Ансия Тера
Обрыв. Возвращение

«Все события, персонажи и имена

являются вымышленными.

Любое совпадение с реальностью случайно».

Глава 1

Кира

Я сидела в самолете и смотрела на белые облака, проплывающие за стеклом иллюминатора и крутила в голове разговор с Риком в отеле.

Как бы я не старалась начать ненавидеть Рика, я не могла этого сделать. Отчасти потому, что понимала мотивы его эгоистичных поступков и уже была к ним готова, отчасти потому, что я сама чувствовала себя не намного лучше него самого.

Что касается отношений, Рик привык потакать своим слабостям, привык быть эгоистом получающим то, что хочет, но предполагаю, если бы хоть на какое-то время задумался, чего именно он ждет от женщины, которая находится рядом с ним, он бы не нашел ответа на этот вопрос, так как я более чем уверена, что он сам не знает, что ему по настоящему нужно.

Я могла бы сбежать к Алтану, но каждый должен сам нести ответственность за свои поступки и пришло время мне нести ответственность за свои.

О том, что я улетела в Лос-Анджелес я сообщила Алтану уже когда вернулась в Америку, просто послала смс со второго телефона и снова его отключила, спрятала в сумочку. Об угрозе родителям я не стала ему сообщать, просто боялась, что если он их сейчас вывезет, то Рик может понять, что я каким-то образом сообщила ему о том, что он им угрожает и тогда он мне вообще перекроет весь кислород. Безопаснее сейчас было молчать.

Молчать и усилием воли подавлять в себе дрожь, которая то и дело накатывала, когда мои мысли уплывали чуть дальше настоящего момента и начинали рисовать в моей голове не радужные картины того, как расправляются с моей семьей. В такие моменты я глубоко дышала и прикрывала глаза, чтобы успокоить внутренние метания и привести себя в норму. Психологическое расстройство мне сейчас ни к чему, оно только усугубит положение и сделает меня еще более беспомощной.

В аэропорту Рик позвал к себе Мануэля и переговорив с ним пару мину, отправил его в другую машину.

– Почему Мануэль не с нами? – Как можно спокойнее спросила я, садясь в машину с Риком. Куда он его отправил сразу по прилету? Кажется, я все-таки его подставила.

– Для него есть задание. – Безразлично ответил Рик. – Сегодня ты будешь дома, он тебе не понадобится.

Я молча поджала губы, значит я под домашним арестом. Посмотрим надолго ли… До первых же переговоров.

Пока ехали домой, мое сердце не покидало чувство тревоги за Мануэля, если Энрике, что-то с ним сделает, я не знаю, что я буду делать. Мне хотелось заорать, что он ни в чем не виноват, что я убью Рика, если он с ним, что-то сделает, но я молчала. Сжала руку в кулак, больно впилась ногтями в кожу, чтобы заглушить панику. Мои слова сейчас только усугубят все, я должна молчать и главное, чтобы Мануэль тоже молчал, иначе ему не выжить и мне, собственно, тоже. Он умный парень и не расколется, я была уверена.

Мы поднялись на второй этаж, я сразу прошла в свою комнату, обычно я спала с Риком, но теперь об этом и речи идти не могло. Энрике это не понравилось, он одарил меня злым взглядом, но также как и я благоразумно промолчал. Он всего лишь получает то, что заслуживает и прекрасно знает об этом.

Через пару минут, после того, как я успела переодеться, он вошел ко мне.

– Ты останешься здесь, пока я не разрешу тебе выйти. – Бесцеремонно заявил Рик. – Теперь везде ты будешь ходить только с охраной, куда бы не направилась, дальше этого дома, будешь просить разрешения у меня. Это ясно? – Тоном нетерпящим возражений припечатал он.

– Ясно. – С безразличием ответила я, впрочем, ничего другого я не ждала.

Энрике постоял еще какое-то время, хотел еще, что-то сказать, но сдержался. Зло выругался и ушел, не забыв хлопнуть дверью.

Вспыльчивый, неуравновешенный мальчишка! Я вышла на балкон, села в кресло и прикрыла глаза. У меня начинали дрожать руки после вот таких разговоров. Я боялась Энрике, отрицать не было смысла. Разозленный мафиози, а учитывая его характер… Как бы не пыталась держаться, а внутри меня все начинало холодеть от таких его взглядов в мою сторону. Как же быстро меняются люди под действием обстоятельств.

Теперь мне оставалось только молиться, чтобы Бог дал мне сил выдержать то, что меня ждет дальше. И в данный момент я больше всего переживала о том, что будет с Мануэлем. Если Рик что-то с ним сделает, я не прощу его. Хотя, кого я обманываю? В первую очередь я не прощу себя, ведь в этом буду виновата я. Я и моя несдержанность, слабость и эмоциональность.

Я подняла голову и вытерла под глазами слезы, которые так и норовили снова покатиться из глаз. Кажется, я становлюсь неврастеничной.

Энрике

Мануэль висел на цепи под потолком. Его уже успели попресовали, но не слишком сильно. Рики еще сам не до конца разобрался в сложившейся ситуации, и допрашивать парня он решил сам. Мануэль нравился ему, хороший парнишка, умный, не заносчивый, стратег, отличный стрелок.

– Что он рассказал? – Спросил Рики у одного из своих ребят.

– Они заезжали в аптеку, а потом за кофе, дальше он заснул в машине и проснулся уже на парковке.

– А про турка?

– Да, она с ним танцевала, но она этого не хотела. Сказал, что они ругались, когда он подошел и тот просто ушел. Ничего подозрительного, кроме того, что он к ней приставал, он не заметил.

– Ясно. – Энрике направился к парню, чтобы спросить самому.

– Ну, что? Как у тебя дела малыш? – Спросил Рики, повернув его голову в свою сторону.

– Бывало и получше. – Довольно бодро сказал парень, с губ которого капала кровь.

– Дерзишь… – Усмехнулся Энрике и в следующую секунду ударил парня по ребрам, тот зашипел, но быстро приходил в себя. – А теперь рассказывай, сколько она тебе заплатила, чтобы ты ее прикрыл?

– Дон Энрике, сеньора ничего не платила… – Сказал парень, глубоко вдыхая и откашливаясь.

– Тогда как она смогла от тебя сбежать?!

– Я не знаю, я заснул!

– Почему ты ушел из отеля?!

– За машиной.

– Она долго была в отеле! Почему ты ее не искал?!

– Она в туалет пошла, мне надо было пойти с ней?

Энрике рассвирепел от этого вопроса, схватил парня за волосы и наклонил его голову к себе.

– Вот именно! Надо было! Я же сказал, глаз с нее не спускать! Сказал?! – Прокричал он ему в лицо.

– Да. – Тихо ответил парень.

– Почему не пошел за ней в аптеку? В кафе?!

– Не посчитал нужным и вы сказали следить так, чтобы она ничего не заподозрила, а ходить за ней, как тень, вызвало бы подозрения. Она не глупая, вы это знаете.

Энрике знал, но признавать то, что парень прав, не хотелось.

– Почему ты не исполнил приказ?! – Вновь спросил Энрике.

– Я прошу прощения, я виноват.

Энрике отпустил его, с силой толкнул так, что парня раскачало и голова запрокинулась.

– Может быть, мне просто пристрелить тебя, зато что ты облажался?! – Спросил Рики, когда парня перестало мотать.

– Делайте то, что считаете нужным. – Спокойно ответил тот, глядя на него исподлобья. Темные, красные глаза смотрят спокойно, без тени страха и этот его взгляд Энрике не мог не уважать.

Он не оправдывался, не просил пощады и не отпирался, он признавал ошибки. Да и Рики знал, что особо винить его не в чем. Мария напоила его снотворным, умная девочка, он на себе не раз испытывал ее ум и что мог сделать молодой парнишка против умной женщины, которая даже самим Энрике смогла управлять?

– Ты кретин, Мануэль! В воду его!

Парень молча сносил то, что его топили в бочке с холодной водой. Сопротивлялся, хрипел, но ни разу не попросил о пощаде. Его стойкость вызывала уважение. Терять такого солдата будет большой ошибкой, но проучить нужно, чтобы больше он так не лажал.

– Отпустите. – Приказа Энрике, после того как посчитал, что с него хватит. И парня кинули на пол. Тот перевернулся, встав на колени, стал отплевываться от воды. Энрике присел перед ним на корточки, парень устал, это было видно и усилием воли поднял глаза. – Еще раз упустишь объект, который тебе поручили и таким вот массажем не отделаешься. Это первый и последний раз, когда я простил тебя. – Рики поднялся и отряхнул джинсы. – Сейчас мы кое-куда прогуляемся, а как только придешь в себя, вернешься к Марие. Приказ все тот же и заодно каждый день досматривай ее вещи, чтобы она не преподнесла мне никаких сюрпризов. Еще раз ошибешься и ты труп.

Энрике вышел из здания и направился к машине. В свое время он сам совершал ошибки, одна из них была даже более грубой, чем ошибка Мануэля, поэтому он и не убил парня. К тому же, Мануэль всегда все о ней докладывал. Всегда подробные отчеты, он всегда был с ней, следил, охранял. Энрике сейчас мало кому доверял, а приставить к ней нового человека будет хлопотно и еще больше ее обозлит, а этого допускать нельзя, любое терпение имеет границы, и ее тоже. Если он совсем загонит ее в угол, то реакция может быть еще более непредсказуемой, чем обычно. Вначале нужно дождаться, что еще она может выкинуть и только потом думать, как вести себя с ней дальше. Но Энрике все-таки решил ее припугнуть, продемонстрировать свою силу, чтобы хоть немного усмирить ее. То, что она проделала было ожидаемо, но нежеланно для Рики.

Скоро должна была прийти очередная крупная партия товара и груз нужно встретить, все подготовить. После инцидента с Диего Рики решил, что того, кто сейчас управляет его бизнесом в Мексике недостаточно, человек не справлялся и он планировал послать туда Альваро. Достаточно опытный, хороший боец и тактик. Там он будет сейчас полезнее. Приставлять Тео к Марие он не хотел, ему она не будет доверять, Абель попросту не справиться, а вот когда она увидит, что он сделал с Мануэлем из-за нее, то будет опасаться делать новые глупости и скорее всего, будет сидеть тихо. По крайней мере, на время, это должно ее приземлить.

Алтан

Алтан был в бешенстве, когда узнал, что они вылетели утренним рейсом обратно в Лос-Анджелес.

Уже к вечеру следующего дня на его стол легла информация по Керро.

29 лет, родом из Кулиакана, штат Синалоа, Мексика. Воспитывался в приюте при церкви святого Антонио. В подростковом возрасте отсидел. После того, как вышел, через год попал под прицеп полиции в деле одного из крупных картелей. И новое упоминание о нем всплыло только в Техасе, но ничего особенного, а вот в Калифорнии все было гораздо интереснее, но вот информации о нем, как о наркодиллере не было.

Алтан терпеть не мог эти картели. Как бы они не рвались в легальный бизнес, а все равно постоянно занимаются грызней между собой. Поэтому с ними всегда было проблематично. Пушки, дурь и реки крови, в этом и были все мексиканцы. Он с ними не связывался и теперь даже жалел об этом.

Его дядя чаще работал с мексиканцами и он единственный из приближенных у кого могли остаться такие связи.

Вечером Алтан, отец и дядя собрались вместе.

– Что произошло? – Спросил дядя.

– Я нашел Киру.

Но вместо радости на лицах взрослых мужчин отразилась грусть.

– Хорошо, хоть сможем похоронить ее достойно. – Сказал отец опуская глаза.

– Да, девочка это заслужила. – Добавил дядя, а Алтан не сразу понял почему они ее хоронят снова. Он не сказал им о том, что она жива.

– Вы не поняли. Она живая.

– Как? Как это? – Первым отреагировал дядя после долгой паузы, отец же просто пребывал в шоке.

– Очень сложная история…

– Сынок, это… это же отличная новость! Невестка живая, моя невестка живая! – Наконец с восторгом произнес отце, подошел к Алтану, тепло обнял сына, похлопал по спине. – Сынок, я так счастлив! Так счастлив! – Почти что прослезился отец.

– Поздравляю, племянник! – Эмре пожал руку Алтана, стараясь отвести глаза, чтобы не показать, что они тоже стали красными.

Алтан дал мужичинам передышку, прежде чем продолжил рассказывать.

– Пока не с чем поздравлять. Она находится у Энрике Керро. Тебе это о чем-то говорит, дядя?

Мужчины снова поменялись в лицах.

– Не очень, кажется, этот человек как-то пытался обратиться к нам за услугой. Мексиканец, насколько я помню.

– Да. А больше его имя ни о чем не говорит?

– Нет.

– Сможешь найти людей, которые его хорошо знают?

– Думаю да, есть у меня несколько хороших друзей.

– Сынок, я не совсем тебя понял, что она делает с этим человеком? – Отец напрягся, смотрел на Алтана тяжелым взглядом испод густых бровей.

– Это долга история. Пока важно только то, что она там не по своей воле. – По крайней мере, Алтан очень на это надеялся.

– Ты хочешь развязать войну? – Спросил дядя подаваясь вперед.

– Нет, мне нужна не война. Для начала мне нужна информация о нем, вся, какая только возможна и очень быстро!

– А как она вообще выжила, как попала к нему? – Энгин явно желал подробностей.

– Как именно она выжила, я не знаю, но она потеряла память, а он оказался в нужное время в нужном месте.

Шекспировская трагедия, мать твою! Господин случай и Госпожа удача…

К ночи Эмре смог дать достаточно исчерпывающую информацию об этом наркодиллере.

– Где он родился, я в курсе. – Остановил дядю Алтан, когда тот начал с самого начала. – Мне нужно знать все о его бизнесе.

– О легальном или не легальном?

– Вначале первое.

– У него несколько фирм, за последние 6 месяцев делает солидные инвестиции в строительство и в ресторанный бизнес. Стал совладельцем одного популярного ночного клуба, профинансировал выставку в какой-то арт-галерее. Периодически проскальзывает на фондовом рынке. Молодой бизнесмен, история чистая. За 2 года в Калифорнии заработал солидный капитал, который поднял на криптовалюте в качестве вкладчика. Предположу, что это лишь хорошая легенда, кем-то придуманная и хорошо выполненная. Если так будет дальше, парень далеко пойдет.

6 месяцев… С исчезновения Киры прошло 8, вполне достаточный срок. Видимо, как она и говорила, девочка на него работает. Алтан в ней таких способностей раньше не замечал. Или просто не хотел замечать?

– Что с наркотиками? – Спросил он, переходя к сути вопроса.

