Железногорск
Это моя земля. #киберпутеводитель

Андрей Сулейков Продюсер

Анастасия Подорожная Продюсер

Елена Наймушина Продюсер

Наталья Рыбальченко Дизайнер обложки

Наталья Ананьева Редактор

Дарья Вирозуб Иллюстратор

© Наталья Рыбальченко, дизайн обложки, 2022

© Дарья Вирозуб, иллюстрации, 2022

ISBN 978-5-0055-8208-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие Отца Романа Нещерета

Есть вещи, без которых невозможно представить достойную и успешную жизнь человечества сегодня и завтра. И это не материальные блага. Прежде всего, это честь, достоинство, уважение к великой истории всего человечества, к той малой родине, где ты родился и вырос. Все это нашло отражение в конкурсных рассказах и легендах. Авторам непрофессионалам удалось затронуть самые потаенные уголки души читателей, разбудить духовное начало, привлечь внимание к Сибири с её удивительной природой и богатым историко-культурным наследием.

Сибирь широка, трудна и таинственна. Ещё более трудными и таинственными выглядят сибирские закрытые города. И когда приоткрывается завеса тайны, город манит, сюда хочется приехать, здесь хочется жить.

В городе чисто и комфортно, легко дышится. Я каждый день вижу здесь людей сердечных и откликающихся. И с полной уверенностью могу сказать, что для всех, кто остался неравнодушным к работам участников, да и для самих участников, теперь в названии конкурса все буквы стали заглавными – Железногорск. Это Моя Земля.

.

Настоятель Собора Михаила Архангела в г. Железногорске Красноярского края

Отец Роман Нещерет

Предисловие Сергея Старостина

Путь обретения собственной культуры у каждого человека свой. В меня родная культура входила посредством общения с близкими и родными мне людьми, с моими деревенскими учителями. Мне довелось соприкоснуться с народной культурой – как с тем цветком, что благоухает сильно перед тем, как завянуть и высохнуть.

Мы – дети культурного разрыва. Агрессивное давление разных идеологий и тенденций в сфере культуры столь велико, что почти не осталось нетронутых традиций. Впрочем, в России, на самом деле, до сих пор существуют заповедные места, где живёт и пульсирует настоящая народная мудрость.

Железногорск – одно из таких мест – несмотря на то, что городу менее ста лет, и он даже по обычным человеческим меркам совсем молод.

Счастье наших предков состояло в том, что они рождались, жили и умирали в лоне своей традиции, в определенной среде с ограниченной информационной атакой на уши и головы и умы.

Своя наследная культура выполняла роль защиты от разнообразных вирусных осад. И всегда к подобной чужой агрессии относились настороженно и внимательно, дабы не растерять, не утратить веками сохраняемый уклад жизни на своей земле.

Железногорск – воплощение определённой, яркой локальной традиции, здесь особые локации и особые люди. Удалось ли авторам сборника «Железногорск. Это моя земля» показать эти особенности, уловить суть и глубину культуры? Мне думается – да. А вам?

.

Российский фолк-музыкант, мультиинструменталист,

фольклорист и этнограф

Сергей Старостин

Предисловие Алексея Буртасенкова

Когда меня пригласили написать пейзажи Железногорска, я сразу согласился: так интересно посмотреть на архитектуру и людей, которые живут в ЗАТО. И знаете, это огромный проект, грандиозный. И я счастливый человек, потому что могу участвовать в таком проекте и говорить с людьми через свои картины.

Картина от фотографии отличается тем, что рисунок показывает всю сущность города, а не только отдельную часть. Художник кистью призван смягчать нравы, согревать души, сглаживать углы, концентрировать внимание зрителя на главном. Но изобразительное искусство – не единственное творчество на Земле. Есть авторы, которые творят словом, – не кистью.

Авторы городских легенд – как и художники – показывают сущность города, его атмосферу. Ритм жизни и точки притяжения, в которые хочется возвращаться. Тех, кто любит Железногорск и хочет, чтобы горожане гордились своей землей, а путешественники – стремились её посетить. А быть может, и поселились, чтобы через несколько лет сказать своим детям и внукам: Железногорск – это моя земля.

.

Художник, академик Российской Академии художеств Алексей Буртасенков

Предисловие Тимура Ведерникова

Железногорск – это первый город ЗАТО, в котором я вообще побывал в своей жизни. Это было задолго до проекта «Десять песен атомных городов». Я приезжал туда на бардовский фестиваль. И уже тогда я был поражен тем, какая атмосфера царит в этом замечательном городе. Такое ощущение, что ты попал в какой-то хороший Советский Союз! Безопасно, дети бегают, огромное количество детей, очень много разных кружков и секций. Ну прямо вот здорово! И поэтому, когда я приехал в Железногорск во второй раз, я только укрепился в любви к этому замечательному городу.

Железногорск – это закрытый атомный город, информации о нем мало. Авторы конкурса городских легенд «Железногорск. Это моя земля» приоткрывают его тайны. Сборник показывает, насколько разнообразны творческие таланты горожан.

Читая городские легенды в сборнике, память возвращает меня в город, и я чувствую тепло улыбок железногорских друзей и жар их креатива.

Я восхищён, насколько точно переданы в произведениях смыслы и образы Железногорска, как искренне авторы смогли передать читателю истории и чувства.

Хочу снова приехать в Железногорск и вам рекомендую!

.

Музыкант, актер, продюсер, композитор

Тимур Ведерников

Бабушкины сказки

Автор: Травкин Артём

Артёму 11 лет, он учится в 96-й гимназии им. В. П. Астафьева г. Железногорска. Помимо учёбы занимается на Станции юных техников, где изучает программирование. Артём добрый, талантливый и очень рассудительный мальчик. У него на многое есть собственное мнение, он всегда открыт чему-то новому и с удовольствием может пофилософствовать. Артём очень любит родных и свой город.

Когда бабушка предложила мне принять участие в литературном конкурсе «Железногорск. Это моя земля», я подумал, что она шутит. Ведь бабушка – журналист и писатель, а я всего лишь пятиклассник. Но потом я подумал, почему бы не попробовать? Ведь я родился в этом городе, люблю его и не хочу никуда уезжать.

Поэтому я стал думать, что же для меня Железногорск? И почему этот город так нравится мне и моей семье? Эти вопросы я стал задавать своим родным.

Бабушка рассказала, что несколько лет назад, еще до моего рождения, она хотела переехать в Красноярск. Она была уверена, что на большой земле ей откроется много возможностей. А потом бабушка встретила моего деда, который тогда еще был жителем Красноярска. Они поженились, и неожиданно для бабушки ее муж захотел жить в Железногорске. И так как город он совсем не знал, бабушке пришлось выступить в роли экскурсовода.

– И стала я открывать малую родину по-новому, – вспоминала бабушка. – К примеру, звонил дед и спрашивал, куда за тобой подъехать. Говорю, мол, подъезжай к «Саянам». А дед в ответ: «А где это?»

Я тоже спросил бабушку, что такое «Саяны»? Ведь такого названия в нашем городе я нигде не встречал.

На что бабушка только тяжело вздохнула:

– Да, «Саян» больше нет. Нет и кафетерия «Лакомка», где были самые вкусные в городе эклеры со сливочным кремом. Нет больше «Мелодии», где продавались маленькие мягкие музыкальные пластинки… А большие – виниловые – с записями, к примеру, группы «ABBA» давали только одну в руки! И то, если ты смог эти руки дотянуть до прилавка, и тебя не затоптали другие меломаны.

И единственное в городе «Кафе-мороженое» на Андреева тоже давно кануло в Лету, остались только детские воспоминания: болтая ногами, удобно устроившись на высоком стуле, обитом красным кожзаменителем, я уплетаю вкусное мороженое, которое приятно тает в металлической розетке на высокой пластмассовой ножке, и жду, когда мама принесет еще один стакан лимонада, и пузырьки от него попадут прямо в нос…»

А потом бабушка рассказала, как она с одноклассниками каталась на грузовых лифтах в первых 12-этажках и пряталась на балконах верхних этажей от разгневанных жителей.

Рассказала, какими когда-то были магазины «Саяны», «Тайга» и «Север», какое огромное болото находилось на месте, где построили «Сибирский городок», и почему местные жители называют «Сувенирами» автобусную остановку на Курчатова, где сейчас находится магазин «Хороший».

