Алла Биглова
Снова с тобой

Пролог

8 лет назад

Если бы я знала, что все будет так – никогда бы не согласилась на первое в жизни свидание! Непрерывно потряхивало от нервов, а мамино предложение выпить успокоительного не помогало, только усиливало нервозность.

Не понимала, как и чем меня зацепил этот несносный мальчишка. Я познакомилась с ним всего несколько дней назад. И столь же быстро поспешила на романтическую прогулку наедине.

Ну, серьёзно?!

С первой встречи нас неумолимо тянуло друг к другу. Мы часами напролёт общались в интернете, и теперь он позвал меня кино на вечерний сеанс. Наверное, билеты купил на места для поцелуев.

Мама щебетала и суетилась, отчего я переживала ещё больше. Будь отец дома, думаю, он вовсе не отпустил бы никуда с «незнакомцем». Доченьке шестнадцать лет, маленькая ещё. Небось в куклы Барби играть бы отправил.

Фыркнула, заломила пальцы, мечтая унять дрожь в руках. Не помогло. Может, отказаться?

Собралась я быстро, как солдат в армии. Надеялась хоть как-то скрыть беспокойство, но мама задержала, заявив, что девушка просто обязана опоздать, хотя бы ненадолго. Опоздать и немного потомить парня. В итоге под безостановочные и нудные ворчания мамы всё-таки сорвалась: Виктор ждал на остановке в соседнем дворе, а я больше не могла сидеть на месте.

– Да ладно тебе, не принц – подождёт, – мама скрестила руки на груди, недовольно глядя на моё копошение у порога. Я уже напялила куртку. Стояла середина сентября, несмотря на тепло, дул холодный ветер, и перспектива простыть меня не прельщала.

Мои мысли сбивались, и я никак не могла скрыть напряжения. Мне, столь саркастичной и прямолинейной, даже нечего было возразить маме. Хотелось просто сбежать: от ненужных дум, от внимания нравящегося парня, от бессмысленного волнения, как своего, так и маминого.

Про себя досчитала до ста. Виктор предлагал зайти за мной, но я отказалась: не было желания показывать соседям, что за мной кто-то зашёл.

Нет уж. Сегодня никакого бесплатного цирка!

Бежала, чтобы сократить минуты опоздания. Не желала выглядеть непунктуальной в глазах Виктора.

Вот и он. Застыла на несколько секунд. Высокий, темноволосый красавец переминался с ноги на ногу, ожидая меня. Только от его внешнего вида начала бить дрожь. Что будет, если он ко мне прикоснётся? Так, отставить лишние фантазии! Может, бросить всё и вернуться домой?

Где там моя любимая игрушка, по завету отца? Хмыкнула: мама давно поняла, что я повзрослела, когда-нибудь дойдёт и до папы. Надеюсь, раньше, чем я выйду замуж.

Увидела строгий взгляд Виктора и догадалась: мне несдобровать. Ой, что сейчас начнётся! Несмотря на дурное предчувствие, на моём лице нарисовалась глупая улыбка. Попыталась стереть её, но от этого она стала гораздо шире.

– Ты опоздала на три минуты! – вместо приветствия ткнул мне под нос наручные часы.

– Правда? А я и не заметила, – ухмыльнулась, готовясь к словесной перепалке. – Ничего катастрофичного за это время же не случилось?

– Ну, пока другую девушку не нашёл, и на том скажи «спасибо», – Виктор усмехнулся в ответ.

Ну, а чего я ждала от самого язвительного парня на свете? Чтобы он обнял меня или закружил на месте? Не тот человек. В его поразительной сдержанности я убедилась ранее.

Этот вечер мы провели прекрасно. Не было никакой тошнотворной романтики, мы смеялись как два идиота, «невинно» подкалывая друг друга и веселясь, словно маленькие дети.

Расслабилась я уже через десять минут рядом с ним. Вдруг захотелось раствориться в столь чарующем и волшебном событии.

Весь вечер мой взгляд то и дело возвращался к губам собеседника: я желала, чтобы именно он подарил мне первый поцелуй. «Может, поцеловать его самой?» – вопрос крутился в голове, но я никак не могла решиться на такой поступок.

– Ну чего ты шмыгаешь носом? Слёзки утереть? – язвительным, но весёлым тоном спросил Виктор, когда фильм закончился на неоднозначном моменте.

– Да не плачу я! – возмутилась, уставившись в манящие шоколадные глаза.

– Брось, Наденька, у тебя такой похоронный вид, – Виктор рассмеялся, а мне захотелось его стукнуть.

