Дмитрий Донской
Я и Цезарь – попаданцы. Война на выживание

Предупреждение

Попасть к месту стоянки крестьян мне так и не удалось, не судьба. Пока я готовил свою амуницию в помещении нашей базы, внутрь ворвался дежурный. Это был один из новичков, которых мы начали набирать в качестве вспомогательного персонала. Распахнув дверь, Матвей (так звали этого парня) выпучив глаза и указывая рукой куда-то наружу, выдавил из себя:

– Там…  эти…

– Кто «эти»? – спросил я.

– Ну эти, – повторил он сначала осипшим голосом, а потом попытался изобразить что-то руками. Вроде фигуру. Фигуристую фигуру.

– Женщины, что ли, – попробовал угадать я, глядя на те пассы, что возбуждённо демонстрировал Матвей.

Он отрицательно замотал головой и снова начал пытаться говорить языком жестов. Но получалось не очень, по крайней мере, в одном известном анекдоте испанский мальчик по имени Хуан, делал это лучше и убедительней, показывая на пальцах свое имя.

– Бойрды? – стараясь помочь произнес я наугад.

Но Матвей снова отрицательно замотал головой. «Интересно, если это не женщины и не бойрды, кто же мог так напугать нашего парня?».

Матвей, сам понимая, что матрос из него хреновый и просемафоренной им информации маловато будет, решил конкретизировать тему и, снова выпучив глаза, выдавил из себя:

– Они. Несколько.

– Ага, ну теперь всё понятно, с этого бы и начал, – с иронией заметил я и добавил, – ну, пойдём посмотрим кто такие «Они. Несколько».

Но, выйдя на улицу, настала уже моя очередь выпучивать глаза. На площадке перед крыльцом стояло более десятка всадников, и вроде это были гайрды, но гайрды какие-то неправильные. Первое, что бросилось в глаза, так это камуфляжная форма, которая была как на самих всадниках, так и на их лошадях, причём сверху донизу. Мы то привыкли, что они одеты в темную кожаную либо тканевую одежду, а в боевом «прикиде» всегда носили блестящую металлическую защитную амуницию. А тут – камуфляж, как спецназ какой-то с Земли, а не наши привычные, «добрые» гайрды.

Второе – это кони. К тому, что боевые кони гайрдов были довольно большими, я уже привык. У нас самих дюжина таких животных стояла в конюшне. Но кони, на которых сидели гайрды, имели параметры ещё более впечатляющие. В целом, стоявший передо мной камуфляжный отряд производил впечатление «ходячих танков».

«Танки» стояли молча, даже кони не выдавали ни звука, только слегка помахивали хвостами. И я смотрел на них молча. «Да, блин, сцена как по Станиславскому – мелькнуло у меня в мозгу, прямо дежа вю какое-то, как тогда, когда я первый раз оказался в Аламании и шестёрка гайрдов также окружила нас с Цезарем».

Но кому-то надо было начинать поэтому начать решил я:

– Здравствуйте, гости дорогие, что стоим, кого ждём? – и немного выждав продолжил, – Меня зовут Макс, я начальник нашего военизированного подразделения, если у вас есть что сказать – говорите. Если нечего сказать – можете продолжать ничего не говорить. Погода хорошая, постоим, подумаем о своём, порадуемся солнышку.

Тут всадник с ближайшего ко мне коня слёз с него и снял шлем. Да, это было лицо гайрда, но я его не знал и видел впервые.

– Меня зовут Тайдекс, я поставлен во главе отряда с задачей проинформировать руководство Земля-сити о возможной опасности. Ты можешь быть таким лицом?

«О, блин, как официально, что там за опасность такая, что целое посольство в диковинном камуфляже прислали?»

– Нет, у меня таких полномочий нет. Я отвечаю только за свою боевую структуру. Но могу собрать людей, которые относятся к «руководству Земля-сити». Скажем, часа через четыре. Вас это устроит?

– Да, конечно. Где бы мы могли разместить наших лошадей и переждать это время?

Я позвал Матвея и дал ему задание помочь гайрдам разместиться с их лошадьми на нашей базе, а также организовать обед, после чего пригласил Тайдекса к себе в кабинет.

Тут наконец-то появился и наш дежурный отряд во главе с Алексеем. Ребята также с удивлением и настороженностью смотрели на «гостей». Однако я не дал им много времени на разглядывание и быстро поставил задачу оповестить все руководство территориями о появлении гонцов и необходимости скорейшего прибытия на базу. Слава Богу, что какая-то армейская дисциплина уже появилась и бойцы, не задавая лишних вопросов, направились по своим адресам.

Всё то время, что мы ждали приглашённых, я с Тайдексом обменялся только несколькими фразами, что все его люди и кони размещены, накормлены, напоены и всё в порядке. Он не показывал какое-то намерение делиться информацией, а я и не настаивал, хотя… Желание так и распирало, начиная с того – а кто они такие есть? То, что это гайрды, было понятно, но таких гайрдов, в такой униформе, с такими лошадьми я ещё не видел. Да и не слышал. А знать хотелось. Понятно было, то этот отряд – какая-то новая «фишка», причём задуманная явно людьми, так как камуфляж уж больно походил на то, что я видел на Земле. И стопудово без Энтони здесь не обошлось. Но пока это были мои догадки, а разгадки я надеялся услышать либо от них самих на встрече с нашим «активом», либо потом разузнать через Таникса.

Постепенно люди стали подтягиваться и, когда собрались почти все, кроме «диких» и Тризуба, мы с Тайдексом зашли в зал. Я проинформировал новоприбывших о наших гостях и о наличии у них важной информации, после чего сел вместе со всеми, предоставив слово «назначенному послу в Земля-сити».

– Меня зовут Тайдекс, – снова представился он, – руководством нашего подразделения «Элита» я назначен в качестве посла оповестить вас о том, что бойрды готовят нападение на Земля-сити.

«Ага, все же наши догадки насчёт бойрдов оказались верными, а к нам прибыла «Элита», которая действительно смахивает на какой-то гайрдовский спецназ. Впрочем – давно пора. Не всем же скакать на лошадях в тяжеленой боевой униформе и размахивать мечами? Кому-то и головой надо думать».

Сказать, что слова гайрда прозвучали как гром среди ясного неба, было бы неправильно. Но, тем не менее, они заставили всех навострить уши.

– Я не имею права раскрывать все детали, – продолжил Тайдекс, – но могу вас заверить, что информация имеет высокую степень достоверности.

Тут Тайдекс замолчал и возникла, как говорится, неловкая пауза. Присутствующие люди терпеливо ждали, когда он продолжит, а вот чего ждал гайрд, было не совсем понятно. В итоге первым не выдержал Рихард:

– Откуда она у вас?

– Информация получена от захваченных нами бойрдов, причём пленные были взяты в разных местах и не знали друг друга, тем не менее они говорили примерно одно и тоже.

– А что непосредственно они говорили? – опять нетерпеливо спросил немец.

– Бойрды собирают большую силу. Какую конкретно – никто не знает. Но таких отрядов, по всей видимости, они не готовили уже давно. Речь может идти о численности самих бойрдов от пятисот до двух тысяч, плюс от тысячи до четырёх тысяч вейрдов. Бойрды любят преувеличивать свои силы, но, похоже, отряд будет действительно большим. И в качестве цели нападения все говорят одно – Земля-сити.

– А почему Земля-сити? Что дикари забыли на этой территории? Они ведь тем самым нападут не только на нас, но и на рыбаков! – высказался Душан.

– Я не могу ответить на ваш вопрос. Для меня это тоже загадка, так как ранее ничего подобного не было: мы всегда ждали нападение на ремесленников или крестьян. Единственный вариант, который приходит в голову – это желание поживиться. Земля-сити уже давно известен как довольно богатый город, и самый большой в Аламании, где сосредоточено много богатства, что притягивает дикарей.

– У вас есть понимание, когда они выступят из своего леса. А если пока нет, то когда и как это можно определить? – подключился уже Шмидт.

– Понимание есть, но пока расплывчатое. Пленные называли разные сроки – от месяца до трёх. Но мы думаем, что ранее чем через два они не выйдут. Дело в том, что потенциальной целью этого рейда, как я уже сказал, будет грабёж и, соответственно, им нужны телеги и лошади – награбленное надо ведь на чём-то везти. Своей тягловой силы у бойрдов отродясь не было, но получить её могут либо у крестьян, либо у кочевников. Крестьяне отпадают сразу, так как они с бойрдами ненавидят друг друга, а вот кочевники могут и помочь. Но их надо ещё найти, степь – она большая. Что касается более точного понимания куда пойдут бойрды, то это будет видно только после их выхода из леса. Дело в том, что есть два пути движения, точнее три. Первый – на юг, к кочевникам, но туда они никогда не ходили, так как грабить там особо нечего. Второй – на юго-восток к ремесленникам, что и было всегда их традиционным путем нападений. И третий – на восток, в сторону земель рыбаков, где они также, как и в первом случае никогда ранее не появлялись. Но именно этот путь ведет к Земля-сити. Поэтому если дикари пойдут на восток – то ждите гостей. На востоке бойрдов может привлекать только ваш город, так как идти дальше, на вотчину рыбаков – себе дороже будет. И хоть недавно они уже успели сцепиться на окраинном побережье, в основные территории этого племени бойрды всё же вряд ли пойдут.

– А как понять, что они пошли на восток, а не на юго-восток к ремесленникам? – подключился уже Равшан.

– География, – пояснил Тайдекс. – Река Уюю из цента Аламании течёт на запад и упирается в лес бойрдов, но не достигая его резко поворачивает на юго-запад и уходит в степи к кочевникам. Там, где она это делает, есть брод, через который бойрды всегда и переходили, направляясь к ремесленникам. Так что если выйдя из леса, этот сброд не будет переправляться через реку, а пойдёт вдоль нее, то – это к вам.

– А можно поподробнее об этом Восточном пути? – не вытерпел уже я.

– Можно. Но для начала надо провести небольшой урок географии, чтобы стало понятней. Кто-то уже знает, а кто-то и не знает, но всё северное побережье Аламании занимают земли рыбаков. Это относительно узкий, но длинный участок. Почему узкий? Потому что от остального континента его отделяет лес. Он также тянется вдоль побережья и представляет собой непроходимую чащу. И только посередине лесной гряды она прерывается, создавая проход к побережью. Недалеко от этого места и находится Земля-сити. Но это не всё. Параллельно лесу с другой стороны течёт река Уюю. Между ними, я имею в виду между рекой и лесом, пространство небольшое, шириной несколько километров, а в двух местах вообще доходит до нескольких сот метров. Территория между рекой и лесом и есть Восточный путь, что выводит аккурат на Земля-сити, а вместе с этим и на побережье к рыбакам, прямо в их сердцевину.

– Пользовались ли бойрды раньше этим путём?

– Нет, мы такой информацией не обладаем. На нашей памяти они всегда шли на юго-восток, к ремесленникам и крестьянам. На Восточном пути «ловить» бойрдам нечего, так как здесь никто не живёт, поселений нет, а идти в гости к рыбакам без спросу – не рекомендуется. Да и сама дорога как кишка – узкая и безродная. Плюс каменюки на каждом шагу, ноги можно переломать, особенно в темноте. Я уже не говорю про то количество продовольствия, которое следует взять с собой, чтобы пройти по такой дороге со сворой вейрдов. Путь неблизкий, а каждое животное надо кормить два раза в день по несколько килограммов мяса. Кашу эти зверюги не едят.

– Интересно, – подумал я вслух, – а как же они прокармливают такую свору у себя дома? Домашних животных и мясобоен у бойрдов, наверное, нет? А если для одного такого отряда они могут выделить несколько тысяч голов, то сколько этих голов всего в лесу? И где взять столько мяса на прокорм?

– Вейрдов не надо кормить, – ответил Тайдекс, – по крайней мере, мы так предполагаем из той информации, что имеем. Они сами себя кормят: лес большой, живности много. А бойрды с вейрдами живут разрознено, равномерно располагаясь по всей территории. Впрочем, можем и ошибаться, так как мало что знаем об их существовании, если и заходим в лес, то неглубоко и сразу возвращаемся.

– А срезать Восточный путь и пройти непосредственно на побережье через лес можно? Не доходя до Земля-сити?

– Нет, лес представляет собой сплошные буреломы, туда лучше не соваться, там только ноги и руки можно переломать. Лет десять назад гайрды как-то прошли по Восточному пути и несколько раз пробовали зайти в лес, но быстро убедились, что эту дорогу можно использовать только, если идти в гости к рыбакам через Земля-сити, никуда не сворачивая. Проблема ещё в том, что река на всём протяжении не имеет бродов, и перейти её довольно сложно. А вот напротив прохода в лесу, недалеко от Земля-сити, такие броды есть, через них везут ремесленники и крестьяне свой товар в город на продажу.

