Светлана Шумила
Проект "Т-био"

ГЛАВА 1

28 декабря, вечер

Кира сидела на кухне за барной стойкой и ковыряла вилкой покупной салат. Рядом лежал открытый ноутбук и телефон. Недопитая бутылка вина, полупустой бокал и искусственная, без украшений ёлка в углу создавали унылое настроение. Старые часы с маятником раздражающе тикали. На полке среди наград «За существенный вклад в развитие нейробиологии» примостился настольный календарь.

«Чёрт! 28 декабря. Скоро Новый год. Проект буксует. И на праздник не с кем пойти…»

Кира глянула в ноутбук. На сайте знакомств красовались анкеты одиноких мужчин. Она пролистала несколько, остановилась на одной из них и мельком прочитала страничку.

– Ага, как же, химик он… – усмехнулась Кира, глядя на фотографию накаченного красавца, и захлопнула ноутбук.

В памяти всплыл образ Андрея. Тёмный цвет волос и глаза янтарного цвета делали его чертовски привлекательным.

* * *

Они познакомились на одной из вечеринок, которые устраивала её подруга, работавшая пиар-менеджером. Симпатичный подтянутый и разговорчивый мужчина представился журналистом. Выпили немного или много, зажигали, трепались. Продолжили дома у Киры…

Утром на столе она обнаружила записку: «Спасибо за прекрасную ночь. Ещё увидимся». Прошёл день, два, месяц, три – Андрей так и не объявился.

* * *

Громкий телефонный звонок отвлёк Киру от воспоминаний. На экране смартфона замаячило лицо отца. Она поморщилась и взглянула на фото, висевшее на стене. На нём, она, ещё юная, стояла на берегу лесного озера вместе с братом и родителями. Они счастливы. А потом, в тот страшный день, всё изменилось. Мама погибла в автокатастрофе. Отец, брат и сама Кира чудом выжили. Папа тяжело переживал утрату, забросил практику нейрохирурга, много пил. Но время шло, и спустя пять лет он встретил другую женщину, женился, и его жизнь снова обрела смысл. Когда старшему брату Вите исполнилось двадцать лет, у него проявились первые признаки болезни Альцгеймера, которая быстро прогрессировала, и к тридцати пяти годам он практически никого не узнавал. Тяжёлое решение поместить Виктора в частную клинику с должным круглосуточным уходом, далось им с отцом весьма непросто.

* * *

Телефон продолжал дребезжать. Кира отвела взгляд от фотографии.

– Алло.

– Кира, это папа. Знаю, мы давно не общались. Хочу с тобой встретиться и поговорить о Викторе. Я провёл новые исследования на тему Альцгеймера. Думаю, тебе было бы интересно.

Кира застучала пальцами по столу.

– А при чём здесь Виктор? – слегка повышая голос, спросила она.

– Это нетелефонный разговор. Давай при встрече. Например, завтра вечером? Я подъеду к тебе домой.

– Хорошо, – раздражённо ответила она и отложила телефон в сторону.

Через две минуты снова раздался звонок.

«Ну, кто там ещё?»

Она неохотно потянулась к смартфону. На экране светился незнакомый номер. Кира включила громкую связь. Мужской голос сухо проговорил:

– Вас ждут внизу.

Часы пробили одиннадцать вечера. Кира вздрогнула.

«Сейчас или никогда! Решайся!»

– Хорошо. Спускаюсь, – ответила она, но там уже повесили трубку.

В коридоре Кира накинула пальто и зимние белые кроссы. Возле зеркала задержалась, слегка подправила волосы цвета чёрного агата, взяла пропуск с тумбочки и покинула квартиру.

28 декабря, вечер

Кира вышла из подъезда и остановилась. Многоэтажки. В окнах – новогодние гирлянды. На нижних этажах сквозь занавески виднелись нарядные ёлки с яркими игрушками. Морозно. Снег искрился в свете уличных фонарей. Белые хлопья медленно падали на землю. Лавочку возле дома припорошило. Кто-то нарисовал на ней сердце и старательно вывел: «Маша плюс Витя равно любовь».

