М. Абрамов
Экономика России. Хождение по мукам (Записки инженера-предпринимателя)

Введение

Это – книга об экономике. Чтобы было ясно, какое отношение я имею к экономике и можно ли мне верить, считаю необходимым сообщить несколько слов о себе.

Когда-то, давным-давно, в 1960 году я закончил механический факультет Московского полиграфического института (МПИ) и был направлен по распределению главным механиком в Феодосийскую типографию. Это был мой первый опыт работы на производстве. Штат у меня был небольшой и многое приходилось делать самому. Поработав в Феодосии два года, я переехал к родителям в Симферополь и поступил на работу конструктором на Завод продовольственного машиностроения, где в разное время я работал в Отделах главного конструктора и главного механика.

В 1965 году мои друзья пригласили меня на работу в Рыбинское СКБ «Полиграфмаш» на должность заведующего лабораторией надежности. Мы вели наблюдения за работой полиграфических машин, изготавливаемых Рыбинским заводом, выявляли их недостатки и разрабатывали рекомендации по устранению. Собирая информацию о работе машин, я объездил многие типографии нашей страны.

В 1967 году меня пригласили в Москву в НИИ Полиграфического машиностроения, где я проработал 30 лет в должностях от младшего научного сотрудника до зав. отделом и члена Совета директоров. В институте я занимался проблемами качества отечественного полиграфического оборудования. Побывал на всех заводах полиграфических машин – всего их было 10. Вместе со специалистами нашего Главка в Министерстве я готовил проекты «Постановлений ЦК КПСС и СМ СССР о дальнейшем развитии полиграфического машиностроения» – работа, возможно, не очень полезная, но интересная.

Одновременно я занимался решением конкретных проблем. Например, под моим руководством были разработаны технология и оборудование газопламенной поверхностной закалки деталей полиграфических машин. Эта работа была отмечена серебряной медалью ВДНХ СССР. Другая работа – нам удалось установить физические причины износа линотипных матриц и решить эту проблему изменением конструкции линотипов. Работа дала большой экономический эффект и была отмечена максимальной премией, предусмотренной положением об изобретениях.

В 1991 году я основал малое машиностроительное предприятие по производству и поставке типографиям быстроизнашивающихся деталей полиграфических машин, и до 2010 года был его директором. И сегодня предприятие продолжает успешно работать, хотя и без меня.

О большинстве проблем, о которых я пишу, я знаком не понаслышке, а пережил лично.

В 2010 году с группой товарищей мы учредили «Экспертно-аналитический центр по модернизации и технологическому развитию оборудования» (ЭАЦ «Модернизация»). Сегодня я президент этого Центра, кандидат технических наук и почетный профессор Московского налогового института РосНОУ.

С работами ЭАЦ «Модернизация» и составом его Правления можно ознакомиться на нашем сайте по адресу www.modern-rf.ru. Под руководством и при участии ведущих ученых страны наш Центр выполнил ряд работ, в которых я принимал личное участие и в которых содержатся рекомендации, реализация которых могла бы существенно помочь в решении экономических проблем России. Например:

1. «Модернизация России: проблемы и пути их решения», 2012 г., 540 с., Работа выполнена по заданию Промышленного Союза «Новое содружество». Руководитель разработки Р. И. Нигматулин, академик и член Президиума РАН;

2. «Модернизация подоходного налога и снижение социального неравенства». 2011 г., 128 с. Работа выполнена по заданию Председателя Совета Федерации РФ С. М. Миронова. Руководитель разработки А. Ю. Шевяков, директор ИСЭПН РАН, д.э.н.;

3. «Налоговая доктрина. Пути совершенствования налоговой системы Российской Федерации». 2011 г., 320 с. Работа выполнена также по заданию С. М. Миронова. Руководитель разработки В. А. Кашин, государственный советник налоговой службы II ранга, д.э.н., первый зам. директора ФГУП Институт развития налоговой системы при ФНС.

4. «Администрирование внешнеторговых грузопотоков», 2013 г., 480 с., Работа выполнена по заданию Комитета по транспорту Государственной Думы РФ. Руководитель разработки В. А. Цветков В. А., чл. – корр. РАН, директор Института проблем рынка (ИПР) РАН.

5. Монография «Налоги для России. Пособие для министров и информация для граждан», М., изд. «Перо», 2020 г., 140 с., авторы Нигматулин Р. И., Кашин В. А., Абрамов М. Д.

В предлагаемой книге я поместил тексты некоторых моих опубликованных статей и выступлений в разные годы. Проницательный читатель из моих текстов обнаружит, что с самого начала и до сих пор подходы к развитию российской экономики и промышленного производства почти не изменились. То, что было актуально 20 и 30 лет назад, не менее актуально и сегодня. Актуально! Но до сих пор не востребовано. Теперь ситуация в стране меняется. Возможно, сегодня кто-то прочтет мою книгу и скажет: «Наконец-то! Теперь-то мы знаем, что и как надо делать!»

2009–2015

1. Виноват не только кризис. Типичные истории малых предприятий полиграфического машиностроения[1]

Главная проблема полиграфиста-машиностроителя сегодня – отсутствие заказов. Причина очень простая: у типографий нет денег, так как изготавливаемые ими книги, газеты, журналы народ не покупает[2], – денег нет и у народа. А те журналы, что народ покупает («ТВпарк» и другие глянцевые журналы), печатают за рубежом. Причина тоже очень простая: в России бумагу для этих журналов не производят, а за импортную бумагу надо платить 18 % НДС и импортную пошлину. При этом за импорт готовой печатной продукции согласно так называемому Флорентийскому соглашению платить НДС и пошлины не нужно. Стоимость бумаги составляет около 50 % себестоимости журнала. Журналы, отпечатанные в России, получаются дороже и становятся неконкурентоспособными. Издатели заказывают их тиражирование за рубежом. Только по этой причине из России уходит ежегодно более 1 млрд. долл. Соответственно мы теряем рабочие места, покупательский спрос и т. д.

Кто-то может подумать, что таким образом правительство стимулирует производство мелованных бумаг и картона в России. Ничего подобного. Совсем наоборот. Производство этих бумаг в России невыгодно, так мала в них потребность, а мала она потому, что журналы, которые можно печатать в России, печатают за рубежом. Причина – прямой саботаж чиновников. Никакие коллективные обращения полиграфистов и производителей бумаги в Минпромторг и к В. В. Путину не помогают. Эта проблема существует более пяти лет и никак не решается. В связи с кризисом она стала еще острее.

Проблема мелованных (глянцевых) бумаг – далеко не единственная. Условия, в которых находится полиграфия нашей страны (как и другие отрасли промышленности), не способствуют ее развитию. Вот несколько типичных примеров из жизни разных предприятий нашей отрасли.

К нам обратилась типография с крупным (по нашим меркам) заказом с условием его оплаты через 2–3 месяца после выполнения. Типография установит изготовленные нами детали на машины, отпечатает продукцию, получит деньги от заказчика и заплатит нам. От заказа пришлось отказаться, несмотря на его очевидную выгоду. Здесь две причины: во-первых, еще до получения денег мы должны заплатить НДС. Кроме того, нужны средства на покупку материалов. А денег у нас нет. И занять негде. С поставщиками материалов еще можно договориться, но с налоговыми службами – никогда. Пришлось отправить своих работников в неоплачиваемый отпуск.

Кто-то скажет: возьмите деньги в банке. Опыт получения банковского кредита у нас есть. В 2007 г. (задолго до кризиса) мы взяли кредит в 1 млн. руб. в Сбербанке, клиентом которого мы являемся более десяти лет. Банк прекрасно знает, что через наш расчетный счет ежемесячно проходит не менее полутора миллионов рублей. С учетом хороших личных отношений и при наличии двукратного ликвидного залога этот кредит мы оформляли более полугода под 16,5 % годовых, включая открытие и ведение кредитной линии. Объем папки с нашими кредитными документами в банке составлял более 200 страниц. Подготовка и согласование документов заняли значительную часть рабочего времени нашего бухгалтера и других работников. Оформление кредита (не говоря уже о процентах) надолго отбило у нас охоту делать это еще раз. А в кризис брать кредит и вовсе нереально.

Еще пример. Налоговая инспекция в январе 2009 г. предъявила нам претензию о неуплате налогов в 1999 г. на сумму 62 тыс. руб. Фактически налоги были уплачены, что подтверждалось сданными в налоговую инспекцию банковскими выписками и копиями платежных поручений, но деньги в бюджет не поступили, так как Уникомбанк, через который осуществлялся платеж, был ликвидирован в 1999 г. в связи с кризисом 1998 г. Налоговая инспекция не предъявляла нам претензий в течение 10 лет, но в связи с существенным снижением налоговых поступлений сняла со счета предприятия эти деньги в мае 2009 г. вопреки закону, принятому в ноябре 2008 г. Согласно этому закону такие недополученные налоги предлагалось считать безвозвратными потерями. На наши возражения налоговая инспекция сообщила, что о законе ей известно, но она не получала указаний от Минфина и ФНС о порядке его применения. Из разговора с директорами нескольких предприятий я понял – снятие денег со счетов предприятий по надуманным поводам – не единичный случай, а система. Некоторым предприятиям удается отбиться или вернуть незаконно снятые деньги, но не сразу и не всем. По их мнению, мне повезло, и из-за такой суммы не стоило и расстраиваться.

На каждые 100 руб. заработной платы, вручаемой работнику, мы должны заплатить 73,6 руб. в виде налогов на заработную плату (НДФЛ, ЕСН, НДС и страхование от травматизма на производстве). Кроме того, надо платить налог на прибыль, на имущество, транспортный налог и т. п. Все это входит в стоимость продукции. Для некоторых недоплата налогов («конвертные» схемы) – единственный способ выжить в условиях конкуренции с необлагаемыми никакими налогами китайской контрабандой и контрафактом (например, в 2005 г. по данным Минпромторга такая продукция составляла 62,4 % товаров легкой промышленности, купленной населением). Премьер-министр В. В. Путин недавно (июнь 2009 г.) сообщил, что на Черкизовском рынке в Москве стоят бесхозные контейнеры с контрабандным ширпотребом стоимостью 2 млрд. долл. Сколько таких контейнеров в России, никто не знает или не говорит. А китайцы делают не только ширпотреб. Они производят и полиграфические машины, и детали для них. Из-за невозможности повысить цены на свою продукцию мы не можем найти квалифицированных специалистов. Мы не можем платить высокую зарплату своим работникам и становимся неконкурентоспособными на рынке труда в собственной стране. Это же касается многих обрабатывающих предприятий. Выпускники лучших технических вузов работают в сырьевых отраслях, финансистами, брокерами, риэлторами, менеджерами и даже сомелье. Найти хорошего токаря или шлифовщика – почти неразрешимая проблема. Во-первых, их никто не готовит. Во-вторых, за предлагаемую нами заработную плату он лучше пойдет работать охранником. Сегодня в частных охранных предприятиях, как сообщалось на их съезде, работает более двух миллионов человек. Некоторые обрабатывающие предприятия вынуждены решать свои проблемы опять же недоплатой налогов.

Еще одна неприятность, хотя и мелочь по сравнению с другими проблемами, – всевозможные проверки. Кроме налоговых инспекторов нас проверяют пожарники, экологи, санэпидемстанции и т. д.

Например, экологи при проверке обнаружили в мусорном контейнере вышедшую из строя лампу дневного света, которую мы были обязаны утилизировать, или пруток на складе металла, который частично лежал на траве. Плати большой штраф или сравнительно небольшую взятку.

Пожарники при проверке нашли кучу недостатков и потребовали штраф 30 тыс. руб. В противном случае обещали составить акт с жуткими последствиями. На вопрос, почему 30 тыс. руб., они ответили, потому что их трое.

Мы, как и десятки тысяч предприятий, имели проблемы, связанные с тем, что уплаченные нами налоги в налоговых инспекциях попадают в «невыясненные платежи» и считаются неуплаченными с последующими пенями, штрафами, безакцептным (т. е. без спроса и ведома предприятия) снятием денег со счетов предприятия и арестом счетов. Во многих случаях это связано с ошибками в указании двадцатизначного Кода бюджетной классификации (КБК), который указывается в платежном поручении для каждого налога (пени, штрафа) одновременно с точным указанием назначения платежа на русском языке. Если КБК нужны Минфину, то почему бы ни поручить указывать эти коды для десятка платежей Федеральному казначейству, в адрес которого и сегодня поступают все налоги, а не заставлять это делать миллионы бухгалтеров.

У нас типичное малое предприятие (15 чел. с годовым объемом производства в 16–18 млн. руб.), но мы работаем по общей системе налогообложения. Упрощенная система налогообложения (УСН) нам не подходит. Наши покупатели – средние и крупные типографии – у неплательщиков НДС продукцию покупать не хотят. Поэтому и другие малые предприятия, поставляющие продукцию для крупных предприятий, как и мы, работают по обычной системе налогообложения.

20 апреля у нас праздник – главный бухгалтер сдала годовой отчет в налоговую инспекцию. Такие праздники мы имеем один раз в квартал. Объем квартального или годового отчета – от 50 до 80 страниц. Чем больше страниц, тем больше вероятность ошибок. Но если в декларации указывать только информацию, относящуюся к исчислению и уплате налогов – налоговую базу, ставку налога, уплачено, задолженность, подлежит к уплате – то отчет по всем налогам умещался бы на одной странице. Проект такой декларации рекомендован в докладе Торгово-промышленной палаты РФ на Налоговом форуме в 2007 г. В Швеции Декларация по налогам на зарплату и НДС также умещается на 1 странице для всех предприятий, независимо от их размера. Мой партнер в Германии, оборот которого в десятки раз больше моего, на мой вопрос о бухгалтерских проблемах сказал, что это его не касается: он сдает первичные документы представителю специальной фирмы, которая и отвечает перед налоговой инспекцией. В Германии один бухгалтер такой фирмы обслуживает до 100 предприятий. То же – в других странах. В России тоже есть фирмы, которые берутся составить налоговый отчет и сдать его в налоговую инспекцию. Но они не могут отвечать за качество первичных документов. А здесь-то и зарыта собака.

Требования к первичным документам таковы, что гарантировать их правильность практически невозможно. Особенно это касается счета-фактуры. Счет-фактура постоянно «совершенствуется» и чем дальше, тем страшнее. Последнее нововведение: в графе 2 указывать полное и краткое наименование организации. Например, мы указывали ООО «Сатурн». Теперь надо, кроме этого, указывать и Общество с ограниченной ответственностью «Сатурн». Мы об этом узнали не сразу, и теперь наши заказчики со всех концов страны звонят нам с просьбой переделать счет-фактуру. И мы понимаем, насколько это серьезно: «неправильная» счет-фактура говорит о «неправильном» возмещении НДС с ответственностью вплоть до уголовной. И таких «примочек» тьма! Наша бухгалтерия работает не на предприятие, а на налоговую инспекцию. Между тем, проблема с НДС надумана. Уже давно налоговыми экспертами было предложено[3] (Абрамов, Кашин, Машков, 2008) за налоговую базу при расчете НДС принимать реальную добавленную стоимость предприятия, равную сумме зарплаты, прибыли, налогов и амортизации. Но это предложение не было принято, как и другие многочисленные предложения по совершенствованию российской налоговой системы.

Известно, что кризис в том и состоит, что продукция предприятий не находит спроса из-за недостатка денег у населения. Не покупают не только книги, газеты, журналы, но и мебель, квартиры, автомобили[4]. Не покупают металл, стройматериалы и т. д. Останавливаются все цепочки. Нет денег – нет и зарплаты. Это справедливо для всех стран с рыночной экономикой. И методы борьбы с кризисом во всех странах примерно одинаковы: поддержка отечественного производителя оптимизацией налогообложения и субсидированием покупателей. Так поступают США, Германия, Китай и др. Например, в США[5] из 787 млрд. долл., выделяемых в рамках плана преодоления кризиса, 36 % составят налоговые сокращения и 64 % – затраты на сохранение и создание 3,5 млн. рабочих мест и дополнительные социальные выплаты. Снижение налогов, позволяющее гражданам больше тратить на товары и услуги, считается в США главным средством оживления производства в период спада. Повышены налоги на богатых: для семей с годовым доходом свыше 250 тыс. долл. или индивидуалов с 200-тысячным заработком налоговая ставка вырастет с 36 до 39,6 %, что принесет в американскую казну дополнительно 310 млрд долл. «Снижение налогов, инвестиции в будущее и серьезная бюджетная политика – все это является для нас единым целым», – заявила канцлер Германии Ангела Меркель[6]. Только опираясь на эти три принципа, по словам Меркель, страна сумеет выбраться из самого тяжелого кризиса за последние 60 лет… Германия жертвует 7 млрд евро на снижение налоговой нагрузки на средний и малый бизнес[7]. Правительство Китая решило снизить налог на автомобили с мотором до 1,6 литра в два раза – с 10 до 5 % стоимости машины. Снижение налогов[8] на малолитражки вызвало двукратный рост продаж!.. В последние годы Китай ведет целенаправленную политику по ограничению и даже отмене возврата НДС за экспорт многих видов продукции.[9] Например, в сентябре 2006 г. ставка возврата экспортного налога для меди и ее сплавов была снижена с 13 до 5 %. Аналогичные правила, действующие с 01.07.2007, касаются 2831 продукта… Благодаря принятым мерам Китай выбрался из кризиса в выигрыше.[10] В марте 2009 г. государственные предприятия Китая продемонстрировали выход на докризисный уровень производства, а их доходы даже превысили прошлогодние показатели. Официальный Пекин ожидает, что в 2009 г. экономика страны вырастет на 6,5 %.

Так борются с кризисом в других странах.

В нашей стране на преодоление кризиса также брошены большие ресурсы: намечено израсходовать около 5 трлн руб., снижена налоговая нагрузка на предприятия и т. д.