Бабушка вспомнила, что, когда была школьницей, любила ходить в кинотеатр «Космос» смотреть индийские фильмы и каждое лето ездила в пионерский лагерь «Горный».

– Однажды мы с подружками на площади Победы осознали, что обязаны жизнью ветеранам Великой Отечественной войны, – продолжала говорить бабушка, – и целовали лица солдат из камня.

Я слушал бабушкины рассказы, и мне казалось, что она рассказывает про какой-то другой город. К сожалению, многого из того, о чем она говорила, больше нет. Но разве Железногорск остался только в ее воспоминаниях?

Ведь теперь уже я – ее внук – люблю гулять по площади Победы вместе с друзьями, а 9 Мая приходить сюда с семьей на парад с портретами прапрадедов-фронтовиков. Я люблю смотреть фильмы в «Космосе», и пусть он давно уже не кинотеатр, а кинокомплекс.

Мне нравится, что я учусь в той же школе (гимназия №96), где когда-то училась моя бабушка. Мне нравится, что в Железногорске много леса и красивых цветов. Что здесь не так много машин и людей, как, например, в Красноярске.

Я горжусь тем, что многие здания и дома в нашем городе проектировала моя прабабушка, которая 45 лет отработала в проектном институте ВНИПИЭТ, и тем, что мой прадедушка 43 года отработал на Горно-химическом комбинате.

А недавно я узнал, что моя прапрабабушка оказывается была артисткой местного театра и выступала на сцене Дворца культуры.

И это не легенда! Это жизнь!

Справка об объекте

Город Железногорск, адрес: Красноярский край, ЗАТО Железногорск

Город имеет особый статус, который он получил в связи с секретными градообразующими предприятиями оборонной (атомной и космической) промышленности. Посещение территории осуществляется по специальным разрешениям (пропускам). Кроме города, в состав ЗАТО входят пять населённых пунктов – пгт. Подгорный и посёлки Тартат, Новый Путь, Додоново и деревня Шивера.

Старинные часы

Автор: Анастасия Видана

Анастасия преподавала иностранные языки, являлась директором бюро переводов, работала в качестве переводчика. Сейчас счастливая жена и мама. Поэт и писатель, автор сборника стихов «Земная», детской книги «Сказки старого Шарманщика» и фэнтези-романа «Пророчество».

На главной площади одного небольшого городка стояла башня с часами. Башне было уже много-много лет, она помнила этот город ещё крошечным посёлком, и часы на ней были старинные: массивные, с витиеватыми коваными стрелками, чуть пожелтевшим циферблатом и крупными, потёртыми от времени цифрами.

Часы взирали на простирающийся внизу город с высоты своей башни и прожитых лет. Часовщик, собравший их, был настоящим мастером своего дела. Мерно двигались стрелки, отсчитывая время: тик-так, тик-так, тик-так. Старинные часы никуда не спешили, ни за чем не гнались, но и не отставали, шли в ногу со временем. Часы твёрдо знали – всё случается в своё время, не раньше и не позже, а потому и суетиться не стоит.

Единственным, что удивляло старинные часы, было поведение людей. Ах, каким же странным оно бывало подчас! За долгие годы службы часы повидали всякое и, уж конечно, могли кое о чём судить.

Стояло раннее утро. Солнце недавно взошло, осветив городскую площадь и башню с часами. Тик-так, двинулись стрелки, отмечая рассвет. Тик-так.

Полный круг совершила минутная стрелка, и в тот самый миг, когда она застыла на двенадцати, распахнул свои двери Университет, находящийся тут же, на площади. Он тоже был старым, немного консервативным и жил, в точности соизмеряясь с часами на башне.

Весело галдя, площадь заполнили студенты. Их разноцветный поток вливался в распахнутые двери университета, подобно реке. Поток иссяк, и на площади воцарилась тишина.

Минутная стрелка завершала ещё один круг, когда на площади появилась девушка. Её кокетливый беретик сбился набок, не завязанный пояс плаща волочился по земле. Девушка бежала, звонко цокая каблучками, и придерживая локтем папку с торчащими во все стороны бумагами. Добежав до башни, она на мгновение остановилась и, подняв голову, посмотрела на часы. «Ах, боже мой! – услыхали они. – Боже мой, я опаздываю! Ну почему, почему время идёт так быстро?!» – и она побежала дальше, на ходу пытаясь завязать пояс.

Часам это показалось очень странным. Разве время – бежит? Стрелки тикают мерно и точно, и минуты никогда не становятся короче или длиннее. Девушка спешит в Университет, но утверждает, что это часы бегут… Что за странные создания эти люди!

Наступил вечер. Зажглись фонари, осветив городскую площадь мягким жёлтым светом. Нескольким парочек, взявшись за руки, прошли к театру. Пробежала стайка мальчишек. Часы мерно тикали и наблюдали.

Вот возле башни остановился молодой человек. Он был хорошо одет, а в руках держал букетик цветов. «Не иначе, ждёт девушку», – решили часы. – Любопытно будет на неё посмотреть».

Минутная стрелка прошла половину круга. Молодой человек с букетом начал проявлять признаки нетерпения. Он расхаживал взад и вперёд, что-то бормоча себе под нос, оглядывался по сторонам и то и дело поглядывал на часы. Девушка не появлялась.

Холодало. Молодой человек поднял воротник и спрятал за него озябший нос. Покачался с носка на пятку. Прошёлся туда-сюда. Затем поднял голову и вновь посмотрел на часы. «Как же долго тянется время! – пробормотал он, однако старинные часы прекрасно расслышали. Как?! Не далее как утром их обвиняли в излишней торопливости, теперь же приписывают вовсе не свойственную им медлительность! Часы покачали бы головой, если б сумели, но подобное движение могло сбить мерный ход стрелок, а этого нельзя было допускать. «Тик-так, – возмущённо сказали они. – Тик-так!»

В этот момент зацокали каблучки, и из-за угла показалась утренняя девушка: берет набекрень, пояс волочится по земле. Она шла торопливо и явно спешила. Молодой человек шагнул к ней навстречу.

– Наконец-то ты пришла! – воскликнул он. – Без тебя время тянулось так медленно!

Девушка улыбнулась и взяла у него букет:

– Ах, я вечно опаздываю, – сказала она виновато. – Мне всегда кажется, что времени впереди ещё так много, а потом оно вдруг пускается вскачь – и вот я уже бегу с ним наперегонки. Но оно всегда побеждает!»

Молодой человек рассмеялся: «Как интересно – гонки со временем! Ты очень необычная девушка!»

«Очень глупая девушка, – сердито подумали часы. – Время ни с кем не соревнуется и никого не обгоняет. Что за вздор?!»

Но парочка уже скрылась в кинотеатре, и часам некому было показать своё возмущение.

Время шло. Каждый день ровно в одно и тоже время на городской площади появлялись старик со старушкой. Часам нравилось наблюдать за ними. Они никогда не опаздывали и никуда не спешили – прогуливались, взявшись за руки, а после садились на одну из скамеек, ведя неспешную беседу и подкармливая голубей. Эти двое являли собой прелестное зрелище!

«Как я люблю эти старинные часы! – не раз говорила старушка. – Они такие точные, такие надёжные – и они даже старше нас с тобой. Странно думать, что когда нас не станет, они все так же будут глядеть на эту площадь с высоты своей башни…»

«Тик-так, – соглашались с нею часы. – Тик-так.»

«Эти часы сделал мой прадед, – отвечал ей старик. – И они никогда не подводили, исправно отсчитывая каждое мгновение нашей жизни. Но какой же короткой кажется она мне теперь! Мне не хватило всех этих лет, чтобы любить тебя!»

«Мы прожили долгую хорошую жизнь, – шептала старушка, опуская голову ему на плечо. – И я рада каждой минуте, отпущенной нам!»

Старик вздыхал.

«Ты знаешь, – сказал он однажды, – Я бы попросил часы остановиться, если бы это было в их власти! Они верно служили нам всю жизнь, но теперь их стрелки неумолимо приближают нас к концу… Если бы только они могли остановиться!»