Кира глянула на это «художество» и фыркнула себе под нос: «Тоже мне… любовь…».

На дорожке у подъезда был припаркован чёрный лимузин. Несмотря на холод, шофер в тёмном костюме, стоял возле машины. Увидев Киру, он приоткрыл дверь. Она подошла к автомобилю и нырнула внутрь.

В салоне было тепло. Стоял полумрак. Кира откинулась на мягкую спинку сиденья и позволила себе немного расслабиться. Аромат дорогого табака резко ударил в нос. На пару секунд в глубине салона мелькнул огонёк сигары, осветивший мужской силуэт. Чёрный костюм и белая рубашка обезличивали его. Тем не менее профиль мужчины показался ей очень знакомым.

– Проект?

– Почти завершён.

– Трудности?

– На этапе синхронизации возникли некоторые сложности.

– В кейсе, рядом с вами.

Кира повернула голову. Недалеко от неё на кожаном сиденье лежал металлический чемодан. Она взяла его за ручку, подтянула к себе.

– Код?

– Отпечаток вашего пальца.

Кира поднесла указательный палец к устройству считывания. Замок сработал. В кейсе аккуратно лежали двенадцать ампул.

– Этого достаточно? – спросил мужчина.

Она машинально кивнула. Все её мысли занимал говоривший. Он кого-то напоминал. Они где-то встречались…

«Дурацкая память. Где? Где же я его видела?»

– Ускорьтесь. Время поджимает.

Она опять кивнула. Дверь лимузина открылась. Ей дали понять, что разговор окончен. Покидая машину, Кира произнесла:

– Не забудьте про меня.

29 декабря, утро

«Он прикоснулся к ней и нежно поцеловал. Она ответила. Его поцелуи становились яростнее. В глазах насыщенного янтарного цвета мелькнул огонь.

Где-то вдалеке пробили часы. Один. Два. Три…

Он отдалился… Она потянулась за ним…»

Кира проснулась оттого, что свалилась с кровати. Часы продолжали отбивать время.

Четыре. Пять. Шесть. И, наконец, замолчали.

«Чёрт! А какой классный был сон»

Кира поднялась с пола, потянулась, подошла к окну и распахнула занавески. Метель бушевала вовсю, и снежная пелена скрыла из виду соседние дома.

«Закажу машину с института»

От этой мысли её передёрнуло. После той автокатастрофы Кира по возможности избегала автомобилей.

Брякнул телефон.

– Алло.

– Кира Сергеевна, напоминаю – сегодня планёрка. Явка обяза…

Кира отключила телефон и кинула его на кровать. Добрела до ванной, умылась и вернулась в спальню. Открыла шкаф и достала пару блузок. Надела красную с большим вырезом и тут же сняла. Выбрала голубую, под цвет глаз, и натянула любимые джинсы. Подобрала телефон, включила и сунула его в карман. В коридоре задержалась возле зеркала и придирчиво осмотрела себя.

«Волосы!»

Кира взяла гребень и нетерпеливо причесалась.

– Теперь хороша! – подмигнула она отражению в зеркале.

Надела кроссы, пальто и выскочила из квартиры.

Через несколько минут Кира вернулась и, не снимая обуви, побежала на кухню. Отворила один из ящиков, схватила пузырёк с таблетками и запихнула его в карман пальто. В этот момент брякнул телефон.

«Ожидаю у подъезда»

Она выбежала в коридор и, хлопнув дверью, поспешила в Институт.

29 декабря, утро

Андрей вышел из дома ровно в семь утра. Путь был неблизкий, поэтому такси заказал заранее.

На улице порошил снег. Он покрыл деревья, машины и всё вокруг сплошным белым ковром. Вороны натужно каркали, словно пытались о чём-то предупредить. И правда, такси опаздывало. Через пару минут из-за угла выскочила машина жёлтого цвета и резко притормозила у подъезда. Андрей сел в автомобиль, таксист вдавил педаль газа в пол, и они помчались через центр в сторону МКАД.

