Юрий Хользов
Давно пора

Ты идиот, скажи честно?

– Давно пора!

Это прозвучало приглушенно, словно из-за стены. В ушах барабанила кровь.

Стоп, что!? Кровь повсюду. Нет-нет-нет, я же сдержался, я на самом деле… Или да?

Взгляд не получалось сконцентрировать, все плыло, а барабанщики в ушах не переставали отбивать ритм моего сердца. Попытался встать, руки почувствовали сопротивление, отрываясь от ковра.

Черт, липко. Это сколько ж я времени провел в таком положении, если кровь успела запечься?

– Не торопись, спринтер.

Снова этот голос, чушь какая-то. И вообще все чушь, так не бывает.

– Муахахах, смешной обезьянка.

Заливистый смех. Женский? По порядку, надо сообразить, это я так вчера накидался текилой? Или молли палёная? Нет, состояние как с похмелья, с молли не такие отходосы. Жесть, ничерта не помню.

Усилием воли выпрямляюсь, тут диван рядом, я помню. Надо сесть. Шершавая поверхность дивана нащупывается рукой на память, сажусь. Стоп, что? Почему он такой огромный? Ничего не понятно, бесит. Вдох-выдох, спокойно. Глаза, наконец, приходят в норму, это же моя старая квартира! Та, где мы жили с матерью, до ее смерти.

Фу, щекотно.

Мать умерла давным-давно и мысль об этом уже давно не вызывала грусти. Не должна была вызывать.

ЧТО. СО МНОЙ. ПРОИСХОДИТ?

– Ути-пути, плачет, маленький. Ты бы даже мило смотрелся, если б не был весь в крови своего дядюшки, аха-ха.

Ее тоже убить, что-ли?

Всегда бесило, если ко мне не относятся серьезно.

– Зубы еще не выросли, щегол, чтоб на меня их точить! Я не твой дрищеватый родственник, голову сверну и ради хохмы пару селфи сделаю, потом оживлю и…. Ай в Бездну иди, не придумала еще.

Призабавнейший сюр, мне угрожает бабский голос в голове. Хотя, сталь в нем почувствовалась явно, будто и правда разозлилась. А еще как-то буднично, словно она такое уже делала.

– Делала-делала, зайка, но не с детьми… Это был бы интересный опыт.

Не отвечать, не говорить. Это все бред. Не мог я убить Ваську, не мог снова стать подростком, и не может какая-то Клава мысли мои читать. Видимо, все же с башней беда. В стрип-клубе что-то подсыпали?

– Еще раз назовешь меня Клавой – сломаю твою маленькую ручонку. Приходи в себя, щегол, нет у меня времени ждать пока ты расдуплишься и таблетку правильную выберешь.

– Я не щегол, а угрожать мне смысла нет. И не таких лесом отправлял.

– Вот, прогресс. Молодец. А теперь, разрешите представиться, господин «не щегол». Ксунауфейн Кладд'Эп, победительница турнира МиркРа, Мастер-Мечник и Пространственный маг, а еще красавица, комсомолка и жопа у меня отпад.

– Аха-ха. Когда вспомню кто меня угостил – попрошу еще.

– Кончай балаган, клоун, времени мало.

– Куда торопимся, мисс отпадная комсомолка?

– Да подними ты голову уже и обернись, идиота кусок. Ну вот кого мне всучили, недалекий имбецил, недели ведь не проживет.

Я медленно, боясь спугнуть визуал, поднял голову. Очень уж хотелось посмотреть на ее жопу, пока не отпустило.

– Чертов кракен, он еще и озабоченный извращенец.

Это был фейспалм?

И я увидел.

Мой организм за прошедшие года ко многому успел привыкнуть, много всякого я в него вкидывал, многое почувствовал, слышал. Нет, я не наркоман, как можно было подумать.

Главное – мозг, он у меня… Странный. Бухло действует только если накидаться в сопли, но тут я сразу спать иду, не буйный и не идиот.

– Не буйный, ахахаха, продолжай, балабол.

Я был буйным, но это было давно, и я успокоился.

– А еще теперь ссышь в рожу получить лишний раз и боишься стоматологов, а еще цен на новые зубки, – она наставнически подняла палец вверх и вздернула подбородок, чисто училка.

Может и так. Я и правда в последнее время стал жалкой копией себя из прошлого, раньше страх меня не останавливал. А теперь останавливает. Стыдно.

– Не парься, ты просто взрослый и знаешь последствия, насмотрелся. Это у вас и называется мудрость. Вы же хрупкие как тарелки с «Фреккен Бок», но это мы исправим, уж я тебе обещаю, – и она плотоядно облизнулась.

Пока девушка говорила, я смотрел на нее и не мог оторваться. Не видел никого красивее. Средний рост, на глаз, метр шестьдесят. Ярко-белые волосы закручены в причудливую, но очень стильную прическу из которой, якобы случайно, выпадают пара прядей, одна из которых огненно-красная. Молодая, на вид года двадцать три. Идеально сложенное тело, кукольное лицо, пухлые губки, тонкий носик.

Радужка глаз ярко-красного цвета, они светятся, будто в них магическое пламя мерно горит. Голова повернута набок, изучающе и задорно смотрит прямо на меня своими волшебными глазами. Стильное красное платье переливается, будто оно из Атласа, облегает шикарную фигуру, соски выпирают. Машинально отмечаю, что с таким платьем бюстгальтер смотрелся бы ужасно, видимо, не один я это понимаю. Грудь, на глаз, номер два с половиной, а то и три. Узкая талия, широкие бедра, которые обнимает платье, а ниже просто спадает свободным кроем почти до пола, с неприличным разрезом, сделанным так, что видно линию трусиков. Красные же полусапожки, плотно облегающие щиколотки.

Я оглядел ее, по меньшей мере, раз десять с ног до головы, пытаясь запомнить каждую деталь, такую красоту я не видел и не увижу, совершенно точно, я должен это запомнить.

Раз на третий заметил, что мочек нет и уши удлиненные, но не такие как во всем известной игре про Альянс и Орду, они аккуратно чуть заостренные вверх. И кожа. Она была черная. А в тех местах, куда падал свет из окна, можно было увидеть едва заметный синий отлив. Ночной Эльф?

– Дроу, имбецил. Ночные в лесах свои стремных живут, и кожа у них темно-синяя, а еще уши длиннее и выше они гораздо, неуч.

– Дроу? А с Дриззтом познакомишь? – попытался спетросянить я.

– Сальваторе. Да, забавный чувак, дурной, правда. Но по-своему интересный.

– Расскажешь?

– Да нечего рассказывать, заглянул за пелену, побродил, передумал и каким-то образом слинял обратно. А потом стал знаменитым писакой, безбожно выдумывая всякую ересь, но красиво описывая – это я уже у тебя в мыслях подсмотрела. И имена дебильные у него, – она смешно сморщила носик.

Дроу перешагнула через лежащее тело. Грациозно села в кресло и безбожно спародировала Шерон Стоун из одного пикантного фильма. Я невольно улыбнулся.

Это какой-то сюр.

– Готов?

В ее взгляде что-то изменилось, она напряглась, опираясь обеими руками на подлокотники и подавшись вперед. Тигрица перед броском. Хотя скорее пантера, грациозная и смертельно опасная пантера с красными глазами.

Насчет смертельной опасности вопили все мои инстинкты, каким-то образом я понимал, что при желании она меня порвет на куски.

– Правильно понимаешь, я сильнее тебя, как ты сильнее таракана.

– Очешуенное сравнение, спасибо, – я откинулся на спинку дивана.

– Ой давай без истерик, я знаю, что ты эмоции хорошо контролируешь. Бросай свои манипуляторские замашки, я знаю о тебе все, – говорила она смотря словно в душу, брр.

– Кстати, откуда? Как для меня – твоя осведомленность обо мне в таком объеме, это основной аргумент в пользу того, что ты глюк, – теперь была моя очередь задирать палец и подбородок.

– Мы связаны, я тебя ощущаю, как собственную руку.

– А управлять мной можешь?

– Нет.

– Значит, как член.

– Что?

– Что?

– Ты идиот, скажи честно? – она сморщилась, будто лимон откусила.

– Да, но ты же понимаешь, что я имею в виду. Я член тоже ощущаю, но управлять не могу, – и я расхохотался собственной тупой шутке так искренне, как только мог. Истерика, наверное.

Как ни странно, женщина тоже смеялась. Увидев, что я на нее смотрю, она успокоилась.

– Шутка тупая и в целом убогое чувство юмора у тебя, но твое настроение мне частично передается. Пока я не хочу ему сопротивляться, я тебя изучаю.

– Зачем?

– Ты странный. Внесистемный. Не должен был прорвать пелену. Хотя, по правде говоря, должен был, но вот в этом моменте. А ты сдержался, не убил этого неудачника, зря кстати. Жизнь у него отстой будет. Но ты сдержался, нагнул судьбу, сам того не зная, и продолжил свою жалкую жизнь. А потом каким-то образом вернулся сюда и все переиграл. Сделал так, как должен был семнадцать лет назад. И я не понимаю, как такое возможно, кто позволил и зачем. Вариантов настолько много, что гадать без пользы, мало данных, – говоря это, она ходила по комнате из стороны в сторону.

– Допустим, я принимаю этот сюр за чистую монету, даже весело. Из того что ты говоришь, первый вывод – судьба обиделась и нагнула меня.

Зачем только ждать столько.

– Говорю же, идиот. Судьбы нет в вашем мире, а в моем Судьба – раздел Магии. По факту ты у нас двойная аномалия. Это значит сразу несколько вещей, но я тебе пока ничего не скажу.

– Пока?

– Пока.

– А когда?

– Когда примешь решение.

– Небо, а ты можешь более предметно свой рот открывать? А то говоришь много, а ниче не понятно, – я уже начинал злиться.

Чего она о себе возомнила, Клава.

И тут мне стало очень больно. Пантера сорвалась с места, наступила носком мне на ногу, второй ногой прописала мне с колена в подбородок. Затем убрала ногу с моего носка, ударила в солнечное сплетение кулаком, сделала полшага назад и выбила мне челюсть с разворота ногой. Схватила за волосы, не давая упасть, и прямым профессиональным ударом ногой в грудь, вышвырнула меня из дома через окно. Его я разбил своей спиной под крик ЭТО СПАРТАААА, который, впрочем, звучал только в моем сознании.

Я лежал в канаве в метре от дома. Я – боль. Все тело болело, легкие горели, я тщетно пытался вдохнуть и не мог, паника пришла в момент, когда я это осознал, попытался встать, разогнуться – не вышло. Я просто лежал в позе эмбриона и не мог даже рта открыть.

Все это произошло настолько быстро, что восстановить цепочку событий, а точнее ударов, я смог не сразу.

– А теперь, когда ты соблаговолил отнестись к моим словам серьезно, слушай и запоминай: Ты – жалкий червяк, без силы, без системы, без навыков и знаний, твоя никчемная жизнь закончится, когда тебя пырнет ножом в баре пьяный бородатый гомосек. Я серьезно. Тебя убьет бородатый педик за то, что ты сломаешь нос его парню, в течении нее ты не добьешься ничего и гордиться будешь только парой сотен баб, с которыми успел переспать. Большинство из них не тянут на гениев в постели, а некоторые и вовсе, страшные как помесь огра и гоблина. Еще будешь гордиться переоцененным умом и своим мотоциклом. ВСЕ! Ты никчемен и слаб. Нравится, что нет лифчика? Никогда тебе такой женщине как я свой член в рот не пристроить, потому что ты ничтожество. А жив ты пока только потому, что тебе повезло, а мне интересно. Я понятно изъясняюсь? – эта фурия нависла надо мной и кричала мне в лицо свою обидную чушню, но сделать я ничего не мог

– Агхаррр…

– Больно, щенок? Привыкай, – пантера отступила, и казалось, успокоилась.

Я все так и лежал, дыхание постепенно возвращалось, боль усиливалась, пошевелиться я все так же не мог.

– Ахахаххах, аргх, кха, ках.

– Чего смеешься, червяк? – она вопросительно подняла бровь.

– Всегда знал, что все бородачи – гомосеки на самом деле, ахахахахах.

Я смеялся так, как никогда. Мне было больно, челюсть саднила так, что мой смех больше похож был на кашель курильщика, но мне было плевать, я радовался.

Бородатый педик убил за своего парня, ахахахахах.

Ксунауфейн смотрела на меня с изумлением, лицо вытянулось как у лошади, пардон, очень красивой лошади, в глазах неверие, возмущение и что это, зайка, уважение?

– Еще чего, ничтожество, далеко до уважения, но ты меня удивил, поразительная смелость. Ты ведь думал, что я тебя убью, – она развернулась и посмотрела своими прекрасными гляделками прямо в мои, обычные.

– Ага, ну и смысла умолять, если итог один? Лучше сдохну с улыбкой на своем портрете, так оно веселее, знаешь ли, – я попытался сесть, не вышло.

– Ладно, выздоравливай.

В ее руке появился красный пузырек, прям как из Диабло, она открыла его зубами и вылила содержимое мне на голову. Спустя секунду боль прошла, я смог расслабиться и лечь ровно, жидкость словно впиталась в меня не оставляя следов, а бутылёк растворился в руках Эльфийки.

– Воу! Это в какой аптеке такая штука? – сказал я, садясь на влажную от росы траву.

– Идиот, это Зелье лечения. Ты в курсе. И в курсе, что нет ее в твоем мире.

– В моем мире? Ты уже второй раз это сказала, – я уставился на нее снизу-вверх как ребенок на мотоцикл.

– Да. Миров много. Но тебе еще рано знать детали. Возвращаемся к тому, что нужно было выяснить до того, как ты решил попробовать себя в роли моей груши.

Ксунауфейн успокоилась, села на завалинку, опять закинула ногу на ногу и пристально на меня посмотрела.

– Платье замараешь, жопу простудишь, потом воспаления всякие по-женски, вонять будет ужасно, тебе оно надо? – я в своем репертуаре, петросянить до смерти, аминь!

Жаль, что ей не нравятся мои шутки, я с их помощью не одну мадам в постель затащил, а эта совсем не шарит, или намеренно игнорирует?

– Выбирай.

Это было произнесено глухо, как удар грома где-то очень далеко, но отчетливо. Сразу понятно, что вопрос не простой, а такой от которого много чего зависит. Я это сразу считал и проникся моментом, вмиг стал серьезен, сел, посмотрел прямо на девушку и спросил:

– Варианты?

– Всего два, Маркуш, – она показала указательный палец, – первый: ссышься, отказываешься, и просыпаешься в своей жесткой постели с той бабой без сисек, а потом все как я говорила, – разогнула средний, – второй: идешь со мной и почти наверняка сдохнешь почти сразу, от глупости или наглости, как повезет, – затем она согнула обратно указательный, не сгибая средний.

