки его ожиданиям и в порыве чувств сжала руку Энтони. – Мы ведь обязательно потанцуем, да?

Этого было достаточно, чтобы окончательно испортить ему настроение. Танцевать Энтони не умел. Он обладал и музыкальным слухом, и чувством ритма, однако заставить свое тело двигаться в такт категорически не мог.

– Вообще-то я не люблю танцевать, – извиняющимся тоном произнес он.

– Но ведь мне же вы не откажете? – лукаво усмехнулась Дэниза.

Энтони замялся. Он ничего не понимал в кокетстве и поэтому принимал все за чистую монету.

– Да не умею я танцевать, – попробовал он объяснить девушке.

Дэниза рассмеялась булькающим горловым смешком. Какая разница, что он умеет, а что не умеет! Главное, что они смогут крепко прижаться друг к другу, чтобы ощущать каждое движение тела. Он положит руку ей на талию и почувствует ее восхитительную гибкость, она обнимет его за шею и уткнется носом в его плечо… Потом медленно поднимет голову, и он, уже потерявший рассудок от прикосновения ее жаркого тела, потянется к ее губам…

– Я вас научу, – прошептала Дэниза, касаясь губами уха Энтони.

Энтони стало щекотно, и он отодвинулся. Сейчас, в полумраке, когда у него не было необходимости смотреть на Дэнизу, он мог рассуждать здраво. Ее намерения уже не вызывали у него никаких сомнений. Неизвестно, за какие заслуги, но обворожительная Дэниза Риччи… гм… бесспорно интересуется им.

Здесь Энтони немного лукавил. В глубине души он считал себя очень привлекательным и внешне, и внутренне. Но бич каждого умного человека – сомнение в собственных силах – не давал ему возгордиться. Например, только сейчас он до конца поверил в то, что Дэниза Риччи имеет на него определенные виды.

– Энтони, пойдем танцевать, – Дэниза начала теребить рукав его пиджака, когда пара за соседним столиком вышла на танцплощадку в центре зала.

Энтони нахмурился. Внимание Дэнизы льстило ему, но позволять ей командовать собой он не собирался.

– Попозже, – холодно сказал он.

Дэниза обиженно надула пухлые губки. Она уже выпила пару алкогольных коктейлей, которых ей хватило, чтобы потерять контроль над собой. Холодность Энтони раздражала девушку. Из чего он сделан? Изо льда или стали? Неужели ему не хочется уединиться с ней в каком-нибудь укромном местечке? Авансов, которые она раздает Энтони, с лихвой хватило бы на десяток мужчин, а он сидит как истукан и притворяется, что наслаждается музыкой! Или это какой-то тонкий ход, недоступный ее пониманию? Эх. Шарлотту бы сюда, она бы мигом ей все объяснила…

– А я хочу танцевать сейчас! – категорически заявила Дэниза и встала.

Она пошатнулась, но быстро обрела равновесие.

– Неужели нельзя сделать мне приятное? – проворчала девушка.

Энтони пришлось подняться вслед за ней. Они вышли на танцплощадку, и Дэниза немедленно повисла на нем, не замечая того, что Энтони меньше всего был настроен на нежности. Дэниза прильнула к нему всем телом, не сомневаясь, что физическое желание сгладит все недовольство молодого человека.

Однако она добилась прямо противоположного результата. Энтони не любил, когда ему указывали. Он ненавидел, когда его вынуждали делать что-либо неприятное, особенно когда он просто отдыхал. С какой стати эта женщина командует им, словно он ее собственность? Она ведет себя вызывающе, вульгарно одевается и красится, фактически сама напросилась, чтобы он пригласил ее в клуб… На что она рассчитывает? На то, что он будет с готовностью выполнять все ее капризы ради возможности подержаться за ее тонкую талию? Немыслимая глупость.

– Я больше не танцую, – решительно сказал Энтони после первого танца.

То, что Дэниза намеренно прижималась к нему своей грудью, вызывало у него раздражение. Естественно, как мужчина он не мог не испытывать определенные приятные ощущения, но все его существо сопротивлялось такой беззастенчивой наглости. Он не станет игрушкой в ее руках только потому, что размер ее груди и бедер превышает среднестатистический. Он не семнадцатилетний мальчишка, ошалевший от буйной игры гормонов, и в состоянии справиться с реакциями своего тела.

Дэниза не сразу поняла, что в отношении Энтони к ней произошел коренной перелом. Она еще томно улыбалась ему, и норовила дотронуться до него, и капризничала, и требовала внимания. Когда концерт подошел к концу, Энтони решительно засобирался домой. Дэниза вздумала протестовать, но потом ей показалось, что она разгадала его намерения.

Шаловливый мальчик! – хихикнула она про себя. Изображает из себя мистера Неприступность, а на самом деле уже придумывает, как бы напроситься к ней в гости. Что ж, она не будет чинить ему препятствий. Она предусмотрела этот вариант и заранее расставила в спальне ароматизированные свечи, а в ванной комнате приготовила полотенце для гостей. Энтони ждет незабываемая ночь с незабываемой женщиной, о которой мечтает каждый мужчина…

Но к разочарованию Дэнизы Энтони довез ее до дома, не проронив ни слова. Она ждала до последнего момента, прежде чем решила помочь ему. Нельзя же быть таким застенчивым, улыбнулась она про себя. Впрочем, мужчине положено неметь в моем присутствии.

– Как насчет того, чтобы подняться ко мне и выпить по чашечке кофе? – призывно улыбнулась она. – У меня есть отличный турецкий кофе.

– Я не пью кофе. Спасибо.

Дэниза насупилась. Что за наказание! Этот дурачок все понимает буквально.

– Чай у меня тоже есть. Очень вкусный. Называется «Ночь любви». Вы когда-нибудь его пробовали, Энтони?

Это был чистой воды экспромт, смелый и рискованный. Раз он не понимает намеков, приходится действовать напролом.

Энтони еле заметно поморщился. Дэниза вызывала у него все большее отвращение. Как он мог счесть ее привлекательной? Можно только представить себе, скольким мужчинам она говорила такое… Он будет презирать себя всю жизнь, если примет ее приглашение!

– Благодарю вас, Дэниза, но я очень устал и хочу спать, – с ледяной вежливостью отказался Энтони.

Он терпеливо ждал, когда она выйдет из машины, и Дэниза внезапно осознала, что потерпела фиаско. Она похолодела. Как такое возможно? Ни один мужчина не мог противиться ее физическому обаянию. Они все мечтали о том, чтобы затащить ее в постель, и Дэнизе было достаточно лишь кинуть благосклонный взгляд… Но с Энтони Галлахером она где-то допустила ошибку. Где?

– Спокойной ночи, Дэниза, – равнодушно сказал Энтони.

– С-спокойной ночи, – ответила она дрожащим голосом.

Дэниза до последнего надеялась, что сейчас Энтони назначит ей следующее свидание. Сегодня он не в настроении, но, может быть, завтра ему захочется продолжения… Но он молчал, и ей пришлось самой спрашивать его:

– Мы ведь еще увидимся?

– Конечно, – бесстрастно бросил Энтони. – В понедельник на работе.

Это был конец. Дэниза побледнела. Бранные слова, из которых «тряпка» и «ничтожество» были самыми безобидными, так и просились на язык. Но она сдержалась. Еще не все потеряно. Это только первый раунд. После того как Шарлотта утомит его своей заумностью, а Кэтлин взбесит потоком лести, снова придет черед ее женственности. Возможно, к тому времени Энтони поумнеет…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.