Юки
У меня на вас совершенно нет времени

Глава 1

Сознание возвращалось неохотно. В груди все сдавило, и легкие горели, как будто я некоторое время не дышала. Тело ломило, а затылок вообще отзывался острой болью, словно по нему нанесли удар каким-то тупым предметом.

«Что происходит?»

Голова раскалывалась, а память никак не хотела возвращаться. Мелькали лишь обрывочные воспоминания, по которым я с трудом поняла хоть что-то из произошедшего.

Вот я иду по какой-то стройке, справа от меня возвышается башня крана, вот обхожу гору насыпанного прямо посреди дороги щебня и подхожу к возведенному трехэтажному зданию, чей фасад густо облеплен строительными лесами.

Следующее воспоминание, как пухлый прораб в белой каске машет мне призывно рукой, и я, крепко зажав под мышкой папку с документами, матерясь и оступаясь на каждом шагу, пробираюсь к нему через кучи строительного мусора.

А потом… Я вижу, как глаза толстяка расширяются от ужаса, и он что-то мне орет, размахивая руками. На инстинктах я поворачиваю голову и словно в замедленной съемке смотрю, как на меня пизанской башней падает целая секция лесов.

Последней мыслью было вроде: «Опять эти гастарбайтеры на анкерах сэкономили».

Значит, мне прилично досталось. Странно, что вообще жива. И почему до сих пор никто не вызвал скорую?

Собрав мысли в кучу, я для начала вспомнила свое имя, а следом по кусочкам начала восстанавливать картину своей жизни.

Что ж, имя свое я вроде помню, уже хорошо. Зовут меня Аня, верней, Шапилова Анна Гавриловна. Что еще… Не так давно отпраздновала свое тридцатилетие, но семьей до сих пор не обзавелась – живу одна в просторной двушке, доставшейся мне от бабушки. Мать с сестрой жили в другом городе, и виделись мы с ними редко, предпочитая общаться по телефону.

Так уж получилось, что карьера заменила мне личную жизнь, и, дослужившись до начальницы строительного департамента в крупной строительной фирме, я делила свою жилплощадь только с аквариумными рыбками, да и те регулярно дохли из-за недостаточной заботы о них. Мне все казалось, что у меня полно времени, и все успеется, а редкие встречи с очередным ухажером однажды перерастут во что-то большее. Но, видимо, кто-то свыше решил дать мне ускоряющего пинка, ведь именно в таких случаях и начинаешь переосмысливать свою жизнь.

Собравшись с духом, я с трудом разлепила веки. Проморгавшись и отогнав мельтешащие темные пятна, попыталась приподняться и оглядеться, но очередной приступ боли заставил меня крепко зажмуриться и откинуться обратно. А следом вернулся слух – только сейчас поняла, что до этого меня окружала полная тишина.

– Леська, ну же, вставай, ты чего?! – испуганно причитала рядом со мной незнакомая мне девчонка. – Хватит меня пугать! Я ведь подумала, что ты уже умерла…

Тут она замолчала и начала всхлипывать, а я подумала, что теперь вообще ничего не понимаю. Пора подниматься и выяснять, что случилось и кто во всем виноват.

«Вот же уроды, даже в больницу меня не отправили, – я начинала потихоньку закипать. – И где этот чертов прораб?»

Я снова открыла глаза. Зрение постепенно возвращалось, картинка становилась все четче, но от увиденного легче не стало. Над головой выкрашенный белой краской потолок, облицованные плиткой стены, все это было похоже на обычный санузел. По полу несло сквозняком, и тело уже начала пробирать дрожь.

«Что-то мне все это не нравится, – подумала я. – Какие-то нехорошие ассоциации… Потеря сознания, туалет… Где я вообще, черт возьми?!»

Скрипя от боли, я потихоньку перекатилась на бок и, ухватившись за стенку, попыталась встать хотя бы на четвереньки.

– Давай помогу! – взывавшая к какой-то Леське девушка перестала, наконец, реветь и, подскочив, подхватила меня под руки.

Толку от ее помощи было немного, только со второй попытки я смогла подняться на ноги. Меня знатно шатало, к горлу подкатывалась тошнота, да и тело слушалось с трудом, я едва могла стоять.

– Попить есть? – прохрипела я пересохшим горлом, надеясь, что мне сейчас не предложат водички из-под крана. Доверия к водопроводной воде у меня никогда особого не было.

– Да, конечно! – подружка бросилась к своей сумочке, что небрежно валялась на раковине возле зеркала.

Вот только ей пришлось отпустить меня, и мои колени тут же подкосились. Вцепившись в край раковины, как в спасательный круг, я все же смогла устоять и не распластаться на полу.

Девушка ойкнула и, подхватив сумку, кинулась обратно.

– Прости, прости, – виновато затараторила она, снова хватая меня за руки, да так, что я невольно скривилась.

– Воды, – напомнила я, прерывая готовые вырваться наружу очередные извинения.

Напившись, почувствовала себя немного лучше и смогла, наконец, осмотреться. Местный туалет с рядами кабинок и раковинами вдоль стен ничем не отличался от множества своих собратьев, разве что здесь было на удивление чисто. В голову начала лезть всякая ерунда о том, каким образом меня сюда занесло, и почему эта странная незнакомка принимает меня за другого человека.

Правдивых версий этого у меня не было, на ум приходила только всякая ерунда про пришельцев и правительственный заговор. Соображала я сейчас с трудом, и все переживания и волнения как-то сами отступили на второй план. Плюнув на свое богатое воображение, решила, что разберусь по ходу действия. С такими мыслями я потянулась к крану, чтобы освежиться, и на автомате бросила взгляд в зеркало.

– Чего?! – я испуганно отпрянула назад и чуть снова не упала, увидев в отражении совсем не то, что ожидала.

Та, что привиделась мне в зеркале, была совершенно на меня не похожа, еще и моложе лет на десять. Вытянув вперед руку, я ошарашенно уставилась на бледную маленькую ладошку, никогда не знавшую тяжелого труда, и ухоженные ногти. Черная прядь, выпавшая из собранных в хвост волос, порадовала меня своим цветом, которого у меня отродясь не было. Да и одежда на мне странная, похожа на школьную форму: блузка, пиджак, юбка, туфли на ногах.

Я что – школьница? Это что, сон? Или я в больнице, и впала в кому? И все мне это просто кажется?

Как и полагается в таких случаях, я от души ущипнула себя за руку и тут же тихо выругалась. Больно было по-настоящему. Накатило осознание того, что я все-таки попала. В чужое тело, а возможно и в другой мир, что означало только одно – настоящая «я» умерла.

Прислонившись к стене, я сползла вниз, закрыв лицо руками, тихо застонала. Теперь-то меня накрыло по полной программе.

– Что такое? Тебе снова плохо? – девчонка присела рядом со мной на корточки и зачем-то потрогала лоб.

Чувствовалось, что она искренне переживает за меня, и мне стало как-то неловко за свое поведение.

– Все нормально, – дрожащим голосом ответила я, хотя ни черта нормального сейчас не происходило. – Просто голова болит, наверное, сильно ударилась.

Тут мне в голову пришла «гениальная» идея, навеянная опять же обстоятельствами, в которых я оказалась.

– Знаешь… Похоже, у меня проблемы с памятью после этого. Я даже имя твое не помню. В голове все смешалось, – я развела руками и тяжело вздохнула, наблюдая за реакцией своей нынешней подружки.

– Ой, какой кошмар! Довел все же тебя этот Меньшиков. Я ведь говорила, надо было сразу к ректору идти. Но ты не захотела его вмешивать, и вот к чему все привело…

– Подожди, – поморщившись, перебила я этот поток словоблудия, – какой еще Меньшиков? Кто это вообще такой?

– Ты и его не помнишь?! – вскочив на ноги, девушка всплеснула руками. – Да что ж это творится то…

– Не помню, – честно ответила я, пытаясь справиться с приступом дурноты.

– Да, да, конечно, я все тебе расскажу… – торопливо закивала девчонка. – Мое имя Нина, я твоя лучшая подруга, а тебя зовут Олеся, или просто Леся.

– Ну, свое-то имя я не забыла, – я слабо усмехнулась.

Ты, подруженция, так голосила, что трудно было его не услышать.

– Это хорошо, что ты его помнишь, – обрадовалась Нина. – А что еще ты хочешь узнать? Что-то не знаю, с чего начать.

– Начни сначала, а там разберемся, – я уселась поудобней и прикрыла глаза.

Головная боль слегка утихла, но слабость не отпускала и все так же подташнивало. Пусть я не до конца осознала все происходящее, но несмотря на это, информация лишней не будет.

Она начала свой рассказ, и мои глаза постепенно становились все круглей от услышанного. Периодически я прерывала ее, задавая нужные мне вопросы и направляя сбивчивую, эмоциональную речь в нужное русло. По выхваченным из рассказа деталям я узнавала об этом мире все больше интересного.

Оказывается, здесь есть магия! В этой реальности, и конкретно в Российской империи, где мы сейчас находились. Похоже, в этой стране нет, и никогда не было ни демократии, ни президентов, а заправляют здесь всем аристократы. Судя по всему, век и год тут примерно тот же, какой был в моем мире, когда я сюда попала.

Олеся и Нина учились в университете (уже лучше, чем школа!), предназначенном исключительно для аристократической братии. Обучали тут как магов, так и лишенных какого-либо дара, или просто «лишенцев», как их тут принято называть. Сама Олеся, в теле которой я очутилась, тоже происходила из знатной семьи Бестужевых (ну хоть не простолюдинка, и то хорошо), не очень богатой, но принадлежащей к древнему роду. И потому девушка была бы завидной невестой, если бы не отсутствие магии.

Бестужевой и ее подруге не так давно исполнилось по восемнадцать, так что они могли считаться вполне взрослыми. Учились они на первом курсе, поступив сюда вместе всего лишь полгода назад, и сразу как-то сдружившись. Это рыжеволосое и конопатое чудо, наверное, трудно было не заметить, тем более что они попали с ней в одну группу.

Да уж, повезло, так повезло. Умереть в самом расцвете сил и попасть именно в это тело. Олеся была болезной и слабой девочкой, лишенной какой-либо магии, а потому была не способна постоять за себя. И это в мире, где аристократы отнюдь не белые и пушистые, а владение магией является основным показателем силы.

