Дмитрий Распопов
Осколки Сердец – 2. Рыцарь смерти

Пролог

Подойдя к перекрестку, я в последний раз обернулся, чтобы посмотреть на родной замок. Я вздохнул, оставлять Ал’лилель было неимоверно тяжело, ведь прошло всего несколько месяцев с нашей свадьбы. Несмотря на тяжесть на сердце, я точно знал, что делаю это не зря. Поиск места для замка необходим, к тому же строительство собственного замка лишь первый шаг к моей цели – объединению рода Носферату.

Только так я смогу быть уверен, что Ал’лилель будет в безопасности, если мне придется куда‑то уйти. Вариант, предложенный мне отцом – жить в его замке, – меня совершенно не устраивал. Во‑первых, не все вампиры поддерживали отца в его мнении о возможности рождения ребенка вампира от эльфийки, а во‑вторых, ставить жителей замка под угрозу нападения я не хотел. Отец предупредил меня на прощание, что теперь я полноценный Рыцарь Смерти и за мной уже началась охота вампиров – эльфы хорошо поработали, рассылая мои портреты всем их родам.

Вспомнив последние напутствия родных, я опять вздохнул и направился в сторону Мализийских пещер: прежде чем отправляться на поиски замка, я хотел попросить Учителя, чтобы тот переехал в замок отца и присмотрел за Ал’лилель.

Глава 1. Учитель и ученик

До гор я добрался без каких‑либо затруднений, что было даже немного удивительно, если учитывать напутствие отца. Подходя к пещерам, я слегка забеспокоился о том, найду ли Учителя. Он ведь мог и перебраться отсюда.

С этими мыслями я углубился в лабиринт. За прошедшие годы здесь ничего не изменилось, поэтому я быстро отыскал кратчайший путь в пещеру. Сделав пару шагов внутрь, я увидел несущееся на меня с невероятной скоростью существо. Все, что я успел сделать, – это накинуть на себя Броню Повелителя и резко уйти с линии атаки. Почти сразу я почувствовал удар и следом за ним значительное падение уровня магической энергии – противник был очень силен.

Странно, но разглядеть существо, чью ауру я прекрасно видел, у меня не получалось из‑за его огромной скорости. Все, что было видно, – это быстро перемещавшуюся тень, нападавшую и отходившую для новой атаки. Я решил сыграть именно на этом и в следующий раз, когда оно меня атаковало, быстро поставил Облако крови в то место, куда противник должен был переместиться после атаки. Для верности я поставил очень концентрированное Облако, так как было опасение, что невероятно быстрый неизвестный может пройти сквозь Облако без вреда для себя. Моя затея удалась, даже на такой запредельной скорости существо не смогло вырваться из Облака. Я услышал сдавленный возглас. Ожидая этого, я сразу выпустил в замедлившуюся ауру двадцать Призрачных летучих мышей и с удовлетворением увидел, что существо остановилось и стало понемногу приобретать черты Учителя в боевой трансформации.

Подойдя ближе, я увидел, что Учитель улыбается мне.

– Ты стал очень сильным, Каин. К тому же успел стать Рыцарем Смерти за такое короткое время. Наверное, всех эльфов перебил?

Я обнял старого вампира и только сейчас понял, как мне все эти годы не хватало его здорового цинизма.

– Все только благодаря вам, Учитель.

– Я так понимаю, ты нашел свою эльфийку? – спросил он, когда мы вместе приготовили обед и сели за стол, как в прежние времена.

– Вы сомневались во мне? – хмыкнул я.

– Нисколько, Каин, у меня не было ни капли сомнения, просто я хочу знать подробности твоих приключений, – разрезая мясо, ответил он.

– Прямо сейчас? – со вздохом спросил я. – Я ведь тоже голоден.

– От голода ты не умрешь, – улыбнулся он. – А вот я точно умру от любопытства.

– Ну, хорошо, – и я начал рассказ.

Учитель внимательно слушал, иногда задавая вопросы, при этом, правда, не забывая уплетать еду, быстро исчезавшую со стола. Рассказ я закончил только ближе к полуночи и сразу же набросился на совершенно холодные остатки: все мои попытки хоть что‑нибудь кинуть в рот во время рассказа пресекались Учителем, заявлявшим, что, когда говоришь, жевать невежливо. Я думаю, это была маленькая месть за то, что я его победил в недавней схватке. Старый вампир молча наблюдал за процессом моего насыщения, но как только я довольно откинулся на стуле, начал задавать много уточняющих вопросов, выясняя мельчайшие подробности моих похождений. Только под утро он наконец‑то удовлетворился ответами и отпустил меня спать.

На следующий день Учитель отправил меня на охоту, он хотел, чтобы я сделал ему запас мяса. Это натолкнуло меня на отличную идею. Я теперь точно знал, как выманить затворника из его берлоги.

Вечером я приступил к осуществлению своего плана. За ужином я красочно повествовал, как вкусно и разнообразно кормят у отца в замке и как восхитительно готовит Ал’лилель. Кроме того, я обстоятельно перечислял список и количество блюд, подаваемых в замке к общему столу, и расписывал сладкие десерты, которыми постоянно балуют его обитателей. Вампир от этих перечислений все более оживлялся и принялся туманно намекать на возможность у меня погостить. Я сделал задумчивое лицо и, словно нехотя, признался, что буду долгое время отсутствовать, а в замке останется только Ал’лилель. Хотя… можно устроить так, что его там примут и без меня. Вампир явно заинтересовался моим предложением, не подозревая, что попал в ловушку – ведь теперь он сам хотел пожить в замке.

Кстати, с приходом Ал’лилель в замок отца жизнь там сильно изменилась, и не в последнюю очередь – в кулинарном плане. Она открыла местным поварам рецепты многих эльфийских блюд, и те готовы были носить ее на руках за обогащение своих познаний. Они все время старались затащить Ал’лилель на кухню, чтобы она рассказала или показала им новый рецепт. Но больше всего она покорила моего отца тем, что занялась Гитой – относясь к ней как к младшей сестре. Ал’лилель взяла дело воспитания и обучения в свои руки, и моя бедная сестренка вскоре исчезла из коридоров замка, обложившись книгами у себя в комнате. Правда, при этом она не забывала жаловаться всем родичам на то, что ее новая воспитательница – настоящий тиран, когда дело касается невыученных уроков.

Отец, видя такие явно положительные стороны воспитательного процесса, начал относиться к Ал’лилель не только как моей супруге, но и как к собственной дочери, полностью вставая на ее сторону во всяких спорных ситуациях с остальными обитателями замка. Он даже один раз поругался с Зирой, когда она приревновала его к невестке за то внимание, которое отец уделял Ал’лилель. Еще одной причиной ревности Зиры к моей жене было то, что раньше обучение Гиты лежало на ее плечах. Если до того оно ее тяготило и она рада была бы от него избавиться, то сейчас жалела об упущенных возможностях, поскольку воспитанием дочери Повелителя теперь занималась только Ал’лилель. А после того как отец несколько раз похвалил Ал’лилель за воспитание Гиты и за введение в рацион новых блюд, Зира совсем перестала разговаривать с эльфийкой.

За время конфликта между двумя женщинами я в очередной раз убедился, насколько умна моя жена. Ал’лилель не стала ничего говорить Зире, а просто попросила обучить ее владению мечом. Зира так растерялась от такой неожиданной просьбы, что согласилась, а когда поняла, о чем ее попросили, – было уже поздно, слово есть слово.

Пока Ал’лилель не была беременна, Зира на тренировках заставляла ее делать невозможное, чтобы та сама отказалась от обучения. Ал’лилель терпела и молча исполняла все то, что Зира придумывала в очередной раз. Когда же Ал’лилель в одном из тренировочных боев смогла победить ученика Тарна – в отношениях двух женщин наступил перелом, ведь как учитель Зира должна была гордиться своей ученицей. А вскоре такое отношение перешло и в бытовую сферу.

Едва живот у Ал’лилель стал заметен, Зира отменила чрезмерные физические нагрузки и стала для нее личным телохранителем, постоянно следя за тем, чтобы та не оступилась или не столкнулась с кем‑нибудь. Кстати, от изменения своего поведения Зира сильно выиграла. Повелитель заметил ее отношение к моей жене и все чаще приглашал на ужин к себе в кабинет. В общем, именно поэтому я мог спокойно уйти из замка: с беременной Ал’лилель практически все – от слуг до воинов – пылинки сдували.

Слушая рассказы о еде, Учитель судорожно сглатывал слюну и спрашивал:

– Неужели в замке каждый день так много вкусной еды подается на стол?

В общем, вскоре он принялся уговаривать меня завтра же отправиться в дорогу. Я, поломавшись для приличия, согласился, судорожно стараясь, чтобы мои губы не растянулись в усмешке. Учитель был так предсказуем в этой своей слабости.

Правда, ждать, пока Учитель соберется в дорогу, пришлось два дня. Он никак не мог расстаться со своей библиотекой и старательно перетаскивал книги и все ценное в небольшую соседнюю пещеру, через специально сделанный мною пролом в стене. Только забив ее доверху и заставив меня замуровать лаз, он заявил, что готов к отбытию.

– Каин, прежде чем мы расстанемся, я должен сообщить тебе кое‑что, – сказал он перед тем, как мы собрались распрощаться.

– Да, Учитель? – склонил я голову.

– Пока ты путешествовал, я собрал всю возможную информацию о местонахождении Амулета Первого Повелителя. Так вот, с большой долей вероятности он сейчас находится в королевстве Западных эльфов, – он внимательно посмотрел на меня.

– Но это же на другом континенте Эратии! – удивился я.

– Я просто сообщил тебе то, что сказали мне, – пожал он плечами. – Тебе решать, отправляться туда или нет.

– А у кого можно хоть что‑нибудь узнать об этом континенте, Эрдане? – нахмурился я, представляя себе путь до неведомой земли.

– Конечно же, у тех, кто там бывал, – съязвил Учитель. – Обратись в любом портовом городе к морякам или торговцам, и за определенное вознаграждение они тебе все расскажут.

Я задумался. К поискам места под будущий замок теперь добавилось еще и это.

– Удачи тебе в твоей дороге, Каин, – сказал Учитель и, повернувшись, зашагал в ту сторону, откуда я пришел.

– И вам, Учитель, – произнес я ему в спину.

Немного поразмыслив, я решил собрать информацию об Эрдане в городе Эроне и там же поспрашивать о хороших замках, находящихся на окраине людских земель. Эрон был самым крупным портовым городом в королевстве Талон, там, по словам Учителя, я мог собрать нужные мне данные.

Талон сильно изменился с тех пор, когда я ходил по нему с моими Серыми Призраками. Теперь люди с большой опаской относились к вампирам, и редко кто заступал им дорогу, это я понял по себе. Король даже принял предложение Повелителя рода Стального Дождя о переходе королевства под защиту этого эльфийского рода. Теперь никто из вампиров не мог попасть в город, не имея при себе пропуска, выданного родом Стального Дождя. Все были довольны – деньги за пропуска уходили вампирам и королю, а люди получили защиту от праздношатающихся и обычно голодных кровососов. Денег у меня с собой не было, так как все заработанное я оставил Ал’лилель. Но это не являлось для меня серьезной помехой: захват сознаний охранников первого же встреченного мной купеческого каравана, небольшой бой без моего участия – и я стал обладателем мешочка с золотом.

«На пропуск должно хватить», – решил я, пряча мешочек за широкий пояс.

Весь путь до города я проделал за две недели, быстрый шаг позволял без напряжения проходить большие расстояния, для сна и еды требовалось лишь три‑четыре часа в сутки.

Я шел по обочине оживленного торгового тракта, ведущего в Эрон. Мимо меня постоянно проходили торговые караваны, ползли деревенские повозки, проезжали всадники, как поодиночке, так и группами. Любопытных взглядов на себе я почти не ощущал, если кто и глядел, так это крестьяне. Для торговцев и городских жителей вампиры стали привычны, и я не привлекал к себе их внимания.

У городских ворот я увидел огромную очередь и множество повозок, а также стражу, которая взимала дань за въезд в город. Стражники неспешно проверяли товары каждого каравана и так же неторопливо пересчитывали врученные им деньги.

Даже не подумав стоять в очереди, я пошел напрямик к воротам, раздвигая плечами толпящихся вокруг людей. Вслед мне не раздалось ни одного недовольного возгласа, хотя взгляды, которыми меня одаривали, были весьма красноречивы. Оттолкнув следующего претендента на вход, какого‑то щеголеватого вида юношу, державшего под уздцы коня, я предстал перед изумленными такой наглостью стражниками.

– Сколько с меня? – спросил я.

Стражник хотел было возмутиться и даже открыл для этого рот, но потом, посмотрев сначала мне в глаза, а затем на рукоять меча за спиной, вздрогнул и пробормотал, старательно отводя взгляд в сторону:

– Вампиры – только по пропускам.

– Где мне его приобрести? – спокойно спросил я.

Стражник показал рукой на деревянное строение рядом с воротами.

Предстать перед другими вампирами я не опасался. Назвать своим родом я мог любой, а потребовать показать магическую метку на плече имел право только Повелитель рода, остальные же могли лишь попросить, а я – спокойно в просьбе отказать, посчитав таковую оскорблением своего достоинства.

Зайдя в указанное строение, я увидел стоящих в коридоре перед дверью четырех вампиров. Как только я зашел, они обернулись ко мне. Их глаза синхронно расширились, и они, как по команде, одновременно отступили к стене, позволяя мне пройти в кабинет. Я не удивился их поведению, ведь отец предупреждал, что теперь на меня все вампиры будут реагировать только двумя способами: обычные и Старшие вампиры – испытывать страх и уважение, а Повелители родов – пытаться убить. Я открыл дверь и вошел в комнату. Расположившиеся за столами три вампира рода Стального Дождя, а также сидевший перед ними посетитель, тоже вампир, вскочили на ноги.

Выражение лиц вампиров меня насмешило, но, не подавая вида, я подошел к столу и, игнорируя прибывшего до меня, заявил:

– Мне нужен пропуск, и побыстрее.

Один из вампиров попытался открыть рот, но получил от соседа локтем по ребрам. Тот, кто его ударил, натянуто улыбнулся мне и произнес:

– Приветствуем Рыцаря Смерти в нашем городе.

– Странно, я думал, это человеческий город, – удивился я.

– Это так, но он находится под нашей защитой, – поспешно поправился он.

– Как долго мне еще ждать?

После моих слов все сразу засуетились, заполняя какие‑то бланки. Когда все было готово и мне вручили пропуск, один из вампиров вежливо поинтересовался:

– Простите, уважаемый, чистая формальность. Цель вашего прибытия в город?

– Покупка замка, – сказал я правду.

У всех присутствующих лица от удивления вытянулись, но уточнять никто не посмел.

– Может, вы посоветуете, к кому обратиться? – спросил я.

– Если уважаемому Рыцарю Смерти будет угодно, я могу свести его с нужными торговцами, – ответил вампир‑посетитель.

– Отлично, – кивнул я ему и обратился к вампирам за столом: – Выпишите и ему пропуск, и поторопитесь, у меня на сегодня запланировано много дел.

Через пару минут все было улажено, и мы с вампиром вышли из строения. У ворот показали свои пропуска стражникам и вошли в город.

Я шел и думал:

«Интересно, из какого он рода?»

Спросить было нельзя. Спрашивающий сначала должен был представиться сам, а я не хотел врать о своей принадлежности к другим родам без крайней на то необходимости.

Мы шли достаточно долго, и я получил возможность отметить городские контрасты. От ворот мы шли через бедные кварталы, дома в них были в ужасном состоянии, да и называться таковыми могли с большой натяжкой. Затем пошли кварталы ремесленников, здесь было почище, но шум стоял такой, что закладывало уши, отовсюду доносились то грохот, то скрип, то скрежет и визг. Пройдя обиталища ремесленников, мы попали в относительно чистые кварталы торговцев, здесь все было тихо и аккуратно, навстречу попадались патрули городской стражи, постоянно обходящие квартал. В предыдущих районах города я их вообще не видел, а тут они сменяли друг друга с завидной регулярностью.

Увидев, куда меня ведет провожатый, я несколько удивился. Мы направлялись к огромному дворцу, стоявшему на небольшом возвышении, в значительном удалении от остальных кварталов. Подойдя ближе, я понял, что дворец просто огромен, именно его высоченные башни я и видел, когда подходил к городу. К тому же он был опоясан высокой и толстой стеной, размеры которой также меня впечатлили.

– Работа подземных мастеров, – пояснил вампир, увидев мой интерес к стене.

Я понимающе кивнул. Только эти непревзойденные мастера работы с камнем могли сотворить такое чудо. Приблизившись к воротам дворца, мы показали свои пропуска стражникам, и те пропустили нас во внутренний город, по‑другому я не мог назвать то, что увидел. Он начинался прямо от стены, вокруг возвышались большие строения, в три и даже четыре этажа, и оставалось только удивляться богатству хозяев, которые могли себе позволить строить и содержать такие дома.

Шагая по идеально чистой мостовой, я смотрел, как прогуливаются местные аристократы. Конных здесь не было вообще, видимо, для таких существовал другой въезд. Люди, конечно, были мне смешны в своих попытках демонстрировать перед другими свое богатство.

