Новая жизнь под старым именем
Маргарита Александрова

И не было на свете силы,

способной остановить его воображение!

Из фильма «Алиса в Стране чудес»

Корректор Надежда Чернявская

Корректор Алена Зуева

Дизайнер обложки Сания Губайдулина

© Маргарита Александрова, 2022

© Сания Губайдулина, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0056-4652-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

Они сидели на террасе её нового загородного дома. В её возбуждённом мозгу роились мириады восторженных мыслей, и он, как будто читая их, произнёс:

– Purpose. Plan. Actions. Success. Next purpose. Судя по результату, цель достигнута. Пора покорять новые вершины!

Она повернула к нему своё светящееся счастьем и какой-то неземной радостью лицо, внимательно всмотрелась в его большие карие глаза, глубоко вздохнула, как будто собиралась что-то сказать, но ничего не ответила и лишь нежно улыбнулась ему. Интересно, догадывался ли он, что и сам является воплощением её мечты, её материализовавшейся мыслью? Скорее всего, нет. Она и сама с трудом верила в то, что видит его перед собой совершенно отчётливо! Даже покупка этого элитного особняка так не влияла на неё сейчас, как ощущение близости этого человека.

– Никогда не думала, что закат в Англии так отличается от заката в России! – сказав это, она звонко рассмеялась.

Смех был одной из её многочисленных особенностей, так привлекавших мужчин. Это был смех маленькой беззаботной девочки, открыто улыбавшейся этому взрослому миру. Было время, когда она практически разучилась смеяться, и это было очень смутное время в её жизни. Ещё год назад она боялась хоть чем-то напомнить себе об этом нелёгком для неё периоде, но сейчас смело отыскала в своей памяти хронику тех дней и с удивлением и восторгом осознала, что больше не боится прошлого, что оно уже не властно над ней! И, прежде чем отогнать от себя мысли о давно минувших событиях, она бережно наклеила на них этикетку с надписью «ОПЫТ» и уверенно отложила в сторону… и опять мысленно.

Теперь она всё всегда делала мысленно. Каждое своё движение, каждый ещё несовершённый поступок она отчётливо представляла себе в своём сознании, прежде чем позволить чему-то материализоваться в её жизни. Когда она только познакомилась с этой методикой, у неё возникали некоторые проблемы в создании мыслеобразов, но постепенно она приучила себя к этому, как спортсмен приучает своё тело к постоянным тренировкам.

– Ну, в Англии всё отличается от того, что есть в России. Я думаю, ты привыкнешь к этому и ещё ко многому, когда станешь настоящей лондонской жительницей. Кстати, каково это – ощущать себя гражданкой другой страны? – Он внимательно изучал её лицо.

Оно манило его своим выражением всевластия, было в нём что-то особенное, непохожее на выражения лиц других женщин, которых он встречал в повседневной жизни.

– Ха-ха-ха! Какой глупый вопрос! С чего ты взял, что я вообще являюсь гражданкой какой-то конкретной страны? Я – гражданка Вселенной! – при этих словах она так запрокинула голову от смеха, что чуть не упала с плетёного кресла. Он подался вперёд всем телом, чтобы поймать её, и испуганное выражение его лица развеселило её ещё больше.

– Перестань дурачиться! – он попытался изобразить, что хмурится, но через пару секунд уже сам весело зашёлся смехом.

Их веселье было прервано телефонным звонком. В течение всего разговора она наблюдала за его мимикой (наблюдать друг за другом стало для них уже привычным ритуалом ещё с тех пор, как они начали общаться по скайпу). Прислушиваясь к интонациям в его голосе, она догадалась, что звонит племянник, тот самый мальчуган, который часто поднимал ей настроение, когда она ещё жила в России. Правда, мальчуган об этом не имел ни малейшего понятия, но от этого его роль в её жизни нисколько не уменьшалась.

– Прости, мне надо ехать. Дейв завтра идёт на день рождения к своей однокласснице. Она ему очень нравится, ну, ты понимаешь, о чём я. В общем, мне нужно помочь ему выбрать подарок. Ты же знаешь, он всегда советуется со мной, когда дело касается его личной жизни, – прибавил он и заговорщически подмигнул ей.

– Конечно, нет проблем! Спасибо, что приехал. Одна я бы явно не справилась со своими эмоциями.

– Ну что ты… Я всегда рад тебя поддержать, если в этом возникает необходимость.

– Постой, я провожу тебя. Заодно у меня будет возможность осмотреть свои владения ещё раз.

Так, обмениваясь фразами, они дошли до его машины. Он открыл дверцу, повернулся к ней и, взяв её руку, несколько секунд удерживал в своей. Это было мимолётное рукопожатие, но такое интимное, что они оба смутились, поняв, что оно вызвало у них одинаковое чувство. Он поспешно высвободил её руку, сел в машину и какое-то время сосредоточенно пытался завести её. Наконец ему это удалось, и, улыбнувшись ей через открытое стекло и весело помахав рукой, он скрылся за поворотом.

После его отъезда она не спешила возвращаться обратно в дом. Ей захотелось поближе познакомиться с тем местом, где ей теперь предстояло жить. Ближайший соседский коттедж находился в нескольких милях отсюда, поэтому, воспользовавшись благоприятной возможностью побыть наедине с самой собой, она решила прогуляться вдоль дороги, ведущей в сторону живописного ландшафта, простиравшегося перед ней во всём своём тихом величии.

