Софья Матюхина
Морфей и Гварнери

Дым

Отъезжающий со стоянки, старинный  деревянный поезд гремел колесами, отражая голубую небесную гладь от натёртой цветной поверхности.

Экипаж поезда спал.

Все артисты от мала до велика: жонглеры, клоуны, дрессировщики и акробаты, грезили снами об очередном предстоящем шоу. Представлении, о котором посетители и гости шатра ещё очень долгое время твердят своим знакомым, приукрашивая все сплетнями и таинственными подробностями.

Внутри вагона отчётливо слышался стук металлических колес о рельсы. Увлеченный пейзажем, сменяющимися за окном словно старая кинопленка, не спал лишь Черный ловелас. Многие называли его так, ведь никто не знал настоящего имени. После того как он стал шталмейстером*, человеческая личина его стала доступна лишь самым близким людям. Тем, кто выступал с ним, а точнее с ней, рука об руку уже несколько лет подряд.

Офелия. Так звали девушку, что уже не первый год скрывала свою личность за черной маской и длинным атласным плащом. За то долгое время, что ей приходилось играть эту роль, многое в жизни изменилось. Изменились окружающие ее люди, порядки, касающиеся Морфея и ее отношения с другими членами труппы.

Наконец, не замечая различий, изменилась и сама Офелия.

Ночной туманный пейзаж за окном медленно сменялся на теплый и яркий, а небо с каждой минутой выбирало в себя все новые краски, что было свидетельством скорого приближения предрассветных сумерек. Девушка медленно закрыла глаза, подставляя лицо холодному ветру, рвущему занавески на приоткрытом окне. Она любила этот запах.

Чувство свободы и лёгкости. Свободы от ответственности и обстоятельств, которые были неотъемлимой частью жизни оседлых людей. Из всей ее семьи, лишь дедушка одобрял ее рвение к подобной жизни, возможно именно поэтому Офелия и находилась сейчас здесь. В очередной раз в голову закрались мысли об отце, что всеми силами старался оградить ее от этого. Офелия прекрасно понимала то, что мать давно затоптала в себе подобные желания и под силой обстоятельств и опекой мужа утратила то, что так неумолимо горело в душе.

Офелия обернулась, ощущая как завихрился воздух от открывшейся двери.

– Снова здесь? Браво, мне кажется тебе пора привыкать к режиму сна, иначе больше трёх представлений в Петрограде ты не вынесешь. – Фин прекрасно знал, что любая долгая поездка всегда означала для Офелии бессонные ночи. Когда они были ещё детьми и грезили о путешествиях в разные уголки мира, никто и не догадывался о том, во что эти мечты выльются. Фин знал Офелию с самого детства, как знал и всю ее семью. Когда девушка без сомнений решилась на отчаянное и глупое по началу расследование, он и не рассматривал другого варианта, кроме как отправиться вместе с ней. Пусть и не кровные, но они были друг-другу братом и сестрой.

– Скоро уже рассвет. Нам ехать ещё около двух суток, неужели ты думаешь, что я не найду и пары часов чтобы вздремнуть?

– Если бы я не знал, что ты почти все время  изучаешь попавшиеся под руку газеты и вырезки, я бы не говорил. – парень утер слипавшиеся веки и облокотился на небольшой подоконник, вглядываясь в предрассветные сумерки.

Кенигсберг остался позади.

Они приложили достаточно усилий, чтобы перемахнуть через границу без малейшего подозрения, но на каждом посту были свои надоедливые надсмотрщики, которые дотошно осматривали необычный поезд множество раз. Каждый из таких моментов был тщательно отыгран и продуман. Ну и в большинстве помогали истории, которые, ходили вокруг Морфея последние годы. Никто не должен был знать настоящего ремесла простодушных клоунов и искусных жонглеров. Стоило тайне Морфея хотя-бы немного приоткрыть занавес, все участники прекрасно осознавали, что ждёт их за все содеянные авантюры и незаконные расследования.

– Я уверена, что мы их найдем. Рано или поздно, мы все же доберёмся до них и тогда я сыграю на его смерти так, как он обошёлся с ним… Со всеми нами. – Офелия всё ещё с трудом вспоминала о той злополучной ночи.

– Найдем. Не сомневайся.

__________________________

* Шталмейстер – работник цирка, ведущий циркового представления. В обязанности шталмейстера входит объявление номеров программы, участие в качестве резонёра в клоунских репризах, руководство.

Глава 1: Сатира

Он уверенно шел через железный пологий мост, что служил переходом на противоположную улицу. Последние несколько недель парень занимался лишь тем, что настойчиво сверял газетные вырезки и карты заурядных малознакомых помещений, в которых обитали чаще всего уличные шайки, к каковым сам он не имел ни малейшего отношения. Если, конечно, отношением можно было бы назвать беспощадную слежку за главарями банд, то картина складывалась совсем иная. К счастью, допускать такой картины было абсолютно непозволительно.

Он неуклюже натянул шляпу на лоб и поправил пестрый, свисающий через плечо, шарф.

Ветер завывал меж пологими крышами домов и грубо рвал разметавшийся по каменистой мостовой мусор. Человек в черном кафтане лишь неуклюже обернулся глядя вслед незнакомцу, в чьей голове мысли, сейчас, вертелись словно заведённые шестерёнки.

Он не всегда был таким.

До определенной полосы в его жизни, которую он называл – полосой "неожиданных ожиданий", все в жизни Луки имело совершенно иной смысл.

Он никогда не гнался за богатством или положением в обществе, но были вещи, которые так или иначе перечёркивали эти представления. Заставляли на время затеряться среди безликого народа на улицах Петрограда. Именно тогда Лука становился самым противоречивым существом на планете. Он не любил воровать, считая это занятие прихотью, лишь гнусных бесправных шаек. Но что ещё более странно, в такой же степени он любил безумолку носиться по этим старым улочкам, наживая себе врагов и ненужные неприятности.

В какой-то степени для него это и не было кражей… Для него точно нет. Это было своего рода возвращение давно утерянного знания, умения, вещи или же всеобщей драгоценности, бесцельно блуждающей от продажных мафиози к мафиози уже не первый год.

***

Перед дверью в казино стоял высокий, пригнуснейший охранник, явно не желающий создавать себе проблем, а тем более наживать врагов в лицах таких уважаемых гостей, что ежечасно посещали "Сатиру".

Название этого места было своеобразным плевком, скрытой насмешкой. Лука мысленно усмехнулся своим мыслям, махая перед охранником удостоверением, позволяющим посещать "Сатиру". Ему не требовалось даже разворачивать его, стоило сторожевому лишь увидеть имя на обороте потертого конверта, как он не раздумывая отошёл в сторону, открывая дорогу в самое информационное место города. Старым банкирам, проживающим свои деньги в казино, обычно очень нравится разглагольствовать о удачных аукционах сбыта произведений искусства и других вещей от которых напрямую зависело их положение в этой преступной личине.

– У меня заказан столик на два часа. Я прибыл один. – с нарочитым спокойствием проговорил он, когда заметил официанта-надсмотрщика, мнущегося рядом. Официантом оказался средних лет мужчиной с аккуратно уложенными на одну сторону волосами. От него сильно разило вином в перемешку с дешёвым приторным парфюмом. Такие люди нужны были здесь в большей степени для того, чтобы следить за чистотой сделок и покерных партий из-за которых нередко затевались бойни.

– Проходите. Если вдруг вам понадобится помощь или появятся вопросы, я на них отвечу. Вино скоро подадут.

– Спасибо.

Лука смог выдохнуть лишь тогда, когда уселся за массивный дубовый стол. С этого места открывался отличный вид на все многоярусное помещение. Он обвел взглядом приглушенную толпу и, наконец, нашел того, кого искал. Вздёрнутые подкрученные усы, острый орлиный нос и маленькие незаметные глаза, так и жаждущие забрать все фишки со стола.

В нескольких метрах от Луки сидел Августи'н. Человек явно неприятной наружности. Да и о другом составляющем его преступной личины можно было сказать тоже самое.

Августин был одним из самых богатых людей Петрограда и держал больше пяти тысяч в неделю, наживаясь на Сатире и других игровых домах за счёт проведения нелегальных аукционов о которых в городе знали лишь те, кто должен был знать. Или иначе, те у кого в руках вертелись огромные деньги.

Буквально несколько недель назад по городу разнесся слух о том, что в ближайшие месяцы на аукцион будет выставлена знаменитая скрипка Гварнери. Скрипка переходила из рук в руки уже долгие годы и Лука неустанно следил за всеми ее перемещениями. Также как и сейчас. Эта скрипка привела его в Сатиру, как и в Петроград и во многие другие места.

Все повторялось уже несколько лет подряд, но сейчас он был уверен в том, что она будет у него в руках, любой ценой.

Вино оказалось на редкость ледяным. Плеснув в стакан горячительной жидкости Лука поднялся, направляясь прямиком к карточному столу. Никто не обратит на него никакого внимания. Ну и отлично.

Карточная партия продолжалась уже долгое время и он с нетерпением ждал, того момента когда карты попадут к нему в руки. Выигрывать душных стариканов, вытягивая из них те или иные полезные сведения, не было главной задачей сегодняшней ночи, но Лука и здесь не упускал возможности подзаработать.

Жизнь в этом городе научила его ссылаться только лишь на самого себя во всех предстоящих делах.

Спустя некоторое время парень все-же сел за стол, не упуская из виду и Августи'на. То с важным видом оглядывал помещение, тот или иной раз двигая фишки на округлом столе. Остальной народ следил за каждой напряжённой игрой и встречал возгласами любой поворот событий. Тому, кому посчастливится выйти сегодня от сюда победителем, будет лучше какое-то время не высовываться на улицы. Все это прекрасно понимали, и поэтому не стремились забрать выигрыш выше среднего. Шумно выдохнув Лука взял шесть карт со стола.

***

– Извольте спросить где вы приобрели такие превосходные навыки игры? – спросил долговязый старик во фраке, сидящий справа от Луки.

– Я не раскрываю секретов своих учителей. – на самом деле он всегда отвечал в точности одинаково. Никому не расскажешь о том, что учился играть в покер и другие карточные игры, у дотошного до точности дядьки, который буквально заставлял упражняться в этом сомнительном мастерстве каждый божий день. Порой казалось, что в семье Сперанских каждый был помешан на сумасшедших авантюрных идеях, с тех пор как усилиями родственника по линии отца, была утрачено фамильное достояние – уникальная в своем роде скрипка Гварнери.

Отец с детства прививал Луке различные способности, усилиями которых, хотел защитить его от продажности и несправедливости окружающего мира. Парнишке нравилось повторять за отцом. Так к пятнадцати годам он мог спокойно преодолеть самый воровской район города, да ещё и обчистить какого-нибудь зажиточника по пути. Он не злоупотреблял этим, потому что знал, что учили его лишь для того, чтобы использовать эти навыки во благо. И он использовал. Попутно пытаясь раскрыть дело о утерянной скрипке. За три года ни в одной газете не прозвучало и слова про Лукьяна Сперанского.

– Я выиграл. Снова. – Лука победно улыбался, сгребая свой выигрыш в карманы. Многие за столом теперь смотрели на него с недовольством и сыпали в след бранные словечки. Он прекрасно понимал и то, что в ближайшие дни кто-нибудь будет поджидать Василия Лубино в каждой подворотне. При входе он указал пропускной именно этого человека, с расчетом на хороший исход. По его данным Лубино уже неделю не было в городе.

Вдохнув свежего воздуха, Лука медленно приник к стенке, прислушиваясь к тихому разговору на балконе второго этажа. Он прекрасно знал, что в это время у Августина должен состояться разговор с проценщиком, который должен выставить удачную цену для предстоящего аукциона. С расчетом на это время и была закончена карточная партия.

Парень оглянулся по сторонам и замер прямо под балконом, с которого вниз летели сигаретные огарки.

– Ты провел расчеты?

– Да господин, я в полной мере все предусмотрел и уверен, что первоначальная цена за экспонат будет триста тысяч. Если вы желаете выиграть этот аукцион с вероятностью в сто процентов, то стоит ставить пятьсот. – голос второго человека еле заметно подрагивалподрагивал при обращении к Августину.

– Когда оно прибудет в город, я хочу быть уверен в том, что Эн не пошлет своих людишек на разведку. Проведём все быстро и разойдемся. Эти крысы не получат и крохи. – Августин шифровался. Как главарь банды, он не был уверен полной безопасности "Сатиры", поэтому все конкретные названия сменились образными. Голос был твердым, но тихим.

– Она будет вашей в любом случае. Я постараюсь сделать все возможное…

– Ты сделаешь все необходимое, а не постараешься. У нас нет времени. Всего каких-то три дня и они будут за нее глотки рвать. В следующий раз жду тебя в Шарме.

Едва заслышав как открывается входная дверь, Лука метнулся за ближайший поворот, накинув на плечи капюшон. По крайней мере у него появилась зацепка для следующего визита и к тому же полные карманы выручки. Следующей станцией оказался знаменитый театр.

Глава 2: Планы

Офелия описывала программу предстоящего представления, сидя в своей комнате на ковре. Да, купе в поезде они давным давно уже перестали называть своим именем. Сам поезд, стал для всех членов труппы домом. У каждого была своя комната и свое место для тренировок, что вполне позволяли вместить семь вагонов. Офелия очень любила этот поезд. Ей казалось что вместе с этой таинственной атмосферой, дух дедушки до сих пор приглядывает за ней и Фином. Когда им было по десять лет, они очень любили убегать с уроков и наблюдать за тренировками, которые проводил дедушка. Он никогда не рассказывал родителям об этом, со временем она поняла почему.

Цирк был для дедушки священным местом и он был рад видеть, что в будущем будет кому приглядывать за ним.

Все же несмотря на это, его очень недоставало.

Откидывая печальные мысли, девушка закрыла окно и сложила бумаги на стол, затем вышла в коридор и направилась в соседний вагон. От туда уже несколько часов подряд доносился смех. Несмотря на то, что было еще только девять утра, многие уже во всю тренировались, хотя судя по звукам лишь пытались это делать. Легко перемахнув через трос, она оказалась в просторном крытом вагоне, обделаным плотным, мягким покрытием от стен и до пола. Больше половины свободного пространства скрывалось за вешалками и коробами с инвентарем. В центре, выполняя растяжку и громко посмеиваясь стояла девушка. Ее темные волосы ниспадали с плеч, путаясь в тканевой теплой накидке.

– Я слышу вы во всю тренируетесь. Так, что я у себя слышу хохот.

– Это все Дар. Спрашивай с него. – девушка ткнула пальцем в высокого парня сидящего на полу скрестив ноги в позе лотоса. Он с большим рвением поглащал засохшие остатки жареной курицы.

– Вообще-то это моя курица. Я ее вчера себе купила. – недовольно проговорила Офелия, направляясь к нему.

– Вы и так с Фином вчера половину умяли на двоих, а мне между прочем нужно быть в такой же хорошей форме как и Буран. – парень подскочил с пола, убирая тарелку подальше от Офелии. Имея резкий и взрывной характер, он являлся самым заводным шилом во всем их коллективе. К сожалению или счастью Дар почти все время проводил в вагоне с лошадьми, лелея и тренируя своего Бурана, который иногда не ленился оставлять ему памятные следы в виде синяков от копыт. Даже не смотря на это, он очень любил своих лошадей. Все номера ставил исключительно сам, не подпуская никого постороннего к загонам. Все же он был их неотъемлимой частью.

– Хочешь, доедай, а у меня ещё есть целый пакет сушеных сухофруктов, которыми я с тобой не поделюсь.

– Это я их купила! – обиженно проговорила девушка с темными волосами.

– Но они лежат у меня в комнате, Мари.

– Это потому, что не спрячь я их к тебе, нахальная Лидия быстро бы их умяла. – Мари попала в Морфей по большой и нелепой случаянности.

Если говорить по существу, то все члены цирковой труппы попали сюда случаяно, но история Мари была самой захватывающей.

Год назад, девушка работала в лавке у часового мастера. Жила там же, в каморке на чердаке, куда не проникало и капли солнечного света. Вся ее жизнь ограничивалась спуском по лестнице на первый этаж и сменой забитых механизмов, зажиточных клиентов.

Часовой мастер, долгое время держал слижком маленькое жалование, но покинуть его лавку Мари не могла. Все ее родные жили на другой стороне земного шара. Когда девушка с большими надеждами на будущее отправилась в Кенигсберг, поступив в академию эстрадного мастерства, она и подумать не могла, что последующий год будет работать за гроши, едва оплачивая комнату в пансионе. Изменилось все после того, как подруга, затащила Мари силком на одно из знаменитых представлений Морфея. В тот вечер она ушла из шатра с одной целью. Во чтобы то ни стало, попасть в число этих циркачей. Спустя какое-то время и попала. Хотя ради этого пришлось оставить учебу, она не жалела о содеянном. Ее радовало то, что больше не придется жить в каморке и работать на часового. Она каждый день благодарила судьбу за подаренную возможность. За то, что некоторые из цирковых, вступились за незнакомку, когда та на отрез отказывалась покидать шатер, убеждая Черного ловеласа в том, что лучшей эквилибристки им не найти на всем континенте. Вопреки ожиданиям, которое производил Морфей на остальных, она видела в нем лишь таинственную труппу бродячих артистов. То что должно было отталкивать и наводить оцепенение, привлекло ее и заставило неприклонно следовать за ним.