Коза.

– Сдохнуть когда-нибудь потом или сдохнуть вот-вот, но успев увидеть гномиков и драконов? – я изобразил восхищение.

– Имбецил. С драконами познакомиться мечтают только имбецилы, – она смотрела на меня как на идиота, опять.

– А вот я знаю осла, у которого получилось.

– Пламя Инферно, ты имбецил, – Ксунауфейн дала себе натуральный фейспалм и села, закрыв голову руками, меня все это забавляло. Я откровенно выжимал все из этого трипа.

– Да не трип это, идиот! Это реальность, только не та серая безжизненная, в которой живешь ты, а настоящая. Сейчас я даю тебе выбор, остаться в городе Агента Смитта и дрочить на красотку в красном, или пойти со мной и увидеть Зион, она подалась вперед и в ее руках натурально появились две таблетки, синяя и красная.

– Ты сама-то его видела? Дерьмо же, и роботы стремные! – я отвернулся, разглядывая тополь в трех метрах.

– Я знаю, что ты все понял, кончай петросянить, – это было произнесено с нажимом.

– В том и дело, Ксу… Как там тебя? Ксу кто? Ай, плевать, будешь Ксюха. Дело в том, что не понял. Куда идти? Что там делать? Зачем и кому я там, а главное нахуя? Пойти потому что психопатке, которая может и иногда хочет порвать меня на тряпки, это интересно? Спасибо-пожалуйста! Уж лучше без титек и хорошо поставленных вертушек, – я встал и начал выбираться из канавы.

– Это твой окончательный выбор, Марк? – прозвучало в спину, когда я, наконец, преодолел подъем.

Я развернулся.

– Нет. Я пойду, но только чтоб тебя выебать. Просто из принципа! А еще, потому что не люблю бородатых гомиков!

– Если тебя так волнует тема секса, то я не против, но только после того, как обретешь свое взрослое тело, а то это крипово даже для меня, – она снова морщит носик, ну натурально девочка маленькая.

– Нет. Ты не поняла. Я тебя нагну. Не займусь с тобой сексом или любовью, а против твоей воли изнасилую так, что ты будешь умолять меня тебя отпустить, а для того чтобы я смог – ты поможешь мне стать сильнее.

Говоря это, я смотрел прямо в ее глаза, не меняя тон, чеканя каждое слово, чтобы до нее дошел мой посыл. А еще чтоб дошло, что никто просто так не бьет меня по роже.

– Етить какие мы обидчивые. Я думаю, ты сдохнешь, Марк, и сделаешь это быстро. У нас наверху вообще считают, что ничего страшного, если я тебя тут сама убью. Ты ненормален, твое появление нарушает привычный порядок вещей, многие уже сейчас боятся и ненавидят твою тушку. Я другого мнения, – Ксюха смотрела на меня задумчиво, поглаживая себя по шее.

Я продолжал на нее смотреть. Плевать на все, что она говорит, сейчас я хочу одного, чтобы она поняла, я не шучу.

– Да поняла я, поняла! Тоже мне, страшный, злой рюсский. Я услышала, и принимаю твою клятву. А следом даю свою, – она встала, задрала носик в небо, развела руки и заговорила странным, глухим голосом.

На этом моменте будто сам воздух стал гуще, небо потемнело и в нем словно появилось что-то живое, величавое, наблюдающее.

– Я, Ксунауфейн, даю клятву тебе, Марк. Пред лицом НАБЛЮДАТЕЛЯ: если ты исполнишь свою, то я стану принадлежать тебе. Как покорный и на все готовый раб, до самой твоей или моей окончательной смерти.

– Ой фу! Ну вот, весь кайф испортила. На кой мне, скажи теперь, безвольная кукла на службе, да еще и тогда, когда она заведомо слабее меня? Чертовка, умеешь обломать, – я сплюнул на асфальт и поплелся в сторону дома.

Черная кла… Коза стояла и ухмылялась, гордо подняв свой аккуратный носик к небу.

Точно, она же меня насквозь видит. И клятву дала специально, потому что понимала, что раба мне не надо.

– Вот это поворот! Да ты умнее моей первой училки по алгебре, – я сделал вид, будто смотрю с уважением.

– Твоя училка – старая маразматичка и алкашка… Стоп, ах ты… – Эльфийка на мгновение замерла, а потом ее озарило.

– Ахахахахаха, один-один, – моя очередь смеяться.

Я встал, отряхнулся, посмотрел на небо, которое снова было совершенно обычным.

– Стоп, а Витька где?

– Кто?

– Брат. Он со мной был тут в этот день.

– Этого дня не было, тупень. Точнее он был, но не этот. Не заморачивайся. Мы считай во сне, проекция твоего сознания. Когда она родилась, я услышала зов и появилась в тот миг, когда ты переворачивал кассету в последний раз, а потом просто наблюдала. Кстати, неплохо получилось с родственником, сосочки привстали даже не смотря на то, что ты ребенок, – она кокетливо провела ладонью по груди, сжав ее.

– Что дальше? – я сделал вид, будто не заметил этого жеста.

– Дальше у тебя есть пара дней в своем задроченном мирке без магии, затем мы тебя призовем. А там инициация, тест, обучение, экзамены, секс, наркотики и девственницы, – она снова загибала пальцы.

– Не люблю девственниц, – я поморщился, вспоминая свои с ними опыты, гавно же.

– Я в курсе и ты в курсе, что хрена лысого тебе, а не девственницы. Ты сдохнешь раньше, чем инициация случится, потому что тупой.

– Инициация? – теперь уже я смотрел на нее с интересом.

– Типа присяга, как в армии у тебя была. Только настоящая. Тебя представят лордам, матронам и богам, дадут цель, дом и проверят, из чего ты сделан. Во всех смыслах. И ты сдохнешь, Марк, – это было сказано так, будто мы не о будущем говорим, а о факте, который уже состоялся.

Затем, я проснулся. Один. Пустые бутылки пива на столе, трусы висят на телевизоре. Приснится же такое. Глянул на яблофон, полвторого.

Леший с ним, значит, сегодня в школу не пойдем.

Заботливо валяющиеся на подоконнике три сигареты дали понять, что Сашка проявила некоторую заботу обо мне. Хорошая баба, только сосет плохо. И сисек нет.

Но с бабами всегда так, либо сисек нет, либо жопы, либо есть и то и это, но рожа страшная, либо все есть, но не про нашу честь. Такие дают дядькам побогаче, а я так. Непризнанный гений средней руки. Крохотный бизнес, большой член, красный спортивный мотоцикл и прокачанная эмпатия, позволяющая понимать и клиентов, и баб. Почему клиенты отдельно от баб? Потому что баба – это всегда в первую очередь баба, а потом уже все остальное.

К счастью, в трубе остался спрятанный косяк, я всегда его держу на утро после нарконочей. Помогает уснуть и легче перенести отходняки с ночных марафонов, в которых много синтетики, смазки и самой презабавного секса. Что только не приходит в голову нанюханным, разнополым людям без одежды на ум в одной квартире, кхе-кхе. Кстати, поэтому я не упарываюсь, если есть хотя бы один мужик в квартире. Ну ее в топку, знаете ли. Мой личный максимум, это четыре бабы за один раз, из которых симпатичных было ровно полторы. Почему полторы? Потому что вторая была оч красивая, но без передних зубов. Так-то.

Прикурил, напаснулся, залечил… Гуф, конечно, ту еще чушь мне в уши заливал в отрочестве, но что поделать, я его слушал и кой-чего запомнил.

Так и прошел этот день, собственно, как и любой день проходит, когда перед ним ты всю ночь под кайфом. Перед сном завалился в горячую ванну, взяв с собой косяк и три бутылки пива, отмокал, слушал музыку, хлебал пиво и прикуривал косяк, ляпота.

Знаешь, Крис. Разговаривать во время секса – не вежливо

Доброе утро, блин.

ПАРАМ-ПАМ-ПАРАМ-ПАМ-ПАМ!!!!

– Да, слушаю

– Марик, привет, ты тут, на месте?

– Не, я еще на другом берегу, дела.

– Блин, тут кредит!

– Ну сори, набери девчонкам, я не успею при всем желании.

Я скинул вызов и пошел на кухню. Звонил Аслан, неплохой парень-азербайджанец, воспитанный и вежливый, но как по мне – слишком серьезно относящийся к бизнесу своего отца, который торговал шубами, куртками, пуховиками.

Там опять цена вопроса двадцать пять, с которых я заработаю пять, а чистыми вообще три, нафиг надо, не поеду.

Мой небольшой бизнес, это брокерская контора в лице одного меня и бухгалтера на аутсорсе. Мебель, шубы, мотоциклы, титьки, зубы и глаза в кредит! Если упрощать, то я извернулся ужом и спустя десять лет работ на кого попало, таки открыл свое ИП, все просто: хочешь себе титьки – идешь к врачу, он говорит, сколько это стоит, потом идешь ко мне. Я всем банкам рассылаю на тебя заявку, убирая все страховки и прочие допы, но накидывая свою наценку и если есть одобрение, то скидываю деньги врачу. Скажем, двести тысяч, а ты платишь кредит за двести тридцать, потому что тридцать там моих. Вот такой вот нехитрый бизнес-план. Работает, и меня еще даже ни разу не избили.

Раздался настойчивый стук в дверь. Ну, тут у меня только два варианта. Менты или не менты. Оказалось, не менты. Жаль. Я б не против чуть на тюрьме посидеть, интересно же.

– Так и знала, что ты ничерта не работаешь, снова. Бизнесмен, штаны на лямках. Не кончились деньги еще?

– Когда они начнут заканчиваться, я буду на работе жить. А пока мне хватит неделю жить в стрипклубе. Кстати…

– Идиот.

– И насчет заканчиваний. Сымай трусы, женщина!

– В душ сначала иди! От шлюх своих отмойся, животное.

– Вчера я никого не трахал и даже мылся, когда все уехали.

Я подхватил Крис на руки, перекинул на плечо и потащил к кровати, шлепая по жопе и напевая песенку про антилопу. Не спрашивайте. Она хохотала и обзывалась дебилом, но это я итак знаю, мне бабка говорила.

Я скинул красивую жопу на кровать и начал расстегивать ремень, наблюдая, как женщина от меня отползает на дальний конец кровати.

– Ну так не трахался или мылся после секса? Определись.

– Вчера не трахался и вчера мылся, я точно помню.

– Прогресс.

Крис улыбалась и смотрела как я раздеваюсь, она всегда так делала. Фетиш какой-то что-ли. Я даже предлагал ей сходить со мной в стрип-клуб пару раз, но она всегда отказывалась. Любит меня и никогда не согласна быть рядом, если есть кто-то еще, бедненькая. Мне даже стыдно, когда я, оставаясь один, думаю о ней. Влюбилась, приняла меня таким… Таким какой я есть и просто находится рядом, не мешая и не позволяя ее обижать.

Она уже три раза за пять лет нашего общения находила себе мужика и переставала ко мне ездить, самое большое полтора года ее не было. Даже замуж вышла. Вот так.

А потом, холодным зимним вечером снова заявилась на порог, разогнала весь сброд что был у меня на квартире, и всю ночь скакала на мне с перерывами на покурить, занюхать.

Надо бы уже разорвать этот порочный круг и послать ее.

Будь милосерден – заставь бабу тебя ненавидеть. Но как тут заставишь тебя ненавидеть, если она своими руками за волосы с тебя бабу сдёргивала, и сама запрыгивала? Вот и я не знаю.

– Нам надо поговорить, – это говорила Крис, странно оглядывая меня голого, стоящего у кровати.

Ооо, как говорит товарищ Макаренков, «Заваривайте чай, готовьте вкусняшки…», счаз будет шоу.

Я еще пару мгновений посмотрел на девушку, затем не одеваясь ушел на балкон, вернулся с сигаретами и пепельницей, прикурил и сел прямо на пол рядом с кроватью.

– Знаешь, Крис. Разговаривать во время секса – не вежливо.

– Секс – это когда два человека хотят трахаться, а ты просто очередной раз решил подрочить мной, хотя мог бы и кулаком. Для тебя ж в эмоциональном плане вообще нет разницы. Помнишь, когда последний раз целовал меня не в вагину?

– Что ты имеешь против поцелуев в вагину?

– Марк!

– Ну чтоооо? Мы это проходили, Крис. Очень тебя прошу, не начинай.

– Сейчас иначе, у меня к тебе есть предложение.

Я прикурил, затянулся и шумно выдохнул душу маленького солдатика смерти.

– Валяй.

– Ты заметил, что жопа моя в объеме увеличилась, я стала больше есть и ходить в зал, чтоб булочки в боках не оседали. Я знаю, тебе нравится сейчас больше. Я долго морально готовилась к этому разговору и все обдумала. Я знаю, что тебе не нравится моя грудь. Маленькая. Дай мне кредит?

Я смотрел на нее сквозь сигаретный дым и не понимал, это она серьезно? Думает, что если станет идеалом внешности в моих глазах, то я куплю, полюблю и полетим? Настолько отчаялась, что готова на такое ради меня и совершенно наплевала на себя? Мне стало мерзко и жалко.

Пора это кончать.

– Заметила перемены в нашем общении после того, как жопа стала больше?

– Эм… Ну да, ты чаще меня трогаешь.

– Я чаще трогаю твою жопу, Крис, – я смотрел прямо на нее. Усилием воли согнал со своего лица все хорошее, что к ней чувствовал, здесь и сейчас.

– Ну, жопа-то моя!

– Дура блин. Я трогаю не тебя, а часть тела, которая мне нравится. Понимаешь? Я ничего к тебе не чувствую и никогда не почувствую, для меня ты просто тело. Красивая мордашка, шикарные густые рыжие волосы ниже задницы, рабочий рот и безропотный раб, который всегда готов этот рот открыть. Я никогда не дам тебе того, чего ты хочешь, потому что мне на это плевать! И было плевать всегда. А теперь ты мне еще и противна. Лечь под нож ради ублюдка, который тебя ни во что не ставит? Серьезно, Крис?

– Это не правда, я знаю.

– Это правда. И вот тебе еще одна: я больше не хочу тебя видеть. Уходи и не возвращайся.

Она плакала, а я радовался. Теперь у нее все будет хорошо, без сдерживающего фактора в виде больной любви ко мне.

Она больше не смотрела на меня, неловко перебирая руками, доползла до края кровати, спустилась и пошла в прихожую. Она одевалась, чтобы уйти навсегда, а я стоял и даже не дышал. Это старый трюк. Не дыши, чтобы не сорваться. Вегетативная система организма – та еще приколюха. Начнет поступать кислород в кровь – она заработает, но пока ты не дышишь, твой организм думает только о том, что ему надо дышать, и ты можешь стоять с каменным лицом, даже если очень грустно и больно. Я стоял с виду расслаблено, не поворачиваясь, экономя оставшийся в легких воздух. Все же немного было грустно, но это лишь обыкновенная жалость к себе. Жалость на тему того, что больше никто ко мне не завалится без приглашения с бутылкой вина.