Сначала, по привычке, её посетила тревожная мысль о том, что следует вернуться и закрыть входную дверь, но потом, с какой-то внезапно нахлынувшей радостью, она вспомнила, что по всему периметру дома находятся видеокамеры и, облегчённо вздохнув, отправилась в своё первое маленькое путешествие по загородному Лондону.

Вечер был чудесный, даже потрясающий, как ей казалось, хотя для неё теперь всё было потрясающим: люди, природа, города… даже еда ей казалась какой-то особенной. И в этом не было ничего странного – она просто считала потрясающей свою собственную жизнь, которую когда-то бережно создала на осколках той, старой, казавшейся теперь странной и чужой, прежней жизни.

В минуты своего уединения (теперь-то она точно знала, как называется это важнейшее для каждого из нас состояние, которое так часто принято путать с одиночеством) она часто предавалась сравниванию двух своих жизней, как она их привыкла называть. Как правило, весы, на которых она мысленно взвешивала каждую из них, всегда сохраняли равновесие. Именно в этом и заключался секрет её успеха.

Да-да! Это может показаться странным, но именно благодарность к каждой из своих жизней в отдельности – той, безвозвратно ушедшей, и той, которую она творила в своём воображении, – позволяла ей наслаждаться каждым вздохом и каждой секундой своего настоящего существования. Даже те тягостные минуты постоянного ожидания свершения чего-то нового, в котором она провела большую часть своего прошлого, она научилась любить и быть благодарной им за то, что смогла их прочувствовать тогда. Если бы не они, ей, пожалуй, не пришло бы в голову что-то менять.

«Ах, как же я счастлива, счастлива бесконечно! Как же я раньше этого не понимала? Почему раньше не осознавала, насколько я была счастлива всё это время?»

Ей вдруг захотелось разбежаться и закричать что есть силы: «Э-ге-гей!» – а потом резко остановиться и, кружась на месте, долго смеяться своей собственной шалости. И она с радостью воплотила эту затею в жизнь. С недавнего времени она часто воплощала в жизнь все свои затеи, первой из которых было желание навсегда избавиться от негативных мыслей. И она блестяще справилась с этим!

Разгорячённая, с лихорадочно блестящими глазами, она сбежала с обочины на расстилающийся далеко вдаль травяной ковёр и закружилась, широко раскинув руки и запрокинув голову. Почувствовав лёгкое головокружение, она остановилась, закрыла глаза, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, и вдруг отчётливо услышала стрекотание. Пока её сознание было занято своими мыслями, до неё не доносились звуки извне, она была полностью погружена во внутреннее созерцание. Теперь же окружающий её внешний мир радушно встречал свою гостью, простирая к ней свои объятья, будто невидимый оркестр слагал в её честь гимн Радости и Счастья.

Она не могла сказать точно, сколько времени длилось это музыкальное блаженство, ей казалось, что время перестало отсчитывать привычные для неё часы и минуты. Но постепенно звуки музыки невидимого оркестра стали утихать. Таинственные музыканты (в реальной жизни бывшие обычными кузнечиками) взяли в унисон последнюю высокую ноту, и в природе наступила звенящая тишина. Очнувшись от приятных воспоминаний и вслушиваясь в завораживающие звуки затихающей природы, она поймала себя на мысли, что тишина никогда не бывает по-настоящему тихой. Вернее, та никогда не бывает тихой в значении «глухой», меняется лишь тональность непрерывно слагающейся мелодии.

«Вот и природа наших мыслей построена по такому же принципу, – подумала она, – наши мысли не прекращаются никогда! Нам лишь нужно время от времени менять их тональность».

Это маленькое открытие отразилось на её лице в виде торжествующей улыбки, кровь запульсировала, вызывая блаженный трепет от обретения нового знания, и всё её существо, казалось, переродилось в этот момент. И хотя ей уже было знакомо это чувство, которое она сама называла «эстетическим экстазом», она вновь испытала на себе его таинственную чудотворную силу, которая, по её мнению, служила для неё своеобразным проводником в святая святых Высшего Разума.

Однако, как и любое другое глубокое потрясение, вызванное активностью нашего подсознания, эффект погружения в Неизведанное начал постепенно спадать, возвращая её в реальность, подобно тому как если бы в стакан с тёплой водой бросили таблетку аспирина, вызывающую бурную реакцию в самом начале, но в конце концов растворяющуюся в абсолютное ничто, недоступное нашему глазу.

Сегодня в роли эмоциональной рессоры выступило лёгкое чувство голода. И так как вечер уже давно плавно перешёл в поздние сумерки, отчего воздух стал плотнее и прохладнее, она поняла, что пора возвращаться домой. Мысль о возвращении в собственный дом казалась ей настолько сладкой, что она даже невольно облизнулась. Это был ДОМ ЕЁ МЕЧТЫ! Тот самый, которым она каждый раз любовалась перед сном, сидя в своей комнатке в далёкой Сибири.

При воспоминании о родине она нахмурилась. Там, в небольшом сибирском городке, у неё всё ещё оставались мама и её любимые близкие. Но она тут же привычным движением головы отогнала от себя уже готовые завладеть ею грустные мысли и уверенно зашагала по направлению к дому. Терпение и вера! Ей нужно запастись ими на время, пока будет исполняться то, чего она так сильно желает. А в том, что это непременно сбудется, у неё не было никаких сомнений, потому что она знала один очень действенный секрет: стоит ей только захотеть!

