Анастасия Волкомир
По велению вселенной… Я завоевываю земли

Предисловие

Небольшое отступление, чтобы вы понимали, о чем идет речь.

Этот роман – фантасмагория, переосмысление и трагедия одновременно, только завуалированная щепоткой фарса. Все события вымышлены, а совпадения случайны, впрочем, вы сами вскоре убедитесь в этом. Все описанное ниже является плодом фантазии автора не без толики иронии и сатиры, через бесконечный вагон замысловатых метафор.

О чем вы читаете? Эта книга о невосполнимой утрате, юношеском максимализме и боли. Никаких шуток. Только ситуации, в которой мог оказаться каждый.

Здесь озвучены фрагменты, которые пережила я и мои близкие.

Я, как и многие дети, ходила в школу в течение одиннадцати лет. Не могу сказать, что мне, будучи усидчивой ученицей, было трудно получать знания. Было тяжело, но дело не в этом. У меня никогда не было иллюзии тщетности полученного. Образование важно и неизбежно.

Так уж вышло, что у меня никогда не клеилось общение со сверстниками. Когда я пыталась быть дружелюбной – они смеялись надо мной. Когда я пыталась завязать разговор – в ответ мне отвечала только тишина. Когда я замыкалась в себе – этого никто не заметил. Это было тяжким испытанием для неокрепшего ума, которому только предстоит получить жизненный опыт.

За это время я сменила лишь две школы. Первая была настолько захолустной, что ее облицовка трескалась по швам в ожидании помилования администрации. Что поделать? Окраина города деревенского типа, какие тут ремонты, когда в центре нужно обязательно поставить памятник шахтерам.

Вторая школа – полная противоположность. Это было небольшое здание. Пусть она тоже не отличалась шикарными фасадами и удобством расположения, но славилась образцом для всего города, который состоял на третьем месте по области.

Так вот о чем я: Что там, что тут – ничего не поменялось. И я была далека для всех, да и мне никто не был близок. Между нами всегда существовала неминуемая пропасть. Для деревенских детей – я была чудачкой, а для городских – недостойной.

Это уязвляло.

Я никогда прежде не чувствовала такого одиночества. У меня были друзья в дошкольные времена, пусть и соседские девчонки, что были старше меня, но это доказывало отсутствие проблем с коммуникацией.

Все эти года, проведенные за партой, взращивали во мне комплекс неполноценности. Я искренне ненавидела себя и свое отражение в зеркале. Как сейчас помню, смотрела в него и жаловалась: «Ну, какой же я – урод». Мое мнение о стандартах красоты расплывалось под критикой сверстниц. Их слова находили отклик в моем сердце, потому что я не выстраивала личных границ. Я позволяла топтаться по мне всем и каждому, потому что была зависима от общественного настроения.

Оглядываясь назад, я понимаю, что мне многое стоило сделать иначе. Например, как минимум, не пытаться бежать за призрачной целью.

Я сама себе навязала такой стандарт: быть одиноким – плохо. Спойлер на будущее: нет. Все не совсем так. Точнее было бы сказать: Одиночества не существует, просто нужно состоять в дружбе с самим собой.

Такой опыт существования вне социума не прошел даром. Я полюбила копаться в себе и в других. Я интуитивно понимала, что всегда есть причинно-следственное. Пыталась оправдать произошедшее. Начала разбираться, кому стоит доверять, а от кого держаться подальше. Так жизнь привела меня к нужной литературе и, соответственно, профессии.

Есть такая «общепризнанная» ошибка: Нельзя принимать поражение. В жизни нужно преуспевать и быть во всем победителем. Такое мнение рождается не просто так: это может быть следствием эгоизма родителей, неосведомленность или внутренний инфантилизм. Каждый из нас проживает разную жизнь, но стоит помнить одно: Проигрывать это нормально.

Принимать свои минусы и работать над ними – часть нашего бытия.

Потерпеть крах и признаться в нем – не есть слабость. Это сила. Смелость, которую познает, к сожалению, не каждый.

Сейчас, когда я думаю о днях минувших, начинаю понимать, что все это время я была добровольной мишенью. Я не умела ни посмеяться над собой, ни защищать себя, ни решать проблемы. Все о чем я мечтала: Вот придет кто-то там, без злого умысла и корысти, и как спасет меня от всего и вся. А я в ответ не прилагала усилий. Просто принимала бы это как должное и была такова.

Все что я делала во внеурочный остаток суток: страдала, да жалела себя.

С другой стороны, тогда не было бы этой книги.

Я не могу и не пытаюсь объективно оценивать свой труд, но и не хочу нахваливать себя напрасно. Я не специалист, разве что только учусь, но хочу передать те знания, которые достались мне не понаслышке.

Дорогой читатель, возможно, ты еще ученик и тебе только предстоит выйти в свободное плавание. Я искренне надеюсь, что эта книга будет некоторым пособием о том, как делать не нужно. Впрочем, хорошие примеры здесь также описаны, но на их следовании я не настаиваю. Если же вы давно, или только-только, окончили школу, просто окунитесь в эту историю, словно в бассейн, и позвольте воде обволочь вас.

Возможно, вы найдете в этой книге себя, а быть может и своего одноклассника или друга – это будет большим поощрением моего скромного труда. Ваше внимание – моя награда.

Пожалуйста, не упускайте ни одного движения каждого героя, здесь любая мелочь имеет значение. Любое неосторожное слово – имеет вес.

Не осуждайте, но и не поощряйте поступки каждого.

