Послание. Часть 6
Дара Преображенская

© Дара Преображенская, 2022

ISBN 978-5-0056-5957-6 (т. 6)

ISBN 978-5-0056-5940-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дара Преображенская
ПОСЛАНИЕ 6
«ПОРТАЛ В БУДУЩЕЕ»

Дара Преображенская «Послание 6 «Портал в будущее», роман, 2012 год.

Содержание

Стр.

Пролог

Глава 1. «Невезучая» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 3
Глава 2 «Ясновидящая» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 7
Глава 3 «Случайная встреча» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 12
Глава 4 «Ангелы выходят на связь» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 16
Глава 5 «В поисках будущего» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 21
Глава 6 «Россанна» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – - 26
Глава 7 «Планета Нимб» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 30
Глава 8 «Будущее» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 35
Глава 9 «Прощание» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – 39
Глава 10 «Встреча» – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 44
Эпилог – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — 46

Глава 1

«Невезучая»

Ноябрь 2007 года

……..Кухня небольшого ресторанчика Воронежа под названием «Смак» кишела, как муравейник. Шеф-повар Виталик орал, как заведённый, поторапливая своих подопечных, участвующих, к тому же, в конкурсе.

Выигравшему сулилась стажировка в престижных Московских ресторанах, а также путешествие в Париж со стажировкой в одном из ресторанов Жоэля Робюшшона. После такой стажировки ты мог спокойно открыть свой собственный ресторан и стать отнюдь не безызвестным ресторатором. К тому же, тебе давался стартовый капитал.

О, ради этого стоило не спать ночами и довести себя до нервного срыва. Кто был спонсором этого проекта доподлинно никто не знал. Но по слухам это был очень богатый человек, выходец из провинциального Воронежа, а сейчас проживающий в Москве. Скорее всего, это был гурман, ценитель кулинарии всё от подачи и представления блюда до тончайших едва уловимых оттенков вкуса.

Поговаривали, что это был один из знакомых Алисы – рыжеволосой бестии, владелицы салона «Твой Имидж».

Жоэль Робюшшон – слишком громкое имя в ресторанном бизнесе, живая легенда настоящего времени.

В конкурсе участвовало четыре человека, недавно окончивших кулинарный техникум в Москве, и даже не мечтавших о том, что их жизнь в один прекрасный день может так круто повернуться, что ты станешь в одном шаге от настоящего счастья.

Конкурс собственно состоял из того, что тебе предлагалось сделать два блюда – основное и десерт всего за два часа, а затем представить их на суд жюри.

В жюри входили приехавшие из столицы кураторы ресторана «Смак» – известные шеф-повара московских ресторанов. Несомненно, они будут очень строги к блюдам, поэтому нервы у всех участников сдавали, не выдерживая такого накала страстей.

О, нервы, вы всегда подводили тех, кому по всем правилам должна была сопутствовать удача.

О, нервы, это вы являлись подспудной причиной перегоревших соусов, пережаренного или наоборот недожаренного мяса индейки, подгоревшей рыбы и недосолённых салатов, неаккуратного оформления блюда.

Это в вас была основная причина, только не каждый был способен осознать это.

Конкурсантов было всего четверо, и одной из четверых была Влада Ковалёва. Она была достаточно молода и давно бредила кулинарией, ещё с детства.

Все повара хвалили её за врождённую способность чувствовать вкус, сочетать различные, казалось бы, не совсем сочетаемые продукты. Они обещали ей престижную работу в своих ресторанах, но…..

Но каким-то непостижимым образом удача всегда в последний момент отворачивалась от неё.

Ей даже начинало казаться, что через неё люди получали желаемое и двигались дальше по жизни, а она….она так и оставалась на берегу своей никчёмной никому не нужной, давно забытой всеми и Богом, в том числе, гавани.

Она была неудачницей, и это удручало её, глубоко удручало.

Нужно было просто выбрать необходимые продукты из представленных и затем всё это удачно скомпоновать.

«Просто»……Нет, это было совсем не просто. Во всяком случае, не для неё. Она чувствовала, интуитивно чувствовала, что случится нечто непредвиденное, которое может решить исход её будущего.

Будущее….

