Выбор
Тая Сергеева

© Тая Сергеева, 2022

ISBN 978-5-0056-3569-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Какой ужасный сон. Заснув, буквально на полчаса ей приснилось, что она стоит на развилке и ей необходимо выбирать по какой дороге идти дальше. Но она не знает, что её будет ждать там, за поворотом, от этого становится страшно, непонятно, как действовать, а вдруг именно эта дорога приведёт к чему-то плохому или заведёт совсем не туда, куда хочется. Разум шепчет ей, чтобы непременно взвесила все за и против прежде, чем решиться идти, чтобы не полагалась на волю случая, а попыталась просчитать все ходы заранее. Интуиция и волевой характер спорят, настаивая меньше всего прислушиваться к голосу разума, а больше полагаться на предчувствия и довериться своей судьбе. Но тут вмешивается сердце, оно опирается только на любовь. Любить всем сердцем, отключив при этом голову, отключив разум. Что победит в итоге, пока не известно.

И что означает этот сон, почему обычная развилка внушила ей столько страхов и переживаний одновременно? Её размышления прервал громкий телефонный звонок. Увидев на экране фотографию любимого, она улыбнулась и моментально успокоилась.

– Привет! Как я рада твоему звонку…

– Саша, давай сейчас поговорим с тобой не по телефону. У меня для тебя есть важное сообщение. Вернее ты лучше меня поймёшь, если всё это увидишь своими глазами.

– Интересно, я жду с нетерпением, – и она торопливо включила ноутбук.

Перед ноутбуком в одном из номеров гостиницы сидит девушка, вся в слезах, она только что узнала о том, что парень, с которым прожила вместе последние полтора года, в ком была уверена на все сто процентов, и души не чаяла, бросил её. Вернее ему даже в голову не пришло сказать обо всём этом ей вчера дома, ведь она уехала буквально накануне. Девушка несколько раз в год уезжала в непродолжительные командировки в другой город, а вчера он, как заботливый и любящий мужчина, пришёл провожать её с красивым букетом цветов в аэропорт. И целуя на прощанье, сказал, что будет сильно скучать.

Было всё, как всегда, Саша не заметила ничего необычного и странного ни в его поведении, ни в словах, и если бы ей об этом сейчас сказал кто-то из знакомых, она бы подумала, что это крайне неудачная шутка. А так как Антон лично позвонил ей по видео, и, не объяснив причину, обнимаясь при этом без всякого стеснения с другой девушкой, поставил её только перед свершившимся уже фактом, то она какое-то время не могла поверить в происходящее. Ей было прекрасно видно, что они сидят у них дома, на диване, где ещё вчера отдыхала сама Саша. Но даже это ещё не вызвало в ней должного негодования, а только немой ступор.

Почему-то признание Антона выглядело для Саши, как изощрённая пытка, и жгучее желание причинить боль другому человеку, ей было только не понятно, за что и почему он так сделал. Или ему за ночь стало настолько наплевать на её чувства, что он вот так мимоходом, как бы межу прочим, сообщил ей о своём решении. И ничего не понимающая на тот момент Саша, до последнего считала, что это всё-таки какой-то придуманный злой и очень глупый розыгрыш, он устроил ей специально, чтобы вызвать в ней скорей всего ревность. Пока, наглая девица, устав от Сашиной тупости, в очень грубой форме не объяснила ей лично, что она некто иное, как самая бестолковая женщина в мире. Потому что Антон скрывает их связь, уже последние несколько месяцев.

Расплакавшись от такого унижения, Саша немедленно отключила этот видео звонок. Ей до сих пор не верилось, что это может быть правдой. Нервно расхаживая по комнате, и пытаясь взять себя в руки, она всё сильней впадала в панику, её постепенно начало трясти, как от озноба. Поразмыслив, но при этом, продолжая оправдывать Антона в своих глазах, Саша решила, что может быть он просто пьян, и поэтому к нему сегодня прицепилась какая-то девица и теперь выдаёт желаемое за действительное.

Но откуда тогда она просто так могла появиться в их квартире, да ещё села к нему на колени, да и Антона пьяным она никогда не видела. Чтобы окончательно убедиться в своей правоте, не раздумывая долго, Саша позвонила своей подружке Веронике, которая была не только подружкой, но и родной сестрой самого Антона, уж она точно должна знать всё про брата. Разговор оказался недолгим, потому что Саша, не желая ходить вокруг да около, сразу напрямую спросила её о том, правда ли, что у Антона есть другая девушка, на что получила утвердительный и вполне исчерпывающий ответ.

– Сашка, не злись на меня…, – умоляла в трубку расстроенная и растерянная от неожиданности Вероника.

– Давно у него подружка? – спросила она слишком холодно и спокойно, к этому времени Саша уже немного пришла в себя и в ней начинала закипать ко всем без исключения безжалостная злость.

– Давно… примерно два месяца, … послушай…

– Почему я об этом узнаю только сейчас? – и Саша не выслушав ответ, сразу же отключилась.

– Пойми, я не знала, как тебе об этом сказать … – ответила Вероника уже сама себе.

Слушая Сашу, она по голосу поняла, что их дружбе, скорей всего, на этом пришёл конец. Но что она конкретно сейчас могла поделать, когда умоляла брата рассказать обо всём Саше, а сама при этом бездействовала. От Антона Вероника всегда слышала одно и то же слово – завтра. Малодушие для неё теперь обернулось потерей лучшей подруги. Ведь зная характер Александры, Вероника понимала, что она не простит ни ей, ни брату эту столько долго длившуюся ложь. Расстроившись, Вероника сделала попытку перезвонить, но вместо гудков опять услышала, что «абонент не доступен».

Брат Антон был старше Вероники почти на шесть лет, и хотя Вероника и Саша дружили ещё со школы, но с его братом она почему-то раньше никогда и нигде не пересекалась. Вернее она знала про его существование, но не более того. И только закончив уже институт и придя к подруге на девичник, за несколько дней до свадьбы Вероники, они были представлены друг другу. Девичник был довольно своеобразным, так как собравшиеся подружки почему-то сидели у Вероники дома, а развлекал их, не кто иной, как приехавший на свадьбу старший брат. После свадьбы недолгие встречи Александры с Антоном довольно быстро переросли в отношения и, уезжая из отпуска, брат забрал Сашку с собой уже в качестве невесты. А вскоре вслед за ними в этот город перебралась жить и сама Вероника вместе с новоиспечённым мужем.

Ещё полгода назад, когда была годовщина их свадьбы, Вероника думала, что брат и Саша тоже в ближайшее время узаконят свои отношения и даже шутила на эту тему с ней, что совсем скоро они будут близкими родственниками. Но судьба распорядилась так, что Саша вынуждена была иногда по работе уезжать в командировки, а Антон, получается, не прошел этой проверки на прочность.

Об этой мистической Нелли, про которую Вероника услышала краем уха в разговоре брата со своим мужем, узнала чисто случайно, когда Антон приходил к ним как-то в гости. А потом однажды Вероника, забежав к брату за день до приезда Саши из командировки, специально, чтобы занести купленный ею торт, поняла, что эти догадки наши окончательное своё подтверждение. У неё были свои ключи, и, зайдя в квартиру брата, она услышала смех и приглушённый разговор, обрадовавшись тогда ещё тому, что Сашка, наконец, умудрилась приехать раньше положенного времени. Не раздумывая, осторожно, Вероника прошла сразу на кухню и, убрав торт в холодильник, направилась обратно к выходу.

Решив не показываться им на глаза и не портить семейный праздник своим нежданным появлением, она хотела уже выйти, как вдруг, её мимолётно брошенный взгляд задержался на ярко-красных туфлях. Уставившись на них, она замерла в изумлении и задумалась, что такие алые, на таком огромном каблуке, туфли явно не вписывались ни в характер Саши, ни в её гардероб. Это открытие тогда очень сильно ошеломило и насторожило Веронику, ведь на Сашу действительно было совершенно не похоже. Прокравшись на носочках к их спальне, и осторожно заглянув в прикрытую дверь, она увидела то, чего никак не ожидала. Её брат лежал на кровати в обнимку с какой-то блондинкой, которая приторно томно вздыхала надув губы.

Нисколько не постеснявшись этой интимной ситуации, Вероника буквально влетела в спальню, как бешеный ураган пронеслась над ними, поскандалила с Антоном, и, вцепившись в Нелли мёртвой хваткой, быстро, почти пинками вытащила её полуголую за волосы в подъезд, выкинув вслед за ней все вещи. Пока Нелли судорожно одевалась, сестра Антона пригрозила ей в следующий раз такой взбучкой, что мало не покажется. Спасаясь бегством, это недоразумение практически выскочило из подъезда, словно её преследовал маньяк или убийца. С тех пор Вероника думала, что на этом эти отношения и закончились, когда месяц спустя совершенно неожиданно встретила их вечером свободно идущими в обнимку по улице навстречу ей.