Замок наконец щелкнул, дверь открылась, я услышал топот каблуков по коридору. Все.

Я постоял еще полминуты, чтобы лифт точно приехал, она точно в него зашла и поехала вниз. Затем вдохнул и началось. Это была истерика. Я смеялся, но иногда сквозб смех прорывались предательские всхлипывания. Как же погано это – поступать правильно, не думая о своей выгоде.

Я что, тебе совсем не нравлюсь?

– Очаровательно. Ты не только имбецил, но еще и мразь.

Я подскочил как ужаленный, согнул ноги в коленях, руки отвел назад, готовый ко всему. Но никого не было.

Вообще. Я в своей квартире, руки вспотели, но я был один. А вот голос был смутно знаком.

– Ага-ага, знаком. Не сон то был, идиот. Не сон.

– Кто здесь? – спросил я в лучших традициях плохих ужастиков, озираясь по сторонам.

– Ксунауфейн, идиот.

Я расслабился, отер лицо, пошел в спальню за вещами и сигаретами.

– Ой да можешь не одеваться, все что нужно я уже увидела. Замечательный член, кстати.

– Завались.

– Бу-бу-бу, злой полицейский, аха-ха.

Представляете, насколько это крипово – слышать заливистый женский смех в голове? Голоса еще ладно, это в норме шизофрении, но вот смех… Брр.

– Знаешь, я передумала. Ты правильно поступил. Если бы пропал просто так – она бы тебя очень долго искала, подняла всех, и никогда бы не вышла замуж больше. А так все будет хорошо. Решит, что ты снова сменил город, пару лет погрустит, а потом ты сотрешься с памяти, и все у нее будет плохо. Но не так плохо, как с тобой, аха-ха.

– Радует, что хоть в чем-то я прав.

– Не звизди, Маркуша, тебе вообще не нравится быть правым, но прав ты почти всегда. Всегда правый имбецил, аха-ха.

– Весело тебе?

– Конечно, ведь мой насильник скоро умрет, чудесное настроение! Я вся – предвкушение!

– Ой да не буду я тебя насиловать, теперь не интересно.

– Я что, тебе совсем не нравлюсь? – пролепетала она обиженным голосом третьеклассницы.

А потом снова расхохоталась. Черт, когда же та гадость меня отпустит? Оделся, прикурил, пошел на кухню.

Будем инспектировать холодос на предмет замороженных и повешанных мышей! Классная шутка, да.

– Фигня, а не шутка.

Как там было у Сэма Винчестера? Не обращать внимания, не взаимодействовать, не отвечать.

– Ага, у него же так все удачно получилось, аха-ха.

Ну да, там без ангелов не разобрались. Черт, хочу ангела в друзья. Может и вылечил бы меня.

– Вылечить можно больных, а ты не болен, ты сломан. И как того бэтмена, из твоего детства, ни один папка не соберет. Хотя, конкретно твой папка, даже игрушку не собрал тогда, ублюдок, понятно в кого ты такой.

– А ну завали свой, сука, рот!

Я со всего маху толкнул дверцу холодильника, схватил со стола кружку, швырнул ее в стену и принялся озираться, в поисках чего бы еще поломать.

– Да, прости, я перегнула.

Стоп, что? Она извиняется? И голос как будто бы правда виноватый? От такого я в момент растерял весь свой гнев и просто залип. Очень это отрезвляет, знаете ли, когда голос в голове искренне извиняется.

– Марк, я не просто голос, но я правда у тебя в голове и вижу тебя насквозь. Закрыли тему, больше я ее не подниму. Прости пожалуйста, меня занесло.

– Как, говоришь, тебя зовут?

– Ксунауфейн.

– Родители под травкой имя придумывали?

– Имена всем детям дает Матрона. И каждое дается не просто так. Каждый темный Эльф гордится своим именем.

– И что значит твое?

– Ммм… На твоем примитивном языке примерно будет как «Глаза Демона».

– То есть, у вас не у всех такие гарные гляделки?

– Нет, пульсируют только мои. Почти у всех просто кроваво-красные.

– А красная прядь?

– Сам ты красная, она огненная, не советую прикасаться, будет бо-бо. Это магический огонь. Как и глаза, от отца.

– От отца?

– Да, моя мать была… Скажем, ей было скучно. Часто было скучно. Лично я ее понимаю. Подземелье, интриги, смерти, турниры. А ей все это не очень нравилось, вот она постоянно и развлекалась, как могла.

– С Демонами?

– С Демоном. Одним. Он был в плену, разведчик. Я его не видела никогда, знаю только из рассказов. Как и о матери. Ее казнили почти сразу после моего рождения.

– То есть черное с красным смешивать у вас нельзя?

– Великое Пламя, ты неисправим. Темные Эльфы как Слизерин. За чистоту крови и вот это вот все. Кроме того, в большинстве случаев мы не можем понести от представителей других рас. Но тут либо отец был особенным, либо мать чего-то наколдовала. Она была сильным магом и жрицей, пока я не родилась. После моего рождения она ослабела настолько, что простейшие заклинания были для нее как чертежи ваших ракет. А у нас кто слаб, тот мертв. Поэтому ее и казнили. Она бы все равно не выжила, а тут и слабую убрать и всем остальным в назидание казнь устроить, так Матрона и поступила.

– А тебя почему оставили в живых?

– Богиня заступилась. Так говорят, может и врут. Но факт остается фактом, меня оставили и воспитали, не без проблем, но я была сильнее остальных, умнее многих и всегда держу свое слово.

– А почему ты?

– Почему я с тобой, а не кто-то другой? Все просто. Это часть условий, по которым я живу. Я не могу претендовать на важные должности в своей стране, не имею права голоса. Но я сильный маг и воин, которого ненавидит почти каждый сородич, поэтому меня сразу готовили в наставники для Призванного.

– А Демоны?

– Демонам плевать, они сношаются со всеми и всегда. А еще каждый Демон – это отдельный Демон. У них нет общности и как таковой культуры. Есть культ силы, наслаждения, боли, страха и чего-то там еще. Верховный Демон – это просто самый сильный представитель расы, которому плевать на все, потому что он так может. Демоны – это вроде как грубая сила в Совете Восьми. Вся грязная работа на них.

– Бред какой-то.

– Что?

– Если им так наплевать, чего тогда разведчик у вас вынюхивал?

– Ты точно имбецил. Закрыли, потом расскажу больше, если доживешь.

– Ладно, последний вопрос: кто такие призванные, и почему я и зачем?

– Это три вопроса, идиот. На все ответит совет, когда ты пред ним предстанешь.

– Кстати, это когда?

– А вот прямо сейчас.

– Что?…УАУАОУАААОоооооо

Интерлюдия

Крепость Равновесия. 99 уровень. Трактир Нейокена.

– А если вот так? – прорычал Демон, с силой опуская карту на игровое поле.

– Мирраз, дружище, ты слишком вспыльчив, – с легкой полуулыбкой на лице проговорил его оппонент, скидывая карты на стол. Это был высокий и стройный темный Эльф.

– Это просто вы, ушастые, все как один снобы, и ублюдки. Не важно, светлые, темные, лесные – все одно, под разными соусами, – теперь Демон тоже улыбался, он знал, что Дроу не любят, когда им напоминают о дальнем родстве с другими Эльфами.

– Между нами века и горы различ…

– Ой, да закрой рот! Я знаю, и вообще все знают! Бухтило, – Демон прервал собеседника, а потом наигранно закатил глаза.

Это был с виду обычный трактир. Однако, назвать его обычным, или даже Трактиром – язык мало у кого повернется. Это не просто трактир, но Трактир самого Нейокена. Вся посуда была чрезвычайно дорогой, за баром стояли огромные стулья из массива векового древа. Клиентская зона здесь не была нужна, но все же, несколько таких же массивных столов стояли в определенном порядке. За спиной бармена искрились разными причудливыми цветами бутылки со всяческими напитками в бокалах, форму которым придал будто кто-то, у кого не все в порядке с головой. Но Нейокену нравилось. А что нравится Древнему – по определению, красиво.

Старый Дреней спокойно натирал очередные бесценные бокалы, мерно напевая какую-то свою Дренейскую песенку, в которой гласных было раза в четыре больше чем согласных, как и во всей Дренейской культуре.

На столе, за которым сидели Дроу и Демон, было игровое поле с раскиданными картами и фишками, а посредине возвышался небольшой хрустальный шар.

Картинки в шаре сменяли одна другую.

Вот, какой-то ребенок выходит из потрепанного частного дома и замирает в ожидании, затем выходит второй, а вот они уже вместе, молча и сосредоточенно, куда-то идут.

– Хозяин! Тащи мне грог и этому щуплому того бабского поила, что он пьет, – говоря это Демон стукнул кулаком по столу так, что волшебный шар подпрыгнул, и картинка подернулась рябью.

– Это вино, мой друг. Прекрасное черное вино из вкуснейших плодов древа забвения, – Дроу говорил как всегда, улыбаясь и таким тоном, будто объясняет ребенку очевидное

– Угу, древо забвения. На самом деле, колючий куст из Подземья, на котором растут черные ягоды, сожрав парочку из которых, превращаешься в овоща и хоть в жопу тебя долби, – Мирраз сощурил подозрительную гримасу, – может ты из этих, Филдаэр?

А затем оба рассмеялись. Тут не было секрета, и Демоны и Эльфы живут так долго, что в течение жизни успевают попробовать все, как в сексуальных утехах, так и во всем другом, до чего успевают дотянуться своими руками. И не только руками.

Тем временем хозяин выставил на свободные места кружку, больше похожую на бочонок с ручкой из черного металла и изысканный бокал, наполненный почти до краев черной жидкостью, от которой исходил черный же, густой туман.

– Надолго вы тут, господа полубоги? – деловито осведомился трактирщик, который не очень любил как Демонов, так и Дроу.

– Скоро начнется, посмотрим и свалим, не брюзжи, старик, – Демон отмахнулся и принялся жадно глотать обжигающий напиток.

– Мирраз, сынок. У такого как ты, разве нет дел важнее, чем наблюдать за какими-то человеческими детьми? Не знаю там, некого завоевывать, насиловать, пытать? – Нейокен приблизился вплотную к Демону и посмотрел ему прямо в глаза, отчего Демон невольно застыл. Никто не спорит с Древними.

– Это не просто дети, уважаемый Нейокен, один из них может быть призван раньше, чем мы допьем, – Эльф был как всегда вежлив и изворотлив, он даже склонил голову в полупоклоне.

– Ну, призван, ну герой, ну сопляк. Вам-то какое дело? – Дреней был уже удивлен и заинтересован.

– Не призовется он, а разорвет Пелену в приступе ярости, я тебе говорю, Филдаэр! – Демон снова ударил невиновный стол, – мне нужно, чтоб он прорвался сам! Призванные – тупые сопляки и ничтожества, шоры которым надевают сразу вместе с кандалами.

– Мирраз, ты забываешься, – взгляд и голос Дренея заметно напряглись, а в помещении стало гораздо темнее, – призванные – священные герои созидания, они защищают наш мир от Бездны, Магов Крови, Диких племен и вообще всего зла, что пытается сожрать наших детей и сжечь наши дома!

– Нейокен, я признаю твою силу и уважаю тебя, но Призванные – просто болваны, которым говорят, что делать, куда качаться, в кого кончать или от кого родить и где умереть, а они и рады. Ради высшей цели, блага, и мира во всем мире. К тому же, еще какую-то тысячу лет назад в твоем списке были бы и Демоны, и Дроу с Орками, – Демон понимал, что играет с огнем, но он Демон, и ему плевать.

– Мой друг лишь пытается сказать, что нам нужны перемены, уважаемый Нейокен, – Эльф не переживал за Демона, а вот досмотреть сюжет в шаре очень хотел, чему угрожала эта перепалка.

– Перемены, Филдаэр? Восемь рас живут в мире, кроме мелкого шпионажа и междоусобиц не происходит ничего разрушительного, мы никогда не жили так спокойно и никогда так не процветали как сейчас! И что же вы в этом хотите поменять, наглые юнцы?! – говоря так, Неокен постепенно закипал и последние два слова уже кричал в лицо Эльфу.

– Мир? Процветание? – Демон тоже был не на шутку взбешен, – ты из ума выжил на старости лет или ослеп, старик? Мы теряем аванпосты в ледниках, джунглях зверолюдов и диких землях! Культ безднопоклонников как никогда многочислен, дикие начали осваивать магию и в том числе магию Крови! Со всех концов света разведка докладывает об аномалиях, разведывательные заклинания рассыпаются! Нам нужен Герой, прорвавший пелену. И не с помощью подвига или ума, не изобретатель или властолюбивая мразь. Нам нужен тот, чья ярость поведет его туда, куда ваши трусливые герои не суются, потому что вы их слишком оберегаете! Нам нужен этот сопляк хотя бы для того, чтобы мы, наконец, наверняка узнали, что там на окраине!

Эльф вжался в свое кресло. Никто не спорит с Древними. Это непреложное правило, нарушать которое – преступление. И не потому, что Древние сильны настолько, что могут уничтожать цивилизации. А потому, что их знание это тысячи лет опыта и спорить с ними – расписаться в собственной глупости. Иногда смертельной глупости.

Тем временем Дреней смерил Демона тяжелым взглядом, затем по-стариковски вздохнул, развернулся и просто ушел.

– Ты с ума сошел, красный идиот? – Филдаэр тоже не смог сохранить хладнокровие, настолько вопиющим было то, что сейчас произошло.

Демон понимал, что перегнул палку, поэтому не спешил отвечать Эльфу. Но он точно знал, что он прав, а совет настолько размяк в условиях отсутствия войны на протяжении сотен лет, с момента последней битвы с Бездной, что уже не допускает даже возможности того, что Бездна вернется. А Она возвращается. Всегда возвращается.

Тем временем Дреней вернулся из своей каморки, держа в руках пинту, а рядом с ним в воздухе двигался массивный стул, который просто плыл по воздуху, поддерживаемый магией. Нейокен подошел, взмахом руки раздвинул друзей вместе с их шикарными креслами, на освободившееся место плавно опустился его громоздкий деревянный стул.

– Может ты и прав, рогатый. Но впредь, не смей так со мной разговаривать, – сказал и сел на свой стул, прямо держа спину.

– Извини, старик, – Демон понимал, что он переступил черту дозволенного.

– Кто куратор? – деловито осведомился Древний, давая понять, что конфликт исчерпан.

– Аргарос.

– Что? – Дреней удивленно задрал сияющие брови, и уставился на Демона

– Представляете, уважаемый Древний, этот идиот хочет отдать мальчишку на попечение садиста, от которого даже Демоны шарахаются, – Эльф хохотнул и отпил вина, продолжая лукаво улыбаться.

