Юлия Фадеева
Ведьме ректор – не игрушка

Глава 1

Стоял обычный приятный осенний день. День, когда многие желающие, достигшие возраста семнадцати лет, пытаются поступить в одну из самых престижных Академий империи Риндана, что находится южнее Фриольских гор и равнины Эрфиона, что распространяется до самой границы с империей Сангдара.

Ветер обдувал разгоряченных после быстрой ходьбы абитуриентов, так спешащих поскорее подать документы на поступление. Все суетились и бегали, не подозревая, что в академию грядет зло, которое невозможно остановить. Зло, которое не остановится ни перед чем, чтобы достигнуть назначенной цели. И это зло – я!

Пройдя в огромные витиеватые ворота академии, оглянулась по сторонам, иронично разглядывая, как студентов, уже учащихся тут, так и самих абитуриентов. Разница между ними была очевидна: те, кто уже являлся студентом, уверенно расхаживали по территории академии и насмешливо разглядывали тех, кто только собирался сюда поступать – лихорадочный и полный энтузиазма взгляд, наполненный надеждой доказать всем, что ты достоин, что ты лучший.

А я… Ну, мне, собственно, плевать. Я сюда пришла лишь потому, что так велели мои родные, угрожая изгнать из семьи, лишить всех титулов и привилегий, если и это не подействует, то и вовсе выдать за кого-нибудь замуж!

Ну вот уж дудки вам, родные мои! Я так просто не сдамся! Хотите, чтобы я поступила – пожалуйста, поступлю, но только не ждите, что я останусь тут учиться, ибо у меня совершенно другие планы на свое будущее – я хочу странствовать по миру, любоваться удивительными вещами и заводить новые, интересные знакомства. И уж точно не подчиняться вашим заскорузлым правилам! Не ждите от меня подчинения и повиновения! Я сама буду вершить свою судьбу!

Гаденько хихикнув, направилась к главному входу. Что ж, нужно все же сдать документы. Хорошо, что мне не нужно показывать свои навыки и таланты, ибо моя матушка уже обо все договорилась. Ха, прыткая какая, если бы ты только знала, что все твои потуги напрасны – я все равно ни за что не буду учиться в этой чертовой академии! Не буду, и точка!

Взошла по ступеням, озираясь по сторонам и мысленно потирая ручки. Эх, вот только поступлю… Мне, на самом деле, это нужно для галочки, чтобы моя матушка видела, что ее пожелание я выполнила, чтобы она, наконец-таки, отстала от меня и перестала во всем контролировать, и тогда все, кранты этой академии, если мирно договориться не получится. Ох, и повеселюсь же я! А я ведь такая – всегда добиваюсь того, чего желаю всей душой.

Настроение резко поползло вверх, а на губах расцвела счастливая улыбка, и от этого захотелось петь и даже немножечко поплясать, что, впрочем, я и сделала.

Закрыла глаза, отдаваясь тем чувствам, что переполняли меня изнутри, и начала напевать старую веселую песенку. Сперва повела правым плечом, пристукнув ногой, одетой в невысокие сапожки на низком каблуке, затем левым плечом, тряхнув филейной частью, от чего моя не очень длинная юбка всколыхнулась, открывая тем самым ту самую часть, которой я только что тряхнула. Снова притопнула и легонько хлопнула в ладоши, продолжая напевать. От чего-то в груди поднималась необузданная волна веселья, да такая, что захотелось уже не только танцевать и петь, а еще смеяться во весь голос.

Быстро закружившись в танце, начала дико хохотать до тех пор, пока рядом не раздался удивленный мужской голос:

– Это кто из вас, адепты недоделанные, посмел ослушаться приказа и вызвал на территории академии демона, да еще и неадекватного? Кто, я вас спрашиваю.

Резко остановилась, перестав хохотать, и посмотрела на того, кто посмел нарушить мою гармонию с самой собой. Ну мужчина, ну симпатичный, высокий и, видимо, в хорошей физической форме, ибо судить не берусь, так как его скрывала длинная черная мантия с золотой тесьмой по краям. Хм, наверное, преподаватель. Интересно, а чего это он на меня так уставился? Перевела взгляд на тех, кто столпился во дворе академии. И чего они все на меня уставились, разинув рты? Или… Непоняла, это что же, этот тип в мантии меня неадекватным демоном назвал?!

Ах так, ну я тебе устрою, господин преподаватель, вы еще пожалеете о том, что назвали меня неадекватной! Вы у меня еще сами попляшете, причем под мою дудку! Это я вам гарантирую!

Глава 2

– Э-э, – протянул этот, не побоюсь этого слова, ходячий труп, – абитуриентка? – кажется, в его голосе сквозит сомнение. Ну что, тогда я их вам быстро развею.

– Да. А Вы, собственно, кто? – да уж, моя наглость не знает границ, если дело касается моей чести. – Преподаватель?

– Ну, в некотором роде, да, – теперь уже улыбаясь, ответил мой оппонент. – А как Вас величают, абитуриентка?

– Я Лиана Койр… – начала было я, но меня самым наглым образом перебили.

– А-а, вот оно что, тогда все ясно. – мужчина довольно улыбнулся. – Прошу следовать за мной. – и, больше не произнеся ни слова, зашагал прочь от меня в обитель знаний.

Ну, а что я, мне пришлось идти за этим напыщенным снобом вслед. Ну, а как же иначе, я ведь должна узнать своего врага получше, чтобы потом наступить на его больную мозоль. Я найду его слабое место, чего бы мне это не стоило, и тогда отомщу за то, что он посмел назвать меня неадекватной.

Мужчина шел впереди меня, не оборачиваясь, и вообще, казалось, словно он обо мне и вовсе забыл, поэтому я не преминула ему о себе напомнить:

– Эм, господин преподаватель, а куда мы направляемся?

– В кабинет к ректору, – лаконично ответил этот… Да что б его! Нет, ну каков нахал! Как он посмел разговаривать со мной в таком тоне?!

Ну ты у меня сейчас получишь!

Злорадно усмехнувшись, воспользовалась случаем, что он не обращает на меня внимание и… аккуратно, чтобы не было заметно, запустила в него заклинание «путалки» под ноги. Увидев, что она закрепилась там, где нужно, сразу же сделала безразличную мину на лице, чтобы меня ни в чем не заподозрили, пошла дальше, при этом не забывая следить за каждым шагом жертвы моего произвола.

Мужчина же, не обращавший на меня никакого внимания, вдруг запнулся и слегка покачнулся, но ему все же удалось устоять на ногах. А я лишь мысленно захихикала, уже предвкушая дальнейшее развитие событий.

Пройдя еще немного, он снова споткнулся, а я хмыкнула, чем привлекла его внимание:

– Вас что-то развеселило, адептка Койр? – подозрительно прищурив свои темно-серые глазища, поинтересовалась моя жертва.

– Ну что Вы, господин преподаватель, я просто любуюсь видами этой несравненной академии, – невинно захлопав глазками, ответила ему, а в голосе столько удивления и восхищения, что это могло навести на мысли, что что-то тут явно нечисто.

Смерив меня подозрительным взглядом, мужчина возобновил шествие по коридорам альма-матер, я же кое-как сдерживала себя, чтобы не захихикать в голос.

Огромный коридор, ведущий к широкой мраморной лестнице, стены, обшитые черным бархатом с золотыми узорами, на потолке висела гигантских размеров золотая люстра, инкрустированная россыпью сверкающих камней. Да уж, если такую люстрочку стырить отсюда, то потом можно очень долго жить, не бедствуя, да еще и внукам останется с ее продажи!

И я поняла – хочу себе эту люстру! Нет, не такую же, а именно эту! Ух, какая же она красивая, как раз под стать мне! Так, как только решится вопрос с моим исключением, сразу же нужно будет позаботиться о моем сокровище и придумать, как незаметно «улизнуть» ее из-под зоркого взгляда ректора, и так, чтобы не осталось ни одного свидетеля.

Пока я, раскрыв рот от изумления, пялилась на произведение искусства, а иначе люстру я назвать и не могла, тут дал о себе знать тот, о ком я уже успела ненадолго позабыть – господин преподаватель.

Этот неуклюжий самец орангутанга умудрился запнуться за свою же ногу и, взмахнув руками, рухнул с такой силой, что по коридору академии разнесся нехилый гул, отдаваясь в самых дальних концах коридора. И все это на глазах у сотни адептов и абитуриентов!

Кажется, почти у всех вытянулись лица от такого зрелища, а мой подопытный лежит и не подает признаков жизни, раскинув руки и ноги в позе морской звезды, лбом уткнувшись в мраморный пол. Неужто убился? Вот радость-то!

Я же, довольно оскалившись, подошла поближе к моему неуклюжему сопровождающему и, присев рядом с ним на корточки, нагло поинтересовалась:

– Вы не ушиблись?

На что он, заворочавшись, все же просипел:

– Убью.

– Кого? – в свой голос вложила столько неподдельного удивления, что впору и самой поверить, что все это не я устроила, а кто-то совершенно «левый».

– Того, кто повесил мне под ноги «путалку», – сквозь зубы процедил господин преподаватель, силясь подняться на ноги.

Кое-как, слегка покряхтывая, он принялся подниматься и у него это почти получилось, если бы не одно «но», – снова чихнув во всю мощь своих легких, видимо, от пыли, мужчина снова споткнулся и… шлепнулся на пятую точку, при этом прикусив себе язык!

– Жаража!!! – взвыл преподаватель, прикрывая рот руками. – Убю, убю неходника!!!

У-у, как его, однако, проняло! Мысленно злорадно ухмыльнулась, понимая, что виновника этого малюсенького преступления не сыскать, так как это заклинание не оставляет никаких следов, довольно поинтересовалась:

– Вам помочь? – а глаза невинные-невинные, словно у наивной, глупой девочки.

– Я шам! – гордо вскинув подбородок, отозвался он, снова предпринимая попытку подняться на ноги, на этот раз, к его счастью, успешную.

Несколько раз взмахнул руками в районе ног, что-то тихо-тихо пробормотал и… спокойно направился прямиком наверх. Я последовала за ним.

Глава 3

Путь не занял долго времени – всего-то минут двадцать. Просто… Пока мы забрались по этой лестнице, вернее не так, пока Я забралась по этой лестнице, ибо преподаватель даже и не запыхался, пока поднимался по ступеням, с меня сошло десять потов, дыхание сбилось и, казалось, я сейчас умру, так как легкие горели огнем – сил куда-либо идти совсем не было! Нет, лестничный спорт – явно не мое!

А этот гад еще и насмехается, дожидаясь на верхней площадке, ведущей в глубь коридора.

– А вот и наша абитуриентка. Вы как, не устали? – во взгляде мужчины плясали озорные искорки.

– Не-е-ет, что Вы, как я могла. Я тут просто немного заблудилась! – ляпнула первое, что пришло в голову.

– Заблудились? На лестнице? – насмешливо переспросил он, приподнимая брови вверх. – Разве это возможно?! Тут одна лестница, ведущая именно сюда, не имеющая никаких ответвлений.

– О-о, Вы, видимо, плохо знаете лестницы! – в моем голосе было столько уверенности, но столько абсурда, что самой стало не по себе. Знаю, что несу околесицу, но до конца стояла на своем, тяжело дыша и хватая ртом воздух.

– Да? Вот уж не знал, – смерив меня насмешливым взглядом, ответил преподаватель. – Ладно, идемте в кабинет ректора.

И он снова, более не обращая на меня никакого внимания, развернулся и пошел в глубь коридора, видимо, именно туда, где и находился кабинет этого злосчастного ректора!

У-у-у, зараза, не мог он сделать свой кабинет на первом этаже?! Ну что ж, вот и первая галочка ректору, чтобы сделать ему пакость, ибо нефиг заставлять бедных студентов забираться столь высоко (всего-то второй этаж!), чтобы увидеть его зловредие – господина Эдриана Брайта!

Ох, вы у меня получите! Все получите по заслугам! Обещаю!

Тяжело вздохнув, поплелась за этим несносным мужчиной, с трудом передвигая ногами; нет, ну надо же, всего лишь второй этаж, а я устала так, что хочется тут же упасть и больше не вставать! Да, Лиана, слишком уж сильно ты в последнее время разленилась, видимо, давно не убегала от неприятностей. Н-да, кажется, теряю хватку. Нужно срочно тренироваться – делать пакости, а потом бежать без оглядки, чтобы вдруг не поймали. А кандидаты на мои пакости уже имеются – ректор, будь он неладен со своим кабинетом, и, конечно же, господин преподаватель!

Злорадненько хихикнула, но так, чтобы никто не заметил, а то не дай бог подумают, что я что-то замышляю. Хотя, по сути, так оно и есть, но не выдавать же себя!

– Абитуриентка, – раздался голос этого вредного преподавателя, – поторапливайтесь. Что же Вы плететесь, точно пьяная улитка во время брачных игр?

– Да сами Вы, – начала было я, но тут же осеклась, увидев его насмехающийся взгляд.

– Да-да, продолжайте, я Вас внимательно слушаю, – а у самого голос такой, точно специально напрашивается, чтобы я ему как следует между глаз зарядила! У-у, горилла облезлая, ну держись! Ты все же так и напрашиваешься на неприятности! Хорошо, потерпи чуточку, дай мне тут только освоится, тогда ты и получишь по заслугам!

– Нет-нет, ничего. Скажите, а нам долго еще идти? – как можно более невиннее поинтересовалась я.

– Вообще-то, мы уже пришли, – снова усмехнулся этот… А, ну его!

Собрав всю волю в кулак, преодолела то небольшое расстояние, что оставалось пройти до двери, ведущую в кабинет ректора, поправила прядки волос, выбившиеся из прически – ну, как прически, так, обычный конский хвост – и уже была готова постучать в двери, как этот неандерталец произнес, открывая ее:

– Проходите, абитуриентка Койр, – и подтолкнул меня внутрь, от чего я, приняв неожиданное ускорение, запнулась и чуть было не расстелилась на ковре, что устилал пол ректорского кабинета, но, к счастью, все же удержала равновесие. Вот ведь картина то была бы! Я вваливаюсь в кабинет и падаю ниц перед ректором! Ага, еще и фразы не хватает: «А вот и я – ваше зловредное щастие!» Ох, чувствую, посмеялся бы он на славу! Нет уж, не бывать этому!

Приняв более устойчивое положение, огляделась по сторонам. Ну, кабинет, как кабинет – обычный, без излишков: письменный стол, за которым разместилось массивное кресло, видимо, в нем и восседал глава академии; книжный шкаф, забитый всевозможными книгами и фолиантами, тот самый злосчастный ковер, на котором я чуть было не расстелилась и, собственно, все! Скромно. Очень скромно. И странно. Очень странно. Я-то предполагала, что у ректора замашки куда более амбициозные, а тут… Убожество.

Глава 4

Хм, я не поняла, а ректор-то сам где? Что-то я его тут не наблюдаю! Или… Неужели этот гад, что посмел надо мной насмехаться, специально вломился сюда? Интересно, что ему понадобилось в этом кабинете? Нужно это выяснить, чтобы позже была возможность его шантажировать!

Господин преподаватель же, как ни в чем не бывало, закрыл за собой двери и, пройдя по кабинету, уселся в ректорское кресло, достал из ящика стола какие-то бумаги, печать академии и… Поставил оттиск на… Интересно, а что это?

И словно подслушав мои мысли, этот нехороший человек торжественно произнес:

– Поздравляю Вас, Лиана Койр, теперь Вы являетесь адепткой нашей замечательной академии.