Ненавижу быть слабой. В моей жизни хватало ситуаций, когда я чувствовала себя совершенно беспомощной, как физически, так и в плане уверенности в себе, и это всегда меня ужасно злило. Наверное, только из-за этого в свое время как одержимая начала пробовать все, что могло сделать меня сильнее. Пара лет метаний от рукопашного боя до стрелкового клуба, бега трусцой по утрам и волейбольной секции окончились в качалке. Почему-то именно «железо» пришлось мне по душе больше всего. Нет, конечно, я не стремилась стать похожей на тех накаченных-перекаченных девиц, коих хватало в нашем тренажерном зале, но уверенности в себе у меня прибавилось ощутимо. Уже через год я стала практически другим человеком, дела пошли в гору, на работе все наладилось, и я даже стала строить какие-то планы.

Планы, ага… Попаданка гребаная. Говорили мне, меньше надо читать всякую фантастику, вот и допрыгалась. Теперь на своей шкуре испытаю, каково это.

Одна надежда, раз тут есть магия, может, и способ вернуться найдется. Хотя куда там возвращаться, меня той кучей металла наверняка так расплющило, что я вернуться смогу только в качестве зомби. Мда, нехило так помятого зомби… Ладно, соберись, тряпка, сопли будешь размазывать потом, когда разберешься с текущими проблемами. И не в такие переплеты попадали.

Пока я слушала Нину, мое самочувствие превратилось из откровенно хренового в более-менее нормальное. Пытаясь переварить вываленную на меня информацию, уже самостоятельно поднявшись, я снова подалась к раковине, чтобы привести себя в порядок.

Расправив, как могла, помявшуюся форму и, подтерев потекшую тушь, я обернулась и посмотрела на Нину. Та все это время молча наблюдала за моими действиями.

– А где моя сумка? – поинтересовалась я у подруги, спохватившись вдруг, что у меня с собой не оказалось никаких вещей.

– Ты ее в аудитории оставила, – печально поведала мне Нина. – Мы думали быстро сбегать в туалет на перемене, но тут появился этот мерзавец, и вот теперь мы тут сидим, ждем следующей перемены.

Того мерзавца, про которого говорила девушка, звали Владом Меньшиковым. И эти полгода он просто не давал ей прохода, пытаясь добиться девушки, не гнушаясь при этом самых грязных способов. От него-то она и пряталась в туалете, как делала все это время вместе со своей подругой. В этот раз он довел ее своими нападками до такой степени, что слабое сердце девушки просто не выдержало. Со слов Нины, стоило им с Олесей забежать внутрь, как та вдруг рухнула без сознания. Наверное, как раз в этот момент моя душа пролетала мимо, можно сказать, мне повезло…

– Понятно, – ответила я ей, постепенно закипая от злости на незнакомого пока мне аристократа, по чьей вине погибла молодая девчонка.

Да, я выжила за ее счет, но этот козел все равно заслуживает наказания. И я не собираюсь тут торчать до перемены, дрожа от страха за свою невинность.

«Прости, Олеся, но теперь я буду заботиться о твоем теле. Пусть только попробует снова подкатить ко мне свои я… Кхм, короче, еще раз полезет – недосчитается одной, самой важной для него части тела».

– Леся, ты что, собралась выйти? – растерянно проговорила девушка, увидев, что я направляюсь к двери. – Но до конца пары далеко! В коридоре сейчас только Влад со своей свитой, и никто не сможет за нас заступиться!

–Ничего, своих подчиненных смогла построить, уж с каким-то мелким гаденышем и подавно справлюсь, – пробурчала я себе под нос, берясь за дверную ручку.

Решив кое-что уточнить, я снова повернулась в сторону Нины, которая так и стояла, как вкопанная посреди туалета, не понимая, что я задумала.

– Скажи, – я сделала паузу, размышляя над своими дальнейшими действиями, – драки в школе запрещены? Или просто не одобряются? И еще, можно ли использовать магию против других студентов? Что за это будет?

– Что? – подруга недоуменно заморгала, похоже, у нее случился когнитивный диссонанс в моем лице.

– Ну, так что, – терпеливо повторила я, ожидая, пока она «отвиснет».

– Ээ… – пробормотала она, – подраться-то тут любят. Но, по-моему, руководству университета без разницы, пока никто не пострадал серьезно. Ну а магию можно использовать только в специальных аудиториях и на учебных полигонах. Наказание суровое, вплоть до отчисления, правда, это не всех останавливает.

– Понятно, – довольно кивнула я и открыла дверь.

Глава 2

Коридор университета для аристократов не поражал воображение своим внешним видом. Ни тебе лепнины на потолке, ни дорогих гобеленов по стенам, обычный евроремонт и такая же, как в туалете, почти стерильная чистота. В коридоре было пусто, как и сказала Нина, сейчас шла пара, и студенты томились в аудиториях.

– О, никак, наша принцессочка, наконец, набралась храбрости и решила выйти? – мерзкий голос прозвучал совсем рядом, и мне стоило больших усилий не вздрогнуть.

Нет, кажется, не все студенты добросовестно просиживают штаны на уроках и грызут гранит науки. И, похоже, бывшая хозяйка тела просто до ужаса боится обладателя этого голоса, это на уровне рефлексов.

Сделав глубокий вдох, чтобы унять участившееся сердцебиение, я повернулась к говорившему. Белобрысый парень, в брюках и небрежно расстегнутой на несколько пуговиц рубашке, перекинув пиджак через плечо, стоял у стены, облокотясь на нее спиной. Весь вид Меньшикова был призван говорить о том, какой он неотразимый, и как повезет той, на кого он обратит свое внимание.

Рядом с ним терлись прихлебатели мажора – пара пацанов помладше, с виду такие же типичные представители «золотой» молодежи.

Влад Меньшиков был родом из семьи чуть похуже, зато он был магом, как и его отец, а уж амбиции у главы их семейства были королевскими. Не так давно у Бестужевых появилось одно прибыльное дело, на которое они установили практически монополию, и их позиции в кругах аристократов резко выросли. Как я поняла из сбивчивых объяснений Нины, Меньшиковы тоже положили глаз на этот бизнес, но Бестужевы их нагло опередили.

Понятно, что они воспылали к конкурентам самой черной завистью, но поделать ничего не могли. А потому сделали ход конем: чтобы отжать у них этот бизнес, или хотя бы поучаствовать в дележке прибыли, они решили породниться с Бестужевыми и сосватать своего наследника за старшую дочь семьи своих неприятелей. Но, у той был жених, и они переключили свое внимание на младшенькую. Конечно, истинных причин этого никто не озвучивал, свое решение глава Меньшиковых объяснял лишь желанием примириться и установить добрососедские отношения.

Бестужев-старший не был дураком, прекрасно понимая, что стоит за этим предложением и, пусть и в мягкой форме, но все же отказал ему, не желая своей дочери подобной судьбы.

И потому Меньшиков-младший делал все в попытке соблазнить неискушенную в подобных игрищах девушку, постоянно твердя, что кроме него она никому не нужна. Домогаясь ее, он не гнушался ничем. Однажды, затащив Олесю в пустую аудиторию, он решил взять ее силой, чтобы потом было проще предъявить на нее свои права. И только бдительность Нины спасла Олесю от страшной участи. С тех пор она стала бояться его как огня.

– Что-то ты бледная совсем! – с фальшивым сочувствием протянул Влад. – Наверное, редко бываешь на свежем воздухе. Ну, так вечно же торчишь в туалете. Может, у тебя проблемы с пищеварением?

Он гадко хохотнул, довольный собой, и его «свита» тоже захихикала, смеясь над словами своего вожака.

«Стая гиен, право слово. Прямо кулаки чешутся припечатать им в морду».

Приняв невозмутимый вид, я схватила за руку робко выглядывающую из-за двери туалета Нину и силком потащила ту за собой, намереваясь обойти эту аристократическую гоп-компанию. Еще теплилась надежда избежать конфликта, уж очень мне не хотелось начинать свою жизнь в этом мире с подобных разборок, и наживать себе врага. Но мои призывы к высшим силам остались неуслышанными. Впрочем, я не была удивлена. Подобные типы, как этот Влад, почуяв в противнике жертву, не отстанут, пока не добьются своего.

С выражением вселенской скорби на лице, Меньшиков-младший шагнул ко мне, перекрывая мне один из путей отступления. Его друзья заходили с другой стороны, чтобы я не смогла сбежать в том направлении.

– Куда же ты? – притворно вздохнул мой преследователь. – Неужели ты снова оставишь меня одного? Ты пойми, Олесенька, я ведь о тебе забочусь. Кто же еще, кроме меня, согласится взять в жены «лишенку»? А будешь послушной девочкой, я так и быть, позволю тебе…

– А не пойти бы тебе нахрен, дружочек? – спокойно заявила я, прерывая его влажные мечты.

– Что ты сказала?! – ошарашенно переспросил он.

– Повторяю для особо тупых, заткнись и уйди с дороги, придурок.

Аристократик покраснел и открыл рот, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.

Не дожидаясь его ответных действий, я быстро подошла к нему вплотную и нанесла короткий удар в пах. Влад тут же с громким стоном сложился пополам, превратившись из уверенного в себе парня в жалкое существо, вся жизнь которого – боль.

Получилось не так сильно, как хотелось, но я-то привыкла рассчитывать на свое «прошлое» тело, а это вон сразу повело от такого, самого простого приемчика. Но, в принципе, этому уроду и так хватило. М-да уж, первым делом нужно будет заняться своим физическим развитием. Сразу, как разберусь с основными проблемами.

С трудом удержавшись, чтобы не добавить своему обидчику, пока он беспомощно валяется у меня в ногах, я склонилась над его ухом и прошептала так, чтобы услышал только он:

– Слушай сюда, козел. Как раньше больше не будет. Считай, что я теперь другой человек. И если ты еще хоть раз подойдешь ко мне, я больше сдерживаться не буду, и твой отец навсегда лишится возможности иметь внуков. Надеюсь, ты меня услышал.

Мысленно сплюнув, потому как воспитание не позволяло сделать это вживую, я отвернулась от поверженного противника и нашла взглядом Нину. Она стояла как вкопанная ровно там, где я ее оставила, и на ней просто не было лица.

«Да уж, выдержки мне точно не хватает. Впрочем, он сам напросился. Только теперь, поди, объясни девчонке, что не так с ее подругой».

Позади нее, в похожем состоянии, остолбеневшие от происходящего, замерли дружки Влада. Они даже не попытались кинуться своему главарю на помощь, настолько их поразило увиденное.

Подхватив девочку под локоть, я буром поперла на пацанов, скорчив самую угрожающую физиономию, и те невольно расступились, дав нам пройти. Находясь в полной прострации, Нина покорно пошла за мной, не делая попыток вырваться.

