Анастасия Жукова
Мелочи жизни

«Что я здесь забыл? Что происходит вокруг? Как я до этого докатился?»

Довольно странно задавать себе подобные вопросы, но они словно мантра крутятся в моей голове постоянно. Я пытаюсь найти ответы на них уже больше полугода, но они каждый раз от меня ускользают. И пока я не продвинулся в поисках ответов ни на шаг.

 Уже больше полугода я отошел от дела всей своей жизни. Уже полгода я не предпринимаю никаких серьезных шагов в адрес своей девушки. Уже полгода я стараюсь реже видеться со своими близкими и друзьями. Уже полгода я хожу трижды в неделю к мегакрутому психологу, которого мне посоветовала Мария.

С Марией мы тесно сотрудничаем и дружим уже очень много лет. Именно она заметила, что со мной что-то происходит, хотя тогда я боялся в этом признаться даже самому себе.

 Все произошло, на приеме, посвященному уже и не вспомню чему. Я стоял у огромного окна, и смотрел на улицу. Приближались Новогодние каникулы. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и ему на смену вышел изящный месяц, а ночные огни понемногу начинали подсвечивать город. Вокруг было очень красиво, витрины близлежащих магазинов напоминали сюжеты рождественских историй, фасады домов переливались иллюминацией, народ с раскрасневшимися от мороза щеками сновал в поисках подарков, перемещаясь короткими перебежками между небольшими магазинчиками. В любое другое время эта картина привела бы меня в восторг, но сейчас я не чувствовал ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО.

– Марк, что происходит? – Мария тихо подошла ко мне и встала рядом, будто тоже намереваясь полюбоваться видом.

– А что случилось? По-моему, вечер что надо. – Я повернулся к ней лицом, натянув свою дружелюбную кривоватую ухмылку. – Отличная музыка, чудесные напитки и закуски, элитная и немного избалованная публика…

– Марк, ты прекрасно меня понял, – она заглянула мне в глаза, но потом снова перевела взгляд на окно и отпила небольшой глоток из своего бокала, будто мы болтали о пустяках, чтобы не привлекать к нам внимания, – Я спрашиваю, что происходит с тобой? Только что ты искрометно шутил и сам заразительно хохотал окруженный кучей людей, но не прошло пары минут, и ты здесь, вдалеке ото всех, а в отражении окна я вижу тебя пустым и потерянным.

 Да-а-а, не такого разговора я ожидал, совсем не такого…

Глава 1
Аня

Горячая вода стекает по мне, но дрожь не отпускает, и я никак не могу окончательно согреться. Всю ночь меня мучил странный сон, в котором я бежала по огромному безлюдному зданию, распахивая одну дверь за другой, словно искала кого-то или что-то. И как только за очередной дверью снова оказывалась пустота, я бежала к следующей, но надежда и силы постепенно покидали меня. Ненавижу просыпаться такой раздавленной, особенно по выходным. Чувство нарастающей тревоги никак не хочет меня покидать.

Натянув хлопковые штаны и любимую футболку, я спускаюсь на кухню и первое что делаю – просматриваю список на холодильнике:

закупить продукты,

съездить на лесопилку,

закончить с панелями во второй спальне,

приготовить ужин.

Пожалуй, сначала я загляну выпить кофе в свое любимое местечко, иначе после такой ночи мне просто не осилить этот список.

Быстро надеваю темно-синие джинсы и бежевую мягкую водолазку, собираю еще немного влажные волосы в какое-то подобие пучка, зашнуровываю кроссовки и решаю прогуляться пешком, чтобы унять внутреннее волнение. Пока, иду в свою любимою кофейню немного успокаиваюсь. Солнце уже довольно хорошо греет, и я с удовольствием щурюсь, глядя на небо, но прохладный ветерок напоминает, что все-таки еще май, и было бы нелишним захватить куртку с собой.

Я уже взялась за ручку двери, когда меня окрикнула девушка, сказав, что я что-то обронила. Повернув голову, я вижу, что это маска, которую пыталась запихнуть в задний карман джинсов – «Блеск!» Быстро подняв, я стараюсь одной рукой нацепить ее на себя, а второй резко дергаю ручку.

Все происходит очень быстро, но я четко запоминаю каждую деталь. Потянув дверь на себя, я вдруг замечаю, что в этот момент какой-то молодой человек так же взялся за ручку, с другой стороны, но вот смотрит при этом на кассира, и что-то ему говорит. От неожиданности, что дверь его потянула за собой, он запинается за порог и летит на меня. Парень устоял, но вот стакан с кофе выскользнул у него из руки, и обжигающая жидкость залила мне всю кофту. Я судорожно вздохнула. Кофе неожиданно оказался безумно горячим –  довольно редко кто-то заказывает здесь турецкий кофе, который не разбавляют холодным молоком.

Дикая боль пронзила меня в области живота, я зажмурила глаза, в ушах зазвенело. Почувствовав запах кофе и теплой сдобы, я понимаю, что кто-то меня занес внутрь. Открыв глаза, я вижу, что парень, который меня облил, сидит на корточках передо мной, а знакомый бариста протягивает мне холодное влажное полотенце. Хватаю его и быстро засовываю под водолазку, прижимая к обожженному животу, думая, что все-таки не зря чувствовала тревогу с утра.

Парень все еще держит меня за предплечья, видимо, думая, что я упаду. Хотя лицо и скрывает маска, вижу его напуганные и одновременно прекрасные глаза (Нашла время!), которые смотрят на меня и только потом до меня доходит, что он, что-то у меня тихо, но настойчиво спрашивает.

– Эй, ты меня слышишь? Можешь встать? Где здесь ближайшая больница?

– Притормози, ты выдаешь мне вопросы с той же скоростью, что и вылетаешь из кофейни! Отвечаю по порядку: Я тебя слышу, я отлично могу стоять, сидеть и даже ходить, и я не поеду ни в какую больницу!»

– Прости меня, пожалуйста, я полный идиот и мне ужасно стыдно. – Он оторвал от меня руки и закрыл свое лицо. Движение получилось, какое-то порывистое и растерянное, что мне даже стало его жаль.  Но уже через секунду он убрал руки и снова внимательно смотрел на меня, словно ожидал моей реакции на все происходящее.

– Ждешь аплодисментов от меня? – Его глаза стали напуганными, но я продолжила, – Если серьезно, то я сама отчасти виновата – вечно спешу. А еще я терпеть не могу внимания толпы, поэтому дико извиняюсь, но я линяю отсюда.

И я протянула полотенце кассиру, стоящему за прилавком, встала, опустив глаза в пол (как же я ненавижу, когда на меня кто-то пялится), и быстрым шагом направилась к двери.  Уже выйдя на улицу, я сообразила, что тот парень не отстает от меня ни на шаг.

– Послушай, я, правда, в норме, – тихо сказала я и слегка поежилась, так как подул ветер, а кофта была сырая и холодная.

– Далеко живешь? – Он снял с себя куртку, ловко накинул мне ее на плечи, и остался в одной черной футболке.

– Спасибо. –  Я запахнула ее на груди, чтобы мою кофту не было видно прохожим. – Я Аня.

– Марк. Ну, так что, покажешь дорогу до твоего дома? – спросил он, взяв меня за плечи и подталкивая в сторону парковки, – Я просто не местный и совершенно незнаком с городом.

Мы подошли к черной Audi (дорого и с отменным вкусом). Марк распахнул дверцу и пригласил меня сесть на пассажирское сидение рядом с ним, чтобы я показала дорогу. Если честно, то я вообще редко с кем езжу на машине, так как у многих очень резкая для меня манера вождения. Но то ли он относится к категории «спокойных» водителей, то ли все дело в незнании местности, но ехали мы очень аккуратно и уже через четверть часа были около моего дома.

– Доставлена в целости и сохранности! – Я взглянула на него. – Зайдешь? Мне надо вернуть тебе куртку.

Марк потянулся к ручке, затем на секунду замешкался, будто сомневался, но потом все же толкнул дверцу. Пока он обходил авто, я быстро выскочила из салона, терпеть не могу церемоний «распахивания дверцы перед дамой». И мы зашагали по дорожке из мелкого гравия к дому.

Дом… Я влюбилась в него с первого взгляда. Он находился немного в стороне от основной массы застройки, как бы особняком, и с заднего двора открывался потрясающий вид на лес. Мне здесь нравилось…  Сама атмосфера наполняла меня особенным чувством умиротворения в нашем веке невероятных скоростей. Хотя сам дом, на момент покупки был не в очень хорошем состоянии, но он был фактурным, с какой-то историей и характером, сейчас уже редко встретишь такие. Поэтому риелтор, прекрасно понимая, что я, скорее всего, откажусь от этого варианта, так как дом требовал больших вложений как материальных, так и физических, предложил цену, которая меня более чем устроила, и мы ударили по рукам.

Спереди дома располагалась огромная терраса, на которой я уже разместила летние плетеные кресла и небольшой диванчик, деревянный стол и повесила гамак. А легкие белые шторы с темно-синими подвязками вокруг балок, играли на ветру.

– Проходи на кухню, маску дома можешь снять. – Сама же я быстро начала подниматься по лестнице в спальню. Марк нерешительно стянул маску и медленно зашагал в направлении кухни.

Я сняла куртку, подошла к зеркалу и аккуратно стянула водолазку, стараясь как можно реже касаться обожженной кожи. Мало того, что на животе было красное пятно от ожога, так еще и местами появились волдыри (Так, где-то в холодильнике у меня была мазь от ожогов). Быстро сменив свою одежду на домашние хлопковые штаны и широкую футболку, я сбегаю вниз.

Марк стоял, прислонившись плечом к стене, и смотрел в окно, которое выходит на террасу.  Услышав мои шаги, он повернулся ко мне и внимательно посмотрел безумно печальными глазами.

– Кофе? – Я улыбнулась.

Его губы тоже наконец-то тронула улыбка и мне кажется, что я вижу, как напряжение покидает его.

–Да, пожалуй, мне так и не удалось его сегодня выпить!

– Мне тоже. Черный?

–Да. Откуда ты знаешь? – Между бровей залегла морщинка.

– Моя водолазка поведала мне твою тайну.

Я уже приготовила все необходимое и начала молоть зерна – не самое мое любимое занятие. Кофемолка у меня была старинная, так как пользоваться современной и электрической я так и не научилась, всегда измельчая в ней зерна в пыль. Посмотрев на мои мучения, Марк забрал ее у меня.  Он был довольно высокий для меня, атлетичного телосложения. По нему было видно, что он не фанат спортивного зала, как это сейчас принято, но у него были широкие плечи и сильные красивые руки.

Совсем немного времени, и мы уже сидим за столом лицом к лицу.

– У тебя очень красивый и уютный дом, а еще прекрасный кофе. – Наконец-то Марк улыбнулся не просто губами, но и глазами.

– За дом спасибо, мне он тоже очень нравится. Я купила его два года назад и трудилась буквально днями и ночами над его восстановлением. А вот кофе у меня не такой вкусный, поэтому я частенько хожу его пить в ту кофейню. Если тебе повезет, и сам владелец решит тебе его приготовить, то ты попробуешь что-то невероятное. Он смотрит на гостя, не задавая вопросов о его предпочтениях, отворачивается и начинает готовить. И каждый раз это особенный кофе, который отражает твое внутреннее состояние.

– Что ты имеешь в виду говоря, «трудилась днями и ночами»? Ты что делала здесь все сама?

Марк оперся подбородком на кулак и смотрел на меня с каким-то изумлением.

– В точку! Я архитектор, который безумно влюблен в дизайн интерьеров, поэтому все в этом доме я делала своими руками. Я знаю здесь каждую шероховатость, каждую трещинку… Увидев объявление о продаже этого дома на сайте, я продала все и переехала сюда. А что тебя привело в нашу не сказать, что «глубинку», но все же?