После кино мы ещё погуляли, всё также издеваясь друг над другом. Виктор проводил до дома, где на прощание я получила от него поцелуй в щёку. Этот немного детский и наивный жест вызвал кучу эмоций, а всё тело покрылось гусиной кожей…

~~~

Мы так и не смогли справиться с подростковой стеснительностью и признаться друг другу во взаимных чувствах. Наши пути разбежались в разные стороны, и я даже и представить не могла, что однажды встречусь с ним снова.

Глава 1

1

Танцы вот уже много лет – моя стихия, моя жизнь, мой воздух. То, без чего я не могу представить своего существования. Вот уже несколько лет я выступаю, наслаждаясь каждой секундой, когда двигаюсь в ритме танца.

– Зачем вы меня вызвали, Тамара Глебовна? – моя начальница вызвала меня к себе посреди репетиции, и теперь я недоумённо смотрела на неё.

На неё и на своего коллегу, который раздражал меня последние несколько недель. Алексей сидел напротив и пожирал взглядом. Мальчишка (по-другому назвать его язык не поворачивался) был из мужской команды. За последние три месяца он так достал неумелыми и неуклюжими ухаживаниями, что хотелось просто придушить.

Ну вот как объяснить, что отношения – не для меня?

– Скоро День Победы, – лучезарно улыбнулась женщина.

– Да, – коротко кивнула я, – мы готовим номер…

Тамара Глебовна подняла правую руку, вынудив меня замолчать.

– Я знаю, Наденька. Но ты примешь участие в благотворительной акции «BestDance».

Смысл сказанного дошёл до меня не сразу: мой мозг отчаянно отказывался верить в услышанное и осознать его. Каждый год «BestDance», так называлась наша компания, устраивала вальс в честь победы. Хореографы ставили танец совершенно бесплатно и таким образом делали неплохую рекламу, зазывая народ, жаждущий халявы, поучаствовать. Для людей со стороны – это было шансом бесплатно проявить себя. Кто-то, вдохновившись, оставался с нами, покупая абонементы на обучение.

Обычно такое выступление начинала пара профессиональных танцоров. Это дополнительно оплачивалось, плюс в подарок, как бонус, добровольцы получали костюмы.

– Я выбрала тебя и Алексея. Ты превосходно двигаешься и знаешь вальс. Алексей гибок, артистичен и быстро учится. Я думаю, вы будете идеальной открывающей парой.

Я сглотнула. Условия заманчивы. Но, чёрт возьми, репетировать с Алексеем несколько недель?! Боже, где я так провинилась в этой жизни?

Мне оставалось только кивнуть. Возражать было бессмысленно.

2

Утро началось со звонка Алексея и его предложения приехать ко мне домой. Спросонья я долго не понимала, зачем ему заезжать за мной в мартовский воскресный день.

– Ты чего? У нас тренировка вальса! – в трубке раздался жизнерадостный голос.

Я тяжело вздохнула. И как я могла забыть?

Зал находился в нескольких кварталах от моего дома. Я спокойно дошла бы пешком. Но парень настаивал, и я нехотя согласилась.

Алексей пришёл в «BestDance» пару месяцев назад и почти сразу же стал моей головной болью. Невысокий, с кристально-чистыми голубыми глазами он отличался исключительной гибкостью и пластикой. Некоторые девушки мечтали о свидании с ним. Я же предпочитала его избегать. Неужели тем самым задела мужское самолюбие? Не хотела, честно! И в мыслях не было! Готова принести глубочайшие извинения. Всё, что угодно, лишь бы отстал!

Блестяще-белая иномарка ждала меня возле подъезда. Алексей даже посигналил, чтобы я уж точно не пропустила его. Как же. Такого не заметить трудно. Фыркнула. Не люблю позёров. Но просто не оставалось выбора – пришлось плюхнуться на переднее сидение.

– Ты точно уверен, что хочешь вальсировать со мной? Я то ещё исчадие ада, – презрительно хмыкнула. – Мы можем отказаться. Почему ты с таким энтузиазмом хочешь участвовать?

– И тебе привет, – улыбка в тридцать два зуба осветила машину. Захотелось зажмуриться от боли.

Алексей был одет в голубую рубашку и коричневые брюки. Кожаная куртка висела на спинке водительского сидения. Он что, на подиум собрался? На первых репетициях нам придётся сильно попотеть.

Но вслух я ему об этом не сказала – пусть поймёт ошибку сам. Не маленький.

– Здоровались с утра, – коротко и зло бросила.

Подобные ухаживания не производили на меня ни малейшего впечатления. Это становилось даже скучным. Глядя на эти усилия, почему-то виделись толпы падающих к его ногам девчонок. На меня же его обаяние вообще не действовало.

– Ты чего хмурая? Встала не с той ноги? – Алексей перестал улыбаться и теперь обеспокоенно рассматривал меня.

Ага, у меня обе ноги не те, когда ты рядом.

– Не отлынивай от вопроса, – как можно милее улыбнулась я.

– Это хорошая возможность, – Алексей тяжело вздохнул, видимо, понял: спорить со мной бесполезно. – Совершенствоваться необходимо. А то зависнем на уровне танцоров никому ненужного городка, – мы уже ехали, когда вынужденный партнёр произносил пламенную и душетрепательную речь. Я промолчала, несмотря на то, что где-то в глубине души с ним согласилась.

На поездку ушло около пяти минут. Парень, похоже, расстроился, что зал расположен так близко от моего дома.

– Сказала же, могу дойти пешком, – хмыкнула я, показательно хлопнув дверцей.

– Тебе никто не говорил, что у тебя скверный характер? – кажется, я всё-таки подпортила ему настроение.

– Не ты первый, не ты последний, – равнодушно пожала плечами.

Чем быстрее он поймёт, что я не хочу с ним отношений, да и в принципе не создана для романтики, тем лучше для него. Ну, серьёзно, как можно быть настолько тупым?!

«Просто я совершенно не хочу с тобой ни общаться, ни, тем более, танцевать», – вертелось у меня на языке, но столь обидную мысль я не озвучила, пожалев нежную психику Алексея. Я же не совсем бесчувственная.

Мы поднялись на второй этаж и очутились в светлом просторном зале, где нас ждали другие пары. Я скинула пальто и повесила на ближайшую вешалку.

– Ослепительно выглядишь, – этот комплимент Алексея я проигнорировала.

Жестоко? С лихвой хватило букета навязчивого поклонника ко Дню Святого Валентина. Сейчас сожалею, что не заехала им по глупой макушке Алексея.

На мне была обтягивающая футболка и лосины – обычный и удобный наряд для тренировок. Я знаю, что я красивая, но ослепительно выглядеть в спортивной одежде – чутка перебор.

Я не сразу поняла, что произошло, но через мгновение я услышала знакомый женский визг, а в следующую секунду на моей шее повисла тяжёлая тушка.

– Надька!

Я хотела проворчать, что так и оглохнуть можно, но, разглядев того, кто висит на мне, застыла. Вообще я узнала её с первого визга, но мысленно отказывалась верить в совпадение, что столь дурно воняло.

Передо мной предстала Любовь. Собственной персоной. Тушите свет, заказывайте гроб. Спрячьте меня, пожалуйста!

Внешне я это никак не показала. Пришлось держать хорошую мину при плохой игре.

– Какими судьбами?! – воскликнула бывшая подруга, наконец, выпустив из излишне тесных объятий.

– Привет, – выдавила улыбку, надеясь, что от её кислоты и угрюмости не завянут близстоящие личности. Надеюсь, не цветы. – Пришли на репетицию вальса.

– Тоже участвуете? – Любовь смерила оценивающим взглядом Алексея.

Тот, хоть и не понял, что происходит, но на автомате улыбнулся. Он что, сошёл с обложки глянцевого журнала?!

– А кто этот красавчик рядом с тобой? Бойфренд? – Любовь сыпала вопросами и, похоже, не планировала от меня отстать.

– Партнёр по танцам, – сухо бросила я.

Мне не хотелось раскрывать подробности личной жизни. Прошло примерно четыре года с тех пор, как мы в последний раз виделись. Пусть пройдёт столько же. Лучше ещё больше. Меня вполне устроит следующая встреча через никогда. Желание общаться с ней отсутствовало напрочь.

– Ну, просто так сюда танцевать не приходят, – Любовь мгновенно поставила диагноз, шаловливо играя бровями. О боже, они у неё ещё и нарисованные?!

Спас патовую ситуацию… Виктор. Они по-прежнему вместе? Приятно знать, что любовь и длительные отношения всё-таки существуют. Нет, я серьёзно. Без сарказма.

В горле пересохло, потому что по ощущениям я увидела оживший труп. Сердцебиение участилось, а сама я начала быстро-быстро моргать.

– Опять встретила старую знакомую?.. – Виктор застыл на полуслове, увидев меня.

Я почувствовала, как его взгляд заскользил по мне. Парень лишь довольно ухмыльнулся. Что, прошла внутренний фейс-контроль? Надеюсь, не мечтает о тест-драйве? Вздрогнула от подобной мысли.

Виктор ничуть не изменился. Лишь похорошел и немного возмужал. Всё те же шоколадные глаза, горящие соблазнительным огнём. Всё та же дьявольская улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Ухоженные и идеально уложенные каштановые волосы по-прежнему хорошо выглядели.

3

8 лет назад

Невозможно забыть тот день, когда твой мир изменился, перевернувшись с ног на голову, и заиграл новыми красками. У каждого был такой момент, своя точка невозврата.

У меня их две.

Первой стало поступление в экономический колледж, где случился ряд эмоциональных событий. Мне только исполнилось шестнадцать, и отец решил, что пора получать высшее образование.

Наступила новая жизнь: вместо уроков теперь я посещала пары. Было сложно привыкнуть к вечно меняющемуся расписанию, к новому преподавательскому составу и незнакомым ребятам.

В начале сентября возле доски объявлений я встретила ЕГО. Первая любовь подкралась незаметно, когда я её не ждала.

Виктор оказался моим одногруппником, бойким, весёлым и задиристым парнем, с которым я, несмотря на свой крайне острый язык, быстро нашла много общего. Мы обменялись номерами ICQ: так давно это было!

Ностальгия… Дети девяностых играли в тамогочи и тетрисы, увлекались собиранием фишек и наклеек, поколение двухтысячных фанатело от киндер-сюрпризов и компьютерных клубов, а в десятых годах во всех домах появлялись компьютеры, в телефоны медленно, но верно, как вирус, проникала аська.

Мы с Виктором не стали исключением и торчали в социальной сети дни напролёт, отчаянно переписываясь друг с другом. Мы часто просыпали пары из-за нашего общения почти до рассвета. Мы могли болтать хоть вечность: у обоих было своё мнение по каждой мелочи, и частенько всё перетекало в жаркую дискуссию. Мы никогда не ругались.

Я не заметила, как под чутким руководством Виктора из серой мышки превратилась в яркую, активную девушку, перестала бояться общения с живыми людьми.

– Ты никогда не была серой мышью, – с серьёзным видом и азартом в глазах заявил спустя полгода нашей странной дружбы Виктор.

– Ты, наверное, шутишь?

– Зачем? – шаловливая улыбка появилась на его губах. – Только ты могла умудриться собрать нашу разношёрстную группу встречать Новый год вместе.

Что правда, то правда. Пятого января мы сняли квартиру и весело начали 2012 год.

Я не пила и поэтому, как единственная трезвая, вызвалась мыть посуду. На самом деле очень хотелось спрятаться от пожирающих взглядов Виктора. Иногда чересчур пугало его излишнее внимание. Раздражала реакция моего организма на все пошлые и простые шуточки симпатичного мне парня. Я не понимала, что со мной происходит, но всё тело горело огнём.

– Может, ты его поцелуешь? А то та-а-а-а-ак грустно смотреть на две страдающие души, – пропел знакомый женский голосок. Я обернулась и заметила Любу. Она весело улыбалась. – Помочь?

– Ну, с Виктором мы разберёмся сами, – покраснев, я отвернулась.

Одногруппница гоготнула.

– Вообще-то, я говорила о посуде. Но ты подтвердила мои догадки о вашей лю-бо-ви, – рассмеялась она, подхватив губку, и потеснила меня у раковины.

– Ты видишь чувства там, где их нет, – возразила я.

– Моё имя толкает меня на весьма необдуманные поступки, – кивнула Люба: – Надежда, прекращай давать ему надежду, подари любовь!

Эта фраза навсегда останется в моей памяти, ведь так началась наша дружба. Тогда я рассмеялась, играючи обрызгав смешную девчонку.

Грустно понимать, что именно так же наша дружба закончилась.

Потом мы часто шутили, что для полного комплекта нам не хватает Веры.

Вскоре из неразлучного дуэта мы превратились в трио: я, Виктор и Любовь повсюду таскались вместе. Ну, да: ждёшь веру, а приходит Виктор. Меня это устроило. Я боялась серьёзных отношений, и любые намёки Виктора на нечто большее, которые я, естественно, замечала, пугали. Я старательно их игнорировала и отрицала. А ещё я боялась того бешеного влечения, что испытывала к нему. Считала всё неправильным, неосознанным и убежала себя: секс в семнадцать – неразумно, рано и безрассудно.

Погрузившись в личную драму, переполненная подростковым эгоизмом не заметила драму семейную. Два жестоких удара судьба нанесла мне в мае: Виктор и Любовь начали встречаться, а родители, наоборот, развелись. Не знаю, что причинило больше боли: строгий отец, у которого уже несколько лет была другая семья, или романтические отношения друзей. У меня внезапно появился брат, на три года младше! На этом фоне внезапная любовь лучшей подруги и Виктора показалась мне мелочью, но тоже оставила отпечаток в душе.

Я кое-как закрыла летнюю сессию, а потом горько рыдала, запершись в комнате на неделю. Мама понимала моё состояние. Ей было ещё хуже, и она меня не трогала.

После столь эмоциональных событий я с уверенностью могу сказать, что такой, как прежде, уже не буду.

Я вновь погрузилась в онлайн-мир, где продолжила общаться с виртуальными приятелями. Сеть затягивала.

В то время набирали популярность сайты знакомств, и от скуки я зарегистрировалась на одном. Где-то спустя пару недель я встретила Сергея. Клин клином вышибают? А был ли он клином? И нужно ли было кого-то вышибать? Вопросы, на которые я вряд ли найду ответы.

На первое свидание с ним я мчалась через три дня после начала общения, ни о чем не переживая. Серёжа старше меня всего на год, сдал ЕГЭ и собирался поступать в ВУЗ на программиста. Мне всё это казалось чем-то необыкновенно интересным и увлекательным, а он, дразнясь, называл меня «милый мой бухгалтер».

В общем, так вышло, что наши отношения быстро-быстро завертелись. Когда наступил сентябрь, мы вновь встретились с Виктором и Любовью на занятиях в одной аудитории. Я удивилась, но парочка меня больше не волновала. Сергей часто забирал меня после учёбы, и мы вместе подолгу гуляли, обсуждали все события прошедшего дня.

К сожалению, сохранить хотя бы видимость дружбы с Виктором не получилось: мы разругались в пух и прах ещё на первых занятиях и с тех пор стали злейшими врагами. С Любовью я продолжала общаться, хоть и натянуто.

– Надя, ты же простишь меня? Просто он такой… притягательный. Я не смогла устоять, – канючила она.

– Да, – я кивнула. – Я тебе даже благодарна. Если бы не ты, я бы не встретила Сергея.

– У вас всё серьёзно? – Люба быстро переключилась на нас и начала расспрашивать про интимную сторону отношений. И рассказывала о своей. Мне хотелось сжаться, сморщиться, исчезнуть, раствориться, оглохнуть. Что угодно. Никогда не любила и не умела непринуждённо болтать о сексе.

– О чём говорите? – иногда спасал Виктор. Каждый раз жаждала ответить что-то едкое в стиле «как ты её трахаешь», но я мило улыбалась, отмахиваясь:

– Да так, о своём, о женском.

С Сергеем мы встречались примерно год, именно с ним я отметила совершеннолетие. И решилась на первый раз. Сказать, что он был ужасным, не сказать ничего. Я испугалась и решила, что фригидна и секс не моё. Из-за этого я всё больше отдалялась от Сергея, пока не поняла: мы слишком разные, и чувства иссякли. Расстались мы также мирно, и я вздохнула свободно.

Вторая точка невозврата случилась в выпускной год колледжа. Мама уже сменила трёх ухажёров после ухода отца, а я замкнулась, обрекая себя на затворнический образ жизни. В конце концов, на совместной лекции со студентами другой специальности я познакомилась с Андреем и, чёрт возьми, сама не заметила, как у нас завертелись отношения.

Андрей был очень увлекающейся личностью и вскоре убедил меня стать его парой для занятий в кружке парных танцев. Мы с ним танцевали вальс, танго, сальсу… А как мы зажигали ча-ча-ча! И секс с ним показался приятным удовольствием.

С Андреем нравилось всё: долгие прогулки, бесконечные беседы, близость, его безумные пристрастия…

Но заинтересовали меня именно танцы.

Когда я писала диплом, стала изучать и одиночные танцы. Отец, с которым я продолжала общаться, хотел, чтобы я поступила в ВУЗ и получила высшее образование, но танцы победили. Танцы стали моей стихией, жизнью, воздухом…

Мама неожиданно поддержала меня. Может, чтобы насолить отцу, а может, поняла, что дочь выросла и сама в состоянии принимать решения. В итоге, окончив колледж, я прошла кастинг, и меня взяли в местную танцевальную группу.

Я была счастлива.

Андрей не разделил моего увлечения, и наши пути разошлись. Боль утраты заглушили танцы, которые утащили в дикий и волнительный мир нескончаемого драйва и веселья.

Я танцую несколько лет и не жалею о своём выборе.

4

Виктор по-прежнему смотрел на меня свысока. Или мне так показалось? Правильного ответа я не знала.

Когда я поняла, что это действительно он, то мгновенно успокоилась: не волновалась, не нервничала, просто равнодушно смотрела на него. Виктор – всего лишь страничка из прошлого. Не случившийся роман, о котором я не сожалела. Больше не сожалела.

– Наденька, а мы женимся! – Любовь вновь возопила на весь зал, теперь повиснув на шее Виктора.

– Я думала, вы уже давным-давно женаты, – едко усмехнулась я.

Ну, как тут не попытаться испортить им настроение?!

– Поздравляю!