* * *

Москва. Сейчас город совершенно не похож на тот, каким он помнил его в юности, в девяностые[1]. Тогда это были грязные улицы, переполненные мусорки, нескончаемые ряды торговых ларьков, реклама табака и алкоголя. Повсюду шныряли цыгане. Они забалтывали человека, при этом ловко воруя кошельки из карманов и сумок. Бандиты гоняли на тачках с затемнёнными стёклами, громкой музыкой и пугали молодых девчонок. Вся Москва была пропитана атмосферой беспредела и коррупции. Фильмы и сериалы приобрели тот же оттенок.

Москва. Ныне она преобразилась. Особенно красив город весной и летом, когда уличные клумбы усеяны яркими цветами. Фонтаны дарят прохладу. Фестивали и ярмарки создают праздничное настроение. Вечерами загораются фонари, и влюблённые парочки прогуливаются по зелёным аллеям.

* * *

Выскочив на МКАД, водитель такси притормозил. Снегопад усилился, и на дороге образовалась длинная пробка. Таксист кивал в такт музыке и думал о чём-то своём, не проявляя интереса к пассажиру.

В салоне автомобиля заиграл медляк. Андрей вспомнил Киру. Её чёрные волосы, стрижка каре, миниатюрная фигура пленили его сердце. Ночь с ней запомнилась. Утром он улетел в командировку и потерял её визитку. Вернулся через три месяца и первым делом разыскал её номер телефона. Собирался позвонить, но так и не решился.

«Что я ей скажу? Прошло три месяца…»

Телефонный звонок вырвал его из воспоминаний. На экране высветился номер Института нейробиологии и биоинженерии. Девушка с приятным голосом напомнила, что сегодня к девяти часам его ожидает руководитель Проекта «Т-БИО» Пётр Васильевич для интервью и знакомства с сотрудниками учреждения. Андрей взглянул на часы. Они были старые и часто барахлили. Но он всё равно продолжал их носить. Часы достались ему в дар от отца.

«Опаздываю»

– Поднажми, – сказал он таксисту и уткнулся в изучение материалов по Проекту.

29 декабря, утро

Снег шёл не переставая. Машины вереницей тянулись друг за другом, создавая змееподобную пробку на дороге. Гарик смотрел, как «дворники» бешено мелькают перед глазами, смахивая снежинки с лобового стекла.

«Буду тащиться до работы часа два, не меньше, Кира взбесится», – хмыкнул он.

То, с каким остервенением нейробиолог стремилась поскорее закончить работу над Проектом, удивляло. Казалось, что она чего-то боится. А тут ещё эксперимент опять провалился…

* * *

Гарик с детства увлекался инженерией. В юности он по книгам собрал и улучшил спутниковую антенну. Став старше, заинтересовался биоинженерией. Окончил МГУ, работал в крупном медицинском центре. Публиковался в журналах на тему искусственных суставов, биоинженерных протезов и нейропротезирования. Однажды он осознал, что вырос до чего-то большего, чем простое создание биомеханизмов.

И он изобрёл нейрочип нового поколения. Предполагалось, что в случае удачной синхронизации чипа с человеческим мозгом, исчезнут такие заболеваний, как Альцгеймер и Паркинсон. При этом с учётом определённых доработок, носитель нейрочипа приобретёт дополнительные способности: получение доступа к электронной информации без использования терминала ввода, анализ и прогнозирование действий другого человека и не только, определение местоположения объектов поиска.

Разработку тут же засекретили. Проекту по просьбе Гарика присвоили название «Т-БИО» и контроль над ним осуществляло Министерство обороны. В научно-исследовательском институте нейробиологии и биоинженерии в Москве создали особый отдел под номером восемь, целью которого стало доработать нейрочип и провести эксперименты по синхронизации. Вот так он, Васильев Гарий Юрьевич, среди друзей и сотрудников Проекта, именуемый Гарик, и попал в данный Институт в качестве ведущего биоинженера. Здесь его потрясли возможности и масштабы проводимых исследований, и он с огромным удовольствием окунулся в процесс работы над секретным Проектом.

