Владимир Жиров
Отдай мне свою жизнь

Давай меняться!

Таня Кудеярова зашла в комнату, обставленную мягкими креслами бежевого цвета. Большой светлый шкаф занимал полстены, а огромное зеркало в старинной раме отражало всю комнату целиком. Золотистые шторы и мягкие акварели, изображающие город в разные времена года, придавали всему помещению уют и комфорт.

Таня опустила на пол большую сумку с вещами. Подошла к зеркалу, внимательно всматриваясь в свое отражение. На нее смотрела высокая, стройная рыжеволосая девушка с зелеными глазами. Внешним видом осталась довольна, улыбнулась и подмигнула самой себе.

Затем подпрыгнула в восторге, совершила реверанс.

– Разрешите представиться, Татьяна Кудеярова, студентка первого курса института Искусств. Прошу любить и жаловать! – крутанулась на одной ноге, отчего юбка взлетела высоко вверх. – Я непременно стану художником! Наконец – то моя мечта становится ближе! – вновь посмотрела в зеркало и озорно показала язык своему отражению.

Поправив акварель, висевшую неровно, занялась распаковкой вещей. В шкафу нашла одеяло и подушки. Для постельного белья из сумки тоже нашлось место. На нижнюю полку Таня осторожно поставила несколько банок с вареньем, маринованными овощами и пакет с картошкой.

– Как же мне повезло снять эту квартиру! Не придется делить комнату в общежитии с подругами, у которых лишь парни на уме, да тряпки!

Переодевшись в махровый халат, протерла пыль и приготовила постель ко сну. Сквозь неплотно задернутые шторы виден был серебристый диск полной Луны. Приготовив чай, пододвинула кресло к окну и забралась в него с ногами. Долго любовалась ночным светилом и огнями вечернего города.

– Хорошо – то как! – потянулась с хрустом в позвоночнике. – Даже и пожаловаться не на что! Но, пора и спатки укладываться.

Зная, что ночью обязательно захочется попить, а на кухню лень идти, на столик рядом поставила бутылку минеральной воды, купленную еще днем и чашку.

Улыбнувшись приятным мыслям и просто хорошему настроению, устроилась в мягкой постели, быстро уснула.

Таня не знала сколько проспала, но странный звук заставил затаить дыхание. Она ясно услышала плеск воды, наливаемой в чашку, еле слышимое шипение, потом выдох. Таня знакомо было такое состояние. Она так же шумно выдыхала, наслаждаясь вкусным напитком. И хотя она лежала лицом к стене, моментально сообразила откуда доносятся эти звуки. А доносились они именно от столика, на котором она вечером оставила минеральную воду.

Внезапный порыв ветра, взметнул легкие шторы к потолку. Мертвенно – бледный свет Луны залил всю комнату. Таня открыла глаза, несколько секунд лежала неподвижно и не дышала. Медленно повернув голову, увидела в круглом темно – синем кресле на четырех хромированных ножках у своей кровати красивую темноволосую девушку немного старше ее.

Незнакомка в коричневых джинсах и белой футболке сидела, согнув ноги в коленях. Рядом с креслом лежали небрежно брошенные фигурные коньки с блестящими каплями влаги на лезвиях. На стене слева от кресла горел светильник. Мягкий свет отражался в начищенном до блеска темно – коричневом паркете комнаты. На коленях незнакомки лежала открытая книга. Лицо с правильными чертами слегка повернула направо, в сторону книги, а взгляд был устремлен на открытую страницу. Девушка была полностью увлечена чтением.

Столик был придвинут к креслу. Незнакомка, не глядя протянула руку к бутылке и наполнила чашку.

Она не замечала взгляда Тани. Волосы свободно лежали на плечах, мягкой волной струились до самого пола. В черных глазах мерцали серебристые звездочки холодного света.

«Интересно, откуда этот светильник? И паркет? Ведь линолеум был… Что – то я совсем ничего не понимаю! – повернулась на бок, не успев подхватить сползшее одеяло, упавшее на пол. – Да о чем это я? Откуда она взялась?!»

Девушка посмотрела на Таню, не поднимая головы, улыбнулась и отложила книгу, прижав локтем к подлокотнику кресла.

– Привет! Извини, я увлеклась. И не заметила, как ты проснулась! А ты красивая! – улыбка была очаровательной.