– Мирраз, скажи, тебе просто нравятся детские страдания? – с каменным лицом и грустью в глазах молвил Древний.

– Ой, да отстаньте вы! Аргарос идиот, садист, придурок и наркоман, но он получил необходимые инструкции и не посмеет их нарушить! – Демон был уверен в своей правоте.

– Не посмеет, – согласился Эльф, – но ты уверен, что тебе нужен еще один садист, к тому же подверженный приступам ярости, что мы скоро увидим? – Эльф кивнул на шар, в котором было видно, как два подростка сидят в квартире, смотря перед собой

– Это в лучшем случае, – резонно заметил Древний, – Куда более вероятно, что Аргарос сломает мальчишку и все, чего он будет хотеть – смерть. Скажи мне, Мирраз, зачем тебе герой, желающий умереть? – Древний не понимал, что в голове у Демона и очень хотел это выяснить.

– Умрет не ребенок, а Аргарос. Как только щенок получит Систему, специализацию и освоит пару навыков, – он уже сосредоточено наблюдал за происходящим в шаре не отводя взгляд.

– Бугага, Мир, ты превзошел себя! – Эльф расхохотался в голос, даже слезы выступили на глазах, – чтобы человеческий щенок убил Демона, которому три сотни лет, получив лишь пару навыков?

– Все продумано, – Демон был непреклонен.

– Мирраз, сынок, ты хочешь сказать, что у Аргароса инструкция – умереть от руки человеческого щенка, а наказание за неисполнение – смерть? – Древний уже разговаривал с Демоном как психотерапевт с психом, пытаясь задавать такие вопросы, чтоб пациент сам понял, где он идиот.

– Наказание за неисполнение – Забвение. Если ребенок умрет, то сам Аргарос отправится с разведкой в бездну, – все замолчали. Такое наказание, безусловно, хуже, чем смерть.

– Смотрите, начинается! – Демон даже привстал на кресле, приблизившись к шару.

Все с интересом уставились в шар. Однако неподдельный интерес был только у двоих. Эльф же сидел, смотря в шар, но его внутренний взор был обращен к сложнейшей конструкции заклинания, которую нужно успеть завершить в нужный момент.

Тем временем картинки в шаре начали сменять одна другую. Вот ребенок встал, перевернул кассету в плеере, вот он сел обратно, вот второй ребенок заерзал, нервно смотря в проход, вот в комнату зашел третий человек. Не ребенок, но и не мужчина, скорее подросток, лет девятнадцати. Он навис над ребенком и что-то ему прокричал. В шаре отразились эманации настроения ребенка, картинки бешено сменяли одна другую, в них был огонь глаз, кровь, ярость, но все это было лишь проекциями желания. Ребенок поднял глаза, в них на миг загорелся огонь, но тут же потух. Ребенок вымолвил одно слово и опустил лицо вниз, прикрыв глаза.

– Это что такое?! – Демон пинает стол, с которого падает шар, летят бокалы, а сам стол летит в противоположную стену, – Древний, это ты?!

– Я не вмешиваюсь в жизни букашек, Демон, – Нейокен был серьезен и смотрел прямо взбешенному полубогу в глаза, – ты тоже букашка, не забывай.

– Ну, раз у нас тут шоу не получилось, то я, пожалуй, пойду. Итак долго тут просидел в ожидании ничего, – Эльф встал, поправил камзол, застегнул пуговицы на манжетах, развернулся и пошел на выход, пряча улыбку.

– Фил, почему?

Вопрос звучал глухо, будто Демон жалел о том, что сейчас произойдет. Мирраз и Филдаэр были если не друзьями, то соратниками точно. Они прошли не одну битву с Бездной, и спасали друг друга не один раз в рейдах.

Улыбка сползла с уст Эльфа, он склонил голову и не оборачиваясь произнес:

– Мир, ты хочешь, чтобы он стал обыкновенным Демонским берсерком, который побежит на край вселенной чтобы огнем и мечом выжигать порождения Бездны. Он слишком важен. Я не могу допустить, чтоб ты так глупо слил такой кадр. Извин..

Договорить он не успел, горящая секира в человеческий рост разрубила его пополам и оплавленные половинки тела с глухим стуком упали на пол.

– Не извиню.

Только не Слизерин?

Меня скрутило от боли, я слышал и чувствовал, как крошатся мои зубы, рвутся связки, с отвратительным скрипом расходятся сухожилия, я кричал и корчился, под заливистый смех белоголовой суки.

Это происходило вечность, или мгновение. У боли есть одна неприятная особенность – она умеет растягивать время. Красная пелена была мне одеялом, я все видел в красном свете, но в какой-то момент она начала расходиться, будто по швам.

А давай-ка, сука, я тебе помогу

Я усилием воли заставил себя игнорировать боль, я умею терпеть, научился. Попытался отключить сознание и сосредоточиться только на крохотной прорехе в красной пелене, потянул к ней руки.

Нет, это слишком больно.

Сознание начало отключаться, но меня это разозлило еще больше, и я зарычал беззубым ртом, сосредоточился на одной цели, в этой крошечной прорехе. Я представил лицо одного узбека, который улыбаясь поднимал меня за волосы, чтобы положить голову на перила набережной, чтоб очередной дружок пнул мою голову с разбега.

– Прекрати, идиот! Все идет как надо!

Это кричала Ксюха, у меня в голове, но уже было поздно.

Сначала брифинг, потом в пекло, иначе я сам правила на ходу придумаю.

В тот день я почти умер, и эта улыбающаяся рожа надолго впечаталась в мое сознание.

Помогает!

Боль начала отступать. Я со всех сих держал в голове лицо этого ублюдка и снова к нему потянулся. Просунул руку в щель, затем вторую и со всей силы потянул на себя и в разные стороны.

Получилось.

Я оказался на холодном полу. На нем были странные узоры, но ярче всего пылала красная восьмиконечная звезда, в центре которой я стоял на коленях, упираясь в пол руками. Обожженными руками, кожа была как после пожара. Розовая полужелейная субстанция в волдырях, ногти почернели.

А потом пришла боль. У меня странные отношения с болью. Некоторых она вводит в истерику, некоторых в ступор. Меня злит. Приводит в бешенство. Когда мне больно – глаза застилает ярость.

Как-то раз меня, шестнадцатилетнего, остановила пара ментов-курсантов вечером после дискотеки, я не хотел им зла, просто шел домой. Но один из них ударил меня кулаком в лоб, они оба засмеялись. Просто не знали, что нельзя мне делать больно. А больно почему-то было очень сильно, мне сорвало крышу. Набил обоим рожи, сломал руку которой меня ударили и пошел дальше. Тува, всякое бывает. Меня даже не искали.

Я подскочил на ноги, оказалось, что я весь обожжен, попробовал потрогать лицо. Сплошной ожог, волос не было.

Ну вот, теперь мне точно никто не даст. Хотя, может все-таки дракон? ИИИ-ааааа

!!!ВНИМАНИЕ!!!

– Обнаружены множественные повреждения оболочки героя-

– Обнаружено критическое состояние тела-

– Обнаружен урон психике героя-

– Запущен процесс отладки-

!!!ВНИМАНИЕ!!!

– Отладка невозможна-

Выявление причины сбоя

….

Причины сбоя установлены

Герой не получил уровень! Герой не адаптирован к Системе! Герой нарушил процесс призыва! Процесс призыва необратим, герой прорвался сам!

– Совет, Матрона, помогите ему, он же умрет!

– Молчать!

– Может оно и к лучшему.

!!!Внимание!!!

– Обнаружена дополнительная возможность получить уровень в обход инициации–

– Пытаюсь получить доступ к истории изменений–

!!!ВНИМАНИЕ!!!

– Доступа к логам нет, принятие уровня может вызвать необратимые последствия, в том числе психологические, а также неконтролируемые мутации-

– Нетипичная ситуация-

– Нетипичный призыв-

– Нетипичный отклик-

!!!ВНИМАНИЕ!!!

– Желаете получить первый уровень, используя аварийный протокол? Альтернатива – немедленная смерть-

– Да/Нет? —

Пелена зеленого текста перед глазами.

Этоштоещезатакое?!

Все рябило, моргало и дергалось, не мог уловить смысла написанного, не успевал читать, перед глазами висит только вопрос о том, желаю ли принять и если нет, то умру.

Ясненько. Принимаем. А как? Где тут куда тыкать и как?

– Подсказка-

– Взаимодействие с системой осуществляется силой мысли героя.-

А если я тупой и сил в моих мыслях нет? Бугага

!!!Внимание!!!

– Получен уровень 1 в обход системы-

– Получена пассивная способность «Демоническая кровь»

– Получен навык «Демонический взор»

– Получена пассивная способность «Хладнокровие Дроу»

– Получен навык «Контроль ярости»

– Справка-

– Пассивная способность «Демоническая кровь» делает владельца менее восприимчивым к магии огня, более агрессивным, появляется возможность кратковременно получать усиление способностей, укрепление тела, а также повышает регенерацию героя до уровня молодого Демона. Повышение уровня способности ускоряет регенерацию, и огнеупорность. А так же баффы усиливаются.

– Навык «Демонический взор» позволяет по желанию владельца видеть в тепловом спектре, а также видеть сквозь иллюзии. Чем выше навык, тем более сложные иллюзии можно увидеть, а также возрастает уровень контроля над температурными контурами.

– Пассивная способность «Хладнокровие Дроу» позволяет усилием воли контролировать гнев, страх, обиду, радость. Любая эмоция может быть включена или выключена. Повышение навыка ведет к более точному контролю и ускоряет применение.

– Навык «Контроль ярости» позволяет получать баффы от гнева владельца без потери способности ясно мыслить. Чем выше уровень навыка, тем сильнее бафф, которым можно пользоваться в ясном уме.

!!!Внимание!!!

– Наблюдается конфликт навыков и способностей-

– Отладка-

– Пассивная способность «Демоническая кровь заглушена-

– Навык «Контроль ярости» заглушен-

– Для доступа получите специализацию и выберете путь развития-

– Невозможно

Я смотрел на свои руки, которые словно закипели, но начали заживать на глазах. Медленно, больно, но я четко видел и чувствовал, что реген работает. Видимо, заглушить – не значит отключить.

ЧЕШЕТСЯ, СУК!!!

Чесалось все тело, даже глаза, даже… А, ну яйца итак почти всегда чешутся.

Затем я обратил внимание, что на границе слуха можно различить шепотки, переговоры, возгласы, вздохи и крики. Я стоял все там же, посредине алой восьмиконечной звезды.

Каждый лепесток указывал от меня. Я поднял глаза и увидел, что нахожусь в огромной пещере. С потолка свисали сталактиты, а освещение производилось за счет светящегося мха, который был словно везде, на потолке, на сталактитах. Я обернулся вокруг своей оси.

Каждый конец звезды указывал на пьедестал впереди, он находился далеко вверху. Там стоял трон, на котором восседал… Дреней?

Да, это ж на самом деле Дреней!

Голубоватая кожа, которая светится изнутри, голубые рога, изогнутые назад почти под прямым углом, лысая голова, огромные белые глаза без зрачков смотрели на меня, не выражая никаких эмоций. Одет он был в широкую белую мантию с золотыми узорами, а за спиной угадывалась рукоять какого-то оружия. И так в каждом направлении.

Напротив дренея, за моей спиной, сидел человек в доспехах. Метра два ростом, шлем снят, волнистая каштановая шевелюра, того же цвета борода, цепкий взгляд. Сидел он, чуть подавшись вперед, опираясь на полуторный меч с красивыми гравировками.

Справа от меня стояла, очевидно Матрона, о которой говорила Ксю. Надменный взгляд, белые волосы, жреческая мантия черного цвета с зелеными узорами в виде пауков. Стоп что?

Пауки шевелятся, будто живые. Да ну нет, бред.

Она стояла, но не на полу, а на летающем диске, который просто парил в воздухе.

Ховерборд! Черт, хочу такой же!

Слева на троне располагался Эльф, величавый и такой же надменный. Он сидел на троне из дерева, а на голове у него была корона на вид рогов оленя, или марала? Не важно, из головы у него торчали массивные ветвистые рога. Облачен он был в какой-то микс из кожаных сапог, жилетки, перчаток и тканевые штаны с накидкой. А на шее висело какое-то… Семя? Зерно? Орех?

Кароч понятно, дуррид, гы.

На северо-восточной стороне, между Дренеем и Друидом восседал полуобнаженный Демон. Настоящий!!! Красная кожа, бугры мышц, играющие при каждом вздохе, черные массивные рога, закрученные как бараний. Вместо ступней массивные черные копыта. Он сидел, как и король людей, опираясь на древко оружия, коим был огромный моргенштерн, к цепям которого крепились аж три огромных шипастых набалдашника.

Спорю на Ксюхино очко, что он и воспламенять умеет свое шипастое трио, хехе.

Напротив, Демона, на юго-западе стояла, угадайте кто? Правильно. Ангел. Но крыльев у нее было восемь пар, золотые волосы, спокойные глаза, мантия с капюшоном.

Какая-там у Ангелов иерархия? Архангел, наверное, или Серафим. Карочи, будет Фимой.

На северо-западе же был Орк. Натурально, как из Варика после контракта с Монноротом. Зеленый, огромный, красные глаза, массивная челюсть, выступающие нижние клыки, черные волосы, заплетенные в причудливую косу. Шкура какого-то зверя на плечах, огромный молот у пьедестала. Чисто дикарь.

Напротив, орка располагался гном. Или дворф. Гном с бородой это дворф, да. Ну что сказать про гнома? Типичный такой гном из Толкина, аля Гимли, сын Глоина.

Ненавижу коротышек и бородачей, к-к-к-комбо.

Все остальные места были обычными, и здесь наблюдались представители всех рас. Даже тех, кто на совете не представлен. Были и зверолюди, самые разные от людоящеров до людомедведей. Феи с крыльями, Эльфы других видов, люди в мантиях.

Ставлю жопу Ксюхи – ссаные аристократы.

Были тут и обычные гномы, те, которые без бороды.

Все равно ненавижу. Ну не могу я доверять тем, кто при разговоре дышит тебе в член.

Я, наконец, отвлекся от созерцания, и обратил внимание на происходящее, а происходило все как обычно в таких местах. Королевские особи о чем-то по очереди спорили, основной народ шептался как двоечники на задней парте. Я прислушался к тому, о чем шла речь между сильными мира сего.

– Уважаемый совет, случай нетипичный, все мы согласны и если бы герой прорвался в должный срок и обрел форму Демона, я бы не имел на него притязаний, но посмотрите, он – ЧЕЛОВЕК. Поэтому он должен начинать свой путь на человеческой территории. Так будет и безопаснее и попросту правильнее! – это говорил король людей, он вещал основательно, делая паузы между словами, повышая и понижая тон, когда нужно.

