Crazyoptimistka
Одна на двоих

Глава 1      

Ненавижу переезды. Ненавижу новый дом. Ненавижу новых соседей. Они уже толпятся на крыльце с куском пирога в руках и на их лицах сияют фальшивые улыбки. Папа устало вытаскивает ключи из зажигания и поворачивается в мою сторону:

– Будь солнышком и постарайся не загрызть их с первого раза.

– Не обещаю, – фыркаю в ответ, – что?

– По-моему, я не прошу о чем-то сверхъестественном.

– Они ничего хорошего мне не сделали.

–Но и плохого тоже. Они вообще ничего тебе не делали. О, боги, Хлоя прекрати это! – Раздраженно срывается отец. – Я провел за рулем почти сутки и меньше всего сейчас хочу объясняться перед незнакомыми мне людьми за поведение своей дочери.

– Ладно-ладно, – поднимаю ладони вверх, – я постараюсь быть паинькой.

– Спасибо.

Мы выходим из машины и приближаемся к крыльцу, на котором стоят незнакомцы. Мои глаза надежно укрыты за темными стеклами очков и поэтому я могу беспрепятственно осмотреть собравшихся. И зрелище меня конкретно удручает. Когда их глава семейства смотрит на меня, то на его лице расползается сальная усмешка. Знаю, мой внешний вид сам провоцирует на такую реакцию. У меня высокий рост, как и у отца. Сегодня на мне короткие джинсовые шорты, которые открывают вид на длинные загорелые ноги. Майка обтягивает мою грудь и глаза этого мудака теперь скользят по ее вырезу. Перекидываю свои светлые волосы на одно плечо и тем самым, перекрываю ему весь обзор на ложбинку груди. Если вдобавок к этому снять кепку и очки, то внешнему миру явится до ужаса кукольное лицо с едва пухлыми губами и голубыми глазами. Но я так делать не стану, так как не хочу доставлять этому похотливому извращенцу еще больше удовольствия. Пока он жмет руку моему отцу, передергиваюсь в сотый раз от отвращения. Мелкий, с пивным животом и редкой бородкой, он смотрится нелепо рядом с моим высоким и спортивным папой. Где бы мы ни были, женщины оборачивались ему вслед. Я бы тоже обернулась, если бы не была его дочерью. Высокий, хорошо сложенный и миловидный тренер по баскетболу. Он мог стать звездой всех спортивных новостей в свое время, ведь ему пророчили блестящее будущее. Но все пошло наперекосяк и по банальному сценарию: вечеринка в честь победы баскетбольной команды, слишком много выпивки и залет серой мышки от капитана той самой команды. Не понимаю, насколько нужно было нажраться, чтобы залезть на мою мать. Звучит слишком грубо? Возможно, но мне откровенно плевать. Их брак по залету продержался всего пять лет. А потом она просто исчезла со своим любовником, который работал в банке. Мой отец остался с пятилетним ребенком на руках и с нулевым счетом в банке, так как почти все деньги эта дрянь спускала на покупки всякого хлама. В записке она мило указала на то, что чувствует себя третьей лишней в семье и что уезжает на поиски себя. Третьей лишней?! Мать вашу, вы серьезно? Да, если сравнить отца с другими папашами, то мой конкретно отличался тем, что носился со мной. Пусть я была незапланированным ребенком но, не смотря на это, он души во мне не чаял. И согласитесь, это редкость в нынешнее время. А она… она невзлюбила меня с самого рождения. Ведь я для нее стала ошибкой и последствием несработавшей контрацепции.

– А это моя дочь, – голос отца вырывает меня из задумчивости, – Хлоя поздоровайся с миссис Вейт.

