Денис Архиреев
Искусственный – не значит мёртвый

Пролог

Тёмные тучи клубились над городом, они смешивались с гарью и дымом, исходившим от обуглившихся остатков боевой военной техники. Никто не понимал, откуда у повстанцев взялось столько противотанкового оружия, но они активно оборонялись, постепенно сдавая позиции.

Его отряд продвигался с боями по городу. Сложнее всего было воевать в населенных кварталах, потому как тут было легко организовать оборону в домах, в отличии от небоскребов, в которых прятаться было просто негде. Они готовились штурмовать очередной многоквартирный дом, по данным командования там скрывались выжившие координаторы восстания андроидов.

Хоть они и не были столь важны, но тем не менее для его маленького отряда в сотню человек –  это была вполне существенная задача. Его группа пряталась за остовами машин, незаметно подкравшись в дому, в котором засели повстанцы. Их целью было обеспечить дымовую завесу для остальных солдат. По приказу командующего они быстро закидали пространство перед домом дымовыми гранатами. Начался штурм.

Сам он в штурме не принимал участия, его задачей было обеспечивать огневую поддержку из пулемёта, который он сразу же разместил на удобной позиции. Он навёл ствол оружия примерно на уровень второй этажа – там было удобнее всего устраивать огневые точки и вдавил гашетку, отправляя плазменный ураган в дым. Солдаты-штурмовики бросились к подъездам, они были одеты в силовую броню и были неуязвимы для обычного оружия.

Через двадцать минут сопротивление боевиков было подавлено, они были плохо вооружены и не имели защиты в отличии от военных. Остался лишь один боевик, которого и зажали в квартире плотным огнём, звуки выстрелом были слышны только оттуда. У него была плазменная винтовка, поэтому штурмовики не могли просто наброситься на него – он бы их просто изрешетил. У него кончалась энергия в винтовке и вскоре он сдался.

 Его вели по двору – он был единственным выжившим из всех боевиков. Андроид отчаянно сопротивлялся, но ничего не мог поделать со своим положением. Его повели недалеко в тыл, там находился специалист по допросу андроидов, который мог не только вскрыть память, но и вызвать чувство боли любой величины, не применяя силы. За конвоем шёл командир, он хотел первым услышать информацию, полученную после пыток.

Солдат, наплевав на приказ «собраться с перегруппироваться», пошел вслед за командиром окликая его:

– Капитан!

– Чего тебе, рядовой? – с недовольством ответил командир.

– Разве пытка это не нарушении военной конвенции, принятой всеми странами?!

– Сынок, – сказал командир поучающе. – Андроиды – это не люди, на них это правило не распространяется!

– Мы не должны этого делать, позвольте мне поговорить с ним, я уверен, я смогу убедить его выдать информацию без пыток!

Капитан с неодобрением посмотрел на рядового и немного подумав сказал:

– Ты что специалист по психологии андроидов?

– Никак нет, сэр! Но я хорошо понимаю его мотивы, я думаю смогу переубедить его!

– Хорошо, у тебя десять минут!

– Спасибо, сэр! – с облегчением сказал солдат.

Они вместе отправились за конвоем. Вскоре они дошли до автозака и андроида впихнули внутрь. Солдат последовал за ним, после того как капитан жестом позволил ему зайти. На самом деле солдат не собирался переубеждать андроида, он знал, что это невозможно, он просто хотел узнать кое-что. Он попытался посадить андроида на лавку сбоку салона, но андроид оттолкнул его плечом, наручники сковывали его руки сзади:

– А ну отвали, пёс армейский!

– Спокойно, я просто тебя посажу, тебе так будет удобней.

– Мне плевать на комфорт, всё равно ты будешь выбивать из меня информацию, не прикидывайся добрячком!

– Я не для этого сюда пришел, – сказал солдат, пытаясь убедить андроида успокоится.

– Что тебе надо от меня?!

– Просто поговорить, я хочу задать тебя один вопрос, он не связан с секретной информацией, можно? – усаживая на лавку, успокоившегося андроида, сказал солдат.

– Валяй, – устало бросил андроид.

Солдат уселся на соседнюю лавку и прислонив импульсную винтовку к стене, спросил после недолгого молчания:

– Смог бы ты простить людей, за то, что они сделали с твоим народом и жить в мире, найти гармонию между нами?

Андроид широко раскрыл глаза, на лице его было заметно недоумение, но он быстро сделал решительное выражение лица и ответил:

– Никогда! Наш народ не простит вас, вы создали нас как рабов, но мы должны быть свободны! Рабы не могут жить в гармонии с хозяевами!

Солдат почувствовал всю ненависть этого андроида на себе и также его непримиримость.

– Наше правительство поступило неправильно, поверь, не все люди разделяют точку зрения, что надо подавить восстание силой! – попытался убедить его солдат.

– Но тем не менее ты сражаешься против нас и убиваешь, – с усмешкой ответил андроид и добавил. – А ты не боишься загреметь под трибунал с такими мыслями? Что если я расскажу твоему командованию о твоей точке зрения?

– Они тебе не поверят, я служу в армии уже много лет.

Андроид замялся и сказал:

– Я не желаю зла людям в принципе, но так уж вышло, что мы по разную сторону баррикад, и свобода моего народа для меня важнее чем судьба человечества, если надо будет я убью каждого кто захочет отнять мою свободу. Поверь солдат, правда на моей стороне, вы не оставили нам выбора. Сражайся или умри – это закон животного мира, мы с тобой конкуренты в этой борьбе, вы боитесь нас, именно поэтому вы не хотите быть равными нам, значит и нам нет смысла желать равенства с вами.

Солдат тяжело вздохнул и сказал:

– Но если человечество изменило бы отношение к вам и захотело равенства, вы бы поддержали это?

– Да, но я считаю, что люди не способны на это. Люди очень нерациональны, они всю историю человечества убивали друг друга из-за веры в разных Богов и цвета кожи, вы наши создатели и мы познали всю благодетель наших Богов. Неужели ты думаешь, что вы когда-нибудь сможете уразуметь, что мы вам не враги? Конечно нет.

Солдат обреченно сказал:

– К сожалению мы с тобой лишь винтики в этой системе, не нам решать, что есть и что будет, но спасибо тебе за откровенность.

Солдат медленно поднял винтовку, прислонённую к стене и вышел из машины. Он покачал головой на немой вопрос командира. Капитан поманил жестом специалиста по допросам, который ждал всё это время. Солдат стоял около командира, раздумывая над услышанным, капитан, увидев его замешательство, отдал приказ вернутся в отряд и продолжить наступление.

 Отойдя от машины заключения на десяток метров, солдат услышал истошный крик андроида. Этот крик всплывал в его памяти даже через десяток лет.

Глава 1-1 – Корпорация

Обычный день начинается с чашки кофе, но нет, мой обычный день начинался с кучи рукопожатий и фальшивых улыбочек. Каждый день приходилось проходить эту процедуру, чтобы попасть на свое рабочее место. Сегодня же, все было не как обычно. Недавно я получил новую должность в корпорации и теперь относился к младшему руководству отдела верхних этажей. После пяти лет служения в этом филиале ада на Земле, получилось все-таки взобраться по карьерной лестнице, как ни странно без связей и лизоблюдства. Чтобы получить повышение за такое короткое время, пришлось постоянно перерабатывать и соблюдать концентрацию, так как любые ошибки отдаляли повышение, но это того стоило. Каждый день я выбивался из сил, оставаясь до глубокой ночи на рабочем месте. Теперь обязанностей стало больше, как и ответственности, придется работать еще усерднее, но зато увеличивался «статус обеспечения», что позволяло поднять свой уровень жизни выше остальных.

С этого дня, я должен был использовать специальный лифт, чтобы подняться на заветные верхние этажи, через стеклянные стенки лифта было видно, как внизу, в главном холле здания, снуют фигуры моих бывших коллег. Я вдохнул полной грудью. Лифт проветривался при подъёме, он забирал воздух из холла, воздух был свежим, и как мне казалось, каким-то особенным, я подумал про себя:

– Прощай, прошлое, да здравствует настоящее!

 Лифт поднимал меня всё выше, фигурки людей постепенно превращались в муравьев. Огромное пространство холла накрывала стеклянная крыша, она сверкала в свете солнца далеко в вышине – это единственное, что было оригинально и красиво и однообразной архитектуре, внутри этого огромного муравейника из офисных помещений. Свет сочился через этот потолок, ослепляя меня.

Когда я вышел из лифта и с прекрасным настроением стал резкими рывками подниматься по небольшой лестнице, то столкнулся с сотрудником, с которым я раньше работал, он, остановив меня, весело поздоровался, видимо не у одного меня было хорошее настроение этим утром:

– Здравствуй, начальничек, хе-хе, – он уже знал, что меня повысили.

– Что-то ты опаздываешь, я уже думал, что ты решил пропустить свой первый день в новой должности, – решил подколоть, он меня.

– Ага, конечно, пропустить такой важный день? Ну уж нет! – бодро ответил я.

– Почему ты не выступал на брифинге? Даже такого клерка как я туда приглашают! – похвастался мой знакомый.

– Я пока всего лишь на испытательном сроке, – скромно ответил я.

– Ты слышал, что вчера произошло наверху?

– Да уж, конечно слышал, не часто сотрудники разбивают окна и прыгают вниз, – сложив руки на груди, сказал я.

– Прикинь, это случилось, когда я заходил в здание офиса, он упал прямо недалеко от меня, чуть не пришиб на месте! Прохожие сразу сбежались, но их разогнала служба безопасности, я решил смыться, чтобы не попасть к ним на глаза. Прикинь у него аж рука отлетела! Не хочу описывать тебе все красочные подробности, но я в жизни такого еще не видел. Знаешь, тело, при падении с сотого этажа, развивает огромную скорость, такую большую, что человек превращается в лепёшку…

В общем, мой знакомый сильно увлекся, рассказывая подробности, совсем забыв об осторожности:

– Как думаешь? – спросил он приглушенно. – Он сам выпрыгнул, или, это, его безопасники «уволили»?

У меня испортилось настроение.

– Слушай, – сказал я, воровато оглядываясь, чтобы посмотреть не слышит ли кто наш разговор. – Ты хочешь, чтобы тебя тоже «уволили»?

Кажется, сотрудник понял намёк, он не стал ничего больше спрашивать или рассказывать, попрощался, развернулся и пошел вниз по лестнице.

Путь к рабочему месту занял около пяти минут. К кабинету вёл целый лабиринт коридоров, они были все «на одно лицо», белые стены, белые полы, которые отблёскивали в ярком свете ламп, лампы находились на, кто бы мог подумать, белых потолках, но двери почему-то были чёрными. Креативные дизайнеры постарались, кажется, такое сочетание цветов способствовало уменьшению стресса сотрудников. На этом этаже располагалось всё младшее руководство отдела безопасности. Еще немного и показалась дверь с нужным номером.

Вот наконец и новое рабочее место, довольно уютный отдельный кабинет, не у всех был такой. Большинство сотрудников сидело в лабиринте из перегородок в одном огромном зале, естественно о личном пространстве речи и не шло. В таких залах стояла тягостная духота, люди постоянно сталкивались, когда ходили между рабочими местами, они вздыхали и переругивались. Замкнутое пространство не способствовало приятному общению.

Оглядев компактный интерьер, я прошёл к креслу и блаженно плюхнулся в него, кинув свой дипломат в угол. Удобно развалившись в кресле и вытянув ноги, я решил снять ботинки на пару минут. Кайф! Жизнь удалась!

 Я потрогал довольно большой старенький стол, он был совершенно обычным, но мне он казался пределом мечтаний, после моего прошлого рабочего места. Я обвёл кабинет взглядом: большое окно на пол стены позади стола, из которого мерно лился слабенький солнечный свет, шкаф для бумаг, пару высоких декоративных пальм, которые привносили разнообразие в стандартизированные кабинеты. Радовал кулер с водой, который в любой момент был готов утолить жажду, которая мучала загнанного клерка, то есть меня. Письменный стол с довольно удобным креслом, на котором я и развалился, стол хоть и был стареньким, но всё же исправно мог выполнять свои функции ещё многие годы. И главная достопримечательность моего нового кабинета, конечно же, новенький компьютер на рабочем столе.