Я же, прищурив глаза, как бы между прочим, поинтересовалась:

– А Вы в курсе, что вламываться в чужой кабинет, использовать академическую печать без разрешения ректора – незаконно? И вообще, а ну-ка, быстренько освободите место, оно не ваше! – ой, кажется, меня что-то не в ту степь понесло, но, увы, остановиться я уже не могла: – Вы хоть знаете, что одно мое слово, и вас вышвырнут из академии с позором? – Мужчина молча наблюдал за мной, не пророня ни звука, по лицу было сложно что-либо прочесть. – А знаете почему у меня это получится, да потому, что ректор давний друг нашей семьи, я его знаю с детства. Он замечательный и безобидный старик, он всегда прислушивался ко мне! – ой, что я несу? Что несу?! Но отступать уже поздно! – Так что если Вы не хотите неприятностей, то освободите ректорское кресло! – закончила я, гордо вскинув подбородок.

Мужчина наблюдал за мной, явно о чем-то задумавшись, но пока молчал. Переваривает информацию? Возможно.

О, кажется, мои бредни возымели действие на этого толстокожего, вон, все же додумался подняться с кресла.

– Знаете, я все понимаю, но объясните мне кое-что. Во-первых, когда это ректор успел состарится настолько, чтобы Вы называли его стариком? – я промолчала, ибо ответить было нечего. – Во-вторых, с чего Вы решили, что можете меня шантажировать столь примитивным образом? – хотела было ответить, но он не дал мне этого сделать. – И, в- третьих, с чего Вы решили, что я являюсь другом вашей семьи и прислушиваюсь к Вашим советам?

Сказать, что я в сейчас стояла в шоке – ничего не сказать! Я выпала в «осадок». Честно!

– Простите, а при чем тут вообще Вы, господин преподаватель? – кажется, мой голос сейчас прозвучал крайне жалко.

– Да потому, адептка Койр, что именно я являюсь тем самым «старым» ректором, что, якобы, давно дружит с вашей семьей и прислушивается к вашим же советам!

Ой! Ой-ей-ей! Мамочки!!!

– Я, юная леди, Эдриан Брайт, глава этой самой академии, а Вы теперь моя подопечная!

Вот никогда бы не подумала, что мне будет стыдно, но, вот же, стало! Ой, что будет! Ой, как стыдно-то! А ведь я ему – САМОМУ РЕКТОРУ!!! – такую чушь наговорила! Да чтоб его орки схарчили! Чтоб он сквозь землю провалился, лишь бы с глаз долой!

А господин ректор, как ни в чем не бывало, стоит и наблюдает за мной, хищно прищурив взгляд.

Мамочки! Дура, какая же я дура! Можно же было сразу догадаться, что он никакой не преподаватель, а ректор! Сама виновата. Вляпалась! И как теперь выкручиваться? По-мо-ги-те!!!

– А-а, – протянула я, лихорадочно придумывая, что ему ответить. – Поздравляю с вступлением на должность ректора! – ну вот что я несу, а? Кто меня за язык дернул такое сказать?

– Спасибо, – хмыкнул он, снова усаживаясь на кресло и, опершись локтями о стол, произнес: – Ну что, юная леди, нужно же Вас заселить в общежитие, да еще и учебники необходимо дать. Кстати, форму тоже. – он окинул скептическим взглядом мое нынешнее одеяние.

Нет, ну, а что, главное, что мне удобно, а остальное не имеет значение!

Легкая светлая кофточка с высоким воротом и V-образным вырезом, приталенная широким черным пояском под грудью, длинными плотно облегающими рукавами; коротенькая черная юбочка, не достигающая длины даже до колена, длинные прозрачные чулочки на подвязках, что так соблазнительно выглядывают из из-под юбки и полусапожки на небольшом каблучке. Красота-а-а!

– А Вам разве не нравится мой нынешний наряд? – состроив невинные глазки, спросила я, следя за реакцией ректора.

Мужчина, снова обведя меня взглядом, чуть заметно сглотнул, но я все же заметила. Как только сумела сдержать победную улыбку – не знаю, но я это сделала!

– Так, я сообщу о Вас коменданту общежития… – чуть хрипловатым голосом оповестил он, отводя от меня взгляд.

– Хорошо, – отозвалась я, пожимая плечами, словно мне все безразлично.

– Получите учебники…

– Послушайте, господин Брайт, – сделав нахальную улыбочку на лице, обратилась к нему, – я не собираюсь тут задерживаться, так что не стоит сильно волноваться…

– Не понял… – чуть опешив от моей наглости, пробормотал ректор, удивленно глядя на меня.

Я хмыкнула:

– Ну что тут непонятного, – прошла по кабинету и присела на мягкий стул, стоящий возле стола. – Вы же все понимаете: пришла новая ученица, вступительные экзамены не сдавала, что говорит о том, что тут похлопотала моя родительница, и я даже не удивлюсь, если она разговаривала лично с вами, господин ректор. Сразу хочу сказать, а лучше нам договориться – Вы не мешайте мне, я не порчу жизнь Вам! – и так ему улыбнулась, что аж челюсти свело!

Мужчина откинулся на спинку кресла, явно переваривая мои слова, а затем все же выдал:

– Ну и наглость! Я просто в восхищении! Так чего же Вы от меня хотите, адептка Койр? – он прищурил глаза, внимательно следя за мной.

– Я хочу жить своей жизнью, но, вот уж невезуха, матушка желает, чтобы я окончила хоть что-нибудь! Ваша академия уже четвертая для меня – ни в одной надолго не задержалась – это я умею преотлично! Поэтому она и решила проконтролировать, чтобы и из вашей меня не исключили. От Вас же требуется лишь одно – через неделю выслать ей отчет о том, что я хорошо учусь, диверсий никаких не совершаю и даже в помыслах нет быть исключенной, ну, в общем, наплетите ей с три короба, да так, чтобы она поверила, а я, обещаю, что через неделю свалю отсюда, чтобы не портить Вашу размеренную и неинтересную на события жизнь! Ну, что скажете?

Ректор призадумался, почесывая подбородок с двухдневной щетиной.

– Вы весьма прелюбопытная особа, – начал он, и от чего-то начало разговора мне совсем не понравилось. – Могу сказать так – Ваши условия мне абсолютно не подходят! Могу предложить кое-что другое.

Я вопросительно приподняла правую бровь, подозрительно поглядывая на Эдриана Брайта. Интересно, что он задумал?

– Я никогда не исключу из собственной академии никого без веской на то причины. Так давайте же договоримся: если за полгода у Вас не получится добиться исключения, тогда Вы, более не предпринимая никаких попыток для этого, завершите свое обучение, да не просто завершите, а желательно с отличием, а после того, как Ваша учеба окончится, Вы выйдете за меня замуж.

От его слов я слегка опешила. Нет, ну нельзя же такое предлагать, даже в шутку! Окончить обучение, а после выйти за этого гада? Ну уж нет! Дудки тебе, господин ректор! Не дождетесь! Посмотрим чья возьмет!

Счастливо ему улыбнувшись, зная-то свой характер и на что способна, ответила:

– Согласна!

На лице ректора, ожидающего моего решения, тут же появилась ну о-о-очень довольная улыбка, такая, какая может быть только у кота, дорвавшегося до халявной сметаны. Ой, кажется зря я согласилась, но отступать теперь уже поздно!

Даже не поняла, как протянула ему ладонь, котрую он тут же пожал, запуская лёгкий магический импульс, тем самым скрепляя наш договор. Договор, расторгнуть который невозможно.

Глава 5

Последующие действия были для меня, как в тумане: коридор, лестница, снова коридор, крыло общежития, какой-то старичок в заплатанной рубахе и со связанными между собой лаптями, висящими на его шее, а вот ноги почему-то босые; просторная и светлая комната, предназначенная на двоих, видимо, тут будет жить кто-то еще, ну что ж, посмотрим, что за сосед у меня будет, а потом темнота – я вырубилась, как только голова оказалась на подушке.

Нет, так невозможно охватить все то, что со мной произошло и произойдет в этой чертовой академии, так что я, наверное, лучше начну вести дневник о своих великих свершениях.

Итак, день первый.

Чёрт, как же тут ску-у-учно! Ничего примечательного… Пока что. Нужно прогуляться.

Прошлась по академии, заглянула в библиотеку, получила учебники и там же чуть не отхватила конкретного пинка под… ну, вы поняли, за то, что чуть не снесла стеллаж с книгами! А я, между прочим, не виновата, нечего их ставить там, где я хожу. И вообще, нечего на меня голос повышать, иначе начну мстить, а мстя моя страшна, особенно тогда, когда я злюсь. А когда я злюсь, то становлюсь очень деятельной и изобретательной на всякие пакости.

Оторвалась от написания, размяла пальчики на руках, перечитала уже написанное и гаденько захихикала, вспоминая дальнейшие события.

Продолжаем:

Вернувшись в комнату, решила погулять по территории академии, подышать, так сказать, свежим воздухом, ну, а что, занятия начнутся только через два дня, адепты начинают вселяться в общежитие…

Спускаясь с крыльца, столкнулась с одной рыжеволосой фифой, которая, видимо, возомнила себя королевой. Ну-ну, лахудрища, я тебе патлы-то повырываю, если решишь мне дорогу перейти!

Девушка же, оценивающе смерив меня взглядом, что-то фыркнула, продолжила дальнейший путь. Интересно, с какого она факультета и на каком курсе обучается?

Хотя не важно! Она не достойна внимания такой светлости, как я! Вот!

Двор академии красив, что уж тут сказать: стройные ряды низких кустарников с какими-то яркими синими цветами, источающими чарующий аромат. Решила сорвать такой один себе на память. Ох, лучше бы я этого не делала, честное слово!

Горестно вздохнула, закусив нижнюю губу. Нет, ну это же надо было так опозориться! Да еще и на глазах у кого?! Вы не поверите – орков! Да-да, у самих орков, которые, как оказалось, тоже обучаются в этой академии. Ага, такие большие, брутальные, уверенные в себе, с огромными дубинами и топорами на плече… Мечта-а-а (ага, чья-то!).

Так, что-то я отвлеклась… на чем я остановилась? Ах, да…

Куст с цветами, будь он неладен!

Я, как самая прилежная ученица академии (ну да, как же, так все мне и поверили!), тихо, чтобы никто не слышал (насвистывая веселую песенку во всю мощь своих легких), направилась по направлению к этому, теперь уже ненавистному, кусту! Р-р-р!

Прекрасный, зелененький с синими цветочками, источает приятный аромат, который так и хочется вдыхать… Потянулась к заветному цветочку и… Этот чертов куст схватил меня за руку и затащил в свои непролазные дебри!

Ох, как я верещала! Ну откуда вот я могла знать, что этот кустик хищный? А?! И что его посадили сюда специально, чтобы адепты вели себя прилежно и не пытались тайком сбежать из академии! А я-то еще подумала, почему они рассажены по всему периметру, вдоль высокого забора?! А вот вам и ответ – чтобы тех нерадивых студентов поймали и схарчили! У-у-у, я вот на все сто процентов уверена, что это придумал ректор! Гад ползучий!

Ну в общем верещу я, значит, пытаюсь вырваться из цепкого захвата гибких веток, платье порвала (да, сегодня я додумалась надеть платье, легкое из светло-голубого ситца, да лучше б я штаны надела!), так, что теперь, вместо платья, осталась сплошная рванина, более похожая на половую тряпку, после того, как ей вымыли все полы в академии! Бедное мое платьице, а я его так любила-а-а-а!!

Вытерла скупую слезу, стекающую по щеке! Нет, ну правда, платье очень жаль было, а еще больше жальче себя от того, что последовала далее. Эх.

Кое-как, ведя неравный бой с кустом (вся вымазалась в земле, в растрепанных волосах застряли веточки и нежные листочки цветов), почти выползла на свет божий (ага, пятясь фактически оголенным задом, не замечая никого вокруг!), как услышала насмешливое и басовитое:

– О, ведьмочка!

– Ага, – пробасил другой голос, от чего я замерла на месте. От шока, разумеется! (Еще бы сама в это верила, было бы просто замечательно!) – А какой вид! А ну-ка, девонька, повернись, дай на тебя полюбоваться!

Закипая от злости, кое-как приняла вертикальное положение, распрямила плечи, поправила изодранное платье и повернулась, ожидая увидеть перед собой обычных парней. И чуть было не села на пятую точку, ага, обратно в тот куст. Как удержалась на ногах – не имею ни малейшего понятия!

– О, а она ничего, симпатичная! – пробасил один из этих великанов (ну, а как же!), оценивающе обведя меня своими карими глазами, нахально улыбнувшись, показывая свои острые клыки размером с мой указательный палец! Ужас!! – Дай поцелую! – и ведь этот наглец мохнатый на самом деле полез целоваться, а я… Да я так заверещала во всю глотку, что все кладбище могла бы поднять, а некроманты бы только позавидовали!

А этот адепт мохнатый (у него везде волосы, большие такие, лохматые: грудь, спина, ноги – все покрыто густыми, темными волосами, а вот голова, как ни странно, совсем лысая, как девичья коленка!) подпрыгнул на месте от моего визга, бешено вращая глазами, пытаясь понять, что произошло, закрутился на месте и… его дубинка, лежащая на плече, как раз заехала мне по макушке, от чего я, крякнув, свалилась обратно в тот самый злосчастный куст, который не преминул возможностью скрутить меня по новой!

И снова я, свалившись на пятую точку так, что одни ноги и торчат кверху, оказалась скручена по рукам и ногам гибкими ветками кустарника… И вот надо же было именно в этот момент появиться ректору! Будь он трижды неладен!

– Не ожидал от Вас, адептка Койр, не ожидал! Оперативно, однако, Вы работаете! Так не терпится добиться исключения? Не выйдет. И вот Вам мой совет, – как ни в чем не бывало произнес он, насмешливо смерив мой растрепанный вид взглядом, – не стоит развращать моих адептов! Орки, как Вы знаете, отличаются завидной любвеобильностью. —мужчина хмыкнул. – Вы бы хоть уединились. А то уж больно вид у Вас непрезентабельный. Мне даже как-то немного стыдно стало, – снова хмыкнул он, а затем, взглянув на парней, добавил: – перед ними. – и больше не говоря ни слова, развернулся и отправился прочь, что-то весело напевая себе под нос! Га-а-ад! Вот как есть, гад!

А я так и осталась сидеть в этом кустарнике, зло сверля спину ректора Брайта. Орки же ошарашено взирали на меня. Да уж, ну и денек выдался!

Горестно вздохнула, откладывая перо, чтобы не капнуть на бумагу чернилами, откинулась на стул, обведя свою комнату невидящим взглядом.

Да уж, стыдно мне вчера было так, как никогда раньше! А как я, растрепанная, с порванным платьем, да пристыженная ректором возвращалась обратно в общежитие – другая история, которую я даже и вспоминать не хочу. Но точно знаю – это происшествие я так просто не оставлю!

Ох, господин ректор, вы у меня за это еще заплатите! Обещаю!

Глава 6

День третий.

Ску-у-учно! Да-да, мне снова скучно. Весь остаток вчерашнего дня просидела в комнате, залечивая свое уязвленное эго. И да, злилась на этого чертового ректора. Чтоб ему пусто было.

И так, что произошло примечательного вчера? Ну, не считая того, что я познакомилась со своей соседкой по комнате, больше ничего и не было.

Кстати, моей соседкой оказалась та самая рыжеволосая фифа, которой я столкнулась на лестнице, ну та, кому я хотела рыжие патлы вырвать.

Оказалась, она вполне нормальная девчонка. Правда, на один курс старше меня, а вот факультет тот же – ведьмовство. А зовут ее Анитая, но я зову просто – Нита.

Девочка толковая и разумная, почти как я!

Чувствую, мы с ней сдружимся…

День седьмой.

Лучше бы я умерла! Честное слово! Никогда. Слышите, никогда не дружите орками! И никогда не ходите с ними в трактир, что находится неподалеку от академии! Мне… о-о-ох, что-то буквы расплывается перед глазами…

– О-о-ох, – закряхтела я, пытаясь оторвать голову от подушки, глаза напрочь отказывались открываться, а во рту стояла такая сухость, что пустыня в сравнении с этим отдыхает.