Не знаю кого как, но меня заинтересовала информация о «бутылочных горлышках» где эта «кишка» сужается до нескольких сот метров.

– А где находятся узкие места дороги? Ближе к лесу бойрдов или к Земля-сити?

– Одно из них находится посередине пути, а второе – недалеко от города, – ответил Тайдекс, – буквально на расстоянии дневного перехода.

– А сколько всего времени займёт поездка по Восточному пути?

– Для стандартного отряда бойрдов – дней десять. А вот если они возьмут телеги – то дорога может растянуться и до двадцати суток. Как таковой ведь дороги нет. Есть только путь, направление вдоль реки и леса полное камней. Телеги будет непросто тащить за собой. Впрочем, основные силы они должны пустить и без телег, которые потом пойдут следом. Конный гайрд может преодолеть этот путь и за пять дней.

– Ну не за пять, а за шесть… Вы то сами за какой период прошли через эту «кишку», – сходу задал вопрос только что зашедший Таникс.

– Таникс, ты здесь, – удивлённо воскликнул Тайдекс, – я думал, ты на востоке, разбираешься с этими каннибалами дойрдами.

– Как видишь, я здесь, в Земля-сити. Более того, отношусь к числу её защитников по велению самого Энтони! – воскликнул Таникс, поднимая вверх указательный палец правой руки. Похоже, этот жест Лечо стали перенимать все остальные, так как уже не раз видел подобное. Что поделать, «болгарско-римская культура» она заразительная. Вот только никто еще не смог при этом жесте сделать такое убедительное лицо, как у Лечо: выпучив глаза и надув небритые щёки. Картина маслом, как говорится.

– Так ты не ответил – сколько времени потребовалось вам, чтобы пройти Восточным путём? – повторил свой вопрос Таникс.

– Да, действительно, у нас ушло шесть дней. Но мы здесь шли впервые и не знали некоторых особенностей. На второй раз пройдем его за пять дней: не надо уже терять время для поиска места под стоянку или высматривать обходной путь через очередное препятствие.

– Мы можем рассчитывать на вас и ваше оповещение в том случае, если бойрды пойдут этим путём? Я имею в виду, вы сможете послать нам гонца для того, чтобы предупредить? – спросил Рихард.

– Для этого не нужно посылать гайрда. Почтовые голуби летят быстрее, за один день. А в американской оккупационной зоне как раз есть такие птицы, парочку из которых мы и возьмём. Вы в первый же день будете знать об опасности.

– Прекрасно, – воскликнул Рихард, – одной проблемой меньше!

Впрочем, он тут же развернулся к Шмидту и возмущенно заметил:

– Брайан, и как это называется? Располагаешь такой прекрасной связью, и сидишь, молчишь! Вот она, ваша «американская дружба»: основные козыри держать при себе и не делиться с союзниками!

– Рихард, а раньше эта «голубиная» связь вам была нужна? С Вороньей слободкой вы и так, без голубей могли общаться, – рассмеялся Шмидт, – а сейчас я просто не успел сказать, события развиваются так быстро, что с трудом успеваешь понимать, что вообще происходит.

Подумав немного, Шмидт добавил:

– Как говорят русские, иной раз лучше промолчать – за умного сойдёшь. Давайте не будем сейчас высказывать какие-то обвинения, так как ситуация требует от нас прежде всего серьёзного обдумывания и выработки предложений. Но у меня есть другой вопрос: узнать-то мы узнаем про начало выступления бойрдов, но что дальше?

И тут молчание накрыло всё наше собрание. Первым его решил нарушить Таникс:

– В прошлом бойрды подобные набеги совершали неоднократно. Но каждый раз они шли на территорию ремесленников и далее – когда до крестьян, когда до земель гайрдов. С целью защиты от нападений, после создания Союза, на границе ремесленников и бойрдов были построены остроги. Всего их четыре и на постоянной основе там размещены двести бойцов. Этого вполне достаточно, чтобы отражать нападения отрядов с численностью до пары-тройки сотен. Именно такие небольшие набеги и были основной головной болью, так как в прошлом бойрды их организовывали довольно часто. Крупные выступления с численностью бойцов свыше пятисот были редко. Может быть, раз в десять лет. Видимо, бойрдам не так просто их организовать, или не нужно. Кто их знает, этих дикарей, что их гонит на наши копья и мечи?

– При крупном выступлении, – продолжил Таникс, – старейшины Союза принимали решение о массовой мобилизации гайрдов, в результате чего собирали до тысячи бойцов, которые и встречали противника лицом к лицу, плюс гайрды из острогов сидели у бойрдов «на хвосте». В конечном итоге, дикарей окружали и уничтожали. Но повторюсь, во-первых, для этого нужно решение старейшин Союза, во-вторых, на это уходило много времени, как минимум две недели, а то и три. Поселения ремесленников, что стояли на пути орды, за это время изводились «под корень», а сами ремесленники бежали кто к крестьянам, кто гайрдам. Насколько я понимаю, этот вариант нам не подходит, так как еще до прихода реальной помощи от Земля-сити ничего не останется. Да и самих землян станет заметно меньше. Более того, весьма сомнительно, чтобы старейшины Союза приняли решение о мобилизации для защиты землян, ведь если бойрды пойдут восточным путём, то это никоим образом не будет угрожать Союзу. А многие из старейшин, среди которых немало крестьян, до сих пор думают, что чем меньше землян в Аламании, тем лучше. Как-то так…

– Спасибо, Таникс, ты нам здорово помог, – иронично заметил Шмидт, – теперь у нас не будет иллюзий на помощь Союза. На помощь гайрдов тоже. А рыбаки могут нам помочь?

– Не надо так говорить, как будто вас, землян, тут бросили на произвол судьбы. А я кто? И мой отряд? Гайрды! Для чего мы здесь? Для защиты Земля-сити. А кто вас сегодня предупредил о планируемом нападении? Опять гайрды! Да, возможно это не та сила, которую мы можем выставить, но и заявлять, что от вас все отвернулись, будет тоже несправедливым. А что касается помощи рыбаков, – продолжил Таникс, – то навряд ли можно на них рассчитывать. Это племя особенно сильно исключительно на своём побережье, где у них есть «защитники». Ведь сами по себе рыбаки ничего не могут противопоставить вейрдам. Те их просто порвут. Но «защитники» – это страшная сила, своими зубами они остановят кого угодно, в том числе и собак. А в дали от берега, в районе той же Земля-сити, «защитников», живущих в море и выходящих на сушу на ограниченное время – нет, и рыбаки перед волной вейрдов будут просто беззащитны. Если вы обратитесь к ним за помощью, то первый вопрос, который там зададут – как остановите вейрдов и заставите их бежать в обратном направлении?

– Там, мужики, – решил вставить свои «пять копеек» Душан, руководитель от Балканского треугольника, – насколько я понял, у нас есть две группы задач. Первая – это организация централизованного управления в Земля-сити и объявление военного положения в городе с мобилизацией всех его ресурсов. По большому счёту, мы к этому уже шли, и даже запланировали проведение саммита, но всё нарушило угроза внезапного нападения на город. Но начатое надо доводить до конца и в кратчайший срок предлагаю провести этот саммит. Нам надо не столько искать помощь на стороне, сколько опираться на свои возможности. А вот их мы пока толком не знаем…

– И второе, – немного помолчав продолжил Душан, – чисто военный аспект: как встретить бойрдов? Надо найти бывших кадровых служивых среди нашего населения, сформировать из них типа Генштаба и там уже вырабатывать решения по отражению нападения. Мы с вами люди в основном не военные и сейчас, здесь, когда голова идёт кругом, мало что придумаем. Поэтому предлагаю назначить саммит на завтра, сформировать на нём централизованные органы управления городом и в течение суток-двое выработать необходимые решения. Кстати, во главе Генштаба предлагаю поставить Макса с его помощниками из Иностранного легиона. Всё же одно воинское подразделение у нас уже есть, давайте начинать с него.

Все остальные молча и удивлённо смотрели на Душана, внимая всему тому, что он сказал.

– Слушайте, а наш серб того… стратег…, – вымолвил Шмидт, – полностью согласен с ним. Есть кто против? – спросил он, обращаясь уже ко всем присутствующим.

Но таких не оказалось.

– Так, значит завтра в обед, как и договаривались на нашей «генеральной репетиции», проводим саммит со следующей повесткой дня: первое – на основе существующих национальных объединений формирование централизованной власти, типа Совета управляющих Земля-сити. Его акты и предписания обязательны к исполнению всеми территориями. Второе – создание армии города и назначение его руководителей Советом управляющих. Третье – подготовка предложений по учреждению комиссии по налоговой реформе. Любому государству нужны деньги, соответственно надо определить людей, которые всё это продумают и предложат свои варианты. Позднее Совет управляющих примет решение. Пока же, всем территориям провести соответствующую работу и в кратчайшие сроки мобилизовать денежные средства в пользу Совета управляющих. Параметры размеров этих финансов определим позднее. Кто ещё имеет что сказать?

– Согласен с предложением Брайана, но хотел бы добавить, что, с учётом всех произошедших обстоятельств, кто-то должен ещё раз оповестить всех руководителей общин. Как мне представляется, будет лучше эту задачу поручить Максу. Он уже лично всех знает, и сможет убедить собраться для решения архиважных вопросов. Тем более что речь идёт о лидерах «диких» территорий и Тризуба. Остальные представители вроде все здесь и сами доведут информацию до кого надо.

– Ок, – откликнулся я, – сегодня все будут оповещены.

– Ну а тогда чего сидим, кого ждём, – это уже был Рихард, – по коням, и давайте готовиться к завтрашнему саммиту. Думаю, что там будет немного жарковато.

Народ начал расходиться, а я попросил остаться присутствующих гайрдов.

– Тайдекс, ты так и не ответил, что же за отряд у вас такой, да ещё с такой формой, – начал я, когда все разошлись, – как ты его там назвал – «Элита»? И мне жутко интересно, кто назначил тебя «послом» в Земля-сити для предупреждения.

Тайдекс смущённо посмотрел и сказал:

– Я не могу раскрыть некоторые детали, но поделюсь определенной информацией, тем более позднее всё равно сами всё узнаете. Год назад Энтони с разрешения Совета старейшин Союза создал подразделение для осуществления особых задач. Назвали его «Элита», но ещё полгода все члены отряда располагались недалеко от Сопотьрама где проходили обучение. Гайрды, как вы знаете, воины, но всё наше искусство ограничивается навыками честного боя лицом к лицу, владением мечом и копьём. А здесь речь шла о другом: мы должны обеспечивать информацией Аналитический отдел, полученной от непосредственного противника, плюс разведка и диверсии на его территории. В общем, всему этому нас и обучали, причём на своих двоих, а не верхом, что для гайрдов было сначала возмутительно, но потом ничего, привыкли. Все же на лошади, в полном боевом прикиде разведку в лесу бойрдов не сделаешь.

– А форму где взяли?

– Энтони договорился с ремесленниками, дал им образцы, и те специально для нас её пошили. С красками была беда, но помогли крестьяне.

– Даже так… – протянул я, – то есть и от этого племени есть польза. Ну а уполномочил кто?

– По большому счёту это сделал Энтони. Когда нас отправили на границу, то он дал поручение командиру «Элиты», что, мол, как только узнаете о большом выступлении бойрдов, то сразу направляйте голубями сообщение в Сопотьрам. А если это будет нападение на Земля-сити, то формировать отряд и – на помощь людям.

– Не понял… – протянул Таникс, – так вы прибыли не просто рассказать нам о беде, но и остаётесь здесь?

– Ну да, пока не получу новый приказ от Энтони или моего непосредственного руководителя Томакса.

– А кто такой Томакс?

– А он и есть начальник «Элиты», которая сейчас расположена в одном из острогов на границе с бойрдами.

– Ладно, – встал я, – мне пора «по коням» и отправляться оповещать «диких». Таникс – помоги Тайдексу разместиться вместе с его людьми, только теперь уже с учётом того, что они останутся на долгое время. Продолжим нашу беседу завтра, после саммита. Да, и ещё, учитывая куда я еду, держи «под парами» свой отряд. Хотя, надеюсь, что всё пройдёт гладко, но кто его знает… Мугабе  отмороженный на всю голову.

– А ты и к нему собрался? Он ведь категорически отказался.

– Заеду и к нему. Теперь-то мы уже почти точно знаем о нападении бойрдов. Не отсидятся чёрные в своей «Дыре». И если не дикари разворотят их гнездо, то тогда мы позднее всех за задницу вытащим.

Саммит

В дорогу я взял Петра, как уже знакомого с «местностью» и людьми, а также надёжного телохранителя.

С Ромарио не было никаких осложнений. Он сразу подтвердил своё присутствие. Более того, бразилец очень заинтересовался информацией о возможном нападении. Похоже, угрозу воспринял серьёзно, что меня порадовало. Более того, узнав, что Паце всё же проявил интерес к нашему саммиту, Ромарио пообещал предупредить и его.

