Юлия Флёри
Каждый сам за себя

Пролог

На балконе было промозгло и сыро. Истинная осень. Сквозь неплотно прикрытую раму сквозил стылый ветер. Кира подрагивала от холода, но продолжала упрямо стоять, не имея ни малейшего желания возвращаться в дом.

Сегодня у Дениса был день рождения. Они потому-то на дачу и уехали, чтобы остаться наедине. Но когда в дверь настойчиво позвонили, всё же пришлось открыть. Незваным гостям Дэн был, мягко говоря, не рад. Он даже не пытался скрыть своего недовольства и щедро разбавил звонкие поздравления отборным матом, правда, шумную толпу уже было не остановить. Они лихо заполнили уютное пространство, превращая дом в тусовочную базу. Денис предлагал спрятаться ото всех в его комнате, но момент был безвозвратно упущен. Пришлось вливаться. Сначала в атмосферу весёлого праздника, а немного погодя и в толпу незнакомых, но отчаянно рвущихся в отрыв людей.

Кире весело не было. Исключительно из соображений приличия она подняла за именинника пару бокалов, но отвоёвывать его внимание не стала: много чести. Вот и скрылась ото всех на балконе спальни. Когда дверь в комнату открылась, Кира принялась торопливо готовить оправдательную речь, хотя требовать объяснения Денис не имел никакого права. Вот, только заметив её в тусклом лунном свете, на балкон вышел совсем другой мужчина. Незнакомый. Представиться он не посчитал нужным, просто встал рядом и закурил. Кира совсем немного посторонилась и толкнула рукой стекольную раму, впуская ещё больше холодного воздуха. Задыхаться в сигаретном дыму она точно не собиралась. А незнакомец уставился на неё с мерзкой ухмылкой. Неловкая пауза затягивалась. Наилучшим выходом было просто уйти, но Кира продолжала стоять, позволяя себя рассматривать. Уступать считала ниже собственного достоинства и сверлила его недовольным взглядом в ответ. Наконец, мужчина докурил, выбросил остаток сигареты через окно.

– Ну и что ты обо всём этом думаешь? – неожиданно обозвался он. Кира даже вздрогнула от внезапно прозвучавшего хриплого голоса.

– Что вы имеете в виду?

Мужчина окинул её выразительным взглядом и пошловато хмыкнул.

– Для отношений ты выбрала не того парня.

– Вам-то от этого что за печаль?

– Да так… Глаза у тебя красивые. Жаль, если они вдруг станут красными от слёз. А от твоего дружка другого ждать не приходится.

– Денис любит меня! – проговорила Кира в запале. Только потом опомнилась и сдержанно поджала губы. – А я люблю его.

Мужчина напротив едко усмехнулся.

– В мире больших денег нет места любви.

– Деньги не главное. И у меня их нет, но…

– В том-то и беда, дорогуша, – совершенно невежливо перебили её, – в том-то и беда.

Глава 1. 2019 год

– Кира… – растерянно пробормотала девушка, раскрывая дверь.

– Привет! – рассмеялась Кира, условно отдавая честь подруге.

Та всего секунду маялась в сомнении, после чего нервно прикусила губу и торопливо втащила Киру в квартиру. Тут же заперла дверь на все замки, на цепочку, и на всякий случай подпёрла её своей спиной.

– Оль, ты чего? – всё ещё задорно смеясь, Кира присмотрелась к ней внимательней. Впрочем, кроме явной паники, никаких других симптомов опасной душевной болезни разглядеть так и не смогла.

– Ты зачем явилась? – вытаращилась на неё Оля и Кира осторожно отступилась.

– Так… мы вроде договаривались, нет?

– Дура, я же тебе написала: не приходить!

– Э… извини, я, наверно, упустила. На работе завал. – объяснилась Кира, считая это простительным промахом. – В самом конце дежурства гангрену привезли, представляешь? Там работы часов на шесть, хорошо ещё, заведующий вышел, сменил меня в операционной. От остальных не дождёшься! – ворчливо бормотала она, разматывая шарф.

– Вот что ты мелешь! Гангрена… – Оля противно взвизгнула. – Если тебя кто во дворе заметил, на обратном пути отбивную сделают! А ты только о работе и думаешь!

– Да, что случилось? Ты мне так ничего и не рассказала. – напомнила Кира.

Не особо вникая в предостережения подруги, она сняла сапожки, куртку повесила на рогатую вешалку, шапку затолкнула в карман.

– А я вино купила! – похвасталась она, шествуя в сторону кухни.

И не успела Кира щёлкнуть клавишей выключателя, желая осветить крохотную комнатку с плитой, посудой и подобием стола, как Оля бросилась ей наперерез, чтобы тут же вырубить свет.

– Ты что, меня не слышишь?! – взревела подруга и Кира одёрнула руку, будто после ожога.

– Да ты же не говоришь ничего!

– А что тут говорить?.. – Оля с досадой взмахнула рукой и выглянула из-за тёмной шторы в такое же тёмное окно. – Лазарь на свободу вышел. – шикнула она и поджала губы. – Вся его кодла сегодня у сестры собралась. И откуда столько их набежало! Ко мне дважды заходили, про тебя спрашивали. Говорили, передай, мол, привет подружке. – зло перекривила их Оля. – Я тебе успела сто раз позвонить, чтобы не являлась. И сообщений штук десять, не меньше, накатала. Во все соц. сети! И обычные, на телефон. Думала, хоть одно, да прочтёшь.

Кира как-то натужно вздохнула и неуверенно сглотнула.

– Ты же знаешь, я все эти сообщения не читаю… – пояснила она как-то вяло. Прислушивалась, не шевельнулось ли что внутри от этой новости. – Там спам один. Они накапливаются, и я их просто удаляю.

– Вот-вот! Будет тебе наука.

Кира вдруг вскинула взгляд и упрямо поджала губы.

– Мне бояться нечего! – возразила она и демонстративно включила свет. Глядя на то, как Оля зашторила окно, только досадливо вздохнула. – Если без Дениса не тронули, с ним и подавно не рискнут.

– Мне бы твою уверенность! – вздохнула Оля, устраиваясь за столом. – Заявились сегодня, рожи все пьяные, глаза осоловелые, в разные стороны смотрят. Я чуть не умерла со страху. Тебя спрашивали. Знают ведь, что ни с кем больше не общаешься.

– Я свой новый адрес ни от кого не скрывала. – вскинулась Кира, расправляя длинные волосы.

– Ага, а переехала чего? Потому что стыдно стало! Потому что совесть замучила!

– Оля, я прошу тебя, хоть ты не повторяй этот бред! Ты же знаешь, что переехала я по другой причине. Потому что… – Кира запнулась. – Потому что жить здесь стало невыносимо! – выдала она и Оля согласно покивала.

– Ну, так это ты уже кому докажешь-то?

– Я никому и ничего доказывать не собираюсь! – твёрдо заявила Кира, но когда раздался звонок в дверь, всё же дёрнулась. – Я открою. – решительно заявила она и направилась в прихожую.

Оля схватила её за руку и с безумным взглядом зашептала.

– Ты что ещё удумала! – возбуждённо шипела она. – Там никто разбираться не будет! Ножом в живот пырнут и свалят! Я открою. – добавила, но к двери по-прежнему подходить не спешила.

Звонок повторился, и на этот раз Оля подскочила на месте, хватаясь за сердце. Кира смерила её раздражённым взглядом. Когда они всё же перестали толкаться и открыли дверь, на пороге оказалась соседка.

– Олюшка, детка, здравствуй. Я за солью зашла. – оповестила та. – Володька мой сало из деревни привёз, а крупной соли-то у нас и нет. В магазине всё импортная, да с добавками, а у тебя батя рыбак, не так давно угощал нас тараночкой. Вкусная – слов нет. И соль, стало быть, осталась.

Оля перевела взгляд на Киру и вздохнула, чувствуя, как отпускает напряжение.

– Подожди, тёть Кать. Была где-то. – пробормотала она, неспешно направляясь в сторону кухни.

Вернулась оттуда Оля с непрозрачным пакетом и протянула его соседке.

– Держите.

– Вот, спасибо, выручила. А я на днях соль вам откуплю.

– Да не надо…

– А родители где, на даче?

– Да… заканчивают сезон, убирают всё с участка.

– А это кто же? Неужто Кирочка зашла в гости?

– Да, тёть Кать, здравствуйте. – кивнула Кира и обхватила плечи ладонями.

Соседка задумчиво кинула.

– Денис Лазарев сегодня из тюрьмы вернулся. – пробормотала тётя Катя, бросая на Киру быстрые взгляды. – Как бы чего дурного не вышло.

– Спасибо, тёть Катя, я уже слышала. – кивнула Кира и выдавила из себя приободряющую улыбку. – Всё будет хорошо.

Подъездная дверь хлопнула, с первого этажа послышался пьяный говор. Соседка оглянулась и отступила.

– Ну да ладно, пойду я… И вы закрывайтесь.

Захлопнув дверь, Оля покосилась на подругу.

– Никто не забыл об этой истории. – буркнула она. – Идём в кухню. И давай уже как-то без геройства.

Кира подошла к окну и с тоской глянула в темноту. В тусклом свете фонаря можно было различить мужские фигуры.

– Мне завтра к восьми на работу. – пробормотала она.

– Ну, гляди, к утру упьются и стихнут. От меня и пойдёшь. А ещё лучше отгулы возьми. Или отпуск! Поедешь к маме. Как она там, кстати?

Кира рассеянно взглянула на подругу.

– Что?

– Я говорю, съездила бы ты к матери. – Оля выразительно округлила глаза и устроилась за столом, покручивая в руках вино. – А там, кто знает, может, и останешься. Ты говорила она в Швейцарии сейчас… Благополучная страна. Всё лучше, чем у нас за три копейки горбатиться.

– Мне незачем прятаться.

Оля вызывающе хмыкнула.

– Ну-ну…

– Слушай, Оль, ты обещала ужином накормить, а я пока сыта только нотациями. – заявила Кира, устраиваясь напротив.

Подруга спохватилась и принялась суетиться, едва заметно щурясь в отблесках неоновой подсветки. Кира достала из ящика над своей головой две свечи и зажгла их. Оля задержала смешок:

– Точно как в детстве… – умилилась она. – А я кролика стушила. Дела в салоне вроде пошли, вот я и решила шикануть. Купила виноград и апельсины. Ты же знаешь, какие они сейчас вкусные. К сожалению, фрукты тебя не дождались, а вот кролик…

Оля в демонстрации блаженства закатила глаза и достала из духовки высокую форму. Кира разлила по бокалам вино.

– За что пьём? – привычно уточнила Оля. Кира широко улыбнулась.

– За нас, красивых! – произнесла она тост и сделала два больших глотка.

Кролик удался. Пустая бутылка вина скучала на полу у стены. Оля всё же уговорила Киру остаться и как раз стелила ей в своей комнате. Кира с детства помнила эту скрипучую тахту. Пролёжанную и жутко неудобную. Сейчас, после ночных дежурств в больнице, где из удобств была лишь узкая кушетка, жаловаться не пришло бы и в голову. Да и мысли были далеко отсюда. Оля тоже это заметила и сочувственно поглядывала на подругу.

– Переживаешь? – уточнила она, но Кира лишь криво ухмыльнулась.

– Вот ещё!

– А чего такая молчаливая? Я же не слепая. Понятное дело, все эти воспоминания… – Оля многозначительно поморщилась. – Приятного мало. Да сколько уж лет прошло… Кстати, сколько? Семь?

Кира натужно вздохнула.

– Восемь.