– Все как у всех. Самый опасный штат в Мексике. Отца и мать убили, мать – шлюха, отец – один из солдат картеля, оба погибли в перестрелке, когда парню было 6 лет. После того как вышел из тюрьмы попал в один из крупных картелей, которые тогда действовали. За пару лет стал одним из самых приближенных главы этого картеля. Тогда шла война, в одной из перестрелок этого дона застрелили и его первого помощника тоже. Остался он, парень оказался умным и достаточно сильным, защитил бизнес своего хозяина, и большая часть перешла к нему, он отдал кое-какой процент другим картелям, но это мелочи. В Мексике он надолго не задержался, перебрался в Америку, получил там гражданство. Открыл несколько фирм. Сбыт кокаина проводит под видом элитной посуды, как именно непонятно. В последнее время стал делать инвестиции, видимо стал еще умнее. Прямых доказательств его причастности к наркобизнесу нет. В Мексике парень пользуется уважением, в том числе и бывшего главы картеля Герреро. Думаю, его ты знаешь. Кстати, он выкупил у него часть бизнеса, недавно Матео Герреро решил выйти. Отзывы о нем как о адекватном человеке. Просто так кровь не льет, но бизнесом управляет жестко. Закупается в Колумбии, возит товар по воде, видимо через одну из своих фирм и по суше, через Мексику. У него есть какой-то маршрут, о котором никто не знает, только доверенные ему люди в Мексике. Даже если он и оказывает кому-то услуги транспортировки, то это делают только его люди.

– Слабое звено нашел? – Алтан знал, что дядя не упустил бы такой момент, узнать, в ком могло быть его слабое место.

– Пока нет, но я попросил об этом. Парень довольно скрытный и не дурак. Говорит мало. Любитель опасности и денег, это о нем известно, в остальном он для всех темная лошадка.

– Про Киру, что-нибудь узнал?

– Ничего особенного. Летом она появилась с ним в Мексике, по крайней мере, мне рассказали о миловидной блондинке явно славянского происхождения. Они были там несколько дней, о девушке никому ничего неизвестно, но произошла какая-то неожиданная заварушка там с какой-то бандой, затеяла ее именно она, даже оружием помахала, но как понял мой друг, ей это позволено. Она его официальный представитель, больше он ничего не знает.

– Что он делал в Стамбуле?

– А вот этого мой друг не знает.

Алтан откинулся в кресле и посмотрел в пол. Парень не прост, совсем не прост, стоило бы его убить, но в тоже время, он сохранил Кире жизнь и не важно в каком качестве.

– Есть какая-нибудь еще информация?

– Да, в ближайшее время ему должна прийти очередная партия товара. На воде сейчас много полиции, поэтому, скорее всего, он воспользуется маршрутом по суше через Мексику.

– Хорошо, мне нужно над этим подумать.

– Я тебя понял, племянник, но позволь один вопрос.

– Спрашивай.

– Какого такого х**на эта девочка ушла с ним?! Почему она не осталась с тобой, раз ты ее нашел?

– Это долгая история, дядя. Я прошу тебя в это не вмешиваться сейчас, я сам плохо понимаю ситуацию.

– Хочешь его убрать?

– Нет, но я хочу устроить ему проблемы.

– Не боишься, что он поймет, что это твоих рук дело?

– Вот поэтому мне и нужна информация о слабом звене и время, чтобы подумать, как сделать все тихо.

– Ты подумай, племянник, подумай… – Многозначительно протянул Эмре. Алтан поднял на него глаза.

– Говори, что хотел сказать.

– Скажи мне честно, дорогой. Она того стоит?

– Стоит, дядя. Она многого стоит и я ей должен. Если бы не я, ей бы не пришлось все это пережить.

– Она сама сделала выбор, она могла бы во все это не ввязываться.

– Мы этого не знаем.

– Брось, Алтан! Все ты знаешь, мы так давно во всем этом живем, что мы всегда знаем, в большинстве случае люди соглашаются на это добровольно, а ты приучил ее к хорошей жизни. Нет, я уважаю эту девочку, но это… Может быть прежде, чем совершать какие-то действия, ты убедишься в том, что это целесообразно в данной ситуации?

– Я убежден в этом, дядя. Как и в том, чтобы ею не двигало в тот момент, а просто так она бы в это не вошла.

– Что ж, тебе виднее. Но, так или иначе, девочка умная, смогла выжить, даже смогла неплохо устроиться, надо отдать ей должное. – Улыбнулся Эмре. – Я скучаю по ней. Эх, молодость… Как все сейчас изменилось, женщины стали занимать места мужчин, особенно Европейки и Американки. Как бы мне не нравилась твоя женщина, но лучше бы ты выбрал нашу женщину, племянник, так бы всем было спокойнее, особенно тебе.

– Я всегда жил той жизнью, в которой нет места спокойствию, я выбрал именно такую, какая мне нужна и я доволен своим выбором, к чему бы это ни привело.

– Ну, конечно! – Поднял ладони вверх театральным жестом дядя. – Мы же мало что в жизни понимаем, господин Алтан. Мы же просто так воздух сотрясаем, советы даем…

– Ладно дядя, мы тоже кое что в этой жизни понимаем, не маленькие уже… – Улыбнулся Алтан в ответ.

Алтан вспомнил ее слова, что она сказала, что ей нужно время. Она вернулась обратно и теперь Керро все знает, значит, он может лишь отвлечь его.

Алтан намеревался устроить диверсию с товаром, станет отличным отвлекающим маневром, но нужно обставить все так, чтобы Керро не узнал, то это его рук дело. Для этого нужно найти того, кто его сдаст и придумать план, очень хороший план.

Давно он не планировал никаких операций и уж тем более ни в чем таком не участвовал, а это было даже приятно и интересно, снова что-то планировать, в чем-то участвовать, что-то узнавать о ком-то.

– Думаю нужно привлечь Волкана к этому делу. – Продолжил разговор дядя.

– Посмотрим. – Алтан пока не хотел рассказывать Волкану об этом, да, друга он простил, но внутри снова начало закрадывалось предательское чувство недоверия.

– Ты смотри, смотри, но Волкан лучший стратег, лучше чтобы он был с нами.

–Я тебя услышал, дядя.

Кира

Я сидела в своей комнате, когда ко мне вошел Альваро.

– Идем, тебя ждут внизу. – С каким-то странным, печальным выражением лица, сказал он и встал в дверях.

Я медленно поднялась с кресла, ноги не гнулись от волнения. От Мануэля не было никаких известий, и никто мне ничего не говорил. Все это время я так и просидела в своей комнате успев выкурить пачку сигарет.

Альваро то и дело косился на меня, но никаких звуков не издавал. Я не выдержала и обратилась к нему первой.

– Ну, давай, говори. Почему ты так на меня смотришь?

– Как так? – Альваро притормозил в коридоре, открыто посмотрел на меня.

– Как на побитую собаку.

– А разве это не так?

– Как видишь, я все еще в добром здравии, значит не так. – Захотелось ответь, может быть даже нагрубить ему. Защитить себя, отстоять.

– Ты правда дура или просто ничего не замечаешь? – Вдруг спросил Альваро.

– Ты нарываешься…

– Нет, это ты нарываешься! Я понятия не имею, что ты там сделала, что Рики так взбесился, но лучше бы ты больше ничего такого больше не повторяла…

– А тебе-то что до меня?!

– Ничего! Просто не хочу еще и твой труп сжигать! – Вдруг ответил Альваро и отвел глаза, крепко сжал челюсти и покачал головой. Я застыла от этих слов. Он переживал, тот кто, как мне казалось, ненавидел меня, проникся своеобразной заботой. – Ладно, пойдем, принцесса и ты это… – Замялся он. – Держись там.

От этих его слов мое сердце рухнуло вниз и перед глазами на мгновенье потемнело.

Нет, только не Мануэль, только не Мануэль… Рик не мог, не мог…

Я спустилась вниз на ватных ногах, как только переступила порог гостиной, увидела то, ради чего меня сюда пригласили.

Двое парней держали Мануэля. Парень еле стоял, его исцарапанные руки были закинуты на их плечи, голова опущена, но кажется он в сознании, все еще держался.

Рик стоял рядом, а с другой стороны Абель и дальше всех Тео.

Я переводила свои остекленевшие глаза на каждого из них и снова возвращалась к Мануэль. Бедный парень, бедный и все из-за меня…

В этот момент я возненавидела Рика так сильно, что мне показалось, что эта комната наполнилась волнами моего гнева. Сердце то и дело пропускало удары, в глазах то темнело, то прояснялось, к горлу подкатывала тошнота.

– Посмотри на последствия своих дел, принцесса и хорошо запомни этот момент. – Сказал Рик без эмоций. – Это с ним сделала ты! Еще одна твоя выходка и на его месте окажутся другие люди. – Его взгляд был полон триумфа и самодовольства в тот момент, когда я изнутри истекала кровью и ненавистью к этому человеку.

И если до этого момента во мне еще оставались хоть какие-то теплые чувства к нему, то теперь они были полностью убиты.

– Увести его! – Приказа Рик, а мою душу все больше наполняла бессильная злоба.

Я посмотрела на Абеля, лицо которого оставалось спокойным, но в глубине глаз я видела, что ему эта ситуация не нравится. Взгляд Тео был холоден, как будто вообще ничего не произошло, а Рик стоял, скрестив руки на груди и выжидал, глядя на меня в упор.

Мануэля увели, а я как в тумане, спокойно приблизилась к Рику и встала напротив.

– Ну, что? Ты довольна собой? – С ухмылкой спросил он. Ехидный тон, глаза сверкают, улыбка полная желчи, нет, он не успокоился. Недостаточно меня раздавил, нет, он хочет большего, но не получит этого.

Он меня не раздавит, ни за что на свете, не раздавит! Не позволю, не прощу!

Я непроизвольно сжала кулак, вложив в него всю свою злость и быстрым движением выбросила руку, ударив в челюсть. Голова Рика дернулась вправо, но он только слегка пошатнулся. Звенящая тишина и в следующую секунду у меня из глаз искры посыпались от пощечины, которую он мне залепил. В отличие от него, я пошатнулась, даже сделала шаг назад и автоматически прижала ладонь к ушибленному месту, но тут же повернула голову обратно.

Мне хотелось ударить его снова и плевать, что я получу удар в ответ, наплевать на все, я больше себя не контролировала! Мне хотелось отомстить, причинить ему боль, как он причинил ее Мануэлю, как он причинил ее мне. Хотелось ответить, чтобы он знал, что нельзя так поступать с людьми. Выместить на нем всю свою злость и мне хотелось крови. Увидеть ее на его лице, хотелось разорвать его голыми руками так, чтобы он просто истекал ею. И с моей стороны последовал еще один удар, от которого моя рука заболела так, что захотелось завыть.

Первым отреагировал Тео, который схватил Рика сзади, не давая ему сделать шаг в мою сторону, а меня схватил Абель, тоже пресекая мне дальнейшую возможность к нападению.

– Остановись! – Скомандовал он мне, но я его не слышала, я отчаянно пыталась вырваться. Ударить Абеля, что-нибудь сделать, но он мне не позволял, держа мертвой хваткой.

– Отпусти меня! – Спокойно сказал Рик Тео и тот, немного помедлив, отпустил.

Я же все еще пыталась вырваться, уже сама не осознавая, что делаю, на каком-то автоматизме, слепая ярость, которая рвет душу на части, вытаскивая из нее всю черноту, которая находилась в ее глубине.

Рик подошел ближе, смотрел мне в глаза холодным, безразличным взглядом, от которого я все больше сатанела и меня буквально выворачивало наизнанку, а он просто стоял и смотрел на то, как я тщетно пытаюсь вырваться из рук доктора.

Не знаю откуда у меня взялось столько силы, но я вырвалась из рук доктора, все-таки зацепив Абеля локтем и снова бросилась на Рика, но он одним точным движением заломил мне руку за спину так, что на глаза тут же от боли навернулись слезы. Я попыталась ударить его второй рукой, из-за чего мне стало еще больнее, он перехватил и ее. Теперь он одной рукой, сдавливал мои запястья за спиной. Я сделала еще два беспомощных рывка.

– Энрике остановись! – Закричал ему Абель, лицо которого я уже не видела. Перед глазами все плыло не то от боли, не то от злости.

– Молчать! – Крикнул Рик ему в ответ, а я в этот момент зажмурилась и махнула головой назад.

Боли почти не почувствовала, значит не попала или попала, но не сильно задела, потому, что Рик выругался и свободной рукой, схватил меня за лоб, откинул мою голову назад, прижал к своему плечу так, что мне показалась не будь под ней опоры, он бы мне ее просто оторвал.

Я больше не могла сопротивляться, я даже толком шевелиться не могла. Тело предательски выло от боли в каждой мышце. Я попыталась сделать несколько рывков от которых, чуть не упала, потому, что ноги переставлять было невозможно и по щекам покатились слезы.

Его тяжелое дыхание было возле моего уха, а руки давили с такой силой, что я знала, одно из запястий он мне точно вывихнул.

– Ты сволочь! – Бессильно всхлипнула я.

– Да, я такой! – Процедил он сквозь зубы около моего лица. – И ты теперь видела на что я способен! И это лишь малая часть. Еще раз, что-то подобное повторишь и Мануэль умрет первым, за ними твои родители. Если не успокоишься и не смиришься, я найду твою подругу. Это же она работает с Оздемиром.

Меня, как током ударило от этих слов, и я затихла.

– О, да! Теперь я знаю все! А самым паршивым будет то, что если ты не прекратишь мне сопротивляться, то последним я убью этого мальчика, которого ты называешь сыном…

У меня сердце упало в желудок и в глазах снова потемнело.

– Хватит, Рики. – Снова сказал Абель. – Ты ей руки сейчас сломаешь. – Констатировал он.

– Ну, так вылечишь! – Рявкнул в ответ Рик и толкнул меня вперед.

От напряжения затекли все мышцы и от его неожиданного движения, я позорно свалилась на пол, руки сами по себе согнулись и я ударилась головой о пол, приземлившись у ног Абеля.

Тот сразу же присел передо мной и протянул руки, чтобы помочь мне подняться.

– Это же твоя работа. – Добавил Рик и я услышала быстро удаляющиеся шаги.

Абель помог мне сесть на полу, опираясь на трясущиеся руки, я все еще не поднимала голову. Меня как будто выпотрошили, забрав все силы и остатки воли. Он меня ломал. Морально и физически, он показал мне, насколько я в сущности никчемная и беспомощная, сколько он имеет власти надо мной и меня это убивало, ломало изнутри, выкручивало нервы и сводило с ума.

– Идем, мне нужно тебя осмотреть. – Сказал Абель и поднял меня.

– Руки убрал. – Тихо сказала я, когда смогла привести тело в вертикальное положение.

– Мария, прекрати, у тебя руки синие…

– Я повторяю, – сказала я подняв голову и глядя на встревоженное лицо доктора, – руки убрал!

Уж не знаю, что он там увидел в моих глазах, но он послушал и убрал руки, медленно отошел с моего пути.

Я поднялась по ступенькам, запястья ломило от боли, правое действительно начинало синеть, отстраненно подумала я. Вместо своих увечий я видела перед глазами только ненавистное лицо Рика и слышала в ушах его угрозы.

Я вошла в свою комнату, бедром закрыла дверь и на автомате пошла в ванную.