Не знаю, чем я думала, когда оставляла за спиной своего новообретенного врага. Возможно, не ожидала, что он так быстро оправится от моего удара, а может, мне в голову не могло прийти, что он настолько разозлится и наплюет на все запреты. Но когда я ощутила холодок между лопаток, а на лицах стоящих по бокам парней прочитала смесь ужаса со злорадством, мне стало ясно, что моя жизнь в этом мире скоро может закончиться, едва начавшись.

Резко оттолкнув Нину от себя, я крутанулась на месте, собираясь встретить опасность лицом к лицу. В мою сторону летел огненный сгусток, больше похожий на плазму, чем на классический фаербол, какие любят описывать в книгах. Наверное, после столкновения с ним я не выживу: сомневаюсь, что у обычной «лишенки» есть защита от огненных заклинаний. Уклониться я при всем желании не успевала, а потому, крепко зажмурив глаза, с безумством храбрых шагнула навстречу своей очередной смерти. Страха почему-то не было, как и остальных эмоций, в голове царила звенящая пустота.

Секунда, другая прошли, а до сих пор жива, и даже не сгорела. Удивленная, я открыла глаза. Мое удивление переросло в шок, а челюсть отпала чуть ли не до груди.

«Похоже, я все-таки сплю. Или нет, я попала в дурку и меня накачали всякой дрянью, отчего крыша поехала окончательно. Да, точно…»

То, что я сейчас наблюдала, больше походило на спецэффекты из какого-нибудь фантастического триллера. Потому что мир вокруг меня вдруг замер, время остановило свой бег, и я могла детально разглядеть некоторые вещи, которые обычно не успеваешь заметить. Например, пылинки, застывшие в луче света, или замершая в падении Нина, чье тело сейчас, попирая законы физики, зависло над полом под углом в сорок пять градусов. Ошеломленная, я нерешительно сделала маленький шаг вперед, подходя ближе к зависшему в воздухе огненному шару, и завороженно коснулась одного языка пламени, что как протуберанцы, во множестве покрывали шарик, превращая его в подобие маленького солнца.

– Ай, жжется! – я отдернула руку и начала усиленно дуть на обожженное место, ругая себя на все лады за глупость.

Ведь огонь запросто мог перекинуться на меня, и я бы уже полыхала, как спичка. Но, наверное, этот эффект остановки времени действовал и на магическое пламя, а потому все обошлось.

Боль привела меня в чувство, и я обратила внимание на другие, не менее важные вещи. С опаской обойдя «солнышко», я направилась к своему недругу, чье лицо искажала гримаса ненависти, а сам он тянул в мои сторону руки, как будто хотел схватить. Подойдя к нему, я остановилась в раздумье.

–Ну и что же мне с тобой делать? – задала я вопрос в пустоту. – Убивать я тебя, конечно, не стану, хоть ты и пытался это сделать со мной. Но, и оставить все, как есть, не могу, иначе ты вообще почувствуешь себя безнаказанным.

Я вздохнула и, не дав себе времени передумать, обыскала карманы Меньшикова. Нашла я немного, пластиковую банковскую карту, пару купюр местных денег, крупного номинала, и всякую неинтересную мне мелочевку. Сложив все, кроме купюр, назад, я брезгливо вытерла о форму руки.

Нет, все не то. Надо найти что-то, что важно для него. Чтоб и такого мерзавца проняло.

Без особого интереса скользнув взглядом по фигуре парня, за отворотом расстегнутой рубашки я уловила блеск и заинтересованно подалась вперед. На шее Влада висел на цепочке золотой медальон, достаточно дорогой на вид, инкрустированный сверкающими камнями.

– Ну что ж, может эта вещица дорога для тебя.

Расстегнув цепочку, я аккуратно сняла ее, и спрятала к себе в карман, стараясь не прикасаться к оголенной шее противника больше нужного. И все равно захотелось вдруг руки с мылом вымыть.

– Так, ну и что теперь? Как снова запустить время?

Я отчего-то была уверена что все эти трюки со временем, это моих рук дело. Правда, я понятия не имела, магия ли это или какая-то сверхспособность, которой наградили меня неведомые силы. Но не думаю, что светить подобным талантом перед всеми будет разумно. Кто знает, как тут относятся к таким, как я.

Потому возвращаемся на место, только немного в сторону отойдем, чтобы нас не зажарило, но и чтоб не бросалось в глаза. И начинаем думать, как сделать, чтобы мир снова ожил.

Время отмерло само буквально через пару секунд, я так и не успела ничего придумать. Огненный шар, загудев, снова полетел в мою сторону, и я на инстинктах отклонилась, хоть он и летел намного левее.

«Прям, Матрица какая-то… А я гребаный, мать его, Нео… Тьфу, Тринити».

Хотелось истерически рассмеяться, но разом накатившаяся слабость и ускользающее во тьму сознание не дали мне этого сделать. Последнее, что я услышала, был чей-то гневный крик.

***

Пришла я в себя в местном медпункте. Как ни странно, теперь у меня ничего не болело, только в сон тянуло немного. Белые стены, белый потолок, кровати в ряд, сама я лежу, укрытая простыней, на одной из них. Возле меня, нервно переминаясь с ноги на ногу, моя новая подружка. Увидав, что я очнулась, она что-то выкрикнула и выбежала в дверь палаты. Наверное, за врачом побежала, решила я, и снова закрыла глаза.

– Госпожа Бестужева, как вы себя чувствуете? Вам лучше? – услышала я спустя некоторое время чей-то обеспокоенный мужской голос.

"Это он ко мне, что ли обращается? Госпожа… Ну, хоть не миледи".

Я снова нехотя открыла глаза и увидела у своей постели типичного такого доктора Айболита в белом халате и шапочке на голове, даже бородка и усы у него имелись.

– Да вроде все хорошо, доктор, – прислушавшись к себе, удивленно отозвалась я.

– Вот и славно, – радостно потер ручки «Айболит», – а то я начал переживать. У вас были проблемы с сердцем, еще я обнаружил небольшое сотрясение, пара ушибов и ожог на руке. Сотрясение и остальное я вылечил, сердце, как мог, подлатал, так что какое-то время оно не будет вас беспокоить. Но я бы советовал вам поберечься от стрессов, совсем вы не бережете себя, милочка.

Он укоризненно покачал головой, на что я лишь виновато улыбнулась.

– А как я вообще сюда попала? Кто-то принес меня? Последнее, что помню, как кто-то кричал.

– Вас сюда принес школьный охранник. Говорит, вы пострадали в результате несчастного случая. Обо всем уже доложили ректору, и как только я решу, что вам можно вставать, он будет ждать вас у себя в кабинете.

– Вот, значит как? – недобро усмехнулась я, догадываясь, откуда растут ноги у этой версии событий.

«Интересно только, кто кого покрывает. Ну, ничего, выйду отсюда, устрою несчастный случай кое-кому».

Зачем-то оглянувшись по сторонам, врач приблизился и зашептал:

– Вы должны узнать еще кое-что. Если говорить начистоту, у вас было магическое истощение. И это странно, по моим данным вы лишены магии, но все симптомы и проведенная мной диагностика говорят об обратном. Ничего не хотите мне рассказать?

– Нет, доктор, я и сама мало что понимаю, – уклончиво ответила я ему.

– Ну, возможно, возможно… – с сомнением в голосе протянул местный эскулап. – Обычно магический дар просыпается еще в раннем возрасте, но в редких случаях бывало, что инициация происходила намного позже. Это удивительный случай! Не могли бы вы мне рассказать подробней о том, как все произошло? Что вы делали, что чувствовали, как себя проявила магия?

Старичок снова оживился, в глазах его загорелся исследовательский огонь, отчего у меня по спине побежали мурашки. Еще не хватало, чтобы он меня сделал своей подопытной крысой.

На ходу выдумав, что вроде бы, если не показалось, мне удалось отклонить летящий в меня фаербол, и избежать тем самым гибели. «Айболит» пришел в восторг и насел на меня с еще большим энтузиазмом, упрашивая показать ему мой якобы телекинез сразу, как восстановится мой магический резерв. Пришлось пообещать, иначе бы не отстал ведь. Главное, что он пообещал сохранить пока в секрете то, что у меня вообще появилась магия, потому что тогда бы я привлекла внимание не только доктора, но и множества заинтересованных лиц. Ведь даже телекинез оказался достаточно редким даром. Хорошо хоть, не запретным, и потому никто не будет меня преследовать и не убьет за обладание им.

Спустя пару часов в палату заглянул посыльный от ректора. Узнав у врача, что со мной все в порядке, он терпеливо дождался в приемном покое, пока я переоденусь, а потом мы вместе пошли в ректорат.

Кабинет главы университета был обставлен скромненько, но со вкусом. Сам ректор, невысокий толстячок с бегающим взглядом, сидел в кожаном кресле за широким лакированным столом, то и дело вытирая платком текущий со лба пот. Рядом со столом, в не менее удобном кресле, устроился Меньшиков-младший. Его расслабленный вид говорил о том, что у мажорчика все схвачено, и визит к ректору – это простая формальность.

Увидев, что я пришла, ректор приветственно кивнул и махнул рукой, приглашая тоже сесть. Охранник скрылся за дверью, а я зашла внутрь и огляделась. Свободное кресло осталось только в дальнем углу кабинета, а рядом со столом я увидела лишь одинокий стул с обшарпанной обивкой. Сощурив глаза, я вопросительно посмотрела на толстячка, но тот как будто не заметил моего взгляда. А вот Владик наоборот уставился на меня с издевательской улыбкой, мол, ну что же ты, присаживайся?

«Ну что ж, аристократическая твоя рожа, в эти игры можно играть и вдвоем».

Сделав морду тяпкой, я невозмутимо прошествовала в уголок, где стояло третье кресло, и, удобно развалившись в нем, обратила свой взор на главного человека в этом ненормальном заведении.

Ректор не стал комментировать мое поведение, лишь недовольно поморщился. Вздохнув и снова промокнув лоб платком, он произнес:

– Госпожа Бестужева, рад видеть, что вы в полном здравии. И хотел бы поговорить о произошедшем между вами и господином Меньшиковым досадном недоразумении.

– Что вы имеете в виду под недоразумением? – небрежно поинтересовалась я, гася в себе пробуждающуюся жажду чьей-то конкретной крови. – Вы о том, что на протяжении всего времени, что я учусь, присутствующий здесь и сейчас субъект преследовал меня и морально унижал? Или это вы про его сегодняшнюю попытку убить меня? Право слово, я-то думала, что со мной хотят свести личные счеты. А, оказывается, это всего лишь недоразумение. Так поведайте мне тогда, что же на самом деле произошло?