– Тем более! Старым счётам давно пора остаться в прошлом. Не переживай. Всё наладится. А там, гляди, и Денис человеком вышел! Ну, не станет он опускаться до банальной мести. Да и если ты говоришь, что не виновата… кому, как ни ему об этом знать, верно?

Выслушивая эти речи, Кира успела пожалеть о том, что осталась. Ей бы сейчас всё обдумать. Одной. Столько лет прошло, но вот Лазарь вернулся, и ей вдруг стало не по себе. Внутри нарастала тревога. И необъяснимый страх. Теперь уже и она сама сомневалась в том, что не виновата, что всё правильно поняла.

Старательно растирая озябшие плечи, Кира бессмысленно бродила по небольшой комнате, осознавая, что не находит себе места. Сейчас бы оказаться на улице и надышаться вдоволь, да куда там… Оля права… Показывать нос из квартиры небезопасно. И надо же было так вляпаться!

– Давай, что ли, устраиваться… – предложила Оля, поглядывая на часы: давно перевалило за полночь.

Они уже и пижамы напялили и ночные чаи погоняли, только страшилок на ночь и не хватало… Даже осмелели и включили свет в спальне. А, может, причина их смелости была в непроницаемых шторах, что подарили Оле на юбилей? Кира замерла, уставившись в одну точку и озадаченно кивнула.

– Ты права, надо спать. К тому же мне завтра с утра на работу. – повторила она, принимая эти слова за мотивационный клич.

Оля лежала на своей кровати, которая, кстати, тоже не менялась со школьной поры, Кира старалась особо не шевелиться, чтобы не скрипеть тахтой, но сон всё не шёл.

– Кира, ты спишь? – услышала она сиплый шёпот. В ответ неуютно заворочалась.

– Нет.

– И я не сплю. – горестно вздохнула Оля. – Интересно, а каким он стал?

– Кто? Лазарь?

– А кто ещё! – возмущённо фыркнула подружка и Кира невесело улыбнулась. – Кира, а ты была в него влюблена?

– В Дениса?

– Ну!

– В него все были влюблены. – буркнула она, не желая развивать эту тему. Подружка хихикнула.

– Твоя правда. Парень был что надо! Я вот даже мечтала однажды выйти за него замуж, представляешь?

– Впервые слышу это от тебя. – заметила Кира, хотя с подругой они были близки. Оля вздохнула.

– А что удивляться? Тебя он всегда выделял. Не зря столько лет на одной лестничной площадке прожили. Он тебя даже из детского сада иногда забирал. Помнишь?

– Нет. – соврала Кира, пряча нос в складку одеяла.

– Было такое. И не раз. Отец твой вечно в институте своём пропадал, вот он Дениса и просил тебя забрать. Я, наверно, ещё тогда в него и влюбилась.

Кира прыснула от смеха.

– Что, прямо в детском саду?

– А что такого? Все влюбляются в детском саду! – обиделась Оля. – Только обычно в чьих-нибудь отцов. А тут Денис. Такой яркий, красивый. Я даже какое-то время думала, что он твой старший брат и, признаться, именно потому дружила с тобой.

Кира рассмеялась сквозь слёзы и неодобрительно покачала головой.

– Оль, мне на работу рано, а ты здесь со своими приколами.

– Какие приколы, я серьёзно! Кто же знал, что так всё повернётся. Я, кстати, до сих пор не верю, что это он убил. Просто оказался не в то время и не в том месте, а ты как думаешь?

Кира почувствовала, как в горле пересохло, и едва разлепила онемевшие губы.

– Он ведь во всём признался.

– Ну и что?! Сколько таких безвинных с выбитыми признательными показаниями сидят! И ничего… жизнь продолжается. – фыркнула подруга и Кира устыдилась своих слов.

– Может быть и так.

– Ладно, – опомнилась Оля и устроила голову на подушке. – Я тебя совсем заболтала. Разбудишь меня, когда будешь уходить, хорошо? Провожу до остановки.

Оля зевнула и совсем быстро размеренно засопела. Кира могла ей только позавидовать. Спокойно спит тот, кто не видит за собой греха. А сколько было спокойных ночей за эти восемь лет у неё самой, да и были ли…

Глава 2. Девять лет назад. 2010 год

Кира возвращалась из школы. На улице давно стемнело, стоило бы поторопиться, а она всё никак не могла привести в порядок мысли. Последнее доказательство не шло из головы. Что-то она упускала. И оттого неторопливо брела по улице, мысленно прокручивая варианты решения задачи. При этом дважды останавливалась и на заснеженных тротуарах мыском ботинка выводила подходящие формулы, но ответа по-прежнему не было. Следовало начать сначала. Именно в момент очередного «начала» она и шарахнулась в сторону, выцепив взглядом тёмную фигуру во дворе.

– Кира, ты ли это? – раздался знакомый голос и Кира улыбнулась: Дениса Лазарева стоило бояться в самую последнюю очередь.

Рассмеявшись своему испугу, она свернула с дорожки и подошла к парню. Много лет они соседствовали. Денис давно жил отдельно от родителей и редко появлялся в их дворе. Но этот момент только усиливал радость от нечаянной встречи, потому Кира широченно улыбнулась, не стеснялась при этом рассматривать старого знакомого с пытливым интересом.

– А красавица-то какая стала, не узнать! – тут же похвалил Денис, а Кира, задорно смеясь, щедро залилась румянцем.

– Скажешь тоже. – буркнула она и подалась вперёд, чтобы парня обнять. – Привет!

Денис дружески хлопнул её по спине и прищёлкнул языком.

– Давно не виделись. Откуда так поздно? – нахмурился он с шутливой строгостью. Кира снова рассмеялась.

– Из школы иду. Я сейчас на второй смене.

– Ух ты! В восьмом классе уже?

– Вообще-то, в девятом! – похвастала она. – А ты как? Всё хорошо? Я спрашивала у Марины, но твоя сестрица не очень-то меня жалует. Только фыркнула, мол, не моего ума дело.

– Я нормально. Посидишь со мной? – предложил Денис, странно вздохнув, а Кира пожала плечами.

– Холодно… – отозвалась она и тут же передёрнулась от порыва ветра.

Денис раскинул руки в стороны и игриво подмигнул.

– Так я погрею!

Он тут же хлопнул по своему колену, предлагая устроиться, на что Кира огляделась по сторонам и осуждающе покачала головой.

– Ну, ты придумал! Ещё увидит кто, сплетен потом не оберёмся.

– Да кто увидит, ночь на дворе!

Денис обаятельно улыбался и манящим движением пальцев подзывал ближе. Кира снова оглянулась по сторонам, сдавленно хихикнула и шмыгнула к нему на колени. Денис снял с её плеч рюкзак, бросил на заснеженную землю. Приобняв Киру за спину, подтянул её ближе. А потом посмотрел с сомнением на замёрзшие ладошки и расстегнул свою куртку.

– Прячь руки. – скомандовал он, и Кира с удовольствием запустила холодные пальчики под полы куртки, блаженно закатив глаза.

– Денис, да ты горячий как печка! – выдохнула она. – А можно я нос тоже погрею?

– А что, и нос замёрз?

Кира округлила глаза.

– Минус восемь на улице. Нос замёрз в первую очередь! – сказала она так, словно хвастает.

Денис посмотрел на неё с сомнением, а потом по-доброму рассмеялся и оттянул ворот, открывая шею. Кира тут же уткнулась носом в горячую кожу.

– А как же ты вкусно пахнешь! – возмутилась она и тут же приткнулась носом надёжнее, поёрзала попой на его колене, устраиваясь ближе к теплу.

Так и сидели. Денис молчал, осторожно поглаживая Киру по спине, а она старательно прижималась к горячему боку и едва слышно мурлыкала от удовольствия. А потом отстранилась и с тоской уставилась на тёмные окна шестого этажа. Денис проследил за её взглядом.

– Родители как всегда на работе? – понимающе потянул он. Кира кивнула.

– Мама дописывает очередной монументальный труд, а отца ты знаешь. Он за работой теряет счёт времени.

– Значит, не торопишься?

– Нет, куда мне? Домашку я ещё на переменке накатала, да и вообще… А ты? – вдруг встрепенулась она, оглядывая Дениса с неприкрытой тревогой. – У тебя всё хорошо? Почему сидишь здесь один?

– Да всё у меня хорошо. Просто иногда хочется вернуться в прошлое, но ты же лучше меня знаешь, что это невозможно, так хоть рядом постою.

– Ты про свою Наташку, что ли? – фыркнула Кира. – Далась она тебе. Самовлюблённая дура!

– Вообще-то, не про Наташку.

Денис серьёзно посмотрел на Киру и неодобрительно покачал головой. А потом улыбнулся. Хитро и словно пытаясь в чём-то уличить.

– А ты почему про неё вспомнила?

– Может, потому, что ты сидишь как раз под её окнами?

– Я сижу там, где никому не помешаю. Ты, кстати, как? Мальчик есть?

– Что-о? – уничижительно потянула Кира, а Денис больше развеселился.

– Ну… парень.

– Какой парень, мне ещё только пятнадцать! Ты о чём вообще?!

– И что, ни разу не целовалась?

Кира вздёрнула очаровательный носик.

– Папа говорит, что мне ещё рано целоваться. – заявила она, а Денис сделал вид, что проникся. Правда, улыбку сдерживал крайне неумело.

– Э-э… А ты что это… заучка, значит?

– А ты считаешь, что это как-то связано?

– Ну… – неуверенно выдохнул он.

– Вот-вот! И не приставай ко мне со своими глупостями.

– Да уж куда мне до вас, великих математиков! – шутливо обиделся он. – Как там, кстати, на научном фронте, Теорему Ферма доказали или…

Кира прыснула от смеха, при этом с силой сжимая кулачками полы его куртки.

– Да ты надо мной издеваешься! Теорема Ферма доказана ещё в девяносто четвёртом!

– Да ты что… А над чем сейчас бьются все учёные мужи?

– Ну, например, работают над гипотезой Римана.

Денис озадаченно покачал головой, позволяя потешаться над собственной неграмотностью.

– Это ещё что за штука?

– Если начну объяснять, и ночи не хватит. – Кира многозначительно повела глазами, но тут же сдалась. – А вообще, я знаю, что ты только притворяешься дуболомом. Марта Константиновна частенько ставит тебя в пример. Вот, говорит, на кого вы должны ровняться!

Денис на несколько секунд задержал дыхание, видимо, поражаясь тому, что его старенькая учительница до сих пор вставляет мозги молодёжи, но вдаваться в подробности не стал. Он расправил плечи, насмешливо глянул на девчонку в своих руках.

– Ну да ладно, будет тебе потешаться над моим славным прошлым. Так, что там с мальчиками?

– А что с мальчиками? – наигранно вздохнула Кира.

– Неужто никто не нравится?

– Да кто там может понравиться! Тем более ты-то уж точно должен знать, что девчонок привлекают парни постарше.

– Ну, допустим, мне об этом ничего не известно, поверю на слово. И что? На такую красавицу парня постарше не нашлось?

– Денис, не говори ерунды, мне сейчас не до этого!

– Странно. Я вот вспоминаю свои школьные годы, и скажу тебе, что нашим одноклассницам всегда было до этого. И, кстати, мы их в качестве партнёров вполне устраивали. Я, по крайней мере, на отсутствие внимания никогда не жаловался. Так что ты какая-то неправильная школьница. – заключил он, а Кира с готовностью покивала.

– Ну, ты сравнил! Ты моих одноклассников видел вообще? А по тебе до сих пор половина школы сохнет. Вот станут напротив доски с выпусками прошлых лет и пялятся на твою фотографию. Прямо зла не хватает!

