Jolly Workaholic
Командировка

-Даже не думайте об этом! -с неожиданным участием сказал молодой голубоглазый мужчина, с которым Марина разговорилась в очереди за билетами на автобус.

На автовокзале, наверное, впервые за много лет, был такой аншлаг: непогода не позволяла ехать на машине и большая часть очереди за билетами с ненавистью поглядывала на спины счастливчиков, стоящих впереди. Билетов могло не хватить. Ехать надо было всем, а в 22.00, после отправки последнего автобуса, автовокзал закрывался и те, кто не сможет купить билеты – оставался на улице или шёл домой до следующего дня. Большинство ехали явно не в гости и не навестить родственников, а на работу или " по работе", как и Марина. Поэтому сильно нервничали и рассматривали другие возможности добраться. Она  предложила мужчине , с которым разговорилась в очереди,  ехать вдвоём на машине. Он тоже явно ехал в командировку, судя по ноутбуку в сумке на плече и строгой одежде. Марина тоже тащила с собой такой чехол. Опоздать было нельзя: через  день ждала важная встреча с клиентами. Оправдаться перед руководством плохой погодой было невозможно, никто из начальства не ездил по пятьсот километров в ледяной шторм и ночью. А добиратся одной было жутко, хотя служебный автомобиль был исправен, и новый салон крепко пах пластиком. И этот ужас, ледяной ночи с нулевой видимостью, толкнул обычно осторожную Марину на общительное поведение: мужчина сразу начал разговаривать открыто и приветливо, и они стали обсуждать погоду. Валерий был не очень высок и довольно худощав, и коренаст, с мягким выговором как у татар или башкир.

" Энергичный, но замордованный." Подумала Марина глядя на юную кожу покрытую ровным курортным загаром и свежим румянцем, и красные уставшие глаза, окружённые лучиками мимических морщин. " Тоже надеялся в автобусе отоспаться" Догадалась она.

Разношерстая очередь переместилась из душного, попахивающего санузлом здания автовокзала на пронизывающий ветер и под ледяной ливень перрона, и началась суета и толчея,  обычные для посадки на общественный транспорт с багажом. Народ дико нервничал, опасаясь, что водитель посадит безбилетников мимо кассы и толкался все сильнее и ближе к закрытой передней  двери автобуса. Все одинаково переживали, что не хватит мест.

Водитель, действительно, запустил нескольких мужчин азиатской внешности, но они никуда не сели, а терпеливо встали в середине салона, хотя ехать было очень далеко.

  Рассевшиеся по местам пассажиры начали расслабляться, некоторые достали перекус и даже пиво. И автобус медленно выехал, рассекая казавшуюся непрерывной стену дождя и снега. Казалось что не наземный транспорт движется по дороге , а подводная лодка плывет в мутном потоке , освещая сама себе путь.

  Марина и Валерий , по его совету устроились на длинном заднем сиденье, где можно было вытянуть ноги. Он, действительно, недолго поддерживал очень светскую беседу, и быстро уснул, уронив голову на грудь почти на полуслове. Марина тоже нестерпимо  хотела спать после трудового марафона за ноутбуком и духоты вокзала, но мешала пара с другой стороны: сначала мать, шумно, потчевавшая своего отпрыска домашними припасами, а потом и ребёнок повалившийся головой на мать, а ноги сложивший на Марину. Ей было и неприятно, из-за того, что мальчик уже, достаточно большой, что бы сносить  контакт с ним, и боязно его разбудить.

   Был один испытанный способ расслабится: Марина  представляла свой будущий загородный дом. До мелочей обдумывая клумбы, этажерки и занавески и быстро погружалась в сладкую дремоту. Уже несколько лет она его строила, украшала и обустраивала в своих мечтах, представляя, как будет жить там, наслаждаясь покоем и тишиной, а не в тесноте крошечной студии в новостройки.

Сон был очень яркий. Лифт, грязный, и темный опустился, покачиваясь. Дверь с гулким грохотом, распахнулась, и эхо разнесло этот дробный звук по подвалу. В небольшом круге света виднелась пыль и мелкий сор. Шагнув в темноту, Марина  стала оглядываться, но видно что-то, было только в небольшом круге света, падавшем из лифта. Как зачарованная, Марина сделала несколько шагов вперед- сердце сжималось от тревоги. Вдалеке послышался неясный гул, будто множество мелких камешков шлепались в воду. Очень скоро, он стал неумолимо приближаться, но источник был невидим и непонятно, где именно находился. Казалось мелкое шлепанье-хлопанье надвигалось сразу отовсюду. Необъяснимый страх взял ледяной рукой за горло, но ничего не было видно и неясно было: куда бежать. Марина стояла скованная ужасом и не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой.