– О, очнулась, горе-дебоширка. И как ты себя чувствуешь? – усмехнулась моя соседка по комнате.

– О-о-ох, – только и смогла выдавить я из себя, и голову тут же сдавило в тиски, принося ей тупую боль.

– Хм, вижу, выходные у тебя прошли на славу, – снова хмыкнула Нита. – Но выходные выходными, а сейчас нужно вставать, через полчаса нужно явиться на занятия, а если ты этого снова не сделаешь, то декан тебя потом с потрохами съест и не подавится.

Я снова застонала, уткнувшись лицом в подушку. Да уж, утро добрым не бывает, особенно после выходных. И кто просил меня вчера столько пить? Все, пора завязывать, а то мало ли, вдруг чего натворю еще. Вон, в прошлый раз с орками чуть не подралась, так они до сих пор обижаются на меня. Ну, а чего они, в самом-то деле, пристали? «Эй, ведьмочка, дай поцелую.» Ну я и не удержалась, поцеловала… Метлой… Пару раз по башке огрела оной, зато теперь не пристают… Хотя, впрочем, с этого-то и началась наша дружба. Не считая того, что они застали меня совсем в непрезентабельном виде в гибких ветках кустарника. Да-да, это те самые орки! И один из них, тот, что по голове меня своей дубинкой ненароком огрел, является главарем этой шайки-лейки. Гургу – так зовут моего «благодетеля».

Эх, ладно, придется вставать и переться на занятия, только нужно сперва принять на грудь проверенное средство – бабушкин огуречный рассол. Эх, бабушка моя, единственный единомышленник, который всегда и во всем меня поддерживает, жаль, что она от меня далеко, а вот рассол – близко! Ага!

Кое-как поднялась, зажимая голову руками.

– Что, голова болит? – ехидно поинтересовалась Нита, насмешливо сверкая глазами.

– Ой, не ори ты так, – простонала я, кося на нее глаза. У, зараза, выспалась, вон какой отдохнувшей выглядит. Не то, что я. – О-о, моя голова. Нита, где рассол?

– Так ты же его еще вчера своим друзьям отдала, заявив, что ты и без него будешь чувствовать себя замечательно, а вот им, дилетантам, не умеющим пить, он о-очень пригодится.

– Вот я ду-у-ура! О-о-ой!! – тихо застонала я, снова увалившись на подушку. – Нет, сегодня меня не существует – буду отсыпаться! Передай ректору, если встретишь, что я временно недоступна! Я заболела.

– Ну-ну, – усмехнулась соседка по комнате, взяла сумку с учебными принадлежностями и покинула комнату.

Я же осталась в комнате одна. Похмелье не в счет! Оно, судя по моему состоянию, еще долго будет со мной. И напомните мне, чтобы я больше никогда не пила с гномами, вот уж кого не перепить, так это их. А орки… Хи-хи, надеюсь, им сейчас так же плохо, как и мне!

День четырнадцатый.

Все идет своим чередом: комната-учеба, учеба-комната, выходные-орки-попойка (ну, а как без этого?!)! На утро головная боль, затем снова учебные будни.

Одним словом – ску-у-учно! Эх, может, взорвать что-нибудь? Нет, не получится, через двадцать минут урок по зельеварению, нужно спешить, а то профессорша осерчает, если опоздаю. Эх, контрольная работа по пройденному материалу. Ладно (тяжело вздыхаю), пора на занятия.

Так, аудитория триста восемьдесят четвертая – кабинет зельеварения.

Тяжело вздохнув, вошла, понимая, что в приготовлении зелий я не очень преуспела. Ладно, поди, все же, что-нибудь да смогу сварганить.

Прошла к своему столу и расположилась за ним: небольшой котелок, различные склянки с порошками, корешками, жуками и прочими ингредиентами, деревянная ложка для помешивания зелья…

Понурив голову, обреченно покачала головой. Нет, я не справлюсь, ведь профессорша явно приготовила что-нибудь сложное, а для меня это… Снова тяжело вздохнула.

А вот и звонок. Все адепты расселись по местам, ожидая преподавателя.

Красивая, я бы даже сказала очень красивая женщина, лет тридцати, вошла в кабинет, обвела всех взглядом и произнесла:

– Итак, дорогие мои ученики, сегодня вас ожидает контрольная! – по аудитории пронесся протяжный стон двадцати четырех адептов, включая меня, конечно же. – Да-да, я вижу ваш энтузиазм, понимаю, что вам так и не терпится приступить к приготовлению одного из самых сложных и моих любимых, разумеется, зелий! Сегодня вы должны будете приготовить мне зелье возвращения памяти, которое применяется после воздействия зелья проклятий и стирания разума. – по аудитории снова пронесся тяжелый вздох. – Ну вот и молодцы, приступайте. На все про все у вас будет полтора часа. Время пошло.

Ладно, делать нечего, придется браться за это чертово зелье!

Час спустя.

– Адептка Койр, что это Вы там бубните себе под нос? – возмущенно спросила меня профессор Сорвус. – Урок проклятий у Вас будет следующим, а сейчас займитесь своим зельем, иначе я поставлю Вам неуд. – профессорша поудобнее уселась в своем кресле, исподлобья наблюдая за нашим курсом.

А мне как-то было плевать, ну и пусть смотрит и возмущается – у меня тут вон, зелье не получается. Все никак не могу вспомнить, какой последний ингредиент нужно добавить? То ли лапки летучих мышей, то ли крылья саранчи, то ли глаз паука (кстати, оный очень трудно достать из его маленьких глазниц). И вот ведь как, если я ошибусь с ингредиентом, то тут ТААААК может рвануть, что всем мало не покажется.

А я все бормочу:

– Лапы, крылья, глаз? – ну и, на свой страх и риск, кинула их все вместе. Ну, а чего мучиться-то, авось и угадаю…

А мое, еще недавно прозрачное и чистое, зелье, вдруг как зашипело, забурлило, почернело. И я поняла – ошиблась. Сильно ошиблась. Мамочки, что же сейчас будет? Что будет?! Вон, уже и дым черный повалил, и я как заору на весь кабинет:

– Ложиииись! – и тут рвануло, да так, что вся Академия сотряслась, а в крыше, как раз над нашим кабинетом, зияла большая и круглая дыра.

– Адептка Койр!! – завопила профессорша, высовывая всклокоченную голову из-под стола. – Живо в кабинет к ректору! Немедленно!!

«Уууу, а нервы-то у нее ни к черту. Лечиться ей надо, лечиться. И срочно!»

Я тяжело вздохнула и подумала: «Ну вот, снова я крайней осталась. Ну я же не виновата, что тут какой ингредиент не смешай – обязательно рванет. Хотя обычно только у меня так и происходило, но это к делу не относится. Не умеют грамотно зелье составить, все на составляющие разобрать, так и нефиг тогда браться. А то потом мучайся одарённым студенткам, к числу которых я себя и относила.»

Ладно, ректор, я иду к вам! Встречайте.

И гаденько захихикав, покинула кабинет зельеварения.

Глава 7

День пятнадцатый.

Его даже вспоминать не особо-то и хочется!

Да уж, после того, как я взорвала кабинет зельеварения, мне пришлось идти к ректору на поклон. Как же меня раздражает Эдриан Брайт, вы бы только знали. Высокомерный, наглый и… Даже слов нет, как его можно охарактеризовать. Нет, я не спорю, что он очень привлекательный тип, но, скажу по секрету, он меня настораживает. Что-то в нем есть такое, от чего я начинаю дрожать всем телом, а ладони непроизвольно потеют. Кажется, я его боюсь. Хотя, казалось бы, с чего? Обычный дядька, возглавляющий одну из самых престижных академий в Риндане, при этом будучи довольно-таки молодым. Странно это, но факт.

Ладно, могу рассказать, как прошла моя беседа с ректором после занятий. Вчера…

Все еще хихикая про себя, разумеется, а то еще подумают, что я специально учинила этот взрыв, хотя это и не далеко от истины, вышла из кабинета и направилась туда, куда меня послала профессор Сорвус – к ректору.

Поднялась по ступеням, снова запыхавшись, – ох, как же я не люблю эту чертову лестницу и ректора заодно, – остановилась у двери в его кабинет и, не раздумывая, постучала.

В ответ услышала лаконичное:

– Войдите, адептка Койр. – интересно, а как он узнал, что это я?

Неважно! У меня есть цель – исключение из академии! Да!

Итак, что такого бы сделать, чтобы мое поведение до чертиков возмутило ректора, и он меня поскорее исключил? Не долго думая, ухмыльнулась и… со всей дури лупанула по ректорской двери ногой… Чтобы тут же дико взвыть от боли!

Эта чертовка, дверь, то есть, не то, чтобы открыться – она даже не пошатнулась и не скрипнула! Вот же гадство!

А я, прыгая на одной ноге и подвывая, как бронтозавр во время спаривания, навалилась спиной на эту же самую дверь и та, вот уж чего не ожидала, легко отворилась, впуская меня в кабинет. Ну, как впуская, скорее уж я ввалилась туда, как разъяренный ежик, разбуженный во время долгой зимней спячки!

Рухнув на ковер, все еще держась за ногу и извергая из своего рта такую нецензурную брань, что самой в пору смутиться, мельком заметила ректора с интересном наблюдающего за моими странными, даже на мой взгляд, действиями: злая, взлохмаченная, держащаяся за поврежденную ногу, матюкающаяся так, что уши в трубочку сворачиваются, и при этом пытающаяся принять вертикальное положение.

– Удивительно, как всего одна адептка может учинить такой ущерб всей академии, про шум я и вовсе молчу, – насмешливо произнес Брайт. – Лиана, да вы кладезь на пакости.

– Польщена, – сквозь зубы выдавила я, все же приняв вертикальное положение. Ох, как ноге-то больно!

– Скажите, – еле сдерживая улыбку, поинтересовался этот гад, – а чем Вас моя дверь не устраивает?

– Тем, что не открывается, – прошипела я, все еще ощущая боль в ноге.

– Так не нужно было ее пинать, она у меня своенравная – с характером, – хохотнул он. – Нужно было просто легонько ее открыть рукой, она бы без проблем поддалась, а Вы… Ну, что могу сказать – сами виноваты.

– Угу, как же, сама, – зло буркнула я, но так, чтобы этот деспот и тиран не услышал, но, кажется, он все-таки услышал, потому как хмыкнул.

– Ладно, не будем об этом. – мужчина поднялся из кресла, вышел из-за стола и, прищурив свои глаза стального цвета, поинтересовался: – Лиана, зачем Вы взорвали кабинет профессора Сорвус?

– Я не виновата… – начала было оправдываться, но он меня самым наглым образом перебил.

– Ну да, как же, так я Вам и поверил. Вы с самого первого дня пытаетесь нарушить все правила академии, которые я лично составил. Думается мне, что этот взрыв был первым из многих, которые последуют. Я знаю, насколько Вы были собой довольны, покидая кабинет профессора…

– Откуда?! – изумленно уставилась на ректора.

– У меня свои источники, – ушел он от ответа.

– Да? Вот бы и мне такие… – мечтательно выдохнула я.

– Вот когда станете моей женой, тогда они и у вас появятся, – ответил Эдриан, улыбнувшись лишь уголком губ.

– Вот еще, не выйду я за Вас! – взвинтилась я, гневно глядя на ректора. – Обойдусь я без Ваших источников информации! У меня другие планы…

– Да-да, я знаю, Вы хотите путешествовать и так далее и тому подобное, – насмешливо произнес он, скрестив руки на груди. – Но у Вас не выйдет добиться исключения, Лиана. Я не позволю.

– Ха, вот тут Вы заблуждаетесь… – начала было я, но не успела более ничего произнести, потому как Эдриан в мгновение ока оказался возле меня, склонив свое лицо к моему, почти касаясь своими губами моих.

– Неужели? – чуть хрипло спросил он. – Вы во мне сомневаетесь?

– Э-э… – не нашлась я с ответом, как завороженная смотря прямо в его невероятные глаза. Ох, а в близи-то он еще привлекательнее, чем на расстоянии.

– Вам не удастся добиться исключения, Лиана, – произнес он, обдавая меня своим теплым дыханием, от чего по моему телу пробежали мурашки, а ноги задрожали. – Вы доучитесь в академии, а затем станете моей женой. В полном смысле этого слова.

Академия, учеба… Да какая, к черту, учеба, когда в моей голове абсолютная каша. Его глаза, губы, что находятся так близко к моим… О-о, кажется, я сейчас растаю.

– Лиана, – тихо прошептал он, а я…

– Там у Вас крыша, господин ректор, – вторя ему, ответила я, —залатать бы ее. – кажется, своим дурным языком я испортила какой-то особенный момент.

– Крыша, – хмыкнул он, отстраняясь. – Ладно, адептка, я Вас боле не задерживаю. Можете идти на занятия.

А я, как завороженная этим мужчиной, сперва сделала шаг навстречу ему, но затем, словно передо мной возникла непроходимая преграда, остановилась, тряхнула головой и шумно выдохнула, тем самым привлекая внимание этого мужчины к своим губам.

Может, их еще и облизнуть? Интересно увидеть его реакцию. Чуть высунула кончик языка, чтобы это проделать, но от чего-то остановилась.

– Лиана, не испытывай мое терпение – оно не железное, – глядя на мои губы и высунутый наружу язык, сипло произнес Эдриан.

– А фто я такого сдедада? – удивленно поинтересовалась я, забыв засунуть язычок обратно в рот.

– Уйди, иначе я за себя не ручаюсь, – нахмурившись, ответил он, отворачиваясь от меня.

Ну и ладно. Спрятав язык, развернулась и открыла дверь, чтобы покинуть кабинет ректора, но на самом пороге резко развернулась и все же высунула язык, показывая его Брайту. Зачем? А чтобы было! Вот! Да, я противная!

Кто ж мог подумать, что Брайт в этот момент будет на меня смотреть?! Вот и я не ожидала. Заливаясь краской от стыда, выскочила за дверь, сильно ею хлопнув, и понеслась в общежитие. Слыша за своей спиной чье-то недовольное ворчание и пожелание мне свалиться с лестницы. Неужели дверь? Ну, зараза, я тебе еще устрою! Не сейчас, позже, но точно устрою! И тебе, Эдриан Брайт, тоже!

Хотели взрывов – получите! Я вам всю академию на мелкие камушки разнесу и скажу, что так оно все и было! Еще и друзей-собуты… э-э, орков подключу к этому знаменательному событию! Вот уж они повеселятся на славу!

А сейчас нужно валить подальше от ректора! Общежитие, я бегу к тебе!

Глава 8

На следующий день, а вернее ночь, как и полагается хорошей девочке, я пошла мстить той, из-за кого я так сильно ушибла ногу – ректорская дверь! Ну и подрыв ректорского авторитета. Куда ж без этого?!

Ничего лучше не придумала, как подбить на эту авантюру мою соседку по комнате – Ниту. Вместе мы додумались перекрасить эту чертову дверь, да в такой цвет, чтобы аж в глазах от него бы начало рябить!

Разработав план действий, поздно ночью отправились предварять наш, вернее мой, этот самый план в действие. Никак не ожидала того, что последует далее.

Мы прокрадывались по академии, стремясь быть менее заметными, и вздрагивали от каждого шороха. Да, было немного страшно, но месть – дело святое! Я обязана отомстить той нахалке, из-за которой случился вчерашний конфуз! Но еще сильнее я злилась на ректора и его странное поведение в отношении ко мне. Он ведь меня чуть было не поцеловал! Гад!

Пробирались по коридорам и лестнице минут пятнадцать, если не больше, но, наконец-таки, добрались.

