Геннадий Ищенко
Приёмыш. Книга первая

Глава 1

До двенадцати лет Ира Волкова жила так же, как многие девчонки её возраста в семьях со средним достатком. Родители неплохо зарабатывали, жили дружно, без ругани и ссор, и их единственный ребёнок ни в чём не нуждался. Год назад отца сбил насмерть пьяный водитель – и мир рухнул. Мать горевала сильно, но недолго. Уже через два месяца она подошла к дочери и, пряча глаза, сказала, что решила выйти замуж.

– Пойми, родная, – говорила она Ире, – мне не вытянуть тебя на свою зарплату, да и тяжело в доме без мужчины. Много такой работы, которую мы с тобой не сделаем. Это замечательный человек и хозяин хороший. Работает слесарем в ЖЭКе и очень неплохо зарабатывает. Увидишь, он тебе понравится.

Поначалу весёлый и симпатичный отчим действительно понравился, хотя Ира и не одобряла такой скоропалительной свадьбы. И к ней он отнёсся по-доброму, всячески демонстрируя расположение. Николай не так уж много зарабатывал в своём ЖЭКе, но часто находил работу на стороне и умудрялся делать её в рабочее время, а после, отдавая выручку жене, не упускал случая рассказать о том, как тяжело достаются деньги.

– Сам о себе не позаботишься, – говорил он главным образом для Иры, – никто о тебе заботиться не станет. Поэтому и приходится калымить, чтобы вы у меня ни в чём не нуждались.

Иной раз он приходил после таких левых работ слегка выпивший. Ире это не нравилось. Раньше в их семье никто не пил, и ей передалось презрительное отношение отца к выпивохам.

– Не обращай внимания, родная, – говорила мать. – Это бывает нечасто, да и сколько он пьёт? Для такого мужика пара рюмок – это пустяки.

Со временем такие случаи участились и, судя по состоянию отчима, он уже не ограничивался двумя рюмками. Вскоре Николай стал приносить водку домой.

– Магарыч! – объяснял он, ставя на кухонный стол четвертушку водки. – Сами предлагают, почему же не взять? Мы с тобой, мать, вечерком пропустим для аппетита, да и по мужскому делу одна только польза!

Поначалу мать отказывалась, но потом начала составлять ему компанию, а на упрёк дочери ответила:

– Понимаешь, дочка, мы и пьём-то чуть, и я не вижу в этом ничего страшного. Ты хоть раз видела меня пьяной? Николай устаёт на работе, и ему необходимо расслабиться. Ты у меня уже почти взрослая и должна всё понимать.

Со временем четвертушки сменились поллитровками, а мать начала быстро спиваться и перестала оправдываться перед дочерью. Вечерами Ира старалась быстрее поужинать и скрыться в своей комнате. Мать с отчимом после выпивки уже не дожидались, пока она заснёт, и ещё засветло выполняли свои супружеские обязанности в большой комнате, которая служила им спальней. Лето стояло жаркое и почти без дождей, поэтому девочка вечерами начала уходить из дома и возвращаться, когда взрослые уже спали. Мать перестала готовить и вообще выполнять по дому хоть какую-то работу. Вскоре её уволили из парикмахерской, после того как отхватила ножницами клиенту кусочек уха. Поднялся скандал, и не помогла даже «Красная Москва», которая не смогла отбить запах перегара. Николай подсуетился, и жену приняли уборщицей в его ЖЭК. Им уже не хватало вечерней дозы, и по утрам отправлялись на работу, приложившись к бутылке. Закончилось всё ожидаемо: вначале за пьянку уволили мать, а вскоре и Николая. Первое время он ещё пытался устроиться на работу или калымить, но работник был уже никакой, поэтому скоро дома не осталось ни копейки и в ход пошли вещи, которые взрослая часть семьи распродавала, чтобы обеспечить себя выпивкой и какой-никакой закуской. Теперь после каждой выпивки возникали пьяные ссоры, которые часто заканчивались драками. Соседи пытались воззвать к совести дебоширов и даже вызывали участкового, но с таким же успехом можно было разговаривать с мебелью. Ира с ужасом наблюдала, как из квартиры одна за другой исчезли её вещи, вся зимняя одежда и вообще всё, что ещё можно было продать. Когда девочка пришла домой и не обнаружила ни одной из своих любимых книг, она впервые расплакалась навзрыд. Мать услышала плач, зашла в комнату и принялась плакать вместе с ней, размазывая слёзы по опухшему лицу и противно дыша перегаром. Точку во всём этом поставил бутерброд с колбасой, которым угостила Иру одна из сердобольных соседок. Девочка давно питалась только хлебом, на который мазала маргарин. Глядя на её осунувшееся лицо, соседки тяжело вздыхали и совали время от времени бутерброды, булочки и фрукты. Вот и сегодня Анна Петровна вручила Ире завёрнутый в газету бутерброд, когда девочка возвращалась домой раньше обычного из-за начавшегося дождя. Подавив в себе желание съесть его тут же, на лестнице, она зашла в прихожую, переобулась и пошла к себе. Отчим уже давно не заходил в её комнату, поэтому девочка села за письменный стол, развернула бутерброд и принялась есть. Скорее всего, Николай почувствовал запах полукопчёной колбасы и ввалился к ней, широко распахнув дверь.

– Родители сидят на одном хлебе, а эта неблагодарная тварь закрылась у себя и жрёт мясо! – заорал он. – Дай сюда!

Иру всю скрутило от ненависти.

– На, подавись! – крикнула она, бросив ему в лицо злосчастный бутерброд. – Сволочь! Это из-за тебя мама стала такой! Гад, алкоголик! Ненавижу! – И тут же свалилась со стула от сильной затрещины и ударилась головой об одёжный шкаф. На шум подошла мать, увидела лежавшую Иру и изо всех сил толкнула мужа. Пьяному Николаю этого хватило, чтобы упасть и больно удариться об стол.

– Ах ты, стерва! – заорал он, с трудом поднимаясь на ноги. – Убью гадину!

Испугавшаяся и немного протрезвевшая мать метнулась прочь от впавшего в пьяную ярость мужика. Тот бросился в погоню, которая завершилась на кухне. Уже пришедшая в себя Ира услышала грохот бьющейся посуды и сильный, полный боли мужской крик. Всё завершил глухой удар упавшего тела. Поднявшись на ноги и придерживаясь за стену рукой, девочка вышла в гостиную и увидела, как из кухни вбежала мать и, завывая от страха, бросилась вон из квартиры. Уже зная, что увидит что-то страшное и непоправимое, она дошла до кухни и заглянула в приоткрытую дверь. На полу лицом вниз, в луже крови, лежал отчим.

Видимо, Ира потеряла сознание, потому что следующим, что она увидела, был потолок гостиной. Девочка лежала на тахте, а в комнате были люди в милицейской форме. В углу, где раньше был телевизор, сидела мать, которая обхватила голову руками и тихо раскачивалась из стороны в сторону. Рядом с ней на планшетке что-то писал их участковый.

Перед тем как милиция закончила работу, тело отчима положили на носилки и куда-то унесли. Когда уходили, забрали мать, а руководивший осмотром места преступления старший лейтенант отпустил понятых и обратился к подошедшей Анне Петровне:

– Мы уже закончили. Вы не могли бы организовать уборку силами соседей? Я понимаю, что неприятно, но не девочке же такое убирать. Сейчас уже поздно, а завтра ею займутся те, кому следует.

– Я уберу сама, – пообещала соседка. – Хочу спросить, можно ли взять Иру к себе.

– Этот вопрос не ко мне, – ответил офицер, – но если вы не приходитесь ей родственницей, то вряд ли отдадут.

Был уже час ночи, а Ира никак не могла заснуть. Завтра её заберут в детский дом, и больше не будет своей семьи, даже такой ущербной, какая была до сих пор.

Когда участковый собрался уйти, он спросил, остались ли близкие родственники.

– Живы родители отца, – ответила девочка, – только им уже много лет, а после того как мама вышла замуж за Николая, они с ней поругались и больше с нами не общаются.

– А больше никого нет?

– Одна тётя, но у неё нет для меня условий. Мы с ней об этом уже говорили.

Тётка приезжала два месяца назад, когда мать ещё не спилась, но уже было видно, к чему всё идёт. Она матерно поругалась с сестрой, после чего пришла в комнату к племяннице и, прижав её к себе, говорила, вытирая текущие из глаз слёзы:

– Вот ведь дрянь, прости господи! Всегда была бесхребетной: с кем поведётся, от того и наберётся. Уж не знаю, что в ней нашёл твой отец! Кончится это плохо, а для тебя, скорее всего, детским домом. Я с радостью забрала бы, но просто некуда. Ты же знаешь, как мы живём. Трое мальчишек и муж, и все в двух маленьких комнатах. Да и зарплата у моего Петра маловата, а я пока не могу работать. Ты уж крепись, милая. Если будет совсем невмоготу, лучше сама сходи в милицию. Детский дом лучше того, что я у вас увидела. Ведь лучше не будет, Ира, только хуже! Ничего, пять лет – это не вся жизнь, а там станешь самостоятельной, да и я пойду работать, когда подрастут младшие, и смогу помочь. А наше государство заботится о детдомовских: и работу предложат, и общежитие дадут. Ты девочка умная и красивая – не пропадёшь!

Она знала, что Надежда говорит правду и действительно её жалеет.

– Может, на ночь пойдёшь к нам? – оторвав её от воспоминаний, предложил участковый. – У меня дома есть где переночевать.

– Спасибо, дядя Лёша, – поблагодарила она. – Я и здесь переночую. Вы не беспокойтесь. Не скажите, что будет с мамой?

– Однозначно посадят, – вздохнул он. – Квалифицируют как пьяную драку с превышением пределов необходимой обороны. Твои показания приобщат к делу, так что, может, немного скостят срок.

Захотелось пить, и Ира отбросила махровую простыню, которой укрывалась летом, и прошла на кухню. Из всей посуды остались только старый эмалированный чайник и две алюминиевые кружки. Девочка налила в кружку воду из чайника и присела на табурет. Шум за спиной заставил испуганно вздрогнуть и обернуться. Над тем местом, где раньше лежало тело, была видна радуга, свёрнутая в двухметровый круг. В его центре чернело небольшое пятно. При взгляде на это разноцветное чудо у девочки закружилась голова. Было такое чувство, будто она перегнулась через перила и смотрит в глубокую пропасть. Головокружение усиливалось ещё и из-за того, что разноцветные полосы вращались с большой скоростью. Пятно шевельнулось, притянув к себе взгляд. Всмотревшись, девочка увидела крошечное изображение женщины, одетой в очень длинное тёмное платье. Внезапно эта картинка превратилась в настоящую старушку, а радужный круг за её спиной исчез. Ира во все глаза смотрела на гостью. Лицо женщины с тонкими, некогда красивыми чертами было испещрено морщинами, а густая грива волос, собранная сзади в конский хвост, белела сединой. Она была одета в чёрное бархатное платье, подолом которого за малым не мела пол, а голову покрывал небольшой берёт из той же ткани. Ира не увидела на ней украшений, если не считать высокого стоячего воротника с кружевными вставками и золотым шитьём.

– К тебе можно зайти? – услышала девочка.

Хотя губы гостьи были сжаты, почему-то не возникло сомнения в том, что говорила именно она.

– Конечно, можно, – ответила Ира. – А зачем вы спрашиваете, если уже зашли?

– Так получилось, – едва заметно улыбнулась старушка. – Врата нельзя держать долго. Ответь на вопрос: здесь недавно пролилась кровь?

– Да, сегодня моя мать зарезала отчима. А почему у вас не открывается рот?

– Я не знаю вашего языка, а ты – моего. Пока мы можем общаться только так. Ты дворянка, девочка?

– Я похожа на папу, а Волковы – это дворянская фамилия. Отец ничего об этом не говорил, а у нас уже пятьдесят лет нет дворян. Раньше можно было пострадать за дворянское происхождение, а сейчас уже не наказывают, но это не то, чем принято хвастать.

– Тонкие черты лица, большие глаза и лебединая шея, стройная фигура и тонкая кость. В тебе, вне всякого сомнения, течёт благородная кровь. Скажи мне, девочка, ты счастлива?

– Я так счастлива, что впору сдохнуть! – ответила Ира. – Мне уже настолько всё безразлично, что я даже вас не боюсь. Вы ведь ведьма?

На этот раз гостья улыбнулась по-настоящему.

– Кем меня только не называли! – сказала она. – Говорили и так, только это неправда. Я принадлежу к знатному роду и владею тайными знаниями, а в остальном обыкновенная женщина. И ты сможешь многое узнать, если примешь моё предложение.

– А что вы хотите предложить?

– Я предлагаю тебе уйти в другой мир и стать моей ученицей. Я сделаю тебя богатой и сильной. Ты будешь жить по своему разумению, а не следовать обстоятельствам.

– Так вы из другого мира? Как же можно путешествовать из мира в мир без космических кораблей?

– Мне непонятно, о каких кораблях ты говоришь, но мне они не нужны. Используя магию, я хожу сквозь пространство.

– Магия – это волшебство?

– То, что промелькнуло у тебя в голове, не магия, а выдумки. Магия – это наука. И это сила, причём во всех мирах.

– А я смогу вернуться обратно?

– После того как я научу тебя прокладывать врата и ты мне поможешь, сможешь вернуться.

– Тогда я согласна. Только подождите минутку, я возьму с собой фотографию папы!

Ира сбегала в свою комнату и взяла лежавшую в ящике письменного стола фотографию отца. Через минуту она снова была на кухне. Желание бежать из мира, который ополчился на неё без всяких причин, охватило девочку с такой силой, что её бросило в дрожь при мысли, что гостья может уйти. Но старушка по-прежнему ждала на кухне, с интересом рассматривая алюминиевые кружки.

– Интересный металл, – сказала она. – Они дорогие?

– У нас это один из самых дешёвых металлов, – ответила девочка. – Но он очень лёгкий и не ржавеет. Если хотите, их можно забрать с собой.

– Возьмём! – решительно сказала старушка, забирая обе кружки. – Ты готова? Тогда не будем терять время! Отойди к двери, я буду открывать врата.

– А как мне вас называть?

– Называй Райной. А теперь помолчи, мне нужно сосредоточиться.

Она не говорила заклинаний и не размахивала руками, но посередине кухни возник слабо светящийся белесый вихрь, который постепенно рос и уплотнялся. Внезапно он раскрасился всеми цветами радуги, став копией того, который исчез полчаса назад.

– Иди первая прямо в центр, – приказала Райна. – И поспеши, потому что мне трудно долго держать врата.

На мгновение Иру охватил страх, и она невольно замешкалась, но потом сделала над собой усилие и с закрытыми глазами шагнула в радужный туман. Вышла из такого же вихря в большом полутёмном помещении с высоким сводчатым потолком. Сразу же за ней появилась и Райна, после чего врата исчезли и стало ещё темнее.

– Где мы? – с испугом спросила девочка.

– Это единственная уцелевшая башня в замке, – прозвучал в голове ответ Райны. – В ней я занимаюсь искусством.

– Так мы будем жить не здесь?

– Нет. Пойдём, я покажу замок и познакомлю со слугами. Только ты не сможешь с ними общаться, пока не выучишь наш язык.

– А ваша магия поможет его выучить? А то у меня плохо с языками. По английскому еле поставили четвёрку.

– Магия не помощник в учёбе, поэтому придётся учить самой. Ничего, память у тебя хорошая, а мы ещё усилим её отваром. Только сначала нужно тебя изучить. Мы очень похожи внешне, но внутренне можем сильно отличаться. Мне нужно выяснить, что может оказаться для тебя вредным или смертельным. Сделаем это в лаборатории. Иди за мной.

Ира поспешила за Райной, которая быстро шла, высоко поднимая ноги, чтобы не зацепиться за неровности на стыках каменных плит пола. В одной из стен была неприметная с виду дверь, через которую они вошли в коридор и по полого спускавшейся лестнице перешли в небольшой зал. Из этого зала анфиладой шли пять точно таких же. Везде было пусто и грязно.

– Это нежилая часть замка, – объяснила Райна. – У меня осталось мало слуг, чтобы поддерживать порядок во всех уцелевших помещениях.

– А здесь есть и не уцелевшие? – спросила Ира. – Кто-то штурмовал ваш замок или было землетрясение?

– Когда я заняла его больше полувека назад, здесь всё уже был таким. Наверняка замок разрушили при штурме, земля на моей памяти никогда не тряслась. Иди быстрее. Это в твоём мире уже ночь, а у нас сейчас время обеда. Я проголодалась, а ещё нужно разобраться с тем, что тебе можно есть.

«Кто бы знал, как проголодалась я!» – подумала Ира и тут же услышала смешок старухи.

Похоже, что та читала мысли. Приятного в этом было мало.

– Когда выучишь язык, мне не нужно будет лезть в твою голову, – сказала Райна, – а пока терпи, иначе мы не сможем общаться. Позже я научу тебя, как можно закрыться.

Пройдя двумя коридорами, они вошли в небольшое тёмное помещение. Райна что-то сделала – и комната осветилась. Свет исходил из подвешенного под потолком прозрачного шара размером с футбольный мяч.

– Радужные демоны, – почувствовав удивление Иры, сказала она. – Безобидные и полезные, если умеешь с ними общаться. У вас такого нет?

– У нас вместо демонов электричество, – ответила Ира. – Тоже полезная вещь и безопасная, если не совать пальцы в розетку. Это и есть ваша лаборатория?

Посередине помещения находился большой стол, заставленный лабораторной посудой и каким-то устройством, похожим на самогонный аппарат, а у одной из стен возвышался стеллаж с ларцами и книгами. Больше здесь не было ничего, кроме четырёх стульев.

– Сейчас я тебя посмотрю, – бормотала Райна, перебирая стеклянные шары разных размеров. – Вот он где! Для анализа нужна капля твоей крови. Быстро подойди к столу и дай руку. Не бойся, больно не будет. Ну же!

Не слишком поверив в безболезненность процедуры, Ира поспешила выполнить приказ. Умирать от пищи хотелось ещё меньше, чем от голода. Старуха проворно схватила протянутую руку и тут же отпустила.

– Уже всё? – удивилась девочка. – А где же кровь?

– Присмотрись внимательней к моей руке, – буркнула Райна, – и больше доверяй своей наставнице, то есть мне. Если я сказала, что не будет больно, то не для того, чтобы тебя успокоить. Когда потребуется терпеть боль, потерпишь.

Присмотревшись, девочка увидела ярко-красную капельку, которая плыла в воздухе сантиметрах в пяти от морщинистой старушечьей ладони. Поднеся её к большому прозрачному шару, Райна стряхнула на его поверхность. Шар мгновенно приобрёл розовый цвет и начал слабо светиться. В его глубине закопошился клубок каких-то почти прозрачных существ.

– Астральные паразиты, – непонятно сказала старуха. – В крови разумных много силы, которой они питаются и при этом познают сущность пожираемых объектов. В нашем случае достаточно одной капли крови. А теперь помолчи, а то мешаешь сосредоточиться. Всё, прочла. Слава богам, наша пища для тебя подходит и мои зелья должны действовать. Но всё-таки мы сильно различаемся. Ты не сможешь зачать ребёнка ни от одного мужчины нашего мира, хотя это не помешает заниматься с ними любовью. А для зачатия придётся прогуляться в свой мир. Что ты так покраснела? Нечего здесь стесняться – самое обычное дело. В деревне все девчонки твоего возраста расстались с девственностью, а дворянки делают это на год позже. Как только готова рожать, так чаще всего сразу же и выдают замуж.

– Я не готова, – запротестовала красная как маков цвет девочка.

– Уже готова, – осмотрев её, сделала вывод Райна. – Не волнуйся, я не собираюсь подкладывать тебя парням, наоборот, мне нужно, чтобы ты держалась от них подальше. Ты правильно делаешь, что не хочешь рано рожать, потому что такие ранние старятся к тридцати годам, да и сами роды не всегда бывают удачными. Ладно, я совсем заболталась, а в трапезной стынет обед. Пошли быстрее! По пути я кое-что расскажу. Сначала давай определимся с тем, как к тебе обращаться. У тебя в голове какая-то каша из разных названий. Как тебя зовут чаще всего?

– Ира или Ирина.

– Значит, назовём Риной. У наших дворянок есть такое имя. А как название рода?

– Фамилия по отцу – Волкова.

– Это слишком длинно и неблагозвучно. Будешь баронессой Риной Волк из Ливены. Это одно из соседних королевств. Там уже много лет нет короля и все режут друг друга. Особенно много дерутся на западе, вот и скажешь, если спросят, что бежала оттуда. Ни один нормальный человек не поедет проверять. С тобой решили. Теперь по моей челяди. У меня только двое слуг. Кухарит и убирает комнаты Лая, а остальное хозяйство на Гарте. Их родовые имена тебе не нужны, они и сами, наверное, их забыли.

– Вы столько лет живёте в этом замке только втроём?

– Двенадцать лет назад были и другие слуги, но они презрели свой долг, обворовали хозяйку и подались в бега. Далеко, правда, не убежали.

– А что вы с ними сделали?

– Натравила болотников, чтобы упокоили слуг и вернули золото. В трясине они гниют.

– Разве можно убивать людей за кражу?

– У тебя в голове столько глупостей, что устанешь чистить, поэтому запомни сразу, что в нашем мире для слуг за предательство существует лишь одно наказание – смерть. А вот способы умерщвления у всех разные, мой ещё не самый страшный. Уже пришли. Это у нас трапезная.

Это помещение было в три больше покинутой квартиры, слабо освещённое, с низким потолком, который поддерживался каменными колоннами. Повсюду в беспорядке стояли столы из потемневшего до черноты дерева. Стулья были только возле двух столов, за одним из которых сидели двое. На этих столах были расставлены блюда, от которых так пахло жареным мясом и свежим хлебом, что Ира чуть не захлебнулась слюной.

– Садись за мой стол и ешь, а то сейчас грохнешься в обморок. Со слугами я познакомлю потом.

Ира села, пододвинула к себе тарелку с кашей и наложила в неё же горячее, мелко нарезанное мясо из большого блюда. Хлеб тоже был ещё тёплый и прямо таял во рту. Стараясь лучше пережёвывать пищу и не сильно чавкать, девочка быстро очистила тарелку и осмотрелась более внимательно. На столах, помимо каши и мяса, лежали какие-то фрукты и мелко нарезанная, остро пахнущая зелень и стояли высокие кувшины из тёмного металла. Она больше не могла есть или пить, поэтому перевела взгляд со столов на слуг. Высокий крепкий старик с резкими чертами лица и белыми, собранными сзади в конский хвост волосами, которого Райна назвала Гартом, неторопливо ел кашу и овощи, почему-то не притрагиваясь к мясу. Лая была на голову ниже его и гораздо полней, с грубыми чертами лица. Свои не до конца побелевшие волосы служанка отбросила назад и сколола гребнем. Она больше ела мясо. Слуги, как и Ира, закончили есть раньше своей госпожи, но встали из-за стола только после неё. Райна сказала несколько отрывистых слов, в которых девочка услышала своё новое имя, и показала на неё рукой, после чего слуги поклонились им обеим и занялись уборкой столов.

– Я покажу твои покои, – сказала Райна. – Мои находятся рядом. Лая уже там убрала и положила всё, что нужно. Если будут вопросы, обращайся только ко мне. Когда осмотришь свои комнаты, зайдёшь в мои. Я должна многое рассказать о себе и о мире, который теперь будет твоим.

Глава 2

Знакомство с новым жилищем не заняло много времени. Покои девочки состояли из двух небольших комнат, расположенных вагончиком. Дальняя служила спальней, и её большую часть занимала кровать, размерами раза в два больше оставленной на Земле тахты. Она была застелена выцветшим гобеленом. Девочка присела на край кровати, а потом легла на спину. Лежать было мягко, и нигде ничего не давило. В этой же комнате, возле одной из стен, стояли три сундука. В одном из них лежали подушка и шерстяное одеяло, а во втором – верхняя одежда, которую Ира решила посмотреть позже. Третий сундук был пуст. Первую комнату она окрестила гостиной. Её меблировка состояла из небольшой кушетки, круглого стола, пустого сундука и двух стульев. На стене возле кушетки висел гобелен с изображением охоты на какого-то зверя. На столе стояли наполненный водой кувшин и кубок из тёмного металла. Двери в комнатах можно было закрыть изнутри на надёжные засовы.

После плотной еды на не спавшую большую часть ночи Иру навалилась сонливость, но она сделала над собой усилие и поплелась в комнаты Райны. Хозяйка встретила на пороге, покачала головой и отправила спать, показав перед этим, где находится то, что здесь было вместо туалета. Ира даже не взяла подушку с одеялом и заснула, не разбирая постель. Она проспала оставшуюся часть дня и всю ночь и, проснувшись утром, не сразу поняла, где находится. Лёжа на огромной кровати в комнате с непривычно высоким потолком, Ира в подробностях вспоминала события вчерашнего дня и заново прощалась с матерью, квартирой и вообще всем, что было близко и знакомо в прошлой жизни. Сами собой потекли слёзы, а когда выплакалась, сразу стало легче. В животе заурчало и захотелось есть. Сколько же она проспала? Девочка не видела в замке ничего похожего на часы, но, судя по светившему в окно солнцу, давно пора было вставать. Прежде всего решила посмотреть, что за одежду ей оставили. Вчера она заметила, с каким неодобрением Лая смотрела на голые коленки. Хозяйка и служанка – обе носили платья с длинными подолами, и ей не стоило выделяться. В сундуке лежали пять платьев одного кроя, сшитых из облегающего лифа и длинной пышной юбки, с расширяющимися к низу рукавами и поясками в тон ткани. Перебрав их и полюбовавшись красотой ткани и богатством отделки, Ира отложила три в сторону: лиф в них крепился шнуровкой на спине, и она не могла надеть такие наряды без посторонней помощи. Два оставшихся платья застегивались спереди пуговицами. В голубом они были искусно выточены из кости в виде рыбок, а в тёмно-зелёном сделали из тяжёлого жёлтого металла.

«Вряд ли это бронза, – подумала Ира. – Наверное, Райна не врала о том, что у неё много золота, если из него сделали даже пуговицы. И что надевать?»

Живот опять требовательно заурчал, и она, больше не раздумывая, сняла своё платье и надела зелёное, не такое маркое, как голубое, и немного короче. Ира уложила остальную одежду обратно в сундук и сходила в местный санузел. Сделав свои дела, она смыла водой из оставленного для этих целей ведра и умылась под тонкой струйкой воды, которая лилась из отверстия в стене и по жёлобу стекала в отверстие туалета.

«А чем же подтираться, когда понадобится? – подумала девочка. – Неужели этим?»

Возле туалета висел на верёвке большой ком шерсти. Закончив знакомство с удобствами и помахав руками, чтобы стряхнуть с них воду, она поспешила к покоям хозяйки. Райна была у себя и встретила Иру на пороге.

– Ну и горазда же ты спать! – усмехнулась она при виде девочки. – Мы уже давно позавтракали. Иди в трапезную, Лая ещё должна быть там. Вижу, что платье моей младшей сестры пришлось тебе впору. Ты в нём просто красавица, нужно только поправить причёску. Но это потом. Поешь и приходи ко мне. Не поговорили вчера, сделаем это сегодня.

Жилая часть замка состояла из нескольких, расположенных рядом помещений, поэтому Ира быстро нашла трапезную, хотя вчера не пыталась запомнить дорогу. Служанка одобрительно посмотрела, поклонилась и молча поставила на стол тарелки с кашей и мясом и пузатый кувшин с питьём. Кубок и нарезанный хлеб на столе уже были.

«Наверное, это серебро, – подумала девочка, взяв в руки кубок. – Металл такой, как у серебряных полтинников, которые когда-то были у отца».

Ира никогда не пила сидра, но один раз ей дали попробовать шампанское, поэтому, выпив половину бокала сладкого, слегка пенящегося напитка со вкусом и запахом яблок, поняла, что это не компот, а что-то алкогольное. Не став допивать, она принялась с аппетитом есть уже остывшую еду, время от времени ловя на себе сочувственные взгляды Лаи. Очистив тарелку, девочка приветливо улыбнулась служанке, не зная, как можно поблагодарить словами, получила в ответ такую же добрую улыбку и поспешила в комнаты Райны. Выспавшись и утолив голод, она спешила утолить любопытство.

– Садись на стул, разговор будет долгим, – встретила хозяйка. – Я расскажу о нашем мире и о той его части, в котором мы живём. Ты узнаешь историю моей жизни и поймёшь, зачем я тебя сюда привела. Может быть, что-то из рассказанного не понравится, но не спеши делать выводы и судить. У нас здесь своя жизнь, имеющая очень мало общего с той, которую ты вела у себя дома. Я не собираюсь тебя обманывать и водить за нос. Мне нужна не обманутая или запуганная помощница, а сознательная и верная последовательница. А теперь слушай.

Из рассказа Райны Ира узнала, что предки тех, кто сейчас населял эти земли, заняли их четыре сотни лет назад.

– Незадолго до их прихода здесь жили сильные народы, которые создали могучие королевства, – говорила хозяйка. – Жившие здесь маги были мастерами тайных искусств, нам в этом до них далеко. Но однажды они заигрались с силами, которым нет места в нашем мире. Никто не знает, что с ними случилось. Когда сюда пришли первые кайны, готовые мечами отвоёвывать себе право на жизнь, оказалось, что воевать уже не с кем. В такое трудно поверить, но здесь не было ничего живого, кроме травы и деревьев. Погибли не только люди, но даже мелкие звери и птицы, и только их кости хрустели под ногами пришельцев. От деревень остались лишь зараставшие бурьяном поля и дичающие сады, а города превратились в обожжённые огнём развалины. Сохранились лишь отдельные замки.

– А насекомые сохранились? – спросила Ира. – Они очень живучие. Тараканов чем только ни травим, а они всё равно плодятся.

– О насекомых не знаю. Нет о них упоминаний в легендах, а письменных источников не сохранилось. Всё сгорело в войнах, в которых сошлись наши предки, чтобы поделить наследство прежних. Так стали называть тех, кто жил здесь до нас. Образовывались и рушились королевства, и к костям бывших хозяев этой земли прибавилось немало останков кайнов. Постепенно установились границы новых владений, люди начали строить дома и налаживать жизнь, а в леса и поля стали возвращаться звери и птицы. Были попытки прибрать к рукам то, что осталось от дворцов и крепостей прежних, но в них исчезали люди, а из заброшенных подземелий выползали такие существа, которых удавалось уничтожить только силами мастеров, потому что обычное оружие их не брало. Со временем перевелась нечисть и перестали пропадать люди, но дурная слава у замков осталась. Они и сейчас стоят пустыми, хотя иные нетрудно привести в порядок. Мы живём в одном из них. Я заняла его вместе с моими людьми во время бегства.

– А от кого вы бежали?

– Чтобы ты поняла мой рассказ, я должна хоть немного рассказать о нашем народе, о его верованиях и о том королевстве, где мы находимся. Четыре сотни лет назад мой народ обитал далеко на востоке. У нас было одно королевство, которое простиралось от морского побережья до огромной пустыни на юге на сотню дней пути. На севере стеной стоял великий лес, населённый многочисленными племенами дикарей, а на западе находились степи, в которых лишь изредка можно было встретить кочевое племя. Не имея опасных соседей, мои предки не занимались созданием сильной армии, за что однажды и поплатились. Мы так и не узнали, что привело на наши земли пришельцев, которые в одну из ненастных ночей во множестве высадились в наших бухтах с сотен гребных судов. Они не стали с нами разговаривать и сразу же взялись за мечи и копья. Это была не война, а бойня. Всё побережье было залито кровью, а король пал одним из первых, защищая столицу. На наше счастье, пришельцы не сразу двинулись вглубь страны и тем самым дали возможность собраться и уйти. У нас было много скота, поэтому удалось многое увезти.

– А почему вы не стали сопротивляться?

– Это был не обычный набег, а вторжение воинственного и сильного народа. У нас было много оружия, но слишком мало людей, которые умели им пользоваться. Исход возглавили пять… назовём их герцогами. Это наиболее близкое по смыслу из известных тебе слов. Они же потом стали первыми королями в новых королевствах. Двигались в единственно доступном направлении – на запад, в степи. До этих мест шли целый год. На зимовье остановились на берегу большой реки в самом сердце степи. Зимы у нас не очень холодные, но было много погибших, особенно детей, а стада сократились вдвое. С весной пошли дальше. В пути нам помогали кочевники, которые вели отряды от источника к источнику, с ними потом расплатились скотом. Придя на опустевшие земли прежних, люди занялись своим любимым занятием: стали захватывать всё, до чего смогли дотянуться их руки, а после с оружием в руках пытаться отнять то, что удалось захватить другим. Мелкие столкновения и большие войны длились пять лет, сильно уменьшив и так не очень большую численность кайнов. Наконец образовались пять королевств, короли которых сумели договориться о границах и прекратить кровопролитие. Мы с тобой находимся в середине захваченных земель, в королевстве Тессон, которым правит король Аниш Третий. Нас окружают земли четырёх королевств. Теперь коротко расскажу о религии. Во всех королевствах верят в одних и тех же богов, которых насчитывается пятнадцать. Я не буду подробно о них рассказывать. Тебе это сейчас не нужно, а позже прочтёшь о них сама. Каждому богу строят свой храм. В небольших городках или крупных сёлах жрецы договариваются между собой и ставят общих храм, в котором для каждого бога есть свой алтарь. Раньше жрецы разных богов не враждовали, но семьдесят лет назад те из них, кто прославлял бога воинов Ашуга, начали утверждать его верховенство среди прочих, применяя для этого силу оружия. При этом они уничтожали магов, объявив их неугодными Ашугу, и в первую очередь ополчились на мастеров. Магия в нашем народе была всегда. Маги лечили, влияли на погоду, увеличивали плодородие земли и поголовье скота. И ещё они принимали участие в войнах, используя своё искусство. Ты ничего не знаешь о магии, поэтому я остановлюсь на этом чуть подробней. Человек очень слаб в магии и почти ничего не может сделать только своей силой. Если долго тренироваться, можно научиться лечить людей, создавать иллюзии и двигать лёгкие предметы. Многие этим и ограничиваются, но есть ещё мастера. По силе они превосходят остальных магов и умеют привлекать для выполнения своих задач демонов из других миров или астральные существа. И тех, и других не интересуют люди и их дела, за исключением тех случаев, когда человек или его сила могут служить кормом. Поэтому редко удаётся заставить выполнить приказ, чаще договариваются и что-то дают взамен или привлекают одни существа, чтобы с их помощью подчинить себе других.

– А как становятся магами? – спросила Ира. – И почему их нет у нас?

– Я не знаю вашего мира, чтобы делать выводы, – покачала головой Райна, – но, судя по тебе, мы почти не отличаемся. Главные причины, которые мешают человеку развить свои силы и ими управлять, – это боль, страх и ненависть. Обычно эти чувства быстро проходят, но следы от них остаются и постепенно накапливаются. Всё начинается с рождения, когда мать выталкивает плод из чрева. Ребёнка вырывают из самого удобного и безопасного для него места, и он испытывает страх, усиливающийся болью из-за самих родов. Если потом не снять родовые последствия страха и боли, они остаются с человеком на всю жизнь и не только мешают ему в магии, но могут стать причиной тяжёлых болезней. В семьях потомственных мастеров их жёны рожают детей в подогретой воде, где роды переносятся намного легче и матерью, и ребёнком.

– А что делать мне?

– В первую очередь не перебивать. Когда придёт время, я об этом расскажу. Теперь вернёмся к жрецам Ашуга. Поначалу они сводили счёты с теми из мастеров, кто был выходцем из простонародья, но, когда им стал покровительствовать отец нынешнего короля, посмели поднять руку и на знать. Мой отец был очень богатым человеком и имел большие земельные владения, в твоём мире его назвали бы маркизом. Наш замок располагался в центре земель маркизата Афрем, возле города с тем же названием. Когда на нас напали, вся семья находилась в замке. У отца была большая дружина, и мы отбились бы от псов Ашуга, но с ними к замку пришли и королевские войска. Отцу вменяли в вину участие в заговоре против короля, а это плаха, лишение земель и титулов, как для него, так и для всех нас. Никакого заговора, конечно, не было, а всё подстроили жрецы, которым нужно было заполучить в свои руки мою мать, её младшую сестру, а заодно меня с моей сестрой, так как и у нас были немалые способности, которые мать ещё только начала развивать. Отец остался защищать замок, чтобы дать нам время уйти вместе с немногими верными слугами и казной. Мы ушли подземным ходом в расположенный недалеко от замка лес. У жрецов Ашуга была своя магия, и в погоню за нами выпустили каких-то тварей. Если бы не моя мать, никто из нас оттуда не спасся бы. Она попросила о помощи в одном из самых жутких из известных ей миров. Нужно было заплатить, и мать пожертвовала собой, отдав тварям очень лакомую плату – жизнь и силу опытного мастера. Две стаи тварей схлестнулись между собой. Преследовавшие нас чудовища были растерзаны, и пришла очередь жрецов. Я так и не узнала, чем закончилась их схватка, потому что сестра матери погнала нас прочь от места побоища. Вскоре натолкнулись на одну из засад, устроенных воинами короля. Чтобы дать нам уйти, тётка повторила то, что до неё сделала мать. Слуги поймали носившихся без всадников лошадей, и мы начали уходить верхом. В этот день всё было против нас. Конь под сестрой попал копытом в нору сурка, из-за чего он сломал ногу, а моя сестра – шею. Из семьи спаслась одна я. Мы долго уходили лесными тропами, пока не набрели на этот замок, где и остановились. В первое время, пока не утих шум и обо мне не забыли, мы старались как можно реже его покидать. Поблизости есть три небольшие королевские деревни, но я посылала слуг за продуктами в более отдалённые места. Со временем нас перестали искать и можно было уже не прятаться. Местные с настороженностью встретили появление хозяев у древних развалин, но я щедро заплатила за услуги, и они помогли привести в порядок часть замка и с тех пор исправно привозят продукты. Обо мне узнали в находящемся неподалёку вольном городе Согде, но только потребовали заплатить в казну города и короля налог за захват земли. Такой платят те, кто занимает свободную землю. Я заплатила, и они забыли обо мне. Но я не забыла гибели отца, того, во что превратились моя мать и тётка, и безвременной смерти любимой сестры. Все эти долгие пятьдесят лет я копила в себе силу и выращивала ненависть. Начинающему магу очень трудно самому овладеть мастерством. В магии, как нигде, очень важен опытный наставник, а моими наставниками были только наши семейные книги. Сколько раз я была на краю гибели, сколько страшных шрамов пришлось сводить с тела! И сколько их осталось в моей душе! Я обрела силу слишком поздно и уже не успею свершить задуманного. Я знаю, что мне осталось жить год или чуть больше, поэтому моя цель – успеть за это время вырастить из тебя мастера. Это очень сложная, почти невозможная задача, но я попробую. В крайнем случае доучиваться будешь уже без меня. А потом ты отомстишь за меня и за гибель семьи. У меня в подвалах очень много золота. Его гораздо больше, чем ты сможешь истратить за всю свою жизнь, даже если учесть, что у магов она длиннее обычной. К привезённому золоту добавилось то, которое я отыскала под развалинами одной из башен. Им и соблазнились слуги, которым надоело сидеть со мной в этом замке.

– Так дали бы им часть золота и отпустили!

– Какой же ты ещё ребёнок! Ты думаешь, что мне жаль золота? Их нельзя было отпускать! Рано или поздно, вольно или невольно, но они выдали бы меня, а то ещё и вернулись бы сюда с ватагой за остальным золотом! Я не призываю тебя не верить никому, просто знай, что на одного человека, которому можно открыть душу, приходится сотня таких, которые тебя предадут. Поэтому всегда смотри, кому и что доверяешь, а лучше без нужды не доверяй никому!