Нелли увидев Веронику, замерла на долю секунды, на её лице моментально отразился ужас и, не мешкая более, она стремительно, очень быстро перебежала, даже не дожидаясь сигнала светофора и рискуя на другую сторону улицы. Ну а разъярённая в конец Вероника, залепив от злости брату такую увесистую пощёчину, потребовала рассказать обо всём Саше и не водить её больше за нос. Как и брат, Вероника была очень высокой и статной, крепко сложенной, поэтому Антон, от такого нежданного проявления нежности от собственной сестры упал навзничь, после чего ещё долго обижался. Но требования Вероники так и не выполнил.

Сестра очень сильно переживала за них, ведь брат и Саша делили не только постель, они жили всё-таки вместе уже второй год, были для неё почти одной семьёй. И это безобразие, что у Антона могла появиться любовница, никак не укладывалось в её голове. Пытаясь, она всё же, не понимала, почему вдруг брат стал таким безнравственным и безответственным, и чего ему не хватало от жизни. Слишком хорошо зная Сашку, все эти многие годы, Вероника понимала, как ей будет больно узнать об этом предательстве, ведь подруга искренне любила, как оказалось теперь, уже её непутёвого брата. А Вероника до последнего верила, что Антон перебесится, одумается и у них постепенно обратно всё наладится.

Идя по вечернему городу, Саша хотела лишь одного – успокоиться. Когда час назад Антон сообщил ей, что у него есть другая, она поняла, что не может больше находиться в комнате гостиницы, на неё начали давить стены, потолок, запахло удушьем. Наспех одевшись, во что попало на то время ей под руку, она до конца даже не понимала, что делает. Просто надо было срочно выйти из этого, как теперь казалось, маленького номера, чтобы не захлебнуться от пронзавшей всё тело боли. Наверно интуитивно Саша знала, что не сможет успокоиться сидя в четырёх стенах этого чужого города, поэтому действовала, как на автопилоте, абсолютно ни о чём не думая, кроме предательства Антона. Ей был нужен, срочно, глоток свежего воздуха, она быстро собралась и вышла на улицу.

Промозглый и холодный воздух обдал ледяным ветром, заставив её поёжиться, но не принёс никакого облегчения, казалось, что боль стала чувствоваться ещё острей, потрясение никак не хотело отпускать. Подняв на голову свой длинный и объёмный шарф, она перешла дорогу и, пойдя наугад в результате, вышла к ярко-освещённой набережной. Свет фонарей, реклама и всевозможная иллюминация отражаясь в воде, рисовали самые причудливые образы и картинки. Казалось, что на дне реки, вечером тоже загораются яркие, разноцветные лампочки и в этом подводном царстве начинает кипеть своя необыкновенная ночная жизнь.

Был поздний вечер, но город продолжал жить своей жизнью, влюблённые парочки, несмотря на непогоду, не спеша прогуливались, обнимаясь и тихонечко смеясь, радовались, не понимая, что своим мимолётным счастьем разрушают последние крупинки самообладания одиноко гулящей девушки. Облокотившись о парапет, Саша не понимала, зачем Вероника вообще скрывала весь этот обман, ведь для неё она была лучшей подругой. Хотя теперь слово «лучший» приобретало другой смысл, вот они, лучшая подруга, лучший жених, и она громко и истерично рассмеялась. До сегодняшнего вечера Саша считала Антона почти своим мужем, да и относилась к нему, как к мужу. А самое главное, как могла сама, оказаться такой слепой, глупой и ничего не замечать. Застонав от бессилия, она закрыла глаза, ей захотелось закричать, что-то разбить, ударить, надо было куда-то немедленно выплеснуть переполнявшую её злость и бессилие одновременно.

Кипевшая уже к этому времени в ней буря, осознание неизбежности потери любимого человека, внешне эмоционально по-прежнему никак не находили своего выхода, усугубляясь и вводя её в состояние, когда Саша уже не справлялась со своими нарастающими внутренними страхами. Нервно прохаживаясь взад-вперед от края тротуара до самого парапета, ей захотелось наорать на эти влюблённые пары, открыть им глаза, что любви нет, что это всё обман, который рано или поздно выйдет наружу, сказать им, что лучше рано, чем так поздно, как у неё. Всё больше погружаясь в свои ощущения, она не замечала, как в ней начала расти истерика, ей действительно хотелось что-то сделать, но Саша не понимала, что. Не знала, как выплеснуть то, что уже больше не могла сдерживать.

Порыв сильного ветра, растрепал её волосы, шарф сполз с головы, но она даже не замечала, что уже громко рыдает, согнувшись от беспощадно терзающего сердце бессилия, что-либо изменить, от разбитой любви и неожиданного предательства. Прохожий, остановившись рядом с ней, что-то спросил, но она ни как не реагировала на него, даже не видела его, тогда он вдруг развернул её к себе и, увидев заплаканное лицо, спросил, не нужна ли ей помощь. Закачав головой, она на мгновенье замерла, и вдруг шагнув навстречу, уткнулась в его грудь и снова беззвучно заплакала.

Обняв и заслонив собой от пронизывающего, ледяного ветра, он тихо гладил её по плечам, спине, сильно сотрясающейся от рыданий и дрожащей от холода. Не зная, чем помочь, прохожий предложил зайти вместе с ним в небольшое кафе и попить горячего чая. От него веяло теплом, шарф вкусно пах, терпким запахом одеколона, сняв перчатки со своих рук, мужчина надел их на ледяные пальчики девушки.

Почему-то в его сильных руках она быстро успокоилась, ей стало уютно и совсем не хотелось двигаться, но выслушав его предложение, она кивнула в ответ. Смахнув с её лица слёзы, он поправил ей сбившийся шарф, закутав плотней, поднял воротник, и она покорно пошла с ним рядом. Крепко держа её за руку, мужчина шёл уверенным и быстрым шагом. Злость Саши перешла в состояние полного безразличия и апатии, теперь ей было всё равно, куда они идут, главное, что вместе. Наверно поэтому она, так, безусловно, подчинилась ему. Чувствуя тепло идущее с его руки, ей стало неимоверно спокойно, как будто все горести и переживания отступили далеко на задний план. А в голове крутилась навязчивая мысль, что рядом кто-то есть, она не одна и этот кто-то был нужен ей сейчас так же сильно, как воздух, которым Саша дышала.

Перейдя улицу, они зашли в кафе, девушка, буднично уткнулась головой в его плечо, пока он разглядывал, куда им можно было бы присесть, со стороны эти двое выглядели, как одна из многих влюблённых пар, решившись скрасить вместе свой вечер. Недалеко от свободного столика стояла вешалка и, сняв с себя пальто, мужчина снял пальто и с девушки. Усадив её за столик, сел, напротив, почти сразу к ним подошёл официант, и мужчина быстро сделал заказ. Разглядывая девушку при ярком освещении, он обратил внимание, на изящные черты лица и что, даже наплакавшись, она не потеряла своего очарования, привлекательности.

– Что с вами случилось?

Девушка посмотрела на него потухшим взглядом, а потом вдруг протянула к нему через стол свои руки.

– Пожалуйста, подержите меня ещё за руки, – и виновато склонила голову набок, – ваши руки, как лекарство, мне, правда это очень нужно…

Видя её состояние, мужчина взял тонкие, изящные пальчики в свои ладони, они по-прежнему были ледяными, сжав их, он понимал, что девушка немного не в себе и всё же повторил свой вопрос.

– Так что же с вами случилось?

– Меня бросили…, – лицо так и осталось неподвижным, не выражающим эмоции, только из глаз покатились крупные слёзы, но, не желая отпускать руки собеседника, которые оказались для неё самым настоящим спасательным кругом, она даже не шелохнулась.

Сидящему напротив молодому мужчине, ещё не приходилось успокаивать брошенных девушек, поэтому он растерялся и не знал, что с ней теперь делать. Но вспомнив, что самое безобидное лекарство для души это беседа, решил, что надо дать возможность ей выговориться, выплакаться, но девушка молчала.

– Долго вы встречались со своим парнем?

– Полтора года…, мы жили вместе, как семья…. – рассчитывая, что она непременно начнёт ему рассказывать про свою несчастливую любовь, мужчина терпеливо ждал, но она продолжала молчать, поэтому опять повисла пауза.

– Почему он вас бросил?

– Не знаю…, – она отвечала коротко и тихо.

– Может у него появилась другая? – предположил он.

– Другая, – как эхом повторила она, погружённая в какое-то заторможенное состояние. Ему никак не удавалось разговорить её.

В это время принесли горячий чай с тарелочками аппетитного и румяного яблочного пирога. Но девушка, не желая отпускать его руки, продолжала сидеть неподвижно. Официант, посмотрев на них, оказался вполне понятливым и постарался, аккуратно разместить, чашки, блюдца с края стола, уходя, пожелав им приятного аппетита.

– Давайте пить чай, – предложил мужчина.

– Не хочу, – тихо ответила она.

– Тогда расскажите мне о себе, – сказал он, пытаясь хоть как то расшевелить её. Она в действительности выглядела немного так, словно в данный момент была погружена в своеобразное состояние транса или даже отрешённости от этого мира, пребывая, не пойми где.