– Я тут похозяйничала немного. – указала глазами на столик. – Надеюсь ты не против?

– Нет. – выдавила пересохшими губами.

– Давно не приходилось насладится давно забытыми вкусами, вновь вспомнить все яркие моменты жизни. Настоящей жизни. Как тебя зовут?

– Я… Я… Таня. – растерянно назвала своё имя, с удивлением разглядывая незнакомку.

– А меня Есения зовут. Я тоже красивая. Правда?

Таня лишь молча кивнула в ответ.

Есения нахмурилась.

– Красивая – то я красивая, но глупая. Вот потому и скучаю теперь здесь. – пристально смотрела в глаза. – Ты знаешь, я сегодня утром, как обычно, отправилась на тренировку… – глазами указала на коньки.

«Она сбрендила! – расширила глаза Таня. – Сентябрь месяц…»

–А потом, такая довольная, но совершенно обессиленная возвращалась домой. Я шла не спеша, не торопясь, как обычно. На улице было так тихо, так хорошо. С неба падал большой пушистый снег.

«Снег?!!!» – открыв рот, посмотрела в окно.

– Да, снег! – вновь нахмурилась. – Ну что ты такая… Непонятливая?

«Кккакой снег?» – переводила взгляд с Есении на окно и обратно.

Та закатила глаза, потом махнула рукой, как бы отмахиваясь от неразрешимой задачи.

– Я никогда не рассматривала снежинок, а сегодня на моих новых черных варежках падающие снежинки можно было четко разглядеть.

– Ты шутишь?! Неужели и правда, ты никогда не рассматривала снежинку? – Таня засмеялась, тихо, не желая показаться невежливой. – И вообще, что тут удивительного в такой простой вещи?!

– Знаешь, мой папа мне всегда говорил, что удивительное всегда вокруг, рядом, только нужно уметь это видеть. – тень печали на мгновение исказила красивые черты лица.

– Он прав! Люди в возрасте мудрее.

– Я никогда раньше не присматривалась к снегу. Ну падает он и падает, хорошо вокруг весело. А сегодня, рассматривала снежинку и удивлялась – такая маленькая, а какая красивая. Все частички ее точные, четкие, как будто выполнены художником. Она – само совершенство.

«А ведь и действительно это так! Если приглядеться к обычной снежинке, можно увидеть безупречность линий, геометрическую правильность. Уж мне – то как художнику… ну, будущему художнику, это должно быть совершенно очевидно».

– А потом, вернувшись домой, я рассказала о своем «открытии» папе. А он мне дал вот этот сборник стихотворений! – Есения показала книгу, которую читала. – Если откровенно, я не очень понимаю многие стихи, но одно из стихотворений как раз о снежинке меня просто поразило. Я перечитала его несколько раз. Думаю, тебе оно тоже понравится. Вот, послушай.

– Давай.

Это стихотворение Бальмонта. Оно так и называется, «Снежинка».

Светло – пушистая, снежинка белая,

Какая чистая, какая смелая!

Дорогой бурною легко проносится,

Не в высь лазурную, на землю просится…

Прекрасно, не правда ли?!

– Действительно хорошее стихотворение! – кивнула головой. – Красивых стихотворений очень много.

А Есения прочитала эти строки действительно прекрасно. Эмоционально! И голос звучал просто завораживающе. Таня буквально представила себя на месте той самой снежинки, мечтающей попасть на землю.

– Как ты вообще поживаешь? – неожиданно сменила тему разговора. – Где учишься?

– У меня все прекрасно. И недавно сбылась моя давняя мечта. Я поступила в институт Искусства…

– А кем ты хочешь стать?

– Художником. Сколько себя помню, я рисовала. Чем угодно и на чем угодно…

– Разве художники много зарабатывают?

– Я считаю, что деньги не главное! Если бы все находили работу по душе… А деньги… Если есть талант, то и деньги будут.

– А у тебя он есть?

– Надеюсь.

– Просто насколько я знаю, слава ко многим художникам приходит уже после… Смерти. А до того они прозябают в нищете.

– А я слышала выражение, что творческая личность, будь то художник, писатель или поэт, должны быть голодными.

– Все познается в сравнении. На пустой желудок творить сложновато.