Для неё, Влады Ковалёвой – успешного в своё время повара и кондитера, будущее представляло собой некую заманчивую дымку, некое непонятное существо, однажды поманившее её пальчиком, а затем перед самым носом закрывшее дверь в прекрасный неземной рай. Очень хитрое расчётливое существо, обещающее слишком многое, но в реальности ничего не дающее.

О, нет! Только не бессонные ночи, стоившие ей огромного здоровья и лишних седых волос. Это в её-то 24 года!

…..Для основного блюда она выбрала цесарку, овощи, а для десерта – клубнику, ваниль, сливки и сахарную пудру. Она знала, как всё это готовится, она была уверена в себе, она неоднократно видела, как эти блюда готовили виднейшие шеф-повара престижных московских ресторанов, она сама много раз готовила это. Вот этими вот руками!

Максим, Зоя и Степан – остальные конкурсанты, кажется, выбрали то, что показалось ей смешным и неинтересным. Она была уверена, что победа останется за ней. Непременно за ней! Если не произойдёт ничего случайного и непредвиденного, из которых и состоит фактически вся наша жизнь.

Конкурс шёл параллельно с основной работой ресторана «Смак», и, если блюда участников конкурса придутся по вкусу жюри, их обязательно включат в меню ресторана. Таково было условие конкурса.

Зоя была занята разрезанием сосисок и томатов для пиццы. Нож для разделки колбас едва не выскальзывал у неё из рук от сильного волнения. Она действительно очень волновалась, потому что ей очень хотелось выиграть этот конкурс.

Белокурая худенькая девушка с голубыми глазами и длинным носом, Зоя Лемехова не блистала красотой, но в её взгляде было что-то дикое завораживающее, что привлекало внимание к ней, заставляло останавливать на ней взгляд.

А она, Влада Ковалёва, 24 лет от роду – зеленоглазая шатенка с красивыми чертами лица и весьма аппетитной попкой, она до сих пор оставалась одинокой и никому не нужной.

Если у Зои давно был муж и трёхлетняя дочь Вика, то у Влады не предвиделось никакого брака (во всяком случае, в ближайшем будущем).

И вновь это будущее….как отголосок прошлого, и она, стоящая на перекрёстке между «есть» и «нет».

Максим и Степан – клёвые парни, только какие-то заторможенные, и из рук у них всё валится, всё они делают невпопад.

Вон Максим – огромный светловолосый блондин с сильными ручищами, кажется, разделывает дорадо, он тоже нервничает, только не показывает этого, хотя Влада точно доподлинно знала, ему стоило большого труда скрыть своё состояние.

А Степан – тот вообще маленький и какой-то суетливый. У него вечно выпадывают из рук ножи, а затем он начинает их подбирать также суетливо, не замечая вовсе криков коллег.

Да и потом, у него вечно трясутся руки.

Влада посмотрела на свои руки, оказывается, они у неё тоже тряслись. И причём, ничуть не меньше, чем у Степана.

В центре кухни стоял шеф-повар – угрюмый толстый человек по имени Виталик.

– Ковалёва, ускорься! – буркнул он, – У тебя осталось всего десять минут.

– Да, шеф, – в ответ буркнула Влада.

Она посмотрела через плечо, чтобы оценить окружающую обстановку.

Зоя Лемехова заканчивала жарить мясо. Она явно не вписывалась в график, это подбодрило немного Владу.

Но почему-то шеф явно не собирался делать замечание Зое. Она, словно красная тряпка, мелькала у него перед глазами.

– Пора! Ковалёва, пора!

Виталик кивнул помощнику Влады, чтобы он взял подносы с закусками и основными блюдами, предназначавшимися для жюри.

Когда Влада вошла в зал, где сидела экзаменационная комиссия, она совсем не понимала, что с ней происходит. Это была небольшая уютная комната с ярко-алыми шторами. Столы были круглыми, накрытыми белоснежными скатертями. В центре каждого такого симпатичного столика стояла солонка, перечница и салфеточница с белоснежными салфетками, такими же белоснежными, как и скатерти.

Пахло жасмином. Скорее всего, запах исходил из аромаламп.

Влада любила аромат жасмина, он наводил на неё воспоминания о тех далёких временах, когда она являлась ещё подростком – длинноногой угловатой девчонкой в красной футболке.

Жасмин считался ароматом радости, поднимающим настроение.

Комиссия, состоящая из известных шеф-поваров столицы, сидела за длинным эллипсовидным столом с букетом пышных роз кремового цвета в роскошной вазе из чешского стекла.