Глава вторая

Всю обратную дорогу он думал о ней. Ему казалось, или так оно и было на самом деле, что она постепенно начинает вытеснять из его сердца ту плотскую увлечённость, которая прежде составляла весь смысл его жизни. И происходило это настолько ненавязчиво, настолько естественно, что он не видел причин сопротивляться этому вторжению.

Он вдруг вспомнил, как первый раз написал ей сообщение в социальной сети. Его сразу же привлекла её непохожесть ни на одну из тех молодых особ, с которыми он знакомился в интернете, как только он увидел её фотографию. И она ответила ему тогда! Потом были ещё сообщения, разные по своему содержанию, и с каждым письмом она открывалась ему в новом свете. Да, это была магическая женщина! Далёкая и таинственная, как страна, в которой она жила. В своих переписках они называли себя друзьями, делились сокровенным, делали комплименты…

Он улыбнулся. Комплименты!.. Он почти сразу догадался, что за ними скрывается, потому что сам писал их ей, хотя поначалу его пугала сама мысль о том, что эта женщина может поколебать его спокойствие и разрушить его грёзы о будущей семейной жизни, о которой у него были довольно конкретные представления. Но мужчине свойственен азарт, в какой бы форме тот ни проявлялся, и постепенно он начал сокращать мысленную дистанцию между ними и уже не удивлялся тем чувствам, которые она в нём вызывала. Но парадокс всей ситуации был в том, что его не удивляли сами чувства, а вот со смыслом, который они оба в них вкладывали, дело обстояло куда запутанней.

С её появлением его жизнь приобрела какой-то особый оттенок. Их отношения принадлежали к разряду тех, к которым нельзя было подобрать однозначное определение. Это не было дружбой (это он понимал так же явственно, как и то обстоятельство, что у него по пять пальцев на руках и ногах), но и любовью это было трудно назвать. По его мнению, любовь обязательно, рано или поздно, должна была проявиться в душевных переживаниях, лёгкой депрессии и отчуждённости от всего остального мира. При общении же с ней ничего этого не было. Более того, находясь в её обществе, он не только не отстранялся от окружающей его действительности, как раз наоборот – реальность представала перед ним вполне отчётливо. А она была для него своего рода естественным дополнением к этой действительной реальности или… реальной действительности. Этот каламбур так увлёк его, что какое-то время он ехал, пытаясь определить границы между двумя этими странными сочетаниями слов, но не найдя большого различия, вновь вернулся к своим прежним размышлениям.

Так, на чём же он остановился? Ах, да! Неясность их отношений… Он понимал, что чем больше думает об этом, тем сильнее запутывается. Но более всего его сбивал с толку тот факт, что он мог заниматься чем угодно вдали от неё и совсем не ощущать себя несчастным или потерянным, как это нередко бывает у влюблённых, когда те долго не имеют возможности видеть предмет своего обожания. К тому же, и при этом довольно часто, у него возникало ощущение того, что она как будто бы мысленно поддерживает его душевный баланс, и осознание этого наполняло его душу умиротворением. Он никак не мог объяснить себе, откуда берётся это ощущение, но тем не менее чувствовал эту душевную близость.

Однако страсти к ней он всё-таки не испытывал – что угодно: восхищение, уважение, восторг, родство душ, но – не страсть. И эта загадка не давала ему покоя.

                              * * *

После ужина она опять вышла на террасу, держа в руках чашку ароматного зелёного чая. С тех пор как она проводила его до машины, прошло без малого два часа. За это время реальность уже успела принять новые очертания: прямо перед ней, в последних отблесках угасающего небосвода, томно раскинулись перистые облака, запутавшись кое-где, подобно паутине, в ветвях деревьев, окружающих сад её нового дома. Лёгкий ветерок заботливо перешёптывался с листвой, мерно раскачиваясь на верхушках крон, за которыми робко прятался молодой, ещё неокрепший месяц.

Постепенно звуки тишины, нежно обволакивающие и усыпляющие сознание, погрузили её в лёгкий ментальный транс. В такие моменты она становилась похожа на древнюю фарфоровую статуэтку: небрежно прижатое к спинке кресла стройное тело с матово-белой кожей, в сумерках казавшейся бледной и оттого немного светящейся, слегка откинутая назад голова с тёмными, мягко струящимися по плечам волосами и отрешённое, тронутое блаженной улыбкой лицо с правильными, утончённо-резкими и изысканно-аристократическими чертами лица.

Некоторое время она сидела неподвижно, пытаясь настроить ход своих мыслей в нужном ей направлении. И это было очень увлекательное, по её мнению, занятие. Каждый раз она примеряла на себя при этом разные образы: то она представлялась себе женщиной-часовщиком, отлаживающей хрупкий механизм наручных часов, то женщиной-художником, работающей с разноцветной мозаикой технически сложного полотна. Сегодня она представила себя женщиной-музыкантом, настраивающей свой инструмент перед выступлением. Скорее всего, этот образ был навеян вечерней прогулкой.

Наконец, почувствовав, как мысли, освобождаясь от установленных сознанием рамок и становясь невесомыми, плавно перетекают в её подсознание, даря простор фантазии и воображению, она погрузилась в царство Будущего.

О, как много таинственного и ещё неизведанного поджидало её там! Сколько безграничных возможностей представлялись ей уже реальными и только потому не сбывающимися, что, по естественному Закону Притяжения, они не смели довлеть над ней и лишь покорно ожидали своего часа. И из всего этого богатого разнообразия вариантов, предоставлявшихся для неё щедрой Вселенной, ей предстояло выбрать лишь те, которые находили отклик в её чутком, интуитивном сердце.