– Кстати о Лидии, где она? И Фин. Если я узнаю, что он снова вылез на крышу, я точно запру его в вагоне с животными.

– К своим лошадям я его не пущу. Ты же видела что он вытворяет. – Дар отставил в сторону пустую тарелку и принялся разминаться вместе с Мари.

Офелия лишь порывисто выдохнула, направляясь к соседнему вагону. Остановившись в узком закутке перед комнатой Фина она прислушалась. Через стук колес, слышались глухие постукивания по крыше. Ускорив шаг, она прошла в конец вагона и вышла наружу, ступив на крепление между вагонами. Холодный ветер хлестал по лицу, заставляя прикрыть глаза.

– Фин! Сколько можно ошиваться на крыше. Клянусь, однажды ты свалишься и поминай как звали. – лестница ведущая на крышу, оказалась очень холодной и скользкой, но Офелия умело вскарабкалась вверх, преодолевая желание столкнуть друга вниз.

– Пора бы тебе перестать лазать за мной следом. Я не буду тебя ловить, если подскользнешься. Тем более после дождя ещё скользко. – Офелия застала его, сидящим на мысу вагона, скинув ноги вниз. Он неустанно следил за раскинувшимся вдали пейзажем. Леса сменялись полями, под мостом, в реке через которую они ехали, небо отражалось темно-голубой лазурью.

– А к тебе это не относится? Ах да, я забыла, ты же у нас бесстрашный. – она присела на корточки рядом, но подойти к самому краю не решалась. За годы упорных тренировок, побороть боязнь высоты полностью ей так и не удалось.

– Скоро вдалеке покажется Петроград. Нам нужно будет договориться на счёт места для размещения шатра.

– Скинь это на Алекса. Он у нас любит разбираться с такими вопросами. Кстати, ты уже придумала каким именно образом мы проберёмся в хранилище? Если раздобыть такие костюмы как у смотрителей, нужно узнать заранее в какие часы сменяются рабочие. А ещё понадобится время чтобы найти улики с последнего места происшествия, в котором принимала участие банда этого утырка.

– Я почти все подготовила. В этот раз, пойду вместе с тобой. Никто не знает как на самом деле выглядит Черный ловелас, поэтому в случае чего, от Морфея сразу будут отведены все подозрения. Мы остановимся рядом с заброшенной парковой зоной, недалеко от хранилища.

Последние месяцы, цирковая труппа только и занималась тем, что разыскивала небольшую группу людей, орудующих на континенте уже несколько лет. Поскольку, у Офелии имелись свои счёты с предводителем этой преступной группировки – корнетом Николаем Савиным, она не разу не отказывалась от мысли о прекрасной и мучительной мести. Несмотря на личные разборки, для всех ее друзей, это стало делом чести. Гений преступного мира постоянно ускользал у нее из под носа, а Морфей неустанно следовал по его следам. Это превратилось в очень опасную игру, остановить которую становилось все труднее. Именно из-за внутренних противоречий бушующих внутри Офелии, Морфей стал таким. Цирк преобразился когда она первый раз вышла на сцену под маской Ловеласа. Зрители даже не имели понятия о том, насколько опасная игра ведётся вокруг них, пока длится волшебное представление.

– Ты уверена, что тебе стоит идти? Все что нужно, я могу найти сам. – когда у них случались такие вылазки, Фин всегда был в числе тех, кто без проблем находил нужные сведения и с Алексом, ещё одним членом их коллектива, они работали дуэтом. Несмотря на слаженность и отточенность действий, это всегда была русская рулетка. Больше всего Фин не хотел чтобы Офелия испытала ее гнев на себе.

– Я не хочу снова напоминать тебе о том, что должна сама убедиться и собственными глазами увидеть все, что там на него есть. – Фин нахмурил брови, явно желая высказать противоречия, но Офелия сделала вид, что не заметила его недовольства. – У нас будет предостаточно времени, во время выступления. Я уверена, что большинство людей стянутся туда и все пройдет без проблем. Мы уже не раз это делали. Или ты боишься?

– Я не боюсь. Просто я единственный из нашей команды, кто принимает к сведению все риски. И к тому же…

– Зануда, я уже устала это слушать, ты же прекрасно знаешь, что меня не переубедить. – пропела Офелия и поспешила удалиться с крыши, чтобы не слышать обречённого вздоха.

Иногда ей казалось, что Фин относился без подозрения только к своим огненным факелам.

***

Солнце поднималось высоко в небе, освещая потертую поверхность матового стола. Фин, вернувшийся в поезд спустя некоторое время, застал Алекса и Дара за подготовкой необходимого оборудования для их вылазки. Первый с задумчивым выражением на лице, сгорбился над разобранной пушкой. Он даже не повернул головы в сторону открывшейся двери.

– Как там погодка наверху? – насмешливо спросил Дар, забирая из рук Александра пушку.

– Ты будешь спрашивать это всякий раз, когда я буду возвращаться с крыши? Что вы делаете с этой пушкой?

Наконец, Алекс поднял голову, будто выходя из транса. Его белые пушистые волосы создавали совершенно миловидное впечатление о нем, но мнение, позволяющее людям думать тоже самое о его характере, было ошибочным, поскольку за ангельской внешностью скрывалась надменная в отношении многих, личность.

Все же в труппе, несмотря на недостатки, каждый пользовался своими преимуществами. Именно это и делало своеобразную кучку людей такой уникальной.

– Мне все кажется, что Офелия зря решила отправиться туда с нами. Все же, все прошлые разы именно за счёт ее отвлекающих маневров у нас хватало времени. – сказал Александр нахмурившись. Он перевел взгляд на бешено сменяющийся пейзаж за окном.

– Я тоже на счёт этого не совсем уверен, но… Это важно для нее. – Фин слегка понизил голос. В голове постоянно вертелись обрывки воспоминаний. Тех дней, когда спасением для подруги стали лишь многочисленные тренировки. До изнеможения, она отдавалсь сцене и зрителям, заглушая свои мысли и чувства. В то время он не знал, как ей помочь.

– Сколько она уже пытается поймать его. Если в этот раз все действительно пройдет удачно и мы найдем зацепку, то выйдем на Савина.

Дар лишь тихо кивнул, наконец защёлкивая выдвижную обойму.

***

Офелия вновь сидела у окна. На этот раз, вглядываясь в избушки, что теперь изредка появлялись на горизонте. Первые деревни на пути в Петроград. Несмотря на различие в окружающей природе, привычные пригорки и запустения, теперь сменились на огромные, тянущиеся в несколько миль лесные полосы. Воздух здесь был иной. Девушка поняла это, когда вместо морского с горьковатой примесью, почувствовала влажный, с древесным вкраплением. В прочем менять место жительства им было не в первой.

Глава 3: Шарм

Светом софитов освещалась сцена. Тишина в которую погрузился театр, нарушаемая лишь тихим шепотом зрителей представления, казалась необычайной.

Все окружающее пространство погрузилось во тьму и лишь декорации сцены привлекали к себе все внимание. Актеры ещё не появились в зале, но даже сейчас все находились в предвкушении волшебного представления.

Лука заметил с каким благоговением зрители обратили свой взгляд на сцену, когда там появился первый актер. В длинном струящемся в пол плаще и пёстрой атласной рубахе, он походил на древнегреческую статую, но ставили к недовольству парня, отнюдь не греческие мифы. Сегодня зрителям представилась возможность стать свидетелями того, как душа Фауста металась меж адом и раем.

Впрочем, Луку не особо интересовало представление. Большее внимание он уделял верхним балконам, на которых по обыкновению собрались очень влиятельные личности. Августин со своими прихвостнями и ещё несколько человек, явно не принадлежавших к его шайке, очень умело выказывали свое равнодушие, когда на самом деле, цель их визита была совершенно в другом. За мутными, долговязым лицами, стояли жадные до денег скотские мафиози. Лука очень хорошо помнил, как отец проводил долгие вечера в своем кабинете. Мало что сохранилось от точных цифр его сделок и немалого состояния на тот момент, но в памяти накрепко засело то, с какой ненавистью он говорил о городской мафии. Хотя и противоречиво учил сына их мастерству.

"Хочешь победить врага, начни думать как он"

Хотя иногда Лука думал, что своими поисками и слежками, практически, затесался в ряды мафии. Мысль быстро растворялась в веренице других.

Не станет он таким как они.

Люди преследующие абсолютно противоположные цели уже по определению всегда будут врагами.

Хорошая акустика в зале позволяла следить за всем без особых усилий. Когда с балкона раздался еле слышный звук открывания двери, Лука выскользнул из зала, едва не налетев на контролёра в коридоре. Он быстро поднялся по вивьеватой леснице на второй этаж и юркнул в едва заметное углубление стены. Высокий рост не позволял разогнуться и он тихо выругался, стараясь не светиться в проёме. Парень очень пожалел, что не взял с собой капюшон. Золотистые волосы очень заметно отливали на солнце, заставляя ещё сильнее вжаться в стену. Через некоторое мгновение с противоположного конца коридора донеслась едва разборчивая речь.

– … все под контролем. Господин, мы заслали шпиона. Теперь волноваться не о чем. Послезавтра от вас требуется только присутствие. Аукцион пройдет в доме Ростовской. Все ставки заранее выставлены и изменению не подлежат. Нужный ход в нужное время обеспечит вам наш засланец в судейской коллегии. Демьян…

– Я понял. Свою часть ты получишь…

Коснувшись стены, Лука случаяно задел деревянную перекладину, что тут же с треском упала на пол. Раздался пронзительный треск и голоса мгновенно стихли. Замер и парень, не позволяя себе лишний раз вдохнуть.

Послышались быстро удаляющиеся шаги и лишь тогда он смог вынырнуть из проема, поспешно направляясь к выходу.

Удаляясь от театра по узкой темной улочке, Лука проклинал себя за свою невнимательность. Ему и так крупно повезло, что ростовщик, по неосторожности упомянул в разговоре место встречи. Если бы он ещё подольше оставался незамеченным, возможно смог бы узнать ещё и время. А так, придется тереться там весьма долго, если не удастся выяснить больше.

Лишь только когда Лука незаметно для обитателей дома, проскользнул в свою комнату и опустился на мятое покрывало, не снимая сапог, позволил себе ненадолго расслабиться.

Мысли о том, как ему все это провернуть, вертелись в голове словно шестерёнки. Раздумьям не мешал и ветер, что гулял по комнате, перебирая занавески. Подниматься не было никакого желания и поэтому он просто натянул покрывало до подбородка, вслушиваясь в мерное постукивание копыт и говор за окном.

Несмотря на всю сложность его положения, было некое преимущество, которое Лука зарабатывал долгими и упорными неделями. Он досконально изучил всех людей, которые собирались делать ставки на аукционе в тот злополучный вечер. Помимо Августина и Ростовской, в доме которой будет проходить сеё действо, в торгах примут участие ещё несколько немаловажных членов мафиозного круга. Среди них были Бридж и Рамон. Оба, члены иностранных сообществ, имеющие поддержку в своих кругах.

Чтобы попасть на торги, необходимо быть заранее приглашенным. Именно в этом и заключалась вся проблема. Конечно, Лука мог на кануне убить одного из них и пробраться на торги под гримом… Слишком дорога была цена. К тому же, если след в последствии приведет к Сперанским, отец точно его не простит. Он уже давно забросил затею, отыскать скрипку и о действиях сына даже понятия не имел. В прочем, Лука и не собирался раскрывать никому своих замыслов. Достаточно было того, что это нужно было ему.

Откинув размышления на завтрашний день Лука, потушил свечу на столе и закрыл глаза.

Глава 4: Петроград

Едва только золотистая зорька окрасила собой небосвод, впереди показался призрачный городской пейзаж. Частые, с острыми крышами домики, едва мелькающие в тумане копоти и пара, человеческие силуэты и высокие церквушки: навевали знакомые воспоминания о Кенигсберге. Расстояние разделяющее города оказалось не столь значительным, но Офелия всё равно была рада смене обстановки. Последние дни все мысли были заняты расследованием, которому девушка в тайне от друзей, посвящала все свободное время. Вот и сейчас, на столе высилась приличная стопка новостных сводок, а сама Офелия из последних сил всмаривалась в сноски о "Белых воротниках".

Шайку Николая Савина прозвали так за то, что как поговаривали, любые сделки этой банды проворачивались исключительно в парадных костюмах и всё те, кто их когда-либо замечал сходились в показаниях о белых воротниках на шее четверых неизвестных. Особенность была в том, что появлялись они только там, где намеренно собирались засветиться. В иных случаях и присущих им похищениях, это была самая скрытная банда на данный момент. После первого большого инцидента с делом иностранного посла, которого Савин умело обставил, со страниц газет не сходили истории о гениальной банде.

"Вороватый гений" так звали Николая в местных кругах, но Офелия звала его только подонком. По иному просто не могла.

Своими действиями, этот человек в конечном итоге испортил ей жизнь. Не только ей, но и все её семье, хотя потеря должным образом сказалась только на Офелии. То, чем занимался дедушка и какой путь избрал, не выглядело чем-то престижным по мнению Анастасии и Роберта. (Так звали родителей девушки) Они на момент рождения дочери, уже почти прекратили с ним общение и в последствии всячески ограничивали Офелию от авантюрного родственничка, пока однажды не произошла одна случайность.

Случай изменивший Офелию.

– С добрым утром. Ну что готова, наконец, увидеть Петроград? – прервав кропотливое занятие, в вагоне показался Фин.

Офелия обернулась подгребая под себя листылисты, за что столкнулась с едва осуждающим взглядом друга.

– Можешь не прятать. Я все равно не удивлен.

– Говори что хочешь, но потом у меня не будет времени на это, мы будем заняты выступлением. Тебе разве не нужно готовить свои огненные стрелы?

– Я в отличие от других, уже все давно подготовил. В этот раз шоу будет ещё зрелищнее.

– Ой, я даже не удивлюсь если ты себя подожжёшь.

– Не дождешься. – Фин повалился на диван, подвигая в сторону валяющиеся вещи, в ту же минуту в комнату просунулась голова Лидии.

– Я думаю вам нужно это увидеть. Мы подъезжаем к городу. Дар не вылезает из конюшни уже целые сутки, а Алекс прогоняет детали плана по сто раз на день. Некому даже полюбоваться вместе со мной прекрасным пейзажем. – если бы можно было назвать солнце одушевленным человеком, то это определенно была бы Лидия. Золотистые, струящиеся по плечам пушистые волосы обрамляли красивое фигурное лицо, а белоснежные едва заметные брови светились, отражая солнечные лучи. Судьба ее, ровно так же как и судьба Дара, была предрешена весьма непонятным образом, но Офелия прекрасно знала, какого это вечно прятаться, не имея возможности на нормальную жизнь.

– Пойдем посмотрим. – Офелия вскочила из-за стола, провожая взглядом Фина и скрылась в проходе вместе с подругой.

***

– Порой мне кажется что этот город на самом деле совсем не такой, каким его описывают в книгах. – Лидия облакотилась на железный поручень, выглядывая из окна. Ее глаза, обводящие взглядом далёкие узкие улочки, светились радостью и спокойствием.

– Ты что же, читала про Петроград?

– Ага. Последний раз, когда мы останавливались в Ясном*, я забежала в лавку и прихватила там книгу. Там даже есть карта города, представляешь.

– Чего же ты раньше не говорила, я чтобы найти карту, скупила почти весь газетный ларек.

– А ты все равно никогда не слушаешь того, о чем тебе говорят. Я уже сто раз зарекалась.

– Ой, да брось ты. – Лидия, заправила за ухо выбившуюся прядь волос и показала на далёкое, высокое здание.

– Вон вдалеке Глухозерская ферма. Если мы поедем прямиком до вокзала, то минём Конскую площадь.

– Ага, только Дару не говори, а то при первой же возможности кинется туда.

– Что не говорить? – за спиной Офелии послышался громкий голос. Затем втиснувшись между девушками, парень высунул голову в форточку.

– Вылез из конюшен наконец? – Лидия стряхнула с его рубашки конский волос и поморщилась.

– Я думаю ты ещё успеешь обдаться  перед тем как мы сделаем остановку.

– Намекаешь на то, что я воняю? Между прочем лошади очень благородные животные. – парень даже не шелохнулся. Лишь наоборот ещё больше развалился на подоконнике. Порой он так забывался, что совсем не успевал есть. Бывали дни, когда он и о времени забывал.

– Ты и правда дурно пахнешь дружище. – чья-то мозолистая рука, потрепала парня по голове. Он обернулся, встретившись с насмешливым взглядом друга. Офелии даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто почтил их своим присутствием.

– Ой, будто сам лучше. У тебя ещё голова, случаем, не лопнула?

– Ой все, хватит вам. Лучше посмотрите на город. Даю ставку, что слухи уже разлетелись и от посетителей не будет отбоя. – Лидия до сих пор, порой удивлялась тому, что каждый раз становилась соучастницей этого веселья. То, что происходит в шатре, когда зал замирает в неведении, от очередного волшебного действа, даже не описать словами. Недаром Морфей был одним из самых известных на континенте.

***

Прошло ещё чуть больше получаса, прежде чем поезд остановился у въезда в город. Привычно осмотрев документы на посте проверки, их пустили дальше.