Крутой. Сильный и умный, уважаю.

– Артур, хочу напомнить тебе, что и в первый раз он должен был прорвать пелену, и сейчас после начала призыва не справился с гневом и прорвался сам, в ущерб себе, через боль, но прорвался, ведомый истинно Демонской яростью! Он – НАШ, – это уже не то говорил, не то рычал Демон, громко стукнув своим страшным оружием об пол, во время произнесения последнего слова.

Король Артур, хехе

– Господа, я высокого мнения об уровне вашего интеллекта. Артур, Аграил. Неужели вы забыли, что куратор этого героя – Дроу, Ксунауфейн? – матрона повела рукой, и я увидел Ксюху, она поднялась чуть ниже и правее от возвышения Матроны.

Вот почему я ее не видел, сидела в укрытии, коза.

– Но он человек! – говорил Артурка.

– Ксунауфейн – наполовину Демон, – рычал Аграил.

И тут поднялся такой шум, как на линейке первого сентября, учителя орали друг на друга, школьники шептались, создавая общими усилиями такую какофонию звуков, что я зажмурился. Не люблю шум. И никогда не любил. Даже иногда сам рычал на одноклассников и одногруппников.

Мне вдруг стало вообще не интересно, что там происходит, и я сел. Да, голой жопой! Да, на холодный пол. А хуле мне, я только что чуть не сгорел, но выжил! А сидеть удобнее.

Хренасе, больше не холодно.

Судя по всему, Демонская кровь делала свое дело.

Интересно, а они знают, что она у меня уже апнутая?

– Знают.

Я аж, блин, вздрогнул.

Ксю, нельзя так людей пугать! Ты все это время мысли мои слышала?

– Первое: ты уже не человек. Второе: не смей больше даже в шутку ставить на что-то мой зад!

Не человек?

– Не совсем человек, скажем так. От старости ты уже не умрешь, например. Но это и не нужно, ты умрешь от того что тебя убьют.

– Герой!

Не умру от старости? Ахахахаха, круто же! А я теперь не старею?

– ГЕРОЙ!

– Идиот, тебя зовут

Оказывается, пока мы болтали, споры закончились и теперь на меня смотрели все, вообще все. А я что? Прыщик на ноге сам себя не выдавит, знаете ли.

– Герой, рад что ты наконец обратил на нас внимание, – Дреней испепелял меня взглядом своих белых глаз.

Впрочем, на меня все тут смотрели как на дерьмо.

– А? Да не за что, – я отмахнулся и продолжил свои грязные дела.

– Встань, Герой.

– Не, спасибо, мне так удобнее.

– ВСТАТЬ!!!

Не знаю, что это было. Заклинание, или я просто обосрался от такого командного голоса, но подскочил я как ужаленный. Подскочил и вытянулся по стойке смирно. Даже армию вспомнил. И весь мой скепсис улетучился, я был готов слушать.

Точно заклинание!

– Герой…

– Меня Марк зовут, так проще, – на меня все вытаращили глаза, как на умалишенного.

А че? Я тут, между прочим, налаживаю коммуникацию с другими разумными цивилизациями, выпить предложить мне им нечего, дык хоть представлюсь. Да, я воспитанное говно!

– Герой, – Дреней говорил уже голосом больше уставшего старца, а не старшины, – совет понимает и учитывает особенности твоего призыва и оказывает снисхождение твоему неподобающему поведению, но не стоит переступать грань благоразумия, – последнее было сказано с угрозой.

– Да, прошу прощения, – это я сказал?

– На данный момент у трех из восьми членов совета есть притязания на твою кандидатуру. Случай подобный твоему – редкость, но не уникален. Поэтому столетия назад был подписан Пакт Призыва. Согласно ему, если ни одна из сторон не хочет уступать и имеет достаточные для этого основания, то слово дается герою. Тебе есть что сказать?

– Только не Слизерин?

– Псссс, ахахахахахах

Есть!!!! Ксюха смеется! Все, делайте со мной что хотите!

– ГЕРОЙ! Сделаем вид, что мы не услышали твоего ответа из-за искажения коммуникативных заклинаний, – Дреней смотрел на меня сверху вниз и его взгляд давил.

– Говорю, к гномам не пойду!

– Марк, перестань! Сейчас же!

Будут советы?

– Безопаснее всего у людей, но там будут проблемы из-за моего происхождения. Смертельно опасные проблемы.

Ля, а у Демонов и Дроу не будут?

– Ну да, будут

Спасибо за помощь, блин, звонок другу просран в пустоту.

– Герой, гномы не имеют на тебя притязаний!

– Фух, гора с плеч. Ой, простите.

– Ахахахахах, имбецил

– ГЕРОЙ!

– Да свышу-свышу. Я хотел бы объяснить свое поведение совету, если позволите, – я обернулся и прямо посмотрел в глаза каждому члену совета по очереди, хотя членами были не все.

– …

Дреней просто кивнул мне и махнул своей массивной рукой, дескать: «валяй, идиот».

– У меня есть основания полагать, что в вашем мире меня не любят, это я вижу по вашим глазам, а некоторые откровенно ненавидят. Есть основания думать, что проживу я не долго, это мне птичка на хвосте принесла. Поэтому меня не интересует все происходящее тут. Спрашиваете, куда я пойду? Мне плевать. Но! – Я наставительно поднял палец и повысил голос, потому что по залу снова пошел мерзкий шепот челяди, – мой куратор из рода Дроу, поэтому и я пойду к Дроу.

Там хоть убьют быстро и безболезненно.

– Спасибо

– Итак, решение согласно Пакту Призыва принято, обжалованию не подлежит, герой сам решил, что начнет свой пусть в землях Дроу, да будет так! – Дреней хлопнул в ладоши, и все исчезли, как и не было. Остались только я и он. Дреней вдруг оказался прямо напротив меня.

– Герой.

– Марк, – я скривился.

Ну сколько можно повторять?

– Марк! У меня есть некоторая информация о том, что с тобой произошло. Как ты выразился? Птичка на хвосте принесла? Ну вот, да, принесла, – мне показалось или в глазах этого аватара я вижу сочувствие?

– Расскажете?

– Нет, но будь осторожен. Мы все хотим, чтобы ты выжил и исполнил свой долг. Но у каждого свое понимание того, что именно ты должен сделать, а главное, как.

– Поддержка? – я наивно посмотрел на Дренея.

– Не сразу, сначала выживи и выберись из земель Дроу, желательно живой и в своем уме.

– Снова будет больно? – ненавижу, когда больно.

– Нет, призыв отличается от пространственной магии, разве что немного будет мутить, – он похлопал меня по плечу.

– Давайте.

– Я? Нет, у тебя тут есть птичка, которая в обход моему желанию, снова прыгнула сюда. Ксунауфейн!

Из-за пьедестала, на котором располагалась Матрона Дроу, поднялась Ксюха. Маленькая засранка. Засранка, с обворожительной походкой. Не идет, а парит, виляя всем, чем можно и нельзя, включая мою эрекцию.

– Простите, уважаемый Горурран, – подойдя она склонила голову в полупоклоне.

– Ничего, я вижу вашу связь, кто знает, может благодаря ей вы и разгребете все, что на ваши плечи свалилось, – он заговорчески подмигнул и исчез.

Ну чисто Дамблдор.

– Спасибо, – проговорил я севшим голосом. Все же приятно, когда женщина о тебе беспокоится.

– Ты, Маркуша, теперь моя сучка! – она снова превратилась в ехидную занозу, – и я не собираюсь делиться своей игрушкой с кем-то еще!

– Ага, я тебя тоже.

– Пф. Готов?

– Не.

– Отлично.

И меня швырнуло в пустоту.

Давай же, мисс Грейнджер, крути свой маховик!

Статус:

Герой(Человек)

Уровень 1

Специализация – ????

Способности:

[Демоническая кровь] 1 уровень(заглушено)

[Хладнокровие Дроу] 1 уровень

НАВЫКИ:

[Демонический взор] 1 уровень

[Контроль ярости] 1 уровень(заглушено)

Дом Кладд'Эп, твой дом, Марк. И твоя могила

– Добро пожаловать в Арк-Раззан! Один из крупнейших городов Дроу в этом мире!

Я оказался напротив огромного обелиска, он стоял прямо посреди какой-то площади, и уходил вверх метров на двадцать. А еще, горел ровным красным магическим светом.

– Это – Центральная площадь, а перед тобой Маяк Времени, – Ксю провела рукой вокруг себя, а затем указала на обелиск.

– Он тут у вас вместо солнца?

– Ну да, рассветов-закатов нет, поэтому Дроу ориентируются на Маяк. Красное свечение – означает, что сейчас день. Постепенно Маяк будет угасать, а затем свет станет из красного фиолетовым. Когда фиолетовый станет чистым, значит время ужина, затем маяк станет синий – ночь. И так дальше. Зеленый рассвет, красный полдень, фиолетовый закат, синий полночь, – Ксю рассказывала, и мы вместе смотрели на этот светящийся член, романтика.

Был разгар дня, но площадь, казалось бы центральная, была пуста. Лишь пару раз я ловил взглядом движения каких-то теней. Постройки были красивы. Даже обычные мастерские (судя по табличкам с изображенными мечами, наковальнями, броней) были черными, сверкающими, переливающимися. Света от маяка хватало, но также как и в Зале Совета, здесь повсюду рос светящийся мох, а здания были подсвечены, судя по всему заклинаниями. Цветов было не много. Красный, фиолетовый, зеленый, синий, переливались разными оттенками.

– А у вас что, Гринч спиздил все веселые цвета? – я хохотнул, особо не ожидая ответа, Ксюха и не ответила.

– Ксунауфейн! Какая встреча! Лицезреть вас – услада для мои уставших очей! – с восточной стороны площади к нам приближался высокий, сухощавый Дроу в темно-синей мантии с зелеными узорами в виде пауков.

Он был слишком высок для Дроу. Выше меня, на глаз – метр восемьдесят пять-шесть. Кожа уже не эбеновая, как у молодых Дроу, а с явным серым оттенком. Сопровождали его два воина. Тут без сюрпризов, глухие черные доспехи, материал не ясен, но судя по тому, что шума воины не издавали, от слова совсем, и двигались свободно – это какой-то композит навроде карбона. У каждого в левой руке по каплевидному щиту, а в правой изогнутая сабля из черного же металла.

Черт, у них тут прям культ черного. Все как я люблю

– …мартышка… раб, – Эльф что-то жестикулировал пальцами после своей приветственной речи. Невозможно было уследить за его движениями, они были действительно ОЧЕНЬ быстры. Непонятно только почему я смог вообще разобрать эти два слова.

– Получен навык "Понимание языка жестов Дроу"-

– Справка-

Дроу, в условиях подземелий, научились использовать язык жестов – продвинутую версию того же языка для глухонемых. Основное предназначение – ведение бесшумных переговоров во время боевых действий. Повышение уровня дает более точную интерпретацию сложных конструкций. Для повышения навыка достаточно просто наблюдать, как Дроу общаются на языке жестов. Внимание! Понимание – не означает умение его использовать.

– Не раб, а герой, прорвавший Пелену. Имя Марк, но ты можешь пойти вот на этот столб, если даже не знаешь, чем мартышка отличается от половозрелого человеческого мужчины!

Не, ну а че он?

Договаривал я уже с четким ощущением холодного и очень, сука, острого металла на шее.

Значит, охрана у него не только из вышибал состоит, запишем.

– Ахахах, очень интересно, мартышка, понимающая язык жестов, ахахах, – старикан натурально веселился. Кажется, его не оскорбила, а позабавила моя речь. Ну да, меня б тоже позабавило, если б комар решил покачать права.

– Прошу прощения, Магистр Филлин, – Ксюха склонила голову в полупоклоне, – первый час, – она натурально развела руки и пожала плечиками, дескать: Идиот, я не виновата.

– Ксунауфейн, и в мыслях не было, что это вы его научили подобным речевым оборотам, – он заговорчески ей подмигнул.

Эти двое неплохо знают друг друга

Клинок от моей шеи убрали и тот, кто это сделал встал напротив, рядом с Фил… Будет Филя. Это была женщина. Чистокровная Дроу, сразу понятно. В глазах явное презрение, причем и ко мне, и к Ксюхе и вообще, словно ко всему. Темно-синий наряд ниндзя, ну серьезно, только вместо маски – глубокий капюшон. На поясе висит небольшой черный кинжал, которым меня чуть не прирезали, вокруг корпуса намотана цепь кусаригамы с грузиком, само же лезвие на древке крепится с другого бока. За спиной угадывается какое-то стрелковое оружие.

Арбалет? Да не, слишком маленький.

– У вашей мартышки очень цепкий взглад, Ксунауфейн. Не понятно только, оружие он изучает или грудь моей телохранительницы, – снова хохотнул, чмошник.

Было бы там чего изучать. Типичная ассасинка, без жопы и сисек. Потому и злая.

– Он… подает некоторые надежды, Магистр.

Это что, это я не ослышался?

Взгляд Фильки изменился, и он посмотрел на меня все еще как на мартышку, но с некоторым интересом, как на мартышку, которая умеет курить, например.

– Герой, не часто я такое слышал из уст уважаемой Ксунауфейн. Надесь, ты проживешь достаточно долго, чтобы стать тем, кого она в тебе видит. Хотя лично я вижу только очень наглую мартышку. В любом случае, даже мартышке не стоит гулять по городу в чем мать родила, он махнул рукой и на мне появилась одежда, обычная серая роба, просторные штаны и куртка из ткани навроде хб, без молний и застежек, – он чуть поклонился Ксюхе, меня проигнорировал и пошел куда шел.

Вот бы нахрен.

– Марк, мне плевать, если ты умрешь в бою или на занятиях, но не смей раскрывать свою гадкую пасть в сторону местной аристократии! Они сотрут в порошок тебя, меня и сделают из этого шоу, а я не хочу быть в роли Джессики Ланг, понял?!

Ну вот, на меня опять кричат как на школьника, бедный-бедный Маркуша, никто меня не любит.

– Кончай балаган, и расскажи-ка мне, как ты, мартышка, язык жестов вдруг разобрал? – она смотрела на меня угрожающе и подозрительно.

– Ты же в голове у меня, итак все знаешь, че как училка, которая знает и спрашивает? – никогда не любил тупые вопросы.

– Ты теперь в Системе. А это значит, что все что связано с ней, как-то: Навыки, способности, системные логи, – она смешно морщила носик и загибала пальчики, перечисляя то, к чему у нее нет доступа.

А это приятно!

– То есть никто не может знать, чего я на самом деле могу?! – это была прекрасная новость, обожаю хранить тайны, обожаю удивлять, обожаю когда я – темная лошадка для оппонента, десятки драк мне это выиграть помогло в свое время.