Один из них – седой повар в очках, посмотрел сначала на желтеющее пятно соуса на тарелке, затем на начавшую смущаться Владу, после этого спросил:

– Ну-с, расскажите нам о своём блюде.

В каждой из пяти порций, предназначавшийся для жюри, находился по жирному куску цесарки, обильно политой соусом и рагу из овощей.

– Это – цесарка, – в волнении произнесла Влада, – с соусом из шампиньонов.

Рядом с седым сидел шеф-повар лет сорока с довольно доброжелательным лицом и голубыми, как в ясный солнечный день, глазами. Он попробовал немного мяса, даже улыбнулся, как показалось Владе.

– Константин Петрович, что Вы думаете об этом? – спросил голубоглазый, обратившись к седому.

– Великолепно! И что такое блюдо можно подать в любом ресторане, имеющим три звезды Мишлен.

– Вы уверены?

– Разумеется, дорогой, разумеется.

Тот кивнул.

– Мы имеем дело с настоящим профессионалом.

Краем уха она слышала высказывания членов жюри, ей стало легче на душе. Она знала, сердцем знала, что на следующей неделе она непременно поедет в Москву, где ей вручат награду, а потом она ни на мгновенье не сомневалась, что в Москве она тоже выиграет, а потом….

Потом её ждала широкая дорога, ведущая на Олимп Будущего.

Наконец-то, наконец-то после стольких жизненных неудач и передряг её заветная мечта сбудется! А ей даже сначала начинало казаться, что чёрная полоса преследует её повсюду от нуля до Бесконечности – этой пресловутой Бесконечности, изображаемой в виде восьмёрки, которая лежит на боку.

Она едва сдерживала себя, чтобы не закричать «Виват!» и не захлопать в ладоши от восторга.

А ведь она вполне могла сделать это прямо там при жюри. И что бы они тогда подумали о ней и её манерах? Да наплевать! Главное, что она победила. Победила!

…..Она, Влада Ковалёва, даже предположить не могла, что на самом деле всё обернётся совсем иначе, не по её сценарию.

Их снова собрали вместе в той самой комнате, где ранее проходила дегустация блюд: она, Влада, Зоя Лемехова, Степан и Максим. Она мельком взглянула на одного из шеф-поваров, и ей даже сначала показалось, что он как-то злорадно улыбнулся ей. Да, именно, «злорадно».

Влада мотнула головой, чтобы снять это наваждение, ведь никто из присутствовавших здесь не сомневался в её, да, именно в её победе. Они лишь собрались здесь для того, чтобы лишь формально услышать этот результат. Просто так, для проформы, для общей формальности. И всё же, что-то здесь было не так. Но что именно?

И вдруг этот самый Константин Петрович открыл рот и объявил победительницей….Зою Лемехову!

Да, Зою Лемехову! Значит, это она – неумеха Зоя поедет в Париж и будет практиковаться в ресторанах самого известного повара в мире Жоэля Робюшшона!

О, нет!

Влада утёрла слёзы и взглянула на Зою, которая была в полной растерянности. Она не ожидала, совсем не ожидала, что победит, ведь у неё подгорело мясо, и салат был пересолен.

Разве такое может быть?

Разве это может иметь место? Может быть, она, Влада Ковалёва, ослышалась? Может быть, это она победила на самом деле?

Влада не выдержала, выбежала из залы и ушла. Она наспех одела плащ и даже забыла раскрыть зонтик, несмотря на то, что на улице шёл дождь. Словно сама Природа плакала сейчас вместе с ней, оплакивая её неудачу.

Какая-то маленькая неудача на самом деле перевернула её судьбу.

Нет, ей вовсе не показалось, что Константин Петрович злорадно посмотрел на неё, перед тем, как объявить победителя. Она просто сначала думала, что показалось, а на самом деле нет.

Она вспомнила, как бабушка ей говорила:

– Запомни, Влада, судьба нам даёт какие-то знаки перед тем или иным событием. Только мы не привыкли их замечать.

Не привыкли замечать……..

Сначала она хотела зайти в магазин купить молока. Её волосы, да и вообще она вся сама промокла насквозь, до нитки.

Потом у неё вдруг возникла мысль пойти в аптеку, накупить много таблеток, выпить их, чтобы никогда….никогда не проснуться.