Умение выбирать из всего этого обилия только необходимое ей здесь и сейчас пришло к ней после долгих и бесплодных, до определённого момента, поисков ответа на вопросы, мучающие уже не первое поколение человечества: что есть Счастье и как найти к нему самый кратчайший и безболезненный путь. И наконец она открыла для себя совершенно новую реальность, в которой Счастье было не просто состоянием души или тела. Это зыбкое чувство оказалось отдельным от всего остального огромного мира Пространством, в котором человек был волен строить свою собственную Вселенную, если бы захотел, которая по своей величине явилась бы такой же бесконечной, как Космос. Но, в силу своей приземлённости, человечество привыкло довольствоваться лишь малой толикой этого блаженного чувства.

Такая природная особенность всех человеческих существ – сводить всё к минимуму, ограничиваясь лишь узким кругом мимолётных удовольствий, – была обусловлена их первородным началом, слиянием Души и Разума, возникших из самой Вечности. Эти две, некогда существовавшие отдельно, субстанции – Божественная и материальная – и породили впоследствии столь прочную и долговечную форму, именуемую Сознанием, которая, по её мнению, мешала большинству из нас обрести всю полноту чувств, всю гамму ощущений, таившихся в этом отдельно существующем от Сознания, самобытном Неизведанном Пространстве.

Лично для неё Счастье было многоликим. Оно складывалось из Любви, Терпения и Мечты. В первую очередь она научилась Терпению, после чего Вселенная открыла для неё пространство Любви и Мечты, которые с трудом существовали друг без друга в её обновлённом сознании, хотя мечтать она научилась всё-таки несколько раньше, чем любить… любить по-настоящему – без того эгоистического чувства собственничества, которое отравляет сердца большинства из нас. И только после того, как она полюбила свои мысли об этом мире, а не сам мир, в её душе произошло то важнейшее перерождение, которого ей так не хватало для духовного равновесия в отношениях с другими людьми.

Так, терпеливо мечтая своим влюблённым во всё, что рождала её мысль, сознанием, она незримо, подсознательно прикасалась к своему Счастью.

Глава третья

Войдя в гостиную, где его уже поджидал Дейв, он на какое-то время отвлёкся от тревоживших его мыслей. Лицо этого мальчугана всегда вызывало у него чувство умиления, заставляя невольно любоваться племянником. Всё дело было в том, что однажды, перебирая семейные фотографии, он случайно отложил в сторону два снимка с изображением маленького мальчика, как ему тогда показалось, его самого. И только позднее, сравнивая лица этих малышей, он вдруг узнал в одном из них не себя, а Дейва! Сходство было настолько поразительным, что у него даже вспотели ладони.

В свои неполные 34 года он всё ещё не имел семьи и детей, которых безумно любил в силу своей чувствительной натуры. Мысль о том, что годы уходят, а он так и не подарил этому миру новую жизнь, мучительно отзывалась в его впечатлительном сердце. И вдруг это фото! Он вновь и вновь вглядывался в детски-нежные черты племянника, улавливая в них не просто признаки семейного родства – лицо мальчика вдруг стало для него зеркальным отражением его самого. И в эту минуту чувство тихой и глубокой радости наполнило всю его душу.

Вот и сегодня, пока Дейв болтал что-то без умолку, он смотрел на него и думал, как же всё-таки странно устроена жизнь: с самого детства мы жаждем быть уникальными, культивируем в себе это чувство уверенности, что во всей Вселенной не найдётся человека, абсолютно похожего на нас. Но в какой-то момент, рано или поздно, в жизни каждого появляется его маленькая копия: хмурит лоб, гримасничает, увлечённо жестикулирует, проживая своё первое детство. Именно тогда человеку открывается новая истина, что не так уж он и уникален, если есть в мире ещё кто-то, кто напоминает ему всем обликом себя самого, как если бы он смотрелся в зеркало, соединяющее его с прошлым и дарующее возможность проживать то самое первое детство, забытое в суете взрослой жизни, снова и снова.

И таким образом, глядя на своё отражение, когда-то эгоистичная по своей сущности уникальность постепенно начинает осознавать свою физическую несостоятельность. И мысль об этом почему-то совсем не огорчит, а, напротив, наполнит жизнь смыслом и далёкой детской радостью, оттого лишь, что природа настолько щедра к человеку, что наградила его двойником. И пока у него будет эта возможность время от времени заглядывать в глаза этому «теперешнему маленькому ему», он никогда не состарится, ибо через это познание человек наконец поймёт, что детство не безвозвратно, в него, оказывается, можно вернуться не только при помощи воспоминаний. «Может быть, по этой самой причине внуков всегда любят чуточку сильнее, чем своих повзрослевших детей. Ведь чем старше становится человек, тем сильнее он испытывает естественную потребность повернуть время вспять хотя бы на мгновенье. Может быть, именно в этом и заключается секрет нашего бессмертия, – размышлял он. – Порой мы недооцениваем детей, забываем их главное предназначение – продлевать нашу молодость, о скоротечности которой мы так часто грустим и сетуем на время, неумолимо приближающее нас к старости. А ведь страх старости есть самый ничтожнейший и никчемнейший из всех наиболее нам известных, поскольку зеркальный близнец, подсознательно живущий в нас, пробуждается при виде своего юного двойника и в качестве благодарности за вновь пережитые воспоминания награждает нас второй, третьей и последующей молодостью. А для этого всего-то и требуется время от времени будить этого внутреннего близнеца. Именно этот дар мы должны передавать из поколения в поколение», – закончил он размышлять про себя и вслух произнёс, обращаясь к племяннику:

– А теперь повтори то же самое, только медленнее.