Конечно же, старинные часы услыхали его слова. Старик со старушкой были его давними друзьями: часы помнили их ещё детьми. К тому же часовщик доводился старику прадедом, а значит, они были почти что родственниками. «Нужно как-то помочь этой паре, – подумали часы. – Они всегда так уважительно относились ко времени и друг к другу!» И часы попытались замедлить свой ход. Недоумённо вздрогнули витиеватые кованые стрелки. Заскрипели удивлённые шестерёнки. Задрожал пожелтевший циферблат. Первой остановилась секундная стрелка – она была самой тонкой, самой хрупкой. Следом за нею, дёрнувшись, замерла и минутная. Механизм заскрипел, жалуясь и ворча, а затем всё стихло. Старинные часы остановились.

«Посмотри-ка, – удивлённо сказал старик, подняв голову вверх. – Наши часы стоят… Чудеса!»

Однако на следующий день старики не появились на площади. Старинные часы не сумели помочь, остановив свой бег, – время-то продолжало идти…

Сломанные часы первой обнаружила девушка, вечно опаздывающая в Университет. Она вышла из дома на удивление рано и, перебежав площадь, привычно остановилась у башни, подняв голову. Старинные часы безмолвствовали. «Ах, мне будет их так не хватать!» – подумала девушка.

Позже пришли рабочие. Они сняли часы и заглянули внутрь. Часовой механизм был странно погнут и искорёжен – старинные часы невозможно было восстановить. Круглую дыру в башне превратили в витражное окно – разумеется, оно не показывало, который час, но было очень красиво и привлекало взгляды – к тому же за долгие годы люди привыкли поднимать голову вверх, переходя через площадь.

Жизнь шла своим чередом, а время текло, не торопясь и не замедляясь – тик-так, тик-так, тик-так. Время знало – всему свой черёд, а значит и суетиться не стоит. И лишь над любовью двоих стариков, с тех пор ни разу не появлявшихся на площади, оно более не было властно…

Справка об объекте

Башня с часами, адрес: Россия, Красноярский край, Железногорск, ул. 22-го Партсъезда, д.21

Башня с часами является визитной карточкой Железногорска.

Здание построено в стиле советского неоклассицизма архитекторами Рутковским А. А. и Казаковцевым Е. А. На первый взгляд кажется, что циферблат часов украшен знаками зодиака, но это не так. Архитекторы вполне сознательно ушли от изображения зодиакальных созвездий – древних символов астрологии. В молодом социалистическом городе их просто не могло быть. Так что украшением часов стали фигурки-символы сибирской природы: белка, медведь, заяц, снежинка и т. д. Главные часы Железногорска продолжают отсчитывать свое время, а на циферблате осталось напоминание о начале их хода, когда на месте города царила нетронутая сибирская тайга.

Конец охоты

Автор: Ерёмина Наталья

Ерёмина Наталья по образованию инженер. Любит писать на темы жизни и смерти, философствовать на темы морали. Пробует себя в детективах и сказках, смакует некровожадные триллеры и горячо обожает внезапные концовки и полные перевороты сюжета. Любовь к писательству началась с любви к книгам. Как без этого вообще?

– Бабушка, а расскажи ту сказку, про оленя, помнишь?

Людмила Степановна оторвала взгляд от полки с книгами и, не взяв ни одну, села рядом с Ванечкой.

– Про оленя, говоришь?

– Да!

Неугомонный мальчишка радостно подпрыгнул на кровати. Казалось, энергии в нем хватит еще на несколько дней вперед, но глаза уже предательски слипались.

– А почему ты вдруг вспомнил о ней? Давненько мы к ней не возвращались.

– А ты, бабуль, начни, я тебе потом скажу.

Ваня хитро наклонил голову на бок, забравшись под одеяло.

– Ну, хорошо. Давным-давно, много поколений назад недалеко от Железногорска на гору поднялся величавый олень…

Могучий олень поднялся на гору и оглядел свои владения. Его рога словно ветви многолетнего дерева раскинулись в стороны. Его шерсть, густая и теплая, словно окутана легким одеялом из утреннего тумана. Перед ним сновали мелкие животные, резвясь у его ног, а в рогах свила уютное гнездышко пеночка.

Олень не один век жил в этом лесу, оберегая его от напастей, защищая лесных жителей. Дел у оленя множество, каждый день проходит в тревожном покое. Олень шепчется с ветром о тайнах лета, цепляет рогами луну, плетет ковер из ночной тишины. Заметает следы неумехи лисицы, бегущей от охотника, зажигает огонь внутри зеленых листьев, пробуждая осень. Уводит заблудших людей из леса. Следит за чистотой и предупредительно бросает шишкой, если ты не унес с собой все принесенное. Остается в памяти запахом свежей смолы и предрассветным дождем.

Олень – душа этого леса.

Редко предстает олень взору людскому. Лишь те, кто жил на окраине поселка Подгорный и чтил негласные законы, видели его мельком. На рассвете он поднимался на гору, за что люди и прозвали ее Олень-гора. Люди уважали лес, и олень не вмешивался в людские дела.

…

Однажды в поселок приехал один муж, прославившийся в охотничьем ремесле. Был он так горд и так азартен, что не услышал предупреждения местных жителей и вышел на охоту на рассвете. Сквозь туман пробирался в лес со своими верными псами, пока не вышел в утренней тишине к рукотворному озеру, укрытому одеялом из тумана.

Только-только начинающее подниматься из-за деревьев солнце коснулось лучами тумана. Тот рассеялся, и перед охотником открылась Олень-гора. Счастью охотника не было предела: на горе он увидел статного оленя, олениху и маленьких оленят, только-только научившихся ходить, смело шагающих за папой. Охотник воспользовался пеленой счастья на глазах новоиспеченного отца и подобрался к горе ближе. На всю округу прогремели выстрелы. Птицы испуганно вспорхнули в небо, а дух леса с ужасом смотрел на свою семью.

Охотник принес свою добычу в поселок. Но никто не стал есть оленье мясо. Как ни уговаривали жители охотника вернуться в лес и замаливать свою ошибку, но он наотрез отказался делать это.

Лес стал увядать. Больше не слышно было заливистого пения птиц, перепутались все тропы, и звезды больше не пробивались сквозь туман, расходящийся с Олень-горы.

Охотник не смог уехать из этого поселка и остался жить на самой дальней окраине. Сколько ни уговаривали его жители попросить прощения, он наотрез отказывался. Так он вырастил своего сына, внука, правнука…

А на конце поселка, что примыкал к лесу стоял светлый дом. Бабка-знахарка, что первая почуяла неладное, когда услышала выстрелы, и наказавшая всем не есть мясо, принесенное охотником, жила в том доме. Все девочки по женской линии ее рода лучше других слушали лес и учили всех его законам. Узнав о содеянном, они решили нарушить негласную договоренность и подняться на Олень-гору, чтобы самим попросить прощения за охотника. Только отказался их слушать олень.

Каждый день они ходили на Олень-гору, из поколения в поколение, но не выходил к ним олень. Тогда поставили они на горе собранные из камней статуи оленихи и оленят, да покрасили их белой краской, словно окутали в туманную дымку. Чувствовала сердцем правнучка знахарки, что оттаивать начало сердце Оленя, но непоколебим был его дух. Ждал он, когда к нему придет сам охотник.

– Бабушка, а ты веришь в эту сказку? – Ваня потер глазки.

– Почему ты спрашиваешь? Конечно, верю.

– Знаешь, мы сегодня с мамой ездили к той самой Олень-горе!

– Да ты что?! И ты видел Оленя?

– Нет, – Ваня насупился. – Мы с мамой собирали маленькую фигурку олененка из камешков. Когда мама отошла, чтобы принести еще немного камешков, я увидел среди кустов странного человека.

– Ты заговорил с ним?

– Нет, вы же учили меня не разговаривать с чужими. Я собирал олененка, а он подошел ко мне. Он был очень странный: длинные волосы, ветки торчали из них, а из карманов штанов, я видел, выпрыгнула белка!

– Он что-то сказал тебе?

– Он сказал, что давно не приходил, но знает, что мама все время сюда ходит. А еще, что он обязательно будет ждать меня, когда я захочу с ним поговорить. И что он покажет мне как растут деревья и загораются звезды. Бабушка, можно мы съездим с тобой туда? Я хочу вас познакомить!

– Чудо ты мое, – бабушка обняла крепко внука. – Обязательно съездим. Обязательно! А пока спи. Можешь подумать, что ты спросишь у того человека.