Несмотря на свободолюбивость, было одно негласное правило, которому придерживались все члены труппы.

Поезд никогда не заезжал в город, больше чем на одну ночь, ежели планировалось только одно представление. Они всегда скрывались где-нибудь в пригороде, подальше от массового скопления людей. Также, было запрещено раскрывать свои имена и близко знакомиться с людьми . Делалось все это для поддержания таинственности и интриги, а также избежания различных казусов.

Минуя старые, пустынные поля и заброшенный фермы, поезд устремился прямиком в город. Отнюдь не так часто в Петроград прибывали поезда отличающиеся от обыкновенных торговых и гражданских и поэтому Офелия видела как люди на улицах оглядывались, провожая взглядом таинственный экипаж, а иные даже махали в след.

Город встречал ветреной погодой. Дома попадающиеся на пути, отличались от тех, что Офелия привыкла видеть в других местах. Обрамлённые сводчатыми арками они напоминали больше ровные ряды домино. К слову и люди тоже выглядели иначе.

***

– Ну скоро вы там? Будто в первый раз возитесь, честное слово.

– А ты попробовала бы сама. Я сомневаюсь, что ты вообще это поднимешь.

Спустя короткое время, поезд, наконец, остановился и все члены экипажа стали разгружать свой арсенал. Надо сказать, что это занятие все одинаково ненавидели, впрочем, ровно так же как и установку шатра.

Погода благоволила и солнечные лучи мелькали перед глазами, белой пеленой. Для того, чтобы скрыть от посторонних глаз, процесс подготовки шатра к представлению, поезд остановился в пустой части парка образуя замкнутое кольцо. Хотя многие любопытные горожане, все же ухитрялись заглядывать в проемы между вагонами.

Прежде чем выйти на улицу, Офелия предусмотрительно накинула на голову шляпу с пологими краями. Несмотря на то, что во время выступлений на девушке всегда был длинный темный плащ и узорная, закрывающая практически все лицо, маска, иногда приходилось предусмотрительно скрывать свою внешность от посторонних глаз и в свободное от выступлений время.

Ещё раз перепроверив замки на дверях, она наконец вышла к остальным. В воздухе витал приторно-горьковатый запах, но несмотря на огромное количество городских производственных складов и заводских помещений, небо оставалось чистым и безоблачным.

– Было бы намного веселее делать все это под музыку. – в стороне противоположного от Офелии вагона, Фин и Алекс, занимались установкой зрительных рядов, но внимание девушки упало на Лидию, которая уперевшись ногой в плечо Дара, разглядывала горожан через щель между вагонами. Мари, сидевшая рядом с ними, заметила Офелию и направилась к ней.

– Я сделала ставку на то, что меньше чем через час сюда заявятся городовые. – не прошло и секунды как Дар заинтерисовано повернул голову в их сторону.

– Я ставлю на полчаса.

Везде, где бы цирк не останавливался, не упускали возможности наживиться на бродячих артистах городские патрули. Почти всегда приходилось откупаться довольно крупными купюрами, но это не имело значения, потому что местные богачи, решившие найти утешение от скуки в округлом таинственном шатре, как правило, оставляли купюры в разы крупнее.

– В этот раз пусть блондинчик идёт. Мне уже надоело придумывать разные байки о том, как по пути мы потеряли удостоверение на разрешение для выступлений. Они постоянно ломают комедию о том, что мол "не позволено", но когда перед ними помашешь зелёной бумажкой, словно слепеют. Честно, очень смешное зрелище. – как и всем в Морфее, Фину пришлось научиться искусству изящного и правдоподобного обмана. Иначе просто было нельзя, ведь первоначально люди всегда смотрят на внешность и то, как человек себя приподносит, а если сделать это хорошо… Как показывала практика, многое можно провернуть на одной лишь уверенности в перемешку с харизмой.

– У тебя это получается намного лучше меня, да и выглядишь ты… Более презентабельно. – Александр указал на растрепавшиеся волосы, что неуклюже торчали из-за ушей и царапину на своей руке.

– Если ты причешешься, то возможно даже сойдешь за порядочного гражданского.

Мари усмехнулась, наблюдая за словесной перепалкой друзей:

– Ага, гражданина, который без пяти минут спит с пушкой.

– Можно подумать, что вы – сама невинность. Офелия только и делает, что мониторит новости.

– Так, я вообще не причем. Нам нужно готовиться, так что давайте, пошевеливайтесь. – хотя Офелия и понимала, что это представление будет отвлекающим маневром в их плане. Все же хотелось чтобы все прошло очень хорошо.

Девушка зажмурилась, в очередной раз прогоняя в голове планы этажей и выходов. Если сегодня вечером они нароют нужные сведения на "Белых воротничков", то станут немного ближе к разгадке того, о чем Офелия боялась вспоминать даже на секунду.

__________________________________________

*Ясное – посёлок вблизи Петрограда.

Глава 5: Аукцион

В столовой приятно пахло печёным хлебом и вкусным вишнёвым вареньем. Сидя за обеденным столом, Лука собирал воедино все детали вечерней афёры. Голова нещадно болела. После того, как он провернул очередную махинацию и как следует подготовился к аукциону, прошло два дня. Всё эти два дня он неустанно добывал необходимые сведения. Пришлось сильно постараться, чтобы выяснить на чем и когда именно, к дому Ростовской доставят выставляемые экспонаты в числе которых, конечно, была и скрипка.

– Снова летаешь в облаках? – голос отца разрезал тишину и Лука вынырнул из мыслей, поднимая взгляд. Тот с увлечённым видом в очередной раз поглощал новостные газеты, с особым вниманием вчитываясь в строчки о политических распрях.

– По крайней мере я не упиваюсь политической чепухой.

– Эта чепуха не раз спасала наше состояние, если ты забыл. – Лука прекрасно помнил, как умение отца грамотно и без подозрений обыгрывать именитых городских магнатов, спасало их от нищеты.

– Все же я предпочитаю честный обман.

– Не строй из себя честного гражданина. Раз на то пошло, ты далеко не тот у кого в рукаве пусто. – несмотря на многие распри, какие бывают у отцов с сыновьями, когда те пытаются вести себя самостоятельно. Сперанские на удивление редко ссорились. Дело было в том, что Петр никогда не утаивал ничего от сына, наоборот старался посвещать во все дела и переговоры, взращивая свою маленькую копию. Таким образом уже с малых лет Лука знал и умел очень много такого, о чем даже не слыхали другие мальчишки десяти лет.

– Меня сегодня не будет, так что не жди вечером. – Лука закончил трапезу, поднимаясь из-за стола.

– Тебя и вчера не было. Ты лучше меня предупреждай когда ты будешь. Так будет проще.

– Нечего меня попрекать, по-моему мы уже говорили на эту тему не один раз.

– Я и не попрекаю. Просто не хочу чтобы ты вновь увяз в каких-нибудь неприятностях. Как например два месяца назад…

– И слушать не буду, удачного сепарирования мозгов. – отсалютовав двумя пальцами и выскочив в коридор, Лука успел заметить как губ отца коснулась лёгкая ухмылка. Все же они были очень схожи характерами и поэтому Петр практически никогда не ограждал сына. Он понимал, что лезть дела сына бесполезно, и поэтому забота и предупреждения, чаще всего были наигранными.

Что не говори, а Лука всё равно поступит по своему.

На улице было на удивление солнечно, когда Лука натянул на голову любимую, флисовую шляпу с пологими краями и вышел на оживленную улицу. Хотя времени было ещё около девяти часов утра, парень уже предвкушал события долгожданного вечера. При одной мысли о том, что долгие месяцы с того момента, как в руки ему попалась забытая, рваная статья о утерянной семейной реликвии, наконец привели ли его к истине, в груди болезненно щекотало.

Ветер рвал кроны деревьев и на каменистой мостовой гуляли причудливые тени. Люди переговаривались и зачинали светские беседы, какие было принято вести в приличном обществе. Лука не любил разговаривать с людьми. Более того, он потешался над тем, как толстые и угрюмые мужья, вместе с гиперактивными капризными женами, были вынуждены часами обсуждать погоду и мировое господство.

Не видел смысла парень и в долгожданных балах, если же только это не было местом скопления мафии. Свернув за очередной знакомый поворот, он устремился к двухэтажному зданию, что высилось на пригорке улицы и выделялось своим антуражем. Он часто бывал здесь, во многом именно из-за того, что здешняя атмосфера напоминала о том, что он так любил.

Светлые с резными, деревянными ставнями окна, выделялись на фоне темных кирпичных стен художественной мастерской. Дверь была привычно распахнута, Лука поморщился от едкого запаха спирта и вошёл внутрь привыкая к полутьме, что вечно царила внутри.

– Эй! Яков, здесь ты? – сначала в уши ударила оглушающая тишина, но потом послышался треск поленьев и парень отправился на этот звук. Лишь углубившись в помещение, которое делилось на три комнаты, две из которых находились на втором этаже и представляли собой хаос из предметов обихода, Лука смог отыскать невысокую фигуру. Согнутый в три погибели, промеж гигантских бумажных полотен, занимающих практически все помещение, сидел парень.

– В кой-то веки, кого я вижу. Решил навестить меня или беспамятно нырнуть в реки искусства? – произнес парень, не отрывая глаз от громадного листа бумаги.

На щеке красовалось яркое синее пятно от краски. Зелёный берет неуклюже накренился, обнажая чернявые кудри, что парень старательно отращивал уже год. Единственным, с кем он общался в обыкновенной манере как раз и был Лука. Они знали друг-друга около пяти лет и хотя Яков был полон странностей, которые другие люди не считали нужным принимать, Лука не замечал в нём изъянов.

– Чем ты тут занимаешься? Спиртом пашет с самого входа, будто ты распиваешь не первую бутылку.

– Новые спиртовые краски, я уже принюхался. Кстати, как там поживает белый свет?

– Верно, ты снова не покидал своего убежища несколько дней? – по мимо десятков полотен, в узорных рамках стояли и законченные работы. Некоторые из них, а именно пейзажи, выделялись особой натуральностью и Лука даже не один раз путал их с рукой известных мастеров.

– Неделю назад ко мне обратился один богач. Я думаю что он не из городских, возможно просто приезжий. Так вот, он заказал у меня большой портрет своей жёнушки, и сказал что если он будет готов за неделю, то плата будет довольно высокой.

– И ты конечно же взялся. – несмотря на то, что запах уже не чувствовался так остро, Лука все равно приоткрыл окно, впуская в мастерскую свежий воздух.

– Разумеется, мне же надо на что-то жить, а у художников как знаешь, это дело не хитрое. – Яков обтер руки о фартук и, наконец, обратил внимание на друга:

– Чаю?

– Да, я думаю, что сегодня мне понадобится твоя помощь, в одном… небольшом деле. – когда парень вернулся с двумя горячими чашками чая, Лука заметил проблеск интереса, мелькнувший в его голубых глазах.

– Выкладывай.

***

В темной телеге было очень тесно. Внутрь, слабо, но освещая пространство, проникал свет от уличных фонарей. Не лучшее место для того, чтобы наблюдать за ходом аукциона и выслушивать торжественные речи, но проникнуть по другому, в обнесенный забором особняк госпожи Ростовской, было невозможно.

– Если нас поймают, я не закончу картину и не получу денег, ты будешь мне месяц оплачивать проживание и материалы.

– Давай сосредоточимся на том, чтобы нас не поймали. Позволь напомнить, что ты сам согласился. – Лука сидел на корточках, стараясь не высовываться в окно. Хотя телега и так по высоте была в половину их роста, Яков умудрился ненадолго задремать и в этом положении.

Смоленый, на прочь пропахнувший табаком короб, служил своеобразным портмоне для Бриджа и как выяснил Лука на днях, слуги предусмотрительно вычистили телегу для тех экспонатов с аукциона, которые хозяин надеялся выкупить. Благо, что конюшней заведовали знакомые Сперанского старшего, для которых подкуп, это скорее способ к существованию, благодаря которому они жили уже долгие годы.

Ни Лука, ни Яков не имели ни малейшего представления о том, где именно остановится повозка, но сложа пальцы, надеялись, что госпожа Ростовская предусмотрительно подготовит в конюшне место для таких знатных гостей.

– Чувствуешь? Брущатка.

Что они заехали на территорию особняка, парень понял лишь тогда, когда почувствовал как ребристая дорога сменилась гладкой, дорогущей брущаткой.

– И?

– Мы на территории. Это женщина хоть и вдова, но от роскоши так и не отказалась, а ещё у нее в особняке больше двадцати комнат. – так как извозчики молчали, чтобы не привлечь лишних подозрений приходилось говорить исключительно шепотом.

– Наконец-то, так трясет, что ещё немного и я бы оставил здесь весь свой ужин.

– Не прибедняйся, я тебя не для этого с собой взял.

– А мне знаешь ли, роль красной тряпки тоже не особо нравится.

– Да брось, с тебя требуется всего на несколько минут отвлечь грузчиков. – в ответ Яков лишь вздохнул.

***

Лошади предупредительно заржали и телега остановилась рядом с задним входом в дом. Прежде чем попасть внутрь, Бридж бросил несколько слов извозчикам, после чего те откатили коляску, а телегу завезли в тамбур помещения.

– Проклятье, чего она такая тяжёлая. – выругался один из них, натягивая деревянные ручки, чтобы в очередной раз передвинуть повозку.

Через некоторое время, когда телегу все же оставили в покое, голоса стихли. Выглянув в маленькое окошко, Лука с радостью обнаружил, что по близости нет ни души, а светлое помещение, заполненное различным хламом и утварью, в котором они оказались, имело несколько выходов, некоторые из которых определенно вели в нужные коридоры.

– Вылазь.

– Тфу, наконец можно дышать. – после табачного запаха, свежий воздух казался высшим блаженством. Но растягивать время было нельзя, поэтому Лука сразу направился к одной из дверей, прислушиваясь.

– Делаем как договорились. Я иду внутрь и дожидаюсь конца аукциона,  а ты ждёшь во дворе. У меня должно получиться забрать ее до того, как слуги известят Августина, о том, что скрипка погружена и экипаж готов. В противном случае, вся надежда на тебя.

– Знаешь, я ни на что не намекаю, но лучше тебе, конечно, успеть. – Яков накинул на голову темный капюшон и повыше одернул воротник, затем обернулся. На его лице не было и доли страха, но настороженность все же присутствовала.

– Бывай. – Лука кивнул, провожая взглядом друга.

Как и оказалось, после нескольких усиленных попыток, одна из дверей все-же поддалась усилиям и он оказался в темном коридоре с высокими потолками. В глаза сразу бросились яркие красные стены, на которых ровно в ряд висели копии, а может и оригиналы знаменитых картин. Насколько было известно, покойный муж госпожи Ростовской, работающий в "честном" партийном обществе, тоже не был приверженцем простоты и многое из нажитого за годы управленческой деятельности вкладывал в свою жену и особняк. До сих пор не известно погиб ли он своей смертью или это дело рук соперников, что просто решили убрать магната с дороги, но жёнушка не очень долго отчаивалась и убивалась.

Лука медленно обвел взглядом все помещение и прислушался. Не обнаружив нигде по близости посторонних звуков, он продолжил свой путь продвигаясь в глубь дома. Несмотря на то, что на улице завывал ветер и рьяно гудели деревья, внутри было на удивление душно и тихо.

Внутренняя тревога не отступала, а сердце делало очередной переворот в груди. Хотя Лука изучил доселе местоположение всех комнат и смену караульных, определить точное место было категорически трудно.

Очередной коридор сменялся другим, пока, наконец, не упёрся в прямоугольный тупик, арка которого выходила на балконы с которых открывала вид в большой, просторный зал. Едва не выскочив на балкон, Лука метнулся за угол.

Прислушиваясь, можно было различить говор нескольких людей, но музыка заглушала словно куполом все окружающее пространство.

– Надеюсь это все закончится быстро…– вдруг из коридора донёсся едва различимый голос. Затем, последовали быстрые шаги.

Лука замер, подыскивая глазами место, где можно укрыться, но буквально через секунду из-за поворота показались две фигуры и парень застыл, мысленно заставляя себя держать спокойное выражение лица.

Мария Ростовская бросила взгляд на балконы, а затем перевел его на незнакомого парня.

Глава 6: Иллюзия

Смеркалось.

В полуночной темноте фонари на улицах освещали аккуратные узкие улочки. С каждым часом в Летнем саду прибавлялось людей.

Шатер уже возвышался красным куполом над низкорослыми деревьями, но был закрыт, так как свои представления Морфей начинал исключительно в двенадцать часов.

Те кто были не по наслышке знакомы с цирком, терпеливо отдыхали на лавочках в ожидании открытия, многие удивлённо разглядывали красочный поезд, что расположился в небольшой Лебяжьей аллее, совсем рядом с шатром. Иные же силились заглянуть под купол любыми возможными способами. Все это было привычным для Офелии и остальных.

Внутри шатра сейчас происходила настоящая суета. Впрочем, так случалось перед каждым значимым для них шоу. Морфей множество раз покорял сердца людей своей непосредственностью и частицей магии, которой многим не хватало в обыкновенной жизни.

– Средь шумного бала, случаяно,

В тревоге мирской суеты,

Тебя я увидел, но тайна.

