Саманта Джонс
ЭроРассказы. По кругу жестокости. Игрушка Миллиардера

Групповое изнасилование в Крыму

На первых курсах меня отправили в студенческий лагерь в Крым. У нас в городе была одно время организация, которая пыталась облагородить нашу молодежь и меня за хорошие оценки отправили туда.

Парни были в основном додиками, батанами, заучками и дрочилами в этом лагере. Делать там было совершенное нечего. Мы изучали там бизнес профессии. Типа как быть менеджером и строить бизнес план. Нам преподавали молодые специалисты, которые сами еще никаких бизнесов не строили, либо старые пердуны, которые про бизнес только в переведённых книжках читали.

Как ты понимаешь, их основная задача была, чтобы мы были хоть чем-нибудь заняты целыми днями. Сам же лагерь выполнял задачу "будущего страны", то есть отмывать бюджетные бабки и вербовать послушные кадры для главной партии.

Самое противное, что эти скучные мальчики в очках, из-за того, что у нас не было ни хулиганов, ни хотя бы тех, кто курил, возомнили о себе не бог весть что. Они начали считать, что они типа окей и классные и даже начинали подкатывать.

Сначала это было смешно, но довольно быстро начало жутко бесить, потому что я и так ходила с ума от тоски без интернета и соцсетей, так еще и эти студентики навязывались постоянно.

Я уже старалась одеваться по проще, но у меня в принципе нет не сексуальных вещей с собой: топики, маечки, юбочки. Я в конце концов в первую очередь поехала из-за моря. Единственный, кто хоть как-то мог привлечь мое внимание, как мужчина во всем лагере это директор заезда Владимир Николаевич Солодаров. Молодой директор профкома в единственном ВУЗе нашего города, молодой, женатый мужчина с обширными связями в администрации города.

Был там и еще один долбоеб студентик последнего курса Дима. Который реально влюбился в меня. Он и на фоне остальных ботанов выглядел более щуплым и забитым. Ну не так, чтобы совсем даун, но еще более скромный, робкий.

Я видела, как он пялится на меня. Как разглядывает мои ножки, когда я босая на пляже лежу уткнувшись в книжку. Как в столовой всегда выбирает место, чтобы хорошо видеть меня, мою вечно торчащую грудь, мои пухлые бёдра и длинные волосы.

Однажды я даже видела, как он подглядывает за мной в окно. В общем сталкер.

Я общалась с ним нормально, если надо было по проекту какому-нибудь, потому что он был достаточно скромный, чтобы не пытаться со мной шутить или зазывать на вечерные отстойные танцы.

Однажды вечером я решила срыгнуть на дискотеку местных в деинственный известный мене боле-менее модный клуб. Но хотя мы все-таки не школьники, а студенты, но покидать лагерь нам было строго запрещено

Я позвала несколько девочек с собой в «самоволку», но они меня не поддержали, сославшись на строгого Солодарова, который «выпорет» за такое. Впрочем этим очкастым заучкам с сальными волосами на дискотеке все равно делать нечего.

Я надела лакированные желтые открытые босоножки, покрасила ногти в алый цвет, уложила волосы, надела маленькие белые трусики, лифчик отбросила в борону и нацепила тоненькую маечку, которая хорошо облегала мою налитую двоечку.

Плиссированная юбка делала меня похожей на школьницу, но мне было пофиг. Накрасила губы сияющим блеском и подвела глаза.

Я не взяла с собой даже сумочку, потому что расчитывала, что уж в Крыму то я точно найду того, кто угостит меня коктейлем.

Выходя я словно кожей почувствовала, что со спины на мои ножки кто-то пялится. У выхода с лагеря я обернулась последний раз, но никого не обнаружила.

Я двигалась по знойному вечеру. Волосы трепал морской бриз. Темнело медленно, и я устремилась на звуки музыки.

Отличный клуб с открытой террасой. Вышибалы были мне рады. И я еще с родного города знаю, что вышибалам надо построить глазки – они же тебя потом и защитят от назойливых ухажеров, если что.

Я пошла к барной стойке. Народу было не слишком много, но довольно тесно. Я стала погружаться в ритмы музыки. Она всегда действовала на меня гипнотически. Я стала ловить на себе взгляды мужчин.

Двое блондинистых парней у барной стойки, наверное балтийцы или белорусы, разглядывали меня, улыбались и что-то обсуждали шепча друг другу на ухо. Такие будут весь вечер на тебя пялиться и дождутся, когда ты уйдешь с другим, чтобы на утро обсуждать, какая ты шлюха и что с такими, они даже и знакомиться не хотят.

