Софи Вебер
7 ночей с врагом

Софи Вебер

* * *

Глава 1

Громкая музыка практически оглушает меня, и я чуть закрываю уши, когда прохожу мимо установленных стереосистем. Поиски Оли не увенчиваются успехом. Видимо, она снова ушла со своим парнем и ничего мне не сказала.

Я еще раз обвожу взглядом клуб, тщательно ищу ее ярко-красное платье на танцполе и, не найдя его, иду к бару. Заказываю Лонг-Айленд и со скучающим видом жду свой заказ. Заполучив коктейль, ловлю трубочку губами и втягиваю слегка терпковатый напиток. Смесь водки, текилы, джина и рома тут же ударяет в голову. Пью я достаточно редко, поэтому эффект крепкого алкоголя не заставляет себя ждать: глава туманится, а перед глазами плывет.

Оставив коктейль недопитым встаю, чтобы потанцевать и немного освежить голову. Олю я, судя по всему, так и не дождусь. Хватаю свою сумочку с барной стойки, перекидываю тонкий ремешок через плечо и иду к танцполу. Здесь уже вовсю развлекаются девушки и парни. Одна из дамочек задорно смеется и вешается на шею кому-то из парней. Я же прохожу мимо и останавливаюсь почти в центре.

Играет одна из моих любимых песен. Она как раз подходит под медленные, размеренные движения. Я начинаю извиваться из стороны в сторону, кручу бедрами, провожу по телу руками. Алкоголь и вседозволенность, а еще отсутствие надзора от отца хотя бы этим вечером раскрепощают меня. Я чувствую себя уверенной, привлекательной и дерзкой, поэтому когда сзади меня кто-то появляется и кладет руки мне на талию, я вовсе не против.

– Скучаешь, малышка?

Хриплый голос вибрирует рядом с моим ухом, и я пытаюсь обернуться, чтобы увидеть его обладателя. Но в клубе слишком темно, рассеянное освещение струится с неонового потолка.

Мужчина притягивает меня к себе сильнее, я ощущаю, как налитые мускулы надавливают сзади и продавливают мое тело. Я обхватываю его ладони, царапая, и уже хочу возмутиться, как он снова начинает говорить.

– А папа знает, что ты здесь?

– Да бли-и-и-и-н, – протягиваю. – Ты от отца, что ли? Охранник?

Осматриваю его крепкую фигуру и кривлюсь.

– Такой широкий, и мышцы есть. Чувствую себя в безопасности, в очень скучной безопасности, – фырчу.

Меня достал контроль отца. Он контролирует каждый мой шаг, будто я могу погибнуть каждую секунду или наделать страшных глупостей. Это нервирует, раздражает и откровенно бесит! Так что сегодняшнему охраннику не повезло, он попадает под горячую руку.

Я набираюсь смелости и ощупываю его тело. Развлекаться так развлекаться. Под руками крепкие мышцы, тугие вены-канаты на руках. Я веду ладонями выше, натыкаюсь на упругие мышцы бицепса и обхватываю руками шею. Его лица все еще не видно, но зато я просматриваю силуэт: он явно красив. Таких правда берут в охрану? Встаю на носочки, чтобы дотянуться и поцеловать его, но не дотягиваюсь.

– Ну же, парень, помоги мне немного. Давай развлечемся. Забудь об отце, он ничего не узнает.

От него пахнет мускатом и сандалом, в нос ударяет терпкий аромат, и в голове мимолетом мелькает название духов известного бренда, но я тут же забываю, какого именно. И вообще зря я назвала его парнем, он пахнет как мужчина. Глубокий, терпкий темный запах. Он окутывает и окружает тяжелой энергетикой. Я даже теряюсь, но решаю, что все из-за выпитого коктейля.

Я разогрета. И, кажется, именно сегодня самые плохие опасения отца могут сбыться. Я, черт возьми, хочу этого!

– Хочешь? – спрашиваю его в лоб.

– А что ты умеешь?

Этот нахал ухмыляется. Я и сама не знаю, что умею. Мой отец охраняет меня так, будто мечтает, чтобы я на всю жизнь осталась девственницей. Я смогла вырваться всего раз, с парнем, который не знал, чья я дочка и поэтому осмелился стащить с меня блузку. Я напилась, чтобы быть храброй, а он был слишком возбужден, чтобы думать не только о своем удовольствии, но незнакомцу из охраны это знать не обязательно.