Твои покрывала черты…

В стенах шатра раздавалась красивая мелодия. Лидия вновь и вновь напевала чарующие строки, готовясь к выступлению. В отличие от остальных, в это раз именно на ней лежала большая ответственность, потому что основная часть представления досталась им с Дарием. Конечно, не в первый раз приходилось выступать в одиночку, пока другие выполняли положенную работу. Но признаться, только в большом величественном Петрограде, при одной мысли о сотне незнакомцах, радостно хлопающих в ладоши, следящих удивлённым взглядом за каждым их действием, становилось волнительно. Она никому не говорила и о том, что три раза обходила шатер перед каждым выступлением. Может это было и смешно, но для нее, своеобразный ритуал придавал уверенности в том, что все пройдет как нельзя лучше.

Тонкие изящные пальцы в белых атласных перчатках, ловко перемешивали атласную колоду карт. В закрытой части шатра иллюзионист готовился к своему долгожданному выступлению. Вышитый черным теснением, полупрозрачный плащ очень эффектно смотрелся на фоне белоснежных волос и такой же мертвенно бледной кожи. Во всем этом, было одно единственное, чего терпеть не мог Александр. Черная, остроугольная маска, постоянно мешалась во время выступлений, но позволить себе открыто показывать свое лицо, учитывая множество незаконных вылазок, он не мог.

Александр успел заметить огромную толпу собравшихся на улице зевак, после чего вздрогнул и обернулся, когда ширма резко откинулась пропуская внутрь комнаты Мари. Через образовавшийся просвет открылся вид на просторную арену, парень успел заметить как Дар проделывал очередной трюк сидя на Буране.

– Сегодня нам придется труднее чем обычно. – Мари была облачена в воздушный акробатический костюм, который чем-то напоминал змеиную шкуру. За девушкой тянулся белоснежный шлейф. Все, даже самые простые движения были исполнены с изяществом. Таким, что казалось будто она уже парит под куполом, вызывая восторженные овации.

– Ещё как. Мы уйдем сразу же после огненного шоу Фина и у нас будет ровно час на все. – В карих глазах появилась недосказанность.

– Ты думаешь что Офелия зря решила с вами идти? – Мари слижком долгое время пробыла бок о бок с этими людьми, чтобы суметь заметить хотя-бы малейшее отклонение в поведении. Именно поэтому, иллюзион даже не намеревался врать, хотя редко когда говорил чистую правду.

– Не то чтобы зря. Я просто думаю что если мы ничего не найдем, то узнай она от нас, ей было бы легче принять факт того, что возможно Савин уже давно замёл за собой следы. А так… – объяснить свои опасения было гораздо труднее под подозрительным взором девушки.

– То есть ты хочешь сказать, что сомневаешься в том, что она ведёт нас в правильном направлении?

– Ничего я не хочу сказать. Иди и не мешай мне готовится.

– Ага, как же. Только не забывай о том, что это не только ее проблема. Мы все-же одна команда и затеяли все это вместе, а значит другого у тебя нет, ровно также как и у всех нас.

Когда Александр обернулся в попытке оправдать то, за что его только что отчитали, поблизости никого уже не было. И в этом была вся Мари. Она всегда говорила то, что думала и при этом ее совершенно не заботило то, каким образом отреагируют на ее мнение и какие сделают выводы. По своему обыкновению она бросалась фразами и сразу же исчезала оставляя людей в замешательстве.

В последний раз глянув на себя в зеркало, Офелия принялась переодеваться. Сегодня, как и во многие до этого разы ей придется скрыть свою личину за черным парадным костюмом. И каждый раз она с нетерпением ждала этого. Ждала появления того, кем она становилась, облачаясь в темные одеяния. Лишь тогда ей не требовалось притворяться и заведомо придумывать себе роли. На сцене она была всего одна… роль загадочного, нахального юноши, управляющего этим балаганом. За все время существования цирка, ещё не одна газета не смогла раскрыть их тайны. Все члены труппы прекрасно знали, что случится если все узнают, о девушке, занимающей пост шталмейстера, да и сама Офелия очень любила то, с каким восторгом зрительный зал встречает узнаваемую высокую фигуру в черном плаще и пологой шляпе.

"Черный ловелас" – восторженно шепчут они, провожая его взглядом. Тягут руки в попытке дотянуться до атласной ткани, в надежде прикоснуться к волшебству.

– Ты же знаешь, что времени переодеться у тебя будет категорически мало, раз решила идти с нами. – за спиной раздался знакомый голос, когда Офелия закончила натягивать длинные черные перчатки.

– Ты пришел, чтобы в очередной раз меня отговаривать?

– Я вовсе не собираюсь этого делать, просто хотел посоветовать взять с собой хотя-бы выходной плащ.

Фин был снаряжен плотным тканевым желетом и огнеупорными красными перчатками. Несмотря на уличную прохладу и всевозможные сквозняки, одеть что-либо под жилет он так и не удосужился. Волосы были залиты лаком, дабы избежать всевозможных казусов с огненными тростями и шпилями.

– Завяжи мне плащ, пожалуйста. – Офелия повернулась спиной, позволяя Фину затянуть на поясе накидку.

– Слышишь, вас зовут черный Ловелас. – с улицы донасились восторженные возгласы. Так как Офелия старалась к минимуму свести огласку, переодевалась она исключительно в поезде. Через занавески можно было разглядеть толпу людей, занимающую очередь у входа.

На часах было уже без двадцати двенадцать. С каждой минутой сердце девушки стучало все быстрее.

– Слышу. – когда Фин закончил перевязывать шнурки, они развернулись выглядывая из окошка. Офелия выдохнула обводя взглядом виднеющейся здание городского хранилища, в котором собирались все новейшие сведения о громких делах. – Знаешь, порой только зрители и внушают мне чувство, что все это мы делаем не напрасно.

– Если хочешь знать, я вообще все это делаю, только чтобы наконец спокойно спать по ночам. – Холодная рука, потрепала ее по голове. Офелия до сих пор не привыкла к тому, что за последние два года Фин перерос ее почти на сорок сантиметров. Иногда, она всё ещё по привычке звала его коротышкой.

– Я уже забыла, когда последний раз нормально спала… Ну а пока, пойдем уже, в манеж. Хочу уже увидеть твои фокусы.

Натянув маски и взяв все необходимое, они беззвучно вошли в темное закулисье купольного зала.

***

Сумеречная тишина, окутала манеж. Голоса, пришедших на представление зрителей стихли, когда часы на городской башне пробили двенадцать. Вся округлая площадь цирковой арены погрузилась во мрак и нельзя было даже различить человека, который на данный момент незримыми шагами ступал в центр нее. Вибрацией от кресел отдавалось лёгкое постукивание черного кейна* о деревянное покрытие пола. Из ниши, что была слижком неприметной для взора зрителя, доносилось лёгкое постукивание. Все внимание в миг переместилось на арену, стоило только Ловеласу поднять руки. Вспышки софитов осветили небольшое пространство в центре, когда он отвесил небольшой поклон зрителям, вольготно опираясь на трость. Уже привычно, иллюзион оглядел зрительный зал удостоверившись в том, что в глазах пришедших загорелся азарт. Те, на которых он случаяно задерживал свой взор дольше обычного, по своему обыкновению смотрели с обожанием и лёгким испугом. Были в зале даже маленькие дети, пришедшие с именитыми родителями. Наверняка, не смогли отказать своим чадам в прихоти, но даже в их взгляде доселе проглядывался скрытый интерес.

– Ну что, я думаю вы все знаете для чего сегодня здесь собрались. – голос походил на лёгкий баритон, который становился ещё пронзительнее отражаясь от стен эхом и доставая до каждого зрителя. Такой эффект, невзначай заставлял мурашки блуждать по телу. Ловелас продолжал: – Конечно, иначе вы бы просто не решились появиться в этом сосредоточении магии, питающимся вашими эмоциями… Шучу. А в прочем, сколько можно болтать, вы вскоре увидите все своими глазами. А даже если не увидите, почувствуете это я вам гарантирую. А сейчас… –  Ловелас медленно поднял трость и ткнул в зал. – Желаю приятной прогулки. – все вновь погрузилось во мрак, но через секунду раздалась оглушительная мелодия.

Когда же зрители вновь сосредоточили свой взгляд на арене, там уже никого не было.

Все, что происходило далее, повергло зрителей в точно такой же шок, как и дождь, неожиданно хлынувший с огромнейшей силой. Крупные капли ударяли по крыше манежа, но внутри было тепло и сухо. Представление, которое подготовил Фин, выглядело на этом фоне эффектнее за счёт огромных огненных шпилей, что освещали все окружающее пространство. Мало того сам огненосец чувствовал себя среди святящихся горячих шаров, совершенно комфортно. Будто и не существовало зрителей, пронзительно охавших наблюдая за тем, как огонь касался голой кожи, не оставляя и следа. Фин так умело обращался с огнем, что в определенные моменты могло показаться, будто он сам высечен из камня, а стихия лишь заколяет и поддается умелому мастеру, позволяя управлять собой. Даже Офелия наблюдающая за этим из-за кулис, порой болезненно сжимала руки в кулаки.

Выступление Александра также не осталось в стороне. Чародеев и фокусников любили во все времена, но когда действо происходило настолько убедительно, что приходилось на мгновение перестать моргать и дышать… Тогда за свое дело бралась Лидия, полностью погружая зрителей в удивительный мир иллюзий. Работая дуэтом они создавали невообразимое торжество звуков и волшебства, буквально перенося зрителей далеко за пределы шатра и их собственного города. Казалось время остановилось.

Но шоу все ещё продолжалось.

Шоу продолжалось и тогда, когда Фин из окна гримёрки заметил рядом с поездом незнакомых людей во фраках.

Глава 7: Уловка

– Что ты здесь делаешь? – голос госпожи Ростовской обладал лёгким акцентом, но это было не единственным, что на данный момент волновало Луку. Больше всего хотелось испариться или провалиться сквозь землю, но только не стоять сейчас перед человеком, в доме которого ты собрался совершить похищение. Именно так думал Лука, пока пытался придумать подходящую отмазку.

– Эй, я с тобой говорю. Ты же извозчик? – опять властный тон. Ростовской было около сорока, чего нельзя было сказать по внешнему виду, возраст выдавали морщины, которые дорогущий крем скрыть не в состоянии. Она была облачена в бардовое длинное платье, черные волосы струились по плечам, обрамляя худое белое лицо. За ее спиной неуклюже мялась миниатюрная девушка в шефоновом платье. Видимо из-за одежды Мария приняла Луку за одного из рабочих, прибывших с участниками аукциона. Тем не менее испытующий взгляд серо-голубых глаз заставил вынырнуть из раздумий.

– Да, я прибыл с… Господином Бриджем. Он велел мне ждать до окончания результатов. – сердце отдавало где-то в висках, потому что любое лишнее слово могло грозить ему полным провалом, тем не менее хозяйка дома ещё раз оглядела его с ног до головы, а затем сказала:

– Ты, передай на будущее хозяину, что я не впускаю в свой дом слуг. – затем ее губ коснулась лёгкая усмешка и она продолжила. – Хотя с тобой я была бы не прочь поразвлечься.

– Извиняюсь мадам, но Господин не любит когда посягаются на чужое. – тем не менее у него ещё получалось твердо смотреть ей в глаза. Ростовская рассмеялась.

– Мм да. Смышлёный малый.

Вдруг девушка за спиной Марии тихо проговорила: – Извините, но вы должны открыть аукцион, Госпожа. – на что Ростовская презрительно кивнула и двинулась дальше по коридору бросив в ответ едко:

– Вернись к повозкам и жди своего хозяина там.

Лишь когда стук каблуков утонул в тишине коридора Лука смог выдохнуть и одновременно по настоящему испугаться. Теперь вся эта затея казалась не такой простой, учитывая тот факт, что Ростовская видела как он выглядит. Желая не терять лишнего времени, он шмылнул за ширму, с которой мог наблюдать за ходом аукциона. Взгляд стал блуждать по переполненном у залу в поисках желаемого. Когда же Лука, наконец, заметил округлый узкий объект на одном из столов, рядом с изящными картинами и старинными подсвечниками, внутри что-то болезненно ёкнуло. Несколько лет он охотился за этой бесценной для семьи реликвией и сама мысль о том, что прямо сейчас она была на расстоянии руки, нагоняла нетерпения, подстегиваемого азартом.

Последний раз скрипка была в руках семьи Сперанских около двадцати лет назад. Тогда ещё был жив отец Петра. Василию Сперанскому иструмент достался по наследству, так как весь род Сперанских был выходцем из Италии. В России они оказались как раз когда закончилась Англо-итало- французская война, в 1860 году после того как Италия вошла в состав Сардинского королевства. Наверное именно из-за того что скрипка была своеобразным мостом с его исторической родиной, так хотелось вновь прикоснуться к ней. Лука точно знал, что она не должна была достаться таким людям как Августин. Помешанным на одной выгоде и коммерции.

Воспоминания притупились и Лука вновь сосредоточил свой взор на просторном зале.

С того времени как Яков затаился в одном из небольших амбаров, рядом с лошадиными стойлами, прошло около получаса. Глаза смыкались при любой удобной возможности, заставляя буквально придерживать веки руками. Лука все ещё не появился, что заставляло волнение нарастать внутри, но он точно знал, что друг не позволит себе попасть в передрягу. Только не сегодня, когда на кону стоит слижком многое.

Часы пробили без пяти одиннадцать, когда в просторном холле начались торги. Тусклый полуночный свет проникал через приоткрытые створки просторных, резных ставней. На лицах собравшихся по большей степени отражалась скука. Для них это было лишь очередной прихотью заполучить себе новую редкую вещицу. Августин как и ожидалось смотрел на всех с огромнейшим презрением, единственной, кого не коснулся его упрекающий взгляд, оказалась как раз госпожа Ростовская.

Когда она вошла в зал вместе с прислугой, то удостоила его лишь мимолётным кивком, в знак приветствия. Затем хозяйка проследовала к небольшому возвышению в центре зала, от туда открывался обзор на всех собравшихся гостей. Взгляд присутствующих сразу же переместился на Марию.

– И так, дорогие господа. Сегодня мы собрались здесь с вами для известной вам цели. Должна сказать, что с превеликим удовольствием принимаю вас в своем доме. Я… – голос ее будто насильно дрогнул, в то время как на лице отразилась грусть. – Я уверена что и Юстаф был бы рад вам. – притворство высшей степени, да и только, но в ответ, многие в зале еле заметно кивнули, соблюдая недельный траур, до которого кажется никому не было и дела.

– Чтобы не терзать вас ожиданием, я открываю аукцион и позволяю выставить первые ставки на картину известного русского художника, Федора Алексеева, написана она в 1794 году.

"Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости", была изъята после пожара в Апраксином дворце двадцать лет назад и по сей день имеет большую ценность. – Картина и правда была на удивление, хорошо сохранившейся. В ней пугающе достоверно угадывалось изображение Петропавловской крепости, и Лука подумал, что Яков все бы отдал, чтобы иметь в учителях творения таких мастеров. Тем не менее, глаза нескольких присутствующих пугающе быстро загорелись.

– Начальная ставка: Пятьдесят тысяч.

Голоса отражались эхом от стен коридора. Числа становились все выше и выше, пока шепот в коридоре не отвлек Луку от наблюдения. Не желая вновь быть пойманным, он покинул балконы, укрывшись за одной из приоткрытых дверей. Было темно, но тем не менее через щелку можно было различить как мимо двери мелькнула пара ног, причем высокие черные ботинки не походили на повседневную одежду какого-нибудь знатного посетителя. Когда же следом по паркету двинулись собачьи лапы, пазл в голове сложился.

Облава.

Лука ещё сильнее вжался в стену, замерев, попутно отодвигаясь в глубь комнаты. Нельзя было, чтобы овчарка учуяла его, иначе никакой скрипки не видать и в помине.

Прислушиваясь к шуму в коридоре, парень оглянулся, комната была похожа на небольшую спальню для прислуги, хотя сохранялось ощущения богатого, зажиточного убранства. Возможно вскоре, кто-нибудь заявиться сюда и тогда уж точно можно попрощаться с целью сегодняшнего вечера. Лука еле слышно провернул ручку двери, пока в голове во всю крутились шестерёнки, он вновь высунул голову в коридор.

Конечно, от вдовы богатого партийника можно было ожидать чего угодно, но мысль о подставном аукционе не укладывалась в голове. Выходит, что и Августин был не в курсе того, что собирается провернуть Мария. Подозрения Луки подтвердились, когда голоса на первом этаже стали больше походить на крики протестующих, а лай собак перебил злобные возгласы.

С одной стороны, это было на руку Луке, но с другой, городовые и понятия не имели какую ценность представляют выставленные на аукцион вещи, а уж Мария была не настолько глупой женщиной, чтобы уведомлять их об этом.

Новый план созрел в голове также быстро как загорается спичка, но в надёжности его не был уверен даже сам Лука.

***

Одному богу известно, как в этой комнате оказалась одежда для официантов, но накрахмаленный сюртук и большой черный фрак, сидел на парне как влитой. Конечно, никакой костюм не мог скрыть лица, но возможность выйти из этой игры победителем, очень льстила.