Люба фыркнула, оскалившись. По крайней мере, мне так почудилось, потому что на нормальную улыбку её гримаса не тянула.

Виктор проигнорировал замечание.

– Ну, знаешь, некогда было: три года заочки у Виктора, а я сейчас бакалавриат заканчиваю, – похвасталась Любовь. Я пожала плечами, не став с ней спорить. – Ну, а ты? Куда пошла ты после финансового колледжа?

– Не поверишь, в танцы, – я по-прежнему улыбалась. Меня почему-то начала забавлять ситуация.

– Это всего лишь хобби, – презрительно фыркнула Люба. – Я спрашиваю о том, где ты училась после?

Кажется, она не поняла, как такое возможно.

– Попрошу, – Алексей, молча наблюдающий за бесплатным цирком, всё же решил встрять. – Для нас с Надей танцы – работа.

Любовь снова фыркнула. Мне на ум пришла фыркающая лошадь, и я еле сдержала смех, сравнив их. Нельзя так даже мысленно шутить.

На секунду я прониклась уважением к Алексею. Но только на секунду – хватит с него.

– Ой, я такая невежественная! – театрально вскинув руки, воскликнула я. – Алексей, мои одногруппники Виктор и Любовь, мы некогда учились вместе на экономистов. А это Алексей – мой коллега и партнёр по танцам.

Алексей и Виктор обменялись рукопожатием.

– По танцам ли? – тихо уточнил Виктор.

Колкость услышала только я, но проигнорировала.

– Ты не училась после? – Любовь сверлила меня взглядом. Похоже, её раздражала даже мысль, что у меня нет высшего.

– Танцевальная академия не в счёт? – дерзко заметила я, скрестив руки на груди. Мне вдруг захотелось защититься от её идиотизма.

– И что ты умеешь? – Любовь наседала, явно желая меня унизить. – Что продемонстрируешь?

– Шпагат подойдёт? – кажется, я поддалась на провокацию и включилась в игру.

Любовь кивнула и тем самым совершила одну из серьёзнейших ошибок в своей жизни. Я не знаю, что мною двигало: азарт, чувство собственного превосходства, эго, безрассудство или что-то ещё, но я с лёгкостью подняла левую ногу и закинула на плечо Виктора. Он такого выпада не ожидал, но, к счастью, не отступил. Несмотря на высокий рост парня, для меня подобное было несложно.

На мгновение наши взгляды встретились, и я заметила хитрые огоньки в его глазах.

Любовь издала странный звук, а я сделала пару наклонов.

– Извини, я хотела немного размяться, – нахально улыбнулась я Виктору. Мне доставляло огромнейшее удовольствие ничего не испытывать к нему. Ни злости, ни раздражения, ни уж, тем более, любви.

Время всегда расставляет все точки над «ё», «и» и другими буквами любого алфавита.

Виктор кивнул, промолчав. Я убрала ногу, сделала ласточку и завершила показательное выступление тем, что закинула ногу за своё плечо и немного выгнулась.

– Надеюсь, достаточно? – с превосходством посмотрела на Любовь, уже твёрдо стоя на полу двумя ногами. Мышцы немного разогрелись, и это ещё больше подняло настроение.

Неловкое молчание прервал вошедший тренер. Любовь поспешила схватить Виктора и утащить на другой конец зала. От греха или от меня подальше? Хотя сейчас это было одно и то же.

– Она терпеть тебя не может, я смотрю, – задумчиво глядя вслед ушедшим, отметил мой партнёр-тугодум.

– Да нет. С чего ты взял? Мы лучшие подруги, – я весело рассмеялась. Алексей странно покосился на меня. Он так и не научился отличать, когда я шучу, а когда абсолютно серьёзна.

5

Я предполагала, что следующие два месяца будут отвратительными. Но просто не представляла, что настолько. Тренер прочитал заунывную речь о том, насколько вальс в честь Победы важен. На середине затянувшегося монолога чуть не уснула прямо стоя. Четыре года без лекций дали о себе знать.

– Встаньте друг напротив друга лицом к лицу. Так, хорошо, – мужчина ходил от пары к паре. – Руки согнуты, разведены в стороны. Да, да, вот так. Теперь возьмитесь за руки, – я облегчённо вздохнула, когда «семья Стрельцовых» сбежала от меня, и мысленно порадовалась, что мой ужас закончился.

Кто же знал, что начнётся кошмар?..

Мы встали в позицию, и я почувствовала влажность ладоней Алексея, и, не сдержавшись, поморщилась.

– Небольшой наклон вправо и сразу влево, – мы повторили несложное движение. – Теперь отпустите руки, повернитесь вокруг оси и снова возьмитесь за руки.

– Ауч! – вскрикнула я, когда Алексей в первый раз наступил мне на ногу. Я гневно посмотрела на него, он лишь виновато покачал головой.

Самым ужасным в репетиции оказалось то, что у Алексея из рук вон плохо получались даже простые действия, и он постоянно наступал мне на ноги. Виктор и Любовь периодически кружились рядом, но я старалась не обращать на них внимания.

А вот Алексей болтал при этом без умолку.

– Выходка с Виктором была сумасшедшей и некультурной, – поняв, что вывести меня на разговор не так просто, Алексей решил меня повоспитывать. – Виктор мог подумать, что ты с ним заигрываешь.

– О, не поверишь, мне плевать, – мы вновь наклонились влево и сделали поворот вокруг оси. Алексей при этом чуть не задел соседнюю пару.

– Ты ненормальная, – дал лестную оценку парень.

Серьёзно? Ты только что об этом догадался?!

Я оставила комментарий без ответа, и Алексей вновь наступил мне на ногу, то ли пытаясь отомстить, то ли случайно. Я айкнула, но ничего не сказала.

Спустя час мучения завершились, и я поспешила к выходу, Алексей хотел увязаться за мной, но нас остановил тренер:

– Я так понимаю, вы из «BestDance»? – мужчина навис над нами коршуном, и мне ничего не оставалось, как рассмотреть его поближе. Светлые волосы небрежно торчали в разные стороны. Серые глаза сверлили Алексея не моргающим взглядом. Одет хореограф был просто: в бриджи и футболку. На вид парню не дашь больше тридцати.

Я молча кивнула.

– Вадим Максимыч, – протянул руку Алексею, и они обменялись рукопожатием. Стандартная процедура.

– Алексей, – он спокойно выдержал грозный и пристальный взгляд тренера.

– Надежда, – коротко бросила я, не желая задерживаться. Хотелось сбежать куда подальше.

Я уже поймала испепеляющий взгляд Любови. Они с Виктором покидали зал, и девушка вцепилась в своего жениха. Я хмыкнула, вдогонку отметила: «Ой, да не бойся: в мои планы не входило уводить твоего парня. Я же не ты». Слегка поморщилась, почувствовав запашок их гнилых отношений.

– Мне очень приятно, – Вадим тепло улыбнулся. – Надя, ты не будешь против, если я украду твоего спутника? Ты можешь его подождать.

– Мы закончили, а я тороплюсь, – кивнула, давая Алексею понять, что ждать его не намерена.

– Что вы хотите обсудить? – Алексей слегка напрягся. Его брови нахмурились, похоже, он занервничал. Запахло жареным? Это не я откровенно косячила всю репетицию.

– Давай сразу на «ты». Технику танца. Я так понял: ты одиночный танцор. Сегодня ты показал не лучший результат, – последнее, что я услышала из их разговора.

О, неужели я не одна это заметила?! Я усмехнулась, увидев растерянное лицо Алексея, и поспешила покинуть здание.

Домой я не собиралась: в три часа договорились встретиться подругой. Я спешила в кафе, где ждала Ариэль. Я улыбнулась – она уже сидела за столиком и пила молочный коктейль с малиной, заедая его мороженым.

Нет, моё рыжее чудо на самом деле звали «Арина», но из-за её огненной копны, с которой она иногда воевала, изумрудных глаз и безумной любви к плаванью, у меня просто не оставалось другого выбора, как окрестить её «Ариэль». Её имя только располагало к прозвищу.

Мы познакомились несколько лет назад, когда морковное неказистое чудовище ворвалось к нам в танцевальную группу «BestDance». Долго она не продержалась, ведь на танцполе Арина была как корова на льду. И это ещё мягко сказано! Казалось бы, у неё было всё для того, чтобы стать великой танцовщицей: идеальная стройная фигура, средний рост, гибкость, умение плавно перемещаться. Но всё это исчезало, едва лишь Арина начинала двигаться под музыку: она словно скукоживалась, становясь полнее, ниже, нескладнее… и каждый шаг был просто отвратительным. Я подшучивала над ней, мол, она истинная русалка, выбравшаяся на сушу и не научившаяся правильно управлять ногами.

Всё менялось, когда мы ездили на море: я шла ко дну топориком, в то время как Арина часами напролёт плавала на поверхности и под водой. Была бы её воля, научилась бы ходить по воде подобно Иисусу.

В один из наших отпусков Ариэль познакомилась со сказочным мужчиной, с которым закрутился курортный, ни к чему не обязывающий роман. Кто мог предположить, что Максим Мермаков из нашего города? Летняя интрижка плавно перетекла в серьёзные отношения. Вскоре Арина превратилась в Мермакову, а кличка «Ариэль» навсегда приклеилась к ней. Нарочно такое не придумаешь: Мермакова – «Mermaid» – русалка с английского.

Я улыбнулась тёплым воспоминаниям, плюхнувшись напротив неё. Уже никто из её знакомых не удивлялся, что девушка закусывала коктейль мороженым. Ну, или мороженое запивала коктейлем. Какая разница?!

Сегодня в её стаканчике подтаивали жёлтый, зелёный и оранжевый шарики. Банановое и фисташковое я угадала сразу. Оранжевый же меня озадачил.

– Как поживает царица подводного королевства? – хихикнула я.

– Иди ты, повелительница танцев, – улыбнулась Арина. – О, вижу заинтересованный взгляд. Гадаешь, какой вкус у оранжевого?

Я фыркнула. Арина знала меня слишком хорошо, чтобы прочитать мои мысли по одному только взгляду.

– Ты попробуй, – Ариэль протянула мне угощение, и я, не удержавшись, взяла на кончик ложки небольшой кусочек. И пожалела об этом сразу же. Мой язык сковал лёд, а мозг буквально заморозило. Вкус я так и не смогла угадать.

– Ромовый изюм, – рассмеялась Арина. – Я подумала, что тебе захочется остыть после горячих танцев с Алексеем.

– Ты же знаешь, как алкоголь на меня действует, – проворчала я, зло сверкнув глазами.

– Знаю. Но разве я могу отказать себе в удовольствии? Рассказывай.

Я глубоко вздохнула. Замужняя Ариэль давно мечтала свести меня хоть с кем-то. Влюблённый в меня, по её мнению, Алексей был идеальной кандидатурой для спутника жизни. Какая жалость, но мои желания не учли.

Почему вообще все в округе считают, что наличие отношений определяют человека? Почему, если ты один, значит, никому не нужен? Может, это тебе не нужен никто? Я крайне самодостаточная личность, я люблю танцы. Разве хоть кто-то способен разделить моё увлечение, проникнуться им так же, как и я, не перетянув при этом одеяло на себя?

Как же мне надоели дурацкие стереотипы и шаблонные ярлыки общества! Я влюблена в танцы, я готова выйти за них замуж.

– Вальс с Алексеем – худшее, что могло случиться со мной, – у подоспевшей официантки я заказала какао с зефиринками. Мне очень хотелось расслабиться: напряжение сковывало всё тело.

– Почему? – Арина явно заинтересовалась: ложка с фисташковым мороженым застыла в воздухе.

– Потому что этот горе-танцор-ухажёр отвальсировал мне все ноги! – проскулила я.

Арина звонко расхохоталась. Её смех заразил меня, и я тоже рассмеялась.

Нет, я не спорю, Алексей – неплохой парень. Но как объяснить близкой подруге, что он не интересует меня, не привлекает в плане… вообще?

Как и любые романтические отношения в целом.

– Всё настолько ужасно? – наконец, успокоившись, спросила Арина. – Слышала, он новая восходящая звезда…

– Но не в парных танцах точно! Мои ноги до сих пор требуют жалобную книгу, – хорошо, признаю. Ныть у меня не получается от слова «совсем». Меня вновь пробило на смех. – У тебя какие новости? Не думаешь вернуться в танцы? – я ухмыльнулась. Просто обожаю подкалывать её в ответ.

Мне как раз принесли какао, и теперь я могла занять рот чем-то ещё, кроме идиотских шуточек о неумении Алексея вальсировать.

Арина бросила на меня испепеляющий взгляд, и я почувствовала, как воспламеняюсь (шутка).

– Ты прекрасно знаешь, что мне нравится работа эй-чар менеджера, – процедила она сквозь зубы.

– Ой, прости. Забыла, что ты кайфуешь от общения с людьми, – я сделала пару глотков, чтобы всё-таки не наговорить лишнего. – Работать в отделе кадров круто, – последнюю фразу я произнесла максимально равнодушно.

Арина окончила специалитет по психологии, и, надо сказать, ей безумно нравилось всё, что было связано с людьми, с общением с ними и в целом с социальной стороной. Арина взахлёб читала статьи, пробовала писать свои (ничего хорошего не вышло) и, будь её воля, устроилась бы работать психологом. К счастью, муж не дал. Максим оказался умным, расчётливым и перспективным парнем, который умудрился и высокооплачиваемую работу жене найти, и чтобы она ей понравилась. Я с уважением относилась к его умению убеждать людей.

– А ты прячешься от них, пытаясь утонуть в ритме, – её глаза смотрели на меня с укором. – Почему не хочешь дать Алексею шанс?

– Знаешь, я, скорее, поцелую Виктора, мою первую любовь, получу от него и его будущей жены пощёчину, чем схожу на свидание с Алексеем, – холодно заметила я: – Закрыли тему.

– Виктора? Того самого? – брови Арины удивлённо поползли вверх, а её подтаявшее мороженое капнуло на стол. – В этом огромном городе его ещё найти надо!

– Ага, – кивнула я. – Но я знаю, где он будет во вторник.

Арина вопросительно уставилась на меня. Нет, правда! Она чертовски похожа на Ариэль.

– В зале репетировать вальс. Они тоже участвуют. А ты о чём подумала? – я хихикнула, не в силах спокойно смотреть на её реакцию.

– И как ты себя чувствуешь? – аккуратно спросила подруга.

Однажды мы с Ариной напились и полночи рассказывали друг другу о бывших парнях, а потом и о несбывшихся возлюбленных. Пожалуй, присутствуя в моей жизни не так много лет, Арина знала всё о моём прошлом и настоящим. Надеюсь, она станет неотъемлемой частью будущего.

– Обыкновенно. Как будто увидела ожившего покойника. Удивилась, пожала плечами, прошла мимо, – флегматично ответила я.

Может, я бы поразмыслила над встречей с бывшим подольше, но мой телефон, спокойно лежавший на столе, вдруг заголосил. Я посмотрела на экран и улыбнулась:

– О, ещё одна жертва домашнего насилия, – я громко гоготнула. – Пострадавший от папиного желания сделать весь мир финансистами.

Звонил Толик, младший брат. Когда отец ушёл в другую семью, львиная доля внимания досталась бедному мальчику. Наш семейный деспот пришёл к выводу, что Анатолий просто обязан стать великим экономистом. На деле, я считала, что Толе очень повезёт, если у него получится работать хотя бы бухгалтером. Дебеты и кредиты его задолбали примерно через час их изучения, хотя я продержалась целый семестр.

Толика никто не слушал: мать Толяна слишком благоговела перед моим отцом и не могла сказать что-то против. Глава семейства решил, что наследник фамилии станет бизнесменом, и отец отправил сына в престижный ВУЗ. И плевать, что на коммерцию. Вдвойне плевать, что Толя хотел стать системным администратором и обслуживать компьютеры, а это гораздо прибыльнее, на мой взгляд.

– В моё время техники ещё не было! Кто знает, может, через пару лет её уже не будет?! А экономика останется! – постоянно повторял отец, не забывая при этом эмоционально размахивать руками из стороны в сторону, задевая и роняя плохо лежащие предметы.

Ох, сколько же ору было, когда я, единственная дочь, красавица и умница, решила, что стану танцовщицей. Я тогда только-только отошла от того, что у папы на стороне есть ещё семья, и мы постепенно начали общаться с братом. Когда отец узнал о моём выборе, то пытался меня шантажировать, и мы поссорились примерно года на три.

А я с тех пор ненавижу мужчин, которые решают что-то за меня. Вдвойне не люблю тех, кого переубедить невозможно.

С Толиком у нас всё-таки получились неплохие дружеские и доверительные отношения. Ну, когда я переросла подростковые обиды и избавилась от максимализма. Не брат и не его мать виноваты, что отец ушёл к ним. Только отец. И его чувства. Жаль, что понимание пришло после двадцати.

– Пожалуй, перезвоню ему попозже, – я сбросила вызов: – Ариэль, ты не хочешь сходить в кино?

– Хватит меня так называть! – Арина, говоря, чеканила каждое слово. Но она опять завалила операцию по избавлению от приставшей клички: предательская улыбка лишь подтвердила, что ей нравится её прозвище.

– Не переживай, я пока не начала дразнить мужа Акваменом, – подмигнула я.

Арина закатила глаза. По выражению её лица я поняла, что она мысленно подбирает, каким способом меня лучше убить. Я была спокойна: просто понимала, что Арина не знает, как скрыть моё бездыханное тело.

6

После фильма Анатолий всё-таки дозвонился, и я позволила брату забрать меня из кинотеатра. Ариэль поспешила к мужу, и я чуть не обозвала его «Аквамен». Еле удержалась, мне очень хотелось выдать столь удачно пришедшую на ум шутку. А вдруг отец подруги – действительно, Посейдон и решит меня утопить?

Задумчиво глядела вслед уезжающему автомобилю Мермаковых, пока не очнулась от нетерпеливого бибиканья.

– Здравствуй, братец! – обняла Толю, забравшись к нему в машину.

Отец на окончание первого курса купил Анатолию «Nexia», чтобы тот почувствовал себя важной персоной. Наш отец видел Толю в кресле управляющего крупнейшей компанией. На деле братец мечтал поскорее закончить нелюбимую специальность и заняться чем-нибудь, что пришлось бы ему по душе.

– Привет, красотка, из-за которой папа хочет сделать из меня короля экономики, – буркнул Толя.

Я рассмеялась.

– Никто не виноват, что я смогла дать ему отпор, а ты нет.

– О? Правда? Да Настасью Павловну фиг переспоришь! Конечно же, с такой мамой у тебя были все шансы. Моя же упёрлась, во всём поддерживая отца.