– О! У меня к нему много вопросов.

Людмила Степановна поцеловала внука и вышла из комнаты. Дочь к тому времени уже заварила чай.

– Долго вы сегодня… много впечатлений от поездки?

– Не то слово, дочка. Кажется, охота близится к завершению. И кто бы мог подумать, что через шесть поколений внучка знахарки влюбится в охотника?

– Мама!

– А что такого? Теперь ваш сын наконец вернет былое величие лесу. Он уже открыл свою душу людям. Главное, не потерять его доверие вновь. А это зависит от каждого из нас.

Справка об объекте

Олень-гора, координаты: 56°7’48"N 93°28'0»E

Из поколения в поколение передается легенда о том, что некогда на гору перед рукотворным озером выходил олень. На протяжении нескольких лет жители выкладывали на горе из камней фигуру оленя, зачастую с олененком, подкрашивали камни в белый или коричневый цвет. Эта композиция все лето была видна с противоположного берега. Местные жители считают это место местом силы.

.

Пасхальный рассказ

Автор: Решетнёв Сергей

По образованию сценарист. Работал журналистом, редактором газеты. Публиковался в журналах «Юность», «Семья и школа», «После 12». Победитель драматургического конкурса «Русская мечта» (пьеса «Лошади в космосе»).

У этой истории пока нет счастливого конца. То есть она совсем не пасхальная. В театральном классе, который я веду в школе-интернате, у меня занимается группа – десять девочек. Одна к одной смышленые, все разные и талантливые. И тут я не как педагог, который болеет именно за своих детей, говорю, а вижу, будто со стороны, какие они. Каждая достойна рассказа. У каждой судьба.

Они непростые, они много кричат, или наоборот молчат, могут и подраться, прямо на занятии, легко плачут, но быстро могут стать железобетонной опорой и стоять на своём насмерть. И при этом нет смертельно обиженных, опасно замкнутых, при всех трудностях проживания в интернате, в таком большом, порой жёстком коллективе, в них сохранятся что-то бесконечно трогательное.

– Зачем вы нас учите? Нам ведь ничего не светит.

– Вы себя недооцениваете.

– Мы знаем. После интерната всё равно только в колледж куда-нибудь. Нам артистками не быть.

А сами смотрят так: ну, скажите что-нибудь, переубедите нас, что мы сможем, что нам улыбнётся судьба, мы поверим, вы только убедительно скажите, как взаправду, мы разрешаем, обманите, вы же учите нас играть, вот и сыграйте…

Как-то пришла на занятие одна Маша. Все остальные заняты. Кто вещи получал, к кому посетители пришли, кто-то дежурил.

– А никого не будет сегодня.

– Да? Жалко. Ну ничего, мы с тобой позанимаемся.

– А так можно, со мной одной?

– А почему нет?

И стали мы с ней играть в разные слова, разные предметы, людей, да животных показывать, а потом просто разговаривали.

Круглые глаза, светлые волосы, ну это совершенно не важно, может, этот облик я придумал, чтобы запутать вас, главное, что есть в этих глазах: понимание, ум и улыбка. Не ехидная, саркастическая, злая или заигрывающая, нет, такая, ну как у Гагарина, наверное.

– Не твой, – спрашиваю, – брат ходит ко мне в младшую группу.

– Мой.

– Двое вас…

– Нет, нас трое, трое в интернате, ещё есть братик.

– А ты самая старшая?

– Нет, у меня есть ещё старшие братья.

– Сколько же вас всего?

– Восемь.

– И все в интернате?

– Нет. Трое, самые младшие с мамой. А старшие двое с папой.

– А…

– А маму лишили родительских прав, – Маша продолжает улыбаться. И я улыбаюсь. Чувствую себя идиотом. А что мне делать, перестать?

– И у неё всё равно трое младших осталось?

– Ну да, они потом родились, когда меня в первый раз в интернат забрали.

– В первый раз? – еле успеваю следить за развитием Машиной жизни. А ей ведь не так много лет, первый десяток человек на Земле прожил.

– Ну да, в первый раз. Потому что потом меня с братьями взяли в приёмную семью.

С одной стороны, стоит ли дальше продолжать этот разговор? С другой стороны, и остановиться как-то странно, вдруг ей покажется, что её судьба мне не интересна? Мне очень не хочется ее ранить. Никогда не ходил по минному полю, но не могу удержаться. Очень осторожно делаю следующий шаг.

– А что там, в приёмной семье случилось? Почему ты сейчас не в семье?

– А к нам однажды приехала опека…

– В приёмную семью?

– Да. Прямо на Пасху.

– На Пасху, в праздник? Пасха же в воскресенье бывает, и они в выходной приехали?

– Да, говорю же, на Пасху. А папа был пьяный. Он к соседу ходил, и они отметили вместе. А тут опека приехала, а мама как раз тоже в гости ушла. И нас забрали.

Молчу. А что говорить?

– У приёмных родителей забрали? – уточняю.

– Да.

– Ну, вы, наверное, недолго у них прожили?

– Три года.

– Три года? – я не скрываю удивления. – Погоди, Маш, а во сколько же тебя взяли в приемную семью?

– Когда мне четыре было. Три года в приемной семье, и еще три года снова здесь, в интернате.

Брал ли кто-то её еще домой, не спрашиваю. Очень мала вероятность, что кто-то возьмёт сразу троих детей. Тем более при живых отце и матери, и при том, что однажды их уже брали и вернули в интернат.

– Жалко, что они не приходят.

– Кто?

– Ну, приёмные мама и папа. Они хорошие, просто так вышло.

Я не знаю, что сказать, что сделать, как передать своё сочувствие. Всё стараюсь вложить во взгляд. Не жалость, не ужас, циничное «так оно всегда и бывает», а именно сочувствие: я человек, я понимаю, стараюсь понять, что ты переживаешь. Я пока не знаю, как помочь, но, поверь, я верю в тебя, потому что, когда человек так улыбается, и так смотрит, и так свободен, и так открыт, и после всего, что пережил, этот человек сильный по-настоящему, и у такого человека, всё в жизни должно получиться.

Да я бы взял, но у меня уже двое. Да и жена сойдет с ума. Нет, она поймет, но я не могу на неё еще больше взваливать, потому что за этот гуж берутся вдвоём…

Как взрослые могли допустить, чтобы она оказалась здесь и сейчас в такой ситуации? Опять же, кто я такой, чтобы обвинять и сетовать.

– А почему вас всех родной папа не возьмёт?

– А он и так двоих старших взял. А нас – ему жилплощадь не позволяет. У него же там жена есть, а у нее тоже дети, а дом у них небольшой.

Я боюсь спросить: «А навещают ли её со старшими братьями?» Переформулирую:

– Тебя на выходные, праздники берут домой?

– Нет.

Что еще спрашивать? О чем говорить.

– Хочешь ещё позанимаемся, поиграем?

– Давайте! – отвечает весело.

Эта группа, да и все остальные, вообще любят играть. Они уходить с занятий не хотят, даже на полдник, хотят играть дальше.

Вы только поймите правильно. Я это написал, не чтобы что-то для этой девочки попросить, или для других. Или осудить кого-то: вот, мол, какое у нас общество, какие у нас попадаются экземпляры. Я делюсь с вам тем, что меня поразило, а что с этим делать, я не знаю. И что дальше будет, не знаю. Знаю только, что во вторник снова пойду к ним на занятие. И на Пасху позволю себе только один бокал.

Справка об объекте

Детский дом, адрес: 662970, Красноярский край, ЗАТО г. Железногорск, ул. Восточная, д.19А

Краевое государственное казенное учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Железногорский детский дом» изначально создавался по принципу семейного проживания. В нем всего 8 групп квартирного типа, в которых проживают по 8 разновозрастных и разнополых детей с 7 до 23 лет. В настоящее время это один из лучших детских домов Красноярского края.

В поисках дома для души

Автор: Бабашинская Наталья

Бабашинская Наталья. Родилась 13 июля 1977г. в пос. Подгорном (Красноярск-35). После окончания ККИ им Иванова-Радкевича работала в музыкальной школе преподавателем, позже – в театре г. Железногорска. В разные годы писала стихи, песни, статьи. Увлекалась различными видами рукоделия: вязанием, вышиванием, макраме. Любит природу, путешествия, походы в горы, сплавы по рекам, вечерние костры. В настоящее время работает менеджером в МП ГТС г. Железногорска. Замужем, двое детей.