Из-за поворота хлынула тёмная волна. Казалось, она видит оцепеневшую Марина и движется прямо на неё. При приближении, стало видно, что у волны, действительно, есть глаза – много красных и злобных глаз. Неимоверно крупные крысы перемещались в поисках добычи, налетая друг на друга, перепрыгивая через бегущих впереди и подминая ослабевших. Марина пыталась двинуться с места или хотя бы взвизгнуть, что  бы напугать их криком, но все мускулы отказали разом, только сердце билось все сильнее и было готово выпрыгнуть из груди. Неимоверным усилием воли ей удалось дернуться всем телом от подступившей к ногам пищащей и царапающейся массы, и она проснулась, сильно вздрогнув всем телом.

Автобус так и плыл через сплошную пелену метели, медленно наполняясь влажными запахами еды, спиртного и человеческих тел. Кто-то спал, некоторые быстро и надолго вступили в вялые пьяные беседы, а кто-то смотрел фильмы и ролики, совсем не боясь помешать шумом  другим. Марина  тупо уставилась в темноту за окном, но уснуть снова уже не удавалось, хотя обычно, при ее графике работы, с этим сложностей никогда не было.

«Работа. Одно название. Половина сотрудников бумажки пишет, половина отчеты проверяет». Подумала она и в очередной раз почувствовала лёгкий укол совести, что неплохо живет, не создавая ровным счетом ничего. Мысли о работе повергли в мрачное настроение и спать совсем расхотелось. Она смотрела на заиндевевшее окно, через которое местами было видно темное небо и запорошенный снегом чёрный лес.

  Резкий визг тормозов начал работу дьявольского миксера в салоне: разные предметы и люди полетели, превращаясь в настоящие торпеды друг для друга. На секунду воцарилась тишина4, как-будто все умерли, только свист ветра раздавался за пределами салона. Но потом вновь послышались крики и стоны в темноте. Автобус завалился на бок и остановился, встретив во тьме и снегопаде непреодолимую преграду. Удар вызвал дружный вопль в салоне.

– Марина, живы?– Посветил телефоном вокруг себя Валерий и мелькнуло наполовину почерневшее от синяков лицо.

– Да, голень и плечо сильно стукнула, но вроде не сломано.

Кругом народ суматошно что-то искал, стонал и пытался оживить свои телефоны, но место было в низине, и очень далеко от населённых пунктов. Автобус беспомощно лежал на правом боку, а вокруг, и как опечаленные родственники у свежевырытой могилы, стояли вековые ели.

Внезапно раздался жуткий вопль, Марина  чуть не оглохла- кричал кто-то совсем рядом. Даже не верилось, что человек может издавать звук такой силы. Валерий снова быстро посветил. Женщина, сидевшая рядом, отчаянно вцепилась в тело сына с безвольно болтавшейся головой.

– Помогите! Скорее помогите! Ему плохо!– Кричала она, пытаясь зафиксировать страшно подвижную шею, но ничего не получалось. Люди в ужасе расступились, не зная: что делать. Марина снова почувствовала, как от ужаса сердце забилось в груди как бешеное. Она тоже не знала, как себя вести и просто стояла на месте, не смея пошевелиться, как всегда в присутствии умерших. Конечно, ей приходилось бывать на похоронах родственников, но это всегда были пожившие старые люди, измученные болезнями, и их смерть не казалась таким жутким нарушением природы вещей, как преждевременная гибель этого ребёнка. И это было самое ужасное, что эта короткая жизнь оставила на земле, в мире живых, только огромную зияющую рану в душе матери, от которой она сейчас так страшно кричала.

Какой-то мужчина с внешностью выросшего дворового хулигана, в традиционных для таких парней поддельных Адидасах, пролез в кабину водителя и  включил свет в салоне.

-Пока аккумулятора хватит.– Мрачно бросил он и пробрался среди расступающихся людей на своё место.