– Только тише, – прошептала Анитая, когда мы, точно мышки, старались прошмыгнуть мимо кабинета ректора, и совсем не важно, что сейчас уже ночь, а все нормальные адепты давно спят. Просто я же не успокоюсь, пока не сделаю кое-кому гадость. Злорадненько хихикнула, чем чуть было не вызвала сердечный приступ у моей соседки.

– Да успокойся ты, все будет тип-топ! – попыталась подбодрить подругу, но, если честно, у самой поджилки тряслись. Нет, ну а если нас застукают за таким неприглядным занятием, как подрывание ректорского авторитета путем покраски двери в розовый цвет, да украшением оной миленькими бантиками, при чем застуканные именно самим ректором? Нет уж – не хочу, а то он снова начнет издеваться, а я, как правило, могу обидеться на это и тогда впаду в глубокую депрессию… А если это произойдет, то я не смогу какое-то время делать пакости и портить жизнь одному наглому и очень нехорошему человеку. Ну вот как он тогда без меня проживет? Он же тогда со скуки помрет!

Мы как раз подкрались к ректорскому кабинету, и я уже предвкушающе начала потирать руки, как вдруг моя подруга побледнела и на невероятной скорости стартанула прочь. Я же, недоумевая ее поступком – у-у-у, предательница! – повернулась к двери, собираясь произнести заклинание смены цвета, да полить на дверь одним растворчиком, чтобы цвет лучше держался и его невозможно было устранить как-либо, когда уткнулась носом в грудь того, кого меньше всего ожидала увидеть.

– Ну привет, пакостница мелкая, – произнес ректор, насмешливо приподняв правую бровь. – Снова собралась диверсию устроить?

– А я…э, ну… – промямлила, отводя взгляд. Просто… Он такой… такой… в распахнутой на груди рубахе, которая открывала его загорелую грудь… короче, он такой… ну… Гад, в общем! Зачем такой красотой стоит, сверкает? А я ведь не железная, могу не сдержаться и прикарманить ТАКОГО мужчину! Ну, для опытов, разумеется.

– Я так и понял, Койр. А теперь марш к себе в комнату, пока я тебя не отшлепал как следует! – и он положил свои руки на пояс брюк, где находился ремень, даже расстегивать его начал…

Долго упрашивать меня не нужно – сорвалась с места так, словно поганой метлой гнали, но на последок, все же, сделала одну гадость – произнесла заклинание и… покрасила волосы ректора в розовый цвет! Вот он удивится, когда увидит себя в зеркале! А краска-то ведь не смоется как минимум три дня. Ох, какая же я молодец! Аж на душе легче стало!

Теперь лишь вопрос времени, когда он заметит резкую смену имиджа!

Глава 9

Я лежала на своей кровати в комнате, которая находилась в женской половине общежития, смотрела в потолок и размышляла о жизни. Ну, как о жизни, скорее о проблемах, которые появились, стоило покрасить ректору волосы в розовый цвет. Эх, не думала, что он так рассвирепеет, хотя, вру – думала и даже надеялась.

– Ты дура! – разъяренно орала на меня соседка по комнате – Нита. – Как только он появился в дверях, нужно было тут же бежать! А ты?

– А я ему волосы покрасила, – мечтательно пролепетала я, закидывая руки за голову и счастливо улыбаясь. – Он теперь просто неотразим – розовый ему, определенно, к лицу.

– Идиотка ты, Койр. Ему же во дворец нужно! Сам император его вызвал! – орала подруга, обкусывая ногти на руках.

– Ну и что? – усмехнулась я. – Будет там самым гламурным…

– Ты не понимаешь! Ректору нельзя ударить в грязь лицом перед нашим властителем! Одно дело двери покрасить в розовый, но ректор – это… Короче, ты – самоубийца!

Приподнялась, опираясь правой рукой на подушку:

– Ничего я не самоубийца…

– Ты его не видела! – пробормотала Нита. – Это было жуткое зрелище, когда он понял, что краска не смывается! Я думала, что он половину академии разнесет!

– Эх, хотела бы я это увидеть! – мечтательно закатив глаза и снова откинувшись на подушку, вздохнула я.

– Ну, – усмехнулась подруга, – у тебя представился этот шанс – он вызывает тебя к себе.

Улыбка тут же слетела с моих губ. «Все, кажется, теперь мне точно пришел конец! Он точно убьет меня! Нужно срочно бежать куда-нибудь… Где мои друзья-орки? Ребятааа, помогите мне!»

Быстро-быстро записываю в дневник, чтобы ничего не забыть. Итак, ректор на самом деле меня искал и очень активно так искал, я даже успела это прочувствовать! Он чуть академию по камешкам не разобрал, пытаясь меня найти. Ага, так я ему и далась, наивный!

Когда Анитая сообщила, что Эдриан меня ищет, потому что я перекрасила его волосы в розовый цвет, и что он злой, как черт, моя реакция, естественно, была однозначной – нужно делать ноги! А еще лучше забуриться куда-нибудь с моими собуты… эм, друзьями и как следует напить… повеселиться!

И мне это даже удалось! Очень даже удалось! Мы дебоширили недалеко от академии аж целых три дня!!! Ох, и чего я только не успела натворить за это время! Даже вспоминать страшно!

Сперва все шло отлично, и нам удалось сбежать от разъяренного ректора, и даже умудрились не попасться ему на глаза, затем мы забурились в один из трактиров, что находится поодаль от академии, а уж там…

Помню четко: заказали пару кувшинов отборного эля, три бутылки бренди и еще какой-то дряни, которую я ни разу не пробовала до того памятного дня! Ох и ужрали… то есть, напили… ну, напробовались же мы! Даже до сих пор подташнивает! Бр-р-р!

Что было потом – помню смутно! Но главное – помню!

Вот кто меня за язык дернул поспорить с друзьями, что смогу напакостить по-крупному в восточном крыле академии? Или, что устрою эльфийкам день моды? («преображу» так, что мать родная не узнает!) А еще, что мне за это ничего не будет! Ох, какой же я бываю смелой под приличным градусом азарта! А этого «азарта» я набралась столько, что домовые и орки должны завидовать моей выдержке!

Что ж, сказано – сделано! Я отправилась совершать диверсию! Надо же как-то добиться исключения! И это уже не моя прихоть, а вопрос чести и достоинства! Я не могу ударить в грязь лицом! Раз уж мы поспорили с ректором, значит, победа любой ценой должна достаться мне! Только мне!! И никак иначе! Я же не могу позволить этому красивому гаду выиграть?! Или… Нет, даже думать о таком варианте нельзя! Я что, кисейная барышня, которая теряет голову от одной мысли о замужестве? Нет, я – Лиана Койр, и я так просто не сдамся!

… Да уж, эти три дня удались на славу! Кстати, ректор меня так и не нашел в те дни, отправившись во дворец императора несолоно хлебавши! Зато сегодня…

– Злой, бесчувственный, бессердечный! Как он мог так со мной поступить? СО МНОЙ?! Я же все для него делала, я же ему всю себя посвятила, отдавалась без остатка! А он… – я печально вздыхала, сидя на кровати в комнате общежития для женской половины академии. Да, печалька. Совсем печалька. Даже Нита, моя подруга и одновременно соседка по комнате, не могла унять моих страданий и причитаний.

– Слушай, ну может хватит уже, а? – взмолилась она, вопрошающе глядя на меня, а я…

– Не могу-у-у, он… он… Да как он только мог?! – заламывая руки, проныла я.

– Да что он такого сделал? Мне казалось, что ректор всегда такой сдержанный и…

– Вот именно, что сдержанный! Он совсем не замечает меня! Я же для него, для него… Вон, что сделала, а он только усмехнулся, да дальше пошел! Напоследок лишь сказав: «Неплохо, адептка Койр, но не впечатляет. Кстати, уберите тут все после себя.» У-у-у, злодей бесчувственный! А я так старалась…

– Погоди, – прищурилась моя подруга, – а что ты такого сделала?

– Как это что? – возмущенно воскликнула я, подпрыгивая на кровати. – Да я же для него… Вернее, из-за него половину Академии разрушила, эльфийкам волосы отчекрыжила, теперь они, после моего чудодейственного шампуня, все лысые ходят; лабораторию взорвала, уроки сорвала, в учебной столовой на полу масло разлила, чтобы организовать каток для НЕОДАРЕННЫХ фигуристов, пусть учатся, я же не злая, во благо только действую; орки и гномы неприкосновенны – они, как никак, мои собуты…эээ, друзья; потом я ректору прислала подарок со взрывчатым веществом, ну, а он, как я и думала, не проверил и открыл его. Я, между прочим, не виновата, что он такой балбес, так что это по его вине ректорскую раскурочило так, что там теперь скорейший ремонт требуется… – я всхлипнула, смахнув невидимую слезу. – А он… Он меня отчислять не хоче-е-ет! Я же тогда ему проспорю-у-у! Гад!

– Койр, – скептически хмыкнула Нита, – ты – клиническая дура, и это, увы, не лечится.

– Сама такая! – огрызнулась в ответ. – Ты не понимаешь, Нита, это я успела сделать всего за три дня! Три дня!!! А он со мной так снисходительно общается! Даже про покраску волос ничего не сказал, а только вздохнул. Кстати, краску он все же как-то смыл… – я задумчиво почесала затылок. – Нита, вот что мне делать? Скоро срок нашей договоренности истечет, и он может выиграть! А я еще для себя пожить хочу, а не замуж выходить, чтобы потом заниматься пеленками и распашонками! Не для семьи я создана! Да мне же служить на благо родине нужно! Я же…

– Ага, тебя запусти в стан врага, и они сдадутся без боя на следующий же день! – хмыкнула моя подруга. – Лиана, ты же самое натуральное ходячее бедствие! Везде, где ступает твоя нога, сразу же что-нибудь происходит, в основном это крупные разрушения. Я бы на месте ректора давно тебя взашей выставила из академии, а он терпит, и даже снисходительно тебе улыбается, словно ты маленький ребенок, не понимающий, что творишь!

– Вот и я не понимаю того, почему же он до сих пор меня не исключил, – устало вздохнула, повалившись на кровать и глядя в потолок. – У меня скоро фантазия в конвульсиях скончается, а ему хоть бы хны! Даже и не знаю, что еще придумать, чтобы до этого непробиваемого дошло, чтоб он прочувствовал все и, наконец, исключил!

– Думается мне, что ничего у тебя не выйдет. Если даже после таких разрушений и проделок его до сих пор не проняло, то и дальше пытаться бессмысленно, – нравоучительно произнесла соседка по комнате и, взяв полотенце, направилась в душ, оставив меня наедине со своими мыслями.

«Ну нет, Эдриан Брайт, я не сдамся. Осталось совсем немного времени, и я потрачу его на подготовку чего-то более мощного и будоражащего, нежели эти мои жалкие попытки. Я тебе устрою такой акт диверсионного побоища, что все надолго запомнят, а ты после этого точно меня исключишь!»

Глава 10

[Прошло почти 4 месяца, до окончания нашего спора осталось совсем ничего – пара недель, а я… Что ж, я в это время упорно и усердно трудилась во благо своего будущего – составляла четкий план действий, разрабатывала стратегию. И да, я придумала, что нужно сделать, чтобы ректор меня все-таки исключил – нужно выкрасть люстру. Ту самую, что заприметила в первый день поступления. О да, прекрасная, золотая, инкрустированная множеством алмазов…

Как позже узнала, это произведение искусства академии подарил сам император за заслуги нынешнего ректора перед империей Риндан, а вот за какие именно – этого, увы, никто не знает.

Ну и ладно, меня это не волнует! Главное – выкрасть мою прелесть и спрятать так, чтобы ни одна гадина не прознала, особенно ректор!

Да уж, подготовка шла долго и муторно – нужно было разработать все, учесть каждую мелочь, и во всем это мне помогали мои незыблемые друзья-орки и Нита.

Каждую ночь, пока все крепко спали, мы тренировались в слиянии магии, каждый из нас должен был друг друга поддерживать, чтобы все получилось. Мы соединяли наши силы, объединяя их в одну, чтобы они образовывали сеть. Иначе эту громадную люстру было просто не снять, а ведь она же еще и охранной магией была окружена. Но ничего, мы и ее умудрились обойти, но пока не вплетали туда свою силу, чтобы, не дай Светлые Боги, ректор не заметил и не смешал нам все карты.

Ночью тренировка, днем учеба. Между прочим, я на самом деле училась! Даже успела сдать первый семестр на «хорошо», что меня немало удивило. Надо же, а я, оказывается, хоть немного, но знаю, значит я не безнадежна!

Ректор меня не донимал, а только наблюдал со стороны, чему я, признаться, была неимоверно рада. Правда, иногда, а, впрочем, очень часто, все же вспоминала то, как он на меня смотрел, как чуть было не поцеловал… Ох, не о том я должна думать, не о том!

И так, день «Х» приближался, все уже было готово, нужно было только улучить момент, и мы его уловили! Через два дня ректор должен отправиться снова во дворец императора на поклон с докладом по академии, а мы, пока он будет отсутствовать, сопрем, то есть, украдем мою драгоценную люстрочку!

Да, решено, через два дня мы все вместе совершим дерзкий грабеж! И, думаю, ректор, увидев пропажу этого драгоценного имущества, по головке меня не погладит. Почему только меня? Да потому, что друзей своих я ни за что не выдам! Мое слово – кремень, сказала – сделаю!

Что ж, совершим дерзкое ограбление, а там уже можно будет расслабиться и больше не заморачиваться на счет учебы – меня исключат… Красота-а-а!

Так, совсем забыла, сегодня же у нас с друзьями намечается небольшой праздничный ужин! Нужно собираться.]

И снова ночь, и снова все спят, созерцая разноцветные сны – красота! И, главное, никто же не помешает!

Так, Ниту мы брать не будем, ибо она та еще ханжа и заучка. Нет, ну вот сколько можно учиться, а отдыхать когда она будет? Странно, как она вообще согласилась помочь мне с люстрой? Хотя… Ничего удивительного, ведь ей приглянулся один из моих друзей-орков, тот самый предводитель орочьей банды – Гургу. Ох, не понимаю я Ниту, не понимаю. Как можно было втюриться в этого мохнатого аборигена? У него же волосы… везде!!! Бр-р-р, не, не мой типаж. Хотя друзья из орков отменные! За что я их и ценю! Вот и Нита оценила.

Хах, она же, завидев предводителя орочьей банды, сразу начинает краснеть и на каждом слове заикаться, отводя взгляд в сторону. А Гургу, вот даю руку на отсечение, точно это заметил и пользуется застенчивостью моей подруги, красуясь перед ней, играя своими лохматыми мышцами, крутя в руках дубинку, да строя глазки, улыбаясь во всю ширь своих больших желтоватых клыков. Ох, и уморительно же на них смотреть! Ля-по-та!

Но да ладно, не буду об этом, нужно срочно бежать, а то меня уже заждались.

Я тихонечко выскользнула из своей комнаты в женском общежитии и направилась вниз, чтобы вырваться за пределы моей родной альма-матер. «Ох, и гульнем же мы сегодня!» – подумала я, предвкушающе потирая руки. И уже даже спустилась на последнюю ступеньку лестницы, ведущей в главный холл академии, где меня ждали орки, как вдруг услышала за спиной:

– Ну и куда это вы всей честной компанией собрались на ночь глядя, адептка Койр? – произнес до боли знакомый голос ректора. Ууу, ну все, абзац полный, он же нам всю веселуху похерит. Ууу, тиран и деспот!

– А-а-а, мы-ы-ы-ы, – нервно протянула я, теребя рукав своей блузки.

– Ну?

– А мы в туалет пошли, – выпалила я, с опозданием поняв, что только что ляпнула.

– Что, все вместе? – насмешливо приподняв бровь, удивился ректор.

– Ну да, – гордо вскинув голову, ответила я. Вот вру, а мне не стыдно, ну вот нисколечко! – А ребята меня охранять будут.