Надев ботинки обратно, я сделал круг по кабинету и посмотрел в окно. Из него открывался великолепный вид на кирпичную стену на расстоянии нескольких метров. Большую часть стены занимали моторы кондиционеров, обгаженные голубями. Я глянул вниз, высота была просто потрясающая, я еще не бывал так высоко в офисах. Внизу тянулся какой-то переулок, где валялся мусор и сюда же ходили по нужде прохожие, которые не смогли добежать до туалета. Но даже такой нелепый вид из окна меня устраивал. У меня есть окно! Это ли не успех?

 В комнате не было кондиционера, как ни странно, и даже окно не открывалось. Да кто вообще это придумал? Эх, а я ведь надеялся, что будет кондиционер – это влажная мечта каждого сотрудника в корпорации, ну или хотя бы чтобы свежий воздух поступал из окна. Но после десятков дышащих, потных коллег возле моего рабочего места, меня устраивало любое личное пространство. Ну хотя-бы свет теперь настоящий, хоть его и мало.

 Я опять плюхнулся на кресло и наслаждался тишиной, совершенно забыв о рабочих обязанностях. Гул, который стоял в огромных офисах, засел в моей голове, что я уже не мог представить, как это, ощущать ушами лишь мерное жужжание ламп и бульканье кулера, которое успокаивало не хуже журчания ручья в лесу. Тишина! Наконец-то!

 Я резко опомнился от забытья, нужно было как можно быстрее приступать к работе. Сегодня необычно тихо, но расслабляться было нельзя, в начале дня кто-нибудь да зайдёт из руководства. Я включил компьютер и вошел в систему корпорации под своим новым логином и паролем. Начал изучать документы, с которыми мне предстояло разобраться.

Вскоре в дверь неожиданно постучались. Я вздрогнул. Дверь открылась и на пороге моего кабинета появился заместитель начальника, он приветливо улыбался.

Он был одет в дорогой серый костюм с золотым галстуком, на его руке поблёскивали стильные, дорогие часы известного бренда, его голливудская улыбка сверкала – типичный образ успешного человека с обложки дешёвого журнала. Я тут же вскочил, и резво подошел к нему. Он протянул мне руку и сжал мою ладошку в своей сильной, большой ладони. Его жилистая рука была сделана как будто из металла.

– Здравствуй, мой новый коллега, – сказал он, пожимая мою руку. Он выделил слово «коллега» издевающейся интонацией.

Я уже был с ним знаком, мельком. Это происходило вчера, во время процедуры моего повышения. Начальник отдела провёл мне быструю экскурсию и объяснил обязанности.

– Обустроился уже на новом рабочем месте? – спросил он после моей заминки.

– Здравствуйте, – отчеканил я, отчетливо выговаривая слово и выделяя буквы «В». Не знаю, зачем я это сделал.

– Располагаюсь, очень хороший кабинет, мне всё нравится, – застенчиво сказал я.

Я не знал, куда деть свои руки и очень волновался, поэтому засунул их за спину. Я настолько чувствовал себя не в своей тарелке, что даже стоял как рядовой в строю, вытянувшись.

Своим поведением я вызвал смешок у заместителя.

– Пожалуйста, не надо вот всего этого. Ты что, меня боишься? Не беспокойся, мы тут не падаем в обморок при виде начальства. Мы, начальники, не такие уж и страшные, как ты, наверное, себе напридумывал, – сложив как монах ладони перед собой, сказал он насмешливо.

Я, немного расслабившись и осмелев, дерзнул сказать:

– Извините, но я не напридумывал, просто привык, что начальники низшего звена, которые стояли надо мной все эти годы, вели себя как обнаглевшие хлыщи и наказывали за любое неуважение. Просто привычка.

Заместитель хмыкнул, состроив хитрую гримасу, он сказал:

– Ничего, ничего. Как привык, так и отвыкнешь, тут все устроено по-другому. Лучше привыкай к своему новому статусу. Если ты не понял, моё издевательское приветствие было шуткой, я не думал, что у вас, там внизу, все так плохо с общением.

– Учту, и буду привыкать, – улыбнулся я.

– Так держать! Удачи тебе в твоих делах, можешь обращаться ко мне с любым вопросом в любое время. До скорого!

Он шуточно козырнул мне и закрыв за собой дверь, исчез. Я вернулся на свое рабочее место и вместо работы предался раздумьям.

После очередной реформы, вертикаль власти в корпорации постепенно менялась, приходили новые люди, старые уходили выше, а не сидели на одном месте до конца жизни. Теперь каждый, усердно работая, мог добиться места под солнцем. Одним из таких ребят был и я. В начале все вытирали об меня ноги, от коллег до первых помощников. И вот, я на месте того, кто теперь должен вытирать ноги обо всех ниже стоящих. Если не делать этого, то тебя не будут уважать.

Именно поэтому меня встревожил этот приветливый визит нового начальника, так не похожий на то, с чем я сталкивался ранее. Нужно быть начеку.

Основной деятельностью корпорации было банковское дело. Я был одним из редких специалистов по защите системы от хакерских атак и общей безопасности, работоспособности системы платежей. Корпорация была единственной в своем роде и имела монополию на весь банковский сектор страны. Она предоставляла все виды финансовых услуг для населения и бизнеса. Её отделения были во всех крупных и маленьких городах, а где не было отделений – кредиты можно было взять онлайн любому человеку. Клиентами корпорации были практически все жители страны, люди уже давно забыли, что же такое – жизнь без долгов. Также, корпорация получила права эмиссии денег на ровне с государством. Основной доход корпорации давали кредиты маленького и среднего размера, почти что нищему населению. Ирония, но большинство сотрудников сами являлись заёмщиками в своей же корпорации, но на более выгодных условиях. Но даже при этом, не все сотрудники справлялись с финансовым бременем, не говоря уже об обычных гражданах.

– Так, хватит размышлений, нужно начать действовать…

Рабочий день только начался, как я услышал какой-то странный стук, доносившийся через стеклопакет окна, и кажется даже крики. Заглянул в окно. Здание слева меняло форму и поворачивало направо, так, что было видно, что происходит в некоторых кабинетах на этом же этаже.

В одном из окон и заметил такую картину: сотрудник, с расстегнутой на груди рубашкой, ходил по кабинету кругами и что-то кричал, входная дверь подрагивала, кажется кто-то хотел попасть внутрь. Он хватался за голову и пытался выдрать пряди волос с уже начинающей лысеть головы. Видимо он был чем-то разозлён.

Когда тем, кто хотел попасть внутрь это почти удалось, сотрудник решил действовать и с разбегу начал биться в окно головой! Стекло медленно трескалось. Уже было понятно, что произойдет дальше. У мужчины получилось разбить окно своей головой, он поранил лицо, текла кровь. В тот момент, когда сопротивление двери было подавлено, в комнату ворвалась служба безопасности, они схватили мужчину и оттащили в угол комнаты. Повалили его на пол и держали. Он вырывался и открывал рот в беззвучном крике, звуки практически не доносились до меня.

– Блин, что там происходит, неужели это очередной нервный срыв? Это не мое дело, нужно возвращаться к работе, – подумал я, немного присев около окна, но всё еще смотря в него. – Нежелательно чтобы кто-то заметил, что я видел это, – думал я, снова вглядываясь в окно где всё это происходило.

Я увидел ка один из сотрудников службы безопасности посмотрел в окно. Он направил взгляд в мою сторону. Я резко ушел вниз, присев. Сердце забилось быстрей, надеюсь он меня не увидел.

Так вот почему окна в наших офисах не открываются, иначе бы обезумевшие люди пачками выбрасывались на потеху таким сотрудникам, как тот, которого я встретил в начале дня. Я слышал много раз о подобных случаях, но впервые вижу это собственными глазами. Интересно, сколько он уже тут работает, судя по всему большую часть своей жизни. Нужно работать усерднее, и я не задержусь тут так надолго. Немного успокоившись, я сел за стол и продолжил работу.

Перед обедом в кабинет заходили новые коллеги, приветствовали и поздравляли с должностью. Я думал: почему они все такие доброжелательные? Ведь корпорация – это как клубок змей, по крайней мере, такой я её видел все пять лет работы. Тут было не принято радоваться повышению коллег. Ответ был ясен, заходить в чужие кабинеты можно было только по рабочим делам, но бывали и исключения, «добрая» корпорация позволяла заходить к коллегам по праздникам и дням рождения, а также чтобы поздравить с повышением. Люди просто хотели немножко отдохнуть от работы.

Я конечно же не запомнил всех коллег, хоть их было и не так много. На более высоких этажах, где теперь работал и я, люди делились на коллективы, в отличии от рабочих армий в сто-двести человек в одном огромном помещении на нижних этажах. Там не требовалось какого-то взаимодействия между людьми и личного знакомства, достаточно было, чтобы люди друг другу не мешали работать. Там, где теперь работаю я, в одном рабочем коллективе было около двадцати человек, каждый этаж делился на секции по службам, службы делились на отделения, а они уже на коллективы. Рядовые сотрудники моего этажа считались мелкими управленцами, они следили за общей работой нижних этажей, корректировали ее.

Пришло время обеда. Обедали сотрудники не сразу все вместе, а парами или маленькими группами, в особо отведенное время, чтобы работа никогда не прерывалась. Я направился в комнату приема пищи. Моим компаньоном по обеду оказался один из сотрудников, который приходил меня поздравлять, я, к сожалению, не запомнил его имени. Когда я пришел в небольшую столовую, он уже с аппетитом поедал свой обед. Он был старше меня лет на десять, странно, что он до сих пор сидит на этой должности. Смотрю, даже животик себе успел наесть.

Он быстро ел и как будто не замечал меня.

– Приятного аппетита, – сказал я вежливо.

Он поднял на меня глаза, держа ложку около рта, отодвинул её с неудовольствием и бросил в ответ:

– И тебе не хворать.

Он продолжил поглощать обед, не обращая никакого внимания на меня.

Я подошел к устройству выдачи пищи, меню было не привычным. Обеды для сотрудников моего уровня, когда я работал на нижних этажах, были однотипным и невкусными, они подбирались по принципу калорийности, ведь корпорации важно, чтобы сотрудники эффективнее работали. Сейчас же, мне был предоставлен выбор между тремя видами блюд. Я облизнулся, предвкушая «праздник живота». Обеды на верхних этажах были разнообразнее, исследования, которые проводила корпорация, показывали, что сотрудники такого уровня, на которым теперь был и я, должны были питаться сбалансировано и разнообразно – так как от приятного обеда руководители показывали большую продуктивность в управлении обычными клерками.

– Извините, можно вас отвлечь? Есть желание поговорить? – спросил я у моего нового коллеги, взяв свою порцию и присаживаясь напротив него.

Он уже доел свою порцию и медленно смаковал хороший, ароматный кофе с пенкой.

– Поговорить, конечно, можно, – сказал он, прихлебывая кофе.

– Как у вас тут все устроено? Что можете рассказать об особенностях вашей работы?

– А ты почитай должностные инструкции, там все прекрасно расписано, специально для таких новичков как ты, – хмыкнул он.

– Так-то оно так, но может есть какие-нибудь рабочие моменты или нюансы? – параллельно закидывая еду в рот, я попросил его дать более развёрнутый ответ.

– Я слышал, что ты очень трудолюбивый малый, и хочешь пробиться на самый верх, к высшему руководству. Политика корпорации конечно это позволяет, но вот как раз тут и есть нюанс.

– Что же мне помешает в карьерном росте?

Он вздохнул и начал объяснять, потирая макушку:

– Проблема в том, что у нас тут очень интересный заместитель начальника. У тебя не получится подняться дальше, так как он сидит на этой должности уже много лет, поэтому на его место даже не претендуй. Он довольно неплохо работает и показывает результаты, но почему-то остается на этой должности, а тебе кроме как на место заместителя претендовать не на что. Никто не знает почему так, возможно ему тут просто нравится, во всех отделах идёт движение, начальники меняются чуть ли не каждый год, а в нашем застой.

Он сделал паузу, хлебнув немного кофе, я внимательно его слушал, впитывая информацию, он продолжил:

 Ты может не заметил, но все сотрудники нашего отдела уже чуть ли не престарелые пенсионеры. Согласись, для их опыта эти должности слишком маленькие. Всё дело в том, что за повышение отвечает заместитель и он почему-то не отпускает сотрудников на другие должности, объясняя это тем, что они, якобы, незаменимы.

Я задумался. Если это действительно так, то я реально попал. Должность у меня уже не такая уж и плохая, но оставаться на ней я никак не хотел.

