Агата Лав
Предсвадебный любовник

Агата Лав

* * *

Глава 1

Через месяц я выхожу замуж. В первый раз и по расчету. Расчет мой не в деньгах, что даже жаль. Может быть, мне было бы легче…

Я стою в гостиничном номере Royal Inn, просторном и дорогом, и собираюсь заняться сексом с незнакомцем. Сюда меня привела короткая переписка, которая закончилась координатами. Мужчина кинул адрес отеля и тот меня устроил – в центре города и с отдельным крылом, куда можно попасть по электронному ключу, минуя внимательный взгляд девушки на ресепшене.

Я приехала раньше на полчаса, чтобы избежать неожиданностей. Я не хотела, чтобы мы встретились на пороге и хотела первой осмотреть номер. Я очень надеялась на отдельную спальню, и она здесь есть. Не совмещенка с гостиной, а уютная комната с синими обоями и большой двуспальной кроватью. King size. Я прохожу к большому окну и сдвигаю плотные черные шторы, чтобы не осталось ни капли солнечного света. Вообще никакого, ведь дверь закрыта, а все клавиши выключены.

– Условия? – спросил меня мужчина в сообщении.

– Без света. Без разговоров.

– Ок.

Я никогда не видела его лица, как и он моего. Только рекомендации. Хотя это длинная история, сейчас не о ней и не о причинах. Сейчас надо настроиться, ведь я сама хотела. Искала способы и нашла, черт возьми. Я иду к тумбочке у кожаного дивана и открываю бутылку с водой. Жадно пью, а попутно думаю, что глаза уже привыкли к темноте. Я различаю очертания мебели и даже ее цвета, пусть без деталей, но суть ясна.

Он точно не увидит моего лица?

Впрочем, какая разница. Какой шанс встретить его в городе-миллионнике еще раз? А повторять я не собираюсь.

Я вздрагиваю всем телом, когда щелкает замок и открывается входная дверь. Он здесь… Я на рефлексах отступаю к окну, чтобы увеличить безопасную дистанцию, а потом награждаю себя ядовитой усмешкой. Отлично поведение, адекватное, ничего не скажешь. И я возвращаюсь на пару шагов назад, а потом поворачиваюсь спиной к межкомнатной двери, ожидая, когда она распахнется.

Это происходит через мгновение. Накатывает световая волна из другой комнаты, и мужчина не торопится закрыть ее, рассматривая мой силуэт в бандажном платье коньячного. Я обычно не ношу такое, хотя фигурка позволяет, но сейчас ведь самый подходящий момент. Подставить под пристальный взгляд изгибы, обтянутые тугой тканью, и дать партнеру разогреться. Я слышу его размеренный выдох, в котором с легкостью читается расслабленная улыбка.

А еще приходит сандаловый аромат мужского одеколона с солеными нотками. Я чувствую запах моря, причем штормового и неспокойного, и мне становится тесно в платье. В голову вдруг ударяет простая мысль, что он сейчас поимеет меня, без ухаживаний и единого комплимента. Вообще без единого слова… И это безумно заводит.

Я не ошиблась, мне нужен этот вечер.

Мужчина подходит вплотную и плавным жестом кладет ладони на мои плечи. У него широкие сильные ладони с чуть шершавыми кончиками пальцев, которые спускаются ниже и очерчивают мои ключицы. Он умеет дотрагиваться до женского тела, это сразу становится очевидным, так правильно и властно, что я безвольно прогибаюсь в коленях. Хотя ему помогает вся ситуация. Я в его незнакомых руках в черной комнате и я молчу, сцепив зубы, но он знает, что я уже сказала «да».

О, да.

Он нажимает на плечи и наталкивает мое тело на свое, из-за чего я издаю смазанный то ли стон, то ли выдох. Я напряжена и скручена стальной пружиной, боясь отпустить себя. Боюсь узнать о себе слишком много правды, с которой потом жить. И я вслушиваюсь в его мягкое, наплывающее уверенными волнами дыхание, которое приходит сверху. Он намного выше и крупнее меня, и явно не боится той самой правды. Он точно знает для чего здесь.

Для этого, да. Его руки нащупывают застежку моего платья и плавно уводят язычок вниз. Он помогает мне перешагнуть через платье, галантно подав руку, на что я чуть не произношу идиотское «спасибо». Я лишь киваю и до боли закусываю нижнюю губу, когда его умелые руки безошибочно возвращаются к правильным точкам. Он не разменивается на примерки, а сразу сгребает меня в охапку и кладет одну ладонь на грудь, а другую между ног, проталкивая ее вперед и раздвигая мои бедра. По-хозяйски, словно брал меня много раз и знает, что именно так я хочу.

А я хочу почувствовать мужчину. Раскрепощенного, жесткого, голодного…

Его горячее дыхание бьется об шею и оставляет там влажный пошлый след, который отвлекает меня сильнее, чем движения его пальцев. Я следую его подсказке и откидываюсь на рельефную грудь, которая как сгусток каменных мускулов. Он очень сильный, и фантазия тут же рисует горячий образ. Я могу выбрать любой на свой вкус, ведь его внешность за скобками.

Всё за скобками. Сейчас есть только голое желание.

Глава 2

На мне тончайшее кружевное белье, которое мужчина растирает крепкими пальцами. Он не снимает его, а томно ласкает мое тело через ткань, заставляя жадно хватать воздух губами. Но воздух он тоже забирает. Вычитает к черту.

Он резко наклоняется и касается моих пышных губ, сперва легонько, примеряясь и прислушиваясь к моему дрожащему эху, а потом глубоко целует. Вернее, напористо ввинчивается, и я, почувствовав его влажный язык, послушно открываю рот и принимаю его. Обхватываю, наслаждаясь тем, как ему тесно во мне.

Черт, да… Да…

Мужчина уверенно заполняет меня, подгибая под себя всё сильнее и злее. Он целует так, будто уже трахает. Сладко и одновременно жестко, заполняя без остатка. И бьет резким вкусом ментоловой жвачки.

У меня кружится голова. И, кажется, ноги уже потеряли пол… Да, он держит меня, впечатывая в натренированное тело и обжигая им же. Это правда происходит? Так может быть? Ведь я мечтала ощутить столь сумасшедший огонь хоть раз в жизни, но боялась увлекаться перед встречей, чтобы потом не сравнивать ожидания с реальностью. В любом случае не будет хуже, чем с будущим мужем – вот с какими мыслями я входила в номер, а теперь…

Теперь происходит безумие, мое тело реагирует на него так, будто он его настоящий хозяин. Будто ждало именно его и извелось в разлуке. В нем чувствуется непоколебимая уверенность, пьянящая мужская уверенность, когда ты знаешь, что можешь закрыть глаза и ни о чем не беспокоиться. И отдаться, в полном смысле этого слова.

– Разведи ножки, – произносит мужчина вполголоса, выдыхая бархатные слоги мне в висок. – Помоги мне, малышка.

Я нервно сглатываю, не веря, что так бывает. В нем идеально всё. Низкий сексуальный голос с возбуждающей хрипотцой, которой можно скручивать женские фантазии до развратного хруста. Буквально наматывать на кулак, заставляя исполнять любой каприз.

– Да, хорошая девочка, – он прикусывает мою щеку, едва касаясь зубами, а потом медленно проводит языком. – Еще чуть… да, да.

Он ныряет под белье и входит в меня пальцами, а второй рукой выставляет барьер вокруг моей груди, чтобы мне некуда было деться. А я рвусь прочь, не зная, как справиться с его крепкими длинными пальцами. Они уже раскрывают меня и толкаются глубже, снова и снова, после чего возвращаются к складкам и ласкают по-другому, мягко и слишком мягко.

Мало, да… Вернись.

Но он хочет, чтобы я наталкивалась сама. Я это понимаю, когда он переносит ладонь на внутреннюю сторону бедра, растирая пульсирующую кожу. Он уводит ее дальше и дальше от правильной точки, и я выдыхаю с мучительным стоном. Выходит проклятая мольба… И мужчина смеется с усмешкой босса по жизни и вновь обводит языком мою скулу.

Возвращается ко мне.

– Давай, – подсказывает он, – отпусти себя. Тебе будет хорошо.

Я обхватываю его жилистое запястье и помогаю ему трахать меня пальцами. Стоны становятся влажными и рваными, я прячусь в его шелковую рубашку и пытаюсь не задохнуться. Я вот-вот кончу от одной прелюдии, и боюсь даже представить, что он может сделать, если расстегнет брюки. Я буду кричать и завяжу душные узелки вокруг его тела.

– Ты очень узенькая, – произносит он, стягивая вторую руку вокруг моей талии, чтобы ему было удобнее поднять меня. – Прости, но я попорчу тебя.

– Хорошо, – я смазано отвечаю и запоздало вспоминаю, что обещала себе не произнести ни слова.

Но его голос творит со мной ту же необъяснимую магию, что и его убийственные руки. Я забываюсь и начинаю верить, что кроме этой комнаты нет ничего. Она и есть моя жизнь. Я проваливаюсь в этот грязным мираж с головой.

– Хорошо, – он повторяет мое слово, и благодаря его зрелым интонациям оно звучит совсем иначе – не как согласие, а как недоброе обещание.

Он ставит меня на кровать спиной к себе. Мои колени утопают в мягком покрывале и я боюсь пошевелиться, чувствуя, как сзади наплывают волны его горячего дыхания. Это длится вечность, и я начинаю различать все оттенки его крепкого запаха – от нот разгоряченного тела до аромата туалетной воды. Но это теряет значение, когда мужчина дотрагивается до моего плеча и надавливает, чтобы я нагнулась.

Выгнулась перед ним.

Я зарываюсь лицом в простыни и развожу ноги без подсказки. Щелкает металлическая застежка, а потом скребет упаковка защиты. Я выдыхаю, угадывая момент, что сейчас, что вот-вот, и закусываю ткань, не доверяя себе. И я падаю в бездонную яму, когда он входит в меня.

Я больше не я. Я сгусток чувственности и я лишь откликаюсь на его разжигающие импульсы. И я дырка, которую жестко натягивают на большой толстый член.

Прекрасно и грязно.

Глава 3

Моего жениха зовут Алексей, ему вот-вот исполнится тридцать и у него приятный взгляд медовых глаз. Утро началось с его неожиданной просьбы – он вдруг захотел познакомить меня с дальними родственниками, о которых никогда не заикался. А тут оказалось, что надо срочно и неотложно навестить. Ок, только я нервничаю из-за всей ситуации и из-за того, что мне придется изображать семейные посиделки сразу после того, что я сделала.