Дейв недоверчиво прищурил глаза, многозначительно помолчал и наконец раздув щёки и резким усилием выдохнув воздух из лёгких, возмущённо спросил:

– О чём ты вообще думал всё это время, пока я тут распинаюсь перед тобой, делясь с тобой самым важным?

– Прости, я просто вспомнил себя в детстве. Не сердись на меня, малыш.

– И не называй меня малышом, я уже достаточно взрослый!

– Ха-ха! Ну, хорошо… хорошо. Ещё раз прошу у тебя прощения! Так что там с подарком? Ты уже определился?

– Если бы я «определился», как ты говоришь, я бы не нуждался в твоих советах.

– Послушай, Дейв, сегодня у меня был очень напряжённый день. Я не хочу ссориться с тобой только из-за того, что нечаянно отвлёкся от твоего увлекательного рассказа. Давай просто попытаемся исправить ситуацию: ты ещё раз терпеливо рассказываешь мне обо всех своих переживаниях, а я обещаю, что буду слушать тебя очень внимательно. И тогда мы обязательно придумаем что-нибудь стоящее. Мне кажется, что нам не следует тратить время на пререкания, тем более что уже довольно поздно и тебе скоро нужно будет идти спать.

– Окей, – лицо Дейва приняло благородно-страдальческое выражение, – давай попробуем…

Через час Дейв уже мирно спал в своей кровати, улыбаясь той загадочной улыбкой, которая свойственна только детям, когда они уже предчувствуют наслаждение от того, что ещё не произошло, но обязательно, по их мнению, должно произойти.

А он всё ещё сидел в гостиной, отрешённо смотрел на циферблат настенных часов, мерно и ритмично отсчитывающих секунды, и думал о том, как же удивительна вся наша жизнь, полная сюрпризов и неожиданностей. Ещё год назад он и представить себе не мог, как сильно изменится его мировоззрение благодаря этой молодой женщине из России. Правда, когда он только познакомился с ней, она уже пропагандировала чудотворную силу положительных мыслей и их благотворное влияние на жизнь в целом. Честно говоря, эта тема была для него не нова, поскольку он и сам регулярно посещал курс йоги и ежедневно добросовестно занимался медитацией, позволяющей освободить разум от переизбытка информации.

Однако он воспринимал это как что-то само собой разумеющееся, давно известное, практикуемое многими успешными людьми нашего времени и выдающимися представителями прошлых столетий, и не придавал этому особого значения. К тому же очень скоро в её сообщениях стали звучать депрессивные нотки, вполне явно свидетельствовавшие о её душевной усталости, которую в науке принято называть апатией или сплином. Спустя ещё какое-то время она и вовсе перестала отвечать на его послания, ссылаясь на постоянную занятость, вызванную творческим процессом, которому она, по её словам, придавала особую важность.

Сначала он воспринял весь этот апломб с плохим настроением всего лишь как женскую уловку, целью которой было избавиться от назойливого друга, каким он стал считать себя с некоторых пор, настолько её поведение контрастировало с его уверенностью том, что люди с позитивным мышлением не могут в принципе быть подвержены депрессивным настроениям (как маленькие дети слепо верят в то, что люди в белых халатах не подвержены болезням, раз им известен рецепт, как лечить остальных), но в конце концов успокоился и смирился с этой данностью.

И вдруг эта покупка – как гром среди ясного неба! Он вспомнил тот день, когда она написала ему это странное сообщение на почту, хотя на первый взгляд оно ничем не отличалось от их обычной переписки, так как было довольно банальным. Письмо начиналось следующими словами: «Чем вы занимаетесь в субботу вечером, мой друг?» Как раз в этот вечер он ничем особенным не занимался, о чём и написал ей в ответном письме. Ответ поразил его: «Вы не могли бы встретить меня в аэропорту?» Некоторое время он бессмысленно смотрел на экран монитора, наконец, его сознание уцепилось за подходящую такому случаю эмоцию, которая выразилась словами: «Вы шутите?»

И вот, после пары часов судорожных приготовлений, он уже мчался в своей машине навстречу этой странной реальной действительности или… действительной реальности. В общем, как ни крути, ключевое слово было «странной».

Глава четвёртая

Каждое утро она просыпалась с мыслями о том, что Вселенная приготовила для неё какой-то очень приятный сюрприз. Вообще процесс пробуждения был для неё неким священным таинством, своего рода утренней медитацией. Происходило это каждый раз по-новому, но сам принцип был неизменным. И заключался он в том, что она открывала глаза примерно в одно и то же время, с разницей в несколько минут, будто кто-то невидимый прикасался к её векам своими нежными пальцами, и сон уходил в подсознание, сменяясь осознанным ощущением реальности.

Эти первые минуты она любила больше всего лишь только потому, что на протяжении долгого времени никак не могла впустить их в свою жизнь, сознательно противилась этому раннему пробуждению, когда сон находится в той романтической фазе, что хочется задержаться в нём подольше. Но постепенно она научилась видеть всю прелесть предрассветного утра, и это открытие стало для неё бесценным, даря ей ощущение блаженства и гармонии.

Сон покидал её задолго до первых лучей солнца, в те часы, когда слышно, как дышит природа, когда слух настроен на частоту первобытной Вселенной, когда чувствуешь, как твой разум наполняется энергией созидания. В такие моменты она ощущала себя творцом своего Мира, в котором всегда было место для родных и близких ей людей. Некоторых из них она даже не знала, но они уже жили в её Подсознании, ожидая встречи с ней в любое удобное для неё время.