– От кого? У нас самая защищенная Академия во всем мире, – удивился господин Брайт.

– От вас, господин ректор, – хмыкнула я, и, повернувшись к нему спиной, решительно пошагала прочь, оставив позади ошарашенного ректора. Друзья-орки последовали за мной.

Через мгновение вслед моей удаляющейся поп… Эээ, спине, послышался злой оклик ректора:

– Адептка, чтоб тебя гоблин пожрал, а ну стой!

– Так, ребята, валим отсюда, валим! – и мы сорвались на бег.

Глава 11

Бежали мы быстро, я бы сказала, даже очень быстро!

Куда? Да черт его знает, лишь бы подальше от ректора! И, что странно, нас, вопреки нашим же ожиданиям, никто не преследовал и не остановил. Странно. Но зато мы смогли вырваться из родных пенатов, чтобы как следует оторваться перед ошеломительной диверсией всех времен и народов империи Риндан! Ох, и устрою же я переполох этому наглому тирану и деспоту – Эдриану Брайту.

Ох, знали бы вы, куда нас занесло!!! Мы мчались, как заполошные, пока ноги не принесли нас к свинарнику на одном из постоялых дворов! Да-да, к самому настоящему свинарнику, где обитает эта грязная живность – свинки.

Гургу, тяжело дыша, начал зубоскалить, остальные стали ему подражать.

– Что… смешного? – кое-как дыша, хватая ртом воздух, выдавила я, вытирая со лба крупные капли пота; волосы от бега растрепались и теперь липли к лицу, норовя все время попасть мне в рот, из-за чего я постоянно отплевывалась. Ну да, чтобы собрать волосы в пучок сил не было. Совсем. И так легкие жгло от бега, а тут еще лишние движения делать? Ну их нафиг!

– Гургу восхищаться мелкой, – пробасил он, доставая из-за своего плеча бутыль. И я ведь только сейчас заметила, что на спине у него была приторочена большая заплечная сумка, в которой, видимо, и находилась эта большая бутыль. – Гургу хотеть пить с мелкой.

– А что это? – мои глаза предвкушающе заблестели. Я ведь знаю, что орки любители выпить, а что попало они пить не станут, значит, он принес что-то ну очень хорошее и невероятно бодрящее!

– Традиционная настойка на жаба, змея и яд скорпиона – убойный самогон! – широко улыбнувшись и показав мне свои длинные чуть желтоватые клыки, ответил мой друг. – Мелкая не пожалеть! Мелкая любить эксперимент. Гургу помнить.

– Вот тут ты прав, друг мой, – весело хихикнула я, и он протянул мне тяжелую бутыль.

– Мелкая пить первый. Так положено. Традиция мой народ – угощать первым друг, а потом пить сам.

– Да без проблем! – хмыкнула я и приложилась к горлышку.

Ох!!! Мать моя дракон! Да что же это?!

Горло обожгло так, словно его опалило пламенем! Ну и задиристая же штука! Закашлялась, чуть не выронив бутыль, хорошо ее успели поймать, иначе бы в дребезги ее расколотила; из глаз брызнули слезы, а горло сжал спазм, не позволяя дышать.

– Убойно! – выдавила я, хватая ртом желанный воздух, и совсем не важно, что он провонял свиными отходами.

Друзья заржали, как кони, ну вот ей богу!

– Это не с привычка, – вытирая веселые слезы, хохотнул Гургу. —Мелкая очень скоро привыкать, Гургу тебе это обещать. – и сам сделал большой глоток, даже ни разу не поморщившись, после чего передал бутыль остальным.

Ох и налакались же мы в ту ночь!! Ох и покуролесили же мы!

Мы все, изрядно подвыпив, решили устроить себе ма-а-аленькое развлечение – скачки. И на чем бы вы думали? А вот не догадаетесь ни за что! Хах! На свиньях! Вот ей богу, никогда не скакала на свиньях – воспитание не позволяло, теперь же, чувствуя скорую свободу, можно и покуролесить, так от чего же не покататься на этих милых грязных и дурно пахнущих животных, что раздраженно похрюкивают и повизгивают, находясь в загоне? Вот и я думаю, что можно и даже нужно!

Правда, сперва нужно поймать хоть одну свинью, иначе никаких скачек не выйдет!

Ну, сказано – сделано! Гургу, как самый ловкий и проворный, о чем я не преминула ему сообщить, заверяя, что никто кроме него не справится с этим наитяжелейшим заданием – поимка свиньи, и он, как доблестный и храбрый воин, пошел на штурм загона, в котором и расположись сытые и довольные рыла.

Ох, как он их ловил, как ловил!! Не передать словами! Но могу с уверенностью сказать, что его пьяный демарш удался на славу – весь перемазанный в грязи и отходах наших будущих скакунов, Гургу умудрился разрушить загон! Вот прямо напрочь! Тем самым освободив перепуганных до смерти свинок, которые не преминули ускакать куда подальше, лишь бы не достаться в огромные лохматые ручищи бешенного орка.

Видя, что предводителю лохматых орков приходится несладко, его соплеменники решили немного помочь ловить визжащих свиней. О-о, что это был за марш-бросок! О, как они носились все по помещению! А как от них, от всех шестерых, убегали свиньи… Ляпота!

Я же, развалившись на одном из мешков, сваленных в кучу в углу у дальней стены, лишь пьяненько хихикала и подсказывала: «Хватай ее, хватай за задние лапы… копыта…», не забывая при этом по чуть-чуть потягивать Гурговский самогон, – ох и хорош же, зараза, – и снова подбадривала своих лохматых друзей: «Она туда побежала… Да не туда, а туда… Да куда ты?!… Стой! Там палка…» Бумс-трямсь-бабах – орк лежит кверху брюхом, прикрыв пьяные глаза. Так, один выбыл, осталось пятеро!

Другой же орк даже умудрился все-таки поймать и оседлать одну из свинок, чему я, признаться, была крайне удивлена! А как он на ней скака-а-ал!! У-у-у! А как орал!! У меня чуть уши не заложило! Только проскакал он, увы, не долго, – крича во всю луженную глотку, да беспорядочно махая лохматыми руками, он все же не удержался на брыкающейся и визжащей от страха свинье и, сделав машущее сальто, приземлился прямиком в свиные отходы, зарывшись по самую макушку, где и остался лежать. Ну вот, еще один сошел с дистанции.

Снова глотнув бодрящего напитка, начала скандировать то, что приходит в мою пьяную голову: «Развалившись на спине, едет Гургу на свинье! И-и-ху!». И не важно, что этого не было на самом деле, а Гургу носился, как сумасшедший, пытаясь изловить хоть одну-единственную свинью. Но все его попытки оказывались тщетными.

А затем я заметила, что кто-то все же словил одного огромного жирного порося, а другие навалились сверху, чтобы последний не сбежал, гаденько хихикнула и проскандировала:

«Раз и два, и три-четыре,

Убегают быстро свиньи,

А за ними в раскоряку

Орки чешут морду хряку!»

Ой, а чего это они так на меня уставились? Я что-то не то сказала? А, пофиг, где тут мой ядреный самогончик? О-о, моя прелесть! Глытк-глытк-глытк. Ой, что-то стены кружатся, орки вальсируют на пару со свиньями.

– О-о, какой поросеночек с розовым пятачком и зеленой лохматой кожей – странный, но такой милый! Может ты прЫнц заколдованный? А хочешь, я тебя поцелую? Нет, ну и оставайся зеленой свиньей, а я спать хочу! – кажется, я еще что-то успела наговорить, но в какой-то момент свет померк, и я вырубилась там же, где и лежала – на сваленных в большую кучу мешках.

Как оказалась в женском общежитии академии, честно говоря, не помню. Вообще. Наверное, Гургу с друзьями притащили. Какие же они у меня заботливые. Эх, сейчас отосплюсь, протрезвею, а завтра ночью мы все пойдем на дело – будем тырить люстру.

А теперь все, спа-а-ать!

Глава 12

Пробуждение? Не-е, не хочу. От слова «совсем». Да и не могу, если уж быть честной – голова трещит, во рту тако-о-ой сушняк, что, как мне кажется, даже бочка свежей ключевой воды не поможет.

А вообще, я весь день, как и полагается не очень трезвому, да что там не очень, совсем не трезвому человеку, отсыпалась. Да-да, вплоть до самого вечера. Ните то, вон, хорошо, она вчера не куролесила с орками, не каталась на свиньях, хотя… я ведь тоже не каталась.

Вспомнила вчерашние гонки и прыснула от смеха в подушку. А я ведь еще умудрилась им скандировать, подбадривала, так сказать. Интересно, как там моя дружина поживает – им так же плохо, как и мне или еще хуже? Снова хихикнула, в голове тут же, точно набатом, зазвенело.

О-о-ой, вот сколько раз себе говорила, что нельзя, ну нельзя мне пить, но нет же, не удержалась.

– Привет, – раздалось тихое рядом со мной. Кто это? Голос не моей соседки. – Выспалась?

Повернула голову на звук голоса и открыла глаза, чтобы в ужасе их тут же закрыть.

Как? Как, черт возьми, я оказалась тут? ТУТ?! У ректора?!! Бли-и-ин! Нельзя мне пить, нельзя! От досады я аж застонала в голос, сетуя на свою невезучесть.

– Совсем плохо? – участливо поинтересовался Эдриан, а это был именно он, сидя подле кровати, на которой я лежала, и держа в руке стакан с какой-то прозрачной жидкостью. – На вот, выпей, полегчает.

Кажется, в его голосе промелькнула насмешка?

Приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть на ректора. Да уж, красив, как не знаю кто: волосы влажные и зачесанные назад, видимо после душа; черная рубаха, заправленная в такого же цвета брюки, начищенные до блеска сапоги, на поясе приторочены ножны со шпагой. Хм, куда-то собирается? И я вспомнила – сегодня же он должен быть во дворце! А мы с друзьями… Ох, твою же!

– А вы почему еще тут? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос не дрожал, хотя после сна он оказался хриплым, ну и не только после сна, конечно – мой сушняк еще никто не отменял.

– На вот, выпей, а я тебе отвечу, – улыбнулся Эдриан, глядя прямо на меня. А во взгляде у него такая неподдельная теплота, такое участие, что мне от этого стало, мягко говоря, не по себе. Чего это он на меня так смотрит?

Ой-ё!! А видок-то у меня знатный! Волосы всклокочены и стоят дыбом, точно зарядом тока шандарахнуло, глаза, наверное, да и не только глаза, но и все лицо, опухли после вчерашней гулянки, а то, что творится во рту – говорить страшно! Ой, блин! И вот такой вот мне он еще умудряется улыбаться и проявлять заботу? У меня тут же нарисовался закономерный вопрос: а ректор вообще как, нормальный?

– Что это? – спросила я, косясь на стакан в руке Эдриана.

– Это, что тебе поможет и поставит на ноги за считанные минуты. – он помог мне приподняться, удерживая за спину, где-то в районе лопаток, а вот по моему телу от его прикосновений пробежался целый табун мурашек, того и гляди – затопчут меня нафиг!

Попыталась немного отстраниться от ректора, но не тут-то было – не только не дал этого сделать, но еще и стакан ко рту поднес, да так, что у меня не оставалось выбора, кроме как глотнуть из него.

Обычная безвкусная жидкость, поэтому я тут же осушила стакан, после чего откинулась обратно на подушки и снова посмотрела на ректора.

– Так почему Вы еще тут? – снова задала я животрепещущий вопрос.

– Потому что, прежде, чем отправиться во дворец, хочу тебя предупредить о том, что знаю о твоих планах, Лиана. – мужчина присел рядом со мной на кровати, заглядывая мне прямо в глаза. – Не получится у тебя выкрасть люстру, ведьмочка моя. Она – ценный и очень мощный артефакт, защищающий данную академию от угрозы извне. И охранные заклинания на ней стоят такие, что никто через них не пробьется, а тем более вы – адепты-первокурсники. – мужчина замолчал, наблюдая за моей реакцией.

А до меня только начало доходить – он знает о нашем плане. Он. Знает. О. Нашем. Плане. Знает! Черт. Черт! Черт!!! Но как?

Видимо, этот вопрос отобразился в моих изумленных глаза, потому как Эдриан тут же произнес:

– Я же говорил, у меня свои способы наблюдений есть. – он придвинулся ближе и посмотрел мне прямо в глаза. – Лиана, откажись от этого плана. У вас нет и шанса. То, что вы вплели в защиту свою магию, ничего не значит – это только укрепило артефакт.

Я с недоумением воззрилась на Брайта.

– Артефакт поглощает чужеродную магию. Магию того, – пояснил он, – на ком не завязана вся защита академии, то есть, артефакт подчиняется только мне.

– Но… – начала было я, но не нашлась с ответом. Это что же получается, если бы мы сегодня попытались выкрасть люстру, а точнее артефакт, то у нас бы ничего не вышло? Ну уж нет, я так просто не сдамся.

Заметив в моем взгляде решимость, ректор тяжело вздохнул и, встав с кровати, выдал:

– Адептка Койр, если Вы не откажетесь от своего плана, то я буду вынужден… – я аж дыхание затаила. Неужели отчислит? О-о, тогда я точно не откажусь от своего плана! -… отчислись всех ваших друзей, без права на восстановление, а также распоряжусь о том, чтобы больше ни одна из академий Риндана не принимала их на обучение. Ваши друзья поплатятся за вашу глупость, Койр. – мужчина говорил четко и уверенно, и у меня создалось впечатление, что он как никогда серьезен.

– Но они же…

– Виноваты будете во всем Вы, Лиана, но заплатят за все они. И это не обсуждается. – Эдриан повернулся ко мне лицом. – Я тебя не исключу, как бы ты этого не хотела. Но советую подумать, хочешь ли ты сломать жизнь своим друзьям, совершив один очень глупый и необдуманный поступок? Или все же позволишь им обучаться и дальше.

– Я не… – у меня не нашлось слов – столь сильно была этому поражена. Он же меня шантажирует. Шантажирует моими друзьями! На глаза навернулись слезы. – Это несправедливо! – пробубнила я, глотая так и не пролившиеся от обиды слезы.

– Несправедливо, говоришь? А то, что я на протяжении полугода терплю твои безрассудные выходки, то, что я успел отремонтировать всю академию, отстроить заново восточное крыло с нуля, которое ты со своими друзьями разнесла – это ты называешь справедливым? – во взгляде ректора полыхнула злость. – Да у меня порой волосы дыбом на затылке встают, как только начинаю думать о том, что же ты приготовила на сей раз, что ты придумаешь, чтобы добиться исключения? Но как бы там ни было, у тебя, девочка моя, ничего не выйдет. По твоей вине пострадают другие, Лиана, если ты не успокоишься и не отучишься в академии, как и положено примерной адептке.

– Но это же шантаж! – зло воскликнула я, вскакивая с кровати.

– Называй это как хочешь, Лиана, но это было мое последнее слово – мое терпение не безгранично, девочка. И скоро ты перейдешь все границы дозволенного. Решай, либо ты спокойно доучиваешься в академии, либо страдают другие.

– Это подло! – всхлипнула я.

– Может быть. Но ты в любом случае станешь моей женой – это было обговорено с твоей семьей еще десять лет назад.

– Что? – выдохнула я. – Как… Что вы такое говорите?

– Не сейчас. – отрезал он, нахмурив брови и сверкая своими глазами стального цвета. – Мы поговорим об этом, когда я вернусь из дворца. И еще, – произнес он, беря свой сюртук черного цвета, расшитый по краям золотой тесьмой, – сегодня я предъявлю на тебя свои права, как жених и будущий супруг. Сегодня ночью ты станешь моей.

Я вздрогнула всем телом, осмысливая сказанное. А Эдриан, еще раз хмуро взглянув на меня, сделал пару пассов руками и скрылся в открывшемся портале, оставив меня одну.