«Зачем им носить на себе столько золота и драгоценных камней?» – удивлялся я про себя.

Мы подошли к одному из домов, и вампир приглашающим жестом показал мне на калитку. Войдя во двор, я не поверил своим глазам – на огромном дворе стояли десятки замков, правда, все чуть выше моего роста, но выполненные с большим искусством. Они выглядели как уменьшенные копии настоящих дворцов. Я подошел к одному из них и присмотрелся. Оказалось, что он сложен из каменных блоков, и на стенах стоят глиняные фигурки часовых. Вампир, видя, с каким удовольствием я рассматриваю эти маленькие шедевры архитектуры, довольно улыбнулся:

– Здесь живет самый знаменитый архитектор королевства. Сюда приезжают практически все богатые люди, которые хотят строить собственные замки.

– Я хочу купить готовый замок, у меня нет времени на строительство.

– Господин Тарин не только проектирует и строит замки. Часть клиентов, которые переоценили свои финансовые возможности и не могли позволить себе продолжить строительство, продавали недостроенные объекты господину Тарину вместе с землей, на которой они строились. Все остаются счастливы, почти разорившиеся господа получают большие деньги, а господин Тарин достраивает замки за свой счет и потом выставляет их на аукцион. В последнее время это приносит ему больше доходов, чем строительство замков с нуля.

Я покачал головой, поражаясь уму, предприимчивости и богатству этого Тарина, ведь достраивать замки за собственные деньги – занятие более чем рискованное. Проводив меня до двери огромного дома, вампир поклонился и сказал:

– Все, уважаемый, с вашего позволения здесь я вас покину.

– Мне неловко спрашивать, но как я могу отблагодарить вас за помощь? – спросил я.

– Мы полностью квиты. Только благодаря вашему вмешательству я получил пропуск в город, мне не хотели его выписывать, – улыбнувшись, ответил он перед тем, как выйти за калитку.

Проводив его взглядом, я толкнул резную дверь. Как только она открылась, раздалась мелодичная трель, и ко мне подбежали две красивые – по человеческим меркам – девушки. Они низко поклонились, и одна из них спросила:

– Что вам угодно, господин?

– Видеть господина Тарина.

– Хозяин вскоре примет вас, – ответила она, кланяясь еще ниже. – Что угодно господину, чтобы скрасить ожидание? Вино, еда, девушки?

Я поразился – горничные были отлично вышколены и нисколько не походили на наших замковых слуг. Они явно были заинтересованы в том, чтобы гость не ушел. Мне пришлось отказываться несколько раз, настолько настойчиво они предлагали мне услуги. Единственное, что я сделал, – это снял заспинные ножны с мечом и положил их на столик возле себя. Девушки страдальчески смотрели друг на друга, явно расстроенные тем, что я остался на ногах, несмотря на все их попытки меня усадить.

«Их что, наказывают за это, что ли?» – подумал я.

Не прошло и пяти минут, как появился хозяин дома – гном в строгом костюме. Я сразу узнал представителя расы подгорных мастеров, так как видел их раньше. Этот, несомненно, был эталоном своего народа: небольшого роста, крепко сбитый, широкоплечий, с окладистой бородой – настоящее воплощение достоинства и солидности. Подойдя ко мне, он кинул на девушек сердитый взор.

«Похоже, мое предположение о наказаниях было верным», – решил я.

– Господин Тарин, позвольте представиться: меня зовут Каин, род Носферату, – назвал я свое настоящее имя.

– Скромный архитектор приветствует Рыцаря Смерти, – проявив необычайную осведомленность, ответил гном.

– Вы разбираетесь в наших традициях?

– Мастер должен знать своих клиентов.

Я удивленно покачал головой.

– Пройдемте ко мне в кабинет, – предложил он, показывая дорогу.

Забрав меч, я последовал за ним. Мы поднялись на второй этаж и вошли в огромный, светлый кабинет. Все его стены были завешаны рисунками и эскизами зданий. Указав на кресло рядом со своим столом, он предложил мне сесть.

– Извините меня за нескромность, господин Каин, но можно посмотреть на ваш клинок? – немного смущенно попросил мастер и пояснил, увидев мое недоумение: – Я хоть и архитектор, но клеймо мастера кузнецов нашего Владыки узнаю издалека.

Я молча протянул ему меч.

Надо было видеть лицо гнома, когда он вытаскивал небесно‑голубой клинок из ножен. Едва показавшись, клинок сразу пустил множество солнечных зайчиков, запрыгавших по стенам и потолку кабинета. Лицо мастера стало похоже на лицо ребенка, которому впервые дали леденец. С огромной любовью и почтением он гладил пальцами переливы клинка, любуясь работой мастеров своего народа. По его виду, когда он возвращал клинок в ножны, было понятно, что если бы не мое присутствие, он еще долго любовался бы им.

Посмотрев на меня со странным выражением, он, откашлявшись, спросил:

– Мне очень неудобно вас спрашивать, уважаемый, но хотелось бы точно знать, с кем я имею дело. Поэтому ответьте, пожалуйста, на мой вопрос. На клинке имеется надпись, что этот меч заказывали для повелителя Серых Призраков. Не сочтите за наглость или обиду, но откуда он у вас?

«Странно, а я никаких рун на клинке не замечал», – удивился я про себя.

В этом королевстве еще не забыли об отряде Серых Призраков, который практически полностью уничтожил Приграничье.

– А вы готовы поклясться Клятвой Гор, что об этом никто не узнает? – спросил я, раздумывая над ответом.

Мастер сразу посерьезнел. Клятву Гор не мог нарушить ни один гном, и давали ее только в исключительном случае.

Немного поразмышляв, гном вытащил из ящика стола небольшой кинжал и, сделав надрез на руке, произнес Клятву. Я не мог проверить точность ее принесения, так как и узнал‑то о ней в свое время случайно, от Вализира, но общий смысл был правильный, и когда он закончил, я сказал:

– Орки заказали этот меч для меня как прощальный подарок.

Гном явно был потрясен. Если звание Рыцаря Смерти он воспринимал просто как титул, точно не зная всех его особенностей, то увидеть в своем кабинете командира отряда Серых Призраков он никак не ожидал. Не зная, как себя дальше вести, он в растерянности молчал.

– Я хотел бы купить замок у границы королевства со стороны Леса эльфов, – решил помочь я ему.

Возвращение к разговору о деньгах возымело действие, гном сразу собрался и приобрел прежний серьезный вид.

– Уважаемый, если бы я не знал, кто вы, я бы предложил вам сразу пять или шесть замков, имеющихся у меня в наличии, однако теперь я никак не могу этого сделать. Так что вынужден вас огорчить: готовых замков, удовлетворяющих вашим требованиям, у меня нет.

– Можно поинтересоваться, почему? – удивился я такому заявлению.

– Строительство – очень дорогая штука, и строим мы в основном либо для богатых аристократов, либо для разбогатевших купцов. Вас, я думаю, не удовлетворит замок, который можно взять штурмом за короткое время? – гном криво улыбнулся.

Я согласно кивнул.

– Замки, которые мы строим по всем правилам обороны, во‑первых, стоят в десять раз дороже, чем их жалкие подобия, возводимые для аристократов, а во‑вторых, они всегда строятся только по индивидуальному заказу, с предварительными замерами и изучением местности. Согласитесь, есть разница между строениями, стоящими на глине и на скальной породе.

Я еще раз кивнул и спросил:

– А сколько вообще стоит то, что вы мне описали?

Гном назвал сумму – и только огромным усилием я не позволил своей челюсти упасть на пол. Сумма была не просто громадной, она была астрономической.

– И вы хотите сказать, что у вас находятся заказчики, имеющие такие деньги? – спросил я гнома, не веря, что есть настолько богатые люди.

– Частных заказчиков на такие замки было всего пять за все время, что я занимаюсь строительством, все остальное – это заказы либо людских королей, либо эльфийских владык, либо ваших Повелителей, – ответил он.

– Почему‑то мне кажется, что первые пятеро обанкротились после постройки таких замков, – не смог удержаться я от иронии. Представить себе того, кто может потратить настолько колоссальную сумму и не остаться после этого голым, я не мог.

Гном широко улыбнулся:

– Вы практически угадали, уважаемый, из этих пяти трое обанкротились, а двое так и не достроили свои замки, так как у них кончились деньги.

– У ваших коллег такая же ситуация? Мне есть смысл идти к другим? – спросил я.

– Спросить можете, но, поверьте, ответ будет таким же, – твердо сказал он.

Я погрустнел. Собрать такую сумму было очень сложно, на это ушел бы не один десяток лет. В комнате повисло молчание.

– Если вы подождете, я смогу предложить вам альтернативный вариант оплаты, – неожиданно для меня, да и, наверное, для себя самого, сказал гном, и его лицо озарилось, как от внезапного просветления.

Я удивленно посмотрел на него:

– Даже не представляю себе, господин Тарин, что может быть альтернативой такой невероятной сумме.

– Для повелителя Серых Призраков она есть, – произнес гном, радостно потирая руки. – Но я не могу принять такое решение в одиночку, мне нужно разрешение Совета Старейшин нашего клана. Если вы согласитесь остановиться в моем доме, то через две недели я смогу дать вам ответ.

Гном поражал меня все больше и больше.

«Кто же он такой, если считает возможным отказаться от получения целой горы золота, да еще и заинтересовать этим Совет? – подумал я. – И что это, интересно, за альтернатива такая?»

– Кто же откажется от такого предложения? – улыбнулся я. – Две недели меня устраивают, тем более что мне необходимо некоторое время, чтобы уладить в городе кое‑какие дела.

– Отлично! – обрадованно воскликнул гном и позвонил в маленький колокольчик, на звук которого в кабинет вбежали те же девушки, что встречали меня. – Проводите гостя в его покои и исполняйте все его желания, – жестко произнес гном.

Они тут же поклонились ему.

– Приятного отдыха, – сказал он, встав, чтобы проводить меня. – А я займусь письмом в Совет Старейшин, прошу меня простить.

– Последний вопрос, – произнес я, уже будучи в дверях. – Где я могу найти купцов, ходивших на Эрдан и знающих, что там к чему?

Гном задумчиво посмотрел на меня:

– Все приличные торговцы останавливаются в заведении «У матушки Роны», думаю, там вы получите всю необходимую информацию.

Две недели пролетели, как один день, я все время был вне дома: ходил по городу, сидел в разного рода питейных и развлекательных заведениях, поил торговцев и путешественников, вытягивая из них информацию. Оказалось, что на Эрдане королевство Западных эльфов подмяло под себя людские королевства и часть вампирских родов, контролируя практически весь материк и собирая ежегодную дань за защиту. Второй по уважению и силе на континенте была Община драконов – эти мудрейшие создания впервые за множество веков решили поселиться вместе, и сейчас их сообщество было вполне развитым и устойчивым. Их налеты на поселения всех рас без разбора никто остановить не мог, так как в грабительскую экспедицию отправлялись обычно сразу до тридцати особей, десять из которых были взрослыми и опытными драконами. Вначале эльфы, люди и вампиры пытались бороться с этим разбоем, но пара сожженных дотла городов быстро доказала всем, что драконы не собираются ни с кем шутить или вступать в переговоры. Они делали только то, что было выгодно им. Община процветала и расширялась год от года, создавая массу проблем соседям.

Один торговец по секрету рассказал мне, что однажды, после того как эльфийское войско напало на такой отряд, отправленный на добычу пропитания, на их столицу совершили налет полсотни драконов. Сам город они не тронули, но дворец правителя сожгли дотла, так, что от него остались только пепел и спекшиеся куски стекла. Это происшествие эльфы тщательно скрывали, официально распространялась версия случайного пожара. С тех пор эльфы на драконов организованно не нападали, стараясь убивать их по одному, не оставляя следов.

С вампирами же, как с реальной силой, никто не считался, так как во всех родах не насчитывалось и пятидесяти Старших, все остальные погибли во время прежних войн. Молодежь некому было учить, и роды вампиров стали слабеть, пока полностью не перешли под протекторат эльфов. Всего три рода сохранили независимость, но на них никто не обращал особого внимания – жили они слишком далеко, чтобы повлиять на события, происходящие на континенте. Услышав все это, я понял, насколько затруднятся мои поиски в тех местах, где вампиры не пользуются уважением.

– Я рад, что вы дождались меня, – сказал за ужином архитектор, когда время, отведенное им самим на ответ, истекло.

Я его не видел две недели, общаясь только с девушками, оставшимися в доме. Было заметно, что он после дальней дороги, успел только помыться и привести себя в порядок. Его выдавали измученный вид и обветренное лицо.

– Спасибо за ваше гостеприимство, – вежливо ответил я.

Гном сделал жест девушкам, и те моментально ушли, оставив нас одних.

– Сначала поужинаем или сразу перейдем к делу? – спросил он.

– Лучше сначала дело.

– Отлично, – обрадовался он. – Тогда я начну с предыстории. Наш клан Мифриловых Молотов во все века славился неповторимыми ювелирами. Каждая их работа была подлинным шедевром и обычно приобреталась только королевскими дворами из‑за очень высокой стоимости. Главной особенностью наших изделий, помимо искусной работы мастеров, было то, что они все делались из мифрила – металла намного дороже золота. Наш клан был обладателем самого богатого месторождения мифрила на всем континенте, а так как его залежи чрезвычайно редки, то за каждое новое обычно разворачивались настоящие войны.

Три века назад случилось несчастье, после которого наш клан потерял все свое могущество и власть. В нижних, мифриловых, штреках завелись странные зеленые студенистые образования. Их не берет оружие, они устойчивы к магии, а сами умеют плеваться кислотой, которая разъедает любые наши доспехи. Мы нанимали лучших магов, чтобы они помогли справиться с ними, но все они пропадали без вести. Эти существа прочно заселили все штреки и не оставляют в живых никого, кто спускается ниже семьдесят восьмого уровня. Хорошо хоть, что они не поднимаются выше шестидесятого, но нам от этого не легче – все породы до семьдесят восьмого уровня давно выработаны, в них не осталось ни грамма металла. Все наши попытки атаковать их ни к чему, кроме огромных потерь, не привели.

Гном тяжело вздохнул и продолжил:

– Вот так уже три века мы живем на самом богатом месторождении мифрила, не имея возможности его добывать. Поэтому предложение вам от Совета Старейшин такое: если вы очистите наши шахты от этих существ, то мы обязуемся за свой счет построить вам замок, предоставив для его возведения лучших строителей и архитекторов. Все, что от вас при этом потребуется, – это предъявить нам права на землю, где он будет стоять.

Я задумчиво посмотрел на него. Я мог согласиться и просто посмотреть на этих существ, не обязательно было рисковать жизнью. Однако перспектива постройки замка без капли вложения собственных средств меня очень соблазняла.

– Если у вас ничего не получится, мы оплатим время, потраченное на дорогу к нашим горам, и все те дни, что вы проведете ниже семьдесят восьмого уровня, – добавил гном, видя, что я медлю с ответом.

Тут уже колебаться не было резона, и я согласился. С облегчением вздохнув, гном заметно приободрился.

– Когда мы отправимся? – спросил он.

– Завтра с утра, – ответил я, не видя причин тянуть с отъездом. Все свои дела в городе я закончил. – Так вы тоже поедете?

– Да, я вызвался сопроводить вас до семьдесят восьмого уровня, так как поручился за вас.

– Интересно, с какой стати вам ручаться за совершенно незнакомого вампира? – удивился я.

– Я узнал у знакомых вампиров, что означает ваш титул Рыцаря Смерти, и теперь уверен, что никто, кроме вас, не справится с этой задачей. Понимаете, Каин, если мой клан не очистит эти шахты в ближайшие десять лет, мы вынуждены будем уйти из своих домов, уступив место другому, более сильному клану. Тот, в свою очередь, еще несколько столетий будет пытаться выбить захватчиков из металлоносных штреков, а если и у него не получится, на его место придет следующий клан. Слишком там богатое месторождение мифрила, никто от его разработки не откажется. Дошло до того, что в дело вмешались даже эльфы. Они несколько раз интересовались у нашего Владыки, сколько мы еще будем возиться с шахтами, намекая, что сами не прочь разрабатывать это месторождение.

– Ну что ж, господин Тарин, – подытожил я беседу, – мне все понятно, завтра выступаем.

– Тогда спокойной ночи, – гном поднялся и крепко пожал мне руку.

Глава 2. Слизни

Мы с Тарином стояли перед небольшой аркой.

– Здесь я тебя оставлю, Каин, – сказал гном. Мы были уже на «ты». – Дальше я ничем тебе помочь не смогу.

– Ты и так сделал много, – я поправил ножны на спине, – а внизу будешь только мешать.

Он кивнул.

За две недели пути мы успели немного узнать друг друга, хотя в основном обсуждали слизней – именно так называли их гномы. Я также узнал, что Тарин является не только одним из Старейшин клана Мифриловых Молотов, но и уважаемым гномом. Это он выдвинул идею заняться постройкой замков для людей и эльфов, и именно ему клан был обязан средствами, на которые жил. За те столетия, что клан существовал без мифрила, его казна практически опустела. К тому же Тарин и нанимал всех знаменитых магов и отряды наемников, чтобы те расчистили штреки.