В одном маленьком, но очень уютном посёлке жила девочка, назовём её Лина. Она росла в самой что ни на есть обыкновенной семье: папа, мама и брат.

Малышке повезло – она росла в окружении любви и заботы. Как и другие дети, она играла, танцевала, рисовала, но больше всего любила петь. В жизни и сердце девочки светило солнце, она любила весь мир, и он отвечал ей взаимностью.

Родной посёлок Лины в то время назывался очень сухо – Красноярск-35. Поселок был красивым, чистым и ухоженным. Столько всего: ледовый дворец, бассейн, лесные горки за оврагом и озеро, не хватало только храма Божьего. И когда Лине захотелось покреститься, и она поделилась своим желанием с мамой, креститься поехали в Красноярск. Семья не была верующей, и такая необычная просьба удивила родителей, но препятствовать не стали.

Прошло время, многое изменилось, поселок открыли. Красноярск-35 стал Подгорным. В жизни Лины произошли серьёзные изменения: она вышла замуж и стала мамой. Почему-то для мамы-Лины очень важным было крещение чада, и для любимой малышки она сшила нарядное белое платье.

Однажды посетила молодую маму необычная мысль: у русских классиков часто проскальзывает фраза «как Отче наш». Выходит, надо знать хотя бы, что это значит?

Во дворике неподалёку стояла маленькая церквушка, в которой был приобретён краткий молитвослов и маленькая иконка. Молитва очень скоро пригодилась. Как-то вечером Лина услышала крик дочери из соседней комнаты, прибежала обнять и успокоить ребёнка, но та оттолкнула мать, вырвалась. Сверкая дикими черными глазами, заметалась по комнате. Лина зажгла свечу перед иконой, открыла молитвослов и стала читать «Отче наш». Крики прекратились.

Вскоре дочь подросла, и Лина вернулась на работу. Хотела быть счастливой, а на душе – тоска. Спрашивала: «За что? Я же никому не делала зла?» Тогда выходом казались бабки-ворожеи, которые «гадали на женихов, снимали порчи…»

А однажды на работу к Лине зашёл священник, и она ощутила спокойствие, благодать, которые исходили от него. Поделившись переживаниями с подругой, Лина в ответ услышала предложение вместе сходить в храм. Девушка считала себя современной и неверующей. Разволновалась: «А вдруг я что-то не так сделаю, или скажу, или оденусь не так?» Подруга развеяла сомнения: «Ты же к Богу идёшь! Ему не важно, какой у тебя макияж, юбка на тебе или джинсы».

Лина стала ходить в храм на службы. Как-то раз ей посоветовали причаститься. Что это? Зачем? Не понимая сути происходящего, Лина выполнила все предписания: выдержала трехдневный пост, вычитала молитвы. Каноны и службы казались бесконечными. Но после первого причастия за спиной будто выросли крылья…

Суета очень быстро отобрала волшебное ощущение. Поиски счастья и утешения отправляли то к психологам, то к друзьям, то на вечеринки. Но где-то на краю сознания осталась память о чудесном моменте. Бывало, заходила в храм и сидела пока никого нет…

Время шло, радость от общения с Богом и Святыми Его сменилась обидой и претензиями. Почему ничего в жизни не меняется? Сердце зачерствело, началась борьба. Убеждала себя и других, что никакого Бога нет! Но есть трудолюбие, умение ставить и достигать цели.

В трудолюбии сбылась давняя мечта – учиться музыке. Ах, какое это было время! Однокурсники позвали петь в церкви. Тогда и начали таять богоборческие настроения. В любом доме Божьем становилось светлее на душе, но оставалось странное чувство, будто в гости зашла. Начались поиски своего храма.

Много времени шло строительство. Батюшка благословил служить акафисты в недостроенном здании. И то, что невозможно человеку – возможно Богу: нашлись благотворители, пошло дело. Преобразился храм. И несмотря на то, что кругом строительные леса, банки с краской, смеси в мешках, душа храма – дома. Постепенно клирос стал почти семьёй, а прихожане – родными. И иконописец написал красивые иконы. И к батюшке шли на исповедь и получали утешение.

Много где побывала наша христианка с тех пор: и в монастырях, и в больших соборах, и в маленьких, почти домашних церквушках. Везде Бог! Везде хорошо, но свой храм – родной. И хочется на службу, даже если устала и некогда. И на душе тепло и радостно.

Справка об объекте

Храм Воскресения Христова в поселке Подгорный, адрес: Красноярский край, г. Железногорск, п. Подгорный, ул. Мира, 18

14 лет Воскресенский приход располагался в вагончике, находящемся рядом со зданием храма. В небольшом помещении, вмещающем пятьдесят человек, совершались все уставные богослужения. Как отметили на приходе, многие жители поселка, население которого около шести тысяч человек, ждали открытия нового храма. Храм служит для каждого из нас «серьезным стимулом к приобщению к православным Таинствам и жизни в Церкви».

Храм тетраконх вытянутых пропорций завершен несколькими ярусами кокошников и главкой, с запада к нему примыкает многоярусная звонница. В настоящее время каждый житель поселка (и не только поселка) может принять посильное участие в воздвижении Храма, ибо Храм – это не только украшение Земли, но украшение души и совести человека.

.

Преображение

Автор: Богданова Светлана

По образованию режиссер театрального коллектива. Читать научилась в три года, а писательские опыты начались с личных дневников в школьном возрасте, сочинений на заданные темы и, разумеется, подростковых стихов.

Жара несусветная, природа ошалевает сама от себя, слепни и оводы достигли невероятных размеров, количества и озверения, ищут дефицитную влагу и пугают и приезжих, и местных. Рыбы в водоёмах окружают молчаливыми хороводами дачников, замерших в более-менее прохладной влаге, и пытаются ущипнуть за грубую пятку или локоть, щекотно.

Бедные куры сидят не на насестах, а на земле —там прохладнее —и всё равно время от времени открывают разноцветные свои клювы —воздуха мало, вместо воздуха – струящийся зной. Обычно в этот день Маруся просыпалась от жары и от того, что из кухни доносился запах праздничного пирога – пахло домашней сдобой и всем, что щедрая природа успела подарить к этому дню: малина, смородина, белый налив. А сегодня было просто жарко. За окном, как обычно, светило яркое и доброе солнце, птицы исполняли свой обычный дивертисмент, но… что-то сломалось в марусином мире.

Привычные утренние алгоритмы и действия, выполняемые Марусей обычно, когда бабушка была на дежурстве, успокоили её. Она умылась, подогрела молоко, приготовила завтрак из овсяных хлопьев, позавтракала. Понимая, что сегодня праздник, Маруся нашла в шкафу своё самое любимое платье —светло-салатовое, в мелкий цветочек телесного цвета, с белым кружевным воротничком и такими же оборочками по кромке подола и рукавов-фонариками. Светлые балетки и воздушная шаль, которую Марусе разрешалось надевать только по праздникам, завершили чудесную картину. Глядя на себя в зеркало, Маруся чувствовала себя самой красивой и самой счастливой на свете!

Солнце уже давно встало и мимо марусиного дома люди шли в церковь по случаю праздника. Нарядная Маруся вышла из дома, поговорила серьёзно с Пушком —стражем дома, сторожевой собакой, размером с лайку и очень страшным исключительно для чужих. Как обычно, когда они с бабушкой выходили из дома, она наказала ему оставаться старшим на хозяйстве и следить, чтобы оставшиеся под его присмотром домочадцы —коты и куры —не шалили и не совершали заведомых глупостей и вольностей.

…

Знакомая дорога в Храм. Все, кто встречается с Марусей по дороге, здороваются с ней, как обычно, но в глазах у них что-то… не так. Кто-то выглядит ошарашенным или даже испуганным, большинство растеряны, кто-то прячет взгляд и даже слёзы… Да и сама Маруся…

Обычно в церковь с бабушкой они шли степенно, спокойно, но бабушки больше нет, и она почти бежит, потеряла платок с головы, её догнал соседский мальчик уже перед самым храмом, отдал платок… Тяжело дыша, она покрыла голову, трижды перекрестилась и вошла.