– Ты не задумывался, почему отец с твоей мамой, а не с моей? – с видом философа сказала я. – Твоя мать дала ему всё, чего он так хотел: сына, поддержку во всём, даже в самых глупых идеях… – я резко прервалась, испытав небольшую боль в районе сердца. – Вот она мужская натура!

– Я не такой и, слава богу, никогда таким не стану, – проворчал Толя в ответ, скрестив руки на груди. Ему явно не нравилась тема разговора. Похоже, сама того не заметив, я задела его за живое.

– Ну, пока у тебя нет отношений с противоположным полом… – я сделала многозначительную паузу, – ты ничего не можешь сказать об этом.

– О. Правда? – хитрая улыбка зажглась на его губах, а в глазах блеснули огоньки.

Несколько секунд я недоумённо смотрела на него, а затем, резко осознав, вскрикнула, закрыв лицо руками. Потом раздвинула пальцы, укоризненно глядя на братишку.

– Кончай паясничать!

– Ты сошёл с ума! – придя в чувство, возмутилась я, положив пылающие ладони на панель, чтобы хоть немного остыть.

– Есть такое, – сейчас братец улыбался, как довольный кот. Как последний выживший романтик на Земле. Я же не могла скрыть возмущения:

– Сколько?

– Полгода.

И этот засранец держал всё в тайне от сестры? Вот негодяй!

– Вау. И ты скрывал… от всех?

– Друзья знали… – виновато произнёс Толя.

– Я твой самый лучший друг! – ревниво взвизгнула я, пихнув его локтем. Надеюсь, ему было достаточно больно, чтобы осознать свою неправоту.

– Ай, – братец закрыл уши руками, неумело защищаясь от моих виртуозных ударов. – Не включай ультразвук, пожалуйста. Мы встречаемся с Марией несколько месяцев. Я очень боюсь знакомить её с родителями. А ты член семьи и…

– И ты думал, что я расскажу что-то деспоту-отцу? Как же плохо ты меня знаешь! – начало потряхивать от обиды.

– Я люблю её, – прошептал Толя, резко упав на руль.

И тут я почувствовала всю боль брата. Может, мой отец и ушёл к ним, но кто от этого стал счастливее – неизвестно. Я попробовала его успокоить, потрепав за волосы. Но что можно сказать в сложившейся ситуации, я не знала. Не знала, как утешить. Я тоже боялась нашего папеньку, предпочитая общаться с ним на расстоянии пары сотен километров. А Толе приходится с ним жить под одной крышей.

– Я знаком с её родителями… я, – когда Толя заговорил, он буквально задохнулся, прервавшись на полуслове. – Я хочу познакомить её со своими… жениться на ней, но…

– Но отец скажет, что ты слишком молод, не встал на ноги, не готов к столь ответственному шагу, – тихо договорила за него я. Я уже знала печальный исход истории.

Брат молча кивнул, соглашаясь со мной. Я не знала, чем ему помочь, не знала, что посоветовать, не знала…

– Всё образуется, – наконец сказала я. – Ты всегда можешь устроиться на работу, снять квартиру, сбежать от всех этих проблем. Если что, ты знаешь, мы тебе поможем.

– Знаю, – Толя посмотрел на меня. – Знаю. Спасибо, что ты есть у меня. Ты прекрасна, сестрёнка, – брат притянул меня к себе, и мы вновь обнялись. Наверное, это единственные отношения с противоположным полом, которые не причинили мне боль. – Я просто хотел увидеть тебя, почувствовать твою поддержку. Я уверен, что вскоре ты познакомишься с человеком, который оценит по достоинству твой ум, талант, красоту.

– О, Толя! Я уже его встретила, – вытирая слёзы, прижалась к брату всем телом. Сантименты вдруг захватили мой разум. – А любовные отношения мне сейчас не нужны.

Мы душевно поболтали с Толей, покатались по ночному городу и наелись шаурмы и картошки фри до лопающихся животиков. Всё-таки круто, когда у тебя есть младший брат, с которым вы понимаете друг друга. Если честно, я иногда жалела, что папа, поступив крайне эгоистично, не сказал о второй семье намного раньше. Тогда бы я росла вместе с Толиком.

Папа всегда хотел мальчика, я с детства мечтала о братике или сестрёнке, но после моего рождения из-за ошибки врачей мама стала бесплодной. Может, это послужило причиной отцовской измены?!

Толик довёз меня до подъезда, и я уже хотела с ним распрощаться, как вдруг буквально застыла на месте.

– Всё в порядке? – обеспокоенно спросил брат.

– Да… – машинально кивнула и быстро добавила, переведя взгляд на Толю: – Нет.

Он посмотрел на меня с видом человека, которому только что сломали мозг. А я недоумевающе уставилась на иномарку Алексея. В другой день я бы смогла себя убедить в том, что у меня разыгралась паранойя, но, чёрт возьми, я видела Алексея, сидящего за рулём и внимательно наблюдающего за нами.

– Слушай, тебе будет нетрудно зайти ко мне? Я объясню по пути, – я вновь посмотрела на брата.

Тот молча кивнул. Он слишком хорошо меня знал, чтобы задавать лишние вопросы. Анатолий вышел из машины, открыл мне дверь, помог выбраться, закрыл инормарку, и мы вместе заскочили в подъезд.

Мама хорошо относилась к брату, как к собственному сыну, а мне с «мачехой» не повезло. Впрочем, я не нарывалась и свела наше общение к минимуму.

Мама не удивилась, когда увидела Толю.

– Здравствуйте, Настасья Павловна! – единственное, что успел сказать брат до того, как попал в цепкие лапы маман. Я рассмеялась.

– Ребятишки, вы, поди, голодны? – улыбнулась она, встретив нас накрытым к ужину столом.

Я молча кивнула, проследовав в свою комнату. Я думала об Алексее, который сейчас походил на маньяка.

– Так что же произошло? – Толян продолжал обеспокоенно смотреть на меня.

Я же глядела в окно, наблюдая за иномаркой Алексея. Тот не терял времени даром: завёл машину и уехал.

– За мной следят.

– О, если ты о том милом молодом человеке, – мама вошла в комнату, – то он заходил к нам сегодня, когда тебя не было дома.

– Ты хочешь сказать, что он прождал под окнами весь день? – ошарашенная и обессиленная я плюхнулась на кровать.

– Похоже, так. Что ты ему сделала? Деньги в долг дала? – Толик рассмеялся, неуместно подколов меня. Будь другое настроение, ответила бы чем-то едким.

– Нет! – измученно пропищала я. – Мы просто вальсируем, – теперь я уже повалилась на кровать, уставившись в потолок.

– Я могу с ним строго поговорить, – Толя тут же активизировался. – Не хотелось бы, чтобы тебя доставали какие-нибудь маньяки-извращенцы.

– Я обязательно обращусь к тебе за помощью, если она потребуется.

А я чувствовала, что она, чёрт возьми, похоже, очень скоро потребуется.

– Чудесно! Вот мы и решили не возникшую проблему! – мама захлопала в ладоши. – Идёмте пить чай! Утро вечера, как говорится, мудренее.

Глава 2

7

Пойти на вторую репетицию я уговаривала себя очень долго, попутно разубедив Алексея заезжать за мной. Нагло соврала, что не дома. Парень, естественно, с неприкрытой ревностью поинтересовался, где я нахожусь во вторник, в середине рабочего дня, но я проигнорировала столь бесцеремонный вопрос. В конце концов, кто он мне? Бойфренд? Может, старший брат? Ах, все ответы отрицательные? Значит, имею полное право промолчать.

К счастью, тренировка была назначена на вечер. Неудивительно, ведь многие участники весь день трудились в душных офисах. Бедняги.

Сарказм. Нет, мне нисколько не было их жаль: сидячая работа у компьютера – это их взрослый и обдуманный выбор.

Поморщилась: в конце апреля – начале мая у нас с Алексеем начнутся индивидуальные репетиции для открывающей пары. Ещё раз напомнила себе, что я профессионал и не могу из-за какого-то чувства неприязни отказываться от мечты.

Захотелось прогуляться. Надела наушники и выскочила на улицу, безуспешно пытаясь расслабиться, желая послать абсолютно всё и всех куда подальше и уехать отдыхать. Или хотя бы вновь вернуться к привычному образу жизни, погрузившись в магию хип-хопа. Увы, такой возможности не было. Ничего, завтра обязательно загляну на танцпол.

Музыка увлекла, я растворилась в ней, и сама не заметила, как перестала спокойно идти и пустилась в пляс. Плечи, руки и ноги двигались в такт песне, которую слышала только я.

Казалось, что настоящее размылось, превратившись в одну сплошную мелодию. Хотелось, чтобы и прохожие поддержали затею и включились, повторяя мои нехитрые движения. Фантазия рисовала живописные картины происходящего. Я почувствовала себя актрисой индийского кино.

Но я не героиня мюзикла. Реальность была другой.

– Сумасшедшая! – поймала «комплимент» от мужчины. Он зло зыркнул на меня, а я рассмеялась.

– Напьются, а потом ведут себя невесть как! – буркнула экстравагантная дамочка, которой я тут же дала прозвище «Павлин». Её пальто как будто сшили из нескольких разных. Зелёный, красный, фиолетовый, синий, голубой, оранжевый куски начинались и кончались в самых неожиданных местах. Её кричащий образ завершали ярко-жёлтый шарф, бордовая беретка и малиновые штаны. Ну, не может нормальный человек так одеваться!

Реакция окружающих меня не расстроила, наоборот, развеселила. Я показала им язык и громко выкрикнула:

– Ага! Не завидуйте!

Понимала, что подобное поведение – полное ребячество, но ничего поделать с собой просто не могла.

К великой радости, нужное здание предстало предо мной во всей красе, и я, недолго думая, нырнула внутрь. Алексей уже ждал меня. Он подскочил, галантно помог снять пальто. Моё настроение было настолько чудесным, что я не стала возражать.

– Ты прямо светишься от счастья! Где гуляла, красавица? – поинтересовался партнёр. По его исследующему взгляду было понятно, что у него на языке вертится вопрос: «С кем я провела выходные после прошлой репетиции?».

Чем меньше знаешь, тем крепче спишь, дорогой. Я усмехнулась и вслух сказала совершенно другое:

– Секрет, – загадочно подмигнула. – С тобой дурью не поделюсь, она только моя. К тому же, боюсь, когда ты все ноги оттопчешь, понадобится новая доза.

Алексей обидчиво надул губы. Не знала, что мужчины тоже так умеют! Расскажу Толику, вдруг поможет с нашим деспотичным отцом?

Эх, поскорее бы познакомиться со второй половинкой шебутного братца! Это волновало меня куда больше, чем необоснованная ревность какого-то Алексея.

– Мы обсудили с Вадимом Максимычем детали движений. Я всё понял, и, думаю, сегодня проблем не возникнет. Есть планы на вечер?

– Конечно! Хочу прийти домой и обняться с любимым… – я сделала небольшую паузу, пытливо вглядываясь в глаза собеседника, – одеялом!

– Может, сходим куда? – он улыбнулся во все тридцать два зуба, а я слишком поспешно ответила:

– Нет.

Не знаю, о чём они говорили с тренером, но вальсировать парень стал ещё хуже: новые элементы не получались, старые забывались, последовательность путалась, а то и терялась вовсе. Я приловчилась подпрыгивать, уворачиваясь от длинных и надоедливых ступней каждый раз, когда они жаждали пригвоздить к полу.

Другим повезло гораздо меньше: Алексей постоянно натыкался спиной на кого-нибудь. После третьего раза, когда мой неказистый партнёр чуть не сшиб Виктора, тот психанул и выругался на весь зал:

– Алёша, блять! – второе слово резануло по ушам, и я поморщилась.

Вопль был настолько оглушающим, яростным и свирепым, что Алёша подскочил на месте, перепугавшись. К сожалению, досталось и мне: неуклюжий юноша именно в этот злосчастный момент держал мои руки и умудрился опрокинуть на пол.

Слава богу, хоть головой не стукнулась!

Почему-то не расстроилась, даже, наоборот, разлеглась и громко рассмеялась на весь зал.

– Так-так! Перерыв, ребятки! – Вадим Максимыч нарисовался рядом и помог подняться.

– Алёша, из какой сказки ты к нам явился? – я продолжала хохотать, но теперь вытирая слёзы. Меня накрыло истерикой. Того гляди, скоро в сумасшедший дом упекут.

– Да вот за принцессой следом пошёл, а она обзывается! – буркнул Алексей, обидчиво потерев нос.

Похоже, прозвище «Алёша» к нему прицепится. Уж я-то обещаю. Я ненароком взглянула на Виктора: тот стоял неподалёку, пряча улыбку.

Заметив её, я вздрогнула и перестала смеяться. Так! Пора взять себя в руки!

8

Вечером, после тренировки в спортзале, я заскочила в ближайший к дому гипермаркет. Мне вдруг захотелось чего-нибудь вкусненького и вредного. Я понимала, что это, скорее всего, навредит моей фигуре. Впрочем, пару занятий в тренажёрном зале, и лишние калории рассосутся сами собой.

Красавчик катил тележку, периодически задумчиво и растерянно посматривая в блокнот. Застыла от неожиданности: встретить Виктора не входило в сегодняшние планы.

Усмехнулась: семейная жизнь, похоже, не для него. Наверняка Любовь составила список каких-то непонятных и неизвестных бедному мальчику продуктов. Может, планирует изготовить мощнейшее зелье для уничтожения врагов? Улыбнулась мыслям: иногда в голову приходит сущая ерунда!

Ускользнула в другой отдел, надеясь остаться незамеченной. Не вышло: парень настиг, явно желая поболтать.

– Какие люди и без охраны! – окликнул Виктор, радостно приветствуя меня.

Я тяжело вздохнула, предчувствуя очередные словесные баталии. Видит бог, первым начал он, а не я.

– Брось, это людей от меня охранять надо, – флегматично произнесла, стараясь как можно скорее закончить неприятный разговор. Я даже не подняла глаза с полок с товарами.

– Брось, не рада видеть старого друга? – передразнил он мою интонацию. Вот паршивец!

Я остановилась, всё же окинула парня взглядом с ног до головы. Тот же саркастичный вид, язвительная ухмылка. Чего этот дьявол, сбежавший из преисподней, от меня хотел?!

Стукнуть бы его чем-то тяжёлым! О, пачка гречки… подойдёт. Еду жалко: она не виновата, что Виктор идиот.

– Старого – да, а вот друга – нет. Чего-то хотел? – наконец, воинственно бросила я.

– Фи, как грубо, – парень продолжал улыбаться.

Захотелось пересчитать зубы кулаком. Пара зубов точно лишняя!

– Прости, забыла костюм доброй феи дома, – буркнула, мысленно припоминая какое-нибудь мощное проклятие. Обидно: я не ведьма.

– Извинения приняты, – он одобрительно кивнул.

Взбесил. Я прямо почувствовала, что вот-вот взорвусь, словно бомба. Виктору нельзя быть сапёром: моментально бы подорвался, и кишки разлетелись бы в разные стороны. М-м-м. Какое чудесное зрелище!

Разве я извинялась? О фигуре речи не слышал? Русский не родной? Отправить бы его в класс, когда идиомы, фразеологизмы и прочая ересь изучалась в школе!

На языке крутилось тысяча и одно оскорбление, но я всё же решила промолчать, надеясь, что Виктору надоест, что его так нагло игнорируют, и он сам отвалит.

Как же я ошибалась!

– Где твой Алёша?

Теперь я ещё и обиделась. Зачем собеседник приписал мне в бойфренды этого… идиота? Боже, как шикарно «Алёша» его характеризует! Жаль, что «Витя» не передаёт тот же окрас!

– Почему сразу «мой»? – я смирилась, что «старый приятель» не отстанет так просто. Пришлось занять оборонительную позицию: – Не знала бы, что женишься, подумала бы, что ревнуешь!

– Ну, в прошлый раз, когда ты встречалась с Сергеем, таскала беднягу повсюду. Помнится, он даже сидел на наших парах, – ни один мускул на лице надоедливого идиота не дрогнул.

Ему ещё с колледжа нравилось выводить меня из себя. Что-то изменилось? Ни черта!

Я издала странный звук. С какой целью он запомнил имя моего первого возлюбленного?!

– Ему была интересна экономика, – холодно произнесла, сделав вид, что увлеклась витриной с едой.

Не стала уточнять, что несколько лет назад нам с Сергеем нравилось проводить дни и ночи вместе. Поэтому он таскался на мои пары, а я бывала гостем его заунывных лекций по информатике и программированию. Неведомый эльфийский код, который писали на доске, утомлял быстрее, чем дебеты и кредиты. А от методов чёрного и белого ящика и вовсе начинала икать, задумываясь о полётах. Действительно, казалось бы, причём тут самолёты…

В общем, иногда мы крайне перебарщивали со своим желанием никогда не расставаться. А потом нам резко… надоело.

– Ага, как мне химия! Я на ней мог только нечаянно кого-то взорвать, – прыснул Виктор. Он слишком хорошо меня знал.

Чёртов психолог!

– Брось, – махнула рукой, всем видом показывая, что не верю в его непричастность. – Ты и нечаянно?

Парень с прищуром уставился на меня. От его взгляда по моей коже пошли мурашки. Ой, ой. Неприятно-то как.

– Ты всегда такая грубая? Мне нравится, – произнёс он полушёпотом, намеренно склонившись над моим ухом, обжигая дыханием кожу.

Я сглотнула. Двусмысленность в его словах и действиях зашкаливала.

– Пожалуй, ты этого никогда не узнаешь, – я вовремя взяла себя в руки, сладко улыбнулась и потрепала его за щёку. Виктор поймал мою руку, и его прикосновение неприятно обожгло.

– Раньше ты краснела от моих шуток. Сейчас с лёгкостью закидываешь ногу на плечо. Твоя гибкость – как самореклама, – Виктор перешёл в наступление.

Действительно, несколько лет назад мне хотелось бы спрятаться от такого поведения человека противоположного пола. Но теперь я не боялась. Я готова дать отпор и начать войну.

Но хотелось ли мне этого?

– Ты повторяешься, – усмехнулась я и отвернулась.

Еда интересовала куда больше, чем жалкие попытки Виктора меня задеть. Не скрою, пару раз ему удалось. Но ему же хуже! Мы как раз проходили мимо полки с чипсами. Я остановилась, вновь забыв о недоразумении, которое крутилось рядом со мной и жаждало заставить потерять контроль. После недолгих раздумий я наклонилась за пачкой со вкусом лука, но её прямо из моих рук выхватили.

– Эй! – возмутилась я, но Виктор уже тряс ею перед носом.

Ты что, сбежал из детского сада?! Озвучить пришедшую мысль не рискнула: это явно заставит его ещё сильнее подзадоривать меня.

– Сыграем, как в прошлый раз? – недобрые огоньки зажглись в его глазах.

У меня случилось дежавю. Меня буквально выкинуло в прошлое…