– А ты что же это, тоже входишь в мою группу поддержки? – подмигнул Денис, на что Кира округлила глаза.

– Конечно! Или я похожа на ненормальную?

– А вот это для меня уже новость. – Денис выразительно прочистил горло. – Кира, ты что это, а? – он щёлкнул подружку по носу и обнял двумя руками.

Мужские ладони прошлись по узкой спине, но Кира не подставлялась под них, как делали его любовницы. Воспринимала спокойно. А то и вовсе как шутку. Денис выдохнул: от души отлегло. Да и в её голосе не было ни притворства, ни трепета. Он ухмыльнулся в сторону.

– Просто ты для меня как образец идеального мужчины. – выдала она в итоге, и его брови поползли на лоб. Кира этому только усмехнулась. – Да, да, и нечего здесь ухмыляться. Ты добрый, заботливый и внимательный. И очень ответственный. Всегда таким был.

– Я ещё и порочный. – подсказал Дэн, но Кира лишь скривила губы.

– Об этом мне ничего не известно. – фыркнула она.

– Показать класс? – вызывающе предложил Денис, но Кира не поддалась и ничуть не прониклась.

– Давай прекращай! Сейчас наговоришь глупостей, а потом будешь меня избегать. Не хочу!

– А если не глупости? А если влюбился?

– Шутишь? Чем же это я тебя привлекла? Своей чистотой и непорочностью? – Кира раздражённо рыкнула, а Денис коротко хохотнул.

– Хотя бы. Знаешь, как испорченных мальчиков тянет на сладкое?

– Не знаю.

– Тогда поверь мне на слово. Тянет!

– Денис, вот что ты придумываешь! Ты вот сейчас забавляешься, а я потом полночи спать не смогу.

– Будешь мечтать обо мне?

– Мечтать, конечно, не буду: у меня, слава богу, голова на плечах имеется, но и ты особо не усердствуй.

– Ты мне нравишься, правда. – хрипло прошептал он, а Кира обречённо покачала головой.

– Денис, я помню, как ты меня за руку вёл на первое сентября. И банты, кстати, завязывал тоже ты.

– Скажи, что получилось красиво! – залихватски улыбнулся он, и Кира с готовностью поддакнула.

– Было очень красиво. Но когда я училась в первом классе, ты был уже в последнем. Это я тоже помню.

– Чёрт, этого я как-то не учёл… – виновато пробубнил Денис, но в реале расстроенным не выглядел. Кира со знанием дела покивала.

– Ну а я о чём?

– Не замёрзла? – поинтересовался Дэн после недолгого молчания, но Кира покачала головой.

– С тобой очень тепло. – пояснила она, а Денис досадливо пожевал губами, а потом рассмеялся своим мыслям.

– Жаль. Хотел напроситься на чай.

– Ох, я даже не подумала.

Кира подскочила, но Денис вернул её на место, придержал пальцами за бёдра, прижался лбом к её плечу и размеренно вздохнул.

– Что же ты такая быстрая… набегаешься ещё.

Встретившись с Денисом взглядом, Кира задержала дыхание.

– Ты же сам сказал про чай.

– Успеется… – заверил он и раскованно улыбнулся. Обычно так он ей не улыбался, а вот теперь… дух захватывало, но она старалась не поддаваться. – А хочешь, я научу тебя целоваться?

Кира нахмурилась.

– Ты пьяный, что ли, я не пойму… – едва не плача выдала она, а Денис сверкнул глазами.

– Хочешь или нет?

Она пыталась его понять. Честно пыталась, но по всему выходило, что игра затянулась, и от этой воображаемой петли на шее стало нечем дышать.

– Давай как-нибудь в другой раз, хорошо?

– Но ведь я предлагаю сейчас! Или ты считаешь, что для решения этой задачи требуется гораздо больше времени?

Насмешливо поинтересовался он и вполне понятно скользнул пальцами под короткую курточку. Кожу от его прикосновений жгло даже через свитер.

– Денис, – очень серьёзно начала Кира, глядя ему прямо в глаза, – у тебя что-то случилось, я поняла, но ты ведь не собираешься из-за этого портить жизнь мне, правда? – он улыбался. Теперь уже зло. А Кира продолжила. – Ты мне нравишься. Очень. Я много раз представляла себе наш подобный разговор и в этих представлениях, уж ты мне поверь, места для сомнений не оставалось, но вот сейчас, когда это всё-таки случилось… прости, но я не чувствую удовлетворения. Ты злишься и, возможно, тебе больно, но ведь и я не пустое место. Идём пить чай, я прошу тебя.

Кира скользнула ладошкой по его руке, но Денис смотрел прямо перед собой и не замечал этих уловок. На его скулах поигрывали желваки, а на губах застыла какая-то очень нехорошая усмешка.

– Пойдём. – по-прежнему несмело попросила Кира и Денис сосредоточенно кивнул.

Она встала, поднялся и он. Дениса повело, а Кира вцепилась в него, не позволяя оступиться. Прижалась щекой к его плечу.

– Ты такой большой. А мне всегда казалось, что это я маленькая. – рассмеялась она, пытаясь отвлечь, но Денис очень хорошо ориентировался в подобных уловках, оттого и покачал головой.

– А ты и есть маленькая. Маленькая и глупая.

– И ты всё-таки напился…

– Не говори ерунды, от текилы не пьянеют.

Кира запрыгала вокруг него козой.

– А я тоже хочу попробовать текилу!

– Мелкая ещё. – буркнул Денис.

– Как целоваться, так не маленькая!

– Так мы же не целовались. – удивился он. – И вообще, ты почему одна по ночным улицам таскаешься?

– Я не таскаюсь! Я иду из школы.

– Но почему одна?! – недовольный тем, что ему перечат, рыкнул Денис. – Неужели некому проводить?

Они шли по узкой дорожке из бетонных плит. Кира крепко держалась за Дениса и не торопилась рассказывать о том, чем сейчас положено расплачиваться с провожатыми.

– У меня дополнительные. – вместо этого пояснила она.

– Куда только ваши пацаны смотрят! Красавица, умница, ходит поздно. Такой простор для фантазии! А, слушай, Димка Сорокин не с тобой учится?

Димку Кира знала отлично. Он до сих пор её задирал как маленькую. Но и об этом рассказывать тоже не хотелось, и Кира вздохнула.

– Он на год старше и на первой смене.

Денис, коротко обдумав всю затею, удовлетворённо кивнул.

– Тем лучше. Скажу ему, чтобы провожал тебя после школы.

– Что ты ещё придумал?! Будто Димке больше заняться нечем!

– Всё нормально. Мне не откажет. В наше время такого не было. Все девчонки ходили в сопровождении. Потому что неспокойно. А сейчас и того хуже.

– Ладно, поступай, как знаешь.

Кира согласилась, только чтобы не продолжать спор. И всё же надеялась, что этот пьяный дружеский трёп забудется уже через час. Хотя выпившим Денис действительно не выглядел. Скорее, рассерженным и чуточку злым. Она вдруг поймала себя на мысли, что совершенно ничего о нём не знает. Между ними всегда стояли её представления о нём. Да и несмотря на глупые девичьи грёзы, в реальности Кира не воспринимала его как мужчину. Скорее, оттого, что в своих расчётах не находила вероятности оказаться для него кем-то большим, нежели девчонкой из соседней квартиры. Не ожидала от него услышать что-то кроме: «Привет, мелкая, как жизнь? Никто не обижает?» или ещё что в том же духе. В принципе до этого дня, только подобными словами Денис и ограничивался. И с чего его проняло сейчас, оставалось неясным.

Пока ждали лифта, Кира его разглядывала исподтишка. Вот теперь уже точно не как старшего брата, а как мужчину. Взрослого и… что уж таить, незнакомого. В образе улавливалась присущая ему серьёзность, решительность, прямолинейность. В отношении с людьми Денис был резок и рубил сплеча. Это с ней сюсюкался, возился, а вот мальчишки частенько жаловались на полученный от него нагоняй, а то хвастались тумаками. А ещё Денис был большим и сильным. И это невероятно подходило ему по духу. Ведь как часто во внушительном теле скрывается слабый духом? Про него так сказать нельзя. Созревший и целостный. Настоящий мужчина. Правда, не без своих заморочек и расставленных приоритетов.

Они вошли в лифт, и Кира вдруг почувствовала уязвимость. Это там, в темноте, на улице, на запорошенной снегом скамье он казался «своим парнем». На его выпады Кира то отшучивалась, то, образно выражаясь, вставала в позу. А вот теперь робела в его присутствии и искренне недоумевала, что может их связывать. Он старше её на полжизни. Стоит весь такой важный и непреступный. Одет дорого, стильно. Рядом с такими ходят совсем другие девушки. Яркие и вызывающе красивые. Кире до них, в силу возраста и неопытности, далеко. И потому она искренне надеялась, что, оказавшись на площадке у её двери, Денис завершит эту затянувшуюся шутку и откланяется. Или, на худой конец, развернётся к двери напротив, чтобы навестить родителей. Но он не уходил. Приткнулся плечом к шершавой стене и терпеливо ожидал, пока Кира справится с замками.

Оказавшись в узком коридоре, он сам включил свет, помог Кире с курткой и только потом разделся. В небольшом пространстве мужчины вдруг стало как-то много. Его присутствия, его запаха. Нарастала неловкость.

– Я поставлю чайник. – буркнула Кира и поторопилась скрыться на кухне, но Денис перехватил её за локоть.

– Не суетись, иди переодевайся. – посоветовал он. – А на кухне я справлюсь и сам.

Спорить было лишним, и Кира послушно отправилась в свою комнату. А ещё отчего-то боялась снова показаться ему на глаза. Стыдно признаться, но, грешным делом, решила, что составлять компанию гостю ей и вовсе не обязательно. Она пересмотрела свои конспекты, сложила рюкзак на завтра и успела принять душ. Только вот Денис не торопился покинуть её квартиру, потому выйти к нему всё же пришлось. К тому моменту на столе был накрыт скромный ужин, ведь посетить магазин из их семьи так никто и не удосужился. Кира залилась краской смущения, а Денис поторопился оправдаться.

– Надеюсь, мне простительно, что я немного похозяйничал? С утра ничего не ел. – оглянулся он через плечо и выключил плиту.

Кира закрыла лицо руками.

– Прости, могла бы и сама догадаться, что мужчину угощают вовсе не чаем.

– Да ладно. Я привык жить один и заботится о себе сам. Ты отцу позвонила, что уже дома?

Кира отмахнулась.

– У нас так не принято.

Денис напряжённо вздохнул.

– Плохо. Значит, будешь звонить и отчитываться мне.

Кира тут же взвилась.

– Перестань опекать меня как маленькую!

– Была бы ты ещё маленькая! – хмыкнул он. Сложилось впечатление, что сделал это с сожалением. – И даже не представляешь, что взрослых девочек, оказалось, опекать нужно куда больше. Скинешь мне завтра своё расписание со всеми дополнительными. И каждый вечер, придя домой, будешь отчитываться, что у тебя всё хорошо.

– Да что тебя перемкнуло-то?

– А за такие слова получишь по губам.

– Да и не хочу я тебе мешать! Это ты можешь понять?

Денис заинтересованно приподнял брови, предлагая продолжить, а Кира отчего-то спрятала руки за спину. Смотрела на то, как он раскладывает по тарелкам омлет и продолжила уже не так смело.

– А ещё личная жизнь.

– Кира, два слова: «я дома». Это займёт не так уж много времени. Моя личная жизнь оттого не пострадает.

– Денис, это уже не смешно!

– Спорить со мной будешь?

– Нет, но…

– А раз нет, то и говорить не о чем. На этом предлагаю закончить прения и приступить к ужину. Или есть возражения?