Но не всегда принимаемые меры дают ожидаемый эффект. Судите сами. Налог на прибыль снижен с 24 до 20 %, что, по мнению правительства, оставит в распоряжении предприятий 400 млрд. руб. Но ведь в период кризиса прибыли практически нет: объем производства в обрабатывающих отраслях в январе–мае 2009 г. составил 78 % по сравнению с тем же периодом прошлого года. Да и до кризиса рентабельность этих отраслей не превышала 10 %. Другой пример: Минфин дал право отсрочки налоговых платежей предприятиям с задолженностью свыше 10 млрд. руб. За полгода действия этой отсрочки никто ею не воспользовался. И не ясно, для кого это было сделано.

Ничего не даст нашему предприятию и предстоящее повышение годового объема до 60 млн. руб. для возможности работать по упрощенной системе налогообложения. С УСН мы работать не будем. Надо сделать простой налоговую отчетность при обычной системе налогообложения. Причина, по которой этого не делается, одна – полное отсутствие заинтересованности чиновников, которые этим занимаются, но ни за что не отвечают.

Что касается снижения налогов, то и в перспективе нас не ждет ничего хорошего. Для выхода из кризиса Минфин полагает нецелесообразным использовать в ближайшие годы методы налогового регулирования. Эта позиция достаточно четко сформулирована в Основных направлениях налоговой политики (2009). Там сказано: «В ходе обсуждения мер налоговой политики в период экономического кризиса одним из самых актуальных является вопрос о том, насколько меры в области налогового стимулирования экономики способны создать предпосылки для преодоления кризисных явлений. Необходимо ли создавать стимулы для экономического роста с помощью мер налогового стимулирования (т. е. снижения налогов для всей экономики или отдельных ее секторов), либо приоритетными являются меры бюджетной поддержки, а налоговая нагрузка, являющаяся источником ресурсов для бюджетных расходов, должна оставаться неизменной? Различные страны по-разному отвечают на этот вопрос, однако представляется, что подобный выбор в Российской Федерации уже сделан – основной «антикризисный налоговый пакет» был принят в конце 2008 г. В ближайшие годы антикризисные меры будут реализовываться путем осуществления бюджетной политики».

И это очень странно. О несостоятельности такой политики свидетельствуют и российский опыт, и опыт других стран, и здравый смысл. Если бы снизили НДС и ЕСН до 10 % малым обрабатывающим и инновационным предприятиям, то они бы ожили и могли бы выйти из «тени», а потери бюджета при этом не превысили бы 0,1 % ВВП.

И дело, конечно, не только в ставках основных налогов. Российская система налогообложения сложна, запутана и противоречива. Она позволяет легко уклоняться от уплаты налогов и даже провоцирует на это. В десятках изданий можно найти соответствующие инструкции. Многие предприятия в той или иной мере находятся и всегда находились в тени. Одновременно, независимо от уплаты или неуплаты налогов, налоговая инспекция может привлечь к ответственности любого налогоплательщика, например, выразив сомнения в действительности счетов-фактур и в законности возмещения НДС или заподозрив его в «недобросовестности» и в получении «необоснованной налоговой выгоды». Российская налоговая система неудовлетворительно выполняет фискальную функцию и не выполняет стимулирующей, распределительной и социальной функций. Она не способствует развитию производства, росту благосостояния и снижению социального расслоения населения.

В таких условиях промышленность развиваться не может. Она и не развивается.

2. Промышленная политика и налоговое регулирование[11]

Промышленная политика

Политика государства и промышленных корпораций, направленная на рост промышленного производства, обеспечение его эффективности и конкурентоспособности, содействие технико-технологическому процессу[12], называется промышленной. Промышленной политике посвящен ряд базовых работ[13], в которых рассмотрены ее направления и институты, предложены меры по повышению эффективности.

Эксперты считают, что промышленная политика государства должна быть направлена на развитие перспективных отраслей – так называемых «точек роста». Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) и Общероссийская общественная организация «Деловая Россия» предлагают искать «точки роста» на следующих направлениях[14]:

– переработка сырья (нефте- и газохимия, глубокая лесопереработка);

– наукоемкие отрасли и военно-промышленный комплекс, включая авиаракетно-космическую промышленность и судостроение;

– жилищное строительство и жилищно-коммунальное хозяйство, имеющие не только важнейшее социальное значение, но и способные стать мощным локомотивом роста десятков смежных отраслей;

– агропромышленный комплекс (природно-климатические ресурсы России позволяют стране стать мировым лидером в сфере производства зерновых и продукции животноводства);

– развитие транзитного потенциала между Европой и Юго-Восточной Азией, который будет способствовать не только получению дополнительных доходов, но и ускоренному развитию регионов Восточной Сибири и Дальнего Востока.

Самостоятельным направлением является также развитие базовой инфраструктуры.

Промышленная политика, направленная на поддержание и развитие «точек роста», хорошо зарекомендовала себя во многих странах.

Но Россия – не Япония, не Южная Корея и не Германия. В нашей стране ориентация на «точки роста» при проведении государством промышленной политики может не дать ожидаемого эффекта.

Если под особым вниманием государства понимать инвестиции, то можно быть уверенными, что большая часть государственных средств, предназначенных для финансирования тех или иных «точек роста», превратится во взятки и «откаты», будет разворована или неэффективно использована. В результате стоимость любого проекта многократно возрастет, а положительный эффект не будет гарантирован. Общеизвестный пример: в процессе реализации программы «Доступное жилье» стоимость 1 м² жилья возросла в 3–5 раз, и оно стало еще более недоступным для абсолютного большинства населения.

Таких примеров множество. И связано это с такими российскими особенностями, как коррупция, монополизм, засилье бюрократии, несправедливая судебная система, необеспеченность прав собственности, слабые институты гражданского общества. Эти же особенности могут воспрепятствовать достижению желаемого эффекта по направлениям, перечисленным в докладах Общественной палаты Российской Федерации по промышленной политике и инновациям и Комитета по промышленной политике при Совете Федерации Федерального собрания РФ.

«Точки роста», предложенные Центром макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования и «Деловой Россией», представляют направления, развитие которых, безусловно, целесообразно и в которых хотели бы работать многие предприниматели, если бы их туда пустили. Речь идет о нефтепереработке и жилищном строительстве, где реальная прибыль существенно выше, чем в других отраслях.

Представляется, что промышленная политика государства должна состоять в том, чтобы создавать нормальные условия для бизнеса и препятствовать коррупции и монополизму. Возможно, в первую очередь это должно быть сделано для «точек роста», тогда найдутся желающие заниматься и жилищным строительством, и нефтепереработкой, и другими «точками роста».

При обсуждении проблем промышленной политики, как правило, акценты делаются на развитии инновационной сферы – разработке новых технологий, новых материалов, новой техники. Инновации превращаются в самоцель. Вернее было бы ставить вопрос о развитии промышленности с использованием инноваций. Инновации должны быть востребованы, их наличие – условие конкурентоспособности. Если инновации не востребованы народным хозяйством, значит, не актуальны; и об этом следовало бы помнить при разработке промышленной политики.

И еще. Одним из важнейших показателей экономического развития государства является рост инвестиций. Но инвестировать могут лишь те, у кого есть средства. При этом инвестор хочет стать, как правило, если не хозяином, то совладельцем финансируемого им проекта. Малый бизнес такими инвестициями чаще всего не пользуется. Ему для развития нужны легкооформляемые, долгосрочные и неграбительские кредиты. Этого нет. И поэтому он так трудно развивается. В особенности малые промышленные предприятия, доля которых даже в нашем недоразвитом малом бизнесе не превышает 15 %. Поэтому естественное перерастание малого промышленного предприятия в среднее, а среднего в крупное в России происходит не так часто, как хотелось бы.

Вышеупомянутые российские особенности затрудняют рост экономики и борьбу с бедностью. Тем не менее академик В. М. Полтерович утверждает: «широко распространенное мнение о том, что защита прав собственности и обеспечение подходящих "правил игры" являются необходимыми условиями быстрого роста, не подтверждается опытом. Ни одной бедной стране не удавалось добиться высокого качества институтов. Верно, что плохие институты тормозят рост. Однако возможность роста все же сохраняется, и если она реализуется, то совершенствование институтов оказывается более простой задачей»[15]. Приведенный тезис подтвержден в его работах данными статистики и представляется более конструктивным по сравнению с утверждениями о невозможности роста при существующих институтах. Институты институтами, а хорошие меры не помешают.

Об инфляции и монополизме

Выявление реальных причин инфляции и борьба с ней относятся к наиболее важным и сложным задачам, стоящим перед правительством России. Росту инфляции способствуют внешние факторы: мировой финансовый кризис, рост цен на нефть и продовольствие и т. п. Но если поискать, источники проблем можно найти не только за рубежом.

Известно, что инфляция проявляется в первую очередь в росте цен на продукты питания, жилье, коммунальные услуги. В значительной степени ее предопределяет рост цен на продукцию естественных монополий (бензин, газ, электроэнергию, транспорт). Рассмотрим некоторые из этих факторов.

Бензин. Приведу мнение бывшего заместителя министра энергетики РФ, президента Института энергетической политики Владимира Милова[16]:

«В росте цен на бензин виноваты не мировые цены на нефть, а монополии и картели на розничном рынке, где каждая группа торговцев контролирует определенную территорию. В мае 2008 г. средняя розничная цена 92-го бензина была 22 рубля 56 копеек за литр, а средняя оптовая цена, по которой этот бензин продавал нефтеперерабатывающий завод, – 11 рублей 49 копеек. …Тогда бензин ценой 16–17 рублей за литр – это вполне реальное явление для России. Он должен столько стоить. Может, даже меньше. А мы платим 24–25 рублей. Таких различий между оптовыми и розничными ценами нет ни в одной стране мира, нормальная разница для других стран – это 30–40 %, тогда как в России речь идет о почти двукратном увеличении цены. В нашей стране рынок бензина очень криминализован. Там огромная проблема с неучтенным наличным оборотом. Это также связано с постоянной коррупционной составляющей в лице местных региональных чиновников. Учитывая такое положение дел, перед тем как крупные нефтяные компании устремились к международным стандартам прозрачности, они просто «сбросили» криминальную составляющую своего бизнеса "независимым трейдерам", хотя, конечно, по-прежнему находят способы раздела доходов и получения части своей прибыли.

…Анализ ситуации в российских аэропортах показывает: там, где существует больше одной топливозаправочной компании, цены на авиатопливо в среднем примерно на 10–15 % ниже, чем в тех аэропортах, где торжествует монополия.

В России сложилась система картельных альянсов: один аэропорт, одна авиакомпания, один топливозаправщик, и если вы независимая компания и приходите в аэропорт, то встречаетесь с администрацией, которая находится не просто в сговоре, а в одной структуре с авиакомпанией и топливозаправщиком, которому конкуренты не нужны.

Если ликвидировать монополизм в этой сфере, цены на бензин наверняка упадут. Так произошло на рынке сотовой связи, где, благодаря конкуренции, цены, по данным Росстата, снизились на 40 %. Оказывается, в стране цены могут не только расти, накручивая инфляцию, но и снижаться».

Конец цитаты, и добавить здесь нечего…

Жилье. О каком благосостоянии людей может идти речь, если им негде жить? А цены на жилье за последние 4 года выросли в 3–5 раз. По данным Росстата, средняя цена 1 м² на первичном рынке жилья в России в 2007 г. составляла 47,5 тыс. руб.[17] (в Москве в 2008 г. – 153,3 тыс. руб.[18]).

Немногие граждане России могут позволить себе приобрести жилье и с помощью ипотеки. По мнению руководителя Федеральной антимонопольной службы Игоря Артемьева, цена одного квадратного метра жилья завышена не менее чем втрое. И высокие цены на цемент, на которые кивают строители, здесь ни при чем: в общей себестоимости строительства стоимость цемента не превышает 4–5 % и не может быть причиной повышения стоимости жилья. К тому же в 2008 г. цена на цемент в середине сезона упала на 10 %.

Главная причина высоких цен на жилье, как и в случае с бензином, – монополизм и коррупция. И кому, как не правительству, бороться с этим злом?

Продукты питания. За первое полугодие 2008 г. минимальный продуктовый набор подорожал, по официальным данным, на 20,6 %. По мнению директора департамента ФБК Игоря Николаева[19], по итогам года его цена вырастет не менее чем на 30 %. Очевидно, рост цен сильнее всего ударит по наименее обеспеченному населению. Судя по данным Росстата,[20] приведенным в таблице 1, цены на основные продукты питания с июня 2007 г. по июнь 2008 г. росли быстрее, чем среднедушевые денежные доходы населения, которые увеличились за год на 23 % (с 10,196 руб. в 2006 г. до 12,551 руб. в 2007 г.)[21].

Таблица 1. Цены на продукты питания в 2007–2008 гг. (на июнь), руб./кг

Как заявил В. В. Путин, отвечая по «прямой линии» на вопрос жителя Новосибирска: «Россия становится частью мировой экономики, и это влияет на ситуацию на отечественном продовольственном рынке и на цены на продукты питания»[22]. Одновременно премьер-министр указал и на другие причины роста цен. Отвечая на вопрос жителя Воронежской области: «Чем обусловлена огромная разница – в 5 раз, между закупочными ценами и ценами реализации сельхозпродукции?», В. В. Путин заметил, что региональные и муниципальные власти должны «не крышевать перекупщиков, а создавать рыночные условия для их работы… На это нужно обратить внимание губернаторов… С этим непросто бороться, но можно: так называемые перекупщики действуют монопольно, а должно присутствовать рыночное предложение». Еще было сказано, что «в регионах, как правило, в муниципалитетах, эти монополии поддерживают либо считают их своими».

В некоторых регионах наценки на продукцию составляют 10–40 %. И снова монополизм и коррупция – далеко не последние причины роста цен.

Электроэнергия, газ, железнодорожные перевозки. В мае 2008 г. принято правительственное решение одобрить инициативы Минэкономразвития России о дополнительном росте цен и тарифов на продукцию и услуги естественных монополий на перспективу до 2011 г. Правительство планирует к 2011 г. повысить средние цены на электроэнергию в 2,1 раза, на газ – в 2,8 раза, на железнодорожные грузовые перевозки – в 1,5 раза. Даже непосвященному ясно, что таким образом наше правительство программирует инфляцию. Эксперты инициативу Минэкономразвития РФ не одобряют. Например, специалисты Института проблем естественных монополий на основе изучения и анализа положения дел в указанных отраслях считают планируемый рост цен необоснованным, ненужным для отраслей и вредным для российской экономики[23]:

«…Рост цен и тарифов на продукцию и услуги естественных монополий является одним из важнейших факторов инфляции во всех секторах экономики. Общий вклад естественно-монопольного сектора в рост потребительских цен составляет 30–40 % в относительном выражении. Поэтому столь интенсивное повышение цен и тарифов в данных секторах, стимулирующее дополнительные инфляционные ожидания, будет одним из основных препятствий на пути нового правительства в борьбе с инфляцией…

…На фоне увеличения темпов инфляции, начавшегося в середине 2007 г., такой рост тарифов на услуги естественных монополий будет опасен для экономики, так как неминуемо усилит инфляцию и может замедлить темпы роста ВВП…

…Поражает укоренившееся в определенных кругах мнение, что если у нас будут цены, как в Европе, то и жить мы будем, как в Европе. Скорее наоборот – если мы в течение трех лет повысим тарифы до такого уровня, то мы никогда не будем жить, как в Европе. При таком росте тарифов планировать инфляцию ниже 12 % бессмысленно: промышленность либо адекватно повысит цены на свою продукцию (причем, вероятно, сделает это заранее), что обесценит тарифно-привлеченные для реализации инвестиционных проектов средства, либо прекратит свое существование…».

3. Налоговое регулирование – эффективное средство роста производства и борьбы с инфляцией[24]

Инфляция – явление всеобщее, главная ее причина – превышении спроса над предложением. Когда денег много, но нет товаров, растут и цены, и инфляция. Эта проблема решается регулированием спроса (проведением эффективной монетарной и социальной политики) и предложения (стимулированием роста производства продукции, производительности труда и т. п.).

В 2007 г. дополнительный денежный спрос возник благодаря существенному увеличению расходов государства на пенсии, зарплаты бюджетников, оборону, государственные корпорации, строительство дорог и т. п. В результате у значительной части населения появились дополнительные доходы. При этом копить их на депозитах не имело смысла, так как инфляция растет быстрее, чем проценты по вкладам. Деньги вышли на рынок, а объем товаров остался на прежнем уровне.

Но рост инфляции был бы существенно ниже, если бы наша промышленность увеличила производство одежды, обуви, мебели и другого ширпотреба. Поскольку из-за низкой зарплаты люди не хотят работать на предприятиях, выпускающих указанную продукцию, этого не произошло. Повысить же зарплату не представляется возможным, так как вырастет цена и продукция станет неконкурентоспособной рядом с зарубежной контрабандой и контрафактом, то есть ее нельзя будет продать. В 2005 г. контрабандная и контрафактная продукция составляла 62,4 % от общего объема товаров легкой промышленности, купленной населением России[25].

Конкурировать с такой продукцией очень трудно. Чтобы выжить, многим приходится уклоняться от уплаты налогов. Судите сами: сегодня, чтобы выдать работнику на руки 10000 руб., предприниматель должен назначить ему зарплату 11494 руб. и заплатить в бюджет 13 % подоходного налога (1494 руб.), 26 % ЕСН (2988 руб.), страховку от травматизма на производстве в среднем 2 % (230 руб.) и НДС – 18 % от суммы зарплаты и налогов (2648 руб.). Для простоты другие налоги не учитываем. Если налоги не платить, то из того же дохода работнику можно заплатить 17360 руб. (на 73,6 % больше). Не в том ли одна из причин распространенности зарплат в конвертах? Аргумент, что без накопительных отчислений в Пенсионный фонд работник может лишиться небольшой прибавки к пенсии через 20–25 лет, вряд ли убедителен.