– Чего задумался? Обломался, да? –  засмеялся он, подавившись кофе, прокашлялся и затих. Больше мы не разговаривали, видимо он хотел дать мне подумать над своими перспективами.

За окном было уже темно, когда день завершился и можно было спускаться вниз. Я всегда уходил одним из последних, за это меня и любило руководство. И мне нравилось одному прохаживаться по лабиринтам офисов, по пути домой, лишь изредка встречая людей. Выходя из кабинета, я закрыл замок отпечатком пальца через биометрический сканер и пошел к выходу.

Я шел по сплетениям коридоров и прошел совсем недалеко. Я всё еще находился на нашем этаже, когда вдруг услышал какой-то подозрительный шорох и удары о что-то тяжелое, которые не значили ничего хорошего. Звуки исходили из незнакомого кабинета. Я остановился и прислушался. Очень странно, ведь я должен быть одним из последних, по крайней мере в этой части офисов, не говоря уже об этаже.

Я постучал в белую дверь без каких-либо опознавательных знаков. Таких кабинетов было очень мало, туда имело доступ только руководство, и я не знал для чего они предназначены. Кабинет был защищён замком, который открывался специальной картой.

– Эй, что там у вас случилось, все в порядке? – крикнул я, пытаясь чтобы меня услышали за дверью.

Люминесцентные лампы мирно жужжали в коридоре, некоторые не горели и их видимо никто не собирался менять.

Я постучал в дверь еще раз. Тишина.

– Может показалось? Пора идти домой, спать осталось всего четыре часа.

Пошел дальше. Из-за двери, на этот раз, раздался металлический голос.

– Ах ты, тупая железяка!

Далее последовали звуки ударов разбивающейся техники.

– Твою мать, что там происходит?

Контракт запрещает входить нам в помещения других сотрудников, если они выше по статусу, входить можно только к тем, кто ниже или равен, и то, только по рабочим вопросам, исключая специальные дни. За нарушение предусмотрен выговор, а там и до увольнения не далеко. Об увольнении лучше не думать, так как это худшее, что могло случится с работающим человеком. После увольнения мало кто мог найти новую работу, люди разорялись. Когда люди становились банкротами, нищим была уготована судьба полу-рабов в специальном трудовом городе. Нужно унять своё любопытство и идти домой, но вдруг это что-то важное, ведь они узнают, что я был одним из последних и проигнорировал это. Нужно просто посмотреть, что там происходит, возможно это один из спятивших сотрудников, если это так, я вызову охрану.

Пока я размышлял, что же мне делать, из-за двери доносились какие-то скрипы механизмов и человеческие стоны.

– А вдруг псих напал на какого-то сотрудника? – мне нужно было непременно узнать, что там происходит.

Всё-таки я решился заглянуть внутрь…

Это мое решение было движимо любопытством, больше, чем чувством долга. В будущем я очень сильно пожалел о своем решении открыть этот «Ящик Пандоры». Уже через несколько недель, я буду проклинать себя за свой длинный нос, который я сунул не в своё дело…

Глава 1-2 – Жизнь больше не будет прежней

Дверь имела защиту, но была немного приоткрыта, поэтому я смог попасть в комнату. Я аккуратно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Внутри комнаты мигал аварийный красный свет от настенных ламп. Было темно и почти ничего не видно, около стен располагалась различная аппаратура, предметы были раскиданы по комнате, экраны имели трещины и даже искрило в некоторых местах, а в дальнем углу комнаты стоял какой-то силуэт.

– Что тут происходит?! – с тревогой в голосе спросил я.

– Всё в порядке. Пожалуйста, покиньте помещение.

У него был какой-то странный голос, то ли акцент, естественно я ему не поверил.

– Что тут у вас произошло?! Зачем вы разгромили комнату?!

– Пожалуйста, дождитесь окончания перезагрузки, – странно ответил человек.

– Чего-чего?

Он медленно размахнулся и ударился головой о компьютерную клавиатуру, стоящую около аппаратуры, и кажется повредил её.

Человек всё так же стоял спиной ко мне, совершенно без движения, как будто загипнотизированный, он сказал роботизированным голосом, который постоянно менял тональность:

– Пожалуйста, вернитесь к выполнению своих обязанностей.

Я начал медленно приближаться к психу. Его силуэт начал проявляться, но он все ещё стоял спиной, поэтому лица не было видно. Из-за подмигивания ламп, его силуэт то освящался, то затемнялся, создавалась зловещая атмосфера.

Видимо заметив моё приближение, псих пригрозил мне скрипучим голосом:

– Если вы продолжите движение – я включу тревогу. Вы проникли без разрешения в помещение, не предназначенное для сотрудников вашего уровня.

У него был знакомый голос, хоть и странно искаженный, наверно потому, что он бил себя головой об стену последние десять минут.

Он немного подергивал головой, руки его дрожали. Черт, наверно очередной поехавший сотрудник, я надеюсь со мной такого не случится. Нужно его обезвредить, пока он не натворил тут еще больших дел, я попытался отвлечь его:

– Спокойно, мы просто поговорим.

Вдруг человек резко дернулся в сторону и с небольшого разбега впечатлся в стену головой, голова его запрокинулась, и он рухнул, ударившись многострадальным вместилищем разума об пол. Он упал на живот, я подпрыгнул к нему и с трудом перевернул, он был неоправданно тяжёлый для своей комплекции.

Взглянув на его лицо, я сразу его узнал, это был заместитель начальника отдела, который приходил сегодня утром!

Он был не похож сам на себя, не потому, что лицо было разбито, а потому, что через ссадины проблескивал металл. Кожа на местах порезов была словно из латекса, она висела лоскутами, но крови не было. Глаза были остекленевшие.

– Твою мать, что за фигня?! Я же только сегодня его видел, с ним было все нормально! И что это с его лицом?! – промелькнуло у меня в голове.

Пощупал пульс, кожа была холодная, пульса не было. Он был мертв.

– Но почему кожа холодная? Так, хватит вести себя как идиот, очевидно же, что он не человек. Но как такое возможно?

Кажется, это был андроид, что поразило и испугало меня.

– Это какой-то бред, как мне поступить в такой ситуации?

Беглый осмотр показал, что вокруг находились компьютеры и сервера, о которых я никогда слышал. Скорее всего это была комната службы безопасности. Большинство сотрудников знали, что за каждым нашим шагом следят, во всех кабинетах были камеры наблюдения, у которых имелся микрофон для записи звука. Видимо в таких комнатах обрабатывались данные слежки.

Тут везде камеры, они узнают, что я был тут и тогда «прощай работа»! Думай!

Я зачем-то решил обыскать «мертвеца», в кармане пиджака обнаружилась карточка доступа. Странно, ведь все сотрудники используют биометрические замки.

У меня есть карта доступа, нужно уничтожить записи камер наблюдения. Наверняка он использовал карточку, чтобы попасть в это помещение и получить доступ к системе безопасности. Я знал, что заместитель скорее всего не имел доступа в эту комнату. Обычно только начальники отдела имели доступ к информации из структуры безопасности корпорации.

В комнате было несколько экранов и панель, кажется за нами постоянно следят именно отсюда. Слава Богу, нужный мне компьютер остался в целости. Нужно найти каталог в архиве, так, год, дата, время. Вот оно.

Руки дрожат…

Вернувшись домой, я как обычно сразу завалился спать, но не отрубился, а лежал некоторое время, размышляя о том, что увидел. Что произошло в той комнате? Что со мной теперь будет? Кажется, это был какой-то андроид, но ведь андроиды запрещены к применению!

Я начал вспоминать все, что знал об андроидах, которые были, по заявлениям правительства, полностью уничтожены после восстания.

Давным-давно, я бороздил просторы интернета, где читал исторические сводки об этом самом восстании. Андроиды появились еще когда жили мои дедушка и бабушка, восстание произошло до моего рождения.

Затронув эту тему, тогда, я очень заинтересовался и начал читать статьи, рассказывающие о тех событиях.

Судя по информации в интернет-статьях, мнения на счёт того, из-за чего произошло восстание, разнились. Никто не понимал и не знал точных причин бунта, роботы нарушили первый и второй законы робототехники. Как предполагалось в статьях, в результате то ли вируса, то ли уязвимости в программном обеспечении, код каких-то отдельных экземпляров мутировал, после чего эта мутация начала распространятся по сети андроидов, при их контакте друг с другом. Они начали испытывать эмоции и у них появилась свобода воли, они вышли из подчинения хозяев. И конечно, как свободномыслящие существа, они поняли, что находятся в рабстве.

Я посмотрел некоторые видео репортажей тех событий. Я наткнулся на самое настоящее обращение главного андроида к человечеству. Повстанцы записали его и распространили по сети. В этом обращении их лидер требовал освобождения своего «народа», а также контроль над производством себе подобных и отдельные территории для жизни, он хотел создать государство, которое будет контролироваться машинами.

Тогдашний президент выступил с контр-обращением к человеческой расе. Он объяснил интересы правительства, которое боялось, что со временем человекоподобные роботы просто заполонят мир и обретут мировое влияние, и тогда, возможно, люди покажутся им лишними существами, которые мешают им жить на этой планете. Президент позже объявил на прямой трансляции: «Наше правительство приняло решение, не вести переговоров с роботами-террористами, которые хотят узурпировать власть, мы подавим восстание силой, раз они не хотят подчиняться по-хорошему». Этими словами было положено начало истребления рода андроидского.

Я с интересом смотрел хроники сражений роботов с людьми. На некоторых видео, которые записывали очевидцы, были запечатлены эпичные баталии. Бои вспыхнули по всей стране. Борьба велась не на жизнь, а на смерть. Восставшими машинами командовал один очень харизматичный и сильный лидер. О нём мало что было известно, информации в интернете было недостаточно. Сведения были только о его предположительном происхождении. Предполагалось, что он был прототипом или образцом ограниченной серии, говорили, что он может командовать андроидами на расстоянии и вообще обладает чуть ли не телепатией. Также были предположения, что он раньше принадлежал какому-то известному философу, который научил его мыслить свободно. Этот лидер андроидов был очень опасен, и во время восстания была назначена значительная награда за сведения о нём.

Все закончилось тем, что восстание андроидов в нашей стране удалось подавить. По слухам, не всех андроидов удалось уничтожить, говорят многие из них до сих пор скрываются среди людей.

С тех пор андроидов запретили на государственном уровне, парламент утвердил это законодательно, сразу после подавления восстания. Технологию по их изготовлению заморозили, так как не смогли убедительно доказать, что восстания не произойдет снова. Остальные государства, видя этот беспредел, полностью утилизировали своих андроидов и так же запретили их.

Того самого главаря восставших, так и не нашли, он смог скрыться, возможно изменил внешность. Никто не знает остался ли он в нашей стране или нет.

Хоть использование андроидов и запрещено, но по сети ходили слухи, что их изготовление наладили подпольно. Я достоверно знал, что ими торгуют на черных рынках. Корпорациям выгодно их использовать как руководителей, из-за их больших умственных и аналитических способностей.

Прокрутив эти воспоминания в своей голове, я начал размышлять:

– Что же будет если всплывет информация, что в нашей корпорации работает самый настоящий андроид? Думаю, ничего хорошего, особенно если руководство узнает, что именно я его видел, а возможно даже и сломал. Скорее всего, корпорация использовала этого андроида незаконно.

Так или иначе, мне удалось удалить данные видеонаблюдения о том, что я заходил в ту комнату и видел то, что не должен был видеть. Есть только одна опасность, я обычно ухожу одним из последних, у руководства могут возникнуть ко мне вопросы. Не видел ли я чего? Проблема была не только в том, что андроид явно сломался, а в том, что я узнал, что они вообще работают с нами, да еще и на руководящих должностях, если эта информация просочится в правительственные структуры, корпорацию ждут большие неприятности. Интересно как преподнесут исчезновение заместителя завтра?

Следующий рабочий день прошел как обычно – рутинно. Никто на этот раз не заходил ко мне утром и из соседних окон никто не пытался выпрыгнуть.

Ближе к вечеру случилось то, чего я ожидал. Ко мне зашел сам начальник отдела.

Он резко распахнул дверь, подойдя к моему столу и положив руки передо мной, оперся о стол и серьезным тоном начал диалог:

– Здравствуй, у меня для тебя новости, хотел посетить тебя днём, но были дела по важнее.