– Могут, но это… невежливо, и ты почувствуешь, что тебя сканируют. Поэтому Оценку применяют лишь к врагам, соперникам и просто, если хотят оскорбить.

– Снова облом, – а я уж размечтался.

– Ты не ответил, – она стояла и буравила меня взглядом.

– Ну, просвети меня Оценкой, хоть буду знать на что это похоже, – я смотрел на нее с вызовом и ухмылялся.

По спине словно холодными пальцами провели, неприятно.

– Это что еще такое? – Ксюха орала во весь голос и в глазах у нее читалась ярость.

Ну вот, я снова где-то накосячил.

– Ксюх, а может не стоит орать на всю площадь? – я умоляюще на нее посмотрел, не хотелось, чтоб в первый день на меня орали на центральной площади. Все тени, что шныряли не выдавая себя вдруг замерли и словно прислушивались.

– Да, пошли, покажу тебе Дом, – она взяла меня за руку и потащила куда-то налево.

Проходы, здания, усадьбы. По мере нашего движения красного света становилось все больше, а других через двадцать минут уже не стало совсем. Наконец, мы вышли еще на одну площадь, она была меньше центральной, и члена тут не было, но был дворец.

Я не шучу, огромный подземный дворец с башнями, но без куполов, хе-хе. Массивные ворота с красной окантовкой, за ними богатый двор, вход в центральное здание и множественные тропинки. Мха светящегося тут не было, словно его вырвали и специально заменили весь свет на красный, стильно.

– Дом Кладд'Эп, твой дом, Марк. И твоя могила, – Ксюха смотрела на ворота, и в глазах ее читалось торжество, грудь вздымалась, было видно, что она волнуется.

Вдруг, створки ворот начали бесшумно разъезжаться в стороны.

– Пойдем. Сначала нужно представить тебя Матроне, – она шумно выдохнула и решительно потопала в сторону главного здания, я за ней.

Мы проходили мимо небольших, судя по всему, хозяйственных построек, всюду ходили Дроу. Преимущественно мужчины, они были заняты какой-то работой. Ни одной работающей женщины я не видел. Вот тебе и плюсы матриархата. Вход в главное здание преграждали два стража с алебардами. Ксунауфейн не сбавляя шага, что-то показала им жестами, и они разошлись в стороны, открывая массивные ворота.

Мы шли по центральному проходу, путь нам никто не преграждал, так и добрались до Главной Залы. Как я это понял? Ну, там стоял огромный трон. На нем сидела уже в возрасте, но неприлично красивая женщина-Дроу.

Большие глаза, красные, как и у всех Дроу, просторные одежды черного цвета с красными узорами, они тоже были похожи на пауков, но уже немного других, более массивных, типа тарантулы. В правой руке она покачивала плетью с кучей концов, не знаю, восемь? Девять? Наверное, девять. Она держалась надменно, смотрела поверх наших голов и ждала, пока мы подойдем.

Справа от нее стояли две Дроу моложе, объединяла всех женщин тут красота. Они все были мечтой любого мужчины. Аппетитные формы, идеальные лица, словно нарисованные, длинные ноги. Обе они были жрицами, у них тоже были плети в руках, только не такие массивные как у Матроны, у одной пятиконечная, второй – трехглавая плеть. Однако трехглавая плеть была словно живая, шевелилась в разные стороны. Очевидно, они стояли по старшинству.

Слева от Матроны стояли два мужчины-Дроу. Ближе к ней стоял, очевидно, воин. Доспехи, глефа, все лицо в шрамах. Когда-то и он был так же красив, судя по всему, но жизнь воина несет шрамы, отличная иллюстрация. Самыми явными были три шрама через все лицо, словно в лицо ему одновременно вцепились три острозубых зверька и каждый откусил себе по кусочку. Крутой мужик и суровый, сразу видно. И здоровый, нетипично здоровый.

Чуть поодаль, не так плотно к воину, как друг к другу стояли женщины, стоял еще один Эльф. Во взгляде у него было что-то безумное, они то бегали туда-сюда, то замирали, он то склонял голову, то смотрел прямо, то улыбался, то злился. Странный тип, и держится обособленно.

Так и запишем, псих, который даже своих не любит.

Оружия не было, руки сложены за спиной, на шее подвеска в виде тарантула. Больше никого интересного не было. Обычные Дроу стояли по бокам он нас и просто разглядывали меня.

Брр.

– Матрона МэйФрин, – моя сопровождающая согнула правую руку в локте перед собой, левую руку согнула так же, но уже за спиной и опустилась на одно колено, склонив голову, – я вернулась.

Все продолжали смотреть на меня. Матрона молчала, десятки взглядов просто испепеляли меня ненавистью и жаждой убийства.

В очередь, сукины дети

– Драсьте, – я смотрел прямо в глаза женщине на троне с самым невинным видом. Люблю изображать дурачка.

– Убить.

Статус:

Герой(Человек)

Уровень 1

Специализация – ????

Способности:

[Демоническая кровь] 1 уровень(заглушено)

[Хладнокровие Дроу] 1 уровень

НАВЫКИ:

[Демонический взор] 1 уровень

[Контроль ярости] 1 уровень(заглушено)

[Понимание языка жестов Дроу] 1 уровень

А Ксюха – МОЯ!!!

Псих хихикнул и показал мне свои руки, они дергались, были скручены под неправильными углами, чисто ДЦП. А потом мне стало не до его ковырялок. Снова боль.

Как же вы достали.

Теперь уже меня скрутило, я не смог устоять и упал на пол, боль была невыносимой, словно из меня живьем вытаскивали скелет, фомкой и зубилом. Я корчился, рычал и плакал. Стыдно? Будет потом. И вообще, вы такое чувствовали хоть раз? Нет. Вот то-то и оно. Слезы бежали, слюни текли, ноги и руки выгибались под неестественными углами, я начал харкать кровью.

– Матрона!

– Молчать!

Рядом со мной упала и Ксюха, судя по всему, на нее тоже направили это заклинание, или проклятье, она тоже корчилась и плакала.

Ну нет, Ксюху мою обижать нельзя, карга старая!

Я почувствовал, как закипает гнев, я почувствовал, что хватка Психа ослабела, видимо, из за того что нужно было контролировать двоих, а может это мой спасительный гнев так работает. Руки перестало выворачивать, я снова ими владел. Медленно, словно прорываясь сквозь полиэтиленовое одеяло, я поднялся на ноги, разогнуться не получалось, но я стоял на ногах! Согнутый так, что руками тоже опирался на пол, но я смог подняться.

Мое трогать нельзя!

– А Ксюха – МОЯ!!!

Я полз вперед, не было плана, не было ясных мыслей.

Просто ползти вперед, просто не останавливаться, не поддаваться.

В груди горело от недостатка воздуха, я рычал и рвался через паутину из полиэтилена. Затем мир вокруг изменился. В глаза ударило красным, оранжевым, желтым и темно синим. На задворках сознания появилась мысль, что это Демонический взор, только вот на кой оно мне сейчас, только сконфузило, я потерял концентрацию и меня тут же снова скрутило.

Ну нет! Разок получилось, значит, получится второй!

– Матрона! Его глаза!

Я пытался разозлиться снова, но глаза слезились, боль усиливалась, я просто замер, стоя на коленях и рыча.

Убить

Убить старую суку – все, чего я хотел, а потом можно и на покой.

«Если мать из-за тебя умрет, то я тебя щенка придушу»

А потом силуэт передо мной стал похож на Изольду.

– Ааааргх… – все вокруг было красно-оранжевым, вокруг стояли люди… нет, Эльфы. Чертовы Эльфы, которые пытаются меня убить. Меня и Ксюху!

Все что я мог – протянуть руку. И я протянул.

Это я тебя придушу.

А потом все кончилось.

Я стоял на одном колене, левая рука была у меня за спиной, правой я сжимал чье-то горло, а сам смотрел в пол.

– Хорошо, вполне сойдет за поклон. На первый раз, – я поднял глаза, Матрона смотрела на меня расслабленно, – руку уберешь, Герой?

Черт, я до сих пор держал ее за горло. Неловко. Похоже, сдохнуть откладывается. Я убрал руку.

Ксюха!

– Я в порядке, не поворачивайся к ней спиной!

А я уже почти, да. Вовремя спохватился и остался в своем положении. На колене.

– КронРар, как это понимать? – это был как-будто деловой вопрос, между делом, но угроза в нем чувствовалась кожей.

– Хороший-прихароший, упрямый-карявый, неправильный Дроу-неДроу, сильный-пресильный, интересно разобрать-перебрать, – точно псих, и говорит, как псих.

– Ну, разобрать пока не получится. Слишком уж глазки красивые, – Матрона посмотрела на меня, я опустил глаза обратно в пол.

– Ксунафейн! На твоем полном попечении. Через месяц он должен знать все что необходимо. В первую очередь мне интересно, что у него с интеллектом, остальное потом. Свободны.

Ксюха поклонилась и быстро повела меня куда-то по коридору, вскоре, мы зашли в одну из комнат. Из убранства только стол, деревянные нары и горшок. ГОРШОК БЛЯТЬ!

А затем я упал. Но не сам по себе, я ж не пил. Меня пнули в спину, я уткнулся носом в пол, нос такого с собой обращения не выдержал и сломался, на пол хлынула кровь.

– Имбецил! Идиот! Ты нас обоих чуть не убил своей тупостью! – это моя Ксюша истерит, женщины.

Че орать, все ж нормально кончилось.

– Нормально? – она схватила меня за волосы и еще раз припечатала в пол, – Кронрар чуть душу мою не выпил!

– Тьфу, чуть-чуть – не считается, – да, я это пропел.

А затем вокруг стало тихо, Ксюха ушла, оставив меня одного. Спасла меня от смерти, судя по всему, от своих же рук. Ну и что? Спасла же! Беспокоится, приятно.

Перевернулся на спину и там же и уснул, тот еще денек выдался, насыщенный.

– Не спать! – это снова Ксюха орала. Черт, нет покоя бедному маленькому герою. А я так люблю спать, когда напряжение нарастает. И спится так хорошо, а просыпаешься уже с готовым решением.

Не раскрывая глаз, я приходил в себя. Состояние было такое, будто я не спал трое суток, а потом поспал часок. Говеное короче, состояние. На лицо упали пару капель жидкости. Я подскочил от неожиданности. Помню, будили меня с ковшика в школу, было дело. Отвратительное действо, античеловечное, как минимум.

– Нос твой подлечила, не психуй, – Ксюха деловито расставляла на столе какие-то старые книжки.

– Снова в школу? – обожаю свое чувство юмора.

– Только вот нравится оно одному тебе.

– Неправда! Когда Маркуша шутит, смеются все! И танцуют! – я скорчил обиженную морду и вздернул указательный палец вверх.

– Глаза и правда красивые. Тот самый Демонический взор? – она закончила свои грязные дела и всматривалась своими волшебными глазами в мои, обычные.

– Уже не обычные, Маркуша. Ты теперь тоже красавчик, а ну посмотрись, она махнула ручкой и рядом со мной засветился фиолетовый контур портала, а на другой стороне было… Зеркало?

– Реально надо выделываться вместо того, чтоб просто повесить тут зеркало?

– Ты теперь живешь как мужчина-Дроу. Еще и на правах без прав. Пленник считай. Тебе даже свою комнату покидать нельзя в течение этого месяца, привыкай. Кровать, стол стул и нужник – все убранство, что тебе доступно. Еда два раза в день, перед началом занятий и после их завершения. Нужник будут выносить перед сном и после него, – она говорила голосом НачГуба, он в свое время так же мне рассказывал, как все будет, когда я залетел на губу на неделю за то, что отправил нахрен одного слишком правильного лейтенанта.

– Да посмотри ты уже в зеркало, хватит летать в зеленых облаках, вспоминая, что раньше даже трава была зеленее. Тогда и ты был зеленее, знаешь ли, – опять чертовка издевается и ржет.

Я последовал совету и завис. Качественных изменений было целых два! Первое: целая седая прядь. СЕДАЯ, блин!!! Клочок волос на челке стал пепельно-серым.

Я теперь Шельма! Где мой Россомаха?

Второе: глаза. Они были ярко-золотые, блестящие и пульсирующие, как у Ксюхи. Только у нее они пульсировали равномерно, отбивая ритм сердца, не навязчиво и красиво, а мои же пульсировали желтыми молниями, рваными периодами, то сильнее, то слабее. Скорее пугали, добавляя в мое лицо безумия. И седая прядь. Ну все, теперь все будут видеть во мне только глаза психа и седую прядь.

Юху, я теперь ПИКАЧУ!! Пика-ПИКА.

– Кронрар. Это из-за него волосы седые стали. Он уникум, умеет высасывать жизнь, как вампир, – кажется, в голосе промелькнула грусть

– Почему его вообще оставили в живых, у вас же так не принято? – учитывая все, что я знал о Дроу, калека должен был умереть.

– Его и хотели убить, поручили Иллиарине, – старшая дочь. Та, у которой пятихвостая плеть. Только вот в противостоянии взрослой жрицы-война и новорожденного калеки победил последний, чуть досуха ее не выпил. Чудом спаслась. Потому и решено было оставить ребенка, такой потенциал никто не захотел выбрасывать.

– Ясненько, – теперь действительно стало понятнее, – расскажешь про остальных?

– Вторая жрица это НхилИнтра. Она, как и я дочь одной из знати, просто самая фанатичная и сдвинутая. Обожает пытки, ненавидит мужчин, верная собачка Матроны, готовая наказывать неверных, а кто неверный – решает Матрона. Серьезно, держись от нее настолько далеко, насколько хочешь жить. А еще плётка у нее живая, должен был обратить внимание, на лице Алтонира – подарочек от дурочки.

– Алтонир это тот шкафина рядом с Матроной? – Ксюха кивнула, – а что с ним вообще такое? Почему он такой огромный?

– Сплетен много, достоверной информации у меня нет. Зато есть информация о том, что он один из самых сильных и искусных воинов Арк-Раззана. А еще он наш оружейник и мастер. Будет учить тебя бою. Я, кстати, буду твоей школьной училкой. Политика, история мира, история Дроу, государственный строй и прочие вещи, которые знает каждый подросток Дроу.

– А магии кто меня будет учить?

– Никто.

– Не понял.

– Ты мужчина, еще и не Дроу, тебе не положено, – Ксюха смотрела прямо на меня, и в ее глазах я увидел кое-что интересное.

– Ничего ты не увидел, идиот. Тема закрыта. Скоро принесут ужин, потом спать, завтра начинается месяц, в течение которого нам надо сделать из тебя того, кто понимает где он и что из себя представляет, – и она снова исчезла, словно в пустоту шагнула.

Статус:

Герой(Человек)

Уровень 1

Специализация – ????