– Поломка, – сразу же выпалил он, но увидев мой немой вопрос на лице, тут же добавил, – Я ехал, просто ехал, сам не зная куда… Проколол на трассе колесо, а запаски не было. Ваш город оказался ближайшим населенным пунктом, и я свернул сюда. После того как колесо залатали, я решил заправиться изрядной дозой кофеина, а остальное тебе известно…

Я засмотрелась на него, он был очень интересным молодым мужчиной. Я бы дала ему слегка за 30, возможно, мой ровесник. У него был правильный овал лица, темные волосы, немного спутанные ветром, карие глаза и длинные черные ресницы, нос был немного широковат, и еще в машине я заметила, что он слегка курносый, но это совершенно не портило его. Губы тоже были не эталонные – тонкие, но уголки были четко очерчены.  На щеках и подбородке была щетина, из-за чего лицо казалось более выразительным и мужественным.  И будто знакомым.

– И отчего же ты так бежал? – Я уже потом сообразила, что задала вопрос вслух, он буквально сорвался с языка.

Марк вздохнул, и начал вертеть чашку в руках. Было видно, что он глубоко задумался, взгляд блуждал по моей кухне, и я уже решила, что Марк не захотел отвечать и просто молчит. Но вдруг наши взгляды пересеклись, и он начал говорить тихо, будто сам боялся того, что произносит:

– От своей жизни… От всего, что меня окружало… Я всегда был очень общительным, веселым, энергия просто била ключом, но однажды, будто что-то сломалось внутри. Все вокруг стало каким-то другим. Раньше, когда ты был на вечеринке, то все дружно напивались, смеялись над выходками друг друга. Каждая из них проходила так, что вы с друзьями вспоминаете их до сих пор. Сейчас же мужчины в хороших костюмах, женщины в роскошных нарядах, пьют дорогие напитки, рассуждают о вещах, о которых, как правило, не имеют понятия. Раньше если ты жил с девушкой, то вас непременно что-то связывало, и неважно, что квартирка совсем небольшая, ремонт так себе, но туда хотелось возвращаться. Сейчас у меня огромная квартира в центре, с дорогим ремонтом и красивая девушка. И все вроде бы отлично, но почему-то ты ищешь какой-то повод, чтобы не находиться там подолгу. Раньше и работа шла как-то в удовольствие, а сейчас… Сам не знаю, что сейчас…

– Ну, по-моему, все очевидно, у тебя выгорание. Смени обстановку. Навести родных и друзей. Сделай то, что ХОЧЕШЬ ты, а не то, что от тебя ЖДУТ окружающие. Продай к чертовой матери эту роскошную квартиру, ну или оставь в виде финансового обеспечения старости. Ах да, еще расстанься со своей невероятно красивой «Снежной Королевой» и купи щенка!

Марк взглянул на меня так, как будто только что впервые увидел и расхохотался. Его смех был таким легким и мелодичным.

– Слушай, ты так лихо справилась с моим депрессивным состоянием, а я, между прочим, ходил со всем этим больше полугода к лучшему психологу и без толку!

– Это потому что я не оказываю платных консультаций и совершенно не заинтересована в том, чтобы ты ходил ко мне со своей проблемой долго, поэтому говорю сразу четко и по делу. Есть хочешь?

– Да.

Он склонил голову набок и все еще задумчиво смотрел на меня.

– Сегодня у меня был большой список дел. – Я указала на листок бумаги на холодильнике. – Но знакомство с тобой, нарушило все мои планы. Так что извини, обойдемся без кулинарных изысков.

Я достала сковородку, нехитрый набор продуктов, и погрузилась на некоторое время в процесс приготовления. Мы быстро накрыли на стол и принялись за еду.

– Ты, случайно, не сдаешь часть дома или комнату в аренду?

– Прости что? – Я так погрузилась в свои мысли, что не совсем поняла вопроса.

– Я спросил, не сдаешь ли ты малознакомым мужчинам, покушающимся на твою жизнь и здоровье жилье в аренду? – Марк ждал ответа.

– Если честно, то я даже не думала об этом, – пробормотала я, глядя на него, – Вообще я крайне плохо схожусь с людьми, так как обладаю скверным характером. – Я продолжила жевать кусок Шарлотки, которую приготовила вчера.

– Сколько комнат у тебя?

– Доедай и я могу показать тебе дом, учти, что на всякий случай я запомнила твой номер машины.

Мы переглянулись и рассмеялись. Решив, что пора заканчивать с едой, мы выдвинулись из кухни.

Она располагалась по левую сторону от входной двери, а по правую была гостиная. По центру была деревянная лестница на второй этаж, за которой находилась прачечная и туалет. Поднявшись наверх, мы оказались в небольшом коридоре, по одну сторону была дверь в мою спальню, а по другую – в комнату, где я сейчас доделывала ремонт. Я распахнула дверь, приглашая войти в нее. Комната была светлая, простая и лаконичная. Здесь преобладало дерево, которое я либо покрыла темным маслом, либо покрасила в белый цвет. Небольшой платяной шкаф, высокий комод, и широкая двуспальная кровать пока были здесь единственной мебелью. Окно было огромное – я продлила подоконник и сделала что-то вроде стола, рядом с которым стояло мягкое кресло.

– Комната просто невероятная. Так много света и воздуха. Наверняка здесь отлично и работать, и отдыхать?

– Не знаю, моя спальня по другую сторону лестницы, а эту я сделала для гостей. Здесь еще не совсем готова ванная комната и вот эта стена. – Я махнула рукой в сторону стены, рядом с которой стоял ящик с инструментами и несколько банок с краской. – Остались последние штрихи.

– У тебя действительно талант, никогда бы не подумал, что такая хрупкая девушка может в одиночку восстановить дом. Ты живешь здесь одна? – спросил Марк.

– Да.

– Почему? В смысле, а где же твой муж? Я заметил, что ты носишь кольцо на безымянном пальце. – Он с интересом взглянул на меня слегка прищуренными от яркого солнца глазами.

– Я уже не замужем, а кольцо ношу просто, чтобы мне задавали меньше вопросов, – увидев замешательство на его лице, я продолжила, –  Я же архитектор и большую часть времени провожу на объектах в компании строителей. Раз уж мы так быстро перешли на личное, то почему сам без кольца? Неужели запросы твоей «Королевы» так высоки?

– Не знаю… – задумчиво протянул он, –  Я только сейчас понял, что я никогда не задумывался об этом. Да что там, я ее даже с родителями не познакомил.

– И долго вы вместе?

– Пожалуй «вместе» это слишком громкое слово. Мы живем отдельно и просто встречаемся время от времени.

Я и Марк спустились по лестнице и вышли на террасу.

– Наверно здесь невероятно красиво вечерами?

– Да, закаты просто волшебные, а с заднего двора открывается потрясающий вид на лес, а запах после дождя просто не передать. – Я даже зажмурилась от удовольствия. – Правда, когда природа бушует, то здесь довольно жутко.

– Что ж, спасибо за очень радушный прием, что совсем неожиданно при сложившихся обстоятельствах, – он ухмыльнулся, и улыбка приподняла лишь один уголок рта, отчего она получилась кривоватой, но невероятно теплой, – Знаешь, Аня, у тебя здесь так тихо, уютно и тепло, что просто не хочется уходить. Пожалуй, я наберусь наглости и попрошу тебя подумать над предложением сдачи комнаты. У меня назревает крупный проект и на его реализацию нужно очень много сил и энергии. А я просто на ноле.

Я наблюдала за ним, когда мы смотрели дом. Он был очень живым, любопытным, часто улыбался и шутил. Но стоило мне закрыть входную дверь, и словно кто-то переключил рубильник – те же печальные и пустые глаза смотрят на меня.

– Хорошо, я подумаю.

Хотя я и понимала, что это полное безумие, и что нельзя пускать к себе в дом незнакомого мужчину. Рой вопросов жужжал у меня в голове: «Что, если он псих или маньяк, ведь ими всегда оказываются люди, на которых меньше всего подумаешь? Или что, если он черный риелтор? Закапает меня на заднем дворе и мою пропажу нескоро обнаружат».  Но я смотрела, как он медленно шагает к кованым воротам, и думала только одно: «Нет, ты знаешь, что с ним, ведь и с тобой такое было. А еще ты знаешь, что ему надо помочь, как когда-то помогли тебе, иначе может случиться беда».

Марк подошел к двери машины, поднял на меня глаза и крикнул:

– Я заеду завтра в 14.00. Я торчу тебе водолазку.

И он быстро запрыгнул в салон автомобиля, будто боялся, что я пошлю его ко всем чертям (а именно это я и хотела сделать) и поехал прочь.

Я улыбнулась и зашла в дом. Кожа на животе дико болела, и все, чего мне хотелось это большую таблетку обезболивающего.

Глава 2
Аня

На следующее утро я проснулась очень рано – нужно было наверстать то, что я не сделала вчера. Сам подъем дался безумно трудно, место ожога сильно болело. Хорошо осмотрев себя в зеркале, я решила сделать повязку, так как даже прикосновение легкой ткани пижамы доставляло невыносимую боль.

После я села за стол на кухне с большой кружкой какао и положила перед собой чистый лист бумаги. У тридцатилетия есть свои минусы – ты ко всему подходишь с умом (ну или, по крайней мере, считаешь, что поступаешь именно так).

Итак, мы имеем комнату, приятного мужчину, который хочет ее арендовать и меня – хозяйку в сомнениях. Надо бы как-то решить данное уравнение до 14.00… В конце концов, что я теряю, ведь я же могу абсолютно все пункты прописать в договоре аренды, который мы заключим, включая то, что «Договор может быть досрочно расторгнут по решению одной стороны» на случай, если он окажется неприятным соседом.

После я отправилась на лесопилку чтобы посмотреть, был ли привоз свежей древесины. Выбрав все, что мне понравилось, я отправилась в строительный магазин и долго не могла остановиться на одном из двух очень похожих оттенков бирюзового, с помощью которого я намеревалась сделать яркие акценты на стене гостевой комнаты.  Наконец-то определившись с цветом, я выдвинулась в сторону дома.

Уже подъезжая, я замечаю черный автомобиль, припаркованный поблизости. Смотрю на часы 13:50 – вот это пунктуальность, что ж добавлю ему еще одно качество, в список понравившихся.

Марк присел на капот, руки были в карманах куртки, он был в очках и маске. Невероятная ответственность, сама я надевала ее, лишь оказавшись в местах скопления людей.

– А я уже думал, что ты съехала отсюда, – сказал он, идя мне навстречу, и мне показалось, что я услышала в голосе нотки облегчения. – Ну что, ты готова пройтись?

Я начала выгружать покупки и поморщилась от одной мысли о магазинах. Марк тут же забрал пакеты у меня, видимо, решив, что я морщусь от боли, и мы зашагали к дому. Мне пришла в голову идея:

– Я знаю отличное местечко, предлагаю поехать на моей машине, если, конечно, у тебя нет предвзятого отношения к женщинам-водителям.

Марк прищурил глаза, посмотрел на меня оценивающе, и утвердительно кивнул. Мы сели в кроссовер и поехали в еще одно мое любимое место – тихое и немноголюдное кафе на берегу реки. Зимой, либо в плохую погоду, можно было перекусить в просторных залах, а вот поздней весной, летом и ранней осенью большинство посетителей занимали столики прямо на берегу. Пока мы ехали, в машине повисла тишина, но она не была какой-то гнетущей, нам было вполне комфортно. Изредка Марк спрашивал, что-то о местах, которые мы проезжали, но большую часть пути каждый спокойно размышлял о своем.

Когда мы вошли в зал, нас сразу окутали ароматы только что испеченного хлеба, жареного мяса и специй, и у меня предательски заурчало в животе.