– И кому вы думаете мстить, если прошло уже столько лет?

– Не бойся, я не безумная старая карга, обозлённая на весь свет. Мстить нужно немногим. Во-первых, жив старый король, хотя он старше меня на десять лет. Я надеюсь, что придворные маги не зря едят свой хлеб и он доживёт до тех пор, когда ты войдёшь в силу и нанесёшь ему последний визит. Следующий на очереди – это верховный магистр ордена псов Ашуга. Он тоже очень стар и почти не покидает столичного храма. Было бы неплохо развалить этот храм и похоронить под его развалинами и старого пса, и прочую собачью свору! А больше некому мстить. Выполнишь и станешь свободной. Можешь жить здесь, можешь вернуться в свой мир или уйти в какой-нибудь другой. Всё, что есть в этом замке и его подвалах, будет твоим. Твоими станут и собранные за века знания семейства Афрем. Это щедрая плата за год усердного труда и убийство двух старых мерзавцев, которые зажились на свете!

– Я ещё никого не убивала, – призналась Ира. – Не знаю, получится ли.

– А тебе не придётся убивать самой. Если действовать по моему плану, ты останешься в стороне и это будет ещё не скоро. Для обычного человека нет ничего приятного в том, чтобы отнять чью-то жизнь, но в нашем мире часто приходится убивать. Этому учат даже дворянок. И ты научишься.

– Когда мы начнём учиться магии?

– Сегодня займёшься языком. Пока поучишь слова, а потом я покажу, как из них складывать фразы. Остальное придёт само, когда будешь разговаривать с нами или с крестьянами. В последнюю очередь выучишь грамоту. Я сделаю для тебя напоминалку и заварю сбор для улучшения памяти. Он сильно облегчит запоминание слов.

– А что за напоминалка?

– Это простое магическое устройство, которое диктует слова. За один раз в него не впихнёшь весь язык, только сотню слов, а когда их выучишь, запишу другие. Зубрёжку можешь совмещать с изучением замка. Только не лезь в подвалы: там приготовлены пакостные сюрпризы для любителей чужого золота. Сейчас разгар лета, так что днём можешь прогуляться возле замка. Только никуда от него не уходи, потому что это опасно делать без оружия и знания языка .

– А я смогу носить своё платье возле замка? А то в тех, которые мне выдали, можно ходить только по ровному полу. В лесу я их запачкаю, а платьев только два, остальные не смогу надеть из-за завязок на спине.

– Носи, но старайся никому в нём не показываться. В этом мире оно просто неприличное. А с платьями с задней шнуровкой тебе поможет Лая. Когда научишься языку, возьмём в деревне служанку.

– Я хотела спросить… – нерешительно сказала Ира. – Вам было очень трудно сходить в наш мир?

– Тебе нужно что-то забрать? – догадалась Райна. – Что именно?

– Платья вы дали, но у меня нет обуви. Эти туфли почти сношены, а на то, что носит Лая, страшно смотреть. Я случайно увидела, когда она повернулась. Это не туфли, а какие-то сундуки. И ещё у меня нет сменного белья. Я спешила и не подумала взять. Да и не осталось у меня дома ничего приличного. И ещё хочу купить книги.

– С обувью тяжело, – призналась Райна. – Кожа не материя, её долго не сохранишь даже с помощью магии. Деревенские делают очень грубую обувь, а ехать за ней в город далеко, и не хочется о себе напоминать. К тому же ты не знаешь языка. А запасные нижние рубашки сестры должны где-то храниться, я поищу. У тебя есть деньги на покупки, или подойдут наши?

– Денег у меня нет и на ваши у нас ничего не купишь. Но я знаю, где живёт один человек, который может хорошо заплатить за редкую монету. У него дома большая коллекция разных монет, есть даже золотые. Я познакомилась с ним, когда отец ходил по какому-то вопросу и взял с собой.

– И какие монеты ему нужны?

– Чем древней монеты, тем дороже они ценятся, а таких, как ваши, у нас нет. Нам нужно только получить деньги и сделать покупки, а потом вернёмся, а он пусть ломает голову над тем, откуда они взялись.

– Он сумасшедший?

– Он коллекционер. По-моему, они все немного чокнутые. Так что насчёт этих врат? Их трудно делать?

– В первый раз было трудно. Пройти второй раз по образу намного легче.

– Ой! А нашу квартиру, наверное, опечатали! И замок пришлось ломать: я же оставила дверь запертой! Если мы в неё попадём, то наружу не выйдем: замок наверняка уже поменяли.

– Дверь не помешает, – успокоила Райна. – Неужели ты думаешь, что деревяшка задержит мастера, который шагает через миры? Ладно, я подумаю, что и как лучше сделать, а ты пока походи по замку, только не лезь к разрушенным башням. На голову уже ничего не упадёт, но можешь поломать ноги. А я пока пойду готовить напоминалку. Язык для тебя важнее остального. Прежде чем заниматься магией, ты должна хоть как-то научиться общаться. И отвар сварю, он тебе сильно поможет.

«Куплю кеды, – подумала Ира, зацепившись каблуком за неровность пола. – Каблуки маленькие, а ходить всё равно неудобно. А в лесу ещё хуже. Куплю даже две пары, если хватит денег. Надо спросить у Райны, какие здесь зимы. Только как разговаривать, если не можешь оценить температуру? Ой, обязательно нужно забрать папины часы!»

Когда началась продажа вещей, Ира спрятала наручные часы отца, чтобы их не постигла печальная участь быть проданными за бесценок. При уходе она в спешке о них забыла, а сейчас вдруг вспомнила.

Девочка бродила по замку часа два. Нашла полностью обвалившуюся часть и незапертый вход в подвал, но и не подумала к нему приближаться. Она верила старухе. Если та сказала, что это опасно, значит, так и есть и глупо собой рисковать. Из окон можно было, не выходя наружу, хорошо осмотреть окрестности замка. Он был окружён не очень густым смешанным лесом, вырубленным только возле самых стен. Никакого рва не было, как и крепостных стен, хотя сама стена замка толщиной с метр вполне могла сойти за крепостную. Внезапно Ира почувствовала, что хозяйка хочет её видеть, и поспешила на зов.

– Долго идёшь! – недовольно сказала Райна, увидев спешащую Иру. – И платье могла надеть своё: в нём сподручней лазить по камням, а Лая как-нибудь переживёт твои коленки. Когда идёшь в таком наряде, особенно если спешишь, обязательно придерживай руками подол, а то так недолго и грохнуться. Эти полы клали криворукие работники, или они покоробились за прошедшие века.

– Я спешила, а на каблуках здесь не побегаешь. О платье не подумала, но ходила осторожно и вроде ничего не запачкала.

– Держи напоминалку, – не слушая оправданий, сказала Райна, передавая небольшой стеклянный шарик молочно-белого цвета, по размерам в два раза больше теннисного. – В ней сотня самых употребительных слов. Чтобы услышать, нужно слабо сжать шар в руке. Когда слово уже выучено и хочешь перейти к другому, опять сожми, но на этот раз посильнее. Понятно? Попробуй при мне.

Ира попробовала работать с шаром по указаниям наставницы, и всё получилось. Шар голосом Райны называл местное слово и тут же давал его перевод. Сильное нажатие меняло слово на следующее.

– А как вернуться к слову? – спросила она, наигравшись с шаром.

– Никак. Слово повторится, когда ты полностью прослушаешь все остальные, поэтому будь внимательна и меняй, когда уверенна в том, что запомнила. Потом можно повторить. А теперь пей отвар. На вкус он не очень приятный, но память должен усилить.

Говорить о том, что коричневая гадость не очень приятная, мог только тот, кто ни разу её не пил. Отвар был попросту отвратительным, но девочка стойко допила и вернула Райне кубок.

– И когда это должно подействовать? – едва сдерживаясь, чтобы не выплеснуть выпитое вместе с завтраком, спросила Ира. – Долго ждать?

– На людей этого мира действует через половину свечи, – ответила Райна, – а как подействует на тебя, посмотришь сама.

– А что это за мера? Так измеряют время?

– Обыкновенная мера, – пожала плечами наставница. – В любом храме можно купить свечи. За сутки таких свечей сгорит два десятка, если жечь их одну за другой. Так время и меряют, если в этом есть нужда. Отсчёт ведётся либо от восхода солнца, либо от его заката.

«Значит, свеча горит чуть больше часа, – сообразила девочка, – при условии, что сутки здесь не сильно отличаются от наших. Ну что же, подождём с час и посмотрим, не зря ли я пила эту гадость. Ой, а она ведь слышит мои мысли!»

– Конечно, слышу! – посмеиваясь, сказала Райна. – Но я не в обиде, вкус у этого напитка действительно неважный.

– Ой!

– Что «ой»? Что ты чувствуешь?

– Странное ощущение, – прислушиваясь к себе, сказала Ира. – Как будто прозрачная голова, а мысли прямо летают. Пойду учить слова. Интересно, что получится.

Глава 3

Слова запоминались легко, и на каждое уходило не больше двух минут, но Ира тратила в два раза больше времени, чтобы уж выучить наверняка. У неё был горький опыт изучения английского, когда вроде бы заученные слова на следующий день вспоминаются через одно. К обеду она успела выучить их три десятка, чем и похвасталась Райне:

– Завтра я буду знать первую сотню, а дней через десять уже смогу хоть как-то общаться и можно заняться магией.

– Тебе не терпится? – с улыбкой спросила хозяйка.

– Интересно, – призналась девочка, – и немного страшно, в основном из-за тварей.

– На день придётся отставить язык. Сегодня ночью мы идём в твой мир, а завтра отоспишься.

– А почему ночью?

– Подумай сама, прежде чем задавать глупые вопросы. Моя ученица должна уметь соображать головой, а не всецело полагаться на наставника.

– Извините, – сказала Ира, которой стало стыдно за справедливый упрёк. – Я как-то не подумала о разнице во времени.

– Ты испытываешь неудобство из-за того, что не знаешь, как ко мне обращаться. У вас женщину моего возраста молодые не называют по имени, а ваших отчеств здесь нет. Можешь называть меня госпожа Райна. Я чувствую, что тебе что-то неприятно в этом обращении.

– Слово «госпожа». У нас последние господа были пятьдесят лет назад. Потом начали строить бесклассовое общество, все стали равны, а само слово вызывает неприятное чувство.

– Все люди не могут быть равными по способностям и положению, – возразила Райна. – И у вас тоже должны быть те, кто управляет, и все остальные. Ты просто не видишь этого из-за молодости и отсутствия опыта. А сказать можно всё. Да и ты теперь не там, а здесь слово «господин» только подчёркивает привилегированное положение человека. Если ты меня так называешь, это не говорит о том, что я твоя хозяйка, ты сама теперь дворянка и госпожа Рина. Так к тебе и будут обращаться, поэтому привыкай заранее. Можешь называть меня словом «мастер». Это обычное обращение ученика к наставнику. Всё, пошли обедать.

– Вы чем-то недовольны, мастер? – робко спросила Ира идущую рядом хмурую Райну, заодно попробовав новое обращение. – Это из-за меня?

– Отчасти из-за тебя, отчасти из-за того, что я не знаю, какую одежду надеть в твой мир. Я ничего не найду, если там все носят такие короткие платья.

– У матери остались два платья, а вы с ней одного роста. Они свободные, так что должны подойти. А что не так со мной?

– Мне не понравилось то, как быстро и сильно на тебя подействовал мой отвар. Сейчас в этом для тебя одна польза, но если и остальные зелья будут действовать так же, мне нужно быть очень осторожной. Да и наши яды могут оказаться для тебя ещё губительнее. Ладно, не бери в голову, я это потом проверю.

На этот раз Ира попробовала и фрукты, которые, несмотря на свой необычный вид, по вкусу не отличались от яблок.

– Когда поедим, сходим с тобой в подвал, – предупредила Райна. – Посмотришь монеты. Ты лучше меня знаешь, что нужно, значит, тебе и выбирать.

Подвал представлял собой путаницу коридоров с дверями в помещения. Ира видела даже двери с забранными решётками окошками.

– Тюремные камеры, – объяснила Райна. – Кое-где можно встретить останки узников. Всё это от прежних, мы почти не пользуемся подвалом. А вот и наше золото. Не забегай вперёд, сейчас я обезврежу проход.

Райна первой вошла в небольшое помещение, в котором стояли три сундука. Ира поспешила за ней, чтобы не задерживаться одной в тёмном коридоре. Хозяйка положила в нишу в стене шар с радужными демонами, которые освещали им дорогу, и откинула крышку одного из сундуков.

– Здесь монеты, которые я нашла в тайнике под разрушенной башней, – сказала она. – Они очень древние. Сколько уже прошло времени, как погибли хозяева замка, а они, скорее всего, не знали об этом золоте. Во всяком случае, эти монеты сильно отличаются от тех, которыми пользовались сами прежние. Выбирай, что нравится, и бери с запасом.

– Здесь одно золото, – растеряно сказала Ира, вытаскивая из сундука жменю монет, которые ощутимо давили на ладонь.

– А чем плохо золото? – не поняла Райна. – Твой знакомый его не возьмёт?

– Оно слишком дорого для меня, – объяснила Ира. – У нас девчонки не таскают в кармане золото. Даже антикварные серебряные монеты могут вызвать вопросы. И у него может не оказаться денег на такую покупку.

– Подбирай подходящие монеты, а, если заартачится, разговаривать буду я. Серебро тоже можем взять. Оно отложено для расчёта с крестьянами.

– А как вы будете с ним разговаривать без знания языка? Мысленно? Так это вызовет ещё больше вопросов.

– Ты забываешь, что имеешь дело с магом, – пожала плечами Райна. – Никто из тех, с кем я буду общаться, не заметит, что я молчу. Управление людьми – это одна из основных способностей магов. Именно поэтому нас многие не любят.

– Тогда почему вы не удержали своих слуг, вместо того чтобы топить?

– Легко что-то внушить человеку на короткое время, – объяснила Райна, – а вот на длительное это сделать труднее. А если внушение противоречит желаниям самого человека, оно разрушится ещё быстрее. Мне нужно было регулярно обновлять заклинание, пока они не сойдут с ума из-за внутреннего разлада или потеряют интерес к жизни. Поэтому маги стараются не управлять людьми долго. Вот расположить к себе человека на непродолжительное время, отвести ему глаза или заставить во что-то поверить – это можно. Так ты выбрала?

– Да, – ответила девочка, – только они отливаются красным.

– Это из-за освещения, наверху будут жёлтые. Если всё, тогда пойдём. Нужно посмотреть серебро.

В своей спальне Райна открыла стоявший на столе у окна ларец и высыпала на стол десятка два монет.

– Посмотри, здесь есть что-нибудь подходящее?

– Вот эти подойдут, – Ира отобрала пять наиболее потёртых монет. – Они и отчеканены по-разному, нет ни одной одинаковой.

– Серебро многие чеканят, это разрешается, главное, чтобы не жульничали с весом. Вот право на чеканку золотых монет имеет только королевское казначейство. Держи этот кошель, сложишь в него монеты, чтобы не растерять. Чем думаешь заняться?

– Переоденусь и погуляю вокруг замка, а заодно поучу слова.

– Неплохо, – одобрила Райна, – только я советую долго не гулять, а лучше немного поспать, чтобы ты не была сонной.

– Попробую. Я с трудом засыпаю днём, а сейчас ещё выспалась на день вперёд.

Ира пришла в свои комнаты и переоделась в короткое платье. Стараясь не терять время, бегом направилась к ближайшему выходу из замка.

«Да, в такой обуви только ходить по лесу, – подумала девочка, очищая туфли от набившихся в них сосновых иголок и мха. – Какая учёба, если нужно всё время чистить ноги? Ой, гриб!»

В трёх шагах от неё рос самый настоящий подосиновик. Ира до умопомрачения любила собирать грибы и в этом пошла в отца. Она в первый раз выехала за грибами вместе с родителями, когда на заводе, где работал папа, выделили для своих грибников два автобуса. Они набрали два ведра маслят и потом дома до самой ночи счищали со шляпок тонкую липкую плёнку. В тот год солёные маслята всю зиму не сходили с их стола.

«А может, он ядовит? – мелькнула мысль. – Нужно показать Райне. Мясо каждый день, да ещё на обед и на ужин, быстро надоест».

Ножа с собой не было, и она оторвала гриб от грибницы.

Райны не было в её покоях, и Ире пришлось побегать по замку, пока она не нашла наставницу в лаборатории, где та готовила какой-то отвар.

– Мастер! – ворвалась она в лабораторию. – Этот гриб не ядовит?

– Потише носись, – выговорила ей Райна. – И орать можно не так громко: я чуть не оглохла. А если бы не слышала твои мысли ещё раньше воплей, могла бы вообще остаться заикой. Зачем тебе эта гадость?

– Почему гадость? – обиделась Ира. – Отличный гриб! Если пожарить и есть с кашей, будет очень вкусно! А ещё их солят и маринуют. Разве у вас их не едят?

– Не помню, чтобы дома хоть раз готовили. Когда появятся деревенские, я их спрошу. Положи на стол и иди отдыхать, а я проверю на яды. Много запомнила слов?

– Я ещё не учила, – смутилась девочка. – Как увидела гриб, так обо всём забыла. Сейчас поучусь и лягу.

Поучиться получилось, а вот заснуть – нет.

– Надо было сказать мне, – проворчала за ужином Райна. – Я тебя усыпила бы. А теперь будешь ходить сонная и хлопать глазами.

– Давайте не будем ждать ночи, а отправимся сейчас, – предложила Ира. – У нас должно быть раннее утро. В гости или за покупками рано, но я хочу посмотреть, что можно забрать из квартиры, да и вам нужно примерить одежду матери. А потом ещё дверь…

– Можно и сейчас, – согласилась Райна. – Если поела, беги переодеваться в своё, и пойдём в башню.

Переход в квартиру занял минуту и ничем не отличался от того, что Ира уже однажды видела.

– В первый раз я пришла сюда по следу крови, – сказала Райна, выходя из кухни в гостиную, – а сейчас шли по образу, а это намного легче. Собирай то, что хотела. Хоть здесь и раннее утро, но не будем зря терять время. Где платья твоей матери?

– Сейчас достану! – девочка открыла почти пустой одёжный шкаф и сняла с плечиков платье. – Вот оно. Второго почему-то нет на месте. Когда оденетесь, я застегну сзади молнию. А в этом зеркале можно посмотреть, как оно на вас сидит.

– Зеркало я тоже заберу, – задумчиво сказала Райна, рассматривая своё отражение в большом, почти в полный рост зеркале. – У нас нет таких больших и чистых. Помоги мне переодеться, вещами займёмся потом.

Совместными усилиями поменяли платье, а заодно и нижнюю рубашку, которая у Райны была слишком велика и не влезала под платье матери.

– Какой срам! – высказалась старушка, оглядывая свои наполовину голые ноги. – Как можно ходить в таком виде?

– Это длинное платье, – успокоила Ира. – Когда выйдем на улицу, вы увидите намного короче. Есть платья на две ладони выше колен. К такому давно привыкли, а на вас неплохо смотрится.

– Ты думаешь? – Райна покрутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. – Ладно, на какие только жертвы не приходится идти ради дела. Тебе помочь с вещами?

– Нет, я сама. – Ира не уходила, с сомнением глядя на обувь наставницы. – Мне кажется, что ваши ботинки не подходят под это платье. Они слишком большие и грубые. У матери есть туфли, которые ей малы. Она почему-то до сих пор их не продала. Давайте попробуем примерить.

Туфли подошли почти идеально. Они были немного широки, но хорошо держались на ноге и весили раза в три меньше прежних.

– Вот теперь хорошо! – обрадовалась девочка. – Если бы сколоть волосы узлом на затылке, никто вообще не обратил бы внимания. Но я не умею так делать.

– А чем плоха моя причёска?

– Такие у нас носят только молодые. Ладно, это уже не очень важно. Вы отдохните, мастер, а я пока соберу всё, что хотела.

Понимая, что уже вряд ли когда-нибудь вернётся из того мира в эту квартиру, и уже зная, что может пригодиться в новом мире, Ира обошла комнаты и кухню, складывая всё, по её мнению, полезное в две большие хозяйственные сумки. С кухни в них попали жалкие остатки посуды, тёрка, мясорубка и спички, из ванной – зубная щётка, три банки зубного порошка и несколько кусков хозяйственного мыла, а из своей комнаты она забрала оставшееся бельё, махровую простыню и припрятанные часы. Немного подумав, добавила коробку цветных карандашей, пачку бритвенных лезвий и все общие тетради, которые были в столе.

– Как у вас с бумагой? – спросила она у наставницы.

– Очень дорогая, – ответила Райна, – а в замке её уже давно нет. За ней нужно посылать в город, а кого я пошлю?

– Если продадим монеты, купим тетрадей. У нас бумага очень дешёвая.

В большой комнате она не нашла вообще ничего полезного и только забрала и уложила вместе с сумками снятые вещи Райны.

– Может, придётся уходить быстро, так что пусть лежат вместе, – сказала она наставнице. – Я положу вещи в низ одёжного шкафа на случай, если сюда кто-нибудь зайдёт. Давайте ещё берет, он вам сейчас не нужен. Я готова. Осталась одна прихожая, но я и так знаю, что там ничего нет. Вот запасной ключ от двери. Можно попробовать, вдруг замок не меняли.

Они вышли в прихожую, где Ира открыла замок. Прислушавшись и не услышав шагов или разговора, она отворила дверь, сорвав при этом закреплённый снаружи лист бумаги с чётким оттиском печати.

– И что теперь делать? – спросила она, чуть не плача. – Первый же, кто увидит, позвонит в милицию, и мы уже не сможем сюда прийти. Забирать вещи и таскаться по городу с мясорубкой?

– Закрывай замок и ни о чём не беспокойся! – приказала Райна. – Я сделаю так, что до вечера никто ничего не увидит.

Она приложила ладонь к порванной бумаге и та сразу же соединилась в месте разрыва в одно целое.

– Пошли быстрее! – заторопилась Ира. – Нельзя, чтобы меня здесь видели соседи. Если квартиру опечатали, то меня наверняка ищет милиция.

– А я здесь для чего? – сказала Райна. – Никто тебя не увидит, но поспешить не помешает.

Девочка ожидала, что город ошеломит Райну, но она невозмутимо шла по проспекту, заполненному тысячами машин и толпами пешеходов.

– Лучше проехать автобусом, но у нас нет денег, – виновато сказала Ира. – Придётся идти пешком. Это не очень далеко – только две остановки. Как вам город?

– Много людей, много повозок, много шума и вони, – высказалась Райна. – Я и раньше не любила многолюдства, а за время жизни в замке отвыкла от людей. Твой знакомый будет дома?

– Он инвалид и, по словам отца, редко покидает квартиру.

На звонок им открыла молодая привлекательная женщина лет тридцати.

– Вы к кому? – спросила она Райну.

– Извините, – сказала Ира, – Иван Никифорович дома? Мы пришли по поводу его коллекции.

Женщина смерила Иру взглядом и посторонилась, пропуская их в просторную прихожую.

– Подождите минуту, – сказала она на этот раз обеим. – Я предупрежу отца.

Вернулась она почти сразу и пригласила гостей следовать за собой. Хозяин принял их в кабинете и сразу же узнал Иру.

– Вы дочка Игоря Волкова, – сказал он. – Имя, кажется, Ирина? А вашу спутницу я вижу впервые. Чем могу быть вам полезен? И почему вы, Ира, пришли ко мне без отца?

– Отец погиб год назад, – сделав над собой усилие, почти спокойно ответила Ира, – а мы с моей бабушкой к вам по делу, связанному с вашей коллекцией. Мы хотим продать старинные монеты.

– А почему говорите вы, а не ваша бабушка?

– Она немая, но прекрасно вас понимает и может показать согласие кивком. И она полностью доверяет мне в этом деле.

– Покажите монеты.

Он долго рассматривал золотые и серебряные монеты с увеличительным стеклом, потом оставил их на столе, повернулся к гостьям и спросил, как к ним попало это богатство.

– Моя бабушка нашла их на чердаке своего дома, – начала врать Ира. – Хотела продать золото, а ей посоветовали обратиться к настоящему коллекционеру. Сказали, что так она выручит больше, чем просто продав металл по весу. Наверное, монеты остались от её мужа, который умер пять лет назад.

– Врёшь и не краснеешь, – посмотрел ей в лицо Иван Никифорович. – В любом другом случае я попросил бы вас обеих покинуть мою квартиру. Если принесённые вами монеты не подделка, они стоят огромных денег. У меня их нет и никогда не будет. Но вот то, что вы принесли… Я никогда не видел ничего подобного. На подделку не похоже, да и какой смысл в такой мистификации?

– Иван Никифорович! – Ира подняла глаза и тоже посмотрела ему в лицо. – Чем угодно могу поклясться, что монеты подлинные. Я в отчаянном положении и нуждаюсь в деньгах. Сами монеты не имеют для меня никакой ценности. Я готова продать их за те деньги, которые вы дадите сами. Надеюсь, что мне их хватит.

Несколько мгновений девочке казалось, что коллекционер выставит их вон, но он лишь тяжело вздохнул, выдвинул ящик стола и достал из него обычный почтовый конверт, который протянул Ире.

– Здесь всё, что у меня отложено на пополнение коллекции, – сказал он. – Всего двести сорок рублей. Не знаю, хватит их тебе или нет, но больше дать не могу.

– Я не рассчитывала получить такие деньги, – обрадованно сказала Ира, когда они очутились на улице. – Мне показалось, что он хочет нас вытурить. Спасибо, что вмешались.

– Я на него не влияла, – покачала головой Райна. – Он почти не сомневался в подлинности монет, но ничем не рисковал. Свои деньги в любом случае вернул бы, просто продав золото. Его так захватила загадка наших монет, что решил забыть об осторожности. Он очень увлечён этим делом, хотя я такого не понимаю.

– Коллекционеры все такие. Хорошо, что деньги десятками, сотню мне не разменяли бы. Могли бы позвать милицию.

– Почему?

– У детей не должно быть таких денег, – объяснила Ира. – Это не очень большая зарплата работника за тридцать дней. Могли подумать, что деньги украдены.

– Странное у вас общество, – высказалась Райна о социализме. – Давай покупать всё, что нужно. Чем быстрее вернёмся, тем лучше отдохнём. Кроме того, сама говорила, что в квартиру могут прийти.

– Да-да, – заторопилась Ира. – Вот, кстати, «Спорттовары», с них и начнём.

Она купила себе две пары кедов, одна из которых была на вырост, две пары хэбэшных трико и три наручных компаса. Потом был обувной магазин, где купили две пары туфель на Иру и одну – на Райну. Вторую пару девочка опять брала на размер больше. Добавив к покупкам нижнее бельё, две рубашки и кучу полезной мелочёвки, она решила, что больше не сможет унести, но по пути домой не удержалась и купила два будильника и резиновые сапоги, а почти у самого дома в магазине канцтоваров взяли толстую кипу тетрадей, авторучку и чернила. Нести это пришлось уже самой Райне.

– Столько всего хочется и деньги есть, а взять не получается, – сокрушалась Ира. – Я и это с трудом допру до дома.

– Ничего страшного, – успокоила её сама нёсшая тяжёлую сумку Райна. – На первое время у тебя всё есть, а позже можно сходить ещё раз. Деньги есть, поэтому будет проще обернуться.

Когда заходили в подъезд, на лавочках сидели старушки, но ни одна из них не обратила на Иру внимания. Они поднялись на свой третий этаж и с облегчением сложили сумки с покупками на пол. После того как Райна сказала, что в квартире никого нет, девочка открыла дверь, уже не заботясь о сохранности наклеенной бумаги. Дверь заперли изнутри и сложили сумки и узлы на кухне. Туда же Райна с трудом принесла снятое зеркало. В последний момент Ира вспомнила про коробку, в которой у матери хранились иголки разных размеров и катушки с нитками, и добавила её к куче барахла.

– Ничего не забыла? – спросила Райна. – Тогда я открываю врата, а ты кидай в них всё, что купили. Посуду хорошо замотала? Значит, не должна побиться. Последним занесём зеркало. Только не споткнись на стыках плит, а то будешь сама убирать стекло.

Эвакуация прошла успешно, и обе путешественницы, оставив вещи в башне, поспешили в свои комнаты досыпать остаток ночи. Проснулась Ира позже обычного и, встав с кровати, обнаружила свои вещи на полу в гостиной. Наверняка их принёс Гарт. Раскладывание по сундукам пришлось отложить на потом, потому что Райна почувствовала, что ученица уже проснулась, и погнала её на завтрак.

– Мастер, вы разобрались с моим грибом? – спросила Ира, увидев, что Райна закончила завтрак. – Или принести другой?

– Разобралась, – отозвалась наставница. – Не знаю, есть ли в нём что-нибудь полезное, но вредного точно нет.

– Тогда я совмещу изучение языка и сбор грибов. А потом мы их пожарим и добавим в кашу или съедим просто так. Чужие здесь не ходят, так что грибов должно быть много.

– Смотри, не уходи далеко от замка! Если тебя кто-нибудь увидит в твоём платье, могут быть неприятности. А то ещё и заблудишься.

– Не беспокойтесь, мастер, я надену спортивный костюм и возьму с собой компас, так что буду в штанах и не заблужусь. Да и не собираюсь я уходить далеко от замка.

Первый же поход в трико оказался последним. В лесу росла трава с семенами, которые мёртвой хваткой цеплялись за штаны, и на то, чтобы их очистить, у Иры ушло больше часа. Собранные подосиновики были пожарены Лаей и с удовольствием съедены.

– Очень недурно! – сделала вывод Райна. – Странно, что их не готовили у нас дома. Собирай и дальше, мясо действительно надоело.

Разобрав вещи, девочка взяла в руки часы отца и задумалась. Как определить время и сколько часов может быть в здешних сутках? Результатом этих раздумий стали примитивные солнечные часы, состоявшие из ровной палки, которую Ира прочно вогнала в мягкую лесную почву. Определив момент, когда тень от палки была самой короткой, она отметила это положение камнем и перевела стрелки часов на двенадцать. На следующий день при том же положении тени часы ушли вперёд на двадцать минут.

«Ну и ладно, – подумала Ира, заводя оба будильника и выставляя их по наручным часам. – Буду каждые три дня переводить стрелки на час назад. Зато теперь буду знать время».

Она отдала Райне один из будильников и научила им пользоваться. Та восприняла новшество без энтузиазма.

– Не вижу от них большой пользы, – сказала она расстроенной таким отношением к подарку девочке. – Я всю жизнь оценивала время на глаз, а если жить по твоим часам, их нужно покупать и слугам. Но пусть стоят, мне не мешает их тиканье. Только сама будешь заводить и переводить стрелки.

«Как говорил папа? – думала Ира, возвращаясь от наставницы. – Ага, инициатива наказуема исполнением. Как раз про меня. Дикие они здесь. Ничего, у меня руки не отвалятся, зато теперь можно планировать время».

Благодаря рвотному зелью, которое ежедневно варила Райна, девочка легко запоминала свои сто слов в день. Она попросила хозяйку готовить отвар пораньше, чтобы принимать его натощак. Так было легче пить, и не пропадёт завтрак, если не получится удержать в себе выпитое. Недавно прошли дожди, поэтому грибов было много, и Ира каждый день после завтрака отправлялась в лес. Руки были заняты корзиной и складным ножом, поэтому она с благодарностью взяла принесённый служанкой поясок с двумя кармашками. В один отправилась напоминалка, а в другой – компас и папины часы, которые были велики для ношения на руке. Сегодняшний день был третьим после их возвращения с покупками. Ира позавтракала, поменяла платье и в приподнятом настроении пошла в лес. Она уже знала, где возле замка больше всего грибов, и первым делом обходила эти места. Обычно грибов было много, и за какой-то час корзина набиралась с верхом, но на этот раз ей не повезло. Обобрав одну поляну, Ира пошла на другое место и не нашла там ни одного гриба. То же было и в следующем месте по её маршруту. Недоумевая, кто мог собрать её грибы, девочка выбежала на поляну и чуть не вляпалась в большую, ещё дымящуюся вонючим паром кучу навоза. Шагах в пятидесяти жрал грибы тот, кто её наложил.

– Ах ты скотина! – закричала Ира на здоровенного лося, который поначалу никак не отреагировал на её появление. – Пошёл прочь!

Лось поморщился от громких звуков, съел ещё один подосиновик, укоризненно посмотрел на жадину и пошёл, куда послали. На этой поляне удалось сорвать с десяток грибов, но корзина не наполнилась даже наполовину. Решив поискать грибы дальше от замка, она вынула компас, определилась с направлением и пошла в сторону от поляны, на ходу зубря слова. Выбранное направление оказалось неудачным: грибов почти не было. Расстроенная девочка решила вернуться, но, видимо, ушла в сторону, так как вскоре попала в густой ельник, которого раньше не видела. Пройдя ещё немного, Ира остановилась как вкопанная: впереди, перегораживая ей дорогу, стоял крупный волк и скалил зубы. Она испуганно попятилась и чуть не упала на спину, зацепившись ногой за выступавший из земли корень. Волк зарычал и двинулся к ней.

«Они же не нападают летом, – думала Ира, борясь с навалившимся страхом. – Где же взять палку? Стоит повернуться, и он точно прыгнет! Вот что стоило взять нож побольше?»

За спиной волка в кустах раздались тявканье и скулёж.

«Господи! – похолодела девочка. – Да это же волчица! А там у неё волчата! Она порвёт меня просто так, на всякий случай. Даже собаки со щенками часто бывают бешеными, а тут волки!»

Наступив ногой на лежавший сук, она присела и схватила его в руки, бросив на землю корзину с грибами и свой ножик. Выставив перед собой кривую, но длинную и прочную на вид палку, она продолжала пятиться назад, осторожно ставя ноги, чтобы, не дай бог, не грохнуться. Волчица, не переставая рычать, следовала по пятам. Когда лес стал редеть и потянуло дымом, она повернулась и скрылась в подлеске.

«Куда же меня занесло? – подумала девочка, с облегчением опустив палку. – Деревьев почти нет, повсюду торчат пни, и пахнет дымом. Наверное, вышла к деревне. И как теперь добраться до замка? Деревенские должны знать, и я смогу объясниться, но как там появиться в моём платье?»

Глава 4

Ира достала компас и дождалась, когда успокоится стрелка. Замок находился на юге, а дымом тянуло с севера. И как его искать? Единственная уцелевшая башня была высотой метров двадцать, многие деревья и то выше. Можно пройти в ста шагах и ничего не заметить, а она не Чингачгук и изучила лишь небольшой кусочек леса с восточной стороны замка. Крестьяне часто возят Лае продукты и должны были за полвека вытоптать хорошую тропинку, вот только начинаться она должна где-то у деревни. Или это не та деревня? Райна говорила, что их здесь три. Хочешь не хочешь, а придётся выйти к людям. Хозяйку замка здесь уважают и побаиваются, так что, может быть, и ей не сделают ничего плохого. Ира очистила подол платья от колючек и двинулась к невысокому холму, из-за которого ветер приносил запах дыма. У его подножья девочка увидела узкую тропинку и пошла по ней. Огибая холм, она лицом к лицу столкнулась с невысоким полноватым мужчиной лет пятидесяти, одетым в штаны и рубаху из грубой ткани, похожей на виденную в родном мире мешковину. Он удивлённо уставился на Иру, уделив особое внимание коленкам. Посмотрев ему в глаза, Ира почувствовала страх и чуть было не бросилась прочь. Остановило понимание того, что взрослый мужчина легко догонит.

– Я дорога дом где не знать помощь, – начала она подбирать из известных слов просьбу о помощи.

Не дослушав, мужчина быстро шагнул вперёд, схватил Иру и, повалив на землю, навалился сверху. Дикий страх заставил рвануться изо всех сил, но она не смогла даже шевельнуться. Попытка закричать тоже провалилась: насильник накрыл её рот своим и зачем-то засунул в него язык. Сильные руки задрали платье и сорвали трусы, порвав их надвое. В низ живота что-то ударило, вызвав сильную боль, а потом эти удары повторялись раз за разом, пока всё не закончилось и её не отпустили. Слёзы застилали глаза, а когда Ира вытерла их рукавом, довольный мужик уже натянул штаны, развернулся и пошёл в том направлении, откуда появился. Она стянула то, что осталось от трусов, и побежала прочь от холма в лес. Слёзы лились не переставая, а тело била дрожь омерзения. Вспомнив чужой слюнявый язык у себя во рту, Ира остановилась и согнулась в рвотных спазмах. Оставив на мху свой завтрак, она побежала дальше, не думая о том, куда бежит, лишь бы оказаться подальше отсюда.

«И это то, о чём мы тайком мечтали с Веркой?! Боже, какая мерзость!» – мелькнула первая связная мысль, когда она наконец остановилась: сил бежать больше не было.

Опустившись на мягкий мох, Ира сжалась в комок, обхватила руками колени и опять зарыдала. Такой её и нашла Райна вместе с Гартом. Не дожидаясь приказа, старик взял девочку на руки и отнёс в замок, который, оказывается, был совсем близко. Иру внесли не в её комнату, а в лабораторию Райны и усадили на стул.

– Уйди! – приказала хозяйка слуге, после чего обратилась к ученице: – Я тебя предупреждала? Стоили твои грибы такого? Впрочем, сейчас с тобой говорить бесполезно. Снимай платье, буду тебя чистить. Понести ребёнка у тебя не получится, но это не повод, чтобы оставлять в себе всякую дрянь. А потом займёмся твоим женишком! Всё забыли и обнаглели? Ну так я им напомню! Что сидишь? Эх, придётся и это за тебя делать. Вот послали боги ученицу! Ну взял силой мерзавец, так отчего так убиваться-то? Поверь, он пожалеет о том, что родился.

Ира не слушала, что ей говорит старуха. К слабости добавилось безразличие и сильно захотелось спать.

– Не спи! – Райна приподняла её голову и поднесла ко рту кубок. – Выпей, это поможет.

Выпитый отвар был неприятным на вкус и пощипывал язык, но почти сразу оказал волшебное действие. Ушло безразличие, но ему на смену не вернулись терзающие её до того боль и отчаяние, наоборот, возникло и окрепло желание увидеть, что задумала наставница, а вместе с ним прибавились силы.

– Сможешь идти? – спросила Райна, складывая в сумку какие-то камни. – Нужно добраться до башни.

– Дойду. – Собственный голос показался ей чужим, низким и хриплым.

Когда вошли в башню, Райна закрыла дверь изнутри на засов и спичками разожгла закреплённые на стенах факелы. Ещё не стемнело, но окна в башню были заложены камнями.

– Здесь нельзя использовать радужных демонов, – объяснила она Ире, хотя та ничего у неё не спрашивала. – При проведении ритуала призыва они освободятся и удерут.

В свете факелов на полу башни стала видна сложная многоугольная фигура, выложенная вмурованными в пол камнями.

– Прислонись к стене, – посоветовала Райна, – будет легче. Стульев у меня здесь нет. Как-то не тянет оставаться в этом месте надолго. Ничего, я сделаю быстро. Сейчас выложу камни Сорга, и можно проводить ритуал. Представь лицо своего обидчика! Эк тебе не повезло! Надо же было нарваться на мельника. Это тот ещё жеребец. Свою жену загнал в могилу, а теперь, как приспичит, идёт валять деревенских девчонок. А те и рады: какая-никакая, а денежка, да и любительниц этого дела среди них хватает. Не веришь? Ну и зря. Это ты оказалась не готова, да ещё завела его своими ногами. Вот всё так и получилось. А он и рад, что не пришлось переться в деревню и платить. Если поймал бы тебя возле мельницы, дал бы ещё попользоваться сыну. Привыкай к тому, что во всех мирах правит сила. И ваш в этом не исключение, что бы тебе там ни говорили. Поэтому тебе нужно стать сильной. Тогда мерзавцы станут перед тобой пресмыкаться, как они пресмыкаются предо мной. Знал бы мельник, что ты моя ученица и благородная дама, никогда такого не совершил бы, наоборот, на руках донёс бы до замка. Но нам его незнание без разницы, а за твою боль он сейчас получит сполна.