Можно, конечно, начать «закручивать гайки», но прежде надо существенно снизить налоги для производителей ширпотреба, чтобы они добровольно могли выйти из тени, так как при «закручивании» пострадают первыми.

К сожалению, денежное регулирование (монетарная политика) – единственное средство, используемое Минфином для управления инфляцией. Что касается налоговой политики, то здесь приоритет отдан решению фискальных проблем.

Росту производства и снижению инфляции способствовало бы существенное снижение налогов на обрабатывающие производства. В частности, целесообразно снизить ставки НДС, ЕСН и налога на прибыль до 10 % для следующих отраслей промышленности[26]:

– легкая и текстильная промышленность;

– издательско-полиграфический комплекс;

– сельскохозяйственное машиностроение;

– машиностроение для перерабатывающих отраслей АПК;

– машиностроение для легкой и полиграфической промышленности;

– производство упаковки, резиновых и пластмассовых изделий, готовых металлических изделий;

– деревообрабатывающая и мебельная промышленность;

– малые научные, проектные и производственные предприятия, не переведенные на упрощенную систему налогообложения.

В перечисленных отраслях работают приблизительно 2 млн 840 тыс. человек со средней зарплатой 10 тыс. руб. Потери от снижения налоговых ставок ЕСН, НДС и налога на прибыль до 10 % не превысят 1 % (или 99 млрд руб.) всех поступлений в бюджеты и фонды, которые в 2007 г. были запланированы в сумме 9,8 трлн руб., или 0,3 % ВВП.

Если это сделать для всех обрабатывающих производств, где, по данным Росстата, работает 11,3 млн чел., первоначальные максимальные потери составят около 4 % бюджетных поступлений, или 1,2 % ВВП. Потери бюджета не так велики, а польза очевидна – выход многих предприятий из «тени», рост производства и увеличение налоговых поступлений.

Борьба с бедностью и экономически неравенством – одно из направлений промышленной политики

В нашей стране расслоение населения по уровню доходов достигло угрожающих размеров. С каждым годом растет так называемый коэффициент фондов (отношение средней заработной платы 10 % занятых с наиболее высокой зарплатой к средней заработной плате 10 % занятых с самой низкой заработной платой)[27]: 2005 г. – 15,2 раза; 2006 г. – 16,0; 2007 г. – 16,8 раза. По мнению экспертов Российской академии наук, ситуация еще хуже: «коэффициент фондов составляет округленно 25 раз. В долгосрочной перспективе следует ориентироваться на достижение значения коэффициента фондов примерно в 6 раз (по странам ОЭСР это максимальное сегодняшнее значение коэффициента фондов)»[28].

О недопустимости столь высокой дифференциации доходов и ее отрицательном влиянии на экономическое развитие страны говорит директор Института социально-экономических проблем народонаселения РАН А. Ю. Шевяков:

«Соответствующая институциональная среда ориентирует и собственников, и предпринимателей, и государство на кратковременные экономические интересы. В такой среде склонность к инновациям резко снижается, а мотивация экономического и социального поведения сводится к форсированию ближайших выгод»[29].

Проблема снижения социального неравенства и нищеты преобладающей части нашего населения может быть в значительной степени решена и методами налогового регулирования. Необходимо модернизировать налог на доходы физических лиц и ликвидировать регрессию единого социального налога. Единая ставка налога на доходы физических лиц в размере 13 % установлена главой 23 «Налог на доходы физических лиц» Налогового кодекса Российской Федерации с 1 января 2001 г. (до этого действовали три ставки, применявшиеся в зависимости от размера совокупного дохода). До самого последнего времени что-то менять Минфин не собирался.

В интервью Российской газете А. Л. Кудрин говорил: «Ставка подоходного налога должна еще длительное время оставаться такой, какая она есть, то есть 13 процентов. Связано это с тем, что у нас еще остается теневая экономика, есть и сокрытие от налогообложения заработной платы, да и само налоговое законодательство не стало стабильным»[30].

Мнение Счетной палаты РФ: «…Единая ставка налога привела к тому, что лица, извлекающие крупные доходы, несут меньшую тяжесть налоговых обязательств, нежели граждане с низкими и средними доходами. Кроме того, плоская шкала подоходного налога вступает в противоречие с регрессивной шкалой единого социального налога… Целесообразно вернуться к прогрессивной шкале налогообложения доходов физических лиц, установить ставки подоходного налога, возлагающие повышенную налоговую нагрузку на крупные доходы»[31].

Мнение Всероссийского центра уровня жизни: «При введении в 2001 г. одного из самых низких в мире уровней налогообложения личных доходов, по ставке, независимой от их размеров, высказывались доводы об ожидаемом расширении налогооблагаемой базы за счет вытаскивания на «свет» денежных доходов состоятельных и богатых налогоплательщиков и, как следствие этого, увеличения доходов казны. Оказалось, что эти доводы не выдерживают испытания практикой. Абсолютный прирост сумм налога произошел, но не в связи с принятием единой ставки. Он обусловлен введением в этот период налогообложения доходов военных, сотрудников милиции и ряда других категорий населения. Что же касается влияния плоской шкалы на легализацию «черных» доходов, то этого не происходит. Те, кто не платил по ставке 60 % в 1992 г., 35 % в 1997–1998 гг., 20–30 % в 1999–2000 гг., не платят со всех сумм доходов и по ставке 13 %. Между тем в других странах состоятельные граждане сполна платят и по более высоким ставкам, достигающим 70 %…»[32].

Россия, похоже, единственная страна с плоским и таким малым налогом. При этом установленный у нас необлагаемый налогом доход 400 руб./мес. в 45(!) раз меньше среднего по Европе. Например, в Германии необлагаемый подоходным налогом ежемесячный доход равен 638 евро, а максимальный налог (42 %) берется с дохода, превышающего 4346 евро.

Совершенствование подоходного налога и связанная с ним реформа оплаты труда – одно из обязательных направлений промышленной политики. При этом, по мнению ученых Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, «необходимой предпосылкой является осознание того, что рыночная реформа заработной платы и сопутствующие ей изменения – это не борьба с бедностью, а борьба за эффективность производства»[33].

Эксперты Всероссийского центра уровня жизни считают, что «ответ на вопрос об истинных причинах введения действующей системы подоходного налога на доходы физических лиц состоит в том, что государство ошибочно предпочло интересы сравнительно небольшой социальной группы россиян, имеющих широкие возможности влияния на политику, экономику и финансы страны, интересам большинства граждан и страны в целом»[34]. С этим мнением трудно не согласиться.

По этой же причине в нашей стране действует и льгота для богатых – регрессия единого социального налога, согласно которой при налоговой базе (годовом доходе физического лица) до 280 тыс. руб. налог уплачивается по полной ставке 26 %, от 280 до 600 тыс. руб. ЕСН – 10 %, а свыше 600 тыс. руб. – 2 %. Чем зарплата больше, тем меньше налог.

Вместе с тем администрирование налогообложения при плоской шкале намного проще, чем при прогрессивной шкале.

В качестве альтернативного варианта можно предложить «плоскую» шкалу подоходного налога со ставкой, например, 20 % с одновременным увеличением необлагаемого налогом дохода до 10 тыс. руб. При такой «плоской» шкале доля налога в доходе не превысит 13 % при зарплате до 28750 руб. в месяц, а при 20000 – доля налога в зарплате составит 10 %. Уменьшение налоговой нагрузки и рост доходов почувствует более 90 % населения России.

Одним из недостатков предлагаемого варианта может стать существенное снижение налоговых поступлений в бюджеты местных властей бедных регионов, для которых именно подоходный налог является бюджетообразующим и формируется в основном за счет налогов с низкооплачиваемых граждан. Если поднять необлагаемый подоходным налогом доход с 400 руб. до 10,0 тыс. руб., большая часть российского населения от налога будет освобождена. Повышение ставки налога до 20 % с высокооплачиваемых граждан в бедных регионах не сможет компенсировать потери, связанные с повышением необлагаемого дохода.

Местные бюджеты и сегодня получают подоходный налог не в полном объеме. Дело в том, что Налоговым кодексом предусмотрены налоговые вычеты, снижающие сумму подоходного налога к уплате. Например, при строительстве или покупке жилья сумма вычета для физического лица составляет 2 млн руб., на каждого ребенка – 1000 руб. ежемесячно и т. д. Дело хорошее, но осуществляется оно за счет местных бюджетов, которые и так сидят без денег.

Одним из способов решения проблемы могла бы стать передача местным бюджетам части налога на добавленную стоимость. Эта мера помогла бы не только компенсировать потери, связанные с предлагаемым реформированием подоходного налога, но и существенно повысила бы заинтересованность местных властей в увеличении добавленной стоимости в регионе и в соответствующем росте производства.

Промышленная политика и местные органы власти

Значительную роль в осуществлении промышленной политики, направленной на рост производства и повышение благосостояния населения, должны играть местные органы власти. Но для этого у них должны быть соответствующие средства, и, что еще более важно, эта задача должна быть перед ними поставлена и подкреплена соответствующими законами, регламентами, процедурами. Кроме того, местные власти должны быть заинтересованы в получении положительных результатов.

Сегодня всего этого почти нет.

Во-первых, нет средств. Доходы консолидированного государственного бюджета распределяются так, что большинство регионов существовать на эти доходы не может и живет, в значительной степени, за счет дотаций, субвенций и субсидий из центра (см. Таблицу 2).

Таблица 2. Распределение доходов между бюджетами в 2006 г., т. р.

Источник: отчет ФНС о поступлениях налогов в 2006 г. и Закон о федеральном бюджете на 2006 г. № 189FФЗ.

Из таблицы 2. видно, что из всех доходов нашего государства (включая налоги, акцизы и таможенные пошлины) в распоряжение местных властей идет всего 4,9 % из 29 %, поступающих в регионы. А 71 % поступает в распоряжение федеральных властей.

Затем значительная часть этих средств снова возвращается в регионы. По-видимому, каждый регион получает дотации в зависимости от потребности и с учетом поведения.

Например, в структуре доходов областного бюджета Псковской области в 2006 г.[35] безвозмездные поступления из центра составляли 44 %. Процент дотаций в Псковской области – не самый большой. Если судить по рейтингу дотационности,[36] составленному Министерством регионального развития, для финансовой помощи из федерального бюджета в 2006 г. есть более важные регионы: например, финансовая помощь в доходах бюджета Республики Дагестан в январе – октябре 2006 г. она составила 79 %, Чеченской Республики – 84 %, Республики Ингушетии – 89 %. Возможно, дотации обеспечивают зависимость местных руководителей от центра. Но одновременно вызывают у них желание от этой зависимости избавиться и лишают стимулов развивать производство в регионе: зачем что-то делать, если деньги дадут и так.

По-видимому, долю консолидированного бюджета России, направляемого в адрес местных бюджетов, надо существенно увеличить. Кроме того, желательно повысить эффективность работы местных органов власти при реализации ими промышленной политики, при развитии малого и среднего производственного бизнеса, обеспечении роста производства промышленной продукции.

Полезными могли бы стать следующие меры, обязательные для исполнения местными органами власти:

– запретить проверяющим организациям (пожарникам, экологам, санэпидемстанции и т. п.) штрафовать предприятия при первичной проверке (при первичном обнаружении нарушения) – ограничиваться выдачей предписаний по устранению нарушений с реальными сроками. Обычно каждая проверка сопровождается штрафами или взятками, а иногда тем и другим. Речь о штрафах может идти лишь при невыполнении предписаний. При этом сумма штрафа должна соизмеряться с тяжестью нарушения. Например, не может быть одинаковым штраф за найденную экологами в мусорном контейнере одну испорченную лампу дневного света и за работу людей в цехе с ядовитыми испарениями без вентиляции;

– организовывать не менее двух раз в год встречи руководителей промышленных предприятий с руководителями региона (района, муниципалитета) и проверяющих органов (налоговой инспекции, службы охраны труда, санэпидемстанции, пожарного и экологического надзора и т. п.) для обсуждения текущих проблем и взаимных претензий;

– руководителям и сотрудникам местных органов власти регулярно посещать предприятия с целью ознакомления с их работой, сбора жалоб на проверяющие организации, выявления проблем, препятствующих росту производства;

– искать «точки роста» среди имеющихся предприятий: анализировать динамику роста производства; выбирать предприятия, обеспечивающие наибольший прирост или имеющие потенциал роста; выявлять факторы, сдерживающие рост производства продукции на конкретных предприятиях; оказывать предприятиям – точкам роста максимальное содействие;

– разработать систему морального поощрения передовых предприятий и их руководителей, а также работников, добившихся успехов на производстве: помещение на «Доску почета», награждение грамотами, представление отличившихся к правительственным наградам, организация конкурсов «лучший по профессии», показ по местному телевидению и т. п. Создавать положительный имидж предпринимателя;

– передавать производственным предприятиям в аренду с правом выкупа производственные помещения, находящиеся в собственности муниципалитетов; строить производственные помещения (с инфраструктурой) с учетом потребностей производственных предприятий, находящихся на территории региона, и предоставлять их в аренду предприятиям также с правом выкупа в счет арендной платы. Аренду с правом выкупа предоставлять предприятиям без права перепродажи и сдачи в аренду третьим лицам и при гарантировании роста производства, численности и зарплаты сотрудников, суммы уплачиваемых налогов и т. п. При невыполнении договорных условий действие договоров прекращать, а помещения изымать;

– финансовую помощь со стороны муниципалитетов направлять исключительно на решение конкретных задач региона (создание инфраструктуры, борьбу с безработицей, нищетой и т. п.) путем целевого кредитования или открытия долгосрочной кредитной линии с низкими процентными ставками. Контролировать целевое и эффективное использование кредитных средств, привлекать к ответственности руководителей или прекращать кредитование за нарушения;

– привлекать промышленные предприятия для выполнения госзаказа (работы по ЖКХ, строительство и т. п.) на конкурсной основе;

– разработать должностные инструкции для сотрудников местных органов, ответственных за рост промышленности. Ежемесячно рассматривать отчеты сотрудников о проделанной работе. Стимулировать деятельность, направленную на рост промышленного производства, увеличение занятости населения, рост средней зарплаты работающих, увеличение налоговых поступлений в муниципальный и государственный бюджеты. Действующий в местных органах (как, впрочем, и в других общественных и государственных организациях) принцип Олимпийских игр: «Главное не результат, а участие» необходимо отменить. Оценивать сотрудников следует по результатам их работы, а невыполняющих плановые задания по обеспечению социально-экономического развития, – увольнять.

4. Кризис и налоги[37]

Налоги на бедных и богатых

Кризис состоит в том, что продукция предприятий не находит спроса из-за недостатка денег у населения. Люди не приобретают книги, газеты, журналы, мебель, квартиры, автомобили. Не покупают металл, стройматериалы и т. д. Нет денег – нет и зарплаты.

Это справедливо для всех стран с рыночной экономикой. И методы борьбы с кризисом везде примерно одинаковы: поддержка отечественного производителя оптимизацией налогообложения и субсидированием покупателей. Например, в США 36 % от 787 млрд дол., выделяемых в рамках плана преодоления кризиса, покроют налоговые сокращения, 64 % составят затраты на сохранение и создание 3,5 млн рабочих мест и дополнительные социальные выплаты. Снижение налогов, позволяющее гражданам больше тратить на товары и услуги, считается в США главным средством оживления производства в период спада. Повышены налоги на богатых: для семей с годовым доходом свыше 250 тыс. дол. или индивидуалов с 200 тысячным заработком налоговая ставка вырастет с 36 % до 39,6 %, что принесет в американскую казну дополнительно 310 млрд дол.

«Снижение налогов, инвестиции в будущее и серьезная бюджетная политика – все это является для нас единым целым», – заявила и канцлер Германии Ангела Меркель в Ахене на мероприятии, посвященном официальному старту предвыборной кампании ХДС на выборах в Европарламент. По мнению А. Меркель, только опираясь на эти три принципа, страна сумеет выбраться из самого тяжелого кризиса за последние 60 лет. Предстоящие выборы, сказала она, являются одновременно и выбором стратегии выхода из кризиса, сообщает Deutsche Welle. Германия жертвует 7 млрд евро на снижение налоговой нагрузки на средний и малый бизнес. Правительство Германии одобрило увеличение субсидий на покупку автомобиля до 5 млрд евро. В рамках программы мер экономического стимулирования владельцы автомобилей, прослуживших более девяти лет, при покупке нового автомобиля получают субсидию в размере 2500 евро, при условии, что они сдают старый автомобиль на утилизацию. Правительство уже приняло запросы на субсидии от покупателей автомобилей на сумму в 3 млрд евро.

Правительство Китая решило снизить налог на автомобили с мотором до 1,6 л в два раза – с 10 % до 5 % от стоимости машины. Снижение налогов на малолитражки вызвало двукратный рост продаж! Правительство Китая приняло постановление о выделении субсидий на покупку новых автомобилей для жителей сельской местности. Как говорится в сообщении министерства финансов страны, фермеры, покупающие новые коммерческие автомобили или микроавтобусы с объемом двигателя менее 1,3 л взамен старой техники, получат дотацию в размере до 731 дол. Помимо этого, в рамках программы «Автомобили для деревни» каждый фермер, избавляющийся от трехколесного мотороллера, получит 300 дол., а от устаревшего грузовика – 450 дол. В последние годы Китай ведет целенаправленную политику по ограничению и даже отмене возврата НДС за экспорт многих видов продукции. Например, в сентябре 2006 г. ставка возврата экспортного налога для меди и ее сплавов была снижена с 13 % до 5 %. Аналогичные правила, действующие с 01.07.2007 г., касаются 2831 товара. Под их действие подпадают многие промежуточные продукты, которые экспортируются из Китая в Европу. В общей сложности налоговые послабления коснутся 3770 видов товаров, что составляет 27,9 % от всего китайского экспорта. Благодаря принятым мерам Китай выходит из кризиса в выигрыше. В марте 2009 г. государственные предприятия Китая достигли докризисного уровня производства, а их доходы даже превысили прошлогодние показатели. Официальный Пекин ожидает, что в 2009 г. экономика страны вырастет на 6,5 %.