А вот с Мугабе опять получился «анекдот». Подъехав к дому, где располагался лидер «Чёрной дыры», по примеру Ромарио я несколько раз ударил ногой в дверь, после чего закричал на всю улицу на предмет наличия хозяев. Пётр стоял за мной немного в стороне и «мониторил» территорию. Тут дверь отворилась, но при этом никто не вышел. Типа «заходите гости дорогие». Ну мы и зашли… А вот внутри нас встретила горилла. Нет, это было не животное, это был человек, чёрный человек, но такой, что его изображением можно было эффективно лечить запоры даже в самых запущенных стадиях. У нас с Петром, слава богу, запора не было, мочевой пузырь тоже был пустой – и это спасло ситуацию. Так как если данному «существу» добавить волос, то от гориллы точно не отличишь, особенно морду лица и выражение глаз.

Первым пришёл в себя я – всё же начальник какой-никакой, должен показывать невозмутимость и готовность ко всему – в пример подчинённым. Чтобы проверить, что перед нами действительно стоит хоть и чёрный, но человек, а не человекообразная обезьяна, решил задать вопрос:

– Мы к твоему хозяину, земляк. Покажешь дорогу или сами найдём?

«Горилла» как стояла, так и продолжала стоять. «А может всё же действительно обезьяна. Прямоходящая только обезьяна, а не гомо сапиенс, – думал я, ожидая хоть какой-то реакции».

Но всё же это оказался человек, потому что, сморщив лоб и обдумывая с полминуты сказанной мной, «земляк» повернулся к лестнице на второй этаж, махнув нам рукой. Так вместе мы и поднялись в кабинет Мугабе.

Зайдя в оный, я увидел «чёрного властителя» всё в том же кресле, где он и был с момента нашей последней встречи.

– Что мой русский друг, хочешь извиниться за прошлое? – растопырив пальцы начал Мугабе.

– А за что конкретно? Что ты имеешь в виду? – хитро спросил я. – За то, что морду набил твоему гамадрилу, или за то, что рыбаки тебя выставили в дурном свете? Или, может, за наш последний визит, когда твоих «лялек» на посмешище выставили на всю улицу? Ладно, ладно, всё нормально, шуток, что ли, не понимаешь? – быстро затараторил я, видя как наливается кровью лицо «вождя чернокожих», после чего рассказал ему о том, что нам поведали гайрды, повторно предложив принять участие в нашем саммите.

– Слушай Макс, – начал тот, – что ты хочешь? Чтобы я принял участие в вашей тусне? Хорошо, давай предположим, что я пришёл. Что дальше? Вы там захотите поставить всех «раком» перед каким-то централизованным правительством. Но нам оно «по барабану». Как и все остальные ваши решения. Мы как жили, так и будем жить, и никому «не под шапку». Плевать я хотел на вас всех! В своей «Чёрной дыре» я царь и Бог, и никто и никогда не будет мне указывать, что делать. Всё, что я тебе сейчас сказал, я повторю и на вашем вонючем саммите, причём даже постараюсь сделать это в «парламентских выражениях» при условии, что меня ранее не заведут. Если Ромарио уже готов стать вашей комнатной собачкой, то я нет. Только через мой труп вы сможете зайти в «Чёрную дыру» и установить здесь порядки.

– Ну что же, – ответил я, – обращу только внимание, что про свой труп сказал ты, а не я.

Тут Мугабе подскочил, и со страшной рожей крикнул:

– Вон отсюда! Пока я не приказал тебя нарезать на куски!

Что было делать? Пришлось пойти по указанному адресу. Никто ведь не гарантировал, что моя посольская миссия окончится благополучно. Второй раунд переговоров с этим папуасом также завершился ничем.

На саммит собрались почти все. Не было только Мугабе. Впрочем, это и ожидалось. Но без неожиданностей не обошлось. От американцев был не только всем знакомый Брайан Шмидт, но и член их Управы Билл Брайтс. Я-то уже встречался с ним, а вот для остальных он был загадкой. От немцев, как и ожидалось, присутствовал Рихард Вебер, а от Вороньей слободки – Равшан. Чайна-таун представлял Пу И, но вместе с ним были ещё два китайца, которых никто не знал. Глядя на них у меня в голове почему-то закрутилась песенка про тётю Раю, которой пришла «посылка из Шанхая, а в посылке два китайца, крепко держатся за…. ноги». Боже мой! Ситуация опасней некуда, а мне в голову всякая хрень с Земли лезет! Помотав ею так, чтобы избавиться от этой напасти, я продолжил мониторить пришедших.

От Балканского треугольника был знакомый нам Душан, и, что меня сильно удивило, ещё более знакомый Лечо. «А этот мафиози что тут делает? – подумал я». Но ответ на данный вопрос пока не знал. Да, с Лечо были хорошие отношения, но в официальные дела он не лез. Ему и своих вроде хватало.

От Японского квартала был также уже известный нам Юудей, а вот от Средиземного озера – новый человек в нашим рядах, барон Де Бриз. Вроде как француз, а там кто знает… Причём просто «Де Бриз» его не устраивало, надо было обращаться вместе с «барон». Голубая кровь, мать его…

От Бандустана присутствовал Хинди. По крайней мере, именно так он представился. А так кто этот Хинди, что это за хинди – кто его знает…? То ли индиец, то ли бирманец, то ли цейлонец… Они все на одно лицо. Для меня, по крайней мере.

А вот от Тризуба была тоже неизвестная, но колоритная личность. Звали эту личность Ярко Лютый. Был он небольшого роста, где-то 170 см, но широкий в плечах и, похоже, крайне самоуверенный. А почему и нет. У этого Ярко столько же голосов, как у Рихарда или Пу И. Хоть и «метр с кепкой», но внимания требует. Кстати, в этой «нации воинов» почти каждый второй назвал себя Лютым. Как они там разбираются?

От Дикой зоны, что удивительно, рядышком сидели Ромарио и Паце. Вроде как не приятели, и даже не товарищи, но, похоже, будут поддерживать друг друга. Оппозиция, туды её в качель… Им бы ещё Мугабе на скамейку, вот бы трио «гангстеров» получилось… А три – это уже сила… Надо бы Ромарио побыстрей оттуда вытаскивать и переводить его латинос в цивилизованное русло. Мугабе ведь точно подметил, что Ромарио уже больше склонен к нормальной жизни, чем к бандитской. Да и по характеру он больше бизнесмен, чем «романтик с большой дороги».

Вели саммит, как и было договорено ранее, Шмидт и Равшан.

Начал Брайан, который сначала ознакомил всех присутствующих и огласил правила голосования – один голос от каждой зоны. Всего одиннадцать голосов, но один из них сейчас отсутствует. Итого десять голосов. При ситуации пять на пять решение принимается то, за которое голосовали американцы, как представители самой крупной территории. Никто не возражал.

Далее Шмидт обрисовал ситуацию, которая привела к этому саммиту, добавил информацию об уже предполагаемом нашествии бойрдов и предложил перейти к первому вопросу повестки – создание централизованного органа управления Земля-сити – Совета управляющих. Причём решения этого совета были бы обязательными для всех территорий.

– А если мы посчитаем какое-либо решение Совета управляющих ущемляющим права нашей территории и нашего Уложения и откажемся его выполнять? – поднял руку Ярко Лютый.

– Тогда ваше объединение будет расформировано, зачинщики будут отданы рыбакам, Уложение пойдёт на самокрутки, а остальные члены землячества рассортированы по другим объединениям. В каком только качестве – не знаю,  – твёрдым голосом пояснил Рихард, – причём всё будет записано в Устав нашего Совета Управляющих.

– И хто это будет нас рассортировывать? – не унимался Ярко.

– Компетентные службы, – пояснил Шмидт, – одна из них уже создана, и это Иностранный легион. Кстати, в структуре этого легиона создано специальное собачье подразделение… – с напором на последние слова добавил он.

– Шо це таке собачий підрозділ?¹ – зашёлся в изумлении Лютый, перейдя на украинский язык. А остальные изумлённо посмотрели на него. Тут Ярко понял свою ошибку и перешёл на общий для всех местный язык.

– Потом поймёшь, – бросил Шмидт, – сейчас мы не украинцев с собаками обсуждаем. Кому есть что сказать по сути вопроса?

И тут решил «вставить свои пять копеек» Ромарио, задвигая маленького Ярко, который опять пытался продолжить «питання»:

– Что нам это даст? Я имею в виду создание такого Совета управляющих в плане отражения нашествия бойрдов? Есть у кого-то понимание: поможет ли этот Совет отразить атаку местных гангстеров?

– Да, есть, – лаконично ответил Шмидт, – но это будет следующим вопросом в том случае, если мы примем положительное решение по созданию Совета. Предвосхищая новые вопросы, скажу сразу, что Совет управляющих не будет подменять собой территории, не будет вмешиваться в их внутренние дела. В его компетенцию будут входить только общегородские темы. Но в перечне этих вопросов он неограничен. Совет будет уполномочен принимать любые решения общего плана, и их исполнение, как я уже сказал ранее, будет обязательным. Если какая-то территория не успеет выполнить общегородское решение, то её руководители должны будут дать пояснения. Если оно не будет выполнено и в дополнительно назначенный срок – то существование территории станет под вопросом, вплоть до её ликвидации. Находясь во враждебном окружении, Земля-сити уже не может позволить себе жизнь «вольного города», где «анархия – мать порядка». Так что, Ярко, про «Незалежнiсть» можешь забыть. Раз и навсегда.

– А с Американской оккупационной зоной также по этим правилам будут поступать, если она «закобениться»? – не унимался Ярко Лютый.

– Американская оккупационная зона не является такой «одарённой» как Тризуб из пионерского лагеря «Вільна Україна», – с покрасневшей от возмущения физиономией рявкнул Билл Брайтс, показав при этом неплохое знание истории СССР, – и ей не надо будет дважды напоминать о том, что она должна была сделать.

Но тут Ярко, которого не смог усадить даже сидящий рядом Ромарио, просто взвился:

– Да Украина вам тыщу раз напоминала про ваши обещания взять её в НАТО, а вы как зажравшиеся боровы только отмахивались, пока несчастная «ридна нэнька» билась не на жизнь, а насмерть с «восточным ахрессором»!

– Так! Ты, бандеровское чмо, закрой свою пасть, пока тебе не наваляли за «ахрессора»! – не выдержал уже я, – зараз рога обломаем вашему Тризубу, и конец придёт пионерском лагерю «Вільна Україна». Станет Малой Россией, как и положено!

Тут уже встал Равшан:

– Макс, тебе слово не давали, и ты не представитель территории. Поэтому не создавай бардак на встрече высоких сторон.

– Это кто «высокая сторона»? – опять я не удержался, – это прыщ галицийский «высокая сторона»? Да у него рост «метр с кепкой», а гонору, что у толстощёкого Пу И!

А вот здесь проснулся уже и Пу И:

– Какие у меня толстые щёки? У меня всё гармонично, в соответствии с китайскими традициями, – возмутился китаец, – потрясая лоснящимися от жира щеками, свисающими с толстой морды лица, насаженной на невидимую шею весьма объёмного тела.

И тут уже заржали балканцы Лечо с Душаном, и за ними и все остальные:

– Два брата близнеца, – не унимался Лечо, тыкая пальцем в Ярко и Пу И, – их надо сложить вместе и поделить пополам, как раз два Равшана получится!

– Как бы вас не поделили, – вскочил всегда спокойный узбек, – гопота балканская, думайте своей головой, а не жопой перед тем, как рот открыть!

– Стоп! – рявкнул Шмидт, остановив на полуслове внезапно покрасневшего Лечо, и начал «раздавать всем сёстрам по серьгам» – что вы тут за бардак устроили? Вот вся ваша суть – создать балаган на весь город, тогда как бойрды уже натравливают своих вейрдов на Земля-сити. Тратим время впустую. Для чего у вас ваши головы? Только для того, чтобы в них есть и пить? Учитесь уже в верхней голове свои мозги напрягать, а не в той, что ниже пояса! Да, Лечо? Равшан, а ты как ведущий собрание, не поддавайся на провокации «высоких договаривающихся сторон».

Внезапно барон Де Бриз поднял руку:

– Мне не совсем понятны слова о возможном расформировании наших национальных объединений. Это с какой стати какой-то орган вдруг начнёт решать судьбу территорий, созданных задолго до него и прекрасно живших до появления централизованного правительства. Это явное ущемление прав людей, организовавших своё самоуправление, а также основных принципов демократии. Я полагаю, что каждая территория должна иметь свою точку зрения, которая не обязательно будет совпадать «с генеральной линией партии». Это в диктаторских режимах оппозиция уничтожалась под корень, но мы не такие, так ведь? В общем, я против того, чтобы в Земля-сити кто-то имел возможность определять судьбу наших национальных формирований. Средиземное озеро было, есть и будет невзирая на решения каких бы то ни было инстанций! Мы не позволим задушить демократию и наши ценности прав человека даже в таком, отдалённом от Земли обществе!