Хотя это, может быть, лучше, чем наедине с Лешей.

Я уже пришла в себя после вчерашней… Выходки? Измены? Да, это все равно измена, хотя я сделала столько замысловатых движений, чтобы произошедшее меньше всего ее напоминало. Именно поэтому незнакомец и именно поэтому сейчас, пока на моем пальце помолвочное кольцо, а не обручальное. Леша думает, что я осталась ночевать у подруги, а я провела остаток ночи в другом отеле, потом приняла душ и позвонила ему.

Сейчас я за рулем своего бюджетного седанчика и еду по адресу, который продиктовал Леша. Он уже на месте и ждет меня, и, наверное, уже рассказывается родственникам, какая я удивительная. Честная, добрая, понимающая… Я все-таки накручиваю себя, хотя заранее догадывалась, что не смогу молниеносно отпустить ситуацию и забыть.

Я бы никогда не решилась на встречу в отеле, но испугалась, что будет только хуже. День за днем. Я долго думала, размышляла, а потом все-таки решила, что могу себе позволить заключительное сумасшествие перед семейной жизнью. Я из тех женщин, которые никому и никогда не признаются, но у меня было мало любовников и ни один из них не заставил меня дрожать по-настоящему. До этого вечера… Я хотела испытать это, узнать каково и о чем говорят счастливицы, хотя бы один раз. И до брака, чтобы не чувствовать себя шлюхой, гуляющей от мужа.

Леша – король механики. Правда жизни.

Но он хороший и подходящий. И он нравится моей маме. Врачи обещают ей всего год, о чем она знает и успела извести меня разговорами, что ей страшно оставлять меня совсем одну, что она хочет увидеть зятя перед смертью, что иначе уйдет неспокойной и в слезах… Мне было сложно все это выслушивать, но я прекрасно понимала, о чем она, и не спорила. Да и она плакала постоянно.

Я уступила и подумала, что мне двадцать пять и, может быть, правда пора. Принцев вокруг не оказалось, а Леша подошел прямо на улице и завел непринужденный разговор. Я решила, что это судьба. И я благодарна ей, у мамы даже показатели выровнялись немного.

– Настя? – Леша нетерпеливо зовет, когда я включаю громкую связь. – Ты подъезжаешь?

– Да… Но я запуталась, тут забор…

– Всё правильно. Тебе надо въехать на территорию.

Я смотрю на черное ограждение из витых толстых прутьев, за которым стоит большой жилой комплекс с явно заоблачной ценой за квадратный метр, и не понимаю, чего нам с Лешей там делать. Откуда у него такие родственники? С Марса?

– У охраны есть твой госномер, – добавляет Леша. – Пропустят.

– Лешенька, ты уверен? Сюда хуже внедорожника вряд ли что-то пустят.

– Смешно. Я спускаюсь, у подъезда встречу.

Он отключается, а я подруливаю к будке охраны. Шлагбаум тут же поднимается, и я без единого слова проезжаю мимо. Тут очень красиво – по-европейски ухоженно и вычищено до идеального блеска, которым впору хвастаться в соцсети. Вокруг бетонные дорожки, разлинеенные карманы парковки и детские площадки с уютными скверами.

И дома кирпичного монолита, уходящие этажей на двадцать вверх. А подъездов в каждом из них мало, что намекает на большие просторные квартиры. Впрочем, это само-собой. Этакий огороженный островок завидного благополучия.

– Настя, – Леша вырывает меня из зачарованного состояния и почему-то нагло улыбается. – Нравится место?

– Хорошее…

У Леши простое лицо с правильными чертами лица. Даже зацепиться не за что, он просто симпатичный, просто ухоженный, просто молодой. А по фактам – глубокие глаза, светло-русые волосы, метр девяносто, руки талантливого пианиста, мягкий обволакивающий голос.

– Хотела бы здесь жить? – спрашивает он с непонятной хитрецой.

– Нам не по карману.

Леша кивает и протягивает мне руку, чтобы повести за собой. Он всегда так делает, очень любит брать под руку и указывать направление.

– А если по карману? – вдруг спрашивает он и резко тормозит у двери подъезда.

Он как будто не может сдержаться и начинает разговор, который хотел завести в доме. И смотрит испытующе, наслаждаясь моим замешательством.

– Я тебя не понимаю.

– У меня здесь квартира, – выпаливает он и облегченно выдыхает, словно чертовски устал нести груз молчания. – Большая, на два этажа.

– Ты ударился? – я тянусь к его лбу, чтобы проверить жар.

Жар должен быть. Мы встречаемся с Лешей два месяца и привычек мажора замечено не было. У него скромный бизнес, в который входят целых две точки продажи канцтоваров, а в таких домах живут как минимум владельцы химчисток.

– Я не говорил тебе, – Леша забирает мою ладонь себе и крепко ее сжимает. – Не хотел сразу… У меня и машина другая, и торгую не ручками.

– А когда хотел?

– Минут через пять, – шутит он. – Когда бы поднялись в квартиру.

Мое изумление граничит с нервным шоком. И почему-то его искренняя почти детская радость не хочет мне передаваться. Вот никак.

– У тебя химчистка? – спрашиваю я, чтобы хоть что-то выдавить из себя.

– Химчистка? Почему? … Нет, автосалоны.

Почти угадала.

– Даже не один, – я киваю и вновь оглядываюсь по сторонам, изучая жилой комплекс, у которого просто обязано быть поэтическое или невыносимо стильное название. – Неожиданная новость. Такое обычно до предложения сообщают.

– Разве? – и он подмигивает как ни в чем не бывало.

А я на рефлексах тянусь к его футболке из масс-маркета и скручиваю ее между пальцев.

– Ты типа демократ?

– Ну я разное ношу, – Леша хмурится, наконец, уловив мое состояние. – Что с тобой?

– Получается ты проверял меня?

– Я? Нет.

– Устроил целый спектакль на случай меркантильной бабенки?

– Нет, ты не так поняла…

Ему мешает подобрать слова открывшаяся дверь. Леша отходит в сторону и кивает мужчине, который накидывает на плечи твидовый пиджак на ходу.

– Здравствуйте, Владислав Игоревич.

– Доброе утро.

Два слова из уст незнакомого мужчины прошибают меня насквозь. Я узнаю его голос. Низкий, бархатный, с сексуальной хрипотцой.

Глава 4

Я нечеловеческим усилием заставляю себя отвести глаза от мужчины. Но Леша делает хуже.

– Это моя невеста, – бросает он с гордой улыбкой. – Я вам рассказывал…

– Да, конечно, – мужчина переводит взгляд на меня и протягивает руку.

– Анастасия, – представляет Леша, – а это Владислав Игоревич, мы живем на одном этаже.

Я не отвечаю на его жест, и мужчина не настаивает, он переносит ладонь на ворот дорогого пиджака и поправляет его. И продолжает сдержанно улыбаться, проявляя чудеса воспитанности, хотя момент вышел неловким. Но я не представляю, как можно прикоснуться к нему. И как открыть рот… Впрочем, мой голос он вряд ли запомнил, я произнесла всего одно слово и то задыхаясь.

– С соседями иногда везет, – шутливо замечает Леша.

Это чертово проклятье, а не везение. Они перебрасываются еще парой фраз, а я все же замечаю детали внешности мужчины. Теперь я вижу его лицо и его фигуру, всё то, что хотела избежать и вынести за скобки, чтобы чуть успокоить совесть. Но как теперь? Когда он стоит рядом и буднично разговаривает с моим женихом?

Он на полголовы ниже Алексея, но намного крупнее. Спортивный подтянутый силуэт, которому безумно подходит выбранный костюм – черные брюки, рубашка с расстегнутым воротом и песочный пиджак из твида. Он выглядит по-деловому и в то же время расслабленно, как обычно выглядят большие начальники. А он точно из таких, он как будто сошел с рекламы крутых часов. Или автомобилей представительского класса.

Зрелый успешный мужчина, у которого стоит галочка “выполнено” напротив каждой мальчишеской мечты. Всего добился и преуспел. Ему под сорок или хорошо за, не разберешь за проклятой харизмой небожителя, и на висках заметна легкая седина, которая только добавляет ему шарма. В глазах же плещется бренди с яркими искорками, из-за чего меня стягивает нервной струной, когда наши взгляды случайно пересекаются.

Мужчина чуть подчеркивает улыбку на тонких губах, занятый словами Леши, а я вдруг вспоминаю какие у меня красивые туфли. Я быстро опускаю глаза на них и больше не поднимаю от греха подальше. Мне хватит… Он и так превзошел все мои фантазии. Я представляла разные картинки, когда он брал меня, пластмассового красавчика с идеальным торсом и хамоватой улыбочкой с руками тренера из моего фитнес-клуба. Но тут… тут то, что даже в мыслях себе не позволяешь.

Я никогда не общалась с такими мужчинами. Кто вообще с ними общается? Модели и актрисы? И то безуспешно, кольца на его пальце нет, и почему-то я могу представить его только холостяком. Без вариантов.

– Всего доброго, – наконец, прощается Леша.

– Было приятно познакомиться, Анастасия.

– Да, мне тоже, – я все же выдавливаю из себя необходимые слова и коротко смотрю в его сторону.

Он кивает, чуть наклоняя голову вбок, и я вижу изгиб его плеча. Он не застегнул две верхние пуговицы рубашки, так что мой взгляд скользит по его коже. Я помню, как целовала это место, жадно обводила языком, когда он перевернул меня на спину и лег сверху, придавив мускулистым тугим телом. Он трахал меня в разных позах, измываясь над моей чувствительностью, и трижды довел до оргазма, перечеркнув все мысли о моей сексуальности навсегда.

Я ведь почти поверила, что со мной что-то не так, не умею расслабляться или чувствовать партнера. Просто не умею… Иногда мне было никак, иногда приятно, как от хорошего массажа, то так, чтобы до судорог и крика, который приходится сдерживать в горле – никогда. Он первый сотворил со мной такое. И теперь, смотря на него, я понимаю, что хорошо, что в комнате не было света. Я бы сошла у ума, если бы еще и смотрела на него.