Кира устроилась за столом и схватилась за вилку.

– Как ты вообще уживаешься с людьми, если слово компромисс тебе не известно? – буркнула она, но Денис лишь улыбнулся.

Отец позвонил, как только с ужином было покончено. Кира ответила на вызов и успела проронить что-то вроде «Ну, пап!», как звонок оказался завершён. Денис сгрузил посуду в мойку и вопросительно уставился на подружку. Кира пожала плечами.

– Папа звонил. Сказал, что переночует в институте.

Переварив эту информацию, он скрестил руки на груди.

– Так… и в чём проблема? Боишься оставаться одна? Мать во сколько приходит?

– Она уже неделю в Мурманске. – зло пробубнила Кира и сжала телефон в руке.

Денис удовлетворённо хмыкнул. Раньше в таких случаях она как раз ночевала у соседей. Сейчас, видимо, уже взрослая.

– И часто у вас так?

– Бывает. Ты же их знаешь: работа на первом месте. Я вообще удивляюсь, как умудрилась родиться у таких занятых людей.

– Как родилась, говоришь? – пакостно ухмыльнулся Денис и обвёл губы языком. – Тебе на пальцах показать или…

– Не надо показывать. Этот вопрос не требовал ответа. – сдержанно улыбнулась Кира, уверяя себя в том, что у Дениса хорошее настроение. Просто отличное. И огромное желание скалить зубы.

В ответ на его выпад она заинтересованно прищурилась.

– И что, ты, правда, поцеловал бы меня, согласись я на твоё предложение?

От волнения она закусила губу. Денис едва уловимо подался вперёд.

– Но ведь ты не согласилась.

– А могла бы! – настояла она.

– Вот именно тогда бы и узнала.

Кира возмущённо ахнула и прищурилась.

– Но так нечестно!

– Нечестно парней динамить, милая.

– Я решила, что ты прикалываешься! – уже спокойнее добавила она, на что Денис прищёлкнул языком:

– А это было не так.

Хорошенечко обдумав сказанное, Кира нерешительно взглянула на Дениса.

– И что, у меня ещё есть возможность передумать? – поинтересовалась она, старательно пытаясь придать голосу оттенки безразличия, но парень лишь развёл руками.

– Увы, дорогая. Порой ночь рисует весьма смелые образы. – осторожно посмеиваясь, Дэн окинул её внимательным взглядом. – Сейчас я вынужден признать, что с нашей последней встречи ты ничуть не изменилась. Такая же малышка.

– У меня, между прочим, грудь второго размера!

В доказательство своих слов, Кира скрестила под грудью руки, акцентируя на ней внимание. Виды Денис оценил и даже весьма вызывающе прикусил щёку изнутри.

– Ну хорошо, уговорила: малышка с грудью второго размера. – рассмеялся он и щёлкнул Киру по носу, когда та уже твёрдо решила возмутиться и обидеться.

А потом она уловила его взгляд и почувствовала, как сердце с разбега ухнуло вниз.

– Торопишься? – спросила севшим голосом, но Денис, казалось, этого и не заметил.

– Нет. – соврал он. Настолько явно, что даже Кира, не имевшая опыта в подобных делах, уловила эти оттенки фальши.

– Ну, тогда, раз уж с поцелуями мы разобрались, может, хоть фильм посмотрим?

– Триллер? – оживился Денис, а Кира поморщилась.

– Не люблю все эти ужасы. Предлагаю комедию или на крайний случай боевик.

Денис провёл ладонью по волосам, взъерошив их.

– Давай боевик. Только что-нибудь посвежее. – согласился он, буквально выдавливая из себя улыбку и Кира сорвалась в комнату, подыскивать что-то подходящее.

Правда, вернуть атмосферу, что зародилась в тёмном дворе, Вернуть то настроение, не удалось ни выключенным светом, ни тем, как тесно она прижималась к его боку. Но хоть фильмом насладились. И когда на экране появились титры, Кира была готова отпустить глупые фантазии. В конце концов, она никогда и подумать не могла, что…

– Не против, если я переночую у тебя? – раздался тихий шёпот и Кира дёрнулась от неожиданности, ведь этот шёпот прервал собственные размышления.

Она посмотрела на Дениса и слегка нахмурилась.

– А ты можешь остаться?

– Ну а почему нет?

– Не знаю… вдруг тебя кто-нибудь ждёт.

После подобного предположения Денис ненадолго замер, а потом странно улыбнулся.

– Ну а если ждёт, значит, подождёт ещё немного. – заключил он, хлопнув ладонью по её коленке.

Хлопнул. Вроде даже по-дружески. Вот только ладонь не убрал. Кира сделала это сама и даже попятилась, чтобы не было соблазна поддаться.

– Нет, так не пойдёт. – покачала она головой. Денис резанул взглядом. Так, что все её внутренности подобрались и заныли: какого чёрта она творит, от милого соседского парня не осталось и тени, а перед ней сейчас взрослый малознакомый мужик, чёрт возьми!

Денис вздохнул.

– Кира, расслабься, это только неудачная шутка. – криво улыбнулся он и устало растёр лицо ладонью. – У меня нет ни девушки, ни жены, ни той, перед которой предстоит отчитываться. Так лучше?

– Лучше. – как-то затравленно кивнула она. – И я постелю тебе на диване.

– Договорились.

Когда с подготовкой ко сну было покончено, неловкость накрыла с головой. Всё же опыта по общению с парнями у Киры оказалось недостаточно, чтобы достойно выйти из ситуации. А как друга она Дениса уже не воспринимала. Он прав: темнота рождает иллюзию. И там, где она беззаботно чирикала с добрым знакомым, на самом деле притаился другой, совершенно непонятный человек. И все его шутки… теперь они не казались безобидными. А с другой стороны, Кира ловила себя на мысли, что его не боится. Как мужчину и как возможного сексуального партнёра… С Лёшкой из параллельного класса куда страшнее. И те пошлые беспардонные намёки, которые позволял себе этот хлыщ, не вызывали ничего, кроме отвращения. Денис же, скорее, пугал неизвестностью, не более.

Пока Кира стелила постель, он пил чай в кухне, но составить ему компанию не казалось хорошей идеей. Да и какой повод можно подобрать для того, чтобы нарушить уединение? Достаточным ли будет просто сказать, что всё готово? Она обвела языком пересохшие губы, схватила из шкафа полотенце и со страдальческим видом застыла на пороге. Денис показался в коридоре совершенно неожиданно и застал её за этими нелёгкими мыслями.

– Успела пожалеть о своём гостеприимстве? – предположил он, на что Кира выразительно округлила глаза и отчаянно закачала головой.

Вспомнив о полотенце, которое она старательно прижимала к груди, вздохнула с облегчением.

– Ты, наверно, хочешь в душ?

– Да, если честно, не отказался бы.

– А насчёт гостеприимства… ты же знаешь, что всегда был для меня особенным человеком.

– Ага, сегодня даже выяснил, насколько особенным!

– Ты про мою влюблённость? Тебе нечего опасаться. Я реально смотрю на вещи.

– Ну да. Точный математический расчёт со всеми возможными погрешностями. Здорово, но ты не учла того, что есть материи, которые не поддаются математическим формулам.

– И ты, конечно же, говоришь о чувствах.

– О них.

– И что же ты чувствуешь?

– Что напрасно упустил тебя из вида. Виноват, исправлюсь.

– А-а, то есть про звонок с сообщением, что я дома, была не шутка?

– Я вообще редко шучу такими вещами.

– Возьмёшь надо мной шефство?

– Ага, а ещё займусь воспитанием.

– Каким ещё воспитанием?

– Половым. С остальным у тебя полный порядок. – нахально усмехнулся Денис.

Он подошёл вплотную, заставляя Киру если и не пятиться, то точно об этом подумать. И пока она судорожно соображала, до чего же они договорились, насмешливо глянул и выдернул из рук полотенце. Опомнилась Кира, только когда хлопнула дверь в ванную комнату. Не желая провоцировать, она юркнула к себе и спряталась под одеялом. Выглядел этот поступок крайне глупо и совершенно по-детски, но лучше уж так, чем стоять перед Денисом дура дурой и гореть от стыда, вроде как неправильно поняла его слова.

Глава 3. 2019 год

Будильник отозвался гулкой вибрацией телефона, и Кира попыталась тут же эту вибрацию заглушить. Она практически бесшумно встала, прихватила с дальнего подлокотника свои вещи и на цыпочках отправилась в ванную. Там умылась, оделась, пальцами разгладила длинные волосы и стянула их в тугой хвост. Чисто механические движения. И бьющееся в груди механическое сердце. Как у железного дровосека из старой сказки. Ещё бы позаимствовать у кого мозги, и чуток храбрости… цены бы ей не было. Кира с жадностью вглядывалась в бездушное отражение. Было странно это осознавать, но к возвращению Лазаря она оказалась не готова. Ждала и не ждала одновременно. А вот сейчас не чувствовала ничего кроме растерянности. Лучше бы он не возвращался!

Практически беззвучно захлопнув за собой дверь, Кира неуверенно осмотрелась. С одной стороны, следовало торопиться, ведь на работу придётся тащиться через весь город. С другой стороны… с другой хотелось задержаться здесь как можно дольше. Уловить ауру силы, что воцарилась за эту ночь, вдохнуть глоток уверенности и безнаказанности. Их двор всегда был знаменит на весь район. Когда-то Кира была уверена, что прославит его. Сказать к слову, ей это удалось. Вот только совсем не так, как думалось и мечталось.

На лестнице было тихо и пусто. Половина седьмого утра, воскресенье. Даже собачники не торопились покидать уютные постели. Отсчитывая ступени, она спустилась на первый этаж, уверенно шагнула прочь и подъезда. Двор обдал непривычной тишиной. Как Оля и говорила, кутёж только-только стих. Утомлённые продолжительной ночной пьянкой друзья и товарищи разбрелись кто куда. Не желая таиться по углам, Кира решительно направилась через центральную часть двора. И практически пересекла его, когда боковым зрением уловила движение. На ходу повернув голову, она вдруг споткнулась на ровном месте и замерла в нерешительности. В нескольких метрах от неё стоял Денис. Такой знакомый и понятный. И в то же время совершенно чужой. Он осторожно улыбнулся губами, но при этом полоснул её предельно острым взглядом.

– Ты ли это, красавица? – мужской взгляд вдруг потеплел. – Взрослая стала – не узнать. – прохрипел он.

Денис сделал шаг навстречу, а Кира отшатнулась в сторону, решительно сжимая челюсти.

– Не узнать, потому что это не я. – зло заметила она, а Денис наплевал на её слова.

Одним неуловимым движением он сократил расстояние до минимального и, едва касаясь костяшками пальцев её щеки, приласкал.

– Как там обстоят дела в учёном мире? – не сводя вожделенного взгляда с её лица, шутливо поинтересовался он.

Кира вскинула подбородок.

– Понятия не имею, я стала врачом.

– Зачем? – крайне озадаченно отозвался Лазарь. Кира неприязненно оскалилась и скрестила руки перед собой.

– Чтобы спасать жизни, разумеется!

Денис заинтересованно выпятил губы и что-то прикинул в уме, улыбнулся.

– Ну, а раз так, не хочешь спасти мою?

– Не сказала бы, что ты в этом нуждаешься.

– Внешность обманчива. – азартно зашептал он и Кира не сдержалась, демонстративно отстранилась.

– Да, и я убедилась в этом лично. – глухо пробормотала она, как вдруг решительно прищурилась. – Слушай, Денис, ты хотел денег и власти, ты всё получил. Давай на этом и остановимся.