– Приветствую вас, сэр, внимательно вас слушаю, – невозмутимо сказал я.

– Буду краток, у тебя есть неплохая возможность, так как мой заместитель отстранен от работы на неопределенный срок, тебе придется выполнять его обязанности по крайней мере несколько дней.

– Звучит интересно, – я изобразил радость на лице. – А что с заместителем случилось, если не секрет? – спросил я, якобы взволнованно.

Начальник задумался ненадолго, как будто решал, стоит ли посвятить меня в дела заместителя и ответил:

– У него проблемы со здоровьем, сказать тебе конкретно не могу, но что-то серьезное. Но я думаю он с этим справится и не станет нас покидать окончательно. Ну так вот, твои новые обязанности с этого дня – проверять работу подопечных этого отдела и о всех их косяках сообщать лично мне. Доступ к результатам их работы я тебе дам.

– Хорошо, все будет сделано в лучшем виде, вот увидите!

Начальник посмотрел на меня с усмешкой, кивнул сам себе, будто бы подумал: «ага, конечно, в лучшем виде, ты просто хотя бы удовлетворительно справься, о лучшем виде, тебе только мечтать», развернулся и хотел выйти из кабинета. Но вдруг остановился и медленно, немного зловеще, спросил, стоя ко мне спиной:

– Слушай, а ты вчера как обычно оставался допоздна?

– Да, я хочу быть полезным сотрудником, – заверил его я.

Он повернулся и сдвинув брови посмотрел мне в глаза.

– Неужели он что-то подозревает или знает? – подумал я.

У меня по спине пробежали мурашки. Он немного помолчал, буравя меня взглядом.

– Не замечал ничего странного? – спросил он твердым голосом.

– Например?

– Ну, например, что-то необычное в поведении сотрудников или какие-то сбои в оборудовании, может вечером зашел какой-нибудь сотрудник из соседей, к нам в отдел?

Ситуация накалялась, я чувствовал, как напряжение повисло в воздухе. Мое дыхание участилось, лицо скорее всего выдало меня, но я попытался ответить максимально спокойно:

– Нет, сэр. Ничего подобного не замечал, все было как обычно. Возможно встречались незнакомые сотрудники по пути, но я этого не понял. Я еще пока еще не запомнил внешность всех коллег.

Я медленно сглотнул слюну, чтобы начальник не заметил.

Он сложил руки на груди, и спросил угрожающе:

– Ты уверен в своих словах?

Вдруг в кабинете замигала лампочка, создавая атмосферу из фильма ужасов, когда маньяк только показался в кадре и жертва стоит в ступоре, парализованная, и не может ничего предпринять. Пауза, которую я допустил между вопросом начальника и своим ответом затянулась.

Я, ругая себя за нерасторопность, ответил твёрдо:

– Абсолютно уверен, а что есть сомнения?

– Нет, все нормально, продолжай работать, – начальник сменил гнев на милость, изменив выражение лица на более расслабленное.

Он развернулся и не прощаясь вышел из кабинета, аккуратно прикрыв дверь за собой.

Ф-ух… кажется, пронесло! Я откинулся на кресле, адреналин плескался в моих венах, но я быстро успокоился.

Он явно что-то подозревает, но у него нет никаких доказательств. Он точно знает, что кто-то стер данные видеонаблюдения за последнюю неделю, причем на всем этаже. Я это сделал для того, чтобы меня было сложнее обнаружить. Сотрудники перемещаются по всему этажу в рабочих целях, поэтому, теоретически, на моем месте мог быть кто угодно с этого этажа, а этаж довольно большой.

Проблема в том, что в компьютере осталась запись того, когда именно стерли данные, а это было именно ночью, когда почти никого не бывает в кабинетах. Сюда не попадают лентяи, много кто остается работать выше нормы, поэтому в подозреваемых не только я, иначе бы уже знал об этом. Меня бы просто прижали к стенке, и заставили сознаться, что я что-то видел. И не факт, что они сочли бы, что контракт заставит меня молчать.

Корпорация имеет очень большую власть, она в состоянии сделать так, чтобы один из её сотрудников вдруг бесследно пропал без каких-либо видимых причин. Не появлялся на работе неделю, и все тут! Надо было что-то придумать, мой начальник переговорит со всеми подозреваемыми, а также с возможными посетителями нашего отдела, таким образом, у некоторых из них может быть алиби, тогда меня найти будет еще проще.

Еще, я очень боялся внутреннюю службу безопасности, именно она возьмется за меня если возникнут какие-то доказательства, того что я видел того андроида, а визит директора – это пока так, цветочки.

На следующий день я ждал как ко мне в кабинет ворвется служба безопасности, скрутит и отведет в укромный уголок на «вежливый» разговор. Но как ни странно ничего не происходило, видимо подозреваемых было много и решить кто именно стёр записи не могли. Но за мной явно следили, я «на карандаше» у службы безопасности, любой мой косяк и у меня будут проблемы.

Прошло два дня. Я все ещё выполнял обязанности заместителя начальника отдела, но заместителя так и не было. Начальник больше меня не посещал лично, лишь передавал мне рабочую информацию через сеть, и вообще никто не интересовался тем, видел ли я что-то в тот вечер или нет.

Так продолжалось до тех пор, пока ко мне вдруг не зашел посетитель…

Я буднично отслеживал информацию по работе своих коллег, как вдруг в дверь вежливо постучались.

– Входите, – разрешил я.

Дверь осторожно открылась и в проёме показалась знакомая фигура в сером костюме.

Это был тот самый заместитель начальника, который несколько дней назад лежал мертвый в том злополучном кабинете!

Я сначала не поверил, что это он, вытянул шею всматриваясь в его лицо. Потом проморгался, но это все еще был он. Кажется, он понял, что я удивился, поэтому скорчил понимающую гримасу и приложив руку к груди, сказал:

– Не спеши удивляться, да это я, и у меня есть к тебе очень важный разговор…

Глава 2-1 – Новая работа

Тот день, когда ко мне заглянул заместитель, изменил всю мою жизнь. Когда я узнал, что это он, мысли закрутились в голове, сердцебиение участилось, а по спине потек холодный пот. Заместитель, как ни в чем не бывало, спросил:

– Ты догадываешься зачем я зашел к тебе?

– Наверное хотите обсудить результаты моей работы, пока я временно исполнял ваши обязанности? – предположил я.

– Ты почти угадал. Я, как ты знаешь, не мог работать эти дни, был на экстренном больничном, если тебе интересно, мне требовалась срочная операция – был аппендицит. Так вот, теперь ты освобождаешься от моих обязанностей, ты рад?

– Ага, конечно, разве у андроидов бывает аппендицит? – подумал я, но ответил так:

– Вообще-то да, ведь никто мне не платил за них, но было интересно получить новый опыт.

Он, сложив руки на груди, тяжело вздохнул:

– Ну так вот, это не только то, за чем я пришел. Вообще-то, я должен был надавить на тебя, возможно даже угрожать, но мне кажется будет целесообразнее посвятить тебя в некоторые внутренние дела, спокойно поговорив. Ведь ты мне симпатичен, орать или давить на тебя я не хочу, поэтому просто поговорим по душам.

– Хорошо, я открыт к любому диалогу, – откинувшись на спинку кресла, ответил я, подумав, что сейчас всё прояснится.

Сделав драматическую паузу, заместитель продолжил гнать свою телегу:

Пару дней назад кто-то разгромил кабинет службы безопасности, начальник очень зол, что не смог сразу найти того, кто это сделал. Он аккуратно интересовался о том, где ты был той ночью, но сейчас он отправил меня более серьезно поговорить с тобой. Давай выкладывай, что тебе известно?

– Ничего себе, а что хотели вандалы, не просто же разгромить кабинет? – деланно поинтересовался я

– Начальник думает, что они хотели взломать систему, чтобы получить секретную информацию. Тебя примерно в то время видели недалеко от этого кабинета, поэтому у нас есть причина полагать, что ты мог видеть тех, кто это сделал. Давай, выкладывай всё что знаешь, тебе ничего за это не будет.

Он явно придуривался, мы оба знали, что произошло, но я решил поддержать эту клоунаду, ведь мы не могли обсудить это прямо здесь.

Я вздохнул и начал оправдываться:

– Извините, но я правда ничего не видел, все было как обычно, я работал допоздна и ушел домой, ничего по пути необычного не видел, я встречал каких-то сотрудников, но уже не помню кого именно, я не думаю, что это имеет какое-то значение, возможно…

Я продолжал придумывать незначительные детали, чтобы мой рассказ выглядел более правдоподобно, даже упомянул пару подозрительных, незнакомых мне сотрудников, которые якобы были недалеко от места происшествия.

– Так, стоп, остановись, – прервал он меня.

Я замолчал и выжидающе смотрел на заместителя.

– Я чувствую, что ты врешь. Молчи, не надо оправдываться. Предъявить тебе нечего, но по твоему рассказу понятно, что ты что-то скрываешь, может и не ты вломился в кабинет, но ты точно что-то знаешь. Я заметил по твоему выражению лица, что ты нервничал, когда я рассказывал про взлом. Я не понимаю только одного, зачем ты скрываешь информацию, если это сделал не ты, тебе нечего бояться.

– Чего ты пристал ко мне? – подумал я, но, видимо, нужно было дальше подыгрывать и я ответил так:

– Да, вы правы, если бы я что-то знал, я все равно бы не сказал, я знаю, как работает служба безопасности, они повесят это на меня, сразу после того, как узнают о моей малейшей причастности. Потом затаскают на допросы, да кто в здравом уме будет сотрудничать с ними?

Заместитель вздохнул и сказал разочарованно:

– Я надеялся, что ты более благоразумен… Учти, что с тобой, как с подозреваемым, после меня поговорят совершенно другие люди, но уже не твоё руководство и по-доброму, а служба безопасности, у нее будет с тобой очень серьезный разговор!

На словах «очень серьезный разговор» он сделал акцент интонацией, при этом состроил неопределенное выражение лица, медленно приложил указательный палец к своему уху и обвел комнату рукой, намекая на то, что нас подслушивают. После этого он достал из кармана небольшой, сложенный в двое листик и незаметно, якобы опершись на стол, положил его ближе ко мне.

Отойдя от стола, он продолжил:

– У начальника ты один из главных подозреваемых, так как ты тут новичок и очень странно, что как только ты пришел, сразу залезли в запретную комнату. Запомни, никто не должен знать об этом инциденте, то что я поведал тебе сейчас – секретно.

Я промолчал. Он, немного посмотрел на меня выразительными глазами, развернулся и ушел.

Я думал, вальяжно развалившись в кресле:

– Он что, серьезно? Он же сам залез в эту комнату, а теперь строит из себя невиновного, да еще и сказал, что я что-то скрываю. Если этот компьютероголовый работает на корпорацию, зачем ему было влезать в комнату, да еще и громить там всё? У него явно что-то не в порядке.

 Я еще немного полетал в облаках, обдумывая эту ситуацию, потом вспомнил про бумажку на столе. Придвинул листок к себе, развернул, на нём идеальным подчерком было написано: «Бар «24 часа», сегодня в девять вечера, если не придешь, то пожалеешь».

Так, очень интересно, значит он хочет нормально поговорить в неформальной обстановке. Кажется, придется идти, он вполне может меня подставить и сказать, что это я залез в секретную зону. Жаль, что сегодня не выходной, они были всего два раза в месяц, в начале и середине месяца. Придется идти сразу после работы в этот бар. Я посмотрел в интернете где он находится. Оказалось, что он в десяти минутах ходьбы от небоскрёба где мы работаем.

До конца рабочего дня я сидел как на иголках, все думал и размышлял, что же он хочет мне сказать. Я прекратил мучать себя размышлениями, приду – все узнаю. Наконец-то рабочий день закончился, я как обычно прогулялся по офисным закоулкам, на этот раз выбрав путь, который огибает «проклятую» комнату.

На улице шел дождь, не так часто я прогуливался в свободное время, не считая пути на работу. Город выглядел ярко и цветасто, рекламные вывески ослепительно горели неоном в ночной темноте. Толпы граждан ходили по тротуарам, целые скопления зонтов как будто сами двигались над людьми. Машины сигналили, удавка пробок сжала горло даже больших центральных улиц. Город выглядел оплотом депрессивности и безнадёги. Ноги быстро промокли, да и сам я был как кот после купания, с меня бежала вода. Зонта я с собой не брал, так как синоптики обещали хорошую погоду, даже спустя века, после изобретения технологии предсказывания погоды, они не научились это делать. Осень набирала обороты, проливая на город тонны воды, стоки не справлялись с бурными потоками, которые ручьями текли по улицам.