После завершения этого спича раздались бурные аплодисменты со стороны Лютого. А все остальные, в том числе и Ромарио и Паце, с заинтересованностью повернули свои головы в сторону Шмидта. Что он скажет?

– Да, национальные территории созданы без участия какого-либо централизованного органа. Но напомню вам, уважаемые члены собрания, что было в Земля-сити ещё пару десятков лет назад? Хаос. Одна сплошная дикая зона. Плюс к этому – голод и отчаяние. Мы сами продукты не выращиваем в том количестве, что необходимо, а покупать было не на что. Так, Рихард?

Немец кивнул в знак согласия.

– Я не жду подтверждения моих слов от барона Де Бриза, потому что его тогда не было. Барон прибыл сюда десять лет назад, когда территории уже были созданы и порядок наведён. Когда были сделаны промыслы, когда Земля-сити вовсю зарабатывала на свою жизнь и стала пусть не процветать, но вполне сносно существовать. Я к чему всё это веду? Прежде чем говорить о демократии и ценностях, надо сначала решить несколько насущных вопросов связанных с обеспечением даже не комфортного, а просто физического существования индивидуумов. Какая на хрен демократия, если вы просыпаетесь и засыпаете только с одной мыслью – чтобы пожрать. И вообще – как бы не подохнуть с голода.

– Но мы не голодаем! – прервал его барон Де Бриз. – Зачем говорить о том, чего нет?

– Да, сейчас не голодаем. – продолжил Шмидт. – А почему? Да потому что в своё время нашлись умные головы среди немцев и американцев, которые сначала стихийно объединили вокруг себя свои национальные землячества, а потом смогли договориться с рыбаками об основных правилах проживания в нашем «общежитии». Тогда-то и начали создаваться национальные образования в том виде, в каком есть и сейчас. Обращаю ваше внимание на то, что они были созданы не потому, что кто-то так захотел, и не сами по себе, а потому что жизнь заставила! Жизнь, мать её яти! Обычный человек катиться по-своему судьбоносному пути как колобок и мало о чём думает, пока мордой лица не въедет в какой-нибудь геморрой. И только тогда начнёт думать, как этот геморрой вылечить. Но подчеркну еще раз, думать он начинает не потому, что такой умный, а потому что без устранения возникшей проблемы жить дальше не получится. А как решил её – и покатился снова, пока опять во что-нибудь не воткнётся. Так и мы, жили как-то, худо-бедно, но жили, пока голод не накрыл весь город и не встал вопрос о его физическом существовании. При других обстоятельствах взяли бы да и разбежались в новые «хлебные» места. А тут куда денешься? Кругом одни подставы и крайне неприветливые хозяева. Прибьют молча и никто не будет знать, где могилка твоя… Вот и создали территории. Центральное управление тогда никто не захотел делать. Проблем и возни было много, всех следовало уговаривать и что-то обещать… А кому это надо? Никому. Вот и порешили, что выживать будем в рамках своих землячеств, и нахлебники нам не нужны. Каждая территория думала, что она умнее других и лучше знает, что и как надо делать. Так, Рихард? – снова обратился Шмидт к немцу.

И Вебер только тяжко вздохнул и с грустью кивнул головой.

– Или ты, Равшан, имеешь что-то другое добавить? А то может я тут чрезмерно сгущаю краски или, попросту говоря, «пургу гоню», как у вас в Вороньей слободке принято это называть?

Но и Равшан не стал высказываться на эту тему и покачал головой, что, мол, добавить ему нечего.

– Надеюсь, остальным также всё понятно из того, что я сейчас сказал? – окинул взглядом притихших «трудящихся» Брайан.

– Так вот, – продолжил он, – чтобы всем присутствующим здесь «высоким сторонам» совещания стала немного ясней, зачем они собрались, я простым языком хочу сказать – мы  собрались не по воле случая, и не по призыву политических партий о дальнейшем совершенствовании нашего общества, а только потому, что на своём пути мы наткнулись на очередную проблему, без решения которой дальше жить не сможем. Эта проблема называется – физическая защита нашей территории от внешних захватчиков и сводится к способности землян защищать себя и своё имущество от посягательств диких орд буйствующего местного населения. Если мы эту способность реализуем, то всё будет ОК, а если нет – то… Про демократию и права человека можно будет забыть навечно, так как уже не будет ни самих человеков, ни их прав.

Сделав небольшую паузу, Шмидт спросил:

– Барон Де Бриз, вы продолжаете настаивать на своих требованиях о главенстве прав территорий над центральным органов власти на Земля-сити? Или как?

– Ну… – протянул барон, – какие-то балансы всё же надо сохранить…

– Ок, какие-то балансы сохраним, – согласился Брайан, – по просьбе представителя Средиземного озера. Но главенство права центрального руководства оставим незыблемым. Всё, у нас нет другого шанса на выживание. Демократия и ценности хороши на сытый желудок и в мирной обстановке, но даже в республиканском древнем Риме в период войн вся власть передавалась в одни руки – руки диктатора, которого назначали консулы для решения возникшей проблемы. То есть если древние римляне понимали всю важность жёсткого сосредоточения власти и беспрекословного ей подчинения, то о чём мы здесь сейчас толкуем? Со дня на день ожидая нападения?

– Ладно, Брайан, уже всем всё понятно. Давай заканчивать с обучением правилам существования нашего «общежития» в условиях враждебного окружения и с лекцией о сложной «международной обстановки» в Аламании, – пробился голос у Рихарда. – Теряем время…

– Но пардон, – вновь решил не дать угаснуть теме барон Де Бриз, – всё это правильно, но правильно в условиях войны. А в мирное время? Зачем нам нужна такая диктатура власти в мирное время?

– В какое мирное время? Где вы видите мирное время? – сквозь зубы процедил Шмидт. – Мы ещё ничего не решили, как будем защищать наш город от нашествия. Более того, мы даже не представляем – а можно ли это сделать? Может уже завтра все начнут бежать куда глаза глядят? Барон, да оставьте вы в покое ваши права человека, не до этого сейчас. Наша неотложная задача – создать структуру, которая смогла бы мобилизовать все силы и организовать их на решение самой неотложно задачи – защиты землян! И даже если эта задача будет решена, и мы отстоим наш город, вопрос безопасности никуда не денется. Сколько можно быть в постоянном в страхе за свою жизнь? Мы ведь как крысы перебиваемся здесь и боимся выйти наружу, так как там, снаружи, обитают «страшные крестьяне» и прочие местные гуманоиды, которые «отлавливают и уничтожают» всех людей, которые им повстречаются. Это что, не состояние войны? Это не есть угроза жизни граждан нашего общества? Что, так и дальше будем существовать, забившись в эту нору под опекой рыбаков?

– Эка ты хватанул… – произнёс Равшан, – на годы вперёд «программу партии» обозначил. Мы тут что, не просто нападение бойрдов должны отбить, а из всей Аламании колониальную империю создать? Типа как испанцы в Латинской Америке.

– Нет, не колониальную империю, а новые США – Соединённые Штаты Аламании.

– Друзья, всё это очень интересно, – включился в разговор Душан, – но Брайан, ты же сам сказал, что первоочередная задача – решить вопрос по отражению нападения бойрдов. Предлагаю вернуться к нашей основной теме, вернее, к первому её вопросу – созданию централизованного органа управления городом. Ну и далее по повестке. А вот если выживем и всё будет нормально, то тогда и будем обсуждать наше дальнейшее общественное устройство. И не только общественное.

И тут уже встал Юудей из Японского квартала:

– Давайте голосовать. Тема создания централизованного правительства Земля-сити не новая, мы её уже обсуждали и у каждого, как я думаю, есть своя точка зрения. А какие там будут полномочия – потом разберёмся. Душан и Шмидт правы – сейчас главное: выработать комплекс мер по защите города от бойрдов. Отобьёмся – значит будем жить и решать мирные вопросы, не отобьёмся – некому и нечего будет решать.

– Хорошо, я тоже поддерживаю предложение Юудея, – наконец-то согласился барон Де Бриз, – но с оговоркой, что после отражения нападения мы вернёмся к вопросу организации работы центрального руководства.

– Согласен с бароном, – подключился Рихард. – Тема взаимоотношений территорий и правительства требует доработки и более глубокого понимания их полномочий.  А сейчас давайте голосовать.

«Так… – подумал я про себя, – похоже, ось Париж-Берлин формируется и здесь. Да и Рим там же. Ну всё как на Земле. А учитывая, что немцы уже хорошо снюхались с американцами, то здесь формируется некоторый форпост западного мира. Новое НАТО? А вот русских почти совсем нет… Впрочем, как говорится: нас мало, но мы в тельняшках!».

– Уважаемые участники совещания! – встал один из соведущих Шмидт, – поступило предложение о голосовании по первому вопросу – формирование Совета управляющих. Предлагаю назвать наше центральное правительство именно так. Если нет других предложений, конечно. Но, прежде чем мы начнём, хочу сказать о важном пункте Устава, который вы обязаны знать. Если сейчас на этом совещании у каждого национального формирования  один голос, то в дальнейшем, в Совете управляющих территории будут иметь разное количество голосов, в зависимости от их веса, значимости и роли в жизни Земля-сити. Думаю, что это будет справедливо.

– Так, щось я не зрозумів, про які ваги йдеться², – снова от волнения на мову перешёл Ярко. Правда, тут же поправился и повторил всё сказанное на понятном для всех языке. – А як же демократия, за которую столько хлопчиков жизнь положили? Всем поровну! – уже фальцетом в конце своей речи рявкнул Лютый.

– Ярко, если тебе что-то не нравится – голосуй против, у нас всё решается демократическим путём, – вмешался Равшан, – твоё право действовать так – как посчитаешь нужным. Вот и всё.

– Подождите с этим малЭньким, – встал уже Ромарио, – и поясните, что там с голосами. То есть сколько у какой территории их будет?

– Предлагается следующий вариант, – продолжил Шмидт, после того как все успокоились и притихли, – у Американской оккупационной зоны, как самой большой – четыре голоса, у Чайна-таун и Немецкой слободы – по три голоса. Также три голоса предлагается Вороньей слободке. Она хоть и не такая большая, но её роль во всей нашей работе очень высока. Я бы даже сказал, что многие вопросы мы решаем благодаря именно этой территории. Далее, по два голоса у Балканского треугольника, Японского квартала, Средиземного озера и Бандустана. Один голос будут иметь Тризуб, Латиносы и Черти. У Чёрной дыры, как отсутствующей на данном собрании пока ничего не будет. Также добавлю, почему все три «диких» территории не могут иметь более одного голоса – так как ничего о них не знаем. Когда оформятся как положено, и мы получим дополнительную информацию, тогда и сможем вернуться к данному вопросу. В случае необходимости. А пока – то, что есть. Что касается Тризуба – то ему надо подрасти в несколько раз до уровня «взрослых территорий», прежде чем претендовать на большее. Вопросы?

Ярко несколько раз попытался встать и что-то сказать, но Ромарио положил свою огромную лапищу на миниатюрного украинца, и не давал тому возможность высказаться. Но тут опять решил задать свой вопрос барон Де Бриз:

– А кто определял то количество голосов, которое вы нам предложили?

– Инициаторы этого саммита. – ответил Шмидт. – Не я лично, если это имеете в виду. Может у вас есть другие предложения? Вы хотите кому-то увеличить или уменьшить количество голосов?

– Нет, не хочу, – ответил барон, – просто сейчас сложно что-то калькулировать и делать расчёты. Тем более что мы ещё ни разу этим не пользовались и нет никакого опыта голосования таким образом. Но в связи с этим у меня есть другой вопрос – возможно ли в дальнейшем вносить изменения в этот расклад? Я имею в виду количество голосов за каждой территорией?

– А кто сказал, что нельзя? – вопросом на вопрос ответил американец. – Совет Управляющих будет высшей инстанцией, способной принимать любые решения в рамках своей компетенции.

– А кто будет определять эти «рамки компетенций»? – осторожно поинтересовался молчаливый Хинди.

– Совет Управляющих и будет. То есть коллективно. Но исключительно в пределах общегородских вопросов. Подменять территории никто не будет.

– Що значить коллективно, – Ярко всё же вырвался из-под опеки Ромарио, – да американцы, немцы, узкоглазые и москали, имея в сумме тринадцать голосов из максимально возможных двадцати четырёх, могут собраться своим тесным кагалом и порешать келейно вопросы за всю Земля-сити. А мы с «дикими» – тоже четыре территории, имеем на круг только четыре голоса! Где же демократия за которую хлопцы свою кровь на фронтах проливали?! Надо как в Евросоюзе – все решения должны быть приняты единогласно! Так, барон, что молчишь? Даёшь всем поровну!