Говоря это, Райна быстро вытаскивала из сумки и выкладывала в вершины фигуры принесённые камни. Закончив с этим делом, она поспешно отошла к стене и начала ритуал. Старушка не танцевала, не пела заунывным голосом заклинания и не жгла свечей, а просто молча стояла, закрыв глаза. Сначала призрачным голубым огнём загорелись сами камни, а потом этот огонь начал быстро растекаться по линиям фигуры до тех пор, пока на полу башни не засветился весь рисунок.

– Пора! – сказала Райна, открывая глаза. – Приди!

До крика наставницы в башне не было никого, кроме них двоих, сейчас же в центре фигуры появилась огромная ящерица. Она вся была покрыта блестящей чешуёй, отсвечивавшей багровым светом догорающих факелов. Чудовище внимательно осмотрело фигуру, присело по-собачьи на задние лапы и вопросительно посмотрело на Райну. Ира не слышала, о чём наставница говорила со Страшилой, как она окрестила про себя чудовище, но, когда они закончили, тварь утвердительно кивнула и посмотрела на девочку, как той показалось, с сочувствием.

– Выведи его из фигуры! – приказала Райна. – Не бойся, он не тронет.

Девочка на ватных ногах приблизилась к голове Страшилы, которая возвышалась над полом на высоте её роста. Ящер наклонил голову набок и усмехнулся, показав треугольные зубы размером с кухонный нож. Ира посмотрела в его большие зелёные глаза с вертикальным зрачком и уже не отводила от них взгляд. Ушёл страх и появилась уверенность, что перед ней друг. Неожиданно для самой себя она решительно вступила в фигуру и ласково провела рукой по гладкой тёплой чешуе на шее ящера. Из полуоткрытой пасти выскочил длинный розовый язык, который лизнул волосы девочки. Выйдя за пределы фигуры, Страшила повернул к ним голову и внезапно исчез.

– Повезло, – вытирая пот со лба, сказала Райна. – Я не могу приказывать таким, как он, только просить совершить услугу взамен на что-то. У меня было что ему предложить, но плата не понадобилась. Случилось то, что бывает очень редко: ты чем-то ему понравилась и он предложил тебе свою дружбу и отомстит без оплаты. Но я на твоём месте не спешила бы соглашаться. Если согласишься, сможешь призвать его на помощь, но у такой дружбы есть и оборотная сторона. Если твоя помощь потребуется ему, ты не сможешь отказаться, а он найдёт тебя в любом из миров.

– А что может понадобиться от такой, как я?

– Откуда мне знать? Они разумны и имеют свой язык. Если примешь дружбу, сможешь говорить с ним, как со мной. А услуги могут быть разными. Видела его лапы? Такими только рвать на куски рыцаря в латах. А если ему потребуется выполнить тонкую работу? Да не здесь, что не так уж трудно, а в его мире? Потому и говорю, что хорошо подумай. Я могу сделать так, что ты увидишь всё, что сейчас видят его глаза. Он это разрешил, только не советую. Как бы сильно тебя ни обидели, не стоит на такое смотреть. Я и так могу сказать, что мельник будет умирать долго и страшно. Я попросила не трогать его сына. Он не сделал тебе ничего плохого, а людям нужна мельница. Так что ты решила?

– Не буду я на это смотреть, а если предложит дружбу, приму.

Ящер вернулся в башню так же внезапно, как до этого исчез. Не заходя в фигуру, он вопросительно посмотрел на Иру и наклонил голову набок.

– Как ему сказать, что я благодарна и не останусь в долгу? – спросила девочка Райну.

– Так и скажи. Только нужно обращаться к нему и смотреть прямо в глаза. Он поймёт.

– Я благодарю тебя и принимаю дружбу! – сказала Ира, подойдя вплотную к Страшиле. – Если понадобится помощь, приходи. Только я пока ничего не умею.

– Это ничего, маленький друг, – прозвучал у неё в голове его голос. – У тебя всё впереди, а мне пока не нужна помощь. Мне понравилось имя, которое ты для меня придумала. По нему можешь вызывать, если понадоблюсь. Твоя наставница расскажет, как это сделать. Она недовольна твоим решением, но знай, что я постараюсь сделать так, чтобы ты о нём не пожалела.

Страшила прыгнул в фигуру и исчез. Факелы давно прогорели, а сейчас погасла и фигура, и стало темно.

– Пошли, я отведу тебя в спальню, – сказала Райна. – Скоро закончится действие отвара и тебе опять станет плохо. Лучше, если ты в это время будешь спать. Если не получится быстро заснуть, я помогу. Обопрись на мою руку и пойдём. Камни я заберу завтра.

Помощь наставницы не потребовалась, потому что едва голова Иры коснулась подушки, как опять навалились безразличие и усталость и девочка провалилась в похожий на обморок сон. Она легла намного раньше обычного, поэтому проснулась тоже рано и долго лежала, вспоминая случившееся. Переживаний почему-то не было, и омерзение почувствовала лишь тогда, когда начала вспоминать всё в подробностях. Решив, что глупо растравливать начавшую заживать рану, девочка сходила в туалет и умылась, а когда возвращалась к себе, её перехватила Райна.

– Зайди ко мне, – распахнула она дверь. – Раз уже не спишь, расскажи, для чего вчера попёрлась на мельницу. Садись на мою кровать, всё равно ещё в ночном.

– Я не виновата, – принялась оправдываться Ира. – Обычно я быстро набирала грибы на своих полянках возле замка и никуда от него не удалялась. А тут припёрся лось и слопал мои грибы, да ещё и нагадил!

– Твои, значит, – засмеялась Райна. – Я думаю, лось тоже не был в восторге от того, что одна девушка повадилась рвать его грибы. Ладно, продолжай.

– Не хотелось возвращаться с пустой корзиной, поэтому решила немного пройти по компасу, а потом вернуться, но налетела на волчицу с волчатами, и та погнала до выхода из леса, где я и наскочила на мельника. Попробовала попросить помощь…

– Понятно. Пока ты составляла фразу из своего куцего словарного запаса, он завёлся от коленок и уже не слушал твоего блеяния. Так?

– Так.

– Из этого делаем выводы. О твоём платье, каким бы оно ни казалось удобным, нужно забыть. Не стоит своим видом провоцировать мужчин. Это у вас девицы могут ходить полуголые, наши мужчины к такому не привычны. Если бы ты была не моя ученица, а девчонка со стороны, я этого мельника даже не осуждала бы. И пока не научишься говорить, нельзя лезть к людям. Мало того, помимо разговора, существуют правила общения, которые ты не знаешь. Всё это будем учить. Иначе, несмотря на внешность и наряды, любой поймёт, что ты не имеешь отношения к дворянству, а к самозванцам у нас очень суровое отношение. Собирай грибы возле замка, а если не хочешь делить их с лосем, возьми у Гарта арбалет и убей. Он научит, как им пользоваться. Это должна уметь любая дворянка, тем более если она из Ливены. И запомни следующее. Если вдруг потеряешься недалеко от замка, сиди и жди помощи, я приду. Мы с тобой связаны, и я смогу найти, конечно, если ты не слишком далеко. Вчера я именно так тебя и нашла. Напоследок хочу сказать, что начну с тобой заниматься, не дожидаясь, пока ты переговоришь меня на языке кайнов. У тебя и так тело было забито всякой гадостью, да ещё добавил вчерашний день. Так что готовься. У тебя что-то ещё?

– Мне нужно забрать корзину и нож. Я оставила их возле волчьего логова.

– Найдёшь место?

– Я помню направление и сколько шла, а там приметный ельник.

– Тогда после завтрака сходите с Гартом. Я скажу ему и предупрежу, чтобы непременно взял арбалет. Волчица с детёнышами – страшный зверь. Тебе повезло, что она просто отогнала, могла и порвать.

– У меня была палка!

– Не смеши. При желании она загрызла бы тебя даже с охотничьим копьём. Иди и через половину часа приходи в лабораторию пить отвар.

– А ещё говорила, что от часов нет пользы! – пробурчала Ира, заходя к себе, и явственно услышала у себя в голове смешок Райны. – Нужно изо всех сил учить этот язык. Надоело, что у меня не голова, а проходной двор!

Когда позавтракали, Ира вместе со старым слугой сходила за корзиной и ножом и быстро всё нашла. Волчица не показалась, и её щенков тоже не было слышно. Наверное, она увела их из места, где появились люди. На обратном пути зашли на грибные поляны и заполнили корзину. То ли лось сегодня припозднился, то ли застеснялся и ушёл кормиться на другое место, но грибов опять было много. Едва вернулись, как прибыли подводы из ближайшей деревни и с мельницы. Оказывается, от них была проложена не тропа, а настоящая дорога, по которой нормально ездили крестьянские телеги. Мужики привезли продуктов втрое больше обычного, занесли в замок и, низко кланяясь, удалились, не взяв платы. Сын мельника привёз подводу с мукой, всё перетаскал в замок и под конец бухнулся в ноги Райне.

– Смилуйтесь, госпожа! – плакал взрослый мужик. – Уж не знаю, чем вас разгневал отец, но клянусь, что не знаю за собой вины!

– Встань! – велела хозяйка. – Виноват был твой отец, а в чём, то тебе знать не следует. К тебе претензий нет, иначе ты здесь не стоял бы. Иди с миром.

– Вот видишь, – сказала она Ире, – в этом все люди. Если их не трогать, очень быстро всё забывают, и в первую очередь добро. Но стоит о себе напомнить… А ведь я сделала для них немало хорошего. Не из-за них самих, конечно, просто решила, что такое не помешает с соседями и они это запомнят. Они и помнили, только очень недолго. Приходится время от времени освежать память. Хорошо, что привезли много молока и сметаны. Я уже соскучилась по молочному, хотя в моём возрасте оно вредно. Чему ты удивляешься? Так и есть. Молоко – это пища детёнышей. В зрелом возрасте от него больше вреда, чем пользы, а уж в моём… Но иногда очень хочется.

– Так ведь оно быстро испортится!

– Магией можно сохранить продукты и отпугнуть крыс с мышами. Это бытовая мелочь, доступная всем магам, я в разговоре с тобой о таком даже не упоминала.

– А кто этот мужик, который таскал мешки, а потом бился головой об пол?

– Это сын того поганца, который сделал тебя женщиной.

– Как женщиной?!

– А что тебе непонятно? Теряя девственность, девушка превращается в женщину. У вас разве не так?

– Не знаю. У нас молодых женщин часто зовут девушками.

– Ладно, закончим этот разговор, тебе сейчас не стоит об этом думать.

– А когда вы начнёте со мной заниматься?

– С завтрашнего дня будешь принимать настойки, которые я для тебя готовлю. Прежде чем чистить твою духовную сущность, нужно почистить тело. Попьёшь два дня и посидишь без мяса. И в лес не побегаешь.

– Почему нельзя в лес?

– Потому что будешь бегать очищать кишечник, а в лесу неудобно этим заниматься.

– А после этой чистки?

– После неё настанет черёд магии. Есть возможность стать магом без больших усилий. Я так и поступила бы, если бы у меня были десять лет. Увы, этого времени нет, поэтому мы пойдём другим путём. Он очень быстрый, но тяжёлый. Тебе придётся вспомнить и пережить всё то плохое, что ты испытала в жизни, начиная с момента рождения, а это очень нелегко. Но зато ты полностью подготовишься к обучению за три декады.

Следующие два дня Ира зубрила слова и бегала в туалет. Есть совсем не хотелось, и она с трудом съедала немного каши. К тому же нормально заниматься можно было только полдня. К обеду очищающий экстракт выводил из организма весь отвар для улучшения памяти, а обучение обычным способом почти ничего не давало. И самочувствие было хуже некуда.

– Так и должно быть, – ответила Райна после жалобы на головную боль. – В тебе слишком много всякой гадости, которая находится в разных частях тела, главным образом в кишечнике, печени и местах скопления жира. Теперь всё это идёт в кровь, отсюда и боли. Ничего, скоро пройдёт.

На третий день Ире уже не давали настойки, и к обеду она чувствовала себя почти нормально, хоть и похудела килограмма на три.

– Пятьсот слов ты уже выучила, – сказала Райна, отдавая ей заряженный новой порцией слов шар. – Выучишь ещё столько же, и займёмся составлением предложений, а остальное доучишь потом. Сегодня учишься только до обеда. Сам обед для тебя переносится на более позднее время. Поешь после наших занятий, если будет такое желание. Иногда при чистке духовного тела люди начинают блевать, а в лаборатории мне такое не нужно.

В этот день Ира родилась заново. Как всегда, всё началось с питья очередного отвара. Потом Райна погрузила её в некое подобие сна. Сначала Ира находилась в уютной тёплой пещере. Она не чувствовала тела, знала только, что оно есть. Постепенно стены пещеры начали сближаться и куда-то её выталкивать, рождая смутное беспокойство. Когда с силой сдавило и начало толчками двигать по узкому проходу, беспокойство переросло в панику. Она попыталась рвануться, но не смогла даже открыть глаза. Наконец давление стало таким сильным, что перехватило дыхание. Миг – и сквозь сжатые веки в глаза ударил режущий свет, а тело обрело вес, который не давал нормально двигаться. Кроме того, здесь царил жуткий холод. Было так плохо и страшно, что она не выдержала и закричала. И всё сразу закончилось. Ира сидела на стуле, туго обмотанная к нему простынями.

– Для чего это, мастер? – спросила она.

– Для того чтобы ты не покалечилась сама и не покалечила кого-нибудь из нас, – объяснила Райна. – Ты так рвалась, что мы не удержали бы. Сейчас размотаю. На на этом закончим. Хочешь есть? Если нет, тогда иди немного поучись и раньше ложись спать. Завтра продолжим.

Весь следующий день был посвящён младенческим обидам. То не дали вовремя есть, то оставили мокрую в постели, и она начала замерзать, то почему-то перестали реагировать на крики. Обиды были мелкие, но в большом числе. Потом ей разрешили ползать и сразу появились ушибы. Они были не сильные, но она исправно ревела, пытаясь привлечь к себе внимание. А потом начали резаться зубки, и Райна прервала сеанс.

– На сегодня достаточно, – сказала она. – И так много прошли. Тебе нужно хоть немного поесть и рано лечь спать. Во сне процесс продолжается.

Спала Ира очень много, засыпая уже в пять-шесть часов вечера и просыпаясь в обычное время. Она не понимала, как можно снять страх, пережив его вторично, но полностью доверяла Райне. Когда была выучена первая тысяча слов, по утрам начались занятия по составлению предложений. Правил было мало, и Райна учила в основном на примерах. На дневных занятиях у Иры прорезались зубы и начались проблемы с животиком. А потом она серьёзно простудилась и пришлось даже вызывать скорую. Девочка медленно разматывала свою жизнь, как оказалось, полную неприятностей и огорчений. Через неделю таких занятий она сильно похудела, и Райна была вынуждена сделать перерыв.

– Ты очень плохо ешь, – сказала она на возражения Иры. – Посмотри, на кого стала похожа! Лая не может смотреть на тебя без слёз. Отдохни, набери вес, заодно позанимайся словами, а потом продолжим.

Отдых длился пять дней. Девочка почти вернула вес и уже свободно разговаривала со слугами, лишь иногда ошибаясь в составлении фраз. Она была не против занятий языком, но хотелось большего. Ира не рвалась снова переживать свои прошлые горести, тем более что впереди были смерть отца и насилие, но осознание необходимости этого для приобщения к магии и желание стать сильной заставили просить Райну продолжить занятия. Наставница осмотрела её и решила, что можно продолжить при условии, что ученица будет нормально питаться.

– Если не будешь есть, – сказала она, – придётся или опять делать перерыв, или пить отвар для аппетита. У нас с тобой не так уж много времени, а отвар… Аппетит он придаст, но сам не вкуснее остальных моих снадобий.

Ира обещала есть хорошо, но такое легче обещать, чем выполнить. Сейчас она была уже старше и обиды были серьёзней. Девочка почти всё забыла, а теперь опять сжималась от боли и страха, когда мать избила её за порезанные ножницами деньги. Тогда отец впервые сильно с ней поругался.

– Ты соображаешь, что сделала?! – орал он на жену. – Ну залез ребёнок в шкатулку и порезал три десятки, так ей же только пять лет! Объясни и накажи, если считаешь нужным. Но так бить по пояснице, да ещё девочку, это надо быть дурой! Ты мать или кто? Хочешь, чтобы она потом всю жизнь с чем-нибудь маялась?

– Так ведь последние деньги, Игорь, – плакала мать, сама напуганная тем, что наделала. – А до зарплаты больше недели. И как жить? А она так их искромсала, что в сберкассе не возьмут.

– Займём! – отрезал отец. – А потом отдадим. У нас должна быть хорошая премия, так что как-нибудь выкрутимся. И попробуй хоть раз так ударить! Думаешь, наши предки были дураками, что лупили детей розгами да линейкой? Больно, но безопасно. А ты рукой изо всех сил!

После этого случая Ира две недели боялась матери, но потом всё забылось. Дальше были детский садик и вражда с одним мальчишкой, который то ли из-за чего-то её невзлюбил, то ли, наоборот, оказывал внимание в такой извращённой манере. Последней каверзой, после которой мать перевела в другую группу, была история с куклой. Игрушек в садике было мало, и воспитатели не возражали, когда дети приносили свои. Отец тогда подарил небольшую куклу, в которую Ира просто влюбилась. Она могла играться с ней часами и очень неохотно давала только одной девочке, с которой дружила. И вот этот гадёныш улучил момент, вырвал куклу из рук Иры и оторвал ей голову. После этого сеанса девочка очнулась вся в слезах.

– Это хорошо, что ты так эмоционально переживаешь, – сказала Райна. – Хорошо для очистки, но тебе будет нелегко пережить всю свою жизнь.

До четвёртого класса у неё не было в школе больших проблем. Училась на отлично, и учителя не придирались, а с одноклассниками были нормальные отношения. А в четвёртом классе влюбилась. Это сейчас она могла думать о той любви с усмешкой, тогда было не до смеха. Всё было всерьёз, с терзаниями, ревностью и слезами в подушку. И закончилось это чувство так же внезапно, как и возникло. Ира случайно подслушала разговор предмета своей страсти с приятелями, когда они обсуждали девчонок. Она ушла с красными от стыда и злости щеками и дала себе зарок никогда не влюбляться в этих козлов. А через год убили папу. Когда Ира переживала это вторично, Райне пришлось пичкать её своими снадобьями, чтобы хоть как-то поддержать. Даже очнувшись в очередной раз и уже понимая, что это всё в прошлом, она продолжала рыдать взахлёб и отказываться от пищи. Пришлось опять делать перерыв. Райна хмурилась, но молчала. А сегодня она пришла в спальню Иры, обняла её, прижала к себе и впервые уже не мысленно начала успокаивать, говорить ласковые слова, которые девочка понимала через одно.

– Я ведь тоже потеряла всю семью, – говорила она, целуя Иру в макушку, – и прекрасно понимаю каково это – остаться одной. Но и так терзаться – это тоже не дело. Посмотри, на кого ты стала похожа! Пойми, ты снимаешь старую боль, но вместе с тем зарабатываешь себе новую, которую опять нужно переживать. И к чему мы придём? Мало того что мы с тобой теряем время, которого у меня и так осталось немного, так ты ещё гробишь здоровье. Тело и душа – это единое целое. И терзая свою душу, ты ослабляешь и тело, что обязательно вызовет болезни.

В конце концов Ире удалось справиться с хандрой и пережить уже однажды пережитое горе. Сеансы возобновились. Последний этап жизни пестрел неприятностями, связанными с домашними пьянками матери и отчима. Переживать такое было неприятно, но эти воспоминания, к её удивлению, почему-то слабо затрагивали. А убийство отчима, после того как она отошла от шока, вызвало что-то вроде удовлетворения. Бегство от волчицы и встреча с мельником не завершили работу по очистке. Как и предупреждала Райна, пришлось ещё раз окунуться в переживания, связанные со смертью отца, которые она испытала уже здесь.

– Слава богам, что мы закончили! – подвела итог Райна. – И ты уже неплохо знаешь наш язык. Прежде чем мы займёмся магией, тебе нужно немного отдохнуть и отъесться. Но чтобы не терять зря время, я буду обучать тебя всему, что должна знать и уметь молодая дворянка. Пока будут только этикет, геральдика, наш счёт и грамота. Когда окрепнешь, я дам несколько уроков танцев, а Гарт научит обращаться с кинжалом и арбалетом. Всё это нужно изучить быстро, так что без отвара не обойтись. И не нужно так морщиться, ты уже должна к нему привыкнуть. Позже нужно дать старосте деньги, чтобы купил для тебя коня. Ты ведь не умеешь ездить верхом? Я так и думала, потому что у вас на улицах не было ни одной лошади, одни повозки.

– А когда магия?

– А магией займёмся дней через десять.

Глава 5

Ещё никогда Ира так не уставала от учёбы, как за последние десять дней. Райна взялась за неё всерьёз, пичкая девочку заумными, ненужными и просто глупыми, с её точки зрения, знаниями, причём в таком объёме, что если бы не отвар, то она не выучила бы всю эту галиматью и за год.

– Ты должна мне верить, – убеждала Райна. – Стала бы я тратить оставшееся время на изучение того, что не нужно? В твоём мире это, может, и ерунда, но в нашем от знания геральдики или от того, как обратиться к вышестоящему, будет зависеть твоя жизнь. Да, это скучно, но совершенно необходимо. И потом я даю тебе только самое важное. Ты должна знать много мелочей, на изучение которых у нас совершенно нет времени, поэтому мы отложим их на потом. Если успею, то научу, если нет – будешь учиться сама. Незнание некоторых вещей могут списать на то, что ты родом из развалившегося королевства, где плюют на многие условности, важные для других дворян. Им не до того, только бы выжить. Но лучше на это не надеяться, а заниматься в полную силу. Ты не изучаешь правила стихосложения не потому, что они не пригодится, а потому что для тебя наш язык не родной, и нужно поговорить на нём лет десять, прежде чем слагать стихи. А вот судебную систему и свод наказаний для дворян я вдолблю в твою красивую голову, хочешь ты этого или нет. Я не для того трачу на тебя последний год жизни, чтобы ты погибла. И дело даже не в моей мести, хотя это для меня очень важно, а в том, что каждый человек должен кого-то оставить после себя. Так получилось, что у меня нет своих детей, поэтому оставлю тебя и постараюсь передать тебе всё, что смогу. А твоё дело только учиться, интересно тебе или нет. Потом сама скажешь спасибо.

Ира зубрила записанное Райной в шары и в десятый раз читала книгу благородных родов королевства, стараясь запомнить вычурные гербы и нелепые лозунги. Вся жизнь дворянского сословия жёстко регламентировалась кучей правил. Если некоторые из них имели какой-то смысл, то остальные были откровенно нелепыми. Но всё имеет свой конец, закончилась и эта зубрёжка. Райна погоняла Иру по всему, что давала выучить, и сочла её знания удовлетворительными.

– Пока с этим закончим, – объявила она, сделав ударение на слове «пока». – Ты восстановила вес и неплохо выглядишь, поэтому с завтрашнего дня начинаем заниматься магией. Но эти занятия будут только до обеда. Потом сделаем небольшой отдых, и я буду учить тебя танцам. После них за тебя возьмётся Гарт. Отнесись к этому серьёзно. Сильная и тренированная женщина сможет убить из арбалета двух, а то и трёх противников, а кинжал в умелых руках – страшное оружие. Не всегда будут условия или время пустить в ход магию, так что умение владеть оружием может оказаться очень полезным. Ещё он покажет приёмы, с помощью которых женщина сможет противостоять мужчине, а то и двум. В них нет ничего сложного, весь секрет во внезапности и скорости выполнения. Для того чтобы ими пользоваться, нужно иметь развитое тело и так вдолбить приёмы в голову, чтобы выполнять их не задумываясь. Я помогу укрепить твоё тело, но тренироваться придётся самой. Да и вообще настраивайся на долгий и тяжёлый труд. Тебе ещё очень повезло: другие потратили бы на такую подготовку годы.

Может, Ире и повезло, но это везение приходилось отрабатывать. С утра она сидела с Райной, которая делала с ней что-то такое, что время от времени вызывало дикие боли в спине. В такие моменты она проклинала всё на свете и обзывала себя дурой, идиоткой и вообще… Райна начинала суетиться, вливала в неё очередной отвар, водила руками вдоль позвоночника, и боль на время отступала.

– Извини, – говорила она Ире, – но нужно терпеть. Если делать быстро, то только так, на другое у меня просто нет времени. Это не продлится долго, ещё несколько дней – и я пробью канал. Тогда не будет и боли.

Немного отдохнув после обеда, девочка шла вместе с наставницей в трапезную, где был самый ровный пол, и там занималась танцами. Они были довольно сложными и не походили ни на один из тех, которые знала Ира, поэтому для ускорения обучения приходилось глотать гадостный отвар. Чтобы не пить эту дрянь только ради танцев, она опять взялась за изучение слов. Ближе к вечеру девочка попадала в руки Гарта. Когда-то старик был профессиональным воином и, по словам Райны, одним из лучших. К обучению молодой госпожи он подошёл очень ответственно. Первые дни она только училась стрелять из арбалета. Сначала стреляла из положения лёжа, и по мере роста мастерства ученицы Гарт устанавливал мишень всё дальше и дальше. Потом начали отрабатывать стрельбу из разных положений. Ира удивлялась силе старого воина: за одну тренировку ему приходилось взводить арбалет раз пятьдесят, да ещё бегать за болтами. И проделывал он это с видимой лёгкостью. Первая попытка зарядить арбалет самой провалилась – у неё не хватило сил.

– Ничего страшного, госпожа Рина, – утешил Гарт. – Просто вы очень молоды и мало тренировались. Пока будете только стрелять, а когда я приведу вас в форму, тогда дойдёт дело и до зарядки.

Подобные заявления настораживали, но деваться было некуда, и она продолжала усердно тренироваться. Когда, по мнению Гарта, Ира достаточно овладела арбалетом, он решил перейти к следующему этапу обучения. К концу тренировок у девочки из-за тяжёлого арбалета отваливались руки, поэтому она обрадовалась их окончанию. Как оказалось, радость была преждевременной.

– Ваше тело не пригодно для боя, – заявил Гарт. – Мышцы слабые, гибкости тоже нет. Я скажу госпоже Райне, и она приготовит мазь, а Лая будет втирать в ваше тело. Это сильно поможет. Вы быстро станете гибче, да и мясо нарастёт. А без мази я не управлюсь с вами и за полгода, слишком уж вы молоды.

– А чем будем заниматься кроме тела?

– Когда вы сможете нормально двигаться, я научу десятку приёмов, которые изучали дамы семейства Албени, а потом будем учиться работать с кинжалом.

– Албени – родовое имя госпожи Райны?

– Да. Она разве не говорила? Её полное имя Райна Албени, маркиза Афрем. Маркизатом её семья владела три поколения, до этого у них были владения на юге.

– А что за сложности с кинжалом?

– Любым оружием нужно уметь владеть, иначе от него мало толку. Я научу правильному удару из разных положений. Как бить в кольчугу или в сочленения полных доспехов, как метнуть кинжал или отвести им меч.

– А разве можно с кинжалом против меча? – удивилась Ира.

– Можно. Не всегда длинный клинок даёт преимущество, например, он неудобен, если бой ведётся в тесном помещении, или когда вам удалось быстро сократить дистанцию с противником. Можно даже некоторое время продержаться, уходя с линии удара и отводя меч противника кинжалом. Конечно, подобное требует хорошего владения телом и оружием. Такого мастера я из вас не сделаю, но уже не будете совсем беззащитными.

Сегодня утром сеанс с Райной начался необычно.

– Снимай с себя всё, – велела наставница, – и садись, как я учила, на этот коврик. Так, спинку прямее, руки на колени. А ты взрослеешь. Грудь начала расти, и округляешься в нужных местах. По нашим понятиям ты уже девушка, а не девчонка, какой себя считаешь. И не надо краснеть. Я вижу, что ты ещё совсем зелёная и не знаешь того, что давно пора знать. Обычно дочь обо всём узнает от матери. Твоя мать почему-то ничего тебе не рассказала, так это сделаю я. Я боюсь, что ты перенесёшь свою неприязнь к одному поганцу на всех мужчин, а так нельзя!

– Они все козлы!

– Всё, как я и думала. Твой отец тоже козёл?

– При чём здесь мой отец?

– А притом, что он такой же мужчина, как и остальные. И у него регулярно была близость с твоей матерью, из-за чего ты и появилась. Твоя мать от него не шарахалась, наоборот, её притягивали его ласки и то, что вызывает у тебя неприязнь. А теперь послушай меня. Женщина без мужчины несостоятельна. Ты можешь стать сильной и не испытывать потребности в мужской силе, но сила в жизни женщины – это не главное. Любовь и верность мужчины значат для неё гораздо больше! Да и детей без мужчины не будет. Проживёшь всю жизнь бесплодным деревом, как я. И что в этом хорошего? Это же относится и к мужчине. Боги сделали так, чтобы мы дополняли друг друга. Ты испытала отвращение и боль только потому, что тебя взяли насильно и без подготовки. Тогда так и бывает. Поверь, что близость с желанным мужчиной, когда женщина к ней готова, приносит только радость. Тебе пока рано, но я не хочу, чтобы ты выращивала в себе отвращение к парням. Потом от этого трудно избавиться, а я могу не успеть сказать всё, что нужно. А теперь посиди в таком положении, я буду заканчивать начатое.

Наставница зачерпнула из баночки какую-то мазь и начала круговыми движениями снизу вверх втирать в спину Ире вдоль позвоночника. Смазав шею, она втёрла остатки мази в затылок. Некоторое время ничего не происходило, а потом вдоль позвоночника словно разлился жидкий огонь. Он поднимался выше и выше, пока в голове что-то не взорвалось, и Ира оказалась без тела. Оно осталось сидеть внизу, заботливо поддерживаемое Райной, а сама девочка болталась где-то под потолком.

– Не вздумай паниковать, – услышала она спокойный голос наставницы. – Не случилось ничего страшного, просто твой дух ненадолго покинул тело. Оставайся спокойной и просто пожелай вернуться. Этого достаточно.

Спокойный голос Райны подавил нарождавшуюся панику, а желание вернуться в тело было мгновенно выполнено.

– Сразу не вставай, нужно немного посидеть, – сказала наставница. – Вот из-за таких моментов опасно самостоятельно заниматься даже началами магии. А дальше без учителя будет ещё хуже. Можешь представить, каково пришлось мне.

– А что мы сейчас сделали?

– Мы с тобой уже многое сделали. Очистили тело от всякой дряни. Физическое и духовное тела связаны, поэтому улучшилось состояние и духовного тела. Потом убрали, как бы это лучше сказать… У тебя в голове есть очень подходящее слово – стресс.

– Что это такое?

– Разве не помнишь? По твоим воспоминаниям, это реакция человека на боль, испуг или злость, то, от чего ты избавлялась с моей помощью. Этим мы способствовали свободному течению силы в твоём теле. Потом я пробила пробки в основном канале, который идёт вдоль позвоночника. Самой тебе на это могли потребоваться годы. А сегодня я вывела твой дух из тела. Это позволяет брать силу не только через тело, но и напрямую. Кроме того, иногда бывает полезным пройти сквозь стены и что-то посмотреть. Только не улетай далеко, потому что можно потерять связь с телом. Я удалялась шагов на триста, а потом начал расти страх и сразу вернулась.

– А что дальше?

– Дальше будут четыре этапа. Первый – обучение управлению силой и телом. Изучив это, ты сможешь быстро вылечить себя от болезни или раны, изменить внешность или стать немного быстрей. Без первого этапа невозможен второй – управление телами других людей. Освоив его, можно лечить других или, наоборот, наслать болезнь, подчинять себе или внушать нужные тебе мысли и чувства. Третий этап – это управление предметами и их свойствами напрямую, используя только свою силу. Это передвижение предметов, создание холода или жары, длительное хранение продуктов и кое-что ещё по мелочи. На последнем этапе научишься управлять астральными существами и вызывать жителей других миров. Особняком стоит магия иллюзий, которую можно изучать на любом этапе.

– А можно начать с неё?

– Кажется, я поторопилась назвать тебя девушкой! – рассмеялась Райна. – Какой же ты ещё ребёнок!

После того как Ире в первый раз удалось выйти из тела, занятия с наставницей стали интереснее. Танцы закончились, и теперь Райна всё время использовала для того, чтобы научить Иру управлять силой.

– Пойми, – втолковывала она ученице, – мало уметь влиять на своё тело, намного труднее научиться тому, где, что и как менять, чтобы вызвать нужное тебе изменение. Когда тело не болеет, лучше не вмешиваться в его работу, особенно если мало опыта.

– Разве плохо стать быстрее? – не согласилась Ира.

– Только когда без этого никак. Любой выход за пределы нормы возможен лишь на короткое время и чреват паршивыми последствиями. Мы это изучим, но использовать будешь только в самом крайнем случае.

С магией иллюзий не возникло никаких сложностей. Как только она поняла сам принцип, так дело и пошло. Плохо, что зеркала отражали только реальное содержание, а не то, что наколдовала Ира, поэтому она не смогла посмотреть на саму себя с кроваво-красными глазами и длинными клыками кровопийцы. Райна отреагировала на такой вид очень странно. Когда Ира как ни в чём не бывало зашла в её спальню в этом образе, наставница с такой скоростью метнулась к стоявшей у стены стойке с мечами, что её изображение оказалось смазанным. Видимо, у стойки она осознала, кого увидели глаза, потому что выпустила рукоять меча и, повернувшись к ошарашенной девочке, сказала:

– Никогда больше так не делай, если не хочешь, чтобы я ненароком тебя не убила! И откуда ты можешь знать о шурах?

– Я о них и не знаю, – ответила Ира, только сейчас ощутив дрожь страха. – У нас таким был граф Дракула. Ну тот, который вампир. Кровосос, одним словом. А кто такие шуры?

– Тоже кровососы. Сейчас встречаются редко. Очень быстры, живучи и опасны. Поэтому, если не повезёт встретиться, постарайся сразу убить и не вступай ни в какие разговоры!

– А на них действуют серебро и чеснок?

– Никогда о таком не читала. А как они должны действовать?

– Неважно. Наши вампиры, в отличие от ваших шуров, – это вымысел, хотя кое-что сходится. А оборотней у вас нет?

– Превращающихся в зверей? Нет, такое только в сказках.

– А у вас живёт кто-нибудь ещё, кроме людей и шуров?

– Это мир людей, и шуры в нём раньше не жили. Их привёл сюда из другого мира кто-то из магов. Кровососы начали быстро размножаться, но королевства объединились впервые за триста лет, и их почти всех вырезали. А может, уже и всех. Я давно о них не слышала.

После занятий магией приходилось идти заниматься к Гарту. Каждый раз перед этим нужно было полностью раздеваться, после чего Лая обмазывала всё тело приятно пахнущей и немного щипавшей кожу мазью и с усилием её втирала. В первый раз, когда она массировала уже заметно подросшие груди, Ира ощутила томление и во второй раз попросила служанку не трогать грудь.

– Госпожа Райна велела втирать везде, – ответила Лая. – Наверное, вас возбуждает мой массаж. Если это неприятно, я не буду трогать соски.

Мазь оказала на Иру волшебное действие. Она перестала уставать после занятий с Гартом, а мышцы очень быстро укрепились и начали увеличиваться в размерах. Да и упражнения на растяжки уже не сопровождались непременной болью, как это было раньше. Тело постепенно приобретало более привлекательные формы уже не из-за роста жировой ткани, а из-за мышц. Единственное, что немного расстраивало, так это то, что она начала раздаваться в плечах.

– Не расстраивайтесь, госпожа Рина, – утешала Лая. – Это некрасиво только у тех женщин, у кого узкие бёдра, а у вас они будут на загляденье! С такими бёдрами только рожать и рожать! И животик какой аккуратный!

Ира рассматривала ставший плоским живот, который перестал провисать даже после плотного обеда, и гадала, красиво это или нет. А потом голову посетила неожиданная мысль.

«А чего я так пекусь о красоте? Ведь мужики мне и на фиг не нужны! Мне нужна сила, поэтому больше никаких визитов к зеркалу. О том, что и где должно вырасти, пусть думает выбирающий для меня упражнения Гарт».

Иру раньше привлекала медицина. В пятом классе она даже решила, что станет врачом. Поэтому то, что они сейчас изучали с Райной, было особенно интересно. Райна дала на изучение три большие книги в кожаных переплётах с латунными уголками. На толстых серых страницах первой книги было много иллюстраций в виде контура человеческого тела и его органов с описанием способов влияния на каждый из них и списком побочных эффектов. Отдельно приводились различные болезни, их симптомы и способы лечения. Во второй книге рассматривали лечение ран, а третья была посвящена изменению собственной внешности.

«Увеличить, что ли, глаза и ресницы? – думала она, рассматривая таблицы точек воздействия и примечания к ним. – Что-то у меня опять какие-то дурные мысли. Хотя интересно, как реагировали бы на глаза в пол-лица».

– У тебя мал резерв сил, – заметила наставница. – Будем увеличивать, а то ты сможешь заниматься только лечением. Для этого до завтрака и за два часа до сна займёшься созерцанием, а днём будем вдвоём делать дыхательные упражнения.

Незаметно для самой себя Райна так привыкла к будильнику, что мерила время только в часах. Она же натолкнула Иру на мысль, которая позволила почти полностью отказаться от перевода стрелок. Любопытная старушка исследовала механическое чудо и сразу же разобралась в назначении всех органов управления, кроме одного.

– Для чего служит вот это? – показала она на непонятную деталь.

– Ой, как же я могла о ней забыть! – обрадовалась Ира. – Это же регулятор скорости хода. Сейчас мы поставим его на минимум и посмотрим, что будет показывать будильник. Может, его вообще не придётся переводить.

Переводить пришлось, но только на двадцать минут раз в десять дней.

Прошёл месяц упорных занятий. Ира уже неплохо изучила свой организм и знала, что делать при появлении у неё любой из известных здесь болезней или ран средней тяжести. При тяжёлых ранениях маги себя не лечили, так как не было возможности обеспечить нужный уровень контроля своих сил. Если болезнь была неизвестной, её можно было лечить только по набору симптомов, хотя такое лечение считалось менее действенным. Об изменении внешности был разговор с Райной.

– У тебя очаровательное лицо, – сказала она. – Поменяешь в нём что-то, да ещё кривыми руками, потом сама будешь плакать. Маги на собственном опыте убедились, насколько для человека важна его индивидуальность. Внешность меняют только те женщины, которые обижены природой. Знаешь, как делать, и этого довольно.

Ира согласилась с доводами Райны, но всё-таки увеличила себе длину ресниц и сделала их чуть гуще.

«По-моему, здорово получилось! – думала она, рассматривая в настольном зеркале свои большие серые глаза, опушённые густыми длинными ресницами. – Но больше не буду ничего править. Райна права: мне нечего жаловаться на внешность. Спасибо, папа!»

Тело обросло мышцами, которые при напряжении становились твёрдыми как камень, а груди увеличилась вдвое и теперь неприлично торчали, натягивая одежду. Всё-таки не стоило мазать их этой мазью. Вчера ей даже удалось три раза подряд самой взвести арбалет.