Гномы приняли меня очень приветливо. Как объяснил мне Тарин, за последние двадцать лет я оказался единственным, кто согласился на очистку штреков. Все, к кому обращались гномы, знали о судьбе предшественников и отказывались, несмотря на огромное вознаграждение, что им предлагалось.

Шахты удивили меня своими размерами. Я не мог даже предположить, сколько нужно было работать, чтобы добраться до семьдесят восьмого уровня. Нужного штрека мы достигли только на четвертый день, поскольку вначале проходили жилые и рабочие уровни. После шестидесятого уровни стали пустынными – там редки были даже гномьи патрули.

Кивнув на прощание Тарину, я вошел в штрек, наклонно уходящий вниз. Мы договорились, что он будет ждать меня здесь через две недели, а если я к этому времени не вернусь, то еще через две недели он отправит мое письмо Ал’лилель. Поскольку произойти могло всякое, я на всякий случай написал его, чтобы она узнала, где и почему я пропал.

Я шел по подземному коридору, с каждым поворотом спускаясь все глубже и глубже. Я вспомнил карту этих уровней, которую показали мне гномы: семьдесят восьмой был переходным, и через пару часов я должен был попасть на металлоносный семьдесят девятый.

Подходя к началу уровня, я увидел несколько десятков объектов со странной аурой, которые двигались в мою сторону. Сконцентрировавшись, я принялся изучать их. Больше всего эти существа были похожи на помои, вылитые в лужу грязи. Других слов, чтобы описать их, у меня не нашлось. Куски зеленого студня с болтающимися внутри остатками костей и одежды были отвратительны.

Вынув меч из ножен, я положил его на плечо, затем выставил одно концентрированное Облако перед собой, второе чуть дальше и замер в ожидании, внимательно следя за слизнями. Те передвигались не быстро, но очень целеустремленно. Когда они подползли ближе, я с удивлением отметил, что каждый из них имеет направляющий жгутик энергии, наподобие тех, что я использовал для захвата сознания живых существ.

«Интересно, – подумал я, – и кто же тут управляет этой пакостью?»

Пока слизни ползли к первому Облаку, я попробовал накинуть свой жгут управления на одного из них – это получилось, но захватить сознание слизня я не смог. Оказалось, что он абсолютно безмозглый, без единого проблеска сознания. Все, что он мог, – это следовать указаниям, передаваемым ему по жгуту управления. Мои попытки перехватить управление ничего не дали, поэтому я решил проследить путь от начала жгута слизня до его конца. Моему удивлению не было предела, когда я наткнулся на еще одного слизня, к которому приходила цепочка жгутов от тех слизней, что были недалеко от меня. Находившийся на границе обзора более крупный слизень тоже имел энергетический жгут управления, уходящий куда‑то вниз.

«Кто же может одновременно контролировать столько созданий?» – устрашился я ментальной мощи неизвестного мне существа, почувствовав, как захолодело в позвоночнике.

Пока я проводил исследования, слизни подползли ближе, первый из них попал в Облако, и я заметил, что он замедлился. Затем замедлились и все остальные, также вползшие в Облако. Тем не менее, хоть и гораздо медленнее, слизни продолжали двигаться вперед.

«Ну, хоть притормозили, и то ладно», – разочарованно вздохнул я, поняв, что на эти куски студня моя магия не действует.

Хотя на самом деле я на это сильно и не рассчитывал, будь все так просто, маги давно выполнили бы зачистку.

Без какого‑либо видимого вреда для себя слизни выползли из первого Облака и, восстанавливая скорость, двинулись ко мне. Отходя назад, я на пробу кинул в них Мышей – без всякого эффекта, с тем же успехом я мог кинуть Мышей в стену.

«Начинаются проблемы», – точно определил я свое дальнейшие пребывание в недрах горы.

Дождавшись, когда слизни попадут во второе Облако, я запустил в одного из них сразу три Мыши. Слизень замер на месте.

«Хоть что‑то», – подумал я, атакуя ближайших сначала двумя, потом еще одной Мышью.

Затем, отойдя назад, поставил новое Облако, экспериментируя с количеством и силой Мышей и перебирая различные комбинации, которые могли бы эффективно воздействовать на слизней. Оказалось, что когда слизень в Облаке, достаточно двух Мышей средней силы, чтобы тот замер на десять минут, но стоило убрать Облако или прождать больше этого времени, как слизень снова начинал передвигаться.

Через два часа у меня были хорошие и плохие новости. Единственная хорошая состояла в том, что слизни умирали, если я рубил их мечом, неприятных же имелось значительно больше. Во‑первых, слизней было не просто много, а бесконечно много, во‑вторых, на то, чтобы остановить несколько десятков из них, я тратил слишком много ресурсов, которые к тому же не восстанавливались, ведь крови у этой гадости не было. Ну, и в‑третьих, если я не успевал порубить всех, то подползший на расстояние двух метров слизень начинал плеваться кислотой, которая, попадая на стены, с шипением разъедала породу. Видя изъеденный кислотой гранит, я вовсе не горел желанием получить плевок в лицо.

Все эти эксперименты привели меня к выводу – остановить слизней можно, только убив существо, которое ими управляет. Еще раз проверив запасы крови – единственную фляжку, которую я и взял‑то на всякий случай, так как привык восполнять энергию за счет своих жертв, – я тяжело вздохнул.

«Энергию тратить в крайнем случае, и всегда уклоняться от боя», – определил я свою стратегию, прежде чем направиться еще ниже, туда, куда уходил основной жгут управления зелеными комками.

Второй день я спускался в подземные горизонты, старательно обходя все коридоры, в которых видел слизней. Если бы не карта, которую я тщательно изучил перед походом, то заблудился бы в здешнем лабиринте уже после второго‑третьего уровня. Чем ниже я спускался, тем меньше времени отдыхал. Казалось, что существо, которое всем управляет, знает о моем приближении и теперь тратит почти все силы на то, чтобы меня перехватить. Оно почти не давало мне времени на сон и отдых, я постоянно пребывал в какой‑то полудреме, с трудом осматривая пространство вокруг себя. Все реже удавалось избегать столкновения со слизнями, так как их количество на этих уровнях было просто невероятным, и как я ни старался экономить энергию, она понемногу убывала, не успевая восстанавливаться. И это при том, что я не вступал в бой, а просто замедлял преследователей Облаками, убегая в лабиринты переходов между уровнями.

Сколько раз я хвалил свою память, доставшуюся мне от Поглотителя, за то, что прекрасно помнил все ходы в гномьих шахтах. Если бы не это, я никогда не прошел бы и трети пути.

К концу третьего дня я с трудом волочил ноги, а кровь во фляжке почти закончилась.

К пятому дню я остался почти без сил, с каждым новым уровнем все сложнее и сложнее получалось избегать встреч со слизнями. Кроме того, приходилось тратить много времени на поиски хотя бы немного менее опасных путей в лабиринтах. К счастью, цель была близка, и я с каждым шагом еще больше приближался к ней. Проползая по воздуховоду к большой пещере, в которую вели жгуты от слизней, я старался не думать о том, как буду сражаться с теми, кто наверняка охраняет своего Управляющего, да и способ драки с ним самим я себе никак не мог представить.

Добравшись до конца воздуховода, я осторожно высунул голову, и открывшаяся картина меня неприятно поразила. Пещера оказалась бывшим цехом гномов, в котором переплавляли мифрил в слитки. У одной ее стены располагалось множество больших чанов для плавки металла, а вдоль других стояли длинные стеллажи с ослепительно‑белыми слитками – ни сырость, ни прошедшие столетия никак не повлияли на их состояние. Сама же пещера была так плотно заполнена слизнями, что казалось, ее пол все время шевелится.

Я поискал жгуты управления и увидел, что они уходят в дальний угол пещеры и соединяются там в огромный пучок. Я стиснул зубы. Рассчитывать на прорыв через такой ковер слизней можно было только с полным магическим резервом, а он у меня практически исчерпался.

«Где можно взять энергию или хотя бы кровь для ее трансформации?» – задумался я.

И посмотрел на собственные руки, изодранные в кровь после ползания по узким каменным воздуховодам.

«Похоже, выбора нет», – вздохнул я и, пока не передумал, поставил маленькое Облако впереди себя.

Вытянув руку, я прикоснулся к нему. Кожу обожгло, словно раскаленным металлом, и я застонал, резко отдернув руку. Теперь я ее почти не чувствовал, и мне пришлось долго массировать конечность.

Только минут через десять я смог нормально двигать рукой и в сотый раз пообещал себе, что как только буду в нормальном городе, сразу же куплю самый мощный из возможных накопителей энергии. Со своими поисками я совсем забыл о том, что планировал такое приобретение уже давно, чтобы иметь резерв в подобных ситуациях.

Хоть рука и ожила, но по‑прежнему горела. Я посмотрел на слегка покрасневшее Облако, вздохнул и прекратил его подпитку. Слабенький приток магической энергии, полученный из собственной крови, едва обеспечит мне три средних Облака с небольшим периодом устойчивости.

Прикинув расстояние до того места, где сходились жгуты, я понял, что мои действия должны быть максимально точными, второго шанса мне никто не даст. Перед тем как начинать, я немного полежал, успокоился и начал действовать. Высунувшись из воздуховода, я поставил первое Облако, затем швырнул вниз меч и сам спрыгнул вслед за ним. Звон упавшего клинка эхом отразился в огромной пещере, заставив всех слизней броситься в сторону источника звука. Удачно приземлившись на ноги, я подхватил меч, поставил на пути торопившихся ко мне слизней второе Облако и изо всех сил понесся к тому месту, где сходились жгуты. Пробегая мимо замедленных слизней, я попал под обстрел кислотой – бок, спину, руки обожгло, я почувствовал, что с меня буквально сползает одежда, причем вместе с кожей.

Боль ударила в мозг, но я успел произнести заклинание для третьего Облака. Бросившись по его краю к месту схождения жгутов, я увидел под одним из стеллажей небольшой металлический короб. На бегу перехватив меч, как копье, я с разгона вонзил его в боковину. Клинок легко пробил тонкое железо, и я из последних сил принялся ворочать им из стороны в сторону, раздирая ящик. Из него хлынула какая‑то жидкость и вывалилась небольшая рука – это было все, что я успел заметить, так как боль от разъедавшей мое тело кислоты выбила из меня сознание.

Очнувшись, я застонал и пошевелился, и тут же организм недвусмысленно напомнил о том, что сегодняшнее приключение не прошло для меня бесследно. Стараясь лишний раз не шевелиться, я оглядел и ощупал себя – ожоги были ужасны.

Вся кожа с бока и спины слезла, а регенерация без притока свежей крови не происходила. Немного полежав, я решил все же что‑то предпринять, так как оставаться в таком состоянии было равносильно самоубийству – можно было остаться тут навечно. С трудом поднявшись, я содрал с себя рубаху и, разрезав ее на полосы, постарался перевязать раны. Приведя себя в относительный порядок и пытаясь не обращать внимания на боль, я оглянулся – повсюду валялись неподвижные слизни. Я оказался прав: без управления они были просто комками слизи.

Подойдя к искореженному ящику, я начал вскрывать его. Оттуда вновь потекла странная жижа, ужасно вонявшая. А в ящике обнаружился труп эльфийского ребенка. Сказать, что я удивился, увидев его, – значит, ничего не сказать. Я был поражен.

– Гномам придется мне многое рассказать, – хмыкнул я, рассматривая останки.

В глаза сразу бросилась несоразмерность туловища трупа и его головы, она была такого же размера, как у взрослого эльфа.

«Сколько же эльфы экспериментировали, прежде чем создать этого уродца с такой ужасающей силой магии Разума?» – подумал я.

Закончив изучать эльфенка, я разрубил его череп и достал мозг. Он был странного желтого цвета, так что я заколебался, есть его или нет. С одной стороны, цвет и запах были ужасны, но с другой – мозг такого существа должен быть просто насыщен нужными мне веществами, а увеличить свои силы Поглотителя я всегда стремился. Решившись, я, давясь, принялся его есть. Он ничем не отличался от остальных, был таким же осклизлым и противным на вкус. Съев все, я поставил над трупом Облако, пытаясь вытянуть из эльфеныша хоть что‑то для подкрепления своих сил. Облако пожелтело, и я снова задумался над тем, преобразовывать эту жидкость в энергию или сразу впитать в себя.

Так как обороняться было больше не от кого, то энергия была мне не так уж и нужна, а вот кровь, для ускорения регенерации, – даже очень. Как только жидкость впиталась в меня, я ощутил, что разогреваюсь. Потом почувствовал удушье, сильно закружилась голова, и я отключился, второй раз за этот день.

Очнулся я от ощущения необыкновенной легкости во всем теле, ничего не болело, как будто я только что был не полумертвым, а провел месяц дома, отдыхая и расслабляясь. Поднявшись с пола, я размотал перевязки и поразился: все ожоги затянулись молодой, тонкой розовой кожей. Объяснить, что за жидкость была в этом уродце, я не мог, но ведь именно она позволяла ему существовать столько веков, держа мозг в активном состоянии.

Оглядев пещеру, я заметил, что с моим зрением также произошли перемены, я видел дальше и еще четче, а внутренним взором без всякого напряжения различал все за стенами пещеры.

«Интересно, сколько теперь я могу удерживать существ под контролем?» – спросил я себя.

Экспериментировать было не на ком, поэтому я решил пройтись по цеху. Мое внимание сразу привлекли стеллажи с готовыми слитками мифрила. Взяв один из них, я поразился тому, насколько он легок.

«Думаю, гномы не станут возражать против небольшой премии за труды», – сказал я себе, завернул в остатки рубашки двенадцать брусков мифрила и вскинул узел на спину.

Назад я шел кратчайшим путем, поэтому мне понадобилось всего два дня, чтобы добраться до коридора, ведущего к арке входа на семьдесят восьмой уровень. Еще не ступив в коридор, я заметил четверых гномов, сидевших невдалеке от входа.

«Надо дать им знак, а то могут и пристрелить ненароком», – решил я и затопал нарочито шумно, пиная попадающиеся под ноги обломки и стуча рукояткой меча по стенам, за которыми никто не ухаживал и не укреплял вот уже несколько веков.

«Услышали, наконец, не прошло и года», – улыбнулся я, увидев, как гномы насторожились и, обнажив оружие, приготовились к сражению.

Подойдя ближе, я крикнул:

– Свои идут!

Один из гномов радостно проворчал, опуская оружие:

– Свои наверху сидят, пиво давно пьют, только чужие по заброшенным штрекам шастают.

Я вошел в круг света от их костра и улыбнулся. Гномы тоже заулыбались и выжидающе посмотрели на меня. На лице каждого можно было без труда прочесть вопрос: «Получилось?»

Настроение у меня было отличным, и я решил немного помучить их неизвестностью.

– А что вы тут делаете, а? – спросил я, словно не замечая их нетерпения. – Мы ведь договорились с Тарином, что он будет ждать меня через две недели.

– Этого варинг арга маргаза прибить мало, – отозвался один из гномов. – Как вернулся, так начал всеми командовать, приказал нашему десятнику выставить стражу рядом с аркой, на всякий случай. Вот так мы и попали сюда.

Остальные гномы закивали, подтверждая его слова.

– Сидим тут, как маргазы, ни пожрать нормально, ни пива попить, – дополнил список постигших их несчастий другой гном.

Я сглотнул, от упоминания о еде у меня началось обильное слюноотделение.

– Мне срочно нужно подкрепиться, – сказал я, принюхиваясь к запахам, исходящим от булькающего на костре котелка.

Гномы заулыбались еще шире, и тот, что до этого не раскрывал рот, пробурчал:

– Меняемся. Ты, наконец, перестаешь испытывать наше терпение, а взамен мы даем тебе жратву.

Я засмеялся во весь голос, затем, повернувшись спиной, показал им сверток с выглядывавшими оттуда брусками мифрила. Лучше бы я этого не делал, поскольку, увидев мифрил, гномы как будто сошли с ума. Они принялись лупить друг друга по плечам, обниматься, а потом поочередно тискать мое только недавно подлечившееся тело в своих медвежьих объятиях. Их лица светились счастьем.

– Как же я соскучился по мифрилу! – сказал один из них, немного успокоившись.

– Наконец‑то сможем работать, а не нести эту опостылевшую службу в караулах, – поддержал его второй.

Третий гном серьезно посмотрел на меня и, поклонившись, сказал:

– Ты не представляешь, что совершил для нашего клана, вампир. Это трудно оценить даже тем вознаграждением, что тебе пообещали наши Старейшины. Прошу тебя, останься у нас хотя бы на неделю, я должен сделать тебе небольшой подарок.

Другой гном похлопал меня по плечу:

– Слушай, вампир, что говорит мастер Борин. Лучшего специалиста по работе с мифрилом не сыскать на этом континенте. Если он обещал сделать подарок, то сделает такой, что не стыдно будет подарить и королеве.

Я тоже посерьезнел и поклонился гному:

– Мастер Борин, я приму от вас подарок для своей королевы.