Очень уж благодарен Лука был за времена, когда подрабатывал в кабаках по случаю безденежья. Именно там, порой от верно сказанной вслух фразы и верной подачи себя, зависило жалование. Благо везде персонал был до смешного одинаковый. А притворяться долгое время ему и не придется. Спускаясь на первый этаж, минуя горничных и лакеев, он волновался только об одном. Из всех присутствующих, видела его лишь Мария Ростовская, но этого могло хватить, чтобы обман с головой раскрылся.

Лука уже почти минул сводчатые арки ведущие в главный зал, когда на встречу свернул высокий парень с подносом в руках. Судя по напряженному выражению лица он знал о произошедшем.

– Госпожа просила отнести это в зал. – парень протянул серебряный поднос Луке.

– Стой, но там же..

– Это для городовых, за хорошую работу. Я тебя раньше здесь не видел, ты новенький? – в серых глазах отразилась доля сомнения, но темноволосый парень, видимо, был слижком занят, чтобы выяснять ещё что-либо.

– Да. Слушай, а не знаешь, что будет с…

– Гостями? Кто знает, обычно они откупаются, но госпожа всегда на шаг впереди. До сих пор удивляюсь как у нее это получается. – стоило на секунду отвлечься как официант испарился, оставляя парня в замешательстве.

– Отлично. – процедил сквозь зубы Лука и вновь двинулся по коридору, пока наконец не достиг широких дверей, кончающихся арочным сводом у потолка. Через узорные колонны можно было различить чёрное, атласное платье и нескольких людей, окруженных городовыми. Некоторых, тех что порывались ускользнуть, держали под руки. Но больше всего поразило то, что Августина среди них не оказалось. Лука заметил его в другом конце зала.

Там где несколько человек погружали скрипку в переносную сумку, он о чем-то разговаривал с хозяйкой дома.

– Что ты стоишь? Господа ждут. – миниатюрная девушка в сером платье отворила парадные двери, поталкивая Луку в зал. В руках у нее тоже был поднос, который она сразу же понесла хозяйке. Благо никто в зале не обратил на них особого внимания, но с трудом удавалось сдерживать удивление, которое охватило парня, когда тот увидел развернувшуюся сцену.

Несколько человек с собаками, удерживали участников аукциона пока те пытались откупиться заоблачными суммами. Ещё несколько человек при этом ограждали Ростовскую и Августина, на случай если кто-нибудь решит отомстить за облаву. Скорее всего вся существующая здесь прислуга была осведомлена о таких случаях и научена. Девушка спокойно прошла в конец зала и поставила поднос рядом со свободным столиком, даже не покосившись.

Узнал Лука и Бриджа, на которого работал по мнению Марии, один взгляд которой мгновенно его рассекретит.

– Ты старая сучка. – прокричала незнакомая девушка, порываясь вырваться из лап закона. У мужчины рядом с ней, выражения мало чем отличались.

– Спарила мужинька, так ещё и вызвала этих псов. Ты думаешь что эти картины долго у тебя пробудут?

– Когда Лука все же кинул взгляд в сторону скрипки, то заметил лишь как слуги уносят из зала запертый короб. От внимания не ускользнуло и то, как Августин вынул из кармана пальто небольшой конверт и передал его Марии. Та в свою очередь направилась к девушке, что прорычала оскорбления.

Стараясь не поворачиваться лицом в сторону Марии, Лука поставил поднос на соседний столик и шмыгнул к той же двери, за который скрылись слуги.

В коридоре было очень темно, но на звук голосов Лука продолжал идти вперёд. Сильно пахло ладаном и жжеными свечами. Точно как в церкви. Вот только здесь люди не приносили исповедь, а наоборот только отпускали грехи.

К тому моменту, когда коридор, наконец, окончился выходом во внутренний двор усадьбы, Лука уже содрал с себя костюм, оставив лишь небольшие карманные часы на память.

Двое мужщин тем временем направлялись к повозке с запряженными вороновыми скакунами. В саду было пусто и все также темно, поэтому укрыться за одной из рядом стоящих повозок не составило большого труда.

Скрипка была как на ладони, но замерев Лука выжидал лишь одного.

***

Яков машинально достал из рукава небольшой нож, когда увидел двух мужчин, что несли полукруглый короб попутно переговариваясь. Он знал куда именно они идут, потом учто за несколько минут до этого, богато росшитую повозку запрягли двумя красивейшими лошадьми. Пришлось изрядно постараться, чтобы укрыться под дном этой самой повозки, не вызывая лишних звуков.

***

Сигналом к действию послужил глухой удар, в тот момент один из погрузчиков болезненно прохрипел хватаясь за свою ногу и отшатываясь.

– Чтоб тебя!

Короб со скрипкой громко ударился о дно повозки и лошади, испугавшись, заржали, вставая на дыбы. Второй извозчик кинулся на помощь первому, и Лука увидел только темный силуэт. Мелькнув в тени, он резко запрыгнул на повозку, хватая поводья.

– Чтоб тебя. Умеет наделать шуму. – тихо проговорил Лука кинувшись к другу.

– Эй, кто ты такой? – мужчина отвлекся и повернулся в сторону источника звука, когда Лука уже запрыгнул в телегу. Глаза его наполнились гневом, а в руке мелькнул револьвер. Краем глаза Лука успел заметить, что второй мужщина скрючился сидя на земле, обхватив окровавленными руками свою ногу.

– Ну и долго же ты! – сверху доносился подрагивающий голос Якова. Лука тем временем достал пушку, наставляя ее на извозчика в ответ.

– Если ты сейчас же не дернешь поводья, меня настигнет пуля.

– Слушай, парень ты же понимаешь, что делаешь? – процедил охранник, медленно наставляя палец на курок.

– Определенно понимаю. Давай!

Лука резво дёрнул на себя задние дверцы, когда Яков натянул поводья, устремляя лошадей вперёд к открытым воротам

– Ты можешь аккуратнее? – короб со скрипкой шатало по салону точно также как и самого Луку.

Вдалеке раздался пронзительный вой свистка, остведомляющий о происшествии.

Глава 8: Мишень

Туман лег плащом на улицы Петрограда, когда часы на городской башне пробили около часа после полуночи.

Было без двадцати два, когда Офелия Рочет покинула шатер, освобождая место для следующего номера и отправилась за вещами для подготовки к самому важному моменту своей жизни. Легкая дрожь в теле заставляла переодически сжимать руки в кулаки, чтобы избавиться от нахлынувшего волнения, но и это порой не помогало. Девушка проследовала по тонкому коридору выложенному из тканевых полотен, прямиком к поезду. Когда она зашла к себе в комнату, для того, чтобы переодеться для вылазки, в дверь тихо постучали. Раздался знакомый голос.

– Ты здесь? Мне надо тебе кое-что показать.

Когда Офелия выглянула в коридор, то Фин повел ее за собой к окнам, через которые можно было наблюдать за несколькими странными людьми. Они рыскали по парку, в поисках чего-то. Один из них даже что-то спрашивал у сторожевого.

Офелия прилипла к окну вместе с Фином, но чтобы не вызвать подозрений пришлось опуститься на корточки.

– Кто это такие и что они вынюхивают здесь.

– Я заметил их около двадцати минут назад, но так и не понял.

– Ну не могли же они прийти по нашу душу. – Офелия удивлённо нахмурила брови, подпирая подбородок руками.

– Нет, будь они здесь из-за нас, уже давно бы потребовали свернуть представление. Видимо в городе что-то приключилось. – подытожил Фин, но краем глаза успел заметить, как брови Офелии стремительно поползли вверх. Такой жест мог означать лишь одно. Что-то навело ее на очень интересную мысль.

– Передай Алексу, когда вернётся, что сегодняшняя вылазка отменяется. Я скоро вернусь, а вы к этому времени соберите все. – она так же стремительно поднялась, бросая последние слова на ходу.

– Стой! Подожди, я не понял что ты задумала. Ты же понимаешь сколько мы готовились? – Фин помчался за ней, в надежде выведать хоть немного информации. Он абсолютно не понимал ее намерений. Как не понимал и того, что вдруг заставило ее полностью изменить ход игры.

***

В поезде было мертвенно тихо. Через пелену едва слышимых шагов, пробивались лишь с улицы лишь тихие голоса. Едва можно было различить о чем шла речь, но Офелия не слушала, поскольку сейчас ее мысли были заняты совсем другим. Девушка, выскользнула из поезда, попутно смыв с лица грим, быстрее чем Лука успел добраться до двери.

Из шатра по прежнему доносилась чарующая мелодия, по которой можно было судить о скором завершении представления, а значит, у нее был всего час на то, чтобы осуществить задуманное.

Незаметно выскользнув из поезда, Офелия прокралась с обратной стороны шатра к одинокой лавочке, фонарь над которой слабо мигал. Одежда на девушке была самая обыкновенная, поскольку ещё несколько недель назад, они с друзьями позаботились о том, чтобы не выделяться на фоне остальных горожан. Она села на лавочку, делая вид, что очень увлечена музыкой которая доносится из шатра и по скольку интересовали ее трое мужчин, которые в данный момент разговаривали, активно жестикулируя руками, незаметно наклонилась в их сторону.

Теперь Офелия совершенно точно понимала, что эти люди не относятся ни к одному штабу городовых Петрограда. Не было на пиджаках и погонных знаков, а лишь кобуры для пистолетов.

Вскоре, осмотрев территорию парка они двинулись по улице, не привлекая лишнего внимания. Офелия как можно тише прошла следом. За весь путь, Офелия услышала только часть диалога, который звучал весьма странно:

– Следов мы не нашли.

– Она не заплатит нам, если мы не найдём его вместе с экспонатом. А если он уже уехал из города?

– Понять не могу, поезда отправляются лишь утром, да и куда он двинется?

– Подумать только, как он вообще проник в поместье.

– Я слышал, как Августин говорил Ростовской, что его лицо показалось ему знакомым.

Один мужчина в черной шляпе лишь переодически сжимал пистолет в руке. Народу на улицах в это время было не так много, но само поведение этих незнакомцев не вызывало доверия. Оставалось только следить за происходящим, и догадываться о намерениях неизвестных.

Через два квартала незнакомцы свернули к высокому, резному забору, за которым едва можно было различить обширный особняк, в готическом стиле, что было вызывающим для здания построенного в Петрограде. Насколько Офелия знала, в России готика вообще не приветствовалась, а всё постройки, так или иначе относящиеся к иностранным стилям, порой даже сносились, если не имели под собой должного основания или богатого хозяина.

Незнакомцы, тем временем остановились у входа и Офелия сглотнув, направилась в их сторону, едва прихрамывая.

Делая вид что слижком занята разговорами самой с собой, Офелия зацепилась за подол платья и толкнула мужчину в чёрном плаще.

– Ой, Боже ты мой. Извините меня, сегодня и право день какой-то не удачный. – она с лёгкостью изобразила вид неуклюжей загнанной девушки. Тем временем всё трое замолчали. Её подхватила тёплая ладонь, а затем тёмные карие глаза с каменным спокойствием изучили её.

– Что вы делаете в этом квартале?

– Домой направляюсь. Вся эта суматоха, сегодня всё будто сошли с ума. – импровизация была не лучшей стороной Офелии, но чего не сделаешь ради достижения цели. Парню на вид было около двадцати пяти, те что стояли позади него оказались постарше, тем не менее его выражение лица слегка изменилось и следующий вопрос не заставил себя ждать.

– Что вы имеете в виду? Вы… видели что-то необычное или же странное сегодня?

– Оставь её, нам пора. – проговорил второй.

– А что вы хотите узнать? – задавать такой вопрос было более чем опасно, но слова уже сорвались с языка.

Невозможно было предугадать о ком идёт речь, но из их разговора было ясно понятно, что человек, которого они ищут, похитил что-то важное. Получается, они как ищейки, на коротком поводке. Вот почему нет знаков. Мафия никогда не выделялась среди толпы. Тем не менее сегодня её интересовало не это. Как известно в кругах мафии, информация друг о друге расходится быстрее пули.

– Ничего необычного. Лишь белые воротнички опять шалят. – парень резко опустил руку Офелии, а глаза гновенно расширились.

– Вы же не просто так здесь, верно?

– Вы что-то о них слышали?

– Отвечаете вопросом на вопрос, барышня. – от Офелии не укрылось то, как поменялись в лице остальные. Их казалось тоже заинтерисовала тема.

– А вы для начала уберите пушку. Иначе… Можно и без руки остаться. – ещё большее удивление проскользнуло на лице у незнакомца, но рука с оружием предусмотрительно опустилась в карман плаща.

– Незнаю, кто вы такая, и что задумали, но Белые воротнички… Это не те люди, с которыми можно затевать что-либо. К тому же, как я вижу информации полезной нам у вас нет, а значит разговаривать мне с вами не за чем. – после этих слов, парень развернулся и быстрым шагом направился ко входу в особняк.

– Подожди! – Офелия быстро нагнала его и преградила дорогу. В ответ на такое действо, две пушки мгновенно взлетели вверх, на уровень её лица. Она прекрасно понимала, что стрелять в неё никто не собирается, потому что лишние проблемы врятли были нужны "почитателям закона".

– Стойте. Вы не знаете, где они могут быть сейчас? Есть ли они вообще в городе.

Вопреки всем ожиданиям девушки, губы парня тронула лёгкая усмешка.

– Нужно идти, нас уже заждались, Макс. – перебил черноволосый мужчина за его спиной.

– Если хочешь знать… Они в городе. И никто не знает какой фокус они выкинут в очередной раз. Мы предпочитаем с ними не якшаться.

Офелия отпрянула, когда они прошли мимо неё едва задевая плечом. Она сжала в кармане лезвие, превозмогая желание вытянуть из них всё что знают, но осознала что нож против трёх пушек скудная защита. На последок именуемый Максом бросил:

– Если хочешь узнать о них больше иди в Сатиру. – троица скрылась за высоким забором, оставляя Офелию в темноте полуночной улицы.

***

Поскольку Офелия совершенно не знала, где находится Сатира, да и вообще сомневалась в намерении довериться этому незнакомцу, то приняла решение вернуться к поезду, для того, чтобы сверить по картам направление и заодно взять с собой Фина. И лучше всего было сделать это утром, так как сил у девушки хватало лишь на то, чтобы упасть в свою кровать и без лишних мыслей забыться.

Время летело очень быстро и незаметно горизонт окрасился в светло-оранжевые цвета. К тому времени Офелия Ротчет только-только вернулась в Летний сад, который уже полностью опустел.

Представление окончилось около полутора часа назад, но Александр вместе с Даром ещё сворачивали шатёр, когда в тени ветвистых деревьев показалась знакомая фигура.

– Что случилось, почему ты ушла одна никому ничего не сказав? – в лице Дара определённо промелькнуло недовольство, он смотрел на Офелию выжидающе, когда как Александр лишь наблюдал за происходящим, прекрасно понимая чем может закончится их словесная перепалка.

– Если Фин тебе не рассказал, во время представления по нашей территории шарились трое неизвестных. Не знаю что именно, но что-то они вынюхивали и лезть сегодня в архив было бы очень рискованно.

– Только не говори, что ты в одиночку за ними пошла. – хотя Александр уже знал что она скажет, всё равно надеялся на иное. От ответа Офелия благополучно ушла.

Когда шатёр был свернут и уложен, всё трое отравились в вагон поезда. Первой, возвращение заметила Лидия, последним Фин. Он появился в "соборной" (так вся цирковая труппа называла большой вагон в котором они собирались всё вместе для отдыха или же решения разных вопросов), когда всё остальные уже сидели на кожаном, чёрном диване.

– О, вернулась. Что-то ты сегодня рано, не находишь? – его очень бесило когда Офелия поступала так. Когда она без всяких объяснений вдруг срывалась куда не попадя, оставляя его в полном неведении. Мало того, после ухода Офелии зрители потребовали на бис и ему пришлось самому закончить представление, нацепив на себя этот костюм. Делать чего, он крайне не любил.

– Прекрати, я сейчас всё расскажу. Я должна была проследить за ними.

– Да за кем, кто нибудь мне уже расскажет? – взвыла Мари.

Несмотря на то, что до возвращения Офелии им так и не выдалось вздремнуть, все выглядели достаточно бодрыми и для людей находящихся на сцене около четырёх часов, энергичными.

– В общем, эти люди, что лазали около нашего шатра, из кругов мафии. Трое в шляпах с натертыми сапогами, так ещё и пистолетами, я сначала так и подумала, но требовалось убедиться.

– Стой, каким образом ты вообще… – начал было Александр, но Офелия тут же возразила:

– Постой и не перебивай.

Лидия бросила злобный взгляд на иллюзиона. На лице у девушки ещё сияли алые линии, нарисованные серебрянной краской. Вместе они образовывали красивую огненную композицию, которая приятно сочеталась с золотистыми волосами.

– Перестаньте. – Офелия иногда бросала мимолётный взгляд на друга, но тот слушал без доли эмоции в серых глазах.

– Вкратце, я узнала от них, что Белые воротнички сейчас обитают в городе и больше услышать о них можно в "Сатире". Правда я не очень понимаю что такое, эта Сатира и не имею ни малейшего представления о том, где она находится.

– Я узнаю завтра… то-есть уже сегодня. – Александр мимолётно глянул на круглые карманные часы, циферблат которых практически стёрся с течением времени: – Но сначала мне нужно поспать хотя бы два-три часа.