– Зависит от того, что ты готов мне дать?

Он усмехается и, наконец, оживает. Его сильная рука ползет по моей спине, вызывая дрожь. Мужчина обхватывает меня за затылок и чуть оттягивает волосы, заглядывая мне в глаза. Он груб на грани.

У него глубокий темный цвет глаз. И мне кажется, что в них я вижу триумф. Неужели он действительно готов похерить работу и переспать с барской дочкой? Или такой, как он не нуждается в деньгах и ему важно получить желаемое?

– Я привык брать, а не давать, малышка, – уверенный баритон заглушает клубную музыку.

Мои ноги теряют пол. Мужчина отрывает меня от пола, стягивая крупные ладони на талии, и заставляет уткнуться в свою грудь. Верхние пуговицы рубашки расстегнуты и я непроизвольно веду губами по его коже.

– Идешь? – хрипит он. – Или твоей смелости хватает только на треп?

Он задает вопрос, а сам уже делает шаг в сторону. Словно уже выбрал дорогу и точно знает, куда хочет отнести меня. И даже, что именно хочет сделать со мной. Я вдруг чувствую его уверенность, от которой захватывает дух, а нервные окончания простреливают импульсами. Мне в голову ударяет неизвестность, опасность и желание…

Да, желание.

Я впервые так хочу мужчину. И я не пьяна настолько, чтобы обманываться. Я действительно возбуждаюсь. Опускаю руку вниз и обхватываю его ладонь, сплетая наши пальцы.

Я позволяю увести себя с танцпола, хлопает дверь заднего выхода и я понимаю, что вокруг парковка. Вечерний холод пробирает насквозь, легкий топ и короткая юбка совершенно не подходят в погоде. Я жмусь к мужчине, но вскоре чувствую холод и от него. Он словно переключается, как только мы покинули клуб. Несет меня к квадратному внедорожнику с тонированными стеклами, который я вижу впервые. У охраны моего отца другие машины.

– Что? – произношу глупо, не понимая, что происходит. – Подожди… Эй! – я впиваюсь ногтями в его рубашку, потому что он не реагирует. – Ты кто такой?!

– Ты же хотела развлечься? – усмехается он. – Вот и сделаем это.

Я не успеваю понять, как оказываюсь внутри темного кожаного салона. Мужчина захлопывает за собой двери и они тут же блокируются, а машина трогается с места. Водителя я вижу впервые, как и сидящего рядом лысого амбала.

– Это было так просто, – говорит мужчина рядом и протягивает ко мне ладонь. – Я думал ты другая, – он будто насмехается надо мной. – А теперь мне интересно… гораздо интереснее, чем было до того, как у меня на тебя встал.

Глава 2

Внедорожник срывается с места, врезаясь в ночную улицу. От резкого маневра я заваливаюсь на бок и падаю на мужчину. Не успеваю отпрянуть, как он подтягивает меня к себе и запирает в сильных руках, как в тисках. Его ладонь сжимает мой подбородок, а дыхание льется сверху. Он фиксирует меня на месте как игрушку, заставляя откинуться спиной на его грудь.

– Не вздумай кричать, – приказывает он.

Я резко веду плечами, сталкиваясь с его телом как с камнем. Он слишком сильный! Не тело, а гранит! Сопротивляться ему больно, а уж если он размахнется и ударит… Но злость обжигает меня и мне становится плевать на боль и последствия, я рвусь вновь и вновь получаю отпор.

– Не удобно? – интересуется он. – Не бойся, я сейчас найду тебе место получше.

Он рывком затаскивает меня к себе на бедра, запирая в капкане своей близости.

Я часто дышу, чувствуя, что алкоголь полностью выветрился из моей крови. Я трезва и возвращаюсь в ужасную действительность. Но в голове яснее не становится, страх и адреналин путают мысли. Я пытаюсь делать глотки воздуха, но ладонь мужчины продолжает держать мое горло. Он явно ждет, когда я успокоюсь и начну слушаться его.

– Ты знаешь, кто я? – произношу хрипло, борясь с желанием искусать его пальцы до крови, если бы у меня только получилось вывернуться как следует, я бы точно оставила следы своих зубов на его коже. – Чья я дочь, идиот?!