– Ну я так далеко не заглядываю. Главное я на полпути к своей цели…

– А у тебя есть молодой человек?

– Нннеет. – несколько опешила от неожиданного перехода к другой теме. – А у тебя?

– Есть… – нахмурившись, Есения поправилась. – Был. Не хочу вспоминать о нем. А ты любила, когда ни будь?

– Было дело…

– Я тоже. Любила. Когда – то. Это такое прекрасное чувство! – отвернувшись к окну, закрыла глаза, замерла и неожиданно продолжила:

Любить невозможно ???…

Так до боли… До дрожи. Без лжи…

Говорят, надо жить осторожно…

Наши души горят от Любви…

Я люблю тебя честно… Без правил…

Так, то сердце трепещет в груди.

Не боясь, что ты можешь поранить,

Зная всё, что у нас впереди…

Я люблю тебя всею душою

Каждым вздохом тобою дышу…

Ну и пусть говорят: "Невозможно"

Я люблю!!! И тобою живу!

Таня слушала, открыв рот. Есения замолчала, смотрела в окно на блистающий диск полной луны.

– Это… Твое?!

– Да. Баловалась, когда – то.

– Это же здорово… Это так… Так… Я так не умею…

– Благодарю! Но это в прошлом… А тебе какие парни нравятся?

– Ну, даже и не знаю… – ненадолго задумалась. – Каких – то особых требований нет…

– Типа принца на белом коне… Нет, скорее на белом Мерседессе. Веяния времени, ничего не попишешь.

– Есть такое. Хотя, Мерседес не обязателен. Чтоб молод…

– Богат был и всех веселей!

– Ну а зачем мне старик?

– Все ясно с тобой! Мужчина должен… Ну и дальше по списку. Долго перечислять, но за нас уж давно про это написали в соцсетях.

– Там много, что пишут… Букеты из роз с романтичной запиской, машина, квартира или дом. И совсем не важно своим ли трудом он нажил все это…

– Что верно, то верно! – глубоко вздыхает. – Лишь со временем понимаешь – мужчинам тоже ох как не просто. Они терпят больных на всю голову истеричек, которые шарят по карманам в поисках компромата в телефоне. Плюс прощают так много привычек! А многим и вовсе несносный тон.

– Эээ… Я знаю, что среди мужчин попадаются по – настоящему верные…

– Но им почему – то совсем не везет. – резковато продолжила Есения. –Влюбляются в глупых, коварных, ревнивых, жадных до денег…

– А почему так?

– Все просто, – пожала плечами. – таких – большинство. А умным и вовсе труднее решиться связать себя «брачными оковами». Им уже мало красоты и достатка.

– А что же им надо?

– Они, как и ты – идеальных хотят!

– Долго же искать придется. И ждать.

– Ты в точку! Есть даже притча о старом – престаром холостяке. Ему девяносто, а он не женат… «Вы что, не нашли идеал?» – его перед смертью спросили.

– И что он ответил?

– Нашел идеал, но очень долго искал…

– Она что, отказала ему? Ну раз он не женат до девяноста?

– Увы, отказала, была занята… Она все искала мужчину… высокого роста. Чтоб молод, богат был… Ну, в общем, мечта!

Аааааа, поняла. – Таня привстала на постели. – Ведь я же так и сказала, что искать можно очень долго. И остаться одному…

– Так что нелегко приходится нам, женщинам. Всю жизнь мы только и делаем, что теряем! Находим! Даруем! Храним… – подмигнула Тане, предлагая продолжить.

Таня кивнула с готовностью, уставилась в потолок, собираясь с мыслями.

– Скучаем. Тоскуем. Смеёмся. Молчим.

– Грустим. Обещаем. Надеемся. Ждём.

– Рыдаем. Прощаемся. Веруем. Лжём.

– Рожаем. Готовим. Прощаем. Казним.

– Влюбляемся. Ссоримся. Спорим. Корим.

– Хохочем. Стесняемся. Любим. Цветём.

– Короче – мы женщины!!! Так и живём!!! – пораженно хлопала глазами. – Вот это да! У нас стих получился!

– Так и живем! – подмигнула озорно Есения.

«Наверно, стоит спросить, как она попала в комнату…»

Неожиданно по лицу Есении пробежала дрожь, в глазах блеснул холодный отблеск Луны

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.