Ректор покраснел и закашлялся. Схватившись за стакан с водой, он залпом опрокинул его содержимое в себя. Хотя, может там и не вода была, кто знает.

– Госпожа Бестужева, вы преувеличиваете, – нервно пробормотал он, косясь на ставшего с ним одним цветом аристократа, – никто не собирался вас убивать, как вам вообще в голову пришло подобное? А вот уважаемый господин Меньшиков утверждает, что вы нанесли ему серьезную травму, кхе…

Он снова начал кашлять и, пододвинув к себе графин с водой, сделал глоток прямо оттуда.

– Травму, говорите? – я рассмеялась тихо, но Влад услышал и побагровел еще больше. – Почему же я не видела его в местной лечебнице, когда лежала там после, как вы говорите, несчастного случая?

– Да зачем вы вообще ее слушаете? – взорвался вдруг мажорчик. – Она сама во всем виновата! Спровоцировала у меня неконтролируемый выброс магии, и сама же от этого пострадала!

– Тише, господин Меньшиков, успокойтесь, сейчас во всем разберемся. Вы утверждаете, что всего лишь хотели впечатлить эту небезразличную вам юную леди своей магией, но отчего-то она испугалась и ударила вас? Вы потеряли концентрацию, и заклинание вышло у вас из-под контроля. Так?

Тяжело дыша и зло сверкая глазами в мою сторону, Меньшиков кивнул и уселся обратно. А мне начал надоедать этот фарс, и я решила его прекратить. И так было ясно, что господин ректор в этих вопросах ничего не решает, а правда на стороне тех, у кого власть и деньги.

– Ну, вот видите, как все, оказывается, было на самом деле, госпожа… – увидев, что я встала из кресла и пошла в его сторону, он резко замолчал и как-то подобрался.

– Скажите, – обманчиво мягко поинтересовалась я, – отец этого идиота вам угрожает? Или, может, он вам заплатил за то, чтобы выгородить своего сыночка?

– Да что вы такое говорите?! – попытался возмутиться ректор, но я его нагло перебила.

– Вам лучше сейчас помолчать и внимательно выслушать меня, – я добавила угрозу в голос. – Возможно, вы запамятовали, так я вам напомню. Я как бы тоже происхождением не из простых. И у моего отца тоже хватит и связей и денег, чтобы этот … студент понес наказание, соответствующее не только правилам вашего заведения, но и законам нашей страны. Вы же понимаете, что моя семья просто так этого не оставит? А еще, я забыла упомянуть, что в случае чего, у меня и свидетель есть, и он просто будет рад поведать вам истинную картину случившегося со мной… «недоразумения».

Мужчина схватился за галстук, словно тот его душил, и открыл рот, силясь что-то ответить, но так и не смог придумать достойного ответа за то время, пока я шла к двери, стремясь поскорее покинуть это негостеприимное место. Удивительно, но никто не стал этому препятствовать. Влад даже не дернулся в мою сторону, продолжал сидеть на месте, как приклеенный. Ну а ректор и подавно никак не мог прийти в себя после того, как беседа пошла не по плану, и его стремление выставить меня виноватой обернулось против него самого.

– Что ж, господа… – обернулась я у самой двери, произнеся последнее слово с особо убийственной интонацией. – Надеюсь, мы поняли друг друга. И все, кто заслуживают, будут наказаны по всей строгости согласно уставу нашего университета.

Глава 3

«Так, ну что теперь? Пары, судя по всему, уже закончились. Хотя, о чем это я? Так и так туда не собиралась. Не хватало проторчать в этом универе очередные пять лет, мне с головой хватило этого и в прошлой жизни».

Осталось только объяснить своей новой семье, почему я решила забить на учебу. Ректор, конечно же, не сообщил им о происшествии. Хотя, на уроки истории я бы сходила пару раз. На политологию и экономику тоже можно, если тут есть что-то подобное. Я ведь теперь аристократка, чтоб меня, и надо хоть немного быть в курсе текущей ситуации в мире.

В коридоре снова царила пустота. Только у самой двери в ректорат, слившись со стеной, скромно стояла Нина, я даже ее не заметила.

– Олеся! – окликнула она меня тихо.

– Тьфу ты, блин! – дернулась я от неожиданности. – Ну, нельзя же так пугать.

– Прости, – покрылась румянцем подружка, – я просто очень переживала за тебя. Вот и решила дождаться. Да, я тут сумочку твою принесла, ты так ее и не забрала.

– Спасибо, ты настоящий друг! – я искренне улыбнулась ей, забрав то розовое недоразумение, которое она обозвала моим. – Со мной все в порядке, конфликт исчерпан, виновные будут наказаны.

Я не стала расписывать все в подробностях, зачем оно ей, меньше знаешь, крепче спишь.

– Слушай, – мне в голову пришла очередная мысль, – а где тут библиотека? Я, кажется, и это забыла.

– Библиотека? Зачем она тебе сейчас? Уроки закончились, домой пора ехать, – Нина посмотрела на меня умоляюще, – Давай завтра, а?

– Да ты мне только покажи, где она находится, и все. Мне там пару книжек надо взять срочно. Восстановить недостающие в моей памяти детали, а то, сама понимаешь, как неудобно – тут помню, там не помню. Ну, и напомни заодно, как мне добраться домой, а то, боюсь заплутать по дороге.

– А… ну, хорошо, пошли, – мое нелепое объяснение вполне ее устроило (чудо, а не человек!), – только давай быстрее, а то меня и правда дома заждались.

Мы промчались по коридору, взлетели по широкой каменной лестнице с деревянными перилами, и вышли в небольшой холл на третьем этаже, где увидели высокие двери с ручками в виде бронзовых колец. Зайдя внутрь библиотеки, я попрощалась с Ниной и сразу подошла к стойке, где откровенно скучала молодая, немногим старше меня нынешней, девушка в строгом сером платье.

Я покашляла, чтобы привлечь ее внимание. Нехотя оторвавшись от своего телефона, она лениво подняла голову и вопросительно посмотрела на меня.

«Значит, тут тоже есть мобильники? Хотя было бы странно удивляться этому после того, как я нашла банковскую карту у Меньшикова. Технический прогресс и тут не стоял на месте, несмотря на появившуюся в мире магию. Вот об этом тоже надо почитать».

– Здравствуйте, – доброжелательно поздоровалась я. – Я бы хотела взять несколько книг…

– Ваш читательский билет, – оборвала она меня недовольно, то и дело опуская глаза на свой телефон.

– Да, конечно, – я открыла сумку и лихорадочно начала рыскать в ней, досадуя, что раньше не изучила ее содержимое.

Отыскав злополучный билет, я протянула его библиотекарше и попросила:

– Мне, пожалуйста, книгу по истории мира, желательно краткое перечисление событий и фактов. Еще по истории страны что-то подобное, историю магии, магическую теорию, и какой-нибудь атлас мира.

Девушка поморщилась от моих запросов, но промолчала. Сунув телефон в карман, она скрылась за книжными стеллажами. А я решила глянуть на свой телефон, который пару минут назад неистово жужжал, призывая меня взять трубку.

Глянув на экран, я тяжело вздохнула. Десять пропущенных от абонента «мама», пять от отца, и два вообще с незнакомого номера. Мда, похоже, меня ждет веселый вечер в моем новом доме, который я пока в глаза не видела. Хорошо хоть Нина поведала мне, где я все-таки живу, и теперь я, по крайней мере, буду ночевать не на улице.

Усевшись за один из столов в читальном зале, я решила, что дом подождет. Первоначально надо составить хотя бы общую картину того мира, где мне предстояло жить. Ведь не всегда же получится отговориться амнезией, да и привлекать к себе лишнее внимание не хотелось.

Я просидела в библиотеке часа два, и сидела бы еще столько же, если бы не подступившие жажда и голод. Но оно того стоило. Пролистав по быстрому учебники, и задержавшись на интересующих меня моментах, я, наконец, немного стала представлять, что здесь к чему.

Город N, в котором я очутилась, был не слишком большим, на уровне провинциальной столицы. Достаточно развитая инфраструктура, крупный промышленный сектор и наличие нескольких миллионов жителей. И несколько десятков не самых влиятельных аристократических родов, облюбовавших в городе самые прибыльные сферы деятельности.

Сама же страна занимала одну из лидирующих позиций в мире по ряду показателей. Политический строй отличался от привычного мне: и не демократия, и не монархия, по факту правили страной члены магических родов. Официально же во главе правительства стоял председатель имперского совета, он не был магом, и не принадлежал ни одному из родов. Это было сделано, чтобы избежать борьбы за власть среди аристократов.

Магия же появилась в этом мире в начале прошлого века, когда один из американских археологов откопал в Египте нетронутую гробницу на самой западной окраине Долины Царей. О том, что на самом деле там было запечатано и как все произошло, до сих пор спорят ученые со всего мира. Но произошедший в тот день взрыв, сравнимый по силе с извержением вулкана, поменял все на планете. Эфир наполнила неведомая и чуждая до той поры энергия, невидимая для всех, но влияющая на каждого.

Люди начали замечать у себя необычные способности, так похожие на магию, и хаос в мире не начался только по одной причине – одаренным становился в лучшем случае один из сотни тысяч. Остальным досталась лишь увеличенная продолжительность жизни да новые достижения прогресса, сплав науки и магии, привнесший в мир много нового.

Избранные, как их поначалу называли, недолго думая, сплотились вместе и подмяли под себя власть, каждый в своей стране. Рода, образованные из нескольких семей, где появился маг, стали, по сути, управлять миром и жизнями людей. Перекроили и поменяли свои границы тысячи стран, новая социальная иерархия поделила людей на аристократов и простолюдинов, и лишь единицы из последних рождались с магическим даром – аристократы соблюдали чистоту крови, и старались породниться только с такими же, как они. В городах появились магические школы и академии, жизнь стремительно поменялась.

Далее мне стало скучно, и я закрыла учебник, решив дочитать его позже. Меня сейчас больше интересовала другая книга. Притянув к себе «Магическую историю», я снова погрузилась в чтение.

Когда я вышла из библиотеки, вечерело, и солнце клонилось к горизонту. Но я этого даже не заметила – голова гудела от обилия информации, а еще меня немного потряхивало от тех сведений, что я нашла в книгах по магии.

По обрывочным сведениям, найденным в этих книжках, я узнала, что хрономагов, подобных мне, в этом мире нет от слова совсем. В середине двадцатого века (а сейчас тут так же, как и в моем мире, был 2021 год), магов, способных управляться со временем, изничтожили под корень, как неблагонадежных и опасный для всего мира элемент. И до сих пор это запретная и опасная тема, авторы книг лишь вскользь упомянули об этом, как досадный исторический факт.