– Нам всём нужно хорошенько вздремнуть и завтра отправиться на поиск сведений. – зевая проговорила Лидия.

– Тогда, я перегоню поезд на следующую нашу остановку. – ответил Дар, выходя из купе. Следом за ним, молчаливой стеной отправился Фин.

– Подожди ты. Что тебя так разозлило?! Я не понимаю. – Офелия нашла его в вагоне со стойлами, когда Лидия с Мари, понимающе сделали вид, что всё поняли и благополучно отправились спать.

– С чего ты взяла, что что-то не так? – недовольство её сегодняшним поступком, всё ещё отравляло. Поэтому Фин, как ни в чем не бывало продолжил поглаживать Бурана. Ноздри того, раздувались выпуская тёплый воздух.

– Начни я объяснять это бы заняло намного больше времени. Пойми и меня тоже, мне не хотелось их упускать.

– А мне хотелось сегодня притворяться тобой? К тому же. Всё остальные не на шутку встрепенулись когда я рассказал им куда, возможно, ты пошла. Представление едва не сорвалось. – вагон погрузился в тишину, едва прерываемую мерным стуком колёс и иногда ржанием лошадей. Офелия понимала что возможно сегодня совершила ошибку поступив так опромедчиво, но опрометчивость и привела к результату.

Она подошла к другу со спины и легонько ущипнула его за плечо. Офелия прекрасно знала, как этот жест подействует на него.

Так обычно делал её дедушка, когда кто-то из них расстраивался из-за того, что очередной фокус не получился, так как следует. Обыкновенное действие, способное разбудить столько хороших воспоминаний о прошлой жизни.

Как и предполагалось, на хмуром лице вмиг проступила непрошенная улыбка.

– Я не бууду больше. Обещаю. И к тому же… Ты знаешь как я люблю рисковать.

– И знаю насколько порой, это бывает опасно. Поэтому и злюсь. – хотя от злости не осталось и следа, Офелия чувствовала его беспокойство. Он был старше всего на четыре месяца, но почему-то с момента их общей утраты, он взял на себя роль "старшего братца" и старательно её выполнял все это время.

– Пойдем, нужно поспать. К тому-же если Дар увидит нас здесь… – Офелия вдруг замерла, прислушиваясь. В ответ на немой вопрос Фина, она лишь приложила палец к губам. Со стороны входа в вагон с улицы, послышался тихий скребущийся звук, едва можно было различить тихое постукивание о дерево снаружи. Теперь Фин насторожился, и жестом подозвал Офелию. Они укрылись за деревянным выступом стойла, стараясь не издавать лишних звуков, Фин вынул из под внутренней подкладки небольшой нож. Тем временем звук становился громче.

– Поезд уже тронулся, что это такое.

– Тихо, давай посмотрим.

Через секунду, широка массивная дверь, отъехала в сторону и в вагон ввалился человек. Лошади заржали, и забили копытами. В темноте вагона освещаемого лишь одной керосиновой свечой, рассмотреть лицо незнакомца было трудно, но Офелия заметила большой короб за его спиной. Он сдавленно дышал.

Мысль о том, что кто-то без спроса проник в её поезд ужасно злила, но хотелось узнать сначала, что этот кто-то собирается делать. Фин дёрнулся вперёд, но Офелия схватила его за руку, вынуждая оставаться на месте.

Они молча наблюдали за тем, как незнакомец поднимается, выпрямляясь во весь рост, затем осматривается, смахивая с лица пот и задерживает взгляд на афишах прошлых годов, висящих на стенах.

Глава 9: Сделка

Всё тело нещадно болело после получаса проведённого в одном положении. Особенный дискомфорт доставляла раненая в области колена нога. После того, как им с Яковом всё-же удалось выскользнуть за пределы особняка пришлось не хило помататься по улицам города, чтобы замести за собой следы. Когда времени на раздумья уже не оставалось, ничем не примечательный поезд послужил очень хорошим прикрытием на время неугомонных поисков псов Ростовской. Уж чего не ожидал Лука, так это того, что поезд тронется, утянув его за собой.

К сожалению или счастью, вагон, до которого он докарабкался, в попытке не упасть под колёса и сберечь ценный экземпляр, оказался пуст, если не считать около десятка чёрных скакунов.

– Ну и куда на этот раз меня занесло? Право-же интересно даже.

Теперь, когда можно было хотя бы ненадолго выдохнуть, нога вновь дала о себе знать, Лука медленно оглянулся и опустил скрипку на пол, со всей бережливостью на которую был способен, затем прошёлся по вагону, едва прихрамывая.

Теперь, когда скрипка и впрямь была у него, многое не укладывалось в голове. Он всё ещё кидал взгляды на изящный резной инструмент, с пологими тонкими выступами на грифе и до блеска начищеными струнами. Инструмент, утерянный в веках его семьёй. Вещь которую Лука, по правде говоря и не надеялся отыскать.

– Пррр, спокойно мальчик. – он погладил особенно резвого жеребца против шерсти, когда дверь в конюшню распахнулась унося за собой тишину.

Прежде чем парень успел вытянуть из кармана пистолет и хотя бы немного насторожиться, в помещении появился Дар, на лице которого сменилось сразу около сотни эмоций.

–Во первых, кто ты такой? Во вторых…

Прежде чем он закончил предложение, невесть откуда взявшийся Фин, снес с ног незнакомца припечатывая его к полу.

– Что, черт возьми, здесь творится? – теперь вопрос Дара был больше адресован Офелии, но та оказалась слижком занята созерцанием произошедшего, чтобы ответить.

– Что тут делаешь? Или лучше будет спросить, кто тебя послал? – до Луки едва долетали обрывки фраз, первое что он увидел, когда открыл глаза, оправившись от очередного удара, было напряженное, скрытое шевелюрой лицо. Рука так и осталась зажатой в кармане, на кабуре пистолета.

– Прежде всего, слезь с меня, если не хочешь заработать пробоину. – лицо незнакомца выразило удивление, в тот же миг его окликнули.

– Фин, погоди отпусти его. – фраза удивила Луку не меньше чем то, что произнесла её девушка. Когда же хватка на запястье ослабилась, он смог разглядеть в глубине вагона ещё двух человек, на лицах которых до селе застыло удивление и сомнение.

***

– Так… Ты говоришь, что попал сюда совершенно случайно?

Драгоценная скрипка так и лежала у стены, так как любое резкое движение незнакомца, команда воспринимала как желание сопротивляться. К тому же, Луке строго настрого запретили приближаться к ней, пока он не объяснится. Собственно, это он и делал в течении десяти минут. Он рассказал о том, что скрипка является для него очень важной вещью и что скрывался он от городских властей. О причинах преследования и скользкой правде, Лука решил умолчать, так как, выкладывать всю подноготную на себя незнакомцам, которых он видит в первый раз было совершено не обязательно.

– Да. Просто ваш поезд оказался единственным убежищем, на тот момент. Я приношу свои извинения за такое дерзкое вторжение и за то, что нарушил ваш покой. Сойду на ближайшей остановке, если вам так угодно. – Лука видел как менялись эмоции на лицах циркачей. За тот короткий миг, прежде чем его уложили на пол, афиши на стенах многое успели рассказать.

– Оставьте нас на пожалуйста на несколько минут. – неожиданно произнесла стройная темноволосая девушка в чёрном костюме. Несмотря на удивление промелькнувшее в глазах двух других молодых людей, она едва кивнула. В следующую секудну, после того как хлопнула деревянная дверца, золотисто-карие глаза, уже смотрели на него с недовольством.

– А теперь будьте так добры, расскажите мне правду.

– Что? С чего вы взяли что я соврал? – Лука едва насторожился, но не подал виду, в место этого он едва оперся на раненую ногу,  что принесло еле видимый для чужих глаз дискомфорт, однако от Офелии не укрылось и это.

– С того, что это вы выкрали скрипку. И если я не ошиблась в своих догадках, вас разыскивают не городовые, а совсем напротив… – девушка медленно двинулась по вагону в направлении скрипки, что побудило Луку резко развернуться. Лошади в стойлах встрепенулись. – Вас, и ваш дражайший экспонат.

Понять откуда этой циркачке известно так много о вечернем инциденте, оказалось не так легко. Лука проворачивал в голове различные варианты: За ним могли проследить, возможно, у Якова были какие-то знакомые, либо же…

– Вы же совсем недавно приехали в город, так? Я прекрасно знаком с новостными сводками, да и люди на улицах в последнее время много говорили о загадочном Морфее. Изначально я не понял и принял вас за простых бродячих уличных артистов, но теперь всё прояснилось. Видите ли, свойство человеческого мозга, быстро реагировать в критических ситуациях, не всегда помогает.

Офелия нахмурила брови, пристально разглядывая гостя. На нём был темный плащ с капюшоном, под которым виднелась атласная велюровая рубашка. Одна нога слегка согнутая в колене видимо доставляла особый дискомфорт. Стоило только взглянуть на вещь в руках у незнакомца и Офелия сразу осознала за кем гонялись те трое, что указали ей на возможное местонахождение "Белых воротничков".

– Насколько я понимаю, вы не из уличных бандитов.

– Уж точно нет.

– По вашему внешнему виду не скажешь, что вы прозябаете воровством, так что же..

– Если позволите мне укрыться у вас некоторое время, я расскажу вам.

– Как ваше имя?

– Лука.

Офелия на секунду задумалась. Если этот человек так или иначе имеет отношение к мафии Петрограда и даже сумел выкрасть из их рук ценный экспонат, то не исключено и то, что долгое время он посвятил изучению тех самых шаек и обширных группировок города.

– Не буду ходить вокруг до окола. Знаете ли вы что-нибудь о банде под названием "Белые воротнички" ? – уже привычно, лицо незнакомца исказила доля удивления.

– Вы говорите о роковой банде Корнета Савина? Конечно, я о ней наслышан. После того как Николя обхитрил иностранца, его имя не сходит с газет Петрограда уже целых две недели.

Тут уже пришёл черед для удивления Офелии.

Дверь в вагон и резко распахнулась и в помещение вошла разозленная Мари.

– Может хоть ты мне объяснишь, какого чёрта здесь творится? Я пыталась выведать у Фина, но они с Даром молчат как рыбы. Сказали, что ты сама все расскажешь. – Девушка прошла вглубь помещения и лишь тогда увидала совершенно незнакомого ей человека. В попытке найти объяснения, она глянула на подругу. Та лишь положила руку на плечо Мари, тем самым давая понять что всё в порядке, и обратилась к незнакомцу:

– Я думаю мы с вами сможем договориться.

Глава 10: История

Несмотря на то, что окна были настеж распахнуты, гоняя по вагону прохладный ветер, Лука чувствовал себя словно загнанная лошадь, в окружении шести, совершенно незнакомых ему людей в странных, цветастых костюмах. В горле неосознанно засел ком и хотя незнакомцы не выглядели агрессивными, сама мысль о том, что сейчас он находился в месте где всё подчиняется им, совершенно не нравилась Луке. Из всей этой ситуации, лишь мысль о том, что скрипка всё ещё была при нем, целая и невидимая, вызывала радость и какое-то, удивительное, наигранное спокойствие.

Он сразу понял, что всё собравшиеся перед ним люди, являются работниками этого загадочного цирка и когда темноволосая девушка, вместе с дерзким и агрессивным пареньком, провели его в очередной вагон, освещаемый лишь тусклым светом лампад, он внезапно осознал, что вместо того, чтобы избежать неприятностей, навлёк на себя ещё бо'льшие.

– Значит, ты говоришь, что знаешь банду Савина и мало того, видел их? – вопрос задала как раз та, темноволосая девушка, благодаря которой он не получил предназначаемого ему удара. Конечно, если бы было больше времени, Лука и сумел бы среагировать и отбиться от нахальной физиономии парня, которого, как выяснилось, в последствии, звали Фин, а если полностью Фионгал Сарбон. Причины столь необычной фамильной драгоценности, для здешних мест, он выяснять не стал.

– Именно. Но позвольте уталить моё любопытство, зачем цирковой труппе знать о приступных группировках Петрограда?– задают такой вопрос было рискованно, но не в первый раз Луке было вдаваться в крайности. К тому же, очень хотелось оценить возможность укрыться от псов Ростовской, без дополнительного вреда для себя.

Тем временем, некоторые из окружающих его лиц, приобрели настороженное выражение. Вскоре, вперёд вышла невысокого роста девушка, с огненно рыжими волосами. Платье её развивалось на сквозняке, а сверкающие, белоснежные вставки отражаясь в лунном свете оставляли на стенах вагона, разноцветные блики.

От цепкого взгляда всех присутствующих, Лука невольно сжал сумку со скрипкой ещё сильнее.

– Раз уж на то пошло… Какое отношение обычный зажиточный дворянин имеет к таинственно похищеному экспонату? Насколько я знаю, все уцелевшие скрипки Гварнери, являются национальным достоянием Италии. Я слышала о том, что такие вещи постоянно стоят на учёте и любое происшествие или тем более кража строго карается. Но если эта и правда одна из них, тогда у меня напрашивается лишь один вопрос… – следующая реплика прозвучала из уст  человека, раннее незамеченого.

– Каким образом ты вообще её украл? Кто ты такой? – Александра, Лука разглядел, лишь когда тот вышел из тени дверного проёма.

– Тут всё просто. Я расскажу вам, если только вы тоже расскажете мне правду. Расскажете кто такие и чем промышляете в нашем городе.

– Слушай, мы можем хоть сейчас вышвырнуть тебя за бор....

– Постой, Дар. Не кипятись. – Мари осекла друга осознавая, что за этим может последовать. Всё собравшиеся напряглись, поскольку спокойная и по началу дружелюбная атмосфера, уже не была таковой. Глупо ожидать от незнакомых людей мгновенного взаимопонимания, но несмотря на подозрения и страхи, постараться стоило. Такого мнения придерживались всё присутствующие.

– Я прекрасно осознаю на какой риск вы идёте, раскрыв мне себя, но я рискую точно так же, поскольку прямо сейчас направляюсь с вами неизвестно куда.

За тишиной стояло общее понимание того, что иного выхода для сложившейся ситуации, кроме как, принять условия обеих сторон, не существует. Лука добавил:

– К тому же я, как вы поняли в бегах, пусть и не официальных.

– Ладно, раз уж мы пришли к компромиссу. – неожиданно проговорила Офелия, за что удостоилась удивлённым взглядом своих собратьев: – То на время нашего совместного прибывания будете жить в комнате пытки.

– Что? Извините, но я правильно услышал? Пытки? Что это значит?

Лука неестественно напрягся, услышав последнее слово, в то время как остальные лишь сдержанно усмехались. Такое название, совсем непримечательная узкая комнатушка, получила за свое неприятное расположение. По своей сути, ни чем не отличавшаяся от остальных комната, становилась очень нежеланной из-за туалета, который находился через тонкую деревянную перегородку. Из-за этой неприятной мелочи ночной сон становился рваным из-за постоянных пробуждений. Никто из труппы в комнате соответственно не жил, а если кто и появлялся там изредка, то лишь в наказание за оплошность или проигрыш в споре.

– Всё верно, но почему она так называется вы узнаете только когда побудете там, какое-то время. Ну или можете ночевать в так полюбившемся вам вагоне с лошадками.

– Нет, только не мои лошади. Я не пущу этого странного самозванца к ним. – сразу проговорил Дар.

– А я и не собираюсь спать в стойлах. – они обменялись презрительными взглядами, стараясь высказать своё недовольство. Дар невзлюбил нового знакомого с первого взгляда, считая его просто заигравшимся в дорогущие побрякушки сынка какого-нибудь дворянина. Лука же просто не любил, попадать в непреднамеренные неприятности и иметь непреднамеренные знакомства. За исключение того, когда из этих знакомств можно было извлечь по максимуму выгоды. Прямо как сейчас.

***

Офелия продвигалась по вагону вместе с Лидией. В больших окнах проглядывался городской пейзаж, сменяемый, тот час, парковыми дорожками и трубами серых заводов.

Следующей станцией, на которую они должны были прибыть уже через полтора часа, была Троицкая ферма, через которую, как выяснил Александр, совсем недалеко добраться до Сатиры.  Представление должно было состояться только на следующий день и небольшой перерыв всё члены команды планировали провести с пользой для главной задачи всего этого турне.

– Этот Лука показался мне очень странным. Во-первых, он забрался к нам в поезд. Во вторых он вообще вор. – рассуждала в слух Лидия, прежде чем заметила саркастичный взгляд подруги.

– Нет, нет подумай что я ханжа. Просто у меня некое недоверие к нему. Ты вообще уверена, что он нам поможет отыскать Савина?

Офелия решила не высказывать свои опасения на этот счёт. Хотя таковых было много.

– Я хочу сначала послушать что он расскажет нам, а потом на всякий случай сверить с информацией в газетах. Конечно, я не собираюсь беспрекословно доверять вору.

– Тебе нужно было захватить с собой Фина. Мало ли что, у него в голове.

– Я взяла револьвер, не волнуйся.

Лидия лишь утвердительно кивнула ободряюще улыбнувшись, и направилась вдоль по коридору. Офелия же свернула в комнату именуемую "комнатой пыток".

Лука выхватил глазами тёмную фигуру, бесшумно появившуюся в комнате. И хотя ему прельстила мысль о том, чтобы спрыгнуть с поезда и скрыться в доме у отца до конца всей этой заварухи, он осознавал, что нельзя втягивать его во всё это.