Знакомая, спокойная прохлада окутала её, запах ладана и свечей немного успокоил Марусю. Сзади подошла Акулина, одна из постоянных прихожан, мать чудесных ребятишек, зачем-то легко приобняла её и сунула в руку свечку. Маруся улыбнулась, поблагодарила и опять почувствовала тревогу, взгляды, какое-то невнятное странное внимание, ей стало казаться, что все смотрят на неё, как на голую, она вдруг сильно почему-то проголодалась, не будучи голодной…

Отец Александр степенно обходил храм, помахивая кадилом и проникая ароматным ладаном в самые потаённые уголки здания, окутывая прихожан благодатным запахом церковной службы, настраивая на молитву сердца и души.

Хор певчих завораживал Марусю, она слушала их голоса, которые как будто переговаривались с голосом отца Александра, наблюдала, как дым от ладана в солнечных лучах поднимается вверх, крестилась традиционно в нужных местах службы, но сегодня почему-то её это не успокаивало. Царапало сердце, тянуло, горчило, чего-то очень-очень важного не хватало в сегодняшнем дне, а чего именно —она не знала, и от этого было ещё муторнее на душе и тревожнее. Служба шла своим чередом. Батюшка начал принимать исповедующихся.

Вдруг Маруся услышала за спиной чей-то шёпот, похожий на шипение, и отчего-то запаниковала. Необъяснимый страх, как снежный холодный ком разрастался в её груди, ещё несколько секунд —и давно забытое ощущение, которое врачи называли «панической атакой» накрыло её в один миг —дыхание застряло, воздух закончился, пульс забарабанил во всём теле, холодный пот потёк струйками по спине и лицу, хлынули слёзы, мир вокруг померк, ей во что бы то ни стало нужно было куда-то бежать, мчаться, нестись, словно от этого зависела судьба всего мира, но бежать было некуда, а самое страшное —нечем! Тело не слушалось, Марусе было страшно, но даже как-то не изнутри, а почему-то снаружи… Марусе стало так жалко себя…

Она заплакала горько и страшно, навзрыд, всхлипывая и подвывая, как щенок. Глядя на неё, вдруг заплакала трёхлетняя Верочка, младшая дочь Акулины. Мать стала её утешать, приговаривая: «Ну что ты, заинька, что такое? Всё ведь хорошо! Тётя сейчас перестанет плакать, она ведь уже большая, да и ты тоже уже большая, большие люди не плачут просто так…»

– Ну, ну, что это вы сестры милые мои тут потоп развели —впору ковчег строить, -послышался над всем этим добрый, бархатный баритон отца Александра, -Ведь праздник же сегодня!

– Ну, девочки, Акулина, Маруся…

– Мауся? -спросила Верочка и икнула, глядя на Марусю, – как насякоська?

Это невинное детское замечание разрядило гнетущую атмосферу, люди заулыбались.

– Мы причащаться будем Святых Христовых Таин или как? —строгим голосом спросил батюшка, -А ну-ка, раба Божия Мария, идём со мной, исповедую тебя сначала.

Стоя рядом с батюшкой, раба Божия Мария почти физически ощущала излучаемую им доброту и спокойствие, а бархатный тембр его голоса, которым он рассказывал о том, что унывать нельзя, грех большой, и том, как хорошо будет бабушке в раю с ангелами и святыми, окончательно обласкал, обнял и успокоил. К причастию она подходила, улыбаясь светлой детской улыбкой, и казалось ей, что хор поёт замечательно и подпевают ему ангельские голоса: «Тело Христово примите…».

Выходили из храма все вместе —Акулина с мужем Иваном и детьми, бабушки-прихожанки, Маруся, остальной народ.

Маленькая Верочка всё ещё оглядывалась на Марусю, заставляя мать, которая держала её за руку, замедлять шаг.

Акулина остановилась, подождала Марусю и, идя рядом с ней, пыталась найти какие-то слова, которые сейчас были очень нужны, но почему-то не находились. Ситуацию спас Иван, муж Акулины.

– А пойдёмте все к нам, праздник же, —сказал он, -да и бабушка уже наверняка стол накрыла.

– Да, конечно, пойдёмте, -обрадовалась Акулина найденным мужем словам. Детки повеселели, ускорили шаг, Маруся шла в компании большой дружной семьи и была, кажется, счастлива, ещё не поняла…

Приветливый домик Ивана и Акулины встретил их заливистым лаем Снежка – большого белого сторожевого пса, который лаял скорее от счастья, чем в качестве охранника владений. Развевающиеся занавесочки на окнах, полосатые деревенские ручные коврики, и —самое главное -уже с порога Маруся почувствовала тот самый запах… Пахло бабушкиным домашним пирогом с ягодами, яблоками, праздником, преображением…

– А ведь у меня сегодня день рождения, -растерянно сказала она, войдя в большую комнату

Бабушка, мама Акулины, Василиса Степановна, всплеснула руками:

– Ой, и точно! Как же это мы, православные, забыли! Ну и что же мы стоим? Давайте, деточки, к столу быстрее, такой праздник, да и не один! Иди, Машенька, сюда, садись вот здесь!

Марусю усадили за стол так, что прямо на неё смотрела с иконы Богородица. Ласково так смотрела, как бабушка… На душе было тихо и светло, и очень приятно было слышать: «Машенька, Машенька…».

«Нежное какое имя, – подумала Маруся, – и ведь моё…»

В комнату тихо-тихо вошла полосатая зеленоглазая кошка с длинным хвостом. Маруся…

Справка об объекте

Собор Архангела Михаила, адрес: Железногорск, ул. 60 лет ВЛКСМ, 31

Временем возрождения православных традиций в городе стал 1990 год, когда группа верующих выступила с инициативой создания в Железногорске православной общины и строительства храма.

В июле 1992 года состоялось освящение и закладка первого камня. В ноябре 1999 года в престольный праздник Архистратига Михаила Епископ Красноярский и Енисейский Антоний совершил первую Божественную литургию. Трудами и молитвами многих горожан Железногорск, наконец, обрел свой храм.

19 августа 2000 года в новом храме прошло первое богослужение в честь Преображения Господня.

Преображение Господне, Яблочный Спас празднуется каждый год в один и тот же день. Отмечается явление Иисуса Христа перед апостолами, Его учениками, в Божественной природе. На празднике освящаются яблоки и все плоды нового урожая.

.

Вы шли толпою, врозь и парами,

Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня

Шестое августа по-старому,

Преображение Господне.

Обыкновенно свет без пламени

Исходит в этот день с Фавора,

И осень, ясная, как знаменье,

К себе приковывает взоры!

Б. Пастернак

Автобус

Автор: Кулеш Алексей

Родился 30 декабря 1969 года, в г. Красноярск. Имеет два высших образования: Красноярский государственный технический университет, инженер по специальности «Организация перевозок и управление на транспорте (автомобильном) и Красноярский государственный университет – профессиональная переподготовка по программе «Менеджмент», переподготовка по программе «Антикризисное управление». Свою трудовую деятельность начинал слесарем по ремонту автомобилей, затем служил в Советской армии и в ГУ ГПС МВД РФ; работал арбитражным управляющим. С 2016 – депутат Законодательного Собрания Красноярского края. Любит активный отдых, спорт, занимается альпинизмом. Женат. Трое детей.