– Хватит вам мазаться этой мазью, госпожа Рина, – сказал Гарт. – У вас великолепно развитое женское тело, а больше мышц и не нужно, иначе нарушаться пропорции и вы станете походить на мужчину. Такого точно не нужно ни одной женщине. А недостающая сила сама придёт с возрастом. Тело мы вам развили, пришла пора заняться боем.

Занятие борьбой понравились. Она без отваров быстро запомнила движения и теперь каждый день выполняла их часа по два, добиваясь автоматизма в выполнении и скорости. Увидев, что госпожа скоро освоит приёмы, Гарт начал показывать упражнения с кинжалом.

В магии, помимо упражнений, способствующих росту резерва, начали изучать лечение других. Теорию Ира запомнила быстро, остановка была за больными. Гарт отвёз деньги старосте ближайшей деревни, и вскоре им привели двух кобыл и привезли телеги с сеном и овсом.

– Раньше лошади были без надобности, – говорила Райна, осматривая покупку, – а теперь, когда появилась ты, пригодятся. Завтра Гарт приведёт в порядок упряжь, и мы с тобой съездим в деревню. Тут недалеко, так что как-нибудь выдержишь. А по дороге я буду учить посадке и управлению лошадью. В деревне хватает недужных, на них и потренируешься. Надо захватить серебро. Раздадим каждому на выздоровление, тогда в следующий раз и ездить не понадобится – сами прибегут.

Езда не вызвала затруднений. Ире было легко управлять флегматичной кобылой. Правильную посадку освоила сразу, а для сильного и тренированного тела получасовая поездка на лошади была пустяком. По возвращении она не чувствовала боли или усталости.

Костюма для верховой езды у Иры, естественно, не было, поэтому она надела новое трико. Райна осмотрела свою ученицу и принесла ей широкий, шитый золотом ремень и бархатный берет в тон костюму. После недолгих раздумий на пояс девочке повесили длинный кинжал в красивых ножнах, а берет украсили золотой заколкой с зелёными камнями.

Деревня располагалась вдоль дороги, которая начиналась у крайних изб, и шла в сторону ближайшего города. Почему-то все избы находились по одну сторону от дороги, а с другой была обширная вырубка. Лес свели шагов на триста от дороги.

– А почему там одни пни? – спросила Ира Райну, когда они выехали на дорогу и направились по ней к дому старосты.

– Потому что лодыри, – ответила наставница, имея в виду жителей деревни. – Лес вырубили для своих нужд, да чтобы незаметно не подобрались разбойники, а вот выкорчевать пни и что-нибудь посадить им уже неохота. Это же нужно следить за посадками и оберегать их от потравы зверями. Лес-то рядом. У них за деревней, ближе к реке, были луга, которые и пустили под пашни. И пни корчевать не нужно, и вода под боком, да и лесной живности там намного меньше.

В деревне их обеих встретили с большим почтением. Было видно, что крестьян раздирает любопытство, откуда она появилась. До дома старосты не успели добраться, потому что он прибежал к ним сам.

– Что угодно высокородным? – почтительно спросил высокий худой старик, сгибаясь в поклоне.

– Здравствуй, Миран, – сказала Райна. – У нас к тебе разговор. Молодая госпожа Рина хочет сделать для вас доброе дело. Вы как-то привезли обоз продуктов и не взяли платы, вот она и подумала помочь вам по-соседски. Если в деревне есть недужные, она их вылечит и не возьмёт платы. Есть такие?

– Как не быть, госпожа Райна! – Старик выпрямился, и Ира смогла хорошо его рассмотреть. – Таких наберётся четыре руки.

Больных набралось не только на четыре руки, но ещё и на три пальца. Двадцать три недужных – непосильная задача для начинающего мага, поэтому половину собравшихся в очереди у дома старосты Райна вылечила сама, потратив на это полчаса. Ира возилась намного дольше, но в результате исцелила всех. Только в одном случае ей пришлось просить помощи у наставницы, в остальных она справилась сама. Конечно, люди не выздоровели моментально, но почувствовали себя лучше, а полностью избавиться от ран и болезней должны были уже через несколько дней. Каждому пациенту Ира вручила по серебряной монете, даже трём мальчишкам, которых привели их матери. Провожали их всей деревней, и было видно, что люди выказывают уважение уже не столько к знатности их рода, сколько к ним самим.

– Приятно делать людям добро? – усмехнулась Райна, глядя на довольную ученицу. – Прекрасно тебя понимаю, но имей в виду, что такое можно делать лишь изредка. Тогда запомнят и оценят. Если начнёшь часто оказывать благодеяния, сочтут, что так и надо, и быстро сядут на голову. Это в природе людей. К хорошему привыкают быстро, а добро помнят недолго, да и то не все.

– Я потому довольна, что всё получилось с лечением, – смутилась Ира. – Хоть я лечила дольше вас.

– Опыт, – пожала плечами наставница. – Всё придёт со временем. А ты готовься, что скоро набегут из двух других деревень. Как только узнают, что мы с тобой сошли с ума и лечим бесплатно, так и появятся. Хотя продукты, наверное, привезут.

– Я сейчас легко вылечила бы мать, – вздохнула девочка.

– А толку-то? – возразила Райна. – Я прочитала в твоей голове хорошую поговорку о том, что свинья найдёт лужу. Твою мать кто-нибудь заставлял пить вино? Она начала это делать по слабости характера, поддавшись на уговоры мужа. Я ведь правильно поняла твой рассказ? Вот видишь. Ей нужен был мужчина, и она вышла замуж за первого, кто подвернулся. Есть такие женщины, которые лишь отражение своих мужей. Пока она жила с твоим отцом, всё было хорошо, да и то, наверное, что-то могло быть, о чём ты не знала.

– Я могла бы на неё повлиять. Мы ведь это сейчас начнём изучать?

– Будем мы это изучать. С завтрашнего дня и займёмся. Только ты, видимо, невнимательно меня слушала. Не сможешь ты изменить человека своим искусством. Можно заставить во что-то поверить на непродолжительное время, но даже самый сильный маг не сможет добавить ума, если его нет, поменять характер или сделать добрее. К худу или к добру, но в наших душах не властен никто, кроме нас самих. Хватит об этом, ты лучше скажи, когда родилась. У нас тоже принято отмечать дни рождения, а я не знаю твой.

– А я вообще не знаю, как здесь считают дни. Наверное, это попало в те мелочи, которые будем изучать потом.

– Я это упустила, – смутилась Райна. – Дни считают просто. Есть четыре сезона, которые можно назвать так же, как ваши. Я их и давала тебе с таким переводом. Самый большой по продолжительности сезон – это лето, в нём двенадцать десятков дней. Зима, наоборот, самая короткая – только шесть десятков и ещё пять дней. А весна и осень имеют одинаковую продолжительность по восемь десятков дней. Для учёта времени есть календари. В них имеются пластинки, обозначающие дни, которые перекладываются из одной части в другую. У нас такой стоит в комнате Гарта. Календари есть у дворян, купцов и у многих состоятельных горожан, а так же в храмах. Остальным это не нужно. Так что с твоим днём рождения?

– Я не смогу его назвать. Когда сюда попала, не считала дни, поэтому могу приблизительно сказать, что живу здесь три месяца. Я родилась в марте, так что мне уже тринадцать с половиной лет. Я смогу привязать свой день рождения к вашему календарю только тогда, когда опять попаду в наш мир.

– Спросишь у Гарта, когда приедем домой. Он должен был отметить тот день, когда ты появилась в замке. Тогда нетрудно посчитать. Да мы уже и приехали. Ноги не болят?

– Да нет, всё нормально.

– Вот и выезжай на кобыле каждый день хоть ненадолго. Скажешь Гарту, и он научит надевать сбрую. Седлать лошадей по-прежнему будет он, но тебе необходимо знать, как это делать. И ещё надо обязательно научиться ездить галопом, хотя твоя кобыла не предназначена для такого аллюра.

Глава 6

– Забирай эти книги, – Райна указала рукой на толстую стопку книг на столе гостиной. – Изучать будешь в таком же порядке, в каком я их сложила. Как только изучишь очередной раздел, сразу же будем заниматься практикой.

– А что здесь? – с любопытством спросила Ира, листая верхнюю книгу.

– В верхней описано, как оказывать мысленное воздействие на людей, птиц и животных.

– А разве можно влиять на птиц?

– Можно воздействовать на любое живое существо. Чем умнее создание, тем оно легче поддаётся магии. Собаки могут выполнить довольно сложную работу, чем часто и пользуются, а вот кошки являются исключением. Они почти не поддаются магии, не любят магов и не живут рядом с ними. Ты видела у нас хоть одну кошку? А помнишь, когда мы зашли к старосте, из дома вылетел кот, который чуть не сбил тебя с ног? Кое-где с их помощью определяют магов.

– А птицы?

– Ими не очень сложно управлять. Мелкие быстро забывают внушение, а ворон иногда используют, например, для передачи посланий. Я думаю, что с декаду продержится сухая и тёплая погода, так что у тебя будет время попрактиковаться. В дожди трудно найти птиц. Вторая книга посвящена предметной магии. Она проще в выполнении, но требует больше силы. Думаю, что у тебя уже многое должно получиться. Только не вздумай практиковаться без меня. Неопытный маг может заработать магическое истощение. Оно не смертельно, но очень неприятно.

– А в третьей книге что?

– Там описываются стихийные духи. Я о них не говорила. Эти духи очень своенравны, да и ума у них немного, поэтому маги редко их используют. Людям они не подчиняются, но можно натравить на кого-нибудь обманом. Устроить на море бурю или где-нибудь землетрясение. Только нужно перед этим убраться подальше. Даже если ты никогда не используешь этих созданий, всё равно полезно изучить их особенности. Есть ещё астральные существа, которые управляют стихийными духами. С ними и пытаются договориться, если нужно изменить погоду. Когда всё это освоишь, настанет черёд высшей магии. Надеюсь, что мы с тобой уложимся в три декады. Скажешь, если понадобится отвар для запоминания.

– Постараюсь обойтись без него. – Иру непроизвольно передёрнуло. – Неужели нельзя сделать его не таким противным?

– Может быть, и можно, – пожала плечами Райна, – но нельзя.

– Как это?

– Помнишь, я говорила о вреде выхода за пределы нормы для наших тел? Это касается и отвара. Он не такой уж безвредный, поэтому и применяется только тогда, когда без него трудно обойтись. А тем, кто применяет, приходится терпеть его вкус. А теперь представь, что он стал приятным. Велико искушение выучить всё, что хочешь, почти без труда, потратить месяцы там, где другие тратят годы. А потом наступит расплата. О себе можешь не беспокоиться. Не так уж долго ты его употребляла, а весь возможный вред я сняла с помощью магии. Но ведь не у каждого под боком имеется мастер, сильные маги – это большая редкость, тем более что многих из них убили псы Ашуга. Всё, иди учиться. Если чего-нибудь не поймёшь, сразу обращайся ко мне.

Ира набросилась на принесённые книги, как изголодавшийся на деликатесы. Она всё больше входила во вкус изучения того, чего не существовало по понятиям её мира. Магия манила своими возможностями, обещанием силы и независимости. И ещё было интересно. Сегодня наколдовала в трапезной большую вазу с розами. Потраченное на подготовку время не пропало даром: розы получились как настоящие. По трапезной волной пошёл одуряющий розовый аромат, заставивший Лаю застыть на месте, а Гарта удивлённо поднять брови. Одна Райна продолжала есть, посмеиваясь над шалостью ученицы.

– Ой, откуда такая прелесть? – всплеснула руками Лая, подбежав к одной из ваз.

Естественно, что попытка взять один из цветов не увенчалась успехом. Можно было наколдовать и иллюзию материальности, но для Иры это было сложно, и она решила ограничиться видом и запахом.

– Я не занималась с иллюзиями лет сорок, – засмеялась Райна, – вот Лая и забыла. Кажется, я тоже создавала цветы. Такая прелесть существует или это твоя выдумка?

– Это розы, – ответила Ира, которую смутило разочарование служанки. – В моём мире это одни из самых лучших цветов. Но стебли у них в шипах.

– Так и должно быть, – кивнула наставница. – Красоту нужно защищать. Это касается и тебя. Осваивая магию, ты отращиваешь свои собственные шипы.

Гарт теперь вёл занятия только с кинжалом, но девочка каждый день повторяла разученные упражнения. У неё не было желания отрываться от занятий для прогулки верхом, но Райна настояла. Выезд получалось сделать перед ужином, поэтому Ира ограничивалась получасовой ездой рысью и два раза с большим трудом перевела лошадь в галоп. Каждый раз кобыла поворачивала к девочке голову, глядя с таким укором, что юной наезднице поневоле становилось стыдно. Когда теория ментальной магии начала укладываться в голове, она сразу же попробовала применить её к ленивой лошади. Результат превзошёл ожидания: кобыла преисполнилась энтузиазмом и показала такую прыть, что Ире стоило больших усилий удержаться в седле.

Начали проводить опыты под руководством наставницы. Райна контролировала каждый шаг ученицы, объясняла то, чего не было в книгах, и несколько раз уберегла Иру от серьёзных ошибок. В качестве подопытных использовали птиц, своих лошадей и даже лося, который опять разгуливал возле замка в поисках грибов. Ира даже хотела на нём прокатиться, но наставница отсоветовала.

– У тебя нет опыта им управлять, – объяснила она. – Он, конечно, повезёт, но куда? Попрётся в чащу, и не первая, так вторая ветка с него смахнёт, а мне потом придётся сращивать тебе кости.

Работать с птицами не понравилось. Крупные куда-то подевались, а мелочь вроде воробьёв исправно садилась ей на плечи, но при этом не испытывала никакого уважения, и после подобной дрессировки частенько приходилось чистить одежду. С людьми было сложнее. Под рукой не было никого, кроме слуг, а Райна запретила ехать с этой целью в деревню.

– Пожалуются в город королевскому наместнику, – говорила она ученице. – Деревни королевские, так что он обязан отреагировать, и твоя учёба обойдётся нам очень дорого. Можешь попробовать что-нибудь безобидное на слугах, но только так, чтобы они этого не заметили. Пусть, например, Гарт почешет нос. Только будь осторожна с Лаей и обязательно смотри, чем она занята. А то вмешаешься, когда она шинкует овощи, и оставишь её без пальца, а нас – без служанки, пока я не восстановлю руку. Главное в этой магии – это понять принцип и заучить рекомендации, остальное придёт с опытом.

Поначалу предметная магия давалась с трудом, но вскоре случился прорыв: удалось сдвинуть спичку, которая, повинуясь её воле, вяло ползала по столу, пока Ира не устала. Через неделю она уже гоняла десяток спичек, устраивая на столе спичечные хороводы, а ещё через два дня сдвинула полный коробок. А на следующий день закончилось лето и пошёл первый, пока ещё тёплый дождь. За ним последовали другие, и конные прогулки пришлось прекратить. Лесная дорога раскисла не сильно, но всё равно из-под копыт Лады летела грязь, а с деревьев сыпалась грязная морось. Зато повсюду полезли грибы. Их было так много, что можно было таскать корзинами, не отходя от замка, а лось обожрался и метил поляны жидким калом. Ира собирала грибы и отдавала Лае, которая сушила их на печи и развешивала на кухне на верёвочках. Запах исходил просто обалденный. Грибные заготовки прекратил Гарт.

– Поймите, госпожа Рина, – уважительно, но вместе с тем твёрдо, сказал он, – на ваши грибы ушло много дров, а я не могу сейчас заготавливать другие: всё отсырело, и почти постоянно идёт дождь.

Ира не стала спорить, отнесла корзину в кладовку и, забыв о грибах, навалилась на учёбу. Она научилась замораживать и кипятить воду в захваченной из дома керамической чашке, вот заклинание, обеспечивающее сохранность вещей и продуктов, пока не давалось. Пришлось обратиться за помощью к Райне. Оказалось, что в книге была ошибка.

– Потому и говорю, чтобы обращалась ко мне, – сказала наставница. – Писец допустил ошибку, а по смыслу не видно. Когда я училась сама, долго топталась на этом месте, прежде чем догадалась, в чём дело. Хотела исправить, да забыла. Смотри, как надо.

«Теперь мне не нужен холодильник, – думала Ира. – Любые продукты пролежат свежими неделю, и силы на это требуется совсем мало».

– Теперь ты у нас маг, – с удовлетворением сказала Райна. – Можно идти в гильдию и сдавать экзамены. Вот освоишь стихийных духов, и мы сразу перейдём к последнему разделу. Времени должно хватить с лихвой. Только мне придётся с тобой повозиться, а тебе – потерпеть боль. У тебя мало сил для высшей магии, так что попробуем это исправить. И давай я на всякий случай покажу, где храню остальные книги. А то мало ли что…

Как Ира и думала, книги хранились, в лаборатории, в выдолбленной в стене нише, на которую было наложено очень качественное заклинание иллюзий.

– Здесь же кирпичи! – девочка потрогала стену в указанном месте, чувствуя на ощупь только неровную кирпичную кладку.

– А ты попробуй на время снять иллюзию, – посоветовала Райна. – Только не надо разрушать, а то сама будешь восстанавливать.

Ира старательно проделала нужное магическое действие, и кирпичи исчезли, открыв глубокую нишу в стене, почти полностью заполненную книгами.

– Это всё по магии? – удивилась она. – Я же уже почти всё прочитала, неужели это по последнему разделу?

– Ты получила только общие знания для начинающих магов, но есть и углублённые – по отдельным, наиболее востребованным темам, и семейные секреты, которыми не делятся с другими. Есть такая книга и у меня. В неё мастера семейства Албени заносили всё новое, что повезло найти в магии. Кстати, именно там все боевые заклинания.

– Призыв тварей?

– Нет, это общий раздел высшей магии, он не является секретом. Вот координаты некоторых миров – это секрет. В эту же книгу я записала координаты твоего мира. А боевая магия основана на воздействии на организм противника. Ты можешь остановить или заморозить ему сердце, парализовать дыхание или перекрыть ток крови в голову. Применение у этих заклинаний небольшое, потому что человек умирает не сразу и может успеть нанести удар, а то и не один. Кроме того, существуют амулеты, которые полностью или частично предохраняют от таких заклинаний.

– И когда это изучать?

– В самую последнюю очередь. Ну что ты смотришь такими жалобными глазами? Рано тебе такое учить.

– А просто посмотреть?

– Давай договоримся так. Я отдам её, но не для чтения. Будешь каждый день переписывать из этой книги в одну из своих тетрадок по два листа текста. Читаешь ты хорошо, а пишешь так, что я с трудом разбираю твои каракули. А так и писать научишься, и удовлетворишь любопытство. А потом расскажешь, что удалось понять. Только не вздумай без меня что-нибудь пробовать! Тебе уже по силам открыть врата, но не сможешь их удержать, просто не хватит сил. Они выпьют тебя досуха и захлопнутся, а мне достанется твоё мёртвое тело. Ты поняла? Тогда забирай и пойдём, а то что-то забеспокоился лесной народ.

– Что за народ? – спросила Ира, следуя за Райной с книгой под мышкой.

– Это всякая лесная мелочь вроде болотников и водяных. Они намного слабее истинных духов, но это-то и позволяет их использовать. Только эти духи не могут удаляться от мест своего обитания, поэтому польза от них не очень большая.

– Они что-то вам передали? Почему я ничего не почувствовала?

– Потому что передали лично мне. Помолчи, кажется, дело серьёзное. В направлении замка идут люди с железом, и движутся не по дороге, как это сделали бы солдаты, а лесом, да ещё со стороны Карской пущи. Наверняка это разбойничья ватага, которая собралась отсидеться в нашем замке до весны.

– А мы?

– Можешь обойтись без глупых вопросов? Что мы? Если они о нас знают, то это только лишний повод сюда прийти. Выжившая из ума старуха и двое таких же слуг для них не противники, да ещё, возможно, удастся чем-нибудь поживиться. Поняла? Нас пустят под нож, а тебя дружно используют и тоже зарежут, потому что благородная и для них возможный источник неприятностей.

– Сообщили, сколько их?

– Передали, что много. Духи не умеют считать, всё, что больше двух, для них уже много. Но ватаги редко ходят меньше десятка, разве что их ополовинят королевские егеря. Будем рассчитывать на худшее и считать, что их два десятка. Сами мы с ними не справимся, поэтому я обращусь за помощью. Не хотелось тратить запас, который я приберегла на чёрный день, но, кажется, он наступил. Беги к Гарту и скажи, чтобы забрал арбалеты и нёс к южному входу. Они должны подойти туда. Поможешь ему, а я бегу в башню вызывать помощь. Мне нужно только полчаса, постарайтесь столько продержаться. Если не сможете, уходите в лес и заберите с собой Лаю, а я закроюсь изнутри и постараюсь закончить ритуал. Беги, девочка моя!

Гарт отреагировал на новость хладнокровно.

– Пойдёмте, госпожа, поможете донести оружие, да и сами вооружитесь.

Оружие замка хранилось в комнате слуги, в двух больших шкафах. Ире он дал надеть пояс с закреплённым на нём длинным кинжалом, больше похожим на короткий меч, и два кинжала поменьше.

– Эти для метания. Возьмите с собой сумку с болтами и арбалет из тех, что поменьше.

Сам он выбрал из десятка имевшихся арбалетов два самых больших.

– Из них можно пробить доспехи на сто шагов, – объяснил он в ответ на вопросительный взгляд Иры. – Вряд ли разбойники будут в броне, но всякое может случиться. По крайней мере, из них мы сможем отстреливать врагов от кромки леса, в доспехах они или нет.

Гарт тоже повесил себе на пояс два кинжала и закрепил за спиной короткий меч. Доспехов в комнате не было. На вопрос Иры, почему их нет, он ответил, что все доспехи замка захватили с собой бежавшие слуги и железо сгинуло вместе с ними в болоте.

– Нам от них мало пользы, – добавил слуга, сворачивая к кухне. – Наша задача – положить как можно больше разбойников, пока они не приблизились. Их луки отсырели, и с большего расстояния от них мало толку. Но в упор утыкают стрелами, так что врукопашную нам с ними не драться. Отстреляемся и отступим вглубь замка. Здесь можно завалить ещё двух-трёх, а потом только уходить в лес, если их останется больше пяти. А если меньше, то может, и справимся. Сейчас предупредим Лаю, чтобы уходила, и идём прямиком к входу. Попробую, если дадут время, сделать там завал из дров и бочек. И им препятствие, и нам будет где укрыться.

Лая тоже не стала паниковать и метаться по кухне. Она молча выслушала Гарта, сняла с плиты кастрюлю с кашей и засунула за матерчатый пояс пару кухонных ножей, которые ничем, кроме отсутствия ножен, не отличались от кинжалов Иры.

– Быстрее, госпожа! – поторопил Гарт. – Кто знает, сколько у нас с вами времени, будет плохо, если не успеем!

Они успели, но в самый последний момент. Едва слуга сделал небольшую баррикаду из старых бочонков, как из леса вышла толпа мужчин человек в тридцать, которые не спеша двинулись в сторону замка.

– Много! – с досадой сказал Гарт. – Не удержимся. Послушай меня, Рина! Это не люди, а волки в человеческом обличье. У каждого из этих мерзавцев руки по локоть в крови. Сейчас ты начнёшь их убивать, а я буду заряжать арбалеты. Стреляешь ты не хуже меня, а так будет быстрее. Начинай, у нас мало времени! Представь, что это мишени!

У Иры не получилось представить вместо людей мишени, но страх не помешал ей уложить поверх бочонка заряженный арбалет, навести его на идущего впереди толпы толстяка с большими вислыми усами и нажать на спусковую скобу. Арбалет привычно ударил в плечо, а толстяк получил болт в живот, заорал, бросил меч, пробежал несколько шагов и упал на землю.

– Следующий, быстро! – крикнул Гарт, подавая заряженный арбалет.

Разбойники не остались на месте, а схватились за луки и нестройной толпой побежали прямо к ним. Ира успела выстрелить ещё четыре раза, не сделав ни одного промаха, после чего на баррикаду обрушился дождь стрел. Старик вовремя пригнул девочку, спрятав её за бочонок, в который тут же воткнулись две стрелы.

– Лежи тут! – приказал он, а сам, прикрытый от стрел баррикадой, ползком пробрался к двери и успел её захлопнуть и заложить засов, прежде чем подбежали разбойники. После этого поднялся на ноги и крикнул: – Долго не продержится! Сейчас найдут или срубят ствол дерева и легко выбьют дверь. Дерево ещё крепкое, но петли давно проржавели. Бежим на галерею, может, из окон удастся кого-нибудь подстрелить.

Ира молча схватила заряженный арбалет и сумку с болтами и бросилась вслед за стариком. В галерее Гарт подбежал к первому же окну, расположенному со стороны входа.

– Положи оружие на пол, – сказал он девочке, по-прежнему обращаясь к ней на ты. – Я подсажу в оконный проём, а потом подам арбалет. Болты брать не нужно: всё равно не сделаем больше одного выстрела: ссадят стрелами. Прячься за выступом стены и не стреляй, пока я не заберусь. Ударим вместе.

Он посадил Иру на основание лишённого стёкол окна, передал ей оба арбалета и, подтянувшись, забрался сам.

– Бегут с бревном, – посмотрел он на разбойников. – Распределим цели. Я стреляю в переднего, а ты в того, кто бежит за ним. Целься, я скомандую. Давай!

Первые два разбойника из тех, которые бегом тащили большое бревно, упали под ноги своим товарищам, а конец бревна пошёл вниз и уткнулся в землю. Остальные не смогли его удержать, в результате чего у одного из мерзавцев оказалась переломана нога. Стоявшие в стороне разбойники разразились негодующими воплями и пустили в ход луки.

– А разбойники не попробуют забраться в замок здесь? – спросила Ира, после того как они спрыгнули с окна внутрь галереи.

– Вряд ли, – ответил старик. – Им проще пройти через дверь. Снаружи до окон слишком высоко, да и нас побоятся. Заряжаем арбалеты и бежим к северному выходу. Если не успеем, то придётся отступать через разрушенную часть замка. Если столкнёмся с ними, сразу стреляй, бросай арбалет и защищайся кинжалами. Нам главное – хоть немного продержаться, чтобы дать госпоже больше времени.

Они не успели. Когда до поворота коридора в сторону нужного выхода осталось только с полсотни шагов, раздались грохот выбитой двери и радостный вопль двух десятков глоток.

– Пытаемся прорваться на кухню! – крикнул Гарт. – Здесь они быстро с нами справятся.

Они смогли добежать только до кухонной двери, где столкнулись с целым десятком разбойников. Оба одновременно разрядили арбалеты, уложив двух врагов, после чего остальные бросились на них с мечами в руках.

«По-моему, это и есть крайний случай», – мелькнуло в голове Ирины, которая в следующий миг перешла в ускоренный режим.

Движения разбойников стали очень медленными, они словно продирались сквозь толщу воды. Один бросок кинжала, второй… Она успела третьим кинжалом ударить ещё двоих. Извлечь оружие уже не получилось: внезапно ослабевшая рука не смогла удержать рукоятку, а ставшие ватными ноги – тела. Девочка опрокинулась на спину, больно ударившись затылком о каменный пол. Сил не было никаких: ни магических, ни телесных. В глазах мельтешило, в виски била кровь, а грудь ходила ходуном и не могла уберечь от навалившегося удушья. Сквозь звон в ушах она услышала азартные крики и звон клинков. Гарт ещё сражался, но не мог прийти на помощь. Возле неё остановились двое.

– Допрыгалась, сучка, – сказал один из них. – Кто же это её, Сол? Смотри, кончается. Давай я на ней попрыгаю, пока ещё тёплая, а ты покараулишь, чтобы меня случайно никто не огрел? Вы-то потешили свои сморчки, а потом порезали всех баб в обозе, а мне ничего не досталось. Сил больше нет терпеть, а эта смотри какая!

– Сам ты сморчок! – рассердился второй. – Нашёл время точить свой шишак! Мы не знаем, сколько здесь врагов, а ты норовишь залезть на бабу! Точно дурак! Мы уже потеряли половину ватаги, а убили ли хоть кого, кроме неё? Сейчас ребята упокоят этого деда, и надо…

Что-то хлюпнуло, и ей на ноги плеснуло тёплым. Мгновением позже звук повторился, и на этот раз влага попала с другого бока, намочив руку и забрызгав лицо. Следом прозвучал сдвоенный удар упавших тел. Со стороны, где шёл бой, раздался полный животного ужаса крик, который резко оборвался. Оттуда же послышались шаги, и к Ире подошёл уставший Гарт.

– Что с вами, госпожа Рина? – спросил он, опускаясь перед ней на колени. – Вы вся в крови!

– Опять госпожа! – прошептала девочка, которой стало самую малость получше. – Это не моя кровь, Гарт. Я просто потеряла много сил. Ты сам устал, да ещё ранен. Садись рядом, немного отдохнём. Это ведь помощь, которую вызвала Райна?

– Наверное, – ответил старик, тяжело опускаясь рядом. – Я видел, как вы метнулись к разбойникам, и сразу четверо из них рухнули на пол. Вы тоже упали, но я не смог прийти на помощь. Набросились двое, а силы уже не те. Отбивался мечом и прикрывался арбалетом, но они теснили в угол. Атаковать не мог, только защищаться. Там меня и убили бы, но внезапно у моих противников отлетели головы. Я успел отскочить, и не залило кровью. Стоит тишина и никто больше не появляется, поэтому я думаю, что такая же неприятность приключилась и с остальной ватагой. Скоро подойдёт госпожа, тогда я схожу за Лаей, а то на улице опять начался дождь.

В коридоре раздался звук торопливых шагов, и из-за поворота появилась наставница. Увидев залитую кровью Иру, она вскрикнула и бросилась к ней бегом.

– Что с тобой, девочка моя?! – причитала она, схватив ладонями её голову. – Ну вот, я же говорила, что тебе рано этим пользоваться! Разве так можно? Я чуть не рехнулась от страха. Потерпи немного, сейчас я поделюсь с тобой силой. Где Лая, Гарт?

– Я передал ей ваш приказ укрыться в лесу, – ответил слуга, тяжело поднимаясь на ноги. – Пойду найду и приведу обратно.

– Возьми плащ, – сказала хозяйка. – На улице сильный дождь. Теперь займёмся тобой. Откройся, буду вливать в тебя силу. Легче? Всё, хватит. Теперь обопрись на меня и поднимайся. Лая поможет помыться и лечь в кровать. Для тебя это сейчас главное. Нам следует отдохнуть, а мне ещё надо затянуть у Гарта порез. Старый стал и неуклюжий, раньше он один разогнал бы толпу разбойников, по крайней мере, в броне. Эти тела найдётся кому убрать.

Лая оказалась цела и невредима и даже не намокла, прикрытая предусмотрительно захваченным плащом. Вернувшись в замок, она нагрела воду и искупала молодую госпожу, которая шевелилась в купальне как снулая рыба. Иру растёрли полотенцем, напоили горячим отваром и уложили в кровать. Для остальных был срочно приготовлен горячий обед. У старой женщины хватило сил собрать оружие разбойников, сложить его в одном месте в коридоре и приставить на место выбитую дверь, подперев её валявшимися рядом бочонками. Вся одежда, оставшаяся после исчезновения тел разбойников, была выброшена в выгребную яму, после чего Лая добрела до своей комнаты и крепко заснула. Гарт тоже ушёл отдыхать после лечения руки, но перед этим сходил покормить лошадей. Не дождавшись ужина, все жители древнего замка забылись тяжёлым сном. Спала и Райна, которую вымотали ритуал призыва и необходимость делиться остатками сил с ученицей. Поэтому она никак не отреагировала на сообщение одного из духов леса о том, что по дороге в сторону замка движется много конных людей с железом.

– Как вы думаете, сержант, далеко до этого замка? – спросил молодой офицер у ехавшего рядом пожилого мужчины в форме королевского егеря.

– Скоро должны подъехать, милорд, – почтительно ответил сержант. – Будем становиться лагерем или попросим гостеприимства у хозяев?

– Надеюсь, что старая госпожа не откажет, – ответил командир. – В такую погоду под кров пускают даже собак. Опять начался дождь! И вы хотите ставить палатки? Нас всего два десятка, так что в замок поместимся. В конце концов, в интересах его жильцов, чтобы мы разделались с этой ватагой!

Глава 7

– Если хотите, здесь можно свернуть с дороги и проехать лесом, – предложил сержант. – Это намного короче. А можно доехать до деревни, а потом другой дорогой добраться до замка.

– Поворачиваем, – решил офицер. – Этот дождь уже так достал, что хочется быстрее под крышу. Да и нет в лесу такой грязи, как на этой дороге.

Маленький отряд втянулся в лес и, ведомый сержантом, быстро добрался до вырубки перед замком.

– Как видите, милорд, я вас не обманул, – сказал сержант. – Мы… Ах каналья!

Его возглас предназначался собственному коню, который внезапно рванулся в сторону, едва не сбросив всадника, и нервно заплясал на месте, кося испуганными глазами в сторону замка.

– Что-то напугало Ардая, – объяснил сержант встревоженному офицеру. – Отряд, стой! Милорд, с вашего позволения, я спешусь и посмотрю.

Он соскочил с коня и отдал его повод одному из подчинённых, а сам начал осматривать вырубку. Пройдя вперёд, сержант неожиданно остановился как вкопанный: на земле лежала одежда и обувь человека, причём рубашку кто-то засунул внутрь колета и заправил в штаны, которые тоже были заправлены в сапоги.

– Милорд! – позвал он офицера. – Я попрошу вас подойти сюда. Только лучше и вам спешиться. Мой Ардай не боится крови, а здесь просто ошалел от страха, так что это место не понравится и другим лошадям.

– Что за ерунда? – Поражённый офицер присел на корточки рядом с сержантом. – Такое впечатление, что тело просто испарилось.

– Верное у вас впечатление, милорд, – кивнул сержант. – Смотрите!

Он полез в воротник рубашки и вытащил из него золотой медальон на цепочке. Развязав завязки на рубашке, нащупал и вытащил окровавленный арбалетный болт.

– Этого человека убили из замка. Смотрите, дыра только на груди, да и лежал он головой вперёд. Давайте перевернём одежду и посмотрим, что лежит снизу.

Внизу на широком кожаном поясе висел длинный кинжал, а с другого бока был подвязан кошель с деньгами.

– Золото, – сказал сержант, развязав кошель. – Монет тридцать. Видно, непростой был разбойник. Ба! Да это же Санти-Пивной-Бочонок! Посмотрите на медальон!

– Точно, Санти! – подтвердил офицер. – По слухам, он никогда не расставался с этим медальоном. За его голову магистрат назначил сто монет золотом! Повезло им сразу же уложить разбойничьего главаря. Вы говорили, что ваш конь не боится крови, а здесь её почти всю смыло дождём. Так что, магия?

– Скорее всего, милорд. Иначе куда делось тело? Нужно посмотреть вокруг, один ли он здесь лежит. Мне кажется, что сегодня этим ребятам не повезло. Если бы кто-нибудь из них остался в живых, они непременно вернулись бы сюда похоронить тело или хотя бы забрать золото. По слухам, у Санти на пальцах было полно колец. Давайте посмотрим возле рукавов. Смотрите, перстень, и ещё один!

– Выходит, в замке отбились, положив всю ватагу?

– Может и так, милорд, а может их уцелело так мало, что оставили осмотр тел на потом. Так что нам в любом случае нужно быть настороже.

Все спешились и, оставив коней под охраной двух егерей, рассыпались по вырубке, тщательно осматривая её в направлении замка. Долго искать не пришлось: шагов через тридцать, чуть в стороне, были обнаружены ещё одни непонятные останки одежды и обуви, в которых тоже оказался арбалетный болт. Рядом лежало оружие.

– И у этого никто не забрал деньги, – перевернув мокрое тряпьё, сказал сержант. – Золота в кошеле нет, но много серебра. Ищите ребята, наверняка он здесь такой не один.

Ближе к замку попалось два «тела», и оба тоже с оружием и деньгами, а возле самых стен нашли троих. У двух извлекли болты, а у третьего не было видимых повреждений одежды. Один из егерей подошёл к двери, осмотрел её и вернулся обратно.

– Дверь выломана, – доложил он начальству. – Рядом лежит бревно, наверное, им и ломали. Дверь просто прислонена к проёму и чем-то подпёрта изнутри.

– Значит, несмотря на потери, разбойники выломали дверь и вошли в замок, – сделал вывод сержант. – И в замке остались, потому что никто не трогал денег и оружия погибших. Что будем делать, милорд? Уже темнеет, все устали и промокли. Нужно проситься на ночлег в замок или ехать ночевать в деревню.

– Мне не хочется тревожить хозяев, – задумался офицер. – Если там разбойники, мы окажемся в очень невыгодном положении, а если победили хозяева, которым победа не могла достаться легко, вряд ли они нам обрадуются. Но и ехать сейчас в деревню… Давайте поступим так. Это ведь замок прежних? Значит, здесь где-то должны стоять конюшни. Если получится, попробуем переночевать в них.

Конюшни нашлись неподалёку. На вид они были неповреждёнными, а от ворот в сторону замка вела узкая, хорошо протоптанная дорожка.

– Здесь часто ходят, – заметил сержант. – Ворота не заперты. Подожди, Лаш, не трогай. Если в замке живёт сильный маг, он мог оставить вместо замка какой-нибудь неприятный сюрприз. Позовите Ола, пусть проверит.

Подошедший на зов молодой егерь походил возле ворот, но ничего не обнаружил.

– Нет здесь ничего, – сказал он, открывая створку. – Если и было сторожевое заклятие, его не обновляли, а я не почувствую следы от старых.

Егеря осмотрели саму конюшню и подсобные помещения, но обнаружили только двух кобыл и небольшой запас сена и овса.

– Заводите наших лошадей, – скомандовал офицер. – Займём самое большое помещение. В нём чисто и сухо, так что постелем на пол палатки, на них и переночуем. Переоденьтесь в сухое, а мокрые вещи сверните в узлы, завтра высушим в замке. Игаш, распределите ночные дежурства.

– Конечно, милорд, – ответил сержант. – Я думаю, что мы можем позаимствовать у хозяев немного овса. Завтра пошлём кого-нибудь в деревню к старосте и восполним потраченное.

– Господин сержант! – подошёл к Игашу один из егерей. – Мы нашли на плитах что-то вроде пятен крови. Дождём размыло, но ещё можно увидеть. Следы ведут к выгребной яме. В неё сбрасывают навоз и кухонные отходы.

– А в самой яме?

– Она слишком глубокая и почти пустая, там и днём-то не видно. Может, бросим факел?

– Ты долго думал? А если этот навоз загорится, чем будем тушить? Возьмите тонкую верёвку и привяжите к факелу. Потом доложите результаты.

Минут через двадцать с докладом прибежал тот же егерь.

– В яме поверху набросана куча тряпья и много сапог. Подробно рассмотреть не получилось: занялась верёвка и еле успели вытащить факел.

– Вот и нашлись остальные разбойники, – сказал Игаш. – Значит, обитатели замка отбились. Наверняка среди них есть сильный маг, который призвал каких-то тварей. Об этом обязательно нужно доложить наместнику.

– Если это сама хозяйка, вряд ли она поедет в столицу, – отозвался офицер. – Она не просто так забилась в эту глушь. Наверняка её в прошлом царствовании загнали сюда жрецы Ашуга. Они тогда свирепствовали вовсю, а отец короля им потворствовал. Скольких мастеров они извели, сколько их бежало к соседям! А теперь, если придётся драться, нам нечем отбиться от тварей. Король пытается собрать тех, кто остался, но их очень мало, да и не верят, что всё кончилось.