Ах, точно, перевожу взгляд на мать семейства. Невысокого роста, как и муженек да и такой же полной комплекции. Она нервно теребит рукой свои выжженные дешевой краской волосы и кидает на моего отца заинтересованный взгляд. Милочка, опомнись, ты не в его вкусе. К тому же, мой отец прямо мне сказал, что не собирается вляпываться в это дерьмо повторно в своей жизни. И я ему верю. Когда она наконец-то переводит свой взгляд на меня, то с особым удовольствием замечаю то, как ее лицо перекашивает при виде моих татуировок. Некоторые из них красуются на правой руке, одна идет через ключицу и спускается по спине, еще одна красуется на щиколотке. Ох, оставим нравоучения о чистоте кожи девушек и просто смиримся с тем, что это красиво. По крайней мере, я так считаю. Папа противился не долго. Как только мне стукнуло восемнадцать, он сам отвел меня к своему мастеру и мы вместе подбирали мой первый эскиз. И знаете, я обожаю своего отца. За то, что он не сдался после предательства жены. Он не отдал меня кому-то из родни, а сцепив зубы, поднялся с колен и пошел вперед. За то, что стал мне другом, с которым я делилась абсолютно всеми переживаниями. А ведь не каждая девочка могла так довериться своей матери, как я доверяла отцу. Он дал мне выпить первую стопку спиртного и дал закурить первую сигарету. Мне не понравилось и больше я не притрагивалась ни к тому, ни к другому. Всего раз он наорал на меня и это было вполне заслужено. Это произошло после выпускного бала по случаю окончания школы, когда он буквально содрал навалившегося на меня красавчика нашего класса. В то время я почему-то думала, что парень был влюблен в меня и идея отдать ему невинность, казалась мне вполне нормальной. Но на самом деле это было ошибочным мнением. Спасибо пап, что вовремя вернул меня с небес на землю. Девственность я потеряла двумя годами позже, но уже абсолютно с другими мыслями и подходом к делу. Знаете, видимо есть разница, когда тебя воспитывает мама или отец. У меня напрочь отсутствует тяга ко всему прекрасному и приторному. Я люблю, когда все просто и понятно. Говорю то, что думаю и ненавижу сплетни за спиной. Если нужно, то могу и двинуть по морде. И если мне что-то нужно, то я достану это любой ценой. Но не буду сидеть и ждать пока мне принесут желаемое на блюдце с голубой каемкой. Вот и в плане секса я поступила так же. Взвесив все, поняла, что ждать принца на белом коне нет смысла. Их попросту больше не выпускают. Давайте говорить честно: парней интересует только секс, а не твои душевные страдания. Так зачем усложнять жизнь, если можно доставить друг другу удовольствие и при этом, не причиняя боли.

– А это наш сын, – дамочка подталкивает вперед болезненного на вид парня вперед, – Адам. Ну же, зайка, не стесняйся.

Хорошо, что за очками не видно, как закатываются мои глаза. Смотрю на "зайчика" и то, как он, бледнея, тянет ко мне руку. Я не хочу к ней притрагиваться. Но за моей спиной слышится отцовское покашливание и он типа напоминает мне, что я обещала быть вежливой. Быстро жму потную ладошку и прячу руки обратно в карманы шорт.

– Мы так счастливы, что у нас появились такие замечательные соседи, – напыщенно произносит Боб или как его там по имени. – Мы каждое воскресенье устраиваем барбекю и зовем всех знакомых. Будем рады вас видеть.

– Спасибо, – отец подталкивает меня к двери, – как-нибудь заглянем.

– О, Брэд, не будь таким напористым. Пусть они обживутся немного на новом месте. – Закудахтала мамочка. – Не будем вам мешать, но знайте, если что-то понадобится, то мы вам с радостью поможем.

– О, может быть Адам покажет Хлое ваш знаменитый университет?

Я готова убить его за эту фразу, но с другой стороны оно того стоило. Дамочка начинает нервно теребить свой фартук и прикрывать своего сына от меня, словно от какого-то чудовища. Ну да, а вдруг сейчас накинусь на него и изнасилую? От этой мысли на моем лице появляется улыбка.

– Боюсь, что именно в этом деле он вам не помощник.

– А что так? – Отец переводит взгляд на пацана.

– У нас обучение на дому, так что Адам ничего не знает о том месте.