– Обнимите меня, мне очень холодно, – совсем тихо и робко призналась она, глядя ему в глаза.

– Как вас зовут? Может вам вызвать такси? – мужчина решил отбросить излишнюю деликатность, что бы она, наконец, окончательно пришла в себя и начала думать о чём-то другом.

– Саша…

– Саша, я задаю вам вопросы, и вы понимаете меня. Вы просите обнять вас незнакомого человека. Разве это не странно?

– Нет. Вы сами помогли мне, так помогите ещё.

– Как?

– Обнимите…, разве вам жалко… на улице вы были на высоте и, не раздумывая, поделились своим теплом, своим участием, мне надо ещё, – она сказала это очень уверенно и убедительно.

– Давайте сначала попьём чай, он согреет.

– Нет. Если вам теперь уже не хватает той душевной щедрости, понимания, тогда не надо было и начинать, – слова были произнесены твёрдо, но без крика и без осуждения.

– Саша, вы…, – он не знал, как ему действовать дальше, жалея уже о своей природной добродетели, помогать страждущим. Может, она не вполне здорова?

– Пожалуйста, – просила она вновь, взгляд её больших и выразительных глаз, не позволял ему больше сомневаться в том, что он сделает всё, как она скажет.

– Саша, давайте договоримся, я вас сейчас обниму, а потом мы будем пить чай, хорошо? – она, наконец, устало опустив глаза, кивнула головой. Тогда он, отпустил её руки, встал и, поставив свой стул рядом с ней сел обратно, обнял за плечи, а она, потянувшись к нему, прижалась, со всей силой обвила своими худыми руками в ответ, и уткнулась в ворот его рубашки. Теперь мужчина, почувствовав её близость, дыхание, пришёл в небольшое волнение, но она, осторожно поцеловав его в щёку, снова крепко обняла, замерла на мгновенье и вдруг отпустила.

– Как вас зовут?

– Артём…

– Очень приятно, Артём. Спасибо вам, давайте пить чай.

Не веря, что всё так быстро разрешилось, он, пытаясь скрыть своё разочарование и изумление по этому поводу, вновь сел напротив неё, и, поставив перед ней чашку, пододвинул, она кивнула в знак благодарности и отпила глоток.

– Разве тебе не хочется рассказать мне, что случилось, – попробовал он ещё раз, перейдя уже после процедуры взаимных объятий на более доверительное и сближающее, как ему казалось – ты.

– Нет. Об этом, думаю можно рассказать только своей подушке или очень близкому человеку. У вас наверно есть девушка и вам совсем ни к чему забивать свою голову подобными глупостями. К тому же, скорей всего, вы относитесь к той категории людей, которые верят в любовь, и я своим рассказом вовсе не хочу разрушить ваши иллюзии относительно этого. Как ни странно, я сама ещё пару часов назад была в розовых очках с настолько толстыми линзами, что трудно поверить. Все мои лучшие помыслы были, сегодня растоптаны, самым непредвиденным и изощрённым образом. Спасибо, что проявили участие, терпение и помогли. Теперь я ваш должник.

– Вы мне ничего не должны. Я рад … – он так и не договорил, утонув в её больших глазах. Такой глубины и красоты он не видел ещё никогда. Девушка тоже внимательно и с удивлением смотрела на него, как заворожённая. Громкий телефонный звонок за соседним столиком вывел их из этого состояния оцепенения, оба смутились.

– Вы такой… невероятно … – сказала она вслух сразу, и словно окончательно опомнившись и недоговорив, быстро опустила взгляд на свои руки.

Удивившись тому, как она спокойно и уверенно излагает свои мысли, Артём был обескуражен ещё и столь стремительными переменами, произошедшими в её поведении за считанные минуты. И что бы она сейчас ни говорила, он не верил, что так быстро помог ей прийти в себя, абсолютно не верил, что она успокоилась, поэтому хотел задать ей ещё пару вопросов, но девушка встала, быстро оделась, и ещё раз поблагодарив, ушла. Получается, что по большому счёту, он ей ни чем особо не помог и чувствовал, что за этим чисто внешним спокойствием, кипит целый ураган страстей. Интуитивно Артём понимал, что от отчаяния она может наломать дров, и решил сначала догнать её, ему почему-то захотелось и дальше о ней заботиться. С другой стороны, он не обязан возвращать душевное расположение брошенных девушек, особенно с такими глазами, которые хотелось разглядывать до бесконечности. В конце концов, беспринципное ханжество победило, пригвоздив его к месту.

Почти месяц назад, он сам расстался со своей девушкой, но они расстались спокойно, без излишних эмоций, так как эти отношения давно изжили себя и каждый из них наслаждался и жил уже своей жизнью. Поэтому Артёму были не совсем понятны эти страдания Саши. Ведь если любовь умерла то, что там было уже жалеть? Телефонный звонок вывел его из раздумий и, ответив на него, он сказал, что через полчаса подойдёт. Сегодня был день рождения его давнишнего друга, и он шёл в бар, когда увидел сжавшуюся и согнувшуюся от рыданий девушку. А всему виной было простое желание прогуляться по набережной, подышать воздухом, привести мысли в порядок. Припарковав свой автомобиль, Артём решил пройтись, отдохнуть, тем более, что у него сегодня была пища для размышлений.

Вот уже несколько раз он встречался с понравившейся ему девушкой, и всё было бы ничего, если бы она не стала проявлять после этого чрезмерную активность и не пыталась искусственно ускорить ход всех остальных событий. Казалось их начинающимся только ещё отношениям, она почти сразу придала слишком большое значение и видимо поставила перед собой задачу максимум, как можно скорей выйти за Артёма замуж. Её излишняя навязчивость, заинтересованность, напугала его. И это понимание, сначала просто насторожило, а сейчас уже окончательно отбило всякое желание продолжать с ней встречи дальше. Но так как они оба были приглашены на сегодняшний праздник, поэтому Артём всячески оттягивал тот момент, когда она повиснет на нём в буквальном смысле этого слова, практически перекрыв кислород и не давая прохода.

Когда Артём подсел к своим друзьям за столик, компания уже к тому времени шумно и весело гуляла. Мужчины сидели и выпивали, а девушки в основном танцевали. Поздравив именинника, он радовался их встрече, погружаясь в дружескую беседу, которая ненадолго прервалась с его появлением. Напротив дивана, куда сел Артём, находилась барная стойка, и вдруг он, случайно бросив взгляд, пригляделся к девушке, заметил знакомый силуэт. Это была Саша. Встав обратно, он подошёл к ней и увидел, как она залпом выпила водку, закашлявшись и сморщившись, вздрогнула всем телом, но попросила налить ещё. Перед ней стояло уже пять пустых стопочек. Ну, вот, подумал он, теперь все признаки затаившегося недавно стресса были на лицо.

– Не наливай ей, – сказал он бармену, – Саша, ты что творишь, решила пуститься во все тяжкие?

Повернувшись, она посмотрела на него, и он понял, с этим надо что-то немедленно делать.

– Артём, – сказала она, мило улыбнувшись, – как хорошо, что вы тоже здесь, идёмте, потанцуем.

Соскочив со своего места и взяв его за руку потащила к танцующим. Артём как-то пытался её образумить, но на данный момент времени это было совершенно бесполезно. Радостная Саша прыгала, визжала, безумно размахивая руками, не столько танцевала, сколько пыталась удержаться на ногах. Когда ему, наконец, удалось схватить её за руку и оттащить от танцующей толпы, она, смеясь, прижалась к нему и, обняв, поцеловала.

– Что ты творишь?

– Я хочу целоваться! – и она, встав на носочки, улыбаясь, вновь прижалась к его губам.

В это самое время к ним подошла его девушка и со словом «кобель», залепила Артёму пощёчину. Опешив ненадолго от неожиданности, он был и рад этому и не рад тому, что теперь волей случая ему придётся всё-таки спасать эту несносную Сашку, которая улыбаясь непонятно чему, еле стояла на ногах.

Схватив Артёма за руки она веселилась, продолжала пьяно хихикать, а потом опять его поцеловала.

– Говори, сейчас же где ты живёшь, я тебя отвезу домой, – крикнул он ей строго.

– Не говорите глупости, я никуда не поеду. Здесь так весело и столько парней, я по любому себе кого-то найду. И пусть тогда Антон катится ко всем…

– Нет, так дело не пойдёт. Завтра ты будешь ненавидеть не только его, но и себя, причём себя ещё больше и это вовсе не выход, а тупик.

– Вы что, психолог? – её качнуло, но он успел удержать.

– Да ты даже на ногах не стоишь, говори, где живёшь, пока можешь? Ты что хочешь, чтобы тебя изнасиловали?

– Сейчас мне всё равно, какая теперь уже разница, когда весь мир так устроен…

– Глупая и пьяная, … Саша! – но она вновь рассмеялась, уткнувшись головой в его грудь, а потом, качнувшись, вдруг схватилась рукой за рот.

– Ой, Артём, мне кажется, … плохо… сейчас вырвет…

– Допилась, – он стремительно потащил её за руку в женский туалет. Но так как сама Саша уже ничего не соображала, ему самому пришлось там возиться с ней.