– Об этом пусть болит голова у наместника. – Сержант развязал сумку и достал хлеб и кусок окорока. – Будете, милорд?

– Не откажусь. Спасибо, сержант. Поедим, и всем, кроме дежурных, спать. Разбираться будем завтра. Вы правы: наше дело только доложить.

– Как ты себя чувствуешь? – Райна внимательно осмотрела свою ученицу. – Следов истощения не видно.

– Нормально я себя чувствую, – ответила Ира, – если не считать того, что побаливают мышцы.

– Это из-за перехода в ускоренный режим. К вечеру должно пройти. По словам Гарта, ты упокоила десяток разбойников. Это на тебе не отразилось?

– Сначала было страшно и немного подташнивало, а потом я послушала, что они собирались со мной сделать, и появилась такая злость, что даже прошла тошнота. Если бы я тогда не лежала без сил… Ладно, ну их. Будем сегодня заниматься резервом?

– Сделаем перерыв в занятиях: у нас гости. Гарт отправился утром кормить лошадей и встретил в нашей конюшне егерский отряд его величества. Егеря охотились за теми же разбойниками, которые нанесли нам визит, а я вчера так вымоталась, что даже не почувствовала, когда меня хотели о них предупредить. В отряде есть благородный – барон Розен. Гарт сказал, что юноша производит впечатление достойного человека. Он у егерей за главного. Приличия требуют пригласить его к завтраку и оказать содействие егерям, если он обратится с такой просьбой. К тому же не помешает разузнать новости. Я посылала Гарта в город лет семь назад. Стар он уже для таких поездок. Тебе нужно привести себя в порядок. Задача – сразить этого Лара наповал. Тогда мне будет легче вытянуть из него всё, что нужно.

– А сколько лет этому барону?

– Около двадцати.

– И вы думаете, что он западёт на девчонку?

– Иди сюда, девчонка. К зеркалу иди. Теперь посмотри на себя. Это девочка? Ты говоришь, что тебе тринадцать с половиной, но любой, кто посмотрит, не даст меньше пятнадцати. У тебя формы взрослой и очень красивой женщины, вот и учись этим пользоваться. Пусть тебя пока не интересуют мужчины, это не повод, чтобы не использовать их интерес к тебе. Я как-нибудь выберу время и позанимаюсь с тобой тем, как вернее и быстрее охмурять мужчин. Считай, что это оружие, данное тебе природой. Ты отвела руки назад, натянув на груди ткань платья, и они послушно уставятся на твою грудь. При этом большинство мужчин уже не в состоянии нормально соображать, их мысли совсем о другом. Есть немало других приёмов. Даже меняя тембр голоса, можешь управлять их поведением. Так что оставь свою глупую блажь и перестань считать себя ребёнком.

– Это ваша мазь виновата в том, что они так торчат!

– Мазь и упражнения. И что в этом плохого? Скажи мне, какая девушка не хочет быть красивой? Есть ли такие вообще? А ты сама? Думаешь, я не поняла, почему ты поднимаешь ветер своими ресницами? Ты от природы очень красива, но сюда пришла хилым заморышем, а посмотри на себя сейчас! Красивая, сильная и уверенная в себе девушка! Пусть ты ребёнок по меркам своего мира, сейчас ты живёшь по другим законам. Так что не спорь и надевай платье покрасивее. А потом я подберу тебе украшения. Диадему или колье носят только по торжественным случаям, и этот барон может возомнить, что ты вырядилась из-за него. Вот кулон подойдёт. Плохо, что у тебя не проколоты уши. Серьги сразу меняют вид женщины. Ладно, я проколю их потом, пока обойдёмся без этого.

От Райны Ира ушла в смятении. Неужели наставница права, и она уже созрела для взрослой жизни? Пока одевалась, волнение ушло. Райна знает, что говорит, а её дело – слушаться во всём. Надо учиться вертеть мужчинами, значит, она этому научится. А пока посмотрит, как отреагирует этот барон. Это будет даже интересно. Выбранное платье обтянуло как вторая кожа. А ведь с самого начала платья были чуть велики. Ещё немного – и нужно будет шить новые. Волосы просто расчесала, отбросила назад и сколола гребнем. За пять месяцев пребывания в замке они отросли почти до попы и стали заметно гуще. Когда Ире надоело тратить время на уход за своей гривой и она попросила Райну укоротить волосы, та единым для обоих миров жестом покрутила пальцем у виска и заявила, что для благородной девушки волосы недостаточно длинные и о том, чтобы их укорачивать, не может быть и речи.

Закончив чистить пёрышки, как называла это занятие мать, она поспешила к наставнице.

– Великолепно! – оценила Райна, взяла со столика небольшой золотой кулон, украшенный изумрудами, и повесила Ире на шею. – Как на тебя делали, даже не надо подгонять цепочку. А вот с платьями нужно что-то делать. Через две-три декады ты можешь в них не влезть. А ведь сестре было больше пятнадцати и она не выглядела худышкой. Посмотри в шкатулке кольца, только не копайся, уже пора завтракать. Всё помнишь о своём происхождении? Вот и отлично. Будь приветлива, но держи дистанцию. Подбородок слегка подними и не вздумай морщить лоб или щурить глаза. Ладно, барон провинциал, ему хватит и этого. Для усиления эффекта ты войдёшь в трапезную после того, как мы сядем есть. Тогда я тебя и представлю.

Полученное утром приглашение на завтрак было ожидаемым, поэтому Лар, как мог в походных условиях, привёл себя в порядок и, оставив отряд на сержанта, отправился вслед за старым слугой через вход с ещё отсутствующими дверями.

– Милорд будет посылать своих людей в деревню? – спросил слуга, заводя гостя в замок. – Если да, то миледи просила сказать старосте, чтобы прислал кузнеца для починки дверей. Прошу вас сюда. Садитесь, миледи сейчас подойдёт.

Сев на указанное место, Лар с любопытством осмотрелся. Он впервые посетил замок прежних, и ему было интересно. Не так уж много таких замков, да ещё относительно целых, было в королевстве. А уж те, в которых обитали люди, можно было пересчитать по пальцам. Прежние строили с размахом, и в трапезной можно было без труда усадить сто человек.

– Миледи! – торжественно объявил слуга, который почему-то сел за один стол с гостем.

В трапезную вошла старушка лет восьмидесяти, с лицом, сохранившим следы былой красоты. Оделась она довольно скромно, а из украшений были только массивные золотые серьги с камнями. Она величественно кивнула Лару, который в знак почтения к хозяйке привстал со стула. Заняв место во главе стола, она вопросительно посмотрела на гостя.

– Лар Стах, барон Розен, – представился он.

– В отличие от вас, барон, я не могу назвать своего родового имени или титула, – сказала старая леди. – Враги сильны, а я одинокая слабая женщина. Поэтому разрешаю называть себя Райной. Я вижу, что вас смущает присутствие за нашим столом Гарта. Дело в том, что он служит мне больше пятидесяти лет, а вчера вместе с моей воспитанницей убил больше половины разбойников, прежде чем я смогла вмешаться.

– Для этого нужны немалое мужество и воинская сноровка, – заметил Лар, с уважением посмотрев на слугу. – А где ваша воспитанница? Я слышал о женщинах-воинах, но сам никогда не встречал. Она не из таких?

– Что вы, Лар! – рассмеялась леди Райна, назвав его по имени, что после представления уже не противоречило этикету. – У моего отца были две такие, с позволения сказать, дамы. Дрались неплохо, но, чтобы рассмотреть в них женщин, нужно было сильно постараться. А вот и моя воспитанница! Позвольте вам представить Рину Волк, баронессу Камен. Она родом из Ливены, если это вам о чём-то говорит.

– Миледи… – Лар привстал со стула да так и остался стоять, рассмотрев вошедшую юную девушку, красивее которой ещё не видел.

– Вы можете сесть, Лар! – сказала довольная произведённым эффектом Райна. – Не стоит смущать мою воспитанницу таким вниманием, она к этому не привыкла.

Действительно, щёки девушки зарумянились, что только добавило ей прелести.

– Давайте отдадим должное завтраку, – продолжила хозяйка, – а потом вы расскажете последние сплетни, которые сейчас в ходу, и о том, чем мы можем помочь. Наверное, надо перевести ваших людей в замок и накормить горячим обедом. Конюшни не лучшее место для постоя. К сожалению, жилых комнат в замке немного. У нас не было необходимости приводить в порядок остальные помещения, да и слуг у меня осталось немного. Но если ваши люди захотят, они могут расчистить для себя одну из комнат, в которых раньше жили слуги и были отремонтированы окна. Там тепло и нужно только убрать мусор. Я скажу служанке, и она приготовит для них обед. Но в дальнейшем им нужно заботиться о себе самим, для такого количества едоков моя служанка уже стара. Вы надолго собираетесь задержаться? Только, ради всех богов, не говорите, что собираетесь остаться навсегда! Рина не оценит такой жертвы: слишком молода.

– Сколько же лет баронессе? – спросил Лар.

– Увы, дорогой Лар, она гораздо моложе, чем кажется! Рине ещё полгода до совершеннолетия, но и после его достижения у вас мало шансов, потому что она не рвётся замуж. Однако мы уделяем слишком много внимания хозяевам и забыли о гостях. Расскажите дамам что-нибудь интересное, а то мы без общения покрываемся мхом.

– Прежде чем что-то рассказать, позвольте задать вопрос. В замке есть сильный маг?

– Почему вы решили, что здесь есть сильные маги, и в чём причина вашего интереса? – спросила Райна. – Я понимаю, что крестьяне могли наболтать о нас в городе. Знают они немного, но кое-что рассказать могли. Но делать подобные выводы на основании их рассказов…

– Мы нашли останки разбойников, которым не удалось добраться до замка. Убиты они обычным оружием, но тела…

– Вот жадины! – неизвестно о ком сказала Райна. – Мало им было тех, кто забрался в замок. Я как-то не подумала, что они решат прогуляться и в его окрестностях. Вам сильно повезло, Лар, что появились позже этой драки. Тем, кто нам помог, было запрещено трогать своих, вы в их число не входили. Право, не стоит так бледнеть, лучше при случае отблагодарите того бога, которому поклоняетесь. Ладно, вижу, что врать нет смысла. Я и есть тот маг, который призвал помощь. А теперь расскажите вы, что у вас за нужда в магах.

– Не у меня, – ответил Лар, у которого по спине гулял озноб от мысли о том, что на вырубке могла лежать и его одежда. – Нужда в магах появилась у его величества Аниша Третьего.

– Припекло! – злорадно сказала Райна. – Как я понимаю, соседи?

– Правильно понимаете, – подтвердил Лар. – Когда жрецы Ашуга при поддержке прежнего короля развязали войну против магов королевства, многие из них бежали к соседям. Отец умер, а сыну теперь приходится расплачиваться за совершенные родителем глупости. В королевстве не осталось мастеров, даже просто сильные маги теперь редкость. И если кому-нибудь из соседей взбредёт в голову напасть на Тессон, боюсь, всем нам придётся плохо. Поэтому его величество издал указ об амнистии магам, которых обвинял его отец. Тем, кто вернётся, обещаны крупные денежные выплаты из казны.

– И многие возвращаются? – насмешливо спросила Райна.

– Вы правы: пока никто не вернулся, – Лар говорил с Райной, но глаза то и дело соскакивали со старушки на её воспитанницу. – По крайней мере, я о таких не слышал. Мастера везде хорошо устроятся, а верить сыну после того, что творил отец…

– И не вернутся, если им не начнут возвращать родовые имения! – жёстко сказала Райна. – А как это сделать, не вступая в конфликт с их новыми владельцами? А тем могут помочь обиженные жрецы Ашуга. Так ведь можно лишиться короны! Вы знаете, как написан указ в части отмены обвинений в государственной измене? Чем это мотивируют?

– Ничем, просто сказано, что в связи с несостоятельностью обвинений. Точно не помню, но как-то так.

– Сколько лет вашему королю, Лар?

– Он и ваш король, миледи Райна!

– Ладно, пусть нашему, – примирительно сказала она. – Так сколько?

– Вы даже этого не знаете! Ему недавно исполнилось двадцать.

– Мальчишка!

– Миледи, я попросил бы не оскорблять короля в моём присутствии! Я давал клятву верности и не могу такое слушать!

– Ладно, не буду я его оскорблять. Только голова у короля не только для того, чтобы носить корону, ею нужно думать! Подумайте сами о том, что он написал. Вот, например, я потеряла из-за ложного обвинения не только всю семью и положение в обществе, но и обширные земельные владения. По этой причине я не испытываю любви к королевской семье, такие же чувства будут к ней и у других мастеров. А теперь говорят, что меня обвиняли ложно. Из этого вытекает, что меня всего лишили незаконно и я имею полное право это вернуть. А если король не хочет заниматься возвратом имений, я могу и сама отобрать своё у его теперешних владельцев, да ещё с ними рассчитаться. Жрецы Ашуга раздавали конфискованное не просто так, а своим сторонникам, которые часто сами принимали участие в захватах. Думаете, у меня не хватит сил? Вот и получается, что в этом указе нет ничего умного. Для меня он выгоден хотя бы тем, что смогу не скрывать имя и жить в королевстве свободно. Но вот самому королевству он не принесёт ничего хорошего, кроме раздора и внутренней войны.

– Интересно, почему барон так быстро убежал? – спросила Ира. – И планы свои поменял. Я думала, что его нужно будет гнать метлой, а он намылился уехать в деревню. Ваша работа?

– Следи за тем, что говоришь. Если у меня иногда проскакивают словечки, непристойные для благородной леди, это не повод, чтобы их повторяла ты. Да, я подтолкнула барона в нужном направлении, а заодно заставила забыть кое-что из нашего разговора. У него нет амулета, так что это было нетрудно. Ты же видела, как он на тебя пялился. Я не хотела, чтобы он запал на тебя всерьёз и торчал здесь со своими людьми, мешая нам заниматься делами. Разбойничьей ватаги больше нет, так что и ему нечего здесь делать. Приведут себя в порядок в деревне, поедят и пусть отправляются туда, откуда пришли. А нам с тобой нужно готовиться к приезду гостей. Я не могла стереть память о нас всем егерям, я и барону её только местами подправила, так что по приезде они доложат начальству и о ватаге, и о том, как она была перебита. Если наш король всерьёз обеспокоен отсутствием магов, а похоже, что так и есть, к нам очень скоро приедет кто-нибудь от наместника. Пожалуй, всё оборачивается к лучшему.

– Вы хотите принять предложение короля? А как же замок?

– Об этом я буду думать. Имение мне, естественно, никто не вернёт, а в деньгах мы с тобой не нуждаемся. Хотя при случае нужно взять заработанную вами сотню золотых в магистрате Зарта. Не столько потому что они нам нужны, сколько для того, чтобы не давать поводов для мыслей о набитом золотом замке. А от короля надо потребовать приличный особняк в столице. Не сейчас, а позже, когда будем заканчивать твоё обучение. Не сидеть же тебе всю жизнь в этом замке, довольно и того, что это сделала я. А так перед тобой откроются большие возможности, да и отомстить легче. Перед уходом я хочу сделать тебя своей дочерью. По возрасту ты годишься во внучки, но кому какое дело! Главное, что ты на законных основаниях унаследуешь всё моё имущество и титул. Будешь маркизой Албени. С гибелью моей семьи маркизат переименовали, так что у его теперешних хозяев не должно быть к тебе претензий, а вот у тебя могут возникнуть к ним такие претензии. Это уже смотри сама, прощать их или нет.

– А если я захочу вернуться в свой мир?

– А кто сможет тебе помешать? – удивилась Райна. – Назначишь управляющим верного человека и ходи по тем мирам, которые захочешь посетить. Можешь жить в двух мирах, нужно только хоть иногда появляться при дворе Аниша. Ладно, рано тебе об этом думать. Когда подрастёшь, наберёшься сил и выполнишь задуманное, тогда и решишь, как жить дальше. Для такого решения у тебя будет больше жизненного опыта и знаний, чем сейчас.

– Если барон уезжает, может, займёмся моим резервом? Или вам это тяжело после вчерашнего?

– Мне это не тяжело, там в основном придётся работать тебе.

– А я справлюсь? Что нужно делать?

– Думаю, что справишься. Нужно расширить твои каналы, по которым происходит ток силы. Я в этом помогу, но главные усилия должны быть с твоей стороны. Я никогда такого не делала, но в книгах написано, что должно быть очень больно. Терпеть боль тебе, поэтому можешь отказаться. Тогда займёмся только теорией, а к практике приступим, когда ты к ней подготовишься. Надеюсь, что я к этому времени буду жива. А если нет, то оставлю для тебя подробные руководства.

– Нет, я постараюсь выдержать!

За время пребывания в замке Ире неоднократно приходилось терпеть сильную боль, и она научилась переносить её молча. Райна давно приучила к мысли, что за всё в жизни нужно платить. Грядущая смерть наставницы страшила и заставляла торопиться. Не хотелось заниматься магией одной, да ещё самыми сложными и страшными её разделами. Но девочка никак не ожидала, что боль будет такой сильной. Она перегрызла вставленную в рот палку и теперь заходилась криками и пыталась порвать ремни, которыми наставница привязала к стулу. Бросившая работу по кухне Лая зажала руками уши и тихо плакала, не в силах вынести отчаянных криков, которые временами переходили в вой.

– Сейчас я тебя освобожу и помогу переодеться, а то трико всё мокрое, – сказала Райна, когда всё закончилось и Ира в полуобморочном состоянии обвисла на ремнях. – Не трогай лицо руками! Ничего страшного, просто из носа шла кровь, да и на лбу она проступила сквозь кожу. Сейчас я всё уберу. Надо было взять палочку потолще, а то теперь нужно лечить тебе зубы. Подожди с одеждой, сначала я разотру тебя мазью. Не дёргайся: это не та мазь, а другая. Она поможет быстрее восстановить потраченные силы. Вот теперь можно и одеться. Гарт! Подойди сюда и помоги отнести Рину в постель. Отдыхай, милая, а я побегу приготовлю для тебя отвар, чтобы быстрее восстановить раскрошившиеся зубы.

Ира не слышала ничего из того, что ей говорили. В ушах стоял звон, навалилась слабость, и было трудно дышать. Она словно куда-то уплывала и уже не чувствовала ни зубной боли, ни боли от многочисленных повреждений в мышцах и связках, полученных во время процедуры, когда тело билось в конвульсиях. Она не дождалась целебного отвара и провалившись то ли в сон, то ли в обморок.

– Бедная девочка! – сказал Райне Гарт. – Без этого точно нельзя было обойтись?

– Думаешь, я решилась бы на такое, если бы был другой выход? – ответила Райна, вытирая с лица до сих пор текущие слёзы. – Для того чтобы встать вровень со мной, ей самой потребовалось бы лет десять. А мне уже осталось немного времени, и я не хочу, чтобы самое сложное она учила сама. Я полюбила эту девочку, Гарт, и не хочу её гибели!

Глава 8

Ира лежала на застеленной кровати, бездумно уставившись в потолок. Сегодня у неё был выходной. Наставница почему-то решила, что ученице нужен отдых, хотя она не чувствовала усталости. Может, устала сама Райна? Расспрашивать о причинах такого решения не хотелось, протестовать – тоже, тем более что можно было почитать выданные для изучения книги. Прошёл месяц со времени получения силы, но до сих пор начинало трясти от одного воспоминания о том, чего ей это стоило. Если бы поставили перед выбором: пройти эту процедуру вторично или умереть, она без колебаний выбрала бы смерть. Тем, что тогда не подохла или не рехнулась, она была целиком обязана наставнице, которая, не имея возможности избавить свою ученицу от боли, все силы отдала на то, чтобы сохранить ей жизнь и рассудок. Раньше у Райны над правым виском в волосах была тёмная прядь. Когда Ира через три дня поднялась с постели, она не заметила этой черноты: волосы у наставницы были белые как снег.

Силу она получила, много силы. Райна провела ряд опытов, результаты которых её поразили.

– По силе ты не уступаешь мне, – сказала она, – а скорость восстановления у тебя намного выше, и я не знаю, чем это можно объяснить. Может, это связано с тем, что ты из другого мира?

Было ли это связано с инопланетным происхождением или с чем-то другим, но стоило ей утром полностью исчерпать свои силы, как к вечеру они уже восстанавливались. Наставнице для полного восстановления требовалось два дня. Со временем страшные воспоминания стали восприниматься спокойней. Она перестала с криком просыпаться по ночам и менять мокрые от пота рубашки, перестала сторониться Райну, как это было в первые дни, и проснулся угасший было интерес к учёбе. Теперь очень многое получалось легко и естественно.

Не отрывая взгляда от потолка, Ира сосредоточилась, и хлопок входной двери показал, что она послушно закрылась. Да, это уже не коробка со спичками! За последние две недели наставница подтянула у неё знания и практику по всем разделам магии и теперь готовила к освоению самого сложного. В последние дни Райна учила ставить защиту, позволявшую скрывать свои мысли и отражать чужие заклятия.

– Раньше я не могла с тобой этим заниматься, – сказала она Ире. – Здесь не столько теория, сколько практика, а для неё нужно много силы.

Провели с ней и краткий курс зельеварения.

– Большинство трав у меня покупные, – объясняла Райна. – Их привозят с далёкого юга, а у нас они встречаются редко и имеют худшее качество. Здесь я собирала лишь некоторые из них. Это богатство хранится под заклинанием сохранности, потому что иначе травы быстро теряют свои свойства. Запас у меня большой, тебе его хватит лет на десять.

А вчера хозяйка отдала ей лист бумаги с витиеватой росписью и чернильным оттиском печати рода Албени.

– Это моё завещание, – объяснила она. – В нём я заявляю, что отныне ты моя приёмная дочь и имеешь право на всё имущество, которое будет у меня на момент смерти, а также на родовое имя и титул. Для надёжности эту бумагу нужно заверить каким-нибудь авторитетным лицом из окружения короля, но и без этого тебя уже никто не объявит самозванкой. Слуги сегодня же присягнут тебе на верность. Они получили немало золота, но ты не прогоняй, им некуда идти. Они служили всю свою жизнь и быстро погибнут, потеряв цель в жизни. А тебя они полюбили как родную дочь. Если бы ты знала, как убивалась Лая после того раза. А Гарт сказал такое, чего я не слышала от него за все пятьдесят лет службы. Давай положим завещание на эту полку, чтобы ты знала, где оно лежит. Я не хотела тебя им расстраивать, но в последнее время начала слабеть. Придётся нам с тобой удвоить усилия. Мне страшно не хочется, чтобы ты сама осваивала врата. Там много таких моментов, о которых не пишут в книгах, и незнание этих «мелочей» может стоить тебе жизни. Я начала писать свои замечания по последнему разделу магии в одну из твоих тетрадок. Эти записи на всякий случай, потому что я всё-таки рассчитываю дожить до конца обучения и помочь тебе переправиться в столицу или в какой-нибудь другой крупный город.

– А от короля так никто и не приехал, – заметила тогда Ира.

– Был разгар сезона дождей. Пока о нас доложили и весть дошла до наместника, дороги стали непроезжими. Одвуконь можно добраться, но любой экипаж застрянет. Гостей следует ждать в начале зимы, когда подморозит, или уже весной.

– А весной разве нет дождей?

– Есть, но их намного меньше. А снег мы видим не каждую зиму, да и сходит он быстро, так что весенняя распутица, в отличие от осенней, намного короче. Быстро теплеет, и дороги просыхают.

– Рина, ты у себя? – послышался из-за входной двери голос Райны.

С тех пор как Ира освоила защиту, она ставила её постоянно, и наставница уже не могла читать мысли, мысленно общаться или узнать, где она находится.

– Я здесь, мастер! – отозвалась девочка, поднимаясь с кровати. – Что-то случилось?

– Случилось. К нам гости. Я ждала их позже, а они припёрлись в самую грязь. Быстро приводи себя в порядок и приходи в трапезную. Лая поит их горячим отваром, пока готовится обед. Я вас познакомлю, а заодно пообедаем. И не копайся.

Гостей было двое.

– Личный посланник короля Аниша Третьего Фернан Гарташ, граф Перн, – представила Райна низкого полного мужчину с умными глазами и странным, никогда не виденным Ирой платиновым цветом волос. – Друг королевского наместника в провинции Верина Алан Тониш, барон Сажаль.

Другом наместника здесь называли человека, который замещал его во время отсутствия, а в обычное время использовался для важных поручений. Алан Тониш был моложе графа и выше сантиметров на десять, в остальном они оказались на удивление похожими. Даже цвет волос у обоих был почти одинаковым, только у барона волосы немного отливались желтизной.

– Это моя приёмная дочь, – продолжила Райна. – Рина Волк, баронесса Камен. После моей смерти она примет родовое имя Албени и титул маркизы Афрем.

Оба вельможи почтительно приподнялись со своих мест, с любопытством глядя на девушку.

«Да, таких не проведёшь грудью! – подумала Ира. – Осмотрели и оценили, но реакция не такая, как у того барона».

– Я рад познакомиться с миледи Риной, – наклонил голову граф. – Только разумно ли присваивать девушке титул, дающий право на маркизат, находящийся под чужим управлением? У неё могут быть неприятности. Я не сделал бы такого даже просто из опасения…

– Пусть опасаются новые владельцы имения! – отрезала Райна. – Только от моей дочери будет зависеть, оставит она им родовое поместье или заберёт силой.

– Вот, значит, как, – граф с ещё большим интересом уставился на Иру. – У миледи большие способности к магии?

– Миледи через два месяца станет мастером, и вы будете иметь дело с ней. Я, граф, долго не заживусь и в связи с этим не представляю для его величества большой ценности, а вот моя девочка, которая сильнее меня, представляет. И учтите, что у неё в друзьях Зверь.

Вот тут обоих мужчин проняло по-настоящему. Оба, что называется, вытаращились на Ирину, которая невольно смутилась и потупила взор.

– Как же вам удалось подружиться с тварью, баронесса? – спросил девушку барон.

– Так получилось, – ответила Ира. – Страшила сам предложил мне дружбу.

Оба вельможи переглянулись.

– Значит, почувствовал, – непонятно сказал граф своему спутнику. – Мы удачно съездили.

– Мы с вами пока ни о чём не договорились! – сказала ему Райна. – И не думайте воспользоваться неопытностью моей девочки, ничего не получится!

– Помилуйте, маркиза! – всплеснул руками граф. – Никто не желает зла вашей дочери! Если верно всё то, о чём вы нам рассказали, король будет сдувать с неё пылинки! И поверьте, он очень сильно отличается от своего отца, по крайней мере, от того, кого знали вы. Есть подозрения, что старый король был подчинён жрецами Ашуга. Не укладываются его действия в образ умного и дальновидного монарха, каким он, без сомнения, был.

– Я что-то такое и предполагала. И это сойдёт им с рук?

– Не всё сразу, маркиза, – сказал барон. – Его величеству досталось в наследство много проблем, поэтому было бы неразумно затевать сейчас свару с жрецами. Придёт время, и им многое припомнят.

– Жаль, что я этого не увижу, – вздохнула Райна. – Ладно, пока нам готовят обед, давайте обсудим то, из-за чего вы сюда добирались по таким дорогам.

– Да, дороги просто кошмар! – передёрнул плечами граф. – Как подумаю, что ещё ехать обратно… Но вы правы: дело прежде всего. Давайте я расскажу, что вам пообещали за службу короне, а вы в ответ выскажите свои пожелания. Что-то я смогу решить сам, остальное рассмотрят король или канцлер. Начнём с того, что с вас снимаются все прошлые обвинения. Единовременно магу в ранге мастера выплачиваются десять тысяч золотом и в последующем по сотне каждую декаду. Если мастер не имеет дворянского титула или он очень низок, Коллегия может рассмотреть этот вопрос, но это не для вас. У вас и так высокое положение. Если оставите затею с маркизатом, то миледи Рине могли бы присвоить титул графини. Немного ниже маркизы, зато безопасней. Ни к чему множить врагов без необходимости. Если мастер выразит желание преподавать в королевской школе магии, ему будут за это доплачивать. Я сказал основное, остальное – это разного рода привилегии, которые не столь уж важны. Теперь ваша очередь, маркиза.

– Единовременная выплата мне не нужна, – сказала Райна. – Взамен хочу получить в столице приличный особняк. Если у короля не хватит денег, готова доплатить свои. Сами должны понять, что у меня нет там сейчас ни родственников, ни связей. Я не хочу этим заниматься или перекладывать на плечи дочери. Если не найдёте ничего подходящего, постройте. Раньше весны мы отсюда не выедем. Нужно закончить обучение Рины, к тому же я не буду ездить по плохим дорогам. И нам надо набрать стражу для охраны имущества. Не нужно смотреть с иронией, граф! Если вы сидите на деревянной скамье, изготовленной прежними много сотен лет назад, это не значит, что у нас с дочерью нет ценностей. И этот замок тоже является нашим законным имуществом, за которое я заплатила в королевскую казну немало денег, поэтому собираюсь позаботиться и о нём. Есть возражения? Нет? Я так и думала. Что, Лая, обед уже готов? Вот и прекрасно! Пообедаем, а потом мой слуга проводит вас в комнату, которую он приводит в порядок. Извините за простоту, но мы вас сейчас не ждали. Для вашей свиты тоже выделено помещение, но там уже пусть убирают сами. После того как пообедаем мы, накормят их. Наш замок не приспособлен к приёму гостей, но так даже лучше. У меня осталось не так много времени, и я хочу потратить его на обучение дочери, а не на вас. Отдохнёте, обдумаете всё, что я сказала, и дайте ответ. Если не сможете дать сами, пусть решает король. Вам нет смысла сильно задерживаться в замке. Дороги от этого лучше не станут, если вы не просидите здесь до морозов.

– Как вы думаете, что они решат? – спросила Ира, когда после обеда сидели в гостиной наставницы. – Пойдут вам навстречу?

– Тут и думать нечего, – ответила Райна. – Такие вопросы наверняка может решать граф, а запросила я намного меньше того, что могла бы потребовать. Ещё со старухой, которая стоит одной ногой в могиле, могли бы поторговаться, но ты для них величайшая ценность. Я не помню мастеров в твоём возрасте, потому что не успевают даже одарённые люди настолько овладеть силой до двадцати лет, а среди магов не найдёшь желающих так над собой издеваться, как над тобой издевалась я. Они лучше будут наращивать силу лишние пять лет принятыми у магов способами. Я тоже никогда на это не пошла бы, но ты же знаешь… А есть ещё и твой Зверь. Я ведь специально о нём упомянула. Такая дружба – это риск для мага, но и большая сила! Найти подход к тварям других миров, в чём-то их заинтересовать или тем более подчинить – это большой труд и не у всякого получается. А дружба со Зверем даёт возможность использовать его силу не один раз и без проведения сложных ритуалов.

– Но много ли может один Зверь?

– Даже один твой Страшила может очень много. Он необыкновенно быстр и почти неуязвим для обычного оружия, для него не существует преград, и не всякий мастер может с таким справиться, по крайней мере, сразу. А те, кто предлагает дружбу, часто могут прийти на выручку не одни. Теперь понимаешь? За всю историю кайнов случаев такой дружбы наберётся с полсотни.

– Тогда почему вы меня от неё отговаривали?

– Да потому и отговаривала, дурочка ты моя, что очень тобой дорожу и хочу, чтобы ты жила! У каждой палки два конца, и такая дружба – это большой риск для мага! Я тебя не отговаривала, а предостерегла, выбор ты сделала сама.

– Мы будем заниматься завтра вратами?

– Не терпится? – засмеялась Райна. – Конечно, вратами. Призывом тварей займёмся после них. Ты ведь уже смотрела книги? Никогда не поверю в то, что такая любопытная девушка, как ты, не заглянула в них хоть одним глазом. Ну и как?

– По-моему, там всё достаточно просто. Главное – знать координаты.

– Вот поэтому я и не хочу, чтобы ты занималась этим одна. В высшей магии очень много нюансов. В книгах о многом упоминают, но уже после самих заклятий. Молодые все торопыги и начинают пробовать, не дочитав до конца. И гибнут. А в одной книге не найдёшь всех подробностей, и знания приходится брать из разных книг. Ты правильно сказала, что главное – это координаты. Но ты можешь открыть врата в неприспособленный для жизни мир. Маг многое может пережить, если недолго, но не все. Откроешь врата в огненный мир и мигом сгоришь. Вижу, что поняла. Поэтому нужно определять, можно ли сунуть свой любопытный нос в ту дырку, которую ты проковыряла в пространстве. Координаты тоже ищут по-разному. Я нашла твой мир по следу пролитой крови. Тоже, между прочим, опасный приём. Если кто-то недавно пролил чью-то кровь, нужно озаботиться, чтобы не стать его следующей жертвой. Маг не всесилен, и большинство его заклинаний требует времени. Именно в этом наша слабость. Но главное – это не пробить пространство, а стабилизировать сами врата. Миры движутся с большими скоростями, и, если не выполнишь стабилизацию, наверняка погибнешь. Твоя задача не только изучить, но сделать так, чтобы выполнять, не задумываясь. А потом займёмся тварями. Ты уже сейчас можешь в свободное время изучать атлас известных миров и проживающих в них тварей. По понятным причинам их там не так уж много. Очень уж опасно соваться в чужой мир, а перспективные миры являются секретом тех, кто их нашёл. Я тоже не собираюсь кому-либо открывать твой мир, и тебе не советую этого делать.

Ответ на свои требования Райна получила уже во время ужина. Граф сообщил, что всё обдумал и не видит причин их не выполнить.

– Если его величество будет со мной согласен, – сказал он, – то для вас с дочерью к весне подготовят особняк. Я даже могу прислать сюда солдат, которые помогут вам переправиться в столицу. Только говорю заранее, маркиза, что ваше звание мастера будут проверять. Если подтвердят, то наши соглашения остаются в силе, а если нет…

– Об этом могли бы не упоминать, – усмехнулась Райна. – Его величество в сложившейся ситуации не может позволить себе благотворительность.

– Рад, что вы понимаете. Хочу поблагодарить за приём и попрощаться. Завтра, до рассвета, я со своими людьми покину ваш замок, чтобы до ночи добраться до Зарта.

– У меня к вам просьба, граф. Не могли бы вы своим именем заверить моё завещание?

– Конечно, маркиза. Печать у меня с собой, так что давайте ваши бумаги.

Утром следующего дня, когда Ира вышла из своих комнат, гостей в замке уже не было.

– С вашего позволения, миледи, я возьму одну из лошадей и съезжу в деревню, – сказал за завтраком Гарт. – Лошади гостей съели весь овёс, и нужно возобновить запас.

– Поезжай, – разрешила Райна, – а мы до обеда будем заниматься в башне, так что если у кого из вас есть вопросы, то говорите сейчас. Нет? Ну и прекрасно. Рина, отдохни с полчаса, потом я за тобой зайду.

Следующие две недели были самыми интересными в жизни Иры. Райна проверяла её знания и тут же показывала, как их применять на практике. Они находили координаты миров по разным признакам, и наставница определяла их пригодность для жизни и выбирала наиболее безопасную точку для врат. Потом то же самое делала Ира. Семь раз врата открыла Райна и три раза это делала Ира, один из них в свой собственный мир. Дважды приходилось спасаться бегством: в первый раз от каких-то тварей, а второй – от существ, похожих на людей, но с длинными ногами и двумя парами рук. И твари, и аборигены не показались опасными, но наставница решила не рисковать и они сразу же ушли.

– Это удивительно, но ты всё схватываешь на лету, – говорила довольная Райна. – Похоже, что длительное применение отвара, помимо вреда, приносит и немалую пользу. Такой памяти, как у тебя, можно позавидовать. Позже ещё займёмся вратами, если на это останется время, а пока будем изучать призыв. Он в чём-то сходен с открытием врат, но есть и немало отличий. А астральных существ и демонов оставим напоследок. Приёмы работы там очень схожи, главное – это точно определить, с кем из них имеешь дело, и в чём-то заинтересовать, чтобы тебе служили. Это в основном и будем изучать. Тебе может потребоваться умение управлять погодой, а это делается через них. Пытаться напрямую управлять стихийными духами – это безумие. Астральные существа, как правило, не опасны, демоны, наоборот, если ошибёшься, несут безумие и смерть. Но бывают случаи, когда без них не обойтись. Некоторых тварей можно заставить служить только с их помощью.

– А дьявол существует? – спросила Ира. – В нашей религии демоны подчиняются повелителю зла. Он обитает там, куда после смерти попадают души злодеев. Их жгут на огне и терзают.

– Что за бредни? – удивилась Райна. – Как можно жечь души? И терзать можно только плоть. Что касается демонов, то они живут в разных мирах и часто враждуют друг с другом. Ладно, мы с тобой удалились от темы. Изучение демонов начнём с самых безобидных – радужных.

Может, радужные демоны и были самыми безобидными, но наверняка очень хитрыми. Ире пришлось долго с ними возиться, прежде чем удалось заманить в зачарованный шар.

– Молодец! – похвалила Райна. – Теперь не останешься без света. А этот шар мы повесим в трапезной. Помещение очень большое, и одного шара там мало.

По призыву демонов занимались теорией и разбирали случаи из жизни Райны. Вызвали только одного из самых слабых, с помощью которого смогли заставить духов воздуха поднять возле замка сильный ветер.

– Мне нечего им предложить, – сказала Райна, – да и неразумно вызывать только для учёбы. Каждый раз приходится долго готовить приманку. Ты уже знаешь ритуал, так что сможешь проделать сама.

Самая сложная работа, требующая не просто выполнения какой-то очерёдности магических действий, а виртуозной манипуляцией своими силами и творческого подхода, была у Иры при работе с астральными существами. Здесь было больше практики, и главное заключалось не в том, чтобы подчинить бестелесные создания, их нужно было заинтересовать и увлечь какой-то задачей. В этом они были очень похожи на детей. Если затея нравилась, они охотно за неё брались, а если нет, лучше было больше не приставать. Один раз Ира проявила настойчивость, и в наказание её на остаток дня наградили сильной головной болью, которую не удалось снять магией. Пришлось помучиться, пока боль не прошла сама, а Ира запомнила, что среди наделённых силой существ не бывает безобидных.

Осень закончилась, и наступила местная зима, короткая и не очень холодная. По ночам подмораживало, но днём земля оттаивала и превращалась в грязь. Изредка срывался снег, но снежинки таяли, едва коснувшись земли.

– Мы прошли всю обязательную программу, – сказала наставница. – Теперь ты мастер! Только не задирай нос: у тебя ещё мало опыта. Проштудируй боевые заклинания из нашей домашней книги и, пока есть время, пробегись по всем разделам и посмотри, может быть, что-нибудь упустила. А вообще запомни, что хороший маг учится всю жизнь. Сначала учёба идёт на чужом опыте, а потом – на своём собственном.

– Спасибо за то, что вы для меня сделали! – Ира подошла к Райне, обняла свою наставницу и поцеловала в щёку. – Вы сделали из меня мага!

– Глупости! – Райна неохотно отстранилась от девушки и вытерла выступившие слёзы. – Магом ты стала благодаря настойчивости и трудолюбию, я только помогала. Смотри, ты уже выросла вровень со мной. Что с платьями?

– Одеваюсь с трудом, – призналась Ира. – С пуговицами сильно жмут, а со шнуровкой можно носить, но для них нужна помощь.

– Мы так и не взяли тебе служанку. Надо это сделать, когда поедем через Зарт.

– А почему не в самой столице?