Как ни странно целее всех оказались восточные труженики, вопреки всем рекомендациям правил дорожного движения, ехавшие стоя и не пристегнутые. Никаких травм они не получили, и теперь тихо переговаривались по-своему.

– Что с водителем?– Спросил Валерий.

– Очухается.– Буркнул Гопник.

– Позвольте, где же мы застряли и как вызвать помощь, если связи нет?– Начала возмущенным голосом полноватая начальственная брюнетка с очень красивым лицом, как будто предъявляла претензию регистратору в поликлинике.

– А ко мне какие вопросы?– С энтузиазмом включился в перепалку Гопник. Но она быстро поняла, что лучше промолчать, пока не применили насилие,  и гордо отошла.

  Зашипела громкая связь, водитель, как всегда, невнятно начал мямлить, призывая , как водится, оставаться на местах и не поддаваться панике. Рыдания матери с ребёнком на руках полностью перекрывали его монотонный речитатив.

-Выходи сюда?– Громко выкрикнул Гопник и пассажиры одобрительно загудели.

Мятый, с опухшим малиновым лицом, пожилой водитель еле выбрался из кабины в салон, бережно прижимая к телу правую руку. За ним из разбитого лобового стекла в салон ворвался ледяной ветер.

– Ты сигнал дал? – Резко спросил Гопник.

– Мобильные  же не ловят.– Дипломатично подключился Валерий.

– Нет связи, тоже.– Ответил водитель.

– Ребёнку нужен врач!– Закричала, вцепившаяся в сына мать.

– Может корвалол в аптечке есть?– Тихо обратился Валерий к водителю. Тот сразу засуетился и, беспомощно сгорбившись, полез  искать.

– Мы где?– Очень вежливо обратился к Марине один из таджиков. Остальные все-ещё пытались кому-то дозвониться, и жаловались друг другу на своём языке.

– Пока не знаем. Нас будут искать, когда метель стихнет.

-Слушай, нам на работу надо. Начальник ругаться будет. Когда приедем?

– Не знаю. И мне попадёт.– Вздохнула Марина, представив, как ее будет распекать начальник на очередном собрании. Особенно за то, что поехала на автобусе, а не на машине. Желание сотрудников избегать опасности, он воспринимал как отсутствие мотивации к работе. «Ну хоть жива осталась»– попыталась она успокоить себя, и сразу застыдилась этой мысли, взглянув на бездыханное тело ребёнка в руках матери. Его белая,  как полотно, кожа лица  стала резко контрастировать с темными волосами, придавая пухлому лицу благородство, которого не было при жизни.

Водитель стоял один с огорошеным лицом и опущенными плечами.

– Как ты так опрокинул-то? – Прикрикнул на него высокий блондин в хорошем пальто.

– Занесло маленько. Больно уж дорога обледенела…– Пробормотал Водитель- И чего только не было, куда только не ездил – ни разу не переворачивался.

– Ну да! Моя первая авария!– Съязвил блондин.

– Да нет было. Был грех: мужик из кустов выскочил и под колёса попал. Ноги ему переломал. Такое было. А что бы с трассы слетел- никогда. – Он боязливо оглянулся на тело мальчика, отвернулся, и совсем поник.

– Надо выйти и посмотреть , может что-то увидим.– Скомадовал  Гопник.

– Мы с тобой.– Сразу откликнулись ещё двое похожих типа.

– И я пойду. – Присоединился Валерий.

– Не теряйте свет фар из вида!– Мрачно скомандовал крупный мужчина в спортивной одежде.

Четверка одела шапки и перчатки, натянула, у кого были, капюшоны, и через кабину водителя, матерясь вылезла в неутомимый снегопад.

– Накрыть бы его…– Подошла к плачущей матери, пожилая блондинка.

– Возьми-ка мою шаль.– Начала она, но рыдания прервал злобный вопль, и мать попыталась отогнать незваную помощницу от сына ногами.

– Вот ведь, как с ума сошла…– Пробормотала, пятясь, тётка.

Разведывательный отряд не возвращался мучительно долго.  Мужчина в спортивном вглядывался в темноту уже как в своего личного врага, и, даже, хотел уже отправить  за ребятами ещё одну группу, когда матерясь и кряхтя, пионеры  стали по одному вываливаться из кабины водителя. Лица у всех были багровые от ветра и холода.

– Ни хуя не видно.– Лаконично отчитался по рекогносцировке Гопник.