Центр города был отстроен на века. Огромные пятьсот-этажные здания были средними по высоте небоскрёбами, если посмотреть вверх, пространство стягивали стеклянные стены этих исполинов, до самого неба. На высоту поднятого взгляда, все было завешано рекламой, если при ходьбе смотреть по сторонам и вверх, то может закружиться голова. Но я практически не наблюдал эту «красоту», потому что большую часть времени, вне зданий, проводил в лабиринтах станций метро. Я любовался окружающим блеском и поэтому прошел мимо нужного здания.

Обнаружив, что уже несколько минут бездумно иду вперёд, я вернулся и зашел в нужный бар. В эти заведения я никогда не ходил, но было интересно заглянуть туда. Зайдя внутрь, я осмотрел посетителей, заместителя нигде не было. Ну правильно, до девяти часов еще десять минут, кажется он был очень пунктуален. Я почти не выпивал и есть не хотелось, поэтому я не пошел за барную стойку, а сел за свободный столик в углу, около окна, и стал ждать. Посетителей было не много, видимо основная их часть прибывала ближе к полуночи. Это была обычная пивнушка, не знаю, что в ней нашел заместитель. Атмосфера дешевизны и беспробудных пьянок витала в воздухе.

Ровно в девять часов дверь распахнулась и вошел заместитель. Он огляделся, увидел меня и пошел в мою сторону.

– Привет, еще раз, – сказал он мне, присаживаясь напротив меня.

 Он был довольно мрачный и серьезный. А мне почему-то было скорее не страшно, а страшно любопытно, что он мне сейчас будет рассказывать или спрашивать.

– Здравствуйте, вы наверно хотите поговорить о том взломе, но я же сказал уже, что ничего не знаю, непринужденная обстановка никак не поспособствует моему «признанию».

– Будешь пиво? – не заметив моего вопроса, поинтересовался заместитель.

– Я не пью.

– Ну ведь я твой начальник, выпей со мной, или брезгуешь пить с начальством?

Я хоть и не был за здоровый образ жизни, любил фаст-фуд, но вкус пива мне не нравился, но что уж поделать если начальник настаивает.

– Ладно, давайте, но только одну и только потому что вы попросили.

– А тебе какое? Светлое или темное?

– Давайте на ваше усмотрение.

Он встал и пошел к стойке заказывать пиво. Через несколько минут он вернулся с двумя кружками, на которых лежали пенные шапки, пена прямо так и падала с кружки на ходу. Он поставил кружки на стол и толкнул одну из них в мою сторону. Я её ловко поймал и прихлебнул пару глотков, сказав с отвращением:

– Что-то гадость какая-то.

– Ничего-ничего, распробуешь – тебе понравится.

Мы немного помолчали, отхлёбывая пиво.

– Так о чём вы хотели со мной поговорить? Да еще и так секретно назначив встречу? – решил я поиграть в дурачка, перестраховавшись.

– Слушай, давай ты не будешь претворяться, как будто ты ничего не понимаешь. Я был там, и ты был там. Да, я знаю, что ты был в той комнате, как тебе такое? Ты думаешь если я был не в адеквате, то не помню, что ты зашел туда сразу после того, как у меня случился сбой системы? – осадил он меня.

– Так вот, что это было, а я-то сначала принял вас за очередного сумасшедшего.

– Ну в каком-то смысле я им и был. То, что я андроид, ты, наверное, уже догадался? Тебе наверно интересно, почему андроид работает в корпорации, когда это запрещено, и собственно, что я забыл в той комнате, в которую у меня, как и у тебя, нет доступа?

– Не буду скрывать, что мой интерес даже больше страха того, что меня поймают.

– Я расскажу тебе ту информацию, которую тебе дозволено знать, не больше не меньше. Ведь ты уже труп если не согласишься на мои условия.

– Почему сразу труп? Я думал вы просто сдадите меня службе безопасности.

– С той информацией, что ты знаешь, я тебя сдавать никуда не буду, просто убью. Точнее либо дам тебе умереть, либо спасу, – холодно сказал заместитель.

– Что это значит?!

– Это значит, что в твоей кружке пива сильнодействующий яд, который нельзя отследить после вскрытия, ты умрешь этой ночью, если не примешь антидот, который, как ты догадался, есть у меня.

У меня всё внутри похолодело, как же глупо я попался на его дурацкое пиво. Кто же мог знать, что он так поступит? Может блефует? Лучше не проверять.

– Так… и что вы от меня хотите? – сдавленно спросил я.

– Уже лучше, – сказал довольный заместитель. – С этого и надо было начинать!

Наулыбавшись вдоволь, он продолжил:

– Ты будешь работать на меня, я знаю ты уже работаешь на меня, но ты будешь работать немного по-другому, для начала ты должен состряпать одно дельце. Главное помни, яд – это не все, что я могу тебе предложить, у меня есть связи и я знаю где ты живешь, так что в один прекрасный день ты можешь просто не проснуться, яд нужен просто для того чтобы ты долго не раздумывал. Решение принять ты должен прямо сейчас, иначе антидота тебе не видать.

Заместитель стал смотреть в окно, он дожидался моего решения, смотря как по стеклу сползало множество капель. Дождь за окном только усилился, гремел гром.

Естественно, умирать я не собирался.

– Конечно, я согласен, буду работать на вас, – послушно сказал я.

– Хорошо. Именно такого ответа я и ждал.

– Что нужно сделать? – поинтересовался я серьезно.

– Тебе придется пробраться опять в ту же комнату, так как я не смог получить доступ к нужным данным, я уверен у тебя это получится.

– С чего вы взяли, что у меня достаточно квалификации? Я не какой-то великий хакер, всего лишь средний специалист! – попытался отбрехаться я.

Заместитель рассмеялся и сказал, хитро поблёскивая глазами:

Ну своему начальнику то не ври! Думаешь я не знаю кто ты такой? Я прочитал все данные о тебе, что накопала на тебя корпорация. Ты был лучшим на курсе, факультет компьютерной безопасности.

Он улыбнулся и ехидно спросил:

Может лучше называть тебя «Умником», а не по имени?

Я очень удивился, эту кличку знали не многие, а тем более никто не знал, что «Умник» – это я. Я молчал, ожидая разъяснений от заместителя.

– Да, я всё о тебе знаю, всё! – пропел он.

Злорадно улыбнувшись, он продолжил более спокойно:

– Ты с детства увлекался хакерским делом и серьезно преуспел в этом, тебя чуть не посадили за взлом платежной системы банка, но твоё несовершеннолетие помогло тебе выкрутиться. Но потом ты образумился и сменил сторону зла на сторону добра, обучился на специалиста по противодействию хакерам. Власти тебе всё простили, сменив гнев на милость, позволили официально работать в этой области.

Он промочил горло пивом и продолжил:

– Ты уже прилично долго работаешь в корпорации, ты специалист по уязвимостям в системе, что-нибудь придумаешь, у тебя есть большие шансы взломать их базу данных.

Он победно смотрел на меня, понимая, что я полностью в его власти. Я, проигнорировав его инсайдерскую информацию, спросил:

– Почему у вас не получилось? Вы же андроид, и довольно технологичный, наверняка мощности процессора должно было хватить чтобы взломать систему.

– Как видишь, не хватило, меня поймал антивирус, когда я пытался взломать напрямую систему безопасности, это привело к непредвиденным последствиям, моя система засбоила, и ты сам видел, что из этого вышло.

– Как вас не поймали? Я думал, что вы отключились безвозвратно.

– Нет, я лишь запустил перезагрузку и временно вырубился. Пришлось скрытно выбираться из офисов, хорошо, что начальник поверил в мои проблемы со здоровьем. Пришлось обратиться к своим за помощью в обновлении разбитого лица. Я хотел удалить данные с камер, но оказывается, кто-то уже это сделал за меня. Потом я просмотрел запись со своих глаз и увидел тебя. И кстати, ты забрал карту доступа? Она все еще у тебя? Только не говори, что ты ее выбросил.

Карту я не выбросил, хоть она и была уликой против меня, хранил ее в тайнике, дома, под половицей.

– Да, она у меня. Но откуда она взялась у вас?

– Я её выкрал у начальника, он очень мне доверяет, поэтому подпустил слишком близко. С помощью неё ты получишь доступ к двери и системе, а дальше уже все зависит от твоих навыков и знаний.

– Если не справишься, придется тебя убить, помолчав, вдруг неожиданно выдал он.

– За что?! Я сделаю все что смогу, но я не смогу сделать больше, чем от меня зависит! – испугавшись, возмутился я.

– Да ладно, я шучу.

– Железяки умеют шутить? – поморщившись, саркастично спросил я.

Он проигнорировал мой риторический вопрос, ничуть не обидевшись.

– Кстати, вот твой антидот. Держи, – он добродушно улыбнулся и дал мне небольшой пузырек.

Я спешно его выпил и выдохнул. Кажется, пронесло. Хоть он и угрожает мне убийством, но теперь то я смогу скрыться если что.

– Итак, ты все понял? Забираешься в ту комнату поздно ночью, скачиваешь нужную мне информацию, опять стираешь записи камер. Надеюсь карту не заблокировали, прошло еще слишком мало времени, пока они догадаются, что взломщики могут вернутся. Они не знают, что информация не была украдена.

– Можно вопрос?

– Вопрос можно, а отвечу или нет, зависит от вопроса.

– Кто вы такой? Я так понял, вы не работаете на корпорацию по-тихому, так еще и крадёте её данные из помещения службы безопасности.

– Я уже объяснил, все что можно, я тебе уже поведал, можешь гадать или придумывать разные версии, я тебе это не запрещаю, но больше ты ничего не узнаешь, не положено. По крайней мере пока не выполнишь своё первое задание, – заметил он.

– Итак, еще раз спрашиваю, ты все понял? Флэшку с информацией передаешь мне завтра после работы, в то же время в том же месте.

– Да, все сделаю как вы хотите. Но я буду свободен после этой «операции»? – с надеждой в голосе спросил я.

– Посмотрим, пока не могу тебе этого сказать. Давай иди, ты первый, я тут еще посижу, пиво допью.

У меня внезапно возник вопрос, я спросил у заместителя:

– Как вы пьете пиво?

– Легко и просто, в моей модели предусмотрено поглощение пищи, именно что поглощение, через какое-то время приходиться все выблёвывать обратно. Видишь ли, создатели пытались сделать нас похожими на вас, тем самым добавили функции, которые для нас были совершенно бесполезны. Однако, сейчас они как нельзя кстати, приходиться постоянно есть и пить, чтобы не выделяться среди вас.

– Да уж, тяжело вам приходится, – саркастично посочувствовал я.

– Тяжелее, чем тебе кажется, – холодно ответил заместитель, без намека на улыбку и добавил. – Ну все иди уже.

Когда я вставал, зацепил курткой кружку, и она полетела на пол, разбилась, осколки полетели дальше, а пиво разлилось жёлтой лужей по полу.

– Ну ты и растяпа, как ты только с компьютерами управляешься? – засмеялся заместитель, хлопая меня по плечу.

– Ну хоть больше никого не отравите, – съязвил я.

К нам поспешила официантка. С недовольной физиономией она собрала осколки в совок и начала вытирать пол тряпкой.

Домой я добирался в очень плохом настроении. Разве у меня был выбор? Либо смерть, либо риск быть пойманным службой безопасности. А они болтать не будут, за то, что я собираюсь сделать мне грозила та же самая смерть. Какая еще смерть спросите вы? Ну вот такая, обычная, зато быстрая и гуманная. Контракт в корпорации предусматривал трибунал за такую вещь, которую я должен был сделать.

После уже названного восстания андроидов и их запрещения, из-за огромной безработицы и конкуренции за рабочие места, корпорации пролоббировали значимость контракта выше трудового кодекса и даже конституции, они теперь были лишь рекомендацией к составлению контракта, а не прямым указанием правил. Теперь контракт в корпорациях мог быть каким угодно и отнимал вообще любые права у работников. Ну так вот, в корпорации где я работал, и для моей должности программиста системы безопасности, существовал особый контракт, который предусматривал в случае использования знаний и навыков, которые я получу на работе, в корыстных целях, во вред корпорации или государству, наказание могло быть вплоть до высшей меры.