Когда они вышли из туалета, Артём сразу повёл её к выходу. Прижав к стене, он вытащил из её сумочки номерок и забрал из гардероба их пальто, а одев Сашу, вынужден был взять на руки, так как она практически не стояла на ногах. Дойдя до своего автомобиля, попробовал опять поставить её на ноги и, придерживая одной рукой, другой вытащил из кармана своих брюк, ключи от машины и открыл дверь. Но её снова стало рвать, поэтому, пришлось набраться терпения. Кое-как, запихнув безумную Александру на заднее сидение, он вымотанный и злой сел за руль.

– Вот это тренировка, – сказал он вслух, вспоминая, что никогда не таскал на себе ничего подобного. И хоть Саша была среднего роста и довольно хрупкая, ему всё же пришлось попотеть, так как до парковки надо было идти метров триста, причём в теплой одежде. Куда её везти он не знал, документов и даже телефона при ней не было. Пришлось ехать домой.

Ещё не открыв глаза, Саша поняла, как ей плохо. Лёжа, она боялась даже пошевелить головой, потому что в этом случае её пронзали такие адские боли, что казалось голова, моментально лопнет и разлетится на несколько частей в разные стороны по всей комнате. Сжав её своими ладонями, она попыталась открыть глаза. Как оказалось, она лежала раздетая, только в нижнем белье под одеялом, шторы не были задёрнуты, поэтому в окно светил яркий фонарь и в комнате было достаточно светло. Вопрос самой себе, где она, не испугал, потому что Саша моментально вспомнила, что вчера её бросил Антон. Почему он так сделал, она до сих пор не знала. Вчера весь вечер у неё крутилась мысль, что они расстались, но сейчас внезапно пришло понимание, что это не так. Расставаться наверно тоже очень тяжело и больно, ну а когда бросают – просто отвратительно. Её бросили, как собаке кость.

Когда она захотела сесть и приподняла немного голову, сразу почувствовала такую острую и резкую боль, тысячи невидимых иголок впивались в неё своим жалом так, что вскрикнув ей, пришлось вновь лечь. Тихонько застонав, она подползла на край этой огромной кровати и спустила ноги. Может она или нет, ей всё же придётся встать, очень хотелось в туалет.

Спустившись на четвереньки, Саша увидела напротив дверь и поползла прямо к ней. Как бы ни старалась, она смутно помнила вчерашнюю себя, и нового знакомого Артёма, который каким-то чудом оказался потом в том же самом баре, поэтому возможно, что Саша сейчас у него дома. Но абсолютной уверенности в этом не было, ни какой. Шатаясь, не с первого раза, но она, наконец, встала, держась за голову, и вышла за дверь. Затем прошлась по коридору, и, дойдя до лестницы, сразу села, на верхнюю ступеньку обхватив рукой перила. Не хватало ещё упасть, подумала про себя. Сидя до нее, дошло, что она совсем забыла надеть одежду и теперь так полуголая расхаживает по чужому дому. Но возвращаться, сейчас, не было ни сил, и ни какого желания.

Кое-как, больше сидя, чем стоя, она, наконец, спустилась по лестнице вниз, и, встав уже на ноги, в темноте обо что-то умудрилась споткнуться и с грохотом упала. Тут же где-то вдали загорелась ночная лампа, и было слышно, что к ней кто-то подбежал. В коридоре незамедлительно загорелся яркий свет, от которого она поморщилась и вновь закрыла глаза, потому что это причиняло ей острую боль.

– Что ты бродишь в темноте, не хватало ещё шею сломать…

– Как больно. Вы сегодня не очень-то вежливы, – прошептала она, боясь от боли открыть глаза.

– Интересно, почему бы это, – ответил Артём с сарказмом. Бережно подняв, и поставив её на ноги, почти обнимал – можешь стоять?

– Да, – сказала она слишком громко, но тут же Сашу шатнуло, и он вынужден был прижать её к себе.

– Вот куда ты идёшь? – она, держась за его плечи, наконец, посмотрела в глаза.

– Простите, но мне очень надо в туалет…

– Для этого не надо было спускаться вниз, достаточно было включить свет в спальне, где ты спала, – доведя её до туалета, он включил ей свет.

– Я не знала.

– Справишься? – она многозначительно посмотрела на него, попыталась ответить на этот бесцеремонный и неуместный вопрос одним взглядом, но резкая боль заставила вновь поморщиться, – просто вчера ты сама ни с чем не справлялась, мне даже пришлось умыть тебя самому.

– Извините, разве мы перешли на ты?

– Ну, конечно же, нет, ты опять стоишь голая передо мной, и после того, как я с тобой сегодня полночи провозился и чего только не навидался, ты меня столько раз сама целовала, считай, что после всего этого мы с тобой теперь либо родственники, либо почти как муж и жена.

– Да, такое упустить, было для меня непростительно глупо…, – она так и не договорила.

Застонав, Саша закрыла дверь туалета. Выходя в коридор обратно, она не понимала, сердится на неё Артём или нет. Посмотрев по сторонам, рядом увидела другую дверь и, зайдя туда, вымыла руки и лицо, нашла зубную щётку и пыталась почистить зубы, но устала и села прямо на пол. Если бы она только могла знать заранее, что так будет себя чувствовать после этой ужасной водки, то наверно не напилась. Но ей вчера было настолько плохо, что это казалось вполне приемлемым выходом из положения. Держась за ванну, она снова встала и, сполоснув рот, вышла в коридор.

Выйдя вчера из кафе, где они с Артёмом пили чай, она минут пять боролась сама с собой, чтобы не зайти туда обратно и не броситься к нему на шею, чтобы не поцеловать его, но потом, всё же, взяв себя в руки, ушла.

Громкая музыка навела её на мысль, что надо выпить. К тому же, она много раз видела в кино, что когда людям плохо, они выпивают. И проходя мимо бара, не задумываясь, зашла в него. Всё когда-то приходится делать в первый раз, сказала она самой себе. Поэтому вчера она первый раз была в баре, первый раз попробовала водку. Вспомнив сейчас её вкус, Сашу передёрнуло. Надо было, как можно скорей добраться до кровати и лечь, иначе она опять упадёт.

Эта невыносимая слабость, совершенно изматывала, не было никаких сил, а звать Артёма на помощь, было уже неудобно. Его наверно самого тошнило от её присутствия. Понимая, что ей не под силу будет преодолеть эту длинную лестницу на второй этаж, она решила, что наверно где-то рядом есть диван и, пойдя на свет от окна, буквально рухнула на него и почти сразу услышала, как Артём выругался.

– Ты что, спишь здесь?

– Как будто у меня был выбор. Саша… сейчас же иди наверх, кому сказано!

– У меня нет никаких сил, еле сюда дошла. Как же я сегодня буду работать, меня уволят…

– Если ты сейчас же не встанешь, я сам тебя уволю, причём, немедленно! Поняла?

– Подвинься и перестань так кричать, голова болит очень, очень … – и Саша, пристроившись, легла поудобней.

– Разве мы перешли на ты? – язвительно спросил Артём.

– Да, ты видел меня раздетой, голой и нянчился со мной полночи, я тебя целовала и теперь мы с тобой почти родственники… или муж и жена. Я предпочитаю быть женой…

– Вот чем ты думаешь, когда лезешь в постель к мужчине?

– Ничем, только тем, что мне реально плохо. Разбуди меня в семь утра, хорошо?

– Что? Неужели? Теперь я понимаю, почему тебя бросили, ты наверно всегда делаешь, что хочешь, а не что надо…

– Нет. Такой я стала со вчерашнего дня. Всю жизнь была паинькой, Антон был первым моим мужчиной, и напилась я из-за него тоже вчера в первый раз.

– И что, тебе стало легче?

– Нет. Напьюсь сегодня снова…

– Только попробуй, – но промолчав в ответ, она просто обняла его, – Саша, вот что ты творишь?

– Не прогоняй меня. Даже не знаю, что было бы, если не ты, – и почти сразу затихла.

Через минуту Артём услышал её размеренное дыхание, значит уснула. Он заботливо укрыл её одеялом и она, почти сразу прижавшись к нему, ещё плотней, положила голову на его грудь. Что с ней делать теперь, ему очень хотелось поцеловать эту безумную Сашу, но воспользоваться её беззащитностью он не мог. Осторожно выбравшись из-под одеяла, посмотрел на часы, и понял, что точно уже не заснет. Пять утра, а было такое впечатление, что спал он сегодня всего с час, быстро одевшись, пошёл пить кофе.

Около семи часов, Артём пришёл в комнату со стаканом воды, в котором растворил таблетку от «похмельного синдрома», включил ночник, но девушка даже не пошевелилась. Свет падал ей в лицо, которое наполовину было скрыто прядями густых и тёмных волос. Он задвинул эти длинные пряди ей за ухо, и даже в таком приглушённом свете, бросалась в глаза её бледность. Приехав вчера домой, он хотел её напоить сорбентом, чтобы она сегодня не болела, но успев умыть ей, лицо в ванной, она полностью отключилась.