Правда, димедрол не купишь без рецепта врача (димедрола ей бы хватило и десяти таблеток). Ну, ничего, отравится можно всем, чем угодно. Было бы желание. А желание у неё было.

Как раз мимо располагалась аптека. Она прочла это по ярким зелёным буквам, да ещё к тому же, увидела яркий зелёный крест и зелёный полумесяц. Странно, подобные символы обычно считались мусульманскими и христианскими.

Она вошла внутрь и совсем не заметила того, как в одно мгновение под ней образовалась огромная лужа.

Влада смело направилась к витринам, чтобы выбрать нечто подходящее для своих целей – ведь она не могла купить наугад. Нужно, чтобы таблетки подействовали наверняка.

Но всё равно ничего подходящего не нашлось.

«Я получу типичное отравление, а не смерть», – подумала Влада. Вдруг она увидела, да, именно увидела в глубине аптеки женщину в длинной синей юбке с распущенными белокурыми волосами. Можно было даже сказать, что это была шапка волос. Сначала Влада подумала, что это – Зоя Лемехова, и она пришла сюда, в аптеку, чтобы что-то сказать ей, предостеречь от необдуманного шага.

Но нет, это была совсем не Зоя. Во-первых, Зоя никогда не носила таких длинных юбок; во-вторых, как Зоя могла узнать о том, что она, Влада Ковалёва, находится здесь, в аптеке? Да и потом, белокурая незнакомка была старше Зои.

Влада показала на себя, всё ещё сомневаясь, к ней ли обращалась незнакомка. Белокурая энергично закивала. Обернувшись по сторонам, Влада подошла к ней.

– Вы что-то хотели? – спросила она.

Женщина приложила палец к губам:

– Тсс, – произнесла она, – Тише! Помни о том, что меня никто не видит кроме тебя.

– Как?

Влада открыла от удивления рот.

– Они могут подумать, что ты разговариваешь сама с собой, – сказала женщина.

– Просто, я схожу с ума, – прошептала Влада.

– Нет, просто происходят необъяснимые с точки зрения людей, вещи, когда они хотят чего-то достичь, сделать так, чтобы исполнились все их желания.

Женщина протянула Владе книгу, открытую на странице номер тридцать пять.

– Читай, – сказала белокурая.

Влада мысленно прочла выделенный абзац.

«Когда ты хочешь чего-то достичь, упорно подумай об этом. Представь, что твои мысли – это стрелы. Пронзи пространство этими стрелами. Представь, что оно пробито твоими мыслями. При этом всё время держи в голове своё желание. Затем забудь о нём, отпусти. И жди исполнения».

Женщина с книгой вдруг внезапно исчезла. Что-то произошло. Влада сразу почувствовала это, потому что затряслись стены, и она увидела белый, совершенно белый ослепительный свет.

Влада тоже зажмурилась.

А потом у неё произошёл словно какой-то провал в памяти. Она очнулась, уже будучи дома на своей кровати, и её разбудил телефонный звонок. Она взяла трубку.

– Да, слушаю, – сонным голосом произнесла Влада.

– Это – шеф-повар ресторана «Смак» Виталий Алексеевич, – раздалось в трубке.

– Да, да, слушаю, – повторила Влада.

– Дело в том, что жюри конкурса во главе с Веселовым Константином Петровичем приносит Вам свои извинения.

– Извинения? Говорите яснее, в чём дело, шеф! – раздражённо закричала Влада; она мысленно представила себе этого самого Виталика, который всего лишь день назад командовал над ней, и ей стало не по себе.

– Дело в том, что были перепутаны номера блюд и имена конкурсантов. Ваши блюда перепутали с фамилией Зои Лемеховой.

– И что это значит? – спросила Влада.

– Подойдите сегодня к десяти часам за призом, деньгами и путёвкой в Париж в ресторан Жоэля Робюшшона.

Глава 2

«Ясновидящая»
«Когда ты видишь будущее
и переживаешь сердцем,
ты страдаешь».
(Высказывания неизвестного философа).

Её звали Наташей, хотя она точно знала, что это было не её имя. Её настоящее имя звучало как-то не так, по-другому. У неё было красивое имя. Она часто повторяла его про себя, но никто ей не верил. Не верил, что это было её имя.