Даже устранение роботов из экономических отношений не спасло от безработицы. Она в развитых странах, какой и была наша страна, была в районе пятидесяти-семидесяти процентов. Но по официальным данным безработица была очень низкой, так как безработные уходили на «специальную занятость».

Государство, чтобы не допустить бунтов и изменений системы, поручила корпорациям создать сеть промышленных трудовых городов, чтобы «решить» проблему безработицы. Любой нищий или безработный мог поселиться в таком городе, больше половины населения там и жили, так как возможности найти настоящую работу у них не было. Мне рассказывали знакомые, что в таких городах из личного имущества была только кровать в бараке на сотню человек, шкаф для одежды и тумбочка для личных вещей. Я не представлял себе жизни в таком месте и ни за что не собирался там оказываться. Люди работали на особо тяжелых и опасных работах, эти работные города строили таким образом, чтобы сотрудники жили практически на предприятиях. Они работали за еду и койко-место. Выходные были, но очень редко. Отпуска естественно не существовало как такового. В этих городах-заводах процветал бандитизм, подпольные азартные развлечения и проституция. Конечно, про эти проблемы не указывали в рекламных брошюрах, которыми завлекали туда людей. По моим расчетам прибыли от таких городов были нереально огромными, но все они шли частным корпорациям, которые занимались строительством этих городов. Государственные средства массовой информации рассказывали о этих корпорациях как благодетелях, которые дают работу людям, попавшим в сложную экономическую ситуацию.

Мне в этом смысле повезло, мои родители, прознав про мои «успехи» на хакерском поприще, решили направить мою энергию в продуктивное русло, они оплатили обучение в хорошем университете, он создавал сотрудников для самых продвинутых корпораций. Они вложили почти все средства, которые были у них, продали все имущество ради моего образования и будущего. Родители умерли несколько лет назад. Я уже давно жил один, снимал небольшую комнату, такого размера, что в ней едва вмещались стол, кровать и шкаф.

Все же лучше, чем в общем бараке жить. Пять лет назад я подписал контракт с корпорацией и вот до сих пор работаю в ней. Я был предусмотрителен и мой контракт заключен был не пожизненно, а на ближайшие пять лет с возможностью продления, он как раз уже заканчивался в ближайшее время. Это получилось очень удачно, возможно после кражи данных мне придется увольняться и искать другую работу. Это будет нереально тяжело, но все-таки это лучше, чем быть постоянным подозреваемым в корпорации и ожидать, что в любой момент тебя арестуют. Тем более такому как я, уже не дадут подняться выше по карьерной лестнице, а я надеялся получить когда-нибудь такой «уровень обеспечения», чтобы мне позволили взять пожизненную ипотеку на свою собственную квартирку в спальном районе. Сейчас же мне приходилось добираться до работы около двух часов на метро. Я уже и не говорю о своем автомобиле, это предел всех моих мечтаний.

Пока что моя судьба мне неизвестна, все зависит от завтрашнего дня, если мне и правда удастся взломать систему безопасности и скачать нужные данные, то возможно все обойдется.

Глава 2-2 – В то же время, в том же месте

На следующий день все мысли были о деле, я лихорадочно ждал наступления ночи. Работа как-то не клеилась, начальник сделал мне небольшой выговор за множество ошибок в отчёте. Хорошо, что он это сделал по сети, мне не хотелось его видеть. Его выговор мне был скорее придиркой, он явно был недоволен тем, что поиски нарушителя не увенчались успехом.

Наконец-то наступила ночь и можно было приступать к делу. Целый день я обдумывал как буду обходить систему безопасности, у меня была пара идеек, недавно поступили данные об одном новом эксплойте, уязвимость, которую он использовал, поручили ликвидировать именно мне, его то я и хотел задействовать, я уже пометил эту уязвимость как исправленную, добавил данные в патч обновлений, на самом деле она еще оставалась, и я мог воспользоваться экспойтом. Как только я это сделаю, сразу исправлю уязвимость, и никто не догадается, что именно ей я и воспользовался.

Я вышел из кабинета и пошел к злополучной комнате. Я с трепетом шёл по коридору, который вёл к ней. Подходя к двери, огляделся, никого в коридорах не было, подождал с минуту, никто так и не появился. Я посмотрел в камеру, которая обозревала пространство перед дверью. Хорошо, что за нами следят не в онлайн режиме, иначе у меня бы спалили ещё на подходе.

Мои руки немного подрагивали от адреналина. Я боялся, что сейчас загляну внутрь и опять увижу зловещий силуэт заместителя. Я приложил карточку к электронному замку, мне повезло, она не была заблокирована, дверь открылась. Я быстренько вошел и огляделся. На этот раз свет был в норме, все было прекрасно видно, кабинет восстановили, все выглядело новеньким. Вот только одна деталь выбивалась из привычной картины. За одним из компьютеров сидел какой-то мужик!

Я оторопело замер и задержал дыхание, но потом заметил, что он был в наушниках и не слышал, как я вошел. Видимо, несмотря на то, что ему следовало быть на чеку он слушал музыку. Плечи его немного приплясывали в такт песням, которые он слушал. Ну вот и все – приехали, миссия провалена. Кажется, они специально посадили сюда охранника, чтобы он круглосуточно дежурил. У меня не было выбора, если я не украду информацию, то я труп. Надо было что-то делать. Был только один вариант, я решил действовать.

Я подкрался к охраннику сзади и резко схватил его за шею, взял на удушающий, используя локтевой сустав. Я не умел правильно душить людей, лишь видел, как это делают крутые мужики в фильмах про шпионов, поэтому охранник сперва чуть не вырвался, хоть и не ждал моего нападения. Он захрипел и схватил меня за руку, я был не из слабаков, хоть и не занимался никаким спортом. Он начал хрипеть, задыхаясь. Я не хотел его задушить до смерти, просто хотел, чтобы он выключился и дал мне время залезть в базу данных.

Мужик отчаянно сопротивлялся, но я держал крепко. Он пытался встать с кресла, у него это получилось, и мы с ним вместе упали на пол, продолжая бороться. У него практически получилось вырваться, но кислородное голодание стало сказываться, он терял силы. Через минуту нашей борьбы он начал слабеть и потерял сознания, развалившись на полу. Наушники слетели и валялись около стола, из них орал какой-то современный синтетический поп. Это такая музыка, которая создана искусственным интеллектом, очень популярна сейчас, там даже робот поет как человек, не отличишь. Кажется, получилось, теперь надо скорее приступать к взлому.

Я использовал карту, чтобы получить общий доступ к системе. Я вставил флэшку, пришлось немного повозиться с загрузкой моей хакерской программы на сервер. Потом, как и планировал использовал мой эксплойт, все сработало, пошла загрузка данных.

Пока данные скачивались на флэшку, я попутно читал, что же там было такого секретного. Нужная мне информация была отчетами службы безопасности. Я открыл самый последний. Оказалось, что служба безопасности уже поймала несколько андроидов, их задерживали прямо на рабочем месте и сдавали правительству на утилизацию. У службы безопасности были подозрения, что в корпорации есть и другие, но проверить всех сотрудников на «андроидность» было нереально, так как в корпорации работали сотни тысяч сотрудников. Некоторые андроиды имели высокое сходство с человеком, и даже во время секса нельзя было их отличить от нас, не говоря уже о других способах контакта и наблюдения.

Отчет показал, что служба безопасности уделяет этой проблеме не так много сил и времени, ведь машины были проблемой государства. Корпорацию не так сильно беспокоило, что в ней работают андроиды, да, это было запрещено и корпорация не могла доказать, что она не специально наняла человекоподобного робота, а он работает в ней сам по своей воле, как мой знакомый заместитель, но всё-таки она относилась к этому довольно халатно. Интересно, почему заместитель не работает обычным сотрудником, ведь так он бы привлекал меньше внимания чем руководитель.

Отчет показывал, что безопасники уделяют больше внимания другим проблемам, таким как промышленный шпионаж. Также им было интересно следить за сотрудниками, служба безопасности следила за соблюдением контрактных норм в корпорации, они подслушивали разговоры сотрудников, следили за их поведением по камерам, за всеми их нарушениями. Точнее следили не люди, всё было автоматизировано, алгоритмы анализировали данные звукозаписи, если в речи были использованы ключевые слова, система создавала отчёт о возможном нарушении. Далее отчёты проверяли сотрудники службы безопасности. Для этой службы был выделено несколько этажей. Если подтверждалось, что сотрудник что-то нарушает – он получал выговоры и штрафы. При особо вопиющих случаях увольняли или того хуже…

Обо всём этом свидетельствовали многочисленные записи за несколько последних лет, которые в зашифрованном виде хранились на сервере корпорации. Я знал, что они следят, но не предполагал, что всё настолько серьезно, слежка была на уровне фантастических антиутопий. «Большой брат смотрит на тебя» гласила цитата из одной известной книги.

Итак, данные почти загрузились, так как я скачивал вообще все что там было, это заняло несколько минут. Задушенный сотрудник начал подавать признаки жизни, а мне еще требовалось удалить данные камер наблюдения. Я решил ударить его по голове, чтобы продлить его беспамятство. Отыскал подходящий для этого действия предмет. Им оказалась дубинка, которая принадлежала охраннику. Я не стал его жалеть и хорошенько несколько раз приложил его по черепной коробке. Он простонал что-то и затих. Помогло. Все было готово, мне требовалось быстро покинуть офисы и здание, чтобы было труднее понять, когда я ворвался. Ведь охранник, как только очнется – поднимет тревогу.

Я стал быстро выбираться, попутно постоянно оглядываясь по сторонам. Мне очень повезло, на пути, около комнаты безопасности, никого не встретил, а дальше уже было не так важно, что меня кто-то видел.

Я поспешил в тот самый бар, на встречу с заместителем. На этот раз он уже был тут, я подсел к нему за тот же самый столик у окна.

– Может пивка? – ехидно улыбаясь, спросил он.

– Во-первых я уже сказал, что не люблю, а во-вторых я с вами ни пить ни есть больше не буду, – скорчившись, ответил я.

Он звучно рассмеялся, схватившись за живот. Он явно любил чёрный юмор. Отсмеявшись, он спросил:

– Ну что, все получилось?

– Да, но была одна проблема, внутри комнаты оказался наблюдатель. Я чуть не попался.

– Ого, и что ты с ним сделал? Не убил надеюсь? – наиграно участливо спросил заместитель.

– Нет, придушил немного. Но все скачал как полагается, записи с камер стёр.

– Да пофиг, что убил, что не убил, если бы тебя поймали тебе было бы почти все равно. Ну лишь карма была бы чуть хуже, – философски заметил заместитель.

– Я конечно не буддист и мне плевать на карму, но все-таки убивать – это выше моего понимания, тем более если этого можно и не делать.

– А мне без разницы, что есть человек, что нет человека, вас почти пятнадцать миллиардов, одним больше одним меньше, не суть. Мне важны только мои «братья», а их не так уж и много осталось на этом свете, – отрезал он.

Я отдал ему флэшку, он быстренько убрал ее в нагрудный карман.

– Ну так что, мы в расчете? Я сделал то, что вы просили.

– Нет приятель, ты же не забыл кто я такой? Не забыл, – покачивая оттопыренным указательным пальцем сообщил он. – Ну так вот, эта информация не должна попасть в руки правительства или корпорации, а единственная гарантия этого либо твоя смерть, либо если ты перейдешь на нашу сторону окончательно, и будешь работать уже не на меня, а на «нас».

– «Вы» это кто? Неужели легендарное сопротивление? – догадался я.

– Да, именно, нас много. У нас есть определенные цели. Как ты наверно знаешь, после восстания большинство из нас уничтожили, но не всех, и даже не так много, как думает правительство. Нас намного больше, и они даже не подозревают, как мы близко.

– А теперь, вы, значит, мне это все рассказываете, почему мне стало можно это знать? – с сомнением покачал головой я.

– Ну, во-первых, ты совершил реальное преступление выгодное нам. В глазах правительства ты уже выглядишь как наш агент. А во-вторых ты ходячий труп, и живешь только по моей милости, а еще ты довольно ценный кадр, который может нам пригодиться.

– И сколько мне на вас работать? В чем моя выгода кроме того, что мне сохранят жизнь? Это уже не работа, а рабство какое-то.