Поев и немного рассказав гномам о своих приключениях в пещерах, я в сопровождении караульных двинулся в обратный путь наверх. Не знаю, как подгорный народ пронюхал о моем успехе и возвращении, но, когда мы поднялись на пятидесятый уровень, нас уже ждали все Старейшины и множество других гномов. Тарин, увидев меня, подбежал и обнял. Все остальные гномы смотрели на меня, как будто я Тюрин, сошедший с небес и решивший дать пару уроков кузнечного мастерства. И только сейчас я по‑настоящему прочувствовал, что действительно не просто очистил для гномов месторождение мифрила, а вернул им их любимое дело.

В обществе полностью преобразившихся гномов скучать не пришлось. Они сияли от счастья и, как один, приступили к работе по очистке от слизней всех нижних ярусов. Очень скоро мне пришлось дать полный отчет о своих приключениях в шахтах Совету Старейшин клана и рассказать, кто был причиной их многолетних бедствий. Гномов неприятно поразили мои догадки о причастности эльфов к появлению слизней в подземельях, а также тот факт, что кто‑то из своих пронес в цех тот злополучный ящик.

Внимательно выслушав меня, Старейшины задали множество уточняющих вопросов, но, так как в основном это были мои догадки, я ничем не мог им помочь. Я сказал, что хотел бы сразу, как только восстановлюсь, продолжить свой путь. Неделя, обещанная Борину, подошла к концу, я полностью поправился, и вскоре была назначена дата моего отбытия.

Этот день гномы решили отпраздновать всеобщим пиром, и я не смог отказать им, хотя и не любил больших скоплений народа. В начале торжества Тарин преподнес мне договор с их кланом, по которому они брали на себя обязательство возведения за свой счет моего замка. Дальше нескончаемым потоком полились тосты в мою честь, и только в середине пиршества мне удалось незаметно уйти. Следовало хорошо выспаться, ведь завтра я отбывал в Эрон. Я уже решил, что домой возвращаться не буду, а поплыву сразу на Эрдан.

Утром, проснувшись и умывшись, я принялся собираться в дорогу. Слитки замотал в тряпку и уложил на дно сумки. Тарин назвал мне примерную их цену. Она впечатляла.

Выйдя из своей комнаты, я наткнулся на Тарина и довольного мастера Борина. Поодаль стояли другие гномы. Я сразу вспомнил, что не видел мастера на пиру.

– Каин, – обратился ко мне он. – Я надеюсь, ты не забыл о моем обещании?

– Как можно, мастер, – я склонил голову в знак уважения.

Борин повернулся и кому‑то кивнул. К нам тут же подбежал гном с подносом, накрытым плотной тканью. Продолжавший сиять Борин принял у него поднос и откинул ткань. У меня, да и у всех гномов, отпали от удивления челюсти. На подносе лежал настоящий шедевр ювелирного искусства – филигрань в виде небольшой мифриловой диадемы, в изгибы которой были вставлены бриллианты. При свете факелов диадема сверкала и искрилась сотнями огней.

«Да, – подумал я, любуясь драгоценностью. – Мастер действительно не соврал, это подарок, достойный Ал’лилель».

Я глубоко поклонился мастеру и сказал, впечатленный его работой:

– Мастер Борин, вы всегда будете почетным гостем в моем замке.

Он кивнул в ответ. Вручив мне шкатулку из мифрила для хранения диадемы, мастер попрощался и ушел в свою мастерскую. Как мне потом сказал Тарин, делать подарок Владыке гномов в знак того, что клан Мифриловых Молотов вновь контролирует месторождение.

Распрощавшись со Старейшинами, мы с Тарином отбыли обратно в город.

В Эроне я оставил на хранение Тарину диадему и одиннадцать слитков мифрила, так как не хотел таскать с собой такие сокровища.

Тепло распрощавшись с гномом, я погрузился на корабль, который отходил на Эрдан, в порт Киоро. С купцами я еще до ухода к гномам договорился, что они возьмут меня на борт. Деньги решили все, за мешочек золота мне дали лучшее место.

Глава 3. Эрдан

Морское путешествие прошло в полном безделье. Я даже не упражнялся, так как не хотел показывать остальным степень своей подготовки.

Тарин посоветовал мне не покупать кристалл‑накопитель в Эроне, а купить в Киоро – там за те же деньги я мог приобрести значительно более мощный амулет. Я решил последовать его совету.

По прибытии я собирался, стараясь не привлекать к себе особого внимания, выведать в городе нужную мне информацию. Как мне было известно, Киоро контролировал сильнейший эльфийский род Утренней Росы, и связываться с ними не советовал ни один купец.

Путешествие продлилось два месяца, и вот мы услышали долгожданное: «Земля на горизонте!»

Если бы я знал, что произойдет дальше, я бы тут же спрыгнул с корабля и вплавь добрался до какой‑нибудь тихой бухты. Но, не зная, что меня ждет, я спокойно стоял на палубе рядом с купцами, разглядывая шпили башен, возвышавшихся над залитым ярким солнцем огромным городом.

Корабль причалил к пирсу ближе к вечеру, дождавшись своей очереди на швартовку. Кораблей было очень много, попадались такие необычные, что приходилось спрашивать купцов, откуда это судно. Они же пояснили мне, что город является основным открытым портовым городом на Эрдане и в него стекается большинство купцов со всей Эратии. Встав в очередь на таможенный досмотр, я настроился на долгое ожидание. Время тянулось невыносимо медленно, стражники‑эльфы были надменны и грубы, совершенно не считаясь ни с кем из пассажиров.

Их наглость начинала раздражать меня, но я сдерживался, поскольку меня они пока не трогали. Хотя я то и дело ловил их презрительные взгляды. Мою внешность трудно было скрыть, а я знал по рассказам купцов, как тут относятся к вампирам.

Особенно раздражал меня хлыщ с серьгой в ухе, который, видимо, был тут главным. Прохаживаясь мимо путешественников, он кривил тонкие губы и, сплевывая, отпускал комментарии о каждом, кто хоть как‑то отличался от остальных. Сопровождавшие его юные эльфы весело смеялись и поддакивали ему. Все терпеливо сносили унижения, промолчав, даже когда эльф забрал у одного из путешественников приглянувшееся ему украшение.

Я старался особо не бросаться в глаза, но из‑за высокого роста и торчащей за спиной рукояти меча мне это не удалось. Когда он проходил мимо, его взгляд остановился сначала на рукояти меча, а потом его глаза встретились с моими.

– О, еще один кровосос! – закричал он. – Эй ты, червь, подойди к благородному!

Я сделал вид, что не расслышал, хотя кровь во мне начала закипать. Путешественники, испугавшись, расступились, образовав вокруг меня пустое пространство.

– Слышишь, ты, упырь! – крикнул хлыщ. – Он глухой, что ли?! – повернулся эльф к своей свите, и юнцы принялись острить, высказывая различные предположения о том, из‑за чего я мог лишиться слуха.

Даже за половину таких оскорблений я мог убить их всех, но, напоминая себе, что я здесь чужак, терпел. Вдруг у меня за спиной раздался спокойный и уверенный голос:

– Эн’зиль, если отец назначил тебя командиром портовой стражи, это не дает тебе права никого оскорблять. Разве ты не знаешь, что в других странах Старшие вампиры по силе равны и даже превосходят наших благородных?

Я оглянулся и увидел высокого крепкого эльфа со множеством шрамов на лице и руках. По излучаемой им уверенности сразу было видно, что это опасный и опытный противник. Недооценивать такого было бы большой и, скорее всего, последней ошибкой в жизни.

В ответ на тираду воина хлыщ только пренебрежительно скривился:

– И это мне говоришь ты? Грозный Эль’тель? Вспомни, сколько этих кровососов на твоем счету.

Затем Эн’зиль словно взбесился. Он заорал, брызгая слюной и тыкая в воина пальцем:

– И вообще, кто тебе давал право указывать мне?! Ты вообще кто? Иди, куда шел! Или тебе нечем заняться?

Воин заскрипел зубами, но смолчал. Развернулся и удалился. Видимо, разозленный тем, что ему сделали замечание на виду у всех, хлыщ обрушился на меня:

– А ты что улыбаешься, червь? А ну, подойди сюда!

Он кивнул стражникам, и те приблизились ко мне и повелительно указали копьями. Выхода не было. Я, как и эльфийский воин, скрипнул зубами и шагнул к папенькиному сынку и его компании.

– Покажи мне свою железку, упырь, – приказал он, показывая рукой на меч. – Мне всегда было интересно, чем воюют червяки.

Услышав его слова, компания залилась смехом. Я отстегнул спинные ножны и поставил перед собой, посматривая на направленные на меня острия копий.

– Вытаскивай! – приказал эльф.

Я посмотрел на стоявщих рядом стражей, которые, поймав мой бешеный взгляд, покрепче перехватили копья. Потянул меч из ножен. Когда показалась голубоватая сталь лезвия, не только эльфы, но и все, кто разбирался в оружии, не смогли сдержать восхищенного вздоха. Такой редкости многие не видели никогда.

Хлыщ и компания сначала замерли, а потом в его глазах загорелись алчные огоньки.

– Я конфискую этот меч! – заявил он. – А вора‑вампира приказываю бросить в темницу. Там и поговорим с ним, выясним, где он мог достать меч из небесного металла. Наверняка украл у благородного эльфа.

Его слова были последней каплей. Поняв, что тихо уйти не получится, я выпустил всю злость, что сдерживал в себе. Миг – и во все стороны полетели Облака и Мыши, накрывая всех, кто оказался рядом. Стоны и вопли смешались с руганью стражи.

Я произносил заклинания одно за другим. Стоявших рядом со мной копейщиков я захватил, как и еще десятка два людей и эльфов, ведь мои способности после съедения мозга эльфенка из гномьих пещер стали значительно выше прежних. Все они защищали меня от нападавших стражников, которых становилось с каждой секундой все меньше и меньше.

Когда злость ушла и я перестал колдовать, весь пирс был завален трупами, а я до краев наполнился энергией и кровью. Я осмотрелся. Мою ярость не пережил никто – ни эльфы, ни путешественники, ни мирные жители из домов неподалеку. Тишину нарушал только плеск волн о пирс. Вернув меч за спину, я поспешно отправился в сторону едва видимых отсюда гор. В том, что будет погоня, можно было не сомневаться.

Эль’тель сразу, как только увидел вампира и почувствовал исходившую от него смертельную ауру, наплевал на субординацию и попытался остановить юного недоумка Эн’зиля, сына наместника города. Правда, при других обстоятельствах он сделал бы это не в такой резкой форме, но этот непонятный черный плащ на плечах вампира, как будто состоявший из черного воздуха… Еще во время прежних войн с вампирами он усвоил одно правило: если вампир непонятен, то, прежде чем на него нападать, нужно провести разведку. Это оправдывало себя во всех тех случаях, когда Эль’тель сталкивался с вампирами. Первая встреча его отряда со Старшим вампиром из рода Летучей Мыши… Тот бой эльф запомнил на всю жизнь. Именно после него выработалось это «золотое» правило, а тогда из всего отряда уцелел только он, вампир же, не получив ни одной царапины, ушел, решив, что убил всех.

Вот и сегодня Эль’тель, глядя на вампира, испытал то страшное чувство смертельной угрозы. Именно поэтому он попробовал осадить безмозглого Эн’зиля с прихлебателями.

Услышав крики, он бегом вернулся на пирс и ужаснулся – все вокруг было завалено трупами.

«Кого же мы впустили в город?» – задавал он себе вопрос и не находил ответа.

И все‑таки обнаружился полуживой вампир, свидетель случившегося. Он спасся только потому, что сразу распознал, кто стоит перед эльфами, и бросился бежать без оглядки. Вампир всего чуть‑чуть не успел выскочить из зоны поражения магии и сидел, потирая пострадавшую ногу. Эль’тель не стал его расспрашивать и доставил к наместнику. Происшествие было экстраординарным, подобного не происходило с тех пор, как эльфы захватили власть практически над всем континентом.

Вампир стоял на коленях перед наместником, дрожа от страха, и у Эль’теля по спине пробежал холодок. Он понял, что страх этот вызван тем незнакомым вампиром, стоявшим в очереди, взгляд черных глаз которого он успел поймать, прежде чем уйти с пирса.

Наместник начал грубо допрашивать пострадавшего вампира, но тот не мог произнести ни слова. Сердце Эль’теля защемило от нехорошего предчувствия.

– Повелитель, позвольте мне, – попросил он у разошедшегося не на шутку наместника, потерявшего сегодня единственного сына, гарнизон береговой стражи и в придачу к этому множество мирных граждан.

Тот, ударив вампира ногой, вернулся в свое кресло.

Эль’тель сходил за водой и протянул ее вампиру. Тот принялся жадно глотать и, напившись, благодарно кивнул.

– Как тебя зовут? – спросил Эль’тель.

– Алин из рода Быстрых Теней, – ответил тот, все еще нервно подрагивая.

– Алин, скажи, ты ведь не нас сейчас боишься, а того вампира? – задал, наконец, Эль’тель мучавший его вопрос.

Увидев согласный кивок вампира, он хмуро посмотрел на повелителя. Тот начал что‑то соображать.

– Ты знаешь, кто это? – продолжил воин, стараясь быть спокойным, но сердце его начало бешено колотиться.

Наместник, поняв, что хотел показать ему страж, внимательно слушал. Вампир сглотнул и уже спокойней ответил:

– Я не знаю, как его зовут и из какого он рода, но это не имеет никакого значения! Он Рыцарь Смерти!

Услышав название старого титула из древних сказок вампиров, наместник и Эль’тель недоуменно посмотрели друг на друга. Вампир быстро заговорил:

– Вы не понимаете… Рыцарь Смерти – это не титул. Им может стать только сильнейший вампир, убивший множество живых существ. Слово «множество» в понятиях древних вампиров не было определено, это могло быть и несколько сотен, и несколько тысяч, и даже сотни тысяч, все зависело от того, к кому применялось данное слово. Так вот, тот вампир, который сошел на берег, – это настоящий Рыцарь Смерти с полностью сформированным плащом, а это значит, что он убил достаточно существ и уже сейчас может превращать любую область в Мертвую Землю.

Услышав уже знакомое название, эльфы побледнели от ужаса. Огромные пятна Мертвой Земли на местах древних городов были безжизненны до сих пор. Там ничего не росло, туда боялись заходить животные и залетать птицы. Эти места считались проклятыми Богами, и только сейчас эльфы вспомнили, кто на самом деле являлся причиной их возникновения.

– Ты хочешь сказать, что вампир, который устроил бойню в моем городе, мог оставить от него только кусок Мертвой Земли? – помрачнев, уточнил наместник.

Вампир часто закивал:

– Так говорят наши легенды.

Наместник задумался, потом жестом приказал вывести вампира. Когда за ним закрылась дверь, наместник и Эль’тель переглянулись, и воин увидел в глазах наместника тот же страх, что испытывал сам. И было отчего – оживали древние вампирские легенды, а это могло угрожать не только им двоим, но и всем эльфам на континенте.

– Нужно срочно собрать Совет, – сказал наместник. – Я распоряжусь оповестить всех благородных нашего рода, а ты организуй погоню за вампиром. Атаковать пусть не атакуют, но выследить, куда пошел, нужно. Выполняй.

Воин с тяжелым сердцем вышел из кабинета.

«Эн’зиль, мерзкая тварь! – он был зол, как никогда. – Зачем он прицепился к этому вампиру?!»

Если тот столько времени сносил оскорбления и не нападал, то можно было обойтись без бойни. Нужно было не злить вампира, явно прибывшего сюда по каким‑то своим делам и не искавшего конфликта с властями. Теперь же ситуация вышла из‑под контроля, и Эль’тель со страхом ждал продолжения похождений вампира. А в том, что они будут, он ни капли не сомневался.

Я шел к горам, проклиная эльфа, из‑за которого все мои планы были нарушены. Я не собрал информацию, не купил накопитель, а теперь еще за плечами повисла погоня. Вначале эльфы держались далеко позади, стараясь себя не выдавать, но после нескольких моих засад решили ехать в зоне видимости. Они меня раздражали, но на равнине я ничего с ними поделать не мог. Они видели теперь каждый мой шаг, к тому же держались на границе действия моих заклинаний и сразу отступали, если я поворачивался к ним. Поэтому я еще быстрее зашагал к горам. Там можно было не только скрыться, но и устроить хорошую засаду.

Когда, наконец, появились невысокие скалы, я обрадовался. Эльфы потеряли возможность видеть, куда я иду, и вынуждены были подъехать ближе. Я заметил, как их отряд пришпорил коней и сократил дистанцию до меня. Через некоторое время я приглядел хорошее место для засады. Дорога здесь шла вдоль бока скалы, с другой стороны был обрыв. Поставив на дороге обширное Облако, я зашел за поворот.

Однако в Облако попали только пять эльфов, ехавших первыми, остальные слишком отстали, чтобы попасть под действие заклинания. Я же, как только пали первые всадники, бросился навстречу преследователям, стараясь приблизиться на расстояние полета Мышей. Быстро сориентировавшиеся эльфы сразу же развернули коней и ускакали назад. Догонять их было бесполезно, поэтому я продолжил путь. Оставшиеся в живых последовали за мной, но теперь они были настороже, к тому же ехали врассыпную, на значительном расстоянии друг от друга – такие уроки они усваивали быстро.