– Далеко ходили. Пока фары видно- все кругом обошли. Один лес.– Более обстоятельно дополнил Валерий.

– Что же теперь делать? – Недовольно спросила своим поставленным голосом начальственная брюнетка.

– Будем ждать, пока все стихнет.– Ответил Валерий.– Если нас не найдут, утром пойдём сами подмогу искать.

– Так замёрзнем же.– Сказала Тетка с шалью.

– Если заблудимся в буране- быстрее замёрзнем. Доставайте все тёплое, надо окна разбитые закрывать. Жечь тут ничего нельзя. – Скомандовал мужчина в спортивном, представившийся Андреем.

Из середины салона выдвинулся вперёд толстяк в меховой кепке:

– Может рядом с автобусом костёр запалить? -Предложил он.

– А ветер и нас подпалит. –  Раздраженно отозвался Гопник.

– Не развести огонь при таком ветре.– Дипломатично, но не оставляя возможности для возражений, ответил Валерий.

– Да что Вы все командуете!– Воскликнул толстяк в кепке, как-будто это было сейчас важно.

-Я не командую- я турист. Уж во всякие ситуации попадал. С огнём надо аккуратно.– Ещё более миролюбиво ответил Валерий.

От холода  не только бежало из носа и мёрзли  ноги, но уже как-будто начинала болеть вся кожа и остывать кровь. Хотелось деться куда-то из этой ледяной тюрьмы, но на улице свирепствовал ещё более пронизывающий ветер. Марину колотила дрожь.

  Эмоции побурлили и стали утихать: возмущённые разговоры постепенно выдохлись и превратились в слабое нытье. Только начальственная брюнетка, которую , как выяснилось, звали Екатерина , и строгий мужчина в пальто, пытались командовать, но их предложения никто не поддерживал, все устали и изнервничались, никому не хотелось деятельности ради деятельности.

– Кучнее. Не стесняемся- обнялись!– Тоном язвительного физрука выкрикнул Андрей, но сам сел в сторонке и стал снова враждебно щуриться в окно.

  Тетка с шалью закуталась в неё так, что только красный нос тончал. Глядя на этот нос, Марина почувствовала охватывающую ее нехорошую усталость. Одежда ее была хотя и зимняя, но для езды в автомобиле, поэтому слишком легкая, а обувь уж совсем декоративная. Она запихнула свой чемодан перед поездкой в отделение для багажа, и утепляться было , в общем-то, нечем. Валерия, сидящего рядом, тоже немного била дрожь, но казалось, что больше от нервного напряжения, чем от холода: у него у единственного был нормальный цвет лица. Он молча снял с себя шарф и намотал ей на голову и шею. Они сели прижавшись друг к другу, глядя перед собой и не разговаривая.

Свет в салоне погас , и стало казаться ещё холоднее. Сразу загорелось несколько экранов телефонов.

– Выключите! Ещё может понадобится.– Крикнул Валерий. – Может хоть запеленгуют по ним.

– А ну, всё выключили и без команды не включать! – Жестко скомандовал Андрей, и экраны сразу погасли.

– Да ставят маячки в автобус. Найдут нас, обязательно.– Отозвался Водитель откуда-то из гущи пассажиров. – Не замерзнуть бы.

Больное солнце утром не смогло пробиться через пелену тумана. Замёрзшие до оцепенения пассажиры еле могли раскрыть глаза после бессонной ночи. Первым делом началась проверка телефонов, но заряда почти у всех уже не было, а у включившихся аппаратов не было никакой связи. Они уже плохо подчинялись прикосновениям холодных пальцев и не удавалось даже набрать сообщения.

– Ветра уже нет. Надо зажечь костёр.– Сказал Валерий.

-Я с Вами.– Отозвалась Марина.

– Дееспособные, на выход!– Скомандовал Андрей на весь салон, предварительно оглушив всех кашлем.

Сразу присоединилось несколько человек, оторвали немного обивки и нашли бумаг для розжига и пошли собирать валежник. Но их всех сразу постигло огромное разочарование: после многочасового ледяного шторма в лесу не то что сухого валежника, а не было даже единой веточки, не покрытой коркой льда. Немного удалось согреться, сжигая , все что было в салоне. Водитель сначала возражал , но потом сам с наслаждением вытягивал руки к огню.

– Пойдёмте вдоль трассы.– Предложил один из пассажиров « с портфелем», моложавый и худой , представившийся Владиславом.