– Да, я знаю, – произносит он без единой эмоции.

И притягивает к себе так, что под моей попкой оказывается его ширинка. Юбка задирается от его рывков и кружево моих трусиков цепляется за стальной замок ремня, когда мужчина подтягивает меня выше. Еще выше, почти насаживая меня на себя.

– Ты разве пришла в клуб, чтобы быть чьей-то дочерью? – мужчина усмехается. – Ты пришла за другим, малышка.

Он накрывает второй рукой мой живот и уверенно уводит руку вниз, проталкивает ее между моих ног и заставляет развести их шире. Он сжимает меня, как вещь, и держит, словно хочет оставить на мне клеймо своих хозяйских прикосновений. Я вздрагиваю, не веря, что всё это происходит со мной. Он лапает меня и наталкивает на себя, будто уже трахает. Я проскальзываю по его эрекции, которая ощущается сильнее с каждым разом. У него встает, а его дыхание становится тягучим и животным.

Он рычит, как зверь, и мне становится страшно.

Его член оттягивает ширинку и я представляю, что он вот-вот дернет молнию вниз и заставит меня принять себя. По-настоящему. По-взрослому.

– Хватит! – выкрикиваю, с трудом проталкивая слова через его хватку. – Нет! Нет!

– Я сказал, не кричи, – он снова давит холодом. – Слушайся меня, Карина.

Что?

Карина.

Он знает мое имя.

– Или отработаешь долги отца прямо в машине, – добавляет мужчина. – На всю длину отработаешь. Как я люблю.

Я хватаю воздух ртом и замираю от шока.

Он не перепутал меня, нет, он понимает, кого схватил и делает все эти ужасные вещи специально. Но как? Какие могут быть долги у моего отца?! Он богат и влиятелен, это невозможно! Он что-то перепутал или сошел с ума! Ему не может быть плевать на то, что с ним сделают за мои слезы! Его же разорвут на части и заставят землю жрать у моих ног! Как он только посмел прийти за мной…

– Молодец, – он хвалит, замечая, что я перестала сопротивляться. – Больше никогда не говори мне “идиот” или другое дерьмо. Не смей.

Он говорит над моим плечом, вбивая слоги вместе с жарким дыханием. Я чувствую как непроизвольно напитываюсь его тяжелым запахом, я вся в его руках, зажата и обездвижена, ощущаю его стальную силу и уверенность.

– А как тебя называть? – говорю, закусывая щеки с внутренней стороны, чтобы не выдать усмешку.

– Дитмар. Меня зовут Дитмар, малышка.

Мужчина оставляет меня в своих руках, я сижу у него на коленях весь остаток дороги и украдкой пытаюсь хоть что-то разглядеть в окне. Мы много поворачиваем и покидаем залитый рекламным светом центр, улицы становятся все темнее и безлюднее. Появляются частные дома, я не могу разобрать где мы, а вскоре внедорожник вовсе ныряет под автоматические ворота.

– Приехали, – мужчина первым открывает дверцу и вытягивает меня наружу.

Вокруг большой гараж на несколько машин. Два внедорожника и элитный седан запаркованы рядом, там же стоят еще двое высоких мужчин в кожаных куртках. Я нервно одергиваю юбку и вспоминаю о своей сумочке. Я где-то обронила ее. Наверное, в клубе, когда Дитмар схватил меня. Ее же найдут рано или поздно, а там мой телефон, охрана отца точно поймает сигнал и поймет откуда я пропала.

Меня скоро начнут искать, по-другому быть не может.

Я успокаиваю себя и снова осматриваюсь по сторонам, стараясь запомнить лица мужчин.

– В дом, – распоряжается Дитмар, дергая меня за локоть.

Я отошла от шока и шиплю на его грубое прикосновение.

– Не нравится? – он изгибает бровь. – Привыкла к другому?

– Привыкла, – я киваю и осмеливаюсь посмотреть в его темные глубокие глаза.

Там порок и власть. От него идет энергетика больших денег и больших грехов.

– Тебя долго баловали, Карина, но этому пришел конец, – Дитмар понижает тон с каждым словом. – Ты была принцессой, а станешь моей личной шлюхой.