– Саша, садись, надо впить одно лекарство, тебе сразу станет легче, – но простонав что-то невразумительное, она легла на спину.

– Уже семь утра, кто-то боялся опоздать на работу, – продолжал он. Застонав, она открыла глаза.

– Артём, я сейчас умру. Почему ты вчера не пошёл за мной, тогда бы я не напилась и…

– Ищешь виноватых?

– Какой ты сегодня отвратительно честный…, порядочный…

– Только сегодня?

– Нет, думаю, ты всегда такой.

– Тогда иди ко мне, – потянув за руки, он осторожно поднял Сашу, и, прижав к себе одной рукой, другой поднёс стакан к её губам.

– Пей!

– Не хочу, мне не лезет…

– Пей, иначе с каждым часом, тебе будет только хуже. Водка для тебя оказалась самой настоящей отравой…

Выпив пару глотков, она замотала головой.

– Пей, кому сказал, сейчас залью в тебя воронкой.

– Ты не посмеешь, я… не боюсь…

– Ещё как посмею, сначала выпорю тебя, а потом, сама выпьешь, как миленькая.

– Как страшно, – и потянувшись, она через силу сделала ещё несколько больших глотков.

– Ещё, – он продолжал крепко держать её, настаивая на своём.

– Я что, должна целиком выпить этот огромный стакан?

– Весь, до последней капельки. Ты зря упираешься.

– Хватит меня мучить, – она открыла рот и выпила ещё несколько глотков, – больше не могу. Правда…

– Пей! – рассердившись на него окончательно, она забрала стакан из его рук и давясь, еле дыша и кашляя, допила содержимое.

– Ну, вот, умничка, – сказал он, поцеловав в лоб и, погладил по спине, а она от прилива нежности прижалась к нему и выдохнула.

– Спасибо, мой спаситель, – ей было так хорошо и спокойно в его руках. И она заметила, что никогда в жизни ей не было так легко и хорошо общаться, как с этим практически незнакомым Артёмом.

– Полежи с полчаса, тебе станет легче. Что предпочитаешь на завтрак?

– Нет, ничего. Вряд ли мне хоть кусочек влезет в рот, – укрыв её одеялом и выключив свет, он ушёл.

Пролежав ещё какое-то время, Саша поняла, что ей пора прекращать злоупотреблять порядочностью и добротой Артёма, и надо ехать на работу. Дойдя до ванны, она разделась и залезла под душ. Помывшись, чтобы быстрей прийти в себя, она напоследок сполоснулась холодной водой и, стуча зубами, замоталась в длинное полотенце. В такое же большое полотенце завернула голову, забрала нижнее бельё и поднялась в спальню. Бросив одежду на кресло, Саша свалилась на кровать, заметив при этом, что в голове прекратилась беспощадная перестрелка, и ей действительно стало значительно легче. Пропала подкатывающая тошнота. И если бы не эта слабость, она испытала настоящее блаженство.

Вдруг она услышала где-то рядом шум льющейся воды и испугалась. Где это может так лить, удивилась она, увидев дверь, бросилась туда и, открыв, увидела обнажённого Артёма вытирающегося уже в полотенце. Оказывается, это была ванная комната.

– Чувствуй себя, как дома, но всё же надо стучать…

– Я думала, вернее я не предполагала, что это ты….

– Не стесняйся, – сказал он с сарказмом, продолжая вытираться.

– Извини, – сказала Саша, она не могла отвести от него глаз. В тот же миг она подошла к нему вплотную и, потянувшись, прижалась к его губам.

– Александра! Хватит уже! Ты переходишь всякие границы приличия…

– Поцелуй меня, всего один поцелуй…

– Я совсем не хочу быть твоим орудием возмездия…

– Какого возмездия? Ты наверно думаешь, что я такая порочная и легкодоступная, но это не так. Артём, ты странно действуешь на меня, и я хочу тебя!

– Даже так! Знаешь, что… иди-ка ты к своему бывшему…

– Поцелуй, один раз и если тебе будет противно, я не буду больше настаивать, поверь, всего один поцелуй.

– Ты сейчас с помощью меня хочешь насолить своему парню любой ценой. А я в эти игры не играю…

– Один поцелуй, и Антон тут вовсе не причём. Пока ты мне о нём не напомнил… я забыла…

– Нет…

– Да…

И она, снова встав на носочки, прижалась к его губам. Это было крайне безрассудно и неразумно с её стороны, но Саша ничего не могла с собой поделать, какая-то неимоверная сила заставляла сейчас действовать так, а не иначе. Обняв её, Артём прижал к себе и уже оба больше не могли остановиться. Сняв с неё полотенца, он унёс её на кровать. Саша шептала в порыве страсти его имя, гладила по лицу, плечам, то взлетая в своих ощущениях вместе с ним очень высоко, то взрываясь и рассыпаясь на тысячи осколков, растворяясь в нем самом целиком, без остатка. Она звала его за собой, и окончательно выбившись из сил, затихла.

Целуя в висок, Артём гладил вздрагивающую ещё Сашу, нежно прижимая к себе и повторяя: – ты восхитительна!

В комнате был полумрак, на улице начало светать и фонарь почему-то потух. Саша обняла Артёма, чувствуя себя такой счастливой и умиротворённой, глаза слипались, и она уже практически вновь засыпала, как услышала:

– Ну, как? Теперь ты от меня не отвертишься, – прошептал Артём, и вновь прижался к её губам.

А Саша ничего не ответила, потому что от его поцелуя, её вновь захлестнула волна желания. Отвечая на его ласки, она опять позволила себе окунуться в эти полные страсти и огня, прекрасные ощущения, которые щедро дарил ей Артём. Вскрикнув его имя, Саша, в очередной раз погрузилась в настоящую истому.

Приехав на работу с большим опозданием, Саша соврала, что с утра работала в гостинице за ноутбуком. Понимая, что упущено несколько часов полезного времени, безотлагательно приступила к своим обязанностям. Сама она прекрасно понимала, что находясь здесь, выполняет не совсем свои обязанности, пытаясь наладить работу не только высшего, но и среднего звена менеджмента. Получается, она работала и за себя, и за того парня, которому не хватало должных мозгов настроить работу коллектива так, чтобы он работал, как ход хорошо слаженных часов.

Поэтому здесь, ей никто не смел, делать замечания, перечить, а все наоборот прислушивались к её мнению. Пусть она и была намного моложе всех остальных, но это никак не влияло на её авторитет и работоспособность. Попросив заварить ей зелёный чай, Саша дала задание личному секретарю, девушке, которая была временно приставлена к ней, помогать с документами и для того, чтобы собирать всех ответственных лиц, в её кабинете. Работа закипела и только когда Саша почувствовала, что очень сильно проголодалась, поняла – рабочий день подошёл к концу.

Практически за весь день, она ни разу не вспомнила про Артёма, встреча с которым так чудесно и круто перевернула её жизнь. Утром, она уехала от него на такси, пытаясь ему объяснить это тем, что раз Артём сегодня устроил себе выходной, то не зачем специально из-за неё ехать в город. Но проводив её до машины, он поцеловал и сказал, что вечером будет ждать снова. Вспоминая своего, теперь уже бывшего Антона, Саша была удивлена тому, как быстро закончились её терзания относительно него. Или может она действительно таким странным способом пытается забыть то, что их связывало. Но решив, что стоит ей увидеть Антона вновь, она скорей всего, опять поплывёт.

Заехав в гостиницу, приняв душ и позже стоя у окна, глядя куда-то при этом в темноту, она немного поразмыслила о своих скрытых сторонах личности, о которых даже не подозревала вплоть до вчерашнего дня. И она не понимала, толи на её поведение, повлияла та надломленность, которая произошла с ней разом или кажущаяся на тот момент, безысходность, как бы там не было, но она вынуждена признать, что вчерашнее потрясение в корне изменило её поведение. Саша сама никак не ожидала от себя такой открытости, прыти и даже наглости перед посторонним мужчиной. И, конечно же, не ожидала, что может быть такой страстной, смелой и непредсказуемой.

Все эти мысли о себе начали её раздражать, перед ней стоял выбор, оплакивать прошлое или идти в новое, не желая больше обо всём этом думать, она хотела только одного – быть счастливой, ощущать это женское счастье каждой клеточкой, поэтому махнув на всё остальное рукой, вызвала такси и поехала к Артёму. Саша выбрала радость от новых отношений вместо страдания, но правильно ли это, не знала. А увидев Артёма, поняла, что не может и не хочет сопротивляться своей внутренней свободе, своему страстному влечению, зову сердца, поэтому бросилась в его объятья и через какое-то время, оказалась уже в спальне. Оба соскучившись, изголодавшись, стаскивали друг с друга одежду, пока не окунулись с головой в полный трепета и томительных ощущений восторг от близости. И только после того, как насладившись друг другом, смогли придти в себя, спустились обратно вниз.

– Умираю с голоду, – шептала Артёму Саша, таща его за руку на кухню, – мне за день, так ничего и не удалось поесть.

– Ты что, вообще не ела?

– Нет, только пила пару чашек зелёного чая. Было некогда.