А вот что говорил 06.03.2009 г. народу Казахстана в своем Послании президент Н. А. Назарбаев:

«Для сохранения деловой активности в стране мы оказали беспрецедентную финансовую поддержку субъектам малого и среднего бизнеса в объеме 275 млрд тенге (60,8 млрд руб. Численность населения Казахстана – 15,6 млн чел.). Была продолжена работа по решительному сокращению административных барьеров. Введен в действие новый Налоговый кодекс, значительно снизивший ставки по основным налогам. По сравнению с прошлым годом корпоративный подоходный налог (налог на прибыль предприятий) в этом году уже снижен на треть и составляет 20 %, а в 2011 г. составит 15 %. Ставка НДС снижена до 12 %. Вместо регрессивной шкалы ставок социального налога введена единая ставка в размере 11 %. А для предприятий, осуществляющих инвестиции, предусмотрены налоговые преференции. Все это стало одним из важнейших стимулов развития несырьевого сектора экономики, малого и среднего предпринимательства».

Так борются с кризисом в других странах. В нашей стране на преодоление кризиса также брошены большие ресурсы: намечено израсходовать около 5 трлн руб., снижена налоговая нагрузка на предприятия и т. д. Но не всегда принимаемые меры достаточно эффективны.

Судите сами. Налог на прибыль снижен с 24 % до 20 %, что, по мнению правительства РФ, оставит в распоряжении предприятий 400 млрд руб. Но ведь в период кризиса прибыли практически нет: объем производства в обрабатывающих отраслях в январе-мае 2009 г. составил 78 % по сравнению с тем же периодом прошлого года. Да и до кризиса рентабельность этих отраслей не превышала 10 %. Другой пример: Минфин РФ дал право отсрочки налоговых платежей предприятиям с задолженностью свыше 10 млрд руб. За полгода действия этой отсрочки никто ею не воспользовался. И не ясно, для кого это было сделано.

Наше государство пытается решить проблемы, раздавая деньги банкам и отдельным предприятиям. Часть из этих средств доходит до населения, что в какой-то мере увеличивает спрос. Но эффективность такой раздачи не столь высока, как хотелось бы. Продукцию предприятий не покупают, склады затоварены, работы нет, растет нищета. Но деньги осваиваются, при этом значительная их часть уходит за рубеж: за шесть кризисных месяцев отток валюты от частных лиц составил 41,1 млрд дол.[38], что соответствовало бы примерно 1500 руб. в месяц в течение тех же шести месяцев каждому из 140 млн граждан России. При существенном падении спроса на обычные автомобили в России наблюдается рост продаж автомобилей премиум-класса. Например, продажи «хаммеров» выросли на 11 %. Видимо, деньги поступают не тем, кому надо.

В нашей стране расслоение населения по уровню доходов достигло угрожающих размеров. С каждым годом растет так называемый коэффициент фондов (отношение средней заработной платы 10 % занятых с наиболее высокой зарплатой к средней заработной плате 10 % занятых с самой низкой заработной платой): 2005 г. – 15,2; 2006 г. – 16,0; 2007 г. – 16,8 раза[39]. По мнению экспертов Российской академии наук, ситуация еще хуже: «Коэффициент фондов составляет округленно 25 раз…В долгосрочной перспективе следует ориентироваться на достижение значения коэффициента фондов примерно в 6 раз (по странам ОЭСР это максимальное сегодняшнее значение коэффициента фондов)»[40].

Необходимость повышения доходов основной массы населения очевидна. Люди должны иметь возможность покупать товары и, прежде всего, товары отечественные. Для решения этой задачи надо снижать налоги на бедных и увеличивать их на богатых, снижать налоговую нагрузку на предприятия и, в первую очередь, на производителей ширпотреба, субсидировать население при покупке отечественных товаров длительного пользования (автомобилей, жилья).

Налоговое регулирование

Проблемы повышения спроса и снижения социального неравенства и нищеты большей части нашего населения могут быть в значительной степени решены методами налогового регулирования. Думаю, необходимо модернизировать налог на доходы физических лиц и ликвидировать регрессию единого социального налога.

Единая ставка налога на доходы физических лиц в размере 13 % установлена гл. 23 «Налог на доходы физических лиц» Налогового кодекса Российской Федерации с 1 января 2001 г. До этого были три ставки, которые применялись в зависимости от размера совокупного дохода. Ставка 13 % действует и в настоящее время, и что-то менять Минфин РФ не собирается.

Наш подоходный налог со ставкой 13 % независимо от дохода уникален. Россия, похоже, единственная страна с плоским и таким малым налогом. При этом установленный у нас необлагаемый налогом доход 400 руб./мес. в 45 (!) раз меньше среднего по Европе. Например, в Германии необлагаемый подоходным налогом ежемесячный доход равен 638 евро (около 27 тыс. руб.), а максимальный налог (42 %) берется с дохода, превышающего 4346 евро (185 тыс. руб.). Значения наибольшей ставки подоходного налога в странах Европы колеблются от 30 % до 58 %. Естественно, тем, с кого берут такой налог, это не нравится. Многие нам завидуют. Но ни один зарубежный политик не рискует использовать наш опыт. Причина очевидна: такого политика на ближайших выборах ждет неминуемый провал.

Эксперты Всероссийского центра уровня жизни считают, что «ответ на вопрос об истинных причинах введения действующей системы подоходного налога на доходы физических лиц состоит в том, что государство ошибочно предпочло интересы сравнительно небольшой социальной группы россиян, имеющих широкие возможности влияния на политику, экономику и финансы страны, интересам большинства граждан и страны в целом»[41]. С этим мнением нельзя не согласиться.

По этой же причине в России действует и льгота для богатых – регрессия единого социального налога, согласно которой при налоговой базе (годовом доходе физического лица) до 280 тыс. руб. налог уплачивается по полной ставке 26 %, от 280 до 600 тыс. руб. ЕСН – 10 %, а свыше 600 тыс. руб. в год – 2 %. Чем зарплата больше, тем меньше налог.

Разные ставки социальных налогов применяют во многих странах. Например, в Швеции основная ставка ЕСН равна 32,82 %, а для работающих семейных пенсионеров – 24,26 %; для пенсионеров-одиночек – 21,88 %. В Ирландии берут в Фонд медицинского страхования 2 % с годового дохода до 100 тыс. евро и 2,5 % – свыше 100 тыс. В Казахстане с 1 января 2009 г. установлена единая ставка ЕСН – 11 % без регрессии.

Уровень доходов основной массы населения определяет и уровень развития экономики. Забота о равномерном распределении доходов ведёт к общему подъёму экономики, неравенство же в доходах снижает общий уровень спроса и, соответственно, тормозит развитие экономики. Поэтому я считаю, что регрессию ЕСН в России следует отменить, а появившиеся при этом средства – направить на повышение пенсий, зарплат бюджетникам и т. д. В результате возрастет платежеспособный спрос населения. При этом дополнительные средства получат люди, которые потратят деньги в России. Промышленность оживет.

Проблему ухода в «тень» нельзя признать существенной при решении вопроса о введении прогрессивной шкалы подоходного налога и ликвидации регрессии ЕСН. Во-первых, что касается НДФЛ, данные Счетной палаты РФ[42] об опыте применения «плоской» шкалы показали, что введение этой шкалы никак не сказалось на собираемости налога; во-вторых, заработную плату получают, как правило, наемные работники, от которых увод этой зарплаты в «тень» не зависит.

Низкая эффективность борьбы с теневым бизнесом в нашей стране, в основном, обусловлена незаинтересованностью «борцов» в решении этой проблемы. Но есть и объективные факторы: если бороться с неуплатой налогов всерьез, то первыми пострадают те, кого государство хотело бы поддержать, – несырьевое производство, малый и средний бизнес. Возможно, это является одной из причин того, что борьба с теневым бизнесом ведется не очень решительно. Поэтому, прежде чем начинать борьбу, надо отделить тех, кто уклоняется от уплаты налогов, чтобы выжить, от тех, кто руководствуется принципом «зачем платить, если можно не платить».

Сделать это очень просто. Надо лишь снизить до 10 % ЕСН и НДС (с 26 % и 18 % соответственно) на малые обрабатывающие предприятия и на производителей ширпотреба (одежды, обуви, книг, журналов, газет, мебели и т. п.). Расчеты показывают[43], что потери бюджета при этом не превысят 0,3 % ВВП. Если этого не сделать сейчас, то совсем скоро это можно и не делать, так как такие предприятия исчезнут, и мы будем жить за счет нефти (пока не кончится) и импорта. Уже сегодня, например, в Москве доля продукции всех малых предприятий составляет около 17 % в общем объеме производства, при этом доля обрабатывающих предприятий в малом бизнесе равна 5,8 %, или менее 1 % валового регионального продукта. Ширпотреб наша страна тоже почти не производит.

Российская налоговая система

И дело не только в налоговых ставках. Не выдерживает критики российская налоговая система в целом. На первый взгляд она выглядит не хуже зарубежных: средняя налоговая нагрузка на экономику ниже, чем на Западе, число налогов не столь велико и т. д. Некоторые экономисты считают нашу систему вполне современной; по их мнению, надо лишь улучшить налоговое администрирование. Так можно считать, если не вдаваться в детали, в которых и кроются проблемы.

Российская система налогообложения сложна, запутанна и противоречива. Она позволяет легко уклоняться от уплаты налогов и даже провоцирует на это. В десятках изданий можно найти соответствующие инструкции. Многие предприятия в той или иной мере находятся и всегда находились в тени. С другой стороны, независимо от уплаты или неуплаты налогов, налоговая инспекция может привлечь к ответственности любого налогоплательщика, например, выразив сомнения в действительности счетов-фактур и в законности возмещения НДС, или заподозрив его в «недобросовестности» и в получении «необоснованной налоговой выгоды».

Российская налоговая система плохо выполняет фискальную функцию и почти не выполняет стимулирующую, распределительную и социальную функции. Она не способствует развитию производства, росту благосостояния и снижению социального расслоения населения.

Анализом российской налоговой системы и разработкой рекомендаций по ее совершенствованию занимались многие авторы[44]. Эти рекомендации никем не услышаны. К сожалению, в нашей стране реализована не только свобода слова (по меньшей мере, применительно к экономической науке), но и свобода слуха: кого хочу, слышу; кого не хочу, не слышу. Оппонентов не замечают. В публикациях обсуждают работы Рикардо, Лаффера, Шумпетера, Кейнса, Стиглица, Фридмена, Шварца, но никак ни труды ученых соседнего института.

Для выхода из кризиса Минфин РФ полагает нецелесообразным использовать в ближайшие годы методы налогового регулирования. Эта позиция достаточно четко сформулирована Минфином РФ в «Основных направлениях налоговой политики на 2010 год и на плановый период 2011–2012 годов», одобренных правительством РФ 5 мая 2009 г.: «В ходе обсуждения мер налоговой политики в период экономического кризиса одним из самых актуальных является вопрос о том, насколько меры в области налогового стимулирования экономики способны создать предпосылки для преодоления кризисных явлений. Необходимо ли создавать стимулы для экономического роста с помощью мер налогового стимулирования (т. е. снижения налогов для всей экономики или отдельных ее секторов) либо приоритетными являются меры бюджетной поддержки, а налоговая нагрузка, являющаяся источником ресурсов для бюджетных расходов, должна оставаться неизменной? Различные страны по-разному отвечают на этот вопрос, однако представляется, что подобный выбор в Российской Федерации уже сделан – основной “антикризисный налоговый пакет” был принят в конце 2008 года. В ближайшие годы антикризисные меры будут реализовываться путем осуществления бюджетной политики»[45].

Странная политика. О её несостоятельности свидетельствуют российский и зарубежный опыт, а также здравый смысл. Возможно, приверженность к ней связана с тем, что авторы «Основных направлений…» таким инструментом, как налоговое регулирование, не владеют. Ведь чтобы использовать налоговое регулирование в качестве инструмента промышленной политики, надо как минимум разбираться в промышленности: понимать ее нужды, знать, что от чего и в какой степени зависит. В нашей стране проблемы промышленности относятся к компетенции Минпромторга РФ и Минэкономразвития РФ, а налогами занимается Минфин РФ. Возможно, именно здесь кроется главная причина недоразвитости промышленного производства в России. А без использования такого инструмента, как налоговое регулирование, развивать промышленность невозможно. Лучшее, что может ожидать наша страна при такой промышленной политике, это повышения мировых цен на нефть.

Но проблема, и даже беда состоит в том, что Минфин РФ делает все не просто так, а согласно теории. Вот, например, одно из теоретических обоснований нецелесообразности снижения налогов, содержащееся в работе Экономической экспертной группы при Минфине РФ, выполненной в 2004 г.:

«Полученные выводы свидетельствуют, что, вопреки ожиданиям, бизнес не обязательно реагирует на облегчение налогового бремени сокращением уклонения от налогов. Последствия снижения эффективной ставки могут не только не компенсироваться выходом из тени, но и, напротив, бывают усилены дополнительным уходом в нее. Тем самым ставится под сомнение возможность и целесообразность дальнейшего снижения налоговых ставок до тех пор, пока не произойдет реальное расширение налоговой базы за счет радикального сокращения уклонения от налогов»[46].

Поскольку «радикального сокращения уклонения от налогов» не происходит, то и налоги снижать не надо. Кстати, здесь в неявном виде есть еще одна теоретическая установка: снижение или повышение налоговых ставок рассматривается применительно к экономике в целом. Возможность стимулирования отдельных отраслей авторами не рассматривается.

И в этом авторы не одиноки. Вот что говорил по этому вопросу бывший советник президента России А. Н. Илларионов в передаче радиостанции «Эхо Москвы» 20 декабря 2008 г.: «Принцип поддержки какой-либо из отраслей является порочным с самого начала. Потому что если мы начинам поддерживать какую-нибудь отрасль, то возникает вопрос, почему эту отрасль, а не другую. Кто принимает решение, что эта отрасль является правильной, а эта отрасль является неверной? Вот тогда возникает вопрос: почему нужно поддерживать в таком объеме, а не в другом? Почему нужно поддерживать этими инструментами, а не другими? И вы никогда не дадите ответ, логический и справедливый с какой бы то ни было точки зрения. Поэтому экономисты, по крайней мере, те, кого можно назвать экономистами, дали совершенно однозначный ответ. Поддержка каких-либо отраслей экономики – автомобили, машиностроение, текстильная, легкая – является абсолютно неверной, порочной».

Сегодня А. Н. Илларионов находится в оппозиции, но при проведении налоговой политики Минфин РФ продолжает руководствоваться приведенным принципом.

Снижение налогов в кризисный период считают нецелесообразным и ученые Института экономики переходного периода[47]. В кратком изложении суть их позиции состоит в том, что, во-первых, налоговые меры не могут быть эффективны в период кризиса из-за наличия временных лагов, и, во-вторых, снижение налогов на несырьевой сектор в период роста экономики (в период высоких цен на нефть) и явилось одной из причин кризиса в России и нынешних финансовых проблем.

Лично я, как и многие другие, с этим категорически не согласен[48]. Но ведь у нас, как в сказке о голом короле: кто не видит прелестей принятых теорий, тот не компетентен и не соответствует занимаемой должности. Поэтому, в лучшем случае, все молчат или критикуют Минфин РФ, но не теории, которыми он руководствуется.

В других странах на применяемые у нас теории не обращают внимания, и для стимулирования производства и повышения покупательского спроса снижают налоговую нагрузку на предприятия, повышают налоги на богатых, субсидируют покупателей. И, судя по всему, добиваются успеха. Следствие их успеха – повышение цен на нефть. Жаль, что цена нефти за последнее время выросла, ведь радикальное снижение цен на нефть – единственный повод что-то серьезно менять в нашей стране. Видимо, развитие российской промышленности опять будет отложено на неопределенное время.

5. Даешь бензин по 10 рублей за 1 литр!

Бензин опять дорожает. За год цены на него выросли на 11 %. По утверждению экспертов, они будут расти и дальше. Сегодня 1 литр бензина АИ-92 в Москве стоит около 27 руб. (2012 г.).

Между тем, согласно теории межотраслевых балансов, за разработку которой наш бывший соотечественник В. В. Леонтьев получил Нобелевскую премию, и которая используется во всех странах, кроме России, цена 1 литра бензина в России (с учетом доходов населения) не должна превышать 10 рублей. То, что это возможно в принципе, говорит тот факт, что в большинстве нефтедобывающих стран (Ирак, Ливия, Венесуэла, Саудовская Аравия, Туркмения и др.) бензин стоит намного дешевле 10 руб.

Внутрироссийская цена бензина должна определяться себестоимостью его производства. При этом главной составляющей должна быть стоимость сырья. Например, в США удельный вес сырья в цене бензина составляет 73 %, а в России – 6 % при исключительно неэффективном производстве.

Средняя себестоимость российской нефти равна $4,3 за баррель или 81 коп. за 1 литр (если считать $1 = 30 руб., а 1 баррель = 159 литров). Себестоимость 1 литра бензина не должна превышать 1,1 руб. за 1 литр. Нормальная прибыль для сырьевиков не должна превышать 20 %. Тогда себестоимость бензина вместе с прибылью составит 1,33 руб. за 1 литр. Резервы снижения внутрироссийских цен на бензин очевидны.

С учетом сказанного, цена бензина АИ-92, равная 10 руб. за 1 литр, не кажется фантастической.

Решению проблемы могло бы способствовать изменение порядка взаимодействия российского государства с добывающими компаниями. Добычу нефти, газа и др. следует давать компаниям в концессию на конкурсной основе с фиксированной платой за единицу добываемого сырья.