– А кто поможет в пути? Да и выгодней это сделать в Зарте. Не из-за оплаты, хотя она там ниже, чем в столице. Но я не советую экономить на слугах: будут вернее. Главная причина в том, что в столице девушка будет всецело от тебя зависеть, а если сумеешь к себе расположить, то сможешь рассчитывать на её верность. На будущее запомни, что слуг нелишне время от времени проверять. И надо сделать для неё амулет. Вот, кстати, для тебя и занятие. Мы почти не занимались амулетами, так что возьми книгу, прочитай ещё раз и сделай несколько штук. В качестве основы можешь взять в шкатулке кольца с камнями попроще.

За всю зиму снег так и не лёг, да и морозы закончились рано. Стояла солнечная погода, и с каждым днём становилось всё теплее.

– Надо готовиться к переезду, – сказала Райна. – Через две декады дороги просохнут и следует ждать обещанных солдат. Золото не требует подготовки, вещами займутся слуги, а нам с тобой нужно поставить маяки.

– Что за маяки? – удивилась девушка. – Для чего они?

– Это пример того, как сильные маги применяют искусство с целью улучшить свою жизнь и сделать её более безопасной. Я не говорила тебе об этом, но записала в тетради. Опасности в них нет, так что могла освоить сама. Если ты можешь открыть врата в какой-нибудь далёкий мир, то почему не сделать этого в своём собственном? Это и выполнить проще, и требуется меньше сил. Определять условия не нужно, хотя некоторые всё-таки делают.

– А для чего, если мир тот же?

– Ты вышла в своём доме, а он в огне и на голову рушится крыша. Это перестраховка, но осторожные дольше живут. Стабилизировать врата нет необходимости. Вместо координат используется образ места, но гораздо проще и быстрее установить маяк. В качестве маяка используются обычные камни, на которые накладываются заклинания. Если мы поставим такие в замке или возле него, то всегда сможем попасть сюда из столицы или из любого другого места. Можно присмотреть за своим имуществом, отдохнуть или на время укрыться в случае опасности. А маяки упрощают и ускоряют процедуру открытия врат.

– Здорово! Это же можно ходить за грибами!

– Кому что, а этой грибы! – засмеялась Райна. – Сбегай в разрушенную часть замка и подбери камни примерно такого размера. На один маяк их нужно три штуки. Поставим по одному маяку в своих комнатах и два в лесу, недалеко от замка. Думаю, что этого хватит.

С маяками справились быстро, а потом Ира для пробы открыла врата в свою комнату и на одну из грибных полян.

– А камни не разрядятся? – спросила она у наставницы.

– Обязательно разрядятся, – подтвердила Райна. – Только это случится, если мы долго не будем ими пользоваться. При каждом использовании они заряжаются от твоих врат, поэтому желательно хотя бы два-три раза в год ходить по своим маякам для их зарядки.

Сегодняшний день оказался для Иры особенным. Незадолго до обеда к ней подошёл улыбающийся Гарт и пригласил в трапезную, где их уже ждали Лая и Райна, а стол был накрыт с непривычной пышностью.

– Поздравляю с днём рождения! – торжественно сказала Райна, надевая на голову девушки золотую диадему, украшенную рубинами. – Сегодня ты не просто стала на год старше. Четырнадцать лет – это возраст совершеннолетия для дворянки. С этим мы тебя и поздравляем!

– Счастья вам, госпожа, – поклонилась ей Лая. – Хорошего мужа и много детей! Мне нечего вам дарить, так уж постаралась хоть стол накрыть по-праздничному. Ешьте на здоровье!

– А я хочу подарить вам этот клинок, – сказал Гарт, протягивая Ире короткий и узкий меч в богатых ножнах. – Он очень лёгкий, но сделан из отличной стали. В бою не подведёт и не сломается. Я взял его во время нашего бегства у одного из убитых жрецов Ашуга. Мы занимались только кинжалом, теперь займёмся мечом. Это может пригодиться на королевской службе.

– Спасибо вам! – сказала растроганная девушка поочерёдно обнимая и целуя всех троих. – Раньше я думала, что у меня уже никогда не будет семьи, теперь я уверена в том, что она у меня есть!

– Давайте садиться за стол, – вытирая слёзы, сказала Райна. – К нам опять движутся гости. Почти наверняка это солдаты короля. Но час у нас с вами ещё есть. Поэтому пообедаем, а потом их встретим.

Глава 9

– Когда миледи думает выехать? – спросил Райну командир отряда кирасир, прибывших для сопровождения магов в столицу. – Я должен знать, устраивать нам лагерь или нет.

– Не стоит, шевалье, – улыбнулась ему Райна. – Мы подготовились к переезду, не было только экипажей. Но у вас с собой две кареты, поэтому мы можем отправляться в путь хоть с завтрашнего утра. Можно было бы сделать это сегодня, но до ночи не успеем доехать до города. Как дорога?

– Не сказал бы, что она очень хорошая, но кареты пройдут, – ответил шевалье. – Мы впрягли в каждую по четыре лошади. У миледи много имущества?

– Три сундучка с золотом, книги и личные вещи. Мой слуга поедет верхом, а женщины будут в каретах вместе с вещами. Учтите, что мне придётся на два дня остановиться в Зарте. Нужно подобрать человека, который приведёт в порядок замок и займётся его охраной, и сделать кое-какие покупки. И у моей дочери нет служанки. Сами должны понимать, что юной леди в пути не обойтись без помощи. Вы были в Зарте, где там лучше остановиться?

– Там, миледи, только один постоялый двор на площади, рядом с магистратом. Этот город, по чести, такая дыра! Но я останавливался в этом заведении в прошлом году. Там и номера неплохие, и готовят вкусно. А охрану мы вам обеспечим. Раз не будем у вас задерживаться, может быть, вы впустите моих людей в замок, чтобы не ставить палатки на одну ночь?

– Могли бы не спрашивать: это мой долг. Комнату для вас уже приготовили, а рядом два помещения для солдат. В них нет ничего, кроме лежанок, но всё равно удобнее ночевать, чем в палатках. Мы уже отобедали, и сейчас служанка готовит обед для вас и ваших людей. Пока заводите лошадей в конюшню. Мы сделали небольшой запас овса, который теперь нет смысла беречь, поэтому можете его использовать. А это, шевалье, моя дочь, баронесса Камен. Со слугами вы познакомитесь сами.

– Если бы ты не закуталась в манто, он свалился бы от удара! – пошутила Райна, когда бравый кирасир удалился к отряду. – Вот тебе ещё один урок. Женская красота в первую очередь отбивает мозги у тех, у кого их немного. Заметила, что прошлые визитёры не реагировали на твою внешность? Они очень умные и опытные придворные, для которых превыше всего поручение короля, а остальное уже вторично. А барон, который командовал егерями, не умнее этого шевалье. Поэтому, прежде чем пускать в ход обаяние, нужно смотреть, на кого оно будет направлено. В некоторых случаях не стоит и стараться. Ладно, об этом закончим. Ты смотрела свои вещи? Ну и прекрасно. Бери только то, что нужно в дороге, остальное можно забрать потом. Сможешь сама сложить в сумки, или прислать Лаю?

– Я не безрукая, а у Лаи и без меня хватит забот с этими кирасирами. И ей нужно собрать свои вещи.

– Ну как, чувствуешь себя совершеннолетней?

– Не чувствую разницы, – пожала плечами Ира. – Я как была за вашей спиной, так и осталась. Чтобы почувствовать самостоятельность, нужно пожить самой, без опеки, а я к этому не рвусь: мне и с вами хорошо!

– Девочка моя! – Райна обняла Иру и крепко прижала к себе. – Мне так не хочется выпускать тебя из-под своего крыла! Но раз судьба даёт возможность устроить твою жизнь, этот шанс нужно использовать. Не хотела тебя расстраивать, но лета я точно не переживу, а трогаться в путь самой, только с двумя старыми слугами, а потом ещё устраивать свою жизнь – это очень тяжело. Ты сможешь многого достичь силой и золотом, но только при условии, что окружишь себя верными и честными людьми. Один человек, как бы он ни был силён, не может противостоять судьбе. Силу обманут или переломят другой силой, а золото отберут. В службе королю я вижу для тебя шанс найти свою дорогу у нас. Это не помешает тебе в дальнейшем посещать родной мир. У тебя ведь остались родственники и помимо матери?

– Да, осталась её сестра. Она взяла бы меня к себе, но они очень стеснённо и бедно живут.

– Вот и поможешь им со временем.

– В нашем мире всё очень сложно. Туда не пойдёшь просто так с моим золотом, мигом очутишься в милиции.

– У вас во всех странах преследуют тех, кто богат?

– Нет, есть много таких, где деньги – это главная ценность.

– И в чём проблема? Сходишь в такую страну и поменяешь золото на деньги. Или у вас и деньги разные?

– Разные, – вздохнула Ира. – За чужие деньги могут наказать не меньше, чем за золото. А здесь разве все деньги одинаковые?

– У нас они тоже разные, но вес не отличается, поэтому можно расплачиваться монетами других королевств. Так договорились в самом начале и до сих пор придерживаются договора, потому что это удобно. Но меня всё больше поражает твоя страна. Как можно во всём ограничивать людей?

– Давайте не будем об этом говорить, – попросила Ира. – На самом деле в нашей стране много хорошего. Просто я не смогу это объяснить. А выход найду как-нибудь потом.

– Пошли в замок, а то замёрзнешь. Нужно снять медвежью шкуру над моей кроватью. Возьмём её в дорогу и прикроем ноги. Ехать весь день, а зимних вещей у тебя почти нет.

Рано утром кирасиры спустились в подвал и перенесли в кареты сундучки с золотом. Потом быстро погрузили сумки с вещами господ. Слуги, у которых было мало вещей, принесли их сами. Быстро позавтракали наскоро приготовленной Лаей кашей с мясом, после чего женщины забрались в карету, а Гарт сел на одну из кобыл, взяв вторую в повод.

– Едем, миледи? – спросил у Райны командир.

– Давайте, шевалье, – тяжело вздохнула она. – Поспешим, а то не успеем дотемна.

– Мы сможем сюда вернуться. – Ира взяла холодные и морщинистые руки Райны в свои ладони и поднесла их к губам. – Не стоит со всем этим прощаться.

– Здесь прошла почти вся моя жизнь, – зябко передёрнула плечами старушка. – Что в ней было хорошего? Горе от потери семьи, страх и борьба за силу. Если бы не ты, я сказала бы, что моя жизнь прошла впустую. Только твоё появление придало ей смысл. А возвращаться… Ты меня извини, милая, но я уже, наверное, не успею. Мне бы только пристроить тебя. Дай мне свои руки. Хорошо быть молодой, когда впереди целая жизнь и кажется, что ей нет конца. Но годы идут, и чем дальше, тем быстрее. И очень страшно и тоскливо уходить, не оставив после себя никого. Не повторяй моей ошибки. Главное для человека в жизни – это его семья, близкие ему люди. С их потерей исчезает всякий смысл в жизни. У меня не было своего ребёнка, но теперь есть ты. Я просила тебя отомстить. Забудь, я освобождаю тебя от этого. Старый король умер, а жрецам я отомстила бы с радостью. Но одно дело, если бы их храм разнесла я и сама умерла под его обломками, а совсем другое – риск для твоей жизни. Если сможешь сделать им гадость, не подвергая себя риску, я буду рада, а если нет, то пусть эту свору судит их собственный бог. Если в мире есть хоть какая-то справедливость, его суд будет суров.

В Зарт въехали через два часа после захода солнца. Городские ворота были уже закрыты, но, узнав кто едет, стражники быстро их открыли. До постоялого двора доехали по дороге от самих ворот, никуда не сворачивая. Карету немилосердно трясло на мощённой крупным булыжником городской дороге, по грязной грунтовке ехать было удобнее. Постояльцев в это время года почти не было, поэтому хозяин заведения обрадовался их приезду. Радость стала ещё больше, когда он узнал, что госпожа маркиза за свой счёт селит у него на два дня своих кирасир. Постояльцам срочно выделили комнаты и подали поздний ужин. Райна потребовала, чтобы её поселили вместе с дочерью в самом лучшем номере, что было тотчас же исполнено.

– Не соврал наш шевалье, – сказала она Ире. – Здесь очень мило. И ужин приготовили вкусный. Пожалуй, мы не станем сильно торопиться. Завтра первым делом сходим в магистрат, а там посмотрим.

В магистрат они не пошли, а поехали на одной из карет, несмотря на то что его здание находилось на одной площади с постоялым двором.

– Если госпожа маркиза позволит, я дам совет непременно взять экипаж, – сказал хозяин постоялого двора. – На площади грязно и шляется всякий сброд. Честное слово, в экипаже вам будет удобнее.

– Так и сделаем, – согласилась Райна. – У меня к вам, уважаемый Зорес, есть вопросы. Так получилось, что у моей дочери устарел гардероб и нет зимних вещей. Кто в этом городе может быстро и качественно это пошить? Сможете найти для нас мастера? Вот и отлично. Теперь ещё одно. У меня в собственности имеется замок прежних. Хоть мы и уезжаем в столицу, но будем его посещать. Нет ли у вас на примете человека, которому можно доверить большие деньги с целью привести наше владение в порядок и в дальнейшем беречь его и охранять? Если сможете его рекомендовать, я буду вам крайне признательна. Последний вопрос – это служанка для дочери. Нам нужна девушка из приличной семьи в возрасте лет пятнадцати, у которой руки растут из нужного места. Если будет стараться, мы не обидим с оплатой, в противном случае с оказией доставим обратно в семью. Сможете найти? Вот и отлично, вы просто незаменимый человек!

В магистрате их принял сам глава, который отнёсся к гостьям с большим уважением, но без подобострастия.

– Может ли наш магистрат быть вам чем-нибудь полезен, госпожа маркиза? – спросил он, усадив дам на низкие мягкие стулья. – Я распорядился, и сейчас вам доставят премию за голову разбойничьего главаря.

– Вы очень любезны, господин…

– Гарт Мариш, миледи.

– Спасибо, – поблагодарила Райна. – Так вот, господин Мариш, нет ли у вас на примете отставного военного, которого я могла бы взять капитаном дружины моего замка? Я уезжаю, и моё имущество остаётся без охраны. Ему не придётся там воевать, нужно только защитить замок от разбойников и бродяг. Дружину числом человек десять наберёт сам. Я женщина не скупая и оплачу все расходы.

– Я знаю такого человека. Куда ему подойти?

– Мы после вас возвратимся на постоялый двор и сегодня не намерены никуда выезжать, так что пусть туда и подходит.

По возвращении их встретил хозяин.

– Госпожа маркиза, я вызвал к вам мастеров. Один из них шьёт платья лучше других в этом городе, а второй мастерит меховую одежду, которой и в столице не побрезговали бы. И я уже отправил посыльного за человеком, которого хотел вам рекомендовать в качестве управляющего замком, он должен вот-вот подойти.

– Спасибо, уважаемый Зорес, – повеселела Райна. – Сейчас мы с дочерью поднимемся к себе, а чуть погодя приглашайте мастеров. Только пусть заходят по одному. А вашего человека пригласите уже после них, у меня к нему серьёзный разговор.

– Смотри на меня и учись, как разговаривать с разными людьми, – сказала Райна, снимая в своём номере тёплую одежду. – Это, конечно, не магия, но тоже необходимая наука.

Первым их посетил мастер-скорняк.

– Присаживайтесь, – Райна показала мастеру рукой на стул. – Мне вас рекомендовали как лучшего в этом городе. Моей дочери срочно нужна шуба. Дело идёт к лету, но ещё прохладно, а дорога у нас дальняя. Сшить нужно качественно, из дорогого меха, и при этом уложиться в два дня. Берётесь?

– Я извиняюсь, госпожа маркиза, но за два дня ничего не получится. Но я могу предложить уже пошитую шубу на одну знатную даму из столицы. У неё с вашей дочерью на глаз один размер. Если подойдёт и понравится, я вам продам и успею сшить новую для той дамы. Срок истекает только через декаду. И у меня есть подбор мехов на новую шубу.

– А что за мех?

– Сангарский соболь, госпожа. Лучшего в наших краях не сыщешь.

– Годится. Сколько вы хотите за работу и когда мы увидим товар?

– Тридцать золотых, госпожа. Шубу я принесу быстро: не успеете спалить свечу.

Второй мастер пришёл в сопровождении женщины, которая должна была снять мерки.

– Вы можете за два дня сшить на эту девушку пристойное дорожное платье? – спросила его Райна, заранее зная, что он ответит. – Неплохо было бы пошить и костюм для верховой езды, но это уже как получится.

– Платье точно успею, – ответил мастер, поглаживая окладистую бороду, – а костюм постараюсь, но обещать не могу – слишком мало времени на пошив.

– Постарайтесь, уважаемый, – сказала Райна. – Если работа будет хороша, я не стану с вами торговаться.

Женщина сноровисто произвела нужные замеры, продиктовав мастеру что-то непонятное, и они оба, поклонившись, поспешили удалиться. Последним постучал в дверь кандидат на пост управляющего. Им оказался немолодой полный мужчина с умным лицом и красиво уложенными чёрными волосами, слегка тронутыми сединой.

– Виктор Мариш, – представился он, низко поклонившись дамам.

– Вы, случайно, не родственник главы магистрата?

– Родной брат, миледи.

– Не скажите, что вас подвигло на то, чтобы откликнуться на моё предложение?

– Я очутился не в самом хорошем положении. В семье у меня было своё дело, связанное с торговлей. В последний год мне не везло. Два моих каравана с товарами подверглись нападению разбойников и были разграблены, а склад с пушниной в столице конфисковали за долги. На самом деле долгов не было, но я не смог этого доказать. Когда пытался разобраться, на меня напали и пришлось срочно уносить ноги. Теперь сижу на шее брата, что уже надоело и мне, и ему.

– Послушайте меня, Виктор! – сказала Райна. – Я маг не из последних и вижу, что вы не врёте, но и не говорите всей правды. Но это дело ваше. Я предлагаю поступить ко мне на службу. Первоначально вашей задачей будет приведение в порядок нашего замка. Он на треть разрушен. Мы занимали в нём едва пятую часть, до остального не дошли руки. Вам нужно набрать бригаду каменщиков, которые разобрали бы завалы, и из полученных блоков возвели стену, отгораживающую уцелевшую часть замка от обвалившейся. Сейчас там свободный проход. В идеале желательно вообще убрать развалины. Необходимо застеклить все комнаты и галереи и навести в них образцовый порядок. Закажите плотникам мебель и купите ковры. Ваш брат обещал найти в замок капитана дружины. Я думала поговорить с ним сама, но теперь считаю, что с этим прекрасно справитесь и вы. Его задача – набрать с десяток ветеранов, которым надоело махать мечом. Они могут быть с семьями. В замке всё равно нужны кухарки и уборщицы. Нужно помочь им устроиться. Кроме наших покоев, мне нужны три-четыре гостевые комнаты, остальное можете использовать как хотите. Задача ясна? Жалование вам пока положим десять золотых в декаду. Если справитесь, мы его увеличим. За верную службу побеспокоимся о дворянстве. Мне уже недолго жить, и вашей хозяйкой будет моя приёмная дочь. Несмотря на юный возраст, она уже мастер и сильно заинтересовала короля. Чувствуете в связи с этим свои перспективы? Заодно, если хотите, разберёмся и с вашими долгами. Если согласны, посчитайте примерную сумму, потребную вам на все дела на год, завтра я её выдам, а так же оформлю доверенность на ваше имя, как на своего представителя. Теперь немного горечи. Я в любой момент могу появиться в замке и проверить, чем вы там заняты. То же касается и моей дочери. И пусть вас не обманывает её юный вид. Она щедро наградит за добросовестность и верность и сурово накажет за измену и разгильдяйство. Нужно ли говорить, что вам не удастся скрыться от нас с полученными деньгами? И слава богам, что нет. Я не чувствую в вас гнили и говорю это на всякий случай. Будете думать?

– Я похож на идиота? – ответил Виктор. – С благодарностью принимаю предложение. Вас устроит, если я приду с расчётами завтра после обеда?

– Вполне. Мы задержимся здесь на два дня и, если возникнут трудности, сможем вам помочь. Дальше уже крутитесь сами. Свой столичный адрес я вам вышлю.

Едва ушёл Виктор, как в дверь постучал мастер-скорняк.

– Какая прелесть! – Ира в полном восторге гладила мех почти невесомой шубы, которая имела меховой капюшон, а длиной на пару ладоней прикрывала колени. – И сшита как раз на меня!

– Она прослужит вам года три, – сказал довольный мастер, которому Райна добавила два золотых. – Потом, конечно, из неё вырастите.

– Сегодня больше никто не придёт, – с облегчением сказала Райна, – так что можно и отдохнуть. Что-то я начала быстро уставать. Ты поняла, как нужно разговаривать с людьми? Прежде всего нужно выказать человеку уважение, если он своими действиями не доказал, что этого недостоин. Причём степень уважения и форма обращения должны зависеть от того, какое он занимает положение в обществе. И всегда определяй, какой у него к тебе интерес, и определись со своим. Если он заинтересовал, помани перспективами и дай что-то сейчас. Сразу же предупреди, что ты не позволишь водить себя за нос. Кнут и пряник – ничего лучше люди пока не придумали. Этот Виктор может пригодиться тебе и в будущем, поэтому следи за ним, продвигай и поощряй по мере необходимости.

– Он первый человек в этом мире, который носит привычное для меня имя, – улыбнулась Ира. – Думаю, что он всё сделает, только зачем нам такие траты?

– Слушай, что я тебе говорю! Золото – это просто металл. Сам по себе он тебя не напоит, не накормит и не даст пристанища. Почему-то его ценят во многих мирах. У нас с тобой столько золота, что если им не сорить, то ты не сможешь потратить за всю жизнь. А замок, в который я хочу вложить его малую часть, пригодится тебе и как временное убежище, если не сладится с королём, и как место отдыха, и как основа для твоих дел в других мирах. Да и стоит он несравненно больше тех денег, которые я заплатила. Такие вообще не умеют строить, а замки попроще возводят два, а то и три поколения владельцев.

– Сейчас пообедаем и отдохнём, а потом я почитаю, – сказала Ира. – А чем займёмся завтра? До приезда я думала погулять и посмотреть город, а теперь вижу, что в нём нет ничего интересного: вонь, грязь, и на город похож только центр, а остальное – это деревня. Неужели такая же и столица?

– Таких домов, как у вас, в столице нет, но это не деревня. В ней много дворцов и особняков, и только каменные дома. Деревянные не разрешают строить из-за пожаров. Нечистоты сливают под землю, так что вони нет. В столице на дорогах очень мелкая брусчатка, и в экипажах не так уж сильно трясёт. Много парков и вообще зелени. Особенно красиво летом. Одним словом, там есть на что посмотреть.

Стук в дверь прервал их разговор.

– Вы разрешите, миледи? – заглянул в номер командир кирасиров. – По вашему приказу мои люди пропускали только тех посетителей, на кого указывал хозяин заведения. Но его сейчас нет, а вас настойчиво добивается одна девушка, которая на него ссылается. Я помню, что вы говорили о служанке, поэтому не стал её прогонять.

– Впустите её, шевалье, – разрешила Райна. – Не думаю, что одна девушка представляет опасность для двух мастеров.

Вскоре после ухода командира в номер вошла молоденькая девушка. Она была очень славная и почему-то напомнила Ире воробья из мультика. Ниже среднего роста, стройная, с вздёрнутым носом и веснушками по всему лицу – она смотрела на магов с такой смесью отчаяния и надежды, что Ира невольно отвела глаза.

– И что же хочет от нас это юное создание? – с едва уловимой насмешкой в голосе спросила Райна. – Хочешь наняться в служанки к моей дочери?

– Если миледи будет угодно меня принять, – сказала девушка, – я готова служить верой и правдой!

– А что ты умеешь? Расскажи о себе.

– Я Лина Сарлей из древнего купеческого рода Сарлеев. Мой отец был последним мужчиной в роду и погиб в прошлом году от нападения на его караван ватаги разбойников. Товары пропали, а в долг мне ничего не дают. Никто не хочет иметь дело с женщиной, хотя я умею делать всё не хуже отца. Другой работы для меня в этом городе нет, разве что торговать собой.

– А мать? – с сочувствием спросила Райна.

– Болеет, – ответила девушка. – Как погиб отец, так она и слегла. За ней ухаживает младшая сестра. Деньги пока есть, но если их не зарабатывать…

– Не страшно бросать своих и ехать с нами в столицу?

Лина пожала плечами и хотела ответить, но горло перехватил спазм. Ире показалось, что ещё миг – и девушка разрыдается, но ей удалось с собой справиться.

– Ну вот, а ты думала, чем себя занять, – обратилась Райна к Ире. – Сейчас мы втроём пообедаем, а потом поедем в дом Сарлеев. Прежде чем Лина поедет с нами, нужно вылечить её мать. Лина, можешь оставить семье этот кошель. В нём сотня серебром – плата за три декады. Тебе сейчас не нужны деньги, а им пригодятся. Впрочем, деньги твои, тебе и решать, как с ними поступить. У тебя всё есть в дорогу? Вот и хорошо. Нет, конь не нужен: ты поедешь с нами в карете.

Дом Сарлеев оказался большим и добротным, с обширным подворьем, на котором были какие-то строения, в том числе и здоровенный амбар.

– Это склад для товаров, – объяснила Лина, увидев вопрос во взгляде Иры. – Там сейчас пусто. Заходите, собаки у нас нет.

В сенях их встретила девочка. Увидев гостей, она почтительно поклонились и отступила в сторону, пропуская их в комнаты. На вид она была копией Лины, только года на три младше. А вот их мать ничем, кроме небольшого роста, не походила на дочерей. Она молча лежала в одной из двух спален, прикрытая одеялом, на которое сверху положили большую шкуру.

– В доме прохладно, миледи, – сказала Лина. – Дрова приходится экономить. Присаживайтесь, пожалуйста, на эти стулья.

– Выйди ненадолго из дома, – приказала ей Райна, – и забери с собой сестру… Что ты видишь? – спросила она Иру, когда сёстры вышли.

– Ничего такого, из-за чего нельзя было бы встать с кровати, – призналась та. – Она, конечно, ослабела, да и со здоровьем не всё в порядке, но я не вижу ничего серьёзного.

– Она сломалась, – объяснила наставница. – Муж был для неё всем, он умер – и её мир рухнул. Она слабая по натуре и, столкнувшись с горем и трудностями, ушла от них в свою болезнь. По природе она вполне здорова, а слабость – это только следствие длительного лежания и того, что она очень мало ест. Когда у человека пропадает интерес к жизни, это само по себе может вызвать кучу болячек и в конечном итоге уложить в могилу.

– И что будем делать?

– Взывать к её разуму или совести бесполезно: ей уже всё безразлично, поэтому я применю ментальное принуждение. Это один из немногих случаев, когда я считаю его оправданным. Не хочет жить для себя, пусть живёт ради дочерей. А там, может быть, немного оклемается и найдёт, за что уцепиться в жизни… Встань! – приказала Райна женщине. – Ты больше не больна. Отныне твоя цель – воспитать младшую дочь. Старшую я забираю с собой и сама о ней позабочусь. И не вздумай хандрить. Ты должна стать для дочери той прежней, какой была до смерти мужа. Выполняй!

Женщина словно проснулась, перевела на них взгляд и попыталась подняться.

– Не торопитесь, – предупредила Ира, придерживая её за руку. – Вы долго лежали и сейчас слабы, поэтому начинайте всё делать понемногу.

– Кто вы, миледи? – спросила мать Лины слабым голосом. – И где дочери?

– Мы ждём тебя завтра к вечеру, – сказала Райна Лине, когда садилась в карету. – Переночуешь с нами на постоялом дворе, а утром двинемся в путь. Скажи сестре, чтобы не давала матери сразу за всё хвататься, пусть сначала наберётся сил. И не надо меня благодарить, отблагодаришь хорошей службой дочери.

Следующий день Ира до обеда лежала в кровати с книгами, а после него, как и обещал, пришёл Виктор в сопровождении невысокого крепкого мужчины лет пятидесяти, с грубоватым лицом и большими пышными усами.

– Аром Шангар, – представил он спутника. – Это, миледи, ваш будущий капитан. Он дослужился до сержанта пикинеров в армии его величества, так что знает службу.

– По какой причине уволились, капитан? – спросила Райна усача, показав своим обращением, что он принят на службу.

– Возраст, миледи, – ответил он. – И копьём стало тяжело орудовать, и надоело месяцами не видеть семью.

– Что со сметой?

– Я считал очень приблизительно, – ответил Виктор. – Получилось около полутора тысяч золотых.

– Возьмите эти два кошеля, – сказала Райна, показав рукой на стол. – В них две тысячи. Если не хватит, позже получите ещё. Только учтите, что расходы будут контролироваться. Это вам, Виктор, обещанная бумага на ваше имя. Вас, капитан, попрошу проводить нашего управляющего до дома. С такими деньгами на руках это будет нелишним. Я распоряжусь, чтобы вас отвезли в одной из наших карет. Да, капитан, арбалеты для дружины можно не покупать: в замке их достаточно. Оружие заперто в комнате моего слуги, чтобы не растащили деревенские, поэтому возьмите у него ключи. Его комната первая от лестницы. Мы на вас надеемся, господа, постарайтесь не подвести.

Часом позже их посетил мастер, которому заказывали одежду. Платье в дорогу вышло просто изумительное. Тёплая серая шерстяная ткань, облегающий верх и немного укороченный, не слишком пышный подол – как раз то, что нужно в дорогу. И застёжки сделали спереди, как она и просила. Мастер успел сшить и костюм, тоже шерстяной, только чёрного цвета. Он так классно смотрелся на Ире, что она сразу поняла, какую одежду наденет, когда в следующий раз пойдёт в свой мир. Только расплатились с мастером, как подошла Лина.

– Иди во второй номер от лестницы, – сказала девушке Райна. – Там поселилась моя служанка. Пока твои услуги не нужны, поэтому побудешь с ней, она о тебе и позаботится. И пусть выдаст нормальную сумку вместо этого узла, у неё были… Ну что, баронесса, – шутливо обратилась она к Ире, когда вышла служанка. – Вроде мы с тобой сделали всё, что хотели. Завтра двинемся покорять столицу. Ты готова разбивать сердца и сорить золотом?

– Мне хочется забраться к вам под мышку и лет пять оттуда не вылезать, – ответила Ира. – На фиг мне чьи-то сердца? Я ещё не знаю, чего хочу от жизни, а ваша совсем чужая. И даже сила не придаёт уверенности.

– Ничего, девочка моя! – обняла её Райна. – На тихих да покорных воду возят. Захочешь в этой жизни хоть чего-то значить и быть хозяйкой себе, сама выйдешь из-под крыла. Немного рановато для тебя, но тут уж я не могу ничего поделать. Помогу тебе на первых порах, пока смогу, а дальше ты уже сама.

Глава 10

Путешествие до столицы заняло пять дней. Первый день двигались без остановки, пока не достигли следующего после Зарта города на тракте – Лидеи. Несмотря на раннее время, здесь остановились на ночёвку, потому что на тракте не было других городов, до которых можно было бы добраться до ночи. После Лидеи города и придорожные трактиры начали встречаться чаще, и теперь ехали до вечера. Райна беспокоилась о том, чтобы кирасир селили на одном постоялом дворе с ней, и оплачивала их содержание. В это время года ездили мало, поэтому не было сложностей с размещением отряда. Благодаря такой заботе, солдаты старались сделать всё, лишь бы услужить старой аристократке и её красавице-дочери. Ира по понятным причинам вызывала повышенный, хоть и тщательно скрываемый интерес. Появление Лины приятно взбудоражило королевских вояк, тем более что девушке надоело сидеть в карете и на второй день пути она попросила у Райны разрешение ехать верхом. Гарт отдал кобылу Иры, на которой она и гарцевала посреди отряда, переговариваясь с кирасирами и отвечая на их шуточки. Лина пока не приступила к выполнению обязанностей служанки. Ира сама надевала и снимала одежду, сама расчесывала волосы, а за едой ей прислуживали слуги в трактирах. Когда девушка обратилась с этим вопросом к баронессе, та не смогла ничего объяснить, сказав лишь о задней шнуровке на платьях. Райна только посмеивалась.

– Что ты колотишься? – сказала она Лине. – Надо радоваться тому, что нет обязанностей, хуже, когда их много. Положена баронессе служанка, вот тебя и взяли. А обязанности появятся, можешь не сомневаться.

К концу пятого дня пути, когда солнце уже спустилось к горизонту, далеко впереди показалась столица.

– Долго ещё? – приоткрыв дверцу кареты, спросила Ира у одного из кирасир. – Успеем до ночи?

– Должны успеть, миледи, – почтительно ответил солдат. – Дорога почти сухая, так что двигаемся быстро. Свечи через три-четыре будем в Сагде. Ворота в верхний город закрывают позже.

– А что за верхний город? – спросила она у Райны.

– Верхним или старым городом называют часть столицы, которая огорожена крепостной стеной. Верхний город был построен лет двести назад, а потом дома стали строить за стенами. Сейчас новая часть столицы раза в три больше старой. В верхнем городе находятся королевской дворец, дворцы и особняки знати и столичный университет. Там же разрешили поселиться самым богатым и влиятельным купеческим семьям. Остальные живут в нижнем городе. Там же расположены все постоялые дворы и трактиры. Если не успеем до закрытия ворот, то остановимся до утра в одном из них.

– Надо было мне раньше расспросить о столице, – с досадой сказала Ира. – И ведь было же время!

– А что ты так беспокоишься? – удивилась Райна. – Со временем всё узнаешь. Я была в столице только два раза ещё девчонкой и мало что помню.

– А река поблизости есть?

– Есть река, называют Ста. Нижний город в одном месте выбрался на её берег, там сейчас построен порт.

– А куда течёт река?

– А куда она может течь? В море, конечно! У вас разве не так?

– Оно у вас тёплое?

– Чем ты меня слушала? – сказала Райна. – Я же рассказывала о том, как кайны сюда попали. Море было у наших предков, мы о нём только читали в старых книгах. В нём купались весь год, кроме зимы. Зимой вода была прохладной и часто штормило.

– А что ещё можете рассказать?

– Моим воспоминаниям много лет, и они в основном об особняке брата отца. У нас самих не было владений в столице, поэтому, когда в неё приезжали, останавливались у него. Помню, как он водил нас с сестрой в торговые кварталы и покупал подарки. Ходили в какие-то храмы, а в остальное время играли с его детьми в их парке.

– Они тоже владели магией?

– Очень слабо. Мастеров в их семье не было.

– Так, может быть, их и не тронули?

– Вряд ли, – задумалась Райна. – Я до сих пор не знаю, из-за чего жрецы Ашуга взъелись на мастеров. Виновата ли в этом магия, которая ставила под сомнение их собственное могущество, или дело было в том, что семьи мастеров за столетия скопили огромные богатства. Может, была ещё какая-то причина, о которой я не догадываюсь. Но обычно в таких случаях вырезают не только саму семью до последнего человека, но и близких родственников. Правда, моя тётка была в родстве с тогдашним канцлером, так что, возможно, они уцелели. Точнее, не они, а их дети, а то и внуки, так как кузены были старше нас с сестрой. Нужно будет о них узнать. Если живы, ты можешь это использовать.

– Как охраняется столица, если нет стены?

– Возле Сагда расположено много воинских лагерей. Наши кирасиры оттуда. В самом городе несёт службу только городская стража.

– А почему король до сих пор не женат?

– Вот чего не знаю, того не знаю, – рассмеялась Райна. – Если верить рассказу барона, он не испытывает недостатка в женском обществе: фаворитки меняются чуть ли не каждую декаду. В этом пошёл в отца: тот тоже был жеребцом. Смотри, держи его на расстоянии. Королю может прийти в голову мысль привязать тебя к себе не только золотом, но и через постель. Он не пропускает мимо себя таких красавиц. Даже если влюбится, во что я не верю, ты не сможешь долго быть королевой. Если за пять лет у королевы не родился ребёнок, брак считается расторгнутым.

– И что делают с бывшей королевой?

– А зачем с ней что-то делать? – удивилась Райна. – У нас женщина не имеет прав на трон. Если есть сын от короля, то она может сохранить свой титул, но ребёнка забирает регентский совет, который и воспитывает наследника до совершеннолетия.

– А если я убью короля, кто наследует трон? Его брат?

– Постарайся не доводить дело до крайности. Принцу только пятнадцать лет. Многие сомневаются в том, что старый король имел отношение к его появлению на свет. А спросить некого, так как его мать отравили вскоре после родов. У старого короля были три жены, и все они плохо кончили. Это ещё один повод, чтобы не лезть в королевы.

– Ладно, – засмеялась Ира, – уговорили. Если начнёт приставать, приму образ шуры.

– Не испугается, – улыбнулась Райна. – У него во дворце уже есть одна такая. Когда я услышала, не поверила, а оказалось правдой.

– Чем же она там питается?

– Говорят, раз в два дня выпивает кролика. Они ведь пьют не только человеческую кровь, годятся и животные.

После разговора ехали молча. За окнами стало быстро темнеть. Несколько раз разминулись с ехавшими навстречу экипажами, иногда по тракту в обоих направлениях проносились всадники.

– Летом здесь не протолкнуться от обозов и крестьянских телег, – сказала Райна, – а сейчас просто благодать: едем и никто не мешает. Выгляни, долго ещё? А то я сильно устала.

– Осталось немного, миледи, – ответил кирасир на вопрос Иры. – Вот-вот появится застава и будут первые дома. Сейчас проедем рощу, повернём, и сами увидите.

На заставе их не задержали. Стоило командиру предъявить подорожную, заверенную самим канцлером, как тут же подняли перегораживавшую дорогу рогатку, а охранявший заставу караул вытянулся во фрунт. Улицы на окраинах Сагда никто специально не освещал, поэтому ехали в темноте, озаряемой лишь мерцающим светом из окон стоящих по обе стороны дороги домов. Скоро начали попадаться двухэтажные дома. Через полчаса подъехали к стене старого города. Ворота были открыты, и стоявшие в них стражники потребовали остановиться для проверки. Возглавлявший караул сержант не ограничился подорожной, а заглянул в обе кареты, извинился перед дамами и дал команду пропустить. После ворот ехали недолго. Брусчатка была ровной, и кареты катились почти без тряски. На каждом перекрёстке горели масляные фонари. Много света было и из окон, которые не закрывали ставнями. Остановились возле невысокого забора, огораживавшего сад и едва белевший в полумраке большой одноэтажный дом.

– Вот вы и дома, миледи! – объявил шевалье, открыл дверцу кареты и помог дамам выйти.

Один из его подчинённых уже тарабанил в ворота, пытаясь достучаться до прислуги. В доме хлопнула дверь, и послышались приближающиеся шаги. К калитке подошёл старик, державший в руках зажжённый фонарь и связку ключей.

– Открывай быстрее, хозяева приехали! – поторопил его шевалье. – Да шевелись ты, наконец! Не видишь, женщины устали с дороги.

– Сейчас открою! – заторопился слуга, подслеповато щурясь на свет фонаря и пытаясь отыскать нужный ключ. – Ворота тоже открывать или одну калитку?

– Вначале калитку, а потом и ворота. Нам нужно выгрузить багаж.

– Зачем тогда вышли из кареты? – еле слышно пробурчал слуга.

– А ты попробуй сам просидеть в ней весь день! – рассердился шевалье, который расслышал его бормотание. – Не твоё это дело – обсуждать господ, лучше шевелись, пока я не добавил прыти!

Старик испугался и задвигался быстрее. Когда замки были открыты, кареты одна за другой въехали в распахнутые ворота и по усыпанной мелким гравием дороге покатили к дому. Часть кирасиров спешилась, чтобы помочь с вещами, остальные остались на улице с лошадьми. Женщины, кроме Лины, которая ехала верхом, пошли к дому по выложенной камнями дорожке в сопровождении шевалье и семенящего рядом с ними слуги. В доме послышались голоса, захлопали двери, и в окнах замерцал свет зажжённых светильников.