Анализируйте. Размышляйте. Критикуйте.

Ваша задача: Понимать происходящее. Моя цель: Быть хотя бы немного полезной для вас.

Глава 1

«В их глазах не азарт и не злость. Ничего кроме боли…» (Александр Елин «Колизей»)

***

Правила пользования драконом:

1) Не будить дракона

2) Не дразнить дракона

3) Не пытаться манипулировать драконом

4) Убивая дракона – ты сам становишься драконом

Я увидела эту памятку, выполненную на куске бумаги, на внешней стороне холодильника, когда закрывала дверцу. Папе пора бы запомнить, что я уже не ребенок и сама понимаю, что к чему.

Сегодня я иду в десятый класс, в новую школу. Энтузиазма не испытываю.

У меня нет новой брони, не прикупила. Отсутствие монет привносит в жизнь свои сложности. Пока побуду в старой, потертой, но удобной. Она еще способна отражать атаки и защищать уязвимые места.

Что бы ни происходило в первый и последующие дни, я больше никого не допущу к своему сердцу. Их и без того осталось три. Такое сокровище, пусть и иллюзорное, надо беречь.

Папа перед уходом на работу оставил мне немного золота и аптечку, чтобы я не забывала принимать успокоительное. Послание гласило: «Не забудь после уроков зайти в таверну и купить зелий». Будет сделано. Такой квест дает немного опыта, но все же лучше, чем ничего.

Все что происходит сейчас – это побочное. Я собираюсь выполнить более глобальное задание, который изменит ход привычной истории. Основная цель игры, если можно так назвать.

Я собираюсь завоевать школу.

***

Я открываю карту, расхаживаю по новой местности, запоминаю дороги. Кругом грязь и разбитый асфальт, создающий ямы и ухабы. Такое часто бывает в наших краях, особенно в последнее время. Погода неустойчива, потому влияет на внутреннее состояние и настроение. Слишком много серых дней за последние несколько лет. Пора положить этому конец.

Впереди меня идет толпа девушек в коротеньких юбках и расшитых мантиях. Они перешептываются, нарочито громко смеются, привлекая внимание противоположного пола. Меня, к слову, ни те, ни другие не интересует. Они – мой корм. Я должна поглотить их. Чем раньше это произойдет, тем легче мне станет. Сейчас у меня мало опыта и мне недоступна победа над таким большим количеством. Сначала нужно найти рыбешку поменьше.

«Не будить дракона». Черт, зачем я это вспомнила? Мне следует выбросить эту записку сегодня же.

Я должна пройти весь путь, превозмогая усталость, жалость и внутреннее бессилие. Я знаю, что будет непросто, но я морально готова к этому. Эта цель оправдывает возложенные средства. Главное – дойти до финального босса, что ждет меня на крыше школы. Если легенды не врут, его можно победить не силой, но хитростью. Нужен лут.

Уровни, приводящие к финальному боссу, эта такая своеобразная пирамидка, состоящая из пяти пунктов:

1) В самом низу находятся отбросы общества. Они, как правило, бедные, ленивые, не очень опрятные. Таких не любят даже учителя и порой брезгуют смотреть им в глаза. Те, в свою очередь, избалованы непринятием и делают им все назло: срывают уроки, грубят, иногда в ход идут кулаки. Таких легко облапошить. Подавить их – дело времени.

2) Чуть выше – травимые. Они мало чем отличаются от тех, что ниже, разве что старшие к ним относятся лояльнее. Точнее, они просто делают вид, что их не существует. Как ни крути – рыба гниет с головы, а школа с безразличия учителей. Все что угодно, лишь бы не решать междоусобные проблемы своих учеников. У этой ступеньки массовый комплекс неполноценности и тут просто нужна сноровка. Они мне не соперники.

3) Хорошисты. Они, можно сказать, самые сложные. Им нельзя приписать что-то, к каждому нужен индивидуальный подход. К тому же их большинство и они всегда собираются в стаи, и атакуют коллективно. Любят веселиться, но вместе с тем и обманываться. Тактику для них я приготовлю чуть позже, тут нужно больше ресурсов и артефактов.

4) Отличники. Тут все проще. Они больше пускают пыль в глаза, да дуют губы, если что-то идет не по их плану. Умеют манипулировать и внушать. На самом деле с ними не так уж и сложно, главное не поддаваться их чарам. Здесь нужно более прокаченное оружие, да и лишние аптечки для поддержания здоровья не помешают. Они щелкают менталку как орешки.

5) Учителя. Тут нечего рассказывать, все и так ясно.

***

Моя задача на ближайшее время: Устранить хотя бы одного отброса.

Для этого я иду в заднюю часть школы, так сказать, в слепую зону, где нет ни одной камеры. Они там курят.

Вот как раз стоит один в кожаной куртке, пытаясь укрыться от дождя куском крыши. Он пухлый и неказистый. Не красавец. Популярностью у девушек явно не пользуется. Небось, даже с классом не определился. Если нападу, то далеко не убежит. Не сможет. Думаю, я буду проворнее.

Я втянула свежий воздух и сохранилась на всякий пожарный. Я, пока что, слабенькая, поэтому лишняя подстраховка никогда не помешает, а боевой опыт пока это позволяет. Нужно уметь беречь себя.

Удача. Какая мелкая сошка и в первый же день. Я старалась не улыбаться. Дело еще не сделано, нечего теребить шкуру неубитого медведя. Правда, я уже мысленно вычисляла, что могу от него взять. Разжиться тут, конечно, нечем, но может, выпадет что. Внешность порой обманчива.