За право работы на таких условиях российские компании ведут борьбу за рубежом. Например, в 2009 году при проведении тендера в Ираке победила заявка «Лукойла» и Statoil (Норвегия), так как консорциум предложил самые выгодные Ираку условия: государство отдает компаниям в качестве вознаграждения 1,15 доллара за каждый добытый баррель, а консорциум обязуется нарастить добычу до 1,8 миллиона баррелей в сутки. В аукционе на месторождение «Бадра» в 2010 году тоже в Ираке победил консорциум во главе с "Газпром нефтью". В таких тендерах принимают участие компании всего мира. Данные контракты предполагают фиксированное вознаграждение за каждый добытый баррель, а нефть остается в собственности государства. Таким образом, нефтяные компании не могут заработать на повышении мировых цен на нефть, но зато заинтересованы в повышении производительности труда и снижении издержек при добыче. При существующем в России положении дел издержки непрерывно растут. Например, с 2001 по 2010 год издержки при добыче газа выросли в 6 раз.

Использование такого порядка было бы очень полезно и для нашей страны. Ведь годовой экспорт российской нефти составляет примерно 250 млн. тонн (около 1,8 млрд. баррелей). При цене нефти 115 и более долларов за баррель и при уплате компаниям за добычу одного барреля 5 долларов, бюджет нашей страны мог бы получить напрямую без волокиты со сбором налогов и акцизов около 200 млрд. долларов или около 6 трлн. руб.

А цену на бензин внутри страны, государство, которому будет принадлежать нефть, могло бы устанавливать, исходя из задач развития нашей страны. И 10 рублей за 1 литр бензина АИ-92 – вполне нормальная и реальная цена.

6. Прогрессивная шкала – необходимое условие развития России

Если посмотреть в «Статистический ежегодник России» за 2011 год, можно увидеть, что численность промышленного персонала нашей страны в 2009 году уменьшилась на 23,6 % по сравнению с 2000 годом. За то же время выпуск подшипников качения (основа машиностроения) и металлорежущих станков в натуральном измерении сократился в пять раз, грузовых автомобилей – в два раза и т. д. Если эти тенденции стабилизируются, то скоро не будет рабочих, которые пока еще ходят на митинги «в поддержку стабильности».

Причин много. Но главная причина – низкий покупательский спрос. Именно он является двигателем рыночной экономики – если продукцию не покупают, ее и не производят.

Здесь тоже много факторов. Но один из важнейших – система налогообложения, главная задача которой перераспределять доходы таким образом, чтобы обеспечивать промышленный рост и решать социальные задачи. Наша налоговая система ограничивается выполнением фискальных функций. Она не только тормозит развитие экономики, но и разрушает ее. Чтобы изменить ситуацию, надо создать новую налоговую систему. Надо перенести тяжесть налогового бремени с производства на потребление (на доходы физических лиц). Эту задачу решает прогрессивная шкала подоходного налога, социальные взносы физических лиц и налог на недвижимость.

Рассмотрим налогообложение личных доходов.

Во всех странах подоходным налогом облагают доходы из всех источников и в любой форме. В нашей стране главный источник информации о доходе – ведомость на зарплату. Реальные доходы, из которых складываются крупные состояния, в ведомостях не показывают, это – дивиденды, проценты, доходы, выводимые за рубеж по фиктивным контрактам, в оплату мифических интеллектуальных услуг, и т. д. Они у нас налогом либо вовсе не облагаются, либо для них придуманы всякие налоговые льготы.

И вот результат: по числу долларовых миллиардеров мы быстро догоняем США, а на душу населения – уже обогнали.

Существует и поддерживается миф, что введение плоской шкалы подоходного налога в 2001 году в размере 13 % позволило увеличить его собираемость и предприниматели вышли из тени. Ничего подобного. Этот миф полностью разоблачают независимые друг от друга исследования Всероссийского центра уровня жизни и Счетной Палаты, выполненные в 2002–2004 годах.

Последнее время вопрос о прогрессивном налоге часто поднимается в прессе и на телевидении. И сторонники, и противники российской «плоской» шкалы, как правило, руководствуются внутренним убеждением или классовым чутьем. При этом речь ведут о справедливости. Между тем, расчеты ученых Российской Академии наук показывают, что если бы в нашей стране была среднеевропейская прогрессивная шкала подоходного налога, то ВВП России был бы на 30–50 процентов выше, чем в реальности. Объяснение – очень простое. Если у большинства населения нет денег, то нет покупательского спроса, и ВВП не растет. А богатые хранят свои средства за рубежом или тратят их там же на недвижимость и предметы роскоши (яхты, футбольные клубы и др.), что также не способствует российскому производству и росту ВВП.

Именно прогрессивная шкала позволяет перераспределять доходы наиболее оптимальным образом и за счет собранных налогов обеспечивать достойные зарплаты бюджетникам: учителям, врачам, работникам культуры, военным и др. Например, в США подоходный доход составляет половину бюджета, а у нас – около 20 %.

Все страны, добившиеся успехов в экономике, а также страны БРИКС (кроме России) применяют прогрессивную шкалу. Плоская шкала хороша там, где нет избыточного неравенства. Применяют ее и там, где власти отдают приоритет интересам богатого меньшинства перед интересами страны и имеют возможность морочить головы своим гражданам. Власти России, по-видимому, тоже догадываются, что прогрессивную шкалу подоходного налога надо вводить. Но примеряют этот налог к своим доходам и решают подождать, пока не клюнет «жареный петух». Пока этот «петух» только просыпается.

Противники прогрессивной шкалы, помимо прочего, говорят, что ее введение угробит средний бизнес. Но ведь это зависит от параметров шкалы. Для начала можно ввести прогрессивную шкалу со щадящими ставками:

– доходы до 15.000 руб. в месяц не облагаются;

– доходы от 15.001 до 250.000 руб. в месяц – 13 %;

– доходы от 250.001 до 1.000.000 руб. в месяц – 30 %;

– доходы свыше 1.000.000 руб. в месяц – 50 %.

Такой щадящей шкалы нет ни в одной стране. Но даже при этой шкале М. Прохорову, заплатившему в бюджет самый большой в России подоходный налог – 15,0 млрд. руб., пришлось бы заплатить 57 млрд. руб. А 200 тысяч российских семей, которые согласно данным Росгосстраха имеют годовой доход свыше 30 млн. руб., платили бы в бюджет не менее 3 трлн. руб. Для справки: в 2011 году был собран подоходный налог в сумме 2,0 трлн. руб. В основном, за счет бедных.

Еще один миф, который нам внушают противники прогрессивной шкалы (как правило, обладатели больших доходов или прикормленные ученые): все уйдут в тень или выведут доходы за рубеж. Во-первых, существенно сократится численность плательщиков подоходного налога и, соответственно, возрастет качество контроля оставшихся. Во-вторых, куда они выведут доходы? Ведь в других странах прогрессивная шкала существует давно. Например, Алишер Усманов и Роман Абрамович входят в тройку самых богатых людей Великобритании. Вряд ли там им позволяют уклоняться от уплаты налогов. А ведь в Англии максимальная ставка – 50 %.

Если ввести предлагаемую шкалу подоходного налога, доходы бюджета существенно возрастут (особенно с учетом реализации рекомендаций по расширению налоговой базы), а увеличение налоговой нагрузки почувствуют не более 1 % работников. Для более половины работников налоговое бремя уменьшится. Согласно Росстату в апреле 2011 года 47,8 % от общей численности работников России получали зарплату ниже 15.400 руб. в месяц, а месячную зарплату свыше 75.000 руб. получали 2,5 %.

До введения прогрессивной шкалы надо уточнить понятия. Дело в том, что в России нет не только прогрессии при налогообложении доходов, но нет и самой базы подоходного налога. Половина российских граждан по своим доходам просто «не доросла» до уровня подоходного налога. Те заработки, что они имеют, едва обеспечивают выживание, и ни в одной развитой стране такие суммы подоходным налогом не облагаются. Величина не облагаемого подоходным налогом дохода в переводе на рубли, например, в Бразилии – 24.648 руб. в мес., в Китае – 15.144 руб., в Индии – 8.277 руб. Это – в бедных странах; в развитых странах необлагаемый подоходным налогом доход еще выше.

Пора понять, прогрессивная шкала подоходного налога при существующем в России социальном расслоении (избыточном неравенстве) – обязательное условие развития экономики.

7. Об экономической политике Правительства

В России новый Президент и новый глава Правительства (2012 г.). Процедурные вопросы решены. Теперь главный вопрос: кто войдет в состав правительства, и что оно будет делать? Судя по последним выступлениям В. В. Путина и Д. А. Медведева, старое правительство работало хорошо и добилось больших успехов. Это настораживает.

Дела в России не так хороши, как хотелось бы. Экономическая и, прежде всего, промышленная политика правительства не выдерживает критики. Эта политика разрушает экономику России. Согласно «Российскому статистическому ежегоднику» за 2011 год, численность персонала, занятого в промышленном производстве, с 2000 по 2009 год сократилась почти на четверть (на 23,6 %). Выпуск продукции в натуральном исчислении тоже упал относительно уровня 2000 г., сохранившегося после «лихих девяностых». Например, подшипников качения и металлорежущих станков в 2009 году было выпущено в пять раз меньше, чем в 2000 году, грузовиков – в два раза меньше и т. д.

Правительство разрабатывает планы, которые не выполняет; и никого за это не наказывают. Например, Федеральной целевой программой (ФЦП) развития гражданской авиации на 2002–2015 годы предусмотрено строительство 2800 самолетов. Теперь об этой ФЦП никто не вспоминает. За пять лет (2005–2009) построено 43 самолета. Вроде и деньги были. Ведь цена нефти выросла с 22 долларов в 2001 году до сегодняшних 110 и более. При этом наша гордость – «Суперджет-100» на 80 % делается за рубежом.

Под разговоры о развитии оборонной промышленности правительство закупает за рубежом 2 авианосца, 100 вертолетов, 1775 бронетранспортеров. Покупает в странах НАТО. А ведь, если верить таким идеологам как М. Леонтьев и М. Шевченко, именно эти страны – почти враги России. Возможно, идеологи горячатся. Но очевидно, указанные закупки не способствуют развитию российского оборонно-промышленного комплекса (ОПК). Технический парк многих предприятий ОПК безнадежно устарел. Прославленные когда-то заводы просто физически не могут выпускать боевую технику новых поколений. Страшно сказать, но Россия сейчас не в состоянии производить артиллерийские стволы того качества, которое было при их выпуске тридцать лет назад. Старые станки изношены, а новых – нет. Не лучше ли было потратить деньги не на закупку вооружения за рубежом, а на техническое перевооружение предприятий, на создание современной электронной базы?

Малый бизнес, в необходимости развития которого нас постоянно убеждают, интенсивно разрушается. Согласно Росстату за два года (2009–2010) число малых предприятий сократилось почти на четверть – прекратили существование более 60 тыс. малых предприятий. Доля продукции малых обрабатывающих предприятий не превышает 1 % ВВП России.

Более четверти экономически активного населения России нигде не числится и не платит налоги – в 2010 году у нас было 5,6 млн. безработных и в разные месяцы от 12 до 15 млн. занятых в неформальном секторе («бомбилы», «челноки», торговцы с рук и др.).

Жизнь стала лучше. Но не для всех. Согласно Росстату в апреле 2011 года 47,8 % от общей численности работников России получали зарплату ниже 15.400 руб. в месяц. За 10 лет потребление наркотиков выросло в 9 раз, а алкоголя – в 1,5 раза. Об успехах в науке и образовании и говорить не приходится. Мы выпали из всех мировых рейтингов.

По мнению научного руководителя Высшей школы экономики Е. Г. Ясина, главной причиной неудач является то, что модернизацию экономики не с того начали: необходимы радикальные институциональные преобразования, в том числе «полноценная политическая демократизация».

И это тоже. Но главная ошибка при проведении модернизации состоит в том, что власти в своей экономической политике руководствуются «либеральными» теориями Высшей школы экономики, Академии народного хозяйства и Института им. Гайдара. Проводником их теорий был А. Л. Кудрин. Его налоговая и финансово-кредитная политика и отсутствие промышленной политики привели почти к полной ликвидации российской промышленности; а применение плоской шкалы подоходного налога – к обнищанию значительной части населения и катастрофическому социальному расслоению. А. Л. Кудрин уже не министр, но дело его живет и многие о нем вздыхают.

Кто-то скажет: дело не в этом, Россию губят повальная коррупция и воровство.

И это тоже. Но ведь это позволяют действующие в нашей стране законы и процедуры. Это – в руках правительства, а также Президента и Государственной Думы.

Сегодня главный источник нашего существования – высокие цены на нефть. К сожалению, все указывает на то, что в ближайшие годы цены не упадут и разрушение экономики продолжится. Потом кончится нефть (или упадут цены) и, если ничего не менять, для нашей страны наступят тяжелые времена. Возможно, тяжелые времена наступят раньше. Чтобы этого не допустить, надо уже сейчас что-то делать.

Меры должны быть конкретными. Такие меры (конструктивная программа) предложены и обоснованы в работе Экспертно-аналитического центра по модернизации и технологическому развитию экономики (ЭАЦ «Модернизация») «Модернизация России: проблемы и пути их решения». Работа выполнена авторским коллективом под руководством академика Российской Академии наук Р. И. Нигматулина. С ней и другими нашими работами можно ознакомиться на сайте Центра. Если кто заинтересуется, наберите в Яндексе ЭАЦ «Модернизация».

8. Залоговые аукционы: есть проблема, есть и решение

Выступая на съезде РСПП, В. В. Путин предложил вместе подумать о том, как закрыть проблемы «нечестной, прямо скажем, приватизации, всяких аукционов».

Почему бы не подумать?

Вспомним, как все начиналось. Практику залоговых аукционов своим указом от 31 августа 1995 года утвердил президент России Борис Ельцин. Основной целью этой меры официально было объявлено пополнение дефицитного федерального бюджета.

Имущество страны заложили за 650 млн. долларов – цифра, не только в 100 раз меньшая реальной стоимости предприятий, но даже суммы их годовой прибыли. Бизнесмены спорить не стали. В ходе двенадцати сделок государство отдало в залог коммерческим банкам контрольные пакеты таких наиболее крупных предприятий, как ЮКОС, «Сибнефть», «Норильский никель», «Сургутнефтегаз», «Лукойл» и Новолипецкий металлургический комбинат.

Можно предположить, что, помимо удовлетворения корыстных интересов конкретных лиц, с помощью залоговых аукционов государство (его руководство) решало проблему перехода от социализма к капитализму, предполагая, что частный собственник будет управлять предприятиями более эффективно. Но этого не произошло. Одна из причин состоит в том, что владение предприятиями, приобретенными в процессе залоговых аукционов, до сих пор не узаконено. Это тормозит их развитие и инвестиции в экономику.

«Залоговые аукционы» официально «разгосударствлением» не считались. И, следовательно, аннулирование их результатов даже самый пристрастный арбитраж вряд ли сочтет «пересмотром итогов приватизации». Участники аукционов это все прекрасно понимают и учитывают: в Россию лучше не вкладывать, т. к. могут отнять. Но первые пять-шесть лет новых собственников никто не трогал. Они расслабились и начали вкладывать средства в развитие российской промышленности. Согласно Росстату в 2003 году рост промышленного производства составил 8,9 %, в 2004–8,3 %. Одновременно до 2004 года объемы добычи нефти росли ежегодно на 7–8 %. Но тут возникло дело «Юкоса». И темпы роста производства снизились вдвое: 2005 год – 4 %, 2006–3,9 %. А рост добычи нефти не превышает 2 %. Теперь в развитие России олигархи вряд ли будут вкладывать свои деньги.

Вопрос необходимо срочно решать. Собственность следует узаконить на приемлемых для России условиях.

Есть несколько вариантов решения проблемы.

Можно ввести компенсационный налог по примеру Англии.

Там дело было так. В июле 1997 года английский парламент установил новый налог – так называемый Windfall Tax. Буквальный перевод с английского звучит как «налог на то, что надуло ветром». Смысл этого мероприятия заключался в следующем: компании, получившие крупную выгоду от приватизации 1980 года, проведенной правительством Тэтчер, уплачивают единовременную сумму, равную 23 % от разницы между стоимостью приватизированного имущества в 1997 году и его продажной ценой в 1980-м. Таким образом, английские «олигархи» были вынуждены поделиться с обществом тем богатством, которое им «надуло ветром».

Применительно к российским реалиям сумма может получиться весьма приличная.

Критики такого решения говорят, что прошло более 15 лет и многие предприятия поменяли собственников, а новые собственники, возможно, заплатили за предприятия столько, сколько они стоят сегодня. Для Англии это не стало препятствием – там компенсационный налог ввели спустя 17 лет. Тем не менее, трудности не исключены.

Если же говорить о добывающих отраслях, то более интересным, представляется другой вариант. Добычу нефти, газа и др. следует сдавать компаниям в концессию на конкурсной основе с фиксированной платой за единицу добываемого сырья. Нефть остается в собственности государства, которое продает ее без офшоров и посредников.

На таких условиях российские компании работают за рубежом и считают это выгодным. Например, в 2009 году при проведении тендера в Ираке победила заявка «Лукойла» и Statoil (Норвегия), так как консорциум предложил самые выгодные Ираку условия: государство отдает компаниям в качестве вознаграждения 1,15 доллара за каждый добытый баррель сверх установленного объема, передаваемого Ираку бесплатно, а консорциум обязуется нарастить добычу до 1,8 миллиона баррелей в сутки.

Таким образом, нефтяные компании не могут заработать на повышении мировых цен на нефть или газ, но зато заинтересованы в снижении издержек при добыче.

Добыча ископаемых по концессионным соглашениям – мировая практика.

Это было бы очень полезно и для нашей страны. Дело в том, что годовой экспорт российской нефти составляет примерно 250 млн. тонн (около 1,8 млрд. баррелей). При цене 110 и более долларов за баррель и при себестоимости добычи одного барреля менее 5 долларов, бюджет нашей страны мог бы получить напрямую без волокиты со сбором налогов и акцизов около 200 млрд. долларов или около 6 трлн. руб. Не так мало.