– Ярко, ты не на митинге на майдане, веди себя прилично. Тем более, что мы уже договорились, что после того, как угроза городу будет решена, вернёмся к вопросам демократии и возможного нового расчёта количества голосов. Так барон? – также, обращаясь к Де Бризу, спросил Равшан.

Француз ничего не сказал, но сделал вид, что вроде как согласился с последним предложением.

– Пекин хочет спросить, – вдруг поднялся Пу И, – что означает количество голосов у территории кроме того, что она может их использовать в Совете управляющих? Какая ответственность будет возлагаться параллельно?

– Хороший вопрос, – улыбнулся Шмидт, – это означает, что и вклад каждой территории в общее дело должен быть адекватным. Я не говорю о прямых пропорциях согласно количеству голосов. Но если вы один из лидеров, то и в общегородских делах также должны быть лидером, а не отсиживаться за «широкой украинской спиной».

– Согласен, – произнёс Рихард, – давайте попробуем. С чего-то надо начинать.

– А бабло? – «проснулся» уже Лечо.

– Что – «бабло»? – не понял Брайан.

– Как количество голосов отразится на налогах, финансах и прочих бухгалтерских заморочках?

– Также в зависимости от доли в голосах.

– И что, Американская оккупационная зона будет вносить налоги только в четыре раза больше, чем Тризуб? И всё?

– Лечо, мать твою, ты что спал? – взвился Шмидт, – я уже говорил, что пока речь не идёт о прямых пропорциях, и что все вопросы, связанные с финансами, будут рассматриваться позднее. И хватит уже мусолить эту тему! Хотите иметь не два голоса, а три, как у той же Вороньей слободки – работайте на общество, на город, а не сидите по своим едальням за пересчётом дневной выручки и не шарахайтесь по «диким территориям» с какими-то мутными историями! Как что-то сделать надо для общей пользы, но бесплатно – хрен кого найдёшь, а как глупые вопросы задавать – всегда горазды! И не надо на меня так смотреть, ты, Лечо, пока ещё не рыбак, в мозгах дырку не просверлишь.

– Так, уважаемые представители, ушли в сторону, – вмешался Равшан. – Давайте голосовать. Кстати, все голосования будут открытыми. Кто «за» создание Совета управляющих, решения которого будут обязательными для всей Земля-сити, в том числе и для тех, кто в него не входит, в нашем случае это касается Чёрной дыры, прошу поднять руку. Да, ещё один важный момент: мы голосуем не только за собственно создание Совета, но и за вхождение в него тех людей, которых представила каждая территория. Все согласны с таким голосованием?

Народ сидел молча, только кивал головами.

– Ну тогда кто «за»?

«За» были почти все, кроме Тризуба, Ромарио и Паце.

– Кто против?

Против оказался Ярко.

– Воздержавшиеся?

Воздержавшимися были Ромарио и Паце.

– Замечательно, – улыбнулся Шмидт, – большинством голосов принято решение о создании Совета Управляющих Земля-сити, поздравляю. А теперь второй пункт нашей повестки дня: меры по отражению нашествия бойрдов. Предвосхищая некоторые вопросы, скажу сразу, что есть предложение возглавить оборону города Максу. У него под руководством уже находится Иностранный легион, где собраны бывшие военные, плюс наши союзники – гайрды. Все имеют опыт боевых действий, соответственно Макс и соберёт Генштаб – ему виднее. Управление городом будет вести только что избранный Совет, а обороной – Макс со своим штабом. Все вопросы, связанные с участием города, будут вестись через Совет. Так что диктаторских полномочий, как в Древнем Риме, мы никому не даем. Итак, Макс, тебе слово.

Вчера, вместе со Шмидтом, Рихардом, Отто, Таниксом и моим Иваном мы своим кругом долго обсуждали как можно отразить вражескую атаку, и кое-что придумали.

– Первое, – начал я, – представляется, что осуществить защиту собственно самого города невозможно. Он большой и в настоящий момент не имеет никаких защитных сооружений. Бойрды, а особенно вейрды могут лавиной ворваться в него одновременно в нескольких местах и тогда всё: «сушите вёсла». Против такой злобной оравы мы ничего не сможем противопоставить. Поэтому предлагаю встретить эту шоблу в «узком горлышке» Восточного пути, в том из них, что ближе к нам. Но не просто встретить, а и провести предварительные мероприятия: создать защитные сооружения, ну и, конечно, подготовить бойцов для отражения атаки. Для решения этих двух задач нам нужны, во-первых, люди, во-вторых, шанцевый инструмент, а в-третьих, оружие и амуниция для бойцов. Плюс, помимо людей и оружия – нужны инструкторы, которые смогли бы в кратчайший срок подготовить людей к защитным действиям на созданных нами сооружениях. Пока не могу сказать, как и когда мы со всем этим справимся, так как даже не знаем сколько у нас времени, но начинать следует уже сейчас.

– В связи с этим каждой территории нужно сделать ревизию шанцевого инструмента: лопаты, кирки, тележки и прочее. Второе – выделить необходимое количество людей с провизией на неделю. Людей надо примерно тысячу человек. Если шанцевого инструмента не хватит, срочно бежать за помощью к ремесленникам. На всё срок – пять дней. Через пять дней мы должны начать рыть ров и делать вал на самом узком месте Восточного пути между рекой и лесом. Расстояние там метров семьсот, должны управиться за неделю. И хорошо, что это место находится в конце пути, то есть близко к Земля-сити. За день от нас пешком можно добраться. Каждая территория будет иметь свою квоту на работников, и ваша обязанность эту квоту заполнить полностью. Объясните людям, для чего это нужно, и, думаю, отказов не будет.

– Далее, через два дня буду ждать информацию о людях, которые служили в армии, в первую очередь по контракту: пол, возраст, специальность. Отдельно прошу найти людей, которые занимались реконструкцией сражений в античные времена и средние века. У нас нет огнестрельного оружия и нужны специалисты, которые знают, как воевали далёкие предки. А ещё лучше – какой-то опыт.

– Кроме тех, кто служил в армии, перепишите всех крепких мужчин, которые также хотели бы участвовать в непосредственной защите Земля-сити от бойрдов и их вейрдов. А мы будем думать, как их организовать, какое вооружение и амуницию найти. Таникс будет отвечать за взаимоотношения с ремесленниками и гайрдами, а я сам завтра поеду в Сопотьрам для встречи с Энтони и понимания, чем он может нам помочь. В моё отсутствие все вышеназванные вопросы будет курировать Отто Вебер, поэтому всю информацию прошу передавать лично ему. Иностранный легион с завтрашнего дня переводится на боевой режим и находится здесь, в казармах.

– Подчеркну ещё раз, через два дня Совет управляющих, который пока также будет базироваться здесь, должен иметь список работников на рытьё рва и вала с перечнем инструментов. При нехватке инструмента – сразу к Шмидту и Таниксу. Мы уже сегодня, не дожидаясь саммита, встретились с некоторыми из ремесленников на базаре и «перетёрли» данный вопрос. Они готовы помочь нам и начали искать необходимые орудия труда. Через пять дней тысяча человек с инструментом и едой должна быть готова выступить на подготовку защитных сооружений. Кроме списка на работы у Отто Вебера также через два дня должен быть список людей, служивших в армии, или желающих послужить на благо Земля-сити.

– А кто будет от Совета управляющих?  С кем непосредственно контактировать? – ценный вопрос задал Лечо.

– Временно, до особого решения, курировать данную тему, то есть быть как бы секретарём при этом органе будет Шмидт, – ответил Равшан. Если нет возражений, конечно.

Возражений не было.

– Ну и третий вопрос, – провозгласил Брайан, – бюджетный. Никакое государство не может осуществлять свои функции без финансовой системы, в том числе и функцию по защите граждан. А наш город Земля-сити постепенно приобретает черты государства. И создание централизованного правительства в виде Совета Управляющих закрепляет этот процесс. Вы не дети и прекрасно понимаете, что каждое государство должно иметь свою казну.

– Начинается… – подал голос Ромарио, – жили не тужили, а тут только решили что-то лучше сделать, как дань надо платить.

– Это не дань, Ромарио, – продолжил Шмидт, – а обычная вещь. Как говорили ещё римляне: если не хочешь кормить свою армию, будешь кормить чужую. Ты хочешь кормить бойрдов с вейрдами? Так они к тебе «в гости» на угощения каждый месяц будут ходить. Всем личным составом. Хватит твоих доходов всю эту ораву обеспечивать?

Ромарио сделал вид, что «уже никто ничего не говорит».

– В принципе есть несколько вариантов формирования нашего бюджета. Первый – это налоговый. В городе уже имеется большое количество разного рода бизнеса, мастерских, пекарен и так далее. Все они получили возможность функционировать благодаря городу, но никто из них не платит ему налоги.

– Почему не платят? – удивился Пу И. – У нас все платят территории. По крайней мере, в пекинской зоне. В шанхайской и гонконгской тоже платят, частично своим, частично в центральную кассу. У нас этот вопрос давно решён.

– Согласен, Пу И, платят и у вас, и в других территориях своим Управам. Но я подчёркиваю – городу ничего не достаётся. А ведь и бизнес, и территории могут существовать только в рамках города, сами по себе они не суверенны. Жить и зарабатывать могут только находясь прежде всего в Земля-сити, а не, например, в Чайна-таун. Так ведь, Пу И?-

Китаец ничего не ответил, но поднялся Рихард:

– Согласен со Шмидтом. У нас в Немецкой слободе тоже все платят налоги в кассу Управы, причём не только бизнес, но и каждый гражданин Слободы. Абсолютно все состоят на учёте и контроль за платежами весьма серьёзный. Но, например, Немецкая слобода до настоящего времени сама осуществляла функции по защите своих жителей и, соответственно несла затраты на содержание внутренней службы охраны. А с созданием Иностранного легиона – частичную оплату как на его формирование, так и на его функционирование. И если город возьмёт на себя задачу защиты граждан, в том числе и по содержанию Иностранного легиона, то мы готовы делиться с нашими доходами в пользу Земля-сити. Думаю, что и другие территории могут сделать аналогичный шаг. И это касается не только защитных функций, но и в том числе коммерческих. Город может расширить возможности для торговли, а вместе с ней и для производства товаров, за что бизнес будет готов платить. Ведь это будет на пользу всем.

– Спасибо, Рихард, – поблагодарил его Шмидт, – Мне кажется, господин Вебер достаточно хорошо обрисовал ситуацию и довёл главную мысль: налоги городу – это не какие-то дополнительные поборы и не попытка снять три шкуры с бедного мастерового. Это – плата за те услуги и возможности, которые город может дать своим гражданам. При грамотном управлении, естественно. Но, кроме налогов, есть и ещё один вариант пополнения бюджета – это таможенные пошлины. Каждый день десятки, если не сотни телег с товаром от крестьян, ремесленников и рыбаков приходит в город. Все рынки переполнены торговцами и той продукцией, которую там предлагают. Но они тоже ничего не платят Земля-сити. Городу, который даёт им возможность торговать и получать немалый доход. На мой взгляд, это вопиющая несправедливость. Да, во многом эта ситуация связана с тем, что поначалу мы вообще просто были благодарны местным за то, что они начали возить к нам продукты и помогли решить проблему голода. Но со временем это стало как бы само собой разумеющимся, и про платежи уже никто не вспоминал. Впрочем, в условиях территориальной разделённости это не удивительно. В общем, что я предлагаю – создать таможенную службу, определить нужное количество городских въездом и оборудовать их. После чего разработать системы платежей за право торговли на городских розничных и оптовых рынках и начать их взимать. Конечно, это вопрос не сегодняшнего дня, вплотную мы им можем заняться только после возвращения к мирной жизни, но сегодня можно определить круг ответственных за данную тему. Предлагаю по налоговых вопросам создать комиссию и включить в неё Рихарда Вебера и Пу И, как представителей территорий, где уже есть своя налоговая система и наработанный опыт, плюс Балканский треугольник и Японский квартал. По таможенной службе предлагаю возложить подготовку всех предложений и мероприятий на Американскую оккупационную зону, как территорию на которой находится основная часть рынков и уже имеющую наработки по таможенному законодательству, плюс Средиземное озеро и Бандустан.

– И третий возможный вариант пополнения городского бюджета, правда, пригодного только сейчас, в условиях форс-мажора – это пожертвования. Каждая территория может обратиться к своим гражданам, независимо от их имущественного положения и попросить осуществить пожертвования, чтобы помочь отразить нападение. Здесь каждый волен поступить как он посчитает нужным, но, думаю, что большинство наших сограждан правильно поймут текущую ситуацию и не останутся в стороне, типа «ничего не знаю, моя хата с краю». Многое также будет зависеть от членов Управ, как они смогут донести до людей что им грозит и как сообща мы можем победить. По данной теме предлагаю уже с сегодняшнего дня провести работу и все вырученные средства под опись собирать сначала в территориях, а через пять дней всё это свезти сюда, под защиту Иностранного легиона и подвести итог. После чего с согласия Совета Управляющих использовать эти средства по предназначению.