Трясущимися пальцами открывал воду и подставила руки под ледяные струи. Вода отрезвляла и боль переставала затмевать разум.

Посмотрела на свое отражение в зеркале. Косметика растеклась, глаза огромные и стеклянные, под ними залегли тени и щека все еще розовеет.

Ничтожество, какое же ты ничтожество, Кира. Выбрала самый легкий путь для выживания, подставила под удар Мануэля из-за слабости к мужчине, из-за слабости своего сердца, подставила под удар всех. Рик прав, это ты во всем виновата. Только ты и «нечего пенять на зеркало, коль рожа крива».

Меня снова ломало изнутри, затапливало чувством боли и отвращения ко всему, что сейчас происходит. Как я во все это вляпалась? Как попала в такую ситуацию? Как я вообще могла все это допустить? Как я могла утратить контроль над собственной жизнь?

От новый волны злости и негодования я заорала. Закричала так, что мой крик отдавался от кафельных стен и бил мне в уши, а я кричала, чтобы заглушить собственный обвиняющий саму себя голос в голове, сама не заметила, как меня начало трясти и я глядя на свое отражение, ударила кулаком в зеркало. Оно с грохотом осыпалось в раковину и на пол, я как во сне опустила глаза. Из осколков на меня смотрели совершенно безумные, красные, стеклянные, льдисто-голубые глаза с огромными зрачками.

– Мария? Мисс? – Тихий голос домработницы.

Я услышала, как приоткрылась дверь и резко повернула голову в сторону нее.

Женщина застыла в дверях, она всплеснула руками и прижала их к губам.

– Боже милостивый! – Сказала она, глядя то на меня, то на мои руки, то на разбитое зеркало.

– Пошла вон! – Заорала я на нее, как безумная и женщина быстро вышла из ванной.

Злость стала подниматься новой волной, теперь на нее. Ведь она тоже все знала и молчала, даже виду ни разу не подала. Здесь все всё знали, кроме меня и Мануэля.

Мануэль. Мой бедный, преданный мальчик. Что же я с тобой сделала? Что я натворила? Мам, пап, Ульяна, что же я наделала со всеми вами?

Я осела на пол, прямо возле раковины, не обращая внимания на осколки, на воду, которая каким-то образом оказалась разлита по полу. Мне было все равно, разве может быть иначе, когда ты чувствуешь, что на твои плечи огромным грузом легла ответственность за всех твоих близких, некоторые из которых уже пострадали, а некоторые из которых могли пострадать в будущем?

Я сидела так, на полу, уже не чувствуя боли, только глядя в одну точку, стараясь хоть как-то себя успокоить, когда в ванную вбежал Рик и Абель.

Я подняла голову и посмотрела на них. Рик осмотрел комнату и подошел ко мне, опустился на колени, заглядывая мне в глаза.

– Мария? Мария? Что ты наделала, принцесса?

Тихо спрашивал он, проводя пальцами по моему лицу, а меня снова затрясло от злости.

– Ты меня слышишь? – Он потряс меня за плечи, а я криво улыбнулась в ответ.

– Ты пожалеешь, клянусь, ты пожалеешь о том, что в тот день не оставил меня в той воде. Даю тебе слово. – Холодно сказала я, глядя в его испуганное лицо и Рик отшатнулся, даже руки убрал.

Несколько секунд смотрел мне в глаза, а потом посмотрел на Абеля.

– Уйди. – Спокойно сказала я ему.

– Мария… – Снова посмотрел он на меня.

– Оба уйдите, иначе я за себя не отвечаю…

– Энрике, нам нужно уйти. – Вдруг сказал Абель и дотронулся до его плеча. – Идем.

Они переглянулись, Абель качнул головой, как бы говоря: «идем, а то и правда станет хуже».

Рик поднялся, еще раз на меня посмотрел с высоты своего роста, но все-таки вышел.

Я подождала, когда дверь захлопнется и только потом встала. Смыла кровь с руки от стекла, обмотала их полотенцем и пошла в комнату.

На меня накатила апатия, мне все стало безразлично. Я устала. Тело ослабело и мозг просто отказывался работать, поэтому я просто легла и закрыв глаза, провалилась в темноту.

Энрике

– Ты вообще рехнулся?! Что это только, что было?! – Требовательно спросил Тео, когда Рики пулей вылетел на улицу после того, как кинул Марию под ноги доктора.

Он и сам не знал, что это только, что было.

Он привел Мануэля, чтобы немного припугнуть ее, продемонстрировать свою власть над ней и показать, что у любого действия есть последствия, но он не ожидал, что она полезет в драку. Он вообще не ожидал, что у нее хватит смелости и наглости его ударить, но она ударила. Не сильно, но она старалась, он это ощутил. И в этот момент у него крышу снесло.

Он ударил ее в ответ, но вместо того, чтобы успокоиться она снова попыталась его ударить. Эта маленькая, не умеющая драться девчонка осмелилась поднять на него руку! И из-за кого, из-за этого парня! Нет, он понимал, что он причинит ей этим боль, но что она отреагирует именно силой, он не ждал и сам того не осознавая, в нем возникло неконтролируемое желание подавить ее. Не просто продемонстрировать силу, а доказать, что она ничто в сравнении с ним! Что у него на руках все козыри и ей ничего не остается, кроме как подчиниться ему! Никто не имел право так открыто вступать с ним в конфликт и любой мятеж должен пресекаться на корню!

Но она продолжала бороться, даже попыталась ударить его головой, но не успела, Энрике отреагировал быстрее. На его стороне все преимущества. Сила и опыт, а она ничто в сравнении с ним! И он ей это доказал.

Только когда она все-таки затихла и в разговор вступил Абель, Рики начал приходить в себя и понял, кого он сейчас держит в своих руках. Что он держит ее с такой сильной, что оставляет синяки, которые будут на ее руках. Он причиняет ей боль и угрожает, раньше он такого не проделывал с женщинами, тем более с его женщинами, но она смогла вывести его из себя буквально за минуту.

От ее действий он просто утратил над собой контроль и дал волю гневу, а так он мог поступить только тогда, когда видел для себя угрозу, и ее он воспринял как угрозу, как равного противника. А дальше он уже просто решил устроить небольшой спектакль. Доказать ей, что ОН – мужчина, а ОНА – женщина и обязана подчиниться!

Но как только она бессильно упала на колени и ее руки подогнулись, Энрике пожалел о сделанном, даже дернулся в ее сторону, но во время остановился. Нет, шоу должно быть сыграно до конца! Раз начал, значит, следует ее проучить, даже не смотря на то, что в его сердце шевельнулась жалость и злость на самого себя, что он не сдержался, дал волю эмоциям, но это она его спровоцировала!

Как бы он не старался убедить себя в этом, а в душе было очень паршивое предчувствие, что этим своим поступком он допустил ошибку, перестарался, позволил себе лишнее, позволил себе ее унизить, а она может это не простить. Такие, как она, такое не прощают, он это предчувствовал, в глубине души.

– Я не знаю. – Все-таки ответил он Тео. – Я разозлился!

– Да, я заметил, но ты на себя не похож. – Покачал головой Тео. – Тебе нужно остыть, парень… А еще лучше взяться за голову!

– Что ты имеешь в виду?!

– Ты сам знаешь… – Отмахнулся Тео.

– Что я знаю?!

– Я говорил тебе, что из-за нее у тебя будут проблемы и вот они! Ты забрал женщину и одного из главных мафиози Стамбула! Рики, очнись! Ты в своем уме?!

– Я в своем уме! Или тебя, что-то не устраивает?! Ты струсил?!

– Я не струсил! В отличие от тебя, я думаю головой, а не членом! Ты думаешь, Оздемир так просто это оставит?! Рано или поздно, он ответит, для него это будет делом чести! Это же турок, даже не русский, хотя русский сразу бы нам шею свернул… – Невесело хмыкну он.

– Еще одно слово и ты вылетишь из этого дома! – Рявкнул Рики. Только нравоучений ему сейчас не хватает!

– Я не пойму, что ты в нее так вцепился?! Мало ли красивых баб?! Да любая будет твоей, любая! Хочешь, я сам найду тебе умную? Хочешь даже русскую? Только убери эту, от нее одни проблемы…

Энрике уже повернулся к Тео не то, чтобы послать, не то, чтобы ударить, когда к ним вышел Абель.

– Что там? – Тут же переключил Энрике внимание на него. К черту Тео! Он хотел знать все с ней в порядке.

– Понятия не имею. – Пожал плечами Абель и сложил руки на груди, отвернулся.

В этот момент Энрике понял, что его люди его осуждают. Два друга, оба им недовольны и он в принципе понимал причину, но признавать этого не хотел. Нет, не так, он не хотел отпускать ЕЕ!

С каким-то маниакальным садомазохизмом он хотел, чтобы она оставалась рядом. Пусть даже так, но только, чтобы она не уходила. Он не хотел даже думать о том, что ее не станет в его жизни. Что она уйдет и будет там, с этим Оздемиром, что это он будет проводить с ней время, это он будет ходить с ней на вечеринке, он будет с ней разговаривать, он будет слушать, как она смеется и это он будет ее трахать, а не Энрике. От этих мыслей он сатанел и буквально сходил с ума. Он понимал, что стал зависимым от нее, как от наркотика, который хотелось принимать снова и снова. Видеть ее лицо, слушать ее смех, смотреть на нее, когда она работает, чувствовать в своих руках ее тело, вдыхать ее запах. Он не мог отказаться от этого, просто был не в состоянии. Лучше он ее убьет, но не будет отдавать, нет, исключено!

– Что значит, понятия не имеешь?!

– Она не захотела помощи.

– А ты, что настоять не мог?! Я не понял, ты из ума выжил?! Вы все здесь из ума выжили?!

– К сожалению, я должен констатировать, что из ума выжил ты, Рики. – Резюмировал доктор.

– Еще одно слово и я ударю. – Предупредил Рики, уже внутренне закипая. Что здесь вообще происходит?! Какого х***на они начали оспаривать его приказы?!

– Тебе мало крови на сегодня? – Безразлично поинтересовался доктор, а Тео тут же встал, преграждать Энрике путь, понимая, что сейчас случиться.

В этот момент из дома выбежала миссис Андерсон, которая все это время должна была оставаться на кухне, пока ее не позовут.

– Мистер Керро, мистер Керро! Там… – Сбивчиво начала говорить она и все трое мужчин обратили взгляды на женщину. – Там… мисс Тейлор… Она в ванной… зеркало… – Запиналась женщина, жестикулируя. – У нее руки в крови! Она с ума сошла!

Энрике не думая бросился в дом, а следом за ним Абель.

Рики в несколько скачков преодолел ступеньки и с бешено бьющимся от страха сердцем влетел в ванную и застыл в дверях.

Зеркало разбито. Из крана хлещет вода и от напора брызги летят во все стороны, а на полу сидит Мария, смотрит в одну точку остекленевшими глазами.

У Рики все внутри похолодело. Такой он ее еще не видел. На руках кровь, но порезы мелкие, скорее всего от зеркала, вены она себе не вскрывала, запястья синие, это от его рук, а она просто сидит на полу в луже воды смешанной с кровью.

Энрике опустился перед ней на колени, попробовал позвать, но нормальной реакции не последовало. У нее действительно был сумасшедший вид и это уже не потеря памяти, нет. Такое происходит с людьми, которых ломают и которые в какой-то момент все-таки ломаются, из них уходит жизнь, уходит огонь из глаз, ломается внутренний стержень.

Рики заглянул в голубые глаза, нет, она еще не сломлена, надломилась, появились несколько трещин, но он ее не сломал, еще нет и Рики был этому рад. А ее дальнейшие слова только подтвердили его мысли.

Кира

Мануэль вернулся к работе через три дня. За это время синяки на моих запястьях из фиолетовых стали приобретать желтоваты оттенок и я каждый день заматывала их эластичным бинтом, а потом надевала одежду с длинными рукавами.

Синяк под глазом, рассеченная губа, ссадины на руках… А у меня сердце в груди разрывается от того, что я вижу его таким, от стыда, что я являюсь этому причиной.

– Прости, Мануэль… – Сказала я, когда он со мной поздоровался.

– Я в порядке, не стоит беспокоиться. Я знал, что так будет. Хорошо еще, что меня отпустили, легко отделался. – Легко улыбнулся парень, а я поморщилась. И снова никаких упреков, ни одного вопроса. Только преданность – Но меня прислали, чтобы следить за вами. Нам нужно ехать в офис, дон Энрике сказал, чтобы вы собрались. Через полтора часа нужно быть там, у него есть для вас работа.

Я смотрела на него и не могла понять, как ему удается оставаться таким спокойным и невозмутимым после того, что произошло? После того как я его подставила! Не объяснила, ничего не сказала, а он это принял. От его благородства и собственной сучности меня начинало тошнить.

Все-таки трудно это, когда напоминание о твоих ошибках и промахах вот так ходит рядом с тобой, а еще и разговаривает и ни в чем не обвиняет.

Реально хочется пойти и убиться головой о какую-нибудь стену.

– Да, я… – Рассеяно протянула я.

– Сеньора, соберитесь! – Мануэль преодолел в два шага разделяющее нас расстояние, взял меня за плечи. – Я не знаю, зачем вы это все провернули, но сейчас вам нужно собраться! Сейчас не время опускать руки, если вы сейчас сдадитесь, то все это было зря! Все, что мы делали до этого было зря!

Парень был прав, полностью, он не сдавался, а вот я наоборот, стала терять веру в собственные силы.

– Хорошо. – Я положила руку на его плечо и попыталась улыбнуться, чтобы не показать ему моего реального настроения. – Иди, я приведу себя в порядок и поедем.

– Я жду в машине.

Я зашла в ванную и прислонилась спиной к двери. Нет, нельзя так расклеиваться, не время. Подумаешь, получила по лицу, парня из-за меня покалечили, но парень-то не ноет, а я расклеилась, сломалась.

Подошла к зеркалу, уже привычно посмотрела на себя в новое зеркало, открыла воду, плеснула в лицо холодной водой.

На меня смотрело красивое лицо с большими глазами, которые горели ненавистью и болью. Лицо свежее, с ровной загорелой кожей, но глаза, они выдавали. Так сморят люди с прошлым, с «богатым» прошлым за плечами. У меня взгляд никогда не был легким, но сейчас из зеркала смотрела женщина, которой вряд ли дашь тридцать, нет. Взрослая, умудренная жизнью женщина в душе которой царил мрак и пустота, все во взгляде, все всегда кроется в глазах.

Я вытерла лицо, прошлась по нему пудрой, густо накрасила ресницы, наложила темную матовую помаду. Смочила руки, прошлась по волосам и стянула их на затылке в низкий хвост. К такому макияжу требуется соответствующий имидж.

Черные прямые брюки с высокой талией, белая облегающая водолазка с длинным рукавом, черный жакет. Взяла с вешалки белый плащ. На ноги черные туфли на квадратном каблуке и еще раз посмотрела в зеркало. Эта помада делала ярче, но старше, а в купе с этой одеждой и забранными волосами я выглядела так, как должна, соответственно взгляду.