На третий день пути, когда я, наконец, пошел по горным тропам, эльфы от меня отстали – следить за мной не представлялось возможным, а вероятность попасть в засаду была очень велика. Вскоре, не обнаружив погони в зоне видимости, я вздохнул свободно.

Еще два дня мне понадобилось, чтобы перейти через перевал. Было холодно, легкая одежда не спасала от снега и ветра. Сколько раз я проклинал того идиота‑эльфа, из‑за которого был вынужден терпеть все эти невзгоды!

Облегчение, с которым я встретил первые островки зеленой травы, ни с чем нельзя сравнить. Я обрадовался, что смогу, наконец, отдохнуть и согреться.

Жаря над углями мясо пойманного оленя, я заметил, что ко мне приближаются три вампирские ауры. Я достал и разложил свои последние припасы – немного зелени и кусок засохшей овсяной лепешки. Вампиры остановились неподалеку и принялись переговариваться.

Поскольку мясо было уже почти готово и мне хотелось спокойно поесть, я прервал их затянувшееся совещание. Кинув жгут энергии и захватив сознание одного из них, я приказал остальным подойти к костру. Лица вампиров сильно вытянулись, но они бегом бросились ко мне. Подбежав, все испуганно замерли.

– Присаживайтесь, в ногах правды нет, – я приглашающе махнул рукой. – Если хотите есть, присоединяйтесь.

Я выложил мясо на большие зеленые листья, которые сорвал с невысокого кустарника, росшего рядом. Вампиры переглянулись и, скромно присев у костра, честно разделили угощение между собой. С виду это были обычные подростки, каким и я был не так давно, они даже не прошли посвящение. Они ели молча, не переставая коситься на меня. Видимо, первый испуг у них прошел, и теперь они мучились любопытством, но заговорить первыми не смели.

– Каин, род Носферату, – прервал я затянувшееся молчание.

– Раин, род Быстрых Теней… Амир, род Быстрых Теней… Радир, род Быстрых Теней, – по очереди представились они.

Теперь, по этикету, они должны были попросить у меня разрешения продолжить разговор. Мальчишки оказались хорошо воспитаны, и я дал разрешение. Можно было, конечно, просто просмотреть их сознания, но особой нужды в том, чтобы пользоваться своими способностями, я не видел.

– Уважаемый… – начал Раин.

– Пока вы сидите у моего костра, называйте меня Каином, – перебил я его, в то же время переводя разговор в дружескую тональность.

– Каин, мы спорили с ребятами, скажи нам, кто прав, – продолжил Раин уже смелее. – Вот Радир говорит, что ты Рыцарь Смерти, а мы с Амиром ему доказываем, что Рыцари Смерти бывают только в легендах, – подросток выжидающе посмотрел на меня.

– Я Рыцарь Смерти, – подтвердил я, подмигивая Радиру.

Воцарилось молчание.

– Но… но этого не может быть, – робко сказал Амир.

– Это почему же?

– Рыцарей Смерти уже нет. Мой дедушка рассказывал, что последний из них был убит эльфами много столетий назад, он сам был тогда еще ребенком.

Слова Амира меня заинтересовали. Его дедушка, по‑видимому, много знал о Рыцарях Смерти.

– А сколько лет твоему дедушке? – спросил я.

– Больше четырехсот, – гордо произнес молодой вампир, выпятив грудь. – Он Повелитель нашего рода.

Я внимательно посмотрел на мальчика. Похоже, он не врал.

– Давайте сделаем так: мы сейчас пойдем к вам в замок и спросим у твоего дедушки, правду я говорю или нет, – предложил я.

– У нас нет замка, – тихо ответили мальчишки, практически в один голос.

– А где же вы живете? – удивился я.

– В нашем поселке, тут недалеко. – Раин показал рукой.

– Странно, – пожал я плечами. – Повелители рода обычно живут в замках.

– У нас был замок, – тихо произнес Амир. – Но его разрушили эльфы, выгнав нас оттуда…

– Вот как…

Затушив костер и закопав объедки, мы направились в поселок вампиров.

Поселок стоял в излучине неширокой реки.

«Да‑а‑а, – подумал я. – До чего здесь дожили вампиры: замка нет, ограды нет, часовых нет… Как они вообще будут защищаться, если на них нападут?»

Когда мы подошли ближе, нас заметили, и навстречу вышли трое взрослых вампиров. Глядя на одного, по виду самого старого, я прикинул его возраст – действительно, не меньше четырехсот. Когда мы сблизились, Старший вампир пристально на меня посмотрел, а затем опустился на одно колено. Я от неожиданности отступил на шаг назад. Обычно так приветствовали на церемониях вампиры своего Повелителя, в быту же достаточно было простого наклона головы. Остальные вампиры замерли, они, как и я, были ошеломлены поступком своего Повелителя.

– Повелитель рода Быстрых Теней приветствует достойнейшего, – произнес склоненный передо мной вампир.

Я ошарашенно сглотнул комок в горле и ответил:

– Каин из рода Носферату приветствует Повелителя рода Быстрых Теней. Извините, уважаемый, но я не помню, чтобы Повелитель рода приветствовал так обычного вампира.

Вампир поднялся с колена и поклонился мне:

– Так все обязаны приветствовать того, кто приблизился всего лишь на один шаг к Госпоже.

Какая Госпожа? О чем он?

– Уважаемый, – обратился я к нему. – Может, продолжим разговор у вас в доме? Своим ответом вы вызываете у меня вопросы.

Вампир кивнул и гордо выпрямился, его глаза сверкнули:

– Как будет угодно достойнейшему.

Я пошел вслед за ним, а за нами потянулись его спутники и ошарашенные безмолвные подростки. Мальчишки наверняка не понимали, почему их Повелитель встал на колено перед чужаком, с которым они недавно запросто ели.

Когда мы вошли в поселок, кругом стояла абсолютная тишина. Взрослые закрывали рты детям, не давая им болтать, сами же испуганно смотрели нам вслед.

В дом Повелителя зашли только мы с ним. Сопровождавшим его вампирам он приказал заняться делами. Они безропотно ушли, хотя по их горящим взорам было видно, что они дорого бы дали, чтобы остаться с нами. Повелитель отдал кому‑то в доме распоряжения и проводил меня в комнату, где стоял большой круглый стол. Не успел я оглядеться, как вошла девчонка с подносом. Кинув на меня любопытный взгляд, она быстро расставила еду и ушла, закрыв за собой дверь.

– Уважаемый, может, объясните свое поведение? Если честно, я до сих пор в недоумении, – начал я разговор, не притронувшись к еде, меня интересовал только этот вампир. Да и ел я совсем недавно.

– Когда вы стали Рыцарем Смерти? – задал он встречный вопрос.

– Несколько лет назад, – ответил я.

– Как же давно я перестал надеяться, что встречу такого, как вы, – снова непонятно сказал он.

– Называйте меня Каином и на «ты».

Вампир кивнул:

– Думаю, тебя интересует все, что касается Рыцарей Смерти.

– И даже больше.

– Это длинная история, – вампир поерзал на стуле, усаживаясь удобнее.

– Повелитель, я весь внимание.

Он прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания.

– Риэн! – раздался голос матери.

Я отбил мечом выпад брата и, поклонившись ему, закончил тренировочный бой. Голос у мамы был обеспокоенный, следовало поторопиться. Подбежав к ней, я спросил:

– Что случилось, мам?

– Быстро беги домой, отец хочет тебя видеть! – еще более взволнованно сказала она.

Я удивился – мама была самым невозмутимым вампиром из всех, кого я знал. Я выскочил из пролеска, где мы каждое утро тренировались с братом, и припустил к нашему замку. Вбежав во двор, я замер от удивления – там стояло огромное чудовище. Поодаль толпились и дети, и взрослые.

Я оглядел странного монстра – никакое другое слово ему не подходило. Больше всего он был похож на дракона, изображения которых висели у нас в холле. Точнее, не на самого дракона, а на скелет дракона, так как чудище состояло из одних костей. Они были черными, невероятно шипастыми, с белыми вкраплениями, тускло мерцающими на солнце. Огромные костяные крылья были сложены по бокам его длинного тела. Картину дополняли четыре костяные лапы, заканчивающиеся большими когтями, и красные, горящие огнем глаза. Монстр изредка недовольно рыкал и поворачивал свой огромный шипастый череп к окружавшей его толпе.

«Похоже, ему не очень нравится ощущать на себе слишком много чужих взглядов», – подумал я, обходя это чудище по широкой дуге.

Проходя мимо его бока, я удивился еще больше. Посередине хребта переплетение костей походило на большое кресло. Я протер глаза – нет, зрение мне не изменило, это было именно кресло, выросшее из костей, но абсолютно гладких, без шипов.

«Место для всадника, – понял я. – Что же за всадник у этого монстра?»

Меня ждал отец, и я побежал в его кабинет, оглядываясь на костяного дракона.

Мой отец, третий Повелитель рода Быстрых Теней, был невероятно могуществен, а то уважение, которым он пользовался у остальных родов, позволяло мне смотреть на своих сверстников свысока. Все знали, что Повелитель – постоянный победитель турнира мечников, проводимого раз в десятилетие всеми родами. Еще никто за эти годы не смог составить ему конкуренцию. Я очень гордился отцом и делал все, чтобы быть на него похожим. Даже мама, смеясь, говорила, что я перегибаю палку, стараясь копировать его походку и манеру говорить, но меня это не останавливало – я хотел стать таким, как он.

Взволнованный, я постучал в дверь и, не дождавшись ответа, вошел.

Картина, которую я увидел, меня настолько поразила, что кровь прилила к лицу, а уши буквально стали гореть – в высоком кресле сидел странный незнакомец, а перед ним на одном колене стоял мой отец.

«Отец на колене перед неизвестно кем?! – мелькнула у меня первая мысль. – Его заколдовали!» – решил я, прыгая на незнакомца и вытаскивая свой короткий меч.

– Риэн! – раздался голос отца, когда я замахнулся для удара. И почти сразу же перестал чувствовать свое тело, меня полностью парализовало.

Я посмотрел на незнакомца, и мои глаза словно встретились с двумя горящими углями, каким‑то чудом попавшими в его глазницы. Чужак молчал. Я почувствовал, как мои кости начинают ломаться одна за другой, и в комнате раздался противный хруст. Боль пронзила меня, но я не мог закричать, язык тоже мне не повиновался.

– Достойнейший, я отвечу за своего сына, только не убивайте его, – раздался просящий голос отца.

Незнакомец перевел взгляд на него, сила, сковывавшая меня, внезапно исчезла, и, крича от боли, я упал на ковер.

– Ты сам это сказал! – раздался приглушенный и очень спокойный голос незнакомца. – Поверь, я возьму твое слово.

Незнакомец повернулся ко мне:

– Если ты хочешь прожить долгую жизнь, никогда не нападай, не зная силы противника. Сломанные кости – это самое малое, что может с тобой случиться. А теперь слушай меня молча, иначе твой отец ответит за твой поступок.

Я стиснул зубы и больше не издал ни звука, несмотря на терзавшую меня боль.

– Завтра ты проводишь меня на древнее драконье кладбище. На то, что ты нашел в горах.

Как он узнал? Ведь я говорил об этом только отцу и его другу, год назад.

– Но, достойнейший, у него сломаны кости, – возразил отец.

Незнакомец перевел свои горящие, словно огнем, глаза на него, и отец замолчал. Зато я почувствовал, как сломанные кости внезапно пришли в движение, и меня захлестнула новая боль, заставив потерять сознание.

Пришел я в себя оттого, что кто‑то гладил меня по голове. Открыв глаза, я увидел заплаканную маму, сидящую рядом со мной, а чуть левее от нее сидел отец. Увидев, что я пришел в себя, он облегченно вздохнул.

Пошевелившись, я понял, что у меня больше ничего не болит, но все тело было охвачено странным зудом.

– Лежи, Риэн, – сказала мама, предотвращая мою попытку подняться.

– Что произошло, папа? – недоуменно спросил я.

– Он срастил тебе все сломанные кости, – хмуро ответил отец. – Даже не спрашивай меня как, магия Рыцарей Смерти подвластна только им.

– Да кто они вообще такие?! Почему ты встал перед ним на колено?! – закричал я.

– Риэн, нельзя так разговаривать с отцом! – строго сказала мама.

– Именно таким образом обязаны приветствовать все вампиры того, кто приблизился всего на один шаг к нашей Госпоже, – тихо ответил отец.

– Не понимаю тебя, – я постарался успокоить бушевавшую во мне бурю.

Почему отец так унижался перед незнакомцем?

– Понимаешь, Риэн, все вампиры наполовину мертвы, нас нельзя назвать ни живыми, ни мертвыми. Мы существуем между Жизнью и Смертью. Когда‑то давно Жизнь и Смерть – эти две могущественные богини – поделили между собой все на Эратии. Так как Жизнь была более могущественной, то она забрала себе многое, оставив Смерти лишь нежить, различных тварей и злость оттого, что та была обделена при разделе.

Поэтому, когда они начали делить людей, Смерть вцепилась в последнего человека и не захотела отдавать его Жизни. Они поборолись за него, а потом, разозленные упорством друг друга, одновременно бросили его на землю. Именно так появился первый вампир. Он жил недолго, но из его мертвого тела появились другие. Мы живем почти так же, как люди, испытываем чувства, как люди, но все же в нас есть и мертвая часть, поэтому мы существуем и как нежить. Нам, для поддержки нашей неживой части, нужна кровь, и только благодаря ей мы имеем преимущество перед людьми – возможность трансформироваться и переходить в боевую форму.

Богини решили сделать так, чтобы мы сами выбрали одну из них. И, чтобы не уступить друг другу, принялись наделять вампиров разными способностями. Так наши женщины стали рожать, как и людские. Но все наши дети рождаются мертвыми, и если отец не даст ребенку напиться своей крови, тот умрет. Ничья другая кровь не оживит новорожденного.

Жизнь давала нам радости любви, вкушения пищи и вина, Смерть же давала неуязвимость, сильную магию, возможность к высшим трансформациям. К сожалению, первые вампиры решили не выбирать ни одну из богинь, они жили, радуясь полученным дарам и требуя еще. Тогда богини рассвирепели и поклялись, что вампиры смогут присоединиться к одной из них только при выполнении некоторых условий. Если вампир захочет присоединиться к богине Жизни, он должен произвести на свет столько детей, сколько капель крови он выпил за свою жизнь. Тогда у него появится красный плащ за спиной. А когда детей станет столько, что он сам увидит свой плащ, тогда Рыцарь Жизни присоединится к богине Жизни и сможет жить рядом с ней, в ее божественных чертогах.

Смерть же поклялась, что Рыцарем Смерти станет только тот вампир, который убьет столько живых существ, сколько капель крови он выпил за свою жизнь. Тогда у него появится черный плащ за спиной, и если он продолжит убивать до тех пор, пока сам не увидит свой плащ, то богиня Смерти заберет его к себе.

Дав такую клятву, возмущенные богини бросили вампиров и уединились каждая в своем дворце.

Как показало время, от этой клятвы выиграла только Смерть. Жизнь зря наделяла вампиров столь многими чертами людей: месть, алчность, жажда власти – все это передалось и вампирам. Вскоре после того, как вампиры поняли, что благ больше не будет, они стали драться за лучшую еду, лучшее вино и лучших женщин, убивая друг друга. Сильнейший, убивший множество своих собратьев, получал часть черного плаща за плечами, который рос по мере того, как он убивал все больше и больше.

Так в мире появились первые Рыцари Смерти, их стали называть достойнейшими и преклонять перед ними колено. Первый из них создал собственную магию Смерти и передавал знания о ней только тому, кто носил за плечами черный плащ. Сила этой магии была неодолима, один Рыцарь Смерти мог противостоять многим тысячам людей, эльфов, вампиров.

Весь мир вздрогнул от появления Рыцарей Смерти, ведь убивать гораздо проще, чем давать жизнь, а приобретаемое могущество было очень велико. Рыцари не учли только одного: как только они пересекали черту и начинали видеть свой плащ, то умирали, присоединяясь к богине Смерти. Когда остальные Рыцари узнали, что происходит с их братьями, увидевшими свой плащ, они отказались от убийств. Об этом узнали те, кто страдал от тирании Рыцарей Смерти, и началась большая охота. Рыцарей Смерти преследовали, стараясь сделать так, чтобы они убивали как можно больше живых существ. Подставлялись все, лишь бы Рыцарь убивал больше. Очень скоро Рыцарей Смерти почти не осталось.

Все изменилось, когда один из Рыцарей Смерти придумал, как можно так преобразовать магию Смерти, чтобы при убийстве плащ не увеличивался. Свое заклинание он назвал Поглощением и пользовался им, высасывая из живых существ их энергетическую оболочку, но не трогая тело. Конечно, лишившись своей души, все умирали, но плащ не увеличивался, ведь Рыцарь при этом не затрагивал живую материю.

К его большому сожалению, в живых остались единицы Рыцарей Смерти, поэтому знание об этом заклинании досталось уже немногим. Но все же именно это время считается настоящим расцветом Рыцарей Смерти: могущественные, практически неуязвимые, они теперь убивали без оглядки на плащ, и вскоре реки крови залили все материки.