– Здесь лучшие бургеры в городе! – протянула я при виде настороженного взгляда Марка.

Мы быстро определились с заказом, и я направилась к своему любимому столику, практически у самой кромки воды. Если сесть спиной к кафе и всем остальным столам, то перед взором простиралась спокойная река, за которой был виден обрывистый берег, а на нем одинокий маленький домик.

– Должен признать, что вид просто шикарный, – сказал Марк, с удовольствием смотря на этот умиротворяющий пейзаж.

–Точно, и за совершенно скромную плату. Здесь особенная атмосфера, а еда просто пальчики оближешь…

Вскоре нам подали тарелки, и мы принялись с аппетитом обедать. Пару раз мы пересекались взглядами, но еда была такой невероятно вкусной, что было бы просто преступлением начать говорить. Когда на смену пустым тарелкам принесли горячий чай с пирожными, Марк откинулся на спинку стула, сцепил руки за головой, закрыл глаза и спросил:

– Ты серьезно можешь еще что-то съесть?

– Пожалуй, не прямо сейчас, но вот минут через двадцать – легко. Как раз хватит время, чтобы обсудить тему аренды. Сначала я хочу задать тебе несколько вопросов, если ты не против, конечно?

Марк уже выпрямился и внимательно смотрел на меня.

– ОК, задавай.

Я решила начать с самого безобидного:

– Сколько тебе лет?

– В июле исполнится 33.

– Ты куришь? – Я смотрела на воду, полностью сконцентрировавшись на звуках его голоса.

– Нет, – сразу же выпалил он.

– Употребляешь ли ты что-то? – Я все так же смотрела вдаль.

– Нет.

– И даже препараты, назначенные врачом?  – теперь я взглянула на него.

Он медлил с ответом и смотрел прямо мне в глаза, будто хотел понять, можно ли мне доверять, а потом медленно покачал головой:

– Нет… уже нет.

– Твое, так скажем, депрессивное состояние проявлялось в чем-то еще?

– Да, меня преследовали панические атаки.  – Он начал нервно тереть обеими руками щеки, – Но сейчас уже больше 2-х месяцев их не было.

– Готов ли ты подписать договор и представить некоторые медицинские справки? – Я достала из сумки свернутые листы бумаги и протянула ему.

– Да, без проблем, – уверенно сказал он и быстро пробежался взглядом по бумагам.

– Хорошо, тогда, пожалуй, я согласна, – подвела итог я и налила себе чашку чая.

– Можно мне тоже задать вопрос? – спросил он, подставляя свою.

–Валяй.

– Почему согласилась?

Марк смотрел с большим интересом, и один уголок губ приподнялся в полуулыбке. Я не сдержалась и засмеялась:

– Все же очевидно, чтобы ты мне почаще вот так улыбался.

Вдруг серьезность, словно тень, набежала на его лицо: черты стали резче, брови сошлись на переносице, а глаза, словно рентген, всматривались, будто хотели разглядеть, что же творилось у меня в голове и сердце. И Марк очень тихо спросил снова:

– А если серьезно? Почему?

Я отвернулась к реке, с трудом оторвав взгляд от его лица, пытаясь как-то собрать все мысли и чувства по этому поводу. Мне хотелось не только как-то объяснить это ему, но и найти ответ для самой себя.

«Почему же?»

– Я знаю, какого это…  – тихо начала я, – Когда ты испытываешь злость, бессилие и растерянность. А потом тебя накрывает волной подавленности. И ты вроде живешь, но как-то вхолостую: встаешь по утрам, завтракаешь, идешь на работу, прибираешь дом, заправляешь машину, но все это на автомате. Будто от тебя осталась одна оболочка, у которой очень сильная мышечная память, – я перевела взгляд на него и продолжила, – И так как все мы разные люди, то вытащить из этого дерьма нас можно совершенно по-разному. Кого-то достаточно обнять и пожалеть, и он шаг за шагом начнет восстанавливаться. Кого-то же нужно взять за шкирку и хорошенько встряхнуть. А кого-то оставить побыть в тишине, наедине со своими мыслями. Но одно я знаю точно – никогда нельзя отворачиваться от таких людей…

– Говоришь так, будто тебе знакомо? – Марк почти перешел на шепот.

– Именно! Мы старые приятельницы с ее величеством депрессией, – я поспешила сменить тему, – Когда планируешь заезжать? Хочу закончить ремонт.

– Можно через неделю? – тут же выпалил он.

Я улыбнулась, и Марк тоже мне застенчиво улыбнулся, не желая показаться слишком взволнованным.

– Да, я думаю, что успею.

Еще немного поболтав о разных мелочах, мы поехали к моему дому, где обменялись номерами и почтами, и договорились, что как все будет готово – я напишу. После Марк сел в машину, помахал мне на прощание и отправился к себе домой.

Неделя…

Всего 7 дней…

Глава 3
Марк

Всю дорогу я думал о том, какие сюрпризы нам порой преподносит жизнь. Еще два дня назад, я гнал в никуда, из ниоткуда…  Сейчас же словно туман рассеялся в голове, и я четко знаю, чего я хочу. Хочу обратно в этот небольшой город с его уютными улочками, хочу в тот теплый и приветливый дом, где пахнет деревом и только что сваренным кофе, хочу жить…

Внезапно из этих размышлений меня выдергивает звонок мобильного. Звонила Мария:

– Привет, Марк. У меня для тебя есть новости, мы можем встретиться?

– Да, конечно, может, на нашем месте минут через тридцать?

– Жду.

Через тридцать минут я уже сидел на лавочке в парке и наблюдал за проходившими мимо людьми. Еще издалека я заметил Марию, она, как всегда, шагала очень бодрой походкой и улыбалась мне. В этом году ей исполнилось сорок пять, но выглядела она намного моложе, за что всегда хвалила своего косметолога. За все годы нашего сотрудничества она ни разу не изменила: брючному костюму, невероятно короткой стрижке и красной помаде.

– Ну, здравствуй, неуловимый! – она плюхнулась на скамейку и протянула мне большой стакан кофе. – Куда пропал?

– Да, в общем, никуда, просто захотел немного развеяться. – Я с удовольствием отхлебнул латте (Мария всегда покупала именно его), вспомнил о своем пролитом кофе, знакомстве с Аней, предстоящем переезде и улыбнулся.

– Та-а-а-ак, – протянула Мария. – Я знаю эту мечтательную улыбку, ты что влюбился?

Не ожидая такого вопроса, я поперхнулся и закашлялся.

– С чего ты взяла?

– Потому что я знаю тебя слишком давно. А ну, выкладывай как есть!

Мария внимательно заглядывала мне в лицо, но при этом очень тепло улыбалась. Я же молчал. Да и что я мог ей сказать? Мне даже в голову не пришло взглянуть на все происходящее с этого ракурса. Ведь я думал, что судьба занесла меня туда для того, чтобы я увидел какие там красивые, тихие и лишенные суеты места. Чтобы я там наконец нашел, точку опоры и начал двигаться снова вперед. Но я даже не взял в расчет тот факт, что все это я заметил только благодаря встрече с Аней. Допустим, что мы бы не столкнулись с ней. Готов спорить на что угодно, я бы сел в машину, вернулся снова сюда и продолжил бы «догорать».

– Вижу, что ты пока и сам не разобрался. – Она отрицательно покачала головой, задумчиво глядя на меня. – Скажу лишь одно, я рада, что темнота, которая тебя затягивала, потихоньку начала отступать, нам всем не хватало твоей улыбки. Итак, давай перейдем сразу к делу. Они хотят видеть только тебя, других кандидатур просто не рассматривают. НО!  – Она подняла указательный палец вверх, – Они сказали, что им нужно нечто большее, чем ты выдавал в предыдущих работах. Сам как думаешь, ты готов? Это твой счастливый билет, и ты просто не можешь сейчас «налажать». Мы оба пахали как проклятые!

– Когда старт? – во мне боролись довольно противоречивые чувства: возбуждение и страх.

– Примерно через два, может быть три месяца. Сначала, как всегда, длительная подготовка. График будут строить по мере продвижения. – Она рассеянно снова отхлебнула кофе. – В наше время, с этим проклятым вирусом все боятся что-то загадывать наперед.

– Думаю, что через пару месяцев я точно буду готов. Я решил переехать на некоторое время, хочу пожить в тишине, собраться с мыслями, поправиться физически и морально.

– Хорошо, тогда просто будь на связи, – Она мельком взглянула на меня, и я увидел, как уголки ее накрашенных губ едва заметно приподнялись, будто она сдерживала улыбку.

– Договорились, поеду домой. – Мы обнялись с Марией и разошлись в противоположные стороны, спеша каждый по своим делам.

Как только я зашел в квартиру, последние искорки тепла покинули меня, тишина и пустота сразу же начала давить. Я быстро собрал все необходимые вещи в сумки и решил навестить родителей.  Вот где мне точно не дадут хандрить.

Когда я подъехал к дому, то сразу заметил маму, она высаживала цветы на большую клумбу во дворе. Увидев меня, она зашагала навстречу, широко улыбаясь и раскрывая объятия. Несмотря на свой возраст и рост, я все равно до сих пор ощущал себя маленьким в ее объятиях, и это было безумно приятно. Все заботы и тревоги сразу же куда-то улетучивались.

– Марк, почему не сказал, что приедешь? – спросила она на ходу.

–Хотел сделать тебе приятное! Привет, мам! – я обнял ее за плечо одной рукой, и мы пошли в дом.

В родительском доме была просторная кухня с большим деревянным столом. Я помню, как иногда притаскивал учебники сюда и садился за уроки, в то время, когда мама готовила ужин. И пока она что-то нарезала, варила, тушила, я развлекал ее болтовней. Вот и сейчас, зайдя в дом, я тут же сел на стул, который по умолчанию считался моим, и стал наблюдать, как мама заваривает чай. Через несколько минут передо мной уже стояла чашка горячего чая, бутерброды и ягодный пирог. Мама устроилась напротив меня и наблюдала, как я с аппетитом принялся за бутерброды.

– Ну как ты, малыш (так она меня звала, когда мы были наедине)? – Между бровей залегла морщинка, а глаза с тревогой смотрели на меня из-за очков. Внешне я был очень похож на маму: у нас обоих темные волосы, карие глаза и курносые носы.

– Неплохо, да, точно, неплохо. – И в подкрепление своих слов я утвердительно кивнул.

– Должна признать, что выглядишь ты куда лучше, чем в прошлый визит.

Я мечтательно улыбнулся ей:

–Я и чувствую себя по-другому, решил переехать на время и отдохнуть. Буду целыми днями валяться, есть и читать книги…

– Куда? – удивленно спросила она, подняв одну бровь.

Я достал телефон и показал ей несколько фото: вид на реку из того кафе, пару снимков улиц, и фото дома Ани, которое я успел сделать, пока ждал ее.

– Уютно…

– Это точно, и очень спокойно… – тихо добавил я.

– Папа обещал сегодня не опаздывать к ужину, я надеюсь, что ты дождешься его? – Мама взяла опустевшие тарелки и направилась к раковине.

–Вообще-то, я планировал остаться на несколько дней, можно? – я сказал это будничным тоном, как бы, между прочим.

– Ты серьезно? Побудешь несколько дней? – радостно закричала она. Казалось, что еще немного и мамина улыбка просто не поместится на ее лице – Да это самые лучшие новости! – И она бросилась меня целовать.

 Мама позвонила моей сестре, и она тоже решила приехать к ним в гости. Так мой приезд снова собрал нас всех под крышей дома, который мы так любили. Днем я и мама выбирались куда-нибудь или я помогал ей в саду, а еще мы вместе готовили: точнее, готовила она, а я лишь не давал ей заскучать. А вечером, когда папа и сестра возвращались с работы, мы ужинали, болтали и смеялись, смотрели старые фото и даже нашли наши настольные игры. Через пять дней вечером мне пришло сообщение, что комната готова, и я могу приезжать. Первая мысль – запрыгнуть в машину и гнать что есть сил, ведь меня непреодолимо тянуло туда, но здравый смысл все-таки взял верх, иначе поступи я так, я бы заявился туда глубокой ночью. Вечером мы засиделись допоздна, но утром я проснулся очень рано, и мама, накормив завтраком, проводила нас всех.