Зелёная, мутная вода. Сквозь толщу её просвечивают косые солнечные лучи. В этих лучах медленно кружатся, парят какие-то обрывки водорослей, муть, поднятая со дна, пузырьки воздуха… Ближе ко дну солнце почти не проникает, тут сумрачно и холодно. Виднеется когда-то высокая, а сейчас размытая, провалившаяся, почти бесформенная насыпь. Начало и конец её не видны, скрываются в зеленом сумраке воды. По краю насыпи стоят деревянные столбики, обозначающие её край. Когда-то гладко оструганные, с заостренным верхом, выкрашенные в черную и белую косую полоски, сейчас они одинаково темно-зеленые, покосившиеся, но стойко несущие свою вахту: много десятилетий обозначают обрез дороги, по которой никто не поедет. Темной тушей привалился к одному из столбов, уперся колесом автобус. Марки не разобрать, кузов покрыт илом и водорослями, верхние стекла открыты- тем летом стояла страшная жара. Дверь раскрыта, на потертом сиденье водителя лежит ржавая монтировка, толстый рыхлый прут ржавчины. На панели, в углублении, угадываются припорошенные илом монеты…

Мы сидим на берегу озера, на камнях, и напряженно глядим на поплавки. Борька-Барбен, неутомимый вдохновитель и организатор всех наших мальчишечьих забав- игры в команчей, походов на стрельбище за гильзами, выплавления свинца из аккумуляторов на свалке – Борька вдохновенно врёт. Врёт так, что хочется верить, что действительно, под толщей воды городского озера есть дорога, которая была до заполнения водохранилища. И на этой дороге стоит старый автобус, который вез рабочих на объект, и уже не смог преодолеть стремительно прибывающую воду. Люди ушли пешком, по колено в воде, а автобус так и остался стоять. Вода дошла до кабины, потом до окон, закрыла крышу… Поклёвка! Осторожно подсекаю… Есть! На крючке бьётся небольшая плотвичка. Их тут много, но сегодня клюнуло только у меня. Борька обиженно умолкает.

….

Удивительная тишина на берегу. Ночной мороз, кажется, остановил не только воду, но и сам воздух. Я впервые вижу чёрный лед: снега еще не было, вода замерзла в одночасье, за ночь. И тонкий, абсолютно гладкий лед прозрачен так, что чёрная осенняя вода под ним угадывается только редкими пузырьками воздуха. Чья это была идея- прокатиться на коньках по первому льду- уже не упомню. Мы с братом вдвоем, сопя затягиваем шнурки, сидя на узенькой покосившейся лавочке под грибком на пляже. У меня доставшиеся от мамы длинные конькобежные «ножи». Ботинки велики, болтаются на ноге. Клетчатое пальто, воротник из искусственной чебурашки, кроличья ушанка- неумело ковыляю по песку к кромке льда. Братец мой уже на льду. Неожиданно ловко получается скользить – на городском катке никогда не бывало такого гладкого льда. Черная вода теперь кругом, под ногами. Неожиданно вспоминается Борькин трёп про дорогу и автобус. Где-то здесь, между городским пляжем и Элкой, та дорога и проходила. «Цццао!» тонкая трещина змеёй метнулась из-под ног. «Ццао! Цао!» ещё и ещё одна. Холодок в животе. Как же так, ведь возле берега лед был таким крепким. «Не останавливайся!» – орет побелевшим ртом Вадька- «Не останавливайся! Провалишься!». Вдруг стало холодно. Горячий пот в секунду превратился в ледяную струйку по спине. Мы на середине озера. Прямо над автобусом. Монтировка и деньги. Почему-то представились эти никому не нужные деньги, забытые шофером на панели. «Давай назад…» – почему-то шепотом говорит Вадик- «Только не останавливаемся!». … Трясущимися, враз замерзшими руками распутываем узловатые шнурки. Ботинки на берегу остыли, приходится поджимать озябшие пальцы, натягивая их. Не глядя друг на друга медленно поднимаемся по облезлой лестнице к ротонде. Где-то сзади, из-под воды слепыми мутными фарами смотрит нам вслед брошенный автобус…

Справка об объекте

Городское озеро, адрес: Координаты: 56°14’24"N 93°30’59»E

Искусственное озеро, полученное запруживанием реки Кантат, создано в 1958 году по инициативе комсомольской организации города Красноярск-26. Озеро рукотворное. Москва долго не давала разрешение на заполнение котлована водой. Но в мае 1958 вода в реке Кантат поднялась довольно высоко, и в Москву доложили, что котлован затопило. А на самом деле молодые строители расчистили пойму речки Кантат и построили дамбу. Позднее директор парка организовал разведение в этом водоеме рыбы и однажды принес с рыбалки целый бидон, поставил на стол со словами: «В озере рыба есть»…

Мистика

Автор: Попов Юрий

Родился в 1978 году в поселке Подгорный. Здесь же получил среднее образование. Еще мальчишкой постоянно ездил в детские археологические экспедиции. Вот тогда его и зацепили древние наскальные рисунки, с которых он помогал ученым делать контактные копии. После травмы потерял зрение. Получил специальность массажиста. Но тяга к древнему искусству осталась. Захотел поделиться пережитыми в детстве впечатлениями. С удовольствием принял приглашение к участию в конкурсе.

В жизни случается всякое. Но такого дежавю я не ожидал даже в самом страшном сне.

Мальчишкой я бывал в археологических экспедициях, учился снимать микалентные копии наскальных рисунков. В одном из походов мы оказались в распадке, и перед нами открылось необычное сооружение. Огромный круглый камень, а на нем – горизонтальная плита. Взобравшись, мы с одним из товарищей обнаружили рисунки – петроглифы. Изображение людей с поднятыми руками и закрытыми ртами. И лишь у одного рот был открыт, а рядом прорисованы волны вверх. Еще один человек был изображен с опущенными руками, рот закрыт, а волны вниз.

Я решил повторить то, что изображено на рисунке. Поднял руки вверх – ничего. Тогда открыл рот и закричал – подул сильный ветер, резко вверх. Как будто мы в эпицентре какой-то трубы. Я прекратил кричать – все стихло. Товарищ мой смотрел на меня обезумевшими глазами.

Я повторил движения и закричал. И вновь резкий ветер вверх. В потоке пролетел огромный коршун и долго кружил над нами. Любопытству остальных участников похода не было предела, но приблизиться к мегалиту никому не удавалось. То ветер сбивал с ног, то коршун начинал яростную атаку. Коршуна очень часто изображали держащим змей. Он считался у наших предков хранителем сакральных мест.

Прошли годы. После травмы я потерял зрение. Как-то меня пригласили в наш поселковый музей, где собраны контактные копии наскальных рисунков с юга нашего края. Они получили какой-то грант и изготовили копии рисунков, которые смогут «смотреть» люди с ограниченными возможностями по зрению. А я должен выступить экспертом, так как видел эти изображения.

И вот, прихожу в музей. Дают мне рисунок, на котором изображены лось и окружающие его птицы – коршуны. В памяти сразу всплыла картина детства. Я с поднятыми руками, кричу, ветер…

Ну и решил повторить…

Что тут началось…

Слышу какой-то гул, стук…

Уже позже, когда я замолчал, мне рассказали…

В зале музея заходили ходуном картины на стенах, открылись все окна, жалюзи поднялись ветром аж до потолка…

Испуганные сотрудники вцепились руками за столы, вжались в стены, видимо боясь, что их унесет…

Видимо даже копии (они ведь контактные) передают энергетику тех сакральных мест. Не зря у них там в музее паломничество за «камнями желаний». Музейщики в округе все дороги облазили, собирая плоские камушки, да мозоли на руках натерли, вырезая мелкие фотографии петроглифов.

Да!

Прошлое и настоящее сошлось во времени и пространстве!

Такое могло произойти только здесь!

Справка об объекте

Музей археологии имени Е. С. Аннинского, адрес: Красноярский край, посёлок Подгорный, ул. Лесная, 5

В поселке Подгорном находится школьный Музей археологии, основу которого составляют находки школьников. Этот музей является филиалом Музейно-выставочного центра Железногорска. Он был создан в 2002 году, но его история началась гораздо раньше. Под руководством учителя истории Е. С. Аннинского с 1978 года, местные школьники участвовали в раскопках, проводимых на отмелях Красноярского моря и в его окрестностях. За это время была собрана уникальная коллекция эстампажей с копиями знаменитых приенисейских писаниц. В фондах музея хранится более 260 эстампажей, изготовленных путем контактного копирования со скальных фризов.

Старый парк

Автор: Ландышев Анатолий

Работает врачом эпидемиологом. Пишет в разных жанрах, находя в повседневной жизни элементы смешного и необычного. Уверен, что люди должны оставаться людьми даже в придуманных мирах, поэтому старается наделять своих героев привычными поступками и характерами, приближая их к читателю.

Сегодня у меня особенный день. Можно сказать, день рождения. Много лет назад, именно в этот день, я появилась в парке. И живу здесь, под боком у колеса обозрения. Ненавижу это колесо! Почему-то все считают, что оно самое главное. А мы равны, поскольку появились одновременно. Опять я порчу себе настроение. А смысл? Праздник у меня, не стоит грустить.