– Вас же Офелия зовут?

Девушка прошла в глубь комнаты и молча села на койку, рассматривая бесценное произведение искусства.

– Да. – она ещё раз окинула его взглядом равнодушным, не выказывающим, ровным счётом,  ничего.

– И насколько трудно это было?

– Что именно? Забраться на ваш поезд или выкрасть эту красотку?

– Второе конечно, первое у вас получилось, мягко говоря, не совсем. – тень ухмылки коснулась лица Офелии. Она подумала о том, что незнакомец должно быть стал причиной того самого переполоха в центре города. Кто бы мог подумать, что всё сложится так странно.

– Это, честно говоря, история не из коротких. – проигнорировав последнюю реплику ответил Лука.

– Ну я и не сомневалась, что история о краже мирового экспоната окажется короткой.

– Это не совсем так. На самом деле эта скрипка испокон веков принадлежала предкам моей семьи. – Лука глянул на быстро сменяющийся пейзаж за окном. Утренняя зорька уже окропила небосвод золотистыми волнами, поезд двигался не спеша, минуя улочки и лошадиные повозки с важными джентльменами, отбивая ритм, равномерным стуком колес. – наша семья утеряла её из-за частых неурядиц с законом, в результате чего около двадцати лет назад она попала в мафиозные круги и стала объектом множественных безжалостных торгов между графами, массонами Российской империи и другими каждым членами высшего общества. Я же вернул скрипку нашей семье, пускай и не законным образом. Думаю для первого раза я достаточно рассказал.

– Как ваша фамилия? – невзначай спросила Офелия. Светло-серые глаза смотрели на неё с пугающим спокойствием и хотя она сама лишь только оценивала того, с кем пришлось иметь дело, девушка не могла до конца расслабиться, всё оставшееся время беспокоенно осматривая попутчика на наличие скрытых замыслов.

– Лука Сперанский, к вашим услугам. – он сёл на деревянный стул напротив кровати, протягивая Офелии руку.

– Офелия Ротчет, шталмейстер Морфея, к вашим. – она протянула руку в ответ, наблюдая как спокойствие и на лице Луки сменяется неподдельным удивлением.

Глава 11: Троицкая ферма

Когда поезд замедлил своё движение выпуская огромные комья пара, все члены экипажа, наконец, пришли в движение. Некоторые счастливчики успели даже прикрыть глаза на короткое время и выглядели вполне отдохнувшими, после ночного переполоха. Что касается Офелии, девушка в компании своего верного товарища, провела эти часы за тщательным изучением той части города, где по мнению Алекса как раз и находилась загадочная Сатира. Офелия всё думала о том, что за время их путешествия, не в одной новостной сводке, что им довелось увидеть, не промелькнуло и строчки о Николае Савине в отдельности. Газеты пестрели заголовками "Белые воротнички", но и очень умело обходили тему конкретных личностей. Делалось ли это намеренно, или лишь потому, что шайка была настолько недосягаема для городских властей, девушка к сожалению не знала. Слушая равномерно замедляющийся стук колёс поезда, она всё глубже погружалась в воспоминания в попытке вернуть хоть долю утерянного в памяти мгновения.

Всё было напрасно.

Сколько бы Офелия не пыталась вспомнить, отчаянно мелькающий серой дымкой образ человека, которого так давно обещалась найти, в голове возникало лишь мимолётное видение русоволосого паренька, на месте лица которого находилось тёмное пятно. Объяснить, почему её мозг блокирует все воспоминания о прошлом, связанным с дедушкой и Савиными в тот период времени, удавалось с трудом. Был ли это ответ на полученную раннее детскую травму или нечно иное, оставалось лишь догадываться.

Внезапно на плечо легла рука. Окружающее пространство, приобрело чёткие черты, выводя из оцепенения.

– Эй ты в порядке? Мы приехали. – Фин нахмуренно рассматривал её лицо, пытаясь выяснить причину столь резкой перемены настроения. Офелия лишь слабо кивнула, направившись к последнему вагону.

***

– Честно говоря, эта Троицкая ферма совсем не такая, какой я себе её представляла. – стушеванно проговорила Мари, оглядывая большое серое здание из бруса. За несколько километров от этого места, казалось, не было и души. И судя по тому, что жилых домов по соседству не оказалось, эта запущенная старая ферма была единственным строением   дорога к которому, лежала через большое колосистое поле.

– А что ты ожидала? Дескать, сам Александр Николаич, встречать будет? Это тебе не Мраморный дворец. – произнёс Дар, превозмогая желание, провести тренировку перед выступлением именно там. Лидия же лишь приземистое выдохнула, шагнув к ветхому зданию.

– Да что вы, не всё так плохо, по крайней мере тут достаточно места для полноценной тренировки, к тому же людей здесь нет, а значит, нам нечего сторониться прохожих, как тогда в центре города.

– Я вообще не понимаю, зачем было выезжать на окраину, для того, чтобы завтра вновь, вернуться к исходной точке.

– За тем, мой дражайший друг, – вкрадчиво произнёс Александр, толкая Дара своим портмоне. – чтобы завтра озарить жителей города своим торжественным появлением, ну и потому, что, отсюда до Сатиры, добираться всего около получаса.

– Ну, что вы разорались, я же не знала что эта ферма на столько запущена.

Вслед за остальными поезд покинула и Офелия. Конечно, ожидания девушки, по поводу их временного места остановки были слегка завышеными, но учитывая тот факт, что ферма не функционировала уже год, надеяться на лучшее было смешно. Всё таки, полная анонимность стоила некоторых условий. Фин, расцепляя вагоны лишь пристально следил за новым пассажиром, не лишая себя мысли о том, что хитрый вор, может вполне себе оказаться обманщиком, который навлечет беду на весь экипаж Морфея.

– Ну что, как тебе на нашем ковчеге? – Мари шла рядом с Лукой, по убитой временем ухабистой дороге, вслед за остальными. Поскольку, времени на нормальное знакомство им так и не выдалось, ей удавалось лишь мельком наблюдать за парнем.

– Знаешь, несчитая тёплого приёма, мне здесь даже нравится. Тебя же, Мари?

– Да, а вы Лука, откуда вообще родом?

– Всю свою сознательную жизнь, прожил в Петрограде. – Мари пристально следила за тем, как голубые глаза поочерёдно осматривали каждого Морфейца. ( Так в своё время они договорились называть друг друга в узком кругу, цирка)

– Значит, вы коренной Петроградский воришка? – от неё не укрылось и то, с какой скоростью умиротворение на лице, уступило место недовольству.

– И вовсе я не вор. Просто так сложились обстоятельства. – Мари лишь саркастично кивнула.

После того, как всё неувязки были решены, Лука всё же выведал у труппы, куда именно они направляются. Ответ в какой-то мере успокоил его, ведь заброшенная Троицкая ферма, была последним местом куда заявится Ростовская. Несмотря на это, было ещё одно. То, что не давало покоя с самого начала нежданного путешествия.

– Я давно хотел спросить, да всё не выдавалось возможности. Я слышал, люди говорят о таинственном Чёрном Ловеласе, который является гвоздём программы каждого шоу вашего цирка, но за время пребывания здесь так и не встретил никого, кто мог бы в полной мере подходить на эту роль… Я просто теряюсь в догадках.

Несмотря на всю комичность ситуации, Мари решила подыграть ему в полной мере и шестерёнки, которые она привела в движение своим действием, безжалостно завертелись.

– Ну а кто по твоему, больше всего всего подходит на эту роль?

– Ну, если из вас. Осмелюсь предположить, что тот тихий, загадочный парень, у которого на голове вечно птичье гнездо.

– Ты про Александра?

Лука совсем забыл его имя, но после лишь утвердительно кивнул.

– Настоятельно советую тебе больше не описывать так нашего иллюзиона, ну а в целом, ты полностью и бесповоротно промахнулся. И… Мы знакомы всего сутки. Не думай что так быстро раскроем тебе секреты, которые хранили долгие годы.

– Хватит болтать! Между прочем дел не впроворот.

Мари и Лука обернулись на громкий голос и молча поспешили в здание.

***

Первым, что почувствовала Офелия, открыв скрипящую и ужасно ветхую дверь, был спертый запах опилок и чего-то ещë, не вполне приятного.

В горле против силы встал ком, а тело покрылось мурашками. Несмотря осознание того, что обитать здесь никто не может, избавиться от неприятного ощущения, оказалось не так просто.

Девушка окинула помещение взглядом.

Изнутри ферма чем-то напоминала жилой дом за которым долгое время никто не ухаживал, за исключением больших стогов сена расположенных у белокаменной стенки и беспорядочно раскиданных по полу предметов обихода, можно было даже представить, что они попали в одно из подворий Петрограда. Помимо первого этажа, в глаза сразу кинулась узкая винтовая лестница, ведущая куда-то вверх.

– Я пойду проверю, что там наверху. А вы размещайтесь пока. – Офелия двинулась наверх, по скрипящим половицам, но заслышав медленные шаги обернулась. Следом шёл Фин.

– Я с тобой пойду.

– Что, неужели наш бесстрашный огненосец испугался?

– Нет, просто мне очень интересно, почему из всех захолустных мест ты выбрала именно этот, наладом дышащий домик. – Фин едва успевал перешагивать через ступеньки, поспевая за подругой.

– Потому, мой дорогой братец, лучше тайно в этом месте, чем у всех на виду в каком-нибудь дорогом гостевом доме, где пруд-пруди шпионов. Тем более, я сомневаюсь в том, что наших лошадей кто-то будет терпеть.

Сам того не замечая Фин, улыбнулся. С самого детства он привык к тому, что неосознанно считал Офелию своей, пусть и не кровной, но сестрой. Не смотря на понимание и полное доверие, которое они давали друг другу, редко говорили что-то подобное в слух. Всё же если это и происходило, то неосознанно оставляло тёплый отпечаток. Близких родственников у Фина не было, но глядя на Офелию он вспоминал частицу их общего прошлого, которое несомненно сыграло свою роль в выборе пути, которым они шли сейчас.

– Всё удивляюсь этому. Как так вышло, что из нас двоих, своей приемницей Аврелий выбрал тебя?

– Хоть ты и старше меня, не забывай, что это, всё же, мой дед. – Офелия лишь коротко усмехнулась, вспоминая о их извечном соперничестве.

На втором этаже фермы к большому везению оказалось несколько комнат, отдалённо напоминающих спальни, что очень обрадовало и Офелию, и остальных членов труппы. Поскольку, попасть в Сатиру можно было только к позднему вечеру, а тренировка должна была состояться на рассвете, единственным, что так и манило спустя несколько часов бешеной езды, оказался сон.

Задвинув плотных холщовые шторы, Офелия легла на скрипучую койку, и накрылась тёплым одеялом, которое заранее принесла из своего вагона. На соседней кровати уже безмолвно посапывала Лидия. Очень клонило в сон, но не давали покоя обрывки воспоминаний.

Неизвестные строчки на подкорке сознания, складывались в колыбель:

– День не придёт, ночь обойдет,

Тайну расскажет, песнь запоет.

Бродит в ночи,

У всех на виду.

Я тебя знаю, но не приду.

Сказку расскажет и будет ждать,

Будет как тень, за тобой наблюдать.

Может поможет,

Может убьёт.

Времени мало,

Время идёт.

Солнце зашло уж, за горизонт.

Кровь или слава…

В чем твой исход?

Глава 12: На живца…

В воздухе витал запах жжëного табака и древесного дыма, Офелия постоянно морщилась нос, в попытке избавиться от него.

Именно поэтому она и не любила большие провинциальные города, которые копотью заводов и табачных ларьков отравляли простое людское существование. Конечно, про Петроград сказать так было нельзя, но здесь тоже существовало достаточно тёмных уголков, суваться в которые было себе дороже. Улицу на которой находилась Сатира, она тоже отнесла к таким.

Уже ближе к позднему вечеру, Офелия вместе с Фином и Лукой, который совершенно случайно ввязался и в эту авантюру, продвигались по пустому проспекту, прямиком к захолустному заведению. В такой поздний час, людей на улицах попросту не было, что легло на руку.

– Ты уверена что он должен был отправиться с нами? Что-то мне кажется что он абсолютно не ведает что делает. – сидя в тёмном закутке, в углублении между каменными ставнями домов, Фин наблюдал за тем как Лука проворно переписывал текст на удостоверении. Офелия напряжено осматривала окружающее пространство,

– Прекрати, ты можешь хотя бы сейчас обойтись без нравоучений. Можно подумать у тебя есть идеи получше. – ответила она с лёгкой издёвкой, прежде чем скрылась в тени улицы, продолжая дозор.

– Знаешь, я вообще-то тоже всё слышу и не сижу просто так.

– Ты подделываешь документы. Если нас с этим поймают…

– Если вас с этим поймают. Если поймают. Ключевое слово – если. Я ходил сюда уже много раз и меня ни разу не поймали, так что перестань пожалуйста говорить мне под руку.

– Почему ты тогда не пойдёшь с нами, если так уверен в себе.

– Потому что, если ты вдруг помнишь, я украл очень важную вещь. Если меня увидят здесь, дни мои, грубо говоря, сочтены. – даже находиться здесь сейчас, стоило очень большого риска, поскольку на улицах иногда можно встретить самых неожиданных и нежеланных личностей.

Заслышав случаяно разговор, с упоминанием знакомого места, Лука не мог остаться в стороне.

– Ну что, готово?

– Да, можете идти. – Лука отдал Офелии поддельное удостоверениеи тут же добавил: – Но не выказываете особой заинтересованности. Иначе, вас там быстро раскусят и вытащить вас просто так, я уже не смогу.

– Слушай, я конечно понимаю, что ты очень нам помог, но… не учи учёных. Нам приходилось выпутываться и не из таких передряг. – теперь Офелия лишь невинно улыбалась. Конечно, она знала что Лука и представить не мог с кем на самом деле имеет дело. Если бы он знал хотя бы половину того, чего им пришлось совершать под гнётом обстоятельств, то не был бы так самоуверен. Она уже направлялась к высокому кирпичному зданию, но услышала ответ.

– Можете думать, что Петроград, покорится вам, как и остальные города, но вы не знаете и крупицы о том, как здесь всё происходит. – девушка лишь многозначно вздохнула и укрылась в помещении.

С помощью поддельного удостоверения, войти в Сатиру, оказалось самой меньшей из тех проблем, с которыми ещё предстояло столкнуться.

Лишь только друзья переступили порог, в нос сразу ударил резкий запах рома и других алкогольных напитков. Тёмные стены, оплетëнные вьющимся растением и каркасный деревянный потолок, создавали гнетущую обстановку, тем более, что в помещении практически не было света. Единственными источниками освещения являлись небольшие округлые лампы, что были предусмотрительно расставлены на каждом из игровых столов. Народу оказалось очень много, но практически все были сосредоточены за игрой. Резже, можно было заметить одиночек, внимательно наблюдающих за всем происходящим в зале из своих лоджий.

– Давай разделимся? Выясним, знают ли тут вообще что-нибудь стоящее.

– Хорошо, по одиночке мы привлечëм гораздо меньше внимания. – проговорил Фин, сосредоточивая взгляд на некоторых личностях. Вскоре, они разошлись в противоположные стороны окончательно сливаясь с толпой.

Офелия едва протиснулась меж, вольготно развалившихся за барной стойкой господ и заказала стакан недорогого коктеля, после чего сосредоточила свой взгляд на игральных столах, краем уха улавливая разговор своих соседей. Так как мужчина справа от неё, был вполне себе в адекватном состоянии в отличии от своего друга, можно было даже разобрать внятные речи о Петроградском правительстве и о том, каким образом чиновники наживают себе состояние на душах простых людей.

– Извиняюсь, что вмешиваюсь, но мне показалось вы сказали, что-то про Козьму Пруткова? – Офелия уже не раз видела это имя в литературных очерках, выпускаемых по нескольку раз на неделе, тяга к поэзии у неё появилась вместе с тягой отмщения. Возможно, за красивыми литературными строчками скрывалось что-то такое, что нашло отклик в её душе.

– А, так да. Говорю раскрыли Козьму два дня назад. – мужчина будто бы и не заметил, что к разговору присоединился ещё один собеседник.

– В смысле раскрыли?

– Этот Косьма, оказывается вовсе и не Косьма. Нашли таки острословов, Жемчужниковы и этот… Как там его.

– Стало быть Алексей Толстой. – за спинами собравшихся раздался лёгкий баритон. Офелия повернула голову, чтобы рассмотреть человека за спиной и наткнулась на знакомые карие глаза.

– О, и вы тут?

– Добрый вечер сударыня.

– Не ожидала увидеть вас здесь.

– Почему же?

– Ну как, думала у поисковых псов есть занятия и по серьёзнее. – произнесла Офелия. Девушка и не надеялась ещё раз пересечься с одним из прихвостней Ростовской. Вернее ей этого совсем не хотелось, а после того, как Лука присоединился к их коллективу, общаться с такого рода личностями становилось ещё и рискованно. Бывший собеседник отвернулся, быстро осознав, что стал лишним в разговоре. Между тем, парень, имя которого совершенно выскочило из головы девушки, прошёл вперед, усаживаясь за стойку.