С подробностями можно ознакомиться в работе Экспертно-аналитического центра по модернизации и технологическому развитию экономики «Модернизация России: проблемы и пути их решения». Работа выполнена авторским коллективом под руководством академика Российской Академии наук Р. И. Нигматулина. С ней и другими нашими работами можно ознакомиться на сайте Центра.

9. Налоговое бремя – тормоз развития производства в России

Российская налоговая система никуда не годится; она разрушает Россию. Справедливости ради, отметим – не только она. Рассмотрим вопрос о налоговом бремени.

В СМИ часто обсуждают проблемы повышения или снижения налогов на бизнес, не уточняя, о каком бизнесе идет речь. Но ведь бизнес бизнесу – рознь. Есть сырьевое производство, торговля и услуги населению, производство ширпотреба, автомобилей и вооружений, финансовые операции, строительство, информационные технологии и т. д. И все они работают в разных условиях. Этот фактор нельзя не учитывать при налогообложении.

Это если руководствоваться здравым смыслом и мировым опытом. Наше правительство и, в частности, Минфин руководствуются либеральными теориями, согласно которым налоги для всех отраслей должны быть одинаковы. Например, по мнению заместителя Министра финансов С. Д. Шаталова, «льготы создают тепличные условия, снижают конкуренцию и мешают модернизации». И правда, весь минфиновский опыт предоставления льгот не дал положительного эффекта. Льготы предоставлялись церкви, спортсменам, инвалидам, отдельным регионам. Ничего, кроме злоупотреблений, льготы не дали. А надо было предоставлять льготы легкой промышленности, машиностроению и другим отраслям, которые мы хотим развивать. Эффект был бы совсем другой.

Люди хотят работать там, где они смогут больше заработать. Того же хотят и инвесторы. В России сегодня можно заработать в сырьевом и финансовом секторах, на госслужбе. На производстве не выгодно работать и не выгодно вкладывать туда средства. Производство в России неконкурентоспособно. Чтобы изменить ситуацию, надо снизить налоги на производство.

На первый взгляд, налоги в нашей стране не велики по сравнению с другими странами. Но на производственный бизнес налоговая нагрузка явно избыточна. Поэтому его у нас так мало. Несырьевые обрабатывающие и инновационные предприятия неконкурентоспособны на рынке труда внутри страны. Они не могут конкурировать с контрабандной и контрафактной продукцией, не облагаемой налогами.

Тяжесть налоговой нагрузки в значительной степени зависит от удельного веса фонда оплаты труда (ФОТ) в продукции. Чем больше доля ФОТ, тем больше нагрузка.

Возьмем, например, предприятие, которое работает на общей системе налогообложения и все доходы тратит на зарплату. Чтобы выдать работнику на руки, например, 10.000 рублей, предприниматель должен назначить ему зарплату 11.494 руб. и заплатить в бюджет в виде налогов на зарплату – подоходный налог 13 % (1.494 руб.), ЕСН 34 % (3.908 руб.), страховку от травматизма на производстве в среднем 2 % (230 руб.) и НДС 18 % от суммы зарплаты и налогов (2.814 руб.). Для простоты другие налоги не учитываем. Если не платить налоги, то из того же дохода можно заплатить работнику 18.446 рублей, т. е. на 84,5 % больше. Не в этом ли одна из причин того, что многие платят и получают зарплату в конвертах? Аргумент, что без накопительных отчислений в пенсионный фонд работник может лишиться небольшой прибавки к пенсии через 20–25 лет, вряд ли на кого-нибудь действует.

Правительство может, конечно, начать «закручивать гайки», но прежде, пусть оно существенно снизит налоги для тех, кто основной доход получает от работы руками и мозгами, чтобы они добровольно могли выйти из тени, так как при «закручивании» пострадают первыми.

Сегодня таких предприятий не так много, и доля собираемых с них налогов в бюджете России ничтожна. Например, если снизить до 10 % НДС, ЕСН и Налог на прибыль для предприятий легкой, текстильной, мебельной и полиграфической промышленности, для предприятий сельскохозяйственного, пищевого и полиграфического машиностроения, а также для предприятий, разрабатывающих информационные технологии, то потери не превысят 1 % от суммы доходов консолидированного бюджета. Критически настроенный читатель воскликнет: не может быть, цифры с потолка, это – популизм! И будет не прав. Очень простые расчеты можно посмотреть в работе «Модернизация России: проблемы и пути их решения» (стр. 413–416) на сайте ЭАЦ «Модернизация» (легко найти в Яндексе).

Необходимо радикально снизить налоги и на малый бизнес. Особенно на обрабатывающие предприятия. По данным Федеральной налоговой службы, доля налогов в консолидированном бюджете России от малых предприятий, работающих по упрощенной системе налогообложения (УСН) и с единым налогом на вмененный доход (ЕНВД), составляет всего 1,31 %. Если учесть, что доля малых обрабатывающих предприятий в малом бизнесе не превышает 10 %, то и доля собираемых с них налогов составит около 0,13 % доходов консолидированного бюджета. Можно предположить, что расходы на администрирование этих налогов превышают собранную сумму. Совсем ничтожными были бы потери бюджета, если для них снизить в два раза налоговую нагрузку. А пока малый бизнес влачит жалкое существование. За два года (2009–2010) число малых предприятий сократилось на четверть. Многие переместились в «неформальный сектор»: стали «бомбилами», «челноками», «халтурщиками», «лотошниками» и др. Согласно Росстату, таких людей у нас в разные месяцы от 12 до 15 млн. Не говоря уже о 5,6 млн. официальных безработных в 2010 году. Таким образом, более четверти экономически активного населения зарабатывают на хлеб, нигде не числясь и не платя налогов. Повышение в 2011 году социальных взносов с 26 % до 34 % удвоило налоговую нагрузку на предприятия с УСН и ЕНВД и ускорило их разрушение. Итоги 2011 года показали, что сумма собранного ЕСН не увеличилась по сравнению с 2010 годом. Интересно, кого наказали за такую ошибку? Правительство признало ошибку и с 2012 года снизило ЕСН до 30 %. Тем не менее, дело идет к тому, что часть населения будет добывать ископаемые, торговать и обслуживать сырьевиков, а остальная часть перейдет в неформальный сектор, сведя контакты с государством до минимума.

Зато, по данным «Деловой России», в России 5 млн. бухгалтеров: 1 бухгалтер на 10 работающих. По этому показателю мы впереди всей планеты. Промышленник К. А. Бабкин рассказывает: на заводе «Ростсельмаш» работают 200 бухгалтеров, а на принадлежащем ему же тракторном заводе в Канаде работают 14 бухгалтеров. Почувствуйте разницу.

Предпринимательский климат пора менять. Для обрабатывающих производств надо создать такие условия, чтобы они могли стать инновационными, и чтобы люди хотели там работать. Под инновационной деятельностью следует понимать не только разработку компьютерных программ и нанотехнологий, но и производство автомобилей на уровне «Тойота», кастрюль и сковородок на уровне «Тефаль», спортивных костюмов и обуви на уровне «Адидас» и т. д. Ведь если у нас не будет таких отраслей как машиностроение, электроника, авиационная, легкая, медицинская и фармакологическая промышленность, то и нанотехнологии никому не будут нужны. Именно для этих отраслей надо делать Россию «офшорной зоной», «налоговой гаванью».

10. Офшоры – угроза национальной безопасности России

Трудно поверить, но почти все, что в прошлые годы было построено нашими отцами и дедами и почти даром досталось новым собственникам, сегодня России не принадлежит. Да и новых хозяев можно лишь условно называть гражданами России. Например, Роман Абрамович и Алишер Усманов входят в тройку самых богатых граждан Великобритании, а Геннадий Тимченко – гражданин Финляндии. О гражданстве других я не знаю.

Как указывает профессор Института ФСБ в Санкт-Петербурге В. А. Демин, Россия – единственная страна, где 90 % крупного «российского» бизнеса и столько же флота с российскими судовладельцами зарегистрированы в офшорах, 80 % сделок по продаже российских ценных бумаг также проводится через эти юрисдикции. Только в 2008 году из страны, таким образом, утекло более $200 млрд., или 6 трлн. рублей. Эта сумма в два раза превышает дефицит бюджета России в 2009 году. Она составляет около половины бюджета 2012 г. За 20 лет из России, в основном через офшоры, вывезено $2 трлн. (при Ельцине в офшоры «утекло» $0,5 трлн., при его преемниках – $1,5 трлн.). Сумма, конечно, астрономическая.

Если бы завтра все офшорные зоны были закрыты, бюджет нашей страны был бы, как минимум, вдвое больше. Кто-то скажет: не может быть. Но при ближайшем рассмотрении увидит, что так оно и есть. Ведь миллиарды от «распилов», «откатов» и «заносов» большей частью идут за рубеж в офшоры. Туда же идут дивиденды, размеры которых, как правило, существенно превышают фонд оплаты труда всех работающих на зарегистрированных за рубежом российских металлургических комбинатах, шахтах и других предприятиях. Примеры см. в таблице 3, составленной по материалам доклада Н. Кричевского «Постпикалевская Россия: новая социально-экономическая реальность».

По данным профильного управления МВД, за полтора года (2010–2011) в офшоры ушло 5 трлн. руб. И это лишь то, что зафиксировано МВД.

Рост бюджетных доходов позволил бы резко понизить разорительный для предприятий НДС, уменьшить тормозящий рост зарплаты размер социальных взносов, на длительный срок решить проблемы Пенсионного фонда. Еще большим был бы экономический эффект.

Таблица 3. Кому принадлежат наши богатства, и кто получает доходы от них

* Кроме ОАО «Распадская»; она принадлежат Кипру на 79,99%

Правительство России достоверно знает, кто и сколько денег вывел в офшоры, поскольку через систему корреспондентских счетов ЦБ РФ подобные операции отслеживает. По данным финансовой разведки, за последнее время доля банковских операций, вызывающих подозрение, выросла с 50 % до 60 % от общего объема валютных операций. При желании и политической воле этот поток можно было бы уменьшить.

Есть лишь одна, хотя и достаточно веская причина, оправдывающая использование офшоров российскими предпринимателями: исключительно плохой предпринимательский климат в нашей стране и, в частности, незащищенность прав собственности.

Поэтому на первом этапе следует запретить пользоваться офшорными схемами чиновникам, а также предприятиям с государственным участием (Газпром, Транснефть и др.) и предприятиям, полученным в результате залоговых аукционов (Норильский никель, Лукойл, Сиданко (теперь ТНК-BP), Сургутнефтегаз, Сибнефть, Новолипецкий металлургический комбинат, Новороссийское морское пароходство (Новошип), АО «Нафта-Москва», АО Мечел, Северо-западное речное пароходство, Мурманское морское пароходство и др.). И этого было бы достаточно, чтобы решить многие социальные проблемы нашей страны.

11. О приватизации и национализации

При существующей в нашей стране экономической и политической системе государственные и приватизированные предприятия одинаково неэффективны.

Главная причина неэффективности госсектора состоит в том, что чиновники, представляющие государство, при управлении госимуществом действуют не во благо страны, а в своекорыстных интересах. Не менее важными факторами являются некомпетентность чиновников и их безответственность.

Государство, являясь собственником имущества около 9 тыс. федеральных государственных унитарных предприятий и акционером около 4 тыс. акционерных обществ, в лице Росимущества так и не смогло грамотно наладить управление пакетами акций. Не умея или не желая обеспечить эффективность госпредприятий, их руководители имеют возможность воровать и пользоваться офшорами.

Этой проблемы коснулся и В. В. Путин, выступая перед энергетиками. Владимир Владимирович своеобразно поздравил руководителей отрасли, обвинив как минимум половину из них в коррупции, сомнительных закупках и выводе средств в офшоры.

Такими же методами действуют многие руководители государственных и частных предприятий во всех отраслях российской экономики.

Например, ОАО «Газпром» продал за 57,5 млрд. рублей крупный пакет акций ОАО «НОВАТЭК» (см. «Новую газету» от 16 января 2012 г.). Но офшорной компании с труднопроизносимым названием Dhignfinolhu Holding Ltd., подконтрольной Геннадию Тимченко, формально он продал не акции, а компанию, ими владевшую, – ZGG Cayman Holding Ltd., зарегистрированную на Каймановых островах. В свою очередь, 100 % акций этой компании владела другая компания с Кайманов – ZGG Cayman Ltd. Ее же владельцем являлась и, вероятно, продолжает являться компания Gazprom Finance B. V., зарегистрированная в Нидерландах. А уже ее акции принадлежат самому ОАО «Газпром». Таким образом, была продана «правнучка» ОАО «Газпром». В том, что акции «всенародного достояния» были проданы в полтора раза дешевле их рыночной стоимости, проверяющие органы криминала не нашли. Но использование Газпромом указанных офшорных «цепочек» никак нельзя объяснить государственными интересами.

А вот пример из деятельности ОАО «Транснефть». Инициированной А. Навальным проверкой установлено, что при строительстве Трубопроводной системы Восточная Сибирь – Тихий океан (ТС ВСТО) стоимость проектно-изыскательских работ завышена более чем в два раза – на 10 млрд. рублей. К тому же, договоры были заключены с фирмами, никогда не занимавшимися подобными работами и не имевшими для этого ни персонала, ни оборудования. А всего, как указано в Акте проверки, при проведении торгов было установлено 674 нарушения.

И такие примеры можно приводить бесконечно.

Единственным экономическим аргументом в пользу национализации остается утверждение, что таким-де образом создаются могучие хозяйствующие субъекты, способные на стратегическое поведение. Но этого нет – нет новых машиностроительных и нефтеперерабатывающих заводов, нет новых технологий.

Не находит подтверждения на практике и тезис о том, что в России приватизированные предприятия работают эффективнее государственных.

Новые хозяева не заинтересованы или не способны развивать предприятия, осуществлять научно-технологический прогресс. Во многих случаях это связано с тем, что новые хозяева крупного бизнеса – не предприниматели, добившиеся успеха собственным трудом и умом, а случайные люди, оказавшиеся в нужное время в нужном месте, или родственники высокопоставленных в данной местности чиновников. Жены-миллиардеры мэра Москвы Ю. М. Лужкова и губернатора Приморского края С. М. Дарькина – тому подтверждение.

Ожидаемого от приватизации повышения результативности производства не произошло. Более того, до сих пор не удалось восстановить дореформенный объем. Объем промышленного производства в 2010 г. составил 83,6 % от уровня 1991 года. Эту цифру может проверить любой желающий, посмотрев на сайт Росстата и умножив индексы роста (падения) производства с 1992 по 2010 год. Ухудшились почти все показатели промышленных предприятий – производительность труда, рентабельность выпускаемой продукции, коэффициент обновления основных фондов, удельный вес инновационно-активных предприятий, доля высокотехнологичной продукции и другие.

Анализ зарубежного опыта показывает, что во всех без исключения странах с развитой рыночной экономикой государство активно участвует в экономике, но не во всей, а только в малоприбыльных отраслях хозяйства в силу того, что они играют важную роль в решении отдельных социально-экономических проблем. У нас же все наоборот.

Предприятия, которые влачат нищенское существование, но при этом являются социально значимыми, не только государству, но и вообще никому не нужны, их никто не хочет поглотить или присоединить к себе. Борьба идет за стабильно и хорошо работающие коллективы, особенно в сырьевых отраслях. Более того, некоторые государственные органы поощряют эту борьбу.

Происходящее в национальной экономике процессы свидетельствуют не о глобальном огосударствлении экономики или ее приватизации, а о том, что в стране осуществляется масштабная смена собственников в корыстных целях, и государство в этом участвует.

В связи со сказанным, торопиться с новой приватизацией или национализацией собственности не следует. Сначала надо навести в нашей стране элементарный порядок.

12. Налоговое регулирование – главный инструмент управления экономикой

В современной налоговой политике России можно выделять сколько угодно «полезного и разумного», но никак нельзя уйти от конечной ее оценки как политики катастрофически вредной по отношению к народу как главному приоритету этой политики.

Российская налоговая система разрушает экономику. Точечные налоговые меры правительства, как правило, пользы не дают. Нужен комплексный подход. Необходимо переносить налоговое бремя с производства на потребление. Надо повышать покупательский спрос населения. Надо упрощать процедуры. Стране нужен новый Налоговый Кодекс.

Пока он не разработан, можно улучшить предпринимательский климат и удвоить бюджет России (конкретные источники дополнительных доходов приведу в другом посте) методами налогового регулирования за счет перераспределения имеющихся ресурсов. Соответственно, можно будет удвоить расходы на оборону, науку, культуру, образование, здравоохранение. Одновременно будет снижено налоговое бремя на производство и начнется экономический рост.