Леша придерживает дверь для меня, и я первой переступаю через порог. Я мысленно возвращаюсь к нашему разговору, хотя не могу думать о нем в том же ключе. Молниеносно переключиться не выходит, и я рассеянно смотрю под ноги, чтобы хотя бы не споткнуться на пустом месте.

– До сих пор злишься на меня? – спрашивает Леша миролюбиво.

И вот становится гадко. Его выходка не укладывается у меня в голове, я пока даже не понимаю, как он все это провернул и ко мне вот-вот придет тысяча вопросов, на которые ему придется отвечать, но дело ведь в другом. Он только что разговаривал с мужиком, который этой ночью поимел меня в гостиничном номере.

Кто на кого должен злиться?

– Потом, Леш, – я натужно улыбаюсь ему. – Мне нужно прийти в себя.

– Да, конечно, – в лифт он входит первым, мне иногда кажется, что Леша безумно гордится тем, что знает все нюансы этикета. – А пока я покажу тебе нашу квартиру.

Я же хочу найти укромное место и написать Алисе. Она моя студенческая подруга и именно она устроила мне встречу с горячим незнакомцем. Мне нужно убедиться, что он точно не знает, кто я и никогда не узнает. Я ни о чем другом думать не могу и пока стою в стальной кабинке немецкого лифта заготавливаю фразы наперед. Сейчас войдем в квартиру, я спрошу, где туалет, и напишу ей оттуда.

Правда, сотовый пиликает, как только мы проходим через створки кабинки. Сотовая сеть вновь ловит, и я удивляюсь, как бывает совпадают мысли на расстоянии. Сообщение приходит именно от Алисы.

– Позвони мне, – пишет подруга. – Срочно!

Глава 5

Леша отпирает замки и излишне театральным жестом распахивает передо мной тяжелую дверь. Мне почти мерещятся торжественные фанфары, и я даже удивлена, что Леша не озаботился музыкальным сопровождением. Его если несет, то сразу без пересадочных.

Я ступаю на выбеленный паркет и сразу же попадаю в просторный светлый холл, который разливается в две стороны, сужаясь до коридоров. Даже здесь, стоя в первой комнате, становится ясно, что в квартире можно заблудиться или погибнуть от эмоционального шока от стоимости обстановки.

Я его стараюсь спрятать, попутно успокоив дыхание, и смотрю на своего парня. Мне начинает казаться, что я его ни черта не знаю. Те два месяца, что мы провели вместе, никак не вяжутся с местом, в котором я сейчас стою. Хорошо, один месяц можно вычеркнуть, мы узнавали друг друга, ходили на свидания и виделись не каждый день. Но потом-то бок о бок, я переехала в его съемную квартиру в бюджетной новостройке и была уверена, что там и будет наше семейное гнездышко. Я уже распланировала небольшую перестановку и недавно заметила в Леруа классные синие шторы, которые идеально подойдут для спальни.

– Ты не дышишь, – усмехается Леша.

Он закрывает дверь и подходит сзади, крепко обнимая меня за талию. Я чувствую, что он немного напряжен, совсем чуть, но зато очень доволен. Он явно давно представлял день X и едва дождался.

– Я собирался сказать раньше, – произносит он. – Но решил сперва доделать ремонт. Я не специально всё так устроил, просто совпало… Я снял квартиру, чтобы переждать ремонт, а в день, когда познакомился с тобой, был на машине приятеля.

Он тогда подвез меня до дома.

– А на следующий день? – я поворачиваю голову и смотрю ему в глазах, где беспокойство проступает с новой силой. – На следующий следующий? Бедный приятель ходил пешком?

– Ладно, хорошо, – он обреченно кивает и делает лицо провинившегося школьника. – Прости, Настен. Я хотел проверить, да так и было, я столько принцесс повидал… Нет, я сразу увидел, что ты другая, но голосок нашептывал. "А вдруг?" "Такие красивые честными не бывают".

– Ты умеешь делать комплименты, я помню.

– А потом я правда захотел сделать сюрприз, подумал, коль уже так сложилось, то сразу приведу тебя в сказку.

Он счастливо улыбается, обнажив белоснежные зубы, и подмигивает мне. Вот в такие моменты я люблю его, он умеет дурачиться и быть очаровательным и непосредственным, как ребенок. Я встаю на носочки и коротко целую его, чтобы он выдохнул. Хотя у самой до сих пор тесно в голове от сталкивающихся мыслей, но не хочу, чтобы он расспрашивал и пытал меня, чуя мое недовольство. Мне бы сперва разобраться, что я испытываю на самом деле.

Конечно, есть обида. И раздражение… С другой стороны, в его словах есть логическое зерно, такое мужское и циничное, а я не могу выкинуть на помойку еще один факт – что сама далеко не идеальная невеста. Так что ко всему примешивается чувство вины, которое неплохо путает карты.

– Куда идти?

– В спальню.

– Милый…

– Я соскучился, я целую ночь провел без тебя, – и он сцепляет пальцы сильнее, впечатывая их в мою кожу, и легонько встряхивает меня. – Не думал, что ночевать без тебя – такая пытка.

А вот это я не очень люблю. Всё, что касается, интима… Не нежности, как поцелуи и легкие приятные касания, а именно секс с ним всё чаще не вызывает во мне воодушевления. Мне нужно настроиться или поймать правильное настроение, но Леша хочет почти всегда, так что я не успеваю распалить даже те полумертвые искорки, которые еще шевелятся во мне. Наверное, я жду, когда смирюсь или когда у него пройдет эффект новизны, он насытится моим телом и притормозит.

Черт, я тоже циник.

Хотя это даже странно. Его явно всё устраивает в кровати, он готов трахать меня каждый день, а иногда и не раз, если дать ему волю, и он выглядит совершенно довольным после. Может, это все-таки что-то со мной? И меня заводит только грязная подоплека, когда меня подминает под себя незнакомец?

Незнакомец… Он уже обзавелся именем, адресом и внешностью. Эталонный незнакомец.

– Покажи сперва дом, – я упрямо торгуюсь и выскальзываю из его рук. – Где тут гостиная?

– Прямо, – Леша берет меня под руку и ведет сквозь высокие раздвижные двери.

Когда он так делает, я вспоминаю, почему я с ним. Именно это я искала, и именно этого хочет для меня мама. Это же много, а секс… это лишь часть жизни, которая со временем становится не такой уж важной в паре. Или не такой уж частой.

Я медитирую на эту мысль день за днем. И никак не пойму – помогает мне или нет.

– Ой, – я вздрагиваю от мелодии своего же сотового и достаю его из кармана. – Алиса…

– Вы прям неразлучницы, – подкалывает Леша. – А еще говорила, что вы не лучшие подруги.

Глава 6

Я отвечаю на звонок, а Леша отходит к большой тумбе и снимает кроссовки.

– Привет…

– Ты одна? Можешь разговаривать? – тут же перебивает подруга.

– Леша, – я чуть повышаю голос и смотрю на парня, – тебе привет.

Тот отмахивается и явно рассчитывает, что мой разговор по телефону будет коротким.

– Тебе тоже, – бросаю я в трубку.

– Ясно, – цедит Алиса с недоброй интонацией. – Тогда я быстро. Не знаю, что ты сделала с тем мужиком, но его помощник уже оборвал мой телефон. Пишет, звонит, с раннего утра! И не думает прекращать.

– Зачем?

– Хочет новую встречу. Не помощник, а его босс.

– Я уловила.

– Молодец. Даже дважды, так снести башню мужику за одну встречу. Я хочу грязных подробностей…

– Лис.

– Хорошо-хорошо, мисс Недотрога. Ты пока думай, а я тебя попозже наберу.

– Да нечего тут думать, у меня времени совсем нет…

– Нет, ты думай, – Алиса умеет давить лучше любого босса. – И потом поговорим. Нормально.

Я убираю телефон обратно в карман и не могу отделаться от простой мысли, что не стоило общаться с Алисой в институте. Наверное, у всех есть подруга, которая сильно отличается от остального круга общения. Вот Алиса – мой раритетный экспонат, а я – ее.

Мы вместе учились на журфаке, а это место, где сходятся противоположности. Бюджет и платная основа, и одни девочки вокруг. Поэтому мы делились на два лагеря – пленительные нимфы с брендовыми шмотками, которые пришли за “ненапряжным” высшим образованием с намеком на творчество и прицелом на светскую хронику или авторскую колонку в глянце в будущем, и такие, как я. Гуманитарии-отличницы, не понимающие какую бедную профессию они выбрали на самом деле.

И что быть нам всем копирайтерами.

В институте я смотрела на Алису с подозрением и легким офигеванием. Иногда нелегким, когда она уселась в аудитории перед главным красавчиком другой группы. Она заняла парту четко перед ним и, когда тот отвлекся на приятеля, ловко выудила из-под джинс резинку стрингов. Нормальные девушки переживают, что такое случится, а Алиса подготовилась, ее трусики напоминали ювелирное украшение. Я тогда чуть не ослепла от ее страз и от ее шлюховатости заодно.

А потом мы разговорились в маршрутке и оказалось, что она веселая и далеко не дура. Мы жили в одном районе, но впервые за год пересеклись в общественном транспорте, потому что Алису обычно подвозили крутые парни. Но этого раза хватило, чтобы мы начали общаться между лекциями. Иногда сбегать с них или вместе готовиться к семинарам, я как раз показала Алисе, где у нас тут находится библиотека. Правда, она не доучилась, выскочив замуж за местного королька с россыпью бизнесов. Не все из них были легальными и его вскоре застрелили около его же японского внедорожника.

Помню тогда Алиса несколько раз ночевала у меня, чтобы спрятаться от начавшегося безумия. Активы ее погибшего мужа делили долго и с юридическими потасовками. А Алисе, как подачку, кинули ночной клуб, владелицей которого она стала и больше ни на что не претендовала.

– Как ты с ней общаешься? – вдруг замечает Леша, нахмурившись.

– Что?

– Вы такие разные. Не представляю, о чем вы разговариваете.

В последний раз мы разговаривали о сексе. Алиса говорила, что будь Леша богат, она бы еще поняла мои мучения и нашла бы мне выход. А так, какого черта вообще терпеть?! Мне тогда не понравилось слово “терпеть”, я все-таки картину не в столь мрачном свете вижу, но зацепилась за другую часть фразы. Мне стало любопытно, что за выход, и получила лучшую саркастическую улыбку подруги. Она посоветовала мне найти отдушину на постоянной основе с прорисованным торсом, если что у нее много кандидатов, даже есть из кого выбрать. В ночных же клубах крутится определенная публика, с которой Алиса умеет находить общий язык. Родство душ, видимо.