– Ещё я хотел тебя. – напомнил Дэн и Кира поморщилась.

– В жизни всегда приходится делать выбор. – невозмутимо заявила она.

– Допустим, и что? Ты меня не простишь?

Кира пожала плечами.

– Нет.

– И что же мне теперь делать?

– Живи. Просто живи. Только держись от меня подальше.

– Тёплый приём, ничего не скажешь. – усмехнулся он, поглаживая ладонью отросшую щетину. Вот только весёлостью там и не пахло. Кира горделиво вскинулась и нетерпеливо осмотрелась по сторонам: разговор порядком потрепал нервы.

– У меня до сих пор хранится твоя вещь… – начала Кира, но Денис торопливо кивнул.

– Пусть у тебя и остаётся.

Некоторое время она внимательно рассматривала мужчину, а затем осторожно выдохнула.

– В таком случае позаботься о том, чтобы я смогла ходить, не оглядываясь. – глухо проронила она, но тут же взяла себя в руки, дерзко усмехнулась. – Считай, что это такая скромная плата за оказанную услугу.

– Договорились. – процедил Денис.

– Тогда… прощай. – выдавила из себя Кира, но в сказанном улавливались неуместные вопросительные интонации: она пасовала. Не была уверена в своих полномочиях диктовать условия. Денис позволил ей это сделать и послушно кивнул.

– Прощай.

Он криво ухмыльнулся и вроде как её отпустил. Вот только тяжёлый взгляд не позволял прочувствовать долгожданную свободу, и Кира медлила, не пытаясь себе это как-то объяснить. Всё же Денис изменился. Стал взрослее, опытнее. А потому и куда жёстче. Он всегда имел влияние на окружающих, теперь же это влияние ощущалось физически и, несмотря на слова одобрения, Кира так и не рискнула развернуться и уйти. Продолжала стоять, удерживаемая его внутренней силой. Не было потребности в словах. Не было необходимости во встречной поддержке. Но в один момент всё изменилось. Мелькнувший в стороне мужской силуэт она видеть не могла – почувствовала. А потом заметила, как профессиональным, практически неуловимым движением незнакомец вынул из-за пазухи пистолет и направил его в сторону Лазаря. Инстинкты выживания сработали куда быстрее разумных опасений, и Кира толкнула Дениса ногой в грудь. Со всей отдачей. Так, что устоять самой не удалось и она рухнула на грязный асфальт, лишь в последнее мгновение успев сгруппироваться. Прозвучало два хлопка-выстрела, раздался звук осыпавшейся штукатурки, затем громкий мат – вероятно, кто-то из верных оруженосцев Лазаря оказался поблизости. А дальше… дальше всё стихло. Над ней склонился Денис, протянул руку, помогая подняться, при этом странно щурился.

– Врач, говоришь? – криво ухмыльнулся он. Кира самоотверженно кивнула.

– Ага. Спасаю жизни людей. Видишь, и тебя спасла. Точно как ты и просил. – попрекнула она и посмотрела в сторону выхода из двора. Незнакомец скрылся именно там.

Денис приблизился к ней вплотную и склонился, чтобы прошептать на ухо:

– Я дам тебе время.

Кира своенравно повела плечом и отступилась.

– Считаешь, восьми лет не хватило?

– Дам тебе время свыкнуться с той мыслью, что я вернулся, и я не отступлю.

Кира презрительно скривила губы.

– Оставь это глупое благородство для наивных дурочек. – фыркнула она, но очень скоро перестала упрямиться и серьёзно посмотрела на Дениса. – За что тебя хотели убить?

Он выдержал отвратительную глумливую улыбку, после которой передёрнул плечами.

– Тебе показалось. – заявил и на этом развернулся, ушёл.

Смотреть ему вслед было сущей глупостью, но Кира не могла заставить себя сдвинуться с места. Привычный мир в один момент перевернулся с ног на голову, а затем и вовсе рухнул. Сердце пустилось вскачь. А в глазах стояли злые слёзы. Следовало признать: она не отпустила. Ни Дениса, ни ситуацию. Не имея возможности с ним объясниться ещё тогда, снова и снова проворачивала тупое лезвие, застрявшее где-то в районе сердца. Так, чтобы нестерпимо больно, так, чтобы до звериного воя. Время заглушило обиды, но, оказывается, боль никуда не ушла. И сейчас она с новой силой буравила внутренности, заставляя их судорожно сжиматься, скручиваться, а затем расправляться, но только лишь для того, чтобы получить новую порцию боли.

Пришла в себя Кира от скрипа собственных зубов. Оглянулась по сторонам: никого. Словно ничего и не произошло, словно ничего не случилось. Начал накрапывать несмелый дождик, подул противный пронизывающий ветер. Или это она вдруг стала настолько уязвима?.. Наспех отряхнув испачканную куртку, Кира судорожно вздохнула: только этих приключений ей и не хватало. Сжав свои плечи ладонями, она едва не бегом бросилась прочь от ненавистного двора, прочь от прошлого. Шла и задыхалась, шла и захлёбывалась. Солёными слезами и горькими обидами, которые в одно мгновение вдруг переполнили.

Войдя в приёмное отделение больницы, она вяло кивнула стоящим невдалеке коллегам. Старая ворчливая медсестра выглянула в пустой коридор.

– Что-то вы сегодня рано, Кира Валерьевна. С чего бы вам торопиться в воскресенье? Всякий раз, как раньше времени приходите, не смена получается, а сумасшедший дом.

– Будет вам… что может случиться в воскресенье? – натужно вздохнула Кира, оставляя размашистую подпись в журнале прихода, после чего неторопливо побрела к гардеробу. На часах было без десяти семь.

Она даже смену принять не успела, как раздалась нетерпеливая трель её мобильного телефона. Звонил однокурсник Женя Корнеев. Только вчера они обменивались впечатлениями о работе и посмеивались над былой самоуверенностью. Он собирался в ночную и неизменно вздыхал, сетуя на то, что все наркоты и кутилы города окажутся в самых злачных местах, чтобы проверить на прочность крепость собственного здоровья.

– Вернер. – строго отозвалась она, приняв вызов.

– Кирка, ты на смене?! – нетерпеливо выкрикнул Корнеев и Кира недовольно вздохнула.

– Формально заступлю только через час.

– Не до формальностей! Везу к вам тяжёлого пациента.

– Жень, наша больница не дежурная. Тебе в областную.

– Какая, к хренам, областная! Я до вас могу не довезти. Огнестрел. Ранение в грудь. Кровопотеря приблизительно тысяча. Давление пятьдесят на двадцать, пульс нитевидный.

Кира подскочила на месте, принимая уже знакомую и привычную позу готовности.

– Корнеев, ты очумел?! Ему в областную путь заказан. Сегодня воскресенье, заведующий на выезде: плановая операция где-то в районе, а у меня даже ассистентов не найти! Я всё понимаю, но…

– Кира, его никто уже не вытащит! – не уступал Корнеев, оглушая криком. – И я не спрашиваю, а везу его к тебе. Моя смена практически окончена, сам буду ассистировать. Вызывай бригаду анестезиологов. Времени нет. Давай, родная, не тормози!

– Чёрт! – выругалась в голос Кира, как только вызов был завершён. – А-а-а! – простонала она, выгоняя злость и досаду, но тут же сорвалась с места, на ходу набирая зав. отделением для разъяснения, а уже потом дёрнула бригаду.

Когда она спустилась в приёмный покой, каталка с пострадавшим уже на полном ходу неслась в её сторону. А рядом Корнеев. Не смешливый и задиристый как обычно, а предельно собранный и серьёзный. Она успела только мельком глянуть на пациента, но даже так успела разглядеть бледное лицо, обескровленные губы и густую схватившуюся кровь, что не так давно текла по щеке и подбородку.

Она сменила Корнеева на кислородном мешке и подтолкнула его в спину.

– Приведи себя в порядок. – кивнула Кира в сторону уборной.

И, только стоя у операционного стола, удалось узнать подробности. Корнеев умудрялся вещать и при этом без заминки исполнять её точные указания. Операционная сестра беспокойно поглядывала то на одного, то на другого и горестно вздыхала. После двадцати лет практики она не хуже реаниматолога считывала показания приборов, и едва ли рассчитывала на благополучный исход. Между тем Корнеев приблизился к сути.

– Мы как раз с вызова ехали. Бабка с давлением. Давления как такового там не оказалось, просто поговорить ей особо не с кем. Вредная – жуть. Да мы её знаем все хорошо, постоянный клиент…

– С каких пор у нас реанимационная бригада выезжает на «давление»? – перебила Кира, мельком глянув на друга.

– Мы и не выезжали. – смутился Корнеев. – Рядом были. – на этом он неловко замялся. Кира заинтересованно выгнула бровь, вынуждая «колоться», на что Корнеев смешливо фыркнул. – Да и бабка та не простая. Она после инсульта, но на здоровье жаловаться грех. Сынок у неё кто-то из министерских. Вроде заботливый. А она и вертит им как хочет. Так у этого сынка с нашим начальством негласный договор, чтобы матери оказывали помощь по высшему разряду.

– Ага, и пока кто-то загибается на горизонте, вы развлекаете старушку. Занятно.

– Ну, ты бы, конечно, с нашим начальством не сработалась, а вот мне приходится подчиниться! В конце концов, не я вызовы распределяю. Куда направили, туда и едем. Выделываться себе дороже.

– Да я и не обвиняю, так… мысли вслух.

– Я всё понимаю, вот только знаешь же, какой район охватываем: что ни адрес, то звезда. Больших и малых театров. Но не суть! Едем мы, значит, от бабки этой, я без внимания, в телефоне ковыряюсь, а водила как даст по тормозам. Я уж думал, через лобовое ногами вперёд выкачусь, да ничего, обошлось. Смотрю на дорогу, а там картина маслом: два тела, кровищей всё залито.

– Второго где потерял?

– У второго в голове появилось дополнительное отверстие для вентиляции. Если хочешь услышать моё мнение, то была заказуха. Работал наёмник. А у жертвы, значит, охранник среагировал, потому, собственно, мы с тобой сейчас и собрались. А вот наёмнику повезло меньше, впрочем, по нему там никто и не плакал. А тот самый охранник нас и тормознул. Прямо со стволом и стоял. Даже особо не стеснялся. Сказал, шефа не довезём – шкуру спустит с живых.

Кира понимающе хмыкнула:

– То-то я смотрю, ты так расстарался.

– Ну и язва же ты, Вернер! Моя воля, я бы тебя ещё на втором курсе в формалине утопил.

– Старая и несмешная шутка. Да и что бы ты без меня делал оставшиеся четыре года?

– Повесился бы со скуки.

– Вот-вот.

– Кира Валерьевна, давление падает.

– Вижу. – зло буркнула она, бросив быстрый взгляд на монитор.

Введение лекарственных препаратов не помогло. Цифры продолжали стремительно падать.

– Остановка сердца. – прозвучало ожидаемо громко и Кира вдруг подумала, что парень, лежащий сейчас на столе, внушительным темпом приближается к тому, чтобы стать первым, кого она не вытянет.

Сердце запустили тут же. Давление медленно, но верно, вернулось в допустимые пределы. Дрожь в руках практически не ощущалась.

– Корнеев, а я тебе говорила, что ты лучший друг?

– Было дело. Правда, в тот же вечер ты Логинову в любви призналась, так что…

– В любом случае забудь. Я тогда явно погорячилась.

Корнеев довольно усмехнулся.

– Поверь, другого желающего спасать человеческие жизни я бы в округе всё равно не нашёл. Ты в этом деле лучшая. Помнишь того старика?

Кира зло зыркнула.

