Елена Бжания
Полупроводник

1

За годы, в течение которых Никита Семёнов занимал пост руководителя, на него не совершили ни единого покушения (да и до вступления в должность покушений не наблюдалось), но охрану он всё равно держал. Глава одного из крупнейших в стране предприятий, занимающихся разработками и внедрением передовых технологий, – это вам не шутки.

Алексей Ивашов, опровергая расхожие мифы о тупости охранников, обладал интеллектом определённо выше среднего. Но он не умел создавать впечатление бурной и трудоёмкой деятельности, потому начальником службы охраны не стал; впрочем, и не стремился к этому. Однако всегда был на хорошем счету, и Семёнов решил, что для его не совсем обычного поручения Алексей подходит лучше остальных.

– У нас в лаборатории по исследованию свойств металлов работает Алиса Бойко, знаешь такую?

– Слышал, мельком видел, но лично не знаком.

Семёнов сидел за своим столом, подчинённый стоял напротив. Выправка Алексея была не военной, но спортивной, как и телосложение в целом. При этом он не выделялся в толпе. Он был из тех людей, за которых взгляд почему-то обычно не цепляется, зато если уж зацепится, различит и широкие плечи, и богатырский торс, и приличный рост. Удивительно, что с таким набором Алексей напоминал не грозного медведя, а добродушного медвежонка-переростка. А ведь он был не слишком добродушным – просто не злым и спокойным. Обманчиво-безобидная внешность давала дополнительное преимущество: когда медвежонок неожиданно оказывался смертельно опасным медведем, это само по себе выбивало из колеи.

У Алексея были короткие светло-каштановые волосы. Довольно крупные, но правильные черты лица, хотя порой казалось, что оно состоит сплошь из прямых линий – прямые брови, прямой нос, прямой рот. Низкий лоб. Не очень большие, однако выразительные тёмно-серые глаза, притом выражали они зачастую нечто типа: «Можете попробовать меня удивить, но сомневаюсь, что у вас получится». Алексей всегда чисто брился, за тридцать лет жизни ему ни разу не пришло в голову обзавестись усами, бородой или щетиной.

– Молодой, но крайне ценный работник, – продолжил Семёнов. – Чего уж там, гений. Только слегка того, – он покрутил ладонью у виска.

– Бывает, – нейтрально прокомментировал Алексей. Вряд ли его позвали обсуждать психику Алисы Бойко.

– В конце месяца отправляем её на МНПК. – Семёнов расшифровал: – Международную научно-практическую конференцию, – пускай был почти уверен, что Алексей и так знает смысл аббревиатуры. – В Сочи.

Проводить научно-практические конференции в курортном городе в разгар курортного же сезона – верх непрактичности, подумал Алексей. Даже самые истовые учёные будут отвлекаться на море, пляжи и так далее. Разумнее бы собрать их где-нибудь в Сургуте зимой, чтоб ни у кого не возникло мысли лишний раз выйти из здания. Но опять-таки вряд ли его позвали, чтобы обсудить это.

– Хорошее дело.

– Дело-то хорошее… И Бойко – оптимальная кандидатура, лучше неё в теме никто не разбирается. Но, как я уже сказал, она… – Семёнов повторил манипуляцию с ладонью. – Во всём, что касается науки, умница редкая, редчайшая. В остальном – чудила. У неё несколько лет назад был нервный срыв, и с тех пор она никак не может прийти в себя.

«Долго ходит, однако». Вслух Алексей этого, конечно, не произнёс.

– Хотите, чтобы я присмотрел за ней на конференции?

– Да. По двум направлениям. Первое: постарайся, чтобы она на людях не куролесила и производила максимально возможное адекватное впечатление. Там коллеги из других организаций и стран, вопрос имиджа, сам понимаешь. Второе: проследи, чтоб конкуренты и их представители к ней особо не приближались. Алиса девочка порядочная, но если её захотят перекупить и предложат действительно хорошие деньги, не факт, что она откажется. Ну и по мелочи присматривай – чтоб она не потерялась нигде, не заблудилась. Ты вроде жил в Сочи пару лет?

– Чуть больше года.

– Наверняка в городе ориентируешься. Походи с ней туда-сюда, если ей приспичит погулять. Достопримечательности покажи, на пляж своди, побудь проводником. Только сильно не навязывайся, её это может напугать. Короче, будешь полупроводником.

2

Алиса Бойко походила на мышку, но не ту, которую жаждешь немедленно прибить метлой или скормить коту, а ту, которую хочется угостить кусочком сыра, умилённо сюсюкая. Умиление у окружающих Алиса вызывала регулярно, правда, и раздражала их частенько, но по-настоящему кого-нибудь бесила чрезвычайно редко, возможно, никогда.

Она была среднего роста, тоненькая, неуклюжая, в аккуратных очках. С кофейно-карими глазищами, кажущимися особенно большими на худом овальном лице. Со светлой кожей, полными губами и прямым носом, острый кончик которого энергично дёргался вниз-вверх, когда она говорила. С длинными русыми волосами. Со звонким голосом. С привычкой бурно жестикулировать. Со странностями, но без агрессии.