Офигеть, парень, мне тебя искренне жаль. Родители осознанно запирают тебя в четырех стенах и тем самым убивают твое будущее. Ты вырастешь похожим на своего отца, тебя женят на какой-нибудь знакомой дурнушке, заставят ходить на нудную работу в ближайший супермаркет, а по выходным вы будете жарить мясо на заднем дворе и рассказывать соседям о том, как много вы достигли в жизни. Просто блеск. Смотрю на папу и на то, как он пытается скрыть свое недоумение. Видимо, нас посетили одни и те же мысли. Еще раз прощаемся и заходим внутрь дома. Нас встречают облезлые стены и затхлый запах.

– Ну что, как думаешь, справимся? – Папа кладет руку мне плечо и притягивает к себе.

– А разве у нас есть выбор? – Прижимаюсь головой к его груди. – Конечно, справимся.

И я говорю так, потому что отчасти действительно в это верю. Папе впервые повезло в этой жизни и ему предложили высокооплачиваемую работу в этом городе. И я просто не могла поставить ему палки в колеса. К тому же этот переезд был и мне на руку. Да, я прекрасно понимала, что интимная связь с женатым мужчиной не приведет ни к чему хорошему. Для меня это было забавой на несколько раз, а для него стало наваждением. И наш отъезд стал для меня спасением…

Глава 2

Выношу мусор в строительном пакете и вытираю каплю пота со лба. Мы находимся в этом доме уже неделю и все никак не приведем его в божеский вид. Предыдущие хозяева знатно засрали каждую комнату и иногда мне казалось, что проще сровнять тут все к чертям, чем горбатиться и убирать следы жизни других жильцов. Окидываю местность взглядом и натыкаюсь на такие же дома вокруг. Однотипные и убогие, как и все остальное в этом районе.

– Эй, мне бы тут помощь не помешала, – слышится голос отца и я возвращаюсь в дом.

По пути спотыкаюсь об картонные коробки с нашими вещами и почти вваливаюсь в небольшую гостиную, за которую мы решились сегодня взяться. В нос сразу же ударил запах краски и я скривилась, но не от него.

– Пап, ты серьезно?

– Что случилось? – Он поднимает голову от банки и смотрит на меня.

– Зеленая гостиная?

– Во-первых, это цвет свежескошенной травы. А во-вторых, я где-то читал, что этот цвет приятно воздействует на психику и расслабляет.

Подай мне валик, пожалуйста.

– Я больше не буду с тобой спорить, – бурчу себе под нос и протягиваю ему инструмент, – результат меня не впечатляет.

– Значит, надо было внимательно играть, – папа усмехается и наносит первый слой на стену. – А так, все по-честному. Я ведь выиграл?

Да, у нас с отцом есть своя традиция. Когда мы не можем что-то поделить, то играем в шахматы. И пока счет явно не в мою пользу, так как кухня стала ядовитого оранжевого цвета, а гостиная превращалась в какой-то альпийский луг. Благо, что свои комнаты мы оформляли как хотели.

– Не понимаю, зачем мы все это делаем? – Вздыхаю и убираю выбившуюся прядь обратно под резинку. – Ты же говорил, что это временно.

– И что? Пусть даже на время, но лично мне не хочется жить в сарае.

– Ну да, покраска кардинально преображает все вокруг. – Не успеваю договорить, как в спину мне прилетает скомканный кусок бумаги. – Ай!

– Не обижай этот дом.

– Пап, его уже обидели, когда проектировали. Я лишь подмечаю факты.

– Ты лучше скажи, когда ты собираешься подавать документы. Скоро ведь начнутся занятия. – Он меняет тему разговора и останавливается, чтобы налить еще краски.

– Не знаю, может завтра. А может на следующей неделе. – Неохотно отвечаю на вопрос. – Ну что опять?

– Хлоя, нужно доучиться и ты это прекрасно понимаешь. Пусть твое образование и не такое, какое получают в Гарварде или Оксфорде. Но оно у тебя будет. Посмотри на меня, вот что ты видишь?

– Самого замечательного отца в мире, – улыбаюсь, когда вижу его лицо.

– Спасибо, но я не об этом.

– Ох, пап прекрати, – машу рукой, – я знаю, что ты хочешь сейчас сказать. Если бы не эта тварь…

– За языком следи, – папа показывает мне кулак.