– Какого ещё старика?

– Плановая операция по замене клапана сердца. Наша звезда, главный кардиохирург области явился на работу подшофе и чуть не прикончил деда. Если бы ты тогда не встала к столу…

– Если бы я тогда не встала к столу, возможно, сейчас бы не прозябала в этой полуразвалившейся больнице, а получила бы красный диплом, рекомендации, и отправилась в столицу.

– Но ведь деда ты спасла!

– А свою карьеру зарубила под корень, не успев даже институт окончить. И давай не будем об этом.

Корнееву было что возразить, но нарываться он посчитал излишним. И так подставил. Как есть подставил. И большому начальству без разницы на исход – по головке всё равно не погладят.

Четыре часа пролетели как один миг и, только отойдя от операционного стола, Кира поняла, как же она устала. Курить она давно бросила, пить ещё не начала, а организм буквально требовал выплеска скопившейся энергии. Сейчас бы в пору расплакаться, да как-то не в масть. Она ещё не успела переодеться, как в операционную вошёл профессор Чилаев. Её преподаватель. И председатель комиссии, на которой её едва не исключили. В тот день как раз рассматривали случай, о котором упомянул Корнеев. Первым делом профессор изучил записи операционного журнала и только потом посмотрел на Киру.

– Я так погляжу, госпожа Вернер, жизнь вас ничему не учит? – усмехнулся он.

Та безразлично передёрнула плечами.

– Ничего не могу с собой поделать, Владимир Степанович. Меня хлебом не корми, дай влезть не в своё дело.

– Что с пациентом?

– Состояние стабильно-тяжёлое, но у него неплохие шансы.

– Знаешь хоть, кого оперировала?

– Человека. Простого человека, который нуждался в помощи.

Чилаев рассматривал её. Долго и пристально. Кира первая отвела взгляд, ладонью смахнула с лица тонкие волоски.

– А вы? – изображая искренний интерес, улыбнулась она. – Какими судьбами?

– Не поверишь, но тоже очень хотел помочь человеку. – съязвил профессор. – Правда, не такому простому, но всё же… Я был бы не прочь ознакомиться с дневником ведения операции.

– Разрешите приступить к его заполнению? – вскинулась Кира, и профессор благосклонно кивнул.

На выходе из операционного зала Кира столкнулась с грозного вида мужиком. Серьёзным и опасным. Он решительно продвинул её обратно за дверь и хмурым взглядом отсканировал светлый коридор.

– Мужчина, вы в своём уме, сюда посторонним нельзя! – командным голосом возмутилась она, а тот и не подумал отступить.

– Слышь ты, сестричка… – начал он с угрожающей интонацией, как вдруг изменился в лице. С него слетел налёт небрежности и надменности, взгляд стал заискивающим, а интонация просящей.

– Ну что, Степаныч? – панибратски обратился громила к профессору. Того явно передёрнуло от подобной фамильярности, но от комментария он всё же воздержался.

– Кира Валерьевна Вернер, хирург. Моя лучшая ученица. – отрапортовал Чилаев с деловым видом. – Операция проведена блестяще, но ни о каких прогнозах не может быть и речи. Ближайшие сутки посещения запрещены.

Громила торопливо кивнул.

– Ну, охрану-то к палате поставить можно?

– Кира Валерьевна, в виде исключения, а? – льстиво усмехнулся профессор, а она стиснула зубы.

– Куда охрану? В реанимацию?! – удивилась она податливости старика, но скоро перевела взгляд на громилу. – Здесь вам не частная лавочка!

Чилаев деликатно прокашлялся.

– Думаю, этот вопрос можно будет решить с руководством клиники, а сейчас, дорогой мой, давайте отпустим врача, она и так перенервничала. Кира Валерьевна, вы можете идти отдыхать. Я загляну в ваш кабинет чуть позже.

Чилаев участливо похлопал её по плечу, а Кире оставалось только удивляться умению старого прохвоста выкручиваться из подобных ситуаций. Помнится, на комиссии он больше всех кричал и отчитывал. Грозился, упрекал в самонадеянности, взглядом едва ли не молнии метал. Позже Кира узнала, что с тем же усердием он отстаивал её перед руководством института. Под свою ответственность, так сказать. Вот и сейчас, непрозрачно намекнув на её неразумность наедине, вдруг вступился. Надо же: лучшая ученица!

В ординаторской профессор появился минут через сорок. Он вальяжно раскинулся в кресле, с задумчивым видом поглаживал аккуратную бородку, после чего улыбнулся. Вполне себе дружелюбно. Беседа оказалась не из простых. Чисто по-человечески он мог понять её порыв. В конце концов, оказывать помощь – это прямая обязанность врача. Но последствия… по всему выходило, что на принятие подобных решений у Киры просто не было никакого морального и этического права.

– Ну, разумеется, постоять с умным видом в стороне, и спустя время констатировать смерть было бы куда более этично! – в запале отозвалась она, на что профессор неодобрительно покачал головой.

Сошлись на том, что в операционном журнале и в дневниках ведущим хирургом будет стоять его фамилия, а Кира пойдёт ассистентом. А ещё профессор предложил ей место в своей клинике. Весьма великодушно, но совершенно не интересно.

– Вы напрасно показываете характер, Кирочка. – профессор податливо склонил голову. – У вас большое будущее. Стоит ли омрачать его былыми обидами? Да и мне будет, кому передать опыт и знания. Смысл сеять семя есть только в том случае, если оно упадёт на благодатную почву. – наставнически изрёк он, а Кира только выше вздёрнула подбородок.

Пожалуй, упрямство было не лучшей из черт её характера. Она даже допускала мысль, что очень скоро пожалеет о своём отказе. А впрочем, дело было вовсе не в упрямстве. Вот только об истинных причинах говорить открыто Кира не могла. Была к этому просто не готова. И потому ещё долго с какой-то нечеловеческой усталостью смотрела на закрывшуюся за профессором дверь. Была просто не в состоянии отвести взгляд.

Усилием воли она заставила себя пересмотреть истории болезни пациентов своей палаты. И, скорее, чтобы отвлечься, нежели исполнить долг дежурного врача, всё же совершила воскресный обход, сделала несколько перевязок, вписала в процедурный лист новые назначения. Посетить отделение реанимации тоже было нелишним. Пациентов после плановых операций перевели ещё вчера, но… Но разве она должна давать кому-то отчёт?

Палату, где расположился её «огнестрел», Кира вычислила сразу. По двум охранникам, бдительно оглядывающим просторный коридор. Впрочем, вошла она беспрепятственно. Аппараты работали исправно, от пустых стен отскакивало и вгрызалось в чувствительный слух монотонное пиканье. Кира подошла к высокой койке, замерла, всматриваясь в безжизненное лицо. Следом за ней вошла медицинская сестра, ожидая распоряжений.

– В сознание пациент не приходил. – отрапортовала она на всякий случай.

Кира согласно кивнула: хорошо, если тот очнётся хотя бы на вторые сутки после операции.

– И кровь уже перелили?

– Да. Олег Сергеевич велел ускорить.

– Давление?

– За последний час стабильно. Никаких рецидивов.

– Вы знаете… вот что: я сегодня дежурю, в случае чего сразу вызывайте.

– Да уж, повезло мужику. Считай, что ваш крестник, Кира Валерьевна. А этих двоих у палаты видели? – медсестра многозначительно хмыкнула. – Явно кто-то из чинов. Как раз перед вами главврач заходил, велел глаз не спускать. Кто знает… может, и нас отблагодарят. Вон, аппарат ИВЛ который месяц на ладан дышит. Глядишь, и пошевелятся!

Кира только мимолётно улыбнулась: знавала она таких благодарных. В этих случаях главное успеть вовремя башку спрятать, чтобы благодарность тебя не нагнала. Так и улыбалась, пока не уловила на себе чей-то настойчивый взгляд.

– Я умер? – раздался тихий, едва различимый из-за слабости и наложенной кислородной маски голос.

Кира вздрогнула оттого, насколько осознанным показался взгляд мужчины. Действие анестезии порой бывает непредсказуемым и Кира едва уловимым жестом велела накинуть фиксирующий ремень на ноги и пояс пациента. Сама же с ласковой улыбкой зафиксировала его запястье.

– Нет, не умер. – прошептала она, отступившись от койки на шаг.

– Жаль, я бы такого ангелочка отжарил. – прохрипел мужчина и болезненно застонал.

Кира ускорила капельную систему.

– Сейчас нужно спать. – посоветовала она и решилась на успокаивающее поглаживание. Коснулась его ладони, скользнула кончиками пальцев по коже вверх.

– Кайф. – сквозь боль улыбнулся он и спустя несколько секунд всё же сдался.

– Во мужик жжёт! – усмехнулась сестра. – Чуть богу душу не отдал, а всё туда же.

– Бывает. Меня как-то один пациент сразу после операции на Мальдивы звал. Обещал райское наслаждение в своём бунгало.

– И что же, не отвёз?

– Какое там! Они через час уже и не помнят ничего. – Кира напряжённо выдохнула и сосредоточенно кивнула собственным мыслям. – Следи за ним. – внушительно посмотрела она на сестру, а та ответила осознанным кивком.

Новых сюрпризов воскресное дежурство не принесло. Кира несколько раз спускалась в приёмный покой, но в основном сегодня беспокоили плановые пациенты, которых она перенаправляла в поликлинику по месту жительства. Ближе к вечеру прибыл заведующий. С ним вместе Кира ещё раз посетила в реанимации «огнестрел», но более мужчина в сознание не приходил. А после, смиренно опустив взгляд, она выслушивала наставления и понукания. Требовалось виновато вздыхать и горестно вздрагивать в бесполезной попытке защититься. И только тогда заведующий, уже облачившись в лёгкий плащ, твёрдо вскинул подбородок и бросил решительное: «Молодец, девочка».

Воспользовавшись временной передышкой, Кира уединилась в «чистой перевязочной» и, жмурясь под светом кварцевой лампы, снова вернулась в тот вечер. В их первый с Денисом вечер. Когда случился откровенный разговор, прозвучали неуверенные признания. Мысленно вернулась в тот самый момент, когда начал затягиваться узел, что не давал дышать даже теперь. Кира забилась в дальний угол, спряталась за шкафом с медикаментами и опустила лицо в ладони. Первая любовь не проходит бесследно. Она знала это наверняка.

Глава 4. Девять лет назад. 2010 год

Денис прошёл мимо её комнаты, не заглянув. Разумно с его стороны. После что-то едва слышно звякнуло в кухне, и скрипнул диван. Вслушиваясь, Кира замерла и затаила дыхание. В окно светила круглобокая луна и сон никак не шёл, на уме были сплошные глупости. Вконец измучавшись, Кира захотела убедиться, что уж Денис-то точно спит, и осторожно прокралась в зал. Прикусив щёку изнутри, она на цыпочках приблизилась к дивану и с изумлением обнаружила, что там никого нет.

– Не спиться? – раздался за спиной его хриплый шёпот, и Кира подскочила на месте.

Обернувшись, она увидела Дениса, сидящим в кресле. Он тоже наблюдал за луной. Тут же в его руках она приметила бокал для коньяка и тёмную жидкость в нём. Проследив за её взглядом, Денис приподнял бокал выше.

– Надеюсь, твой отец не будет против. – коротко ухмыльнулся он, оправдывая свою бестактность, и одним большим глотком осушил бокал, после чего с глухим стеклянным звоном поставил его на этажерку у стены.

Только тогда Кира и опомнилась, смахнула со лба проступивший пот и напряжённо сглотнула.

– Ты меня напугал. – тихо призналась она, неловко переминаясь с ноги на ногу. Денис вскинул брови.