Глава 3

Мое сознание отвергает саму мысль быть чьей-то собственностью. Шлюхой, как он сказал. Мужчина передает меня охране и идет чуть дальше, достает из кармана телефон и делает звонок. Меня же втаскивают внутрь и первое, что я вижу – другого мужчину, похожего на Дитмара. Меня грубо дергают, чтобы я не смотрела по сторонам, но я вижу. Замечаю ее. Девушку, что была у отца в клубе. Та, которую он привозил к себе домой.

Это она? Что она здесь делает? Неужели предала его? Сдала конкурентам.

– Идем давай! – Дитмар появляется сзади и сам, без помощи парней, хватает меня за руку и ведет на второй этаж. Открывает дверь в комнату и буквально заталкивает внутрь.

Щелкает замок и я остаюсь одна. Тут же бросаюсь к окнам, распахиваю шторы и разочарованно стону: за пластиком решетки. Злюсь на себя за то, что сбежала от охраны отца с Олей, что пошла танцевать на танцпол, а не позвонила отцу и попросила забрать меня. Если бы можно было повернуть время вспять, я обязательно бы это сделала, но сейчас я неизвестно где. Меня заперли в комнате и ушли, предупредив, что я теперь чья-то личная шлюха.

Я отказываюсь в это верить. Знаю, что мой отец занимается далеко не легальным бизнесом. Как знаю и то, что он достаточно жесткий человек. Но все это прошло мимо. Меня папочка берег как зеницу ока. Он был готов бросить любые деньги к моим ногам, лишь бы я была счастлива. И вот я в заложниках по собственной глупости и неосторожности.

Для верности я заглядываю в ванную, надеясь, что здесь есть какая-то система вентиляции, широкие решетки, через которые можно пролезть, но ничего. На нервах дергаю ручку двери, но та, конечно же, не поддается. Меня заперли в комнате, где есть ванная и два окна, но за ними решетки. Телефона у меня с собой нет, смарт-часов тоже, потому что я сняла их, едва удрала от охраны отца. Как и все украшения, в которых могли быть установлены датчики слежения.

– Черт, черт, черт, – не выдерживаю я и начинаю смахивать со столов и тумбочек все, что здесь есть, надеясь, что кто-нибудь придет на шум.

Я даже вооружаюсь древней тяжелой статуэткой и стою у двери, но никто не приходит. Ни одна живая душа. Они вымерли там все? Я устраиваю настоящий погром. Переворачиваю тумбочки, разбиваю плазму и зеркало в ванной. Сбиваю ногой умывальник и, будь у меня больше сил, наверняка оторвала бы и унитаз, но он не поддается и я лишь включаю воду, чтобы устроить потоп. Если этот самоуверенный тип думает, что я так просто сдамся и буду его шлюхой – он ошибается! Ему придется выпустить меня отсюда, потому что я не сдамся. Буду портить его имущество, ломать, крушить и устраивать потопы, лишь бы меня выпустили.

Вода огромной струей вырывается из крана умывальника и ванной. Я же довольная выхожу из комнаты и залезаю на кровать. Интересно, как быстро они поймут, что что-то не так? Как быстро увидят, что вода вытекает из комнаты?

Увы, через полчаса намокает только ковер, да и тот впитывает в себя всю влагу. Я недовольно поджимаю губы и иду в ванную, чтобы открыть что-то еще. Вдруг получится открутить какой-то винтик в унитазе и оттуда тоже польется вода. Такой меня и застает Дитмар: по щиколотки стоящей в воде над унитазом.

– Решила искупаться? – с долей ехидства спрашивает он.

– Привлекаю к себе внимание, – без тени сомнения произношу. – Вот видишь, получилось. Ты пришел.

– Отключи воду, – командует мужчина, но я лишь фыркаю и иду на выход, стараясь протиснуться мимо.

Его рука крепким захватом сжимает мой локоть, не давая пройти дальше.

– Я сказал закрыть воду, Карина.

– И что, что ты сказал? – дерзко вскидываю голову. – Тебе надо, ты и выключай.

В его взгляде мелькает сталь. Дитмар крепко сжимает челюсти и, ухватив меня за талию, толкает к разбитому умывальнику. Я иду босыми ногами, а он в кожаных туфлях, явно купленных не за три копейки.

– Выключай!