Одежда это отражение внутренне мира, и сейчас мне подсознательно хотелось найти место для себя в этом мире, но мне казалось, что его для меня нет. Я потерлась где-то «между». И думать об этом мне сейчас нельзя, если я позволю себе углубиться, почувствовать, то утону в них. Если я отсюда выберусь, у меня будет на это время, пустить это в свое сердце, в душу, а пока, как сказал Мануэль, мне нужно собраться. Так что пока только и остается, что сменить стиль одежды, чтобы внутренние метания не прорвались наружу иным способом.

Когда села в машину, судя по взгляду, Мануэлю мой вид не понравился. Я отвернулась и надела широкие, черные очки. Разговаривать с ним не хотелось, чтобы лишний раз не видеть последствия своих неверно принятых решений.

Энрике привычно ждал меня в своем кабинете.

– Добрый день! – Сказала я, войдя и сразу направилась к столу, опустилась в кресло, принимая удобную для себя позу.

Энрике окинул меня оценивающим взглядом.

– Смотрю, ты поменяла имидж. Тебе не идет, ты постарела. – Ухмыльнулся он, а я фыркнула. Скатились до банальных издевок.

– Мы сейчас будем обсуждать мой внешний вид? Ты меня для этого позвал? – Спросила я, выгнув бровь.

– Нет. – Энрике откинулся на спинку. – Мне нужно вложить крупную сумму денег.

– От сделки в Стамбуле?

– Это не важно. У тебя три дня, найди мне новый проект или еще что-нибудь.

– Я тебя поняла. – Спокойно ответила. Я предполагала, что ему понадобиться отмыть деньги и у меня уже созрел план, но три дня слишком мало для его осуществления. – Та сумма, о которой ты говоришь, слишком мало времени. Мне нужна неделя.

– Три дня…

– Если тебе не нравится, как я работаю, уволь меня. – Пожала я плечами, а Рик начинал злиться. Челюсть сомкнулась, рука на столе сжалась в кулак, ноздри то и дело раздуваются. Правильно, будешь злиться, будешь, но сделать ничего не сможешь… – Злорадно подумала я, а вслух сказала. – До этого ты был мною доволен, поэтому я буду вести дела так, как посчитаю нужным или никак вообще.

Энрике вдруг резко поднялся, оттолкнул от себя кресло и в несколько шагов обогнул стол.

Мне стоило титанических усилий не сдвинуться с места. Как бы я не была в себе уверена, а унять бешено бьющееся сердце я не могла.

Он угрожающе навис надо мной, уперев руки в подлокотники, приблизился к моему лицу.

– Ты будешь делать, то, что я скажу тебе я! – Процедил он сквозь зубы.

– Я итак делаю то, что говоришь мне ты. Но вложить такую сумму за три дня я не могу. Я не умею прыгать выше головы, Рик! – Не менее зло отвечала я в тот момент, как его взгляд скользнул к моим губам. Его зрачки резко расширились, дыхание опалило кожу на моем лице.

– Жаль, что ты раньше не пользовалась этой помадой. – Сказал он не отрывая взгляд от моих губ, поднял руку, провел большим пальцем по моей нижней губе. Я скривилась от этого его жеста и резко отвернулась.

Спать с ним я больше не намерена, мне было противно! Никогда не видела удовольствия в проявлениях так называемого «стокгольмского синдрома». С меня хватит. Работа? Хорошо! Но не постель!

Энрике продолжал сверлить меня яростным взглядом, а потом резко выпрямился.

– В твоих же интересах сделать свою работу хорошо! – Угрожающе произнес он.

– Я всегда делаю ее хорошо. – Спокойно ответила я и повернувшись в кресле, заставляя Рика отступить, встала и ровным шагом вышла из кабинета.

Еле смогла спокойно преодолеть расстояние от его кабинета до моего, чтобы не упасть по дороге от страха. Понятие не имею каких таких женщин – Терминаторов показывают в кино, которые ничего не бояться и стоят напротив мужчин, смотрят им в глаза с высоко поднятым подбородком, не думая о том, что в следующую минуту им могут прислать хорошего такого леща судаком. Лично я боялась, хорошо помнила, как оно бывает, так что все мои прямые взгляды и напускной вид вселенского спокойствия давался мне с большим трудом.

Оставшийся день я просидела в офисе и делала вид, что ищу для Рика объекты для будущего финансирования. Работу действительно пришлось выполнять, по крайней мере упорно делать вид, что выполняю ее, потому что когда я вошла то тут же увидела камеру, установленную в моем кабинете по диагонали от входной двери.

Мне нужно было связаться с моим брокером, которого я наняла месяц назад. Я открыла фирму, конечно же, подставную. Владельцами были «мертвые души», к этому времени я уже успела создать достаточно ценных бумаг фирмы и выбросить их часть на рынок, а обученные люди сделали страницу в сети, повесили несколько объявлений на сайтах с рекламой услуг, правда скупали их так себе, но это мне и требовалось.

По моей просьбе Ульяна подготовила отличный проект «работающего бизнеса». Молодая айти компания, которая «написала» программу для государственных больниц, которая будет объединять в себе истории болезней всех пациентов штата за последние 10 лет и генерировать болезни по диагнозам. При вводе показателей анализов пациентов, эта программа будет выдавать все случаи за последние 10 лет с похожими данными. Таким образом, можно будет установить возможный диагноз и его лечение.

Ульяна сделала все, как требовалось. С моей стороны были заказаны отчеты и балансы за последние пол года, подготовлены липовые проекты договоров с несколькими частными клиниками за пределами Калифорнии, которые якобы должны будут заключить контракт с этой фирмой. Выкуплены номера мобильных, на которые в случае проверки ответят люди Мануэля и подтвердят информацию.

План заключался в том, чтобы как только Рик вложиться в акции, он априори останется ни с чем, а сумма, которую он планировал вложить была очень ощутимой. По подсчетам бухгалтера, на запуск «стартапа» им нужно было гораздо меньше, но оставшиеся деньги я вполне смогу вложить куда-нибудь еще. Главное, чтобы Энрике проглотил эту информацию и не особо вникал в детали. Я планировала заинтересовать его именно прибылью, причем быстрой и легкой. Именно на это он не мог купиться.

Остались лишь детали, чтобы я смогла привести свой план в действие. Компромат по финансовой части, эти деньги. Конечно, это не гарант моей свободы, но это может хорошо подмочить репутацию Рика и сильно подкосить его бизнес, а это ему вряд ли понравится.

Алтан

Алтану доложили, что у Керро хорошие отношения с картелями и сливать в Мексике его не станут, а следовательно, идти на него в открытую будет крайне недальновидно, поэтому пришлось работать в другом направлении.

Слабое звено Керро они все-таки нашли. Молодой парень, новенький в картеле Керро. Он работал на складе, на который доставлялся груз. Маршрут Керро выяснить так и не удалось, но этого и не требовалось. По просьбе Эмре, парня немного помяли, несколько раз окунули в ванную вниз головой на глазах у его молодой жены, в тот момент, пока их маленький сын спал в соседней комнате и парень выдал всю нужную им информацию.

Люди в черных масках дали ему неплохие деньги и рекомендовали срочно покинуть Мексику, пока с ним и его семьей не произошли еще какие-нибудь неприятности. Что с ним было дальше, Алтана не интересовало.

Алтан хотел сделать все сам, но отец с дядей отговорили его от этой затеи. Он был слишком заметной фигурой и делать ему поддельные документы будет нецелесообразно.

Дядя был прав, Волкан был лучшим тактиком из всех них. Так, как он мог продумывать операции никто больше не умел.

– Мы расположимся по периметру. – Стал более детально объяснять стратегию Волкан, показывая на спутниковую карту. – Три стрелка, этого хватит.

– А если, кто-то будет внутри? – Задумчиво спросил Алтан, изучая местность со спутниковых изображений.

– Это не проблема, возьмем дрон. Маленького заряда хватит, чтобы их выкурить оттуда, – показал он на склад, – а если не хватит, значит, придется пострелять погромче.

Склад Керро располагался между множеством других, близко стоящих заброшенных хозяйственных построек, Волкан решил взять четверых людей. Все по периметру. 4 оптики, все должно пройти тихо, снять всю охрану по одному, место удобное. Ориентировочно их должно было быть человек 8-10 максимум.

– Мне нужно взять с собой Япрак. – Сообщил Волкан.

– Это та, кто к нам от Карадоглу попросилась? – Удивленно отозвался Алтан.

– Да, она по губам умеет читать и снайпер из нее отличный, я давно таких умений не встречал.

– Уверен, что хочешь взять женщину?

– Да, уверен. Я ее уже проверял в деле. Прослушку туда не поставишь, а она сможет прочесть, отчитались ли они о доставке или нет. Пусть Керро успокоиться, это выиграет для нас время, пока он будет думать, что с грузом все в порядке.

Какие бы у них не были натянутые отношения, а Волкан был хорошим стратегом и лучшим его стрелком.

– Они грузят товар ночью? – Спросил Волкан, продолжая листать карту.

– Да.

– Это хорошо, значит, наших точно будет достаточно. Что делать с товаром?

– Вывези, где-нибудь спрячь, мне этот товар не нужен так, что сам реши, что с ним делать.

– Понял.

Волкан посмотрел на Алтана долгим, хмурым взглядом, пока тот прикидывал как будут происходить дальнейшие события.

– Что? – Наконец спросил Алтан, когда ему надоело, что его сверлят глазами.

Ему до сих пор было трудно смотреть в глаза Волкана. Добрый, верный друг, который так сильно его подвел. Он любил Волкана, но в глубине души все еще не мог до конца простить ему то, что произошло.

– Как она? – Спросил Волкан, опускаясь в кресло и переводя разговор в другое русло.

– Я не уверен. – Честно ответил Алтан и тоже сел в кресло, тяжело, устало.

На душе как-то сразу стало легче от того, что Волкан задал этот вопрос. Каким бы не был замкнутым Алтан, но даже ему иногда нужно было с кем-то поговорить. Отец и дядя для такого разговора не подходили, а Хасан всегда был очень эмоциональным. Он, как обо всем этом услышал, то вначале хотел убить ее, а когда понял, что происходит, готов был убить Керро. И никакие доводы он не принимал в расчет.

– Выпьем? – Спросил Волкан.

– Я бы с удовольствием.

Волкан поднялся, достал из старого шкафчика бутылку виски, разлил по стаканам.

– Почему она не ушла с тобой? – Спросил Волкан, протянув стакан Алтану.

– Я не знаю. – Честно ответил Алтан. – Она не хочет, чтобы кому-то причинили вред и она не хочет, чтобы его убили. Считает себя ему должной.

– Эта благородная девочка с ума нас сведет. – Усмехнулся Волкан и покачал головой, отпил изрядный глоток виски. – Она хоть хорошо себя чувствует?

– Судя по ее виду, более чем. – Алтан непроизвольно сжал руку в кулак.

– Ревнуешь?

– Иногда, когда думаю об этом, я готов их убить. – Алтан закрыл глаза и провел по лицу рукой.

Он старался отогнать от себя эти мысли, старался не думать о том, что она все это время была с ним и явно не только работала. А этот ее изменившийся внешний вид, красивая одежда, эти коллекционные украшения, пистолет на бедре. Это была не она совсем, не та женщина, которую он знал. Алтан не хотел себе в этом признаваться, но в глубине души он признавал, что если бы он увидел ее сломленной или хотя бы опечаленной, огорченной, ему бы было легче это пережить. Но вместо этого он увидел перед собой совершенно нового человека, человека, который смог подняться. Стать еще лучше, чем был. И она стала еще привлекательнее, он не мог этого не признать. В тот день она была откровенная сексуальна. Ее наряд, эти волосы, эти ярко накрашенные глаза. Он восхищался ею и опасался одновременно, она одновременно была такой родной и теплой и вместе с тем, совсем незнакомой и чужой.

– Главное, о чем сейчас нужно думать, это о том, что она жива. – Сказал Волкан и допил свой виски. – У нее есть план, как я понимаю.

– Да, она хочет выйти из его игры красиво. Хочет собрать какой-то там компромат. Как я ее понял, это она руководит легальной частью его бизнеса.

– Умная девочка. – Усмехнулся Волкан. – Кто бы мог подумать? Нет, она конечно дурой никогда не была, но такого я от нее не ждал.

– Я тоже.

– За операцию можешь не переживать. Я уже все продумал, максимально постараюсь сделать все тихо и чисто.

– Я в тебе не сомневаюсь. – Честно ответил Алтан и оба посмотрели друг на друга. Видимо им обоим пришла в голову мысль о том, что Волкан допустил очень грубую ошибку. Все-таки такое долго не забывается. – Можешь ничего не говорить. Предлагаю еще выпить и тебе надо готовиться. Работа будет сложной.

В день операции Волкан и двое его людей залегли на крышах складов, дождались, когда люди Керро окажутся за забором, в зоне, откуда будет сложно сбежать. Двое вошли внутрь склада, пятеро других открыли Пикап и стали разгружать товар.

После слов Япрак о том, что они отчитались, что груз на месте и готовиться к дальнейшей транспортировке, Волкна дал команду приступить к операции.

Япрак разбила все 4 фонаря, которые освещали периметр, люди Керро оказались в ловушке, как слепые котят. Волкан и Джан, меньше чем за 3 минуты сняли 6 человек. Последний спрятался на складе.

Волкан не стал рисковать и идти туда, Джан запустил дрона. Небольшое количество взрывчатки прицепленная к технике и через несколько минут раздался небольшой взрыв. Со склада выскочил парень, даже сориентироваться не успел, еще один выстрел и все.

После операции Волкан сидел на корточках, смотрел на то, как Джан закрывает машину и думал о том, что ему было даже немного скучно. Все прошло слишком быстро, никто из людей Керро не ждал нападения, никто не успел сориентироваться. Остается только вывести груз и ждать, как быстро Керро узнает о том, что у него теперь проблемы.

Кира

Я перестала спать, от слова «совсем».

Энрике почти каждый вечер куда-то уезжал, а я сидела в своей комнате и в пятисотый раз просматривала документы. Одни сплошные экономические преступления, а я хотела найти, что-то «убийственное», но не находила.

Я ложилась в кровать под утро, закрывала глаза, в которые как будто песка насыпали и проваливалась в тяжелый сон, в котором меня постоянно кто-то преследовал.

То Энрике, который стоял возле меня, а я была привязана к чему-нибудь и не могла освободиться. То Алтан, который смотрел на меня издалека, я подходила к нему, он обнимал меня, привычно гладил по волосам, а потом отталкивал с силой, что я падала и летела с обрыва. Или, иногда, я пыталась с ним поговорить, что-то объяснить, но он меня не слушал, он смотрел в сторону, или просто уходил. И тогда я пыталась проснуться, но мое измученное сознание не давало мне этого сделать. Тревожный сон, это как вязкое болото, когда тебя засасывает в трясину и ты не можешь открыть глаза. Тело расслабленно, наливается, как свинцом, глаза не открываются от того, что они отяжелели и мозг никак не хочет начать работать в штатном режиме, и эти кошмары душили меня каждую ночь.