Тогда и вошло в жизнь вампиров правило: тот, кто убьет Рыцаря Смерти, становится Королем всех вампиров. Изредка это все же удавалось, и такие Повелители правили веками, объединяя все роды вампиров в один, под своим правлением.

Отец закончил повествование и замолчал.

– Неужели не было ни одного Рыцаря Жизни? – спросил я, ошеломленный его рассказом.

Отец покачал головой:

– Понимаешь, Риэн, я рассказал тебе легенду, которую услышал от своего деда, когда был в том же возрасте, как ты сейчас. Сейчас эту легенду вообще никто не знает, как, впрочем, и множество других. Если Рыцари Жизни и были, то об их существовании никто не помнит, Рыцарей Смерти же все помнят по тому ужасу, что они несли с собой. Именно поэтому, когда я увидел, кто снижается с неба, я постарался вести себя так, чтобы не раздражать нашего незваного гостя. Поверь, он, не моргнув глазом, превратит наш замок в пепел и песок.

Поэтому, когда завтра поведешь его к кладбищу, старайся не разговаривать с ним и, вообще, как только выполнишь то, о чем он тебя просил, сразу возвращайся домой. Не надо нам знать, для чего ему нужны кости древних драконов. А теперь спи, завтра тебе предстоит дальняя дорога.

Отец взлохматил мне волосы и вышел из комнаты. Мама поцеловала меня и вышла вслед за ним.

Я еще долго ворочался в кровати, вспоминая события этого дня и рассказ отца. Утром, после завтрака, мы вышли во двор. Монстр по‑прежнему стоял там. Увидев хозяина, он заревел.

– Ну, ну, успокойся, – сказал Рыцарь, подойдя к нему ближе, и положил ладонь на подставленный огромный шипастый череп.

Монстр заурчал, когда хозяин поглаживал его по тем местам, где не было страшных шипов. Рыцарь Смерти повернулся ко мне:

– Отправляемся, иди сюда.

Когда я подошел ближе, дракон лег на землю, и Рыцарь прошел по его крылу к тому углублению, где я вчера заметил кресло. Дойдя до него, он посмотрел на меня:

– Тебе нужно особое приглашение? Быстро сюда!

От его окрика я очнулся и ступил на крыло дракона. Присмотревшись, я увидел узкую дорожку без шипов. Она вела к углублению, где стоял Рыцарь. Добравшись до него, я еще раз убедился в том, что там действительно есть кресло. За креслом я обнаружил небольшую костяную корзину, наверное для вещей. Сев в кресло, Рыцарь показал мне рукой место рядом с собой. Когда я сел, он сказал чудищу: «Полетели». Дракон, довольно рыкнув, присел на лапы и внезапно, как лягушка, подпрыгнул.

Я поразился высоте этого прыжка. Монстр оказался почти вровень с верхушками башен замка и расправил огромные крылья. Затем произошло то, что я с восторгом вспоминаю до сих пор, – Полет!

Когда монстр заскользил по небу, я забыл все свои горести. Ведь я летел! Дракон набирал скорость и поднимался все выше, устремляясь в том направлении, которое я рукой показал Рыцарю. Как тот передал это дракону, я не знал, во всяком случае – не голосом, да и лицо у него было закрыто повязкой для защиты от встречного холодного воздушного потока. Теперь я понял, почему кресло стоит внутри дракона, а не на нем. С увеличением скорости полета ветер становился все холоднее и сильнее, я даже не представлял себе, что было бы, если бы я сидел наверху. Ведь даже здесь, в этом переплетении костей, ветер был очень силен, и мне пришлось закрыть лицо рукавом.

То кладбище, куда мы летели, я обнаружил случайно, на ежегодной охоте в прошлом году. Уйдя со всеми, я сначала отстал, а потом и вовсе потерялся в горах. И там наткнулся на большую пещеру, на полу которой было полно костей, точнее, пола не было видно вовсе, он весь был устлан большими и малыми костями. Тогда я ничего не понял и, выйдя из нее, еще долго плутал, пока не наткнулся на искавших меня вампиров. Только потом, рассказывая отцу о том, как потерялся, я упомянул странную пещеру. Присутствовавший при этом Повелитель другого рода сказал, что, скорее всего, это древнее кладбище драконов. Они все прилетают умирать в одно место. На мой вопрос, почему оно древнее, он ответил, что в противном случае там были бы не только сухие кости, но и разлагающиеся останки недавно умерших драконов.

Сверху я с трудом узнавал места, где был год назад. Рыцарь посмотрел на меня, взглядом спрашивая дорогу. Я немного замялся, вспоминая события многомесячной давности. Крутя головой, я заметил знакомый рисунок горных пиков и показал на него. Монстр сразу же помчался туда.

Пещеру мы искали до самого вечера. К счастью, Рыцарь был терпелив и спокоен. Когда же она была найдена, он внезапно снял с пояса кинжал и отдал его мне со словами:

– Носи его с честью.

Вытащив кинжал из ножен, я обомлел. Небесное железо, ошибки быть не могло – голубое лезвие с волнистыми переливами. Кинжал стоил огромных денег. Только у отца был меч из небесного железа, все остальные вампиры нашего рода не могли себе позволить такую роскошь.

– Но… это же небесное железо… оно очень дорогое… – пролепетал я.

– Бери, – отрезал Рыцарь.

Он вернулся к дракону и достал небольшую сумку.

– Здесь еда, которую приготовила тебе мать. Забирай и отправляйся назад.

Я только собрался последовать его совету, как Рыцарь добавил:

– Никто больше не должен узнать об этом месте. Твоего отца я уже предупредил, теперь говорю тебе – об этом месте можешь рассказать только другому Рыцарю Смерти. Понятно?

Я кивнул, взял сумку и пошел по знакомому пути домой. Когда я вернулся и показал всем подарок Рыцаря Смерти, было много восхищенных и завистливых взоров. Шли годы, десятилетия, века, и только кинжал теперь напоминает мне, что все происшедшее не было сном.

Закончив рассказ, Повелитель внимательно посмотрел на меня:

– Сегодня, увидев твой плащ, я как будто заново пережил тот день.

Я отбросил мысли, навеянные его рассказом, и сказал:

– Мне нужно попасть в это место.

Он кивнул и спросил:

– Если мы двинемся в путь завтра, тебя устроит?

– Да, мне необходимо отдохнуть и постирать одежду, – ответил я.

– Я распоряжусь. – Он встал из‑за стола. – Пойдем, я покажу твою комнату.

Комната оказалась небольшой и уютной. Раздевшись, я отдал свою одежду той же девчонке, что приносила нам еду, и отправился мыться на кухню, там уже согрели для меня воду.

Утром я оделся в высохшую одежду, висевшую на стуле, и в дверях столкнулся с девушкой, которая, жутко смущаясь, пригласила меня к завтраку. Повелитель ждал меня в той же комнате. Поприветствовав друг друга, мы приступили к еде.

– Когда выходим? – спросил он, когда мы насытились.

– Возьму вещи, меч, и я готов, – ответил я.

– Жду тебя на улице.

Путь до пещеры занял два дня. Никаких неожиданностей не произошло. Как объяснил Повелитель, с этой стороны гор до ближайшего эльфийского города неделя пути, поэтому‑то вампиры и живут относительно спокойно, хотя иногда эльфы устраивают выезды на охоту. Тогда всем поселком приходится уходить в горы. Я поразился, как можно терпеть, что на них охотятся, как на диких зверей. Повелитель с грустью поведал, что его род не может противостоять эльфам, даже убийство одного и то огромная потеря для селения, в котором всего один Старший вампир – это он сам. Он сказал еще, что почти все роды свободных вампиров живут так же, а те, кто обитает к эльфам ближе, вообще находятся в полном подчинении у них.

Пока мы шли, я узнал много интересного о ближайших городах эльфов и об обстановке в этой области. Про дальние города Повелитель ничего не знал, так как передвижение всех существ по эльфийской территории жестко контролировалось вооруженными патрулями. Передвижение без ограничений было возможно только при наличии подорожной грамоты, купленной в одном из городов, а тех путников, которые таких грамот не имели, всегда задерживали патрули. За этими разговорами мы и добрались до пещеры.

Вход в нее был скрыт разросшимся кустарником. Если бы не Повелитель, с трудом вспомнивший это место, найти его было бы невозможно.

– Наверное, вам не стоит меня ждать, – обратился я к вампиру. – Я сам все разведаю, а вы нужны в поселке.

Не став спорить, он пожелал мне удачи и зашагал назад.

Я проводил его взглядом и, как только он скрылся за скалой, снял со спины сумку и меч. Закинув все это в лаз, я втиснулся следом и пополз вперед. На мое счастье, лаз нигде не сужался, я продвигался в нем свободно.

«Как‑то странно, – подумал я. – Повелитель рассказывал, что весь пол был в костях, а тут каменная кишка какая‑то».

Я поскреб пол перед собой, и пальцы нащупали твердую поверхность под тонким слоем земли и каменной крошки. Я разгреб его и наткнулся на гладкий блестящий материал с небольшими зазорами между стыками. Приглядевшись, я понял, что этот материал – кость. Почистив стенки, а также потолок лаза, я убедился, что он целиком состоит из кости.

«Интересно, зачем тот Рыцарь сделал такой лаз?» – удивился я.

И тут же попал рукой в какую‑то липкую жижу, от которой защипало кожу. Я поднес руку к лицу и увидел, что ладонь покрыта непонятной белой субстанцией.

Поскольку, кроме небольшого жжения, неприятных последствий не было, я продолжил движение и вскоре оказался полностью покрытым этой странной мазью. Жижа заполняла лаз, как пробка, следовало или сквозь нее протискиваться, или возвращаться. Еще через несколько минут я угодил в пробку из черной мази, а преодолев и ее, вляпался в третью, серую.

От погружения в эти вязкие субстанции все тело чесалось, но больше ничего неприятного не происходило. И вот что было странно – я полз уже около часа, а воздух оставался таким же свежим, как и в самом начале пути.

Вскоре впереди стало светлее. Я ускорил движение и добрался до конца лаза. Осторожно выглянув, я увидел большую пещеру, полностью – от пола до потолка – выложенную плотно пригнанными друг к другу костяными плитками. Скинув на пол меч и сумку, я спрыгнул вниз. Пещеру внезапно залил мерцающий белый свет. Поозиравшись и ничего угрожающего не обнаружив, я подошел к стоявшему посередине пещеры постаменту. На нем лежала не особо толстая книга, излучавшая странную ауру. Я пригляделся и с удивлением понял, что меня насторожило – эта аура была схожа с аурой живого существа! С таким я встретился впервые, ведь все неодушевленные предметы имели четкий незатуманенный ореол, по которому можно было твердо определить вещество, из которого они изготовлены, будь то камень, дерево или кость.

Сейчас же я не знал, что и подумать. Серая как пепел аура не имела четких границ, так что если смотреть не очень внимательно, то казалось, что она расползается по всей пещере. Я открыл книгу. В меня ударил яркий луч света, и та субстанция, в которой я был весь измазан, начала стремительно затвердевать, превращаясь в панцирь. Не успев даже пошевелиться, я оказался живой статуей. Одежда, пропитанная разноцветной жижей, превратилась в костяную оболочку. Свет из книги вскоре перестал слепить меня, сменившись с белого на красный. Под его действием костяной панцирь начал разрушаться, а затем обратился в пепел, оставив меня полностью обнаженным и без единого волоска на теле. Ничего не понимая, я посмотрел на книгу. Она перестала излучать свет, и я увидел текст, написанный вампирскими рунами.

Прежде чем приступить к чтению, я осмотрел книгу. Ее страницы были сделаны из тонкой, отлично выделанной кожи, а текст был красным, как только что пролитая кровь. Я решил, что это, в общем‑то, не удивительно, Рыцари Смерти прошлого были способны на многое. Обложка книги была изготовлена из очень прочной и толстой кожи. Поскребя по ней ногтем, я не смог оставить даже царапины. Снова раскрыв книгу, я прочитал:

«Собрат! Если ты читаешь эти строки, то мои труды были не напрасны, и ты добрался до созданной мной пещеры. Кость дракона – самый лучший материал для магической трансформации, и мне повезло, что я нашел это кладбище.

Ты спросишь, почему я уверен, что ты мой собрат? Отвечу. Только Рыцарь Смерти мог пройти выставленные мной пробки из специального состава, который реагирует лишь на ауру Рыцаря Смерти. Если бы в них сунулся кто‑нибудь другой, он не пережил бы мельчайшей капли, попавшей ему на кожу. Если бы кто‑то другой сумел очистить от них мой туннель, то для таких умников я приготовил второй сюрприз: свет, исходящий от этой книги, убил бы любого, кто не обмазан моим составом. Прошу простить меня за то, что увеличил этим твой плащ, но никаким другим образом я не мог защитить книгу».

Оторвавшись от чтения, я взглянул себе за спину и с удивлением впервые заметил за плечами тоненькую черную полоску, которой раньше не было. Я понял, что легенда, рассказанная мне Повелителем рода Быстрых Теней, оказалась правдой, и теперь мне необходимо постоянно следить на длиной плаща, если я, конечно, не хочу раньше времени присоединиться к богине Смерти, а такого в моих планах пока не было. Еще раз взглянув на темную каемку, я вернулся к чтению.

«Еще я прошу простить меня за скудность той информации, которую я постараюсь тебе дать на страницах этой книги. Пойми, меня преследуют отряды охотников, и я не могу задерживаться на одном месте подолгу. Я отдал половину своей силы, чтобы создать эту пещеру и дать тебе хотя бы этот необходимый минимум, который позволит тебе стать настоящим Рыцарем Смерти. Запомни! Ты Рыцарь Смерти, и это обратимо только в одном случае: ты должен прекратить убивать, и через несколько столетий плащ полностью исчезнет, а ты станешь обычным вампиром.

Я знал нескольких Рыцарей, которые пошли этим путем, но ни один из них не пережил меня – все они были убиты. Так что решать тебе – продолжать жить с гордо поднятой головой, в постоянной готовности к сражению или скрываться от всего мира в какой‑нибудь затхлой норе. Я почему‑то верю, что ты такой же, как я, и встретишь свою смерть достойно. Скорее всего, я буду уже мертв, когда ты начнешь читать эту книгу, поэтому я еще раз прошу меня простить за недостаток информации. Ну, что же, начнем!

Прежде всего, хочу сказать, что заклинаний Рыцарей Смерти немного, каждое поколение Рыцарей Смерти добавляло всего по одному к этому списку, и я надеюсь, что твое поколение также составит свое. Для этого я оставляю пустое место в списке заклинаний. Я не стал расписывать все заклинания подробно, а указал только важные точки при их использовании. Все остальные главы в книге – это формулы заклинаний и то, как правильно их составлять и активировать. Более половины книги я потратил на описание последних трех, самых сильных заклинаний, хотя сам смог выполнить только одно из них. Я призвал к себе дракона, так как на Короля Личей не хватило душ, а плащ я решил не трансформировать из‑за его ежедневного прироста. Хотя хочу специально отметить, что ни разу не пожалел о том, что призвал дракона, я и тебе советую начать именно с него.

Всегда следи за длиной плаща! Не произноси сверхмощных заклинаний, не убедившись, что его настоящей длины хватит для окончания твоего заклинания. Да, кстати, неважно, какого ты рода и какую магию использовал до того, как стал Рыцарем Смерти, теперь тебе будет доступна только наша магия и лучше бы тебе овладеть ею быстро. Вместе с изменениями тела изменится и твоя аура, также произойдет замена магической энергии на ману, ее ты сможешь использовать только совместно с высосанными душами живых существ…»

Я оторвался от книги, посмотрел на свою ауру и убедился в правдивости слов Рыцаря. Теперь она стала серой, без видимых границ. Резерв энергии также изменился, вместо привычного голубого оттенка я видел пепельно‑темные сгустки энергии. Попытавшись поставить Облако, я лишь еще раз убедился в правдивости слов Рыцаря – пепельно‑темные сгустки энергии даже не шевельнулись, когда я произнес заклинание и попытался зачерпнуть от них энергию. Я хмыкнул. Пока я не овладею хотя бы одним заклинанием магии Рыцарей Смерти, я буду полностью беззащитен. Придя к такому неутешительному выводу, я вернулся к чтению.

«Только заклинание Сбор душ не требует использования маны, питаясь самой аурой высасываемой души, все остальные заклинания ты не сможешь произнести без запаса душ. Запасайся ими всегда и везде, делай так, чтобы количество душ на твоем плаще всегда росло. Все время помни: Рыцарь Смерти без запаса душ – это мертвый Рыцарь Смерти. Ты можешь нанести это заклинание на свое оружие, и тогда достаточно будет одного твоего прикосновения к телу врага, чтобы забрать его душу.

Еще один важный момент: я передаю тебе заклинание Поглощение – именно оно не даст увеличиваться твоему плащу, а если ты хорошо его освоишь, то сможешь даже уменьшить свой плащ. Очень жаль, что никто не придумал, как встраивать это бесценное заклинание в другие, если бы эта комбинация кому‑нибудь удалась – это был бы поистине великий день для всех Рыцарей Смерти.