Ловила я на себе взгляды и женатого мужчины, который отдыхал со своей уже растолстевшей женой.

Его лицо выражало то забытый давно азарт, то непреодолимую тоску заключенного, который знает, что даже смотреть на молодое гибкое тело, с большой круглой попочкой и двумя сочными сиськами ему нельзя.

Нельзя. Как цепному псу, нужно бухать со своей жирной женой и ловить сочувствующие взгляды других мужиков. Уж сидели бы дома, нет, это видимо она поперлась в клуб, думая, что еще что-то из себя представляет. А только позорит своего еще не раскисшего мужа.

Охранники поглядывали на меня, словно знают лучше меня «зачем она пришла». Но я тогда думала, что «я не такая», что «пришла чисто потанцевать».

Чувствовала я на себе и еще один взгляд. Откуда-то из-за пределов веранды, с пляжа. В темноте я не могла разглядеть фигуру, но я отчетливо понимала, что за моими танцами следит и еще кто-то.

Белорусы все-таки угостили меня коктейлем, и я быстро начала пьянеть после недели утомительного ботанского бизнес-лагеря. Мои танцы становились чуть развязнее, но я не люблю себя чувствовать звездой вечера, а в этом клубе я была явно самой сексуальной девушкой.

С белорусами общение не сложилось. Они звали к барной стойке поболтать, но я сказала, что пришла танцевать, а не болтать и мы разошлись. Мне становилось чуть скучно, пока в клубе не появились они.

При их появлении охрана просто расступилась. Пятеро высоких бородатых смуглых мужиков вошло в заведение. Махнули рукой бармену и он пулей накрыл поляну. Плечистые, татуированные. В зеленых, белых и черных футболках обтягивающих мускулистые тела.

Я даже в какой-то момент испугалась, что будет слишком заметно, что я на них пялюсь.

К счастью, они не обращали на меня никакого внимания, и я могла разглядывать в танце их мощные кадыки и дыбящиеся ширинки в ярких пляжных шортах и массивные накачанные плечи.

Громилы уже во всю дымили кальяном, когда я стала замечать, что чаще свечу своими белыми трусиками из-под юбки в их сторону. Танец становился все откровеннее. Ночь спускалась на побережье, а мне было всё жарче и жарче.

Капельки пота стекали по моей открытой груди в ложбинку декольте, а между ножек тоже разгорался пожар: в лагере мы жили с девочками в комнате на пятерых, и я не могла снимать напряжение так громко, как я привыкла в душе, поэтому зуд молодости не давал мне покоя.

Я умылась в туалете и подошла к барной стойке, чтобы попросить бармена простой воды.

– Не надо ей воды. Джин тоник сделай.

Услышала я грубый низкий мужской голос.

Рядом со мной стоял огромный смуглый волосатый мужик из этой компании. Татуировка якоря на мускулистом плече привлекала внимание. Я подумала, что это отличный шанс познакомиться и влиться в эту компанию. Знала бы я, что всё закончиться тем, что эта компания вольется в меня.

Он даже не смотрел на меня. Мне налили джин тоник. Я попыталась быть милашкой.

– Спасибо. Меня зовут, Эмилия…

Даже не глянув в мою, сторону громила сказал:

– Танцуй. И не делай глупостей, сучка.

Внутри меня от такого обращения всё вспыхнуло. Мне захотелось вылить ему этот коктейль в лицо и моментально покинуть клуб, но он ушёл как ни в чем не бывало. Белорусы хихикали на другом конце барной стойки, а я снова почувствовала назидательный взгляд снаружи клуба.

Меня переполняла ненависть от такого обращения ко мне. Я же все-таки девушка!!! Почему нельзя было познакомиться, пригласить за стол. Познакомить со своими друзьями?

Я нагло и демонстративно зацокала, виляя бедрами к выходу, чтобы хоть как-то привлечь внимание компании. Дошла до выхода, но… никто из них даже ухом не повел. Ноль внимания.

Я сделала шаг через порог и тут уже услышала мужской голос:

– Девушка, вернитесь в клуб.

Передо мной стеной встали три фейсконтрольщика вышибалы.

Я попыталась выйти.

– Пустите!

Врезалась в одного из них. Он с силой схватил меня и втолкнул обратно в клуб.

Я реально не понимала, что происходит.

С ухмылкой, один из них заявил:

– Девушка, вам отказано в выходе из клуба.

– Вы сдурели? Что за тупые шутки?

Я снова попыталась прошмыгнуть между ними, но на босоножках на шпильке это сделать достаточно трудно.