Самым страшным из них был тот, где я издалека смотрю на своих родителей, как они сидят на лавочке возле моей могилы, а я подхожу к ним и смотрю на могилу, крест, который украшает мое фото. Мама плачет, сидит, сжимая в пальцах платочек, а папа гладит ее по плечам. Я падаю на колени, хочу сказать им, что я жива, но мой рот не открывается, я и звука издать не могу, не могу пошевелиться. Мое сердце рвется на части. И я снова пытаюсь проснуться и не могу, проваливаюсь обратно в тот же кошмар, а когда все же прихожу в себя, мое сердце бьется так быстро, что кажется, сейчас из груди выскочит и тишина комнаты душит, а стены давят на меня.

Но были моменты, когда мне казалось, то кто-то нежно и осторожно гладит меня по плечам, по волосам, в тот момент, когда мне сниться очередной кошмар. Или кто-то целует мои волосы, я представляла себе, что это мама, как в далеком детстве. В такие ночи я спала намного спокойнее.

После одного из таких кошмаров, я проснулась в шесть утра и долго стояла в душе, пока мне на голову текли прохладные струи воды, а я пыталась привести свои мысли в порядок. Если так дальше пойдет, я сломаюсь.

Пока я бодрствовала, то я всеми силами пыталась загнать куда подальше свои эмоции, если буду об этом думать, впаду в депрессию, а мне нужно было трезво мыслить. Все это будет потом, позже, сейчас главное привести план в действие.

Я снова встала перед зеркалом, за это время я совсем высохла. Всего какая-то неделя, а у меня лицо стало тощим, как и мое тело. Ребра видно, я почти не ела от нервов. Я много курила и от недосыпа меня часто мутило, что кусок в горло не лез.

Высушила волосы и собрала их в хвост, я теперь делала только так. Собранные волосы помогали сосредоточиться.

Вышла из душа и посмотрела на свой второй планшет. Пришли документы по фирме, которую мы открыли для очередного вклада Рика.

Я села на кровать, изучила информацию. С виду все чисто. В девять утра набрала номер по которому можно было узнать информацию о фирме, как и договаривались, мне ответила девушка. Я притворилась, что хочу навести справки. Все ответы слаженные, четкие, цепочка верная. Отлично сработано. Я поблагодарила и отключила вызов.

Набрала нанятого брокера и сказала, что можно запускать план в действие. Легенда была такая, что брокер Рика ушел в отпуск и на время передал дела этому человеку, а он нашел для нас выгодное вложение. Что именно потом с настоящим брокером намеревался сделать Мануэль, я не знала, но я заплатила за это счет с пятью нулями в долларах, так что даже если ему придется залечь на дно, с ним точно все будет в порядке.

Я оделась и спустилась вниз. Рика уже не было, на ходу съела сэндвич, взяла с собой кофе. Села в машину на пассажирское сиденье.

– Доброе утро, сеньора. – Сказал Мануэль, в машине теперь тоже была камера, об этом тоже сообщил он.

– Доброе. – Ответила я и надев черные очки, откинула голову на сиденье, закрыла глаза, тут же провалилась в сон.

Странно, но именно вот так, пока мы ехали до офиса час-полтора, я досыпала. Именно рядом с Мануэлем, он давал мне хоть какое-то ощущение защиты, рядом с ним я могла расслабиться. Задним умом понимала, что если Рик решит, что-то со мной сделать, то Мануэль не поможет, но хоть предупредит, поэтому я расслаблялась.

– Сеньора… – Услышала я привычный голос сквозь сон и тут же открыла глаза.

– М-м? – Еще не до конца придя в себя, протянула я.

– Приехали. – Мануэль говорил спокойно, но по мимике его лица я видела, что он очень сильно нервничает из-за моего состояния.

– Угу. – Хмыкнула я и вышла из машины.

Когда сделала пару шагов, покачнулась. Сердце снова, как бешенное, забилось в груди. Все-таки тахикардия. Только держаться, не раскисать, все потом. Вот выберусь отсюда и там можно будет расслабиться, отдохнуть. Главное как-нибудь довести начатое дело до конца.

– Вам плохо? – Мануэль все-таки подошел, поддержал меня под локоть. Достаточно далеко от машины, здесь камера звуки не возьмет.

– Купи мне, что-нибудь для сердца. Какие-нибудь витамины, чтобы успокоить его, только не транквилизатор, мне нужно ясно мыслить.

– Вы так себя убьете! – Прошипел парень сквозь зубы. – Сеньора, я могу вас вывезти, спрятать, может быть хватит? Вы, правда, очень плохо выглядите.

– Я прошу, делай так, как я говорю и все. Мне сейчас только с тобой разбираться не хватает.

С шумом выдохнул, плотно сжатая челюсть, снял черные очки, смотрит исподлобья, тяжело, зло, а мне было все равно. Бегать я не собираюсь, я слишком устала. Я не хочу скрываться, я хочу покоя.

Все-таки кивнул головой и отпустил.

Я уже пришла в себя, пошла к зданию. На лифте поднялась в офис, вошла и сразу пошла в свой кабинет. Распечатала досье по фирме, которое прислали на почту. Пошла к Рику.

– Привет! – Сказала я и сразу прошла к его столу.

Он поднял на меня глаза, осмотрел с головы до ног, нахмурился.

– Ты плохо выглядишь. – Констатировал он. Я только фыркнула в ответ и села в кресло у его стола. – Мари…

– Я тебе сто раз говорила, что я Кира! – Отчеканила я каждое слово и снова на него посмотрела.

Теперь, я смотрела на него со злостью. Я больше не видела в нем того симпатичного парня, который меня привлекал, который заботился обо мне, баловал, который умел подсадить на адреналин и чтобы я получала от этого кайф.

Рик тоже злился на меня, сидит, сжимает кулаки, которые лежат на столе, губы превратились в линию. Не нравится, когда некоторые вещи идут не по его сценарию, манипулятор хе***в… Но молчит, терпит. Все терпят, всегда терпели. Не знаю каким чудесным образом, но я всегда и на всех умела нагнать жути одним своим взглядом, который теперь стал совсем стальным.

– Что у тебя, Кира? – Нарочно исковеркал он мое имя своим акцентом.

– Вот компания, в которую я предлагаю вложиться. Анализ их деятельности здесь. Вполне хороший бизнес. Ты выкупишь неплохую часть их акций, не большую, но будешь ощутимым партнером. Судя по анализу, через полгода поднимешь вложенные деньги раза в 2, может быть даже в 3. У них хорошая, развивающаяся платформа. Это айти компания, они заходят на правительственные контракты, доход будет идеально чистым. Прочти, и скажи мне ответ сегодня. Сделка выгодная. – Продолжала рассказывать я будничным тоном. Когда человек устал, это получается как нельзя просто и легко, вот так разговаривать.

Энрике слушал и уже начал читать отчет.

– Почему медицина? – Спросил он, не отрываясь от прочтения.

– Людям всегда нужна еда, бытовые ресурсы и медицина. Идеальные отрасли для вложения, тем более, что эти выходят на Федеральный уровень, хорошее, надежное направление, а идея инновационная и удобная. Учитывая то, как развивается наша медицина, эта их программа станет очень даже приобретаемым товаром.

– Я подумаю над этим. – Сказал Рик. На его столе зазвонил мобильный, номер неопределен.

Лицо сразу стало серьезным, он принял вызов, повернувшись в кресле спиной ко мне. Что там ему сказали, я как всегда не слышала, но знала, что это как-то связано с его вторым бизнесом. Ему иногда поступали такие звонки, но о чем они говорят, я понятия не имела.

Энрике молча слушал, поблагодарил и отключил вызов. Повернулся и положил папку на стол.

– Я дам ответ к вечеру. Сходи сейчас в спа и иди домой, ты ужасно выглядишь. – На несколько секунд в глазах промелькнуло, что-то вроде беспокойства и они снова стали равнодушными.

Я взяла сумку и поднялась с кресла. Паниковать больше не было смысла, теперь моя идея или выстрелит или нет, а совет про спа был отличным.

Я позвонила в салон и как вип клиент сказала, что приеду через час. Мне нужен был комплекс услуг.

Через час я уже лежала на удобной кушетке и мне начал делать расслабляющий массаж под тантрическую музыку. В такие моменты я старалась расслабить свой мозг, но сейчас мне старания и не требовались, я отключилась уже через пару минут.

Как оказалась я проспала так 4 часа, заплатила двойной тариф, получила наставления о том, что мне стоит больше отдыхать и пора бы сделать новую процедуру на лицо и смогла уехать домой.

Как только оказалась у себя в комнате, позвонила Мануэлю. Рик все-таки наводил справки, звонил по имеющимся телефонам, кто-то несколько раз просмотрел сайт компании. Мануэль отчитался, что все прошло гладко, но звонок от Рика мне так и не поступил.

Уже ближе к ночи я начала нервничать, сама не знаю почему, как будто предчувствовала, что что-то должно произойти. От Энрике новостей не было, я спросила Мануэля, но тот тоже ничего не знал. Уже после двенадцати я перестала его ждать. Просто легла в кровать и попыталась заснуть, но получалось плохо.

Я вертелась так пару часов, пока внизу не раздался грохот, какие-то голоса, я автоматически подскочила с кровати, схватила пистолет, который привычно лежал под подушкой.

– Энрике, остановись! – Голос Тео.

– Заткнись! – Рявкнул Рик в ответ и моя дверь с грохотом распахнулась.

Я стояла почти у двери, поэтому не успела сориентироваться, когда он влетел, как ураган. Наткнулся взглядом на дуло пистолета и одним точным, резким движением, скорее по инерции, чем осознанно, выбил его из моих рук так, что, кажется, новый вывих мне обеспечен.

Я даже пискнуть не успела, как он сделал один широкий шаг, схватил меня за горло с такой силой, что я забыла о боли в руке и вообще обо всем на свете.

– Сука! – Заорал он и дернул на себя, от чего мне показалось, что мне сейчас шею свернет.

Я не могла вздохнуть, не могла пошевелиться, только старалась сбросить его руку со своего горла, но безрезультатно.

Он толкнул меня к стене, так и не отпустив мое горло, я ударилась головой, от чего из глаз посыпались искры. На несколько мгновений он ослабил хватку и я успела набрать в легкие воздуха, зашлась в кашле от того, что в горле першило.

– Это все из-за тебя, тварь! – Орал он, а я видела перед собой его исказившееся от гнева лицо сквозь пелену красных кругов перед глазами и поволоку непроизвольных слез.

Он узнал о фирме или обо всем сразу? Что происходит, что-то пошло не так? Он как-то узнал об этом? И что теперь? Конечно, он меня убьет…

– И почему ты только появилась в моей жизни, сука! – Снова взревел он и опять, сжав мое горло, тряхнул, как куклу от чего я снова ударилась головой о стену, зажмурилась от боли и страха. Он себя не контролирует. – Откуда он узнал про груз?! Откуда ты о нем знаешь?! Говори! – И снова сдавил мое горло так, что у меня глаза чуть из орбит не выкатились.

Лучи предрассветного солнца стали меркнуть, я изо всех сил сжимала его запястье, но я была ничто по сравнению с ним.

Лицо бледное, глаза блестят от ярости, на скулах играют желваки, а эти огромные руки со стальными мышцами сейчас перебьют мне трахею, он не понимает, что делает, а я и звука издать не могу.

И тут он отпустил, резко. От неожиданности я упала вперед, на пол, приземлилась на колени. Все тело ослабело, меня трясло, глаза слезились, а из горла рвался кашель от большого поступления кислорода.

Я прокашлялась и только через несколько секунд смогла поднять голову, чтобы увидеть его лицо. Он не поменял позы, стоял, глядя сверху вниз. Настоящий зверь, хозяин жизни, убийца, чьей жертвой я сейчас могу стать.

– Говори! – Эхом отдалось в ушах.

– Что? – Прохрипела я и снова закашлялась, Энрике отвести взгляд не дал. Наклонился, схватил за подбородок и поднял его вверх, больно сдавил.

– Откуда ты узнала про груз?!

– Какой? – Я ничего не понимала, вообще. Значит, он ничего не знает о моих делах, но что-то произошло с грузом и он считает, что в этом замешана я.

– Не заставляй делать тебе больно… – Процедил он сквозь зубы и поднял меня на ноги, удерживая за подбородок.

Он сделает больно, вот сейчас сделает, даже разбираться не станет. Глаза безумные, горящие, он уже все для себя решил. Чем больше буду оправдываться, тем быстрее он исполнит угрозу.

И я отключила голову, точнее страх. Мне стало все равно, пусть пытает, я устала бояться и устала бороться, с меня хватит. Он уже показал свою силу, я вижу, что против него я бессильна, это все равно, что деревянным молотком пытаться разбить бетонную стену.

– Делай. – Спокойно сказала я. – Я все равно не знаю, о чем ты говоришь.

– Неужели?! – Прищурил он глаза и потянул меня за подбородок к себе. – Почему тогда соглашаешься?! Ты мне все равно все расскажешь!

– Мне нечего сказать. – На моем лице останутся синяки… – Я уже сказала, я не знаю о чем ты.

– Может быть, мне привести сюда Мануэля и тогда ты заговоришь? Кажется, этот парень единственный, чью боль ты хоть немного воспринимаешь всерьез!

Я устало посмотрела ему в глаза.

– Чего ты хочешь, Рик? В чем мне признаться, что я сделала? Скажи, я признаюсь.

Он долго смотрел мне в глаза, а потом отпустил. Я откинулась назад, оперлась спиной о стену, потерла подбородок, челюсть болела нещадно, языком потрогала зубы, кажется, на месте.

– Я вот одного не пойму! – Рик снова сделал шаг ко мне, а я непроизвольно вжалась в стену. – Как тебе это удается? – Он поставил обе свои руки возле моей головы и навис надо мной. – Как тебе удается быть такой спокойной в такие моменты? Я ведь могу тебя убить, просто взять и повернуть твою голову на 90 градусов и все. Тебя больше нет. – Выдохнул он мне в лицо, а на меня снова накатила волна апатии.

Защитная реакция, так мозг дает себе передышку, успокаивает и без того расшатанные нервы, дает себе время подумать, сориентироваться.

– Меня итак нет, Рик. – Ответила я безразлично. – Ты уже сделал так, что меня нет.

– Нет, милая. – Он оторвал руку от стены, провел по моей щеке тыльной стороной пальцев, проследив за ними взглядом и вернулся к моим глазам. – Это он сделал так, что тебя нет… – Очередной удар по больному месту, очередная манипуляция чувствами.

Тоже верно, от части.

– Почему ты не можешь быть хоть немного проще? – Как будто сам у себя спросил он, а я ухмыльнулась.