Я размышляла над ее словами неделю, а потом согласилась и попросила выбрать за меня, потому что мне это важно. И она выбрала мне Владислава Игоревича… Не поскупилась, из списка золотых контактов достала, не иначе. Значит хочет перетянуть на свою темную сторону, ведь знает по моим рассказам, чего мне не хватает, и выбрала идеальный вариант. Я только с ней на такие темы откровенничаю, и то видно зря.

И какая вторая встреча? Чем я могла зацепить такого самца? Тем, что лежала смирно и постанывала?

– Так о чем? – повторяет Леша, заметив, что я задумалась о своем.

– О котиках? – я хочу всё увести в шутку и первой делаю шаг в гостиную, которую он хотел мне показать. – На чем мы остановились?

Леша подходит ко мне и резко наклоняется, чтобы подхватить меня на руки. Его рука ныряет мне под коленки, а вторая – обхватывает за спину, и я вдруг оказываюсь в воздухе. Я смеюсь от неожиданности и от его довольных глаз, которые пристально смотрят на меня.

– Нам все-таки в другую сторону, – и он рывком разворачивается и действительно направляется дальше по коридору.

– Что? – я растеряна, хотя понимаю, о чем он.

– Это наказание. Нельзя быть такой красивой.

Он минует две двери и переносит меня через порог третьей, что раскрыта настежь. Вокруг просторная спальня в серо-голубых оттенках и со стильной мебелью, по которой сразу видно, что выбирал ее мужчина. Впрочем, мне нравится, мне такое ближе, чем рюшечки или деревянные панели, но мне уже жарко от его рук. Леша держит так крепко, словно чувствует, что мне уже хочется своими ножками на пол.

Он пересекает комнату по диагонали и бросает меня на кровать, застеленную плотным покрывалом, напоминающим шкурку дикого животного. Сам остается стоять надо мной и жадно разглядывает мое тело, и уже тянется к ремню брюк…

Я же замечаю еще одну деталь дизайна, от которой мне становится слегка не по себе. Над кроватью сделан зеркальный потолок в золотой толстой раме.

Черт…

Я, конечно, замечала, что Леша очень любит секс, но чтобы так. На самом деле он такой? Ведь теперь я в его настоящей спальне, не съёмной и ширмочной, а реальной. И я вспоминаю, как Алиса бросила пару резких фраз, когда познакомилась с Лешей.

– Знаю я придурков, как он. Кривят нос от таких, как я, а сами на задницу смотрят, а потом дрочат…

– Лис, притормози. Он мой будущий муж.

– Это ошибка, милая. Он из тебя всю душу вытащит. Ты для него счастливый билет – чистая, как слеза младенца, и при этом секси. Он на тебе все свои запрятанные поглубже фантазии отыграет, вот увидишь.

Глава 7

На запястье Леши стальной хронометр, который я вижу впервые. Я не разбираюсь в марках, но понятно, что он очень дорогой. Эта деталь вдруг выбивает меня, потому что я понимаю, что он специально не надевал его. День за днем, чтобы я ни о чем не догадалась.

И сколько еще таких мелочей, в которых он лгал? Да так профессионально, что я не заподозрила и даже легкое сомнение нигде не проскочило.

– Никак не осознаешь, – Леша вновь улыбается и протягивает руку, касаясь моей щеки. – За тобой так интересно наблюдать… Не бойся, крошка, к хорошему быстро привыкаешь.

Он медленно проводит по моей коже, а потом кладет большой палец на губы. Мягко очерчивает их контур, но нажимает с силой, когда добирается до центра. Его палец проскальзывает между моих губ и наталкивается на язык, и он начинает его плавно поглаживать круговыми движениями. Он заводится и смотрит на меня уже мутным взглядом, и ждет, когда я начну отвечать.

Леша надавливает сильней, сцепляя остальные пальцы на моем подбородке, и я все же обвожу его палец языком, принимая его глубже.

– Ты сводишь меня с ума, ты знаешь? – Леша наклоняется и глубоко целует меня, теперь в моем рту его язык, а не палец, но движения те же.

Мне нравилось это в первые встречи. Я казалась себе очень красивой, когда чувствовала такой его взгляд, а еще волнующей и почти роковой. Ведь он был так настойчив и так решителен, почти сразу начал говорить о семье, что хочет детей и искал именно такую прекрасную девушку, что я перевернула его мир, и он не понимает, как жил раньше.

А теперь… теперь… И проклятый хронометр!

– Черт, сейчас не время, но забыл сказать, – Леша немного отстраняется, но не уводит взгляд от моих губ. – Я нашел врачей для твоей мамы.

Я издаю неопределенный звук, который отвечает за радостное изумление.

– Ее завтра заберут в другую клинику. Говорят, шансы есть и неплохие.

– Лешенька, спа…

Он закрывает мой рот новым поцелуем и наваливается на меня, растянув на кровати. Он очень высокий и ему приходится подтягивать меня, чтобы я не дышала ему в живот, а я в такие моменты удивляюсь, сколько же силы в его руках. Он выглядит изящнее, чем есть на самом деле.

Я стараюсь думать только об этом, где-то здесь как раз единственный спусковый крючок, который мне иногда помогает. Его мужская сила как афродизиак.

– На тебе спортивное белье, – замечает он с ноткой недовольства. – Опять. Я когда-нибудь заслужу чулки?

– Конечно, – я киваю. – Завтра.

– С поясом?

Он не дожидается ответа и резко переворачивает меня на живот. На мне полно одежды – длинная кофта и платье, туфли, черт возьми, но он ничего не снимает, только задирает, будто не может тратить время на такие мелочи. Запускает ладонь между моих ног и ласкает, тягуче перебирая длинными пальцами, а я опускаю голову в постель и вспышкой вспоминаю прошлую ночь.

Я лежала почти так же, уткнувшись лицом в мягкую ткань и чувствуя мужское желание. Я хочу переключиться на нее, ведь там мне было безумно хорошо, это невозможно описать словами, но даже воспоминания запускают ток по моему кровотоку. Да, я хочу вновь так… хоть немного, забывшись и представляя другого мужчину на месте Леши.

– Не прячь лицо, – Леша приподнимает меня, подстраивая под свое крепкое тело, и целует в губы, ввинчиваясь языком так глубоко, что мне нечем дышать. – Сейчас, крошка, сейчас…

Он толкается в меня, а я прикрываю глаза. Его член входит в меня глубже и увереннее, и я вижу перед собой другое лицо. Ведь у него теперь есть лицо – зрелое и мужественное с легкой покровительствующей улыбкой. И карие глаза, которые должны потемнеть сейчас, ведь он уже близко… Я чувствую по смазанным толчкам, что он вот-вот с рычащим хрипом изольется в меня, а потом опустится рядом и сгребет в охапку, чтобы долго и плавно поглаживать мое тело, успокаивая наэлектризованную кожу и заодно дыхание. Будет шептать милые низости на ухо, прикусывая мочку и заставляя краснеть даже после того, что я рассказала ему все секреты своего тела. И будет возбуждать меня снова, чтобы повторить и зайти еще дальше.

С Владиславом Игоревичем было именно так.

Глава 8

У Леши возникают дела по работе после звонка, и он целует меня, встает с кровати и уезжает. А я вот не могу заставить себя подняться на ноги и слепым взглядом смотрю на окно. Потом закутываюсь в мягкий кокон из одеяла и чувствую, что чертовски хочется поплакать. Столько событий разом, что я не знаю за что хвататься.

Хотя больше всего я хочу уцепиться за чувство благодарности. Ведь Леша нашел врачей, и маму теперь переведут в платную клинику, а это совсем другой разговор. Он даже сказал, что шансы есть и неплохие. Я должна радоваться и прыгать до потолка, и я правда рада, но это не мешает ощущать противную горечь в груди параллельным курсом.

Я лежу на идеальном воздушном матрасе, а вокруг комната, которая одна как вся наша с мамой старенькая квартира, и ко мне приходит ужасная мысль. Что мне платить за всё это собственным телом. Я никогда не думала о нас с Лешей в таком свете, потому что не было ни богатства, ни связей. Я продолжала отношения с ним из-за просьбы мамы и, наверное, потому что все-таки боялась остаться одна, если ее вдруг не станет. В одиночку с горем… Я испугалась, что моих сил не хватит, а с Лешей будет легче, он утешит и поможет. Всё то, что и хотела для меня мама.

– Нытьем делу точно не поможешь, – произношу я вслух, чтобы лучше донести до разума эту мысль и решаю набрать Алису.

Сперва я хочу попросить ее приехать, а потом понимаю, что она же может столкнуться здесь с Владиславом Игоревичем, а таких совпадений мне не надо. Поэтому мы договариваемся встретиться у нее, она снимает небольшой офис рядом со своим клубом и ехать до него минут двадцать.

С парковкой как всегда проблемы, но я нахожу небольшой пятачок и надеюсь, что меня не запрут. Поднимаюсь на второй этаж к подруге и бросаю сумку на кожаный диванчик, который стоит у нее для посетителей.

– Привет, – небрежно бросает Алиса, взглянув на меня через плечо.

Она занята дверцей миниатюрного сейфа, код от которого не может вспомнить. Это очень похоже на Алису.

– День похорон мужа, – подсказываю я ей, подумав, что это тоже в ее духе.

– Точно! – вскрикивает она и на эмоциях бьет по металлическому коробу. – А я день смерти пробовала, чтоб ему в аду гореть… Ты умничка, Настен.

Алиса высокая и худая, как модель, впрочем одно время в городе висели рекламные плакаты с ней. Она никогда не делала ставку на эту профессию, но участвовать не отказывалась, больше надеясь не на заработок, а на то, что какой-нибудь видный мужчина заметит, воспылает и найдет ее контакты. Так и получилось в общем-то.

Она брюнетка с широкими скулами и капелькой другой крови. Я даже не скажу какой, но есть в ее облике легкий намек на экзотику, и жирный указатель на то, что она девушка очень дорогая и по карману лишь избранным. Алиса сама про себя так говорит, и любит циничные шуточки.

– Как мама? – спрашивает она, выудив из сейфа папку с бумагами. – Дождались заключения?

– Леша богат.

Алиса тут же поднимает на меня глаза и разжимает ладони, бросая папку на стол.