Предлагаем следующие меры («налоговый маневр»):

• по примеру США установить амортизационную премию в размере 100 % для малых предприятий и 50 % – для средних и крупных. Тогда стоимость приобретаемых технологий и оборудования для малых предприятий станет меньше примерно на 20 % (ставка налога на прибыль), а для остальных – на 10 %;

• установить режим, согласно которому расходы предприятий на инновационные цели будут в полной мере вычитаться из сумм начисленного налога на прибыль – автоматически, без каких-либо разрешений и согласований с чиновниками. В свое время применение именно такой меры позволило М. Тэтчер вывести Великобританию из глубокого экономического кризиса;

• до 10 % снизить ставки социальных взносов и налога на прибыль для предприятий, выпускающих продукты и товары для населения, а также для производителей компьютерных программ, электроники и оборудования для сельского хозяйства, пищевой и полиграфической промышленности. Потери не превысят 1 % доходов бюджета России;

• в два раза снизить налоговую нагрузку на предприятия, работающие на специальных налоговых режимах (УСН, ЕНВД, ЕСХН, ЗАТО), налоговые поступления от которых согласно отчетам ФНС не превышают 1,6 % доходов бюджета России. Потери на первом этапе не превысят 0,8 %. Затем сборы будут расти. Сегодня суммы собранных налогов по этим режимам соизмеримы с расходами на их администрирование;

• снизить базовую ставку НДС до 10 %. Для компенсации потерь бюджета ликвидировать хотя бы частично льготы по п.п. 2.12 и 3.3 НК РФ, добавленная стоимость по которым примерно равна налогооблагаемой добавленной стоимости России;

• установить повышенную ставку налогообложения (не менее 30 %) в отношении прибылей, дивидендов, процентов и других доходов, выводимых за рубеж;

• отменить или существенно снизить (например, до 5 %) размеры возмещения НДС для экспортеров сырья и полусырья (как это сделано в Китае). Сегодня возмещение НДС при экспорте превышает 1 трлн. руб.;

• ввести прогрессивную шкалу подоходного налога со следующими ставками (на первый период):

– доходы до 15.000 руб. в месяц не облагается;

– доходы от 15.001 до 250.000 руб. в месяц – 13 %;

– доходы от 250.001 до 1.000.000 руб. в месяц – 30 %;

– доходы свыше 1.000.000 руб. в месяц – 50 %.

Заметим, что такой щадящей шкалы нет ни в одной стране. Но даже при этой шкале М. Д. Прохорову, заплатившему в бюджет самый большой в России подоходный налог – 15,0 млрд. руб., пришлось бы заплатить около 57,0 млрд. руб. В Швеции М. Д. Прохоров заплатил бы 65 млрд. руб., в Дании – 68 млрд. руб.

Пора понять, что прогрессивная шкала подоходного налога при существующем в России социальном расслоении населения не только проблема справедливости, но и обязательное условие развития страны. Это – не мнение и не гипотеза, это – теорема;

• отменить предельную величину годового дохода (512 тыс. руб.), выше которой не берут социальные взносы (ввести «плоскую» шкалу). Эта мера даст бюджету не менее 500 млрд. руб.;

• ввести налог на недвижимость стоимостью свыше $1 млн.; налог этот может быть установлен немедленно, а проблемы кадастрового учета и другие отговорки придуманы, чтобы ничего не менять или отложить изменения на неопределенный срок;

• сократить объем отчета, сдаваемого в налоговую инспекцию, с 40–60 до 1–3 стр.; это – не фантастика: например, в Швеции декларация по НДФЛ, социальному налогу и НДС умещается на одной странице для всех предприятий. Проект формы для России нами разработан;

• для предприятий, выпускающих продукцию, не имеющую льгот по НДС, при начислении НДС за налоговую базу принимать реальную (а не расчетную) добавленную стоимость предприятия за отчетный период, определяемую по данным бухгалтерского учета как сумму зарплаты, налогов, прибыли и амортизации. Это решит проблему возмещений, уплаты НДС с авансов (платить не надо, т. к. авансы не являются добавленной стоимостью), сделает ненужными счета-фактуры, книги покупок и продаж и др.

Обоснование указанных (и других) рекомендаций содержится в работах ЭАЦ «Модернизация»: «Налоговая доктрина. Пути совершенствования налоговой системы Российской Федерации» и «Модернизация России: проблемы и пути их решения». С текстами работ можно ознакомиться на сайте ЭАЦ.

Реализация наших предложений, хотя и не устранит всех проблем, но предпринимательский климат существенно улучшит.

13. О налоговой отчетности и предпринимательском климате

На одном из совещаний В. В. Путин предложил «упрощать процедуры подготовки и подачи отчётных документов, избавлять людей и компании от лишних бумаг, запутанного документооборота, от необходимости держать громоздкие бухгалтерские службы». Он сообщил, что согласно отчёту Всемирного банка, подготовка налоговых документов в России отнимает у налогоплательщиков в 2 раза больше времени, чем в среднем по странам ОЭСР, а по качеству предпринимательского климата Россия находится на 120 месте. Владимир Владимирович поставил задачу переместиться на 100 ступенек вверх – на 20-е место.

Предлагаем конкретные меры по решению этой задачи. Ради справедливости отмечу, что эти меры мы предлагаем уже более десяти лет. Но ситуация меняется и, возможно, кому-то это станет интересно.

Сложность процедур – одна из коренных проблем всех сторон нашей жизни. Очереди к чиновникам, хождение по инстанциям, получение различных справок, оформление большого числа документов для решения малого вопроса сопровождают нашу жизнь от самого рождения и являются одной из причин коррупции: проще дать взятку, чем оформить по закону. И все же процедуры, связанные с исчислением и уплатой налогов и с налоговой отчетностью, следует выделить особо. Ведь ценой ошибки оформления может стать разорение предприятия или уголовное преследование его руководителей и даже рядовых работников бухгалтерии.

«Книга покупок» и «Книга продаж» с троекратной записью каждой продажи, налоговый учет, который надо вести параллельно с бухгалтерским учетом, оформление возмещения НДС – неполный перечень «заморочек» бухгалтера. Отчет в налоговую инспекцию – несколько десятков страниц текста и расчетов. На каждой из этих страниц возможны ошибки с последствиями вплоть до уголовных – сегодня в тюрьмах сидят более 100 тысяч предпринимателей. Многие из них сидят из-за разногласий с налоговой инспекцией в оценке отчетных данных и, в первую очередь, по НДС.

Сегодня в России по разным данным работают от 3,7 млн. до 5,0 млн. бухгалтеров – одна из самых популярных профессий. Большую часть времени они работают не на свое предприятие, а на налоговую инспекцию: выколачивают из поставщиков правильно заполненные счета-фактуры, без которых предприятию не зачтут НДС, готовят документы для встречных проверок, заполняют налоговые декларации и т. д. Известный промышленник К. А. Бабкин рассказывает, что на его заводе «Ростсельмаш» работают 200 бухгалтеров, а на принадлежащем ему же тракторном заводе в Канаде – всего 14 бухгалтеров. Почувствуйте разницу!

Между тем, налоговую отчетность можно существенно упростить и объем декларации (налогового отчета) можно сократить до 1–2 страниц, на которых легко поместятся реквизиты предприятия и налоговой инспекции, налоговые базы, ставки налогов, налоговые вычеты, суммы уплаченных и подлежащих уплате налогов. Проект такой декларации нами разработан. Работа бухгалтера требует специальной подготовки и соответствующей квалификации. Но налоговая отчетность должна быть простой. Например, в Швеции декларация по налогам на зарплату и НДС умещается на 1 странице для всех предприятий, независимо от их размера. О целесообразности сокращения объема налоговых деклараций писали и говорили многие эксперты. Ведь если информацию о предприятии и налогах поместить на одной странице, сразу будет видно – кто есть кто: кто создает добавленную стоимость и дает людям работу, а кто занимается перепродажей и «обналичкой»; кого надо проверять, а кого можно и не проверять. В сегодняшнем отчете ничего не видно. Возможно, это и есть его достоинство. Особенно для тех, кто ловит рыбу в мутной воде.

Задачу можно легко решить, если ее решение поручить тем, кто предлагает это сделать, а не тем, кто уверен, что по-другому не может быть. Подробности см. на стр. 329–337.

14. Особенности российского капитализма

Главной особенностью российского капитализма является то, что он построен коммунистами. Главный строитель – член ЦК КПСС Б. Н. Ельцин, а главный идеолог строительства капитализма – бывший редактор журнала «Коммунист» Е. Т. Гайдар. Их усилиями современный российский капитализм из стадии «капитализма государственного» (каковым он был по существу в советское время, хотя и назывался социализмом), перешел сразу в стадию «капитализма загнивающего», т. е. в стадию империализма.

Ситуация была простой. С одной стороны, в стране не было еды. С другой стороны, вокруг столько богатств, а мы (политическая элита) здесь сидим, как дураки. Оттерли М. С. Горбачева и начали строить капитализм по своему разумению. Как вспоминает Павел Вощанов (пресс-секретарь Б. Ельцина в 1991–1992 г.г.), разумение было одно – хватай, что и сколько можешь. Об идеологии, по его мнению, речь почти не шла. То, что расхватали, на всякий случай (пока не отняли), прятали за рубежом – 90 % крупного бизнеса находится в офшорах и России не принадлежит. Да и новые хозяева бывших наших промышленных гигантов уже не совсем граждане России. Например, Геннадий Тимченко – гражданин Финляндии, а Алишер Усманов и Роман Абрамович входят в тройку самых богатых людей Великобритании. И т. д. К тому же, можно предположить, что наши олигархи напуганы делом Юкоса (того и гляди все отнимут) и уводят свои капиталы, по возможности, за рубеж. Это объясняет многое, но не все.

Объяснить и понять некоторые особенности нашей экономики позволяет теория, разработанная в начале двадцатого века общепризнанным классиком мировой экономики Йозефом Шумпетером («Теория экономического развития», 1912).

Предприниматель по Шумпетеру – главный субъект экономического развития. Именно благодаря его активности осуществляется технический прогресс, «взламывается» стационарная ситуация и экономика получает стимул к развитию. Главными мотивами предпринимательской деятельности становятся саморазвитие личности, успех, радость творчества. Предпринимателем движет жажда деятельности и воля к победе.

Основу существования капитализма Шумпетер видел в частнопредпринимательской системе классического типа, основанной на мелкой и средней собственности.

При накоплении богатства, возникновении корпораций происходит деперсонализация инновационной деятельности, меняется культура и характер мышления. Главными фигурами в деловом мире становятся Менеджеры – управляющие крупных корпораций. Но менеджер обладает совершенно другими чертами, нежели предприниматель, и вместо стремления к нововведениям (в переводе с русского на новорусский нововведения и есть инновации), риску и независимости мы видим осторожность, стремление к продвижению по службе и власти, к согласованности принятия решений на всех уровнях. Да и само поведение менеджера, предполагающее верность, послушание, безотказность не имеет ничего общего с поведением предпринимателя. Исчезает фигура предпринимателя – исчезает и возможность экономического развития. Таково мнение Шумпетера.

В нашей стране предпринимателя душат, а бал правят менеджеры и олигархи. Вспомним, что 300 предприятий, которым Государство решило оказать индивидуальную помощь в рамках антикризисных мер, производят 85 % ВВП России. Это, в значительной степени, объясняет низкие темпы нашего экономического развития и трудности на пути создания инновационной экономики.

Одним из важнейших показателей экономического развития государства является рост инвестиций. Но инвестировать могут лишь те, у кого есть средства. При этом инвестор хочет стать, как правило, если не хозяином, то совладельцем финансируемого им проекта. Малый бизнес такими инвестициями чаще всего не пользуется. Ему для развития нужны легко оформляемые, долгосрочные и неграбительские кредиты. Этого нет. И поэтому он так трудно развивается. Особенно это касается малых обрабатывающих предприятий, доля которых даже в нашем недоразвитом малом бизнесе не превышает 15 %. Поэтому естественное перерастание малого предприятия в среднее, а среднего в крупное в России происходит не так часто, как хотелось бы.

Побочным эффектом этой особенности России является недостаточная компетентность нашей элиты, т. е. тех, кто принимает решения на разных уровнях и в разных отраслях народного хозяйства. Большинство наших крупных промышленников не являются создателями своих производств, а получили их в готовом виде. Для успеха были необходимы ум, сообразительность и стечение обстоятельств. Производственного опыта большинство из них не имело и не имеет. Однако личный финансовый успех дает им уверенность в истинности своего экономического мировоззрения, которое и стало господствующим. Мнения, не попадающие в рамки этого мировоззрения, заведомо считаются ложными. Именно эти люди проводят экономическую политику в нашей стране. Кто сегодня персонально представляет бизнес, а кто сидит в Правительстве, принципиального значения не имеет. В тонкости причин стагнации нашей промышленности не углубляются ни те, ни другие.

И еще. При обсуждении проблем промышленной политики, как правило, акценты делаются на развитии инноваций – разработке новых технологий, новых материалов, новой техники. И это становится самоцелью. Но более верно было бы ставить вопрос о развитии экономики с использованием инноваций. Инновации должны быть востребованы. Наличие инноваций – условие конкурентоспособности. Если они не востребованы народным хозяйством, они перестают быть актуальными.

В России на словах объявлена рыночная экономика западного образца. На деле – мы не дотягиваем ни до западно-европейского налогового социализма (когда не менее 70 % расходов бюджета идет на социальные цели, а семья с двумя детьми в принципе может существовать только на социальные пособия), ни до постиндустриального общества («индустрия» разрушена, но ей на смену пришла доиндустриальная экономика – сырье добываем, но не перерабатываем). Частного капитализма тоже не получается. Наиболее успешные коммерческие структуры – таможня, Центробанк, ЖКХ, ГИБДД, и т. д. Нет уже и государственного капитализма. Его заменил ведомственный протекционизм – госзакупки и госзаказы «от своих» и «для своих» и губернаторское предпринимательство – «чужие здесь не ходят». Остается, таким образом, финансовый капитализм. Но и здесь у нас не все в порядке. Все, что накапливается в России, спешно убегает от рубля и вообще из России, а государство и приближенные к нему «назначенные» и «переназначенные» олигархи в этом бегстве лидируют. Промышленный капитал, созданный трудом народа еще в СССР, не проходя процесс реновации, прогрессивно разрушается и теряет свою производственную и финансовую ценность.

И если обратиться к делам, а не словам, то власть в нашей стране последовательно и целенаправленно разрушает не только основные институты рыночной экономики, но и саму экономику России. Повальная коррупция и воровство ускоряют этот процесс.

15. НДС. Ситуация тяжелая, но есть выход

Непосвященному человеку может показаться, что посчитать добавленную стоимость и налог с нее – задача для младшего школьника: купил за 100 руб., что-то доделал, «наварил» и продал за 150 руб., из них 50 руб. – добавленная стоимость; 18 % от 50 руб. и есть НДС.

Но профессионалы знают, что это далеко не так. Более половины своего времени бухгалтеры тратят на НДС – на выколачивание счетов-фактур от поставщиков, проверку правильности их заполнения, подготовку документов для встречных проверок и т. д. Не зря же на принадлежащем К. А. Бабкину заводе «Ростсельмаш» работают 200 бухгалтеров, а на принадлежащем ему же тракторном заводе в Канаде работают 14 бухгалтеров. А всего в России по данным «Деловой России» работают около 5 млн. бухгалтеров – одна из самых популярных профессий.

Налоговые органы тоже большую часть своего времени тратят на проверку уплаты НДС; в отношении уплаты этого налога проводится более половины встречных проверок.

НДС – наиболее криминальный налог. С одной стороны, он позволяет незаконно возмещать из бюджета значительные средства. По нашим прикидкам незаконно возмещается из бюджета ежегодно не менее 500 млрд. руб. С другой стороны, налоговый инспектор может признать незаконным любое возмещение НДС, выразив сомнение в законности счета-фактуры, полученного предпринимателем от поставщика. Из 100 тыс. предпринимателей, сидящих в тюрьмах, по меньшей мере, половина сидит из-за НДС.

Существующая процедура расчета НДС превратила налог в «глобальную головную боль». Манипуляции со счетами-фактурами или отсутствие счетов-фактур искажают реальную картину. Ситуацию усугубляет наличие разных ставок НДС для разных видов товаров, работ и услуг и разных налогоплательщиков. Те, кто применяет упрощенную систему налогообложения, НДС платить не должны. Основная ставка НДС равна 18 %, но для многих видов продукции (продукции сельхозпроизводителей, некоторых видов продуктов питания, товаров для детей, книг и др.) ставка НДС составляет 10 %, для некоторых – 0 %. Заметим, что недополученная сумма НДС (1,4 трлн. руб.) за товары (работы, услуги), освобожденные от уплаты НДС в соответствии со ст. 149 НК РФ, превысила в 2006 г. сумму НДС за товары (работы, услуги), реализованные в России (924,2 млрд. руб.). В последующие годы соотношения сохранились.

Один из способов снижения остроты проблемы НДС – приведение содержания налога в соответствие с его названием. Он ведь называется налогом на добавленную стоимость, так пусть добавленная стоимость и станет его базой.

Значение добавленной стоимости в составе реализованной продукции следует определять прямым счетом из данных бухгалтерского учета как сумму фонда оплаты труда, прибыли, налогов и амортизации. Новую методику расчета НДС, подлежащего уплате в бюджет, предлагаем применять для товаров (работ, услуг), не имеющих льгот по НДС. Такую продукцию производит большинство платящих НДС предприятий России. Те, кто выпускает продукцию по разным ставкам НДС, должны вести раздельный учет, как это и предписано сегодня НК РФ. При этом счет-фактура остается обязательным первичным документом в соответствии с НК РФ. Но для предприятий, не имеющих льгот по НДС, перестает быть актуальной п. 2 Статьи 169 НК РФ с требованиями к счетам-фактурам. В связи с тем, что счета-фактуры заполняет контрагент, добросовестный налогоплательщик обеспечить эти требования не может, что служит причиной большинства его конфликтов с налоговыми органами. Для тех, кто не будет пользоваться «вычетами» и «возмещениями», эта проблема отпадает. Кроме того, вырастет конкурентоспособность предприятий, работающих на упрощенной системе налогообложения (УСН) и не платящих НДС – покупаемая у них продукция не будет влиять на сумму уплачиваемого налога плательщиком НДС. В настоящее время плательщики НДС избегают что-то покупать у неплательщиков.

Реализация предлагаемого варианта существенно повысит поступления НДС в бюджет, упростит проверку правильности начисления и уплаты налога, исключит проблемы уплаты НДС с авансов (платить не надо, т. к. авансы не являются добавленной стоимостью) и незаконных возмещений, сделает ненужными книги покупок и продаж, встречные проверки, судебные споры по всем этим поводам и т. д.