Вот когда я порадовалась, что не стала никому рассказывать про свою магию. Только вот что мне теперь делать со своим редким и гибельным для владельца даром? Как мне теперь развивать его? Ведь отказываться от него я не собираюсь, хоть мне и страшно. А если серьезно, сомневаюсь, что кто-то сможет вычислить меня, если я буду осторожна и не стану делать глупостей.

Как оказалось дальше, глупости я делать очень даже люблю.

***

Вызвав с мобильника такси, благо, что тот разблокировался по отпечатку пальца, я отправилась домой, заранее репетируя речь для своих новых родственников. В сумочке нашлись и банковская карта, и наличные, которых хватило, чтобы рассчитаться за такси.

Желтый автомобиль с шашечками подъехал почти сразу, и я предусмотрительно уселась на заднее сидение, зная, как иногда любят таксисты поболтать. Мне же сейчас было не до общения, в голове роились мысли о том, как устроиться в этом мире, и что меня ждет дальше. Чтобы отвлечься от невеселых раздумий, я уставилась в окно и стала разглядывать город, куда занесла меня судьба.

Город № утопал в нежной весенней зелени, молодая травка на газонах и доносящийся сквозь приоткрытое окно такси аромат цветущих яблонь прогонял грусть и хандру. Заходящее солнце заливало розовым светом чистые широкие улицы, отражалось в разноцветных витринах магазинов, и сверкало в окнах стройных многоэтажек с яркими, разноцветными крышами. По тротуарам неспешно прогуливались прохожие, не торопясь после работы домой, а старики на скамейках кидали хлебные крошки голубям.

Красивое место, если не вспоминать, что город, откуда бывшая я родом, был чем-то похож на этот. При мысли об этом снова стало не по себе.

Доехав почти до места, я попросила таксиста высадить меня в городском парке. Успев за время поездки пошарить по телефону и найти приложение с картами города, я обнаружила неподалеку от дома Бестужевых этот парк. Мне тоже захотелось пройтись и немного отвлечься. Хотя, скорей всего я просто оттягивала момент воссоединения с семьей. Да и погода тому поспособствовала. На дворе сейчас был май и, только выйдя на улицу, я поняла, почему у Олеси не оказалось с собой никакой теплой одежды.

Городской парк мне понравился сразу. Ровные аллеи цветущих деревьев тянулись через весь парк, освещенные через каждые десять метров желтыми шарами фонарей, там и тут стояли деревянные скамейки, а вглубь парка отходили мощенные плиткой дорожки. На площади возле входа бил фонтан с кристально чистой водой, на дне которого можно было рассмотреть каждый камушек. Прохожих, как ни странно, было совсем мало, хотя на часах сейчас было всего восемь вечера.

Увидев неподалеку от входа в парк киоск с мороженым, я услышала, как заурчал желудок. Посчитав оставшуюся от поездки мелочь, монетки которой удивительно походили на российские рубли из моего мира, разве что герб на обороте был другой, я направила свои стопы к киоску. Купив большой рожок клубничного мороженого и стакан капучино, я стала наслаждаться лакомством, неторопливо прогуливаясь вглубь парка. Но, видимо, сегодня лимит моих приключений еще не был исчерпан, и доесть мне спокойно не дали.

Трое из ларца, почти одинаковы с лица, нарисовались на горизонте внезапно. Парни лет по двадцать, одетые в простые джинсы и футболки, узрев меня, идущую им навстречу, довольно осклабились.

– О, посмотрите-ка, кто к нам пожаловал, – воскликнул один из них, чей выдающийся шнобель портил все лицо. – Гляньте-ка на ее форму, она ж из этих, из «благородных».

Носатый презрительно сплюнул на землю и зло уставился на меня.

– Как же достали меня эти аристократские рожи. Хозяева жизни, бл….

– Твою мать…– выругалась я вполголоса, останавливаясь и оглядываясь в поисках путей отступления. – Да что ж мне так везет сегодня на всяких идиотов? Вам-то я чем не угодила?

Парни недоуменно переглянулись.

– Что ты там сказала? – нахмурил свои густые, как у приснопамятного генсека СССР, брови второй из них.

– Да ничего, – с ледяным пофигизмом ответила я, – ремнем, говорю, вас в детстве мало пороли. Вот и выросло… то, что выросло.

– Эта девка нарывается, тебе так не кажется? – ощерился носатый.

– Согласен, Серый, – притворно вздохнул бровастый, – надо бы поучить ее манерам. А еще аристократка, называется.

Третий участник их компании, ничем не выдающийся, кроме своей комплекции, громила молча стоял и ждал действий своих товарищей. Когда они двинулись на меня, он так же молча последовал за ними, и с его каменным выражением лица можно было бы в покер играть.

«Да, встряла ты, Аня. Это тебе не мажорчик, к тому же с тремя я не справилась бы и в своем старом теле. Что ж делать, где там кнопочка, которая время останавливает?»

Паника постепенно захватывала мой разум, а я сама пятилась назад, моля бога, чтобы не споткнуться обо что-нибудь. Эти трое ведь как шакалы – стоит упасть, и сразу накинутся.

– Эй вы! – крикнул кто-то за спиной, и вздрогнув, я чуть все-таки не упала, едва устояв на ногах, выронив пустой стакан из-под кофе и остатки мороженого. – Что вам от нее надо? А ну отстаньте от девушки!

– Это кто тут такой смелый тут нарисовался? – нахмурился бровастый, отчего его брови слились в одну полосу.

Не оборачиваясь, я продолжала отступать, держа всех троих в поле зрения, пока не уткнулась спиной в кого-то. Подпрыгнув на месте, я резко повернулась, и не смогла сдержать облегченного вздоха. Позади меня стоял юноша с взъерошенной шевелюрой темных волос, в такой же, как у меня, форме.

Хмуро покосившись на троицу, он поинтересовался у меня:

– С тобой все в порядке? Они тебе ничего не сделали?

Я помотала головой и встала рядом с ним. Прятаться за спину незнакомца как то не тянуло, и так все до боли напоминала сцену из любовного романа.

– И этот аристократ, – подал вдруг голос громила, и в его взгляде впервые появилось что-то, похожее на эмоции. – Как же вы меня бесите!

Он снова начал наступать, остальные члены его банды тоже не отставали от него, глядя на нас двоих с неприкрытой злобой. Мой неожиданный спаситель тоже двинулся им навстречу, сжимая кулаки, вокруг которых загорелось вдруг синее пламя.

«Надо же, и этот маг. Ну, хоть мне ничего не придется делать, сейчас он их раскидает на раз-два».

Аристократ сблизился с противниками и занес кулак, чтобы поквитаться с обидчиками. Простолюдины, обнаружив, что их недруг владеет магией, как-то разом растеряли свой пыл.

Но, видимо сегодня к этому студенту судьба тоже решила повернуться своей пятой точкой. Эта часть парка освещалась не так хорошо, и не заметив ямку на своем пути, незнакомец споткнулся и кубарем полетел прямо на парней.

Те не стали терять времени даром и скопом накинулись на упавшего аристократа, собираясь наподдать тому как следует.

– Серьезно? – я даже не знала, смеяться мне сейчас или плакать, до того абсурдной была ситуация. – Ну все, мне это все надоело. Какого хрена вообще творится?

Схватив первую попавшуюся палку с земли, я бросилась на выручку своему незадачливому спасителю.

– Ааа! Как же вы все достали! А ну отвали от него, а то убью! – заорала я, бешеной фурией подлетая к злоумышленникам.

Огрев палкой по хребтине ближайшего из них, я чуть присела и вдарила по ногам второму, не дожидаясь, пока они сообразят, что бьют уже не они, а их. Аристократ, почувствовав, что расклад сил поменялся, хромая, вскочил на ноги и махнул рукой в сторону третьего. Воздушной волной того снесло в кусты, и там он затих, а его дружки, скрючившись на земле, тихо стонали от боли.

– Надеюсь, ты его не того..? – выбросив верно послужившую мне палку, я указала в сторону кустов. – Не убил случайно?

Парень смущенно почесал затылок, еще больше взлохматив себя, и покачал головой.

– Я не настолько силен. Да и проблемы мне ни к чему, – он оставил в покое свои волосы и протянул мне руку. – Макс.

Я пожала в ответ руку, с интересом разглядывая своего нового знакомого. Под правым глазом того расцветал синевой фингал, невольно вызывая у меня улыбку.

– Ан… Олеся, – чуть не оговорилась я. – Спасибо, что спас. Может, пойдем отсюда? Как-то здесь неуютно стало.

– Да, пожалуй, пора выбираться, – согласно кивнул Макс. – Эти отморозки скоро придут в себя. Они, конечно, вообще с головой не дружат, лезть на аристократа с кулаками.

– Значит, Максим, – задумчиво проговорила я, быстро шагая рядом с парнем по направлению к выходу из парка. – Ну, ведь не все аристо маги, вот и понадеялись, что с такой слабачкой, как я, им не составит труда справиться.

– Называй меня, пожалуйста, Макс, – попросил он, чуть нахмурившись чему-то.

– Макс, – послушно повторила я, а потом с упреком добавила, – герой ты мой, что ж ты под кулак то подставляешься? Кто кого спасать пришел?

– Да блин, сам не думал, что так получится, – аристократ смущенно улыбнулся и снова запустил пятерню в волосы. – Кто ж знал, что там эта яма нарисуется. А ты молодец, дралась так, что мне аж стало страшно.

– Сама не знаю, что на меня нашло, – пожала я плечами. – Главное, это сработало.

Макс внезапно повернулся и пристально посмотрел на меня, отчего уже мне стало немного неловко.

– Я тоже должен сказать тебе спасибо. Если честно, со мной вечно так, постоянно умудряюсь на ровном месте неприятности найти.

– Ну, в этом мы чем-то с тобой похожи, – усмехнулась я. – Так что забей.

– Что сделать? – озадаченно переспросил Макс.

«Блин, в этом мире, что, нет такого выражения? Вот же черт».

– Эм… не бери в голову, короче. Скажи, – я перевела тему, – ты ведь тоже в здешнем университете для аристократов учишься?

«Надеюсь, он тут один такой и я снова не облажаюсь. И почему я забыла этим поинтересоваться у Нины?»

– Ну да, – парень покосился на меня, намекая на мою форму. – А ты разве не оттуда?

– Оттуда, конечно. Просто на всякий случай спросила. Ты с какого курса?