Уже давно выгрузили вещи и уехали кирасиры, а уставших путников накормили спешно приготовленным ужином и развели по комнатам, а Ире не спалось. Когда-то, в другой жизни, папа говорил, что люди плохо засыпают на новом месте. Это ли было причиной или некстати пришедшие в голову мысли о завтрашнем дне, но девушка лежала на огромной кровати, заложив руки за голову, и сна не было ни в одном глазу. Завтра придётся с головой окунуться в жизнь этого мира, а заменившая отца и мать женщина скоро умрёт, и она опять останется одна. Найдётся ли хоть в одном из миров такой человек, которому можно будет довериться и назвать самым родным и любимым? К мужчинам не влекло. Несмотря на взрослый вид, в этом она пока осталась девчонкой. И слава богу! Ира была уверена, что не просидит всю жизнь в этом мире. Он дал ей силу, богатство и положение в обществе, но вызывал недовольство своей чуждостью. Можно и в будущем использовать его возможности, но не постоянно в нём жить. Нужно оправдать надежды Райны и отдать за неё все долги. Наставница отказалась от мести из страха за жизнь Иры, но было видно, с какой внутренней болью она говорила те слова и чего ей это стоило. Поэтому надо будет найти случай и отомстить, не подвергая при этом опасности свою жизнь.

Ира не знала, сколько так лежала. В комнате было темно, а стрелки на отцовских часах в этом мире почему-то перестали светиться. Наконец усталость взяла своё, и она провалилась в сон, из которого уже утром вырвал голос наставницы.

– Вставай, соня! – сказала Райна, приоткрыв дверь в её спальню. – Завтрак давно готов, и уже приезжал гонец из Коллегии. Решили перед представлением королю провести проверку нашего мастерства. Я не знаю, как они будут проверять мастеров, если в королевстве нет других, но всё равно будь осторожна и не слишком задирай нос. Я выучила всему, что знала сама, но мои знания пятидесятилетней давности. За прошедшее время маги могли узнать что-то новое, так что я не исключаю сюрпризов. Кроме того, тебе нужно срочно заказать придворное платье. Идти к королю в дорожном – это моветон, а ни в одно из платьев сестры ты уже точно не влезешь, неважно спереди у них завязки или сзади. И нам с тобой нужно многое приобрести и определиться с прислугой. Я уже направила Гарта в каретные мастерские заказать карету с моим гербом, купить лошадей и нанять кучера, который заодно согласился бы работать конюхом. Чем меньше здесь будет вертеться лишних слуг, тем лучше. Ты собираешься вставать или нет?

– Вчера долго не могла заснуть, – ответила Ира. – Сейчас умоюсь холодной водой и окончательно проснусь. Где здесь вода? Я вчера не запомнила, да и ходили почти в темноте.

– Пойдём покажу, а заодно коротко расскажу о слугах. Дом для нас купили у графа Рано. Старый граф умер два года назад, а молодой наследник умудрился спустить за это время на игры и баб большую часть оставленного отцом состояния. Под конец он влез в долги и оказался перед выбором: продавать этот особняк или родовое имение, в котором живёт вся семья. Он хоть и дурак, но хватило ума сделать правильный выбор. Казначейство скупило его долги и предъявило к оплате. Так у нас появился этот немаленький дом с садом в центре столицы. Слуги достались по наследству. Старик, который открывал калитку, выполнял здесь роль дворецкого. Дворецкий нам не нужен, тем более такой, но он всю жизнь прожил в Сагде, прекрасно знает город и в курсе местных сплетен. И что немаловажно, ему некуда идти. Зовут Сарком. Я думаю оставить и посмотреть, будет ли польза. А вот от служанки нужно срочно избавиться: лживая и подлая девица. При молодом барине убирала дом, готовила, подрабатывала передком и наушничала на слуг, которых тогда было больше. Была ещё одна молодая особа, но той не приглянулась я, так что она сегодня утром собрала в сумку оставшуюся от графа серебряную посуду и решила нас покинуть. И покинула, естественно, без посуды, но с неприятной болезнью, которой я её наградила. Вот умывальник, а здесь вода, если нужно долить. Прислать Линду в помощь?

– Зачем она мне? – умываясь холодной водой, пробурчала Ира. – Где наши вещи? Я не могу ходить с такими зубами, а там щетка и порошок.

– Завтра перед походом к королю почистишь свои зубы, а для Коллегии сойдёт и так. У нас нет времени на разбор вещей. Быстро иди завтракать, но сильно не наедайся, а потом приводи себя в порядок. Советую надеть на испытания костюм для верховой езды.

– Мне объезжать этих магов?

– Объезжать попытаются нас с тобой, и больше тебя, из-за того что ты в таком сопливом возрасте вознамерилась стать мастером. В штанах тебе будет удобнее.

– А штаны на Коллегию – это не моветон?

– Моветон, – согласилась Райна, – но на Коллегию ты можешь наплевать, а на короля – уже нет. Ты сама такой вызов традициям, что не имеет большого значения, в чём туда придёшь.

Ира закончила умываться, без аппетита съела кашу, вкусом и видом похожую на так нелюбимую ею перловку, и пошла надевать костюм. Когда закончила с причёской, в ворота особняка въехала карета с гербом маркизов Афрем.

– Прекрасные лошади, Гарт! – похвалила Райна рослых жеребцов бурой масти, которые как пушинку везли за собой богато отделанную карету. – А это наш кучер?

– Сантор Ланше, к вашим услугам, миледи! – поклонился сидевший на козлах мужчина.

– Мы сейчас уедем, – обратилась Райна к Гарту, – а тебе нужно сходить на скотный рынок и купить двух чистокровных скакунов. Не забудь взять для них сбрую и заказать овёс с сеном для всех лошадей. Конюшня здесь большая, так что корм можно брать с запасом. Потом узнай у Сарка, у кого покупали продукты. Лая скажет, что ей нужно. Да, передай Лине, чтобы была при Лае. По первому времени у неё будет много работы, и помощь не помешает, а девка сидит без дела.

Когда она закончила давать указания, села вместе с Ирой на мягкие удобные сидения и приказала кучеру ехать в Коллегию. Поездка продолжалась минут двадцать. Ира с интересом смотрела в небольшое окно кареты. Стекло искажало изображение, но окошко можно было открыть на манер форточки, что она и сделала. Столица днём произвела намного большее впечатление. Прежде всего девушка обратила внимание на чистоту улиц. Ничего подобного не было ни в одном из виденных ею городов. Обилие зелени тоже радовало глаз. Почти в каждом домовладении, мимо которого они проезжали, был участок земли, засаженный деревьями или кустами. Сами дома имели красивый и ухоженный вид и сильно отличались отделкой. Прохожие встречались редко, в основном по улицам проезжали кареты, открытые экипажи и всадники.

– Это же старый город, – сказала Райна, когда Ира задала ей вопрос о пешеходах. – Здесь ходят слуги и только по делу. Хозяевам неприлично передвигаться пешком, разве что прогуляются возле своего особняка или зайдут к соседям.

Карета выехала на небольшую площадь, окружённую двухэтажными домами, и остановилась возле одного из них. Кучер соскочил с козел, открыл дверцу кареты и помог женщинам выйти. Коллегия находилась в большом здании, фасад которого был украшен колоннами, поддерживавшими портик над главным входом. Поднявшись по ступеням, Ира с Райной прошли через большие двустворчатые двери и очутились в обширном холле, из которого начиналась широкая, ведущая на второй этаж лестница. Их дожидался слуга, с которым поднялись по лестнице и прошли до дверей нужного помещения.

– Прошу сюда, миледи, – сказал он, распахивая перед ними двери. – Вас ждут.

Женщины вошли в просторную комнату, в которой отсутствовала мебель, кроме стульев. Выходившая в сторону фасада стена была прорезана тремя большими окнами, возле которых сидели маги.

«Специально расселись так, чтобы солнце било нам в глаза, – подумала Ира. – Ладно, наплевать».

– Приветствую своих собратьев по ремеслу! – произнёс сидевший в центре мужчина. – Садитесь на стулья и давайте определим порядок проведения испытания.

– Могли бы при приветствии встать, – сказала Ира, ища глазами свободные стулья.

Она чувствовала, что большинство собравшиеся настроены враждебно, а поскольку не давала поводов для такого отношения, решила с ними не церемониться и вести себя нагло. Стулья обнаружились в противоположном конце комнаты. Наверняка они были поставлены туда не случайно. Взгляд – и выбранный стул заскользил по полу в их сторону и остановился возле Райны.

– Матушка, – обратилась к наставнице Ира, – присядьте, пока меня будут проверять эти господа.

Райна одобрительно кивнула и молча села.

– Я готова к испытанию, – обратилась девушка к магам. – Что нужно делать?

Зрение немного привыкло к бившему в глаза свету, и она смогла рассмотреть сидевших. В комнате находились пять мужчин в коричневых мантиях.

«Неужели и нам предложат носить это убожество? – подумала Ира. – Вот уж фиг им! Пусть сами в таком ходят!»

– Приятно видеть уверенность в своих силах у такой юной девушки, – улыбнулся крайний справа маг. – Теперь вам нужно подтвердить её делом. Испытания проводятся одинаково: мы на вас нападаем, а вы защищаетесь. Если сможете не только защититься, но и атаковать в ответ, это засчитаем в вашу пользу. Можете применять всё, что знаете и умеете делать, кроме вызова демонов и тварей. Впрочем, вам не позволят провести ритуал. Готовы?

– Готова, – кивнула девушка. – Можете начинать.

Начали они как-то странно. На Иру словно налетел ветер, хотя в комнате не ощущалось движение воздуха. Даже пылинки в лучах солнца танцевали на одном месте, хотя девушка чувствовала, что обрушившийся ветер уже набрал ураганную силу. Её даже начало сносить, и задержаться на месте не получилось. Внутренним зрением она видела исходящие от противников потоки силы, которые, сливаясь воедино, образовывали что-то вроде направленного в её сторону конуса. Ира усилила защиту, и ветер сразу ослаб, но и она уже не видела того, что делают маги. Права была наставница, когда говорила, что за пятьдесят лет могут открыть что-то новое. Вот и открыли на её голову. И как с этим бороться? Уйти в глухую оборону нельзя, значит нужно врезать самой!

Девушка почти полностью сняла защиту и нанесла удар по сидевшему в центре магу. Одна из ножек его стула подломилась, маг упал на пол и ударил голову о стул соседа. Напор ветра немного ослаб, и воспользовавшаяся этим Ира расслабила нужные мышцы магу справа, который ехидничал по поводу её уверенности в своих силах. Чтобы не опозориться, ему пришлось забыть о девушке и переключиться на борьбу с собственными кишками. Остальные маги срочно усилили защиту, ещё больше ослабив нападение.

Усмехнувшись, Ира следующим ударом так выморозила воздух возле окон, что от магов повалил пар. Полностью прекратив нападение, они тратили все силы на защиту и нагрев своих тел.

«А теперь, голубчики, я вас добью!» – злорадно подумала девушка, применив домашнюю заготовку, над которой работала несколько дней.

В центре комнаты на полу вспыхнул ярким зелёным огнём рисунок вызова демонов. Перед оторопевшими от неожиданности магами появилась чешуйчатая тварь, в которой они сразу же узнали одного из самых опасных демонов. Связываться с такими не рекомендовалось во всех без исключения руководствах. Демон обвёл оцепеневших магов оценивающим взглядом и плюнул на пол. Пол от плевка задымился, а удерживающий демона рисунок погас. Похожий на тираннозавра демон улыбнулся, обнажив два ряда кинжальных зубов, и прыгнул на магов. Грохот падающих стульев и испуганные крики стали финалом её испытания.

– Вы меня просто поразили! – говорил Ире пожилой маг, вытирая вспотевший лоб рукавом мантии. – Никогда не видел такой качественной и продуманной иллюзии. Мы полностью закрылись, поэтому не смогли сразу понять, что это морок.

– Научите? – спросил единственный из магов, который вызвал симпатию.

– Научу, – ответила Ира. – А вы научите тому, что использовали против меня? Я не знаю этого заклинания.

– Вы и не можете его знать, – улыбнулся симпатяга. – Нам сказали, что ваша наставница много времени провела вдали от людей, а «ментальный ветер» придумали лет десять назад. Поэтому его против вас и применили. Нам было интересно посмотреть, как вы выкрутитесь. Конечно, я вам его покажу. Думаю, коллеги, ни у кого больше нет сомнений в том, что девушка действительно мастер, если с ней не смогли справиться пятеро членов Совета?

– Мы не использовали и десятой части своих возможностей! – буркнул полный маг, который своими бровями напомнил Ире Брежнева.

– Так и я только начала! – возразила она. – Если есть желание, мы можем продолжить. Только многие из моих заклятий могут нанести вред помещению. Не жалко?

– Ладно, чего уж там! – сказал тот маг, который чуть не обделался. – Главное, что вы победили. Вашу наставницу проверять не будем. Позвольте представиться. Я маг Коллегии и директор королевской школы магии Игар Хониш.

– Мастер Рина Волк, – представилась Ира. – Моя наставница мастер Райна Албени.

Она знала, что среди магов было не принято называть дворянские титулы, имели значение только мастерство и сила.

– Маг Коллегии Альбер Гальмин, – поклонился симпатяга. – Тоже преподаю в школе.

– Маг Коллегии Заг Гальмин, – процедил бровастый. – Не преподавал и не собираюсь.

– Так вы братья? – удивилась Ира.

– Нет, – ответил Альбер. – Мы с господином Загом родственники, но дальние.

Два остальных мага тоже представились, после чего поспешили удалиться, сославшись на занятость.

– Мы тоже уходим, – сказала Райна, поднимаясь со стула, который после этого поспешил занять место у стены. – Мы только вчера приехали и не успели толком устроиться. Много дел, и не все можно поручить слугам. Ещё увидимся, господа!

Глава 11

С платьем им повезло, хотя поначалу Ира думала, что придётся идти к королю серой мышкой, потому что никто из портных не брался сшить для неё парадное платье за один день.

– Поймите, миледи, – убеждал её третий по счёту мастер, – там одной отделки на два-три дня. А для неё ещё надо подобрать камни. И нижние юбки нужно пошить. Нет, за один день это никак невозможно!

– Заедем ещё к одному портному и, если ничего не получится, всё равно закажем, – сказала Райна. – Оно тебе ещё понадобится. Да и повседневные платья нужно заказать, а то оно у тебя только одно, как у нищенки.

Вот у этого последнего им повезло купить уже готовое великолепное шёлковое платье.

– Я не смогу за день сшить то, что вы хотите, миледи, – сказал мастер Райне, – но у меня уже пошита вещь, которая может вас устроить. Это не парадный туалет, но очень хорошо смотрится. Обычное парадное платье делают жёстким и нашивают на него много камней. Получается очень дорого, но, чтобы было красиво, наряд нужно шить не одну декаду, и он неудобен в носке. Я хочу предложить бальное платье, в котором уместно появиться на аудиенции у его величества. Прекрасный малийский шёлк разных оттенков розового, богатая отделка золотым шитьём и тонкими кружевами. Если вы украсите свою дочь драгоценностями, будет не хуже парадного, но намного удобней. На глаз у неё такая же фигура, как у заказчицы, на которую шилось платье. Но если будет чуть велико, мы быстро подгоним. При вас и сделаем.

– А почему отказалась заказчица? – спросила Ира.

– Она не объясняла, но думаю, что были проблемы с деньгами, – почтительно ответил мастер. – Было видно, что платье понравилось и отказ от него огорчил больше её, чем меня. Я-то в любом случае его продам, уж очень хорошо получилась. Будете примерять?

Ире помогли переодеться две служанки, после чего она посмотрела на себя в большое зеркало из полированной бронзы и решила, что без этого платья не уйдёт.

– Как на неё сшито! – сказал мастер, обходя вокруг девушки. – Посмотрите на грудь. Там специально использована самая тонкая ткань! Видите? Прорисовывается каждый сосок!

Ира скосила глаза на грудь, и радость немного поблекла. Действительно, очень тонкая ткань, которую натягивали груди, почти ничего не скрывала, а при хорошем освещении через неё всё должно было просвечивать.

«Чёрт с ним! – решила она. – Когда пойдём в наш мир, куплю бюстгальтер, и будет нормально».

– Как тебе? – спросила Райна. – По-моему, смотрится хорошо. Берём.

У этого же портного заказали и два повседневных платья.

– Только делайте на груди нормальную ткань, – покраснев, попросила Ира.

– Желание заказчика для меня – закон! – ответил портной, отведя глаза в сторону.

И кого вздумал провести – мастера?

– Очень неосмотрительно думать обо мне так, как вы только что подумали, да ещё такими словами! – разозлилась Ира. – Сжечь, что ли, вашу мастерскую вместе с вами или сами предложите мне скидку?

Одновременно весельчаку была послана волна жути, которая сразу показала, с кем он имеет дело. В результате после долгих извинений он действительно сделал им скидку.

– Молодец! – похвалила Райна, когда сели в карету. – Деньги нужно экономить. И неважно, что их много. А мысли у него были самые нормальные, которые возникнут у любого мужчины при виде такой очаровашки, как ты. Если их за это жечь…

Ко времени их возвращения домой Гарт успел выполнить поручения Райны.

– Посмотри, какие красавцы! – залюбовалась жеребцами маркиза. – Жаль, что я уже не в том возрасте, чтобы на них носиться. А вот тебе надо по свободе проехаться. Попробуешь, каково это – скакать на чистокровном жеребце, да и к себе приучишь. Это не твоя дохлая кобыла. Гарт сказал, что доставили продукты. Предохрани их от порчи, а потом нужно разобрать вещи. Сделайте это вдвоём с Линой.

В доме к Ире подошёл Гарт.

– Госпожа, вы из-за дороги забросили занятия. Так нельзя. Я нашёл в доме просторную комнату, которая не использовалась прежними хозяевами. Если купить ковры и постелить на пол, получится прекрасный тренировочный зал. И вам нужно начинать учиться работать мечом.

До конца дня Ире вместе с Линой пришлось немало повозиться, а Райне – ещё два раза отправлять Гарта за покупками, но уже утром следующего дня они ни в чём не испытали недостатка. Всё необходимое для нормальной жизни было разложено так, как они привыкли. Осталось забрать из замка книги и кое-какие вещи, но это решили сделать после визита к королю. После завтрака в особняк приехал офицер королевской стражи, который сообщил, что встреча с королём назначена через свечу после полудня.

– Постарайтесь не опаздывать, миледи, – сказал он напоследок, – а лучше приехать немного раньше.

Они так и сделали. Райна добавила Ире к новому платью колье с рубинами и тонкий золотой браслет, украшенный этими же камнями, а сама надела красивое синее платье, которого Ира на ней раньше не видела, и купленные на Земле туфли. До места добирались минут двадцать. У ворот дворца карету проверила стража, и Райна показала бумагу с приглашением на аудиенцию. Королевский дворец разочаровал. Ира ожидала увидеть что-то вроде Лувра, виденного во французских фильмах с участием Жана Маре, или царских дворцов в Ленинграде, но королевская резиденция не отличалась ни архитектурными излишествами, ни особой роскошью. Внутренний вид оставил чуть больше впечатлений, но всё равно дворец показался ей сильно увеличенной копией их собственного дома.

– А почему нет картин и скульптур? – тихо спросила Ира Райну, когда они следом за слугой поднимались по застеленной коврами лестнице на третий этаж, где обычно проводились приёмы.

Выяснилось, что в этом мире из картин рисовали только портреты, которые помещали в специальные родовые комнаты, а не развешивали где попало для красоты. Скульптурой почему-то вообще не занимались, хотя, как смогла припомнить Райна, до переселения у их предков было что-то такое.

– Скорее всего, в этом виноваты прежние, которые вообще не лепили и не высекали из камня никаких изображений, – подумав, сказала она. – Нашим предкам в первые годы было не до скульптур, а потом осознанно или нет за эталон взяли именно жизнь прежних. А какая может быть польза от твоих скульптур?

– А почему непременно должна быть польза? – удивилась Ира. – Их назначение – удивлять и радовать глаз. Какая ещё может быть польза от красоты?

– Миледи, мы пришли, – прервал их разговор слуга. – Его величество король Аниш Третий ждёт вас!

С этими словами он распахнул одну створку дверей и отступил в сторону, освобождая проход. Женщины вошли в почти пустую комнату, по левой и правой сторонам которой вдоль стен стояли мягкие низкие стулья с причудливо изогнутыми ножками и малиновой обивкой. Полы были застланы коврами с преобладанием красных тонов, такого же цвета были и портьеры на окнах. Ире почему-то стало смешно.

– Кровавая комната! – шепнула она наставнице.

– Перестань дурачиться, – шепнула та в ответ. – От этого приёма зависит слишком многое. Испортишь о себе первое впечатление, потом замучаешься его менять.

В дальнем конце комнаты приоткрылась небольшая дверь, и из неё выглянул невысокий полный человек в одежде, богато украшенной золотым шитьём. Увидев женщин, он обернулся и что-то сказал, а потом с приветливой улыбкой устремился им навстречу.

– Маркиза, баронесса! Рад вас видеть! Позвольте представиться, я секретарь его величества, Мар Ламэй. Король вас ждёт!

Ире стало интересно, насколько искренна его радость, но попытка посмотреть мысли толстяка натолкнулась на сильную защиту. Магом он точно не был, значит, носил амулет.

Секретарь проводил их к двери и, как и слуга до него, услужливо распахнул её перед дамами. Открывшаяся женщинам комната была декорирована в голубых и зелёных тонах и обставлена низкой мягкой мебелью и такими же низкими столиками, на которых стояли вазы с чем-то приятно пахнувшим ванилью и кувшины с бокалами. Сам король, сидевший до их прихода на одном из диванов, поднялся, с любопытством разглядывая гостей.

– Рад, что вы, маркиза, прервали добровольное затворничество и приняли моё предложение, явив миру себя и вашу красавицу-дочь! – произнёс он, подарив им приветливую улыбку.

– Спасибо за добрые слова, ваше величество, – отозвалась Райна, наклонив голову. – Только моё затворничество было не добровольным.

У женщин этого мира не было приветствия вроде реверанса, почтение выражалось обычным кивком.

– Держите зло на моего родителя? – спросил король, перестав улыбаться.

– Что вы, ваше величество, – теперь улыбнулась Райна. – Если бы я держала зло на вашего отца, не приехала бы служить вам и не привезла бы с собой дочь. Я уже знаю, что ваш отец действовал под принуждением. Какой с него может быть спрос? Но я солгала бы, если бы сказала, что всё и всем прощено. Вы простили бы гибель семьи и свою собственную искалеченную жизнь?

– И что вы намерены предпринять?

– Не бойтесь, ваше величество, я не собираюсь идти громить храм Ашуга. Просто оставляю за собой право при случае припомнить им всё.

– Разумная позиция! – довольно сказал король. – Я тоже не испытываю любви к жрецам этого бога, и оснований у меня для этого достаточно, но не могу сейчас допустить разборок! Я в отчаянном положении. Отец с их помощью разогнал мастеров по соседним королевствам, и они, как и вы, ничего не забыли и не простили. Догадываетесь, на чьей стороне они выступят в случае конфликта?

– А такой конфликт будет?

– Скорее да, чем нет. Мы давно не воевали. Все стали намного богаче, и сильно выросло население. Единственное исключение – это ваша родина, баронесса. Самая большая опасность исходит от Сардии. Её король Малх Второй в нарушение общих договорённостей не уничтожил на своей территории шуров, поселив их в горах. Кровососы разводят скот и не трогают людей, и я посмотрел бы на это сквозь пальцы, если бы не скрывался сам факт наличия таких поселений. А теперь я узнал, что его сын Малх Третий создаёт из шуров свою личную гвардию! А ведь при попытке их истребления мы отдавали за одного шура до пяти опытных воинов! И это при том, что они были не обучены бою и плохо вооружены. Их тогда удалось перебить только благодаря мастерам. Теперь понимаете? А если мастера не станут их истреблять, да ещё сами выступят на стороне кровососов? Долго ли мы тогда продержимся? Малх играет с огнём, но сейчас не прежние времена: мы разобщены, и никому ничего не докажешь.

– У них по-прежнему высокая рождаемость? – задумчиво спросила Райна.

– Зрите в корень, миледи. Шуры наберут силу, и им станут тесны те границы, которые отвёл король Сардии. Может быть, это время уже пришло. Пока им выгодно быть под королём, но сколько ещё такое продлиться? И не откупиться ли Малх от своих клыкастых союзников нашей кровью?

– Дальновидно ли выпускать их из-под контроля?

– А всегда ли мы думаем о будущем? – вопросом ответил король. – Вспомните моего отца!

– Ваше величество, не развеете ли вы моё недоумение по поводу действий жрецов Ашуга? Для чего это затевалось?

– Магия и, конечно, власть. Они вознамерились подгрести под себя всю магию в королевстве. Уничтожение мастеров преследовало цель избавиться от соперников и присвоить себе их знания, а грабёж был вторичен. Частично жрецам это удалось. Именно поэтому я не могу сейчас их трогать. Они единственные, кто может представлять угрозу тварям или армии, в которой будут шуры. И вам нужно проявить осторожность. Жрецы, несомненно, не пропустят факт вашего появления, и мне трудно предугадать их реакцию. Влияние Храма и его Ордена не так сильно, как прежде, но возможности у них очень велики.

– И чего вы ждёте от нас?

– После смерти отца я объявил амнистию мастерам, но сюда пока никто не едет, несмотря на обещания щедрой платы. А я сейчас не в том положении, чтобы отбирать ваши имения у их новых владельцев, большинство которых тесно связаны со жречеством. Единственное, что мне остаётся, – это собирать способных к магии детей, воспитывать из них своих магов и надеяться, что мне дадут для этого время. Я хочу, чтобы вы в первую очередь помогли именно с этим. Ну и, конечно, выполнение текущих заказов двора. Вы согласны?

– Срок моей жизни подходит к концу, она измеряется уже не годами, а только декадами. Скоро я уйду, и договариваться вам придётся уже с моей девочкой. Она знает всё, что знала я, а по силе я ей уступаю. Единственное, чего у меня больше, – это опыта. Не смотрите, что она молода, и не считайте её наивной. Ей уже много пришлось пережить, несмотря на столь юный возраст. Я полюбила её и отдала всё, что смогла: знания, богатство и ту толику тепла, на которую способна. А скоро она возьмёт и моё имя. Эта девушка для вас драгоценна не только потому, что у неё в друзьях Зверь. Пригрейте её, и она никогда не предаст. Такие люди, как она, – редкость. Но попробуйте только обидеть, и тогда я приду к вам из-за грани! И не вздумайте смотреть на неё, как на свою женщину, у вас не будет с ней детей. Думаю, что лучше вам узнать об этом сразу. Я привела Рину из другого мира, и она в любой миг может туда вернуться. Задержится она здесь или уйдёт, зависит от вас.

– Так Ливена…

– Выдумка, – кивнула Райна. – Должна же я была как-то объяснить её появление. Это объяснение показалось мне самым подходящим.

– И сколько же времени вы готовили баронессу? Или она уже была магом?

– В её мире вообще нет магов, а готовила только год, даже чуть меньше. Это было слишком тяжело, для большинства такой путь в магию закрыт.

– А в том мире нет силы, которую мы могли бы использовать?

– Об этом вам надо говорить с Риной. Я была там очень недолго только два раза и почти ничего не поняла. Люди там очень сильны, но не магией, у них что-то другое.

– Вы мне поможете, Рина? – обратился король к девушке по имени. – Я готов сделать для вас всё, что только в моих силах. Я ведь прошу не только за себя. Короли тоже люди, но хороший король должен в первую очередь заботиться о благе подданных, а уже потом о собственном. А я боюсь однажды увидеть свою страну в огне и в крови и стать свидетелем конца королевства, гибели людей и своей беспомощности.

– Я постараюсь, – не отрывая глаз от пола, сказала девушка, – и подумаю, чем ещё смогу быть вам полезна.

– Я должен позаботиться о вашей безопасности! – решительно сказал король. – Мне можно и дальше наедине называть вас по имени? Вот и хорошо. Тогда и вы можете звать меня Анишем. У вас ведь большой особняк? Найдёте в нём две свободные комнаты?

– Что вы задумали? – спросила Райна.

– Хочу поселить у вас двух своих людей, которым могу доверить охрану вашей дочери. Магия – это хорошо, но не всегда маг успевает обратиться к силе.

– И кто же это?

– Для меня они не столько слуги, сколько друзья. Это мастер-воин, который учил меня владеть мечом и всецело мне предан, и одна девушка-шура. Ей я тоже многим обязан и полностью доверяю.

– Доверять шуре?

– Она спасла мне жизнь, причём уже дважды, предупредила о замыслах Малха и открыла сознание для магической проверки. Эти слова могут показаться вам странными применительно к шурам, но она замечательный человек.

– Она вам нравится, – поняла Райна, – но у вас от неё тоже не будет детей, да и не допустит никто такого союза!

– Плохо, когда тебя видят насквозь, – криво улыбнулся Аниш. – Чувствуешь себя голым. Но если вы беспокоитесь о дочери, то должны пойти мне навстречу. Аглая не просто красивая девушка с клыками, она очень умелый, быстрый и беспощадный боец. Если вместе с Сантором возьмёт на себя охрану Рины, я буду почти спокоен.

– Ладно, – неохотно согласилась Райна. – Свободные комнаты есть, сегодня мы их подготовим.

– Тогда я сейчас познакомлю вас с Сантором. Отсюда вы отправитесь уже с ним. Он не привередлив, так что как-нибудь у вас переночует. А завтра познакомитесь с Аглаей. Думаю, что девушки подружатся. Я прошу вас посетить нашу школу магии, познакомиться с наставниками и теми книгами, какие у них есть. А на обед приглашаю к себе. За вами приедет в школу мой человек. За обедом поговорим обо всём остальном.

Сантор Тониш оказался мужчиной лет сорока, невысокого роста, с очень широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой. Волосы у него были забраны в конский хвост, а некрасивое лицо почему-то сразу же вызывало симпатию.

– Вы не родственник барона Сажаль? – спросила Ира.

– Вы знаете Алана? – удивился Сантор. – Да, родственники, но очень дальние. Можно вас спросить, баронесса? Вы владеете хоть каким-нибудь оружием?

– Неплохо владею только кинжалом, знаю рукопашный бой семьи Албени и хорошо стреляю из арбалета. Наставник собирается заняться со мной мечом, но мы ещё не начинали. Могу, как и любой мастер, перейти в ускорение, но его не получается долго держать. Когда на нас напали разбойники, мне удалось убить только четверых, после чего свалилась без сил. Сейчас я уже не махала бы кинжалом, справилась бы без оружия, но тогда у меня было мало сил.

– Неплохо! – довольно сказал Сантор. – А если освоите меч, будет совсем хорошо. Иногда кинжал может быть полезнее, но в большинстве случаев меч даёт больше преимуществ.

Король познакомил их с Сантором и ушёл, после чего Райна тоже заторопилась домой.

– У нас есть дела, а время уже к вечеру. Вы едете в карете?

– С вашего позволения, миледи, я поеду верхом, – сказал воин. – Найдётся у вас в конюшне место для ещё одного коня?

– Найдём место для вашего скакуна, – ответила Райна. – Хватит места и для лошади шуры, но больше в конюшню не влезет даже ишак. Надо будет увеличить жалование нашему конюху, чтобы не сбежал

По приезде в особняк первым делом определились с комнатами для охраны. Сантор осмотрел небольшую меблированную комнату, которую ему предложили, и сказал, что в ней есть всё и ему больше ничего не нужно. Он быстро поладил с Гартом и ушёл с ним в комнату слуги смотреть имеющееся у него оружие. Комнату для шуры решили выделить недалеко от комнат Иры, только мебель в ней была неподходящая для девушки, и Лину послали за Гартом.

– Потом пообщаетесь, – сказала ему Райна. – Тебе нужно срочно съездить к мебельщикам. Это в нижнем городе, но дотемна успеешь обернуться. Закажешь у них мебель для молодой дворянки. Пусть сделают и привезут для неё кровать, одёжный шкаф и секретер. Если у них будут хорошие зеркала, добавь и зеркало. Возьми для них аванс и бумагу, в которой я всё перечислила. Бумага нужна для стражи, чтобы наш груз без проволочек пропустили в старый город.

– Ну и как тебе король? – спросила наставница Иру, когда были переделаны все дела и они вдвоём в ожидании ужина сидели в большой гостиной особняка.

– Красивый, – ответила девушка, – и, по-моему, очень несчастный.

– Смотри, не влюбись в этого несчастного! – фыркнула Райна. – Ему, конечно, не позавидуешь, и во многом он прав, но дети наследуют от отцов не только богатство, но и долги. Я могу говорить другим, что простила старого короля, что его вина невелика. На самом деле он всё равно виноват. Королей просто так не подчиняют. Значит, доверился тем, кому нельзя было доверять, а королю такое непростительно. Вот только как бы за его вину не пришлось платить тысячам, да не деньгами, а своим счастьем и жизнями близких. Я через это прошла и никому не пожелаю такой доли. Кстати, о чём это ты подумала, когда говорила ему о помощи. Случайно, не о своём мире?

– У нас очень много разного оружия, – сказала Ира. – Сложное не достать, и ваши воины не смогут им пользоваться, но даже простое позволит обычным людям справиться с тварями и с шурами. Это что-то вроде арбалетов, но стреляет маленькими болтами на огромное расстояние и с очень большой скоростью. И перезаряжать легко. Один воин, если ему дадут время, сможет убить десятки врагов. Армии сходятся в поле, поэтому врагов можно видеть задолго до битвы. Если начать обстреливать их с большого расстояния, можно до столкновения уменьшить армию в несколько раз. А может, не дойдёт до сражения и враги разбегутся.

– Твари и шуры очень быстрые.

– Ну и что? Если будут стрелять сотни людей, врагам не поможет их скорость.

– У вас много такого оружия?

– Горы.

– Так в чём же дело? Возьми у короля золото…

– Всё не так просто. В нашей стране я вообще ничего не достану. Оружие есть только у армии. Есть и у милиции, но мало и не то, какое нам нужно. И я не знаю, как его достать. Я могу подойти к милиционеру, попросить пистолет, и он с радостью отдаст, а потом сядет в тюрьму, потому что ему никто не поверит.

– А в других странах?

– Там с этим проще, но тоже будут сложности. Не так легко продать много золота, тем более девчонке, за которую меня будут принимать. Найдутся те, кто попытается его отобрать, а меня медленно разрезать на части, чтобы рассказала, откуда его взяла и нет ли там ещё. Но даже если я достану деньги, то не смогу сама купить много оружия. Оно продаётся поштучно и не детям. Но главное, что я не знаю языков и обычаев, поэтому любой сразу поймёт, что я чужачка, а чужих там не любят. И магию принуждения нужно применять осторожно, чтобы обо мне не узнали, иначе придётся уносить оттуда ноги, и не факт, что это получится.

– Но какие-то мысли у тебя есть?

– Есть. Мне нужно вернуться в свою страну и какое-то время побыть в доме, где живут потерявшие родителей дети. Их там учат всему, в том числе и языкам. Мне достаточно выучить только один, на котором говорят во многих странах и который я немножко знаю. С моей памятью и вашим отваром это несложно. Из этого дома я смогу регулярно ходить сюда или в наш замок за отваром. Вот когда выучу язык, займусь оружием. Сама я много не сделаю, поэтому буду искать помощника из местных. Лучше найти какого-нибудь авантюриста, который сам захотел бы помочь за золото. Тогда магия только усилит его желание. Он продаст золото, купит нужное количество оружия и научит солдат короля, как с ним обращаться. Я ведь сама никогда из него не стреляла.

– Это опасно?

– Я не вижу большой опасности, если с умом использовать магию, и не знаю, как можно помочь по-другому. Вряд ли королю дадут время вырастить собственных магов. А что я смогу одна или даже со Страшилой против целой армии, в которой будут мастера? Если начнётся бойня, останется уйти в свой мир, а мне хотелось бы сохранить для себя этот, да и людей жалко.

– Я смогу тебе чем-нибудь помочь?

– Только с приготовлением отвара, чтобы я не занималась этим сама. Я ведь смогу появляться очень ненадолго, чтобы никто не заметил отлучек. Помощь от короля может потребоваться уже в конце, когда будем покупать оружие, но об этом рано говорить. Я пока сама не знаю, как всё получится. Если король не будет жаться с золотом, куплю кое-что для себя. Я привыкла к удобствам, которые у вас нет. Ладно, это пока даже не план, а только мысли вслух. Завтра с утра ехать в школу. Чем мы сможем помочь?

– Трудно сказать. Сначала нужно посмотреть на то, что у них есть. Я не собираюсь передавать все свои знания и тебе не советую этого делать. Особенно это касается высших разделов. Можно поделиться знаниями по общей магии. Наверняка после гонений многое утеряно. Достаточно вспомнить, как маги отреагировали на твою иллюзию.

– А что будем делать с жрецами?

– Пока ничего. Они не посмеют действовать открыто, а нам тоже нельзя затевать сейчас свару. Вот если удастся затея с оружием, их ценность для короля сразу упадёт, а твоя повысится. Тебе нужно набрать свою дружину и вооружить новым оружием. Тогда и другим королям будет трудно до тебя дотянуться. Рано или поздно кто-нибудь из них попробует это сделать.

– Как много сложностей и опасностей, – вздохнула Ира.

– Привыкай, – пожала плечами Райна. – Для умного и осторожного опасностей не так и много. Если хочешь прожить богатую и яркую жизнь, а не быть у других на побегушках, обязательно начнёшь наступать на чьи-то ноги, а в мире немного людей, кому такое понравится. Разве у вас не так?

– Раньше я думала, что в нашей стране не так, а теперь уже не знаю.

– Миледи, – заглянула в гостиную Лина. – Лая закончила готовить ужин, всё уже на столе. Ждём только вас.

– Мы сейчас будем, – ответила Райна и с трудом встала с дивана. – Что-то я в последнее время стала слишком быстро уставать.

Глава 12

Посещение школы магии оставило у Иры двойственное впечатление. С одной стороны, ей понравилось большое светлое здание, отведённое для обучения и проживания будущих магов, и то, как за ними присматривают и обучают. А вот уровень подготовки самих учителей оставлял желать лучшего. Ещё хуже были книги, которыми могли пользоваться ученики.

– С такими пособиями вы не доведёте их даже до своего уровня, – сказала она директору. – Почти нет подробностей, да и объяснения часто путанные. Даже тому, кто знает, не всегда понятно, о чём речь. А без книг вы их просто не выучите. Наставник может обучать без книг одного-двух учеников, но не двадцать! Каждому всё не разжуёшь.

– И что вы предлагаете? – спросил Игар Хониш. – Я и сам знаю, что наши книги далеки от совершенства, но где взять другие? В своё время Храм Ашуга запретил свободную продажу книг по магии и скупил всё, что было в книжных лавках. Они и магов заставляли продавать свои книги. Мы и те, что есть, собрали с трудом. Можно, конечно, сесть за написание своих, но его величество не даст нам на это времени.

– Мы дадим пригодные для обучения книги по младшим курсам, – обещала Райна. – Не насовсем, а с отдачей. Найдите переписчиков из тех, кто может рисовать, и усадите их готовить для вас книги. А потом проверьте, чтобы они не наделали ошибок. Вам нужно не меньше двух десятков книг, а лучше, если их будет больше. Думаю, что король оплатит эту работу. Мы сегодня у него будем и поговорим. И пусть книги изучат сами преподаватели. Кроме вас самих, Альбера и одной женщины, которую зовут Сола, остальные откровенно слабы. Они знают основы, но не могут объяснить ученикам.