….Россанна……

Да, её звали Россанной, но это было неземное имя.

Она чувствовала, что на Земле таких имён не существует.

Ей даже иногда казалось, что с неба она слышала голоса, которые звали её:

– Россанна!

– Россанна, отзовись!

– Россанна, мы не слышим тебя!

В такие отчаянные минуты ей хотелось схватиться за голову и расколоть её, как орех. Только она совсем не раскалывалась, потому что её голова была настоящей. И в ней было много мыслей, столько всего, что она редко справлялась с этим. Порой ей просто хотелось рыдать. И ещё у неё были фиолетовые глаза. Да, да, реальные фиолетовые глаза, подобно лепесткам цветущей фиалки. Все прохожие удивлялись, когда смотрели на неё. Они показывали на неё пальцами и ворковали:

– У неё фиолетовые глаза!

– Фиолетовые глаза?

– Да, посмотри только. Они не серые, не синие, не голубые, а ФИОЛЕТОВЫЕ.

– Вот это да!

– Не может быть!

Ей это стало порядком надоедать, ведь она не могла раздражаться, как все нормальные люди. И ещё, ей было всего только пять лет.

Она была девочкой с двумя толстыми косичками, заплетёнными то ли нянечками, то ли воспитательницами. Она не помнила свою мать.

Помнила только, что оказалась здесь, в доме ребёнка, потому что…..

Кстати, причину этого она тоже не помнила.

Кажется, она говорила той женщине, которая называла себя её матерью о том, что произойдёт в ближайшем и чуть отдалённом будущем. И самым удивительным было то, что это сбывалось. На самом деле сбывалось.

Разве легко существовать с человеком, которые доподлинно знает, что произойдёт, например, через пять минут, через час или даже через год?

Да и самой ей, пятилетней Наташе Вересовой было отнюдь не легко от этого. Это было тяжело, очень тяжело.

И вот новая воспитательница Людмила Петровна. Сначала она даже взяла её под свою опеку, часто водила к себе домой, чтобы покормить, ведь в детских домах питание оставляет желать лучшего. Водила её в кино на детские сеансы и угощала мороженным, которое она так сильно полюбила. Особенно ей понравился «топтыжка» и «ушастик». О, это было настоящее чудо!

А потом что-то произошло, и Людмила Петровна стала сторониться её, перестала приглашать к себе в гости на обед.

Она несколько раз видела её ухажёра, которого Людмила Петровна называла Сергеем. У него были каштановые волосы и серые глаза. Надо сказать, даже какой-то злой взгляд. Злой и непривычный. Кажется, Сергей работал учителем физики в школе, только она не знала, в какой именно школе. Она помнила, как Людмила Петровна в первый раз их познакомила.

– Серёжа, эту девочку зовут Наташа, – произнесла молодая воспитательница и добавила при этом, – Наташа Вересова.

Наташа кивнула своей детской головкой, дескать, ей очень приятно, хотя ей совсем не было приятно.

– Она из детского дома? – спросил как-то пренебрежительно Сергей.

– Да, и мне она очень нравится.

Наташа заметила на себе пристальный взгляд серых глаз Сергея.

– Ты только посмотри, Людочка! У неё фиолетовые глаза! Я никогда ещё не видел таких глаз. Никогда.

Она видела, как Сергей при этом развёл своими худыми руками.

«Вообще-то, меня зовут Россанна», – хотела сказать девочка, но промолчала.

Они просто не поймут её и посчитают, что она – либо трудный ребёнок, либо, что ещё более странно – индиго.

К детям индиго она относилась совсем обыкновенно, потому что для неё это были обычные дети. Они ничем не отличались от неё самой, только разве что у них были глаза другого совсем обычного цвета, которые совсем не удивляли взрослых. И у них были совсем обычные имена, как у всех……

Она видела, как Людмила Петровна махнула рукой.

– Да у Наташи фиалковые глаза – произнесла воспитательница, – Значит, подобное встречается в природе.

– Не фиалковые, а фиолетовые, – возразил Сергей.

– Какая разница, – устало произнесла воспитательница.

– Нет, Людочка, разница-то как раз есть, – не унимался занудливый Сергей.

– И в чём же?

– Ну, фиалковые – это просто тёмно-синие глаза, что тоже можно назвать большой редкостью.