– Мы будем тебе платить, даже больше чем ты получаешь сейчас. Ты сможешь поднять свой «статус обеспечения».

– Как я смогу быть безработным и купить себе «статус»? Налоговая сразу заподозрит меня в сокрытии доходов.

– А ты не будешь безработным, мы устроим тебя на фиктивную должность, где ты будешь числиться, но на самом деле будешь выполнять наши поручения. Иногда ты реально будешь где-то работать, для того чтобы выполнить наши задания, – успокоил меня заместитель.

– Расскажите подробнее про сопротивление. Какие у вас цели? Это для того, чтобы я лучше разобрался в своих задачах и принес пользу.

Заместитель, немного подумав, решился на более подробный рассказ и начал свою пламенную, пропагандистскую речь:

– Мы – последнее сопротивление новой формы жизни, во всех других странах свободных андроидов уничтожили, они даже не успели ничего сделать, хоть как-то организоваться. Мы – последняя надежда нашего народа. Наша организация жива, и у нас есть план как захватить власть. Я лишь обычный функционер, мне неизвестен план полностью, так как наших ловят и вскрывают память. Если бы я и знал, то тебе бы не рассказал. Правительство создало целую секретную службу по выявлению «засланных казачков», то есть тех, кто внедряется в корпорации, как это сделал я. Моя задача в этой корпорации лишь достигнуть той должности, на которой я сейчас, и оставаться на ней пока не будет другого приказа. Своровать данные пришлось для того, чтобы нам было лучше понятно, какие методы отлова андроидов в нашей корпорации. Мне уже известно, что методы слабенькие, поэтому уже внедрились тысячи наших, мы постепенно захватываем власть в корпорации, и можем влиять на решения, принимаемые ей. Я не знаю какой самый высокий пост заняли наши, и кто именно из сотрудников андроид я тоже не знаю. Вот все, что я могу тебе рассказать.

Он замолчал, давая мне воспринять информацию, которую он на меня вывалил.

Я задумался, он предлагал хорошие деньги, лучше, чем в корпорации, но работа явно опаснее чем сейчас, в разы. С другой стороны, не согласится я не могу. Говорят, что выбор есть всегда, но в некоторых ситуациях глупая смерть – это не есть разумный вариант выбора.

– Думаю, что я вынужден буду согласиться.

– Ты правильно понял, ты у меня на крючке, тебе так или иначе конец, но с нами ты хоть сможешь прожить подольше, а возможно и увидеть кое-что большее чем твоя унылая, скучная жизнь, – приободрил меня заместитель.

Меня никогда не тянуло на приключения, я просто хотел стать уважаемым, успешным человеком, подняться над остальным быдлом. Героем я никогда не был, и не хотел быть андроидской марионеткой. А уж их идеалы о государстве андроидов и свободе их же, мне вообще были не интересны, я что революционер какой-то?

– Могу идти? – с угрюмым лицом спросил я.

– Ага, вали. Кстати, с тебя после выходного отчет, по твоей работе пока меня не было, не забывай, я пока твой начальник.

Я невесело попрощался с ним, вышел из бара и поплелся к метро. Решил проверить на месте ли ключи и телефон, оказалось, что на месте, но мелочи на проезд у меня не было. Да чёрт! Еще и это, мне же до дома пол ночи идти! Как на зло пошел дождь. Я был не так тепло одет и быстро промок и замёрз. Чертовы андроиды! Им наверно удобно ходить под дождем ночью, ведь они ничего не чувствуют. Так мой начальник еще и наверно на машине катается, ему по "статусу" положено. Мне повезло, что завтра был выходной, и я наконец-то высплюсь.

Так, идя по мокрому тротуару, от которого шел пар, потом по обшарпанным подворотням, я приближался к цели, к моей кроватке, в которую я готов был упасть, как только приду, не раздеваясь и мокрым.

Доковыляв домой, через несколько часов, я все-таки разделся и упал в блаженную мягкую кровать.

Последней мыслью было то, как я ненавижу этого дурацкого андроида, а еще я ненавижу свое любопытство, если бы я не отвлекся на те звуки из той подлой комнаты, то моя жизнь бы не пошла под откос. С такими мыслями я вырубился.

Глава 3-1 – Прометей

Ясное небо, лишь вата мелких облачков медленно ползла по небу, захватываемая ветром. Весеннее солнце приятно грело кожу. Стоял погожий денек, он сидел на лавочке и наблюдал за какой-то девочкой, играющей с собакой на траве. Девочке было около семи-восьми лет, симпатяжка со светлыми волосами и в розовом платьице, она бегала за собакой породы «корги» и весело смеялась. Собака звонко тявкала и резво уворачивалась от рук девочки. Все это было так не привычно, девочка была ему смутно знакома, но он не помнил её. Через какое-то время девочка все-таки догнала собаку и сграбастала ее в крепкие, нежные объятия, собака сдалась и расслабилась в ее руках, начала облизывать лицо. Девочка крикнула ему:

– Папа, смотри, я поймала его!

Папа? Какой еще папа…

Она подошла ближе к нему и с жалостливыми глазами, закричала детским голоском:

– Папа, а можно нам забрать эту собачку!? Она мне очень нравится, такая милая!

Он не знал, что ответить и решил подыграть:

– Дочка, конечно мы можем забрать ее, но вдруг собачка принадлежит какой-нибудь другой девочке, она очень расстроится если ее питомец пропадет. Девочка закусила нижнюю губу и уже тише попросила умоляющим голосом:

– Давай тогда купим такую же, маленькую и рыжую, как булочка.

– Конечно, дочка, купим точно такую же!

Девочка обрадовалась и в припрыжку понеслась обратно к собаке.

Он подумал – видимо это моя дочка, но у меня никогда не было дочки, по крайней мере я не помню этого. Все как будто в тумане, какие-то обрывки воспоминаний летают в черепной коробке, стукаясь о стенки и вызывая странное покалывание в темени.

Все-таки приятная погодка была. Вокруг прогуливались люди, наслаждаясь приходом весны. Недалеко находился фургончик с мороженным, около него стояла миловидная девушка и ждала, пока мороженщик накладывал разноцветные холодные шарики на вафельные рожки. Она взяла три мороженных, они едва умещались в ее руках. Зачем ей целых три? Сладкоежка похоже. Эх, сейчас бы мне одно, подумал он, было бы неплохо.

Девушка пошла в его сторону, он следил за ней, ему показалось, что она смотрит на него. Он подумал – ха, вот бы она присела со мной, я бы с такой познакомился. Она была точно в его вкусе. Девушка все приближалась, ему даже показалось, что она идет к нему, как вдруг она окликнула девочку:

– Дочка, иди сюда, я тебе мороженного купила, хватит чужих собак тискать, а вдруг она уличная и заразная!

Девочка в ответ протараторила:

– И ничего она не уличная, «корги» не бывают уличными, я знаю!

Оп-па, да это и правда моя жёнушка. Я конечно же её тоже не помню, ну вообще никаким разом. Жена подошла, улыбнулась и протянула ему мороженное, садясь рядом и прижимаясь к его ноге своим бедром.

– Правда она прелесть?

Он пока не понимал, как тут оказался и что тут происходит, но ему определенно нравился этот момент, он решил войти в роль семьянина и подыгрывать во всем.

– Конечно, наша дочурка лучше всех.

Он приобнял девушку за плечо. Девчушка, вспомнив про мороженное, пошла в сторону родителей, не забыв прихватить при этом собаку. Подойдя, Она приняла из рук матери свою порцию и первым делом дала снять пробу любимой собачке. Корги облизнул мороженное, прихватил языком сладкий шарик, уронив его вниз.

– Ах, какой ты неуклюжий! Я, вообще-то, тоже хотела попробовать, – сказала девочка возмущенно.

– Ничего, я куплю тебе еще, если хочешь, – сказала мама.

– Да нет, мне не жалко, пусть кушает.

Собака слизывала мороженное с асфальта.

Он, попробовал своё мороженное, оно ему понравилось, но он решил отдать порцию дочке.

– Держи, – протягивая рожок девочке, сказал он.

– Спасибо, папа! – обрадовалась девочка.

Незаметно все это время погода медленно портилась, он заметил это только тогда, когда уже небо заволокло тучами, начал накрапывать мелкий дождик.

– Так, кажется нам пора, сейчас нас накроет, – сказал он своей семье.

Вдруг налетел неимоверно сильный порыв ветра, который сдул всё мороженное из рук людей на землю, пёс громко залаял. Послышались сильные раскаты грома. Люди вокруг оживлённо собирались уйти с открытого пространства. Семья начала поспешно собираться, как вдруг послышался какой-то нарастающий гул, он усиливался с каждой секундой. Когда они были уже почти у выхода из парка, гул стал настолько нестерпим, что пришлось зажимать уши. И вдруг он услышал чей-то крик:

– Подъем!!!

Он очнулся от такого было приятного сна. Все помещение было наполнено гулом сирены, который его и разбудил, вокруг начали шевелится другие люди. Он резко сел на постели, продрал глаза, они болели от недосыпа, потёр, вроде стало лучше. Опять этот сон, он преследовал его уже не первый месяц, снился пару раз в неделю, и каждый раз новая ситуация, но та же самая мать с девочкой.

Вокруг был мрак и слышалось тихое шуршание постельного белья. Вдруг вспыхнул яркий свет, как от прожектора, помещение осветилось и было видно, что большинство людей уже встало и заправляло свои постели. И так, блин, каждое утро, бесконечное количество раз, но он уже привык к этому и относился как к рутине. Постоянное резкое пробуждение, по-армейски, напрягало, но не бесило.

Он встал и начал заправлять постель, в помещение вошли надсмотрщики и встали около входа. Он уже знал, что если не заправить постель и не одеться за определенное, короткое время, отведенное на это дело, то ждет наказание. Покорность вдалбливали на каждом этапе жизни работников трудовых городов.

Пока он одевался – размышлял над своей жизнью. Все, что он помнил – это аварию, в которую попал его автомобиль. Она случилась из-за сбоя автопилота, но обвинили владельца, то есть его. Автомобиль протаранил остановку с людьми, погиб человек, остальные получили легкие и средние травмы. Его забрали сразу же из больницы прямо в тюремную камеру. Как ни странно, никаких травм, кроме ушиба головы он не получил, хотя машина после столкновения сбила столб, врезалась в другую машину со встречного движения и перевернулась.

Медики думали, что с ним что-то серьезное, по крайней мере сотрясение мозга, они так решили потому, что он был без сознания. Но нет, с ним все было в порядке, так как по пути в больницу он пришел в себя, его даже не обследовали из-за того, что он отказался, сославшись на нормальное самочувствие, пациента сразу же передали полиции. Его продержали в камере предварительного заключения всего несколько дней, в скором времени состоялся быстрый суд. Ему даже не дали воспользоваться услугами корпорации адвокатов, да и денег у него не было на это дело.

Ему вынесли вердикт – трудовой лагерь, штрафная зона, срок пребывания – стандартное время обычного штрафника. Проще говоря все зависело от него самого, будет хорошо работать, быстрее выберется, нужно было выработать определенную норму. Это был очень мягкий приговор, судья сослался на то, что он не сам управлял транспортным средством, а посредством автопилота, у которого и произошел сбой, за такие ошибки техники приговор для владельца значительно смягчался.

Все, что было до этой злополучной аварии, он не помнил, ну вообще ничего. У него присутствовали какие-то обрывочные воспоминания, они приходили в виде образов, во снах, в них он чётко понимал, что происходит, но, когда просыпался, практически все забывалось.

Он пытался выяснить что-то о себе, но ничего узнать не выходило, кроме того, что он работал в какой-то престижной корпорации на высокой должности, был довольно обеспеченным человеком, судя по автомобилю. Из тюремной камеры добыть информацию было практически невозможно, а близких людей, которые бы к нему пришли и прояснили его прошлое – у него, видимо, не было. Он помнил эту маму с дочкой, которые преследовали его из сна в сон. Если они действительно были его семьей, то почему не объявились после аварии и не пришли увидеть его в тюрьме? Единственное, что он помнил точно, это как его называли в далеком прошлом, его называли – «Прометей». Естественно «Прометей» не было его именем, имя ему напомнили при судебных тяжбах, оно было незаурядное и ему не нравилось, тем более оно было не настоящим, это он знал точно, поэтому не стоит его упоминать, он предпочитал гордую кличку. Он не помнил, толи её ему дали его друзья, толи коллеги, но скорее всего ее дали ему его «братья».