* * *

В динамике запела Селин Дион, и в голове Гарика возник образ Вики. Eё каштановые длинные волосы и карие глаза покорили его с первого взгляда. Он влюбился, как мальчишка. Вика пришла работать в Институт на должность лаборантки год назад. Она внесла глоток свежего воздуха и аромат весны в лаборатории научного учреждения.

Смартфон задребезжал новостями, и мысли Гарика переключились в инженерное русло.

Вот есть Терра – искусственный помощник. С ним можно примитивно поговорить. Он легко найдёт на карте нужный адрес, даст определение запрашиваемых понятий. Гарик пошёл дальше. Втайне от всех на базе Терры он создал искусственный интеллект, назвал его «Лея» и использовал в Проекте «Т-БИО». Лея автономно принимала решения и обладала способностью к саморазвитию. Но ей требовалось ещё очень много доработок.

«Сегодня залью прогу на взлом систем безопасности»

От этих мыслей настроение биоинженера улучшилось.

Снегопад уменьшился. Машины покатились быстрее. Врубив свой любимый тяжёлый рок на полную громкость, Гарик притопил педаль газа и погнал в Институт. Добравшись до места, он со всех ног помчался в лабораторию.

– Эврика! Я нашёл решение! – его громкий крик отозвался эхом в пробирках.

Вика улыбнулась.

– Я в тебе нисколько не сомневалась, – сказала она, поправляя выпавшую из хвоста непослушную прядь волос. – Но сейчас нас ждут на планёрке, а ты опоздал! Пошли быстрее!

Гарик усмехнулся:

– В овальный кабинет всегда успеем!

ГЛАВА 2

29 декабря, утро

Пётр Васильевич, руководитель Проекта «Т-БИО», посмотрел на график и тяжело вздохнул.

«Не успеваем!» – подумал он и откусил пончик.

Пончики! Свежие горячие пончики! Посыпанные сладкой пудрой! Их каждое утро в Институт доставлял молодой и бойкий Михаил. Он учился на инженера в Политехе и подрабатывал курьером. Пользовался симпатией Петра Васильевича. Тот даже подарил ему сумку с фирменным логотипом Института.

Руководитель секретного Проекта был человеком пунктуальным и дотошным. Любил, чтобы в бланках красовались галочки о выполненных этапах Проекта, и все эксперименты велись строго по графику. Нервно постукивая по столу и ожидая, пока основные сотрудники Проекта «Т-БИО» соберутся на планёрку в конференц-зале, Пётр Васильевич ещё раз изучил график и тяжко вздохнул.

* * *

Вскоре пришла Кира, за ней Гарик и Вика. Лаборанты Василий и Геннадий, громко смеясь и толкая друг друга, ворвались в зал, но под строгим взглядом Петра Васильевича тут же умолкли и степенно проследовали на свои места. Через несколько минут в помещении собрались все участники Проекта. Секретарь Алёна, как всегда, села рядом с Петром Васильевичем. Она мельком взглянула на Гарика и открыла протокол собрания.

– Итак, господа! Светила нашей науки! Кто объяснит мне внятно, почему мы не укладываемся в график? Проблемы? Трудности? – громкий голос Петра Васильевича эхом отозвался в зале.

– Дело в том, что в момент синхронизации нейрочипа с мозгом, подопытного охватил сильнейший приступ эпилепсии, и повысилось внутричерепное давление, – доложила нейробиолог Кира Сергеевна. – После этого он отключился, а когда пришёл в себя, впал в неконтролируемую агрессию. Нам пришлось принять меры согласно протоколу Проекта. Сейчас он стабилен. Мы вынуждены приостановить эксперимент и провести дополнительные исследования. Синхронизация не состоялась.

Нейробиолог замолчала. В зале повисла тишина.

Её нарушил Гарик:

– Кира Сергеевна, у меня появилась идея. Я знаю, как завершить синхронизацию. Мы используем новый Т-чип. Обсудим в лаборатории?

Кира кивнула в ответ.

– Вот! Давайте активнее, активнее, господа. У нас график горит, отстаём, – повторился Пётр Васильевич и продолжил: – Газеты читали? За новостями следите? Или вы, сидя в лаборатории, дальше своего носа не видите? Американцы вовсю трубят, что они то мышь чипировали, то обезьяна у них играет в компьютерные игры, – всё больше и больше распалялся Пётр Васильевич.