Если в дополнение к вышесказанному хотя бы для 50 % производителей добавленной стоимости ввести единую ставку НДС 10 %, а остальных 50 % от уплаты НДС освободить, то бюджет ничего не потеряет, а предприятия оживут.

Судите сами.

В 2011 году были собраны следующие налоги: НДФЛ – 2 трлн. руб., налог на прибыль – 2,27 трлн. руб., НДС – 1,75 трлн. руб., остальные налоги и акцизы – 3,7 трлн. руб.

Зная ставки налога на прибыль (20 %) и НДФЛ (13 %), можно определить прибыль (2,27: 0,2 = 11,35 трлн. руб.) и фонд оплаты труда (2 трлн. руб.: 0,13 = 15,38 трлн. руб.). А зная фонд оплаты труда, можно определить ЕСН (с 2012 года 30 %) – 15,38 × 0,3 = 4,62 трлн. руб. (без учета регрессии).

Имея эти данные, можно подсчитать добавленную стоимость (ДС), полученную в России в 2011 году: ДС = 15,38 + 11,35 + 4,62 + 3,7 = 35,05 трлн. руб. Если учесть амортизацию, добавленная стоимость будет еще выше (для справки: фактически в 2011 году НДС в сумме 1,75 трлн. руб. был собран с добавленной стоимости (без учета льгот) 1,75: 0,18 = 9,72 трлн. руб.).

При ставке 18 % с полученной добавленной стоимости при отсутствии льгот могли бы собрать НДС в сумме 35,05 × 0,18 = 6,31 трлн. руб. (вместо 1,75 трлн. руб.), а при ставке НДС 10 % – 3,5 трлн. руб. А если 50 % добавленной стоимости не облагать НДС, то при ставке 10 % будет собрано те же 3,5 × 0,5 = 1,75 трлн. руб.

Почему бы так и не сделать? Помимо прочего, это поможет решить поставленную В. В. Путиным задачу по качеству предпринимательского климата перебраться России со сто двадцатого места на двадцатое.

Не подумайте, что предлагаемая методика – открытие. Уже много лет ее предлагают самые крупные специалисты нашей страны в области налогообложения. Но прежнее правительство в упор ничего не видело и не слышало. Ему и так хорошо жилось.

16. О шансах нового правительства

В. Жириновский, голосуя в 2012 г. за Д. Медведева, привел аналогию со свадьбой. Мол, невесту нельзя оценивать заранее. Пусть молодые поживут, тогда будет видно. А если невеста бесплодна, если она не умеет готовить, если брак заключен не по любви? Тогда как? Если тебе все известно, но ты все же пришел на свадьбу, то сиди и не чирикай. Пей, ешь и кричи «Горько!» – сойдешь за умного.

Меня, например, новое правительство не вдохновляет. Люди там, возможно, хорошие и даже умные, но все указывает на то, что политика правительства не изменится.

Во-первых, министры, которых убрали, переместились ближе к центру принятия решений, в администрацию Президента и Совет безопасности. Вряд ли там они поменяют свои взгляды и квалификацию.

Во-вторых, новые Министры тоже пришли не с улицы. Более того, если бы они критиковали прежнюю политику правительства и предлагали бы что-то свое, вряд ли они стали бы министрами.

Тем не менее, лично я желаю новому правительству успеха и очень хочу, чтобы оно смогло наладить жизнь в нашей стране – возродить промышленность, сделать Россию сильным и уважаемым государством, решить социальные проблемы и т. д.

Не надо быть Вольфом Мессингом, чтобы угадать общее мнение россиян: главная проблема – повальная коррупция и воровство.

На самом деле, проблема коррупции и воровства обусловлена плохими законами и тем, что даже эти плохие законы не исполняются. А это – в руках Президента, правительства и Государственной Думы.

И все же большинство проблем лежит в экономике. Наша экономика неэффективна. Поэтому мало денег в бюджете. А если нет денег, то нет и армии, и науки, и пенсий и т. д.

Поэтому главная задача – повысить эффективность экономики. Судя по всему, решение этой задачи В. В. Путин взял в свои руки, подчинив себе министров экономики, финансов и руководителя Федеральной антимонопольной службы. Дай бог, чтобы результат был положительным.

Главой Министерства экономического развития назначен Андрей Белоусов, – человек не новый, хотя и квалифицированный.

В 2005 году А. Белоусов, будучи руководителем Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) и внештатным советником председателя правительства, в статье «Сырьевая экономика воспроизводит себя» писал:

«В результате негативных изменений капитальных операций негосударственного сектора чистый отток капитала увеличился почти в пять раз – с $1,9 млрд в 2003 году до $9 млрд в 2004 г.». По-видимому, под словами «негативных изменений» имелось в виду дело «Юкоса». А ведь это были только «цветочки».

«Ягодки» таковы: отток капитала из России в 2011 году составил $84,2 млрд, а в январе-марте 2012 года – $35,1 млрд. Если темпы стабилизируются, отток в этом году достигнет $140 млрд, т. е. отток в 73,6 раза превысит то, что было в 2003 году.

А вот что писал А. Белоусов в статье «Бизнес-идея развития» в том же 2005 году: «Падение темпов роста ниже 5 % сделает практически невозможной реструктуризацию сектора социальных услуг. Кризисные процессы в российской экономике будут нарастать и, как показывают расчеты, достигнут пика в конце текущего – начале следующего десятилетия». Похоже, он был прав – «кризисные процессы» нарастают с каждым днем.

ВВП России в 2011 году увеличился лишь на 4,3 % по сравнению с 2010 годом. Но как пишут РИА «Новости», рост экономики РФ в 2011 году превысил последний прогноз Минэкономразвития (МЭР). Как видите, во всем можно найти что-то хорошее – получилось лучше, чем планировало МЭР.

А. Белоусов при этом был не на последних ролях. Согласно Википедии, в 2006–2008 годах он – заместитель Министра экономического развития и торговли, а в 2008–2012 годах – директор департамента экономики и финансов Аппарата Правительства. Видимо, недостаточно быть умным и квалифицированным. Надо быть и принципиальным.

Интересно, что скажет, а главное, что будет делать А. Белоусов, став министром.

Чтобы добиться результата, помимо того, что надо не воровать и не давать воровать своим подчиненным, экономическому блоку правительства надо поменять некоторые экономические воззрения.

Беда в том, что наше прежнее правительство в своих действиях, помимо корыстных соображений, руководствовалось якобы либеральной экономической теорией («плоская» шкала подоходного налога, нецелесообразность налогового стимулирования отдельных отраслей, целесообразность хранить деньги за рубежом и т. д.).

Многие полагают, что правительство не следует рекомендациям экономической науки и не прислушивается к мнению ученых. Это не совсем так. Правительство не прислушивается к рекомендациям ученых ЭАЦ «Модернизация» (www.modern-rf.ru), приведенным в работе «Модернизация России: проблемы и пути их решения», выполненной авторским коллективом под руководством члена президиума РАН академика Р. И. Нигматулина. Я принимал участие в этой работе. Поэтому ее выделяю особо.

Это не значит, что Правительство игнорирует мнения ученых вообще. Созданы такие учебно-научные организации как Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ), Экспертная экономическая группа (ЭЭГ), ЦМАКП, Академия народного хозяйства при Президенте России, Финансовая Академия при Правительстве РФ и др. Из мнений ученых этих организаций правительство выбирает наиболее подходящие для него мнения.

Вот, например, некоторые высказывания Е. Г. Ясина в 2008 году:

«Говорят, я все время критикую правительство, ничего хорошего в его работе не вижу. Но это не так. Я, например, считаю, что политика макроэкономическая весьма успешная. Я полагаю, что колоссальную, полезную работу делает Алексей Леонидович Кудрин, которого все критикуют и ругают за стабфонд, за все остальное. Но он делает, действительно, важную и полезную работу… Никаких очередных реформ в налоговой системе нам не нужно. Сейчас общий уровень налоговой нагрузки составляет 39 процентов. Эта цифра – незапредельная, бизнес ее выдержать может… В России пикового значения достигает корпоративный долг компаний и банков. Где-то около 560 миллиардов долларов, что почти равно нашим золотовалютным резервам. Но, тем не менее, общее настроение такое, что позволяет вице-премьеру, министру финансов Алексею Кудрину сделать заявление: там, на Западе, дела плохи, но Россия будет тихой гаванью…». Конец цитирования.

Мы знаем, что такое «тихая гавань». Как говорится, хоть стой, хоть падай. Полный симбиоз правительственной науки и правительства.

Есть существенные разногласия в научном сообществе и по другим вопросам. Например, Андрей Илларионов утверждает: «Поддержка каких-либо отраслей экономики – автомобили, металлургия, машиностроение, текстильная, легкая – является по существу, абсолютно неверной, порочной».

Сегодня А. Н. Илларионов в оппозиции, но именно эта теория овладела Минфином и стала разрушительной силой. Следование этой теории явилось одной из главных причин развала отечественной промышленности.

К сожалению, разрушающие Россию экономические теории проповедуют люди, уважаемые (в том числе и мною) за либеральные взгляды (Г. Ясин, А. Илларионов, Б. Немцов и др.). Они уверены в истинности своего экономического мировоззрения; другие мнения для них не существуют, и в дискуссии они не вступают.

И это – еще одна российская проблема.

17. Поможем нашему правительству!

На заседании Правительства 21 мая 2012 года Д. А. Медведев назвал семь ключевых дел, которыми Правительство будет заниматься в течение ближайших шести месяцев. К сожалению, из слов Д. А. Медведева не ясно, что же будет делать правительство, и что нас ждет в ближайшем будущем. Видимо, о конкретных мерах нам сообщат позже.

Одно из дел – укрепление связи с общественностью: у правительства теперь будут «экспертные группы» и «общественные советы», которые подскажут правительству верные решения. Для этого дела будет специальный министр. Возможно, теперь будут востребованы и наши наработки. Мы – коллектив ЭАЦ «Модернизация» – ведь тоже общественность. Свои рекомендации мы издали в виде книги «Модернизация России: проблемы и пути их решения» и направили правительству и президенту. Теперь ждем, когда нас позовут для обсуждений и разъяснений. Работа выполнена по инициативе Промышленного союза «Новое содружество» и при участии его экспертов. Авторский коллектив возглавил академик Р. И. Нигматулин. В состав коллектива вошли эксперты Российской Академии наук, Института проблем естественных монополий, ЕврАзЭС, Ассоциации производителей полиграфического оборудования. Сочетание научного подхода и производственного опыта позволило найти эффективные решения многих проблем, стоящих перед нашей страной. Возможно, наши рекомендации заинтересуют руководителей оппозиции. Ведь сегодня, кроме «доколе!» и «долой!», ничего конструктивного. На вопрос «А что вы предлагаете взамен?» ответа пока нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

М. Д. Абрамов, «Виноват не только кризис», опубликовано в журнале Новой экономической ассоциации, № 6, 2009 год,

http://ecsocman.hse.ru/data/2010/04/06/1210129917/NEA3–4_17noyabr_237–241.pdf

С 1991 по 2010 год автор был директором малого машиностроительного предприятия и вице-президентом Ассоциации производителей полиграфического оборудования.

Вернуться

2

Согласно данным Росстата, в январе–апреле 2009 г. в нашей стране выпуск книг составил 61,6 %, газет – 80,3 %, журналов – 71,7 % по сравнению с тем же периодом в 2008 г.

http://www.gks.ru/bgd/free/B04_03/IssWWW.exe/Stg/d02/83.htm

Вернуться

3

Абрамов М. Д., Кашин В. А., Машков С. А., О расчете НДС прямым способом // Налоговые споры: теория и практика. № 2, 2008

Вернуться

4

Согласно Росстату выпуск легковых автомобилей в январе–апреле 2009 г. в нашей стране составил 40 % по сравнению с тем же периодом в 2008.

http://www.gks.ru/bgd/free/B04_03/IssWWW.exe/Stg/d02/83.htm

Вернуться

5

См. http://www.slump.org.ua/good/V-SShA-snizjatsja-nalogi.html, 23.02.2009.

Вернуться

6

См. http://www.gazeta.ru/news/business/2009/05/18/n_1362777.shtml, 18.05.2009.

Вернуться

7

См. http://www.koev.ru, 23.01.09.

Вернуться

8

См. http://china101.ru/?p=146, 22.01.09.

Вернуться

9

См. http://www.metalinfo.ru/ru/news/22722, 2006–2007; http://sibnovosti.ru/articles/62252, 13.11.08.

Вернуться

10

См. http://news.mail.ru/economics/2525759, 20.04.09.

Вернуться

11

Статья опубликована в Журнале «ЭКО», № 1, 2009, стр. 165–173

Вернуться

12

Современный экономический словарь;

http://slovari.yandex.ru/dict/economic/%D0%9F/31?q

Вернуться

13

Например, Доклад Комитета по промышленной политике Совета Федерации Федерального Собрания РФ; Доклад ТПП РФ; Доклад Общественной палаты Российской Федерации по промышленной политике и инновациям.

Вернуться

14

Реализация инновационно-промышленной политики в России: предложения Общероссийской общественной организации «Деловая Россия». М., 2007.

Вернуться

15

Полтерович В. М. Искусство реформ / Лекция, прочитанная 15 июня 2006 г. в клубе-литературном кафе Bilingua в рамках проекта «Публичные лекции «Полит. ру».

Вернуться

16

Милов В. Интервью «Новой газете». 28.07.2008.

Вернуться

17

Росстат, http://www.gks.ru/free_doc/new_site/prices/icpvr_data.htm

Вернуться

18

http://www.kurs.metrinfo.ru/

Вернуться

19

Газета «Ведомости», 15 июля 2008 года.

Вернуться

20

Росстат, http://www.gks.ru/scripts/db_inet/dbinet.cgi?plL1921001

Вернуться

21

Росстат, http://www.gks.ru/bgd/regl/b08_11/IssWWW.exe/Stg/d01/07L01.htm

Вернуться

22

Президент рассказал о причинах роста цен на продукты питания

http://top.rbc.ru/economics/18/10/2007/122854.shtml

Вернуться

23

Экспертное мнение «Института проблем естественных монополий» о решении Правительства РФ по темпам роста тарифов на услуги естественных монополий. 19 мая 2008 года

http://www.ipem.ru/1055

Вернуться

24

Опубликовано в журнале ЭКО № 3, 2009. Стр. 105–113

Вернуться

25

Реус А. Г. (заместитель министра промышленности и энергетики). «О мерах по развитию легкой промышленности» / Доклад на заседании правительства РФ. 2006. Июнь.

Вернуться

26

Более подробно см.: Абрамов М. Д. О зарплате, налогах и экономическом росте // Вопросы экономики. 2008. № 5.

Вернуться

27

Росстат, http://www.gks.ru/bgd/regl/b08_11/IssWWW.exe/Stg/d01/07–01.htm

Вернуться

28

«Долгосрочный прогноз развития экономики России на 2007–2030 гг.». Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 2007.

Вернуться

29

Шевяков А. Ю. Снижение избыточного неравенства и бедности как фактор экономической динамики. Доклад 2005 г. 26 дек.

Вернуться

30

Российская газета. 2006. 8 фев.

http://www.ippnou.ru/article.php?idarticle=002056

Вернуться

31

Аналитическая записка о проблемах налогового, таможенного и бюджетного законодательства Российской Федерации и предложениях по его совершенствованию. Бюллетень Счетной палаты РФ, № 8 (80)/2004.

Вернуться

32

Налогообложение семейного дохода на основе потребительских бюджетов. Всероссийский центр уровня жизни. 2006.

Вернуться

33

«Долгосрочный прогноз развития экономики России на 2007–2030 гг.». Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 2007.

Вернуться

34

Бобков В. Н., Гулюгина А. А., Канаев И. М., Поспелова Е. Б. Налогообложение семейного дохода на основе потребительских бюджетов. Всероссийский центр уровня жизни. 2006.

Вернуться

35

Сайт администрации Псковской области

http://www.pskov.ru/ru/povestka/60

Вернуться

36

Сибирь. Экономика. 2007. 23 янв.

http://tayga.info/documents/2503/

Вернуться

37

публиковано в журнале «ЭКО» № 12, 2009 г., стр. 14–24

Вернуться

38

http://vz.ru/economy/2009/6/1/292807.html

Вернуться

39

http://www.gks.ru/bgd/regl/b08_11/IssWWW.exe/Stg/d01/07701.htm

Вернуться

40

Долгосрочный прогноз развития экономики России на 2007–2030 гг. – М.: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН. 2007.

Вернуться

41

Бобков В. Н., Гулюгина А. А., Канаев И. М., Поспелова Е. Б. Налогообложение семейного дохода на основе потребительских бюджетов. – М.: Всероссийский центр уровня жизни. 2006.

Вернуться

42

Аналитическая записка о проблемах налогового, таможенного и бюджетного законодательства РФ и предложениях по его совершенствованию // Бюллетень Счетной палаты РФ. – 2004. – № 8.

Вернуться

43

Абрамов М. Д. Налоговое регулирование – эффективное средство роста производства и борьбы с инфляцией // ЭКО. – 2009. – № 3. C. 105–115.

Вернуться

44

См., например: Кашин В. А., Паскачев А. Б. Обзор фискальной политики в Российской Федерации и за рубежом в 2004 году. – М.: Изд-во экономико-правовой литературы. 2005; Абрамов М. Д., Кашин В. А. О путях совершенствования налоговой системы // ЭКО. – 2008. – № 10. – С. 173–187.

Вернуться

45

Основные направления налоговой политики Российской Федерации на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов. Одобрены Правительством Российской Федерации 25 мая 2009 г.

Вернуться

46

Васильева А. А., Гурвич Е. Т. Структура российской налоговой системы. – М.: ЭЭГ. 2004.

Вернуться

47

Российская экономика в 2008 году. Тенденции и перспективы – М.: Институт экономики переходного периода

Вернуться

48

Абрамов М. Д. О налогах, зарплате и экономическом росте // Вопросы экономики. – 2008. – № 5.

Вернуться