– Окей, если бы не эта женщина, которая приходится мне биологической матерью, твоя бы жизнь сложилась иначе. И кто знает, может быть тебя сейчас показывали бы по телеку в основном составе знаменитой баскетбольной команды.

– И это тоже верно, но все же я говорю немного о другом. У меня были обстоятельства, которые стали преградой на пути. Но у тебя ведь их нет, чего ты противишься? Или хочешь как я, дожить до сорока лет и только потом открыть для себя новые возможности?

– Пап, тебе никто не даст твой возраст.

– Не срезайся с темы.

– Ладно, я завтра пойду на разведку, только не доставай меня. – Отвлекаюсь на наручные часы и откидываю валик в сторону. – Черт, я опаздываю!

– Не понял, – отец с удивлением смотрит в мою сторону, – куда ты собралась?

– На собеседование!

– А почему я узнаю об этом только сейчас?

– Потому что ты бы засмеял меня. – Сдираю перчатки с рук и несусь наверх, чтобы сменить одежду. А когда спускаюсь обратно вниз, то фактически врезаюсь в отца.

– Мне что, из тебя клещами все вытаскивать?

– Не обязательно. Это просто работа.

– Ага, стриптиз тоже является работой.

– Расслабься, это не стрип клуб. – Хлопаю папу по плечу.

– Кофейня?

–Нет.

– Библиотека?

– Да что ж тебя бросает из крайности в крайность? – Останавливаюсь на пороге. – Это магазин женского белья. Ты доволен?

– И что ты там забыла? Ты же…

– Девушка. – Договариваю за него. – И ничего сложного не вижу в том, чтобы сортировать трусы по размеру.

– Но помимо этого, ты должна будешь консультировать других покупателей.

– Пап, ты меня совсем обижаешь. По-моему, я смогу объяснить людям, что белье стоит носить на жопе, а не на голове.

– О, вот как раз в этом я и не сомневался. – Он достает из кошелька несколько купюр и протягивает мне. – Купи пиццы на обратном пути.

– Вот видишь, вот поэтому я и не хотела тебе ничего говорить. – Бубню, но деньги принимаю. – Ладно, пожелай мне удачи.

– Дорогая, удача понадобится тем, кто будет с тобой работать, – отец улыбается и целует меня в лоб на прощание.

Не успеваю закрыть за собой дверь и сделать первый шаг вниз со ступенек, как слышу свое имя:

– Хлоя, привет!

О, нет, только не ты. Но обернувшись на зов, вижу за небольшим забором Адама, который машет мне рукой. Твою мать. Моя улыбка в данном случае больше похожа на оскал, но я ничего не могу с собой поделать. Хлоя, ты обещала вести себя хорошо, ты обещала… И вроде бы эта мантра дает результат, так как я вполне приветливо киваю ему в ответ.

– Ты куда?

– На работу.

– А куда?

– Туда, куда таких маленьких мальчиков не пускают. – Надеюсь, что это звучит не слишком резко.

– Да ты гонишь, у нас нет таких магазинов, – ржет Адам мне в ответ и мне становится еще противней.

О, да, мелкий извращенец, ты уж точно в курсе об отсутствии секс-шопов в этом городишке. А если бы они были, вы бы со своим папашей наперегонки мотались за очередным диском с порнухой. И в данном случае, я не наговариваю. Мне хватило и того, что я увидела на второй день нашего переезда. Точнее вечера, когда я мельком глянула в свое окно и увидела, как это мелкий дятел наяривал свой член в своей комнате. И все бы ничего, дело и тело молодое, вот только при этом он держал в другой руке мою старую футболку, которую я выбросила накануне. Так что у моего отвращения был весьма весомый аргумент. И пока он не сморозил еще какую-нибудь по его мнению остроумную шутку, я разворачиваюсь к нему спиной и ухожу.