Еще один вышибала поймал меня и даже ненароком облапал мои набухшие соски. Я испугалась.

– Выпустите меня. Я сейчас позвоню директору нашего лагеря! Солодарова знаете?!

– Девочка, здесь местные законы и здесь местные решают. У нас приказ Надира.

Я вновь попыталась прорваться и снова ударилась о стальные мускулы трех крепких мужиков.

Между ножек у меня уже был потоп. Ярость и бессилие сплетались во мне. Меня схватили и передавали из рук в руки, пока я пыталась вырваться. Естественно каждый охранник не упускал возможность «случайно» положить руку мне на талию, грудь или попу. Я пьяная уже не понимала в чьих конкретно руках я нахожусь.

– Эй, парни!

Чей-то робкий голос прервал их.

Один из амбалов обхватил меня за талию сзади и прижал к своему длинному члену. Попа расплющилась об его бедра, и в таком состоянии мы развернулись к моему защитнику.

– Чо надо, малец?

Напротив нас из темноты вышел Дима. Высокий и худой. В своих очках он больше был похож на Шурика из Кавказской Пленницы, чем на защитника.

– Отпустите ее. Она из бизнес лагеря.

Охранники заржали.

– А ты наверное бизнес мен?

Они снова заржали. Я пыталась вырваться, но чем больше я елозила попкой по члену своего насильника, тем крепче он сжимал руки на моей груди.

Мне было стыдно: пьяная с растёкшейся тушью, меня лапают трое незнакомых мужиков, соски не скроют того, что мне это нравится и всё это на глазах у Димы, который тайно и нежно в меня влюблен.

– Парень, тут решает Надир. А ты гавно. Иди на хуй.

Голос старшего охранника, его беспринципная матерщина пронзали иглами мой мозг. В тайне мне захотелось, встать на колени и отсосать ему при всех, как безымянная шлюха.

Дима сжал кулаки и бросился на него.

Это выглядело даже не смешно. И не смело. Просто глупо и жалко. Додик, который нарывается на то, чтобы ему разбили очки и выбили пару зубов. Но мужчины. Они иначе не могут.

В мгновение ока, после пары вялых ударов в грудь от додика, старший схватил его, заломал руки за спину и второй врезал ему поддых. Мне стало страшно, потому что в этом было больше жестокости и насилия, чем охраны. Они совсем не жалели парня.

Дима моментально начал плевать кровью.

– Слышь, псы, что за возня?

Откуда-то сверху послышался голос одного из парней с той компании. И без того крупный, с низу он смотрелся совсем громилой.

– Босс, девчонка пыталась уйти, а этот сам полез в драку.

Бородатый альфа-самец сверху молча посмотрел, молча выпил их стаканчика еще немного виски и прикрикнул:

– А хуйли ты ее лапаешь, осел? Тебе яйца отстрелить?

Мужлан наверху достал из кармана широких штанов пистолет и взмахнул им в воздухе, снимая с предохранителя.

– Девушка, как там тебя? Мимиля… Не важно. Ты же не будешь настолько тупой, чтобы попытаться сбежать?

Он прицелился.

Меня моментально выпустили из рук. Я оглянулась и сквозь милитари хаки штаны было видно, что у охранника уже нереальный стояк.

– Я твой огрызок шелудивый, отсюда вижу. Хочешь прострелю?

Великан на веранде клуба хохотал и живодёрски развлекался с нами.

– Энвер, она вырывалась сильно… я только чтобы не ушла…

Энвер улыбнулся:

– Кастрировать тебя мало, пёс. Девку наверх… и защитника тоже.

Диму загнули дельфином, а меня просто толкнули за плечи обратно в клуб. Через минуту мы оба сидели за столиком.

Энвер, не обращая на нас внимания, разговаривал с другим бородатым мужиком, а тот, что «угостил» меня коктейлем вернулся от барной стойки с простоявшим все это время не тронутым бокалом.

Подходя ближе он просто выплеснул весь бокал мне в лицо.

– У нас не принято отказываться от подарков.

От такого обращения я просто раскрыла рот. Диму держали руками за спиной. Остальные гости клуба либо не замечали этого, либо отводили глаза, понимая, кому принадлежит это место.

Джин-тоник стекал по майке и мои сиськи были на виду у всей компании.

Он положил руку на лицо. Взял мой подбородок пальцами…

– Дюльбеееерр…

Белорусы как-то резко засобирались из клуба, словно мы и не знакомы…

– Что же ты пить не стала, девушка? Гордая? Ну мы твою гордость чуть-чуть поумерим.