Я достала из ножен старенький, покрытый ржавчиной, меч. Я нашла его в каком-то заброшенном здании в сундуке. Ненужный. Его рукоятка почти сыпалась в моих руках, да и статы у клинка в минусе, приходится потрудиться, чтобы выполнить задуманное, но функцию выполняла. Ничего, скоро все будет по-другому, и оружие новее, и одежда свежее. Скоро все изменится.

– Эй! Э… эй! Ты… ты чего удумала?!

Он посторонился меня. Оружие не сверкало былым блеском, но страх внушало. Так даже лучше. Боится, значит, есть повод для этого.

Я действовала молча. Не хочу привязываться к нему в случай неудачи.

Запнувшись, отброс упал на землю и что-то нескладно бормотал. Его жалкий вид делал мне честь. Не думала, что я в чьих-то глазах могу быть такой пугающей. Я хотела включить зловещий смех, но такое доступно лишь хаотичному злу. Я, пока еще, полный нейтрал. Сама так захотела. Быть добром – не хватит никакого сердца.

Я сделала взмах. Сигарета выпала из его рук. Капли дождя тут же потушили его, и образовалась небольшая дымка. Такой себе артефакт, бесполезный и лишенный дополнительного опыта, не буду забирать его себе, только место займет.

Первый конкурент устранился. Ни монет, ни других полезностей. Даже вещей для крафта не выпало. Скучно, но хотя бы есть немного опыта и кожаная куртка в придачу. Она для меня большевата, да и декоративными ремнями лязгает противно, но, может, перепродам кому. В моем нынешнем положении не стоит брезговать лишним товаром.

Я сложила меч и убрала его обратно в рюкзак, в отделение для инструментов. Теперь самое время идти в школу…

Я представляю его пятиэтажной башней. Ее не обрастают ни лианы, ни другие сорняки. По нему не ползут гадкие насекомые, да и стариной от него не веет. Здесь нет ни моря, ни бодрящего воздуха, что противно свистит в ушах прохладным потоком. Я задираю голову, чтобы посмотреть на крышу. Она не доступна моему взору при близком расстоянии, а издалека она будто замыливается.

Неприятного вида замок, отделанный свежей краской и известкой. Здесь много людей и каждый чужд друг другу.

Здесь не от кого ждать помощи, потому что каждый норовит только прибавить проблем. Ты должен спасти себя сам.

Именно этому я положу конец.

***

Что б вы понимали как я выгляжу: «красавица» я, конечно, неписанная. Правда, ростом не вышла, едва пяти фунтов достигаю, но зато у меня большие глаза и чуть вздернутый нос. Думается мне, что папа мой – гном, а мама – эльф. Иначе как объяснишь мою вечную молодость и любовь к ручному труду. У меня даже уши так торчат, что порой улавливают направление ветра.

Статы у меня не слишком высокие, как у любого другого новичка:

Сила +1

Выносливость -3

Зато Интеллекта во мне хоть отбавляй, целых +7

Все пытаюсь найти решение, чтобы перейти на новый уровень, а там сбалансировать все это дело, да не выходит. Застряла на этом задании на целых одиннадцать лет. Говорят: «Магию прокачивай, в жизни пригодится», да какие уж тут чудеса? Никаких способностей к этому нет. Пытаешься учителям и прочим «взрослым» объяснить, что эта система мира безбожно устарела, так тебе подсовывают такую же пошаговую стратегию. Мол, это только демо версия, с барского плеча, так сказать. Чтобы пощупать игру. Дальше прокачиваться придется самой, да еще и не без помощи доната. Как тяжко жить… Ужасные здесь правила.

Я живу с отцом. Не знаю его точные статы, не интересовалась никогда, но инициатива у него точно в большом минусе. Удивлена, как он еще каждое утро ходит на работу при таком раскладе.

Сила +3

Ловкость нулевая.

Что там с Интеллектом и прочим ответить затрудняюсь. Вроде бы не глупый человек, но на контакт со мной идет слабо.

Впрочем, речь не о нем. Я удовлетворена происходящим. Сейчас главное не сойти с тропы и сохранять хладнокровие. Я не должна никем интересоваться. Это путь к проигрышу.

***

Я в здании.

Впереди меня толпятся люди. Все вразнобой. Один другого краше. Никому нет никакого дела до произошедшего. Поверженный был идеально мишенью. О нем никто не вспомнит. Эх, вот бы всегда так везло…

Я не буду делать сейчас громких заявлений. Никто не должен знать о моих намерениях. Я сделаю это, когда устраню два нижних слоя пирамиды. Нужно время. Он – надежный союзник и единственный друг на сегодняшний день. А пока все должно идти своим чередом. Великие дела любят тишину и спокойствие.

Младшие классы, старшие, учителя, прочие работники. Все куда-то идут, с целью или без. Словно запрограммированные. Неживые. Безличностные тела, лишенные имен. Никакой эмоциональной отдачи. Тем лучше. Все пройдет без ненужных сожалений.

Я осмотрела свой класс. Вроде новые лица, а все те же уставшие физиономии, которым не терпится поскорее уйти домой. Учитель представил мою персону, но никто не здоровался со мной. Да и не нужно мне их лицемерное внимание. Пусть это будет лишней мотивацией не сдвигаться с намеченной цели.

Вся пирамида была здесь: Те, что повыше, сидели на передних партах, те, что ниже, соответственно, позади. Люблю, когда люди сами распределяют себя на подвиды. Никакой дополнительной работы.