Я ехал быстро, погода была чудесной: тепло и солнечно. Всю дорогу я размышлял, как себя сейчас вести, что сказать при встрече, но совершенно ничего ни шло на ум. Подъехав к дому, я заметил, что Аня стоит перед террасой и внимательно ее разглядывает. На ней были бежевые льняные брюки, свободная белая рубашка с закатанными рукавами и босоножки. Она оглянулась, очевидно, услышав шум мотора, и помахала мне. Достав сумки, я направился нетвердой походкой к дому, меня всего трясло от волнения, но поравнявшись с ней, я тут же расслабился. Она повернулась ко мне с теплой улыбкой и спросила:

– Стеклить или не стеклить? Я никак не могу определиться с этим уже целых два года. С одной стороны, мне нравится здесь бывать, когда тепло – на улице печет солнце, а ты сидишь под крышей в тени, и тебя обвевает ветерок. Но, с другой стороны, в дождь сюда уже не выйдешь, да и зимой тоже. А здесь можно было бы отлично устроиться на Новый год, хотя я давно его не праздновала…

Она посмотрела на меня, и я понял, что тону в этих тёмно-карих глазах. Кажется, Мария была права. Не место меня тянуло сюда, а эта девушка.

Глава 4
Аня

Отправив вчера вечером сообщение, я даже не предполагала, что Марк приедет уже на следующий день. Но вот он здесь, и привез с собой какое-то чувство безмятежности и безопасности. Я выросла в очень дружной семье, и помимо любящего папы у меня еще есть младший брат, да и замужем я была почти 10 лет, поэтому жить без мужчины для меня оказалось очень непривычно.

Мужчина, для меня это какой-то особенный оплот спокойствия и поддержки.

– Почему ты давно не праздновала Новый год?  – вдруг спросил Марк.

– О, это слишком длинная и грустная история, которую без пары бутылок вина мне просто не осилить. – Я попыталась улыбнуться, но усмешка получилась наверняка горькой. – Идем, я тебе все покажу и расскажу, где, и что лежит. Предлагаю начать с твоей комнаты, а потом уже пробежимся по всем остальным.

Я распахнула перед ним входную дверь, и войдя с сумками в прихожую, он глубоко вдохнул и улыбнулся. Улыбка получилась такая искренняя и теплая, что не хотелось даже отводить глаза. Мы быстро поднялись по лестнице, и я снова толкнула дверь, пропуская его внутрь. В комнате я закончила работы в ванной, заправила постель и повесила тюль и плотные шторы, благодаря чему она сразу преобразилась и стала очень уютной. Дверь в ванную, как и всю стену, я зашила паркетной доской «елочкой», часть покрыла маслом, а часть покрасила белой и бирюзовой краской. Получилось так, как я, и хотела – дверь стала совершенно не заметной.

– Здесь ванная комната. – Я потянула за ручку и пригласила его войти внутрь. – Она небольшая, но в принципе все уместилось. Под раковиной есть шкаф, я сложила сюда запас чистых полотенец. – Я коснулась дверцы этого шкафа и оглянулась на Марка, – Как поступим, ты сначала распакуешься, а потом уже я покажу все остальное или наоборот?

– Дай мне несколько минут – хочу переодеться.

– Хорошо, тогда буду ждать тебя на кухне. – Я спустилась, села за обеденный стол с компьютером и начала просматривать варианты остекления, чтобы не тратить время впустую.

Еще не успев просмотреть одну страницу до конца, я заметила Марка, который уже стоял передо мной в черных шортах, и белой футболке. Я сразу показала ему, где на кухне посуда, приборы, кружки и бокалы. Рассказала, где и как храню продукты – наверняка у каждой хозяйки своя система. Потом мы прошли в гостиную, куда в прошлый раз не заходили. Здесь у меня огромный стеллаж во всю стену с книгами, перед ним низкий журнальный столик, и высокое мягкое кресло, рядом с которым я поставила плетеную круглую корзину с пледами. Я провожу здесь очень много времени, так как очень люблю читать. Мама привила нам эту привычку еще с детства. Она всегда говорила и говорит по сей день: «Нет людей, которые не любят читать, есть люди, которые просто не нашли «СВОЮ» книгу!»  Еще мне здесь очень нравится цветовая гамма: темное дерево, огромный диван цвета «пыльная роза», изумрудное кресло и такого же оттенка портьеры. На полу лежит мягкий ковер, который мне на заказ соткал знакомый мастер уже после того, как я купила мебель. Он ловко переплел все эти оттенки в замысловатый узор. А еще у меня был здесь проектор, а на стене под деревянную полку я замаскировала выдвижной экран – небольшой персональный кинотеатр, на котором я крутила свои любимые фильмы. Телевизора в моем доме не было, я просто никогда его не смотрела, поэтому решила, что лишний пылесборник мне ни к чему.

Затем я показала ему прачечную. На все средства для стирки я наклеила стикеры, на которых подписала, сколько его добавлять и какое белье им стирать. Так же я выписала, как включать стиральную машинку и сушилку, и закрепила листок с инструкцией на стене.

– Смотри, я сделала подсказки на случай, если вдруг ты решишь устроить большую стирку, когда меня не будет дома. – Марк посмотрел на меня с огромной благодарностью. – Обычно это все вгоняет в полный ступор мужчин! Но если у тебя что-то не получится, или ты будешь сомневаться – всегда спрашивай, я не кусаюсь.

Мы вернулись на кухню.

– Еще я могу готовить завтрак и ужин на двоих, в обед я редко бываю дома. Но мне нужно знать, есть ли у тебя аллергия, или что-то, что ты не ешь никогда? – заметя его замешательство на лице, я сразу решила пояснить, – Мне кажется, что просто нереально жить вместе, но питаться порознь. У меня самой тогда появится ощущение, будто я не дома.

– О, с этим вообще никаких проблем – я ем абсолютно все, – ответил Марк, и улыбка снова озарила его лицо. –  После того как я съехал от родителей, я питался в основном фастфудом. Но по твоему совету, я отправился к ним в гости, и несколько дней мама меня усиленно откармливала, приговаривая, что мне срочно нужно жениться.

– Да-а-а-а-а… Мамы они такие… – задумчиво протянула я.

– Ты сегодня работаешь? – Марк смотрел на меня с надеждой.

– Нет. Есть предложения?

– Да, предлагаю приготовить ужин и познакомиться друг с другом поближе. Как тебе моя идея? – он наблюдал за мной, склонив голову набок.

– Должна признать идея сама по себе не плохая, но сначала нам придется сходить в магазин, чтобы заполнить холодильник продуктами. Обычно я закупаюсь на выходных, а в течение недели подкупаю только самое необходимое.

– Я уже готов. Заодно покажешь, где магазин, а то у меня в последнее время проснулся аппетит к еде, и вообще к жизни.

– Это значит, что ты пошел на поправку. – Я улыбнулась и подловила себя на том, что, находясь в его обществе, постоянно улыбаюсь. Меня почему-то преследовало ощущение, что я его встречала до этого. Жесты, улыбка, порой торопливая манера речи казались такими знакомыми.

Мы вышли из дома, Марк сразу же надел бейсболку и маску.

– Ты даже на улице ходишь постоянно в маске?

– Да, я очень боюсь заболеть и умереть в расцвете лет, не попробовав так много! – в голосе явно слышалась усмешка.

Мы довольно долго выбирали продукты, планируя, что и когда будем готовить. Как-то странно ходить и обсуждать подобное с человеком, которого практически не знаешь, но мне это нравилось.

Мы медленно прошлись по бакалее, мясному, рыбному и овощному отделу и, остановившись перед полками с алкоголем, переглянулись. Судя по лучикам возле глаз, Марк улыбался, так же, как и я. Он указал на полки, как бы спрашивая: «Не против вина?» Я утвердительно кивнула, и начала просто бесцельно ходить мимо стеллажей – в вине я не понимала ничего, и если мне хотелось побаловать себя бокалом, то я обычно шла в специализированный винный магазин и просила мне помочь. Марк снимал бутылку за бутылкой с полки, долго читал что-то на этикетках и возвращал их на место. Наконец-то его внимание привлекла одна бутылка и он, встретившись глазами со мной, подозвал меня рукой:

– Послушай, я совсем забыл спросить, какое вино ты предпочитаешь?

Я задумалась и поняла, что у меня нет особых предпочтений. Порой люди пьют только сухое вино, либо только красное. У меня же не было такого, поэтому я уверенно ответила:

– Вкусное!

Марк снова улыбнулся:

– Ну, спасибо, ты мне очень помогла. Давай попробуем это?

Я лишь пожала плечами и протянула руку за бутылкой, чтобы поставить ее в тележку. Наши ладони соприкоснулись на мгновенье, и я резко отдернула свою, будто обожглась. Ощущение было такое, словно по мне пробежала искра. Она спустилась от кончиков пальцев вниз по позвоночнику и до самых ступней – разжигая пожар, и я почувствовала, как мои щеки залились румянцем (впервые я была благодарна, что я в маске). Марк с интересом смотрел на меня, но я заметила, как мышцы на его руке тоже напряглись.

С трудом донеся все покупки, мы, не спеша, разложили все по местам, не переставая болтать ни на минуту и тщательно вымыв руки, я принялась за готовку. Марк просто сел за стол и наблюдал за моими действиями, и заметив, что я с любопытством смотрю на него – сказал:

– Мне нравится следить за самим процессом приготовления. Когда я был маленький, я часто наблюдал, как моя мама готовит ужин. Что-то в этом есть, какая-то особенная магия. Мне кажется, что женщины не просто готовят, они добавляют в каждое блюдо частичку своей души, тепла и заботы. Ведь ты можешь, есть одно и то же блюдо в разных местах, из одинакового набора продуктов, но вкус у каждого будет совершено неповторимым.

– Похоже, твоя мама приучила, есть тебя как истинного гурмана. Почему же тогда фастфуд??? – я ухмыльнулась.

– Сейчас очень мало кто умеет вкусно готовить. В основном все на ПП и практикуют дико полезную, но абсолютно не вкусную еду. Я же люблю есть не торопясь, чтобы не просто утолить голод, но и испытать наслаждение, а для этого необходимо 3 составляющих. – И Марк поднял кулак и, произнося их по очереди, разгибал длинные и красивые пальцы. – Вкусная еда, хорошее вино и душевная компания.

– Боже, да ты просто счастливчик, надо же, как все удачно сложилось для тебя! – расхохоталась я, а он довольно улыбнулся.  – Хотя вынуждена признаться, что к еде я отношусь так же. Я лучше не буду есть совсем, чем буду есть и пить где попало и с кем попало. Достань бокалы с верхней полки, я пока стараюсь не тянуться. – И я отошла к раковине, чтобы помыть овощи.

Марк уже было протянул руку к шкафу, но тут же повернулся ко мне:

– Аня, там все так страшно?

Я отрицательно покачала головой:

– Нет, просто я делаю повязку, чтобы дополнительно не травмировать кожу одеждой. И не хочу, чтобы все отклеилось и мне пришлось идти ее переделывать.

Марк достал бокалы, тарелки и приборы и расставил посуду на стол. Картофель запекался в духовке, рыба уже скворчала на гриле, наполняя кухню ароматом трав, в которых я ее замариновала перед обжаркой. Пока все готовилось, я взялась за овощной салат – в еде я старалась придерживаться правила: белок + углеводы + клетчатка. Не знаю, может благодаря этому правилу, а может благодаря тому, что я очень много работала физически, мой вес при росте 165 сантиметров стабильно оставался на отметке 50 килограммов уже много лет.