Наконец Шмидт смог перевести дух, ещё раз окинуть взглядом зал и перейти к завершению этого сложного, но весьма актуального вопроса:

– Так, вроде все поделили, но возвращаясь к теме обороны, хочу обратить ваше внимание, что все эти доходы, о которых мы только что говорили – это вопрос будущего. А нести финансовое бремя надо уже сейчас, поэтому, пока все затраты, связанные с подготовкой защитных сооружений, о которых вёл речь Макс, территории оплачивают сами. Я имею в виду выделение людей и обеспечение их питанием. А что касается закупки у ремесленников – то Американская оккупационная зона, вместе с Чайна-тауном, дадут кредит. Беспроцентный, но возвратный. Есть у кого предложения или возражения по всему тому, что мы обговорили?

– Есть! – тут Ярко каким-то образом крутанулся и выскочил из-под опеки Ромарио. – У меня есть возражения! А где Тризуб?

Немая пауза среди присутствующих. Честно говоря, даже я не понял сути вопроса, а когда до меня стало доходить, что речь, скорее всего, идёт о том, что Тризубу не дали никаких должностей, то стало просто смешно.

– Хлопчик, скажи яснее дядям, что ты хочешь, – подал голос Лечо, – а то дяди не знают, что тебе купить. Может, мороженое?

– Какое на хрен мороженое! – взъерепенился Ярко, – москалям армию отдали, немцам с узколицыми все финансы на откуп, америкосам вообще столько голосов отсыпали, что они теперь сами могут все вопросы решать, да ещё и таможню подарили! А мы, а про нас?!

– А что про вас? – опять спросил Лечо, – может, сам скажешь, о чём душа горит, куда рвётся? Хочешь у меня в едальне работать? Сыт всегда будешь!

– Какая на хрен едальня! Мы нация воинов, мы тысячу лет боролись с ахрессором, отражая натиск его несметных орд! У нас в крови воевать не числом, а уменьем! Дайте нам сброю³ и мы покажем, как сражаются потомственные воины с дикарями! Мы не ботаны какие-то сидеть с цайсами на носу и цыфири малевать, мы…

– Чёрное море выкопали и пирамиды построили, – не дал ему закончить Равшан. – Может хватит уже на всякую фигню тратить время?

– Макс, – обратился ко мне Шмидт, – когда будете готовить ополчение для защиты вала, перепиши всех этих «воинов» и поставь их в первый ряд, как говорится, «по многочисленным просьбам» трудящихся. Я уже устал от этого шапито.

После чего повернулся к Лютому и спросил, – тебя такой расклад устраивает? Будете биться с врагом в первых рядах и подавать пример другим. Со сброей в руках!

– Устроит, – кивнул Лютый, – но, чтобы и платили как немцам в Иностранном легионе!

– Будут вам платить, сколько наработаете.

Снова в Сопотьрам

На следующее утро я вместе с Петром выехал в Сопотьрам. Даже Цезаря оставили в Земля-сити. Во-первых, ему было бы тяжело угнаться за нами, а во-вторых, он нужен при пойманных нами вейрдах. Кроме Цезаря больше никто не мог с ними управиться. Даже будучи запертыми в клетках, они вызывали серьёзные опасения у всех людей на нашей базе. Иван также остался при собаках, взявшись за ними ухаживать.

Гнали лошадей на полном ходу, нигде не задерживаясь, а по прибытии, прямо с седла отправились в кабинет к Энтони.

– Ба, кого я вижу, – во все тридцать два зуба заулыбался американец, – а что так долго? Я тебя ещё позавчера ждал.

– Ты, как всегда, самый осведомленный, и просчитываешь партнёров и противников на несколько шагов вперёд.

Энтони умел располагать, и все мои встречи с ним проходили в дружеской обстановке, и небезрезультатно. Честно говоря, и на этот раз я приехал не для того, чтобы «поплакаться в жилетку» и вызвать сочувствие, а с конкретной просьбой. Правда, уверенности в том, что она будет выполнена, не было, что печалило. Для меня самых муторным всегда были не собственно проблемы, которые надо устранять, а неопределённость, когда понимаешь, что решение зависит не только от тебя, но и от какого-то третьего фактора, на который ты не можешь повлиять. И в итоге сидишь как дурак и ждёшь «раздачу». А там уже – «как карты лягут».

Вот и сейчас, обменявшись любезностями и формальными приветствиями, мы сели за стол и Энтони, глядя мне в глаза, сказал:

– Всё знаю, в том числе зачем ты ко мне приехал.

– Давай с первого раза угадаю откуда знаешь, – остановил его я, – Шмидт «голубя» прислал, и всё расписал.

– Не только Шмидт, ко мне голуби сейчас каждый день стаями прилетают. Тревожное время настало. Вся западная граница под ружьем, причем не только с бойрдами, но и с кочевниками. Там ведь тоже остроги стоят.

– А кочевники причём?

– Да есть информация, что они снюхались, и не исключено, что после начала «великого похода» бойрдов по Восточному пути, когда всё внимание будет приковано к их нашествию, кочевники ударят по крестьянам. Когда-то они это делали регулярно, но постепенно мы их отвадили. Тем не менее желание поживиться за чужой счёт никуда не пропало. Уже точно известно, что кочевники помогли бойрдам с гужевым транспортом: лошадьми и телегами. А может даже и с возничими. Бойрды-то с обозами никогда дел не имели, а теми же вейрдами привыкли командовать исключительно ментально. Для них вообще дико управлять животными каким-то другим образом, кроме как давать мысленные команды.

– И что вы делаете, если не секрет?

– Проводим скрытную мобилизацию всего того, что может потребоваться в предстоящих битвах.

– Очень интересно!

– Ну, сам понимаешь, в первую очередь мы должны обезопасить Союз, поэтому я пробил решение о дополнительной мобилизации пятисот гайрдов, которых пока что разместим здесь, в Сопотьраме. Распылять по всей границе было бы глупо, так как не знаем направление удара, а, разбросав гайрдов по всем острогам, потом не сможем оперативно использовать в нужном месте. Поэтому расквартируются тут, на равном удалении и от бойрдов и от кочевников, в качестве резерва «Ставки главнокомандования». Но и про вас не забыл. Если бойрды пойдут Восточным путём, то им вслед «на хвост» сядет сотня гайрдов из острогов. Распоряжение я уже выслал. Задачей будет «теребить» арьергард, ну и обоз, конечно. А когда вы встретите вейрдов и бойрдов на валу, то они помогут вам ударом с тыла. Даже сотня полностью подготовленных и вооружённых гайрдов – это, я тебе скажу, большая сила. Тем более не тех гайрдов с запада, что уже давно расслабленно живут, а гайрдов с границы, где они каждый день на боевом посту и постоянно участвуют в разного рода стычках.

Энтони посмотрел на меня и продолжил:

– На их место, чтобы не ослабить границу, я направлю сотню из моего резерва. Аксакалы из Совета Союза об этом ещё не знают, но узнают, когда нужно будет. Кстати, тот отряд из восемнадцати гайрдов, как они тебе? Бойцы будут в твоём расположении до тех пор, пока не разберёмся со всей этой заварухой.

– Я был потрясён, когда увидел их в первый раз. Спецназ с Земли, блин, а не феодальные воины.

– Ну да, они и есть спецназ. Потому используете их, пожалуйста, по назначению и в общий строй не ставьте. Это диверсанты и разведчики. Их обучали мои специалисты, прошедшие Афганистан, Сирию, Ирак. Ребята сейчас уже хорошо владеют рукопашным боем, холодным оружием, умеют брать языков, проводить разведку, «наводить шорох» на территории противника. Правда с бойрдами пока «шорох навести» не особенно получается. Кругом, куда ни сунься, этот «мутный» лес. Только зайдёт в него кто-нибудь и всё – пропал человек… Да и нечеловек тоже. Пока мы со всем этим разобраться не можем. Мои инструкторы ходили вместе с гайрдами в предлесок, и рассказывали, что у них было ощущение, мол, каждое дерево наблюдает за ними, как за врагами. Страшновато, короче. Такая вот хрень, я тебе скажу…

– Я тоже слышал подобное. Колдуны у них там, может быть. Или что-то в этом роде. А за гайрдов спасибо. Нам бы ещё связь какую-нибудь иметь, чтобы синхронно действовать.

– Тайдекс знает, как коммуникации поддерживать. Только немного заранее надо информировать.

– Голуби?

– Ну да, самая быстрая "телеграмма" на континенте! – засмеялся янки. Хорошо, что такая есть.

– Энтони, а ты можешь помочь с оружием и амуницией? – задал я свой заветный вопрос. – Ну что-то в загашнике у тебя есть? Нам надо ополчение оснастить. Конечно, будем и сами этот вопрос решать, но сейчас просто времени нет, можем не успеть. А с «лучшим оружием пролетариата» – булыжником, с вейрдами и бойрдами не повоюешь.

– С оружием? Здесь есть проблемка. На его  производство помимо того, что требуется гайрдам, наложено табу. И особенно строгое табу на оружие землян, то есть такого, которого здесь отродясь не было. Про огнестрел я и говорить не буду, за него сразу отдадут на растерзание, но даже арбалеты находятся под строгим запретом. В курсе?

– Да, в курсе. И что, вообще ничего нет?

– Ну как тебе сказать… Не то чтобы совсем ничего… Но не очень много.

– Энтони, не «тяни кота за причинное место», прекрасно понимаешь, что речь идёт о существовании Земля-сити. Ведь если сожгут и ограбят город, поубивают землян, то пострадает и сам Союз. Неужели ты думаешь, что бойрды на этом остановятся? Как говорится: «аппетит приходит во время еды». Следующей целью дикарей будут ремесленники. Может, в конце концов, вы их и разобьёте, но от богатых поселений останутся только «рожки да ножки». Я уже не говорю про кочевников, о которых ты сам упомянул. Если и они вторгнутся на земли крестьян, то хана придёт всему Союзу. Гайрды просто не успеют всех защитить. Да и хватит ли сил на два фронта? Что скажешь, глава Аналитического центра?

– В общем так, Макс, слушай меня назад и не дави на психику. Мы и без тебя имеем как минимум пять вариантов развития событий, от мягкого до жёсткого. Первое, что касается твоего вопроса. Как ты знаешь, оружие в Союзе производили исключительно для гайрдов. Причём в основном двух типов: длинные тяжёлые мечи и копья. Ты сам знаком с обоими вариантами и понимаешь, что меч гайрдов – только для конных, физически очень крепких бойцов. Гайрды-то они все такие, а вот люди послабее. Тем более что их с малолетства тренируют ими пользоваться, используя в качестве учебных вариантов мечи из дерева – более лёгкие. Но… – и тут Энтони сделал многозначительную паузу, а я терпеливо молчал.

– В некоторых западных поселениях для обучения подростков были изготовлены и использовались короткие версии мечей, типа римского гладиуса. Они их особо не натачивали, плюс на остриё надевали защитный предохранитель. Так и использовали среди уже продвинутых ребят. Вкуриваешь?

– Ага, вкуриваю, если это можно так сказать…

– Дело в том, что гайрды исключительно конными стали в последнюю сотню лет. До этого было достаточное количество и пеших. А в таком случае махать длиннющими мечами не совсем удобно, вот они в пешем строю использовали более короткий вариант такого типа оружия. Правда, боевых версий укороченных мечей мы почти не нашли, а вот коротких гладиусов – более трёх сотен. Но и это не всё. Ещё несколько лет назад мы с гайрдами обсуждали вопрос защиты острогов, в первую очередь защиту воинов от стрел бойрдов и я предложил сделать большие щиты, типа опять же римских скутумов. Так чтобы от подошв до плеч боец был бы защищен. Ремесленники изготовили из дерева пять сотен таких щитов, из которых две сотни я отдал в остроги, а три по-прежнему лежат здесь, в Сопотьраме…

Тут он снова замолчал и начал разглядывать ногти на пальцах.

И…? – с нажимом протянул я свой вопрос, состоящий из одного гласного звука.

– Мы можем передать это имущество Земля-сити на условиях ленд-лиза.

– Чего, чего? – удивлённо спросил я.

– Ленд-лиза, – спокойно ответил Энтони, – ты же русский, разве не слышал про программу помощи США своим союзникам во Второй мировой, в том числе и России. Вы ведь войну заканчивали на американских Виллисах и Студебеккерах, а не Эмках, я уже не говорю про Аэрокобры и нашу тушёнку. «Второй фронт» кажется её называли.