И конечно же, её главной созидающей мыслью был тот, кто всегда присутствовал в её жизни, с кем она ежедневно старалась поддерживать ту эмоциональную связь, которая возникла между ними, когда они ещё даже не видели друг друга, но уже знали, что каждый из них важен для другого в равной степени.

Когда знакомый образ всплывал перед ней настолько отчётливо, что она могла полностью перенести на него свой мысленный взгляд, незаметно и естественно отодвигая все другие образы в сторону, она крепко зажмуривала глаза и посылала навстречу частичку своей созидающей энергии. И она была твёрдо уверена, что там, по ту сторону её мыслей, обязательно будут благодарны этому невидимому подарку.

Наконец, интуитивно убедившись, что мысли её достигли нужного пункта назначения, она, облегчённо вздохнув, с чувством выполненного долга принималась размышлять о довольно житейских, насущных вопросах, которые требовали скорейшего разрешения, ибо откладывание многих из них в долгий ящик сулило обернуться для неё по меньшей мере чувством неудовлетворённости от потерянного времени, в большей же степени было чревато самоистязанием в виде разнообразных философских трепанаций.

Сегодня ей предстоял звонок в одно из ведущих модельных агентств Лондона, результат которого она обдумывала вот уже несколько дней. Однако каждый раз, как только она возвращалась к предполагаемому диалогу, в уже, казалось бы, готовый сценарий, ею как главным режиссёром своей собственной жизни, вносились новые коррективы, отчего картина предстоящего собеседования выглядела в её воображении размыто и тускло, как вид осеннего пейзажа из окна, насквозь пропитанного дождём и туманом.

И всё-таки она решила, что пора действовать. Собравшись с мыслями, она включила интернет, ввела в строке поиска название нужного ей сайта и, справившись с охватившим её волнением, набрала номер телефона. Пока она слушала продолжительные гудки в телефонной трубке, в её сердце опять закралось сомнение, всё ли на этот раз она делает правильно. Слава и известность никогда не являлись для неё приоритетами в жизни, скорее она руководствовалась желанием донести до определённого круга людей, что в этом мире всё возможно, что она всё-таки добилась того, о чём так страстно мечтала, во что так свято верила. Но иногда в её сознание проникала мысль, что все эти её благородные желания и стремления не более чем тщательно замаскированные симптомы тщеславия. А этого чувства она всегда старалась всячески избегать.

Наконец на том конце провода взяли трубку:

– Добрый день, чем могу вам помочь? – голос показался ей очень приветливым и располагающим к непринуждённому общению.

– Здравствуйте, я бы хотела записаться на просмотр в ваше модельное агентство.

– Тогда вам необходимо будет заполнить анкету на нашем сайте, – отвечал ей всё тот же приятный голос.

– Понимаете, у меня не совсем стандартная ситуация, которую я хотела бы обсудить непосредственно с вашим главным менеджером.

– В таком случае вышлите нам на почту ваше портфолио, – голос стал немного напряжённей.

– Милая девушка, я позволю себе повториться ещё раз… у меня не совсем стандартная ситуация. Хотя параметры очень даже стандартные! Я, конечно же, имею в виду те самые пресловутые 90-60-90.

– Кажется, я поняла вас, – голос вдруг стал монотонным и усталым, – сколько вам лет?

– Если я не ошибаюсь, я звоню не в паспортное бюро, – она почувствовала, что начинает нервничать, – мой возраст и моё портфолио не имеют никакого отношения к тому вопросу, который я хотела бы обсудить с вашим руководством.

– Хорошо, я запишу ваш номер. Если ваш звонок сочтут интересным, с вами обязательно свяжутся, – голос в трубке откашлялся.

– Я думаю, интерес к моему звонку может возникнуть только в том случае, если вы сейчас же соедините меня с главным менеджером, и никак иначе.

В трубке наступила недолгая пауза, после чего голос тоном, позволяющим понять, что разговор близится к концу, спросил:

– Как вас представить, мисс… если вами заинтересуются?

– О! Я думаю, мне придётся представляться без посредников. Всего доброго!

– Желаю вам отличного дня! – облегчённо отпарировал голос и повесил трубку.

«Кажется, спираль начинает закручиваться», – подумала она не без некоторого беспокойства.

Однако парадокс жизни заключается в том, что после сильного душевного волнения почти всегда наступает непоколебимая уверенность в своих силах. И каждый из нас интуитивно предчувствует это состояние. Это как второе дыхание спортсмена, изнурённого длительными и кажущимися вначале совершенно бесплодными попытками преодолеть установленную планку физических возможностей. Но, увы, большинство из нас неспособны пережить даже малейшее волнение: мы ошибочно путаем его со страхом и трусливостью и тем самым заранее обрекаем себя на поражение. К тому же мало кто вообще способен прислушиваться к своей интуиции. «Зона комфорта» нашего мозга, отвечающая за инстинкт самосохранения, порой активизируется настолько, что полностью блокирует нашу волю и веру в человеческие сверхвозможности.

Теперь, когда она наконец-то переступила этот волнительный рубеж, отделяющий её от новой реальности, она почувствовала удовлетворение.

                             * * *

Через пару недель после звонка она написала в своём дневнике, который не открывала с тех пор как приехала в Англию:

Здравствуй, мой дорогой дружок!