– С вашего позволения, что же вы тогда слушаете поисковых псов?

– А вам какое дело? – Офелия заметила как брови парня подскочили вверх, в ответ на неожиданную реплику.

Между тем она продолжила:

– Правильно, совершенно никакого.

– И всё же, зачем вам сдался Савин? – Офелия сделала глоток, в надежде, распрощаться с нежелательным собеседником, но к несчастью, он видимо не собирался никуда уходить.

Медовуха, предусмотрительно именуемая здесь коктейлем, уже слегка дала в голову.

– Он мне нужен по личным соображениям. Назовём это так. А если вы знаете что-то ещё о том, где его можно найти и когда, я с удовольствием перекуплю у вас эту информацию. – очень рискованно было задавать такой вопрос на прямую, но что-то подсказывало: узнавать о мафии, лучше в кругах мафиозных. А ещё лучше, у того, кто внушает хотя-бы малейшее, но доверие. Офелия прекрасно понимала, что захоти тогда он, из переулка живой она бы не вышла.

– А почему я должен продавать тебе информацию. Во всяком случае мне с этого не будет никакой выгоды. – карие глаза сверкнули в сумеречной темноте, а на лице появилась ухмылка.

С противоположной стороны помещения доносилась знакомая мелодия, заглушающая шум звона фишек на столах, официанты ходили туда и обратно, стараясь угодить важным гостям. Фина нигде не было.

– Не хочешь? Ладно сама найду, не проблема. – Офелия спешно поднялась, оставляя на столе несколько монет. Незнакомец тем временем допил остатки напитка.

– Ты хотя-бы знаешь как он выглядит? Знаешь кто ещё входит в эту банду?

– Не твоё дело. – отрезала Офелия и скрылась в толпе, минуя игральные столы.

Чуть позже, она нашла Фина за одним из таких столов. Он мило беседовал с одним из игроков, замешивая колоду, в то время как остальные внимательно слушали. "Чтоб тебя, опять куда-то вляпался. Просила же не выделяться." – Подумала про себя девушка и встала рядом открывая себе обзор на игровое поле. Для их же безопасности, важно было сохранять анонимность и поэтому, даже если Фин и заметил подругу, виду не подал. Годы тренировок, позволили ловко управиться с нежелательными картами, открывая путь к безисходной победе. Офелия как никто другой знала, что ничем хорошим это закончиться не может.

– Семьдесят два!

– Сорок четыре. Я выиграл. – Фин бросил на стол оставшиеся две карты и учтиво скрывая радость, наблюдал как меняется выражение лица последнего оставшегося противника. Прежде чем огненосец глянул на Офелию, которой едва удавалось скрыть нахлынувшие эмоции, на столе оказались ещё две, крайне не желательные карты. Сердце застучало в груди, отдаваясь эхом где-то в ушах. Кучный мужчина потребовал свой выигрыш, раньше чем Фин успел выскочить из-за стола, сливаясь с толпой вместе с Офелией.

– Я же тебе говорила не играть больше! Как мы теперь собьем их со следа?

– У меня всё было под контролем, я не представляю, что произошло, незнаю где он взял две эти карты, сученок. – люди встрепенулись, когда мужчина громким басом закричал: Схватить подлеца!

Охрана стала проталкиваться к выходу, в след за беглецами. Офелия выскочила на улицу первая, Фин захлопнул дверь, устремляясь вслед за ней. Лишь мгновение разделяло беглецов от пытливого взгляда охранников, они свернули за угол, укрываясь в темноте улицы, противоположной той, где ждал их Лука.

– У тебя никогда, ничего, не под контролем, Фин! Если мы вернёмся знай, я тебя убью. Я буду швырять в тебя твои же, огненные пики, пока ты, наконец, не усвоишь урок! Тебя мало штурмовал дед?

– Хорошо, я понял, но давай сначала выберемся. – они замерли прислушиваясь к тому, как звонко каменная мостовая предаёт направление, в котором движутся преследователи. Глаза привыкли к темноте и лишь тогда друзья смогли разглядеть несколько тёмных фигур практически в метре от себя.

– Эй?

– Кто вы? – ответом было эхо.

Короткое промедление и перед глазами Офелии появилась чёрная повязка. Сознание улетучилось, уступая место серому, непроглядному туману. Где-то, на задворках сохранившегося сознания, девушка подумала о том, что Фин оказался не самой страшной проблемой сегодняшнего дня.

Глава 13: Неожиданность

– Кто это такая?

– Честно говоря, я не знаю.

– То есть, ты не знаешь кого привёл?

– Слушай, не тебе предъявлять мне претензии, это во первых. Во вторых она…

***

Офелия почувствовала лёгкий запах табачного дыма, прежде чем с беспокойством открыла глаза, натыкаясь на темноту. Она шевельнула руками, с ужасом понимая, что те связаны за спиной. Сквозь пелену тумана, сковывающего голову, словно обручем, девушка всё же услышала тихое дыхание за своей спиной. Она понятия не имела где сейчас находится, но надеялась что с Фином всё в порядке.

– Фин? Фин ты здесь? – сначала тишину разрезало прерывистое дыхание, а затем Офелия почувствовала, как неопознанный доселе объект, за её спиной зашевелился.

– Я тут. – "Фух, ну по крайней мере мы оба живы" – подумала про себя Офелия..

– Ты в порядке?

– В целом да. Но ничего не помню. Мы.. Похоже на каком-то складе.

– Стой ты видишь? Всмысле.. У тебя нет повязки на глазах?

– Нет. Но я не могу повернуться в твою сторону. Руки выворачивает. Попробуй снять её с лица. – Фин попытался слегка приподнять руки, Офелия тем временем притянула ноги к лицу, хватаясь за уголок повязки и зажимая его коленями она потянула вниз. Сделать это оказалось трудно, но тем не менее, через некоторое время повязка слезла на шею, и Офелия зажмурилась привыкая к свету, что просачивался через решётчатые створки окон.

– Черт тебя побери, как нас угораздило. Ещё не хватало, чтобы нас так глупо прикончили.

– Так, успокойся и не паникуй. Давай подумаем как отсюда выбраться. – Фин, напряг мышцы рук, пытаясь разорвать верёвку, но лишь только потратил силы. Руки были стянуты не эластичной, прочной тканью, избавиться от которой можно было только при помощи чего-нибудь острого.

– Я и не паникую. Мне просто очень интересно кто мог это сделать. Да ещё и не в одиночку. Если это какая-нибудь шайка, то дела наши не очень хороши.

– Слушай, потяни за мой узел руками, я попробую развязаться. – К счастью ноги у обоих были свободны. Видимо похититель, кем бы он ни был, не думал, что пленники очнутся так рано. Офелия тем временем, присела но колени и едва ухватившись за кончик ткани, потянула на себя. Фин просунул в образовавшееся отверстие руку, освобождая себя от пут. Он услышал как подруга с облегчением выдохнула.

– Сейчас, я развяжу. – Фин поднялся, пытаясь различить пейзаж за окном, но на глаза попала лишь груда металлолома, разбитые корабли. Значит они определённо были в гавани.

– Фин, ты слышишь? – пустой стук отражающийся от стен, доносся из коридора за дверью.

– Быстрее, сядь на место! Не в коем случае не показывай им руки. – прежде чем, пытаться напасть на неизвестных, нужно было сначала выяснить, скольким людям предстоит противостоять, основам самозащиты, все своё детство Офелия обучалась у деда, за что была сейчас бесконечно благодарна.

Фин метнулся к Офелии снова усаживаясь на пол. Едва только он успел убрать руки за спину, дверь отворилась.

В помещение вошло два человека на лицах которых были чёрные маски. Они замерли в проёме на короткое время. Лишь когда взгляд одного из них, скользнул по Офелии, та вспомнила, что сняла повязку с глаз.

– Уже очнулись. – похититель подошёл ближе, то и дело разглядывая то Офелию, то Фина с прищуром. – Вот и славно.

– Слушай, я незнаю кто ты такой и что о себе возомнил, но прямо сейчас мне хочется очень сильно заехать тебе по физиономии. Если не перестанешь так пристально нас разглядывать. – парень в маске, сдержанно рассмеялся. А затем кивнул, тому, что стоял у дверей.

– Я бы, барышня, не разбрасывался такими фразами, будучи в вашем положении. – Через секунду, на Фина был направлен пистолет.

– Стой, что вы… Не троньте его!

– Поднимайся. И без резких движений. Руки тоже подними.

Вопреки возмущению, захлеснувшему Офелию он коротко кивнул подруге, а затем поднялся. Над ухом раздался шёпот, а затем, рука крепко стиснула её плечо в качестве поддержки.

– Всё нормально, успокойся.

– Нет не нормально. Куда вы его ведёте? – руки за спиной, обожгло, когда она попыталась протиснуться кисти через узел бечëвки. Всё тщетно.

– Только попробуй тронуть её, и пожалеешь…

– Остынь, циркач. Я просто поговорю с твоей подружкой. – всё так же спокойно произнёс незнакомец в маске.

Ещё через несколько секунд, гневно глядя на пистолет, Фин скрылся за дверью в сопровождении второго человека в маске, оставляя Офелию одну.

Незнакомец, одетый в чёрное молчал. Маска закрывала практически всё лицо, оставляя открытыми лишь глаза, которые в темноте помещения светились голубым цветом. Этот взгляд показался Офелии очень знакомым.

– Что тебе от меня нужно?

– Мне? Мне от тебя практически ничего, а вот тебе. – парень облакотился на противоположную стену, всё так же наблюдая. Тем временем, едва справляясь с приступом злости, Офелия начала гневно сдирать повязки с рук.

– Кто ты такой?! – он безмолвно наблюдал за её действиями. Офелия прорычала:

– Кто ты, черт возьми, такой?

– Ты меня уже знаешь. – ещё через секунду незнакомец стащил с лица маску и Офелия, не веря своим глазам, замерла. Руки ещё крепче сжали верёвку, не в силах смириться с происходящим.

– Не в такой обстановке я хотел с тобой встретиться. – на нее, не мигая смотрел тот, которой она поклялась убить при первой же возможности.

Гений преступного мира и убийца. Вор и хозяин практически всех заголовков газет.

Глава 14: Манёвр на вылет

За двадцать минут Лука преодолел расстояние от Центрального района Петрограда до заброшенной фермы. То, чему он стал свидетелем совершенно не укладывалось в голове, и заставляло невольно вздрагивать при мысли о тех неприятностях, на кои они неосознанно себя навлекли. Если бы не белый воротник, призывно мелькающий на шее одного из похитителей в масках, Лука бы не за что не узнал Савина. И всё же, поиск информации о такой известной в кругах мафии личности, просто не мог увенчаться бо'льшим успехом.

Чем быстрее Лука приближался к пологим воротам, тем больше его терзали угрызения совести, а живот болезненно скручивало лишь от мысли о том, что он оставил тех двоих в беде. И всё же, как бы не рвалось наружу внутреннее геройство, броситься на "Белых воротников" в одиночку, означало самостоятельно вырыть себе могилу.

Сердце не умолкая стучало в груди, когда Лука громко забарабанил по двери одной из комнат.

***

– Да, да я знаю как всё это выглядит с моей стороны. Я и знаком с вами не так давно, но послушайте. Если бы я хотел подставить вас, то Савин был бы последним человеком к которому стоит обращаться. Я лишь прошу поверить мне сейчас и понять, что времени, возможно, не так много.

Александр был первым, кого постигла участь услышать данную историю, поскольку именно он подскочил от грохота, сдерживая желание пульнуть вазу в виновника переполоха. Следом за ним, проснулась Мари, а остальные подтянулись в главный зал через несколько минут.

– Боже мой. Я так и знала что нельзя было их отпускать. – взвыла Лидия.

– К чёрту. И что нам теперь делать, где их искать? Если это и правда воротники, то так просто их логово не отыскать. Савин, он просто изверг…– Мари нервно расхаживала по залу, то сжимая то разжимая в руках кожаную перчатку.

– Ты, это всё ты виноват. Почему ты сейчас здесь, живой и здоровый, а они там, не понять где, в плену у психопата!? – прорычал Александр, делая несколько шагов в сторону Луки.

– Так, всё утихомирься. Этим ты им не поможешь. – Дар предусмотрительно выставил руку, не давая другу сделать и шага. Он был единственным, кто даже в такие трудные ситуации сохранял самообладание и старался держать все под контролем.

– Прежде чем кидаться на меня выслушал бы сначала! – Лука удостоверился, что иллюзион ослабил хватку, а затем продолжил – Я знаю куда они отвели их. Я пошёл по следу рискуя быть обнаруженным в любой момент. Они держат их на старых доках на Петербуржской набережной и.. – брови Александра поползли вверх, тем временем наступал уже Лука. – Если бы я кинулся на них в попытке вызволить Офелию, то скорее всего вы сейчас бы даже не знали что случилось. Так что будь добр, прикуси своё самолюбие и посмотри на ситуацию адекватно. – воцарилось молчание. Слова парня эхом отражались от стен, приводя каждого присутствующего в чувства. Лука ещё раз оглядел новых знакомых взглядом, а затем вышел на улицу.

Александр молча прошагал на второй этаж, едва сдерживая порыв.

– Эй куда ты?

– Вызволять наших любителей попадать в переделки.

***

Поезд снова стучал колёсами, на всей скорости устремившись к центру Петрограда. Волнение не покидало членов труппы, на протяжении всего пути. Произошедшее с Офелией и Фином чётко дало понять, что лезть на рожон в деле с Савиным было очень плохой идеей. Лидия корила себя за то, что вовремя не остановила друзей от этой глупой затеи.

Пейзаж за окном вновь сменялся, на этот раз с пугающей скоростью и девушка едва заметила, как Лука остановился рядом с ней, усаживаясь на соседнее кресло у окна. Она всё также молчала.

– Офелия она… – Лука посчитал, что Лидия это тот человек, с которым можно спокойной поговорить в данной ситуации, но всё равно расспрашивать о таких вопросах было рискованно. Когда девушка всё же глянула на него, он продолжил:

– Её многое связывало с Савиным? Почему она вообще за ним так рьяно охотится? Не подумай, что я вынюхиваю. Мне просто интересно. Очень интересно всё же хотя-бы немного вникнуть в суть происходящего.

Лидия вздохнула и опустила взгляд на цветной половик устланный на полу. Она подперла голову рукой, а затем заговорила тихим, приятным голосом:

– Я не могу рассказать тебе всех деталей, поскольку они очень для нее важны и не факт, что она будет рада если о них узнаёт кто-то еще, но саму суть думаю тебе можно услышать. – и Лука стал вслушиваться в каждое слово, иногда поглядывая на пролетающие за окном постройки и деревья.

– Офелия и Фин, росли вместе. Они были не разлей вода с самого, можно сказать, младенчества. Дедушка Офелии и по совместительству создатель этого цирка, да и вообще всего что связано с Морфеем, очень часто звал этих двоих на представления и попутно учил разным цирковым ловкостям. Родители Офелии не одобряли того, что их дочь большое количество времени уделяет такому "делу", но сделать, по большей части, ничего не могли.

Так Офелия и Фин уже к четырнадцати годам, вступили в ряды цирковых артистов Морфея. Мы появились здесь гораздо позже, но всё же, история в полной мере затронула и нас, как видишь.

– Но, насколько я слышал, Морфеем всегда управлял Чёрный ловелас, значит… Дедушка Офелии им был? – продолжал свои рассуждения Лука, пока не заметил на себе укоризненый взгляд девушки.

– Ещё раз меня перебьёшь, и вообще не стану дальше рассказывать. И нет, он вовсе не был Ловеласом. Ловелас, если хочешь знать, появился в цирке лишь тогда… – говорить об этом, Лидия не любила. – Тогда, когда управление цирком незапланировано перешло в руки Офелии. Многое поменялось тогда в самом цирке и в труппе. Люди, что работали в цирке с самого начала покинули свои места и на смену им пришли мы. Мы всё здесь оказались благодаря Офелии. Они с Фином собрали нас с разных уголков мира в единую систему. – Лидия замолчала на некоторое время, вспоминая то время, когда они только начинали работать вместе. Дикие, неугомонные с совершенно разными характерами, они сумели достичь единства, которое и по сей день объединяло их под одним куполом сверкающей сцены.

Лидия прочла немой вопрос в голубых глазах и продолжила:

– Насколько мы знаем, дед Офелии – Аврелий, состоял в одной организации, которая специализировалась на сбыте определённого рода товаров. Так вышло, что Савины, являясь членами той же самой организации, устроили облаву, тем самым подставив Аврелия. Николай Савин был сильно замешан в том деле и поговаривали даже, что именно он и совершил убийство Аврелия. Позже всё улики указали на это, но Офелия до последнего отказывалась верить в произошедшее. Дедушка был для неё всём, но и с родом Савиных они раньше были очень дружны. – воцарилось молчание. До этого момента, Лука даже не мог представить на сколько глубока история этого цирка. Теперь он даже не был уверен в том, что запрыгнул бы на этот поезд снова, будь у него выбор.

– Что, уже испугался? – теперь Лидия смотрела на него с явной издёвкой. Золотистые волосы развевались на сквозняке.

– Нет, с чего бы. Наоборот пробудила во мне интерес своим рассказом. – пару секунд они молча смотрели друг на друга в поиске немых ответов, которые пока были не в силах дать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.