– Садись сюда. – Сказал тихий, почти еле уловимый, девчачий голос, когда я проходила по рядам. Мне он изначально показался знакомым. Я не стала вникать и решила повиноваться. – Не думала, что ты перейдешь сюда.

– Чт…

Я запнулась, когда увидела ее медные волосы.

Урок начался, да и галдеж «Камчатки» перебивал все мысли, как мои, так и учителя.

Я, кажется, знала ее. Да, я помню это усыпанное мелкими крапинками лицо.

– Рыжая, ты что ли? – Спросила я, когда кат-сцена закончилась.

Она подтвердила мои слова легким кивком.

Вот дела. Задача, все-таки, усложнилась.

Мы с Рыжей учились вместе до шестого класса. Периодически сидели за одной партой, когда у меня не хватало учебников. Та, как прилежная ученица, добавляла мне поинты знаний, объясняя сложный материал. Я, в благодарность, гуляла с ней округе и открывала для нее карту.

Надо сказать, я никогда ничего не имела против нее. Ребенком она была спокойным, ни с кем не конфликтовала, на шутки от глупых мальчишек не реагировала вовсе. У нее была кличка «Тормоз», но таковой она не была. Для меня, по крайней мере. Она многое знала и понимала, но всегда молчала. Была идеальным компаньоном. Вечно ходила за мной, в какую бы глушь я ее не занесла.

Наверняка она изменилась с тех пор. Внутренне. Внешне же – все такая же приятная девочка. Я когда-то слышала, что красивыми в основном считают тех, у кого преобладают детские черты лица. Рыжая до сих пор походила за ученицу младших классов, даже на свитере вышит неказистый мишка.

– Я думала, ты в одиннадцатом учишься.

– Меня оставили.

«Да ладно?» – подумала я. Ни в жизни не подумала бы, что это может случиться с ней. Хотя, со мной тоже, но то был несчастный случай, от которого я не была застрахована.

– С чего бы?

Она пожала плечами, не отрывая взгляда от конспекта: – Мана кончилась.

А, ясно.

***

Прошло немного времени.

Я исправно ходила на учебу, отсиживая должные часы. Я воспринимала это как подготовку. Так становилось легче.

Параллельно я осматривала территорию и искала лазейки. Пасхальных яиц не было. Скучно играть в серьезные игры, где большая часть времени тратится на монотонную работу. Впрочем, я знала, на что иду.

«Думаю, настало время» – подумала я, начистив оружие до еле уловимого блеска. Меча хватит ненадолго, статы достигли еще большей минусовой отметки. Скоро выбрасывать, а мне еще нужно продолжать свое дело.

За школой никого не было. Я, бывало, караулила эту территорию, но тщетно.

«Может, обзавестись луком и стрелами?» – меня иногда посещала эта мысль. Признаться честно, ближний бой – не моя тема. Да и навык крафта надо прокачивать. Приятное следует совмещать с полезным.

– Ты что-то ищешь?

Я обернулась. Рыжая стояла позади меня, пока я шарила по кустам в поисках чего ценного. Все те же потасканные свитеры, связанные ее бабушкой, из которых торчали тонкие ворсинки. Они даже внешне выглядели неудобно. Да и красоты в них было мало. Та же кожаная сумка-почтальонка, потертая почти до дыр. На ее лице не было ни заботы, ни замешательства. Все как несколько лет назад. Хотя, я могу ее понять. Я тоже слишком привязана к старым вещам.

Я решила отшутиться. Такие вещи не так-то просто объяснить: – Да так, в поисках скрытого смысла. Как видишь – не нахожу.

Она ничего не поняла, но виду не подавала.

– У тебя, оказывается, успеваемость слабая. Может, тебе с математикой помочь?

– О, хочешь добавить очки интеллекта? – Рыжая в ответ прищурила глаза, обдумывая ответ, словно иностранка, в поисках доступного слова. – А, не забивай голову, нормальные люди, вроде тебя, не интересуются такими вещами. Спасибо за предложение, кстати. Я потом спишу. Ты совсем не изменилась. Как раньше кидала спасательный круг, так до сих пор продолжаешь, да?

Она помялась: – Как хочешь. – Что-то ее явно расстроило в моем ответе, пусть и принимала это со смирением.

– Эй, погоди!

– Что?

– Не хочешь после уроков со мной пройтись? Ну, там… Погулять. В парк сходить, на колесе прокатиться?

Я подумала, что она будет неплохим союзником. Рыжую нельзя было отнести к какой-либо прослойке в пирамиде. Не то чтобы она была выше этого, просто всегда стояла в стороне, что раньше, что сейчас. Ей всегда безразличен исход, это делало ее победителем в любой ситуации. Что-то было в ней приятное, не могу понять что. Да, она была бескорыстной, у нее не было скрытых целей. Это подкупало. Что же еще…

– Ты хоть помнишь, как меня зовут? – Спросила она без толики обиды. Это не было ни упреком, ни попыткой пристыдить. Чистый интерес.

Это застало меня врасплох.

Иногда я забываю, что у всего есть имя. Все начинается от слова. Не существует во Вселенной ничего такого, что бы не имело названия.

– Катя? Ой, нет, Ксюша?

Та наклонила голову и тоскливо посмотрела на меня: – Саш, ты чего?

У меня аж свет в глазах погас, пусть и на мгновенье.

– А! Маша! Нилова Маша! – Крикнула я ей вслед. Та обернулась, не сбавляя шаг, и одобрительно кивнула, пусть и без улыбки.