Способности:

[Демоническая кровь] 1 уровень(заглушено)

[Хладнокровие Дроу] 1 уровень

НАВЫКИ:

[Демонический взор] 1 уровень

[Контроль ярости] 1 уровень(заглушено)

[Понимание языка жестов Дроу] 1 уровень

Ты сейчас серьезно назвала нормальной едой ту байду, которой меня кормят?

– Итак, рассказывай, – Ксюха сидела на углу стола, который был завален книгами, писчими принадлежностями и моими записями.

– Арк-Раззан – один из двух крупнейших городов Дроу. Социальный строй представлен матриархатом с тоталитарной диктатурой, власть вроде поделена между четырьмя сильнейшими домами, но по факту, последнее слово за главным домом. Кроме них существует десяток домов поменьше, есть условный рейтинг по силе и влиянию.

Дом Араб'Вал – главный, зеленый цвет и пауки – их геральдика, отличающая от остальных. Основное влияние за ними, наемники из других рас подчиняются напрямую им, главный маг Арк-Раззана Филлин Араб'Вал, имеет свободы и влияния больше любого другого мужчины Дроу – тоже из этой семейки. У них в отличии от остальных домов, целых пять жриц. Пользуются благосклонностью богини уже хреналион лет и никто их не может и даже не пытается подвинуть. Матрона ГаусКварра Араб'Вал – по совместительству и глава совета и вообще всего, Путин кароч, – я как школьник повторял то, что уже выучил на зубок, этот месяц прошел в скучной зубрежке всего и вся.

– Молодец, продолжай, – Ксюха внимательно слушала все, что я говорю, ведь от моих знаний ее жизнь зависела, вот бы у наших преподов в школах была такая мотивация, хе-хе.

– Кладд'Эп – дом воинов, жриц всего две, зато лучший оружейник города и самый лучший воин – Алтонир, чье мастерство во владении глефой неоспоримо. Также и самая многочисленная армия – армия Кладд'Эп, состоящая из мужчин-Дроу среди рядовых воинов и женщин-воинов на командных должностях. Грубая сила города. Цвета красные. А еще это наш дом. Матрона МэйФрин Кладд'Эп

– Это мой дом, а ты тут на правах птички. Дальше.

– Але'тлар – по факту местное КГБ, разведка, контрразведка, шпионы города, которые не гнушаются работой с другими расами под соусом «Все во благо Арк-Раззана». Есть мнение, что имеют компромат чуть не на каждого жителя, но не продают эти тайны, а держат ради собственной безопасности. Самая слабая армия, самая большая шпионская сеть. Жрицы тоже больше предрасположены к разведке, накладыванию иллюзий и мастера пыток, сам дом – считай городская пыточная, говорят, крики из застенок не стихают никогда. Цвета дома синие, у этих не пауки, а змеи являются гербом. Матрона ЭливРаэ Але'Тлар

– Хорошо, и последний, – она реально на меня в упор смотрит, смущает.

– Хун'Гхим – что-то вроде местной инквизиции, владеют утерянными техниками магии. Магов, кстати там больше всего, пехоты нет вовсе. Почитают Богиню, жгут еретиков, выступают голосом Богини, на самом деле служат интересам не столько Арк-Раззана, сколько интересам Араб'вал. Личные собачки со священным огнем в руках. Самый преданный дом верховной Матроне. Все остальные считают их слабаками и подлизами, но сделать ничего не могут, там почти у каждого магия судьбы прокачана и все вероятности они видят наперед. Герб – фиолетовое пламя, и цвета фиолетовые. Матрона МикарУнэ Хун'Гхим.

– Хорошо, с этим закончили. Гендерные роли? – она ухмылялась, знала, что мне, как законченному сексисту, тема местного матриархата больнее всего на яйца наступает.

– Во главе всего – Женщины-Дроу, мужчины – просто грубая сила, призванная защищать, ходить в рейды на поверхность и давать сперму, почти все живут в бараках, считай вечный призыв. Почти равных прав с женщинами только Магистр Филлин Араб'Вал, он сильнейший маг и ему можно все. Так же приближен к таким регалиям наш Алтонир, сильнейший воин и оружейник города, живет в Доме, спит с матроной, когда ей хочется. Основное время занимает обучение молодых воинов и поддержание боеспособности регулярной армии дома. Бывший десятикратный чемпион турнира МиркРа, в настоящее время не принимает участие в подобных забавах. Десятикратный – означает, что он был сто лет лучшим воином, а потом сказал, что заскучал лохов пичужить.

– Хорошо, с этим разобрались. Теперь расскажи мне о себе

– Это что, быстрые свидания?

– Марк! – вот же идиотская привычка, вечно орет на меня, бу.

– Я – герой. Прорвавший пелену. Герои бывают двух видов – те, кого призвали и те, кто сам пришел. Я из вторых. Первым героем был прорвавшийся. Пролез сюда, прокачался, победил Бездну, сдох. Потом героев начали призывать. Но не простых, а выдающихся. Кого-то в момент совершения подвига за чистоту души, этих обычно ангелы зовут, иногда с людьми делятся. Кого-то из творцов за гибкость ума, этих обычно гомики к себе дергают, потому как в основном сидят у себя в подземельях и проводят жизнь в кузницах. Орки и Демоны часто призывают всяких садистов и массовых убийц, потому что сами это дело любят. Эльфы лесные больше любят тех, кто посвятил жизнь служению природе. Егеря, исследователи, защитники лесов и природы в целом. Дроу интересуются суками, которые при своей обычной жизни были знатными махинаторами, манипуляторами и сволочами. Как я сюда попал – вопрос, который бесит всех. Дренеи – лишены возможности призывать героев, зато у них есть Древние. Это такие Дренеи, которые прожили достаточно дохрена и обрели единство с системой. Считай всесильные создания, которые обычно в дела простых смертных не лезут.

Героев никто не призывал уже 500 лет, Бездна побеждена, мирные времена, восемь рас существуют в состоянии перманентного мира, хотя и довольно показушного. На самом деле интриги, грызня, взаимный геноцид, но без официальных объявлений войны. Злые языки говорят, что Бездна возвращается всегда. В пользу этого довода – я, так как просто так никто не прорывается. Поэтому многим я не нравлюсь и расы зашевелились с момента моего появления. Есть мнение, что каждая раса готовит свежий призыв. Дроу тоже. Меня все воспринимают как ошибку природы, и никто меня не любит, бедный я.

– Бездна? Это что еще за такое? – ну вот опять, знает и спрашивает.

– Бездна – условная сила, которая хочет, чтоб все живые сдохли. Такая себе богиня – фанатка теории анти-жизни. Некромантия, магия крови и много других подлых и мерзких штук – ее метод. Именно благодаря ей, восемь рас и объединились, потому как раньше воевали больше между собой, а Демонов и Орков вообще считали неразумными. Дроу просто боялись, и они со всех сил этот страх поддерживали. Но когда континент за континентом начали переходить под контроль некромантов Бездны и прочих ее последователей – все собрались вместе и дали отпор. Не сразу, сначала много проигрывали и теряли земли и людей, затем случился прорыв первого героя и все изменилось. Герои общими силами победили Бездну и гнали ее последователей до самых Северных Ледников.

– Кстати, ты заметно похорошел. Куда больше на героя стал похож. Может, давно надо было перестать бухать каждый день и начать питаться нормальной едой?

Это правда. Весь этот месяц я больше от скуки и в попытках скоротать длиннющие дни отжимался, качал пресс, приседал. Полторы тысячи раз приседаю уже! Кто понял, тот понял.

Пригодились и тренировки каратэ в которых нам ударами вдалбливали дисциплину и порядок проведения тренировок. Сначала разминка, чтоб не травмироваться, от головы к ступням. Потом растяжка. Потом силовые упражнения. Просил турник, но мне не дали.

– Ты сейчас серьезно назвала нормальной едой ту байду, которой меня кормят?

– Это питательная, полезная и сбалансированная байда, которая на организм влияет исключительно положительно, – она наставнически задрала пальчик к потолку.

– Ага, и на вкус как геркулес, – я скривился.

На самом деле вкус местной еды меня волновал первые дней пять. Первые два дня я не ел принципиально. За что получил в зубы с ноги от Ксюхи. А потом привык. Человек вообще, обезьянка, которая быстро привыкает ко всему. Это я на себе выяснил еще в детстве.

– Бесите, мартышки, – это Ксюха снова копается в моих мыслях.

– Что?

– Вы живете меньше всех, по силам очень не очень, но в течение своей коротенькой, как гномий член, жизни все равно успешно адаптируетесь, приспосабливаетесь, меняете образ жизни и даже мышления! Вот даже ты! Ты за тридцать лет несколько раз стал другим человеком! Это как вообще? Я тридцать лет только определялась, какое сочетание цветов мне нравится больше. Восхищаюсь вашей гибкости, человеки. А еще бесит, – она снова так смешно морщит свой носик.

– Зеркало наколдуешь?

– Зачем? – она удивленно подняла бровь.

– Сказала, похорошел, хочу посмотреть.

– Наслаждайтесь, ваше апполонье величество, – и в комнате появилось зеркало под противный каркающий смех женщины, которая, кажется, была рядом всегда.

В целом ничего выдающегося, радует, что прослойка жира внизу живота больше не мозолит глаз, титьки так и не появились, в плечах чуть раздался, но плечи у меня всегда легко приходили в форму.

– Идиот, разница колоссальная. Подкожного жира нет, живота твоего отвратного нет, напряги титьки – вооот, мышцы, а не сраный целлюлит! В сегодняшней форме ты идеальный Дроу, даже чуть перекачанный, – она смотрела на меня с удовольствием, и это льстило. Черт, приятно.

– Как все будет? – мы ждали, пока нас позовут. Меня ждет экзамен в течении которого решится, буду ли я жить.

– Я ни разу не видела героев, не знаю. Инструкции простые: чтобы ты знал все, что должен. Учился ты хорошо, память хорошая, мозги работают. А через месяц постоянных тренировок не только мышц, но и мозга – с уверенностью могу сказать две вещи. Айн: задачу ты выполнил; Цвай: сейчас ты в лучшей форме физически и умственно, за всю свою жизнь. И это всего за месяц. Бьюсь в предвкушении, как за тобой будет интересно наблюдать, когда начнутся боевые тренировки. Сначала ты конечно пососешь у всех, – она хихикнула, но как-то больше нервно, ее это не веселило, но она продолжила, – а потом накидаешь им всем за щеки, уж я за этим прослежу.

– Исконно русское превозмогание.

– Нет. Ваше русское превозмогание это страдание ради страдания. Вы вообще вечно чего-то превозмогаете, только не понятно зачем и кому это надо. А здесь ты страдаешь, чтобы стать сильнее, у тебя конкретная цель. Не подведи меня, Марк.

– Есть!

– Спасибо, – она сказал это смотря в пол, севшим голосом и очень искренне.

– Ой да ладно, Ксюх, мы сделали что могли, старались оба, будь что будет, – я подмигнул собственному отражению и отошел от зеркала.

– Спасибо за то, что было в день нашего прибытия. Я слышала этот пафосный и откровенно тупой крик сквозь боль. «А Ксюха – МОЯ!!!», – она очень плохо спародировала меня и сама же засмеялась своей пародии.

– Мое трогать нельзя, – я был совершенно серьезен. Не знаю, может это травма какая-то из детства, одна из многих, но я очень ревностно защищаю все, что считаю своим. И Ксюха – моя.

– Говорю это только на случай, если это последний разговор. Я счастлива, что мне удалось узнать тебя, Марк.

– Твой оптимизм внушает, – я старательно делал вид, что мне плевать, но внутри был как натянутая струна.

Дверь распахнулась.

Статус:

Герой(Человек)

Уровень 1

Специализация – ????

Способности:

[Демоническая кровь] 1 уровень(заглушено)

[Хладнокровие Дроу] 1 уровень

НАВЫКИ:

[Демонический взор] 1 уровень

[Контроль ярости] 1 уровень(заглушено)

[Понимание языка жестов Дроу] 1 уровень

Добудь его в бою

В комнату вошли жрицы. Те самые, что были подле Матроны МэйФрин, когда меня чуть не убили.

– Сестры, – Ксюха чуть склонила голову.

– Иллиарина, Нхилинтра, – я исполнил тот самый поклон, руки по разные стороны корпуса, колено согнуто.

СКИДЫЩЬ!!!

– Смотри в пол и не смей открывать свой поганый рот, мартышка! – фанатичка была явно в состоянии перманентного бешенства.

Потрахаться бы ей что-ли.

– Она убивает всех, с кем спит. А спит, в основном, с рабами. Минотавры, кобольды, пещерные тролли.

Вот я бы точно ничего не потерял, если бы не обладал этими знаниями и дальше

– Не бывает лишней информации, убери эмоции, просто впитывай все.

Иллиарина же была совершенно спокойна, разве что презрение во взгляде никуда не делось, ну эт нормально, Ксюха сказала привыкать, я и привык. Быстро.

– Все готово, церемония пройдет на домашней Арене, мы вас проводим, – в голосе сталь, и предвкушение.

– На Арене? Церемония? Но это же просто экзамен на знание устройства жизни Дроу, зачем арена? – Ксюха была растеряна и напугана. Она по очереди зыркала на названных сестер, в поисках ответов. Ответом была тишина.

– Одевайся, мартышка, – в меня полетел клубок тряпок.

Я, без лишнего стеснения, скинул свою робу, штаны. В подземельях, чтоб вы знали, очень тепло. Поэтому член не скукоживается и можно не бояться насмешек, он болтается во всей красе!

Побрить бы еще.

Мне выдали штаны прямого кроя и что-то похожее на кимоно ушуистов, такая себе шелковая курточка на пяти завязках. Да, ткань была похожа на шелк, прохладная, мягкая и тянущаяся, стрейч! Цветов дома не было, все было черным. Оно и понятно, цвета надо заслужить.

Мы шли не долго, Арена была в одном из внутренних двориков. Обычная арена, разве что не круглая, а квадратная. Четыре каменных трибуны, геральдика в цветах Кладд'Эп, вход на арену под каждой трибуной. Итого четыре.

Мы вошли с южной стороны, Матрона. Алтонир и Кронрар располагались на северной трибуне, рядом с ними сновали слуги с кувшинами.

На восточной и западной трибуне располагались рядовые жители Дома, насколько я понял. Судя по цветам и количеству занятых мест – здесь почти весь дом, за исключением тех, кто несет службу в дозорах и других активностях. Я остановился, потому что почувствовал что-то странное. Обернулся и не ошибся. На северной трибуне, той, из-под которой вышли мы, располагалась Матрона главного дома, с ней десяток Дроу. Видимо, свита ближайших

– Шевелись, – это меня фанатичка толкнула, рассмотреть Дроу из дома Араб'вал откладывается.