Когда все было готово, я достала бутылку белого вина из холодильника, а на ее место положила такую же вторую, и мы отправились за стол. Марк уже взялся за вилку, быстро отправил первую в рот и зажмурил глаза.

– Мммммм, – застонал он, – Ты не думала о том, что тебе пора завязывать с архитектурой? Еда – вот твое призвание. Я не ярый фанат рыбы, но это что-то особенное! Так, а ты почему не ешь? – нахмурившись спросил он.

– Я обычно засекаю 15 минут после подачи, мало ли, – пошутила я. На самом деле я просто засмотрелась, как он с аппетитом принялся за еду. Люблю, когда мужчина хорошо ест, а не вяло ковыряется в тарелке. Для такого хочется готовить снова и снова.

Когда наши тарелки опустели, я загрузила всю грязную посуду в посудомойку, нарезала несколько видов сыра и груши, взяла мисочку с медом, и мы устроились за столом с вином, чтобы поболтать.

– Марк, чем ты занимаешься? Я смотрю, что ты в принципе не привязан к месту и можешь спокойно уехать, когда тебе вздумается.

Марк тянул с ответом, вертя бокал точно так же, как в прошлый раз кружку, словно обдумывая свой ответ:

– Можно сказать, что вся моя работа, да и жизнь в целом – командировки. Если я берусь за дело, то не могу сказать, насколько оно растянется и куда меня закинет на этот раз. Но именно это меня раньше и радовало, что я то тут, то там –  ни к чему не привязан. Наверно поэтому я до сих пор не женился и не завел детей. Меня порой месяцами нет дома.

Если честно, его ответ породил только больше вопросов. Но я не стала их задавать, мне показалось, что он не очень хочет рассказывать о своей работе.

– А ты как оказалась здесь?

Я молчала, но Марк не отступил.

– Ты сказала, что это очень длинная история, и у нас еще одна бутылка вина в запасе, – сказав это, он наполнил наши опустевшие бокалы.

Я взглянула на него и попала в плен этих ласковых карих глаз с золотыми вкраплениями. Его взгляд был не просто любопытный, но невероятно участливый. Я даже не успела сообразить, как слова полились сами собой. Пожалуй, я молчала слишком долго и ни с кем не делилась тем, что копилось во мне и уже начало разрушать меня.

– Я сбежала сюда, после всего, что со мной случилось. – Я закрыла глаза и начала свой длинный рассказ.

У меня был красивый дом, любящий муж, интересная работа, которая мне приносила удовольствие и тихая размеренная жизнь.

С супругом мы начали встречаться, когда были еще совсем юными и с тех пор всегда были вместе. Не то чтобы мы везде и всюду были вдвоем, скорее было вполне нормальным, когда я уходила гулять с компанией своих друзей, или он ехал играть в футбол со своими ребятами. Поженились мы довольно рано, еще будучи студентами, и мои родители переживали, что я брошу учебу, рожу детей и осяду домохозяйкой дома. Но мы мечтали совершенно о другом. Мы хотели закончить учебу, найти хорошую работу, путешествовать, построить большой дом, но непременно вдвоем. Так все и было довольно долго… – Я отпила глоток вина (в горле стоял комок), и замолчала на мгновенье, чтобы собраться с мыслями, а потом продолжила.

 Мои родители вышли на пенсию и решили переехать жить за город. Моя мама – преподаватель литературы в университете, а папа – строитель. Работу они не оставили, но захотели вечера после трудового дня проводить на свежем воздухе. Как раз накануне Нового года они закончили отделку дома и предложили встретить праздник вместе, – Я обводила взглядом свою кухню и, наткнувшись на взгляд Марка, уже не смогла его отвести от него.

Конечно же, мы согласились. Мы решили, что каждый поедет после работы на своей машине, чтобы нам не пришлось терять время. Днем он позвонил и сказал, что у них какие-то проблемы на работе (он работал юристом), и они все остаются на совещание, которое не известно насколько затянется. И тогда мы договорились, что я поеду сразу после работы, а он приедет позже. Я уже собиралась выезжать, но вспомнила, что забыла подарок, который приготовила для него и спрятала в шкафу.  Это был особенный подарок, и я просто не могла уехать без него. Подъезжая к дому, я заметила его машину на парковке и вошла внутрь уже с тяжелым предчувствием. «Совещание» проходило в моем доме, в моей спальне и в моей постели, судя по всему, стороны пришли к взаимному согласию по всем пунктам…  Я тихо прошла в гардеробную и достала подарок, как раз в этот момент он обнаженный вышел из нашей комнаты и остановился при виде меня. Я лишь молча, развернулась и вышла, громко хлопнув дверью, больше я с ним ни разу не встречалась. Сев в машину, я сразу позвонила родителям и сказала, что планы поменялись и мы, к сожалению, не приедем к ним прям на Новый год, но обещала приехать через пару дней, – я прервала рассказ, он отнимал слишком много сил. Я снова отпила глоток и взглянула на Марка. Его будто сковало напряжение: голова опущена, и немного втянута в плечи, а руки, зажатые в кулаки, лежали на столе. Видимо, почувствовав мой взгляд, он оторвал свои глаза от стола, в них плескалось сострадание и … злость.

– Что было в подарке? – еле слышно спросил он.

– Тест. За неделю до праздника я узнала, что беременна. Хотела сделать ему сюрприз, а в итоге он сделал сюрприз мне. Вот такая ирония. Я уехала к родителям спустя несколько дней, рассказала им все и провела остаток каникул у них, а вернувшись, сразу же сняла небольшую квартиру, наняла хорошего юриста и подала на развод, сжигая все мосты.  Я смогла бы простить многое, но не такое. Меня ужасно задело то, что все произошло в моем доме, который я проектировала сама и обставляла с огромной любовью. Там был МОЙ очаг, а потом пришла ДРУГАЯ и от него не осталось даже тлеющих углей.

Через два месяца я была разведена, и большая часть нашего имущества была продана. Уже решив, что моя черная полоса закончилась и ее сменила белая, я начала строить планы на дальнейшую жизнь, в которой было место только мне и малышу, которого я носила под сердцем. Однако, придя на еженедельный плановый осмотр меня, ждал врач с неутешительными результатами анализов. Посыпались непонятные термины, мне казалось, что я тону, будто меня затягивает водоворот, но сил противостоять ударам этих волн уже просто не осталось. Никто не мог ничего гарантировать: что я выношу, что нормально рожу, что ребенок будет здоровым… Обиду сменил страх, и это какой-то особенный – животный страх, который, видимо, заложен в нас природой, когда дело касается твоей жизни и жизни твоего потомства.

День тянулся за днем, я принимала горсти таблеток и сдавала тонны анализов, а результаты приходили все хуже и хуже. Как-то возвращаясь домой с работы, я почувствовала ужасную боль внизу живота, меня накрывал обморок, я вызвала скорую и боролась из последних сил до ее приезда, чтобы отдать им свою медицинскую карту, которую по рекомендации врача всегда носила с собой.  Думаю, что ты и сам догадался, что произошло дальше…

Когда я пришла в себя после наркоза в палате как раз была медсестра, она пришла поменять мне капельницу. Мы лишь на мгновение встретились с ней глазами, и она отрицательно покачала головой и опустила взгляд. Вот тут меня и накрыло: сначала истерика, а потом полная апатия. Я несколько недель была просто как овощ: редко вставала, практически ничего не ела и не пила, ни с кем не говорила и попросила, чтобы ко мне никого не пускали. Мой лечащий врач не мог меня больше держать в больнице, но и выписать в таком состоянии было все равно, что самому подписать мне смертный приговор. И он пригласил одного своего хорошего друга-психолога. Она не была дежурным психологом при больнице – ее звали на помощь только для очень тяжелых пациенток. Таких, как я.

Я улыбнулась, вспоминая нашу первую встречу.

Никогда не забуду, как впервые увидела ее. Я лежала на кровати с закрытыми глазами, вдруг дверь распахнулась, да с такой силой, что стукнулась об стену. Она вошла ко мне в палату своей решительной походкой, взяла мое яблоко с прикроватного столика, придвинула стул поближе к кровати и села, бесцеремонно разглядывая меня. Я сначала подумала, что эта женщина просто ошиблась палатой. Мы молча смотрели друг на друга какое-то время, а потом она, наконец, произнесла:

– Я Ева, меня пригласили к тебе для консультации. Никак не могут определиться, что с тобой делать.  – Она снова откусила яблоко и пока жевала, смотрела на меня, склонив голову набок, будто решая, стоит ли со мной возиться. – Не хочу тебя расстраивать, но мысли у них на твой счет нехорошие… В планах перевести тебя в психиатрическое отделение, если ты не начнешь идти на контакт.

Я подумала тогда, что мне вообще без разницы, где умирать, но ничего ей не ответила, зато она снова заговорила, будто прочитав все по моему лицу.

– Ну конечно, тебе все равно, откуда отправляться на высший суд. Но вот только не хочу тебя расстраивать: такие занозы как ты, обычно очень долго живут. А в психушке тебя накачают такими препаратами, что ты, даже если и захочешь что-то сказать или сделать – уже не сможешь…  – Она спокойно доела яблоко, метко бросила огрызок в корзину, стоящую неподалеку, и хлопнула себя по коленям. – Так, времени у меня совсем немного, я оставлю тебе свой номер, если решишь, что тот вариант, который я тебе описала не подходит – пиши. У тебя ровно два дня для раздумий.

И она положила визитку мне на тумбу, встала и вышла. Но то, как она ворвалась ко мне, и то, что она мне сказала, встряхнуло меня. Уже этим же вечером я написала ей:

 «Есть контакт!»

И получила в ответ всего одно слово:

 «Умница».

Меня выписали из больницы с условием обязательного посещения психолога. Я встречалась с Евой через день. И это были необычные встречи в тихом кабинете (который у нее, конечно же, был), на мягкой кушетке, откуда бы я сразу же сбежала. Мне нравилось, что она находила совершенно разный подход к своим пациентам.  Иногда мы встречались с ней в кафе и обедали, иногда она назначала мне встречу в парке, где мы просто сидели на лавке и разговаривали, а иногда, она жаловалась, что ничего не успевает, и мы шли закупаться в магазин, и разговаривали, пока шагали между полок с продуктами.  Она невероятная женщина, думаю, что она бы вытащила тебя за пару недель, – я хотела взглянуть на Марка, но просто не могла. Я боялась того, что могу увидеть в глубине его бездонных глаз.

Я посещала ее уже больше 2-х месяцев. Очередная встреча проходила на набережной, мы присели отдохнуть на лавочку, когда она повернулась ко мне и просто спросила:

– Вот я многое могу понять и как психолог, и как женщина, но я до сих пор не понимаю, почему ты по-прежнему винишь себя в том, что произошло?

– Не знаю, какое-то странное чувство. Может быть, я его недостаточно сильно любила? Может, он чувствовал, что я переживаю, что он будет копией своего отца, и я буду видеть это лицо каждый день, и все вспоминать? Может, он почувствовал, все мои сомнения и страхи? Вдруг он просто почувствовал себя ненужным? – Я взглянула на Еву, а она с понимающей улыбкой посмотрела на меня и сказала:

– Идем, я тебя кое с кем познакомлю.

Мы пришли к ней домой, и она пригласила меня войти в одну из комнат. Там стояла большая кровать, на которой лежал ребенок, сама же комната больше напоминала больничную палату: много непонятных приборов, капельницы. Кровать казалась непомерно большой, а мальчик на ней слишком маленьким. В углу комнаты стояло кресло, в котором сидела женщина средних лет и занималась вязанием. При виде нас она сразу же отложила свое рукоделие, и попрощавшись вышла из комнаты. Я поняла, что это была сиделка, которая присматривала за ребенком, пока Ева была занята нашими душевными проблемами.