Рыжая никогда не злилась, не удивлялась, не смеялась. У нее эмоции, будто, напрочь отсутствовали. Наверное, этот стат полностью ушел в интеллект. Неплохой обмен. Я бы тоже променяла все чувства на что-то более толковое.

Да, точно. Она никогда не обвиняла меня, хотя было за что. И ведь, правда, забыть имя своей первой подруги, да еще и с которой ты за одной партой сидишь – весьма странно. Я бы точно обиделась. Нет, Машу я трогать не стану. Никогда.

«Не дразнить дракона»

***

За первый месяц я устранила еще двух болванов. Один сопротивлялся и даже хотел вывести меня на честный поединок, но я его тут же обломала. «A la guerre comme a la guerre», как говорят французы. На войне, как на войне, то есть. Справедливость лишь для тех, кто не успел себя обезопасить. Я маленькая и неуклюжая. Не самый лучший боец, признаюсь честно. Поэтому всегда прихожу к грязным методам – удар исподтишка. Он не успел оправиться от такого шока, и я под шумок быстренько его добила.

Мне бывает совестно это никуда не деть, но в такие моменты я сразу вспоминаю о своем желании. Так я получаю индульгенцию. Я клялась себе больше никого не щадить. Для этого нужно и самому увертеться, а если не получилось, то постараться не попасть под большой урон.

Поединок вышел не зря. Много я от него опыта получила. Еще бы, мне даже побегать за ним пришлось. Ненавижу долгие дуэли.

Другой же предлагал мне вместительный рюкзак за возможность побега. Для меня он был жалок. Не терплю торгов и взяток. Уж лучше обидный нож в спину, чем мерзкий подкуп. Не люблю тех, кто считает, что может позволить себе купить все и всех. Нет ничего дешевле, чем блеск дорогих вещей.

Мой меч потерпел крах, и я соорудила лук из найденных артефактов. Иногда приятно порыться в своих старых вещах, будто даришь подарки самому себе, из прошлого в будущее.

В нижней прослойке начали догадываться, что что-то происходит, но никто не делал громких заявлений. Они словно муравьи, чей дом был орошен водой. Ходили туда-сюда, суетились, что-то пытались предпринимать, но без последствий. Я грела уши рассказами о свирепом воине, что охотится на неудачников. Я приобретала новые черты в глазах соперников.

Я тогда подумала, что новая ступень приближается ко мне. Питала иллюзию о том, что все будет гладко и дальше, ведь я всего лишь маленький человек. Мне начинало нравиться общее положение вещей. Я становилась настоящим врагом для всего общества, время служило как надо, осталось только подождать.

Я пыталась прикрыть улыбку руками, но Маша смотрела на меня, пусть и не поворачивая головы от доски, пытаясь не спалиться. Она догадывалась о происходящем, не сомневаюсь в этом. В Рыжей я была уверена, не меньше, чем в себе. Она не проколется. Ей не за чем все эти игры.

***

Случайная мишень появилась передо мной в выходной день, когда я решила зайти в таверну за провизией.

Он сидел на качелях, низко опустив голову и медленно покачиваясь, видимо в такт музыки, что звучала в его наушниках. Я уже видела этого персонажа. Мы учились вместе, узнать его было легко. Тот был высок, смугл, черноволос и вечно ходил в неказистой серой шапке, которая меня раздражала. Наверное, считал, что эта деталь делает его узнаваемым, ну или уникальным среди толпы. Держу пари, он не снимает ее даже в летний день. Быть может, даже душ в ней принимает.

Я закрепила стрелу, но тетиву не натягивала. Искала подходящий момент. Еще бы, так долго пребывать в выжидающем состоянии. Попробуйте осилить хотя бы минуту выдержки в несколько десятков килограммов силы натяжения.

Со словами: «Сдавайся!» – я вышла на него. Глаза в глаза. Он должен чувствовать мое бесстрашие.

Я, избалованная подачками судьбы, решила подразнить его, ощутив полную власть и безнаказанность после череды удачных поединков за последние дни.

Он неспешно снял наушник и посмотрел на меня.

– Убери.

Это было неожиданно.

Я слегка отшатнулась. Так мне еще никто не приказывал. Даже мой папа в самые тяжелые рабочие недели не мог похвастать такой строгостью в голосе.

– Я… Я сказала – сдавайся!

– А я сказал – убери стрелу. – Не унимался он.

– Ты серьезно?!

– Да. Выглядишь глупо.

Я сначала пялилась на него, но быстро взяла себя в руки. Экая важная птица! Я тебе сейчас покажу «глупо выгляжу», любитель безвкусных шляп!

В порыве злости я отбросила оружие и подошла, чтобы снять с него шапку. Тот резко перехватил мою руку: – Сделаешь это – убью.

До этого момента я не осознавала насколько у меня тонкая ручка. Еще чуть-чуть и она сломается в его охвате, словно сухая ветка на морозе. Так больно стало, что даже невольно пришлось всхлипнуть.

– Отпусти меня.

Какая стыдная ситуация. Я тут гнилым обрубком меча людей раскидывала направо и налево, а тут этот… без оружия, без нормальной брони. Он будто все мои действия наперед знает. Те, другие, боялись меня, пытались вызвать жалость, торговались, а этот и не пытается уйти, даже в драку ответную не вступает. Я сама боюсь людей, особенно тех, чьи намерения туманы, а действия противоречивы.