Прости, что совсем забыла про тебя, хотя ты, наверняка, уже привык к моим частым исчезновениям. И раз уж я снова обращаюсь к тебе, значит, в моей жизни опять произошло какое-то важное событие.

Вот только не надо говорить мне, что каждая минута нашей жизни невероятно ценна сама по себе. Я прекрасно осведомлена об этом. Ведь именно здесь, в Лондоне, мне наконец-то удалось ощутить всю тщетность и бесплодность суеты, которой я привыкла окружать себя, живя в России. Англия не зря ассоциируется со знаменитыми часами Биг-Бен, бесстрастно отмеряющими ход истории с вершины Елизаветинской башни…

В общем, я думаю, из всего этого словесного пафоса ты уже догадался, что мне хочется поделиться с тобой моим новым открытием! Для тебя уже давно не секрет, что я постоянно нахожусь в поисках чего-то нового. Вот и на этот раз я посвятила этому занятию почти всё своё свободное время. При этом все мои искания представляли собой бесцельную поездку по незнакомому городу в надежде найти что-то стоящее при помощи обычного навигатора. И знаешь, что я обнаружила для себя на девятый день моих упорных скитаний? Я поняла, что опять окружаю себя суетой, вместо того чтобы освободить свой разум от ненужного хлама и принять помощь Вселенной, сосредоточившись на своих внутренних ощущениях.

Размышляя на эту тему, я не перестаю удивляться способностям нашего мозга беспрестанно создавать физические препятствия для нашего сознания, обусловленные нашей врождённой способностью видеть лишь видимое. Не заботясь о конечном результате, а, скорее, придавая значение временным обстоятельствам, являющимся по своей сути отголосками наших прошлых мыслей и утверждений, мы ежедневно загоняем себя в лабиринт материальных тел и объектов, которые с неизменным успехом воплощает в реальность наше мнительное по своей природе воображение. По-моему, вся эта внешняя мишура мешает сосредоточиться на внутренних образах. Не находя времени для поисков ответов на волнующие и занимающие нас вопросы в глубинах нашего подсознания, мы бесплодно и тщетно пытаемся найти их во внешних атрибутах нашей жизни.

Один мудрый человек когда-то сказал: «То, что вы ищете, тоже ищет вас». Так не проще ли запастись терпением и просто наслаждаться каждой минутой прожитой жизни, ожидая, когда желаемое само найдёт к нам самый кратчайший и самый безопасный путь?

Я неслучайно завела разговор на подобную тему. Дело в том, что несколько дней назад у меня появилась возможность убедиться в действенности этой теории.

Начну с того, что около года назад я познакомила тебя со своим лондонским другом. Я зову его Мечтателем. Хотя это прозвище придумала ему не я (под этим ником он зашёл ко мне на страничку), мне нравится так его называть. И мне кажется, он полностью оправдывает свой псевдоним. Его взгляды на жизнь настолько близки мне, что иногда я спрашиваю себя, не является ли он моим ментальным близнецом? К тому же он уже не впервые, сам того не осознавая, подводит меня к решению многих не дающих мне покоя вопросов. Вот и на этот раз он вновь сыграл роль проводника в запутанной цепочке моих беспорядочных мыслей.

Итак, в прошлую субботу мой друг пригласил меня на фестиваль латиноамериканских танцев, в котором он принимал непосредственное участие. В программу был также включён банкет, где в качестве именитых гостей присутствовали представители шоу-бизнеса и… модельных агентств! Ты даже представить себе не можешь, как я была ошеломлена этой новостью. Без сомнения, я согласилась посетить столь судьбоносное для меня мероприятие.

Надо отметить, что я никогда не была на подобного рода церемониях. Залы, щедро декорированные по такому случаю, сияли от изобилия роскоши и света, отражавшегося в многочисленных зеркалах, столовых приборах и дорогих ювелирных украшениях присутствующих. В воздухе, завораживая и опьяняя сознание, витал аромат духов, смешанный с запахом дорогой кожи. Казалось, всё пространство было наэлектризовано энергией успеха и самодостаточности всех этих представителей высшего света. Тот, кому однажды посчастливилось хоть на мгновение прикоснуться ко всему этому изобилию, словно заражался синдромом эйфории и блаженства и уже не представлял себе жизни без подобного лоска и присущей богатству элегантности.

Сказать по правде, я не вижу особого смысла вдаваться в подробности и описывать все прелести тамошнего интерьера, уж лучше я познакомлю тебя с одним очень своебытным персонажем. Его зовут Джейкоб, и он весьма значимая фигура в мире модельной индустрии. За минуту до нашего поистине странного знакомства (почему странного? уверяю, ты поймёшь это позже) я увлечённо рассматривала какую-то гравюру с изображением танцующей пары, как вдруг голос за спиной заставил меня отвлечься от моего невинного развлечения:

– Зачем вы выпрямили волосы? По-моему, вас это простит.

– Вы что, человек-рентген? Почему бы вам не предположить, что они у меня прямые от природы, прежде чем делать поспешные и не очень лестные выводы? – от неожиданности я выпалила первую глупость, что пришла мне в голову.

– О! В какой-то мере вы правы… Однако мои рентгеновские способности всего лишь результат практики. Разрешите представиться: Джейкоб Стэнли, скаут «Куимби и Ко». Вероятно, вы о нас слышали.

– Мне было бы искренне приятно с вами познакомиться, мистер Стэнли, если бы вы были чуточку галантнее.

– Ах! Оставьте эти дешёвые спецэффекты для пикаперов, мисс. Ваше лицо излишне пропорционально, и прямой волос только подчёркивает это… Запомните, правильные черты лица – это скучно!