~~~

Мне снова шестнадцать. Мы с Виктором тесно общались и перед очередным походом в кино решили заскочить в магазин. На витрине лежала одинокая пачка чипсов с любимым вкусом. Парень тогда выхватил её у меня из-под носа.

– Отдай! – с обидой пропищала я. Дерзкий мальчишка, нагло используя высокий рост, поднял её повыше и дразнил меня. Я начала подпрыгивать, пытаясь вырвать, и в какой-то момент свалилась на него, и наши губы оказались в опасной близости. Тогда я очень хотела, чтобы Виктор меня поцеловал. Бабочки в животе отплясывали странные танцы, а душа буквально пела от интимности.

Я чувствовала, что он тоже жаждет поцелуя. Я ощущала это по его движениям, по взгляду, по участившемуся дыханию.

Но нет. Виктор обломал меня и не отдал несчастную пачку, а купил её. Правда, впоследствии все чипсы он скормил мне.

На сеанс в тот день мы не попали.

~~~

– Как в прошлый раз не выйдет, – буркнула я. – Повзрослей, – после чего взяла другую пачку. Благо, сейчас на прилавке их лежало много.

Аппетит исчез, и я отправилась в сторону касс. Виктор не отстал, продолжая действовать на нервы.

– Серёжа правильно поступал, когда не отходил от тебя ни на шаг, – в его «Серёжа» так и слышался плохо скрываемый сарказм.

Или я себя накручиваю?

Да и при чём тут вообще мой бывший?

– Прекрати делать вид, что хорошо меня знаешь, – отчеканила холодно. Следующая фраза слетела с моих уст сама: – Сергей не единственный, – не знаю, зачем я ляпнула это.

Может, хотелось задеть Виктора? Впрочем, глупая попытка: у него есть невеста. Они с Любой решили пожениться. Разве мужчина, сделавший девушке предложение, не заявил во всеуслышание о своей любви к ней?

Виктор опешил, легонько толкнув меня тележкой. И на ум пришло другое воспоминание, не менее забавное. И я озвучила его:

– Знаешь, а с Сергеем было веселее: один раз он усадил меня в тележку против моей воли и катал по торговому комплексу. Правда, нас вскоре поймали и выгнали, – я рассмеялась, вспомнив времена колледжа. Несмотря на то, что я терпеть не могла экономику, студенческая пора безумно нравилась.

Виктор хотел что-то ответить, но телефон в его кармане посчитал иначе: громкая музыка заиграла на весь магазин.

– Твоей Любви привет, – усмехнулась я. И плевать, что я сделала неправильное склонение имени бывшей подруги. Бесит!

И со спокойной совестью прошла к кассам. Я не была рада видеть Виктора, но мне пришлось по душе ничего к нему не испытывать.

9

Несколько репетиций спустя я всё же наведалась в «BestDance» потанцевать что-нибудь одиночное. Офис «BestDance» расположился в паре остановок от моего дома. Обычно я совершала небольшую прогулку-разминку, но сегодня поехала на автобусе. «BestDance» занимала три этажа: на первом – залы для обучения новичков, на втором – фитнес (куда, кроме наших, также покупали абонементы «спортсмены») и на третьем – залы для «старичков». Я поспешила наверх, потому что знала: тренировка моей группы начнётся с минуты на минуту.

Когда я вошла, застыла на пороге: мне казалось хорошей идеей заявиться на репетицию, но увидев взгляд Веры – нашего хореографа, я поняла, как сильно ошиблась.

Отмечу, зовут «красавицу-мегеру» не Ве́ра, а Вера́. Здесь должна быть шутка, что, когда долго ждёшь веру, вместо неё приходит Вера́. Но я уже шутила так с Виктором. Боже! Похоже, я совсем зациклилась на прошлом.

Черноволосая королева хип-хопа могла очаровать только улыбкой, завлечь шоколадными глазами. Её фигуре завидовала даже я, хоть и была всегда стройной и длинноногой. На танцполе её грации не было равных.

Вера́ невзлюбила меня. Я не догадывалась об истинной причине, пока умная Ариэль не растолковала: Вера́ видит во мне соперницу. И правда, в будущем я мечтала стать хореографом, чтобы учить ещё несмышлёных птенчиков.

Не скоро. Сейчас мне нравится танцевать, утопая в ритме музыки. Жаль, что Вера́ этого не понимает.

– Зачем ты здесь? – хмуро «поприветствовала» она.

– Размять косточки, конечно же, – улыбнулась я, проигнорировав хамство дерзкой девушки. Не слишком ли много она о себе возомнила?!

– Если ты будешь распыляться, то у тебя ничего не выйдет, – холодно добавила хореограф, смерив меня презрительным взглядом.

– До девятого мая далеко, я успею и там, и там, – включила «дурочку» и продолжала улыбаться, не реагируя на её негатив. Не хотела с ней ссориться, особенно сегодня.

– Будь ответственна, а не старайся успеть везде, – посоветовала Вера́, а затем обратилась к группе, хлопнув в ладоши, привлекая внимание: – Так! Собрались! Выступление через четыре часа.

– Через четыре часа?! – ужаснулась я. – А мне почему никто не сказал?!

– Потому что ты не выступаешь, логично? – не соизволив повернуть головы, бросила Вера́. – Я уже отдала твоё место из второго ряда другой, – посчитав, что разговор окончен, она начала считать: – Раз, два, три, четыре…

Девочки ожили, принявшись танцевать под счёт. Я не согласилась с решением. Я знала номер лучше всех! Я должна сегодня появиться на сцене! Мне срочно нужно куда-то деть накопившиеся эмоции.

– Вера́! – выкрикнула я на весь зал. Наверное, для пущего устрашения стоило топнуть ножкой, но я не стала опускаться на уровень детского сада. Я же не Виктор.

Чертыхнулась про себя, что опять вспомнила о нём и его шуточках.

– Кто, вообще, пустил её сегодня?! – раздражённо бросила Вера́, скрестив руки на груди. – Ладно, переодевайся и становись в седьмой ряд, посмотрим, что ты сможешь, – обречённо выдохнула она.

Второй раз повторять мне не пришлось. Я скинула верхнюю одежду и заняла не своё место. Конечно, я не привыкла быть на вторых ролях, но если это единственный способ выступить сегодня, то лучше он, чем ничего. Я быстро забыла все обиды, отдавшись сначала счёту дотошной Веры́, а потом знакомой музыке. Телу не нужна была помощь разума. Оно выполняло разученные ранее движения: рефлексы взяли своё. Шаг вперёд, два назад, руки вверх, назад…

Я растворилась в музыке, чувствуя, что это моя жизнь, моя стихия. Моя единственная любовь.

После репетиции мне быстро подобрали подходящий наряд и вскоре, не теряя ни минуты, мы отправились на мероприятие, где я расслабилась и вовсе перестала обращать внимание на ворчание Веры́.

На сцене я просто двигалась в своё удовольствие, совершенно наплевав на организатора.

Стояла прохладная погода, поэтому продолжение концерта (мероприятие было на улице) я смотрела из-за кулис, закутавшись в пальто, и пила кофе. Одним из последних выступал Алексей со своей командой. Я впервые увидела его другими глазами, заворожённо следя за каждым его шагом. Здесь он не выглядел неказистым Алёшей из сказки про Иванушку-дурачка, а был настоящим богом. Именно таким поклонялись и приносили в жертву быков. Он оказался настолько хорош, что стало невозможно перестать подсматривать.

Алексей был одет в одну футболку и короткие штаны, но, похоже, не чувствовал холода: настолько увлёкся ритмом.

У меня перехватывало дыхание от нижнего брейка, немыслимых и мистических движений. Не могла оторвать глаз, наблюдая за парнем. Если бы не уличная температура, наверное, застыла бы с открытым ртом. Он покрутился на голове, на плечах, с лёгкостью поднялся, снова упал… всё это было так естественно и одновременно волшебно…

Не смогла сдержать вздоха восхищения. Не знай я его с другой стороны, определённо, влюбилась бы прямо сейчас.

Я не заметила, как их номер закончился, и Алексей нарисовался рядом со мной. Я впервые заглянула в его голубые глаза, молча изучая то новое, что сейчас в нём открыла.

– Понравилось? – он озарил меня ослепительной улыбкой. От неё веяло добротой и дружелюбием. При этом парень тяжело дышал, оттанцевав номер.

Я пожала плечами, пытаясь изобразить равнодушие.

Не вышло. Артистичность осталась где-то дома.

– У тебя на губах пенка от кофе, – тепло рассмеялся партнёр.

Что произошло в следующий момент, я поняла не сразу. Он схватил за талию, резко прижал к себе и нежно поцеловал, слизывая остатки напитка. Это длилось недолго, и через мгновенье поклонник выпустил меня из цепких лап:

– Вкусный капучино. Похоже, он остыл в стакане, – хмыкнул парень, прикоснувшись указательным пальцем к моим губам.

От столь наглой выходки я окончательно потеряла дар речи. Алексей оставил меня стоять неподалёку от места его секундного триумфа.

10

Шок от неожиданного поцелуя прошёл через мгновение. Захотелось догнать Алексея и залепить затрещину. Кем он себя возомнил? Его выходка не вызвала никаких чувств (кроме отрицательных), я даже не ответила.

Всю ночь я готовилась к пламенной речи, тираде, выговору, надеясь высказать Алёше всё, что я думаю о нём и о его дрянном поступке. Пора расставить все точки над всеми возможными буквами и объяснить ему: романтические отношения не интересуют. Особенно с ним.

Подстава ожидала в зале для репетиций: этот недоумок позвонил мне за пять минут до начала. Он под аккомпанемент кашля сообщил, что заболел. Я не удивилась: всё-таки во время скромного триумфа дурень явно был одет не по погоде.

Что ж, момент с казнью и серьёзным разговором придётся отложить до выздоровления. Но почему нельзя предупредить заранее? Я бы просто не пришла.

В тот же день столкнулась с Виктором прямо у выхода из зала. Так и подмывало спросить, почему он один, но, зная свой характер, решила придержать язык за зубами. Ещё словесно подерёмся на виду у всех. Или сарказм перемешается с ядом и начнёт капать прямо на невинного старого знакомого? Бросьте, не такого уж и невинного.

Виктор окликнул меня. Второй раз за пару дней? Некоторые не понимают, что их настойчиво игнорируют?

Я попыталась скрыть раздражение, но наверняка оно отразилось на лице.

– А где коротышка? – едко бросил Виктор, и я поняла: милая беседа не входит в его планы на сегодня.

– Ага, – кивнула я. – И тебе того же самого, – буркнула, не повернув головы.

Я не стала отвечать на провокационный вопрос. Единственное, чего мне хотелось, – убраться подальше. Бывший… сейчас одногруппник бесил не только присутствием, но и своим существованием в принципе. Возможно, сказалось настроение и то, что я не отошла от выходки Алексея.

Парни, прошу, отстаньте, и без вас тошно!

– А ты чего без своей Любви? – поняв, что он не хочет отвалить и пойти по делам, а лучше к лешему, «вежливо» поинтересовалась я. Люба бы убила за такое склонение, но пока её нет…

– У неё появились неотложные дела, – пожал плечами надоедливый собеседник. – Что с твоим?

– Заболел.

Моя попытка сбежать не увенчалась успехом. Почти у выхода столкнулись с Вадимом Максимычем, и тот, увидев нас, торопящихся уйти (не так уж сильно мы и спешили, видимо), задержал обоих.

– Вы без партнёров?

– Да, так вышло, – кивнула я, потянувшись к пальто, которое одиноко висело на вешалке и зазывало меня.

– Ничего страшного. Потанцуете друг с другом, а потом партнёров научите новым движениям. Возражений не приму: у нас чуть больше месяца до выступления, а все танцуют из рук вон плохо.

Мысленно я прокляла всё на свете, особенно совпадение в виде отсутствия Алексея и Любы. Вот не будут ходить, вообще, вместе вальсировать останутся!

Знала бы – не пришла бы!

Или это случай издевается над нами? Как жаль, что не верю в госпожу судьбу.

– Для начала повторим выученные ранее движения, – Максимыч вытолкал нас на танцпол. Спорить с ним было бесполезно и бессмысленно. Я тяжело вздохнула.

Мы взялись за руки, став лицом друг к другу. Тепло его ладоней приятно обожгло кожу.

Чёртовы мурашки! Отстаньте!

– Ты чего такая холодная, как мороженое? – удивлённо воскликнул Виктор.

– От твоих прикосновений замёрзла, – моментально среагировала, высунув язык.

Надо сказать, Виктор был увереннее Алёши. Мы наклонились вправо, влево, расцепились, покружились, вновь взялись за руки, и он ни разу не ошибся, не наступил мне на ногу. Он молчал, лишь хитро и чертовски сексуально улыбался. Я стойко смотрела ему в глаза, напоминая себе, что хочу стать хореографом.

Профессионалам неприязнь ни по чём. Сейчас для меня должен существовать лишь вальс.

Виктор взял меня за талию после очередного па, прижал к себе и закружил по залу. Моё сердце бешено колотилось, и я испытала то, чего никогда не ощущала ранее: чувство, что остального мира нет, и мы в нём только вдвоём.

Благо, тело помнило каждый шаг и действовало машинально. Я больше не задумывалась над тем, как избежать столкновения с другой парой, как уберечь ноги от неловких ног партнёра и прочих подстав, что мешали спокойно танцевать. Партнёр не пропускал ничего. Его движения, если и были неидеальны, то стремились к этому. Дьявольская улыбка застыла на его губах, а я всё чаще ловила себя на том, что смотрю на эти манящие губы. Я пыталась себя одёрнуть, но у меня не получалось.

Медленно, но верно мы подошли к поддержке, которая не выходила с первого раза: запрыгнуть на руки. Я всё боялась, что Алексей не удержит, уронит, и я с грохотом свалюсь на пол, сильно ударюсь или, что хуже, сломаю спину. Но! Выбора не осталось, ладонь к ладони, поворот и… прыжок! Я очутилась в крепких и тёплых объятьях Виктора, а сердце застучало в горле.

Это было невыносимо.

Виктор спокойно пронёс меня на руках, также спокойно опустил.

Поддержка удалась на «ура».

– Надя, Виктор, превосходно! – услышала я голос Максимыча откуда-то издалека. Интересно, это он залез в трубу, или мой воспалённый мозг дорисовывает то, чего нет?

А мы вновь закружились в вальсе, глядя друг другу в глаза. А я всё никак не могла успокоиться.

Но вот наступил момент, после которого движения были не разучены, поэтому пришлось остановиться.

– А сейчас нужно открутить девушку назад. Я покажу. Одолжу у тебя Надежду?

– Только Любовь не забирайте, – усмехнулся он, нагло продолжив играть со звучанием наших имен.

Это мгновенно отрезвило меня. Волшебство короткого момента разрушилось, когда я вспомнила о существовании третьей. Чертыхнулась про себя. А ведь считала, что ничего к нему не чувствую!

Оказавшись в руках тренера, я облегчённо вздохнула, сердцебиение постепенно пришло в норму.

Вальсирование, пройтись под рукой, сделать пару кругов назад. Ничего сложного. А появившееся расстояние? На секунду новое движение слишком увлекло меня, и я забылась.

– Три мягких, плавных шага. Уважаемые девушки, пощадите партнёра, не разбегайтесь, пожалуйста. Иначе он вас не словит. Надя, подходи ко мне, ухватись за плечи и прыгай. Я подхвачу.

Что ж, я сделала то, о чём он просил. Вадим Максимыч действительно поймал меня, обняв за ноги. Я была над ним.

– Руки подними вверх. Парни тем временем делают поворот вокруг своей оси, а затем медленно опускают партнёршу вниз.

Что ж, лёгкая поддержка.

С Виктором это движение неудобств тоже не доставило: он легко поймал меня, мы покружились, я оказалась на земле. Я не боялась, что он уронит. Доверие в танцах – самое важное.

Остаток репетиции мы провели, повторяя ранее изученное. Вадим Максимыч был доволен нашей парой. Он надеялся, что нам удастся повторить успех с нашими партнёрами.

Я не разделяла его пустых надежд.

11

Мартовское солнце оповещало, что наконец-то пришла весна. Снег слегка подтаял, образовав ручейки, которые постепенно превращались в реки. Вместе с этим на дорогах появилась грязь, но я старалась её не замечать.

Я вышла из здания, вдохнула свежий воздух и зажмурилась от света, позволив солнышку немного согреть мой нос.

Радужный настрой испортил окрик:

– Эй! Тебя проводить? – Виктор догнал меня. Похоже, он не хотел отстать, что дико раздражало. Ну, право, не банный лист же!

– Я живу в паре кварталов отсюда. Спокойно дойду одна – ничего страшного, – отрезала я.

– Ну, зачем гулять в одиночестве в такую чудесную погоду? – улыбка чеширского кота нарисовалась на хитром лице. Я отвернулась, чтобы не пялиться на его губы. Где моё прежнее равнодушие?

А ещё этот Алексей, с которым я так и не поговорила!

– Я думала, ты на машине, – я пыталась сопротивляться, но, зная характер мужчины, понимала, насколько бесполезная затея. В конце концов, если он что-то решил, то его не переубедить.

– На вальс я стараюсь приезжать без авто. К тому же, после танцев хочется пройтись. Люба всегда ругается, что я её не подвожу.

Я закатила глаза, предвкушая, что ближайшие пару минут покажутся вечностью: мне придётся слушать о чужой невесте. Сомнительное удовольствие. Впрочем, я справлюсь.

Справлюсь же?

Неожиданно, но эти полчаса пролетели незаметно. Он ни разу не обмолвился о своей благоверной, мы говорили друг о друге: кто и как устроился после университета. Мы общались как старые друзья, словно не было той преграды, которая образовалась между нами пару лет назад, когда между нами встала Люба.

Я напомнила себе, что это его выбор.

Когда мы дошли до моего дома, он удивился, что баскетбольная площадка абсолютно пуста. Обычно здесь всегда бегали ребятишки.

Сегодня всё было против меня.

– Как насчёт того, чтобы повторить изученный материал? – вдруг спросил хитрец.

– Ты приглашаешь меня на танец? – моя левая бровь взлетела вверх.

– Почему бы и нет? – парень флегматично пожал плечами.

Вот так просто?!

Подумать мне не дали. Виктор схватил меня за руку, затащил на поле, включил песню на телефоне. Когда заиграла знакомая мелодия, я поняла, что не смогу отказать себе в таком удовольствии: танцором он всё же был неплохим.

Приятный голос Кристины Орбакайте запел:

Снова весь фронт раскалён от огня,

Лупят зенитки три ночи, три дня,

А в гимнастёрке на снимке

Ты обнимаешь меня.

Ах, эти тучи в голубом…

На последней фразе мы закружились в вальсе, и я перестала слушать слова, отдавшись мелодии, ритму, движениям. Танцы – это мой воздух, моя жизнь. Чудесно, что часть её я разделю с Виктором, с человеком, которого некогда любила.

С человеком, который разбил мне сердце.

Первая поддержка – я в его руках. Мне показалось, что он слегка замешкался, продержав меня на руках на секунду дольше, чем было нужно. Я списала это на то, что он не профессионал. Я по-прежнему глядела то в его глаза, то на губы. Улыбки на них не было. Лицо застыло в напряжении.

Мы немного повальсировали, пришло время второй поддержки. Я спокойно подпрыгнула, мои ноги зажали его руки. Я подняла свои вверх. Он не торопился кружиться вокруг своей оси. Всё пошло далеко не по намеченному плану.

– Ты не хочешь поставить меня на землю? – я держалась за его плечи и с непониманием смотрела на него сверху вниз. А что мне ещё оставалось делать?! Мне никогда не было так тяжело находиться в чьих-то объятиях, потому что ещё никто не был для меня столь… желанным.

Возбуждение вспыхнуло ещё в зале, но я стойко боролась, напоминая себе, что я профессионал. Напоминала себе, что он ЛЮБИТ другую и женится на ней. Обидно, что мои чувства так и не потухли, а моя язвительность и сарказм не спасали положение.

Он медленно начал опускать меня. Когда наши губы оказались на одном уровне, Виктор потянул меня, прижал к себе и поцеловал. Отдалённой, не затуманенной частью души я понимала, что это неправильно, что то, что мы сейчас делаем, – предательство.

Но оставшаяся часть вопила от восторга и трепетала от счастья.

Его губы оказались мягкими, манящими, желанными. Поцелуй был долгим, страстным, властным, оповещающим о том, что я не одна этого жаждала так долго.

Ощутив землю под ногами, я очнулась. Вырвалась. Это неправильно.

Неправильно!

– Виктор, тебя ждёт твоя невеста, – кинула я убийственную фразу, подхватила сумку и помчалась домой.

Виктор не стал меня догонять.

12

Вечером я подпрыгнула от звонка мобильного телефона. Я полностью ушла в себя и просто не ожидала, что кто-то догадается позвонить. Ещё не глядя на номер абонента, я уже боялась узнать, что это один из преследующих меня мужчин. Вот я попала! Только я могла оказаться меж двух огней, ничего при этом не делая.

К счастью, на экране высветилась подруга. Ариэль застала меня врасплох: я ёрзала на стуле, сидя одна в комнате. Мама отправилась на очередное свидание, не забыв чмокнуть меня в щёку. Вообще я не одобряла её поведения, но сейчас просто не имела права осуждать. Не она же целовалась с двумя парнями за каких-то коротких три дня!

Я осталась наедине со своими мыслями. Они разъедали изнутри, с удовольствием вгрызаясь в душу зубами. Боюсь, что к утру от меня ничего не останется. Мне стало невыносимо стыдно перед Любой, что мои губы соприкоснулись с губами её жениха. От этой мысли меня периодически передёргивало, но не думать я не могла. Я поморщилась, почувствовав себя крайне мерзко. Но иначе обозвать то, что мы сделали, не получалось. Виктор – чужой парень. Надо забыть о нём раз и навсегда. И перестать верить, что он может испытывать что-то ко мне.

Этот дьявол, что сбежал из преисподней, просто захотел поиграть со мной.

Я не сдамся! Не сдамся в его плен! К счастью, больше никаких «подарков судьбы», неожиданностей не планируется. Всё вновь скоро вернётся в своё русло.

И ни за что больше не стану с ним танцевать!

Я убеждала себя, но тщетно – ощущала, что кошмар вот-вот станет ещё хуже. Но куда хуже-то?

Сейчас даже Алексей казался наилучшим партнёром. Пусть оттопчет мне ноги! Я хотя бы угрызения совести перестану чувствовать! Да что же это такое!

Умудрилась пропустить звонок Арины, пока рассуждала, споря сама с собой. Не стала перезванивать, тупо уставившись на погасший экран мобильного. А вдруг Арина откуда-то узнала о том, что мы с Виктором натворили? Боже! Неужели я буду винить саркастичного недоумка во всём? Фыркнула. Это я натворила. Я!

Поцеловать меня – желание Виктора, но мой выбор – ответить на поцелуй. И теперь я стыдилась этого.

Телефон зазвонил снова. Дрожащими руками я подняла трубку.

– Да? – прохрипела, чувствуя, что не могу взять себя в руки. Зажмурилась, ожидая наихудшего.

– Ну, приветики! – жизнерадостный голос трелью раздался в ухе. – Как ты? Уже начала переживать, что не отвечаешь.

– Всё хорошо, – односложно бросила я. – Не слышала.

Похоже, мой ответ её полностью устроил.

– Я тебе почему звоню. Хотела спросить… – напряглась, замерла, боясь дышать. Глаза открыть так и не рискнула: страшно. Да, жутко виновата. Да, просто расстреляйте меня сразу, чтобы я не мучилась… – Ты этим летом планируешь поехать отдыхать?

Вопрос поверг меня в шок. Я распахнула глаза, тупо уставившись в потолок. Осознав сказанное, громко и облегчённо выдохнула. Тяжёлый груз свалился с плеч. Она и не догадывалась. Да и откуда ей, собственно, знать о том, что я натворила? Вот же я себя накрутила! Истеричка! Паникёрша!

Поездка на море… Волнительное и тёплое событие. Я расслабилась и улыбнулась воспоминаниям. Они понесли меня по течению, и я вспомнила первое путешествие… как раз таки с Ариной.

~~~

Будучи несмышлёными девочками, мы поехали автобусным туром в Анапу. Сутки в тяжёлых условиях, полусидя, затёкшая шея, спина, желание сдохнуть где-то на пляже, и вот мы на Чёрном море. Когда я впервые увидела бескрайние берега, у меня перехватило дыхание. Я, как заворожённая, стояла на песке, чувствуя приливы и отливы, глядя на безумно красивый закат. Вдали плавали катера и несколько парусников. Кроваво-красные облака выделялись на чистом нежно-голубом небе.