– Отпущу, а ты – проваливай.

– Да ты малахольный что ли? – От досады спросила я. Я решила давить до конца, в надежде, что все обдуманное раннее – предубеждение. – Жить надоело? Я тебя устранять пришла, а ты мне тут приказываешь! А ну, отпусти!

Он отбросил меня. Помилование от такого явно не получить, да и сочувствие тоже.

– Главной героиней себя возомнила?

У него получилось уязвить меня в больное место. Быть того не может, что тот меня как открытую книгу читает.

Я пренебрежительно осмотрела его с головы до ног. Бедностью он не отличался, да и материальным излишеством не сверкал. Хорошист что ли? Эх, сбила прицел. Думала что-то нижнее. Постараюсь как-то выкрутиться, все равно деваться некуда. Диалог открыт, пути назад нет. Может, что-то да получится. Стыдливо сбегать не собираюсь. Добегалась уже. А если все-таки одолею, пусть и не золото, так может, какой металл найду.

Как бы я не хотела признавать правоту отца, но его фраза: «Если не хочешь встрять в неприятную ситуацию – просто не попадай в нее» – все-таки имеет смысл.

– Что значит «возомнила»? Я и есть гла…

– Ага, уже третья за этот месяц.

– Что?

– Ничего. Говорю, вы все тут главные, разнообразные и не такие, как все. Задолбали только одинаково. – Теперь он разглядывал меня. – Хотя, нет. Среди других – ты выглядишь самой безобидной.

Поджав губы, я старалась сохранять зрительный контакт. Было непросто. Все его слова находили отдачу в моем сердце. Знает, ирод, куда бить, да побольнее. Нужно сохранять спокойствие. В такие моменты нужно включать безразличие к итогу беседы – это лучшая тактика.

– Зубы не заговаривай мне. Не хочешь устраняться – мирно сдавайся. Я, правда, никому пощады не давала прежде, но для тебя исключение сделаю. Уж больно ты смешной. Те, другие, даже не пытались со мной поговорить.

Я пыталась хоть как-то уколоть его в ответ, но, скорее всего, лишь укреплялась в его соображениях как посмешище.

– А ты мне мед в уши не лей. Я на твою лесть не куплюсь.

– Вот еще! Такое ничтожество как ты покупать, да мне ничего не стоит тебя сейчас…

Я оступилась. Тот очень странно всматривался в меня. Непривычно. Ни осуждения, ни одобрения. Ничего кроме усталости и боли. Что-то было в этих глазах знакомое, но я боялась об этом думать. Я давно забросила это воспоминание далеко в чердак и больше дверь не открывала. Раздумья об этом – погоду не сделают, а она и без того плохая.

– Так что там тебе не стоит? Устранить? Ну, давай. Я стою перед тобой, оружия у меня нет. Давай, нападай. Я жду.

Нет, он точно чудак. У меня даже настрой пропал.

– Ты же специально это, да?

– Нет.

– Да я не об этом. Меня твои передразнивания никак задевают. Я про других главных. Что ты врешь, а? Что ты этим добиться хочешь?

– А, ты думаешь, я тебе внушить что-то хочу? Не, я не вру. Вон, тоже ходят по школе, свои цели преследуют.

– Они на меня охотятся?

– Понятия не имею. Сама с ними разбирайся.

– Кто они?

– Сама ходи и узнавай. Я тебе не справочная.

Я фыркнула: – Помощи от тебя никакой. Дождь ты апрельский, вот ты кто! Такой же бесполезный.

– А ты меня найми как напарника и, может, будет толк.

– Вот еще, у меня нет золота. Даже не проси.

Он расслабился, да так что на его лице промелькнула легкая улыбка, если, конечно, мне не показалось: – А мне богатства твои даже даром не нужны.

Да и я сама потеряла бдительность. Тревога постепенно отступала. Было в этой Серой Шапочке что-то такое… безопасное для меня. Может, и правда отпустить его, да забыть. Подумаешь, одним из пирамиды меньше. Главное, что он около себя стаю не собирает. Нападать ему нет никакого смысла. Один в поле – не воин. В одиночку он не посмеет меня остановить. Сейчас этого не делает, да и дальше не станет.

– А что хочешь?

Он снова нахмурился, будто я что-то не то сказала. Может, он ожидал другого ответа. Ой, какая жалость! Не оправдала возложенного. Я, оказывается, безнадежная. Сама не лучше дождя! Ну и ладно. Ну и не надо.

– Ничего не хочу. Оставь меня в покое.

– Да хотела, но теперь ты снова вынуждаешь меня совершить задуманное.

– Повторить предыдущий диалог?

– Мне твое пение неинтересно.

– Мне другого барда позвать?

– Что ж ты надоедливый такой! Ты откуда такой никудышный вылез? Ни там, ни сям. Ни меня прикончить, ни самому убраться. У каждого свои цели, да? Ну, давай, гони свои. Че ты там хочешь? Посоперничать со мной? Хрен тебе! Не уступлю, понял? Я проделала слишком большой путь не для того, чтобы с тобой тут кокетничать. Ничего не хочешь – не мешай. Я пошла.

«Не хочешь проиграть в споре – не вступай в него» – вот так перефразирую отца. Дохлый номер. Сама виновата, нечего было ввязываться. Следовало догадаться, что добром это не кончится.

Надо же, я будто сама хотела с ним вступить в перепалку. Было в этом мгновении что-то освежающее. То ли новое, то ли хорошо забытое старое. Не так часто попадаются удивительные люди, с которыми можно даже разбираться как со старыми знакомыми.