– То есть? – спрашивает она. – Духовно?

– Нет, Алиса, материально. У него квартира на Батальонной.

– Ого! А сколько комнат?

– Не считала. Но два этажа заметила.

Алиса нервно сглатывает, а потом расплывается в счастливой улыбке, которая постепенно превращается в ее фирменный холодноватый смех.

– А ты переживала, что мужик не трахается. У него, видишь, в другом месте стоит как надо. Это же сколько партнеров надо отыметь, чтобы два этажа элитки себе позволить.

– Ты меня слушаешь когда-нибудь? – я кривлюсь на ее слова. – Леша, наоборот, слишком много…

Я не хочу договаривать и подхожу к столику, чтобы сделать нам кофе.

– Вам, бабам, не угодишь, – замечает Алиса и возвращается к папке.

– И он заплатит за лечение мамы.

– Хороший мальчик, – кивает Алиса. – Подонок, конечно, но хороший.

– Вот ты опять…

– А я от своих слов не отказываюсь. Твой Леша – невротик в белом пальто, а это самый противный тип. У них тараканы жирные, откормленные, они их стыдятся и долго не выпускают на волю, но планку рано или поздно рвет.

Я наливаю кипяток в кружку и думаю о том, что внутри уже согласна с Алисой. Сама чувствую, что есть в Леше что-то такое, хотя и боюсь признать.

– Так что, поздравляю, подруга, быть тебе первооткрывателем. Чистенькой проскочить в высший класс не получится, – Алиса грустно смотрит на меня и обводит красной ручкой абзац текста. – Думай и не надейся на чудо. Я бы с ним справилась, а тебе придется туго.

– Спасибо, успокоила.

– Всегда пожалуйста. За сладким медом к другим.

– Ты неправильно понимаешь слово “дружба”.

– Это ты его по-идиотски понимаешь. По головке гладить каждый незнакомец готов, лишь бы ты побыстрей заткнулась.

Она делает еще один резкий росчерк и переворачивает лист.

– Кстати о незнакомцах, я тебя записала на вторую терапевтическую встречу, – бросает Алиса буднично.

– Что?

– Завтра в шесть. В том же отеле.

– Ты не могла, не поговорим со мной…

– У мужика пожар в штанах, будь милосердна.

Глава 9

Алиса подобрала идеальный день для второй встречи. Видно, запомнила, когда я ей говорила о поездке Леши в соседний город по делам. Я, надеялась, что та отменится, как часть ненужной теперь легенды, но вечером заметила авиабилеты на столе и поняла, что ни черта.

По мелочам Леша не сочинял.

Я написала Алисе, что ничего не обещаю. А она ответила, что ок и что мне решать, в конце концов. И что мужчина все равно приедет и будет ждать. И вот это в моей голове не укладывается решительно. Ему больше заняться нечем?! Вот этому статусному мачо с безупречным вкусом и банковским благополучием не с кем провести вечер? Или в городе кончились развлечения и прикрыты все порочные лавки? Конечно, темнота иногда творит чудеса, и мало ли какие у него чувства обострились – может я стонала музыкально или пахла, как его первая сексуальная победа. Или фетиш какой сработал… Тьфу, надо меньше общаться с Алисой!

Так или иначе, мне нечем зацепить такого, как он. Точка.

Но он приедет и будет ждать. Запятая.

Утром я просыпаюсь, когда Леша уже уехал в аэропорт. Я остаюсь в его квартире, чтобы поработать за ноутом и заодно дождаться доставку. Он уже обо всем договорился, и сегодня должны привезти коробки с вещами из съемного жилья. Только вещи, никакой мебели, которая и не подойдет сюда, уж слишком разные стили. Вернее, кошельки. Я хожу по новой квартире, как по музею, и не могу свыкнуться с мыслью, что мне здесь жить. Проводить день за днем, обустраивать быт и вить семейное гнездышко вместе с будущем мужем, воспитывать детей со временем…

Я подписываю накладные, не пересчитывая коробки, и вижу, что в доставку входит брендовый пакет с красными ручками. Я закрываю дверь за грузчиками, а потом открываю его. Нахожу комплект откровенного нижнего белья, в который входит обещанные Леше чулки и пояс с подвязками.

– Вот черт, – бурчу себе под нос, хотя белье очень красивое – из тончайшего кружева небесного оттенка.

Но после разговора с Алисой мне везде видится подвох. Так что я бросаю белье обратно в пакет и убираю его с глаз подальше. Правда, самолет Леши вскоре садится и от него приходят душные сообщения, которые игриво намекают на подарок и на то, что им надо будет побыстрей воспользоваться. Я отбиваюсь смущенными смайлами и начинаю нервничать, словно заранее чувствую себя припертой к стенке. Оказывается, в огромной квартире в два этажа может быть тесно, как в клетке. Я бесцельно хожу из угла в угол и не могу унять нарастающее беспокойство.

После Леша бросает адрес клиники, который я уже узнала, и пишет, что напутал со временем и мне лучше сразу ехать туда. Что маму должны вот-вот привезти на специальном такси. Мне чертовски не нравится его рассеянность, как и то, что он уже во второй раз говорит о маме после жаркого флирта. Как будто манит заветным леденцом, чтобы я была послушной и отзывчивой девочкой.

Я пишу ему короткое “Спасибо, милый. Скучаю” и еду в частную клинику, которая представляет из себя огромный медицинский центр с вертолетной площадкой. Здесь можно снимать соответствующий сериал, хвастаясь положением больничных дел в стране. Мне даже кажется, что в таких стенах не умирают, слишком много новейшего оборудования и любезного персонала. Я очень хочу в это верить. И, если в стенах новой квартиры мне было тошно до нервного тика, то здесь, наоборот, становится спокойно и по-настоящему тепло на душе.

Леденец работает.

– Мама, – я вхожу в палату, к которой меня проводила медсестра, и счастливо улыбаюсь. – Прости, я думала, что поеду с тобой…

– Все хорошо, – она протягивает руки и я наклоняюсь к ней, чтобы обнять. – Солнышко.

Она всегда меня так называла, я у нее одна и действительно как солнышко – белокурая и смешливая. Я поправляю ворот ее домашнего платья и в который раз с болью думаю, что она очень сильно похудела. Высохла. Но выглядит все же лучше, появился здоровый блеск в глазах и моя любимая улыбка, которой под силу исправить любую проблему. Сколько раз она улыбалась мне вот так, и становилось легче.

– Здесь так хорошо, – мама поглаживает кровать, чтобы я села рядом с ней. – Ко мне уже заходил мой врач, прекрасный, прекрасный… И такой воспитанный.

Я киваю. В палате стоят цветы и устроен уголок с чайником и конфетками, как делают в отелях.

– Скажи спасибо Леше, от всего сердца… Хотя я сама ему позвоню.

– Он завтра будет.

– Хорошо, значит завтра. Вы вместе тоже приезжайте. Хочу на вас посмотреть, вы такая красивая пара! Глаз не отвести…

– Приедем. Тебе уже что-нибудь говорили?

– Да, медсестра должна зайти. Сказали, что многое придется заново проходить, не доверяют старым выпискам.

– Это хорошо, – я сжимаю теплую ладонь мамы и снова улыбаюсь, я чувствую, что ей хорошо и это главное. – А потом лечение назначат, и всё у нас наладится.

– Уже, милая, уже! Я так рада за тебя, это же счастье… Иногда поверить не могу, что все так, как я молилась. И эта клиника, – мама обводит рукой стерильную палату, – она же очень дорогая!

– У Леши есть друзья.

– Тебе с ним повезло, солнышко. Нам обеим повезло.

– Да, мама.

Я провожу с ней почти час, потом еще немного с личным врачом, который повторяет слова Леши, что шансы есть, а после повторного обследования в стенах клиники он сможет уже сказать точно. Мне хочется обнять врача и расцеловать за одну надежду, но я сдерживаюсь и уезжаю, чтобы не довести себя до слез.

Чтобы чуть выдохнуть и осмыслить. Я смотрю на часы в машине и впервые признаюсь себе, что отмеряю, сколько осталось до шести вечера. Удивительно, я подумала о том, что мне надо перевести дух, и тут же вспомнила о назначенной встрече в отеле. Надежная сцепка… Я ведь хочу туда поехать глубоко в душе.

Глава 10

На этот раз я приезжаю за час. Ставки растут, и я не могу допустить, чтобы Владислав Игоревич увидел мое лицо. Алиса сказала мне, что он не зря выбрал именно этот отель для первой встречи, потому что здесь нет камер в коридорах и можно не переживать за конфиденциальность. В определенных кругах у этого места ходит слава, как злачного места с позолоченными простынями, что намекает на ценник номеров и персонал, который никогда ничего не замечает. Между собой его зовут не Royal Inn, а Sin Inn.

Порок…

А я, видимо, порочная невеста, которая пришлась по вкусу пресыщенному и избалованному боссу. Или хозяину, я не могу называть его по-другому, хотя не чувствовала себя вещью в его сильных руках ни секунды. Он умеет проходить по самой грани – трахать, а не пользовать, брать, но не вынуждать. Ты чувствуешь его беспрекословную мужскую силу и хочешь ей подчиниться всем женским естеством, это не ломает тебя и не оставляет мрачного послевкусия, напротив, всё так правильно, что даже страшно. Так не должно быть, ведь он мимолетный любовник, который знает только мое тело, но не мыслей или образа жизни, к чему я привыкла и что люблю, какого цвета мои глаза и с какой интонацией я капризничаю.

Ничего не знает.

Кроме того, как довести меня до оргазма самой ошеломляющей тропой. И как часто я дышу, когда больше не могу и судорожно хватаюсь за его покатые плечи, чтобы он притормозил. Дал мне справиться и найти воздух в этой лавине… Знает, как чувственно я выгибаюсь навстречу и ищу жесткие губы, чтобы ощутить его язык на себе. Знает, как прячу лицо в подушку или закрываю их ладонями. Как люблю чувствовать крепкую ладонь в волосах и отзываюсь хриплыми стонами, когда он сжимает пальцы и с силой притягивает к себе…

Это так много, что я не могу назвать другого мужчину, который знал бы обо мне столько же.

Он первый.

Но я не могу представить, что будет между нами сегодня. Я случайно узнала, как он выглядит и теперь нет ни тайны, ни маски. Я понимаю, с кем имею дело. И ведь это вторая встреча. Где-то здесь начинается дорожка к привычке.