Она бегло посмотрела показания на мониторах, поцеловала мальчика в щеку и присела к нему на кровать, указывая мне на кресло, которое только что опустело.

– Это мой сын, Адам. Ему 10 лет. Я очень долго хотела ребенка, у меня было несколько попыток ЭКО, последняя, наконец, увенчалась успехом. Аня, понимаешь, я не то, что любила его, пока носила под сердцем, я его просто обожала. – Улыбка буквально озарила все ее лицо на мгновение, но потом уголки губ опустились и между бровей появилась складочка. – Затем сложные роды, реанимация, я молилась тогда только об одном, что мне без него просто не жить.  – И она с невероятной любовью и нежностью посмотрела на своего сына, а потом повернулась ко мне и сказала. – А теперь же я молю Бога о другом – пусть он не переживет меня. Но ничего не зависит от нас, понимаешь? Ни-че-го.

Вот это меня окончательно привело в себя. С тех пор с Евой мы уже встречаемся редко и только как друзья.

Я нашла этот дом по объявлению и переехала сюда. Подальше от всего того, что со мной произошло. И мне здесь хорошо.

Рассказ прервался, и Марк поднял на меня глаза полные сочувствия.

–Аня, мне так жаль, – начал он, но я его сразу же оборвала.

– О нет, вот только давай без жалости, я не выношу подобного чувства, лучше что угодно только не жалость. – Взяв бокалы, я направилась к раковине, чтобы помыть их. У меня есть очень дурная черта – я не могу оставить грязную посуду на ночь. – Знаешь, Марк, а ведь я ни разу никому всего этого не рассказывала…

– Почему мне рассказала? – Он разложил все со стола по местам, взял полотенце и начал протирать бокалы хотя я и не просила мне помочь, но мне было приятно, что мы были заняты совместным делом. Нет неловкого чувства, когда в доме чужой человек, есть ощущение, будто просто приехал погостить очень давний друг.

– Не знаю. – Пожала плечами я, – Может, потому, что ты не будешь долго сопереживать мне, как это бы делали мои родные и близкие. Через пару месяцев ты съедешь и забудешь все: этот дом, меня и мой рассказ. А я наконец-то выплеснула все это, и теперь могу захлопнуть данную книгу и поставить на самую верхнюю полку и больше никогда не вспоминать!

За ужином и посиделками мы и не заметили, как быстро пролетело время. Я пожелала доброй ночи Марку и начала подниматься к себе в спальню, хотя затылком чувствовала, что он смотрит мне вслед. Марк сказал, что хочет взять книгу, чтобы немного почитать перед сном, чем сильно меня удивил.

Глава 5
Марк

Я смотрел, как Аня не спеша поднимается по лестнице, держась своей изящной рукой за перила. Пока мы пили вино, она стянула резинку с волос, и они красиво рассыпались по спине, невероятно темные и блестящие, и мне безумно захотелось пропустить их сквозь пальцы. Я сразу понял, что она очень сильная девушка, но я даже не предполагал насколько. Ни слезинки, когда я пролил на нее кофе, ни слезинки сейчас. Невероятный характер.

Я побродил вдоль полок с книгами в гостиной. Здесь были в основном старые романы и детективы, немного детских книг с красивыми иллюстрациями, которые, видимо, Аня, читала, будучи маленькой девочкой, а вот современных было не так много. Выбрав произведение незнакомого автора, я отправился в свою спальню, гадая, получится ли у меня быстро заснуть на новом месте.

Зайдя в комнату, я зажег свет, мне она очень нравилась и при искусственном освещении. Стянув темно-серый плед с кровати, я увидел, что белое постельное белье было уже заправлено. Сначала я нерешительно присел на краешек кровати, а потом откинулся на нее и меня окружил неуловимый аромат свежести, который исходил от постельного белья – история Ани засела в голове, и все крутилась будто "на репите".

– Молодец, Марк. А всему виной твое любопытство, – пробормотал я сам себе. Повалявшись, минут двадцать, я решил сначала принять душ, а потом уже устроиться с книжкой. Встав под горячую воду, наконец-то почувствовал, как каждая клеточка моего тела расслабляется. Внезапно я вспомнил, как Аня отдернула свою руку от моей в магазине, словно от огня, и то как это ее смутило. Когда я приехал утром, то очень переживал. Что, если нам будет некомфортно вместе? Что, если мы не сможем жить в одном доме? Но сегодняшний день просто перечеркнул все мои страхи. Эта девушка буквально окутывала того, кто находился с ней рядом своим внутренним теплом и спокойствием, словно накидывая шерстяной плед на плечи в непогоду. Не у многих людей есть такой дар. У нее он был. Выйдя из душа, я протер ладонью запотевшее зеркало над раковиной и потянул дверцу шкафчика, чтобы сложить туда свои принадлежности, как вдруг услышал звон разбившегося стекла. Быстро надев домашние штаны, я взял майку, и, натягивая ее на ходу, вышел из комнаты босиком. Дом был погружен в темноту.  Я спустился и проверил дверь и окна на кухне и в гостиной. Все было в полном порядке. Уже поднявшись на второй этаж, я нерешительно направился к комнате Ани, из-под двери которой пробивался приглушенный свет. Я слегка постучал по ней костяшками:

– Аня, ты не спишь? Можно мне войти?

– Да.

Я вошел в ее спальню, она была зеркальным отражением моей по планировке, выходит, что у нас смежные ванные. В ее комнате был темно-коричневый деревянный пол, на котором были расстелены тканые дорожки. Окно было такое же большое как в моей спальне, но Аня здесь сделала место для чтения расширив сам подоконник и разложив на нем подушки, а рядом стояла большая полка с разными картинами, книгами, фотографиями в рамках. По центру была большая кровать. Я не сразу понял, что случилось, она сидела на самом краю, при этом руки прижаты к груди, а сама она наклонилась, касаясь лбом коленей. Я быстро обошел кровать и присел на корточки перед ней, пытаясь взглянуть на нее, но волосы застелили все.

– Аня, все в порядке? У тебя что-то болит?

– Нет-нет, все нормально.

Повисла тишина. Она очень глубоко вздохнула, в голосе послышалась усмешка.

– Да кого я пытаюсь обмануть, нет… все НЕНОРМАЛЬНО.

– Я услышал, как что-то разбилось, и пошел проверить, но везде все в полном порядке.

– Хм, – снова усмехнулась она, –  Это я разбила стакан в ванной – хотела налить воды.

Я встал, чтобы взглянуть.

– Не ходи туда, – сразу же сказала она, – Стакан разлетелся на мелкие осколки, вдруг ты порежешься, я завтра утром все приберу.

– Ты поранилась? Да что случилось? – я вернулся к кровати и снова опустился перед ней на колени. Аккуратно взяв ее волосы, я ловко накрутил их себе на ладонь, так что теперь видел ее лицо.  Глаза были закрыты. – Аня, ты меня слышишь???

– Конечно, я тебя слышу – глаза распахнулись, они были не просто карими, они были почти черными. А она была так близко, намного ближе, чем я был готов. – Видимо, я снова пережила все, что тебе рассказала, и это слегка разбалансировало мой внутренний «дзен». Я до последнего надеялась, что больше это ко мне не вернется, но нет…

 И она медленно выпрямилась, не отводя глаз от меня, и оторвала руки от груди – они сильно дрожали.

– У тебя были панические атаки, а у меня тремор… – Она виновато улыбнулась. – Хотела принять таблетку, но вспомнила, что выпила несколько бокалов вина, и решила просто налить стакан воды, но такими руками удержать стакан задача не из легких…

Вспомнив, что до сих пор ее волосы у меня в кулаке, я разжал руку, и они сразу же упали ей на спину. Вместо этого, я, совершенно не осознавая, что делаю, соединил ее ладони и зажал их между своими, они были такими маленькими и холодными словно лед.

– Сейчас мы согреем их, и все пройдет, – сказал я тихим голосом и присел к ней на край кровати. Аня смотрела на меня, слегка прищурив глаза.

– Знаешь, мы с тобой довольно странные соседи! – Она усмехнулась и отвела взор, но рук в этот раз не отняла.

– А, по-моему, мы будем хорошими соседями. Если честно, то я очень переживал, когда ехал сюда. Боялся, что все пойдет не так, и что к утру мне придется снова паковать чемоданы. Но должен признать, что я чувствую себя, словно мы уже давно знакомы…

– Я тоже переживала. Ты мне, почему-то тоже кажешься очень знакомым, словно я уже тебя раньше встречала.

Я ничего не смог поделать и улыбнулся. Мы сидели в тишине. Я чувствовал, что ее руки перестали дрожать, но мне было очень приятно держать их в своих, и я решил не выпускать их, пока Аня сама не попросит. Она задумалась и смотрела в окно, а я разглядывал ее. У нее было овальное лицо, прямой аккуратный нос. Но внимание к себе привлекали невероятно темные глаза и нежные чувственные губы, вкус которых мне так хотелось узнать. Она уже приготовилась ко сну, на ней были пижамные шорты и топ на тонких бретелях, кожа была гладкая и смуглая. Она была такая теплая, мягкая … и очень красивая. Я не ожидал этого, но меня просто накрыло волной нежности и … невероятного желания.

– Кажется, все прошло. – Аня посмотрела на меня и мне ничего не оставалось, как выпустить ее руки из своих.

– Да, кажется, полный порядок. Я принесу воды, мало ли… – Мне нужно было срочно уйти, пока я не натворил глупостей.

И я спустился на кухню, достал чистый стакан из посудомойки, налил воды и снова вернулся в комнату. Аня стояла возле окна и обнимала себя руками за плечи, было видно, что ей неловко находиться в пижаме передо мной, поэтому я поставил стакан на тумбочку, пожелал добрых снов и вышел, тихонько закрыв за собой дверь.

Вернувшись к себе, я сразу лег на кровать, потушил свет и приготовился долго ворочаться, но моментально отключился.

Когда на утро я открыл глаза, то не сразу понял, где нахожусь, всю комнату заливал солнечный свет. Умывшись и заправив кровать, я сошел вниз – на столе лежала записка: «Завтрак под полотенцем – ушла за кофе».

Я стоял, и улыбалась, это было так мило. Заглянув под полотенце, я обнаружил деревянный расписной поднос. На одной тарелке была половина пышного сырного омлета, обжаренная с двух сторон, хлеб и овощи, на другой были мягкие вафли и маленькие баночки с вареньем и медом. Подхватив свой завтрак, я вышел на веранду и сел на ступеньки. Поставив поднос к себе на колени – с удовольствием принялся за еду, пытаясь вспомнить, когда в последний раз я так правильно питался.

Я успел съесть омлет, когда открылась калитка и Аня направилась к дому, неся два больших стакана в подставке. Она села на ступеньку ниже и протянула мне один.

– Привет. Как спалось?

– Не помню, когда так хорошо спал. Я думал, что долго не смогу уснуть на новом месте, но мне кажется, что голова еще не успела коснуться подушки, как я уже отправился в царство Морфея. Спасибо за завтрак.

– Не за что, мне нетрудно. Я приучила себя к тому, что всегда готовлю еду, но очень многие блюда для одного готовить неудобно, так что благодаря тебе мой рацион станет куда разнообразнее.

– А как ты спала? – я внимательно посмотрел на нее, она выглядела уставшей, тени залегли под глазами.

– Почти не спала. Видимо, мой сон ошибся дверью и свернул к тебе.

 Мне нравилось, что она ко всему относится с юмором.

– Чем планируешь заниматься?

– У меня на сегодня много работы. – Аня привалилась спиной к перилам, вытянула свои стройные ноги и отпила из стакана большой глоток.