Он встал с кресла и нервно заходил по залу. Все молча наблюдали за ним. Наконец, руководитель остановился, глубоко вздохнул и добавил:

– Не расходитесь господа! У меня есть ещё одна новость для вас, мои дорогие светила науки. Сегодня к нам прибывает журналист Андрей Варламов. Он представляет журнал «Достижения науки и техники». Его цель – собрать материал о нашем Институте и новейших разработках для публикации в специальном выпуске. Но это не всё! Основной задачей является подготовка сенсационной статьи о Проекте «Т-БИО», которая выйдет в свет на всех передовицах в случае нашего успеха. Журналист обладает особым допуском к Проекту от вышестоящего руководства. И всё же я прошу пока не разглашать информацию о подземных лабораториях Института, если Варламов сам о них не спросит. Возможно, у него нет допуска Уровня 8.1! – подытожил Пётр Васильевич и потянулся за очередным пончиком.

В этот момент мигнул интерком. Руководитель нажал кнопку.

– К вам журналист Варламов, – доложили с поста охраны.

– Пропустите.

29 декабря, утро

Лаборатории Проекта и конференц-зал, занимали весь восьмой этаж. Попасть сюда возможно было только поднявшись на отдельном лифте с первого этажа Института. При выходе из него разместился пост охраны. За ним небольшая комната, заставленная мониторами разных размеров. Чуть дальше – бронированные стеклянные двери, отделявшие лабораторию от внешнего мира. На посту охраны Андрея попросили оставить телефон и просветили металлодетектором.

– Подпишите, – обратился к нему охранник, протягивая планшет с документом о неразглашении всего, что происходит за дверями лаборатории.

Андрей чиркнул личную подпись. Охранник нажал кнопку на панели приборов, и стеклянные двери с шумом открылись.

29 декабря, утро

Андрей вошёл в конференц-зал. Все взгляды тут же обратились к нему.

– Здравствуйте. Я Андрей Варламов, представляю журнал «Достижения науки и техники», – произнёс он.

Кира выронила карандаш из руки.

«Не может быть. Вот чёрт! Это он. С ним я провела ночь»

– Здравствуйте, Кира! – обратился к ней Андрей.

– О! А вы, оказывается, знакомы! Я Гарий Юрьевич Васильев, биоинженер, – воскликнул Гарик.

Он вскочил со стула, подошёл к Андрею и протянул ему руку. Мужчины обменялись рукопожатием.

– Ого! Какое крепкое, – заметил биоинженер.

Кира молча наблюдала за происходящим. Наконец, разозлившись на саму себя за то, что впала в ступор при виде Андрея, Кира, пытаясь не выдать своих эмоций, сухо произнесла:

– Да. Мы однажды встречались. Добро пожаловать в наш Институт.

– Вот и славно, – заметил руководитель Проекта и добавил, поворачиваясь к секретарю: – Алёна, организуй-ка нам чайку. Уважим гостя.

Та кивнула, мельком глянула на Андрея и поинтересовалась:

– Увлекаетесь спортом?

– Есть такое, угадали. Бегаю по утрам.

– Бегаете? – переспросил один из сотрудников, протягивая гостю руку для приветствия: – Я, Вася, лаборант.

– Ну да. Журналист обязан быстро бегать, – пошутил Андрей, отвечая рукопожатием.

– А мне журналисты всегда представляются назойливыми пронырами, – краснея, выпалила Вика.

– Да! Да! – поддакнул Вася и метнул взгляд на Алёну.

– Почему же проныры? Да ещё и назойливые, – возразил Андрей.

– Везде суют свой нос и раздувают сенсацию на пустом месте, – чуть повышая голос, произнёс Вася.

– Есть такое, – улыбаясь ответил Андрей.

– Так! Так! Так! Ну, всё! Господа учёные! Хватит, хватит нападать на гостя, – вклинился в разговор Пётр Васильевич. – Андрей Варламов здесь по специальному заданию от журнала. Поэтому прошу оказать ему любое содействие. А вы, Кира Сергеевна, поскольку знакомы с гостем, проведите экскурсию по нашему прекрасному Институту.