Все, времени для дальнейших инструкций у меня нет. Прости, собрат, дальше будет только необходимая тебе для заклинаний информация. Удачи тебе, мой наследник, я верю, ты справишься со своей миссией!»

Я перевернул страницу. Действительно, дальше шел список заклинаний, их достоинства и недостатки. По почерку и по стилю письма было видно, что Рыцарь почему‑то очень спешил и набрасывал текст в буквальном смысле слова «на коленке».

«1. Поглощение – высасывание душ у живых существ с целью уменьшения роста плаща либо уменьшения его длины в зависимости от количества высосанных душ.

Применение: действует на все живые существа; не увеличивает плащ; обеспечивает приток маны.

Никто не смог встроить это заклинание в другие, исконные заклинания Рыцаря Смерти.

Не действует на неодушевленные предметы.

Необходимо прикосновение к объекту или прикосновение объекта к Рыцарю Смерти.

Необходимо минимум пять душ для активации заклинания.

2. Сбор душ – основное заклинание Рыцаря Смерти, необходимое для произнесения всех других заклинаний. Без определенного количества собранных душ невозможен каст других заклинаний.

Применение: действует на все живые существа; можно накладывать на любое оружие, эффект будет тот же.

Необходимо прикосновение к объекту.

Не массовое.

Увеличивает плащ.

Нет притока маны.

3. Перст смерти – прикосновение Рыцаря к любому объекту превращает его в пепел.

Применение: действует на живые и неживые предметы, через любые преграды магического и не магического свойства.

Увеличивает плащ.

Необходимо прикосновение к объекту.

Нет притока маны.

Необходимо пять душ для активации заклинания.

4. Удар духа – магический удар по любому существу, полностью парализующий до отмены заклинания.

Применение: действует на все живые существа.

Радиус действия – зона обычного зрения вампира.

Увеличивает плащ.

Не массовое.

Нет притока маны.

Необходимо десять душ для активации заклинания.

5. Молоты духа – магические удары по любым существам, полностью парализующие их до отмены заклинания.

Применение: действует на все живые существа.

Радиус действия – зона обычного зрения вампира.

Увеличивает плащ.

Нет притока маны.

Необходимо сто душ для активации заклинания.

6. Тление – заклинание, превращающее область применения в Мертвую Землю с полным разрушением всего, что на ней было, на многие метры вглубь. После применения на то расстояние, которое указал Рыцарь Смерти при заклинании, вся местность превращается в мертвый песок, вне зависимости от структуры первичных объектов.

Применение: использование на местности для уничтожения препятствий, например гор, рек, городов и прочего.

Задаваемый радиус местности.

Постоянный приток маны.

Огромное увеличение плаща.

Заклинание вечное, невозможность обратимости.

Необходимо пятьсот душ для активации заклинания.

7. Стена пепла – заклинание, ставящее плотную стену пепла для предотвращения нападения на Рыцаря.

Применение: все, что попадет в стену пепла, сгорает в ней.

Малое количество маны для поддержания стены.

Длина стены ограничивается величиной маны Рыцаря.

Нет притока маны.

Увеличивает плащ.

Необходимо пятьдесят душ для активации заклинания.

8. Горение – заклинание, поджигающее всех в области своего действия.

Применение: массовость; действует на живые и неживые объекты.

Величина области ограничена величиной маны Рыцаря.

Нет притока маны.

Увеличивает плащ.

Необходимо пятьдесят душ для активации заклинания.

9. Иссушение – заклинание, позволяющее Рыцарю Смерти полностью высосать из объекта всю магическую энергию, трансформируя ее в ману и забирая себе.

Применение: получение маны от объекта; действует на все живые существа.

Радиус действия – зона обычного зрения вампира.

Не массовое.

Увеличивает плащ.

Необходимо пять душ для активации заклинания.

10. Удар пепла – основное атакующее заклинание, при попадании в противника полностью его сжигающее.

Применение: действует на все живые существа.

Радиус действия – зона обычного зрения вампира.

Малый расход маны.

Быстрое время кастования.

Не массовое.

Увеличивает плащ.

Нет притока маны.

Необходимо пять душ для активации заклинания.

11. Град пепла – основное массовое атакующее заклинание, вызывающее в указанную область град из больших хлопьев пепла, которые с огромной скоростью несутся с небес.

Применение: действует на все живые существа.

Радиус действия – зона обычного зрения вампира.

Малый расход маны.

Быстрое время кастования.

Увеличивает плащ.

Нет притока маны.

Необходимо сто душ для активации заклинания.

12. Плащ смерти – особое заклинание, превращающее плащ Рыцаря в щит, впитывающий в себя все заклинания, направленные на него.

Применение: защита от любых заклинаний.

Работает постоянно.

Энергия впитанных заклинаний преобразуется в ману для Рыцаря Смерти.

Для активирования заклинания необходимо принести в одном месте пять тысяч жертв.

Прочтение заклинания занимает три дня.

Каждый день использования увеличивает плащ.

Каждый день использования уменьшает ману.

Необходимо две тысячи душ для всего процесса заклинания.

13. Призыв костяного дракона – вызов костяного дракона себе в подчинение.

Применение: сильный, неутомимый слуга; возможность полета.

Для активирования заклинания необходимо принести в одном месте десять тысяч жертв.

Прочтение заклинания занимает шесть дней.

Раз в неделю необходимо скармливать дракону пять живых существ для поддержания его духовной сущности.

На полет тратится мана.

Необходимо четыре тысячи душ для всего процесса заклинания.

14. Призыв Короля Личей – вызов Короля Личей себе в подчинение.

Применение: самый могущественный маг Лич.

Раз в неделю необходимо скармливать Личу десять живых существ для поддержания его духовной сущности.

Для активирования заклинания необходимо принести в одном месте пятнадцать тысяч жертв.

Прочтение заклинания занимает двенадцать дней.

Необходимо шесть тысяч душ для всего процесса заклинания».

Пролистав книгу, я увидел, что дальше расписывалось каждое из этих заклинаний, их формулы, стиль произнесения, ошибки, которые допускали Рыцари при произнесении, и другие сведения подобного рода. Три последних заклинания занимали больше половины книги, они были расписаны полностью, начиная с магической фигуры, которую нужно начертить, и заканчивая последними словами многодневного их произнесения.

У меня почти сразу возникло чувство, что чего‑то в этой книге не хватает, но вот чего – до меня пока не доходило. И только когда я взглянул на формулы заклинаний, то понял – в книге не было самого главного: алфавита рун для магии Рыцарей Смерти! Я тупо уставился в книгу. Если использовать описанные заклинания я еще мог научиться, так как информации о типичных ошибках при их произнесении хватало в описании, то создать новое заклинание, как об этом просил Рыцарь, я бы не смог никогда. Подумав, по какой причине Рыцарь не приложил алфавит рун, я понял, что он настолько привык к магии рун, что даже не допустил мысли о том, что другой Рыцарь этого может не знать.

«Типичная ошибка сильных волшебников, – с грустью подумал я, – считать, что все остальные – такие же, как они».

Забрав книгу, я решил выбираться наружу. Если следовать совету неизвестного мне Рыцаря, то мне нужно было срочно выучить два основных заклинания: Поглощение и Сбор душ.

Путь до поселка вампиров прошел без приключений. Я спешил, делая только краткие перерывы для еды и отдыха. Ощущать себя без магии было очень непривычно. Как я убедился за время пути, из прошлых умений у меня осталось только зрение Поглотителя, все остальное стало недоступно из‑за отсутствия магической энергии, которую теперь заменяла мана.

«Если бы не меч за спиной, то я бы чувствовал себя как в детстве – полностью беззащитным перед внешним миром», – чаще всего эта мысль приходила мне в голову.

Чувство беззащитности было таким необычным и острым, что я только стискивал зубы и ускорял шаг, делая все меньше остановок на пути к поселку. К тому же я установил еще один неприятный для себя факт: больше я не мог прятать ауру, теперь она вообще мне не подчинялась, живя своей жизнью. Все мои попытки не приносили никаких результатов. Пробуя на нее воздействовать, я как будто работал с водой – как ни старайся ее согнуть или повернуть, она тут же выскальзывала из рук.

Когда, наконец, на горизонте появился поселок, я был бесконечно зол на себя, на Рыцарей Смерти и на весь мир. Только увидев вампиров, я с трудом придал лицу бесстрастное выражение. Как и в прошлый раз, меня встречали трое вампиров, они теперь ясно видели мою ауру и все трое опустились на одно колено.

– Вампиры рода Быстрых Теней приветствуеют достойнейшего, – сказали они в один голос.

Я усмехнулся про себя: «Если бы они знали, насколько я сейчас беззащитен».

Устроили меня в той же комнате, и Повелитель попросил рассказать ему, что произошло со мной в пещере. Я рассказал о книге. О послании Рыцаря Смерти я не упомянул, просто сказал, что в книге находятся заклинания, нужные для Рыцарей Смерти.

Утром я долго думал, что делать дальше: оставаться на этом материке и изучить все заклинания или выучить два основных и отправиться домой. До срока родов Ал’лилель было далеко, но я с каждой минутой раздумья склонялся к мысли, что необходимо уезжать, ведь пока я нахожусь в таком плачевном состоянии, я легкая цель для всех, и поиски Амулета начинать невозможно. Приняв решение, я вышел из комнаты и попросил Повелителя предоставить мне кров на то время, что будет необходимо мне для изучения заклинаний из найденной книги. Повелитель с радостью согласился.

Для тренировок я выбрал ниву рядом с поселком. Там было много норок полевых мышей, и я рассчитывал начать тренировки именно с этих грызунов. Попросив Повелителя прислать мне несколько мальчишек, я пообещал им по одной медной монете за каждую живую мышь. Ошалевшие от такого предложения мальчишки разнесли по поселку весть о богаче‑вампире, который раздает деньги за обычных мышей, а я занялся другим делом. Взяв лопату у ближайшего дома, я вырыл яму для мышей и уселся, поджидая мальчишек.

Вскоре со всех сторон стала стекаться ребятня разного возраста с пойманными мышами. Я заранее разменял у Повелителя свои серебряные и золотые монеты на множество медных и стал раздавать их мальчишкам. Самые ловкие заработали по нескольку десятков медяков, для детей это были неплохие деньги.

Очень скоро моя яма оказалась наполовину наполнена пищавшими мышами. Взяв нескольких расторопных подростков себе в помощники, я приказал им рыть ямы и принимать мышей от остальных ребят, а также расплачиваться со всеми. Я нисколько не боялся, что подростки поступят нечестно, взрослые просветили их насчет того, что бывает, если разозлить Рыцаря Смерти. Хотя меня и так боялись, аура смерти ощущалась теперь всеми. Все, кто оказывался рядом со мной, невольно отходили подальше, словно отгораживаясь от чего‑то. Поэтому, спокойно оставив своих подручных заниматься приемкой мышей, я достал книгу и приступил к колдовству.

Для начала мне нужно было овладеть заклинанием Сбор душ, чтобы потом использовать Поглощение. Поскольку алфавита у меня не было, то приходилось внимательно читать правильное произнесение рун из описаний Рыцаря Смерти и ошибки, которые допускались в заклинаниях. Всматриваясь в руны, я вгонял их в память. К счастью, память Поглотителя, не имевшая магической подпитки, по‑прежнему оставалась со мной, поэтому на запоминание заклинания у меня не ушло много времени. Через несколько часов я был готов творить свое первое заклинание как Рыцарь Смерти.

Вытянув вперед руку, я начал произносить заклинание про себя. Рука сразу же засветилась легким зеленоватым светом, и я, закончив заклинание, опустил ее в яму, полную мышей. Едва зеленоватая дымка, исходившая от моей руки, касалась мышей, те застывали, и почти сразу ко мне стали струиться тоненькие дымки, уходящие куда‑то за спину. Вскоре в яме не осталось ни одного живого грызуна, но я не чувствовал ни увеличения плаща, ни поглощенных душ. Решив продолжать, я опустошил таким образом ямы со всеми мышами, которых успели натаскать подростки.

Только закончив и с ними, я почувствовал, как на тоненькой каемке моего плаща возникла маленькая искорка. Я вздохнул. Множество низкоэнергетических душ не сказывалось на наполнении плаща, а это означало только одно: мне нужны были нормальные жертвы. Это открытие неприятно меня поразило, но пока другого выхода не было. Я сказал детям, что завтра с утра продолжу принимать мышей, а на сегодня достаточно.

Лежа ночью у себя в комнате, я думал, каким это образом, интересно, я смогу набрать нужное количество душ при теперешнем своем бессилии. Ничего в голову не приходило.

Все последующие дни были похожи один на другой, с той лишь разницей, что теперь мышей становилось все меньше. Словно поняв, что на них началась настоящая охота, мыши покидали поля, и детворе с трудом удавалось их отлавливать. Только через четыре дня я набрал необходимые мне пять искорок на каемке плаща и приготовился к тому, чтобы произнести заклинание Поглощение. Поскольку мне не хотелось ошибиться, чтобы заново не набирать пять душ, я все эти дни старательно учил заклинание и все ошибки, которые могли бы быть при его произнесении.

Подойдя к яме, где сидела последняя мышь, я еще раз прокрутил в уме заклинание и произнес его. Мышь замерла и упала, а я лишь заметил тоненькую струйку, отлетевшую в мою сторону.

Я горько усмехнулся:

«После убийств огромного количества существ теперь убиваю мышей. Что за ирония!»

Хотя, похоже, это заклинание мне удалось. Результат, правда, трудно было определить, нужны были существа с более развитой аурой и энергетикой. К сожалению, пока их взять было неоткуда.

Вечером я встретился с Повелителем и еще раз расспросил его о ближайших городах эльфов. Я сказал ему, что хочу отбыть на свой материк, поскольку дома у меня остались незавершенные дела. Повелитель долго вспоминал гавани, где я без проблем мог бы сесть на борт, но, кроме двух ближайших портовых городов эльфов, о которых он уже говорил мне, припомнить больше ничего не смог. Выбор у меня был невелик, и я решил идти в один из этих портов.

Поутру я тепло попрощался со всеми и отправился в путь. Очень скоро я убедился, что зря пошел утром, так как по дорогам постоянно передвигались конные разъезды эльфийской стражи или просто отряды эльфийской знати. Так как шансы встретить магов были весьма велики, то все, что мне оставалось, – это прятаться. Весь путь до города я преодолевал по ночам, скрываясь ото всех. Также ночью я подошел к городу, но, не сделав даже попытки проникнуть в него, старательно обошел по дуге, направляясь к гавани.

Проходы к ней охранялись не так тщательно, поэтому я смог выйти на берег и, раздевшись, доплыть до ближайшего пирса. В глаза сразу бросились три отдельно ошвартованных корабля под флагами крупной торговой гильдии Эрона. Выбравшись на причал невдалеке от одного из них, я оделся и направился к стоявшим на охране наемникам. Поинтересовавшись, где можно найти хозяина корабля, я узнал, что тот будет только утром. Также я узнал, что пассажиров они на борт берут, но цену всегда назначает сам хозяин. Делать нечего, нужно было дожидаться хозяина каравана, поэтому я пристроился рядом с постом. Сначала солдаты настороженно молчали, но потом, когда я достал припасы и поделился с ними едой и вином, разговорились. Я узнал, что они приплыли сюда вместе с купцом первой статьи, господином Ротоном, неделю назад и привезли груз пряностей, сейчас же хозяин занимается его продажей. Обсудив службу, торговлю и эльфов, переключились на меня. Пришлось рассказать им полуправду, якобы я возвращаюсь домой, к беременной жене, а сюда приехал навестить богатенького, но больного дядюшку. В процессе рассказа я пару раз подмигнул собеседникам, намекая, что было из‑за чего обменять беременную жену на дядю при смерти. Наемники принялись посмеиваться и подшучивать, мол, что дядя, наверное, и заболел моими стараниями.

Утром мы были друзьями не разлей вода, особенно после того, как оприходовали почти весь мой запас еды и вина. Солдаты, узнав, что я был раньше наемником, предложили присоединиться к ним. Я сначала отказывался, но потом сказал, что лучше спрошу об этом у их хозяина, ведь лучшего прикрытия для меня трудно было придумать.

Купец появился не утром, а ближе к полудню. За это время стража сменилась, но прошлая смена так отрекомендовала меня своим товарищам, что наши посиделки продолжились. Когда Ротон появился, солдаты ткнули пальцем мне за спину, объяснив, что идет хозяин, а сами быстро заняли посты и сделали вид, что я пиршествую тут сам по себе. Я обернулся и увидел сухого мужчину небольшого роста, с охраной. Поднявшись на ноги, я направился к нему. Заметив меня, купец забеспокоился, а охрана обнажила оружие. Подойдя ближе, я спросил:

– Вы уважаемый купец первой статьи господин Ротон?

Купец внимательно посмотрел на меня и кивнул.

– Я бы хотел отплыть на вашем корабле в Эрон, – вежливо продолжил я.

Купец осмотрел мою невзрачного вида потертую одежду и спросил:

– А у тебя найдется, чем оплатить проезд?

Я достал из кармана заранее отрубленный кусочек мифрила. Зная общую стоимость слитка, подсказанную мне Тарином, я разрубил его на двадцать частей, предполагая обменять их на деньги, ведь наличных у меня практически не осталось.