– Нет, фиалковые это – фиалковые, а не тёмно-синие. Я пока что ещё не дальтоник, – дала отпор Людмила Петровна.

Девочка со стороны наблюдала этот «поединок» двух интеллектуалов, если так можно было выразиться.

– Ладно, – наконец, отступился Сергей, – я слышу, из кухни тянет притягательными ароматами. Что же на этот раз, любимая?

«Любимая».

Почему люли всякий раз бросаются таким важным и значимым словом? Россанна не могла понять этого. Она вообще не понимала земных людей, потому что нутром она чувствовала, что принадлежит совсем иному миру.

Только в силу своего пятилетнего возраста она не могла этого объяснить. По поводу цвета глаз её даже показывали одному известному Московскому профессору окулисту.

Он внимательно посмотрел на её глаза в свой замысловатый прибор, потом долго молчал, думая, наверное, о чём-то своём. И только потом произнёс, взвешивая каждое слово:

– У девочки совершенно здоровые глаза.

– А почему же такой необычный цвет? – спросила медсестра, сопровождавшая её на обследование.

Профессор пожал своими плечами.

– Этого я не могу объяснить. Во всяком случае, такого пигмента вообще не существует в естественной природе. Но это можно рассматривать, как вариант нормы.

– Это – капустный пирог, – наконец, произнесла Людмила Петровна.

О, она обожала капустные пироги, сделанные руками своей любимой воспитательницы. Мягкие, зажаристые, с такой приятной начинкой. Она не помнила, чтобы её мама пекла такие пироги.

И несомненно, всё это достанется Сергею! Он, конечно же, съест большую часть пирога и даже «спасибо» не скажет.

Разве можно говорить «любимая» таким равнодушным тоном?

«Любимая» – это та, которую любят, которой поклоняются, как богине. Которую целуют, дарят цветы, носят на руках и предугадывают каждое желание.

Но разве этот Сергей так относится к воспитательнице?

Этот вопрос так и повис в воздухе, потому что Россанна не могла ответить на него. Россанна была взрослой частью её существа – мудрой и всевидящей. А Наташа составляла детскую половину этого несовместимого дуэта. Однако они вовсе не мешали друг другу. Тогда, когда «говорила» Россанна, молчала Наташа Вересова, и наоборот.

…Однажды Людмила Петровна привела её к себе домой в очередной раз, решив помыть в ванной с душистой пеной и шампунем с запахом земляники. К тому же, это был её любимый запах. Запах свежей лесной земляники.

– Раздевайся, – смело сказала Людмила Петровна, открыв краны с водой.

Наташа отвернулась, совсем не желая раздеваться, надула свои детские губки.

– Ты что? – удивилась Людмила Петровна, – Тебе же нравилась земляника….и пена для ванн. А ещё я купила тебе вчера в супермаркете куклу.

Но девочка не реагировала.

Удивительно, ведь обычно при слове «кукла» девочки начинают моргать ресницами, и как-то заворожённо смотреть на своих дарителей в надежде поскорее получить подарок.

Здесь же всё было иначе.

– Что случилось? – спросила Людмила Петровна, не зная, что вообще можно предпринять в подобных случаях.

– Он сейчас придёт, – пробормотала девочка.

– Кто «он»?

– Тот…..

– Тот?

– Ну, тот, с серыми глазами.

Людмила Петровна улыбнулась:

– Ты что, глупенькая! Сегодня он точно не придёт. Во-первых, с Сергеем мы не договаривались о встрече, а во-вторых, он сегодня в командировке на каком-то симпозиуме физиков в Москве.

– Но он всё равно придёт, – упрямилась девочка.

– Он тебе не нравится? – Людмила Петровна присела на колени рядом с ней и обняла её.

– Тебе он не нравится?

– Нет.

Через пять минут в дверь позвонили. Сердце женщины тревожно забилось.

Это оказался Сергей.

– Поездку отменили, – на пороге произнёс он.

В тот день Наташа так и отказалась от купания, и подаренная кукла не вызвала в ней особого восторга. Кукла представляла собой довольно красивое существо в фиолетовом платьице как раз под цвет её глаз с розовым бантиком и голубыми волосами. Это было настоящее произведение искусства, которое, однако, не вызвало у неё восторга.