– Со второго. А ты, наверное, с первого? Я не видел тебя ни разу на общих для потока лекциях. Мне кажется, такую девушку я бы точно запомнил, – он отвел глаза, наверное, снова засмущавшись.

«Как девица, право слово», – мысленно посмеялась я.

Но, в общем и целом я была рада такому знакомству, ведь я уж, было дело, подумала, что все аристократы, в которых есть хоть капля магии, похожи на Меньшикова.

Так, за общением, мы вышли из парка и подошли к стоянке легковых автомобилей. Машины здесь если и отличались от тех, что были в моем мире, то, видимо, разница была несущественной. Раз уж я, со своим дилетантским взглядом на них, не заметила ничего необычного в их внешнем виде.

– Ты сейчас куда? – Макс остановился на краю парковки и начал рыться в карманах. – Я могу подвезти. А то вдруг опять пристанет кто. Места тут, вроде, спокойные, в этом районе, но, как оказалось, бывают и исключения.

– Спасибо, Макс, но я тут совсем недалеко живу. Минуты две ходьбы. Возвращалась с учебы, решила прогуляться.

– Давай, я тебя все-таки провожу, – не принял мой отказ маг, – мне не сложно, а душе будет спокойно, если буду знать, что ты добралась до дома.

– Ну что ж с тобой делать, – я вздохнула, – пошли.

Согласно адресу, что продиктовала мне Нина, я жила на улице Суворова, дом номер тринадцать. Улица, до которой мы добрались, как я и рассчитывала, спустя пару минут, утопала в зелени, а дома, находящиеся на ней, поражали воображение своей архитектурой и неповторимостью. Добравшись до нужного адреса, я с интересом покосилась на огромный дом, виднеющийся сквозь кованые ворота с кирпичной аркой над ними. Ничего так хоромы у аристократов, с размахом строят.

– А ты что, из семьи Бестужевых? – удивленно спросил Макс, глядя, как и я, в сторону дома.

– Откуда ты узнал? – я искренне недоумевала, с чего вдруг такие вопросы. – Даже если так, это для тебя какая-то проблема?

– Нет, просто не ожидал, что столкнусь с кем-то из Бестужевых просто так, на улице. А узнать, кто ты, было легко.

Он показал рукой на герб, нарисованный на арке ворот.

Глава 4

Когда Макс ушел, я снова глянула на ворота. Не то, чтобы мне хотелось туда идти, но и выбора особого не было. Найдя взглядом кнопку звонка, нажала на него и приготовилась ждать: все же сам дом располагался довольно далеко от входа, отделенный от забора большим ухоженным садом. Но не прошло и минуты, как у ворот показался мужчина в униформе. При виде меня его невозмутимое выражение лица сменилось на обеспокоенное, и он тут же отворил ворота.

– Госпожа Олеся! Как хорошо, что вы вернулись! Ваши родители вас обыскались!

Я в ответ только лишь кивнула, и уныло поплелась за мужчиной, который, несмотря на свой преклонный возраст, резво помчался вперед по широкой бетонной дорожке, что вела через сад к дому. Трехэтажное кирпичное здание П-образной формы размерами было с целую усадьбу. Впрочем, чего еще можно было ожидать от жилища аристократов? Почти во всех окнах горел свет, освещая искрящийся водой фонтан на площади перед домом.

Слуга отворил широкую двустворчатую дверь и отошел в сторону, пропуская меня.

– Прошу вас, госпожа, – он терпеливо дождался, пока я зайду, и тоже вошел следом.

Я с интересом осмотрелась по сторонам, но ничего, поражающего воображение, не увидела. Да, дом был обставлен богато: дорогие полотна картин по стенам, вычурные вазы и статуэтки в углах и нишах, и даже хрустальная люстра под потолком сверкала, будто из алмаза. Но, на своей прошлой работе видала дома и побогаче. Делали мы как-то ремонт одному из наших учредителей – вот где было ощущение, что попал во дворец к самому королю, не иначе.

Пройдя просторный холл, мы поднялись по одной из каменных лестниц, что вели с двух сторон на второй этаж. Слуга остановился у одной из многочисленных дверей, выходящих на лестничную площадку, и снова приглашающе махнул рукой.

– Ваш отец ждет вас в своем кабинете, – понизив голос, он с толикой сочувствия добавил. – Приказал сразу, как явитесь, отправить вас к нему.

Я едва не закатила глаза, а рука сама потянулась к лицу. Едва успела удержать ее на месте, я и без того, наверное, выбиваюсь из образа тихой скромняшки Олеси. Ну что поделаешь, будем снова списывать все на то, что я головой тогда в туалете ударилась. А можно вообще все стрелки перевести на Меньшикова – пусть попрыгает, козлик. Эх, жаль, что это наверняка приведет к конфликту между семьями, а оно мне пока точно не надо.

Натянув на лицо маску послушной дочери, я зашла в комнату, ловя дежавю. Снова кабинет, и снова меня будут отчитывать. Как-то надоедает: вроде и Олеся была уже большой девочкой, да и я сама давно переросла тот возраст, когда другие указывали мне, что и как делать. И снова здорово, по второму кругу доказывать кому-то, что и я чего-то стою в этой жизни.

Отец Олеси – сидящий за письменным столом сурового вида дядька лет пятидесяти, с усталым лицом человека, вынужденного каждодневно решать важные проблемы – поднял на меня глаза и, со смесью недовольства и облегчения, молча указал рукой на стул. Я предпочла подчиниться, ожидая, что будет дальше. На первый взгляд мой «папенька» не выглядел домашним тираном. Подтянутый волевой мужчина с сединой на висках производил довольно приятное впечатление, и я решила дать ему шанс.

Мир чужой, и без поддержки семьи мне будет сложно, да и денег своих у меня наверняка нет. Но, при первом удобном случае нужно будет обзавестись своим жильем и найти стабильный источник заработка, чтобы можно было самой распоряжаться своей жизнью. А главное, находясь подальше от родственников, мне не придется контролировать каждое свое слово и действие.

– Ну, рассказывай, почему ты заявилась домой так поздно? – без предисловий начал отец. – И почему на звонки не отвечала?

На последнем вопросе он чуть повысил голос и грозно сверкнул глазами. Наверное, будь на моем месте сейчас «старая» Олеся, она бы впечатлилась. А так было видно, что мужчина просто переживет за свое бестолковое чадо.

– Понимаешь, папа, – расслабившись, я откинулась на спинку стула, наблюдая за его реакцией, – в университете со мной кое-что произошло…

В общем, я не стала рассказывать отцу всю правду. Ограничилась лишь тем, что произошел несчастный случай: однокурсник не справился со своей магией, а я в тот момент находилась рядом, вот мне слегка и перепало. Немного прихватило сердце от страх, и только. Заверила, что местный доктор привел меня в порядок, и нет причин для беспокойства.

Похоже, врунишка из меня тот еще. Может, отец почувствовал, что я недоговариваю. Или ему хватило и того, что я рассказала. Но, теперь он был по-настоящему в гневе.

Наорал на меня за то, что сразу не сообщила ему об этом, стукнул кулаком по столу, узнав, что после всего этого я добиралась до дома сама. А потом в адрес ректора моего университета полетели забористые ругательства и обещания устроить кому-то веселую жизнь.

Я морщилась, выслушивая его претензии, и мне в тот момент тоже хотелось высказаться. Например, о том, что больше надо интересоваться жизнью своей дочери, глядишь, и узнал бы, что его кровиночке уже полгода как жизни не дают. И какого черта они до сих пор не отправили ее к хорошему лекарю? Неужели Олеся никогда и ни на что не жаловалась?

Прерывая его словоизлияния и спасая меня от необдуманного поступка, дверь кабинета резко распахнулась. Немолодая, но все еще красивая и ухоженная женщина, чьей копией, только в молодости, была Олеся, ворвалась внутрь и сразу же бросилась ко мне с объятиями.

– Девочка моя! Слава всем богам, ты наконец-то дома!

Неловко обняв ее в ответ, я деликатно отстранилась от матери, кем она, без сомнений, и являлась. От нее пахло, как ни странно, ванилью и сдобой, а не парфюмерией, как я ожидала. Одетая в домашнее платье, с рассыпавшимися по плечам смоляными кудрями и белоснежной кожей, мать Олеси напоминала постаревшую Белоснежку, о чем говорили наметившиеся в уголках глаз морщинки. Вся она была словно воплощение домашнего уюта, а ее глаза смотрели на меня с любовью и теплотой.

– Паша! Что случилось? – женщина обернулась к мужу, который после ее прихода сразу замолчал и утратил большую часть суровости.

– Успокойся, Ольга, – мягко попросил он жену. – Просто решил встретить дочь и узнать, почему она так задержалась, да спросить, как у нее дела в университете.

«Теперь хоть знаю их имена. А то даже Нина бы заподозрила неладное, спроси я у нее, как зовут моих же родителей».

– Да, Олесенька, я тебе звонила-звонила, а ты трубку не берешь, – Ольга укоризненно посмотрела на меня. – Могла бы предупредить, что задерживаешься, чтобы я понапрасну не волновалась. У тебя такое слабое здоровье, я и так каждый раз переживаю, что ты ездишь каждый день в этот свой университет, будь он неладен. А почему, кстати, ты сегодня так задержалась?

Я покосилась на Павла. Он сузил глаза и едва заметно покачал головой. Да и так понятно было, что матери лучше ничего не рассказывать, даже в той зацензуренной версии, что я преподнесла ему.

Я наплела что-то про факультатив и библиотеку, и женщина, удовлетворившись этим объяснением, тут же потащила меня кормить ужином. Я была только за, и согласный со мной желудок тут же заурчал при мысли о предстоящей кормежке. За весь день, получается, только мороженое и съела.

 Мы пришли в местную столовую, ну или как тут она тут называлась – обеденный зал. По пути сюда матушка раздала указания слугам, и уже через пять минут край длинного стола, куда она меня усадила, оказался заставлен тарелками, салатниками и вазочками с едой. Один из слуг положил рядом набор столовых приборов, налил мне в стакан из графина воды, и встал сбоку от меня, ожидая дальнейших указаний. Да уж, я знала, конечно, что аристократов хорошо кормят, но это, по-моему, перебор.

– Мама, я все это не съем! – возмутилась я совершенно искренне. – И это… В универе я привыкла обходиться без слуг во время еды. Можно он уйдет?

«А то мне кусок в горло не полезет, вон, как внимательно смотрит».

Ольга поворчала для приличия, но отпустила слугу, заметив, что я сегодня сама не своя. Сама же села неподалеку и с умилением стала наблюдать, как я, накинувшись на еду, стала поглощать ее со скоростью света, несмотря на свои недавние слова. Присутствие матери меня почему-то совсем не смущало.