Диму спаивали, реально как Шурика из фильма. Он быстро хмелел. Еще бы, после того как ему взбили кишки, алкоголь впитывался в кровь напрямую. Он очень быстро обмяк. Если это можно так сказать про парня, который и так то выглядел очень мягкотелым.

Я старалась сидеть смирно, чтобы не нарваться и просчитывала в голове варианты, чем это все может закончиться.

Может быть они сейчас наиграются и отпустят нас, а может быть…

Пятеро мужиков, которые держат это клуб почти не замечали нас с Димой.

Время от времени они менялись местами. Меня подпаивали. Кто-то подсаживался ко мне и лапал. Один просто гладил пальцами по шее. Другой рукой мял мои бедра. Третий обнимал за талию и клал мою руку себе на ширинку. Четвертый смотрел мне в глаза, а потом глазами указывал на свой ствол.

Главный подсел ко мне. Сжал руками мою жопку. Я изогнулась от боли и обиды, что со мной обращаются как со шлюхой у всех на виду.

Соски стояли в мокрой майке, и новые гости клуба, проходя мимо смотрели на меня, как на шалаву, которая обслуживает пятерых загорелых мужиков.

Сначала его рука легла на колени. Облапал их. Дальше его руки спустились от колен к босоножкам. Пальцы скользнули по замочку на ремешке и расстегнули их.

Тоже самое он без слов повторил со второй.

Бармен принес десять шотов текилы.

Я осталась босая. Тот момент, что на меня никто не обращал внимания, хоть я пару раз и порывалась уйти, но меня грубо руками сажали на место, и то что меня лапали и раздевали буквально публично, возбуждал меня до предела. Я чувствовала себя просто нанятой проституткой. Мне не разрешили даже вытереться, после того как облили водой.

Один из парней взял меня за ножку, вытянул ее к себе, так, что все видели мои трусики, посыпал ее солью и хлопнул стопку текилы, затем лизнул мои ножки.

Шершавый язык нырнул между тонких нежных пальчиков, и я буквально взвизгнула, чтобы не кончить. Пизда стала буквально выделять порциями смазку мне в трусы, а я закатила глаза, потому что он передал мою ножку Энверу. Тот повторил процедуру – посыпал пальчики моей ноги солью, выпил текилу и обсосал их, я извивалась в объятиях еще одного мускулистого парня, который обнимал меня за плечи, удерживая от того, чтобы я не выпрыгнула из кресла в космос.

Так мою ножку пустили по кругу. Я кончала на каждом, пока Надир не взял мою ножку, окунул ее в соль, выпил текилу и стал шершавым языком полировать мне между пальчиков. Его большой горячий язык нырял между пальцев и доводил меня до экстаза. Мне заткнули рот, чтобы я не кончала на весь клуб, выгибаясь в цепких объятиях одного из бандитов.

#####Глава 7. Групповое изнасилование в лесу

Дима стыдливо прятал глаза и протирал пальцами глаза под очками. Думаю, его влюблённое сердце раскололось на части в тот вечер. Ну, да так ему и надо. Лучше бы ходил на рукопашку, вместо того, чтобы сидеть за компьютером – глядишь и вечер сложился бы совсем по-другому, а то нам и не пришлось бы вообще выходить из лагеря. Развлекались бы там.

Хулиганы обнимали его за плечи и общались с ним, что-то громко крича прямо в ухо, словно перекрикивая музыку. Видно было, что они получают садисткое удовольствие от того, что лапают меня при нем.

Надир, самый крутой из них – с пирсингом в губе сказал тому, что сидел рядом со мной: «Давай, грузи скот, прогуляемся».

Нас с Димой, как заключенных, подняли и повели по лестнице вниз из клуба. Охранники трусливо пропустили бригаду, вежливо попрощались. Видно было, что угрозы «отстрелить яйца» были не пустыми словами. Меня лапали за жопу, и заставляли трогать члены через ширинку, пока мы шли к двум припаркованным прямо на газоне черным геликам.

Диму увели в другую машину, меня Надир посадил в свою. На заднее сидение.

– Куда вы нас везете?

Я пыталась вырваться, но мне надавили на голову, чтобы я пролезла в гелик.

– Сообщите в полицию!!!

Выкрикнула я охранникам. Они стыдливо отвели взгляды и сделали вид, что не слышат. От этого становилось так горько и обидно на душе, что аж сердце разрывалось.

Мне дали пощечину и захлопнули дверь. Один из парней подсел ко мне и почти сразу бесцеремонно сунул мне руку под юбку.