Он не повышает голоса, но говорит так, что внутри появляется волна страха. Сейчас я впервые осознаю, что не знаю этого мужчину и его возможности. То, что он до сих пор не ударил меня, ничего не значит, он может сделать это потом. Или сейчас. Пока я думаю, его рука сильнее сжимается на моей тонкой коже чуть выше локтя.

Дрожащей рукой тянусь к крану и выключаю его. Сильная мужская рука ослабляет хватку, и я делаю шаг в сторону, чтобы выключить кран в ванной.

В голове тут же пробегает шальная мысль быстро добежать до двери и оттуда наружу. Понятно, что это ничего не даст, но ведь попытаться можно.

– Ты заставила меня испортить любимые туфли, – зло произносит мужчина.

– Извини, – иду на попятную и стараюсь вести себя тише, чтобы усыпить его бдительность. – Я просто… – замолкаю, выдерживая паузу. – Я так растеряна, – наконец, заканчиваю мысль и делаю несколько шагов к нему, а потом…

Бегу, как ненормальная к двери. Пол скользкий, но я довольно быстро оказываюсь на ковре прихожей и добегаю до двери. Мужчина же остается стоять на своем месте. И только когда хватаюсь за ручку и дергаю ее, понимаю, почему он так спокоен. Он запер дверь. И я не могу выйти. Не могу покинуть эту чертову комнату.

Я иду к кровати. Ноги насквозь промокли и промерзли. Уйти отсюда я все равно не смогу, так что лучше согреться, чтобы хоть не заболеть.

– Отпусти меня домой! – говорю уверенно и гордо, едва тот, кто привел меня сюда, заходит в комнату.

Мужчина снимает с ног мокрые туфли вместе с носками и подходит ближе.

– Да ладно, девочка? Ты бы не борзела.

– Ты знаешь, кто мой отец? – дерзко спрашиваю. – Он же тебя…

– Ничего, – мужчина пожимает плечами. – Он не сделает ничего, потому что должен мне.

– Выпусти меня!

Я вскакиваю и за долю секунды оказываюсь рядом с ним. Моя рука звонкой пощечиной отпечатывается на лице мужчины. Его взгляд темнеет, а после он одним махом припечатывает меня к стенке, как провинившуюся.

– Ты моя! – рычит он. – И ты будешь делать то, что я скажу, – его рука крепко сжимает мою шею. – Еще раз посмеешь ударить меня – убью.

– Я не твоя рабыня! – страх пробирается под кожу, но я еще смею ему противостоять.

– Ты моя всё, что я скажу. Шлюха, рабыня, уборщица, поняла? – он усмехается и уводит руку ниже, к груди. – Твой отец отдал тебя на неделю, – он усмехается. – На семь ночей, если быть точным.

Семь ночей…

Он сумасшедший?

Отец не мог отдать меня! Тем более назначить срок и позволить какому-то уроду пользоваться его дочерью. Папа с меня пылинки сдувал, научил охранников в пол смотреть при моем появлении, а меня научил всегда быть на связи и в плотном кольце бодигардов.

Этот Дитмар врет.

Но я, черт возьми, боюсь его. Он смотрит пронзительно, как ножом воздух разрезает, и он пахнет властью, большими деньгами и угрозой. Я непроизвольно ежусь, хотя и стараюсь выглядеть смелой и не собираюсь сдаваться, я не лягу под него и уж точно не буду его личной шлюхой. Нет!

– Прекрати, – говорю и ищу, как вывернуться от его хватки.

Он трогает мою грудь через тонкую ткань топа. На мне есть лифчик, но он еще тоньше. От этого жесткие властные прикосновения пробирают насквозь.

– Хочешь биться? – спрашивает мужчина с усмешкой. – Показывать характер? Это плохо кончится, малышка. Я умею ломать и не собираюсь быть нежным с тобой, у меня счеты с твоим отцом и я пообещал ему, что сделаю с тобой много грязных вещей. Он знает за что и почему именно через тебя я хочу отомстить…

– Но я не знаю.

– А тебе нужно. Тебе нужно пойти принять душ и вернуться в спальню. Ты пахнешь клубом.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не залепить ему пощечину. Хотя у меня бы не получилось. Он по-прежнему держит меня в капкане, сдавил сильными ручищами и наталкивает на каменный торс. Черт, он очень сильный. И быстрый. Не знаю, как мне удастся сбежать от него, но нужно что-то придумать. Нужно найти способ.