Я принимаю душ в номере, закрыв глянцевую дверь на замок. Смываю с себя сегодняшний странный день, в котором была и радость и тревога, и наношу капельку новых духов на запястье. Я купила их по дороге сюда, увидев парфюмерный магазин рядом с автобусной остановкой и поддавшись секундному порыву. Меня зачаровал красный флакон и я поняла, что именно то, что надо. Я хочу пахнуть для него иначе, чтобы это осталось только между нами и чтобы даже Леша никогда не узнал мой тайный аромат.

Я оставляю всю одежду на пуфе рядом с раковиной и накидываю гостиничный халат на обнаженное тело. Я не тороплюсь запахивать его и с откровенным интересом изучаю себя в зеркале. Странно, но то, что он скоро будет касаться меня, действует так, что я вижу себя по-другому. В отражение смотрится привлекательная и чертовски сексуальная девушка, у которой не может быть плохих историй. Я даже двигаюсь по-другому, плавнее и по-кошачьи, чувствуя, как мне хорошо в собственном теле. Я чувствую себя по-настоящему красивой, как будто никогда не сомневалась насчет черт, который достались от природы.

Все-таки в этом номере есть магия. И она стала сильней сегодня.

Я отщелкиваю замок и чуть-чуть приоткрываю дверь, прислушиваясь к звукам. И слышу шорох…

– Я не стал стучать, – произносит мужчина.

!!!

Я до боли сжимаю ручку двери и тяну ее на себя, но все же не захлопываю, оставив пару сантиметров пространства. Я не знаю, что делать, и сжимаюсь в тугой комок. Происходит именно то, чего я боялась и из-за чего не стоило так рисковать.

Повисает неуютная пауза, и я готова спорить, что он напряженно смотрит на дверь и думает, что за ней свихнувшаяся идиотка, которая заигралась в свою детскую игру.

– Я отвернулся, – неожиданно говорит он, разрезая воздух серьезным тоном. – Я не буду смотреть на тебя. Даю слово.

Глава 11

Его голос зачаровывает меня – сильный, властный, с сексуальной хрипотцой. И я почему-то верю ему, словно могу откуда-то знать, что если он дал слово, то ни за что не нарушит его.

От него это буквально исходит. Уверенной, накрывающей с головой волной.

Поэтому я сомневаюсь всего пару мгновений, а потом раскрываю дверь сильней и боязливо выглядываю. Мужчина стоит в центре комнаты спиной ко мне и смотрит перед собой, хотя делает легкое движение головой, когда улавливает мое движение. Но он не оборачивается и не двигается, как будто боится меня спугнуть, и лишь чуть опускает голову, переводя взгляд на свои черные ботинки. Еще на нем темно-коричневый пиджак и темные джинсы, и сотовый зажат в широкой ладони.

– Я приехал немного раньше, – произносит мужчина и отправляет телефон в карман пиджака. – Не стоило?

Не стоило. Я ловлю ответ на губах в последний момент и готова спорить, что он специально, что это неслучайная уловка, цель которой – незаметно втянуть меня в разговор. Да, точно. Я все же молчу и слышу, как мужчина мягко усмехается, когда понимает, что не получилось.

– Без света и без разговоров, – продолжает он с расслабленной улыбкой, которую я отчетливо вижу на его красивых губах, словно он стоит лицом ко мне. – Ничего не поменялось, малышка.

Ничего.

Я делаю шаг в гостиную и на рефлексах торможу, чтобы проверить его реакцию, а потом все же иду дальше. Подхожу к нему и замираю рядом. Чувствую его запах, крепкий и запоминающийся так, будто проникает сразу под кожу, я утыкаюсь лицом в его спину и веду щекой по приятной ткани, чтобы заострить сумасшедшие ощущения. Он что-то делает со мной, просто стоит и даже не предпринимает никаких шагов, а мне уже тесно в груди и хочется разогнать скорости побыстрей. Я хочу вдыхать его полной грудью и чувствовать, как его пьянящий запах проникает внутрь меня и остается на моем теле. Как волнующий оттенок, который позволяет общей картинке сложиться.

Ведь для чего всё это? Для этих же мгновений, невозможных и нереалистичных.

– Если я увижу твои ладони, это будет преступление? – он заводит руку за спину и касается моего локтя, обжигая нечаянным касанием.

Я вздрагиваю, но отвечаю ему. Жадно обхватываю его крепкие пальцы с резко очерченными острыми костяшками своими тонкими пальцами и переплетаю их, запирая надежный замок. А потом поддаюсь ему, он тянет наши руки вперед и наталкивает их на свой живот. Я угадываю каменный пресс под подушечками сквозь тонкую ткань рубашки и нажимаю сильней, чтобы почувствовать его тепло. Или жар, что вернее.

Я чертовски возбуждаю его, это очевидно. Пламя разгорается от одного моего прикосновения, и он выводит восьмерку частыми выдохами. Я волную его так, что по его коже идет нервная волна, которую я хочу заострить и прижимаюсь к нему всем телом. Плотно и откровенно.

– Значит не преступление, – усмехается он.

Мужчина перебирает мои пальцы, плавно обводя каждый изгиб, и помогает мне нырнуть под его рубашку. Он распускает первые пуговицы и переносит мою ладонь ближе. Я шумно выдыхаю ему в спину и морщусь так, будто это он дотронулся до меня, причем намного ниже. Я соскучилась по его телу и приглушенным отголоском разума понимаю, что делаю только хуже. Теперь без него будет еще сложнее… Почти невозможно.

– Ты скучала, малышка? – он сгущает сумрак в своих интонациях, и мне чудится, что вокруг уже черная комната, а его разговор, как затянувшаяся прелюдия, ведь я уже готова и уже изнываю. – Признайся же.

Я провожу по его пиджаку щекой, кивая, и он принимает мой ответ и уводит мою ладонь совсем низко. Я чувствую жесткий кожаный ремень и холодную застежку, с которой он помогает мне справиться. Мужские пальцы обхватывают тесней и наливаются нетерпением, он хочет, чтобы я дотронулась до него и помогла уже с нарастающим желанием. Оно колет нас обоих, изводя и выкручивая наизнанку. Мне трудно поверить, что он чувствует то же, что и я, но это происходит именно сейчас, межд нами в закрытом на замок и богом забытом номере. Все мои чувства кричат, что я не придумываю и не обманываю себя, он действительно взвинчен до предела и хочет меня так, что ходят желваки.

Я могу представить его лицо до малейших деталей. И даже его мимику, той встречи у двери подъезда оказалось достаточно, чтобы снять старательный слепок.

– Сильнее, малышка, – он переходит на шепот и убирает свою ладонь. – Я буду с тобой нежным, а тебе не нужно.

Я сжимаю его возбужденный член и провожу по всей длине, лаская. Возвращаюсь назад и повторяю движение жестче, как он попросил, и угадываю, как он ведет корпусом, справляясь с волной наслаждения.

– Погаси свет, – произносит он сквозь зубы, – пока я контролирую себя.

Глава 12

Я сама едва контролирую себя и попадаю по проклятой клавише со второго раза. Шторы я захлопнула заранее, так что в комнате тут же становится темно и даже как будто воздух сгущается. Я не понимаю ничего из того, что происходит между нами, но это всё больше напоминает мираж. Яркий и желанный, но зыбкий… Ведь не может такое твориться в реальной жизни.

Так не бывает.

– Решила спрятаться от меня? – он шутит, замечая, что я не возвращаюсь к нему.

Глаза потихоньку привыкают к черной картинке и начинают различать серые оттенки. Я слышу его размеренные шаги за спиной и замираю, угадывая, что он становится всё ближе и ближе. Вот-вот дотронется…

Господи, да-ааа. Я шумно выдыхаю, когда мужская ладонь ложится на спину и уверенно тянет ткань халата вниз, чтобы оказаться кожей к коже. У него теплые чертовски сильные руки, которые легко представить на руле мощного спорткара или за грубой тяжелой работой. В нем нет ни капли фальши. Плевать, что на нем костюм из мягчайшей ткани и с шелковой подкладкой, я чувствую настоящего Мужчину. Могу с легкостью вообразить его руки в мазуте или даже в крови после лютой потасовки.

Он рождает в моей голове именно такие картинки, то дикие, то возбуждающие, то ослепительно яркие. И у меня уже кружится голова, я не в силах справиться с его дьявольским подминающим под себя обаянием. Ему совершенно невозможно противиться, как невозможно уйти от своей тени. Она не держит и не хватает за руки, но всегда рядом и почти что внутри тебя.

– Хоть пару слов, малышка, хоть шепотом, – он резко разворачивает меня в своих руках и надавливает крепким телом, прижимая к стенке. – Мне нужно услышать твой голос.

Мне теперь есть за что держаться, чтобы не свалиться с ослабевших ног. Он запирает меня в душную шкатулку, надвинувшись со всех сторон. Он высокий и такой массивный, что рядом с ним я как хрупкая статуэтка, с которой он безумно быстро научился обращаться.

Я встаю на носочки и тянусь ему навстречу И он тут же помогает мне, подсаживает, сдавив широкими ладонями мою задницу, и прижимает к своему телу. Я развожу ноги в стороны и крепко обхватываю его за талию. Черт, он из металла или из камня, цельный кусок без единого слабого места…

– Я хочу здесь, – произношу я едва различимо.

– Что ты хочешь?

Мой пояс развязался и полы легкого халата распахиваются, оголив меня. Ему ничего не нужно делать, я вся перед ним как на ладони, и его умелые пальцы уже на моей талии. Тягуче поглаживают и сминают изгиб, словно хотят заострить его на свой вкус. Придать правильную чувственную форму, ведь у него больше опыта и больше смелости.

Он хочет видеть меня, это я прячусь. И угадываю его внимательный взгляд, он смотрит прямо на мое лицо и пытается пробиться сквозь мрак гостиничного номера. Я тоже смотрю на него, но мне легче – я “достаю” его лицо из свежего воспоминания и на грани галлюцинации представляю правильные немного жесткие черты. И чарующую расслабленную улыбку на рельефных губах.

– Возьми, – еще тише, я боюсь собственного дрожащего голоса, – возьми меня.