Магия момента продолжалась ровно до тех пор, пока сильная волна не ударила по ногам и по инерции не опрокинула меня в море. Я шлёпнулась на пятую точку, намочив шорты. Впоследствии мы долго с Ариной смеялись над столь необычным знакомством с морем.

После мы отправились на дискотеку, где я зажгла танцпол, а Арина познакомилась с высоким красавцем. По счастливой случайности Максим уже жил в нашей гостинице. Нам вдвойне повезло, что он с компанией мальчишек приехал из нашего города автобусным туром. Я подозревала, что Арину он заприметил ещё в транспорте и просто ждал подходящего случая, чтобы познакомиться. В общем, всё путешествие мы тусовались вместе. Я не возражала, а Ариэль тем более: она по уши влюбилась в Макса.

На третий день, хихикая, Арина предложила игру-гадание.

– Ну, что? Сплю на новом месте, приснись жених невесте! – смеясь, произнесла она, отвернувшись к стенке. Я глубоко вздохнула: никогда не верила во всю эту мистику. Впрочем, я была не слишком трезва, пожала плечами, решив, что совершенно ничего не теряю, и повторила за ней волшебное заклинание.

Наутро Арина ходила с довольной улыбкой и в тот день не рассказала о том, кто стал главным героем его сна. Подруга поведала мне об этом только перед своей свадьбой. Ей снился Макс.