– Это плохо, тебе явно нужна нянька. И всегда ты так?

– Нет, ты будешь смеяться, но это тоже впервые. Обычно я очень предсказуемая и всегда и всё соблюдаю. Хоть мало, но ем. Это мне голову снесло от встречи с тобой.

– Получается, я на тебя плохо влияю…

– Не говори глупости, просто… ты мне показал другую жизнь, ты выбрал меня на этой набережной, помог, – она замолчала, глаза вдруг увлажнились, – я сейчас заплачу.

– Почему?

– Банально, но от того, что просто счастлива. Понимаешь, ты первый, кто вызывал во мне целый ураган таких разных по ощущениям эмоций. Мне хочется летать, и плакать и смеяться одновременно, ты первый, кто пожалел меня просто так, и ты… почему ты мне стал так нужен? Я уже второй день не понимаю себя … – и у неё действительно потекли слёзы.

– Ш-ш, успокойся, давай поужинаем, – и, обняв её, усадил к себе на колени.

– Ты у меня тоже первая, своей непохожестью и непредсказуемостью. Я таких ещё не видел, – и, улыбнувшись, нежно поцеловал её, – ужинаем?

– Да.

Сидя на диване перед телевизором, они смотрели какой-то фильм, хотя смотрел Артём, а Саша лежала у него на коленях и больше клевала носом, иногда проваливаясь в сон. Вдруг он спросил:

– Саша, а сколько тебе лет? Ты, что спишь?

– Мне много, через пару месяцев – двадцать четыре.

– Совсем старушка.

– Да. А тебе сколько? – спросила она лениво.

– А мне недавно исполнилось тридцать.

– Ого! Так много…

– Чего? – Саша засмеялась, её развеселила реакция Артёма, на её ого.

– Так ты специально? – и развернув, её он прижал к себе, – буду безжалостен и беспощаден, – и поцеловал.

– А у тебя дети есть? – спросила она серьёзно.

– Значит, мы с тобой играем в игру, вопрос-ответ, хорошо. Ни детей, ни жены. А у тебя?

– И у меня, ни детей, ни жены, – и она опять начала весело смеяться….

– Да ты морочишь мне голову…

– Хорошо, отвечу тебе честно, ещё недавно мечтала стать женой, и если бы от меня всё зависело, давно бы сделала своему бывшему предложение. Да я и чувствовала себя женой. У меня кроме него практически никого не было. Пару раз в институте поцеловалась с одним нарциссом, на этом всё и закончилось.

Лицо Артёма было так близко от её лица, он внимательно рассматривал Сашу, проводя пальцем по её бровям, скулам, шее. Она тоже потянула к нему руки и зарылась в его волосы, на неё подействовала близость Артёма, дыхание и вскоре Саша сама целовала его щёки, глаза, губы. Сейчас он был очень нежным, доводя её своими ласками почти до исступления, но и она была для него такой желанной, такой горячей. После разрядки, когда Саша уже спала в его объятьях, ему вдруг стало невыносимо, от того, что совсем недавно она принадлежала другому мужчине, и что он так же мог прикасаться к ней. В нём пробуждалась жгучая ревность к тому, кого она ещё недавно любила. Только теперь он стал задаваться вопросом, а почему любила, может до сих пор любит.

Нет, Саша совсем не похожа на лицемерную особу и тогда им не было бы так хорошо вдвоём. И Артёму захотелось, чтобы Саша принадлежала только ему, в нём начали просыпаться собственнические нотки, которые будоражили потревоженное любовью сознание. Думая о ней, он ещё не решил до конца, как быть с тем, что они так быстро ввязались в эти яркие и полные страсти отношения. Сама Саша, как никто ранее всколыхнула, заполняя собой, все его мысли, все его чувства, окружающее пространство и этого на данный момент было вполне достаточно, что бы ощущать себя вполне удовлетворённым и даже больше. Выспавшись и хорошо отдохнув за день, он вновь спустился в свой кабинет, чтобы просмотреть подготовленные ещё вчера документы. Проработав пару часов, попил чай и далеко уже за полночь пошёл спать.

Когда он поднялся в спальню, то увидел, что голова Саши нервно металась по подушке, она всхлипывала и вдруг позвала его по имени. Даже во сне, его девушка знала, у кого просить помощи. Улыбнувшись, он прижал её к себе, целуя в голову, гладя по спине, вскоре она вновь расслабилась и успокоилась. Как же хорошо, что он решил позавчера прогуляться по набережной, подумал Артём, засыпая рядом с ней.

Утром, за завтраком, Саша была не просто рассеянной, а словно совершенно другой, чужой, потерянной и слишком тихой.

– Что с тобой? – Артем, сидевший напротив, прекрасно видел, что она как будто снова погрузилась в себя.

– Ничего. Такие стремительные перемены радуют и будоражат меня, мои мысли пугают, не могу поверить, что я оказалась такой беспечной и смелой. Я как будто родилась заново, выползла из какой-то скорлупы. Но боюсь поверить себе, что это не я. И боюсь, когда ты узнаешь меня ближе, я покажусь тебе ужасно скучной.

– Может, всё-таки я сам составлю мнение о тебе. Чего ты боишься ещё?

– Не знаю. Сегодня я боюсь всего, абсолютно всего и боюсь, что запуталась окончательно. Мне хорошо с тобой… так хорошо, что иногда трудно дышать от переполняющего счастья. Я до сих пор не верю, что так может быть. Больше всего боюсь, если это так же быстро закончится, как и началось, что тогда будет? Мы ведь друг другу ничего не обещали…

– Саша, почему у тебя такие панические мысли, после такой прекрасной ночи? Нам ведь действительно хорошо вместе.

Она вдруг встала и, подойдя к нему села на его колени, прижалась.

– Почему мне всё время хочется быть рядом с тобой, держаться за тебя, я не понимаю себя, трогать тебя. С Антоном, как бы я его не любила, такого раньше никогда не было. Вот и сейчас, я запросто села на твои колени, даже не задумавшись об этом. Просто захотела тебя обнять, ты притягиваешь меня, как магнит. Почему ты на меня так действуешь? А ведь я никогда не сидела за завтраком, да и вообще, на коленях Антона. Почему это мне с ним не приходило в голову? Почему я теперь со стороны вижу наши с ним отношения, как начальника с подчинённой, – и, прижавшись к нему, Саша затихла.

– Не надо столько думать. Доверяй своим ощущениям, как я, верь себе. Саша, ты совсем мало ела, впереди длинный день.

Но Саша продолжала рассуждать о своих кажущихся проблемах.

– И в постели, почему я тебя так сильно хочу? Ведь хотеть, это прерогатива мужчины, – обнимая её, Артём не выдержал и засмеялся.

– Что смешного? Я серьёзно…, а ты … – она погладила его по лицу.

– Сашка, ты неисправима, кто тебе сказал эту чепуху? Когда женщина хочет мужчину, это нормально. Со мной ты чувствуешь себя свободной.

– Да, ты прав, с тобой мне легко и просто. Антону, я точно не посмела бы сказать, что хочу его и вообще ни когда не говорила с ним на эти темы. Но сегодня у меня возникла одна проблема. Мне тяжело от тебя оторваться, даже на день. Это не нормально. Кажется, я очень сильно подсела на тебя. Поэтому, прошу тебя, прогони меня прямо сейчас, пока я ещё в состоянии хоть что-то понять.

– Ты серьёзно? Мне хорошо с тобой…

– Ты не хочешь меня понять, я из одних отношений прыгнула на скором поезде в другие и чувствую теперь, с одной стороны всю не правильность этого поступка, некое предательство по отношению к нему. И это меня разрушает, внутренне убивает. С другой стороны я не могу отказаться от тебя, и это тоже просто разрывает меня на части. Когда я выхожу за двери, моё сердце почему-то остаётся с тобой. Как такое могло случиться? Помоги мне!

– Саша, – он прижал её к себе, – да, мы с тобой просто два очень счастливых человека, в тебе живёт сейчас чувство мнимой вины. Ты живой человек, поэтому, в тебе есть совесть. Но ты должна понять для себя, что не ты ушла из этих отношений добровольно, не предавала, это он тебя бросил. Просто у тебя не было выбора, ну а потом очень быстро появился шанс встретить меня. И всё же думаю, у тебя с Антоном была влюблённость или привязанность, которую ты принимала за любовь. Скажу тебе честно, настоящая любовь так быстро не умирает.

– Тогда почему мне было так плохо, когда я узнала, что меня бросили.

– Ты искренне верила, что любишь его.

– Как ты меня только терпишь, когда я вот так разговариваю с тобой про бывшего парня?

– Думаю, скоро введу запрет на эту тему, но пока терплю…, – наклонившись, поцеловал её.

– Давай расстанемся временно на два дня, мне надо разобраться со своими чувствами, я запуталась, а рядом с тобой, я ни о чём кроме тебя самого больше не могу думать.

– Нет, я не согласен, это очень долго.