С утра прилетела знакомая ворона, напомнила о моём дне рождения. Милое, взъерошенное существо. Характер, конечно, у неё трудный, но нам и делить нечего, поэтому спокойно общаемся. Я рассказываю вороне прошлые события, а она потчует меня свежими новостями. И благодаря этой птице, я много знаю. И даже знаю о том неприятном моменте, что предстоит мне сегодня.

Отложим пока этот вопрос, лучше вернёмся к вороне. Когда-то она жила в этом парке, наравне с другими воронами, они вили гнёзда в кроне вязов и летали дружной ватагой, воруя еду у прохожих. Но время шло, рядом с парком проложили новое, асфальтированное шоссе, по которому постоянно проносятся автомобили, оставляя гарь и копоть. Вороны покинули парк. Кто бы мог подумать, что эти шумные, нахальные птицы не выносят других посторонних шумов, а любят каркать в тишине, восхваляя себя? Все птицы улетели, а эта ворона осталась. Ей нравится сидеть рядом со мной, потому что люди здесь, практически, не ходят. Много лет уже… Кстати, а сколько я тут нахожусь? Стыдно признаться, почти полвека тружусь. Не будем о грустном. День рождения у меня!

С утра маюсь в ожидании чего-то нового, необычного. А ничего необычного не наблюдаю. Тот же опустевший парк, та же ворона, то же огромное Колесо. И никто не догадается меня поздравить. А как поздравить, спросите? А я расскажу. Когда отмечают день рождения, принято дарить подарки. Хорошие такие, как на картинках, подарочки в коробочке, перевязанной лентой. Хотя, зачем мне это всё? Таких интересных коробочек я, конечно, не видела. Но я видела другое.

Мне дарили фантики, следы от мороженого, шелуху от семечек, банановую кожуру, яблочные огрызки… Я видела забытые книги, журналы. Иногда мне вручали шарфы, зонтики, варежки… Один милый мальчик как-то подарил мне интересную надпись, выцарапав на дереве перочинным ножиком «Петя + Маша = Любовь». Хороший такой подарочек, не потеряется. Никаких ленточек не нужно. И, главное, со смыслом. С чувствами! Искренне так царапал, помню, даже язык от усердия высунул. Наверное, у него всё серьезно к этой девочке. Не зря же он так старательно выводил сердечко, пронзённое стрелой…

Конечно, любовь, а как вы думали? Приятно, когда тебя любят? Очень! Только я прекрасно знаю, поскольку уже много лет прожила на этом свете, что не мне адресована эта надпись, а той неизвестной девочке Маше. Интересно, какая она? Белобрысая смешливая девочка с двумя косичками, перевязанными ленточками? И она носит розовое платьице и белые босоножки? А может, наоборот – тёмненькая, с короткой стрижкой, в модных клетчатых брючках, с грустным взглядом… Никогда не видела эту загадочную девочку. Петю я, конечно, запомнила!

Маленький, худой парнишка с оттопыренными ушами, казавшимися ещё больше из-за короткой стрижки. Мальчик в обвисшей, застиранной майке и старых шортах, украшенных многочисленными заплатами. В те времена почти все мальчики носили короткие стрижки. У кого-то из них парикмахер оставлял чёлочку, по просьбе родителей, и таких парнишек называли в шутку карасиками. Почему карасики, до сих пор не знаю. Ворона рассказывала, что карасик – это рыбка такая. Рыбу я знаю. Правда, сушёную, расстеленную на газете. Никак не похоже на мальчишек. Ну ладно, пусть остаются карасиками.

Я вспоминаю, как стриженые и бритые мальчишки наперегонки носились по дорожкам парка, бросали палки, стреляли из рогаток, пугая местных ворон и голубей. А где-то в сторонке девочки прыгали на скакалках или играли в загадочную, понятную только им, игру с резиночкой… А вот идёт дедушка с маленьким внуком, который поминутно озирается в сторону ларька с мороженным, жадно поедая глазами прохладные, липкие шарики в вафельных рожках… Молодая семья с гордостью катит коляску с крошечным комочком, орущим из пелёнок…

И где-то там, в череде меняющихся дней, былые карасики становятся уважаемыми, солидными людьми, или превращаются в забулдыг, что расстилают газетки в парке и едят сушёную рыбу.

Надеюсь, мои Петя с Машей стали хорошими людьми. Вдруг они поженились? Быть может, повзрослевшие Петр и Мария сидят где-нибудь на кухне и вспоминают наш маленький парк, с огромным колесом. Или не вспоминают? Кому оно нужно, старое, ржавое колесо? Только мне и небольшой группе людей, изредка радующих нас…

Колесо обозрения! Его ещё называют «Чёртово колесо». А почему так называют, я не знаю. Наверное, какой-то чёрт придумал его и поставил в парке, чтобы оно гордо возвышалось над всеми и крутилось. Красиво, конечно. Неспешно поворачиваются большие, надёжные лучи, на которых покачиваются уютные крохотные кабинки. А в кабинках сидят люди, и им кажется, что они взлетают. Взлетают над парком всё выше и выше. Взлетают, слегка прикоснувшись к безоблачному небу, чтобы через минуту снова оказаться внизу. И затем испытывать тоску по утраченному чувству полёта… Хочешь летать – плати! Плати, и колесо с радостью сделает для тебя очередной круг.

Самовлюблённое колесо! Интересно, а оно ещё живо? Наверное, стоит, раскинув бесполезные, заржавевшие крылья и ждёт гостей… Я давно его не видела. Я просто не хочу попусту глазеть на эту зазнавшуюся громадину, которая всегда старается подчеркнуть своё превосходство. Наивное, оно полагает, что рост придает ума… А когда-то мы дружили, общались, делились впечатлениями. Пока однажды я не отвернулась от колеса и перестала с ним разговаривать. Я даже не смотрю на него! Мне надоело это мельтешение, надоел этот скрип, который напоминает и о моём почтенном возрасте. Я хочу дожить свой век, погрузившись в яркие воспоминания прошлого. Я не хочу верить, что наш уютный парк обветшал, что потрескались дорожки, а могучие деревья, дарившие раньше прохладу и тень, напоминают теперь высохшие скелеты, жалобно протягивающие руки к людям.

Я не хочу осознавать тот факт, что тоже являюсь частью этого призрачного мира. Я прошлое! И единственным утешением для меня являются: моя дорогая ворона и пёстрые образы далеких дней, когда здесь гуляли и радовались люди, когда проносились стайки мальчишек и девчонок, а молодые родители катали свои коляски. А над всем этим буйством гордо стояло Колесо обозрения, готовое в любую минуту порадовать желающих. Старое, сварливое колесо, не понимающее, что и его век сочтён…

Однако, сегодня мне хочется поглядеть на Колесо. Всё-таки, мы много лет уже трудимся вместе, в этом забытом парке… Смотри-ка ты, крутится! Крутится ещё, чёртово колесо! Жалобно скрипит при каждом запуске, раскачивается, но живёт.

В последние годы здесь мало людей. Изредка попадаются уже не молодые родители, которые, вспоминая своё счастливое детство, идут в наш парк, платят, в надежде получить редкие минуты ярких воспоминаний, а затем, сидя в неудобных ржавых кабинках, старательно делают счастливые лица. Не даст им Колесо тех мгновений, не даст! Другое оно теперь, старое, блёклое…

Всё теперь выглядит по-другому. Люди куда-то спешат, спешат. А если и отдыхают, то не в старых парках, а на далёких морях, где берег посыпан белоснежным песком, и тысячи людей с наслаждением подставляют свои тела жаркому, южному солнцу. И там крутится множество таких же колёс, но не старых и ржавых, а свежих, ярких. И там теперь веселятся…

Раньше, я помню, в разноцветном, безудержном хороводе весёлых кабинок, украшенных лампочками и флажками, мелькали сотни счастливых, розовых детских мордашек, играла музыка, и дружный детский смех будоражил и пьянил. Парк нехотя расставался с праздничной толпой, заманивая новыми и новыми аттракционами… И лишь к ночи смолкал людской гул, и мы оставались с Колесом до утра, глядели на звёзды и мощные, раскидистые вязы, что росли возле парковых дорожек. Мы говорили о разных вещах. Колесо было тогда очень любознательным и всегда прислушивалось к людским разговорам в кабинках, а потом мне всё рассказывало.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.