– Сейчас? – я мотаю головой, показывая, что не пойду ни в какой душ. – Я не умею пользоваться кранами, ты разве не заметил?

Пол в комнате до сих пор сырой.

– Я научу, малышка.

Он дергает меня за локоть и вытаскивает в коридор. За пару мгновений находит другую спальню, из которой выгоняет охранника. От него остается лишь запах сигарет, да и вообще эта комната намного хуже. Теснее и с серыми обоями.

– Значит, не умеешь пользоваться кранами, – Дитмар кивает и тащит меня к следующей двери.

Тут тоже есть ванная комната, прям не дом, а целый отель, в котором стоит унитаз с раковиной и душевая кабинка. Дитмар приводит меня именно к ней, едва не впечатывая в стеклянную стенку. Он распахивает ее с рывком и втаскивает меня внутрь, входя следом.

– Хватит! Да хватит! – все-таки срываюсь и снова кричу.

– Слева горячая, справа холодная. Запомнила?

– Нет!

– Тогда повторим.

Он захватывает мою ладонь и против моей воли тянет ее к крану. Нажимает по центру, открывая поток, который ручьем бьет сверху. Я вскрикиваю от ледяной воды, а ему хоть бы что. Закаленный мудак!

– Помнишь, где горячая? – спрашивает он, издеваясь, и отпускает мои пальцы. – Покажи.

Не лучший момент, чтобы проявлять характер. Я стискиваю зубы до боли, не хочу ему повиноваться, но стоять под ледяной водой выше моих сил. И кипяток тоже мне не нужен. Поэтому кручу кран в правильном направлении, облегченно выдыхая, когда головы и плеч касаются горячие струи. Сразу становится легче, я убираю ладонь с крана и упираюсь пальцами в кафель.

– Умница, – Дитмар отбрасывает мои волосы в сторону, и я чувствую как его дыхание касается моей шеи.

Он стоит сзади меня, напирая горой мускулов. Мы оба в одежде, которая уже промокла насквозь.

– Как раздеваться тоже учить? – спрашивает он следом. – Или лучше показать?

Я мешкаю всего секунду и вдруг слышу, как щелкает замок ремня.

Боже!

– Не надо, нет! – с ума сойти, я как будто умоляю его. – Я сама.

В кабинке слишком тесно, невозможно повернуться, чтобы не почувствовать толчок стального тела Дитмара.

– Подцепи топ и сними через голову, – приказывает он. – Лифчик тоже.

– Тебе так нравится командовать?

– Мне много, что нравится. Не бойся, ты быстро разберешься в моих предпочтениях.

Я от бессилия скребу ногтями кафель. Не знаю, что делать, но очередной лязг замка на мужском ремне рождает во мне злой запал. К черту! Пусть подавится! Я сдергиваю топ рывком и тут же расстегиваю лифчик. Чувствую его взгляд, который упирается в мою обнаженную спину. Я жду, что он сейчас жестко развернет меня, чтобы осмотреть грудь и даже, может быть, зажать соски. Он явно привык играть жестко и грубо, но он не делает этого.

– Теперь юбка и трусики.

Дитмар чуть отклоняется в сторону и я понимаю, что он тянется за мочалкой и гелем. Теперь я совершенно сбита с толку. Он останется в кабинке? Он хочет сделать это сам?

– Делай, Карина.

– Ты останешься к кабинке?

– А похоже, что я ухожу?

– И зачем? – я оглядываюсь через плечо, но тут же жалею, от пронзительного холодного взгляда Дитмара подкашиваются ноги, он сейчас выглядит как хищник, который почуял след. – Будешь дрочить, пока я…

У меня пересыхают губы. Хотела сказать вызывающую вещь и сама же испугалась. А вдруг он такой? Больной и извращенный?

– Хочешь сама? – он поднимает бровь и опускает глаза на мои ладони. – Или ртом у тебя получается лучше?

Его ладонь обхватывает мой подбородок, дергая меня навстречу, а большой палец обводит контур губ. Сминает и изучает, надавливая и по-хозяйски лапая.

– Сочные, – произносит он с довольной ухмылкой. – Ты должна очень хорошо делать это ртом. Все данные есть.