– Давай тогда, хотя бы расстанемся на сутки. Это надо для меня, если ты не согласишься, у меня точно не хватит силы воли и сегодня же вечером, я опять буду стоять у твоих ворот. Я даже сейчас не хочу с тобой расставаться, на день, помоги мне.

– Не понимаю, зачем тебе всё это надо. Хорошо, только дай мне тогда твой номер телефона.

– Не могу…

– Почему?

– У меня больше нет телефона, я его тогда от злости выкинула в реку. В реке так живописно отражались огни города, и мне казалось, река живёт своей красивой, ночной жизнью. Она манила меня и в какой-то момент я поняла, что хочу, чтобы эти огни погасли, и бросила телефон.

– Фантазёрка моя. Сейчас поедем и купим тебе новый.

– Сегодня уже не успеем, давай послезавтра?

– И что, ты сегодня не приедешь? Нет, давай твои сутки начнутся через два дня, хорошо, иначе вечером я сам поеду искать тебя – и он прижался к её губам, – Сашка, какая ты восхитительная…

Сегодня она приехала на работу вовремя. Как бы она не спорила, Артём, не желая больше слушать все её пустые доводы и возражения, довёз её до офиса, а вечером обещал забрать обратно. Сидя в своём кабинете, Саша понимала, что каждый час, проведённый вместе с ним, затягивал и закручивал их отношения её всё больше и больше. Зная теперь уже, что нет ничего вечного, она боялась, что это тоже может закончиться так же плачевно и быстро, как и в случае с Антоном. Поэтому ей не хотелось больше, тратить год или полтора на отношения, чтобы потом опять рыдать от безысходности. Что делать дальше, она пока не знала. Погрузившись в работу, даже не заметила, как в её кабинет кто-то зашёл, и только почувствовав на себе пристальный взгляд, она подняла глаза. Это было настолько невероятно, но перед ней стоял Антон собственной персоной, облокотившись на дверной косяк, он очень мило улыбался. Её удивлению не было предела, но она ничем это не выдала.

Вот как он так умеет, предал её и ещё улыбается, это первое, что пришло ей в голову.

– Привет дорогая!

– Привет! Хотя мы оба прекрасно знаем, что я больше не твоя и не дорогая. Что ты тут делаешь? – Саша пыталась говорить легко и непринуждённо, буднично, как будто ничего и не произошло.

– Рад видеть тебя здоровой и невредимой, – Антон продолжал улыбаться и это начало раздражать. Ей было обидно, что он даже и не пытается скрыть радость от перемен в личной жизни, и то, что это может сильно ранить Сашу, пусть теперь и как бывшую девушку.

Ничего не понимая, она продолжала молчать. Ей было не понятно, к чему все эти лицемерные улыбочки и мнимая забота о ней?

– Почему ты отключила телефон, и не отвечаешь на звонки даже по ноутбуку? Почему, скажи, разве так трудно? – спрашивая, он неожиданно занервничал и сел на стул, стоящий напротив неё.

– А что, должна была?

– Я волновался, очень! Ты пропала! Не выходила на связь. И Вероника тоже нервничает…

– Понятно, я всех напугала. Вот ты и убедился, что со мной всё хорошо, теперь будь любезен, уйди! Мне некогда.

– Понимаю, ты злишься на меня, расстроена, а давай сходим попить кофе и по дороге обо всём поговорим?

Сашу окончательно разозлило это предложение.

– Ты даже до сих пор не знаешь, что я ненавижу кофе и совсем не пью его.

– Чего ты цепляешься к словам. Хорошо, пошли пить чай…

– Я тебя не держу, иди с кем хочешь и пей, что хочешь…, – и она вновь уткнулась в свои бумаги. Только этого ещё ей не хватало, но Саша затылком теперь чувствовала его дыхание, и это нервировало с каждой минутой всё больше и больше.

– Саша! – он выдержал паузу, пока она вновь не подняла на него свои глаза и не посмотрела.

– Тебе велено передать, что твоя командировка закончилась, и с этой минуты ты можешь быть абсолютно свободна, – сказал Антон неожиданно ласковым голосом. Не поверив ему, она, чтобы не нахамить, сосчитала мысленно до десяти и обратно, когда, наконец, к ней вернулось хоть какое-то самообладание, которое стремительно исчезало. После этого она решила расставить все точки.

– Кем велено? Мне никто не звонил, – сказала она совершенно спокойно, удивившись тому, что у неё получилось. Но ей тут же пришлось делать вид, что она изучает важный документ, чтобы избежать слишком пытливого и проницательного взгляда. Больше всего она сейчас боялась сломаться перед ним, боялась оказаться слабой и безвольной куклой. Боялась разрыдаться и броситься на шею. Прилагая над собой огромные усилия, она внешне старалась казаться быть спокойной, а на самом деле непроизвольно с такой силой сжимала под столом свои кулачки, что ногти больно впивались в нежные ладони.

– Куда тебе звонить, если ты всё время не доступна? Я весь извёлся уже, пока ехал сюда, – он встал и нервно заходил по кабинету. Потом обратно сел на место, не спуская с Саши глаз.

– Лично я тебя не звала, проще было позвонить на стационарный телефон. Ведь в компании знают, где я. Иди, давай отсюда, видеть тебя больше не хочу.

– Саша, я…, подожди, – не выдержав больше такого тяжёлого напряжения, она стремительно встала и быстро вышла сама.

Решила, что хватит с неё этих пустых разговоров. Пусть Антон и дальше делает что хочет, а она тем временем спокойно посидит в переговорной. Ведь там сегодня должно было быть свободно. Хотя какое теперь спокойствие, внутри неё кипел целый ураган, и она сама до конца не понимала, что ей хотелось больше. Абсолютно не было ни какого желания, выяснять отношения, высказаться по этому поводу или даже же узнать правду, почему в их жизни всё так драматически закончилось. Полное равнодушие и безразличие, которое она пыталась ему показать сейчас, чуть не привело её к провалу и скорей всего истерике. Она как никогда ранее очень остро чувствовала его присутствие, но не могла разобраться в себе что это? Может отвращение, из-за того, что он поступил с ней так жестоко или она по-прежнему любит его? Сердце стучало, всё тело дрожало, она как будто снова стояла на краю пропасти, как два дня назад, вспоминая через какую боль ей пришлось пройти. К ней начала подкатывать тошнота. Саша знала заранее, что проиграет эту битву с ним, проиграет, поэтому и ушла.

Зайдя в зал, она подошла к большому окну, обняв себя руками и уткнувшись лбом в холодное стекло. Нервы были ни к чёрту, в ней опять начала расти эта паника. Надо успокоиться, твердил ей внутренний голос. Будь сильной и не позволяй своим эмоциям брать верх. Не надо унижаться перед ним и не надо показывать ему свою беззащитность, свою обнажённую душу. Глубоко вдыхая и выдыхая, Саша постепенно вернула крупицу самообладания. Сейчас он уедет и всё наладится, – успокаивала она себя уже вслух, никак не понимая, как он её нашёл. Ведь до сегодняшнего дня Антон никогда не интересовался где и кем она работала. Вернее когда-то, в самом начале, он помог ей устроиться на эту должность, и на этом его интерес относительно её карьеры сразу пропал.

Возможно, ему помогла Вероника, и скорей всего, это именно она вынудила его приехать сюда, но зачем и с какой целью? Как ни странно, но сейчас успокоившись, Антон, ей в действительности показался таким чужим, далёким, как будто они расстались с ним не позавчера, а несколько лет назад. Между ними теперь лежала огромная непреодолимая пропасть, она смотрела на их отношения и не понимала, за что любила. Ведь он буквально вил из неё верёвки. Сейчас к нему не было абсолютно ни какого желания, ни дотронуться, ни приблизиться, а поцеловать даже в щёку, казалось чем-то вовсе не приемлемым. Дело было в том, что его трогала другая женщина, целовала, обнимала, а главное, что и он её тоже. Это убило в ней всё то, что она чувствовала к нему ранее. И главное, что своё предательство и измену он показал ей сам, добровольно, она всё это видела своими глазами, сама и этим было всё сказано. Теперь у Саши с этим вновь открывшимся обстоятельством появилось стойкое нет к нему самому. Самой не верилось, но Антон действительно стал ей чужим.

В течение последних дней, почувствовав свободу, и то, что могут быть другие отношения, она не понимала ещё себя до конца. Не понимала, правильно ли поступает. Правдой было только то, что в эти дни наполненные любовью к другому мужчине изменили практически весь её внутренний мир, изменили до неузнаваемости, и ей было абсолютно наплевать, есть Антон или нет, с кем он сейчас и где. Единственный вопрос, который она задавала себе сейчас стоя у окна, зачем он приехал? Неужели из-за того, что не мог дозвониться?

Когда Саша пошла через час к себе, его уже не было. Выдохнув, она вновь принялась за дела. Ей сегодня предстояло пересмотреть кучу бумаг, чтобы понять, в чём причина снижения продаж. Работа больше не шла, в голове постоянно стояло лицо Антона, встав из-за стола, она начала нервно расхаживать по кабинету. Что мне делать, спрашивала, она себя и не находила ответа. Просидев вынужденно из-за него целый час без дела, она даже не успела пойти на обед, но это не важно. Главное, она никак не могла успокоиться, его присутствие, повергло вновь в дикий хаос и состояние абсолютно-невозможного для неё счастья. Хотелось убежать, скрыться, только легче от этого не будет, боль безжалостно вонзила своё жало и у Саши покатились по лицу не прошеные слёзы.