А я тогда проснулась посреди ночи в холодном поту, потому что во сне ко мне пришёл Виктор…

~~~

Я громко выругалась, совсем забыв, что разговариваю с Ариной. Она бедняга, вообще не ожидала подобной реакции. Дьявол! Виктор даже в светлые воспоминания пробрался и всё, абсолютно всё, испортил! Чёрт бы его побрал! Сколько лет мы не виделись? Почему нам так «повезло» танцевать вместе! Зачем он поплёлся за мной?!

– Всё в порядке? – после небольшого молчания уточнила моя прекрасная Ариэль.

– Нет, – рявкнула я, честно сознавшись, что не всё так хорошо, как я изначально сказала. – Но давай не по телефону. Встретимся завтра и всё обсудим? – обречённо вздохнула я. Мне нужен совет близкого человека. Ну, или хотя бы Аринино утешение.

Глава 3

13

– Ты что сделала?! – визг Ариэль разнёсся на всю улицу. Это смешно, но именно сегодня подруга больше всего походила на мультяшную обескураженную красавицу подводного царства.

Я просто не смогла всё удержать в себе и на следующий день вытащила девушку на разговор в её обеденный перерыв, заодно «помёрзнуть» под весенним солнцем.

Был конец марта. Стояла одна из самых непонятных погод, когда с утра ещё минус и гололёд, днём всё капает и течёт, а вечером подмерзает. Сейчас как раз наблюдала за тем, как с ветки дерева медленно стекал на асфальт растаявший снег и превращался в грязный водоём.

Я поведала Арине всё: о том, как ворвалась на тренировку, попала на концерт, подсматривала за выступлением Алексея, как после он меня поцеловал, а потом заболел и не явился на репетицию вальса. Из-за этого пришлось танцевать с Виктором, а затем мы поцеловались. Сложно для понимания? Вот и мне безумно сложно!

– Ну, знаешь, поцеловать двух парней за два дня… мощно, – вынесла вердикт обескураженная Арина.

– Спасибо, дорогая, за поддержку. Но не я их целовала, а они меня. Я не лезла ни к тому, ни к другому, – буркнула себе под нос, совершенно не вкуривая, как я попала в столь идиотскую ситуацию. А ещё я не знала, как из ситуёвины выкручиваться. Хотелось рвать на себе волосы. Или сменить имя и свалить в другую страну.

Отличная идея! Спрятаться там, где никто не найдёт.

Истерично хихикнула про себя: если Виктору надо, достанет откуда угодно.

– Тебе хоть понравилось? – под моим прожигающим взглядом Ариэль расхохоталась.

Некоторое время я молча шла рядом с ней, наблюдая за её весельем и жалея, что рассказала обо всём.

Я мучилась целую ночь, не в силах заснуть. Позавчера я не чувствовала ничего, кроме раздражения после выходки Алексея. Я хотела (да и сейчас хочу) гордо сообщить ему, что он идиот, и что мы никогда не будем вместе.

Но после Виктора… Мой мир словно перевернулся с ног на голову. Я жаждала… продолжения. А ещё пожирало огромное чувство вины. Я не представляла, как посмотрю в глаза Любы. Не представляла, как смогу объясниться с Виктором. Я прекрасно знала, что он, скорее всего, посмеётся, буркнет про секундный порыв, который ничего не значит. Виктор любит Любовь и будет с ней.

И от осознания этого стало очень горько на душе. И это мне не понравилось. Я ненавидела себя.

– Так кого выберешь? –  наконец прекратив безудержный смех, спросила Арина.

– Танцы, – прошипела, взглянув исподлобья. – Я выберу танцы.

– Почему? – удивилась Ариэль. Она остановилась, шокировано уставившись на меня.

Серьёзно?! Какой глупый вопрос! И что я должна ответить?

– Потому что Виктор почти женат. Алексей мне не интересен, – холодно отчеканила каждое слово, словно отчитала нашкодившего первоклашку.

– Но ты не сказала, что Виктор тебе не нравится! – хихикнула Арина, легко подловив на слове.

Закатила глаза, понимая, что подруга права. Я, действительно, не могла этого сказать. Из-за этого ненавидела себя ещё сильнее.

– У него есть невеста. Почти жена, – уклончиво пробурчала, уставившись на свои ботинки. Сил спорить не было.

– Да что ты заладила-то! Как там в пословице? Не стена, подвинется, – бросила Арина, не подумав, устав со мной спорить.

– Посмотрела бы я на твою реакцию, если бы за Максимом шлюха какая-нибудь бегала, – не скрывая злости, бросила в ответ. Я чувствовала, как вскипаю, и не понимала почему.

Арина на секунду замолчала, прикусив губу.

– Я не посмотрела с этой стороны, – наконец вздохнула она, согласившись со мной. – Неприятно. Но почему сразу «шлюха»?

– А как иначе назвать девушку, которая вертится вокруг женатого мужчины?

– Ладно. Успокойся. Ситуация в любом случае рано или поздно разъяснится. Время расставит всё на свои места, – Арина потрепала меня по щеке, а я никак не отреагировала на столь панибратский жест. Он был позволен лишь единицам.

– Слишком философское умозаключение, – фыркнула, пытаясь расслабиться.

– Но оно верное! Жаль, что мой обеденный перерыв закончился, – улыбнулась Арина, посмотрев на наручные часы. – Ты сейчас куда?

– К Толе, – выдохнула имя брата, понимая, что дальше будет только веселее. – У этого чуда назревает проблема с отцом… Пойду знакомиться с пассией. Полгода гений умудрялся её от всех скрывать.

– И правильно делал! С такой-то семейкой! – хихикнула Арина. – Держи меня в курсе.

Мы попрощались, горячо обнявшись.

К сожалению, встреча, на которую я так рассчитывала, не помогла.

14

Анатолий предложил посидеть в антикафе. Не сказать, что я люблю настольные игры, но факт того, что у нас будет отдельная комната, мне очень импонировал.

Как обычно, пришла первой. Никогда и нигде не любила опаздывать. Ух, скольких парней я послала куда подальше, если они опоздали на свидание. Интересно, на меня так повлиял Виктор, или… Ну, вот опять! Это одержимость какая-то! Когда он уже уйдёт из моей шальной головушки?!

На ресепшене скинула пальто и сменила обувь на удобные махровые тёплые тапочки. Уютненько, гостеприимно, по-домашнему. Милый администратор проводил в забронированное помещение.

Комнатка была небольшой. У входа в зал стоял кожаный золотистый диван, напротив висел огромный экран с приставками, по бокам заметила креслица-груши зелёного и бордового цветов, а в центре – невысокий журнальный столик. Недолго думая, я плюхнулась в кресло.

– Чаю?

– Да, травяной, если можно, с двумя ложками сахара.

Продолжая улыбаться, он кивнул и закрыл за собой дверь. Вернулся с подносом из трёх кружек. Следом зашёл Анатолий с незнакомкой. Я вскочила и замерла, уставившись на неё. Я еле сдержала вздох то ли удивления, то ли восхищения.

Передо мной стояла стройная красавица с густыми тёмными волосами до плеч. Её голову украшала рэперская кепка, на руках болтался ворох разнообразных браслетов. На лице выделялись яркими пятнами: красная помада и аккуратно подведённые брови. Она была одета в чёрные обтягивающие легинсы и тёмно-синюю майку, подчёркивающую роскошный бюст. Но больше всего привлекала взгляд набитая на левом плече огромная татуировка.

И чем больше я осознавала, насколько красива и необычна её внешность, тем больше понимала одну простую истину: она определённо не понравится отцу.

– Привет! – жизнерадостно улыбнулась вошедшая. – Я Мария. Ты, должно быть, сестра Толика? – её голос звучал приятными нотами. Девушка не говорила, она пела.

– Всё верно. Я Надя, – вовремя ожила я.

– Надежда нам явно не помешает, – кивнула Мария, с любовью посмотрев на Толю.

Фыркнула. Если бы мне давали по рублю каждый раз, когда кто-либо шутил, издеваясь над моим именем, то сколотила бы немалое состояние.

Но что-то заставило меня ненадолго замереть. Во взгляде красавицы ощутила глубину чувств к брату. Умилилась, увидев их отношение друг к другу. И немного взгрустнула: давно не наблюдала столь ошеломляющей взаимности.

Мария оказалась изумительно разносторонней девушкой. Изначально я хотела позвать её в нашу танцевальную академию, но передумала, поняв, что она из тех исключительных, единичных индивидов, кого по-настоящему интересует экономика. Дебиты и кредиты, в отличие от меня, Марию не пугали, а, наоборот, вдохновляли. До неё я не сталкивалась ни с одним человеком, который мог так увлечённо рассказывать об этих странных (для меня) штуках. Анатолий, как и я, скучал, когда высчитал их. Но сейчас рядом со своей красавицей он буквально расцвёл, вдохновенно слушая и иногда поддакивая.

Глядя на них, я поверила, что любовь существует, и слегка позавидовала им. К двадцати пяти годам я не встретила вторую половинку, а сейчас и вовсе находилась в непонятнейшем положении. Я ненавидела себя, но понимала, что к Виктору меня по-прежнему тянет.

Я ненавидела его. Ненавидела за наше общение последние три курса, когда Виктор по поводу и без подкалывал. Ненавидела за то, что у нас ничего не вышло на первом курсе, и он выбрал девушку, которую было проще добиться. Ненавидела за его магнетическое притяжение. В конце концов, ненавидела за поцелуй, который всколыхнул во мне всё, чего я так не хотела.

Только теперь, годы спустя, я понимала, что не ненависть – противоположность любви. Безразличие. Была ли я равнодушна к нему? Лишь пару мгновений после его повторного появления в моей жизни. Это были лучшие две недели!

– Я ненадолго отойду. «Припудрить носик», – проворковала Мария, выдернув меня из размышлений. Она нежно поцеловала Толю в щёчку.

– Ну, как она тебе? – тут же спросил брат, когда за девушкой закрылась дверь. В предвкушении вердикта он заёрзал на месте.

– Классная. Очень рада за тебя, – кивнула, печально улыбнувшись. – Вот только… она явно не понравится отцу.

– Я знаю, – откинувшись на диване, глубоко вздохнул братишка. – Но ему придётся смириться…

Я непонимающе уставилась на него, ожидая продолжения. Толя покачал головой, вытащил из кармана маленькую шкатулку и распахнул её. Я увидела золотое колечко.

– Я хочу сделать Марии предложение! – заговорщически прошептал, пряча подарок обратно. Сейчас мальчишка был похож на Голлума с любимой фразой «Моя прелесть».

Я невольно хихикнула, когда ассоциация пришла мне в голову.

Толя воспринял мой смешок по-своему:

–Я серьёзно! Я уже всё продумал. У её родителей есть однокомнатная, которую они хотят отдать нам… я устроюсь системным администратором и буду содержать семью. Четвёртый курс будет доучиться сложно, но у меня всё получится.

– Я в тебя верю. Но как на это отреагирует отец? – я удивилась тому, насколько сейчас он был решительным. – Разрешит ли?

– Я не буду спрашивать. Я просто сделаю так, как считаю нужным. Мне надоела его чрезмерная опека. Справилась ты, смогу и я.

Я потеряла дар речи, чувствуя гордость за брата. Как же резко и быстро он повзрослел! Я только собиралась сказать ему об этом, как к нам вернулась лучезарная Мария.

Остаток вечера мы душевно пообщались. Под конец я обменялась с Марией номерами телефонов. Мне хотелось продолжить наше общение.

В глазах Анатолия я увидела благодарность.

15

Апрель незаметно вырвал бразды правления у марта, и теперь повсюду на улице шумела капель. Люди скидывали пуховики и переодевались в более лёгкую одежду. Я стала чаще встречать улыбающихся прохожих. Это не могло не радовать.

Пару дней после знакомства с Марией меня ждала очередная репетиция вальса. Алексей выздоровел, и я просто мечтала поговорить с ним начистоту. В ситуации с Виктором я готовилась к худшему. Моя бурная фантазия рисовала яркие картинки того, как Люба набрасывается на меня и безжалостно душит.

Виктор даже не позвонил мне, я тоже не стала навязываться, и произошедшее после совместного танца мы не обсудили. Никто из нас не нуждался в этом, и я решила вести себя на тренировке как ни в чём не бывало.

К счастью, обрученные пришли вместе, и Любовь прямо-таки светилась. Увидев меня, она радостно поприветствовала. Спрятаться оказалось негде.

Я почувствовала усталость и безысходность. Не хотелось говорить с ней, не могла смотреть ей в глаза. Возникло резкое желание броситься и придушить стерву. Но я проиграла ещё восемь лет назад. Поздно начинать новую битву.

– Слышала, вы танцевали в прошлый раз, – Люба настолько приторно защебетала, что во рту даже появился сладкий привкус. Не к добру это. Я сглотнула.

Знает?! Мне оставалось лишь гадать.

– Понравилось? Согласись, он действует уверенно, и он такой во всём, – Люба была довольна собой.

Я еле сдержала вздох облегчения. Она не знает. Вот только говорила Люба как в дешёвой рекламе. Зачем хвастается?! Я посмотрела на Виктора: в его взгляде читался явный страх.

Парень молчал.

– Да, очень. Бешено, ритмично, запоминающееся. Я с удовольствием бы повторила, – едко заметила, бросив на него короткий и злой взгляд.

Виктор понял намёк, улыбка на секунду коснулась его губ. Гад распрямил плечи и расслабился.

Люба даже не догадывалась, продолжая скалиться. Выглядела она мило: длинные светлые волосы роскошной волной доставали до талии, и лишь корни напоминали о естественном цвете. Люба была такой во всём: крашенная блондинка, наращенные ресницы, тонны тонального крема, нарисованные брови… Да, она казалась миловидной красавицей, но всё было не своё, нарисованное, неестественное. Также было и с характером: Люба казалась добродушной девушкой, но являлась той ещё лицемерной стервой, готовой за глаза перемалывать кости и творить всякие гадости. Я не раз убеждалась в этом.

В зал вошли Вадим Максимыч и мой опоздавший партнёр. Что ж, меня ждёт ещё час мучений: Алексею далеко до Виктора. А после придётся сообщить Алёше, что между нами ничего, кроме приятельских отношений, не будет. Я не могла дать ему даже дружбы. Я не знала, что труднее: выдержать репетицию или объясниться после.

А ещё я вновь тихо ненавидела себя: мне вновь захотелось очутиться в руках Виктора. Да что со мной не так?! Почему тянет на ЧУЖОГО жениха?! Спустя столько лет?! Я пыталась думать трезво и здраво, но затуманенный рассудок возражал.

Алексей поздоровался, глупо улыбаясь. Похоже, он хочет поговорить о случившемся и явно строит планы относительно будущего свидания.

Это будет крайне тяжёлый вечер.

Зазвучала мелодия, набившая оскомину, мы разбились на пары и закружились в вальсе. Спустя пару секунд я начала думать лишь об одном: как увернуться от неловкого партнёра. Алёша настойчиво наступал на туфли. В итоге я так увлеклась попытками уклониться, что сама напортачила и не смогла запрыгнуть в его неуклюжие лапы во время поддержки.

В довершение, на вторую поддержку он ухватился за моё пикантное место, а не за ноги. Я взвизгнула на весь зал, привлекая к себе внимание.

Раскраснелась. Стало невыносимо трудно скрыть свой стыд. Алёша сделал это специально?! Я не могла знать наверняка. Но захотелось отвесить ему здоровенную пощёчину.

– Стоп! – Вадиму Максимычу, похоже, надоела ужасная репетиция. – ОТВРАТИТЕЛЬНО! Алексей, Надежда! Что за порно вы тут устроили? Разве ЭТО поддержки?! – моё красное лицо с каждым словом становилось всё ярче. Правда, одно порадовало, хореограф ругал не только нас: – Виктор, Любовь, а с вами что не так? Почему вы не можете нормально кружиться?

Оказывается, у них тоже получалось из рук вон плохо. Люба оступилась в нескольких движениях, ну а Виктор на второй поддержке уронил свою невесту. Злорадство тепло заурчало где-то внизу живота. Тренер продолжил ругаться, пройдясь почти по каждой паре.

Время поджимало. До выступления оставалось очень мало времени – не больше пары недель.

– Что ж, сегодня я попробую новую методику распределения пар. Вы ничему не научитесь, если будете танцевать с одними и теми же партнёрами. Виктор, Надежда, в прошлый раз вы показали наилучший результат, я восхищался вами, так что меняйтесь. Алексей, Любовь, хочу посмотреть на вас.

Это было… неожиданно и чертовски подло. Краснота сошла, и я стала бледнее тающей Снегурочки. Ноги вмиг стали ватными и отказывались слушаться. Любовь зло покосилась на меня.

Мы с Виктором взялись за руки. С этой секунды для меня существовали только его глаза.

Заиграла музыка, я начала считать, чтобы не сбиться. Я не переживала, не думала, что мне куда-нибудь наступят. Расслабилась и полностью доверилась партнёру. Похоже, он сделал то же самое.

– Ты чего раскраснелась, как помидорка? – прошептал Виктор, нарушив тишину, как раз в тот момент, когда наши лица были непозволительно близко друг другу. Жар его дыхания вызвал приятные мурашки. Всё тело хотело большего, и лишь остаток разума говорил, буквально вопил, насколько это неправильно.

– Не привыкла, что во время танца меня хватают за задницу, – ляпнула первое пришедшее в голову.

Виктор рассмеялся. Резко захотелось вновь ощутить вкус мягких и тёплых губ.

Запретный плод сладок?

Размышлять некогда: пришло время первой поддержки, и через секунду я оказалась у него в руках.

– Тебе следует сменить партнёра: ты прекрасный танцор. Алёша тянет тебя на дно.

Что я слышу?! Он сделал комплимент?! Впервые за столько лет?! Надо бы ущипнуть себя, чтобы проснуться.

Мы повальсировали, а затем также превосходно выполнили вторую поддержку. Вадим Максимыч остановил музыку.

– Алексей, Любовь! Почему вы не можете также хорошо танцевать со своими партнёрами? Виктор, Надя – прекрасно, – следующие слова я не слушала. Я была обескуражена, ошеломлена, и мне не хватало воздуха.

Хотелось спрятаться под одеялом, чтобы прекратить ощущать всё то, что я ощущала. Эта буря эмоций вскружила мне голову, появившись из ниоткуда, сойдя на меня лавиной. В последний раз я испытывала подобное с Виктором несколько лет назад и уже забыла каково это. На короткий миг засомневалась в том, что любила Сергея и Андрея. Те чувства были ничто по сравнению с тем безумством, что творилось со мной сейчас.

Всю репетицию мы меняли партнёров, пытаясь найти лучшее сочетание. Некоторым Вадим Максимыч вернул их первоначальные пары, сделав замечания и посоветовав, как исправить недостатки.

По роковой случайности нам повезло меньше. Виктор оказался «идеальным» для меня, а Алексей для Любы. Я не понимала, как такое могло произойти.

– И уж извините, но не допущу к танцам ваши исходные пары. Вы откровенно не доверяете друг другу и не стараетесь, – его слова прозвучали для меня как приговор. Смертельный приговор.

Я вновь побледнела. Лучше казните. Я готова поверить в судьбу, что так истерично издевалась над нами.

– Абсурд, – запыхавшийся Алексей проблеял еле-еле. Парень был взмылен, и пот стекал со лба. Поморщилась: чуть не затошнило.

– Простите, но Виктор и Любовь помолвлены. Неэтично их разделять, – возмутилась я, когда справилась с эмоциями и обрела дар речи.

– Это всего лишь танец, – пожал плечами хореограф. – Вы либо меняетесь, либо не участвуете. Для вас с Алексеем отказ серьёзно скажется на дальнейшей карьере.

Я прикусила губу. Нечестно!

И понимала, что с Алексеем мы не сможем стать открывающей парой.

– Чего ты боишься? – помощь пришла из неоткуда. Люба ожила, ядовито ухмыляясь. Она наклонилась над ухом и прошептала: – Что Алексей влюбится в меня, забыв о тебе?

В секунду увидела её отношение ко мне. Она меня ненавидела, будто я увела у неё парня. Ситуация диаметрально противоположная. В душе зажглись огоньки злости, не предвещающие ничего хорошего. Я вспыхнула, словно спичка. Хочешь в очередной раз доказать, что ты лучше?! Забудь, ты больше не соревнуешься с маленькой девочкой, коей я была в семнадцать лет.

– Это действительно просто вальс. Я за. Всё равно, Виктор, последний твой холостяцкий танец за мной, – Люба демонстративно поцеловала жениха в губы.

Что ж, все согласились с рокировкой. Любовь ещё не понимала, на что она подписывается.

А я догадывалась.

Знала, что всё это плохо кончится.

Но…

16

Сама не знаю, как я на это решилась, но после репетиции вальса я догнала Алексея. Я чувствовала себя паршиво, моё сердце стучало в горле, а руки тряслись. Но я жаждала завершить хотя бы один гештальт. Не хотелось играть на чувствах другого человека, не хотелось давать ему надежду, не хотелось делать больно, в конце концов.

– Лёш… – я запнулась, поперхнувшись воздухом. Не хватило храбрости вывалить ту речь, что я подготовила. Если несколько дней назад мне было проще отшить его на негативных эмоциях, что испытала от поцелуя с ним, то сейчас оказалось сложнее из-за приключившегося с Виктором. Последний умудрился стереть всё, что было до него, затмив собой, заставив думать лишь о нём.

Дьявол!

И… я не смогла. Мы замерли посреди улицы. Алексей ждал продолжения разговора, а я стояла, словно забыв весь русский алфавит и потеряв способность собирать буквы в слова.

– Ты не мог бы меня подвезти? – наше молчание уже стало нелепым, поэтому ляпнула первое, что пришло в голову.

– С удовольствием! – на его лице зажглась глупая улыбка. Кажется, я всё-таки дала надежду. Чёртово имя!

Я проклинала себя, ситуацию, своё жалкое существование…

В гробовой тишине (мне так чудилось) мы сели в крутую иномарку как раз в тот момент, когда Виктор и Люба выходили из здания. Ну, ему полезно узнать, что мною интересуются парни. Ущипнула себя, потому что мысли о Викторе сбивали, и нужно объясниться с другим.

Алексей продолжал сиять. Наше молчание, похоже, его не напрягало. Интересно, как для него выглядела ситуация? Несколько дней назад мы поцеловались, а сейчас я села к нему в машину сама. Ой, ой! До меня начала доходить вся абсурдность происходящего. Я понимала, о чём он размышляет.

– Лёш… – повторила попытку, но вновь не смогла. Дьявол! Почему так сложно сказать парню, что он безразличен?! У меня никогда такого не было!

– Ты осознала, что у тебя есть чувства ко мне? – с нескрываемым удовольствием заявил Алексей.

Я глубоко вздохнула. Н-да. Это будет гораздо труднее, чем я представляла.

Мы уже ехали, и внезапно стало легче. Быть может, дошло, что разговор неизбежен?

– Лёш, ты очень крутой танцор. Я, задержав дыхание, наблюдала за твоим выступлением. Несколько раз мне не хватило воздуха, когда ты… – я вновь оборвалась. Похвала исходила от чистого сердца. – Ну ты знаешь, – я немного покраснела, смущаясь.

Я наконец-то подняла на него глаза. Алексей сейчас больше походил на павлина, распушившего хвост.

– Да, знаю, девчонки без ума, – самодовольно кивнул собеседник.

– Ты слишком самоуверен, – съязвила я, на пару мгновений потеряв нить разговора.

– Без этого никак, – Алексей пожал плечами. Он даже не повернул головы, словно считал, что теперь я от него никуда не денусь.

Ну это уже наглость! Я разозлилась и продолжила подготовленную речь:

– Моё восхищение тем, как ты двигаешься, не отменяет того факта, что я к тебе равнодушна. У меня нет к тебе чувств: ни дружеских, ни, тем более, романтических, – прервалась, но потом со злостью и осуждением в голосе добавила: – Поцелуй был неуместен.

Алексей неожиданно затормозил: мы остановились у моего дома. Я видела, как улыбка медленно сошла с его лица.

– Мне очень жаль, что ты влюбился в меня, а я не могу тебе ответить взаимностью, – слова сами слетали с языка. – И, слава богу, нас с тобой развели по разным парам, потому что я не представляю, насколько больно танцевать с человеком, который нравится, но которому ты безразличен. Я…

Запнулась. Не представляю?! Серьёзно?! Я осознала весь абсурд происходящего. В какой-то момент умудрилась попасть в любовный квадрат, где почти у каждого были неразделённые чувства к кому-то.

Только Любовь с Виктором в итоге поженятся.

– Которого любишь, – Алексей прервал меня. Его глаза были наполнены печалью.

– Что? – непонимающе уставилась на него.

– Не «нравится», а «любишь». Надя, я люблю тебя. Вот уже три месяца не могу ничего с собой поделать.