Еще немного посидев и обдумав сказанное ректором, я пришла к мысли, что мне ни в коем случае нельзя оставаться в стенах этой чертовой академии – нужно уходить. Уходить как можно дальше, чтобы никто не смог меня найти.

Решительно кивнув своим мыслям, открыла дверь и покинула комнату Эдриана Брайта, направившись к себе, чтобы собрать свои вещи. Главное – никому из друзей не сообщать о своем решении. Иначе, если их начнет допрашивать ректор на шаре правды, от которого невозможно ничего скрыть, мои друзья поплатятся за мой поступок, а так… Они не будут ничего знать, а значит и не пострадают, ведь они будут не при делах.

В тот момент, когда на город опустилась ночь, обволакивая каждый дом, каждую улицу… академию, когда все засыпали, сладко растворяясь во сне, одна девушка, прихватив с собой только самое необходимое: деньги, документы и несколько вещей – покинула стены одной из самых престижных академий империи Риндан. Покинула, чтобы избавиться от навязанного ей брака, чтобы защитить своих друзей, чтобы… Чтобы стать свободной от чужих решений.

Лиана Койр ушла, чтобы начать новую жизнь. Жизнь, в которой будет счастье, новые знакомства и море приключений, что так страстно желает ее юное сердце.

Глава 13

Лиана

Сегодняшняя ночь была довольно прохладной, хорошо, что я все же додумалась одеться немного теплее, чем обычно, и теперь не жалела о своем решении.

Что ж, покинуть Академию мне удалось. Хорошо, что привратник, который охранял вход, отлучился куда-то, видимо не ожидая, что одна из адепток все же решит сбежать. Жаль, конечно, что ему влетит за то, что упустил меня из виду, но лучше уж пусть будет выговор ему, чем я буду страдать всю жизнь с тем, кого никогда не полюблю.

Поежилась, поудобнее перехватывая руками свой скудный скарб, и продолжила шагать вдоль по улице, обдумывая, куда же податься, где снять ночлег на ночь, но так, чтобы ректор не смог меня найти. В городе, разумеется, очень много таверн, где можно было бы разместиться, но это был не выход – Эдриан первым делом прошерстит каждую.

Остановилась, задумавшись.

– Так, Лиана, – начала я, рассуждая вслух, – деньги у тебя есть, пусть и немного, но на первое время все же хватит, а там уже что-нибудь придумаешь, ты же мозговитая! А теперь давай думай куда податься… Думай!

– Разговор с самим собой – первый признак шизофрении, – произнес кто-то позади меня, из-за чего я взвизгнула, резко крутанувшись на месте, но никого так и не увидела.

Странно, мне что, послышалось? Пожала плечами, пытаясь успокоиться, но сердечко отбивало ритм так быстро, что я понимала – мне не показалось. Но кто тогда со мной говорил?

Решила поинтересоваться у пустоты:

– Кто тут?

– Я. – лаконично ответили мне, и тут же замолчали.

Я даже слегка опешила от такого ответа, а сердце и вовсе успокоилось, словно чувствуя, что нам ничего не угрожает. Ну как нам – то есть мне и моему бедненькому сердечку.

– Кто – ты? Покажись!

– А если испугаешься? – подозрительно поинтересовалось это нечто из пустоты.

– А если нет? – в тон ему поинтересовалась я.

– Тогда… – это нечто замолчало, явно обдумывая что ответить. – Хм, обычно мне такие вопросы не задают, обычно все пугаются, а заем, когда увидят, улепетывает  так, что только пыль столбом от ботинок! А ты… Хм… Хм… Надо подумать…

– Разговор с самим с собой – первый признак шизофрении, – вернула я ему его же фразочку.

– Ух ты! – восхитилось это нечто из пустоты, а мне почему-то показалось, что оно улыбнулось мне. – А ты, как я погляжу, девочка не промах! – Замолчал. – А ты точно не испугаешься, если я тебе покажусь? – осторожно поинтересовался он.

– А ты сперва покажись, а там уже и решим. Договорились? – У меня внутри все клокотало от волнения – я не знала чего ожидать – то ли передо мной появится невероятная образина не пойми чего, то ли какое неведомое до селе науке существо, то ли призрак, то еще кто. Но я интуитивно чувствовала, что это или этот некто не опасен для меня. Скорее, я ощущала, что он нуждается в поддержке и… друге?

– Ну ладно… – выдохну голос из пустоты и…

Сперва появилась одна небольшая мохнатая лапа фиолетового цвета с большими острыми когтями, за ней вторая… Я молчала ошарашено наблюдая за появлением этого… Чего? Д кто ж его знает! Я впервые вижу такие лапы да еще и фиолетовые.

– Не страшно? – поинтересовалось это нечто, на миг замерев, чтобы посмотреть на мою реакцию.

– Эм… Да я пока даже не пойму. Дальше покажи, там уже и решу.

– Хм, ну ладно, – хмыкнул мохнолапик и принялся показываться мне на глаза дальше.

Появились еще две лапы, но уже задние… странно он как-то появляется… Затем чешуйчатый хвостик  с маленькой огненной кисточкой на конце… А я поняла, что мне все равно! Вот абсолютно все равно кто вылезет из этой пустоты, потому что этот великолепный хвостик с маленькой огненной кисточкой напрочь лишил меня всяких опасений и  навеки пленил мое сердце! Боже, он такой миленький!

– Что, и сейчас не страшно? – снова поинтересовался он.

Я лишь отрицательно мотнула головой, завороженно глядя на хвост.

– Ну ладно, – выдохнул он, сдаваясь.

В тот же миг из пустоты появилось нечто.

Большой, мохнатый,  фиолетовый, слегка чешуйчатый на груди и хвосте. Длинные уши-кисточки, огромные ромбовидные глаза-щелочки желтого цвета, которые сейчас светились, большущая пасть с внушительными клыками, раздувающиеся ноздри, как у дракона. Но поразило меня не это. У него на лбу, излучая чуть бирюзовое сияние, находилось пятно в виде полумесяца, из-за чего глаза неведомого мне зверя начинали сиять еще ярче.

– Ва-ау-у!  – восхищенно выдохнула я, разглядывая неведомое мне существо. – Ты потрясающе красивый.

– Правда? – недоверчиво поинтересовался он, но было заметно, что ему были приятны мои слова, хотя он и пытался этого не показывать. – И что, совсем меня не боишься?

– Что ты! Ты поразительный! А кто ты?

– Храк. – потупился он, переминаясь с лапы на лапу.

– Харк? – не поняла я.

– Какой тебе харк?! Я Храк!

– А-а-а, поняла. Ты – Хряк!

– Сама ты хрюшка! – фыркнул он, а в глазах появились смешинки. – Я – Храк.

– Я поняла, мне просто было интересно как у тебя с чувством юмора.

– И что? Как обстоят дела? – тут же заглядывая мне в глаза, обеспокоенно спросил он.

Боже, в его невероятных глазах было столько неподдельного интереса и волнения, что я, выдохнув, ответила:

– У тебя с ним все в порядке. Думаю, мы с  тобой сможем даже подружиться.

Храк улыбнулся и… Из глаз потекли крупные слезы, падая на землю.

– Ты чего? – растерялась я, присаживаясь к нему и положив свою руку ему на лапу.

Сперва по мне прошелся легкий электрический разряд, а затем в голове все помутнело. Помню, что ладонь пронзило, точно раскаленным клинком, а затем, мой вскрик… Храк смотрел на меня своими раскаленными почти до бела глазами и… улыбался, оскалив зубастую пасть.

Глава 14

Очнулась от того, что было не то что тепло, а даже жарко. Открыла глаза – темно. Не видно вообще ничего, хоть глаз выколи.

– Ты пока не сможешь видеть в течении ещё, примерно, часа. – Храк лежал рядом, согревая меня своим мохнатым телом.

– Что ты со мной сделал? – просипела я. Голос был слабым и хриплым, хотелось пить, но больше всего – увидеть где же я нахожусь.

– Я – ничего. В этом не виноваты ни ты, ни я. Так распорядилась Судьба. – Монстрик пошевелился, поближе придвигаясь ко мне.

– Не понимаю, – честно ответила ему, продолжая лежать на чем-то твердом.  – А где мы?

– Там, где я прожил последние восемьдесят лет в полном одиночестве, – с охотностью отозвался он. – В заброшенном доме на окраине городка. Тут уже многие годы никто не живет. Многие годы, как умер тот, кому я служил. Мой хозяин, умирая, не пожелал брать меня с собой за грань, чтобы я охранял его и после смерти, – Храк печально вздохнул, положив свою морду мне на живот. – Он оставил меня на произвол судьбы, чтобы я охранял этот дом, но он так и не понял, что дом без хозяина – что тело без души.

– Боже… – тихо прошептала я, запуская руку в его густую шерсть.

– Я остался один, преданный, брошенный. Один – без эмоциональной привязки, один, как неприкаянный дух.

– Но кто ты? – снова поинтересовалась я.

– Я – хранитель. – Храк пошевелился, словно пожимая плечами. – Уже много лет я ищу того, кто смог бы стать тем, кому я стал бы служить, но все, кого я встречал, пугались моего вида и убегали сломя голову, снова оставляя меня одного. Но ты… Ты не только не испугалась, но и восхитилась мной, моим видом,  и это приободрило меня, поселило надежду, а уж когда ты сказала об этом открыто, то я… я так давно не испытывал настоящих живых эмоций! Так долго я, словно блуждал в темноте, не испытывая ничего, кроме гнетущей тоски и удручающей печали, что тяжелым грузом давила на меня многие годы. И тут появилась ты, в тот момент, когда я уже хотел смириться со своей участью и стать бесхозным монстром, который никому не нужен, тут появилась ты.

Я слушала внимательно, даже дышать старалась через раз, а Храк меж тем продолжал:

– Ты посмотрела на меня не так, как другие – без испуга, без брезгливости, но с восхищением, чистой радостью от встречи и я… Я не смог сдержать эмоций, ведь я так давно не чувствовал этого, а уж когда ты хотела пожалеть меня, когда прикоснулась… Я не ожидал такого. Правда не ожидал.

Мохнатик замолчал.

– Так что же произошло? – тихо спросила я, стараясь не нарушать ту вязкую тишину, что наполняла то помещение, в котором я сейчас находилась.

– Я стал твоим хранителем, Лиана. И поверь, я очень сильный хранитель. Я смогу сберечь твои душу и тело, если ты этого пожелаешь. Я никому не позволю причинить тебе вреда! Я не подпущу  к тебе  врагов ближе, чем на десятки метров. Теперь ты, Лиана, под моей полной защитой. Если пожелаешь, я буду скрыт в пространстве ото всех, чтобы никто не знал, что я у тебя есть, а если желаешь, то всегда буду рядом и зрим. Никто не рискнет сунуться к тебе, увидев меня.

Я потрясенно молчала, не зная что сказать, но Храк продолжил:

– Я не смогу повлиять лишь на выбор Судьбы. Если чему-то будет суждено сбыться, то тут даже я буду не в силах тебе помочь. Если тебе суждена будет погибель, то я, уничтожив одну угрозу, могу пропустить другую. Смерть будет ходить за тобой по пятам до тех пор, пока не приберет к своим костлявым рукам. Увы, но хранители тоже не всесильны. И еще, я не смогу повлиять на выбор сердца. Если ты встретишь мужчину по Судьбе, то даже если он будет монстром, если он будет тем, кому суждено тебя убить, я не смогу на это повлиять, ведь таков выбор Вселенной, в которой мы все живем.

– Я… – Что я хотела спросить? Не знаю, просто слов от услышанного у меня не было.

– Там, на улице, Лиана, произошла привязка моей души к твоей. Теперь, даже если мы будем далеко друг от друга, ты можешь позвать меня, и я тут же явлюсь.

– Кстати, а как ты узнал как меня зовут?

– Я же сказал – привязка душ. Теперь я знаю о тебе абсолютно все…

– Ну а я о тебе крайне мало и лишь только то, что ты мне поведал. – Даже как-то слегка обидно стало. Где справедливость то? Он теперь знает все, а я фактически ничего.

– Ты узнаешь о обо мне все в свое время. Информация будет всплывать у тебя в голове постепенно, но резкими неконтролируемыми вспышками.

– Слушай, а тебя можно убить? – Нет, ну а что, я всего лишь поинтересовалась.

Кажется, от моего вопроса Храк впал в ступор. Он даже отодвинулся от меня подальше, и я словно почувствовала, что он внимательно всматривается мне в лицо.

– Ну что?– не удержалась я от вопроса.

– Да так, просто любопытно. Это ты такая дурная и отчаянная, или это я уже совсем стар и ничего не понимаю.

– Не знаю, – пожала плечами, – наверное и то, и другое. – Даже улыбнулась.

– А тебе зачем эта информация?

– Какая? – сделала вид, что не понимаю мохнатика.

– Ну, о том, как меня убить.

– Так я же не так спросила, – уже улыбаясь открыто, поправила Храка. А у самой в голове лишь "ХРЯК! ХРЯК" ХРЯК!" И я, уже не сдерживая себя, захохотала.

– Ты чего? – настороженно поинтересовался новоиспеченный для меня хранитель.

–Да так, – снова хохотнула, думая о его имени. – Имя у тебя примечательное, Хряк.

– Я не Хряк! – засопел монстрик, еще дальше отодвигаясь от меня. – А вот ты…

– Что? Я – Хряк? Неее, вот тут ты ошибаешься, я не хряк и даже не хрюшка, я – Адептка Академии Риндан!  И вот там, недалеко от нее хряков и хрюшек хватает, я даже наблюдала, как на них орки катаются! – И снова захихикала, вспоминая Гургу и его орков, катающихся на свиньях, а уж какой знатный был у него самогон!..

– Орки катаются на адептах Академии? – ужаснулся Храк. Мне даже показалось, что у него челюсть на пол упала.

– Не, не так все… – Но договорить я не успела – кто-то перебил меня.

– Оппа, а кто это у нас тут лежит такая? Да еще и чертовски привлекательная?

Я поежилась от неприятного голоса говорившего.

Со стороны Храка послышался утробный рык, а затем…

Незнакомец что-то произнес и мой монстрик жалобно взвизгнул, после чего замолчал.

– Храк? – испуганно позвала я его, но в ответ мне была лишь тишина.

– Все, куколка, мертв твой зверь, – хохотнул незнакомец. – Ну, или почти мертв. Он сейчас в стазисе, а это фактически смерть для одинокого духа.

Я чертыхнулась. Не почему я еще не могу видеть что происходит? Почему зрение так долго ко мне возвращается?!

Почувствовала на своей талии чужие пальцы, а затем в нос ударил приятный запах парфюма. Странно, но мне показалось, что я уже где-то чувствовала его. Вспомнить бы еще где именно.

– А теперь идем, тебя уже заждались.

И он одним уверенным движением закинул меня себе на плечо и понес куда-то.

Ох, чует моя пятая точка, что вляпались мы куда-то по самое первое число. И зачем я только сбежала из Академии? Эх…

Глава 15

Всю дорогу, что я кулем висела на плече того, кто, можно сказать, похитил меня, я молчала, обдумывая свой план побега. А еще в голове крутился этот запах дорогого парфюма, который был мне смутно знаком, но я никак не могла вспомнить где я его могла чувствовать!

Но и все же додумать не успела – мы уже прибыли, так как мой импровизированный извозчик остановился, что-то открывая.

Через пару мгновений моя пятая точка приземлилась на мягкое сиденье, а затем я почувствовала, как мужчина сел напротив меня и тут же закрыл за собой дверь.

И меня осенило:

– Мы что, в карете сидим?

– Да, – спокойно ответил незнакомец. – А вас что-то смущает?

– Да меня вся эта ситуация в целом смущает! – Нахмурилась, скрестив руки на груди. Жаль, что еще и демонстративно отвернуться не могу – все равно ведь пока ничего не вижу.