Всегда это ненавидела. Именно эти слова: «будь проще – люди потянуться», да чихала я на этих людей! А кто потянется? Вот такие же, как Рик. Глупый, ограниченный, слабак! Каким бы сильным не казался, а все равно слабак! Не способен понять, не способен принять очевидного, все еще что-то корчит из себя.

– Знаешь в чем твоя проблема, Рик? – Язвительно спросила я.

– И в чем же? – Он перешел на игривый тон, теперь играя с локоном моих волос. То и дело, как бы невзначай, задевая мою грудь. А вот этого я не позволю, итак было достаточно, еще и физического контакта я точно не потерплю.

– Ты все еще пытаешься со мной бороться, мериться членам не понимая элементарного. Пока ты не уяснишь, что я такая, какая я есть, ты всегда будешь проигрывать. Чтобы ты ни делал, как бы не запугивал меня, ты всегда будешь в проигрыше, потому, что в глубине души ты все еще одинокий мальчик, который до сих пор включает силу, выставляет защитный барьер, вместо того, чтобы повзрослеть и включить мозги! – Выплюнула я ему в лицо.

Шах! Его взгляд свирепеет по мере моих слов, мышцы напрягаются, пальцы теперь тянут мои волосы и моя голова резко поворачивается в сторону от звонкой пощечины от которой звенит в ушах и на губах выступает кровь.

Резкая боль и снова во мне взрывается гнев. Сучонок! Ненавижу! Ненавижу, тварь! Стоило дать Алтану тебя убить!

Поворачиваю на него голову и с азартом мазохиста искривляю распухшие губы в усмешке, нарываюсь на конфликт. Почему? Наверное, потому, что боль иногда отрезвляет. Или потому, что ищу смерти? Кто знает, но остановиться не могу. Как голодный зверь, откуда-то изнутри вылезает та чернота, которая сидит во мне всегда. Я прячу, усмиряю, а она все равно там, и теперь ей дали волю.

– Ну, давай! Ударь, еще ударь! Докажи, какой ты жалкий! Какой слабый на самом деле! – Даю сдачи словами, силой не могу, я слабее, а вот морально. И я знаю, что мои глаза в этот момент сверкают безумным блеском самоубийцы. Морально я закопаю твою самооценку, втопчу в грязь, в которой ты долго будешь тонуть. Не сейчас, позже, когда у тебя будет время, время подумать, ты вспомнишь мои слова. Обязательно вспомнишь, все вспоминают, а так как ты все еще обиженный ребенок, ты будешь их смаковать, когда в очередной раз будешь себя жалеть. А в слух я говорю. – Ты же только это можешь, применять силу. Больше у тебя ничего нет, да, Рики? Ты можешь бить, пытать, угрожать, но не можешь никого сделать счастливым. Даже самого себя… Ты просто животное, ты даже не человек, ты животное, которые все что может, это вначале сделать, а потом подумать! Все, что ты смог сделать, это ударить меня, потому, что больше ты ни на что не способен!

Шах и мат! Он снова хватает за горло и вжимает в стену, кажется, это конец. А чем я сейчас лучше него? Говорю, не думая, просто говорю, хочу, чтобы ему тоже было больно.

– Сука! Какая же ты сука!

Я открываю глаза и смотрю за его плечо, лучи солнца бьют мне в глаза, как красиво. Видимо это последний свет в моей жизни.

Я сдалась? Возможно. Мне больно? Мне очень больно, но уже не страшно. «Все ломаются, чувства, люди, утюг… Вот от утюга я этого точно не ожидала! Наверное, сейчас я тоже немного утюг». Вот именно в такие моменты мне на ум всегда приходит именно эта фраза, даже сейчас и я начинаю смеяться, точнее, каркать истерическим смехом.

И Энрике меня отпустил, я снова падаю, упираюсь в пол ладонями и продолжаю истерически смеяться, кашляя и хрипя.

Утюг! Нет, мать его, я не утюг! Я не ломаюсь! Никогда не ломаюсь! Как бы и чтобы не было, а я никогда не ломаюсь!

– Боже! Боже, что ты со мной сделала, чокнутая ты сука! – Говорит над головой Рик, и я вскидываю голову.

Он ерошит свои волосы, лихорадочно осматривается по сторонам.

– Что ты со мной сделала? – Он замирает, наклоняется, смотрит мне в глаза. – Ты права, я животное. Грязное животное, именно так я выгляжу сейчас, но знай. До тебя, я ни разу не ударил женщину! В драке, но не вот так! Я НИКОГДА ЭТОГО НЕ ДЕЛАЛ! Это именно ты сделала меня таким, тварь! Какая же ты… – Он чертыхнулся, выпрямился и двумя руками провел по волосам. – Ты… ты…

И он резко сорвался с места, подошел к двери, распахнул ее и вышел, хлопнув ей так, что мне показалось, она с петель слетит.

Я посидела так на полу еще пару минут, выравнивала дыхание, а потом встала. На ватных ногах дошла до балкона, открыла. Зимний воздух пахнул в лицо прохладой, отрезвляя.

Я села на кресло, укуталась в плед, закурила.

Существует разная категория людей, кто-то под гнетом обстоятельств ломается, а кто-то учиться, я была из тех, кто учится. Все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Это правда, вот только главное, чтобы не сделало злее.

Женщины – физически существа слабые, а вот морально, очень сильные. Я никогда не ломалась, я училась, во всяком случае, старалась, но одно за свою жизнь я уяснила точно, еще в детстве, я – не жертва. Я никогда и никому не позволю сделать из меня жертву, когда-то давно я таковой являлась, но я из этого выбралась.

Как всегда, сидя на балконе, выкурила чуть не всю пачку сигарет, и когда окончательно успокоилась, все-таки отправилась спать.

Утром меня разбудил звонок Рика, он командным тоном отдал приказ вложить деньги в этот проект и я возликовала. Это были сотни тысяч! Учитывая, что кто-то устроил ему проблемы с грузом и он почему-то связывал это со мной, он понесет двойные потери, а дальше вабанк. Или он убьет меня за это, или алчность победит и он захочет их вернуть. Я рассчитывала на второе. Выросший в нищете, поднявшийся с колен, заработавший капитал пусть и на наркотиках, он вряд ли захочет терять деньги. От части я судила по себе. Я хорошо помнила те моменты из прошлого, когда у меня не было ничего из еды кроме макарон, когда мне приходилось перешивать мамины вещи, чтобы у меня якобы было хоть, что-то новое. Деньги, они делают с людьми разные вещи и когда ты поднимаешься, то потом уже не хочешь возвращаться обратно, а Рик не хотел этого вдвойне. У него было денег много, но он не захочет жертвовать даже центом, он слишком все это любил, еще не насытился ими. Следовательно, скорее всего, для того, чтобы не понести колоссальные потери, он может меня отпустить. По крайней мере, я успокаивала себя этой мыслью.

Мои губы припухли после ночного инцидента, на шее остались синяки, кисть болела. В зеркале отражалось потрепанное лицо. Я замаскировала его косметикой, надела облегающую горло водолазку, руку пришлось снова обмотать эластичным бинтом.

Вот только с ходьбой у меня возникли некоторые сложности. От моих вчерашних падений, я разбила колени и, кажется, у меня защемило поясницу, поэтому когда в гостиной появилась миссис Андерсон и Мануэль, оба смотрели на меня с нескрываемой жалостью. Миссис Андерсон уже привычно прижимала пальцы к губам, глядя, как я хромаю в сторону двери в гараж, а Мануэль сжал кулаки и закрыл глаза.

– Господи, что он с вами… – Женщина стояла, чуть не плача. – Мисс…

– Все в порядке.– Я улыбнулась краем губ, чтобы снова не потекла кровь.

– Да как же это… Он же никогда… Он вас так… Господи помилуй! Что же с ним такое творится? – Миссис Андерсон прижала руки к лицу, в ее глазах стояли слезы, я ей сочувствовала. Предполагаю, к Энрике она относилась с теплотой, возможно, как к сыну и каково же было ей, когда она увидела второе его лицо, ту самую неприглядную сторону, на которую она всегда закрывала глаза?

– Я. – Ответила я правду и кивнула Мануэлю, что пора идти.

По факту, надо бы его поблагодарить, что он не убил меня вчера, а мог, я нарывалась. Когда пришла в себя, то поняла, что и правда нарывалась. Раньше у меня была такая особенность, доставать из людей их самые плохие черты характера, одно мое присутствие в чье-то жизни всегда делало людей другими, кого-то лучше, кого-то хуже, но это было всегда. Именно по этой причине я долго училась контролировать себя, свой характер, свой язык.

Если я задавалась целью уничтожить какого-то человека, когда была совсем молодой, могла сделать это просто потому, что мне этот человек не нравился, когда стала старше, делала это из мести, но делала я это с помощью психологического давления или манипуляций.

Методы всегда разные, зависит от человека. Кого-то, кто слабее всего, можно было просто втоптать в грязь словами, пара предложений обличающие самые больные точки человека и все, этого было достаточно, чтобы человек взбесился, а потом стал обходить меня стороной, потихонечку впадая в депрессию, а я могла за этим наблюдать со стороны. С другими могла быть иная тактика, даже после обиды, втереться в доверие, стать вроде как другом, и потихонечку начинать развивать в человеке комплексы, поднимать на свет самые грязные пороки, чтобы в какой-то момент сделать так, чтобы их увидели все. Для меня это было легко. С мужчинами всегда было легче, у 95 % из них всегда раненное ЭГО и по большей части они отыгрываются на женщинах, но учитывая меня, на мне у них долго отыгрываться не получалось. Когда я начинала понимать, что мной пытаются манипулировать, а происходило это довольно быстро, я становилась нарочито милой и нежной, чтобы в нужный момент развернуть все так, чтобы сказать мужчине несколько слов и чтобы после этого у него надолго появился комплекс неполноценности. О да, я это умела потому, что все это я испытала на личном опыте, но пришел момент, когда я перестала делать такое, потому, что однажды я поняла, что мне не нужно никому и ничего доказывать, я не хочу ни с кем бороться, я просто хочу быть собой, такой, какая я есть и для этого мне не нужно никого унижать, не нужно никого наказывать, не нужно с кем-то воевать. После этого осознания я стала фильтровать людей, как только я замечала борьбу или давление, я просто исключала таких людей из своей жизни без возможности возврата, но вчера я допустила ошибку, а точнее я вернулась к старому сценарию. Именно с Риком я вернулась к старому сценарию, с самого начала, как только приняла решение остаться с ним, я стала действовать старыми методами. Войти в доверие, стать нужной, вести свою игру, и ведь у меня получилось, как бы там не было, а у меня это получалось довольно неплохо. Любого человека можно вывернуть наизнанку, любого человека можно заставить бояться и уважать противника, даже такого, как Рик, а точнее особенно такого, как Рик.

Почему я пошла именно по старому сценарию я и сама не знала, как будто просто так вышло, все способствовало этому. Иначе сейчас просто быть не могло. Возможно, это и есть своего рода экзамен от жизни, понять, нужно ли мне входить в эти сценарии дальше или же я могу применить знания на практике и уже сдать этот экзамен и перейти на другой курс?

А другим курсом был Алтан. Случайный человек, непривычный человек. Не ломающий меня, не пытающийся прогнуть под себя, не воющий со мной, а просто принимающий то, какая я есть или тогда он это принимал, а сейчас? Сейчас бы принял? Когда увидит, кем я стала или точнее увидит то, что всегда во мне было, но я глубоко это прятала? Вот эта самая злость, эта хладнокровность, то во что я превращалась, когда меня обижали или мне грозит опасность. Примет ли он то, кем я стала сейчас? Вот этот вопрос все еще оставался открытым и я все еще не желала об этом думать. Для этого еще будет время, сейчас на это у меня времени нет.

Я слишком далеко улетела в своих мыслях, поэтому не сразу остановилась, когда Мануэль позвал меня.

– Сеньора! – Мануэль меня остановил в коридоре, здесь не было камер. Он встал напротив, посмотрел на мое лицо, и уже в который раз поджал губы. – Я прошу вас, позвольте мне… – Говорил он со слепой яростью во взгляде, сквозь упрямо сжатые губы.

– Что ты сейчас хочешь сделать?

– Убить. Я могу это устроить, я даже могу сделать так, что они не узнают, что это я. Автокатастрофа, людей тысячами сбивают машины, пока я искал для вас людей, я со многими познакомился. У меня получится, не сомневайтесь, сеньора!

– Я не сомневаюсь, горячий ты мой. Но что это даст?

– Он перестанет вас мучить!

– А дальше? Что дальше? Сколько времени им понадобиться, чтобы понять, что это наших рук дело? Тогда нужно будет убить всех!

– Мы скроемся! Два дня и у нас будут новые документы, я все устрою. Улетим куда-нибудь на Бали, там человека сложно найти, изменим внешность. Пока они здесь будут делить бизнес, мы успеем скрыться.

– И будем всю жизнь скрываться? Это глупо, мой дорогой. Знаешь, что тебе важно понять, найди слабое место человека, подумай. То, что случилось, уже случилось, а я хочу сделать так, чтобы потом была возможность уйти чисто и красиво! Я лишу его многого, выбью почву у него испод ног, деньги – великая вещь, для таких, как Энрике! Учись играть на слабости людей, а не делать все спонтанно, спонтанно можно выстрелить, но это не даст нужного результата.

Мануэль молчал, он слушал, внимательно и то, что я говорю, ему не нравилось, но в глазах была осознанность моей правоты, потому как под конец он все же отвел свои горящие злостью черные глаза.

– Осталось немного, ты можешь не беспокоиться, а теперь поехали, приведем наш план в действие.

– Дон Энрике улетел в Мексику, вы знаете об этом?

– Нет, почему?

– Кто-то вчера украл его груз и убил его людей. Я слышал часть разговора. Не знаю, кто это сделал, но кажется, сработали очень профессионально и он сейчас не в лучшем положении.

Я улыбнулась про себя. Украли груз…

– Это был кто-то из Мексики?

– Вряд ли, нет никаких данных о том, кто это сделал, совсем. Из-за этого он взбесился.

Алтан! Такое мог провернуть только он. Все складывалось один к одному. Он сыграл мне на руку, лишь бы он только больше ничего не делал, а то еще один такой визит Рика мог грозить мне реальной смертью.

Энрике

Он должен был сейчас думать о том, как навести порядок в этом бардаке, который недавно произошел, но вместо этого Энрике не мог перестать думать о Марие, или Кире, ко второй он еще не привык.

Эта женщина делала из него монстра, злого, кровожадного монстра и одному Богу известно, каких усилий ему стоило вчера себя остановить, чтобы не придушить эту стерву.