– Прости, – мучительно больно от признания. Горечь подступила к горлу, стало вновь трудно дышать. Слёзы обожгли глаза. За что мне всё это?!

Я выскочила из машины, хлопнув дверью.

17

Признания Алексея не растрогали, не заставили думать иначе. Первый час я, конечно, недоумевала, пытаясь понять, как это произошло: всё-таки Алексей не знал меня достаточно хорошо, чтобы влюбиться по-настоящему. Вскоре я убедила себя, что нелепая влюблённость парня пройдёт, надо лишь избегать тесного контакта с ним. К счастью, на тренировках Алексей игнорировал меня, полностью увлёкшись вальсом с Любой. С ней он двигался гораздо увереннее, и, надо сказать, у них неплохо получалось.

Вечерами я сидела дома и читала книгу: танцевать не было настроения. В один из таких дней зашла мама, принеся какао с зефиринками и, нежно потрепав по щеке, улыбнулась:

– Не переживай, всё образуется. У него пройдут чувства, и ты станешь просто приятным напоминанием прошедших чувств.

– Мам, я совершенно не понимаю, почему он влюбился, – вздохнула, с любовью разглядывая родные глаза.

– Серьёзно? – игривые искорки зажглись в глазах матери. – Посмотри на себя! Ты же красавица! Ты увлечённая девушка и неплохой танцор. Как против такой можно устоять?

– Всего лишь «неплохой»? – театрально шмыгнула носом.

– Хорошим ты станешь, если будешь заниматься усерднее, – подмигнула мама.

Тренировки у Веры́ я настойчиво посещала, не прогуливая. Я пыталась максимально занять себя и не хотела терять форму. Хореограф смирилась и не ставила меня на задний план, и за время подготовки к девятому маю я несколько раз выступила. Усталость брала своё, я не думала о Викторе, пока его не видела.

Каждая репетиция вальса стала ещё большей пыткой, чем до этого. Если раньше я задумывалась, как бы избежать столкновения с Алексеем, то сейчас я не отрывала взгляда от губ своего партнёра.

Виктор всегда дерзко улыбался, в шоколадных глазах блестели зловещие огоньки, не предвещающие ничего хорошего. Иногда он оставлял свой довольно едкий комментарий, обжигая кожу дыханием, заставляя мурашки отплясывать по спине. Я же старалась молчать и держать себя в руках, похоронив все мечты о неосуществимом. Чаще всего не получалось заткнуться, и мы вступали в словесную перепалку, в которой я никогда, увы, не побеждала.

Всё это не мешало нам превосходно вальсировать. Как будто не было между нами бесконечной пропасти и вороха предательств; лишь умелый партнёр брал мои ладони в свои, я забывала обо всём.

– Ты сегодня чересчур довольная, прямо светишься от счастья, – прошептал Виктор на ухо, словно издеваясь. – О чём думаешь?

– Представляю, что скоро наши совместные танцы прекратятся. Осталось несколько недель, и ты сможешь вернуться в преисподнюю, – язвительно заметила я.

– И это всё, что тебя радует? – брови сексуального мужчины подскочили вверх, что меня окончательно разозлило.

– Нет, – покачала я головой. – Есть кое-что ещё.

– Что же? Удовлетвори моё любопытство, – дьявол продолжал сладко улыбаться, тем самым действуя на нервы.

– Жена удовлетворит, а я могу его лишь возбудить и… промолчать, – включилась в игру грубияна, полностью приняв правила, полностью отзеркаливав его поведение.

Виктор расхохотался. Похоже, перепалка доставляла ему несравненное удовольствие.

– На самом деле представляю, как ты жаришься в аду в отдельном котле, а черти тыкают тебя раскалёнными трезубцами. Ты визжишь от бесконечной боли.

Парень кивнул и тихо прошептал мне на ухо, едва ли не задев кожу губами:

– Любишь причинять боль? Интересненько…

Я сглотнула и заткнулась. Он снова победил.

После репетиции Виктор уходил под руку с Любовью. Алексей же, к счастью, не приставал. Либо в его пустой голове появились зачатки разума, и он решил абстрагироваться и перестать думать обо мне, либо, что хуже, дал мне время на размышления, чтобы нанести очередной удар. Я готовилась к обоим вариантам.

Я мучительно ждала девятое мая, мечтая поскорее отмучиться и забыть всё, как страшный сон.

Но день, когда стало только хуже, всё равно наступил.

Я, как обычно, пришла на пятнадцать минут раньше, размялась, поймала на себе пожирающий взгляд Алексея; замерла, ревниво наблюдая за тем, как обручённые (так и хотелось обозвать их «обречёнными») зашли в зал. Видела, как Виктор помог Любе раздеться, как она с улыбкой подлетела к своему партнёру, и как Виктор плавно подошёл ко мне.

– У вас с Алексеем окончательный разлад? Не видел вас ни на одной из последних репетиций рядом, – вместо приветствия бросил он, в этот раз обжигая дыханием губы.

Точно дьявол.

Я поморщилась, мысленно негодуя.

– Главное, чтобы у вас с Любой всё было хорошо, – быстро нашлась. – Будь аккуратнее, Алексей – свободный парень, всё может случиться, красавчик уведёт у тебя невесту, что же ты будешь делать?

– Находишь его привлекательным? – похоже, Виктор услышал в моих словах что-то такое, что волновало только его. Совершенно не то, что я сказала.

Захотелось возопить матом на весь зал. Ну, почему мы разговариваем на разных языках?!

– Я нахожу привлекательными танцы. Только они возбуждают, – жёстко ответила, дерзко уставившись в его глаза.

– Учту.

В голове пронеслось тысяча вопросов, среди которых было: что он там планировал учитывать? И куда? Зачем? Для чего?

Спас ситуацию тренер, внезапно ворвавшийся в зал.

– Так, ребятки, извиняюсь за опоздание, но… у меня потрясающие новости! – последние два слова Вадим Максимыч буквально пропел. – Для начала хочу сообщить, что были утверждены наряды выступающих. Мужчины – это либо деловой костюм, обязательно с галстуком и пиджаком, либо военная форма. У девушек – платье пятидесятых годов, ну, знаете, с пышной юбкой.

– А если будет холодно? – выкрикнул кто-то в толпе. Похоже, кто-то, как и я, не верил, что к началу мая потеплеет.

– Молитесь, чтобы было тепло, – Вадим Максимыч равнодушно пожал плечами. Я привыкла, что о здоровье танцоров никогда и никто не заботился. – Наряды обжалованию не подлежат. Не думаю, что вы замёрзнете, если будет прохладно, это всего на три минуты. Тем более вы всё время будете двигаться, кроме двадцатисекундного вступления.

– Где будем показывать номер уже известно?

– Ещё нет. Но точно на улице, на одной из площадей города, – хореограф не переставал довольно улыбаться и сейчас выглядел как чеширский кот. – И главная новость! – он взглянул на меня, отчего засосало под ложечкой. Предчувствие возопило о какой-то опасности. – Нами выбрана лучшая пара, которая откроет вальс! Им назначены дополнительные тренировки.

– Вот неудачники! – услышала слова Любы, в которых так и сочился яд. Их пара, оказывается, уже стояла неподалёку от нас.

Интересно, дура осознаёт, что танцует с профессионалом, и она одна из кандидаток на открытие вальса?

И тут до меня дошло…

Захотелось закричать «нет» и добавить ругань, чтобы полностью отразить мои эмоции.

– Думаю, что ни для кого не секрет, что среди всех выделяются Виктор и Надежда…

Я не смогла сдержать вздоха. Было ли это плохо скрываемым удивлением или ужасом, я не знала. Одно я поняла наверняка: теперь мы с Виктором будем оставаться наедине и видеться чаще. От осознания закружилась голова, и я едва устояла на ногах, но тут же почувствовала на себе руки партнёра. Он подхватил меня, когда начала падать.

И я заметила на его лице улыбку, которая не предвещала мне ничего хорошего.

Дьявол, что же ты задумал?!

18

Новость о том, что мы лучшая пара, выбила меня из колеи на несколько часов. Но, с другой стороны, всё было логично. Нас с Алексеем отправили открывать вальс, но волею хореографа разделили. Нетрудно было догадаться, что какая-то из пар, в которой танцует профессионал, станет первой. Алёша неплохо двигался с новой партнёршей, вот только Любовь продолжала лажать раз за разом. Просто мой затуманенный мозг отказывался верить, что придётся часто бывать наедине с предметом влюблённости. Одновременно и радовалась, и ненавидела себя.

Остаток тренировки действовала на автопилоте. Тело само выполняло разученные движения, и я, к счастью, ни разу не оступилась. Мыслями была далеко, не здесь, не в реальности.

Машинально записала в блокнот время дополнительных репетиций, также машинально обменялась с Виктором номерами телефонов, машинально попрощалась с ним.

Конечно, я заметила на себе прожигающий взгляд Любы, но не стала реагировать – почувствовала опустошение. Словно мои эмоции вмиг выкачали, и я теперь просто искусственный интеллект. Робот, настроенный всю жизнь танцевать.

Совершенно не помню, как очутилась дома. Не помню, как упала на кровать, как провалилась в сон.

Проснулась в своей постели, ощутив груз проблем на плечах. Как справляться с выходящими из-под контроля чувствами, я не знала.

Хорошо всё это не закончится. Понимала я и то, что до выступления оставалось чуть больше двух недель. Профессионал во мне дерзко заявил, что я выдержу, и ничего случится. А вот маленькой испуганной девочке хотелось забиться куда-то в угол и не выходить до середины мая.

Первая репетиция наедине прошла неплохо. Ну, по крайней мере, не так ужасно, как я представляла. Мы были не совсем одни – рядом постоянно вертелся довольный Вадим Максимыч, что постоянно хвалил наши движения.

– Виктор, а ты не хочешь уйти в танцы? У тебя отлично получается, – тренер разбавлял наше напряжение своей болтовнёй.

– Я подумаю над вашим предложением, – нарочито сдержанно заметил мой дьявольский партнёр.

– Ой, да брось. Можно на «ты»! – Вадим похлопал парня по плечу. – Вы удивительно подходите друг другу, словно давние знакомые, между которыми установилось безоговорочное доверие.

Виктор бросил на меня двусмысленный взгляд, отчего я нервно сглотнула.

– О, ты нас раскусил. Мы знакомы больше пяти лет, – кивнул парень.

– Это замечательно! Я ещё ни разу не видел столь притёршейся пары! Виктор, у тебя есть военная форма?

Возникло желание стукнуть Вадима Максимыча чем-то тяжёлым. Вряд ли он от этого поумнеет.

19

В вечер свободной среды я сидела дома, впервые проигнорировав репетицию у Веры́. Мне не хотелось доставлять ей лишнего удовольствия, но сегодня просто не могла танцевать дабстеп. Не тот настрой.

Мой телефон резко затрезвонил. От неожиданности подпрыгнула на стуле. Похоже, ещё чуть-чуть, и я бы с него свалилось. Посмотрев на экран мобильного, почувствовала, как сердце ушло в пятки.

Беспокоил Виктор.

– Да? – попыталась совладать с голосом, но тот, зараза, дрожал, выдавая меня.

– Не хочешь потанцевать? – он в который раз решил, что со мной здороваться необязательно.

– Можно, – нагло согласилась, не подумав о последствиях. Неужели решил, что испугаюсь такого дерзкого предложения? – А где?

– Погода на улице оставляет желать лучшего. Не май месяц же, – услышала саркастичный тон собеседника.

Я с надеждой выглянула в окно: люди шли в тёплых куртках. Кое-где ещё не растаял снег. Апрель!

– И что предлагаешь? – чисто из упрямства не стала отказываться и откладывать тренировку до завтра.

– Приезжай ко мне. У меня большой зал, нам хватит места отрепетировать сольное выступление, – ощутила нерешительность в голосе. Чтобы этот самоуверенный… Я запнулась, ведь ещё ни разу в жизни не видела, чтобы Виктор в чём-то сомневался. Я не знала, что и ответить. – Обещаю, приставать не буду, – поспешно добавил, словно почувствовав моё замешательство.

Я глубоко вздохнула и согласилась. Выбора не осталось: на улице пошёл дождь. Мокнуть не особо хотелось. А отказать себе в удовольствии я была не в состоянии. И почему, кажется, что сама еду в заранее расставленный капкан?!

Собралась быстро. Не стала пользоваться косметикой, густые волосы связала в пучок, а оделась скромно: в удобные обтягивающие лосины и майку. Не желала его провоцировать.

Виктор предлагал за мной заехать, но легко отказалась, уверив, что на маршрутке доберусь гораздо быстрее. Я накинула куртку, схватила зонтик и выскочила в облако отвратительно-мерзкой погоды.

Партнёр встретил в шортах и футболке. На его лице красовалась дерзкая самоуверенная улыбка. Он хоть иногда перестаёт улыбаться?! И как у него мышцы губ не свело?! Или уже свело?!

Виктор, не стесняясь, окинул меня взглядом с головы до ног, отчего почувствовала волну мурашек от затылка до спины. Вспомнила этот взгляд. Несколько лет назад он одарил им Любу. Именно в тот момент я поняла, что между нами всё кончено, и он хочет мою подругу.

Ой, ой.

– Прекрасно выглядишь, – сделал комплимент хозяин квартиры. Он помог освободиться от промокшей верхней одежды.

– Подхалим, – раздражённо бросила. Осознала, что есть желание сбежать отсюда, отказаться от танцев вообще. Но я понимала, что тогда исключат из группы. А я слишком любила то, что делаю.

Справлюсь. Интересно, сколько раз мне ещё это повторить, чтобы самой в это поверить?

– Сегодня ты вновь острая на вкус. Чаю? – моё хамство совершенно не задело парня. Похоже, его ничем нельзя смутить.

– Любовь знает, что я буду здесь?

– Конечно, – пожал плечами, захлопнув за мной дверь.

Я почувствовала, что попала в западню. И я ведь сама зашла в клетку с тигром, и теперь с замиранием сердца ждала, когда зверь откусит мне голову. Дура! Зачем приехала?! Захотелось приключений?! Захотелось… его?

И чем тогда я лучше Любви?

– Не приревновала? – постаралась казаться максимально безразличной, хотя мои руки начали дрожать. Пришлось убрать их за спину.

– Она сейчас репетирует с Алёшей, – равнодушно произнёс Виктор.

Не поняла, ревнует он или нет. За столько лет я так и не научилась читать его мысли, так и не вышло разгадать тайны и секреты его души. Я лишь отвела взгляд, пытаясь не смотреть на губы и перестать мечтать о сладком поцелуе.

Я ненавидела саму себя. Буквально до тошноты. Безысходность угнетала. Не могла сбежать от эмоций, как несколько лет назад: сейчас я была вынуждена оставаться наедине с ненавистно-любимым человеком. И мне хотелось его!

Злость на саму себя только усиливалась.

Убежала в зал, не дожидаясь разрешения. Комната оказалась внушительных размеров, как будто кто-то украл её из дворца короля. Неподалёку от входа стоял огромный серый диван. Рядом расположился журнальный столик. Напротив – большие колонки и домашний кинотеатр. Я лишь покачала головой. Не стала комментировать. Плевать, откуда у него столь дорогая квартира в центре, с такой акустической системой.

На ум пришёл едкий подкол: мол, Виктор над соседями издевается, постоянно врубая громкую музыку. Конечно же, я обязательно это озвучу, как только парень придёт сюда. Мне срочно нужно потанцевать, чтобы сбросить накопившийся груз эмоций. Иначе меня прямо сейчас разорвёт.

Я нашла пульт от музыкального центра. Боже! Зачем тут так много кнопок?! Я на пару секунд растерялась, но в итоге смогла включить шайтан-машину.

Заиграло радио. Пойдёт. Не важно подо что танцевать. Главное – поймать ритм, такт и слиться с ними воедино. Стать единым целым.

Я услышала незнакомую песню. И она, как назло, была спокойной, мелодичной. Под неё только вальс и танцевать!

Конечно, под настроение подошло бы что-то быстрое, но выбора у меня не было. Я закрыла глаза, вслушиваясь, сливаясь с волнующим мотивом.

Чёрт, всё-таки стоило бы её переключить. Если вслушиваться в слова песни… Она идеально вписалась в мои чувства к Виктору? Ну, почему? Почему спустя столько лет? Почему снова? Ненавижу!

Расценит ли Виктор её как намёк? Плевать! У него есть невеста, а у меня… у меня гордость и чувство собственного достоинства. Отличный комплект. Фыркнула, поморщившись.

Я танцевала, медленно кружась по залу, двигая ругами и ногами в бит. Вправо, влево, вверх. Мне становилось легче, я уже подготовилась к вальсу.

И тут я почувствовала тепло руки Виктора на своём плече. Я открыла глаза. Второй рукой он взял меня за талию. Ритм песни позволил нам слиться в парном танце. Я поддалась секундному порыву, и парень закрутил меня по залу. Его лицо и тело было расслабленным: Виктор уверенно вёл меня по кругу. Он наблюдал за тем, как я танцую? Почему не прервал? Не остановил?

Я потерялась во времени и в пространстве. Запуталась и в песне. Этот волшебный миг всё больше и больше затягивал в какую-то бездну.

Мне вдруг стало спокойно и легко, словно всё это правильно.

Виктор резко дёрнул к себе. Я очутилась в его горячих объятиях, его губы коснулись моих. Мы сплелись в жарком и страстном поцелуе. Я поняла, что потеряла контроль, что не могу сдерживать ни себя, ни чудовищное желание, ни яркие и безумные эмоции. Я сорвала с него футболку, наслаждаясь его телом, осыпая поцелуями. Виктор касался губами моей шеи, что было чересчур интимно, отчего мурашки фейерверками взрывались в местах его прикосновений. Меня охватила бешеная жажда, которую я не испытывала никогда ранее.

Я закрыла глаза, позволяя Виктору делать со мной всё, что он захочет. Доверие, что было между нами в танце, переросло в нечто большее. Оно увлекало за собой, заставляя тонуть в бездне соблазна.

Моя спина коснулась дивана, я почувствовала, как меня прижимает к себе разгорячённое мужское тело. Моя майка ему не помешала, он без труда залез под неё руками, лаская обезумевшее тело. Я буквально сгорала от нетерпения и охватившей страсти.

Когда он избавил меня от штанов и потянулся ниже, дотрагиваясь до самого сокровенного, я внезапно начала понимать всю ненормальность происходящего. То, что мы творим сейчас, – предательство. Я не Любовь и не его любовь… Мои мысли запутались. Я всего лишь мимолётное желание, о котором он вскоре пожалеет. И я не Люба – я не поступлю так низко и подло, даже если буду об этом потом жалеть.

– Стой! – воскликнула я, прервав на полупоцелуе. Интересно, такое слово есть? Если нет, то очень жаль, потому что иначе это положение никак не опишешь.

– Что-то не так? – озадаченно спросил Виктор. Его брови взметнулись вверх, а я простонала. Сказать «нет» стало сложно. – Я сделал тебе больно?

Я шокированно уставилась в две шоколадные бездны. Еле сдержалась, чтобы не расхохотаться, не податься истерическому смеху.

Что?! Больно?! Мне?!

Да.

Несколько лет назад. И очень больно. Невыносимо больно: я не могу оправиться спустя столько лет. Почему?!

– Если ты не остановишься, то сделаешь больно своей невесте, – акцентировала внимание на слове «своей», отодвигаясь, насколько это было возможно. А ведь изначально диван казался большим. А теперь? Теперь больше походит на клетку.

Виктор сел на краешек, с удивлением рассматривая меня.

– Я не хочу, чтобы ты изменил со мной… моей, пускай бывшей, подруге, – после каждого слова останавливалась. Всё-таки говорить на пике такого мощного возбуждения было нелегко.

Почему он единственный, кто способен свести меня с ума одним только своим существованием? Он рядом, и я теряю контроль!

– Это не должно тебя волновать, – процедил парень сквозь зубы.

Злится? Пускай. Заслужил.

– Но волнует. Ты скоро женишься! А ты решил сходить налево, удовлетворить потребность. Отвратительно, – чем больше я об этом думала, тем противнее мне становилось.

Возбуждение как рукой сняло.

Ну, уж нет! Не стану игрушкой в его руках! Пусть даже в столь желанных.

Нет! Даже не буду об этом думать! После секундного удовольствия я испытаю муки и угрызения совести в разы сильнее, чем сейчас. Мне и так стыдно, что я почти голая перед чужим будущим мужем!

Некоторое время мы молча сидели в разных углах дивана, пытливо всматриваясь в друг друга. Мой партнёр по танцам, видимо, потерял дар речи. Я не видела, что можно ещё сказать. Все слова были сказаны раньше. Несколько лет назад.

Ситуацию спас зазвонивший телефон, лежащий на журнальном столике. Парень нехотя встал и ответил:

– Да, Люба? Да, всё хорошо. Репетируем…

Презрительно фыркнула, оделась, пытаясь забыть минуту позора и не дослушав этот разговор, умчалась в коридор, где накинула куртку и выскочила в облако мерзкой погоды.

Куда угодно, лишь бы подальше.

Глава 4

20

Виктор

Не знаю, в какой момент перестал верить в любовь. Не скажу, что у меня её не было, просто однажды понял, что больше не торкают ни прикосновения Любы, ни её заливистый смех, ни роскошные высветленные волосы.

Осталась привязанность, как осколки чувств, которые почти ни на что не влияли. Догадывался, что стоило бы прекратить отношения, но боялся, что с новым человеком будет также.

Наверное, подкосила Любина измена, когда пару лет назад застукал её с другим. Обиднее всего – я его знал. Он был моим деловым партнером, к тому же намного старше. Неужели её так привлёк возраст?

Сделку подписали на выгодных для меня условиях.

– Дорогой, я же для нас стараюсь! – от заискивающего тона блондинки уже тошнило. – Ну прости!

Не смог уйти ещё и потому, что у нас было общее дело. Ну, как общее. То, что досталось мне по наследству от отца. Я хотел его продать, но Люба настояла на другом. Мы собирали бизнес словно мозаику, кропотливо, по кусочку.

Давно просил Любу переехать ко мне, но она вечно ссылалась то на «родители до замужества не отпускают», то на «будешь мешать учиться». Я перешёл на заочку, а Люба осталась на очке.

Иногда подозревал, что не съезжаемся, потому что боится попасться на измене. Ненавидел себя за эти мысли, но ничего не мог с собой поделать: после первого раза снова поймал с другим. А потом Люба то ли умнее стала, то ли перестала изменять. Не хотелось вникать: не до того было.

Но всё равно тёплые чувства остались – я понимал, что без неё не могу…

В начале года в очередной раз позвал замуж, и Люба неожиданно сказала да. Мол, закончит бакалавриат, и могу делать с ней всё, что захочу. Пару лет назад меня бы это вдохновило, заставило бы пошло шутить и фантазировать.

Сейчас – даже не тронуло.

Начались бешеные приготовления к свадьбе, Любовь уговорила меня записаться на вальс в честь Дня Победы: красавице хотелось на торжестве кружиться по залу перед гостями в белом платье. Я не мог отказать ей в столь простой просьбе. В девятом классе на выпускном был лучшим танцором. Не думаю, что что-то изменилось спустя несколько лет.

Роковой ошибкой стало согласиться на репетиции. Когда пассия умчалась в зал, остался искать, где бы припарковаться. Грозно выругался матом: мест не осталось.

– Блять! Чтобы ещё раз приехал сюда, а не пришёл пешком! Ну его, на хуй, разнылась, что королеву не вожу на царской карете! Купить ей лошадь, что ли?!

В зале нашёл её достаточно быстро: в очередной раз с кем-то чесала языками. Вот бабы, а! Лишь бы поболтать!

– Опять встретила старую знакомую?.. – застыл на полуслове, узнав Надежду.

Ну охренеть теперь. Здравствуйте, какие люди. Давно не виделись.

Невольно осмотрел её с головы до ног и едва не поперхнулся. Как назло, стала гораздо привлекательнее, сексуальнее и желаннее. Годы не испортили её, наоборот, сделали только краше. Из довольно-таки серой мышки превратилась в знойную красотку. Ухмыльнулся, вспомнив колледж.

– Наденька, а мы женимся! – пропела Любка, гордо повиснув на моей шее.

Господи, да слезь ты уже с неё!

Вырываться не стал: лишь приобнял за талию. Всё-таки невеста.

– А я думала, вы уже давным-давно женаты, – едко усмехнулась Надя. Чуть не улыбнулся: ну чего ты хотела, дорогая? Что эта стерва промолчит? Да она даже мне в годы совместной учёбы не собиралась уступать, чего уж говорить о тебе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.