Чтобы хоть как-то скрасить время, включаю на телефоне музыку и натягиваю наушники. Да, отец в чем-то все же был прав. Я не любила общаться с людьми. И чем дальше я уходила от дома, тем больше сомневалась в правильности решения. Мысль о том, чтобы подбирать раскрашенным фифочкам очередной комплект из прозрачной ткани мне все больше казалась бредовой. Но. Но я начала работать с шестнадцати лет и привыкла сама зарабатывать деньги на косметику и прочую дребедень, а не стоять перед отцом с протянутой рукой. Так что по прибытию сюда, в моем списке дел на первом месте значился поиск работы. И, к сожалению, это была единственная вакансия, которая оказалась свободной.

В ожидании хозяйки этого кружевного рая, прохаживаюсь по магазину и рассматриваю ассортимент. Не смотря на свой достаточно колючий характер, я все же остаюсь девушкой, которая любит классное белье. Не просто две полоски ткани, которые едва прикрывают интимные места, а действительно шикарные комплекты. Ведь не одежда делает девушку… девушкой. Пусть на тебе хоть мешок висит, но если под ним охренительное белье, то ты будешь чувствовать себя богиней не смотря ни на что.

– Вы Хлоя? – Передо мной оказывается женщина в годах, которая пытливо осматривает меня с головы до ног.

– С утра была ею, – отшучиваюсь, но понимаю, что ей абсолютно пофиг на мой юмор.

– Мы работаем с десяти до семи, перерыв час. Оплата состоит из ставки плюс процент от продаж. Если сможешь найти подход к клиентуре, то будешь уходить отсюда с двумя сотнями в кармане.

– Вы серьезно? Здесь можно столько заработать? – Мой язык срабатывает раньше, чем мозг.

– Можно и больше.

– Я надеюсь, вы не занимаетесь ничем противозаконным?

– Нет, – она останавливается, – все зависит лишь от тебя самой. Тебя устраивает?

– Вполне. Но погодите, разве вы не спросите о моем образовании и опыте работы?

– Мне эта информация ни к чему, – она выдавливает подобие улыбки, – я вижу перед собой девушку с фантастической фигурой и шикарной внешностью, мне этого вполне достаточно. Не поверишь, но для нашей работы не нужно больших познаний или научной степени.

– Разве бабам не фиолетово, кто подает им тремпеля?

– Во-первых, не бабам. А женщинам. И им не все равно так же как и мужчинам, которые здесь отовариваются намного чаще, чем ты думаешь.

Вот, вы слышали это? И вновь все свелось к тому, с чем я так отчаянно пыталась бороться. Меня судили не по уму, а по внешности. Получается, что имея вышеперечисленные достоинства, ты можешь быть тупой, как пробка. А что? Все равно тебе простят все твои погрешности, если у тебя третий размер груди. Наверно из-за этого, я настолько разочаровалась в людях. Какой смысл общаться с ними, если они видят в тебе лишь красивое личико? Ну или потрясные сиськи и зад, в зависимости кто и куда смотрит.

– Так что? – Хозяйка магазина вопросительно смотрит на меня. – Выходишь на стажировку?

– Честно? Я что-то уже не сильно уверена, что подхожу вам.

– А ты подумай хорошенько. И кстати, твой дерзкий язычок здесь не станет помехой.

– Да неужели?

– Я же говорю, что покупатели бывают разными. Я даже знаю, что кому-то это может понравиться. – С этими словами она дает мне визитку и подмигивает. – Наберешь, как решишься.

Глава 3

Стою у зеркала и с презрением смотрю на свое отражение. Фыркаю и с отвращением тяну край футболки вниз, наблюдая за тем, как логотип магазина растягивается на груди. Приплыли, как говорится. Но, принципы – это одно, а наличка в кармане – совершенно другое дело. В дверь постучали и я не оборачиваясь, позвала:

– Входи.

– Хлоя, я накрыл на стол… – папа замирает на пороге. – О…

– Совсем ужасно, да? – кривлюсь так, словно съела половину лимона.

– Ну, как сказать… необычно.

– Ни слова больше. – Закрываю ладонями лицо. – Идиотская униформа.

– Обычная футболка, просто цвет не твой.

– Пап, я выгляжу как сладкая зефирка. Не хватает только взбитых сливок на башке.