– Ты сама-то чего этим добиться хочешь?

Я обернулась: – В смысле?

– Думаешь, до меня слухи не доходят? Это же ты была, да? Досадно, двух не знаю, но один из них неплохим бойцом был, общались хорошо. Не понимаю, как у тебя его одолеть получилось. Наверное, долго пришлось своей палочкой с ниточкой мутузить?

Видимо, он говорил о том проворном парне. Впрочем, это неважно. Победа за мной, пусть смирится с этим.

– Пошел ты! У меня меч был. Он пал в ближнем бою. Да и не такой он хороший противник. Даже с низкими статами не справился. Так, побегала за ним немного, и то… – Я поджала губы от осознания совершения большой стратегической ошибки. Я начала оправдываться! Да и еще перед кем? Человеком, которого я знаю от силы минут десять.

– Понятия не имею о чем ты, тот слишком много курит при своих габаритах. Он даже на физкультуру не без отдышки ходит.

«А… так это первый» – подумала я не без удивления.

– Ни в жизни не подумала бы, что он хороший боец.

– А ты его, по всей видимости, не спрашивала.

Я устало вздохнула. Кажется, я поспешила с выводами. Мне стало как-то душно в его компании, уж больно его много.

– Тем не менее, факт остается фактом. Он – проиграл, его куртка – моя. Кто успел, тот и съел. А чего я хочу добиться этим – тебя не касается. Да и не поймешь ты.

– Ты всех хочешь победить?

– Да. А ты нет?

– Нет.

Ах, ты, не подловить засранца!

– Ну, вот видишь. Как я и говорила. Между нами большая идейная пропасть. Нечего мне тут с тобой зевать. Ни ответа, ни совета. Покеда.

– Ты как всех победишь – дай знать, похлопаю в ладоши хотя бы. Никогда воочию не видел экзистенциальное зло.

Я хотела было задаться вопросом: «К чему это?», но решила пропустить это неуместное замечание мимо ушей. Я и без того потратила слишком много времени, а товары еще не собраны.

По дороге до таверны я долго обзывала его в сердцах. При всем раскладе меня посещали и более дерзкие мысли. Может, мне следует подружиться с этой безнадегой? Да ну, нет. Такой до смерти задавит своим «очень важным мнением». Очередная напускная всезнайка. Еще хуже, чем маги.

Черт, а ведь он заинтересовал меня. Завел, как механическую игрушку. Давно я не испытывала такой фонтан эмоций от определенной персоны. Ну, может, стоит попробовать?

«Не пытаться манипулировать драконом»

***

Отбросы отлетали с сумасшедшей скоростью. Они имели привычку ходить по территории в одиночку, и не прокачиваясь. Будто их не волновал выигрыш вообще. Впрочем, мне это играло только на руку, пусть и интерес соперничества постепенно стихал во мне. В скором времени их уже почти не было.

Я стала чаще замечать одну девушку. Она была не запоминающейся внешности и в какой-то дряблой серой водолазке, что обтягивало ее и без того тощее тело. Не скажу, что она была примечательной, но та часто сидела на окне и смотрела на центральный вход, на металлические забор и ворота. Просто сама попадалась на глаза. Мне казалось, что та выглядывала меня, но я запретила себе накручивать эту мысль. Я давала себе отчет в том, что всего лишь паранойя.

По школе распространялся слух о супер сильном бойце, но каждый придумывал для него свою мотивацию, внешность и классификацию. Никто не догадывался ни обо мне, ни о моих настоящих намерениях. Это радовало. Главное, что я приближаюсь ко второй ступени. Осталось совсем немного.

Я улучшила оружие, заменив тетиву из синтетики на натуральный шнур. Теперь стрельба давалась мне легче. Все чаще я стала попадать в цель с первого раза.

На прошлой неделе мне попалась хорошая добыча. Много времени мне потребовалось, чтобы выследить его в момент беззащитности. Я давно не выбивала столько монет из одного бойца. Он был самым дерзким и всех. Много проблем доставлял учителям. Похоже, его поражение только принесло покой взрослым. Он сам подмывал на устранение, это был логичный исход для его компании.

«Может, я, в каком-то смысле, санитар леса?» – после этого случая подумала я. Я даже не ненавидела этого парня, он был мерзок для всех. Устранив его, я оказала всем большую услугу. Вот бы так с каждым… Да невозможно. Всегда должен быть какой-то враг, даже мнимый, чтобы на его фоне выглядеть хотя бы нейтральным добром. Одно без другого не живет, а кто кого победит – лишь вопрос времени и моральных устоев. Я для себя давно решила, что не хочу присоединяться ни к тем, ни к другим. У обеих сторон свои подводные камни и каждый от такого союза имеет скрытую прибыль. Я тяготею к такой завуалированной меркантильности.

Я давно не чувствовала себя так хорошо. Я даже перестала принимать седативные. Оно больше не действовало. Теперь у меня был другой способ успокоения, и он приносил ощутимый результат.

***

Вопреки моим ожиданиям, Рыжая стала смотреть на меня, не скрывая беспокойства. Иногда она даже будто боялась подходить ко мне. Сохраняла расстояние и пыталась в лишний раз не показаться на глаза.

– Что, считаешь меня чудовищем? – Спросила я ее, когда мы вместе шли домой. До этого мы не разговаривали. Мы даже не договаривались о совместном походе, так случайно вышло. Мы жили по разные улицы, но путь частично соприкасался.