Кира молча кивнула.

Всё то время, пока шла шуточная перепалка между сотрудниками Института и журналистом, Кира разглядывала его. Она пыталась увидеть того самого человека, с которым однажды пересеклась и не узнавала. Что-то было не так. Странные очки с большими стёклами в коричневой оправе. Ярко-красная пряжка на брючном ремне притягивала взгляд и отвлекала внимание от лица. Перекинутый через плечо небольшой кожаный планшет для документов, синие джинсы и чёрная водолазка подчёркивали статность Андрея, намекая, что он человек действия и приверженец удобной одежды, а не строгих костюмов.

«Я совсем его не знаю», – поймала она себя на мысли и тут же вспомнила о проведённой с ним ночи. Андрей заметил, что Кира не сводит с него глаз. Она поспешно отвела взгляд, схватила со стола шариковую ручку и стала её крутить.

– Что запланировали на сегодня Андрей Александрович? – обратился к гостю Пётр Васильевич.

– Осмотреть Институт, познакомиться с материалами Проекта, а завтра приступить к записи серии интервью с сотрудниками.

– Прекрасно. Но сначала отведайте ароматного чайку. Думаю, Алёна уже всё приготовила. Такая умница она у нас. Был бы помоложе, эх! – засмеялся Пётр Васильевич и добавил: – Господа! Все свободны. А вы, Кира Сергеевна, задержитесь.

* * *

После чаепития Кира и Андрей вышли из конференц-зала и отправились бродить по Институту.

– Ну что ж, начнём, пожалуй, с первого этажа, – сказала Кира и пошла чуть вперёд.

Пройдя пост охраны, она направилась к лифту. Около него остановилась и резко обернулась. Андрей от неожиданности врезался в неё.

– Что вы знаете о нашем Институте и разработках? – спросила она и, не дожидаясь ответа, нетерпеливо вставила карту-ключ в разъём, а затем несколько раз нажала кнопку вызова лифта.

Кира злилась, сама не понимая на кого: то ли на Андрея, за то, что исчез и не позвонил, то ли на себя, за то, что рядом с ним её сердце билось быстрее. Мысли путались и упрямо возвращались к той ночи.

Она не хотела к нему привязываться. Не хотела влюбляться. Ей нельзя…Проклятая память всё портила…

Мелодичный звук известил о прибытии лифта на этаж. Кира поспешно вошла в кабину.

– Ваш Институт занимается изучением нейронов, синапсов головного мозга, разработкой и усовершенствованием нейроимплантов, стимуляторов, а также имеется ряд других направлений, – входя за Кирой, спокойно произнёс Андрей.

Она никак не отреагировала на его слова и всю дорогу вниз смотрела на кнопки лифта. Спускались в полной тишине. Выходя из лифта, Андрей пропустил её вперёд.

Первый этаж Института поражал великолепием. Огромный круглый холл с зелёными папоротниками и небольшие фонтаны с лавочками создавали ощущение уюта и спокойствия. Панорамные были отдраены до блеска. Удобная стойка администратора расположилась в центре холла, и за ней миловидная девушка с тёплой улыбкой встречала сотрудников учреждения и гостей.

Всероссийский научно-исследовательский институт нейробиологии и биоинженерии, сокращённо ВНИИ НиБ, находился на подъёме. Пережив упадок при развале Советского Союза, он всё же устоял и не закрылся. Новый учредитель отремонтировал здание, вложил немалый капитал в современное оборудование, и на сегодняшний день в Институте трудились лучшие умы России. Кира попала в учреждение по специальному приглашению на должность ведущего нейробиолога Проекта «Т-БИО».

Она прошла в середину холла и остановилась.

– Выйдем на улицу. Начнём знакомство с Институтом с самого начала, – предложила она, направляясь в сторону раздевалки. Накинула пальто и, не дожидаясь Андрея, вышла на улицу.

– Само здание очень старое, но благодаря новой администрации оно полностью реконструировано, – произнесла Кира, когда Андрей присоединился к ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.