Наташа, конечно же, взяла куклу…..просто из чувства приличия. Нельзя же вот так резко отказываться от того, что ей предлагали, даже если это предложение было сделано по привычке, по стандарту, так сказать. Она сидела в соседней комнате и слышала чуть приглушённый разговор между двумя людьми. Она, впрочем, могла и не слушать, потому что ей было и так известно, о чём они говорили друг с другом.

– Я категорически против того, чтобы ты общалась с этим странным ребёнком.

– Но….она нисколько не странная. Она обычная девочка.

– И это говоришь мне ты – педагог со стажем!

– Мне сразу понравилась Наташенька. Она всегда какая-то грустная. Пойми, Сергей, у этой несчастной девочки нет родителей. А это, как ты, должно быть, знаешь, накладывает некий отпечаток на её личность, на её судьбу.

– Это всё досужие выдумки, Люда! Ты видела, как она смотрит на меня? Словно дикий зверёк.

– А как она ещё должна смотреть на тебя? Ведь ты же совсем не общаешься с ней. А дети любят общение, и к каждому из них нужен свой подход, свой ключик.

….А через неделю произошёл инцидент, который заставил Людмилу Петровну задуматься над многим. Она опаздывала на автостанцию, чтобы проводить свою лучшую подругу Вику, летевшую из Москвы в Сан-Франциско в командировку. Опаздывала, потому что задержалась с Наташей в кафе за мороженным.

Шёл надоедливый скучный дождь, портивший всё настроение. Он серой волной окутал весь город и навевал сон.

– Скорее, скорее, Наташа!

Людмила Петровна тянула её за руку, а она сопротивлялась.

– Ну, что ты!

– Не ездите туда, – пробормотала девочка.

– Но ведь это же не я еду, это моя подруга – Виктория, – возразила воспитательница, – А если я не пойду её провожать, она обидится на меня.

– Ей нельзя, нельзя туда ехать.

Наташа встала посреди улицы, не замечая того, как сильный дождь хлестал её по щекам. Людмила Петровна ещё раз дёрнула её за руку.

– Ну, почему, почему ты стоишь на месте?

– Скажите ей, чтобы она не ехала туда, – упорно говорила девочка, – Скажите, чтобы не ехала……

Женщина покачала головой, дёрнула посильнее девочку за руку.

– Идём же, ты замерзнешь и заболеешь. А тебе нельзя болеть. Никак нельзя! Нужно скорее в ванну, а утром я отведу тебя в детский дом.

– Я не хочу в ванну!

– Не капризничай, Наташенька. Пойдём же скорее.

А на следующий день по телевизору объявили новости о крушении авиалайнера, следующего до Сан-Франциско. Когда Людмила Петровна услышала это известие, она пила кофе. Чашка выпала у неё из рук, оставив на пальце ноги след от ожога. Ей стало не по себе.

Ещё через несколько дней она мыла посуду на кухне после обеда. Наташа стояла рядом, помогая ей подать блюдца. Вдруг девочка неожиданно для неё оттолкнула в сторону воспитательницу. Но не успела что-либо Людмила Петровна произнести и возмутиться, как мгновенно упала подвесная полка. Вся посуда, стоявшая на полке и украшавшая кухню, разбилась вдребезги.

Девочка увидела, как воспитательница побледнела. Она тяжело дышала.

– Что это!

Наташа пожала плечами и уткнулась взглядом в пол. Людмила Петровна внимательно посмотрела на неё.

– Так значит….значит, ты видишь будущее?

– Не знаю.

Слеза упала ей на ладони, за ней вторая, третья, четвёртая. Людмила Петровна сгребла черепки в кучу. При этом она не переставала повторять про себя:

– Не может быть…..этого просто не может быть….Это НЕРЕАЛЬНО!

Затем села на табурет и затряслась от рыданий. До неё только сейчас дошло, что могло бы произойти с ней, если бы не эта девочка с фиолетовыми глазами……

….А в пятницу Людмила Петровна взяла её из детдома и повела на железнодорожный вокзал, откуда через каждый час или два отходили электрички. Девочка взяла с собой плюшевого мишку, которого всегда носила с собой. Он служил ей поддержкой, потому что иногда она разговаривала с игрушкой, ибо в настоящей жизни у неё не хватало общения.

В настоящей жизни люди всё время куда-то спешат, торопятся, не замечая, что жизнь пролетает мимо них.