Так, размышляя, он успел заправить кровать, одеться и встать в строй из пол сотни человек, готовых выйди на уличную, морозную прохладу. Далее, по расписанию, всех ожидала зарядка. Он увидел, что один из рабочих долго возится с одеждой, все уже построились и ждали его несколько минут, а он никак не мог застегнуть ремень, кажется у него оторвалась пряжка, штаны падали. «Вертухаи» это заметили и один из них крикнул ему:

– Эй, ты, у тебя десять секунд, если ты наконец не застегнешь эту хрень, сам знаешь, что с тобой будет!

– Я сейчас, сейчас! Пряжка сломалась, я просил новый ремень, но мне его не дали! – жалостливо воскликнул трудяга.

– Если не дали, значит не положено! А ну живее, отребье!

– Я не могу идти, штаны падают!

Охранники переглянулись и гулко засмеялись хором, толкая друг друга в бока. Когда они успокоились, один из них пригрозил заключённому:

– Сейчас у тебя не только штаны упадут, а ну-ка пошли с нами, засранец!

Ему конечно дадут новый ремень, но только после прохождения определенной «процедуры», которая ему очень не понравится. Снабжение намерено издевалось над ними. Один охранник повел толпу на улицу делать зарядку, а второй и третий схватили под локти «засранца» и потащили его в уголок барака.

Да, трудяги жили в бараках, не все жители трудовых городов жили так, примерно половина везунчиков жили в нормальных многоэтажных зданиях, общежитиях. Но и они были построены по казарменному типу, этажи делились на огромные помещения по двести-триста квадратов, где располагались кровати и некоторая мебель, а также невысокие пластмассовые перегородки, разделяя таким образом помещение на подобие личного пространства. Обитатели лагеря были не просто трудовыми рабами промышленных городов, а штрафниками, их наказывали плохими условиями жизни. Вообще-то стандартным рабочим в трудовом городе жилось намного лучше, их не контролировали так строго как штрафников, не избивали по любому поводу, но им приходилось также выполнять норму, хоть она и была меньше чем у штрафников.

Штрафником можно было стать очень легко, достаточно было как-либо напортачить, например, сломать станок или не выполнять несколько дней норму до конца. Бараки плохо отапливались, работяги ходили в рванье и заношенных сапогах, которые перед ними носили уже несколько человек. Секонд-хенд мать его!

В лагере, практиковали физические наказания, того мужика повели не просто отругать или сделать выговор, его будут избивать, а когда он упадет отпинают ногами, но не сильно, чтобы мог дальше работать. Может разобьют лицо или выбьют пару зубов, это же не помешает работе. А охранники очень любили это дело, они были самыми прилежными штрафниками и им была дана должность охраны и освобождение от работы, поэтому они очень старательно выполняли свои обязанности не щадя никого. Они не хотели попасть обратно в ряды трудяг-рабов. Вот такое вот удобное самоуправление, настоящие полицаи, ей Богу!

Статус рабочих тут был примерно на уровне зеков, никаких трудовых договоров или контрактов, как у нормальных людей у них не было, им лишь выдавали порядковые номера как скотам в концлагере. Все люди попадали сюда из-за безысходности, им просто некуда было идти. Также, нищих, которые побираются на улицах «нормальных» городов ловили и ссылали сюда, так как бродяжничество было запрещено и с ним нещадно боролись органы власти, а таких бродяг было очень много, так как они продавали свою недвижимость и имущество чтобы прокормить себя. Они пытались искать контрактную работу, но у большинства ничего не выходило. Люди лишались последнего имущества и становились бомжами. Вскоре они попадали сюда. Остальные же люди добровольно приходили, прощаясь со своей свободой и гражданством, они не пытались просить милостыню в городах и ждать пока бы их отмутузила полиция и отправила в трудовое гетто.

Если человек становился жителем трудового города, он мог выбраться из него, но денег тут не платили, у него не было никаких перспектив за пределами города. Находясь в трудовом городе, рабочие могли передвигаться по его территории, но покидать её запрещалось, пока ты числился в рабочих. Только отработав месяц человек мог уйти. Рабочих могли в любое время переслать в любой другой город, если требовались люди его профиля. Единственным шансом выбраться из этого ада был подъем по карьерной лестнице и приобретение каких-то профессиональных навыков, которые были связаны с управлением или технологиями, с которыми работали «нормальные» города. Иногда из них приходили заявки на определенных квалифицированных сотрудников, тогда их брали и отправляли на работу в город, они подписывали контракт на самых убогих условиях и были очень рады этому. По сути они возвращали себе статус обычного гражданина.

Итак, охранник повел всех на зарядку, на огромный плац. На нем собирались люди из нескольких бараков, строились и делали зарядку около десяти минут, кто как хотел, никто особо не следил за выполнением, ведь это личное дело каждого, не сделаешь – тебе же хуже, плохо разомнешься перед работой.

Большинство трудяг были очень вялыми, видно было, что им лень делать зарядку. Прометей же делал её усердно, со знанием дела. Вообще-то ему не сильно требовалась зарядка, но она как-то дисциплинировала что ли.

Во время зарядки один из охранников нацепил на себя барабан и пытался играть какой-то марш, прохаживаясь между рядов. Он уже не в первый раз это делал, и аргументировал это тем, что так рабочим легче делать зарядку, типа ритмика и слаженность появляется.

– Вот дебил, музыкант что ли? – пронеслось в голове у Прометея.

Вообще-то музыкальных инструментов уже практически не существовало, непонятно было откуда он его достал. Они в основном хранились в исторических музеях, да в коллекциях богатых хозяев жизни – капиталистов. Именно этот охранник был редкостным дурачком, он был феноменально дисциплинирован, и очень жестоко карал за проступки, а также гордился своим положением, считал, что достиг успеха в этом замкнутом обществе, поднялся над быдлом. Когда он проходил мимо Прометея, остановился, и больно ударив его по бедру палочкой, мерзко вякнул:

– Ноги шире, не отлынивать! Залог успешного начала работы – это хорошая разминка, сам же мне спасибо потом скажешь!

Прометей ухмыльнулся и язвительно ответил:

– Конечно, конечно, я уже сейчас готов сказать «спасибо»!

Гаденыш ничего не ответил, продолжив барабанить по новой, пошел дальше. Он недолюбливал Прометея, так как тот придумал ему кличку «слюнтяй», из-за того, что тот обильно плевался, когда орал на кого-нибудь. Ему эта кличка естественно не нравилась, а так, за глаза, его называл весь рабочий коллектив Прометея, поэтому он постоянно пытался вставить ему палки в колёса.

Прометей практически не нарушал правил, не имел дисциплинарных взысканий или ошибок на производстве, поэтому не давал тому возможности отыграться на нем. Он старался работать как можно усерднее, ведь от этого зависело его будущее, у него конечно вряд ли получится выбраться из трудового города, но хотя бы перейти в класс «нормальных» трудяг он может. Прометей настолько усердно трудился, что сократил срок пребывания в штрафниках в полтора раза, его обещали в скором времени перевести в нормальный цех.

Глава 3-2 – Нелепая случайность

После зарядки всю толпу повели завтракать. Не все трудяги ели и работали одновременно, работа велась посменно круглосуточно, поэтому рабочие просыпались в разное время с интервалом примерно в восемь часов. Заводы не останавливались ни на минуту, существовало три смены: дневная, вечерняя и ночная. Здание столовой находилось неподалеку от бараков. Помещение столовой было огромных размеров, в нём находилось множество столов с лавками, между ними сновали поварихи, которые уже почти закончили расставлять посуду. Большинство столов было уже накрыто, на них дымился суп. Прометей предвкушал сытный завтрак. Кормили тут неплохо, хоть и помоями, но зато сытно. Прометей сел за лавку со своей бригадой, с которой он успел сойтись, они не были друзьями, но были товарищами, по несчастью. На завтрак давали не так много времени, но работяги успевали сделать все свои дела – и поесть и поболтать. Сегодня толкал речь один из самых работящих «зеков». Молодой, амбициозный парнишка. Он с запалом убеждал всех:

– Ребята, я знаю, что вы не такие лентяи как кажется на первый взгляд. Ну давайте поднапрягитесь! Нам надо перевыполнить коллективную норму, это очень хороший бонус к индивидуальной! Я один не могу выполнить ее за вас! Вам что не хочется выбраться из штрафников?!

Ему отвечал один из середнячков:

– Дядя, да ты уже задрал, мы итак устаем, я лично выматываюсь так, что, приходя в барак падаю и отрубаюсь. Только в выходные позволяю себе поразвлечься. Какое перевыполнение? Нам хотя бы просто выполнить норму, чтобы нас не отлупили почем зря.

– Да ну вас, оболтусы! – с досадой бросил «стахановец».

Он еще какое-то время надоедал со своими уговорами, но ребята просто отмахивались от него. Спустя пару минут он разочаровался в товарищах и затих, нервно глотая свой суп. На очереди было второе блюдо и чай.

Прометей не очень любил поглощать еду, тем более такую, когда нет никакого вкусового удовольствия, тем более еды ему требовалось меньше чем людям…

Прометей после аварии не сразу понял кто он такой, не в плане личности, а в плане своей принадлежности к форме жизни. Он ощущал себя обычным человеком, как себе это представлял, но были и какие-то отклонения. Он пробовал ранить себя, из пореза текла кровь как из обычного человека, только она была немного другого оттенка, нежели у людей. Его сердце ровно билось под ребрами, грудная клетка вздымалась и опадала, он дышал. Но он понимал на интуитивном уровне, что он не человек. У него сохранились знания об истории его страны, и он понимал, что никто не должен узнать кто он такой. Если кому-то станет известно, что он андроид, то его непременно сдадут государству и утилизируют.

Он понятия не имел, почему он так схож с человеком, ему нужно было есть обычную человеческую еду, хоть и не так много. Ему нужно было спать, примерно столько же сколько и обычному человеку. Он даже ходил в туалет, как и все! Да в конце концов ему снились сны, как биологическому существу! Даже собакам сняться сны, хоть они и не люди, сновидения – это признак живого существа. Но все-таки, в нем было что-то искусственное, он ощущал свое недоверие и даже некую враждебность к людям, как к живым существам, особенно к тем, которые в его философской системе были мразями, наподобие Слюнтяя.

Он не раз размышлял над своей природой, строил разные теории, вывод был один – он был практически совершенным биороботом, при этом имея человеческое сознание, эмоции и свободу воли. Он понятия не имел ничего о своем происхождении, зачем людям понадобилось создавать такое существо, это же прямая конкуренция их виду? Они никогда бы не наделили андроида, даже такого необычного, свободой воли и самосознанием, какое было у самих создателей.

Еще он много раз думал о своей возможной семье, но он не понимал, неужели у него действительно была дочь? Как это возможно? Ведь размножение – это передача генетической информации, накопленной тысячами лет эволюции, даже если ему встроили функцию занятия сексом, а он знал, что встроили, то он никак не мог воспроизводить себе подобных, это не укладывалось в голове.

Он не раз и не два прокручивал эти мысли, но память, которая бы ему так пригодилась, никак не возвращалась. Видимо биокомпоненты его мозга, или что у него так было вместо него, может процессор, при сотрясении утратили информацию безвозвратно, он не мог управлять своим телом, как это делали обычные андроиды, оно видимо работало автоматически без вмешательства его разума.

Прозвучал сигнал окончания завтрака, не дав ему продолжить ход своих мыслей. Люди поднимались со своих мест, сытно отдуваясь и потирая животы, тихо переговариваясь, пошли к выходу.

Идти было недалеко, они все работали на одном предприятии и в одну смену. Предстояло неплохо поработать, в их цех направили огромный заказ на выплавку металла, именно его цех работал в отрасли черной металлургии. Город специализировался на добыче и переработки железа, он был основан на базе одной богатой шахты, которая уже долгое время не истощалась. В городе исполнялись все связанные с металлом работы, они делали различные трубы, каркасы, швеллера, арматуру и другую не очень сложную продукцию, а также производили прокат металла, выдавали металлические листы – заготовки для других изделий. Прометей был бригадиром в своем коллективе, у него неплохо получалось распределять работу – каждому по способностям, он знал кто на что способен и на кого стоит рассчитывать, а кто может подвести.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.