Сказать, что я никогда этого не делала или, сцепив зубы, опуститься на колени и попытаться сделать то, чего он хочет? Внутри зреет протест. Я не хочу ни признаваться, ни тем более ублажать его. Да и почему должна? Он что, заставит меня? Или искупает в холодной воде? Пусть! Это лучше, чем стать на колени и отсосать ему.

Я грубо дергаю голову назад и кривлюсь от его прикосновения. Дитмар отпускает мое лицо, но тут же хватает за руку и тянет на себя.

– Что такое, Карина? Не научили хорошим манерам?

– Меня? – я нервно смеюсь. – Ты заставил меня раздеться, поставил под холодный душ, а плохие манеры у меня? А знаешь что? – завожусь буквально за секунду. Вспыхиваю, как спичка. – Пошел ты в задницу, господин Дитмар.

Быстро снимаю с себя юбку и трусики, разворачиваюсь к нему спиной и, как ни в чем не бывало, начинаю мыться. Спину жжет от его взгляда. Я уверена, что он смотрит, возможно даже водит рукой по члену и…

Оборачиваюсь.

Он действительно смотрит. Прожигает мою спину своими темными глазами и стоит, упершись о стеклянную поверхность кабинки. Мне не было так страшно, когда он меня похищал и когда приказывал, а вот сейчас, когда просто смотрит… по телу проходит озноб. Я знаю, что он не пропустил мимо ушей мой посыл, но почему-то сейчас ничего на него не говорит.

Молчит и смотрит.

А потом одним махом сгребает мои волосы в кулак и припечатывает лицом к стенке. Не больно, но достаточно для того, чтобы мое сердце ускоренно застучало внутри, а пульс ускорился.

– Ты еще не поняла, да? – рычит мне на ухо так, что его голос вибрирует от злости. – Ты не имеешь права так со мной разговаривать. Твой отец отдал тебя мне. На неделю, девочка. И лучше бы тебе быть молчаливой и сговорчивой, иначе вы все потеряете. Бизнес, дом, деньги. Ничего не останется у твоего папочки и тебе придется самой прийти ко мне, – я не вижу, но чувствую его усмешку. – Шутить со мной не стоит. Я должен отомстить твоему отцу, и я это сделаю.

От чего-то не хочется ему перечить. Даже рот раскрывать не хочется. Страх заполняет каждую клеточку моего тела. Руки больно упираются в холодный кафель, щека трет скользкую плитку, а слезы одна за другой катятся из глаз. Мужчина все еще удерживает меня за волосы, но это больше не нужно: я как тряпичная кукла повинуюсь его рукам и просто обмякаю.

Дитмар же, видимо, принимает это за согласие, потому что я слышу звук расстегиваемой молнии и пряжки ремня. Мой мозг знает, что сейчас будет, но тело отказывается сопротивляться. Пусть. Так будет лучше. Просто механический секс без мыслей.

Наверное, именно в этот момент мои плечи начинают содрогаться, а рот издает тихий всхлип, который я тут же подавляю, но Дитмару этого хватает. Он отпускает волосы и разворачивает меня к себе. Знаю, что нужно прекратить плакать и жалеть себя, что будет лучше, если я попытаюсь смириться и сделать так, как он хочет. Стать его личной шлюхой.

Почему-то в этот момент я осознаю, что никто за мной не придет, потому что если бы должен был прийти, уже бы это сделал. Меня бы уже нашли, а мужчину напротив убили. Но меня не ищут, а мужчина напротив все еще жив. И он как-то странно смотрит на меня, будто с сожалением и… сочувствием?

Это проявление чувств, если оно мне не показалось, тут же исчезает. Дитмар грубо стирает с моих щек слезы, открывает душевую кабинку, тянется за полотенцем и через мгновение накрывает мое тело им. Я не сразу понимаю, что экзекуция отменяется. Да мне и все равно. Чувств нет, мыслей тоже.

Дитмар выводит меня из ванной комнаты. Жестко обхватывает за плечи, пристраиваясь сзади, и подталкивает. Я чувствую его дыхание, оно падает на мои мокрые волосы и заставляет ежиться. Я не хочу видеть его, но мне не по себе, когда мужчина вне моего поля зрения. Потому что я не знаю, что ждать в следующую секунду. Будет лучше? Или хуже?