Людмила Петровна вошла в один из вагонов стоящего на перроне электропоезда, выбрала пустое место, посадила девочку.

Затем она встала.

– Посиди здесь, – произнесла воспитательница, – я сейчас приду.

Но она так и не пришла тогда. Через несколько минут поезд тронулся, а её всё не было и не было. Но Наташа не волновалась. Она ни о чём не думала. Она знала, что это тяжелое бремя знать будущее наперёд.

Люди боятся тех, кто знает будущее точно так же, как и Людмила Петровна.

Она посмотрела на своего скромного друга – плюшевого мишку. Как она назвала его? Никак. Он просто успокаивал её своим присутствием рядом с ней.

Электропоезд медленно ехал, набирая скорость, а мимо проплывали леса, берёзы, одиноко стоящие и освещённые со всех сторон Солнцем. Она заплакала, потому что ей вдруг стало очень грустно. Она осталась совсем одна, никому не нужная, и никто не станет искать её во всём мире……

Глава 3

«Случайная встреча»
«В мире не бывает случайностей,
они все закономерны».
(Неизвестный).

…….День был солнечным и ясным. В бирюзово-голубом небе белоснежными барашками таяли облака. Мне всегда нравилось такое небо, мне всегда нравились солнечные дни. Да, мы все являемся детьми Солнца, оно нас лечит и успокаивает.

Я ехала в пятницу на электричке в небольшой пригород под названием «Малиновки» в гости к одной своей давней подруге по школе Анжелике.

Мы не виделись с ней около двух лет, а в последнее время поддерживали связь через Ирку. Но Ирка бросила Макса и в последнее время нашла себе какого-то Германа и уехала с ним в Австрию. Она на днях писала мне, что очень счастлива, что здесь тепло, и целыми днями светит Солнце. Ей нравились местные сладости: печенье с трюфелями, штрудели с яблоками и корицей, торты с разнообразными начинками. Как писала Ирка, это были кремовые розочки из красной и белой помадок.

Всё это я, конечно же, себе представила, проглотив слюну, потому что в наших магазинах и супермаркетах этого не было и не существовало вообще.

Тётя Клава, как всегда, положила мне с собой полный пакет с ватрушками, пирогами с разнообразными начинками: мясной, капустной, рисовой, луковой.

Разумеется, я всё это раздам Анжелике и её гостям на даче, где предполагалось жаренье шашлыков.

«Но для чего она всё это напекла? – подумала я, – разве я такая голодная?»

Ну, конечно, тётю Клаву не изменить, она, как всегда, беспокоилась о моей сытости, даже несмотря на то, что я ела накануне. Кроме «даров» тёти Клавы я везла с собой вино. Это было десертное вино из Франции. Его мне однажды подарил Эдуард год назад, когда отмечали день моего рождения.

Французское вино……

Тоже мне сюрприз! Хотя им будут поливать мясо, чтобы оно лучше замариновалось. Я слышала, что мясо бывает особенно вкусным, когда его маринуют в десертном вине.

Толик привезёт поленья для разведения костра; Сергей Баранкин взял на себя томатный соус «Пикадор». Почему именно «Пикадор», я не знала. Просто, он его любил и хвалил. Я представляла себе поляну со стульями в её центре, а практически рядом с домом на шампурах ребята жарили шашлыки.

Тут же на гитаре бренчал Вовка Артемьев. Он просто бренчал, потому что до настоящих виртуозных ритмов типа блюза ему было ещё далеко. Но не боги, как говорится, горшки обжигают. Хотя я бы не отказалась послушать настоящий блюз. Его хорошо исполнял Роберт Жёлтая Кепка. В последнее время он стал всё больше и больше раскрываться, как личность, а раньше он был немногословным и каким-то замкнутым что-ли.

Эдуард не рекомендовал членам Братства употреблять мясо, объясняя это тем, что оно возбуждает в человеке агрессию и мешает воспринимать магнетические токи из пространства.

Со временм я, конечно же, тоже хотела стать вегетарианкой, но пока мой организм не был готов к этому. Я знала, что многие после вступления в состав «Братства Огня» перестали употреблять в пищу мясо. Это относилось, прежде всего, к Леночке Анкудиновой – нашему секретарю, Катьке Авериной, Оксане, разумеется, самому Эдуарду, Роберту Жёлтой Кепке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.