– Так сегодня же суббота.

– Да, я знаю. Мы с ребятами по выходным делаем ремонт в больнице для детей с тяжелыми заболеваниями. Бесплатно. К нам в фирму обратилась администрация, с просьбой помочь им, денег никто не выделял уже очень давно, и мы с ребятами подумали, почему бы и нет. Теперь, когда мы делаем ремонт или строим дом, то уточняем у заказчика, нужны ли ему остатки строительных материалов, и сможем ли мы их использовать для ремонта социальных объектов. И знаешь, очень многие откликнулись. Некоторые даже специально покупают что-то необходимое, чтобы помочь. Сметы проектов выкладываются на общий доступ, и каждый желающий может убедиться, что материалы пошли именно туда, куда и планировалось. Так что сегодня я целый день буду красить, пилить…

– Можно мне с вами?

– А ты умеешь? – Аня удивленно взглянуло на меня.

– Нет.  – Я отрицательно покачал головой. – Но может, найдется какая-то работа и для меня. Ну не знаю, я могу переносить тяжести, выполнять мелкие поручения.

– Ну хорошо, как доешь – собирайся. И возьми с собой анализы, туда просто так не пускают. – Аня уже было вошла в дом, но оглянулась. – Предупреждаю, там тяжело физически – работать приходится в медицинских костюмах и масках, да и морально там нелегко, за стеклом небольшой зал, куда приходит очень много детей. У них такие взрослые глаза…

Я быстро закончил завтрак, помыл посуду и переоделся. Когда Аня спустилась, я уже готовый ждал ее у машины.

– Сменную одежду и обувь взял?

– Так точно, – отчеканил я ей «по-военному».

– Тогда погнали!

По дороге мы заехали в строительный магазин, где купили кисти. Потом быстро зашли в торговый центр, который находился рядом. Аня отправилась за водой, а мое внимание привлек один отдел. Оттуда я вышел с пакетом, который спрятал в свой рюкзак.

Когда мы подъехали к больнице, то еще в машине надели маски, достали все, что купили и зашли в парадный вход. Дежурный регистратор за стойкой помахала нам рукой и сказала, что ребята собрались в комнате для медицинского персонала. Она выдала нам новые костюмы, шапочки, маски и бахилы. Войдя в комнату, я увидел пятерых крепких парней и двух девушек – все, как по команде оглянулись на нас.

– Всем привет, это Марк, он захотел нам помочь. – Аня назвала имена всех, кто был в комнате, и тот, кого она называла либо кивал, либо махал мне, иначе я бы просто не понял кто есть, кто, так как лица были скрыты за масками. Видимо она здесь за главного. После мы отошли и начали переодеваться. Когда все были готовы, Аня достала листы, на которых был план работ на сегодня, и под каждым пунктом было расписано кто и что сегодня выполняет.

Как только, мы вошли в просторный зал – работа сразу же закипела. Было видно, что все здесь по доброй воле, и каждый получает удовольствие от того, что делает.

– Здорово, да? – Аня тихо подошла ко мне, теперь у нас были видны только глаза. – Многим здешним пациентам нельзя выходить на улицу, поэтому мы решили добавить улицу прямо сюда. Нам в этом помогли выпускники местной школы искусств.

Стены были невероятно красиво, а главное, реалистично расписаны. Глядя вокруг, возникает ощущение, будто ты действительно находишься на детской площадке в центре какого-либо парка.  Несколько ребят ставили небольшую пластиковую карусель, горку и качели, двое – собирали множество лавочек и столиков разной высоты, за которыми можно было играть и рисовать.

 Я взглянул на Аню, чтобы сказать, что их идея наверняка понравится всем пациентам, но ее взгляд был прикован к стеклянной перегородке, за которой было много ребятишек разных возрастов и все они с большим интересом разглядывали нас. Один мальчик подошел вплотную к стеклу и прижался ладошками, лица не было видно из-за маски. Но я успел рассмотреть его глаза. Взгляд усталый, даже обреченный…взрослый. У меня сжалось сердце, для этих детей даже ремонт в соседней комнате – приключение. Целый мир, который многие из них не видели. Им нужны эмоции: радость, веселье, иначе они так и будут здесь тихо угасать.

Еще не совсем понимая, что делаю, я вышел из комнаты и направился к регистратору. Я долго уговаривал ее, потом она пригласила дежурного врача, которому я показал свои документы и результаты анализов, которые взял с собой, объясняя, чего хочу. И врач согласился, чем сильно нас поразил, лишь сказав: «Этим детям нужна хотя бы крупица положительных эмоций, а не только эти больничные стены!»

Мне выдали новое облачение, я попросил цветную шапочку, как у доктора. После меня впустили в комнату к детям. Я прошел и сел на пол в уголке, достал из кармана клоунский нос, надел его, а маску приспустил.

 Сначала, на меня никто не обратил внимания, но потом тот любопытный мальчишка повернулся и заметил меня. Он громко закричал, показывая на меня пальцем: «Ребята, смотрите, это же клоун!» И все взоры в этой комнате тут же устремились на меня. Сначала дети робко ко мне подходили, но потом они увидели у меня в руках разноцветные шарики и насос, и буквально обступили меня.

Я начал надувать шарики и сворачивать их них различные фигурки (однажды меня научили этому на дне рождения маминого крестника, где аниматором был профессиональный клоун), но я не соглашался отдавать их просто так, я сказал, что они должны мне что-то взамен. И это «что-то» либо их улыбка, либо их смех. Все робко попятились. Я засмеялся первым, таким громким, надрывным клоунским смехом, после чего начал подходить к каждому из них, и не уходил до тех пор, пока каждый не рассмеялся мне в ответ, получая взамен от меня яркий шарик. Я вжился в роль клоуна по полной, вспомнил все, что когда-то видел сам и постарался воплотить это здесь.

Скажу честно, без подготовки и реквизита, это было ужасно тяжело. Но дети, которые находились здесь, не были «искушенным» зрителем, они были зрителем «благодарным». После того как я пытался изобразить, что меня уносит несколько воздушных шаров, а дети хохотали до счастливого визга, я услышал лихой свист из-за стекла. Все оглянулись. Это Аня свистела и показывала мне два больших пальца вверх, а остальные ребята из бригады хохотали вместе с детьми. Позже мы сели разрисовывать фломастерами шары, которые я им раздал, и сделали большой групповой снимок на мой телефон.

А потом ко мне подошел мальчик, который не участвовал в нашем веселье и сидел немного поодаль от остальных, он робко протянул мне книгу, которую прижимал к себе. Это был Питер Пэн. Он сел на пол рядом со мной, взглянул на меня огромными голубыми глазами, и похлопал по книге. С другой стороны, ко мне подошла медсестра и шепнула, что этот мальчик не разговаривает, и так он просит меня почитать ему. Я взял книгу и принялся за чтение, вскоре вся ребятня снова облепила меня. Я читал им эту сказку на разные голоса, иногда я останавливался, и мы разыгрывали с ними какое-то сражение, или просто дурачились, но потом снова садились в кружок и читали. Я как раз дочитал книгу, когда постучали в стекло. Мы оглянулись – комната была готова.

Ребятня рванули к перегородке и начали кричать «спасибо», и спорить, кто и чем завтра займется там. Я громко вздохнул и сказал, что мне тоже пора идти. Они все дружной толпой кинулись меня обнимать и просить навестить их еще. Медицинские сестры пришли мне на помощь, позвав детей на ужин. И я поспешил выйти из комнаты. Хорошо, что я в маске: глаза щиплет, губы дрожат, а в горле комок невероятных размеров.

Когда я зашел в комнату, то ребята встретили меня дружным хохотом, а я им смешно поклонился. Раздевалка быстро начала пустеть, мы с Аней вышли последними. Сели в машину и молча поехали домой – сил не осталось даже на разговоры.

Заговорили уже после того, как приняли душ, поели и расслабленные уселись с кружками чая на веранде.

– Откуда ты достал нос и шары? – Аня сидела, забравшись в плетеное кресло с ногами, и смотрела на меня поверх кружки, взгляд был очень задумчивый.

– Когда ты пошла покупать воду, мне на глаза попался отдел с товарами для праздников и там был костюм клоуна. Я вдруг вспомнил, как однажды в детстве очень заболел, не хотел есть, и принимать лекарства. Тогда папа нацепил на себя такой нос и развлекал меня весь вечер. Я знал, что это папа, но он так старался для меня… Поэтому я купил нос и шарики просто на всякий случай.

– Марк, ты представляешь, что ты сделал? – тихо спросила она и мягко улыбнулась, -Ты подарил этим детям такое же воспоминание из детства…

Глава 6
Аня

Чем больше я узнаю Марка, тем больше он нравится мне, и вот это мне совсем не нравится…

Прошло две недели после его переезда. Сегодня я встала очень рано и решила сделать на завтрак блины, а потом поехать на стройку и самой посмотреть, как там продвигаются дела. Достав наушники, я включила на телефоне свой любимый плейлист, и принялась за тесто. Монотонное переворачивание блинов и музыка делали свое дело – все мысли, понемногу улетучились из головы. Когда блины были готовы, я забросила грязную посуду в мойку, подхватила тарелку с внушительной стопкой, и уже было сделала шаг к столу, когда заметила фигуру в дверном проеме.

Марк стоял, привалившись одним плечом к нему, руки были скрещены на груди, а на лице была широкая улыбка. На нем были обтягивающие тренировочные штаны, поверх которых надеты шорты, и футболка слегка влажная на груди. Я не представляла, сколько он так следит за мной.

– Вот черт, – выругалась я, – Давно ты здесь стоишь? – Я ужасно смутилась и вытащила один наушник, надеясь, что я не пела и не танцевала.

– Минут 5-7. Я честно кашлял, когда вошел, но ты не слышала, а мне не хотелось тебя пугать. – Он все продолжал мне ласково улыбаться.

– Ты что начал бегать по утрам? – спросила я, бросая на его одежду выразительный взгляд.

– Да, уже больше недели. Мне просто необходимо куда-то расходовать все калории. Хоть я и не очень люблю бегать, но это лучше, чем потеть в зале, где полно народа, особенно учитывая, какая красота сейчас на улице.

– А чем ты любишь заниматься? – Я доставала посуду для завтрака. Подняв глаза, я увидела вскинутые брови Марка и только потом сообразила, что мой вопрос прозвучал как-то не однозначно.

– Я имела в виду, каким спортом ты любишь заниматься? А ты что подумал??? – Я продолжила доставать все необходимое.

– Я занимался разными видами спорта, можно сказать, что я многое умею, но на базовом уровне. – Потом он сделал вид, что задумался, взявшись за подбородок и возведя глаза к потолку. – Пожалуй, я больше люблю игровые виды спорта.

Я тихо засмеялась:

– Ага, видимо, ты хотел сказать игрИвые…

– Да, такие я тоже очень люблю. Ну, я в душ, пока все не остыло.

И он развернулся и побежал по лестнице. Чай еще не успел завариться, как Марк уже спустился свежий после душа, в джинсах и футболке. Его ответ опередил мой вопрос.

– Мне позвонили школьные друзья, поэтому я уеду на 2 дня. У тебя какие планы?

– Я тоже сейчас позавтракаю и поеду на стройку – проторчу там допоздна.

Мы принялись уплетать блины. У меня так и играла музыка в наушнике, Марк протянул руку ко второму, и вопросительно посмотрел на меня, я ему одобрительно кивнула – он вставил наушник в ухо. Дальше мы уже жевали под музыку.

– Почему ты слушала музыку в наушниках?

– Ну, во-первых, я думала, что ты спишь, и не хотела разбудить тебя, так как музыку я, как правило, слушаю громко. А во-вторых, я придерживаюсь того мнения, что музыка – вещь довольно интимная. Я стараюсь держать свои предпочтения при себе – не хочу навязывать их окружающим.