– Ясно, но меня ваши неудобства не волнуют, Лиана, – как ни в чем не бывало ответил он. – И так, уважаемая госпожа Койр,  вы сбежали из Академии Риндан, наплевав на свою безопасность и не подумав о том, что из-за вашего необдуманного поступка могут пострадать невинные люди и ваши собу… – мужчина глухо кашлянул, словно поперхнулся, но я то заметила его оговорку, – орки. Ваши, если так можно сказать, закадычные друзья.

– А почему вы решили, что я поступила необдуманно? – поинтересовалась я, потерев глаза. Что-то они у меня чесаться начинают. Не аллергия ли у меня случайно на слепоту? Почесала макушку, обдумывая эту мысль, как тут же закралась другая – а чего это я голову чешу? Может я блох подхватила от недо-хранителя своего? А ведь Храк говорил, что сможет защитить меня от любой опасности, а что по итогу? Он сам уже почти трупик. Тяжело вздохнула, снова переключаясь на своего собеседника.

– … очень важно. – закончил он, и замолчал.

И вот что мне ему ответить, если я его даже и не слушала, а значит и понятия не имею о чем шла речь.

– Э-э-э, – промямлила я, и снова почесала глаза. Да что ж такое то?!

– Не стоит так сильно их чесать, госпожа Койр, иначе рискуете остаться слепой на всю оставшуюся жизнь. – посоветовал мне этот… этот… У меня слов не нашлось как обозвать его!

– А раньше предупредить не могли? – зашипела я, точно дикая кошка! – Я уже черт знает сколько их раздираю, а вы только соизволили меня предупредить об этом!

– Ну так я сейчас предупредил, – как ни в чем не бывало ответил он. – И вообще, то, что они чешутся – хорошо, значит заживают, и скоро вы снова сможете видеть.

– Все-то вы знаете, – съехидничала я, снова потянувшись к глазам, но становила себя на полпути. Черт его знает, может этот индивид недоделанный и в самом деле не врет, а мне мои глазки очень уж дороги!

– Это моя работа – все знать. Как-никак, я – Глава Службы Безопасности у Его Величества. – И он это с таким пафосом сказал, что мне даже показалось, будто он от важности надулся, как индюк. Фи, тоже мне персона нон-грата!

– А чего от меня-то вам понадобилось? Я обычная магичка со средним даром! И если бы не маменька, то фиг  поступила бы в Академию Риндана.

– Ну, тут вы ошибаетесь , госпожа Койр, – мне показалось, что в голосе моего неведомого собеседника проскользнула смешинка.  Он что, насмехается надо мной?

Внутри все закипело от злости… Ты заплатишь за все, ты…

– Судя по тому, что вы устроили в Академии, ваши таланты по диверсионному делу просто поразительны! А уж если у вас еще и группа единомышленников… – И  он так выразительно замолчал, что мне стало не по себе.

– Так чего вы от меня-то хотите? – устало поинтересовалась я, откидываясь на спинку мягкого сиденья. Переводим тему с моих друзей. Переводим. Не нужно их впутывать куда-либо, они не виноваты, что я такая дурная и моя попа всегда находит приключения, чтобы жизнь малиной не казалась.

– Нам нужно, чтобы вы вернулись обратно в Академию и продолжили учебу.

– Зачем? – удивилась я, подавшись вперед. Вот только зачем, все равно ведь ничего пока не вижу.

– У нас есть все подозрения, что ректор данного учебного заведения – предатель Короны! Появились сведения, что он замышляет покушение на нашего короля. Эдриан Брайт чрезвычайно умен, хитер и опасен.

– А я-то тут при чем?! – воскликнула , подпрыгивая на сидении, точно ошпаренная.

– А вы, госпожа Койр, как его невеста и будущая жена, будете предоставлять нам сведения о нем. Все в подробностях! Во сколько встал, что сделал, куда пошел, с кем встретился…

– А может вам еще и доклад о том, как он в туалет ходит? – рассвирепела я, а на кончиках пальцев засверкали мини-молнии.

– Если понадобится, то и об этом тоже будете докладывать.

– Да вы в своем уме?! Я специально сбежала, чтобы быть подальше от него, а вы хотите, чтобы я вернулась обратно да еще и шпионить за ним стала!

– Поверьте, если окажется, что Эдриан Брайт и в самом деле предатель, то Корона вас щедро отблагодарит и, разумеется, расторгнет помолвку, которая была заключена еще много лет назад. и без вашего на то согласия.

– А если он не будет предателем? А? Что тогда?

– Тогда вы удачно выйдете замуж за одного из достойнейших людей Империи Риндан! – заключил незнакомец.

– Да не нужен он мне! Не хочу я за этого приду… ректора замуж! – замолчала на секунду. – А если я откажусь от вашего предложения? – нахмурилась, ожидая ответ.

– Нет, Лиана, вы не поняли, мы не предлагаем, а ставим перед фактом – вы вернетесь в Академию и станете следить за ректором, иначе…

– Что? – буркнула я, предчувствуя нечто плохое.

– Иначе ваши родные будут признаны в шпионаже и будут казнены через повешение, как того и заслуживают предатели. – спокойно закончил он.

У меня не было слов, чтобы описать все те чувства и эмоции, что бурлили в душе; с одной стороны я не хотела возвращаться в Академию, ведь только-только получилось из нее сбежать, но с другой – на карту поставлены жизни тех, кто ближе мне всех на свете – мои родные и близкие.

Как бы я ненавидела ректора, но семья всегда будет для меня в приоритете, если встанет выбор между моими родными и жизнью того, кого пророчили мне в мужья с малых лет, то я, разумеется, выберу семью!

Что ж, тут мой ответ очевиден.

– Я согласна. – буркнула , уставившись вперед. Туда, где, предположительно, сидел незнакомец.

– Отлично, – хлопнул он в ладоши и… Мои глаза защипало, после чего сильно зачесались и появилась тоненькая пелена перед глазами, моргнув,  я наконец-то увидела того, кто сидел передо мной, сложив руки на груди и ехидно улыбаясь – ректор собственной персоны!

– Это что, розыгрыш? – возмущенно зашипела я, гневно уставившись на него. Хотелось метать гром и молнии – так сильно была возмущена поведением этого муд… мудреного мужчины.

Но он ответил:

– Никак нет, госпожа Койр. Я – не Эдриан, а его брат-близнец. Мое имя Эрик Брайт.

Все, финита-ля-комедия. Я в полном шоке и непонимании происходящего. Во что же я впуталась?!

Эх, сейчас бы сюда Гургу и его ядовитый самогон!

Глава 16

– Сволочи, – тихо бурчу, идя по улице обратно в Академию. – Обложили со всех сторон!  Что б вам всем провалиться на ровном месте! Что б вас демоны Бездны сожрали!  Ироды! Ненавижу. Р-р-р!

Настроение – ниже плинтуса. Иду, повесив голову и не глядя по сторонам. Уже минут тридцать, как мы распрощались с братом ректора, но на душе такой осадок, словно это все одна большая подстава со стороны господина Брайта. Ну того, который ректор.

Ну почему мне так "везет"? Чем я заслужила такое наказание? Почему маменька согласилась на брак с этим… Р-р-р! Не хочу! Вот не хочу я за него выходить! Я еще слишком молода, чтобы заживо похоронить свою молодость в оковах брака и грязных пленках!

А ведь Эдриан Брайт, если все же добьется нашего брака, точно заставить родить ему наследника. А-а-а!!! Не хочу! Да я же сама еще по своей сути ребенок! Какой может быть брак?! Па-ма-ги-тя-а-а-а!!!

Захотелось взвыть, как волчице, даже моську свою печальную вскинула, чтобы посмотреть на лунный серп, но, как на зло, небо заволокло черными тучами, так что ночного светила не было видно.

– А-а-а! – заныла я, топнув ногой. – У-у-у! – Хнык-хнык. – Моя жизнь кончена! А-а-а! – Шмыг носом. – Моя карьера магички завершена, так и не начавшись. – Хлюп, чавк. – Все пропа-а-ало-о-о! У-у-у!

– Ты чего воешь то? Не полнолуние же еще! – раздалось рядом со мной.

Я так заорала, подпрыгнув на ровном месте, что у самой перепонки заложило, а сердце в пятки ускакало да там и осталось.

Мееедленно повернулась на звук голоса и…

Как я только в обморок не грохнулась – не представляю.

Передо мной, стоя на четвереньках, полностью обросший шерстью, стоял человек. Ну или почти человек. На оборотня он не тянул – конечности не те да и морда человеческая, только реально вся шерстью заросшая.

– Ты кто? – выдохнула я, пытаясь собрать все свою мужество в кулак, чтобы остаться стоять на месте и не побежать сломя голову куда глаза глядят.

– Форс.  Джимиан Форс. Факультет боевой магии в наилучшей Академии Риндан. – И он так улыбнулся, что мне реально захотелось убежать – у него во рту ТАКИЕ-Е-Е зубы, что страшно становится. – А ты?

– Э-э… я…я-а-а… Э… – Черт, слова не хотели вылетать из моего рта, словно я онемела.

– А, ясно, ты того, – и он покрутил когтистым пальцем у виска, после чего поднялся в полный рост, глядя теперь уже на меня сверху вниз, – отсталая в мозгах. Да?

Чего? Стоп, это он сейчас обо мне? Я отсталая? Это я-то отсталая?! Р-р-р!

На кончиках пальцев появилось голубоватое свечение, из горла послышалось рычание, глаза превратились в две узенькие щелки, брови сошлись на переносице, ноздри раздувались, как у дракона в брачный период после линьки…

– Ух ты, магичка! – как ни в чем не бывало воскликнул этот недо человек. – А как же тебя, такую недалекую взяли на факультет? Или ты подопытная? – Он почесал подбородок, словно задумавшись, после чего выдал: – Хотя… У целителей и не таких экземпляров, как ты, встретишь. Порой такие образины попадаются, что плакать хочется. А ты ничего, симпатичная. Жаль только, что дура.

– Сссмертник! – рыкнула я.

– Где? – удивленно приподняв лохматые брови, поинтересовался парень. И даже головой покрутил по сторонам. – Ой, это ты что ли, да? Ох, бедная, совсем тебя эти заучки ботанические не жалеют, вон как мозги то повредили. Слушай, а ты как сбежала то от них? Я знаю, что у целителей такая система защиты, что преодолеть ее крайне трудно…

– Р-р-р! – выдала я.

– Ой, а если у тебя бешенство? Тога же, получается, нужно держаться от тебя подальше, да?

Он что, совсем дурак, или и в самом деле не понимает, что это я на него злюсь?

Я даже приофигела от его тупости. Похоже, этому парню на боёвке совсем голову отшибли – вон как плохо соображает. Странно, но стоило только подумать об этом, как всю злость на этого мохнатого парня, как ветром сдуло.

– Слушай, болезный, со мной, допустим, все в порядке, но с тобой то что приключилось? Ты чего такой мохнатый?

Парень остолбенел, глядя на меня недоверчиво.

– Ну, чего уставился, словно чудо-юдное перед собой увидел? – Подбоченилась, весело взирая на того, кто не так давно думал, что перед ним глупое существо, не способное связно мыслить.

Призадумалась, понимая, что ведь в чем-то этот лохмач и прав. Я глупая. Вместо того, чтобы сбегать из Академии, нужно было дожать ректора,  и тогда он сам согласился бы со мной разорвать помолвку.

Непонятно только с чего он вообще в нее так вцепился, словно от этого зависела его жизнь!

Почесала макушку, задумчиво уставившись вдаль, а перед глазами мелькали сцены моей диверсионной деятельности в Академии: взрывы, пакости, шалости, неповиновение, несоблюдение дисциплинарных  норм, порча казенного имущества, вред окружающим… И ведь это лишь малая толика того, что я совершила.

Другой на месте ректора давно бы уже сдался, но только не Эдриан Брайт. Но почему? Почему он так не желает меня исключать? Почему стремится жениться на мне любым способом? И я ведь четко понимаю, что это он не от большой любви ко мне воспылал таким странным желанием.

Значит, вывод напрашивается сам собой – нужно узнать реальную причину его странного поведения на мой счет!

Снова взглянула на парня, который бормотал себе под нос какие-то извинения в мою сторону, но я его нагло перебила:

– Ай, оставь, это лишнее. Лучше скажи, как ты смотришь на то, чтобы подпортить одному преподавателю жизнь в Академии?

Джимиан от неожиданности сперва округлил глаза, но видя мой серьезный настрой, прищурился, словно принимая решение и что-то обмозговывая, а затем поинтересовался:

– А это распространяется на адептов Академии?

– Ну так… – фыркнула я, словно это было само собой разумеющимся и улыбнулась. – Есесссна! У меня правило: не сделал пакость адепту – день прошел зря!

Стоило только произнести эту фразу, как на лице парня расцвела довольная и предвкушающая улыбка.

– Я весь в твоем распоряжении.  Говори, что нужно делать?

И я поняла, что в лице этого неказистого паренька нашла хорошего друга и отличного соратника-единомышленника. Гаденько улыбнулась.

– Нам нужна масштабная диверсия и как можно больше пострадавших от нее. Но так, чтобы никто не погиб. Так, легкие травмы, переломы, ушибы, порезы, сотрясения… А кое-кому разрушение кабинета до основания, поджог шикарной шевелюры, и прочее-прочее. Я заставлю его страдать!

Предвкушающе начала потирать руки.

– Устроим в Академии полный армагедец! – И зловеще захохотала, беря лохматого адепта под руку и возвращаясь обратно в стены учебного заведения.

Ну все, Академия Риндана, держись! Ты еще содрогнешься от происков одной нахальной и очень настойчивой адептки!

Глава 17

Мы с Джимианом, точно воры пытались прокрасться обратно в Академию, но на воротах стояла стража – привратник.

Невысокий гоблин, примерно мне по грудь, с длинным носом- крючком,  плешивыми волосенками, торчавшими из-под темно-синего колпака с помпоном, хитрые маленькие глазки, тонкие губы, постоянно кривящиеся в ехидной улыбке, особенно если адепт опоздал к часу отбоя, тонкая шея на маленьких, но жилистых плечах, непропорционально длинные руки, достающие почти до самых колен, кривые ноги, выгнутые "колесом", косолапые ступни.

Страшный, да, но в целом – прикольный мужик! Может и пошутить, правда, обычно шутки у него ехидные, а кому-то могут и вовсе показаться злыми.

Так вот, крадемся мы с Джимианом к этим самым воротам, а привратник бдит… Ага. Да-да. Храпит во всю мощь своих легких, сидя на стуле и прислонившись головой к воротам, через которые нам и нужно пройти незамеченными.

Мы же, спрятавшись за высокими кустами черт знает каких цветов, чтобы никто не смог нас заметить, решили обдумать план проникновения обратно в Академию.

– Что будем делать? – шепотом поинтересовался Джим, внимательно глядя на привратника, заслонившего своим телом вход.

– А я то откуда знаю? Когда я покидала стены учебки, то этого гоблина тут не было, видимо отлучался куда-то по делам, а теперь, как видишь, он сидит тут, заслонив вход собой, чем мешает нам попасть обратно.

Парень, почесав мохнатую голову, призадумался, после чего выдал:

– А может его стабилизирующим сонным заклятьем жахнем?

Я посмотрела на горе-боевика, как на дурака:

– Совсем, что ли, ку-ку? – Еще для пущей уверенности и пальцем у виска покрутила. – Он и так спит, так что это заклинание не подействует, вот если бы он не спал, тогда…

– Давай разбудим, а потом жахнем! – как ни в чем не бывало продолжил настаивать Джимиан.

– Нет, все равно не подействует, он же только-только после сна, еще даже не проснется толком… Слушай, а откуда ты об этом заклинании знаешь, его же, вроде, только на третьем курсе бытовой магии преподают? – И я так подозрительно на него посмотрела, прищурив глаза, что парень стушевался.