Он сам не понимал, на что он надеялся, на чудо или на что-то еще, но он надеялся, что она останется, что все вернется на свои места и они снова будут вместе. Она больше не улыбалась ему, совсем. Он больше не видел на ее лице тех самых еле заметных морщинок, которые образовывались возле глаз, когда она улыбалась, больше не видел того теплого взгляда, не слышал ее громкого, заразительного смеха. Она захлопнулась, как шкатулка с кодовым замком, а как ее снова открыть он не знал. Энрике вообще понял, что очень мало знает о женщинах, которые сами на него не вешались. Ведь было же тогда между ними, что-то, проскользнула та самая искра, они ведь были счастливы. Или не были? Не понятно как она, но он был счастлив. Какой бы не был ее надменный взгляд иногда, а он был с ней счастлив. Мария сделала так, что он больше не чувствовал себя одиноким и никому не нужным, она умела дарить спокойствие и нежность, умела приласкать его, остудить его пыл, когда это было необходимо, а главное дать ему чувство уверенности, что она не предаст, что он может ей доверять, но он ошибся и эта ошибка теперь съедала его изнутри.

Зачем он взял ее в этот Стамбул? Зачем решил устроить эту проверку? Правильно, затем, что понимал, что не может постоянно быть так хорошо, рано или поздно должно было, что-то случиться и это случилось. Подсознательно он ждал, постоянно этого ждал, а когда узнал, что к ней вернулась память, он окончательно был в этом уверен, просто приблизил события. Тогда ему показалось, что лучше сразу. Где-то в глубине души он надеялся, что она выберет его, но надежды не оправдались.

– Она хоть живая после вчерашнего? – Спросил Тео, пока они ехали в дом одного из охранников со склада, который в тот день не пришел и сейчас его найти никто не мог.

– Да.

– Ты ей кости не переломал?

– А что это ты так о ней беспокоишься?!

– Я не о ней, я о тебе беспокоюсь, приятель. Ты потом локти кусать будешь, тебе она дорога. Я это итак знал, но вот сейчас ты от злости вообще ничего не понимаешь.

– Ты бы так о деле лучше думал…

– Я-то думаю, а вот тебе стоит ее отпустить. Рано или поздно она, или найдет выход, или ты ее просто убьешь, а потом себя не простишь.

– Если я решу ее убить, то это будет моим решением и тебе вмешивать не советую. – Ответил Энрике, бросив на Тео опасный, предупреждающий взгляд.

– А я тебя предупреждал, что эта женщина тебе еще преподнесет неприятные сюрпризы. – Покачал головой друг. – Ладно, забей. Что будем делать с колумбийцами?

– Не знаю, придется расплатиться и брать новый груз. Это были мои риски, я за это отвечаю.

– Я не понимаю, зачем мы в этот дом едем, парень сбежал давно. Его найдут, но не сейчас.

– Хочу посмотреть, вдруг есть какие-то зацепки.

– На кого ты думаешь? Собаки из Альваресов постарались?

– Вообще-то это ты мне должен сказать, кто это был.

– Я уже говорил, никаких следов. Работали чисто, зацепиться не за что. Ничего нет, забрали только груз, все убиты. Уже каждого допросили, кто мог быть причастен, никто ничего не знает. Другие картели тоже не в курсе.

– Да, я разговаривал. Вражды ни с кем не намечается.

– У тебя есть какие-то мысли, да?

– Есть.

– Говори.

– Думаю, наш турецкий друг дал о себе знать.

– Оздемир? Думаешь, он настолько сумасшедший, чтобы лезть на нашу территорию?

– Вполне вероятно, судя по тому, что мне о нем говорили. Ладно, приедем на место и сами все осмотрим, потом мне надо будет позвонить одному человеку.

В доме ничего не нашли, парень свалил вместе с семьей, скорее всего нелегально пересек границу, этим тоже уже занимались. Груз исчез в неизвестном направлении. Теперь будут проблемы, но не те, которые нельзя бы было решить.

Уже вечером Энрике набрал Джонатана.

– О, здравствуй приятель! Не ждал твоего звонка! Есть какое-то новое дело? – Веселым голосом ответил разговорчивый бизнесмен.

– Есть. Что знаешь про Алтана Оздемира?

– О! Это откуда интерес к этому человеку?

– Ты с ним работаешь?

– Работал несколько раз. Почему ты интересуешься?

– Мне нужно убрать его с дороги.

– Что тебе нужно? Парень, ты свихнулся?!

– Почему? Он конкурент и мне нужно его убрать.

– Я тебе так скажу, ты высоко замахиваешься. Семья Оздемир держит чуть ли не большую часть Стамбула. Это серьезные люди.

– И?

– Слушай, мужик, я тебе так объясню. Оздемир – это пиджак с острыми клыками! Это зверь, он не так давно целую семью вырезал из-за какого-то конфликта. Подмял всех, начиная с улиц, заканчивая политиками. Даже если до него доберешься, тебя его семья с лица земли сотрет.

Твою мать! Вот за это он и не любил турок, эта их клановость, кровная месть! Им только вендетту и подавай.

– Мужик, Оздемир не какой-то уличный мальчишка, которого можно так просто убрать и никто с тебя за это не спросит. Многие пытались, но еще никому не удалось и мой тебе совет, найди способ сотрудничать с ним, а не воевать. Тебе же лучше будет.

Энрике отключил вызов. Нет, так просто на этого Оздемира наезжать нельзя, слишком большой риск, вендетта с турками ему сейчас точно не нужна, тем более, что нужно улаживать то, что произошло сейчас, а на это понадобиться много времени.

Кира

Деньги были вложены, все документы готовы, финансовый компромат тоже был собран.

Я позвонила Ульяне и отправила ей документы, если меня не станет, то хоть умру не напрасно. Я не была уверена, что смогу выйти отсюда живой, но хоть попытаюсь. Терпеть дальше я не могла.

К ночи я напилась, чтобы хоть немного поспать. Мои нервы и постоянные мысли в голове не давали покоя. Миссис Андерсон ко мне не заходила, она вообще сегодня держалась от меня подальше, поэтому я была предоставлена сама себе.

Села на балконе, поставила себе бутылку красного вина и шоколад, часа мне хватило, чтобы выпить ее почти целиком и уплыть в воспоминания о прошлом.

Алтан, в свое время, не понимал моего пристрастия к вот такому вот сидению на балконе, но позже стал втягиваться. Однажды мы также сидели с ним на балконе, пили вино и разговаривали о предстоящей свадьбе. В тот день он купил нам кольца.

– Я купил обручальные кольца. – Сказал Алтан и обнял меня, прижал к себе, достал из кармана белую коробочку.

– Кольца? И выбрал без меня?! – Я сделала вид, что надулась, на самом деле сгорала от любопытства. У Алтана был безупречный вкус, я была уверена, что мне понравится.

– Тише, тише… Вначале посмотри. – Сказал Алтан, успокаивающе целуя меня в макушку.

Он открыл коробочку и я увидела два кольца. Широкие, из серебра, сверху и снизу аккуратные нахлесты из металла, оба кольца посередине украшены мелким тонким кольцом сапфиров.

Пижон! Ничего более вычурного и в тоже время более красивого я в жизни своей не видела.

– Тебе нравится?

– Ну, не знаю. Честное слово, ты меня с ума сведешь, такие кольца за километр видно будет!

Алтан тихо засмеялся.

– Как видишь, мы тоже, что-то умеем. – Посмеивался он. – Ты же любишь большие кольца, а это эксклюзивные украшения, таких больше ни у кого не будет!

– Уф! Господин Оздемир, вы в своем репертуаре…

– Да, мы такие. – Алтан повернул мою голову к себе и поцеловал в губы. – Нам еще нужно выбрать платье.

– Нам?

– Конечно!

– Ну, уж нет! Ты до свадьбы платье не увидишь!

– Это еще почему?

– Примета…

– У нас в Турции нет таких примет.

– В России тоже нет, но вот влияние Европы…

– Да хватит, будущая госпожа Оздемир, я пойду с тобой!

– Нет, не пойдешь! Я сама выберу. Это сюрприз будет!

– Не хочу никаких сюрпризов.

– Зато я хочу!

– Упрямая коза!

Я показала ему язык.

– Уф! Как ребенок, иногда! Клянусь! – Прикрыл рукой глаза Алтан и засмеялся.

– Какая есть, прошу любить и не жаловаться!

– А я и не жалуюсь, я просто люблю. Любую тебя любую.

Я застыла, посмотрела в эти серые глаза и уплыла куда-то далеко-далеко. Ветерок растрепал его волосы, от чего челка падала на лоб и делала его намного моложе и вот эта его озорная улыбка, едва заметная ямочка на подбородке.

Я была счастлива, совсем как ребенок. Маленький, довольный, счастливый ребенок. В этот момент я была в него влюблена как ни в одного другого мужчину на свете. Он был самым прекрасным из них, лично для меня, я любила в нем все. Начиная от серых глаз, заканчивая его извечной любовью все контролировать, почти такая же черта характера имелась и у меня, поэтому в принятых им решениях я не сомневалась.

– Я готов все отдать, лишь бы ты всегда вот так на меня смотрела. – Вдруг сказал он, смотря на меня таким взглядом, от которого у меня сердце начинало подскакивать в горлу.

Провел кончиками пальцев по моей щеке, наклонился, нежно коснулся губами моих губ.

– Люблю тебя, жизнь моя.

– И я тебя люблю. – Ответила я и зарылась носом ему в шею.

– Ты самая прекрасная из женщин.

– Ну, хватит, а то у меня появиться мания величия. – Засмеялась я.

Алтан оказался очень романтичным, не всегда это показывал, но когда показывал, это было прекрасно. Я любила в нем то, что у него всегда все было в меру, не было перенасыщенности вот этими словами, не было перенасыщенности от таких вот вечеров, но каждый раз, когда он проявлял себя так, я чувствовала себя абсолютно счастливой, по-настоящему любимой женщиной.

– Пусть будет, я не против! – Он крепко обнял меня и снова поцеловал в макушку.

Я улыбнулась своим воспоминаниям, а потом открыла глаза. С океана подул холодный ветер и я плотнее закуталась в плед. Как же холодно в одиночестве, как невыносимо холодно.

На меня снова накатила боль от всего этого, тоска по моей прежней жизни. Сейчас бы к маме, сесть рядом с ней, поговорить ни о чем и обо всем одновременно, обнять ее, обнять отца. Почувствовать их рядом, почувствовать, что я дома.

Так, хватит! Нужно остановиться, не надо было мне пить. Только еще сильнее разбередила свои раны.

Я встала и спустилась на кухню, налила себе огромную чашку кофе. Нужно прийти в себя, а кофе всегда мне в этом помогал.

Пока успокаивалась, вспомнила, что забыла телефон в кабинете Рика, когда вернулась из офиса и принесла туда бумаги. Прошла в кабинет, включила настольную лампу и увидела телефон, взяла. 11 пропущенных от Рика. Странно, почему он еще Мануэля не заставил меня найти.

Я тяжело опустилась в его кресло и посмотрела на стол. Полный бардак, документы не разложены, все в хаотичном порядке. Отпила кофе и взяла один из контрактов, пробежала по нему глазами, уже привычно, этот контракт я видела. Бесцельно взяла следующий документ и тут на пол упали бумаги.

Я поставила чашку, собрала рассыпавшиеся документы, в этот момент мой взгляд зацепился за название «приют святого Антонио». Денежный перевод, 3 года назад, полмиллиона долларов, потом еще 2 перевода, в течение года. Всего за год три с половиной миллиона. Вот это да-а! Да за такие деньги в Мексике там не церквушка должна стоять, там, как минимум, уже дворец должен был быть!

Я вскочила с места и стала копаться на его столе, нашла еще несколько «пожертвований», но уже на гораздо меньшие суммы. В таких поисках я провела еще час, пока в этом бардаке не нашла все, что было. Видимо он достал эти документы недавно, потому как раньше я их не видела. Слава Богу, что здесь нет камер. Я все отсняла на телефон и побежала к себе в комнату. Вот теперь я спасена! Теперь партия будет окончена и я поставляю ему шах и мат одновременно! Я ликовала!

Глава 2

Кира

За ночь я сформировала полный пакет компромата, в том числе подготовила документы для выброса акций на рынок, если Рик мне откажет, в качестве подстраховки. Теперь все рычаги были у Ульяны и Мануэля, если что-то пойдет не так.

Энрике не было 3 дня, я также продолжала его игнорировать по телефону, Мануэль сказал, что он все еще улаживает дела с грузом, ведет переговоры с колумбийцами.

Я ждала, ждала, как нового года, как какого-то праздника, ждала, что я смогу вернуться обратно, в мою собственную жизнь.

Я старалась занять себя делами, бегала туда-сюда в офисе, вела уже существующие проекты, почти не останавливалась, мне нужно было убить время для того, чтобы не фантазировать слишком много. Мечты должны сбываться, а особенно, когда до их исполнения осталось совсем немного, но и забегать далеко вперед было преждевременно. Эта прекрасная мечта, которая может сбыться, но может и не сбыться. Я все подготовила и все просчитала, единственное, что может пойти не так, это моя смерть, а это могло случиться.

Энрике прилетел на третий день, когда я уже была на грани нервного срыва. Как обычно пришел ночью, я сидела на кухне, пила свой кофе, когда он пришел.

Выглядит безупречно, если бы не взгляд, который говорил об усталости и о тяжести. Он вошел, посмотрел на меня пустым взглядом, на несколько секунд мне даже стало его жаль. Видимо Алтан обеспечил ему серьезные неприятности.

– Привет! – Сказал он и сел напротив меня.

– Привет!

– Сделаешь мне кофе?

Я посмотрела на него, глаза потухлиь, под ними темные круги.

– Черный?

– Да.

Пока наливала кофе, спиной чувствовала его тяжелый взгляд, через несколько секунд почувствовала за спиной его тело, он встал сзади, рука легла на мою ладонь, лоб прижался к моему затылку, носом втянул запах моих волос.

– Я скучаю по тебе, малыш. – Сказал тихо и убрал волосы с шеи, нежно поцеловал.

Я резко развернулась и чуть не столкнулась с его губами. Только не это. У меня руки начали дрожать от испуга, мне нужно вырваться от него, иначе я прямо сейчас ему все выложу.

Рик наклонился, попытался дотянуться до меня губами, но я увернулась, хотела сбежать, но он оперся руками по бокам от меня на столешницу.

– Куда ты так бежишь, остановись хоть на немного.

– Оставь меня, Рик!

– Почему? Я настолько тебе противен?

– А ты как думаешь?! Ты меня избил несколько дней назад!

– Да, я вспылил, перестарался, но ты меня спровоцировала!

– Мы, что не можем просто спокойно выпить кофе?!

Я закипала, все внутри меня вопило о том, что мне нужно бежать отсюда пока не случилось еще что-нибудь. Я все больше и больше чувствовала себя загнанной в ловушку.

Энрике тоже злился, его взгляд из усталого начал превращаться в яростный, глаза поблескивали, а челюсти плотно сжимались. Все, нужно успокоиться и успокоить его, иначе сейчас произойдет, что-то нехорошее.

– Послушай, Рик, успокойся. Сядь и мы оба выпьем кофе, поговорим, если хочешь. Не настаивай, иначе перегнешь палку и снова будет плохо нам обоим.