Наевшись до отвала, довольная жизнью, я подумала, что в принципе, с семьей мне повезло. Отец строгий, но семью любит, мать так вообще окружила меня заботой. Да и сама Олеся, думаю, тоже любила своих родителей, потому и молчала про свои проблемы, чтобы не расстраивать тех.

Убедившись, что я почти все съела (и как только влезло?), она отправила меня отдыхать в свою комнату. Хорошо хоть, отправила со мной одну из горничных, чтобы та подготовила мне постель. А то я бы долго плутала в этом лабиринте из множества коридоров, лестниц, переходов и комнат.

Комната у Олеси была размером с хорошую однокомнатную квартиру, на этой площади с легкостью размещались кровать, пара книжных шкафов по углам, стол, на нем что-то, похожее на компьютер, а у одной из стен большое трюмо. Окно было совмещено с широкой стеклянной дверью, ведущей на небольшой балкончик. У нее тут была своя ванная комната, в которую из комнаты был отдельный вход. Правее я увидела еще одну дверцу, и предположила, что за ней скрывается гардеробная, раз уж в самой комнате я не увидела ни одного платяного шкафа.

Пока горничная наводила в комнате порядок, я с удовольствием воспользовалась удобной ванной, понежившись там с полчасика. Взяв с полочки аккуратно сложенное полотенце, вытерлась насухо, и надела висящий тут же пушистый белый халат. Пока отмокала в ванной, меня разморило так, что я с трудом доползла до кровати и, не обращая внимания на все еще суетящуюся рядом служанку, упала на чистую постель и моментально вырубилась. Тяжелый был денек.

***

Проснулась я оттого, что меня кто-то настойчиво теребил за плечо. За окном едва светлело, и спать все еще хотелось. Тем более, сегодня был выходной, и в универ идти не надо. Да и решила я уже для себя, что делать мне там особо нечего. Так что сошлюсь на плохое самочувствие, и отпрошусь хотя бы на недельку, чтобы побыть дома и привести мысли в порядок. Слишком много событий произошло за столь малый срок, я и сообразить толком ничего не успеваю.

Да и не терпится снова испробовать свою читерскую магию. Если научусь ею пользоваться, это ж какие возможности у меня откроются! Наверное, сам черт будет не страшен.

– Сестренка, ну просыпайся уже! – девичий голос прозвучал возле самого уха, вырывая из сладких грез. – Сколько можно дрыхнуть!

«Сестренка? Да, блин, еще родственники. Надеюсь, больше никто не нарисуется. Мне бы с этими разобраться».

Я открыла глаза и увидела возле своей подушки недовольное веснушчатое лицо своей новой сестры. Русоволосая девчонка примерно моего возраста, может на год или два постарше, бесцеремонно трясла меня, как куклу. Увидев, что я проснулась, она отпустила мое плечо и, довольная результатом, слезла с моей кровати и уселась на пуфик возле нее.

– Мама сказала мне, что ты вчера пришла домой только в начале десятого, – сразу наехала на меня сестра. – Только мне можешь не врать про дополнительные занятия и прочую ерунду. Ты ни разу не приходила домой в такое время. Так что лучше сразу колись, сестренка, что случилось?

«Да что ж им всем от меня надо? Мне вроде не пятнадцать, могут же у меня быть свои дела? Нет, надо срочно валить из этого дома».

– И тебе доброе утро, – ворчливо ответила я, на что она лишь отмахнулась. – Да ничего такого, поплохело немного, вот и отлеживалась в медпункте.

– Ох, ничего себе, – девушка вскочила и заходила по комнате, мельтеша у меня перед глазами.

Не дожидаясь окончания этого променада, я потянулась к прикроватному столику и налила себе воды. Пить хотелось невыносимо.

Остановившись возле меня через несколько минут, эта неугомонная вкрадчиво поинтересовалась:

– А не связано ли твое недомогание с одним небезызвестным типом из семейки Меньшиковых?

Чуть было не захлебнувшись, я закашлялась, и сестра тут же старательно начала стучать меня по спине, выбивая остатки сна.

– Значит, я права, – задумчиво произнесла она. – Что он тебе сделал? Он что, опять руки распускал? Ты понимаешь, что так долго продолжаться не может? Когда ты, наконец, наберешься храбрости послать его?

– Уже послала, – усмехнулась я тому, что сестра знала обо мне больше, чем мать с отцом.

– Я обещала тебе не вмешиваться, но с меня хватит, я… – она запнулась, когда до нее дошел смысл сказанного мной, а ее глаза стали размером с блюдца. – Что?! Ты что сделала?

– Как ты и говорила, я не захотела и дальше терпеть его нападки. При этом слегка пострадало его мужское «достоинство», это его немного разозлило, и он чуть было не поджарил меня. Все обошлось, но я тогда сильно испугалась и потеряла сознание. Потом разборки с ректором были, ну да это не так важно.

– Слушаю тебя, и не узнаю, – девушка неожиданно посерьезнела и поглядела на меня с подозрением. – Ты точно моя сестренка?

– Знаешь, – так же серьезно произнесла я, давя подступающую панику, – я ведь вчера чуть не умерла из-за него. У меня сердце отказало на мгновение, сама не знаю, как выжила. Но, после того, как одной ногой побываешь на том свете, на многое начинаешь смотреть по-другому. Так что да, я теперь другой человек, нравится тебе или нет.

Сестра опустила глаза, а потом вдруг всхлипнула и крепко обняла меня.

– Прости меня, – зашмыгала она носом, – я такая дура. Не знаю, что вообще несу. Просто испугалась за тебя.

Она отстранилась и вытерла нос.

– Но почему ты отцу об этом не рассказала? Он бы этого придурка по стенке размазал! Как вообще ваше руководство такое допустило?

– Да просто не захотела, чтобы они за меня переживали, – я почему-то была уверена, что настоящая Олеся именно так и ответила бы. – Все ведь закончилось хорошо. Отец уверен, что это просто несчастный случай, а мама вообще ничего не знает. Пусть пока так и останется.

– Вот теперь я тебя узнаю, сестренка, – девушка улыбнулась и снова обняла меня. – Вечно все в себе держишь, хоть бы раз на что пожаловалась. Даже родители до сих пор уверены, что тебя волнует только учеба и хорошие отметки.

– Ну, – я пожала плечами, – теперь я намерена изменить свою жизнь. Больше никому не позволю вытирать об себя ноги.

Глава 5

После завтрака, на котором присутствовала вся семья, я зашла к отцу и намекнула ему, что хорошо бы мне было отлежаться дома после всего. Сказала, что хоть доктор и отпустил меня восвояси, но категорически запретил нервничать и вообще посоветовал отдохнуть, как следует.

Павел не стал спорить, как-то подозрительно легко дав свое согласие. Он сидел в своем кресле, погруженный в свои мысли, и отрешенно листал документы, разложенные перед ним на столе. Удивившись такому, я задержалась и спросила, в чем дело.

Оказалось, что отец успел позвонить в университет, и у него состоялся довольно сложный разговор с ректором. Весьма недовольный тем, что администрация университета не может обеспечить должный уровень безопасности студентов, аристократ накинулся на ректора с обвинениями, и пообещал устроить тому веселую жизнь, если он снова допустит подобный случай.

Почему-то мне показалось, что отец не поверил в несчастный случай. Ректор, хоть и побаивался его, но, судя по всему, так и не назвал ему имя студента, виновного в произошедшем. Наверное, семью Меньшикова он боялся не меньше.

Добившись того, что хотела, я поспешно ретировалась из кабинета, пока папа не учинил допрос и мне. С большим удовольствием сдала бы Влада, но как говорила, не хочу становиться причиной войны. А воевать Павел, если узнает, как оно все было на самом деле, будет однозначно.

И это еще отец не знает, что я тоже теперь маг. Думаю, тогда расклад сил будет другой, ведь каждый одаренный – это усиление семьи и рода. А значит, кому-то я обязательно стану поперек горла.

Стала бы, будь моя магия обычной. Потому что если меня раскроют, охоту за мной начнут все, и враги и союзники. И даже фамилия Бестужевых не спасет.

В задумчивости выйдя от отца, я чуть было не столкнулась с одной из служанок. Перехватив ее, я поинтересовалась, где сейчас находятся мать и моя сестра Кристина. Имя последней узнала за завтраком, так же, как и то, что она тоже учится в моем университете, только двумя курсами старше. Сестра тоже владела магией, как и родители, а потому по учебе мы с ней пересекались крайне редко. Вот и вышло, что Олеся оказалась предоставлена сама себе, и некому было вступиться за нее, когда того требовали обстоятельства.

 Узнав, что мама вместе с сестрой уже отбыли куда-то, и никто не собирается вписывать меня в свои планы, я со спокойной душой отправилась знакомиться со своими новыми владениями. Побродив сначала по дому, и заблудившись в итоге, я хотела было воспользоваться помощью прислуги. Но в последний момент сообразила, как странно будут звучать мои слова о том, что заблудилась в собственном доме. Плюнув в итоге на приличия, я спустилась на первый этаж и, убедившись, что меня никто не видит, просто вылезла через окно в сад. Чуть не зацепившись подолом за угол ставни, я неловко рухнула прямо на газон, ругая, на чем свет стоит, неудобное платье.

Облазив весь сад позади дома, я отыскала там укромный уголок, укрытый ото всех глаз. Небольшая деревянная скамейка с удобной спинкой стояла под раскидистым деревом, огороженная живой стеной кустарника с одной стороны и кирпичной оградой с другой.

Это место было бы идеальным для меня. Вот только слуги сюда все равно могли заглянуть. Тот же садовник нет-нет, да и наведывался в это место, потому как кусты были аккуратно обрезаны, а дорожка, ведущая к скамейке, еще не успела зарасти сорняками. Посетовав на судьбу, я решила, что буду уединяться тут, когда захочется побыть одной, и отправилась дальше.

А потом, в самом дальнем углу сада, я наткнулась на маленький деревянный домик, одиноко стоящий вдали от основного здания. Входная дверь была не заперта, и я, ведомая любопытством, зашла внутрь. Пройдя через прихожую, с восторгом обнаружила тренажерный зал. Небольшое квадратное помещение было размером где-то с мою нынешнюю комнату: пол был устлан резиновым ковром, на стенах с двух сторон висели зеркала, а с третьей стороны была шведская стенка. Посредине зала стоял ряд скамеек, а вдоль стен стойки с блинами и гантелями, беговая дорожка да пара непривычного вида тренажеров, в углу с потолка свисала запыленная боксерская груша. Вообще зал производил вид заброшенного, как будто тут давно никто не появлялся.