– Снег очень глубокий. И в поле мы быстро потеряем дорогу.– Сказала Марина.

– Голубкам и тут неплохо.– Съехидничала Екатерина.

Валерий не обратил внимания на выпад,  а Марину поразила первобытная чистая злоба, полыхнувшая в красивых глазах толстухи.

– Никита ушёл куда-то…– Мимо костра медленно прошагала несчастная мать. Расстёгнутое пальто раздувалось за ней как парус. Светлые волосы с легкими волнами, выбились из пучка, а широкое лицо с благородным носом было неподвижно как маска. Спохватились все, только когда она стала углубляться в лес, не глядя, продираясь прямо через чащу.

-Держи ее!– Заорал водитель.

Один из гопников с грацией рыси  метнулся за женщиной, но остановить не смог, а повалился вместе с ней в сугроб. Ещё один подоспел и они потащили ее, кричащую и бьющуюся, в автобус. Вдвоем парни еле запихнули женщину туда через дверь водительской кабины. Крики и возня продолжились в салоне.

« К поручню! Крепче! Рукожоп»– Неслись оттуда выкрики Андрея, командовавшего задержанием.

– С головой плохо стало.– Сочуственно и рассудительно констатировала  из своей шали тетя Маша.

– Надо поискать кого-то, раз нас не ищут.– Сказал побелевший от холода мужчина с усами.

– Да ищут нас. Просто здесь в низинке не могут найти.– Ответил водитель не очень уверенно.

– Давайте посильнее огонь разведём. Может по дыму заметят.-предложила Марина.

– И кто, скажите пожалуйста, будет дрова искать и лёд отколупывать.– Едко сказала Екатерина.

-Мы. Нам ведь надо…

– Вам надо- Вы и собирайте.

– Ладно.– Апатично ответила Марина, и побрела по окрестностям собирать веточки посуше. Кое-кто из пассажиров присоединился.

А Валерий присоединился даже с огромной энергией. Своими добрыми несмешными шутками он успевал всех поддержать и ввернуть ободряющую улыбку. Через пару часов работы все уже были с ним на «Ты» и ото всюду неслось «Валера». «Бойкий товарищ» ухмыльнулась про себя Марина, но в глубине души все-таки очень сильно позавидовала его способности достучаться до каждого. Она часто чувствовала, что окружающие не поняли и не оценили ее мысль или предложение, и очень много раз отступала перед глухой стеной непонимания. Уже с детства она знала, что людей объединяют не здравые мысли, а громкие выкрики, и в повсюду в коллективах верховодят горлопаны, а не светлые головы. Поэтому чаще отмалчивалась на собраниях и осуждениях, всегда зная, что когда дойдёт до дела- наступит ее время.

Люди сначала согрелись и приободрились, зачерпывали ладонью снег, когда одолевала жажда, но постепенно силы стали иссякать. Еда давно кончилась, пробираться через сугробы в сырой обуви было тяжко и долго.

– Никому не видно этот костёр. – Морщась на дым, сказала Екатерина, вылезшая покурить.

– Придумаем другое.– Вспыхнула Марина.– Попробовать все-равно было надо. С вертолета бы заметили.

– Вертолёт! Не смешите! Кому вы нужны. Депутаты что ли.– Ехидно ответила Екатерина.

– Нас много, все-равно искать будут обязательно! – поддержал Марину водитель.

– Что-то не видно.– Последнее слово всегда должно быть за Екатериной. Она бросила в снег окурок и неуклюже полезла обратно в автобус.

– Стерва!– Уверенно заключил Андрей, нежно глядя ей вслед.

Постепенно стал подниматься холодный ветер и загнал всех работников в автобус. Костёр пришлось затушить и грустно вернутся обратно в свою темницу. В салоне расселись просто на оторванных спинках сидений и стали ждать ночи, которая опустилась очень быстро. Вокруг окон снова плотной пеленой стал кружить снег. Те, кто ещё мог говорить, рассуждали: куда могло деться тело ребёнка. От этих разговоров по спине бежали мурашки.

– Жалко то ее как.– Пригорюнилась Тетя Маша.– Один поди сыночек-то. У меня тоже сыночек был, да спился и пропал. С детства такой злой мальчишка был, отчим, помню, его бил, так ни слезинки не выбил. Кремень, а не ребенок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.