– Напугал? – удивлённо потянул он. – Чем?

– Я думала, что ты спишь и…

– Думала, что сплю, серьёзно? – он снова ухмыльнулся, но в этот раз дружелюбием и не пахло. – Тогда зачем пришла?

Кира вдруг почувствовала, что в его словах сквозит обвинение. Денис пытался её уличить, и тогда она демонстративно поджала губы.

– Просто пришла. Я же говорила, что твои глупые шутки ни к чему хорошему не приведут. Вот, – развела она руками, – теперь маюсь бессонницей.

Денис понятливо улыбнулся.

– Маленькие неопытные девочки бывают так впечатлительны…

– Зная об этом, ты мог быть куда осмотрительнее. – попеняла она.

– Мог бы. – поразмыслив над этим утверждением, кивнул Денис. – Но не хочу. – самым наглым образом заявил он и откинулся на спинку кресла.

Он разглядывал её из-под ресниц. Без стеснения и с ощутимым подтекстом. Только под этим взглядом Кира вспомнила, что стоит в открытом топе и коротких пижамных шортиках. Она вдруг поёжилась, но прикрываться не стала, заранее чувствуя себя проигравшей. Кира уважала шахматы и знала, что пока тебе не объявлен «шах и мат», нужно бороться, но перед Денисом совершенно абсурдно пасовала. Она отступила на шаг и села на диван, обречённо опустила голову и устало вздохнула.

– Денис, я тебя не понимаю. – осторожно призналась она. – Давай… – сделала она решительный выпад, но тут же сдулась и прикусила нижнюю губу. – Давай без этих твоих игр. – почему-то шёпотом попросила Кира.

– Давай. – легко согласился он. – Ты зачем сейчас пришла?

Кира дрогнула. Уж точно не вопрос она ожидала услышать. Но раз уж предложила говорить в открытую…

– Наверно, хотела увидеть тебя. – решительно заявила она.

– Наверно?

– Послушай, что ты от меня хочешь? Ты мне нравишься. Но, как ты верно заметил, мне пятнадцать. Я… я не умею вести себя с мужчинами. У меня и с парнями-то опыта нет. С твоей стороны нечестно ставить меня в такое положение.

– Нет никакого положения, малышка. Во дворе я ждал тебя. Потому что хотел тебя увидеть. И мне как раз не пятнадцать, я отдаю себе отчёт в собственных желаниях.

– Желаниях? – испуганно дёрнулась Кира. Денис ухмыльнулся в сторону.

– Тебе не нужно меня бояться. – напряжённо проговорил он, по-своему объяснив себе этот её испуг.

– Я… я не боюсь – я не понимаю.

– Не понимаешь?.. – задумчиво потянул Денис, глядя себе под ноги. – Я увидел тебя прошлым летом. Веришь, нет, а не узнал. Понравилась ты мне необыкновенно. Сказать к слову, ты не выглядела на пятнадцать. Я уже шёл, чтобы познакомиться, когда ты окликнула меня, помнишь?

Кира осторожно кивнула, и Денис продолжил.

– Дурацкая ситуация, но вышло так, что я не смог выкинуть тебя из головы. Видимо, упускать тебя из виду на эти… сколько?.. пять лет, да? Так вот, это было моей ошибкой. После той встречи я держался от тебя подальше, но, знаешь, эти ограничения не пошли на пользу. Сознание с лёгкостью рисовало картинку, где ты уже совсем не ребёнок. Считай, сегодня я пришёл, чтобы определиться с этим вопросом. Как видишь, гениальный план провалился.

– План? О чём ты?

– Надеялся убедить себя, что мне показалось.

– Показалось что? – дотошно выспрашивала Кира, а Денис зло зыркал, но не отмахивался от неё.

– То самое желание. Я надеялся, что, поговорив с тобой в привычной ситуации, обычное мужское желание утихнет, и не будет изводить меня. Я доступно объясняю? – вяло улыбнулся Дэн, и Кира затаила дыхание.

– И… и что?

– И ничего. Я понял, что идея оказалось дурацкой.

– Почему?

– Потому что стояк замучил, Кир! – раздражённо рыкнул Денис и стиснул зубы до скрипа. – Я не педофил, не извращенец! Я осознаю, что ты ещё ребёнок, осознаю, что так не поступают! Я прекрасно знаю, что ты мне доверяешь, и из этого вытекает твоя… своеобразная раскованность. Я всё это понимаю, но не могу ничего изменить.

– Ты злишься на меня?

– Я на себя злюсь! Потому что вместо того, чтобы благоразумно выдержать дистанцию, торчу сейчас здесь! Смотрю на тебя! Хочу! И всё это не правильно…

– Ты ждёшь, чтобы я приняла какое-то решение? – догадалась Кира, на что Денис вызывающе фыркнул.

– Да перестань, какое решение ты можешь сейчас принять?! И так, на будущее совет: если вдруг парень предложит тебе принять решение, гони его в шею. Я прекрасно знаю, что происходит с подростками в период полового созревания и желание поскорее стать взрослым… Оно редко кого минуло. Решение всегда принимает тот, кто старше! И наплюй в лицо любому, кто скажет обратное!

– Ты сейчас уйдёшь? – испуганно выдала Кира, неосознанно метнувшись взглядом к проходу. Денис этому лишь усмехнулся.

– Это было бы очень кстати.

– Не уходи. Я хочу, чтобы ты остался.

– Понятное дело, хочешь. Обидно, что не знаешь, чего именно.

Денис всем своим видом давал понять, что не станет помогать Кире в решении этой дилеммы. Он вальяжно раскинулся в кресле и с тоской поглядывал на стоящую невдалеке бутылку коньяка. Кира маялась в нерешительности, а в итоге поплелась в сторону своей комнаты.

– Спокойной ночи. – буркнула она, когда Денис встал. Тот кивнул.

– Если хочешь, можешь остаться здесь. – предложил он и, разумеется, под словом «здесь», имел в виду вовсе не соседнее кресло.

Кира растерянным взглядом мазнула по расстеленному дивану и втянула голову в плечи. Правда, совсем скоро справилась со своей робостью и вздёрнула носик.

– Я слишком маленькая, чтобы принимать подобные решения! – козырнула она его же аргументом и Денис довольно оскалился.

– Останься. – прозвучало в абсолютной, практически звенящей тишине.

Не заставляя Киру теряться в сомнениях, он сам подхватил одеяло с дивана и завернул её, точно в кокон. Обнял двумя руками и осторожно поцеловал в самый кончик всё ещё вздёрнутого носа. От переизбытка чувств Кира едва не задохнулась. Точно маленькую, Денис подхватил её на руки, устроил у стены, а сам плотно прижался со спины. Его горячее дыхание путалось в её волосах, сильные руки сдавливали поперёк груди, а, без сомнения, возбуждённый член внушительно прижимался к ягодицам.

– Что ещё? – недовольно буркнул Денис, когда Кира завозилась. Он чуть ослабил хватку, позволяя ей развернуться в кольце рук.

По выступившему на щеках румянцу стало понятно, что о решении повернуться к нему лицом Кира успела пожалеть. Она старательно сдерживала бурное дыхание и оттого выглядела ещё более беспомощно.

– Ты не выспишься и завтра не сможешь встать, а я буду чувствовать себя виноватым. – прошептал он и Кира вздохнула.

– Ты уже виноват.

– Не спорю, но ты своим поведением только усугубляешь.

– Ничего не могу с собой поделать. Это интерес. Он увеличивается в геометрической прогрессии. А ты совсем не помогаешь, только дразнишь.

– Тогда давай проясним: как бы ты ни выглядела, как бы ни возбуждала фантазию и желание, ты всё ещё остаёшься ребёнком. А я достаточно дружу с головой, чтобы осознавать, что посвящать тебя в тонкости отношений между мужчиной и женщиной пока рано.

– Но разве…

– Рано, Кира! И это не обсуждается. И в отличие от твоих сверстников меня не нужно поражать степенью готовности и решительности.

– И что же делать?

– Пользоваться моим вниманием. Ничего отдавать взамен не требуется, правда. Ты смелая, я знаю, но в постели нет места подвигам. Когда ты будешь готова, мы всё решим.

– И когда же это?

– Там посмотрим.

– Ты называешь весьма расплывчатые сроки.

– Да, и, поверь, мне от этого больно физически.

Утро Кира встретила уже одна. Всё, что осталось от Дениса, так это записка. «Будь хорошей девочкой» – черканул он и снизу добавил номер мобильного телефона. Видимо, для того, чтобы знала, куда звонить с отчётом. И никаких тебе милых глупостей или сладких обещаний. Больше он не оставил ничего. Даже грязную посуду за собой прибрал. В какой-то момент Кире показалось, что вчерашний вечер не более чем глупый розыгрыш или игра её воспалённого воображения. А для того, чтобы произвести расчёт, ей требовалось что-то более существенное. Математический ум жаждал фактов, а в её распоряжении находились лишь размытые домыслы.

Казалось бы, после подобных неосторожных высказываний в жизни всё должно было встать с ног на голову, а, по сути, то же унылое серое утро, тот же завтрак, те же обязанности. И только изредка, нет-нет, да и промелькнёт шальная мысль, призывающая тело порхать, а низ живота тяжелеть. Само по себе воспоминание о минувшей ночи заставляло смущённо опускать взгляд и поджимать губы, так и норовившие разъехаться в дурацкой улыбке. Но всё равно оставалось неприятное осознание неправильности происходящего.

Только в школе, сидя за партой и высчитывая очередной алгоритм, удалось отвлечься. Углубляясь в формулы и вычисления, Кира даже счёт времени потеряла. Опомнилась она, уже когда в классе стало совсем тихо, а за окном совершенно темно. Неловко разминая затёкшую от неудобной позы поясницу, Кира досадливо вздохнула. Ровно в тот момент как она подняла голову от конспекта, её глупые девчачьи мысли вернулись. Навалилась тоска и какое-то непривычное, ненормальное для её возраста отчаяние. «Всё же влюбляться – это плохо» – подумала она, неспешно бредя по пустому школьному коридору. «Не было печали!» – пыталась она взбодрить себя, яростно натягивая шапку и перчатки, застёгивая куртку. На смену не приглянувшемуся отчаянию пришла тихая ярость, ведь за день не было ни звонка, ни напоминания, ни милой и такой волнительной переписки, которыми частенько хвастают одноклассницы. Едва не шлёпнувшись на скользкой плитке высокого школьного крыльца, Кира окончательно вышла из себя и визгливо выругалась, капризно топая ножками и неосторожно размахивая рюкзаком, который она так и не успела забросить за спину.

– И кто бы знал, что за личиной уравновешенной и адекватной девчонки скрывается такой темперамент. – посмеялся кто-то за её спиной и Кира воровато оглянулась.

Сердце, разумеется, сделало кульбит. По крайней мере, именно так Кира себя сейчас ощущала. Волнительная радость и неожиданная растерянность. Жар, разливающийся по телу и одновременный шепоток сознания, твердящий, что нужно держать себя в руках. И только когда она разглядела Диму Сорокина, всё разом схлынуло. И радость, и растерянность, и жар. И даже сознание предпочло заткнуться.

– А, это ты… – неприязненно потянула Кира. Сорокин не раз задирал её. Вот и сейчас смотрел так, словно выдаст очередную пошлую шуточку на радость приспешникам. – Что надо? – уже не так дерзко и уверенно уточнила она, не наблюдая приспешников и не дождавшись едких высказываний.

Сорокин неоднозначно передёрнул плечами, презрительно скривился.

– Меня очень вежливо и, тем не менее весьма настойчиво попросили проводить тебя домой.