Меня подвели прямо к ложе Матроны, сестры обошли меня, фанатичка конечно же толкнула, когда проходила, а затем все заняли свои места. Ксюха хотела остаться рядом, но Иллиарина взяла ее под локоток и потащила на место.

Я исполнил заученный поклон, уткнулся носом в пол и замер, разглядывая свою левую ногу. Помните? Я тут лох. Сижу и жду, пока не позволят разогнуться.

– Герой! – я поднял глаза, – встань!

Я встал, но смотрел ровно прямо перед собой, не цепляя ничьих взоров, так Ксюха научила.

Я теперь, безупречный! Гы.

– Ксунауфейн, прими мои поздравления и благодарность, герой действительно подтянул свою дисциплину, ты исполнила мое поручение, – Ксюха лишь чуть поклонилась, – сейчас проверим что он знает о нас, о мире и нашем укладе.

Я приготовился. Сейчас мне как на экзамене будут задавать вопросы, я буду отвечать, все просто. Сложно только то, что придется обойтись без моих любимых сравнений, аллегорий, параллелей и сальных шуточек во время ответа, но ничего. Разок переживу.

Но случилось иное. В голову как-будто открылся шлюз и задул сквозняк, у меня натурально похолодел весь череп и его начало нестерпимо ломить, я помнил подобное ощущение, Так же себя чувствуешь, когда решаешь нырнуть в горную речку в октябре. Да, я имбецил, я так делал. Длилось это ощущение недолго. А потом отпустило. Я прокусил себе губу, но выстоял.

– Прекрасно! – Матрона натурально хлопнула в ладоши, – Ксунауфейн, ты молодец! Он знает все что нужно, и не знает ничего лишнего. Замечательная работа!

Что? Я имею в виду что это, за такое сейчас произошло?!

– Твои мысли были насильно прочитаны, держись, не будет вопросов, а что будет – боюсь предположить.

– Марк, ты сможешь, возьми себя в руки

– Марк

Ксюха пыталась ко мне пробиться, но я чувствовал лишь закипающий гнев. Сколько это будет продолжаться? Сколько еще унижений я должен вытерпеть? Сколько раз должен почувствовать себя ничтожным, что должно случиться, чтоб меня перестали кидать через бревно все, кому не лень?

– Ответ на все твои вопросы очень прост, Герой, – черт, она до сих пор у меня в голове, – ты должен доказать, что достоин. Обычно, Дроу доказывают это еще в начале своей жизни, но ты не Дроу, поэтому у тебя не будет шанса на ошибку. Сегодня ты либо умрешь, либо обретешь цвета Дома Кладд'Эп!

Последнее было сказано так громко, что это слышали все на арене.

Не иначе, магией голос усилила.

Я скинул с себя маску покорного раба.

Что толку если мои мысли тут каждая собака может прочитать?

Я посмотрел прямо на Матрону МэйФрин, уже без раболепия, но и дурака не включая, я смотрел на нее по-деловому. Сейчас мы заключаем сделку и я – одна из ее сторон.

– Условия?

– Рада твоему мужеству, герой. Условие одно – выжить. Ты должен дожить до полудня.

– Марк! Побеждать не обязательно, просто выживи. Прятаться, бегать – можно, умоляю, выживи.

– Оружие дадут? – да, я такой себе боец, меча рука не держала, с лука не стреляю, но любое оружие лучше, чем его отсутствие.

– Добудь его в бою, – был лаконичный ответ.

Я услышал, как отъезжают врата за моей спиной. Те, через которые привели сюда меня. Когда они открылись полностью, я увидел силуэт. Человеческий? Да, это был человек. Старый, худой. Он выступил на освещенный магией участок арены, и я увидел его во всей его ничтожности. Это был раб.

Волос не было наполовину, из одежды только рваные штаны, остатки волос были грязными и спутанными, он был жилист и высок, выше меня на голову. Потухшие глаза не выражали ничего, этот человек давно смирился со своей судьбой и его мало что интересовало. В руках у него были деревянный щит и короткое копье, хлипкий, откровенно плохой, но щит. Кулаком или ногой я его не пробью. Копье тоже было обычной заточенной с одной стороны палкой.

– Клодд! Тридцать лет ты был рабом дома Кладд'Эп! Но теперь ты слишком стар и слаб, чтобы продолжать служить своим хозяевам. Вот тебе подарок от Дома! Имя этого раба – Марк, и он тут будет вместо тебя. Если победит. Ты можешь убить его, чтобы твоего юного соотечественника не постигла та же участь, что и тебя. Если получится – он не станет рабом, а тебя проводят на поверхность с едой и водой на неделю. Но если он победит – ты получишь смерть, которую давно заслужил. И покой.

По мере того, как Матрона говорила, в потухших глазах раба разгорался огонь. Все его чувства были видны даже ребенку.

Надежда.

Вот что горело в его глазах ярче всего. Ясно было одно, он меня убьет. Ему дали слишком много для этого причин. Тут тебе и солидарность.

Убить мальчишку, чтоб избавить от тридцати лет рабства в этих катакомбах?

Согласен!

Умереть наконец?

Согласен!

Получить свободу?

Беру!

Я в момент сообразил, что пощады тут не будет, он уверен в своей правоте, не дрогнет рука, чтоб как говориться «С Сарацином намертво сразиться». Жаль, что я в роли сарацина, а рыцарь тут вот этот бедный старикан.

– Марк, он очень силен. Очень силен, для тебя. Не лезь в лоб, сломает

Затем прозвучал оглушительный гонг. Я еще стоял, меня била мелкая дрожь. Мне было страшно, мысли летали по черепной коробке, я судорожно пытался вспомнить хоть что-то из того, что может мне помочь.

Ничего, в голове пустота, сковывающий страх и силуэт человека, что поднял щит и медленно пошел на меня. Я – лед, который сейчас разломает этот ледокол.

– Дыши, идиот. Ты знаешь, как оно работает. Дыши и доверься инстинктам. Ты Герой!

Голос Ксюхи в голове действовал успокаивающе и звучал очень уверенно, так будто она и правда думает, что я справлюсь. Я оглянулся на нее посмотреть, мне это было нужно. Она встретила мой взгляд спокойно, одними губами прошептала «Давай» и кивнула.

И я сорвался с места, просто побежал в сторону ссаного бомжа, который решил, что у него хватит пороха чтобы убить меня.

МЕНЯ!!!

Краем уха я слышал смех Матроны, мама довольна.

Мой план был прост, я хотел свалить деда и в партере задушить. Армейский захват я с детства знаю, применял не раз и не два. В ответ на это бомж остановился. Щит держит на уровне носа, видно только глаза и колени, копье опустил промеж ног и упер в пол. Думает, что я собрался промеж ног нырять?

А че, можно было бы. Но теперь нельзя.

Я подбежал на расстояние прыжка, в этот момент он понял, что подката не будет и начал поднимать копье, но было уже поздно, я прыгнул согнув ноги вперед коленями и мой вес с моим же ускорением устремился прямо в центр щита. Надо его просто повалить.

Как говорится, шут там плакал.

Он просто принял меня на щит, чуть прогнулся назад, а затем вытолкнул меня вперед, и я кубарем покатился обратно, глотая пыль и слушая хохот с трибун.

Бесят!

Бомж тем временем перешел в наступление, видимо, понял, что боец с меня никакой.

Так. Нужен новый план.

Бомж не торопится, специально нагнетает, сука. А в глаза у него… Сочувствие?

Ъуъ сюка!

Но я все равно должен наступать, не давать ему времени спланировать атаку, не давать ему давить. Меня хорошо кормили, я занимался. Я полон сил. А он просто уставший раб. Десятилетиями закаленный в рабстве сгусток боли. Я попытался потанцевать вокруг него, план простой: дать ему выдохнуться.

Два удара в печень, два прыжка назад. Он махал копьем и щитом, стараясь меня не подпустить, я кружил вокруг него, пытаясь угадать момент для удара. Но ничего не выходило, редкие удары, которые у меня получалось наносить, казалось, никакой пользы не приносят.

Точно! Его же 30 лет били, он 30 лет работал. Выносливость у него такая что мне и не снилось. Болван!

Я очередной раз удачно сблизился с ним, поднырнув под копье, пока рука со щитом была с другой стороны корпуса, но вместо ударов я просто наступил ему на ногу, подгадав момент, когда он будет переступать, и толкнул вперед.

Просто повалить

В этот момент мне в лицо прилетел щит, и я отлетел в сторону. Передние зубы, за которые я отдал триста тысяч деревянных, высыпались на песок арены, я плевал кровью, а в глаза красная пелена.

Сука, больно! Но надо вставать, ничего еще не кончено.

Судя по всему, мой Демонический взор работает от боли, потому что оно снова включилось, сука, не вовремя. Но в этот раз это не было неожиданностью, и я огляделся. Оказывается, наблюдатели были не только на трибунах, я отчетливо видел силуэты, висящие на сталактитах. А дед не вставал.

Я усилием воли согнал Демонический взор и увидел, что дед лежит и харкает кровью, а из спины торчит копье.

– Ты очень везучий, мартышка.

Как это случилось?

– Свезло. Боец ты нулевой просто. Но везучий. Он бы просто упал, но в тот момент он бил тебя щитом, корпус повернул. Поэтому не удержался и упал брюхом в пол, а копье оказалось под щитом, от замаха. На него и повалился, финита.

– Добей! – это был голос Матроны, усиленный магией.

Я встал, с сожалением посмотрел на свои зубные протезы, и пошел в сторону бомжа. Ногой перевернул его на спину и увидел, что дед улыбается.

– Ахахагхар, славный бой, юнец. Спасибо, – а затем он затих и глаза стали стеклянными.

Так и умер, с улыбкой на лице.

– Получен навык «Рукопашный бой1»-

– Справка-

Вы убили представителя своего вида голыми руками. Навык отвечает за умение вести рукопашный бой, с повышением уровня удары становятся сильнее, тело двигается быстрее. Для повышения уровня навыка требуется практика. Каждое убийство повышает уровень навыка на условную величину.

!!!Внимание!!!

– Обнаружены остаточные НАВЫКИ рукопашного боя!-

Калькуляция…

– Навык «Рукопашный бой» повышен до «Рукопашный бой5»-

Статус:

Герой(Человек)

Уровень 1

Специализация – ????

Способности:

[Демоническая кровь] 1 уровень(заглушено)

[Хладнокровие Дроу] 1 уровень

НАВЫКИ:

[Демонический взор] 1 уровень

[Контроль ярости] 1 уровень(заглушено)

[Понимание языка жестов Дроу] 1 уровень

[Рукопашный бой] 5 уровень(+)

Интимная гигиена, дамочка, это вам не просто так!

Я убил человека

Эта мысль кровью стучала в висках. Я смотрел на старикана, который во весь рот улыбался, и понимал, это я его убил.

– Это была хорошая смерть. В Бою. О лучшей участи он не мог и мечтать.

Были ли у него дети? Жена? Может, он был сволочью?

Я стоял, торговался с совестью, и не мог отвести взгляд от стеклянных глаз трупа. Я ни о чем не думал во время боя. Я был охвачен азартом, думал о собственной жизни. Только о себе, как всегда. О нем не подумал. Даже не замедлился ни разу. Я хотел его убить.

– Нет, ты хотел выжить, просто выжить, Марк.

Зачем? Чтобы дальше трепыхаться? Он больше меня заслужил жизнь. Он должен был вернуться к семье. У него была семья?

– Марк, это не конец, отомри!

– Марк!

– МАРК!!!

Ксюха не выдержала и закричала голосом. Голосом полным тревоги, но мне было плевать.

Я убил человека

– Ты сдохнешь сам, если не возьмешь себя в руки, МАРК! – мое имя она кричала уже сорванным голосом.

Плечо пронзила острая боль, я упал и перекатился, как учили на курсах по Крав Мага. Поднимался я уже лицом к новой угрозе. А угроз было четыре. И они приближались.

– Рада что ты снова в зоне действия сети, имбецил. Это кобольды.

Кобольды. Я помню, Ксюха рассказывала. Мелкие, метр ростом антропоморфные крысы. Они весело улюлюкали, шипели, переговаривались и шли на меня. Двое были с копьями, двое с мечами. Щитов не было. Как и строя. Из одежды какие-то тряпки. Они просто шагали вперед, хищно скалясь и смотря как на мясо. Не боятся.

Меня даже крысы в этом мире не боятся, сука!

Я получил пинок адреналина прямо в мозг. Меня взбесил… Да все меня бесило. Мразотные зрители, которые с кровожадными глазами смотрят на меня. Чертов бомж, который сдох вместо того, чтоб убить меня. Вонючие крысы, которые не скрывая намерений идут прямо на меня и хотят сожрать.

– А еще они очень любят устраивать оргии с жертвами перед тем, как сожрать.

Если в моем мозгу был тумблер, то вот сейчас он щелкнул. Ксюха точно знала, что сказать мне.

Меня решили трахнуть и сожрать четыре крысы?!

Я сорвался с места и побежал прямо на них.

– Я сам вас трахну!

Крысы, судя по всему, не ожидали такого поворота и на мгновение застыли, вытаращив на меня свои мерзкие гляделки. Этого хватило.

Бежать прямо не получилось, оказывается та боль в плече – это не глюк. Плечо очень однозначно ответило на мою попытку бежать, махая руками для разгона. И этим ответом была боль. От неожиданной вспышки в плече меня повело вправо, но от плана я не отступил. Я выбрал крайнюю крысу своей целью и снова провернул тот же трюк, что с дедом, но в этот раз у меня как-будто получилось сделать это быстрее, техничнее, точнее. А еще у крыс не было щитов. Я со всего маху влетел в пушистого педика коленями вперед, и повалив его на пол еще полметра по этому полу на нем проехал, затем начал всаживать удары кулаков в эту мерзкую рожу.

Трахнуть меня хотел, тварь!?

– Просто добей, там еще три цели, не забывай!

Сука, точно.

Я быстро огляделся и увидел, что крыса выронила свой ржавый меч в месте нашего столкновения. Подскочил, отопнул ногой его товарища, который стоял и пялился на меня гляделками полными удивления. Поднял меч.

Убожество, а не оружие. Ржавый, с зазубринами, рукоять маленькая, не удобно. Но пока сойдет.

Вернулся к крысе, черт знает, где у нее сердце. Воткнул меч прямо в пасть этой мрази, она затихла почти сразу, выдернул, отер меч об его же шкуру.

Как же воняет.

Крыса обосралась на прощание. Я раньше слышал, что при смерти мышцы расслабляются, и поэтому покойники часто обсираются. Теперь вижу. Но лучше бы не видел.

А еще, дед не обосрался, крутой мужик.

Я развернулся к пушистым пидорам, которые как раз в этот момент пришли в себя и попытались убежать, но Кронрар махнул корявкой и их прижало к полу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.