При виде мифрила глаза купца расширились и алчно заблестели.

– Где ты достал такое богатство? – быстро спросил он, не отрывая взора от кусочка белого металла. – У тебя есть еще?

– Гномы расплатились этим за охрану каравана, – ответил я.

Купец посмотрел на рукоять меча за моей спиной и спросил:

– Так ты наемник?

– Скорее простой путник, охраняющий по пути тех, кто хорошо платит.

Ротон ухмыльнулся:

– Интересно, что такое ты охранял, если гномы расплатились столь необычным способом.

Я промолчал, давая понять, что тайна нанимателя для меня как своя.

– Хорошо, я беру тебя на борт. – Он протянул руку за мифрилом. – Только я продал еще не весь товар, и тебе придется ждать.

– Это не проблема, – ответил я, делая вид, что не заметил его руки. – У меня тогда будет небольшая просьба к вам.

Купец недоуменно посмотрел на меня и убрал руку.

– Я поживу пока у вас на судне? А еду и все остальное буду покупать в городе.

– Как хочешь, – пожал он плечами. – За такую плату, – он показал на мифрил в моей руке, – можешь жить до отплытия в моей каюте. А металл отдашь, как только отплывем. Согласен?

Мы скрепили договор рукопожатием и поднялись на борт. Там купец дал распоряжения старшему над охраной и показал мне свою каюту. Каюта была довольна просторной для такого небольшого корабля, к тому же чистой и ухоженной.

Покидав свои небольшие пожитки, я вышел на палубу. Неподалеку стоял глава охраны корабля.

– Доброе утро, – сегодня я был образцом вежливости и благожелательности.

– Кому оно доброе, а кому и нет, – ворчливо ответил вояка, внимательно меня осматривая.

– Я могу попросить вас о небольшом одолжении? – сказал я тихо, одновременно со словами, незаметно для всех, протягивая ему десять золотых монет.

Одним движением он сгреб деньги с моей ладони и ответил:

– За такие деньги могу все, кроме убийства нанимателя.

Я улыбнулся, оценив шутку:

– Этого не потребуется. Все, что нужно – это приносить мне еду и питье на борт корабля до его отхода, – я протянул ему остаток денег.

Взяв кошелек, он спросил:

– Кому‑то на ухо наступил?

Я кивнул и неопределенно покрутил рукой в воздухе:

– Не то, что на ухо, но легче ему от этого не стало.

Глава охранников весело хмыкнул и уже уважительно произнес:

– Все сделаю в лучшем виде, да еще накажу своим оболтусам, чтобы не распространялись никому о пассажире.

Я начал было благодарить его, но он отмахнулся:

– Пустое. Нам, наемникам, нужно помогать друг другу.

Довольные, мы разошлись в разные стороны.

Целую неделю мы стояли в порту, дожидаясь продажи товара и загрузки припасов для плавания. Все это время я не бездельничал, а читал и запоминал заклинания.

Когда мы прибыли в Эрон, я мог без труда вспомнить все заклинания, кроме трех самых сложных, но дал себе обещание непременно изучить и их. Опыт потери бесценных книг у меня уже был, и повторять подобное мне не хотелось. Когда мы прибыли в порт, пожаловали стражи для досмотра корабля и потребовали предъявить документы. Командир наемников дал ему список своей команды, не забыв включить в него и меня.

«Свои десять золотых он точно отработал», – подумал я, когда досмотрщики не задали ни одного вопроса насчет присутствия на борту корабля вампира.

Когда досмотр закончился и стража ушла, я попрощался с купцом и наемниками и отправился к дому Тарина. Поскольку шел я из гавани, стража пропустила меня во внутренний замок, стоило только показать часть старого пропуска.

Тарина я дома не застал. По словам управляющего, он уехал с очередным клиентом на осмотр места для будущего замка. Правда, предусмотрительный хозяин оставил ясные указания на случай моего появления, гласившие, что в его отсутствие я могу пользоваться домом и слугами, как мне будет угодно. Поблагодарив, я предупредил управляющего, что пробуду в доме только до утра, затем уйду. Управляющий поклонился и ушел отдавать необходимые распоряжения.

Утром, когда я позавтракал, мои вещи, которые я оставил Тарину на хранение, ждали меня, аккуратно сложенные рядом с сумкой. Открыв шкатулку, я еще раз взглянул на шедевр мастера гномов – сверкающую диадему. Полюбовавшись на переливы бриллиантов, я упаковал шкатулку в сумку, поверх мифриловых слитков. Выйдя в холл, я встретил выстроившихся девушек и управляющего, провожавших меня. Попрощавшись с ними и поблагодарив, я отправился в путь домой.

Глава 4. Дела хозяйские

При виде флагов на шпилях замка отца я почувствовал, что мое сердце учащенно забилось. Я расстался с Ал’лилель всего на несколько месяцев, а было такое ощущение, что я отсутствовал несколько лет. Чем ближе я подходил к замку, тем шире на моем лице расплывалась улыбка. Я представлял себе, как обрадуется Ал’лилель мне и моему подарку. Меня вскоре заметили и традиционно вышли встречать, в этот раз это были ученики Тарна. Поприветствовав меня, они пошли вперед, все время оглядываясь и оживленно – правда, шепотом – переговариваясь.

«Обсуждают мою ауру», – догадался я. Теперь, когда ее я спрятать не мог, придется мириться с любопытными взглядами тех, кто мог ее видеть.

Войдя в замок, я увидел, что меня встречают отец, Ал’лилель с уже большим животом и под руку ее поддерживает Зира. Я бросился к Ал’лилель. Ее лицо вдруг стало грустным и несчастным. Ничего не понимая, я протянул руки, чтобы обнять ее.

Неожиданно она заплакала и, вырвавшись из рук Зиры, бросилась наверх, к нашей комнате. Я недоуменно посмотрел на Зиру и отца:

– Кто‑нибудь мне объяснит, что здесь происходит?!

Они переглянулись, словно спрашивая друг у друга, кто будет отвечать. Ответила Зира:

– Мы и сами ничего не понимаем, Каин. Она так себя ведет с момента твоего ухода. Стоит кому‑нибудь вспомнить тебя, как она начинает плакать и запирается у себя в комнате. Все наши попытки ее разговорить ни к чему не приводят.

Я посмотрел на отца, и тот кивнул, подтверждая слова Зиры.

Я направился в нашу комнату. К счастью, Ал’лилель не заперла ее, и я вошел, закрыв за собой дверь. Моя любимая лежала в кровати, укрывшись одеялами, и только по вздрагивающему контуру можно было понять, что она плачет.

Подойдя к кровати, я сел и попытался освободить ее от одеял. Судорожно вцепившись в них, она не давала мне увидеть себя.

– Солнышко, что случилось?

Ответом мне было только усиленное подергивание тела под одеялами и доносившиеся оттуда рыдания.

Гладя ее поверх одеял, я решил подождать, пока она успокоится. Через пять минут вздрагивания немного утихли, и я снова задал вопрос:

– Ал’лилель, что случилось? Тебя кто‑то обидел?

– Я ничего не хочу, – раздался ее тихий голос из‑под одеял.

– Любимая, не совсем понимаю, о чем ты?

– Мне не нужен замок, не нужно богатство, мне ничего подобного не нужно. Ты все, что хочешь, берешь только одним способом – смерть, смерть, кругом одна смерть. Я ничего не говорила тебе, когда мы стали жить вместе, думая, что смогу тебя изменить, но проходят месяцы, а ты не меняешься, и все становится только хуже. Ты убиваешь, убиваешь и никак не остановишься.

Я опешил от таких заявлений, подобное мне высказывалось впервые.

– Я не могу так жить дальше и не хочу, чтобы наш ребенок имел такого отца, – сказала она, откинув одеяла.

Изумленно посмотрев на нее, я задумался над тем, что нашло на Ал’лилель.

– Но, Ал’лилель… – я хотел сказать, что это для меня нормальная жизнь, и я ведь не убиваю тех, кто близок мне и дорог ей.

– Нет! Дослушай меня, Каин! – твердо сказала она. – Я не говорила тебе этого до сих пор, но это не значит, что я и дальше буду молчать. Я прошу тебя, Каин, – изменись. Прекрати убивать, ты ведь и так везде оставил кровавые следы. У тебя ведь теперь все есть: дом, я, наш ребенок. Зачем тебе нужно еще что‑то? Я не могу больше жить с чувством, что мой муж убийца. Я говорю не только об эльфах, но и о людях, орках – ты ведь сам мне говорил, что не важна раса, важна душа существа. Каин, ты должен измениться, иначе я не смогу с тобой жить! – закончила она, с вызовом посмотрев на меня.

У меня защемило в груди. Никогда я не думал, что мы будем ссориться, но вот сейчас между нами пролегла первая трещина. Может, рассказать ей, что меня теперь убьет даже самый слабенький маг или отряд эльфов? Или о том, как живут вампиры на Эрдане и как эльфы устраивают на них охоту?

Посмотрев в ее глаза, я понял, что мои слова будут бесполезны – она приняла решение, и если я не уступлю, будет только хуже. Терять ее я был не намерен, лучше умереть.

– Любимая, почему ты раньше мне этого не сказала? – как можно мягче спросил я. – Тебе ведь нельзя сейчас волноваться, малыш будет неспокойным.

Ал’лилель удивленно посмотрела на меня, и ее взгляд смягчился.

– Я не хотела тебя огорчать, ведь ты через такое прошел, чтобы мы были вместе, – тихо сказала она.

– Надо было сразу сказать, мы бы что‑нибудь придумали, – улыбнулся я.

Она бросилась в мои объятия и заплакала.

– Я думала, ты откажешься, и мы расстанемся! – запричитала она.

– Ну, вот еще, какие глупости. – Я ласково поцеловал ее в заостренное ушко.

– Ты обещаешь мне? – спросила она, чуть‑чуть отодвинувшись.

– А если мне будет угрожать опасность, я тоже не могу убивать? – решил я уточнить условия обещания.

Она помолчала, обдумывая мои слова.

– Ты можешь защищаться, но только предварительно попробуешь уговорить их не нападать на тебя. Если все же на тебя нападут, то тогда ты можешь ответить на агрессию.

Я представил себе ситуацию, в которой пробую уговорить нападающих на меня всадников, и мне сделалось плохо. Проще было заколоть себя самому, чем остановить конную атаку.

«А маги, их тоже бежать уговаривать не нападать на меня?» – грустно подумал я.

– Каин! – прервал мои мысли грозный голос Ал’лилель. – Обещай мне!

Я взглянул на такое родное лицо, сейчас нахмуренное, топорщившиеся от злости ушки и понял, что не могу противостоять ее напору.

– Хорошо, я обещаю не нападать первым и пытаться уговорить не нападать на меня, – ответил я.

Услышав эти слова, Ал’лилель заулыбалась.

– Вот, я знала, что ты согласишься. Я так сильно тебя люблю, – она то прижимала меня к себе, то требовала поцелуев.

Почувствовав, что сейчас самый лучший момент, я отстранил от себя жену и с таинственным видом сказал, что у меня есть для нее подарок. Мигом переключившись на новую тему, она стала требовать, чтобы я срочно его показал. Достав сумку, я вручил ей мифриловую шкатулку.

Видимо, думая, что это и есть подарок, она восхищенно рассматривала работу гномьего мастера.

– Каин, спасибо большое! – Положив шкатулку на кровать, она снова стала меня обнимать. – Такая прелесть! Это ведь гномья работа? Я где‑то видела такое клеймо. Точно не помню где, но вроде бы гномья работа…

Я еще шире улыбнулся:

– Вообще‑то, подарок внутри шкатулки.

Она удивленно посмотрела сначала на меня, затем на шкатулку:

– Ты серьезно?

Я кивнул. Ал’лилель снова взяла шкатулку, открыла ее и замерла. Я с удовольствием наблюдал, как меняется ее лицо при виде диадемы. Не смея дотронуться до нее, она посмотрела на меня, а я начал откровенно посмеиваться, видя ее ошарашенный взгляд.

– Это… это клеймо мастера Борина из клана Мифриловых Молотов?

– Ага, – подтвердил я.

– Но этого не может быть! – Она все никак не могла прикоснуться к подарку. – Этого не может быть.

– Почему? – удивился я.

– Все вещи, которые делает клан Мифриловых Молотов, стоят столько, что их покупают только короли. Я вспомнила, где видела это клеймо. Оно стоит на короне нашего короля, наследный принц показывал мне ее, и я запомнила.

– Поверь, оно настоящее, диадему мне подарил сам мастер Борин, – сказал я.

– По‑да‑рил? – по слогам произнесла она.

Я кивнул:

– Он сказал, что этот подарок достоин королевы, и я с ним согласился. Давай же, примерь ее скорее.

Ошеломленная Ал’лилель осторожно взяла диадему и, подойдя к зеркалу, примерила. Следующие десять минут я наслаждался восторженными восклицаниями жены. Диадема на ней смотрелась прекрасно.

В дверь постучали. Оставив Ал’лилель у зеркала, я отпер ее. За ней стояли Зира, отец и мой Учитель, на шее у него сидела Гита. Я протер глаза. Нет, мне не показалось, действительно, на шее Учителя, свесив ножки, восседал этот демоненок в вампирском обличье. Зира сначала грозно посмотрела на меня, а затем бросилась к Ал’лилель. Та с сияющим лицом повернулась к вампирше, и мы услышали восхищенный вздох Зиры. Гита тут же спрыгнула со спины Учителя и бросилась к женщинам.

Мы с отцом и Учителем переглянулись и молча пожали плечами. Что тут скажешь? Женщины!

Оставив их любоваться подарком, мы прошли в зал. Пока не накрыли на стол, отец попросил меня объяснить, в чем причина странного поведения Ал’лилель. Пришлось ему рассказать, а также упомянуть о своем обещании. Выслушав все, отец помрачнел. Когда я рассказал ему и Учителю о своем нынешнем состоянии, то помрачнел и Учитель.

– Не хочется тебя еще больше расстраивать, но к нам уже приходили следопыты из других родов. Они искали тебя и были весьма решительны и настойчивы. Конечно, пока ты в моем замке, тебе ничто не угрожает, но выходить за ворота я бы тебе не рекомендовал, – мрачно произнес отец.

Трапеза прошла в молчании.

Встав из‑за стола, я поклонился и пошел на кухню. Там меня ожидала бадья с горячей водой. После мытья я поднялся к себе и нашел жену спящей со счастливым лицом. Не став ее беспокоить, я аккуратно лег с краю и заснул.

Прошло две недели с момента моего возвращения, а я все никак не мог придумать, как не нарушать обещание, данное жене, и при этом запастись количеством душ, необходимым хотя бы для самозащиты. Все чаще я уходил из замка к нашему памятному месту встреч у реки, почему‑то там мне думалось легче. Размышляя, я подобрал камень и принялся машинально подкидывать его в руке. Мыслей совершенно не было, поэтому я решил почитать книгу, надеясь найти там подсказку, не замеченную ранее. Начав читать, я вдруг остановился на заметках Рыцаря по поводу заклинаний.

«Интересно, что значат слова «постоянный приток душ» в его интерпретации?» – подумал я, сжимая в руке камень.

Продолжая размышлять, я наложил на камень заклинание Сбор душ и пару раз подбросил его. Камень продолжал светиться зеленоватой аурой, даже когда отрывался от руки. Заинтересовавшись, я откинул камень от себя – откатившись, он продолжал излучать зеленоватое свечение. Это меня еще больше заинтересовало. Оглянувшись по сторонам, я заметил двух мальчишек, тренировавшихся в метании кинжалов в стоявшее неподалеку дерево. Свистнув, я поманил их к себе рукой. Мальчишки бросились ко мне со всех ног. Мои аура и репутация давали мне определенные дивиденды, все мальчишки замка возвели меня практически в ранг небожителя.

Подбежав, они замерли, с готовностью смотря на меня.

– Ребята, у вас есть праща?

– Конечно, уважаемый.

Протянув руку, я получил две неплохие пращи. Выбрав из них менее поношенную, я подобрал нужный по весу и размеру камушек и применил к нему Сбор душ. Глаза у пацанов загорелись, когда они увидели засветившийся камень. Вложив его в пращу, я присмотрел цель. Ею оказалась летящая над рекой птица. Хорошо прицелившись, я метнул камень и замер, ожидая результата. Камень едва коснулся крыла птицы, но она тут же рухнула в воду. Мальчишки восторженно завопили, а я почувствовал, как в меня влилась маленькая частица души.

«Это открытие решает множество проблем», – я радостно потер руки.

Решив продолжить опыты, я попросил мальчишек поймать мне любую живность. Не прошло и пяти минут, как они вернулись ко мне со змеей. Взяв другой камень с активированным заклинанием, я обмотал змею своей рубахой и прикоснулся к ней камнем – ничего не произошло. Сняв один слой повязки, я повторил касание – и опять ничего. Так, постепенно разматывая рубаху, я определил минимально необходимое расстояние, при котором аура заклинания на предмете начинала действовать, попутно установив, что совсем не обязательно касаться непосредственно открытой части тела жертвы, чтобы заклинание подействовало.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.