– Да ты ж моя прелесть! – умилилась я такой привычной и родной картине. – Ну, все, Олеська, будем делать из тебя настоящую женщину! Чтоб, как говорится, и коня на скаку, и в избу тоже…

***

Тяжело дыша и обливаясь потом, я зашла в душевую, которая располагалась тут же, в домике со спортзалом. Сердце билось, как сумасшедшее.

Эх, «Айболит» меня сейчас не видит, точно бы много нового о себе узнала. Хоть я и старалась сильно не напрягаться, добавляя нагрузку постепенно, хилое тело считало иначе, и всячески подавало мне сигналы о том, что недовольно изменившимся вдруг образом жизни.

Вот уже вторую неделю я тренировалась тайком ото всех, подгадывая время, когда все заняты своими делами. Выматываясь, я приходила домой, ела как не в себя и сразу шла к себе, мечтая принять горизонтальное положение. От непривычной нагрузки мышцы протестовали и ныли, а утром вообще сложно было поднять себя с кровати.

Вечно чем-то занятый отец не трогал меня и даже не напоминал об учебе, ну а я и рада была бы вообще там не появляться. Мама была привычна к тому, что мне частенько нездоровится, и тоже не удивлялась моему затянувшемуся недомоганию. Главное, чтобы не забывала хорошо поесть и спать ложилась вовремя. Она каждый день ездила в город по разным мероприятиям, ведя активную светскую жизнь, и потому ее опека надо мной не была чересчур навязчивой.

Сестра по вечерам ненадолго заглядывала ко мне в комнату, чтобы поболтать. Ей тоже было постоянно некогда, она по уши была в учебе – на третьем курсе времени у магов на безделье не было совсем. Крис не прекращала попыток выведать все подробности моего конфликта с Меньшиковым-младшим, но я, как могла, отделывалась общими фразами.

Помывшись и переодевшись, я уселась посреди зала в позе лотоса и достала книгу по магии, целое собрание которых я привезла с собой из библиотеки. Кроме физических тренировок, я занялась и своим магическим развитием. За целую неделю сюда так никто и не пришел, а входная дверь запиралась на замок, так что можно было расслабиться и использовать это место как полигон для испытаний.

Начав изучение с теории, я узнала, что принцип использования магии довольно прост. Одаренный поглощал магическую энергию из окружающей среды и насыщал ею внутренний резерв. Шел этот процесс естественно и постоянно, однако наполнение резерва происходило слишком медленно, в час по чайной ложке. Но, можно было и подстегнуть поглощение с помощью специальных методик, чем все и пользовались.

Сами же заклинания строились на интуитивном использовании накопленной энергии, и потому у каждого мага был свой набор заклятий, по силе и количеству зависящих лишь от запаса энергии и способностей самого одаренного. Если воображения обычных волшебников хватало лишь на стандартные фаерболы или ледяные иглы, то находящиеся на вершине силы избранные, стоящие у самых истоков зарождения магии, могли устроить армагеддон целому континенту. Впрочем, таких магов были единицы, а остальные старались без надобности свою силу не использовать, чтобы в нужный момент их резерв не оказался пуст.

И, разумеется, у каждого одаренного были свои предрасположенности: один лучше владел стихиями, у другого был талант к целительству, а третий мог читать мысли и управлять чужим разумом. Последнее, кстати, было редкостью, как и мой дар, и держалось под строгим контролем государства.

Инициация дара происходила в детстве, и организм успевал подстроиться и привыкнуть к новым способностям. Так поздно, как у меня, магия не появлялась еще ни у кого, и для тела одаренного это всегда было огромным стрессом.

«А возможно ли, что это и стало причиной смерти Олеси? – внезапно подумала я. – Если именно тогда и случилась ее инициация, и ее сердце просто не выдержало? Или же все было наоборот: мое вселение в тело спровоцировало пробуждение дара?»

Как бы то ни было, отмотать время назад у меня не получится. Да и что толку гадать, сейчас главное понять, как управлять всей этой магией. Тогда, в стычке с Владом, не умеючи, я просто выплеснула весь запас магии разом. И получила то самое истощение, о котором мне твердил врач. Не хотелось бы повторения, так что внимательно читаем учебник и напрягаем серое вещество.

Набрав полные легкие воздуха, я закрыла глаза и медленно выдохнула, пытаясь представить, как что-то неосязаемое, невидимое глазу, но наполняющее все пространство вокруг меня, капельками тумана концентрируется в воздухе, а затем оседает на моей коже.

На воображение я никогда не жаловалась, и запросто могла нарисовать в своей голове все, что душе угодно. Но все равно, даже спустя неделю, мне казалось, что я занимаюсь какой-то ерундой, или что-то не так делаю. Потому как результата все не было. Вообще никакого – просто часами сидела на полу и всматривалась в темноту внутри себя.

Оттого так сейчас вздрогнула, когда моей спины вдруг коснулось что-то холодное. Я еле удержалась, чтобы не заорать от страха и не сбить всю концентрацию. Спустя несколько секунд все мое тело словно окутало невидимое облако, по коже побежали мурашки, а кончики пальцев на руках и ногах стало покалывать, как от статического электричества.

В книгах, которые я прочитала, было написано, что я пойму, когда мне хватит. Если вычерпать полностью резерв можно, то вот переполнить его сверх положенного не получится, излишки просто выплеснутся в никуда.

И вот, спустя полчаса такого неподвижного сидения, я почувствовала, что «облако» отступило и больше не холодит мое тело, а меня саму просто переполняет энергия. Хотелось вскочить и куда-то бежать, казалось, что теперь горы могу свернуть!

Усилием воли заставила себя остаться на месте, и через некоторое время адреналиновый шторм утих. Легкость и бодрость никуда не делись, но я хотя бы успокоилась и смогла здраво рассуждать.

«Да уж, чувствую себя этакой батарейкой. Ну, что дальше-то надо делать, что там пишут об этом в книге?»

А в учебнике было сказано, что дальше каждый сам по себе. Нет, конечно, там было написано, что каждый волшебник в соответствие с направлением своего дара, о котором узнают как раз во время инициации, творит заклинания, основываясь на своих желаниях и потребностях. Например, в сражениях тот же маг огня при атаке запускал в своих врагов огненными сгустками, а защищаясь, выставлял перед собой огненную стену. Тут уж, у кого на что фантазии хватало. Но как именно придумываются заклятия, я не нашла ни в одной из книг.

В мирное время магия тоже использовалась повсеместно. Конечно, никаких магических светильников и работающих на накопителях машин не было и в помине, слишком это было нерационально по сравнению с обычными аналогами. Но, вот в сложных и трудоемких процессах магия сильно выручала. Исцелялись неподвластные медицине болезни, совершались новые научные открытия, сплав технологий и магии позволил человеку уверенно обосноваться на орбите Земли, и построить целое поселение на Луне.

Ну и конечно, самые смертоносные заклинания копились в закромах аристократов, служа гарантией их могущества и удерживая рода от глобальных войн.

Пополнив свои знания об этом мире, я так и не смогла понять, как быть именно мне. В книге ни слова не было о том, с чего начать. Как именно я должна заставить эту чертову магию работать? Как ни старалась я представить, что мир вокруг меня поставили на паузу, ничего не выходило. Я специально перебралась в душевую и включила там воду, чтобы у меня было наглядное пособие. Но, вода как текла, так и продолжала течь, даже не подумав замедлиться или, тем более, остановить свое движение.

За окном уже стемнело и, судя по раскатам грома, собиралась гроза. Решив не истязать себя больше, я засобиралась домой. И так сегодня прогресс просто колоссальный.

Когда я вышла наружу, стихия вовсю бушевала. Черные тучи закрыли собой все небо, освещая его вспышками молний, а ветер раскачивал верхушки деревьев и бросал в лицо клубы пыли и мусора в виде сорванных листьев и мелкой древесной щепы.

Начал накрапывать дождик, и я ускорила шаг, чтобы успеть добежать до укрытия. Я вышла на главную дорогу, ведущую к дому, и дошла до площади, когда за спиной сверкнуло так ярко, что я невольно зажмурилась. Открыв глаза, я снова сощурилась от ослепляющего света, который так никуда и не делся. Ошалело повернувшись, я прикрыла глаза рукой, чтобы не ослепнуть, и сквозь пальцы увидела свою несостоявшуюся смерть.

Столб белого искрящегося пламени вонзался в землю всего лишь в нескольких метрах от меня. Величественная колонна, наполненная смертоносной энергией, взмывала вверх и терялась в тучах. Смотрелось это поистине грандиозно, но навряд ли у этого зрелища когда то были зрители, кроме меня. По крайней мере те, кто остался в живых. Я и сама бы присоединилась к ним, если бы не моя магия.

Было непонятно, как вообще осталась цела. Насколько я помнила физику, достаточно было расстояния всего лишь в десять метров, чтобы не попасть в зону поражения. В моем же случае только остановившееся время и спасло меня от участи стать головешкой.

Дыша через раз, и стараясь не делать резких движений, я начала медленно отступать назад, почти не отрывая ног от земли, как и предписывалось в подобных случаях. Лишь бы успеть покинуть опасное место до того, как время снова продолжит свой бег, ведь управлять этим я до сих пор не умею.

Обливаясь от страха холодным потом, я отошла на нужное расстояние, и даже дальше, чтоб наверняка, добравшись почти до фонтана. И только тогда позволила себе сорваться на бег. На всей скорости забежав на крыльцо, я распахнула двери и, влетев внутрь, резко захлопнула их. На улице тут же громыхнуло, да так, что уши заложило. Мир вновь отмер, и я, опустившись на пол, издала полустон-полувсхлип. Трясло меня после пережитого неслабо, никогда еще мне не было так страшно, и я схватилась за грудь, боясь, как бы сердце снова не решило дать сбой.

И все же, в случившемся со мной был один, очень важный плюс. Я, наконец, поняла, как использовать свой дар. В моем случае все те методы, что используют остальные маги, мне просто бесполезны. Никакое воображение здесь не поможет, потому как моя магия совершенно другая. Она защищает и охраняет своего носителя, и потому заставить ее работать может лишь опасность, угрожающая здоровью и жизни мага. Не знаю, что для нее считается опасностью, и можно ли это контролировать. Но, я обязательно это узнаю.

Глава 6

Прошел уже месяц, как меня чуть не убило молнией. Пережитый мной стресс помог мне узнать чуть больше о своей магии, но я так и не смогла понять, как заставить ее слушаться меня. Пока однажды случай не помог. Но обо всем по порядку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.