– Зачем он так со мной, зачем? Почему не может оставить меня в покое? – прошептала Саша сквозь рыдания. Она дала себе две минуты на слабость, ровно две минуты, иначе потом, расклеившись окончательно, не сможет, собрать себя воедино, и захлебнётся от жалости к себе.

Собравшись мыслями, она вновь попыталась вникнуть в работу, но глупые и нелепые мысли уже несли её вдаль, в прошлое, где она была счастлива, пусть и была в полном неведении относительно его верности. Что это неужели Саша жалеет, что всё узнала, неужели может простить Антону предательство и продолжать любить? Какой она показалась себе от этих внезапных открытий, надломленной и ничтожной. Нет, она не позволит себе так низко упасть, иначе никогда не сможет и не выберется из этого липкого состояния.

Вспомнив про Артёма, ей показалось, что это был всего лишь сладкий, красивый, но сон, который не гарантирует никакого продолжения. Выбор, она стояла перед выбором, вспомнив свой недавний сон в гостинице и развилку дорог. Неужели у неё есть выбор? Нет, пока Саша не видит и не верит, в эту возможность. Зачем она нужна Артёму со своими проблемами, да и нужна ли? Навязавшись ему сама, понимала сейчас, что это был не выход. Теперь к существующим проблемам добавились ещё новые, которые тоже терзали её совесть и сердце. К неверности и расставанию с Антоном, добавилась зависимость уже от самого Артёма. Как же она запуталась во всём этом, и как ей выбраться? Сил ругать себя не было, чувствовала только разбитость и тупик, в котором застряла, следуя своими желаниями. Казалось, что всё делает правильно, и только теперь начала понимать, что возможно это был самообман. Почему находясь сейчас на расстоянии от Артёма, она чувствовала себя такой неуверенной? Почему ей так плохо? И только когда за окном начали сгущаться сумерки, обратила внимание на то, как быстро пролетело время. Вспомнив, что должна была заскочить к директору, поспешила, захватив с собой необходимые документы.

В какое же Саша пришла недоумение, когда зайдя внутрь кабинета, увидела там Антона, уютно устроившегося на кожаном диване и распивающего чай. Переведя с него свой недоумённый взгляд и посмотрев почему-то с недоверием на директора, она даже не стала присаживаться, как делала ранее. Только что они смеялись и любезно беседовали, друг с другом пока она заходила, а теперь при её внезапном появлении вдруг повисла гнетущая тишина.

– В чем дело? – спросила Саша, Антона настроенная на худшее. Она моментально вспомнила его слова «командировка закончилась», которые приняла за полный бред. По всей видимости, он как то повлиял на всё это. Но зачем и почему?

– Александра, присаживайтесь, – директор привлёк её внимание к себе.

– Спасибо, я наверно так послушаю.

– Дело в том, – начал директор, – что мне сегодня позвонили и сказали, что бы вы ехали обратно в главный офис, домой. Спасибо вам за помощь, командировка действительно для вас закончилась.

– Понятно, что ничего не понятно. Ну, хорошо, тогда вот ваши бумаги, думаю, не имеет ни какого смысла рассказывать вам о моей проделанной работе, значит, дальше разберётесь сами.

Высказавшись, она повернулась уходить, но вновь задержав свой взгляд на Антоне, задумалась и вдруг сказала:

– Решил мстить мне по полной. Получается, сам когда-то по знакомству устроил, поэтому сам и уволю.

– Не говори глупости, Саша, с чего ты это взяла? А ты сейчас куда? Давай поедем вместе, поужинаем.

– Тебя это больше не касается, – и, попрощавшись, закрыла дверь.

Выйдя из кабинета, она прямиком бросилась собираться, ей надо как можно быстрей уйти отсюда. К горлу вновь начала подкатывать тошнота. Почти что, выбежав на улицу, она столкнулась возле входа в здание с Артёмом.

– Саша, что случилось? Ты опять не на этой планете… вернись, немедленно. Ты слышишь меня?

– Ничего. Поехали? Быстрее…

– Давай где-то поужинаем для начала?

– Нет, к тебе домой, пожалуйста. Обещаю, я сама буду готовить…, – и она буквально побежала к автомобилю. Сев они сразу поехали.

– Почему ты выскочила с работы, как ужаленная? Что случилось? Бледная, тебе плохо?

– Там появился мой бывший, – наконец выдохнула она.

– Надо было мне сразу сказать, на месте, а не бегать от него. Он, что обижал тебя?

– Нет. Ведёт себя так, словно ничего не произошло. Пригласил поужинать. Меня и поужинать… это немыслимо. Такое чувство, что я чего-то не понимаю, я вообще не люблю загадки и всё непонятное, это выворачивает меня наизнанку. Чувствую что-то плохое…

– Трогал тебя? – Артём заметно стал нервничать.

– Нет, даже близко не подходил.

– Как ты?

– Артём, надо где-то притормозить, меня сейчас вырвет….

– Тебе что, плохо?

– Да, от одного его вида, тошнит, давай больше не будем о нём.

Автомобиль остановился на обочине, и Саша выскочила из машины. Ей было плохо, но так как она целый день ничего не ела, то от этого было ещё хуже. Когда Артём обнял её сзади, понял как ей действительно нелегко, она вся дрожала. Наконец приступ прошёл, и она, повернувшись, прижалась к нему.

– Из тебя ничего не выходит. Ты что, опять ничего не ела?

– Нет.

– Саша, с завтрашнего дня мы всегда обедаем вместе, поняла? И больше никаких возражений, – услышав эти заботливые слова, у неё навернулись слёзы. Ведь Антону было всегда всё равно, успела она пообедать или нет. И что она скажет завтра Артёму, ведь никакого завтра уже больше не будет, и он на самом деле ничего про неё не знает. Даже не знает, что она живёт в другом городе, а здесь находится только в командировке и завтра надо уже уезжать. Получается он к ней со всей душой, а она скрывает, почему она скрывает?

После ужина, Саша решила рассказать ему про себя всё с самого начала. Рассказать где живёт, почему приезжала и что ей надо будет уехать. Но она боялась, что услышав правду о ней, Артём вдруг буднично скажет, «надо, так надо», у неё тогда к нему точно всё окончательно разрушится. А так, по крайней мере, если она уедет просто, не сказав ему ни чего о себе, в душе будет верить, надеяться, что он любит. Всё её естество было против расставания, сейчас это было всё равно, что вырвать сердце из груди, но вспоминая, какую боль она испытывала недавно из-за Антона, поняла, если её бросят второй раз подряд, просто не выдержит, сломается бесповоротно.

Оттягивая время и наконец, закончив с уборкой на кухне, Саша пошла, искать Артёма. Когда пройдясь по комнатам, поняла, что его нигде нет, очень удивилась, а выйдя в прихожую, с облегчением увидела, что он заходит с улицы и в руках его были коробки.

– Ты ходил гулять?

– Нет, выходил к машине, забрать тебе подарки.

– Что за подарки? – и взяв её за руку, Артем повёл в гостиную.

– Купил тебе телефон, – он протянул ей, – там уже есть карта, все настройки и я записал тебе свой номер. Установлены все программы, приложения, пользуйся, – обняв его, Саша расплакалась. Что ей делать?

– Эй, ты чего? Это всего лишь телефон, – он поцеловал её, – хватит грустить. И ещё у меня для тебя наушники, будешь слушать музыку. Я тебе закачал её в телефон на свой вкус, но ты можешь всё исправить.

Обнимая Сашу, в нем начинала пробуждаться нежность к этой удивительной девушке, которая опять поливала его слезами. Её трогательность и сердечная привязанность к нему, заставляли трепетать сердце, погружая в состояние абсолютного счастья. Внутренне Артём весь светился тёплым, уютным, домашним светом и всему виной в этих переменах была она, Саша, девушка, в глазах которой он утонул раз и навсегда.

– Обещай, больше не плакать. У нас с тобой всё хорошо…, – она, улыбнувшись сквозь слёзы, закивала головой. Как ему сказать, что она завтра уезжает? И понимая близость расставания, ещё крепче обняла его.

– Артём, спасибо за подарки. Ты такой внимательный…

Прилетев в аэропорт, Саша сразу поехала на работу. Проще было позвонить, но уезжая, она не взяла телефон, подаренный Артёмом, иначе ей было бы очень трудно расстаться с этим человеком. Думая всю дорогу о своём поступке сбежать вот так, не попрощавшись, было не просто неприлично, а очень глупо. Получается, она не поблагодарила того, кто спас её, и хуже того, Саша поняла это сидя уже в самолёте, что тоже бросила Артёма, даже не объяснив ему причину своего поступка. Ей хотелось всё исправить, и впереди были длинные выходные, но как это сделать, она теперь не знала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.