Она долго думала над ответом. Время позволяло, и на этот момент истины было ее союзником. Мы все равно стояли около железной дороги, ждали пока проедут все грузы с углем. Я невольно пересчитывала каждый. Эх, вот бы можно было их грабить. Сколько бы я получила прибыли…

Машу же поезда явно не интересовали. Она всегда боялась громких звуков. Правда, та была так погружена в себя, что, видимо, мысли заслоняли любой шум.

– Я не знаю, Саш.

Меня этот ответ не устроил.

– Да ладно тебе, так и скажи: «Мне не нравится то, чем ты занимаешься», вот и все. Ты думаешь, я обижусь на тебя?

– Я думаю, что ты все равно не перестанешь делать это.

– Правильно думаешь.

Она легонько кивнула. И снова наступила неуютная тишина.

– Как твой папа поживает?

– О, ты его не забыла. Ну, как-как… Работает с утра до ночи. Ты же знаешь, мы никогда не жили на широкую ногу. Да и долги не все раздали. Я пыталась доказать, что мне стоит уйти после девятого класса и тоже куда-нибудь устроиться. Тот наотрез отказался. Говорит: «Я должна учиться».

Маша пожала плечами: – Мне мачеха тоже так говорит.

– Да уж, если бы их еще волновало, что мы хотим.

– Ну, вреда от этого не будет.

– Пользы тоже.

Та вздохнула. Ответа не последовало. Наверное, я слишком упрямая для нее. Честно говоря, мне все еще хотелось верить, что она на моей стороне. Пусть и маленьким процентом своей необъятной души. Мне так не хотелось от нее отдаляться. Она была олицетворением моих остатков адекватности и здравого рассудка, пусть и в чужом теле.

– Слушай, – продолжила я, – а мы еще дружим?

Не знаю, почему я решила задаться этим вопросом. Видимо, хотела убедиться: Существует ли эта поддержка на самом деле, или она тоже мнимая? Я должна отбросить все лишнее, теперь я – другая.

Она одобрительно кивнула: – Я ничего не имею против тебя.

Эти слова звучали ровно, но я почему-то не получила ожидаемого удовлетворения. Может, из-за отсутствия контакта глазами. Нет, Маша никогда не могла смотреть в лица. Бывали исключения, но редко. Это был ее недуг, который сопровождал ее и в прошлом. Да и вряд ли она когда-нибудь справится.

Поезд прошел свой путь, турникет открылся и мы разошлись по домам.

Глава 2

Я проснулась раньше обычного, ощутив неприятную влагу, что падала прямо на мое лицо. Протекла крыша. Папа как-то обещал починить ее, но все руки не доходили.

Спастись от внезапного дождя помогла смена геолокации матраса. Нужно доспать хотя бы еще часик перед великим днем.

Сегодня я перехожу на новую добычу.

Записка на дверце холодильника раздражала меня, но убрать ее, почему-то, не поднималась рука.

Отец ушел, не забыв написать свои наставления. Все-таки странный он человек. Может и родитель, но мужчина ли? Все время шугается от меня, как от огня, прячет мамины письма. Будто, от меня есть что скрывать. Я и так все знаю…

Иногда так хотелось, чтобы тот ремня мне всыпал. Быть может, хотя бы так удостоверилась в отсутствии игнора с его стороны. Ненавижу, когда мое существование воспринимают как должное.

Я была такой злой после ночного потопа, что внутренне состояние постепенно перешло во внешнее. Я пинала камни и мусор, плескала лужи, раздраженно ругалась. В воде отражался город. Я никогда не питала любви к местной архитектуре. Больно унылая текстура. Одни и те же здания. Копировать – вставить. Видимо так все создавалось.

Ноги занесли меня в парк. Аттракционы еще не работали, никто не ходит туда в такую рань. Серое небо лишь сгущало краски картины происходящего. Настроение было безнадежно подавлено. И сюда я хотела прийти с Машей. Грустно все это и уныло. Никакого просвета.

***

Периодически я видела Серую Шапочку в кабинете, тот сидел на втором ряду. Он много прогуливал, но учился сносно. Учителя не пытались его ругать, тот всегда разворачивал аргументы в свою пользу. Просто умел это делать. Знал, как выгодно подавать информацию. Дураком не был, да и сам, очевидно, таковых не любил. Его не обходили стороной, но и дружить с ним никто не стремился.

– Он тебе нравится? – Донесся до меня шепот Рыжей.

Я даже не сразу смогла ответить на такой прямой вопрос: – Не. Не люблю тех, кто себе на уме.

– Странно, что вы не вместе. – Ответила та спустя минуту. Я даже немного разозлилась от такого уличения, но Маша была спокойна как удав.

– Да ну тебя, конопатая! – Жалостливо вырвалось у меня от досады. Вот кого я точно не хотела унижать, так это ее. Даже смущение пришлось изобразить, для смягчения нападения. Благо, она слабо поняла смысл сказанного.

Может, она права. Мне неприятен факт ее прозорливости. Она, то на стены смотрит, то в пол, а то и вовсе в пустоту, но при этом все видит!

А ведь если задуматься, он и правда мне нравится. Уродом он не был, слащавостью тоже похвалиться не мог. Не самая несносная зануда, но и не инфантильный ребенок. Он так подкупал меня своим безразличием, как бы противоречиво это не было сказано. Вот, будто специально подмывал меня достать его. Как желанная коробка печенья на верхней полке, до которой я никогда не дотягивалась в силу небольшого роста.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.