Кира вспыхнула как свечка. Жар поднялся от груди и прорывался сквозь прихваченные морозом щёки. Кира осмотрелась по сторонам, не зная, как реагировать. Вот, казалось бы, тебе и факт, но всё равно как-то неуютно.

– Это совсем не обязательно. – примирительно буркнула она, на что Сорокин только хмыкнул.

– Я тебя и без того на морозе полтора часа жду. Пойдём, что ли?

Возражать было глупо, и Кира неуверенно сделала первый шаг. Навстречу Сорокину. А вот он, наоборот, демонстративно спустился с крыльца и глянул на неё насмешливо и будто с осуждением. Он не подал руки и не собирался хватать её за бока. Шёл чуть позади, на расстоянии буквально нескольких шагов и насвистывал что-то вызывающе агрессивное. Кира чувствовала себя уязвлённой, не раз оборачивалась, а Сорокин в эти моменты удивлённо вскидывал брови. Вроде как беспокоиться ей совершенно не о чем.

Остановившись возле подъезда, Кира благодарно кивнула, не желая обострять и без того напряжённую ситуацию. Сорокин криво ухмыльнулся.

– Велено доставить до квартиры. – объяснил он свою гримасу.

– Кем велено? – вскинулась Кира, не выдержав язвительного тона. Сорокин смотрел на неё без интереса и на выпад никак не отреагировал.

– А разве это не ты с Лазарем по ночам на лавке зажимаешься?

– Ты видел? – испуганно ахнула Кира.

Только вот было непонятно, чего именно испугалась. А Сорокин меж тем ещё и поддакнул:

– И не только я.

– Это ничего не значит! – тут же принялась она оправдываться. – Просто Денис считает, что ходить по вечерам одной небезопасно.

– А кто ж спорит? Вот, теперь будешь ходить со мной.

Кира смутилась. Наверно, дело было в откровенном взгляде, который бросил на неё Сорокин. Прежде он так не смотрел, а вот теперь будто узнавал её заново. И удивлялся. Тому, что проглядел. Кира неловко переминалась с ноги на ногу, а после взялась за ручку тяжёлой двери, вот только не ушла. Покаянно посмотрела на Димку и поджала губы.

– Извини, что так вышло. Я Дениса ни о чём не просила, правда. – попыталась она объяснить, а Сорокин, вместо того, чтобы вникнуть в причины её раскаяния, оказалось, думал совершенно о другом.

– Держалась бы ты от него подальше.

Кира внимательно посмотрела на мальчишку напротив. И ведь всего на год её старше… А стоит сейчас взрослый-взрослый, да ещё и пытается что-то внушить. Взгляд предельно серьёзный, плотно сжатые кулаки и не по возрасту суровое выражение на лице. Ситуация вдруг показалась комичной, и Кира прыснула со смеху.

– Что ты такое говоришь? – заливисто рассмеялась она этому наиграно предостерегающему тону. – Это же Денис!

– Это Лазарь! – категорично заявил Сорокин, как вдруг присмотрелся к Кире и досадливо взмахнул рукой. – Хотя, вижу, тебе это ни о чём не говорит. – пробормотал он в сторону и втолкнул её в подъезд, как только из двери выскользнула шустрая соседка.

У порога квартиры парень развернулся и ушёл не прощаясь. А ровно через три минуты раздался телефонный звонок. Кира приняла вызов.

– Я так понимаю, набрать меня ты не собираешься? – раздался в трубке голос Дениса и Кира как-то разом подобралась.

О разговоре с Димкой она совершенно забыла и волнительно прикрыла глаза.

– Привет.

– Привет, привет. – язвительно отозвался он.

– Э-м… я дома. – припомнила Кира своеобразный пароль и Денис весело хохотнул.

– Рад за тебя.

Как-то разъяснить его интонацию Кира не могла, слишком уж неоднозначно прозвучали эти слова, потому и растерялась, хотя, казалось бы, куда уж больше…

– Что-то ещё? – осторожно уточнила она, чувствуя, как зашкаливает сердцебиение.

– А ты как думаешь?

– Вот уж не знаю! – разозлилась Кира. – Может, сказать, что целую тебя в обе щёчки?!

– Лучше в губы и сразу взасос.

Щёки вспыхнули алым. В горле мгновенно пересохло, но побороть волнение всё же удалось, и Кира решительно фыркнула:

– Ну, это уж извини, твой прокол. Вчера нужно было действовать!

– Дразнишь, что ли? – ровно отозвался Денис. Настолько ровно, что уличить его в заинтересованности не было ни единого шанса, и Кира с досады несильно пнула дверь, под которой стояла.

Она натянуто вздохнула и даже тряханула головой, готовая поразить его той же холодностью. И ей это практически удалось. По крайней мере, очень хотелось так думать.

– Искренне недоумеваю причину твоих претензий. Ты мне ничего не объяснил, а сейчас требуешь каких-то действий.

Денис на некоторое время замолчал, а после, со значением выдал:

– Да я вижу вынос мозга у женщин в крови.

– Тебе виднее. – провоцировала она. – У тебя опыта больше.

Денис шумно втянул в себя воздух. Скорее потому, что к подобным выпадам оказался не готов. Киру он помнил славной девчонкой, а сейчас слышал в ответ упрёк вперемешку с капризом. Он улыбался. И в его голосе Кира готова была уловить нотки азарта.

– А ты, видно, жаждешь, чтобы я этим опытом с тобой поделился, да?

– Нет. Просто хочется хотя бы немного ясности.

– Я хочу тебя. – твёрдо проговорил он. Судя по стороннему звуку, он сменил позу на более удобную.

– Даже мне, неопытной, известно, что в таких случаях принято вешать лапшу о любви, а вовсе не о желании.

– Ну, мы с тобой так давно знакомы, что вешать лапшу я считаю бесперспективным занятием.

Кира победно вздёрнула подбородок и прикусила щёку изнутри. Незнакомое прежде томление бессовестно оттягивало внимание.

– Мог бы пересилить себя и сделать мне приятно.

– Я делаю женщинам приятно исключительно в постели. Трепаться попусту как-то не с руки.

– Ну, знаешь!

– Знаю! И очень хочу приехать. Но отчётливо понимаю, что не сдержусь. Давай пока обойдёмся без провокаций – я не железный.

– Ты о чём сейчас?

– О том, что поспать мне этой ночью так и не удалось. Ты сладкая, Кира, но ведь совсем же ещё ребёнок.

– Ты мне просто голову морочишь! – фыркнула она, не желая слушать отговорки, и Денис попался.

– Хочешь, чтобы я приехал?

– Хочу. Приезжай. – властно приказала она, сдерживая восторженный визг. Денис рассмеялся.

– Ты смерти моей хочешь?

– Уж лучше ты умрёшь от желания, чем я от нетерпения, Денис. Приезжай.

Он глухо зарычал и отключился, А Кира так ничего и не поняла.

Глава 5. 2019 год

– Кира Валерьевна, вы здесь? В пятой у Прутикова лихорадка. – прозвенел над головой голос медсестры, буквально выдёргивая Киру из воспоминаний.

Она недовольно поморщилась и посмотрела на женщину чуть растерянно.

– Что?

– У Прутикова из пятой температура тридцать восемь и шесть. Мечется весь по койке и пот градом.

– Что там у него?

– Да вот этот же, что с гангреной вчера привезли! Нормально, нормально и тут вдруг…

– Хорошо, я посмотрю. – всё ещё немного рассеянно кивнула она, но с места поднялась.

Ночь была беспокойной, Кира практически не спала, а если и закрывала глаза, то непременно вскакивала в холодном поту. Потому с половины четвёртого ночи она предпочла сидеть с чашкой крепкого кофе и бессмысленно пялиться в стену напротив. Утро принесло с собой привычную суету начала недели. Как только она сдала смену, практически полным составом пришлось отправляться на пятиминутку к главному. К счастью, о её вчерашних «подвигах» не было сказано ни слова. Заведующий успокаивающе придержал ладонь Киры и смахнул со лба несуществующий пот. Всё же он всерьёз беспокоился не только за судьбу отделения, собственную шкуру, но и за нерадивую подчинённую.

Трудовые будни начались с плановой операции, на которую Кира, несмотря на дежурство, всё же решила пойти ассистентом. На следующую операцию в качестве зрителя. А потом обход, несколько вновь поступивших и вот ординаторская снова начала пустеть.

– Если ты решила остаться на очередное дежурство, так и знай: оплачиваться оно не будет. – склонился над её столом заведующий.

– Да нет, даже в мыслях не было. – виновато улыбнулась она. – Как раз собираюсь с силами, чтобы отправиться домой.

– Тебе нужно отвлечься. – настойчиво предложил заведующий, улыбающийся тепло и будто по-отечески. Кира натянуто вздохнула.

– Займусь этим в самое ближайшее время. Обещаю.

– Если ты вдруг волнуешься из-за вчерашнего…

– Нет, нет, всё в порядке, правда. Вы совершенно верно заметили: я давно никуда не выбиралась. Зациклилась на работе…

Кира торопливо поднялась из-за стола, выключила компьютер.

– Да ещё и в личной жизни провал за провалом. – со значением добавила она, выразительно округлив глаза.

Заведующий понимающе покивал.

– Ты могла бы обратиться к штатному психологу. – предложил он, но Кира шокировано охнула.

– Всё не настолько плохо, я справлюсь.

– Может, тебе отправиться в отпуск? Когда ты собиралась, кажется, в ноябре? Думаю, ничего фатального не случится, если мы сдвинем тебя на несколько недель вперёд.

– Нет, не стоит, у меня путёвка как раз на ноябрь.

К словам для пущей убедительности Кира добавила бодрую улыбку. Мужчина заинтересованно вскинул голову. То ли уличил её во лжи, то ли, правда, чувствуя облегчение.

– Вот как? И куда летишь?

– Выбор пал на Кубу. Очень колоритная страна, там есть на что посмотреть.

– Ты отправляешься с кем-то или одна?

– А это такой подкат или вы решили взять меня под опеку? – деланно рассмеялась Кира и демонстративно кивнула заведующему на прощанье.

Разговоры по душам удавались ей крайне плохо. Проявления подобной заботы порой и вовсе вводило в ступор. Она, наверно, и забыла, как на это правильно реагировать. Вот и сейчас практически сбежала. Требовалось что-то посущественней пустого трёпа, а людей, готовых дать дружеский совет, у Киры практически не оставалось. Выбор сам собой пал на Сорокина. В последнее время они толком и не общались, но в этом, скорее, была вина самой Киры, которая тяготилась беседами со старыми знакомыми и непременно увиливала от возможных встреч.

Она отправилась прямиком к нему. Без предупреждения. Почему-то боялась, что Димка попытается соскочить. Плутать в коридорах не пришлось, Сорокин в последние годы неплохо поднялся и сейчас офис его конторы занимал целый этаж. Бдительная секретарша окинула Киру скорым взглядом, не сочла достойной внимания и не расщедрилась на вежливую улыбку. Она зло хмыкнула: да, в своей унылой курточке, ботинках из масс-маркета и потёртых джинсах она не похожа на бизнес-леди, но была искренне убеждена, что порой стоит учитывать не только внешний вид, но и общий настрой посетителя. Потому сейчас вызывающе подалась к секретарской стойке, весьма невежливо разложив на ней локти.

– Дмитрий Алексеевич у себя?

Очередной пустой взгляд и едва уловимая ухмылка на красивых губах дали понять, что ковровую дорожку перед ней по-прежнему стелить не собираются.

– Дмитрий Алексеевич никого не принимает.

– А разве я спрашивала об этом?

Секретарь терпеливо вздохнула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.