– Мне тоже нравятся эти треки.

Марк встал из-за стола, подхватил посуду, и, пританцовывая, направился к мойке. Пока он мыл посуду, я наблюдала за ним. Танцевал он очень свободно, движения были плавными, в такт музыке, и напевал довольно мелодично.

– Марк, только не говори, что ты еще и играешь на чем-то?

Он повернулся ко мне, вытирая руки, и ухмыльнулся своей улыбкой – половинкой.

– В точку! Гитара и ударные, но тоже только в качестве любителя.

– Что еще входит в круг твоих навыков? Пишешь стихи? Сражаешься на шпагах? Управляешь парусной яхтой? Занимаешься верховой ездой?

– Нет. Вот тут я дал маху… Но это все поправимо, я довольно быстро обучаюсь. Хотел попросить дать мне пару кулинарных уроков.

– Пожалуй, это все, чему я могу тебя научить… – Мне внезапно стало грустно, я поняла, что вокруг столько интересного, а я только работаю, работаю и снова работаю…

Марк, прищурившись, смотрел на меня, словно почувствовав перемену.

– Мне, кажется, что это не так, наверняка ты занималась чем-то, помимо работы.

– Дай-ка подумаю (я сделала вид, что задумалась), пожалуй, нет. У меня есть очень плохая черта характера, я думаю о себе в самую последнюю очередь. Я сначала делаю все, чтобы окружающим меня людям было хорошо, а к себе отношусь по остаточному принципу.  – Я усмехнулась и продолжила. – Родители заподозрили, что со мной, что-то не так уже когда я была маленькая. Я сначала предлагала свою конфету старшей сестре и младшему брату, а потом уже ела сама, если мне везло, и они все-таки отказывались.

Марк прислонился к раковине и задумчиво смотрел на меня:

– Знаешь, когда я вернусь, мы с тобой просто обязаны выяснить, к чему у тебя есть талант. Уверен, что ты быстро освоишь занятие, которое тебе будет приносить удовольствие.  – Потом он выглянул в окно и добавил. – На улице уже очень хорошая погода, хочу отогнать машину.

– На чем вернешься?

– На байке. – Марк протянул мне наушник и пошел к входной двери.

– Ну конечно!  – Я закатила глаза и начала подниматься по лестнице, но повернулась, когда он меня окликнул.

– Аня, знаешь, а ты очень сексуально танцуешь – одарив напоследок меня своей самой очаровательной улыбкой, он подмигнул мне и выбежал за дверь.

Я поймала себя на том, что тоже улыбаюсь, стоя посреди лестницы.

Глава 7
Марк

Я вышел из дома Ани в более чем приподнятом настроении. За две недели я уяснил только одно – мне безумно нравится эта девушка. Я так и не разобрался пока во всем этом ворохе чувств, эмоции меня накрывали одна за другой. И самое интересное, что многие из них, я не испытывал до сих пор ни к одной женщине. Аня была как книга: интригующая, заманчивая, местами печальная, романтичная, а порой невероятно эротичная. Очень хотелось поскорее прочитать ее всю целиком, но внутренний голос подсказывал, что эту книгу нужно читать медленно, смакуя и обдумывая каждое слово.

Вечером мне позвонили мои очень старые друзья, они хотели встретиться сегодня в нашем излюбленном баре. Судьба разбросала нас кого куда, но мы все равно продолжали дружить и поддерживать друг друга.

 Я заехал на квартиру, припарковал машину на свое место и зашел домой. Ко мне приходила домработница – она прибирала квартиру 1 раз в неделю, поэтому порядок был просто идеальный. Мне стало не по себе, тишина была гнетущей, и я быстро привел себя в порядок, надел маску, очки и вышел из дома. До места нашей встречи было прилично идти, но я решил прогуляться.

Однако, когда я пришел, ребята уже были на месте, за нашим любимым столиком. Они громко закричали при виде меня и встали со стульев, чтобы обняться и обменяться рукопожатиями, а потом мы подозвали официанта, чтобы сделать заказ. Я по привычке сел спиной к залу, чтобы не отвлекаться от друзей и прохладный воздух приятно обдувал меня из кондиционера под потолком. Когда нам принесли выпивку и тарелки с различными закусками, мы пустились по волнам воспоминаний. Я был безумно рад встрече, мне кажется, что я столько не смеялся уже очень долго. Мы не виделись целый год, и за это время все изменилось. Кто-то успел сменить работу, у кого-то начали появляться залысины, а один из друзей поделился своей радостной новостью – он скоро станет отцом. Мы снова все дружно закричали.

Вдруг я почувствовал, как чья-то легкая рука легла мне на плечо, а потом заскользила на грудь. Я повернулся и увидел, что ко мне со спины подошла Саша, моя бывшая девушка. Она всем ослепительно улыбнулась и протянула:

– Всем привет, – и, опустив глаза на меня, добавила, –  Марк, можно тебя на пару слов?

 Если честно, то мне не очень хотелось уходить от ребят, но я двинулся за ней следом. Она присела за барную стойку, и я последовал ее примеру.

– Не знала, что ты в городе. Мог бы, и заехать ко мне. – Она жестом подозвала бармена и заказала себе коктейль, я попросил колу со льдом.

– А зачем? Мне казалось, что мы все с тобой выяснили в мой прошлый приезд – я взглянул на нее. Несмотря на то что она находилась в баре, на ней был дорогой костюм и туфли на высоком каблуке. Весь образ завершали крупные локоны и идеальный макияж. Она обиженно надула губки.

– Ну, Марк, – плаксиво протянула она, – Я не понимаю, какая муха тебя укусила, ведь все шло очень хорошо…

– Что шло хорошо, Саша?  – Я устало вздохнул, глядя в стакан, в котором пузырьки скользили по кубикам льда.

– По-моему, у нас были идеальные отношения – мы уважали свободу друг друга.

– Отношения?  – с нажимом спросил я, – Ты серьезно считаешь, что у нас были отношения? Между нами был только секс и редкие совместные выходы куда-либо. Всё.

Она посмотрела на меня со злобой.

– А чего ты хотел? Чтобы я сидела дома, и месяцами ждала тебя? Хотел, чтобы готовила тебе, стирала и убирала.

– Знаешь, я понял, что мне нужна такая девушка, которая будет ждать меня в небольшом, уютном доме и совсем неважно, сколько меня не будет: 15 минут или 3 месяца. Мне нужна такая девушка, которая станет будить меня поцелуем и кружкой ароматного кофе. Мне нужна девушка, которая будет встречать меня горячим ужином и дружеской беседой. Мне нужна девушка, которая будет меня удивлять поступками каждый день. Может для кого-то она будет не такой уж идеальной, но для меня она станет самой прекрасной на планете.

– Где же ты собрался ее искать, Марк? – с издевкой спросила она. –  Таких просто не существует!

– Ее не существует в твоем мире… Прощай, Саша.

Я заплатил за нашу выпивку, взял свою колу, и не оборачиваясь пошел за столик к ребятам.

Как только я сел, все сразу уставились на меня с нескрываемым любопытством.

– И что это за роскошная барышня?

– Это, Саша, моя бывшая девушка. –  Все продолжали, молча на меня смотреть, ожидая дальнейшего повествования. И я им все рассказал: про Сашу, про депрессию и психолога, про знакомство с Аней, и про ту жизнь, которой веду сейчас.

– Чувак, ну ты даешь. Эта девчонка точно чокнутая, если впустила тебя в свой дом. А может, все-таки…

Я отрицательно покачал головой. Естественно, я не рассказал парням ее личную историю, а еще я не стал говорить, что, кажется, влюбился в нее. Однако не от всех это ускользнуло. Мой лучший друг Артур смотрел на меня, прищурившись, из-под своих очков и улыбался. Я знал, что он меня раскусил, и едва уловимо помотал головой, пытаясь сказать ему, чтобы он не поднимал эту тему. И Артур мне подмигнул, давая понять, что я, как всегда, могу на него положиться.

Мы сидели до самого закрытия и успели изрядно набраться, а когда вышли на улицу, то я поежился. Дневной июньский зной, сменил очень холодный пронизывающий ветер, и я тут же почувствовал, что озяб. Все разошлись или разъехались, а мы с Артуром все еще ждали, когда такси приедут и за нами. Он достал пачку сигарет и предложил мне, я отказался, а он с удовольствием затянулся и тихо сказал:

– Значит, наконец-то влюбился…

– Даже не знаю.

– А я не спрашивал. Как только ты вошел сегодня в бар, я все понял. Я помню нашу последнюю встречу, ты был такой растерянный и потухший, а сейчас внутри снова загорелся огонек, которым ты всегда нас всех согревал. Марк, ты всегда нам всем помогал. И когда пришла наша очередь, помочь тебе, мы не смогли этого сделать. А ей удалось. Я надеюсь, что ты не поступишь с ней так же, как с девушкой из бара?

– Нет, никогда.

– Марк, встретить таких людей на своем жизненном пути – редкая удача. Главное, будь с ней честен, и не забывай, что ты Марк!

Мы обнялись и сели в такси, которые наконец-то приехали за нами. Когда мы теперь так встретимся неизвестно, но то, что встретимся – это факт.

Я посмотрел на часы, время было уже 23:07, но мне дико хотелось написать Ане.  Я открыл нашу переписку и быстро набрал сообщение, не надеясь получить ответ:

«Ты уже вернулась домой?»

Но он прилетел тут же:

«Да, практически только что. Злая, как черт. Спалила яичницу, психанула и иду спать голодной. Как встреча с друзьями?»

«Отлично. Много выпивки, смеха и старых баек. Мы собираемся каждый год с тех пор, как окончили школу. Может заказать тебе поесть?»

«Нет, я знала, что так будет, поэтому запаслась успокоительным в магазине по дороге домой»

И она прислала мне фото шоколадного торта, в котором торчала суповая ложка. Я рассмеялся.

«И ты слопаешь его весь?»

«Пока не решила… оставить кусочек?»

«Шутишь – конечно! Расскажи, кто тебя довел до такого состояния?»

«Ой, да брось! Люди не могут совместно сделать ремонт в одной комнате, а мы пытаемся построить дом с нуля. Сегодня, можно сказать, было боевое крещение – знакомство с новой бригадой. Заказов стало больше и штат пришлось расширять.»

«И как прошло???»

«Как обычно, всех дико взбесило, что руководить будет молодая женщина. Но за столько лет я уже привыкла к такой реакции… Ты уже добрался домой?»

Я как раз открывал дверь, когда пришло это сообщение, написав короткое «Да» я поставил грустный смайлик в конце.

«Да ладно тебе, встретитесь через год – накопите больше новостей и сплетен для посиделок»

«Да я и не из-за этого…»

«А из-за чего?»

«Здесь так пусто и одиноко. Я хочу, чтобы ты внесла сюда немного уюта и тепла, как в свой дом…»

«Ок, сделай фото квартиры, я посмотрю, чего туда можно добавить. Доброй ночи, Марк»

«Доброй ночи, Аня»

Она не поняла меня, и может это даже к лучшему.

Я завалился спать, не раздевшись, и с большим трудом поднял себя ближе к двум часам дня. Голова трещала, но еще сильнее болело горло, словно я проглотил металлическую щетку – кажется, я начинаю заболевать.

Представив, что застряну здесь еще на несколько дней, меня буквально подкинуло с кровати. Быстро приняв душ, я долго искал мотоциклетную экипировку, и одевшись отправился на парковку за своим железным конем. Мне нравилось то чувство свободы, которое давал байк. Я часто летом выезжал за город и гнал по дорогам без светофоров, в то время как бешеный адреналин разгонял кровь по венам. Мотоцикл мне был нужен не для того, чтобы передвигаться по городу и привлекать к себе внимание, он был нужен мне для того, чтобы сбежать от этого всего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.