– Даже для девушки? – изумилась я.

– Особенно для девушки, – произнёс он как вердикт.

– Если моё лицо так скучно, почему же вы обратили на меня внимание?

– Ну, во-первых, я обратил внимание на ту же самую гравюру, что рассматривали и вы. Иногда стечение незначительных обстоятельств порождает значительные изменения в жизни… – Он хитро прищурился. – Кстати, что касается гравюры… Вот что поистине является символом асимметричности, а следовательно, является самим искусством!

– Вы хотите сказать, что для привлечения внимания мне нужно так же изувечить своё лицо, как у девушки на этой гравюре? Хм! Спешу вас разочаровать, но я не сторонник авангардизма.

– Помилуйте, душенька! К чему весь этот пафос? Я лишь сказал, что прямые линии вас простят! Поверьте мне, идеальная внешность редко запоминается. Вам нужен контраст! От него вы только выиграете. И самое печальное, – продолжал он, – что природа с самого рождения заложила его в вас. Глупо не использовать то, что по-настоящему выделит вас из толпы…

О, дорогой дневник! Как же красив узор, который творит в сакральных чертогах Разума наше Подсознание. Как плавно вплетается он в калейдоскоп наших мыслей, со знанием дела созидающих нашу Реальность. Поистине пути Господни неисповедимы лишь для тех, кто сам не ведает, что творит. Ибо, чтобы познать Бога, человек должен в первую очередь осознать, что создан по образу и подобию Творца. Именно в момент этого важнейшего внутреннего открытия человек почувствует свою истинную причастность к Божественному источнику, и в его жизни начнут происходить чудеса трансформации. Главное – не совершить ошибку, подобную той, что описана в старой легенде.

Когда-то, давным-давно некто, проходя мимо дерева с висящим на его листьях коконом, остановился, чтобы помочь ещё совсем неокрепшей будущей бабочке поскорее появиться на свет. Он принял её усилия за терзания и сделал надрез на коконе, ускорив тем самым её рождение. Однако результат, который он увидел, поразил его в самое сердце, посеяв в его душе сомнение. Личинка бабочки, выпав из кокона, могла лишь ползать, волоча свои неокрепшие крылышки по земле и вздрагивая каждый раз от малейшего дуновения ветерка. Прервав незримый узор создания новой жизни, человек навсегда лишил эту жизнь силы и совершенства.

Каждый из нас совершает этот бессмысленный ритуал, создавая в своей голове «эффект нерождённой бабочки», нарушая поток бессознательных образов. И как же прекрасен узор её крыльев, когда наши мыслеобразы неспешно созревают в коконе Подсознания без вмешательства нашего жадного и вечно недовольного эго. Мы торопим наши желания, не давая им ни единого шанса самостоятельно превратиться в ту прекрасную бабочку, изначально наделённую силой Творца. Ведь лишь Господь знает, что для всего в мире есть своё время. Вот и вся пресловутая неисповедимость, которая гласит: «Не торопись, положись на помощь Вселенной, и да будет тебе Счастье!»

Глава пятая

В фойе было прохладно, хотя недостатка в солнечных лучах не было. Вероятно, причиной этому служили кондиционеры, скрытые от глаз посетителей умелой рукой какого-то опытного дизайнера.

Она невольно поёжилась, скорее от внутреннего озноба, нежели от этой искусственной свежести. В руке она судорожно сжимала ту самую визитку с заветными инициалами DS, которая послужила проходным билетом в эту обитель моды и стиля. Ждать пришлось недолго. Почти сразу же после её появления в приёмную вошёл приятный молодой мужчина немногим старше неё. От её женского взгляда не ускользнула ни одна деталь: походка, манеры, парфюм, тембр голоса – всё это складывалось в определённый образ, который она охарактеризовала как «охотно располагающий к себе, но неохотно доверяющий другим».

«Образ» остановился у стойки ресепшена и о чём-то спросил секретаршу. Боковым зрением она уловила лёгкий кивок девушки, который та послала в её сторону. В этот же момент «образ» откашлялся и произнёс нарочито громко:

– Хорошо, Клер, проводите мисс ко мне в кабинет и предложите что-нибудь выпить. Я скоро подойду, – последняя фраза предназначалась ей.

«Образ» улыбнулся мягкой, но слегка равнодушной «офисной» улыбкой и скрылся в проёме лифта.

Клер, которая, вне всякого сомнения, безупречно справлялась со своими обязанностями, взглядом пригласила её проследовать за собой в другой конец коридора. И пока она шла за этой милой, но довольно стереотипной Клер, в голове у неё мелькнула мысль: «Держу пари, что она прошла курсы дефиле со скидкой, которую ей предоставило агентство. А может, она поэтому и устроилась сюда? Наверняка какая-нибудь забракованная модель. О, Господи! Что за бред я несу! Какое мне дело до этой незнакомой девушки? Мне нужно собраться с мыслями… Возьми себя в руки!» – приказала она себе и судорожно сжала ставшие уже совсем влажными от холодного пота ладошки.

Как странно: ещё несколько часов назад она испытывала такой прилив энергии, а сейчас снова погружается в это липкое чувство растерянности. Но она тут же отогнала прочь эти неприятные ощущения, напомнив себе об «эффекте спирали», когда психологическая установка «я – гений» сменяется на противоположную «я – унылое ничто», эффект, который должен испытать на себе каждый целеустремлённый человек на пути к вершине спирали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.