– Энтони, я никогда не сомневался в твоей компетенции и широких знаниях, но поясни, пожалуйста, по-человечески, а не по-крестьянски, что ты имеешь в виду под ленд-лизом. На каких условиях можете нам это передать.

– Условия два: после победного окончания войны с бойрдами вы либо оставляете у себя мечи и щиты, но оплачиваете нам их стоимость, либо мы их забираем обратно.

– А что в твоём понимании «победное окончание войны»?

– А это когда остатки воинства бойрдов побегут до своего леса. Такое было уже не раз.

– Слушай, Энтони, но вы же можете заткнуть выход из Восточного пути там, со стороны леса, в случае поражения дикарей. У тебя ведь в резерве будет 400 гайрдов, и если там поставить сотню, то они могут уничтожить остатки воинства и в лес кто и доберётся, то единицы.

– Мысль трезвая, но сначала их надо победить. Поверь мне, это весьма непросто. Даже наши гайрды столько зубов переломали, прежде чем научились расправляться. Но опыт гайрдов для вас не подойдёт, так как для этого надо быть гайрдами, а не людьми, и поголовно в конном строю, защищёнными сверху донизу доспехами. Я недаром сказал «в случае победного окончания войны». Ведь возможно и «не победное окончание». Впрочем, не будем о грустном, надо верить в то, что сила и разум землян восторжествует над этими дикарями, а иначе грош нам цена.

– Окей, когда мы сможем получить оружие и щиты? И сколько?

– Три сотни и того и другого. Ну и копья могу подбросить. Жмотиться не буду, так как понимаю, что это делаю не только для вас, но и для нас. Союзу действительно очень важно, чтобы вы победили. Обозы выйдут сегодня, а там – как дойдут. Ну а вам надо найти людей, которые могли бы из толпы сделать хоть какое-то подобие воинского подразделения. А то если начнут по-деревенски махать гладиусами, то долго это не протянется. Тем более что щиты довольно тяжёлые и с ними не побегаешь. Там нужен строй, боец к бойцу, щит к щиту. Иначе волна вейрдов, которая пойдёт первой – захлестнёт всё твоё ополчение.

– Уже занимаемся этим.

– И ещё, – немного подумав продолжил Энтони, – как только вернёшься, постарайся переговорить с рыбаками. Если вы расправитесь с собаками, то с самими бойрдами уже они разберутся. Там есть сильные личности, которые могут «прожигать» мозги. Вот только сколько таких личностей надо? Я думаю, что не меньше пары сотен. Плюс рыбаков нужно защищать от стрел. Учитывая, что щиты высокие, а рыбаки не отличаются ростом, это возможно. Но при условии, что вы все будете действовать грамотно и скоординировано. А это надо отрабатывать, для чего нужно время. Так что следует торопиться.

Тут Энтони встал и что-то достал из ящика стола.

– Да, Макс, вот ещё что, –  и Энтони передал мне листок с какими-то адресами и именами. Здесь координаты ремесленников, которые могут изготавливать и мечи, и щиты. Трёх сотен вам может не хватить, отправь к ним кого-нибудь из гайрдов, лучше Таникса, чтобы договориться для их изготовления. Но предварительно обсуди это с рыбаками. Сам знаешь, что сказать, чтобы они не возмутились потом. А я, в свою очередь, отправлю ремесленникам сообщение, что данный заказ согласован со мной. Как с ними рассчитываться – тут уже сами решайте. Но думаю, что они могут все сделать в долг, с расчётом позднее. Там тоже не идиоты и понимают, что если Земля-сити рухнет, то рухнет вся их сладкая жизнь, не говоря уже о последующих набегах бойрдов. Здесь ты совершенно правильно мыслишь, и ремесленники будут следующими, если земляне проиграют свою битву. Скажу более, это поняли даже наши аксакалы из Совета Союза. В преддверии твоего приезда я встречался с ними и убедил, что наша помощь Земля-сити будет в интересах Союза, и что в случае вашей победы мы получим не усилившегося противника, а союзника. Более того, союзника, способного удерживать не только бойрдов, но и рыбаков, которых здесь откровенно побаиваются. Вы ведь находитесь аккурат на пути от побережья в Сопотьрам.

– Далеко смотришь, – удивился я.

– А ты как хотел. Это моя работа – думать и анализировать. И делать соответствующие выводы. Я уже давно мечтаю улучшить взаимоотношения людей из Земля-сити и Союза. С учётом того, что и здесь есть земляне, мы являемся естественными союзниками. Ну не с кочевниками же и дойрдами нам дружить? – засмеялся Энтони. – Когда ты окружен со всех сторон врагами, то хочешь не хочешь начнёшь искать с кем бы подружиться. Отсюда и родился Союз ремесленников, крестьян и гайрдов. Но жизнь не стоит на месте, противники тоже могут объединиться. Поэтому даже для нас остаётся актуальным вопрос приобретения новых союзников. А та ситуация, которая возникла сейчас, просто направляет нас друг к другу. Согласен?

– Да, конечно. Я уже давно понял, что вокруг нас жестокий мир, а не страна розовых пОней и единорогов. Рад, что у нас есть взаимопонимание, и очень благодарен за твою помощь. Сегодня же возвращаясь назад и буду думать, что делать дальше. Но, честно говоря, уже немного легче. Всё же кое-какое оружие и амуницию благодаря тебе мы раздобыли. Не с голыми руками будем встречать врага.

На чём и расстались. Но я не сразу поехал домой, а завернул к Тирексу. Это был гайрд, с которым меня познакомил Таникс, когда мы в первый раз приехали в Сопотьрам. И завернул я не просто так, а также с конкретной просьбой.

Тирекс, увидев меня, сначала удивился, а потом обрадовался, и вскоре мы сидели у него дома, обмениваясь новостями. Гайрд был довольно осведомлен о последних событиях и был рад, что Земля-сити начала подготовку к нашествию.

– Тирекс, но у меня к тебе есть одна просьба. Большая просьба. Когда мы были у тебя с Таниксом, ты показал арбалет и сказал, что это запрещённая вещь у вас в Аламании. Так вот, можешь мне его дать?

Тирекс молча посмотрел на меня, но было понятно, что в его гайрдовском мозгу идёт серьёзный мыслительный процесс. Дело ясное: в своё время землянина, который пытался вооружить гайрдов этим видом оружия, убили. Причём сами же гайрды. И только потому, что арбалет сводил на нет всю их воинскую доблесть. Много ума не надо, чтобы вставить болт, натянуть стрелу и направить на пусть и в броне, но, тем не менее, безоружного перед этим видом оружия гайрда. И крестьяне, и ремесленники, не говоря уже о других племенах, могли бы убивать гайрдов с расстояния. Вот и ввели секретность под угрозой смерти на это человеческое оружие. Странно конечно, что дотошные ремесленники не прознали про арбалеты и не сгандобили уже что-то подобное. А может, и сгандобили, только молчат. Гайрды ведь не посмотрят, что союзники, замочат как и землянина, чтобы другим неповадно было. Похоже, именно по этой причине вихрь мыслей крутился сейчас в голове у Тирекса. Может быть, даже жалел, что в своё время показал мне экземпляр арбалета.

– Скажу тебе вот что, Макс. Арбалет я тебе не дам. В настоящий момент это слишком ответственное дело. Пострадать можно. Но и с пустыми руками не отпущу. Тут Тирекс встал и ушёл в другую комнату. Вернувшись, держал в руке какую-то бумагу.

– Это чертёж арбалета, мне он достался с того совещания, на котором нас ознакомили с этим видом оружия. Ну, когда убили землянина, который пытался его рекламировать. Чертёж ему и принадлежал, а я нашёл его в комнате, которую нам приказали обыскать. Вот во время обыска его и «прикарманил». Так что грех на мне. По этому чертежу один хорошо знакомый мне ремесленник изготовил данный экземпляр. Вместе с болтами. Но ремесленника этого уже нет, умер пару лет назад.

Передав мне бумагу, Тирекс добавил:

– И мой тебе совет: как вернёшься в Земля-сити, переговори сначала со своими землянами, у которых руки растут не из ягодиц, а оттуда, откуда надо, и которые соображают в подобных вещах. Если сами не сообразят, как и что делать – у них наверняка есть знакомые ремесленники. Но сам к ним не суйся. Сдадут и не поморщатся. Все прекрасно знают, что за подобные землянские штучки можно серьёзно пострадать, рисковать никто не будет. А ещё лучше, если ты до этого, я имею в виду до разговора со своими, перетрёшь это дело с рыбаками. Получить от них разрешение – идеальный вариант. Тут можно сыграть на двух вещах: во-первых, рыбакам крайне невыгодно разрушение Земля-сити, для них земляне стали огромным источником дохода. Терять такую «золотую рыбку» будет весьма печально. Рыбаки, как и все остальные, обогатившиеся на вас, привыкли к хорошей жизни, и отказываться от неё не захотят. Так что вы им крайне нужны для продолжения того образа жизни, к которому их и приучили. А во-вторых, они не входят в Союз, им гайрды не особенно важны как бойцы. Для них куда важнее вы в таком качестве. Тем более что Земля-сити стоит прямо на пути в центральные поселения. Вы – как пробка, затыкающая вход к рыбакам, мимо которой пройти никак нельзя. И, соответственно, вам сейчас можно договориться с ними об ослаблении части запретов на производство вашего оружия, чтобы остановить бойрдов.

– Улавливаешь мысль, – хитро улыбнулся Тирекс, если это можно было назвать хитрой улыбкой на лице могучего бойца-гайрда.

– Улавливаю, – согласился я с ним, – у меня самого подобные мысли уже крутились в голове. Без хорошего оружия мы эту варварскую лавину не остановим. Ну что же, спасибо за чертёж, постараемся извлечь из этого пользу. В принципе изготовление арбалета само по себе не такое и сложное. Лук сделать куда сложнее. А главное, что пользоваться им, опять же в отличие от лука куда проще и не надо этому с детства тренироваться. Обычные ополченцы быстро научатся.

– И ещё, просто совет. Конные гайрды – не лучший вариант для борьбы в вейрдами. Те очень подвижны, носятся как угорелые и в них трудно попасть копьём, а мечом и не достанешь. А когда идёт эта лавина бойрдов с их животными, то вейрды бегут впереди, они у них основная наступательная сила. Сами бойрды – позади с луками, как бы прикрывают своё четвероногое нападение. Они же и управляют всей этой живой лавой. Поэтому мы гайрды поначалу несли большие потери в стычках и войнах, пока не поменяли тактику. Сейчас любой отряд гайрдов формируется клином и прёт через поток вейрдов, стараясь сильно на них не задерживаться. Главная цель – сами бойрды. А вот тут уже пойдёт сеча. Они ведь без какой-либо защиты, с луками, копьями и длинными ножами. Для нас их оружие, особенно когда ты постоянно в движении, вертишься на лошади, не представляет большой угрозы. А убивая бойрдов, ты  лишаешь управление вейрдами, делаешь из организованного стада хищников толпу перепуганных животных. Вейрды, потеряв ментальную связь со своим хозяином, превращаются из неутомимых и агрессивных бойцов в неразумных диких животных, не понимающих, что они на поле битвы делают и разбегаются во все стороны. Правда, потом возвращаются в свой лес. Инстинкты гонят туда, откуда они пришли. Но какой-либо угрозы вейрды уже не представляют. Но… – И тут Тирекс остановился на минуту.

– Эта тактика возможна, когда у вас достаточно конных гайрдов в полном боевом облачении. Иначе сквозь плотный поток вейрдов не пробиться. И в вашем случае, насколько я понимаю, этот поток будет большим. А гайрдов у вас мало. Я слышал про Иностранный легион. Хорошее дело, но в данной ситуации бросать его в качестве «наконечника копья» будет неразумно. Все погибнут. И рыбаки вам не помощники. Они, несмотря на все свои возможности, не могут разорвать ментальную связь дикарей и вейрдов. Уже не раз было проверено. Вот самих бойрдов рыбаки «положить» могут. Но только на близком расстоянии. С людьми им проще, да и с нами тоже, а вот с бойрдами сложнее. Рыбаки индивидуально сильнее в ментальном плане и могут «выжечь» мозги у кого угодно, но бойрды должны находиться на расстоянии не более нескольких десятком метров. И это ещё для сильных рыбаков. А таких у них не так много.

– И что можешь предложить? – спросил я. – Ты ведь не для устрашения произнёс всю эту речь?

– Для борьбы с нашествием вам надо иметь пеших воинов, хорошо защищённых, с копьями, и с длинными ножами. И чтобы стояли как «стена». Их задача – удержать натиск вейрдов, уничтожить их по максимуму, а после этого, проредив значительно лавину животных, устремиться на бойрдов. Но делать быстро. Самое опасное их оружие – луки. В ближнем бою, если на тебе есть хорошая амуниция – ты «король» положения и можешь их «мочить» направо и налево. Две сотни хорошо подготовленных гайрдов разберутся с двумя тысячами бойрдов.