Он наклоняется и глубоко целует, уверенно раздвигая мои губы и проникая языком в рот, сначало нежно, а потом жестче и злее. Он по-хозяйски обводит мой язык и заполняет меня глубже, сбивая наше общее дыхание к черту. Я выгибаюсь и не хочу отпускать его, я цепляюсь за налитые мускулы так, будто боюсь, что он с минуты на минуту уйдет или что прозвенит ужасная трель будильника и я проснусь в холодной кровати одна.

Или рядом с Лешей, что даже хуже.

– Ты дрожишь, малышка, – он выводит слова прямо над моим ухом, жаркие приливы из слогов, которые накатывают на разгоряченную кожу один за другим. – Чувствуешь? Да?

– Да.

– Моя девочка, моя сладкая невинная девочка…

Невинная?

Я не успеваю зажечь удивление, ведь он опускает руку вниз и одним рывком рвет мое белье. Кружевные стринги падают на пол, а мужчина проводит пальцами по коже там, где только что они были. Он раскрывает меня и обводит большим пальцем набухшую горошину, срывая пошлый стон с моих губ, раскатывает ее и подставляет плечо. Я грязно целую его, а потом прикусываю, не зная, как справиться с тем, что он делает со мной. Его пальцы повсюду, горячие и длинные, и они заставляют меня задыхаться и извиваться между его жарким телом и жесткой стенкой.

– Ты пахнешь по-другому. Хочешь окончательно свести меня с ума?

Он делает это первым. Одним жестким толчком вычитает разум. Раз и нет его.

Большой член вбивается в меня, растягивая и наполняя до невыносимого предела, и теперь мне хочется лишь одного – послушно принимать его. Ощущать влажные поцелуи и мужские руки, гуляющие по моему податливому телу. И чтобы острее, грязнее, я начинаю наталкиваться сама, цепляясь онемевшими пальцами за его бугрящиеся плечи и выгибаясь так, чтобы почувствовать каждый толчок еще глубже и ярче. Я хочу быть его девочкой, хочу чувствовать, как он жадно заполняет меня и судорожно дышит, натягивая на всю длину. Хочу, чтобы он кончил в меня…

В меня.

Нет…

Я понимаю, что забыла о защите и на рефлексах выставляю ладонь, касаясь его пресса, хотя меньше всего хочу, чтобы он останавливался сейчас. Даже так, мне плевать. А он? Тоже забылся или захотел именно так? Эта мысль беспомощно погасает в пульсации, которая вдруг затапливает низ живота и сливается в одну мощную волную. Я кончаю и до боли сжимаю его талию бедрами, поддаваясь простым инстинктам, и за секунду утягиваю его за собой. Я чувствую, как он напрягается всем телом, замедлившись на мгновение, а потом жарко выдыхает и почти падает на меня. Он резко выставляет руку, вбивая кулак в стенку, и изливается в меня с хрипящим рычанием.

Глава 13

– Ты принимаешь таблетки?

Первый вопрос, который задает мне Алиса. Она стоит надо мной, не думая садиться на предложенный стул и сверлит внимательным взглядом. Я попросила ее приехать в нашу с мамой квартиру, и она согласилась без вопросов, несмотря на поздний час. Наверное, по моему голосу поняла, что мне действительно нужно увидеться с ней.

– Да, – я киваю и прячу лицо в ладони, шумно выдыхая. – Дело не в этом…

– А в чем тогда?

– Я не знаю, как объяснить.

– Ну уж постарайся, – она присаживается на край стола и проводит ладонью по моим волосам. – Я приехала и крайне внимательно тебя слушаю.

– Между нами что-то происходит…

– Между тобой и ебырем? – уточняет Алиса для ясности картинки. – Это называется секс.

– Нет, – я мотаю головой, но понимаю, что сама сомневаюсь. – То есть да, ты права. Ничего больше нет и было всего две встречи.

Всего две, Настя.

Я говорю это для себя, чтобы очнуться от миража. Ведь в голове ходят странные мысли, которые зовут помечтать о невозможном. Я думаю о нем, но незаметно соскальзываю на рассуждения о нас, словно мы не по отдельности. Словно мы не посторонние люди без имен, которые пересекаются лишь для бурного секса без обязательств. И ничего сверху. Таков был уговор, и именно так я хотела. Я искала страстного незнакомца… и нашла на свою голову.

– Он мужик взрослый и с головой, – Алиса решает меня немного успокоить. – Ты, конечно, сходи к гинекологу на всякий случай, но я на твоем месте не нервничала бы.

Я не нервничаю по этому поводу, хотя слабеющий голосок разума со мной не согласен. Но я помню, как мужчина осторожно увлек меня пол и прижал к своей груди. Она ходила от частых выдохов, и я глупо улыбалась, чувствуя, что дышу так же рвано. Он пару раз размыкал губы, чтобы что-то произнести, но сомневался в выбранных словах и лишь делал очередной выдох. Я сбивала его с толку, это очевидно. Или вернее реакция его тела на меня.

Он хотел то ли извиниться за произошедшее, то ли еще что-то, но любые слова прозвучали бы фальшиво после тех минут откровенности, которые случились между нашими телами. Поэтому я накрыла ладонью его жесткие губы, чтобы он перестал терзать себя, и просидела в его крепкий горячих руках что-то около вечности. Мне было так хорошо и спокойно, и он больше не настаивал, чтобы я сказала пару слов. Вместо этого он держал мои руки и иногда целовал в макушку, а я отвечала ему мягким мурчанием. На что он смеялся, обнимая меня сильнее.

Когда же я пришла в себя и вспомнила, что он не мой мужчина, и мне нужно ехать домой, я шепотом попросила его уйти. Он молча сделал, хотя в конце остановился у входной двери на добрую минуту, словно хотел запомнить металлическую ручку в деталях.

– Я напишу тебе, – произнес он на пороге, не смотря в мою сторону. – Пожалуйста, не отключай телефон.

Алиса дала мне вторую симку для связи с ним, которую я вставляю в телефон только перед встречей с ним.

– Его зовут Владислав Игоревич? – я поднимаю глаза на Алису и любуюсь на ее удивленное лицо, впрочем она быстро справляется с собой и начинает смотреть с прищуром. – Ведь так?

– Так. И познакомиться значит успели?

– Он не знает, кто я. Я узнала его по голосу, когда случайно встретила на улице.

– И где тебя так угораздило?

– Он сосед Леши.

Теперь ее зрачки расширяются от удивления и Алиса качает головой, не веря в мои слова, но потом понимает, что я совершенно серьезно, и заливисто смеется. Ради такого она даже опускается на деревянный стул и пару раз указывает на меня пальцем. Этот невоспитанный жест означает, что столь эталонно вляпаться могла только я, у меня же своего рода дар на неприятности.

– Это не смешно, Алиса.

– Ты наставила рога будущему муженьку с соседом. Это анекдот, Настенька!

Мне по-прежнему не смешно.

– А что будет, если он узнает меня? Мы живем в одном доме. На одном этаже? Вдруг он расскажет Леше?

– Он не расскажет. Он не из таких мужиков.

Я смотрю на Алису и понимаю, что хочу подробностей. Ведь она знает его, общалась и как-то же договорилась о наших встречах.

– А из каких он?

– Из крутых, – Алиса поправляет браслет дорогих часов и откидывается на спинку стула. – Хочешь потом с мясом вырывать? Уверена, что тебе нужны подробности?

– Почему ты выбрала именно его для меня?

– Потому что вокруг него воздух дымится. Подумала, пусть хоть разок тебя отжарят, а то бабе двадцать пять лет, а она не кончала ни разу.

– Спасибо, – я зло киваю, – я кончила.

– Но не за-кончила, – грубо передразнивает подруга. – Роешь себе могилу на пустом месте.

Я не смогу ей объяснить, когда сама сомневаюсь и не нахожу маяков для самой себя. Там, в темном номере наедине с ним, всё казалось таким правильным и искренним, что в сердце щемило, и было трудно представить, что можно теперь по-другому. И да, меня тянет назад, я хочу вновь почувствовать то сумасшествие, которое происходит между нами и началось с первого же прикосновения. Да, это так. Но за порогом номера начинается настоящая жизнь. И она бывает жестокой и несправедливой, особенно когда твоим близким нужна помощь.

Да и откуда мне знать, что происходит в его голове? Может, он со всеми такой? Это я недотрога с унылым опытом, откуда мне знать, как бывает у других? Особенно у обаятельного сукина сына, который любую женщину может завести до умопомрачения и дать ей поверить в чертову эксклюзивность! Как говорил один подвыпивший парень в баре – даже проститутке стоит говорить комплименты, тогда за те же деньги можно получить намного больше кайфа.

Я пытаюсь разозлить себя, чтобы, наконец, дернуть “стоп” и перестать вспоминать всё то, что он делал со мной. Но помогает слабо, с ним было слишком хорошо, на грани откровения…

– Тем более, если он оказался соседом, – продолжает Алиса спокойнее. – Надо быть осторожнее, милая. Ты сначала реши, что будешь делать с Лешей. Такими мужиками, как он, тоже не разбрасываются.

– Да, – я послушно киваю. – Клиника.

Мой телефон коротко пиликает, и мы с Алисой синхронно смотрим на загоревшийся экран.

– Вспомни…, – Алиса театрально откашливается, – вот и оно.

– Ты только что говорила, что таким не разбрасываются.

– Я тоже не с ангелом жила и ничего. Смотри какая, – она выпячивает грудь третьего размера и разводит руки в стороны. – Хотя я быстро отмучилась, тут мне повезло.

Леша кидает мне выписки из клиники, которые просит распечатать на домашнем принтере к его завтрашнему приезду. Всего там четыре листа – один с направлением на обследование для мамы, а остальные – это выставленные на оплату чеки.

– Ты ему дорого обходишься, – задумчиво протягивает Алиса, она вроде хочет пошутить, но хмурится, проскальзывая цепким взглядам по многозначным цифрам. – И парнишка явно хочет, чтобы ты об этом не забывала.

Глава 14

Я не могу спать, думаю то об одном, то о другом, то сразу о пятом. Но чаще всего возвращаюсь мыслями к симке для тайных встреч. Я так и не вставила ее в сотовый, хотя он попросил… Она лежит в моем кошельке, в самом узком и труднодоступном кармашке, куда можно пробраться только с чертыханиями. Но это слабенькая преграда. Я все равно не сплю, и чего стоит встать с кровати, достать ее и вставить в телефон? Наверное, он уже написал. Что? Или нет, еще рано или уже забыл, что говорил на пороге какого-то номера. А если все-таки написал…

Спи, Настя! Ради бога!