Сама себя Алиса считала совершенно нормальной. Однажды она смекнула: если не чудачить помаленьку, можно свихнуться по-крупному. Откровение снизошло на неё по окончании университета, когда она попала в специализированное учреждение с нервным срывом. Нервному срыву предшествовало нервное истощение: Алиса не только готовилась к выпускным экзаменам и писала дипломную работу, она параллельно участвовала в престижном конкурсе и в проекте для выпускников. Она слишком поздно поняла, что переоценила свои силы. Зато после выхода из больницы твёрдо решила беречь психику. И если её психике легче, когда хозяйка говорит, что думает, повинуется спонтанным порывам, ведёт себя смешно (юмор – вообще дико полезная штука), не заботится о мнении окружающих, так тому и быть.

Они с Алексеем сразу поладили и быстро перешли на ты. Порассказывали друг другу о себе, пока ехали в аэропорт. Алиса удивилась, узнав, что Алексей тоже окончил университет. В её представлении работа охранника плохо вязалась с высшим образованием.

– На кого ты учился?

– На филолога. Русский язык и литература.

– Люблю филологов, – хихикнула Алиса. – Прикольные ребята. Поменяют местами слова в предложении и ржут.

Алексей обиделся бы, не будь это правдой. Не все понимают филологический юмор, но он от этого хуже не становится.

– Ага, мы такие.

– Как ты в охранники попал?

– Борьбой и в принципе спортом с детства занимался. Когда вернулся из армии, бывший тренер предложил работу, он-то уже несколько лет был в охранниках и хорошо продвинулся.

– Ты и сам теперь неплохо продвинутый, вон в какую компанию попал.

– Да, не жалуюсь.

3

В аэропорту, пока они ждали вылет, Алису посетила светлая идея. Подобное с ней происходило постоянно, и на такой случай в сумке всегда лежал блокнот с ручкой и карандашом. Не заботясь, как выглядит со стороны, Алиса устроилась в детской игровой зоне, неподалёку от мальчика лет пяти, который лёжа размалёвывал фломастерами книжку-раскраску. Алиса, одетая в футболку и джинсовый комбинезон, тоже легла на живот и принялась строчить в блокноте, стремительно заполняя чистые листы формулами и вычислениями. Высунула кончик языка и покачивала в воздухе скрещёнными лодыжками. Мальчик отвлёкся от раскраски и пристроился поближе к Алисе, с интересом взирая на плодящиеся закорючки.

– Что ты рисуешь?

– Я не рисую, я пишу, – Алиса вскользь посмотрела на мальчика, улыбнулась ему и вернусь к своему занятию.

– А что ты пишешь?

– Кое-что по работе.

– А кем ты работаешь?

– Я учёная.

– Ты других учишь?

– Нет, – рассмеялась Алиса. – Я изучаю всякие разные штуки и стараюсь изобрести что-нибудь полезное.

– Серёжа, отстань от тёти, – велела подошедшая мама мальчика, опасливо поглядывая на эту самую тётю. – Нельзя мешать взрослым. И к незнакомым надо обращаться на Вы.

А Серёжа просто не воспринял Алису как взрослую.

– Ничего страшного. Я не возражаю против «ты». И пусть спрашивает. Любопытство – это очень хорошо.

Женщина кивнула и отошла, но недалеко. Воодушевлённый Серёжа, получив карт-бланш, охотно им воспользовался.

– А что ты сейчас изобретаешь?

– Сейчас мы с моими коллегами пытаемся изобрести металл, который называется «сверхпроводник». – Ради просвещения подрастающего поколения Алиса отвлеклась от блокнота. – Ты знаешь, что это такое?

Серёжа покрутил головой.

– Не-а!

– Не переживай, некоторые взрослые тоже не знают. А знаешь, что такое ток или электричество?

Серёжа важно покивал.

– Да. Электричество – в розетке. Поэтому нельзя туда пальцы совать.

– Правильно. Но если не совать пальцы в розетки, не ронять приборы в воду и не делать других опасных вещей, то от электричества много пользы. Ток передают по проводам, но когда он идёт, часть его теряется. Ну вот как… как… – Алиса почесала макушку. – Как когда ты пьёшь сок через трубочку, часть сока остаётся внутри трубочки. – Принцип несколько иной, но для объяснения ребёнку сойдёт. – Это вроде бы немного, ты даже не заметишь. Но если бы трубочка была очень-очень-очень-очень длинная, на её стенках скопилось бы очень-очень-очень много сока и пропало бы зря, а ведь этим соком можно было бы напоить других мальчиков. Понимаешь?

Серёжа кивнул уже не столь важно, но вполне осмысленно.

– Примерно так же и с током. Чтобы он не терялся, нужен металл-сверхпроводник. Такие металлы сейчас есть, но их тяжело использовать. Надо, например, чтобы металл всегда был очень-очень холодным, а это трудно сделать, если провод длинный-предлинный. И денег на это уходит тьма тьмущая. А я хочу изобрести такой металл, с которым ничего не надо делать. Его можно будет сразу использовать.

– Чтобы весь-весь ток передавать?

– Какой умный мальчик. – Алиса погладила Серёжу по макушке. – Даже если весь-весь ток передать не получится, можно будет передавать намного больше, чем раньше. И кучу других вещей можно будет сделать проще. Знаешь про поезда, которые ездят, не касаясь рельсов?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.