– Ну да, только где нам взять две сотни хорошо подготовленных гайрдов? Весь Иностранный легион, даже с учётом последнего подкрепления от Энтони – тридцать бойцов. Да, они все экипированы, обучены и готовы к бою, но их всего тридцать.

– Вот потому я тебе про пеших и говорю. Это проще и легче обучить. Щиты только нужны и копья. Ну и инструкторы, конечно, которые знают, что делать в пешем строю. Среди гайрдов таких, к сожалению, уже нет.

На том и расстались.

Подготовка к сражению

Возвратившись на базу Иностранного легиона в Земля-сити, я нашёл там весь актив, связанный с подготовкой к отражению нашествия бойрдов. Доложив о результатах встречи с Энтони и об ожидаемой поставке оружия поинтересовался, как идут дела на месте.

– Разбили лагерь, построили шалаши, отхожие места и прочее. – первым включился Шмидт. – Второй день роем ров на глубину три метра, ширину четыре. Всю землю складываем в вал, который будет не меньше двух метров высотой. Есть отличная новость: мы сможем запустить воду из реки в ров по окончанию строительства. Пока держим перемычку, которую разрушим на финальной стадии. Рассчитываем всё закончить дней через десять. Максимум – две недели. Люди есть, никто не возмущается, все всё прекрасно понимают. Даже «дикие» работают, но только от Ромарио. Чертей нет, как нет и людей от Мугабе. С этими будем разбираться после.  И ты не поверишь – крестьяне взялись бесплатно обеспечивать продовольствием строителей вала. Каждый день поставляют провиант и ничего не берут! Сказали – на общее дело.

– Ну да, общее, – поддакнул я, – если мы не выдержим, то их раздавят сразу с двух направлений: бойрды и кочевники. Те, похоже, «снюхались» и действуют сообща. Крестьянам просто деваться некуда, вот и помогают нам. Иначе – хана не только тамошнему процветанию, но и вообще – всем их поселениям.

– Возможно, ты и прав, но в любом случае для нас это большое подспорье. Ремесленники тоже не отстают. Передали партию шанцевого инструмента без оплаты, но с возвратом…

– Опять ленд-лиз, – усмехнулся я.

– Ленд-лиз? – протянул Шмидт. – Ах, ну да, ленд-лиз, по условиям которого США предоставляли во время Второй мировой войны помощь своим союзникам. Да, совершенно верно. Мы договорились, что они могут изготавливать для нас и другие вещи. Ждали тебя, чтобы определиться с таким заказом.

– Так, мужики, давайте по порядку. Выстроим нашу коммуникацию в соответствии с приоритетами и к общему знаменателю, – предложил я. Насколько я понял, работа на фортификационных сооружениях идёт полным ходом и все всем обеспечены.

– Пожалуй – да, – ответил Шмидт.

– Кто осуществляет общее руководство на этом направлении?

– У немцев нашлись два толковых дорожных строителя, два инженера. Кстати, оба Гансы. Но один маленького роста, а другой – большого. Поэтому первого зовём Ганс маленький, а второго Ганс большой. Ребята с опытом подобных работ, сами вызвались. Они же и делали «съёмку» местности, выбор русла и план деятельности. Каждый день дают задания сотникам – кому что делать.

– Вы и до сотников додумались?

– А как же? И до сотников, и до десятников. Чтобы народ не превращался в стихийную толпу, её надо организовывать. Вот и пригодились старые добрые методы управления. И что понравилось – люди сами подходили, предлагали свои услуги. Мы только спросили, есть ли у кого хоть небольшой опыт в подобного вида работ, а особенно руководящий и с техническими знаниями. Немцы и китайцы порадовали. Из десяти сотников – шесть китайцев и четыре немца. А в десятниках вообще половина узкоглазых. Все пашут как «за растрату». Спасибо управляющим территорий, грамотно провели информационную работу, правильно объяснили людям создавшуюся ситуацию, а вместе с этим и позицию Совета Управляющих. Чтобы, мол, никто сопли на кулак не наматывал, упаднические настроения не проявлял – всё в наших руках. Надо только оторвать задницы от стульев и поработать немного. Когда ты к людям по-хорошему, с логичными объяснениями, то и они тоже. Жить-то все хотят.

– Сколько времени займёт подготовка рва и вала?

– Я думаю, дней десять. Как ты понимаешь, вместо «Катерпиллеров» у нас только лопаты и кирки. Люди работают по двенадцать часов в день.

– Отлично, – воодушевился я, – Отто, а что с ополчением? Есть набор?

– Да, уже подобрали шесть сотен. Отбирали вместе с Таниксом и нашими ребятами из Иностранного легиона. Первая сотня – бойцы из спецподразделений, побывавших в горячих точках и много что умеющие. Этим дай нож, они любую собаку порежут «на британский флаг». Остальные пять сотен – все прошли армию, и тоже где-то были. В общем, все физически крепкие, понюхавшие пороху, и не упадут в обморок при виде фонтана крови или оторванной конечности. По крайней мере, они меня так заверили. А как будет на самом деле – увидим. Но надеюсь, что эти шесть сотен станут ядром наших сил сопротивления.

– А Иностранный легион?

– Иностранный легион – конная элита, бронебойная мощь, всё сметающая на своём пути. Но, перед тем, как её пустить, надо всё же поработать пехоте, – засмеялся Отто.

– Но им нужно вооружение, – продолжил немец. – Проблема в том, что весь предыдущий опыт боевых действий связан с современными методами ведения боя, с огнестрельным оружием. А здесь ничего такого нет, и воевать надо по-иному – в строю, с холодным оружием. Другого просто нет.

– Ну и…?

– Что «и»? Средиземное озеро, вернее, барон Де Бриз привёл двух макаронников, двух братьев, бывших жителей Рима: Паоло и Педро. Оба хлопца в прошлом на Земле увлекались исторической реконструкцией и воспроизводили в натуре битвы древних римлян. Причём Паоло больше специализировался на организации построения воинов, а Педро – на оружии. Они здесь. Предлагаю послушать.

Оба брата смотрелись как типичные итальянцы, кучерявые брюнеты. Видно было, что они робели перед такой публикой, но, тем не менее, Паоло быстро затараторил:

– Учитывая специфику противника и то оружие, которое мы можем иметь, наверно лучше римского строя ничего не придумаешь. Проверено тысячелетием! И хотя мы не сможем повторить классический римский порядок, но попробовать скопировать можно. У нас шестьсот человек, это немногим больше когорты, которая состоит из трёх манипул. Каждая манипула включает две центурии. Итого, мы делаем одну когорту из шестисот человек, манипулу из двухсот и центурию из сотни. Но этого мало. Нам нужно как минимум две таких когорты.

Тут Паоло остановился, перевёл дух и продолжил:

– Насколько я понимаю, у нас будет ров и вал длиной семьсот метров. Причём у вала будет высота два метра. Что я предлагаю? Во-первых, мы должны поставить здесь людей. Учитывая, что перед ним будет ров с водой – это отличная защитная позиция. Но надо установить подмостки с задней части вала, чтобы люди могли возвышаться над ним где-нибудь на полметра и отбивать атаки. Всех бойцов поставим парами: один со щитом для прикрытия, а второй с длинным копьём отражает атаки. Из того что я слышал, у бойрдов первыми идут вейрды. Крупные собаки по-нашему, которые будут бросаться в ров, переплывать его и взбираться на вал. Вот тут и надо их сбивать копьями, при этом не попав под стрелы бойрдов – для этого и нужен щитоносец.   Такая системы обороны должна быть эффективной против животных. Получается, что для защиты собственно вала нужна одна когорта воинов, триста щитов, триста длинных копий и у каждого бойца должно быть что-то вроде мачете. Ближний бой вполне возможен в том случае, если враг всё же где-то преодолеет вал. Я не видел этих вейрдов, тем более в бою и не знаю, как они себя поведут, как будут реагировать на копья, насколько у них толстая и чувствительная кожа – поэтому пока только предполагаю ситуацию. Но из того, что слышал, вейрды находятся под ментальным управлением бойрдов, что означает – могут валить буром вперёд. То есть, при достаточно большом их количестве они способны прорвать защиту вала.

– Вот тут, во-вторых, нам нужна вторая когорта, построенная в там называемом манипулярном порядке: то есть стоять в три ряда, в каждом по двести человек. В первом – менее сильные воины – гастаты, во втором более сильные – принципы, и в третьем самые сильные – триарии. Все должны быть вооружены большим щитом, скутумом, высотой полтора метра, а также короткими мечами – гладиусами. Вообще, в римской армии все воины были вооружены ещё пилумами – копьями, но они нам не особо подходят, так как использовались против сплошного ряда или толпы противника, чтобы лишить его щитов и нарушить строй. В нашем случае вторая когорта будет иметь дело с прорвавшимися вейрдами, ну а если ситуация дойдёт до плохого, то и с бойрдами, у которых нет никакого строя. Там будет просто разобщённая толпа с луками и стрелами. Здесь когорте надо будет встать «черепахой», сблизиться с противником, прижать щитами к валу и «мочить» гладиусами. Чем хорош римский способ действий, здесь не нужно никакое искусство фехтования или ещё какие боевые приёмы. Главное – держать строй, строго выполнять команды, которые, конечно, надо предварительно изучить. Поэтому предлагаю, из тех ребят, что вы уже отобрали, подготовить вторую когорту – которая будет стоять позади вала. Они все бывшие военные и им будет легче научиться запомнить и выполнять команды. Но для них нужно шестьсот щитов и шестьсот гладиусов. Впрочем, я бы не отказался и от шестьсот коротких копий – пилумов. Штука очень эффективная, особенно когда бросают все по команде. А из нового набора – собрать когорту для защиты вала. Там с обучением проще: одному крепко держать щит, а второму оперативно «шуровать» копьём.

– Но это не всё. – продолжил Паоло. – Учитывая, что вейрды, скорее всего, массово пойдут на довольно узком участке перед валом со рвом, надо будет вырыть «волчьи ямы»: метра три глубиной и с острыми кольями на дне. Они могут изрядно «проредить» атакующих. А между ямами и сразу после них можно будет разбросать «чеснок». Если мы или ремесленники способны его изготовить.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Душан.

– «Чеснок»? Это трибола, или рогулька из четырёх шипов, как её не поставь, один шип всё время будет вверх. Римляне использовали «чеснок» против лошадей, верблюдов, слонов. А нам надо против вейрдов – поэтому прочность триболы не обязательно должна быть высокой. Для собаки достаточно изготовить рогульку из прочной проволоки – я видел такую у ремесленников. Если надо, могу показать, как изготавливать из этого материала. Он будет опасен только для собак и людей с босыми ногами. Кстати, а бойрды как ходят? Босоногие?

– В основном да, – ответил Таникс. – Дикари, что с них взять.

– Ну и прекрасно, – продолжил Паоло. – Значит «чеснок» будет эффективен и против вейрдов и против бойрдов.

– Не совсем, – произнёс Шмидт, – там мало травы и он будет хорошо заметен. Достаточно смотреть под ноги, чтобы не наступить на такую рогульку.

– Да кто же будет смотреть под ноги, когда они попрут всей толпой, что собаки, что дикари? – удивился Отто.

– Ну да, если толпой, то под ногами, даже если захочешь, то не увидишь. – заметил Паоло. – Но надо понимать, что данные средства, я имею в виду «волчьи ямы» и «чеснок», если и остановят, то не более пяти-шести сотен. Остальные наверняка дойдут до рва, который для собак не будет представлять сильной помехи, а вот переход на вал может оказаться непростым, особенно с защитниками наверху. Но тут возникает очень серьёзный вопрос: а как быть с флангами?

После чего Паоло замолчал, но включился Отто:

– Я тоже думал с ребятами по данному вопросу. Один наш фланг будет упираться в лес, который вроде непроходимый. Но для кого он непроходимый? Для людей? А для вейрдов? В общем, после окончания рыться вала и рва надо бросить часть людей на рубку деревьев, чтобы затруднить проход. Сами по себе вейрды может и пройдут, но немного, более того, это затруднит бойрдам их управление – когда ничего не будет видно из-за завалов. А вот с другого фланга – река. И тут надо вбивать колья в дно насколько это можно будет, чтобы собаки не переплыли нашу фортификацию. Русло Уюю всё же довольно быстрое, и если мы доведён колья до стремнины, то фланг будет закрыт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шо це таке собачий підрозділ? – Что за собачье подразделение? (пер. с украинского)

Вернуться

2

Так, щось я не зрозумів, про які ваги йдеться – так, я не понял, про какие веса идет речь? (пер. с украинского)

Вернуться

3

Зброя – оружие (пер. с украинского)

Вернуться