Я мучаюсь еще около часа, но потом все же проваливаюсь в беспокойный сон, который больше напоминает короткие перебежки между открытыми и закрытыми глазами. Часов в семь я начинаю собираться, чтобы вернуться в квартиру Леши и встретить его дома, как полагается примерной будущей жене. Тем более фрилансеру, на срочные рабочие дела не сослаться, да я и не хочу. Что я хочу, так приглядеться к нему внимательнее и понять, сколько правды в подозрениях Алисы на его счет.

Счет.

Счета.

Как раз они меня смущают. Это уж слишком прямолинейно и почти вызывающе, некрасиво до тошноты… У него был десяток других способов распечатать их, да и на кой черт их печатать в наш электронный век! Он правда специально? Чтобы не говорить в лоб, но ценник обозначить? Он покупает меня?

Бред, бред… И когда всё стало так запутано? Я со злостью сжимаю ключи от новой квартиры на Батальонной, которую с каждым днем ненавижу всё сильнее. Мне кажется, что именно с нее всё и началось. Леша оказался не тем парнем, которое рисовало мое наивное воображение, а на пороге подъезда незнакомец перестал был незнакомцем.

И мне боязно входить в него. Я боюсь столкнуться с Владиславом Игоревичем здесь, я не знаю, как отреагирую… Вернее знаю, но не могу точно прикинуть, будет ли моя нервная судорога сильно бросаться в глаза или ничего так, можно списать на жизненные проблемы. Проблемы с головой, как вариант.

Когда я ехала сюда в своей машине, я даже несколько раз проговорила тестовые фразы вслух, чтобы проверить как мой голос звучит шепотом. Как сильно меняется и можно ли по нему меня узнать. По итогу я посмотрела на себя в зеркало заднего вида и одарила “комплиментом”, потому что никогда бы не подумала, что буду заниматься подобным в своей жизни. Кто вообще делает такое? Алиса права, у меня удивительный талант по лепке трешовой проблемы на пустом месте.

Ведь сколько женщин изменяют, тихо и мирно, со знанием дела, а одноразовые интрижки – вообще не сосчитать. А я решилась на авантюру, которую заранее хотела обезопасить по максимуму, а вышло, что вышло. Мне домой страшно возвращаться и я теперь жду неприятностей каждый раз, когда делаю от входной двери к лифту. Здесь настолько неприлично огромные квартиры, что на нашем этаже всего две квартиры.

Две!

Леши и его. Одна направо от створок лифта, другая налево. И еще выход на лестничную площадку, которой никто не пользуется. Может, как раз ей и надо воспользоваться? Найти выход из щекотливой ситуации, пока не включилась “пожарная тревога”.

Я открываю дверь подъезда электронным ключом и вхожу внутрь. С щелчком загорается освещение, показывая светлый коридор, ведущий к лифтовому холлу. А в кармане синхронно отзывается сотовый.

– Поменял рейс, – пишет Леша. – Буду раньше.

– Отлично! Как прошло?

– +1 контракт. Поздравишь примерного мальчика?))

– Посмотрим).

– Ведь извелась без меня?)) Еще пару часов, крошка, и я рядом.

– Может, встретить? Я успею в аэропорт.

– Лучше будь дома. Голой.

– Посмотрим).

– Никаких посмотрим)) Мне уже даже чулки не нужны!

Теперь так будет всегда? Он говорит только о сексе. Или я так остро это воспринимаю, потому что не хочу его? Не хочу… Я впервые называю вещи своими именами и ежусь как от холодного ветра, чувствуя, как простые и честные слова отдаются глубоко внутри. Ведь, если не врать себе и не фантазировать насчет своего придавленного либидо, чтобы списать всё на разницу наших темпераментов, то картинка получается совсем неприятной. Отталкивающей.

Я буду спать с ним за деньги? Останусь с ним, чтобы мама осталась в клинике?

– Вы не нажали кнопку, – из мыслей меня вырывает низкий мужской голос.

Он наплывает со спины и заставляет меня позабыть обо всем вокруг.

– Лифт немецкий, но не телепат, – расслабленно шутит Владислав Игоревич, останавливаясь рядом.

Глава 15

Я киваю ему и чуть сторонюсь, будто несколько лишних сантиметров дистанции спасут дело. Он же наклоняется и нажимает кнопку вызова, не дождавшись моей реакции. Тут я ничем не могу помочь, я стою как вкопанная и не знаю, в какую точку мне лучше смотреть. И вдруг чувствую, как до меня добирается морской аромат его туалетной воды. Уверенно и необратимо. Я успела выучить каждый полутон и знаю, как именно он раскрывается на его коже, особенно на разгоряченной коже, как приятно им дышать глоток за глотком и как жалко смывать крепкий запах со своего тела после. Я бы хотела чувствовать его постоянно, как сейчас…

Непозволительные мысли уводят меня так далеко, что я на мгновение теряю нить происходящего. Как будто в сладком мираже можно спрятаться ото всех проблем. Но створки лифта раскрываются со звонким щелчком, и я прихожу в себя. Вспоминаю, что происходит именно то, чего я больше всего опасалась. Прямо сейчас происходит!

Владислав Игоревич тем временем входит в кабинку и останавливается у панели, где нажимает наш общий этаж. Значит, он запомнил меня, когда Леша знакомил нас. Помнит, что я невеста его соседа и поэтому подниматься нам на один этаж.

А больше ничего? Никаких других воспоминаний на мой счет?

Кажется, нет. Он коротко смотрит в мою сторону с немым вопросом, но следом уводит взгляд в пол, будто не хочет меня смущать. Наверное, в курсе, что от его хищного вида у девушек перехватывает душ, особенно у неуверенных в себе или у нестабильных идиоток, какой я точно являюсь. Я не доверяю себе и боюсь входить в лифт вслед за ним, ведь тогда мы останемся наедине в замкнутом помещении. Но мое поведение и так уже на грани нормы. Мою нервозность невозможно не заметить, я сама угадываю, каким ватным и слабым стало тело, а каждое движение выглядит смазанным и замедленным. Я с трудом делаю его и занимаю правую сторону кабинки.

А что еще делать? Черт! Я же вполне могла что-то забыть в машине и решить вернуться к ней. Стоило картинно хлопнуть себя по лбу и извиниться. И всё. Почему хорошая идея всегда приходит после?

Дверцы закрываются, и лифт плавно трогается. Я же перестаю дышать и по кругу кручу фразы с панической подоплекой – Он рядом. Вокруг светло и он рядом. Он поймет, еще пару мгновений и я выдам себя. По-другому не может быть, он соберет этот пазл для пятилетних. Вот-вот, с секунды на секунду… Что он тогда подумает обо мне? Хороша невеста, даже до церемонии не дотерпела. Такое? Или хуже?

Я откидываюсь на зеркальную стенку, после чего не удерживаюсь и украдкой смотрю в его сторону. И неожиданно замечаю, что ему плевать на меня. Он занят собственными мыслями и совершенно позабыл о моем присутствии. Я вижу, как на его высоком лбу проступили морщинки, потому что он хмурится и явно чем-то недоволен так, что едва удерживает злость в сильных руках. Я готова спорить, что он ведет внутри себя целый диалог, из-за чего не видит ничего из того, что происходит вокруг. Он слишком погружен в себя.

Это напоминает мне минувшую ночь. Я тоже не могла уснуть и без конца разговаривала сама с собой с разными интонациями. То пугала, то уговаривала, то обещала самые ужасные неприятности. Теперь я могу посмотреть на себя со стороны, потому что Владислав Игоревич как раз выглядит как человек, который провел бессонную ночь.

Он не замечает моего наглого внимания и больше не изображает из себя Мистера Всё Ок, он забылся и дал проступить грозным теням на волевое лицо. Он взвинчен и напоминает натянутую струну, которая, конечно, не лопнет, но по кому-то так полоснет, что мало не покажется.

Это из-за меня?

Я ругаю себя за непомерное самомнение, но это первая догадка, которая ко мне приходит. Тем более мужчина беспокойно крутит в широкой ладони сотовый телефон.

Так это из-за меня? Из-за того, что я не отвечаю на сообщения?

Сейчас, в тесной кабинке лифта, я почти верю в эту правду, такую желанную и удивительную. И мне хочется успокоить его – протянуть руку и дотронуться до мужских крепких пальцев, чтобы забрать из них напряжение. Если бы я знала наверняка, что дело во мне, я бы сделала. Но я не знаю. И он ведь не узнает меня… Он стоит рядом и не понимает, что я – это я, так может стоит сделать другой вывод, более прозаичный и неприятный.

Может, ему некого вспоминать. Для него происходящее в номере отеля лишь отличный секс, как и было заказано.

Да, Настя. Очнись. Где ты, а где он. Вы из разных миров. Он может нервничать из-за неудавшейся сделки или из-за зависших счетов в Кипре…

Он неожиданно поворачивает голову, замечая мое внимание, и застает меня врасплох. Я делаю нервное движение плечами, проскальзывая спиной по стенке и на рефлексах отшатываюсь от него.

Черт!

Вот это выглядит совсем дерьмово. Он хмурится еще сильнее и заостряет взгляд, бесцеремонно всматриваясь в меня.

Глава 16

Я побледнела?

Судя по его настороженному взгляду, да. В его темных глазах ярко горит простой вопрос – какого хера? А у меня нет на него ответа, вернее есть, но он для внутреннего пользования, вслух я ничего произносить не хочу.

– Вам плохо? – спрашивает Владислав Игоревич, разворачивая корпус.

Кажется, он готовится ловить меня. Я настолько скверно выгляжу? Но есть и хороший момент, он явно думает не о том, что я могу кого-то ему напоминать, а о том, что малознакомая девчонка собралась закатить истерику у него под боком. И он прав. Если подумать трезво (хоть секунду, Настя!), то сейчас я мало чем похожа на нежную кошечку из гостиничного номера. Я туго скрученный клубок из нервов и переживаний, от которых дышу через раз.

– Да… голова кружится.

Я придумала “отличную” отговорку, которая кажется мне удачной всего мгновение, а потом мужчина делает осторожный шаг в моем направлении и я понимаю, что он вот-вот протянет ко мне ладони. Черт! Естественно, ведь я считай открытым текстом попросила о помощи. А такой прекрасный джентльмен мимо не пройдет, воспитание и развитая мускулатура не позволят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.