– Утром принесут другую одежду, – бросает Дитмар.

Он нажимает ладонями и заставляет меня повернуть к кровати. Она двухспальная, но не огромная, не кинг сайз. Я сильнее сжимаю край полотенца, боясь, что он снова заставит меня раздеваться перед ним. В комнате приглушенный свет, но глаза быстро к нему привыкают и всё становится как на ладони. Я аккуратно оглядываюсь и замечаю, что Дитмар отошел к креслу, чтобы снять джинсы. Они промокли насквозь, рубашку он сбросил еще в ванной.

– Ты будешь спать здесь? – я нервно сглатываю. – Со мной?

– Да, – он кивает. – Полотенце можешь сбросить.

Я отворачиваюсь, когда понимаю, что он точно не стесняется. Он раздевается догола и проходит к кровати. Я успеваю заметить тугие кубики пресса и косые мышцы, которые чуть не увели мой взгляд слишком далеко. Не хватало еще рассматривать его член, он чуть не трахнул меня, а я как идиотка пялюсь на него.

Но от черной татуировки отвести взгляд не получается. На правой руке у него набит большой нож, даже скорее кинжал, и женский обнаженный силуэт. Странное сочетание – холодный металл и беззащитная нагота, но очень подходящее ситуации. Я себя как раз так чувствую. Я голая и беззащитная перед ним.

– Не можешь выбрать сторону? – он криво улыбается, обнажая зубы. – Ложись уже.

Он кивком указывает на кровать.

– Хорошо, – я тоже киваю.

Ничего не могу поделать с собой. Когда в его голосе прорезается сталь, меня прорезает страх и я безотчетно прогибаюсь под его приказы. Потом злюсь и хочу сопротивляться, отвоевывать свое право, ведь я не вещь и не рабыня, но первая реакция – именно подчинение. Дитмар умеет пугать, этого у него не отнять. Особенно если увидеть его тело обнаженным, он гора мускулов, он сильный и выносливый, и явно привык пользоваться своей силой, а не ограничиваться одними угрозами.

Хищник. Босс. Мудак.

– Не боишься спать со мной? – я все же злюсь, что слушаюсь его, и начинаю огрызаться. – Вдруг я что сделаю ночью?

Я сдергиваю одеяло, смотря ему в глаза. Пусть подавится.

Дитмар и бровью не ведет на мой вызывающий тон. Он опускает глаза и рассматривает мое тело с мужским почти осязаемым интересом. Еще чуть и я начну чувствовать его матерые прикосновения, как он зажмет мою грудь, проложит пошлую дорожку по животу и нырнет пальцами между ног.

В конце концов, я не выдерживаю и ныряю под одеяло. Быстро и без какой-либо грации.

– Я чутко сплю, малышка, – Дитмар тянется к клавише и гасит свет. – И потом, я ведь тоже могу что-то сделать ночью.

Я ощущаю, как продавливается матрас с другой стороны. Массивное тяжелое тело заставляет кровать жалобно скрипнуть, а я отодвигаюсь так далеко, что едва не падаю на пол.

– Не глупи, – жестко и серьезно произносит он, показывая, что шутки закончились. – Я устал сегодня и скоро вырублюсь.

Кровать все-таки слишком маленькая. Мне мерещится, что я ощущаю его дыхание на своих щеках, пока он говорит. В полной темноте его присутствие обостряется, я вдруг чувствую себя загнанной в безнадежную ловушку. Я не вижу его и поэтому мне кажется, что он повсюду.

– Тебе нравится спать на весу? – он усмехается, заметив, что я забилась на самый край.

Дитмар не дожидается ответа и рывком притягивает меня к себе. Вдавливает мою спину в свою стальную грудь и подстраивает под себя так, что я прекрасно чувствую все то, что не стала разглядывать. Его член упирается в мою попку, а его руки тесно обвивают мою талию.

Он рычит и ругается матом.

– Дай мне свою ладонь, – произносит он над моим ухом.

– Что?

У меня сердце падает в бездну.

Дитмар же делает то, чего я совершенно не ожидаю. Он прикасается губами к моему виску, вбирая мой воздух. Он почти целует меня, но через мгновение вновь срывается на хриплые проклятья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.