– И учеников вы неправильно распределили по группам, – добавила Ира. – Их разделили по возрасту, а надо делить по способностям. Так легче обучать. А то половина группы ещё что-то понимает, а остальные просто сидят на уроках, а потом тщетно пытаются разобраться по вашим книгам.

– Я не дам книг по высшим курсам, – сказала Райна, – и не потому что жалко или боюсь поделиться знаниями. Там много такого, что может угробить и вас самих, и ваших учеников. Кое-что мастер Рина выпишет в отдельную тетрадку, а я добавлю свои пояснения, тогда сможете изучать это без большого риска. А остальное можно осваивать только под руководством мастера. В будущем, если появится такая возможность, моя дочь займётся этим кое с кем из наставников и наиболее способных учеников. Вы согласны с нашими предложениями?

– Я рассчитывал на то, что вы примете непосредственное участие в обучении детей, – разочарованно ответил директор, – но спасибо и на этом. Я сейчас в таком положении, что с благодарностью приму любую помощь.

– Послушайте, Игар, – сказала Ира. – Я всё прекрасно понимаю, но в ближайшее время у нас с матерью будет очень важное дело, так что просто не сможем учить детей.

Дальнейший разговор прервал посыльный от короля, который передал, что его величество ожидает госпожу маркизу и её дочь к обеду. Женщины поспешно попрощались с директором и в сопровождении повсюду следовавшего за ними Сантора поехали во дворец. Ждавший дам слуга отвёл их в малую королевскую трапезную, распахнул двери и удалился. В большой комнате стояли три составленные вместе стола, за которыми сидели: сам Аниш, молодой, похожий на него юноша лет пятнадцати и красивая девушка с огненно-рыжими волосами. Король встал и приветствовал вошедших дам:

– Моё почтение, маркиза! Здравствуйте, Рина! В этой трапезной я обедаю с братом и близкими мне людьми. Слуг здесь нет, поэтому можете не придерживаться этикета, как это делаем мы. Садитесь за стол. Мы ещё не начинали, ждали вас.

– Благодарю вас, ваше величество, – ответила Райна, – но мне привычней называть вас по титулу.

– Надеюсь, что ваша дочь менее привержена этикета. Представляю вам моего брата Олеса и подругу Аглаю Ланш ле Шер.

Принц привстал и почтительно поклонился, а Аглая ограничилась лёгким кивком, с любопытством рассматривая садившихся за стол женщин. Ира ответила ей тем же. У подруги короля было лицо красивой человеческой девушки, только глаза отсвечивали красным. При разговоре можно было увидеть небольшие игольчато-острые клыки, намного меньше тех, которые наколдовала себе Ира, когда напугала наставницу. Принц взял стоявшее возле него блюдо и вместе с ним перебрался ближе к гостьям.

– Разрешите сесть рядом с вами? – спросил он Иру, подарив ей многообещающую улыбку. – Брат взял с меня слово, что не буду за вами волочиться. Я с болью в сердце согласился. Но пообщаться-то можно? Может быть, я вам понравлюсь.

– Шалопай! – улыбнулся король. – Тебя исправит только могила.

– Вы долго её репетировали, Олес? – спросила Ира.

– Кого? – не понял принц.

– Свою неотразимую улыбку. Или у вас их несколько?

– Так его! – одобрительно сказала Аглая. – Жаль, что у вас нет клыков. Видели бы вы его лицо, когда он ко мне пристал в первый и в последний раз.

– Ну почему же нет, – усмехнулась Ира, принимая облик вампира. – Очень даже есть!

На этот раз розыгрыш удался не хуже, чем с Райной. Принц отпрыгнул, опрокинув стул, король побледнел, а Аглая оскалилась и пронзительно зашипела. В отличие от неё, у Иры глаза не просто краснели, а пылали алым огнём, клыки были раза в два больше, а вместо сколотых сзади русых волос появилась чёрная, развивающаяся на отсутствующем ветру грива.

– Рина, прекрати! – повысила голос Райна. – Господа, это просто иллюзия. Она и меня ею пугала. Что вы хотите – девчонка!

– Извините! – смутилась убравшая магию Ира. – Захотелось пошутить, да и повод был.

– Качественная иллюзия, – признал принц, поднял свой стул и опять сел рядом с Ирой. – Если бы вы показали такое в постели, после этого с год не приставал бы к девушкам за ненадобностью.

– Многие дамы во дворце вздохнули бы с облегчением, – пошутил Аниш. – Давайте поедим, а потом вы поделитесь своими впечатлениями о школе. Что с тобой, Аглая?

– Сильно испугалась, – ответила шура. – Уж не знаю, откуда баронесса взяла этот образ, но он очень точно повторяет одну из страшилок моего народа. Сейчас приду в себя, не обращайте внимания.

– Чтобы я ещё хоть раз так пошутила! – дала зарок Ира. – В прошлый раз наставница чуть не смахнула голову мечом, а сегодня напугала вас.

– Мы не в обиде, – успокоил король. – Давайте кушать, а то жаркое совсем остынет.

– Это ничего, что я говорю с полным ртом? – спросил Олес. – Хочется с вами поболтать, а после обеда не получится. Вы можете прикидываться только шурой или кем-то ещё?

– Можно создавать любые иллюзии, – ответила Ира, сама потихоньку пережёвывая необыкновенно вкусное, тающее во рту мясо. – И не обязательно они должны быть страшными. Только качественную иллюзию долго готовить. Она может быть не только зрительной. Можно наколдовать запахи и звуки и даже сделать её почти вещественной.

– Мне нужны страшные! – не унялся Олес. – Поможете кое-кого напугать?

– Отстань от девушки и дай ей спокойно поесть! – прикрикнул на брата Аниш. – У неё и без тебя хватает забот.

Некоторое время все, кроме Аглаи, молча ели, накладывая в свои блюда кушанья, в изобилии выставленные на столах. Ира проголодалась, а на королевском столе всё было необыкновенно вкусно, поэтому она переела. Когда закончили с обедом, король отставил блюдо, вытер губы салфеткой и вопросительно посмотрел на Райну.

– Дела в вашей школе идут неважно, – заметив его взгляд, ответила она. – Есть замечания по организации учёбы и квалификации наставников, но главное – это то, что нет нормальных книг по магии, которыми могли бы пользоваться ученики. Мы передадим в школу свои книги для переписи. Нужно набрать переписчиков и оплатить их работу. Есть вопрос, который мы не обсуждали с директором. Ваша школа хорошо прикрыта от магии, но в ней нет защиты от обычного нападения. Стоит перебить учеников – и о школе можно забыть. Мы сами пока не сможем заниматься детьми. У дочери появились мысли о том, как вам помочь с оружием. Но это требует большой подготовки от неё и золота от вас.

– Золото много, – сказал Аниш. – Вы только предупредите заранее, и казначейство отчеканит столько монет, сколько нужно.

– Монеты не нужны, – сказала Ира. – Они только привлекут внимание и вызовут лишние вопросы. Лучше, если золото в самородках или в виде песка.

– Это ещё проще. Мы уже два года не чеканим монеты и всё добытое золото складываем в подвалы. Можете рассказать об этом оружии?

– Мне трудно объяснить вам его принцип, – ответила Ира. – Представьте арбалет, который стреляет раз за разом, и не требует при этом ни взвода, ни установки болтов. И стреляет очень быстро и с гораздо большей силой. Его болты за тысячу шагов пробьют любую броню. А если из такого оружия стреляют сразу много воинов, то тварям и тем, кто может быстро двигаться, уже не поможет их скорость. Каждый воин сможет убить или ранить десятки врагов. И научиться им пользоваться очень легко. Для этого не нужно учить человека годы, достаточно нескольких дней.

– Как такое может быть? – не поверил король.

– Дело в самих болтах, – объяснила Ира. – В обычном арбалете это просто короткая стрела, которая летит от удара тетивы. В том оружии, о котором я говорю, тетивы нет. Болты очень маленькие, и в полёт их отправляет сила, которая в них же и заключена. Поэтому оружие без этих болтов бесполезно и нужно покупать их в большом количестве. Я вижу, что вы мне не верите. Сделаем так. Я достану немного оружия, и мы его здесь опробуем, чтобы вы смогли посмотреть. Уже потом будем покупать его для армии.

– И как быстро это можно сделать?

– Не так быстро, как хотелось бы. Мне никто не продаст оружия в моей стране. Попытаются отобрать золото, а меня запереть под замок. Я там считаюсь ребёнком.

– А ваши родители могут помочь?

– Отец умер, матери… тоже нет. Да и не смогли бы они ничем помочь. Дело не только в возрасте, но и в особенностях моей страны. Поэтому нужно обращаться туда, где нетрудно продать золото и приобрести то, что вам нужно. Такая страна есть, но там другой язык, и мне обязательно нужно его выучить, а сделать это можно только дома. Поэтому вначале нужно идти домой учить язык, потом возвращаться за золотом и идти вратами за оружием. Но это не так долго, как может показаться. Со своими теперешними способностями я быстро выучу любой язык, только надо каждый день приходить сюда за усиливающим память отваром.

– Вам нужны помощники в вашем мире?

– Пока нет, вот когда пойду за оружием, помощь может понадобиться.

– И чем вы намерены заняться в первую очередь?

– Возьму с собой Сантора и схожу в наш замок. Нужно забрать книги для школы и травы для приготовления отвара. А потом подготовлюсь и уйду в свой мир.

– А как пойдёте, если нет родителей, а вы сами ещё ребёнок? Есть другие родственники?

– Родственники есть, но к ним нельзя идти. В моей стране для таких, как я, построены специальные дома вроде вашей школы магии. Там детей воспитывают и учат разным наукам, а по достижении совершеннолетия помогают устроиться в жизни.

– И вас потом оттуда выпустят? – спросил Аниш.

– Конечно, нет, – засмеялась Ира. – Я уйду сама, как только выучу язык. Там некому меня остановить.

– Если у вас, ваше величество, больше нет вопросов и дочь собралась в замок, нам лучше уехать домой, – сказала Райна. – Леди Аглая едет с нами или вы передумали?

– Едет! – отозвалась шура. – У вас найдётся в конюшне место для моей кобылы?

– Сантор, ты мне поможешь? – спросила Ира воина, когда он возвращался из конюшни, куда отводил жеребца.

– Конечно, миледи. А что нужно сделать?

– Хочу сходить вратами в наш замок и кое-что из него принести. Одна всё не унесу, к тому же не уверена, что в замке сейчас те, кто должен быть, так что твоё присутствие не помешает. И давай договоримся на будущее. На людях можешь называть меня миледи или баронессой, но наедине я для тебя только Рина, а если назовёшь Ирой, будет совсем хорошо. Коротко и мне приятно.

– Договорились, – кивнул он. – Вы берёте какое-нибудь оружие?

– Нет смысла, – ответила она. – Там должны быть только рабочие, которые ремонтируют замок, ну и могла прибыла дружина. Раньше что-нибудь взяла бы, сейчас моё оружие в другом.

– Ну а я, с вашего позволения, захвачу.

Сантор убежал в дом и быстро вернулся. К мечу на поясе прибавилось несколько кинжалов.

– Я готов, когда идём?

– Сейчас. Я открою врата, и ты сразу же иди, а я пойду следом.

Сантор никогда не ходил вратами, но без колебания вступил в разноцветный вихрь, блеклый в ярком солнечном свете. Ира шагнула за ним и очутилась на грибной поляне, где лежали камни маяка.

– Нужно обойти замок и зайти с главного входа, – сказала она озиравшемуся воину. – Сразу же посмотрим, кто здесь обитает.

Обитали только каменщики, которые разбирали остатки обвалившихся стен, очищая и складывая в штабель уцелевшие каменные блоки. Дружины пока не было, а управляющий два дня назад отбыл по каким-то делам в город.

– Ну и мы не будем задерживаться, – решила Ира. – Сейчас отберу всё необходимое и прямо отсюда вернёмся.

Она забрала из тайника нужные книги, положила их в сумку и отдала Сантору, а сама взяла необходимые травы, посуду для приготовления отвара и свои вещи, которые не брали в дорогу.

– Всё принесла, – отчиталась Ира Райне после возвращения. – Эти книги нужно отправить в школу. Я думаю, что это можно поручить Сантору, а вам лучше наварить зелья впрок. Оно прекрасно сохранится под заклятием. Посуду из лаборатории тоже взяла. В замке работают каменщики. Пыль до неба, так что Виктор правильно сделал, что пока не привёл дружину. Нечего им дышать всякой гадостью.

– Меня сейчас не интересует замок, – сказала Райна. – Когда и как ты думаешь идти к себе?

– Поужинаю и пойду. Мы всё равно не знаем, какое там время, да это и не важно. В последний раз ходили на Землю ранней весной, а сейчас должно быть лето. В костюме будет нормально. С собой ничего не возьму, всё равно заберут. Приду в районный отдел милиции и изображу потерю памяти. Где была и что делала – ничего не помню.

– А если они поймут, что ты им врёшь?

– Это не так-то легко, к тому же я не преступник, а ребёнка не станут так мурыжить, как взрослого. Меня ведь даже гипнозом не пробьют, а я смогу подтолкнуть их к нужному решению.

– У меня сердце не на месте, – пожаловалась Райна. – Ты уходишь, а я в случае опасности ничем не смогу тебе помочь.

– Не беспокойтесь, ничего со мной не случится. В крайнем случае сбегу и найду другой способ изучения языка.

Врата Ира открыла вечером на одной из аллей городского парка культуры и отдыха, где часто гуляла во время запоев матери. Никого из отдыхавших поблизости не было. Несмотря на вечернее время, в костюме было тепло, даже жарко. Значит, сейчас конец июня или уже июль. До закрытия ворот оставалось немало времени, поэтому она не спеша шла к выходу, неосознанно оттягивая тот момент, когда придётся переступить порог родного районного отдела милиции. Немного подумав, Ира решила идти в него. Всё равно привезут сюда, по последнему месту жительства, так зачем доставлять лишнюю работу людям и ждать самой?

В воротах стоял старик, который почему-то проводил её подозрительным взглядом. На улице было мало людей, значит сегодня будний день, потому что в выходные в хорошую погоду возле парка было многолюдно. Она положила в карман мелкие деньги на автобус, но пять кварталов до отдела прошла пешком и немного постояла перед входной дверью, прежде чем решилась её открыть.

Николай Маврин читал свежий номер «Роман-газеты», когда в прихожей зазвонил телефон.

– Коля! – крикнула жена, которая занималась обувью возле аппарата. – Подойди, тебе звонят со службы.

– Николай? – раздался в трубке голос его начальника. – Нашлась пропавшая Волкова. Пришла в Ленинский райотдел и заявила, что не имеет ни малейшего понятия, где её носило целый год. Сама сытая, одета в стильный брючный костюм, а в кармане только два рубля мелочью. Ты вёл её дело, тебе и карты в руки. Я выслал машину, подъедет минут через десять. Сам определись на месте, что с ней делать. Хотели отправить в детскую комнату, а инспектор свалился с простудой. Умудрился летом подхватить воспаление лёгких, а замены пока нет. И у соседей детская комната сейчас занята. Степанову я позвоню сам. Они тогда ею интересовались в связи с каким-то золотом.

Через двадцать минут он уже шёл по прокуренному коридору в свой кабинет, куда должны были привести девчонку.

«Не могла найтись раньше, – с досадой думал Николай об Ирине. – Куда её сейчас пристроить? Не ночевать же ребёнку на стульях».

Первым делом он открыл форточку немного проветрить кабинет. Сам не курил, но днём к нему то и дело забегали сотрудники с зажжёнными папиросами. Из уважения к некурящему товарищу они вынимали их изо рта и держали в руках, отчего вони было ничуть не меньше. Он давно перестал с этим бороться и старался чаще проветривать прокуренный кабинет, а летом в рабочее время вообще не закрывал форточку. В дверь постучали, и на пороге появилась знакомая по фотографиям личность, в сопровождении старшего сержанта Тагашова.

«Какие четырнадцать лет!» – подумал он, глядя на вошедшую в кабинет девушку с вполне зрелыми формами.

Волкова поморщилась от запаха табака и без приглашения села на один из стульев возле его письменного стола.

– Здравствуйте, – сказала она приятным голосом. – Это вы капитан Маврин? Мне сказали, что вы меня искали. Как видите, я нашлась сама.

– И где же ты, Ирина, жила целый год? – спросил он.

– Не знаю. Последнее, что помню, – это тот вечер, когда забрали мать. А потом как очнулась. Стою возле парка и не могу понять, как здесь очутилась и откуда на мне этот костюм. Идти было некуда, поэтому пошла к вам.

– И не волнует, как ты провела целый год?

– Интересно, но для чего волноваться? Это вернёт память? По моим ощущениям не произошло ничего плохого. Сможете обо мне что-нибудь узнать – хорошо, а если не сможете, я это как-нибудь переживу. Всё равно для меня отсюда одна дорога – в детский дом. Тётке никто не отдаст и жильё им тоже не увеличат, хотя нашу квартиру государство забрало.

– Государство дало, государство и забрало, – сказал Николай. – Постарайся вспомнить о своём походе с некой старушкой к одному коллекционеру. Завтра наверняка об этом спросят.

– Родителям давали квартиру и на меня, – возразила Ира, – а потом забрали. Взамен дадут койку в детском доме. По-вашему, это равноценная замена? Когда меня туда повезут?

– Сегодня уже поздно, поэтому, твои вопросы будут решать завтра, – он на мгновение замер, а потом неожиданно для себя предложил: – Не хочешь эту ночь провести у меня дома? Сын в пионерлагере, так что тебя есть куда положить.

– Спасибо, – поблагодарила она. – Это лучше, чем ночевать у вас в отделе. Всё прокурено, а я не переношу табачной вони. А по поводу старушки… Вроде что-то такое было, но не вспоминается.

Дежуривший сегодня старший лейтенант Аджамян поначалу заартачился, когда Николай сообщил ему, что до утра забирает девочку с собой, но потом почему-то поменял мнение.

– Ладно, забирай, но под твою ответственность.

– Ясное дело, что под мою. Послушай, Гарик, будь другом, подкиньте до дома, а то мне с девочкой добираться не меньше часа.

– У крыльца должен стоять Семёныч. Скажи ему, что я в курсе. Только не задерживай машину.

Машина – это не общественный транспорт, поэтому уже через десять минут Николай вошёл со своей подопечной в прихожую, где их встретила предупреждённая по телефону жена.

– Возьми тапочки, – сказала она девочке, – и проходи в комнату. Поешь?

– Нет, спасибо, – ответила Ира. – Я и раньше не хотела, а в отделе угостили чаем с печеньем.

– Вижу, что ты устала, – сказала Галина. – Я постелила тебе в комнате сына. Если захочешь искупаться, скажи, и я включу колонку. Тебе что-нибудь нужно?

– Нет, спасибо, я действительно устала и хочу спать.

– Откуда она такая взялась? – часом позже спросила жена, когда они уже лежали в постели. – Сколько, ты говоришь, ей лет?

– Она пропала год назад в возрасте тринадцати лет. Мать осудили за пьяную драку, в результате которой она зарезала мужа. Там были какие-то смягчающие обстоятельства, но она получила приличный срок. А Иру с того вечера видели только один раз. Она пришла к знакомому коллекционеру и продала ему горсть золотых монет. Теперь припоминаю, что монеты были какие-то необычные. В них вцепились учёные, а нас посетили ребята из Комитета. Но ни самой Иры, ни той старушки, с которой она приходила к коллекционеру, найти не удалось. А теперь она пришла сама и утверждает, что не помнит, где была и что делала.

– Что-то с ней не так, Коля, – сказала Галина. – Я могу отдать голову на отсечение, что эта девушка заткнёт за пояс многих моих гимнасток. Ты видел её плечи? А как она ходит, какая пластика! И где ты видел девчонок её возраста с таким бюстом?

– Приходилось.

– Ага, небось, деревенские из тех, кого можно использовать вместо трактора. Да, такие ещё встречаются, но она-то городской ребёнок. И кость у неё тонкая. Откуда тогда такие мышцы за какой-то год? И ещё, ты заметил, как она держится?

– Равнодушно она держится. Похоже, что ей всё по фиг.

– А я думаю, что это не равнодушие, а непробиваемая уверенность в себе. Мне кажется, что она вам врёт. Всё она знает: и где была, и что делала.

– И что дальше? Как предлагаешь тянуть из неё эти знания? Клещами? Кроме тех монет за ней ничего нет, да и там покупатель говорил, что монеты продавала старушка, а Ира только её привела. Как на неё давить? Родителей нет, зацепить её совершенно нечем. Она мне сегодня так и сказала, что ей безразлично, что мы накопаем, поскольку финалом в любом случае станет детский дом. И ещё она обижена на государство за отобранную квартиру. Высказалась, что в счёт её части жилплощади могли бы дать тётке квартиру побольше, и она тогда жила бы у родственников, а не…

– На наше государство обижаться глупо, хотя по-человечески можно понять. Как тебе пришла в голову мысль притащить её домой?

– Я долго занимался её поисками, – неуверенно начал оправдываться Николай. – Вроде не посторонний человек. А провести ночь в отделе на стульях…

Оба замолчали, словно к чему-то прислушиваясь, а потом сразу заснули. Утром никто из них не вспомнил об этом разговоре, а после завтрака Николай повёз свою подопечную в отдел. Не успел он подняться с Ирой в кабинет, как был перехвачен капитаном Степановым из КГБ. Этот офицер работал от Комитета по делу о непонятном золоте.

– Что же это вы, Николай Васильевич, самовольничаете, – недовольно сказал он. – Ладно, с вами пусть разбирается ваше начальство, а девочку мы забираем с собой. Материалы для закрытия дела о пропаже будут вам переданы позже. Идёмте, Ирина.

Глава 13

Здание, куда её привезли, Иру разочаровало. Если бы не новые возможности, она чувствовала бы дрожь в коленках, сейчас же испытала лишь небольшое любопытство, которое быстро сменилось безразличием. Сначала её уговаривали, потом пытались давить.

– Зря ты не хочешь идти нам навстречу, Ирина, – говорил работавший с ней офицер. – Золото, которое было продано с твоей помощью, обладает рядом уникальных физических свойств. Не желая с нами сотрудничать, ты тем самым наносишь ущерб интересам государства. А ведь оно тебя вскормило и воспитало, дало образование!

– Вскормили меня родители, а за всё остальное из их зарплаты удерживали деньги, – огрызнулась она. – Я ничего не должна государству, а если долги и есть, отработаю их после окончания школы. А о золоте ничего не знаю. Помню только, что куда-то ходила с какой-то старухой.

Ире надоела психологическая обработка, которой её подвергали уже часа четыре, поэтому она не скрывала злости.

– Зря ты себя так ведёшь, – покачал он головой. – Если не хочешь помочь нам, с какой стати нам помогать тебе?

– А чем это, интересно, вы можете мне помочь?

– Если наша работа приведёт к реальному результату, можно рассмотреть вопрос твоего поселения у родственников. Для нас не составит большого труда поменять им квартиру.

Ира колебалась только мгновение. Даже если на это пойдут, то не сразу, и её увезут в детский дом, а она не собиралась долго задерживаться на Земле. И эти не удовлетворятся малым, они попытаются взять всё. Умение читать чужие мысли окончательно разбило остатки иллюзий, которые у неё были. Никому она здесь не нужна, а договариваться бесполезно, потому что никто не будет соблюдать договор.

– Напрасно ты думаешь, что мы не можем осложнить тебе жизнь, – офицер от обещаний перешёл к угрозам. – Детские дома бывают разные. В одном и воспитатели порядочные, и относительно благополучные дети, а в другом и персонал похуже, и есть воспитанники с криминальным опытом. Увы, нет у нашего государства сил и средств навести порядок повсюду. Улавливаешь мысль?

– Будешь хорошей девочкой – получишь конфетку, – усмехнулась Ира, – а иначе тебя поставят в угол! Так?

– Есть и другие способы… – начал он, но Ире уже надоело в десятый раз слушать одно и то же.

– Давайте заканчивать, – сказала она. – Если вы хотите взять меня измором, то зря: я всё равно ничего не скажу, потому что не знаю! Так что направляйте меня в детский дом. В конце концов, я уже хочу есть. В милиции хотя бы угостили чаем, а от вас и этого не дождёшься. Жмоты!

И чтобы ускорить решение своего вопроса, она в первый раз в этих стенах мягко подтолкнула мысли сотрудника в нужном направлении.

– Не хочешь – как хочешь! – Он закрыл папку и поднялся из-за стола. – Иди за мной.

В кабинете этажом ниже сидели двое.

– Что можешь сказать? – спросил хозяин кабинета.

– По разговору дал бы ей лет двадцать, – заметил гость, носивший погоны подполковника.

– Это ты не видел её воочию, – улыбнулся его собеседник, у которого на погонах было на одну звёздочку меньше. – Великолепно физически развита, а по половым признакам тянет лет на семнадцать. А ведь год назад была худышкой, к тому же дохлой от постоянного недоедания. Мы говорили с врачом, который оказывал первую помощь, после того как она упала в обморок при виде тела отчима.

– Я думаю, что сейчас она этого не сделала бы.

– Я тоже так думаю. Скажи, Сергей, из-за чего ваше управление в неё вцепилось? Или это секрет?

– Секрет, но не от тебя. Она продала золотые монеты коллекционеру, а тот отдал одну из них на экспертизу. Монета вызвала много вопросов, и специалисты провели её анализ на содержание изотопов. Поначалу никто не поверил результатам, но дополнительное изучение материала привело к тому, что всё золото от коллекционера попало в лаборатории нашего управления. Эти монеты, по мнению наших специалистов, имеют внеземное происхождение. Более того, кое-кто на полном серьезе считает, что этот металл вообще не принадлежит нашей Вселенной. В нём даже атомы какие-то другие. Я сам не физик, но и атомарный вес, и изотопный состав, и другие характеристики отличаются от того, что нам известно. Но самое главное в том, что у этого золота уже при температуре минус сто пятьдесят градусов возникает сверхпроводимость. Помести изготовленную из него тонкую проволоку в жидкий азот и можешь закачать в неё прорву энергии. Такое золото – это прорыв во многих областях. А она явно что-то знает.

– Почему ты так решил?

– Ты же вместе со мной слушал её разговор с вашим капитаном. Вспомни момент, когда он предложил поселить у тётки. Волкова сразу отвечала на его слова, а здесь запнулась. Значит, было что предложить, только она нам не доверяет. Хотелось бы знать причину этого недоверия.

– У меня есть объяснение, но слишком невероятное, чтобы о нём говорить кому-нибудь, кроме тебя.

– Выкладывай своё объяснение.

– Я беседовал с ней первым. Что-то в этой девочке меня насторожило, помимо её необычной уверенности в себе. Когда я понял, то сначала сам себе не поверил. Она просто читала мои мысли! Её выдала мимика. Или у неё недостаточно опыта, или просто не считает нужным это скрывать, но она реагировала на мысли, которые я не успевал озвучить. Для проверки вспомнил не слишком приличный, но смешной анекдот. Так вот, она едва справилась со смехом, казалась смущённой и отводила глаза. Если это действительно так и мы для неё прозрачные, как стекло, с какой стати нам доверять? Она понимает, что обещаем мы, а решать, выполнять или нет обещанное, будут другие.

– И что думаешь делать? Может, поместить её, такую уверенную, в третий детдом?

– Ты долго думал? Это же отстойник. Будь на то моя воля, я вообще его закрыл бы, а директора отослал куда-нибудь на лесоповал. Заслужил целиком и полностью. Там трети воспитанников место не в детском доме, а в колонии. Когда с таким сталкиваюсь, начинаю жалеть, что прошли времена Феликса. А ты хочешь запихать туда эту девочку! У меня у самого дочь в таком возрасте. И потом я совершенно уверен, что мы ничего не добьёмся угрозами и давлением, а сделаем только хуже. Если начнёшь проталкивать свою идею, забирайте у меня её дело!

– Что ты так раскипятился? Я просто высказал предложение. Не хочешь в третий, пусть будет первый. Там почти нормальные условия. И решай быстрее, её сейчас приведут.

В подтверждение его словам в дверь постучали, и вошла Ира в сопровождении работавшего с ней до этого капитана.

– Ну что, Ирина Игоревна, вспомнили чего-нибудь? – спросил майор.

Она отрицательно покачала головой, потом встрепенулась и внимательно посмотрела на хозяина кабинета и его гостя. Рассматривала недолго, потом благодарно улыбнулась майору и опустила глаза.

– Сейчас вас накормят обедом в нашей столовой, – сказал майор, – а потом отвезут в первый детский дом. К вам большая просьба. Если хоть что-то вспомните, позвоните по этому телефону. Это очень важно. Телефон есть в кабинете директора, его предупредят. До свидания.

– Да свидания, товарищ майор! Спасибо вам! – Ира повернулась и вышла из кабинета. Следом вышел и капитан.

– Видел? – спросил майор.

– Она поняла, что ты встал на её защиту, и поблагодарила. А вот при взгляде на меня выражение лица стало неприязненным. На мгновение, но я успел заметить. Похоже, что ты прав и она действительно читает мысли. Послушай, у меня родилась идея. Только не нужно сразу бить морду, вначале выслушай. Твоей Татьяне ведь тоже четырнадцать? Давай уговорим её с месяц посидеть в том же детском доме? В лагерь она уже съездила, а до учёбы ещё больше месяца.

– Она прочитает мою Татьяну не хуже, чем нас с тобой, и они поступят туда почти одновременно, а это вызовет у Ирины подозрения.

– Тогда посмотрим, с кем она подружится, а потом проведём беседу. Не все же дети такие недоверчивые к органам. Я считаю, что Ирина не всё время читает чужие мысли. Вряд ли это удобно в общении, и она кажется порядочным человеком. Такая не полезет в голову к подруге без необходимости.

– Давай немного выждем, а потом попробуем.

– Это твоя кровать, – сказала Ире воспитательница. – Пойдём, проведу на выдачу белья. А если тебе не к спеху, посиди так. У меня заканчивается рабочий день, так что свои вопросы решишь со сменщицей. Этот костюм нужно заменить на форменное платье. Повесишь его в свой шкафчик и сможешь надевать только в город. К занятиям получишь школьную форму.

– А где остальные? – спросила Ира. – Почему никого нет?

– Две группы девочек со второй воспитательницей и пионервожатой ушли в кинотеатр, а мальчики живут в другой части здания. Вы с ними общаетесь только в столовой, в общих комнатах и на занятиях, а в ваших спальнях им делать нечего. А вот и Мария Аркадьевна! Мария, это новенькая, которую только что привезли. Она ничего не получала. Передаю её тебе и побежала. До завтра!

– Здравствуй! – поздоровалась с Ирой полная женщина лет сорока, с некрасивым лицом, которое немного скрашивали густые ухоженные волосы. – Ты уже слышала моё имя. А кто ты?

– Ирина Волкова, – назвалась Ира.

– Ты всегда такая немногословная? – улыбнулась Мария Аркадьевна. – Пойдём, я всё покажу, пока не приехали наши девочки, и заодно получишь свои вещи.

Воспитательница показала Ире, где находятся туалет, душевые, столовая и учебные комнаты, а заодно рассказала о распорядке дня.

– Девочек у нас две группы, – говорила она, ведя Иру к кастелянше. – Ты будешь в старшей. В каждой группе чуть больше двадцати девочек, мальчишек у нас в два раза больше. В отделении для девочек постоянно дежурят два воспитателя. В доме есть библиотека, но она временно закрыта в связи с отпуском нашей заведующей. Она скоро выйдет на работу. Есть и медпункт, но он открыт только до четырёх часов и не работает по выходным. Учёба в школе рядом, через дорогу. Хочу тебя предупредить, что воспитанники у нас разные. Много нормальных ребят, но есть и проблемные. Иногда случаются кражи, поэтому советую, если есть деньги, купить на свой шкафчик замок получше того, который там сейчас. Костюм у тебя очень хороший, могут и увести. В старшей группе есть почти взрослые ребята, а ты девочка славная, так что будь готова к тому, что кое-кто начнёт приставать, а то и делать непристойные предложения. Старайся держаться от таких подальше и обращайся за помощью к нам или в дирекцию. Старший воспитатель у нас мужчина, остальной персонал чисто женский.

До прихода девчонок Ира получила бельё и заправила постель, после чего переоделась в выданное платье, которое было почти впору. Костюм повесила в свой шкафчик, заперла навесным замком и наложила на него заклинание от кражи. Теперь никто не сможет открыть и ключом, а при попытке взлома заклинание оповестит об этом хозяйку. Ира сменила туфли на выданные кладовщиком тапочки и села на кровать. Кровати в спальной были металлические, с панцирной сеткой и неплохими матрасами. Их составили по две в два ряда, и возле каждой стояла прикроватная тумбочка. Другой мебели в спальне не было.

Она услышала приезд девочек, когда они только зашли в здание детдома, по крикам и визгу младшей группы. Вторая группа, в которой были девочки старше тринадцати лет, шумела меньше. Они обсуждали только что увиденный фильм «Свадьба в Малиновке». Когда девчонки гурьбой вошли в спальню и увидели Иру, разговоры стихли и все с любопытством уставились на новенькую. Взаимное рассматривание длилось с минуту, после чего от девчонок отделилась по виду самая старшая, которая подошла к Ире, демонстративно её осмотрела и вынесла заключение:

– А ты ничего, красивая. Как зовут и сколько лет?

– Зовут Ириной, недавно исполнилось четырнадцать.

– Врёшь, – не поверила девушка. – Я сказала бы, что ты моего возраста, а мне через два месяца семнадцать. Ты порченная?

– Я не поняла, – ответила Ира. – Как это порченная?

– Деревня! – под общий смех девчонок сказала девушка. – Спрошу по-другому. У тебя были мужчины?

– А почему тебя это интересует?

– Значит, были, – сделала она вывод. – Мой интерес поймёшь потом. Меня звать Галиной, я здесь старшая.

Первое знакомство состоялось, и вслед за Галей её обступили остальные девочки. Посыпались вопросы.

– Ты откуда?

– Местная я, здесь родилась.

– А родственники живы?

– Мать жива, сидит в тюрьме, и есть тётя.

– А почему тётка не забрала?

– У неё большая семья и маленькая квартира, да и дети – одни мальчишки. Им самим тесно, да и живут бедно.

– Значит, не будут подбрасывать денег, – сделала вывод одна из девчонок.

Общий интерес к новенькой немного снизился.

– Какой класс окончила? – спросила девочка лет тринадцати.

– Шестой.

– Здорово! – обрадовалась она. – Я тоже шестой. Значит, будем ходить в школу в один класс. У нас с тобой и кровати рядом. Хочешь дружить? Меня звать Олей.

– Хочу. Слушай, а для чего Галина спрашивала о мужиках и так разочаровалась, когда узнала, что мне только четырнадцать.

– У неё свой интерес, – объяснила Оля. – У неё девчонки старше пятнадцати покупают презервативы. Им в аптеке не отпустят, она и пользуется. Конечно, цена у неё выше.

– А зачем им презервативы? – не поняла Ира.

– Ты что, тупая? – удивилась Оля. – Если будешь бегать к парням без них, то живо подзалетишь. А оно тебе нужно?

– Мне и ваши парни не нужны!

– Точно дурочка! Отказываться от такого!

– Так ты тоже бегаешь?

– Мне нельзя. Горыныч сказал, что, если поймает за этим делом кого-нибудь младше пятнадцати или кто-то залетит, он живо устроит здесь женский монастырь! Вот те, кто постарше, за нами и следят.

«Куда я попала? – подумала Ира. – А ведь майор выбрал не самый худший детдом. Надо подбросить ему золота в кабинет. Единственный по-настоящему порядочный человек из тех, с кем я там общалась. Остальных интересуют только они сами».

– Слушай, Оля, – обратилась она к соседке, – ну их, этих мальчишек. Ты лучше скажи, у вас кто-нибудь из воспитателей знает английский язык?

– Горыныч знает, а зачем тебе?

– А кто этот Горыныч?

– Это старший воспитатель. Его так прозвали за внешний вид и свирепость.

– Неужели такой страшный? – не поверила Ира.

– Сама увидишь. Он обязательно захочет на тебя посмотреть.

До ужина она знакомилась с девчонками и болтала с ними на разные темы. Ире пересказали сюжет просмотренного фильма, и ей вдруг ужасно захотелось сходить в кино, посмотреть хоть что-нибудь. До похода на Землю она из-за занятий магией не страдала от отсутствия книг и кино, а теперь почувствовала, как многого была лишена. Даже нельзя было послушать хорошую музыку. То, что играли в мире Райны, не доставляло удовольствия.

«Если я надолго там застряну, эту проблему нужно как-то решать, – подумала она. – А как её решишь без электричества?»

Ужинали в большой столовой. Вначале в неё запустили девочек, а когда они закончили и стали выходить из столовой, туда зашла младшая группа мальчишек.

– Готовься, – сказала Оля, когда шли на свою половину. – Уже сегодня эта мелкота раззвонит, что у нас появилась новенькая. А если кто-нибудь из наших побежит к парням, они о тебе ещё наболтают. Парни постарше точно сделают стойку. Это девчонки думают головой, а парни – тем, что болтается между ногами!

– Начхать, – ответила Ира. – У меня им ничего не обломится.

– Посмотрим, – ответила Оля. – Не хочешь почитать? У меня под подушкой лежит «Квентин Дорвард». Успела взять в библиотеке перед отпуском заведующей. Если хочешь, читай.

Книгу она с интересом читала до отбоя. В десять часов ночная няня выключила свет. Их группа лежала тихо, лишь в дальнем углу шушукались две девчонки, а младшие за стеной долго не могли угомониться. Немного полежав, она приказала себе заснуть и очень хорошо выспалась. Всех разбудили в семь утра. Ира заправила кровать, оделась, сходила умыться и почистить зубы и до завтрака села читать книгу. Когда шли в столовую, возле неё стояла толпа парней постарше. Ира заглянула в головы некоторым из них, и ей стало противно. Объектом их утреннего интереса была она сама. Кто-то из ребят хотел задержать для знакомства и разговора, но она стряхнула руку с плеча и вошла в столовую.

Когда шли обратно, у дверей толпились только младшие, возле которых стоял огромный мужчина с грубыми чертами лица. Усы и борода срослись у него в единое целое, прикрывая всю нижнюю часть лица.

– Горыныч! – шепнула Ольга.

– Волкова? – низким голосом спросил воспитатель. – Давай пройдём в учебную часть, нам нужно поговорить.

В комнате, куда он завёл Иру, не было никого, кроме них.

– Садись, Волкова, – показал он рукой на стул, – и слушай меня внимательно. Я смотрел твою анкету, согласно которой тебе только четырнадцать. Уже знаешь местные порядки?

– Знаю. А почему вы такое допускаете?

– Не одобряешь, значит, – невесело усмехнулся воспитатель. – Я тоже не одобряю. А что прикажешь делать? Пробовали запрещать вообще, получается ещё хуже. За год три аборта, и у одной из этих дур после него не будет детей. Из парней этим занимаются самые… – он не нашёл для характеристики приличного слова и продолжил: – Остаются на ночь в столовой, уединяются в бытовках, лазают по карнизам, один вообще сорвался на хрен. При попытках воспрепятствовать угрожают воспитателям, а у нас, кроме меня, одни женщины. Я не могу убрать этих мерзавцев и тем более применить силу. Если бы имело место насилие, я ни на что не посмотрел бы и вбил бы их в землю по самое причинное место, так ведь нет, сами бегают! Распробовали, где сладкое, и липнут к парням. Вот что бы ты, такая правильная, посоветовала мне делать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.