Я сжала ножки.

На что моментально получила увесистую оплевуху, но продолжала сжимать ножки, чтобы сохранить остатки чести.

Он ударил еще раз. И еще.

– Эй, девочка,– пропронил не отрывая глаз от дороги Надир,– Соловей будет бить пока ты не раздвинешь.

В подтверждение этих слов Соловей вмазал мне ещё раз. В одном и том же ритме. Так что я уже могла предсказать, когда в следующий раз мне прилетит пощечина.

Он ударил еще, и я раздвинула. Сама. Раздвинула ноги перед мужчиной, которой меня унижал и бил.

Я отвернулась в окно, насупилась, чтобы хотя бы так продолжать хранить достоинство.

Его же рука в этот момент нырнула между безвольно раздвинутых ног, он моментально нащупал мой воспалённый клитор и стал круговыми движениями доводить меня до оргазма.

Я пыталась сдерживаться, но уже через минуту, таких бандитских ласк, я закрыла глаза и застонала.

– Дырка готова.

Мы свернули с дороги, в каком-то лесу. Фары освещали метров пятнадцать перед машинами.

Меня вывели из машины и посадили на корточки так, что меня слепили фары.

Парни окружили меня со всех сторон. Кто-то из них плюнул мне на лицо, но от фар, я даже не видела от кого прилетела харча.

Я слышала только звук не заглушённых моторов и расстегивающихся ширинок. Через секунду мне в лицо уже сунули член. Большой и твердый, резко пахнущий мужиком. Я уже не ждала, когда меня снова ударят по лицу. Просто взяла его аккуратно рукой, убрала с него свои волосы, которые успели прилипнуть и, подрачивая, стала приближать к своим губам.

Моя гордость была сломлена. Я понимала, чего от меня хотят и исполняла волю бандитов.

В другую руку тоже вложили член. Я стала надрачивать и его. Оба прибора были весьма большие. Тяжелые.

Первый уже оказался у меня во рту. Я стала сосать. Я стала ловить себя на мысли, что вкус члена мне нравится, хотя я и не знала, чей именно это член из парней. Меня сняли с одного и надели на второй хуй. Итак я стала попеременно обслуживать двух мужчин. Потом к ним подключился третий, четвертый и пятый. Меня разворачивали на корточках и запихивали мне за щеку твердые длинные члены.

Это было похоже на то, как голодные щенята накидываются на матку и дерутся за соски. Только тут пихали мне в лицо.

Мне заталкивали попеременно, по очереди и совали без очереди мне в рот. Я не могла регулировать этот поток членов в моё горло. Мне просто вставляли, как хотели. Я дрочила два члена и ещё один трахал меня в рот, пока еще двое парней выстреливали семенем мне на лицо.

Губы сложились трубочкой и уже начало сводить челюсть, от перманентного раскрытия. Один из парней кончил мне прямо в рот, еще одному я отдрочила себе на лицо. Пятый еще какое-то время поимел меня в обкончанное лицо и начал спускать мне за щеку. Со чпоком он вынул разбрызгивающий на ходу сперму хуй у меня из губ и залил меня окончательно.

Я жадно глотала воздух. В конце концов, думала я в тот момент, теперь они успокоятся и отпустят нас.

– Клади её на капот.

Пьяные парни, явно не хотели угомониться.

Меня таскали за волосы и положили грудь на капот. Резким рывком спустили трусы. Моя девочка стала открыта всем. Теплая крымская ночь словно создана для групповых изнасилований.

Один из парней подошел сзади и стал лизать мне анус. Толстый язык то становился жидким и расслабленным, то напрягался и вбуривался в мою девственную девочку. Я постанывала и умоляла меня отпустить.

Потом он выпрямился, шлепнул меня по заднице и стал пристраивать своего одеревеневшего богатыря к моей киске.

Парни смеялись где-то за спиной.

Я почувствовала, как его головка раскрывает мои лепестки и снова потекла. Он рывком задвинул свой стояк и начал грубо меня ебать об капот.

Я стонала, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, пока меня елозили лицом о капот черного гелендвагена.

Он спустил в меня и подошел следующий.

Я рыдала, а они продолжали насиловать меня по кругу.

Парни сменяли друг друга, надсмехались надо мной, пока моя киска превращалась в спермоприёмник. Я кончала и сперма от пульсаций густыми порциями выходила из моей девочки. У меня все бедра были уже в густом семени, стекавшем по ногам на спущенные трусики. Я кончала сквозь рыдания, охрипшая от мольбы отпустить меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.