– Ну, понимаешь… – начал он.

– Нет, – уверенно перебила его. – Не понимаю. Ты же, скорее всего, первокурсник. Я права? – Он отрицательно кивнул, но промолчал. – Тогда второй курс? – Снова мотнул головой. –  Третий? – Отрицательно. – Четвертый? – уже офигевая, интересуюсь я, глядя на парня.  – Что, пятый? Выпускной курс?

– Да. – отведя взгляд, все же признался этот мохнатый адепт, отводя взгляд в сторону.

И вот честно, от его ответа я чуть на задн… пятую точку не села.

– Серьезно, что ли? Пятый курс, а ты такой вот… – Даже не знаю какой эпитет подобрать к тому, что я вижу перед собой.

Парень неопределенно пожал плечами, снова замолчав.

– Я в шоке. – выдохнула, уставившись на него. – Но как такое может быть? Насколько я знаю, вся ваша братия очень уверенные в себе, наглые, высокомерные уро… гады. Но ты то как туда вписался? Ты же на этих сволоч… эм… нехороших адептов не похож! И вообще, как ты смог выжить вместе с ними на факультете?

– Ну, я просто всегда сдаю все экзамены и зачеты… – промямлил он.

– Умный, да? – поморщилась я.

Нет, не от того, что побрезговала, не от того, что парень заучка, а от того, что мне-то такой никогда не быть. Увы, но учеба мне дается ооочень тяжело.

–Ну-у, – протянул Джим, накручивая длинный локон темной шерсти себе на коготь, – понимаешь…

– Да ни фига я не понимаю! – Воскликнула, чем тут же разбудила привратника, который, громко всхрапнув, подпрыгнул на стуле, открывая заспанные глаза и сонно поинтересовался у темноты:

– Какого лешего носит  тута? А ну, выходь сюда! Буду дубинкой по спине охаживать!

Мы же с Джимианом притаились, стараясь не выдать своего присутствия, поэтому гоблин получил в ответ лишь тишину и где-то вдалеке ухнувшую сову.

– Выходь, сказал, а то хуже будет!

Мы молчим, аки партизаны перед боем.

Но тут… шерсть парня, пригнувшегося посильнее, чтобы его не было видно (ну а вдруг!), попала мне прямо в нос! В нос, блин!! И я, понимая, что вот-вот чихну да притом не слабо так, запаниковала – не хотелось быть обнаруженной раньше времени.

И вот надо же было такому случиться! Ну почему жизнь так несправедлива?! А?

На свет, одиноко горящего фонаря, вышел тот, кого я ненавижу всеми фибрами своей темной, злющей души – ректор собственной персоны! У-у, чтоб его гоблин сожрал! Хотя нет, ректор не по зубам привратнику. Черт!

– Что случилось, Акарак? – спокойно поинтересовался господин Брайт, внимательно глядя на гоблина, который тут же втянул голову в плечи.

– Да вот, господин ректор, шатаютси тута всякие, а я бдю. Бдю, аки орёль в небе! – И он так смешно свою костлявую грудь выставил вперед, при этом оставляя голову втянутой в плечи, что стало смешно.

Джим, затыкая себе рот мохнатой рукой, заржал, а я… Я пыталась всеми силами не чихнуть. Даже слезы из глаз уже выступили.

Словно что-то услышав, ректор огляделся по сторонам, никак не отреагировав на слова гоблина, но не увидев никого в округе, снова переключил свое внимание на привратника.

– Это вы правильно делаете, Акарак. Сейчас адепты стали более искушенными , более сообразительными. Это раньше вход и выход был свободным в любое время, но после того, как я возглавил Академию, тут многое поменялось, в том числе и то, что я ввел комендантский час.

– Да-да, господин ректор, эт вы верно заметили, сейчас адепты совсем наглые стали! Эх, так и хочется порой их моею дубиночкой приласкать…

– Это вы бросьте, Акарак, детей обижать нельзя. Не положено. – пытаясь скрыть улыбку, возразил Эдриан.

– Ну да, нельзя обижать, а бить можно! – и он улыбнулся во все свои шесть кривых зубов. – Опоздал – получи по шее! Не готов к занятиям – получи по шее. Набедокурил – получи по шее. Вызов к ректору – по…

– Да-да, я вас понял – получи по шее. – усмехнулся господин Брайт, перебив гоблина.

– Вот за что я вас уважаю, так эт за то, чё вы такой понятливый!

Ректор, не выдержав, все же засмеялся.

– Я рад, что вы так считаете. Но давайте перейдем к сути того почему я, собственно, оказался сейчас тут, вместо того, что мог отдыхать у себя.

– Ага-ага. А чегось случилася то? – гоблин весь подобрался, уже более серьезно посмотрев на ректора.

– Дело в том, что в Академии не хватает двух адептов – госпожи Койр и господина Форса. Если вы их увидите, то…

– Дам им по шее, и отправлю к вам с повинной, а затем снова дам по шее! Да-да! Все сделаю в лучшем виде, не переживайте!

– Да, отправьте их ко мне, НО! Не бейте, – тепло улыбнувшись, попросил ректор. Гоблин-привратник кивнул, соглашаясь с мужчиной. А Эдриан же, получив от него положительный ответ, уже даже развернулся, чтобы уйти обратно в Академию, но…

Вот надо было именно в этот момент мне все же чихнуть. Да так, что уши заложило!

Подняла взгляд на Джимиана, который сидел с кислой миной и осуждающе глядел на меня, а я… Ну не виновата же я в том, что его шерсть мне в нос попала! Я и так сдерживалась изо всех сил! Так что нечего мне тут!

– Оппа! – раздалось довольное у нас над головами.

Мы с боевиком ме-е-едленно подняли взгляд вверх, чтобы столкнуться с взглядом ректора и гоблина.

– А вот и наша пропажа нашлась. – Мужчина, переводя взгляд с меня на Джима и обратно, все же выдал: – Акарак, доставай свою дубину, будем вести воспитательный процесс!

Черт! А все-таки попались!

Глава 18

Мы с Джимом стояли посреди ректорского кабинета, понуро опустив голову и потупив глаза. Сам же Эдриан Брайт сидел напротив нас и с любопытством взирал то на одного, то на другого, и все же больше внимания уделялось именно мне.

– И так, господа  адепты, вы понимаете, что провинились, не придя вовремя в стены Академии? – он постучал пальцами по столу, чем непроизвольно привлёк моё внимание.

Да, красивые руки у этого гада, пальцы длинные, но не как у женщины, а как… Даже не смогла подобрать нужного слова, исподлобья глядя на красивые, по-мужские, пальцы.

Эдриан тяжело вздохнул, не получив от нас с Джимом ни единого звука в свое оправдание.

– Мистер Форс, – обратился он к парню, – Вы осознаете, что у вас последний курс? Где были ваши мозги, когда не удосужились прийти вовремя? Понимаете, что ещё одна провинность с вашей стороны, и мне придётся исключить вас? И мне будет крайне печально, если Академия потеряет одного из способнейших учеников.

Джим что-то буркнул себе под нос, ещё сильнее опустив голову.

– И что у вас за нелепый вид? Почему вы полностью покрыты шерстью, как оборотень во время своей первой линьки? – Эдриан даже недоуменно почесал подбородок, на котором только-только пробилась щетина.

– Я не виноват, – буркнул парень, и замолчал

–Ну конечно, – откидываясь на спинку кресла, съехидничал ректор, – а вы никогда и ни в чем не виноваты. Оно все как-то само, да?

Парень потупился, но промолчал.

– Лиана, ну а почему вы опоздали?

– А я не опаздывала. – уверенного подняла взгляд на своего навязанного жениха.

– Вот как? – удивился он, внимательнее всматриваясь в мое лицо. – Тогда что же вы делали за пределами Академии?

– От вас пыталась сбежать. – честно ответила я.

– Вот как? – ухмыльнулся мужчина, подаваясь чуть вперёд. – А чем же я вас так напугал, милая Лиана?

– Меня сложно напугать поэтому не обольщайтесь на этот счёт, я просто замуж за вас не хочу. А ещё, чтобы, опять-таки, из-за вас не пострадали мои друзья, которые, между прочим, вообще ни в чем не виноваты.

Взгляд ректора после моих слов тут же стал более серьёзным. Он посмотрел на Джима, который переводил взгляд с меня на ректора, и обратно. Да, похоже, что новость о моем нежелании выйти за ректора замуж, поразила его до глубины лохматой души.

– Адепт Форс, вы свободны, но у вас последнее предупреждение. Если выкинете ещё нечто подобное, то будете исключены из стен Академии без права на восстановление. А теперь идите к себе в общежитие – время давно за полночь, а завтра на занятия. – Сквозь зубы процедил ректор, не сводя с меня взгляда.

Джимиан хотел было что-то возразить, но увидев, что ректор сильнее нахмурился, все же стушевался и, пробормотав что-то невразумительное, и глянув на меня извиняющимися глазами, покинул кабинет, оставив меня и Эдриана наедине.

– И так, госпожа Койр, значит, говорите, замуж за меня не хотите. – Ректор поднялся из-за стола и двинулся в мою сторону, заставив меня попятиться назад в поисках отступления.

– А я…

– Не хотите замуж, да? – кажется, ректор даже слегка рыкнул, продолжая надвигаться на меня.

А я пятой точкой отступаю назад, в надежде, что смогу избежать бешенства ректора. Кто этого мужика знает что там у него на уме? Лучше уж как всегда спастись бегством, а потом разгребать последствия. Ну и мстить по ходу всего.

– А ты не забыла, что у нас с тобой был заключён договор, моя милая невестушка? Не забыла о чем мы договаривались?

– Подумаешь, ну попыталась я сбежать, но я же передумала, в конце то концов, вернулась! – попыталась хоть как-то оправдаться. – А вы мне тут истерики закатываете, как девица на выданье!

– Это я то девица? – взъярился Брайт, наступая на меня, а у самого кулаки то сжимаются, то разжимаются.

Это он что, прибить меня хочет?

Во все глаза уставилась на него, все ещё пытаясь отступить как можно дальше от этого бешенного.

– Держите себя в руках, мистер! – воскликнула я, крутая головой во все стороны, чтобы понять куда бежать, если Эдриан, вдруг, выйдет из себя.

– Я лучше тебя в своих руках поддержу, зараза ты этакая! Столько месяцев мне мозг выносила! Столько крови мне попортила, а теперь сообщила, что сбежать хотела, словно ничего и не случилось! – Ой, а чего это у ректора глаза желтоватым светом засветились? А чего лицо заострилось? А когти на руках с фига ли появились? Ой-ёй! Что же это?!

Хотела было уже сказать, что он меняется, как мужчина, все же преодолев то расстояние, что нас разделяло, оказался настолько близко, что я непроизвольно ощутила запах его тела. Привлекательный, манящий и… опьяняющий.

Уперлась спиной в стену, а Эдриан не преминул этим воспользоваться – положил свои когтистые руки по обе стороны от меня и, втянув носом мой запах в себя, выдохнул:

– Моя.

После чего его губы накрыли мои, заставив глупое сердце сперва ухнуть куда-то вниз от испуга, а затем затрепетать, как пойманная птичка в клетке.

Глава 19

Я замерла, не зная, как вести себя дальше, во мне словно что-то щёлкнуло и я… Поддалась тому неизведоннму, что рождалось во мне, благодаря горячим губам  того, кого, казалось бы, я должна ненавидеть… Но  с другой стороны, с чего я так к нему отношусь? Из-за того, что мне его навязали в будущие мужья? Из-за того, что он так настйчив  в своём стремлении добиться желаемого – меня?

Я не могла понять причину, не могла вспомнить – сейчас мне было все равно.

Эдриан, завладев моими губами, поверг меня в шок. Я не шевелилась, во все глаза уставившись на мужчину, который явно наслаждался моими губами, но я-то не отвечала на поцелуй! Я… Я не знаю как…

Это ведь первый поцелуй. Мой первый поцелуй! И с кем? С ректором! Фу, бяка! Он же старый!

Господи, ну за что мне это?

Я заметила за собой странность: в моих силах здраво мыслить и обдумывать все, что происходит, но!.. Я ничего, вообще ничего не могу сделать со своим телом – оно не хотело слушаться, не подчинялось моим желаниям. Кто бы только знал, как мне хочется оттолкнуть ректора подальше или… Или прижаться к нему ещё сильнее, провести своим языком по его губам, почувствовать, как гулко бьётся в груди его жаркое и страстное сердце…

Стоп! СТОООП!!!

Я не могу так думать! Не могу!

Я не хочу его целовать!

Что же происходит?

Ответ нашёлся сразу: ректор, обнимая меня одной рукой за талию (и когда его наглая конечности  только успела там оказаться?), другой он осторожно водил по моим волосам, перебирая ими, но чувствовала, как от его руки шёл чуть заметный холодок, что являлось  первым признаком применения магии.

Это что же, ректор ЗАСТАВИЛ меня захотеть его целовать?!

Ах ты ж гад!!! Ах ты ж зараза! Я тебе устрою! Ну я тебе устрою, господин-хороший!

А настойчивый поцелуй Эдриана все никак не хотел прекращаться.

Сжала губы так, что они превратились в две тонкие линии, но эта сволочь упорно шёл к своей цели – пытался своим языком раздвинуть мои губы.

Я зарычала, гневно глядя на Эдриана, но в ответ лишь услышала его хмык и…

Меня ущипнули!!! Этот гад ущипнули меня за попу, да так, что я ойкнула, – это была моя ошибка.

Мужчина воспользовался моментом и… Его язык проник мне в рот, завладевая моим язычком.

Боже. Мне плохо! Уже чувствую, как к горлу поступают рвотные позывы.

Видимо заметив, что со мной что-то не то, ректор чуть отстранился, глядя на меня, а я…

Мне кажется, я вся позеленела от еле сдерживаемой рвоты.

–Ну до чего же ты странная девушка, Лиана. Другая на твоём месте была бы рада, что на неё заглядывается сам ректор Академии Риндана, а ты… Стой,  тебя что, тошнит?

Ну наконец-то понял мою реакцию! Ох, ну расколдуй же меня, сволочь ты непробиваемая, иначе твой ковёр на полу пострадает!!!

Но произнести я этого не могла – боялась рот открыть. Ну мало ли, вдруг и правда стошнит.

–Серьёзно, Койр? – удивился Эдриан, делая взмах рукой, чтобы я снова могла в полной мере ощутить контроль над своим телом. – Тебя тошнит?

Кивнула и… Бросилась к ближайшей пустой урне, понимая, что уже все, больше сдерживаться нет мочи , и тут же согнулась над ней.

–Бу-ээээ!

–Койр, ну это наглость, – недовольно отозвался ректор, глядя на меня.

–Бу-ээээ!

–Ты понимаешь, что только что унизила меня, как мужчину, своей выходкой?

–Бу-эээ! – все ещё бунтовал мой желудок, стоило только подумать о языке ректора в моем рту.

–Издеваешься? – зло поинтересоваться он, делая шаг по направлению ко мне.

–Бу-эээ!

–Убью! – точно змея, зашипел ректор.

–Фууу! – поднимая бедное лицо к Брайту, выдохнула я. – Больше никогда, – запнулась, снова чувствуя тошноту, – БУ-ЭЭЭ!

–Рррр, – раздались грозно со стороны ректора.

–Ой, как мне плохо! – застонала я, отходя от урны. – Прошу вас, больше никогда меня не целуйте. Это ужаааасно. Б.. Б… – еле сглотнула, пытаясь прогнать дурноту. – Это просто ужасные ощущения. Ваш язык… Фууууу! – меня аж передурнло всю. – Гадость какая! Скользкий, назойливый. Бррр! – снова содрогнулась при воспоминания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.