Он молча смотрел на меня, ища что-то в моем лице, я тоже молчала, пытаясь выровнять свое дыхание и успокоиться, чтобы не врезать ему и не сбежать отсюда куда подальше. Он сделал свое дело, во мне снова стал появляться страх того, что он сильнее меня физически и если он захочет, что-то со мной сделать, я не смогу ему противостоять.

– Хорошо. – Вдруг сказал он и резко оттолкнувшись, сел обратно на стул. Я выдохнула с облегчением. Взяла кофе и поставила перед ним на стол.

– Будешь сэндвич?

– Нет, я не голоден, а вот тебе стоило бы поесть.

Это замечание я не поняла, поэтому послала Рику вопросительный взгляд.

– Ты очень похудела, тебя скоро ветром сдувать будет.

Так и хотелось съязвить: «а кто виноват?».

– Не будет, со мной все в порядке.

– Как знаешь. – Пожал он плечами и закурил. – Что ты здесь делала без меня?

Искала варианты, как бы поглубже тебя закопать…

– Работала.

– Хех! Значит работала. И как продвигаются дела?

– Все отлично, проблем нет.

– Благодарю. Я давно тебе этого не говорил, но я, правда, благодарен, если бы не ты, неизвестно, где бы я сейчас был. Ты блестяще выполняешь свою работу, я очень тебе благодарен.

Подлизывается? Хорошая тактика, но со мной не работает, особенно после того дня, когда я валялась у него в ногах, больше со мной ничего не работает.

– Пожалуйста. – Ответила я, скривив ухмылку.

– Послушай, милая. – Рик изменил тон, посмотрел на меня многозначительным взглядом испод бровей. – Тебе лучше простить меня и снова начать со мной нормально разговаривать, как видишь, я стараюсь, а ты мне задачу не облегчаешь. Тем хуже для тебя, это ты должна понимать, ты же умная девочка и всегда помни о своих любимых родителях…

А вот это удар ниже пояса, я прищурила глаза и посмотрела на него внимательно. На его лице никакой мимики, с виду полное спокойствие, но раз он перешел к угрозам, значит, уже взбесился. Нет, парень, тебе еще расти и расти. И зря ты так о моих родителях, я хотела сделать все по-хорошему, но давить на самое больное место тебе не следовало…

– Я учту твои пожелания, а пока я иду спать, чтобы мы снова не наговорили друг другу лишнего.

– Хорошая идея, милая. Спокойной ночи. – Устало сказал он мне в спину.

– И тебе. – Я отсалютовала ему ладонью не оборачиваясь.

Я закрыла дверь за ключ и позвонила Мануэлю, сказала, чтобы рано утром он был у меня и чтобы был готов.

– Где твоя сестра?

– В Мехико.

– Купи ей билет до Стамбула, пусть вылетает первым же рейсом. У тебя есть еще, кто-то из близких?

– Нет… – Протянул он. – У нас, что-то намечается?

– Да и не задавай пока лишних вопросов, собери себе сумку и делай так, как я говорю. Ее там встретят, за это можешь не переживать.

– Как скажите, сеньора. – Задумчиво отозвался парень.

Его сестру должна встретить Ульяна, если я не отзвонюсь до 12 утра, то значит, меня больше нет и она пустит в ход все документы, и Рику придется долго прятаться.

От волнения я не могла уснуть, ходила туда-сюда и только ближе к утру смогла прилечь. Встала я по будильнику, подошла к комнате Рика, его уже не было. Тео с ним так и не приехал, значит, будет легче.

Я надела полусапожки на удобном каблуке, синие джинсы и легкий джемпер, уже по привычке сделала тугой хвост, положила пистолет за джинсы и отправилась вниз.

У лестницы меня ждал Мануэль.

– Доброе утро, сеньора!

– Доброе! Твоя сестра улетела?

– Да, два часа назад.

– Хорошо. Сейчас у тебя есть последняя возможность отказать. Рик о тебе ничего не знает, ты можешь выйти из дела и остаться с ним, я не буду против.

– Я сказал, что буду вам верен, и я буду верен до конца. Не сомневайтесь во мне.

– Хорошо, тогда приготовься. Жди меня возле его кабинета, думаю, разговор будет недолгим.

– Мы уходим? – Все-таки спросил он.

– Да.

– Хорошо, тогда я буду ждать вас возле его кабинета, если, что-то пойдет не так…

– Дай мне слово, что пока я не позову, ты не будешь вмешиваться!

– Сеньора…

– Это приказ!

– Хорошо. – Недовольно поджал он губы, а я ободряюще ему улыбнулась.

Рик был на кухне, спокойно пил свой кофе.

– Доброе утро! – Бодро поздоровалась я, пытаясь унять дрожь в коленях. – Мы можем поговорить?

– Да, я тебя слушаю. – Недовольно ответил Рик.

– В твоем кабинете.

– Хорошо, идем. – Вопросительно посмотрел на меня Рик.

Мы вошли, Рик сел в свое кресло, я напротив него, судорожно сжимая в руках планшет. Сердце колотилось, как бешенное, в горле пересохло. Надо было тоже выпить кофе.

– Я в последний раз прошу тебя отпустить меня, ты согласен? – Спросила я нарочито спокойно.

– Я похож на идиота? – Усмехнулся Рик, закидывая ногу на ногу.

– Ну, я пыталась сделать это по-хорошему. – Я подалась вперед, и выдвинула ему планшет. – Посмотри.

– Что это?

– Увидишь.

Рик взял и начал всматриваться в страницы. Все его денежные переводы с подробным анализом шли первой частью. Во второй части отдельно говорилось о падре Луисе, я практически не сомневалась в том, что Рик выводит через него наличность, которая была нужна для колумбийцев, а еще я была уверена в том, что именно падре Луис поставляет ему молодых бойцов. Так сказать, пристраивает самых конфликтных ребят к знакомому Дону. В Мексике я видела, что у Рика работают молодые парни, совсем мальчишки, думаю именно оттуда они и попадают к нему. Третьей же частью было его новое вложение, семизначная сумма, которую он вложил, теперь могла спокойно раствориться в воздухе, когда компания обанкротиться с моей легкой руки.

Теперь я с упоением наблюдала за тем, как лицо Рика меняется с каждой секундой. Его глаза расширялись, пока он листал страницы на планшете, а рука то и дело сжималась в кулак.

Когда он закончил, то поднял на меня тяжелый взгляд, которым долго смотрел мне в глаза, выжидая.

– Здесь вся информация о твоих экономических преступлениях, для полиции этого хватит, чтобы посадить тебя надолго, даже если ты откупишься, то потеряешь очень много. Плюс потеряешь свое последнее вложение, а вот падре Луис… Даже если ты откупишься от полиции США, то полицию Мексики явно заинтересует отмывание денег через несчастных детей. – В этот момент Энрике хрустнул костяшками пальцев руки сжатой в кулак, а я улыбнулась. – Конечно, твой драгоценный падре и его паства тоже могут сбежать, но успеют ли и куда? Думаю, им это не понравится. Если ты не отпустишь меня, то ты потеряешь все. Тебе придется отдать свой бизнес, думаю, ты уже это понял.

Энрике молчал, откинулся на спинку кресла и отвернулся к окну, а я ждала.

– Чего ты хочешь?

– Я и Мануэль прямо сейчас беспрепятственно выйдем отсюда и улетим в Стамбул. Если до определенного времени я не позвоню своему человеку, то эти документы разойдутся Федералам, в полицию Калифорнии и Мексики. Если ты отпустишь нас, я даю слово, что эти документы останутся только у меня как гарант моей безопасности. Как только я прилечу в Стамбул и окажусь дома, деньги вернуться на твой счет, но 5 % я оставлю себе в качестве гонорара и моего личного морального ущерба.

– Мануэль… – Усмехнулся Рик. – Как же я сразу этого не понял? Парню надо идти на большую сцену. Он твой любовник? – Повернувшись в пол оборота, спросил Рик.

– Не говори ерунды! – Мужчина… нашел о чем сейчас думать!

– Тогда как? Я знаю таких, как он. Он хороший солдат, но не тот, у кого хватит ума проворачивать такое за спиной хозяина.

– До того, как поклясться в верности тебе, он поклялся в этом мне. Не забывай, кто его привел.

Энрике повернулся ко мне и посмотрев в глаза усмехнулся.

– Значит, он с самого начала был твоим человеком? И как давно ты все помнишь?

– Ты знаешь.

– Получается, ты начала проворачивать дела с самого начала?

– Можно итак сказать, я не дура, Энрике и никогда такой не была. Ты не тот человек, которому можно доверять. И это ты мне подал идею, когда заговорил о верности.

Энрике покачал головой, прикрыв рукой глаза.

– Знаешь, ты первый человек после Тео, кому я доверял, по-настоящему доверял. И ты первая женщина, которую я пустил в свою жизнь и был действительно счастлив. И именно ты всадила мне нож в спину, какая ирония. – Улыбнулся он.

Я смотрела на него и видела взгляд полный тоски и боли, ему и правда было больно, но это была не моя вина, по крайней мере, я себя упорно в этом убеждала.

– Когда я нашел тебя, то подумал, что ты или моя награда или мое наказание. Ты оказалась вторым. Демон в обличии ангела, как хорошо ты смогла залезть мне в душу. – Скривил он губы в усмешке. – Ты даже падре не пожалела.

– А ты мою семью пожалел? – Зло отбила я подачу, а Рик снова грустно улыбнулся.

– А мы ведь с тобой не такие уж разные, Кира. – Впервые он нормально назвал меня по имени. – Мы оба циники и материалисты и пойдем на что угодно, чтобы вытащить свою задницу из дерьма, даже на предательство, на убийство. Ведь так, малыш? Ты, также, как и я, получаешь удовольствие от той власти, которую имеешь, удовольствие от того, что ты манипулируешь людьми по своему усмотрению. Ты получаешь удовольствие от адреналина, опасности, которую дает такая жизнь и не говори мне, что это не так! Я видел твои глаза и не раз, я видел твои глаза, когда ты говорила с людьми, когда отдавала приказы, я видел твое хладнокровие, когда ты стреляла в человека. Спокойная жизнь это не для нас с тобой, Кира. Я загнал тебя в ловушку из которой ты мастерски выбралась, жизнь подвела тебя к таким обстоятельствам, в которых тебе пришлось убивать для того, чтобы выжить и ты не сломалась! Ты приняла правила этой жизни и ты получала от нее удовольствие! Ты не пожалела никого, кто стоял на твоем пути, ты не пожалела тех, кого ты убила, не пожалела тех, кого ты подставила, ты не пожалела этого мальчишку – Мануэля, ты управляла им, как хотела, не пожалела его сестру, не пожалела падре, а ты знаешь, что он хороший человек. Ты даже меня не пожалела! – Энрике встал, обошел стол и сел на кресло напротив меня, подался вперед. Он смотрел на меня горящим, азартным взглядом, а у меня сердце начинало колотиться все быстрее, адреналин зашкаливал в крови. – Ты спала со мной в одной постели, работала со мной и крутила моими делами за моей спиной. С Оздемиром такого не будет, с ним у тебя никогда не будет власти. Он не тот человек, который позволит тебе вести, с ним ты всегда будешь играть вторую скрипку. Что он может тебе дать, Кира? Подумай… – Рик протянул руки и взял мои вспотевшие ладони в свои. – Дом, псевдо семья? Ощущение того, что ты якобы женщина, того, что так правильно? Разве тебе этого хватит? Ты не из тех женщин, о которых рассказывают на тренингах. Станьте женщиной, отдайте власть мужчине… Ты не такая женщина, Кира. С ним у тебя была спортивная машина, он позволял тебе выжимать из нее 220, а потом как я, трахал тебя в ней? Не думаю. Он всегда управлял тобой, ведь так? Он, как я, позволял тебе сунуть твой любопытный носик в его дела? Позволял управлять ими, он доверял тебе также, как я? По глазам вижу, что нет. С ним ты никогда не будешь в полной мере счастлива, он не сможет дать тебе того, что даю тебе я, милая и ты это знаешь. Да, в последний раз я повел себя грубо, но это было непроизвольно, я мстил тебе, также как и ты мстила мне. Мы с тобой одинаковые, Кира. Я знаю, сейчас ты во всем винишь меня и ненавидишь, но если ты подумаешь, то поймешь, что все, что я сейчас сказал – правда. Такие, как мы с тобой, не созданы для семьи, мы не созданы для обычной, спокойной жизни, мы слишком любим власть, она дает нам чувство насыщения этой жизнью. Я прощу тебе все, Кира, я даже сделаю жест доброй воли и оставлю в живых Мануэля, я дам тебе все. Ты станешь моим полноправным партнером, мы поделим бизнес, ты возьмешь его легальную часть. Если захочешь, я введу тебя в картель, у тебя будет все, чего ты желаешь, все, чего ты заслуживаешь. Я не стану тебя ограничивать, как и прежде, ты для меня все, Кира! И я готов разделить с тобой все.

Энрике присел передо мной на корточки, обхватил мой затылок и прижался к моему лбу.

– Я люблю тебя, малыш. И я готов дать тебе абсолютно все, что ты захочешь. Таким, как мы, не нужно жить в рамках обычных людей, мы можем выйти за них и от этого мы будем счастливы. Подумай, обычная жизнь это не для нас. Она не принесет тебе удовлетворения. Подумай, Кира…

Я растерялась от этих слов, от этого неожиданного откровенного монолога, а он воспользовался моим замешательством. Рик прижался к моим губам, его язык проник в мой рот, что я даже ахнуть не успела, невольно ответила на поцелуй, но тут же уперлась ему в плечи, пытаясь его отстранить.

Меня затошнило, но не от него, а от себя. Он был прав, он во всем был прав. Я поделила себя на две части. Часть меня осталась там, в Стамбуле. Та часть все еще помнила и хотела ту самую, спокойную и стабильную жизнь, которую я долго строила, но теперь еще была и та часть у которой сейчас за спиной пистолет. Эта часть меня слушала слова Рика и понимала, что он прав, что я алчная, властная и порочная сука, которую он искушал сейчас, как сам дьявол. Искушал самыми большими людскими пороками: властью, деньгами и сексом. Я слушала эти сладкие речи и в голове уже рисовалась картинка того, что я могу иметь, если я буду с ним. Он был прав, как бы я не старалась стать стабильной, настоящей женщиной, а недоверие к людям и жажда власти всегда были во мне, с самого детства, когда я еще помнила, что такое макароны на завтрак, обед и ужин, когда я только мечтала о том, чтобы кто-нибудь прокатил меня на дорогой машине, когда я издалека смотрела на женщин, которые носили красивые, дорогие платья, а у меня такого и в помине не было. Потом я стала зарабатывать, я поднималась медленно с самого низа, а теперь мне предлагали все и сразу, иметь все, что я хотела когда-то и при этом не нести не перед кем ответственности, ни перед семьей, ни перед другими людьми. Мне предлагали свободу, а Рик жил именно так – свободно. Он сулил мне именно это.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.