– Не утрируй ситуацию, ведь все не так уж и плохо. – Он присаживается на кровать и берет в руки каталоги, которые мне выдали на работе. Хмурясь, просматривает несколько страниц и затем вновь обращается ко мне. – Здесь есть довольно странные вещицы. Как их вообще носят?

– Не знаю и тебе не советую заморачиваться.

– Нет, я к тому, что какому нормальному мужику захочется завернуть свою женщину в эту…– с этими словами он вертит картинку во все стороны.– Рыболовную сетку. Не вижу смысла в этих тряпках, ведь все равно ты их снимаешь.

– Пап, стоп. – Протестую и забираю каталоги из его рук. – Я не хочу слышать твои предпочтения в постельном плане.

– Без проблем. – Отец понимающе кивнул и сменил тему.– Так что, ты подала заявление?

– Да, занятия начинаются на следующей неделе.

– Ты точно сможешь совмещать и то, и другое? Так как я немного беспокоюсь.

– Ты всегда беспокоишься. Но не стоит, я действительно смогу грызть гранит науки и попутно втюхивать эти рыболовные сетки. – Показываю ему на футболку, а затем на дверь.– Ты не против?

– О, да, – он встал с места, – буду дать тебя внизу.

Снимаю этот розовый ужас с себя и натягиваю любимую футболку с рисунком Микки Мауса на зеленом фоне, который грозно показывает средний палец. Затем спускаюсь к отцу и мы ужинаем макаронами с сыром, а заодно смотрим канал новостей. После того, как тарелки убраны и заварен чай, решаем чтобы такого посмотреть по телеку, когда отцовский телефон оживает и мелодично звенит.

– Кто это? – вытягиваю ноги на пуфик и смотрю, как он возвращается в комнату.

– Да так, ребята с работы.

– И чего они хотели?

– У них какое-то собрание в баре на углу, звали с собой.

– И почему ты еще здесь?

– Потому что я никуда не собираюсь, – он садится рядом и берет чашку в руки.

– Ты меня сейчас огорчаешь, – отбираю у него пульт и уменьшаю звук, – капитально огорчаешь. Пятница, вечер, а ты как старый дед сидишь перед телеком. Иди, проветрись, попей пиво.

– Ну да, а моя дочь будет затворницей сидеть дома, в то время как ее престарелый папаша отдыхает в баре. Вообще-то это я тебя должен выпроваживать на гульки, а не наоборот.

– Я не затворница, просто пока не обзавелась друзьями. Вот пойду учиться и ситуация моментально изменится. – Убеждаю отца и почти сама верю в сказанное собой.– У тебя они уже вроде как появились, поэтому нужно закрепить знакомства. А для этого нужно поднять свою пятую точку и рулить на выход.

Вижу, как он колеблется и уже не знаю, как его убедить. Поэтому просто щипаю за руку и сгоняю с дивана:

– Давай, дуй наверх, надень свои классные джинсы и ту футболку, которую мы с тобой купили на распродаже, чтобы все местные цыпочки поняли, что за перец явился в их нудный курятник.

– Хлоя… это звучит ужасно. Если я и пойду, то явно не для этого.

Больше он ничего не говорит и лишь успевает увернуться от летящей в него подушки. Чуть позже он обнимает меня и дает некоторые наставления, которые больше годятся для пятилетнего ребенка, но никак не для двадцати двух летней девушки. Но я принимаю их и целую его в щечку на прощание.

Через час после бесцельного шатания по дому, решаюсь на довольно смелый поступок. Что ж, друзей у меня здесь пока действительно не было, но никто не запрещал прогуляться по окрестностям. Беру перцовый баллончик, немного налички и телефон. Натягиваю кеды и закрываю за собой дверь.

– Куда это вы направились юная мисс? – звучит голос слева от меня и заставляет подпрыгнуть на месте. Чертыхаюсь и оборачиваюсь к соседу, который буравил меня взглядом.

– Добрый вечер Брэд, – стараюсь побыстрее закрыть замок и уйти подальше. – Что вы забыли у нас так поздно?

– Хотел поговорить с твоим отцом по поводу дерева, которое растет у вас на участке. Но смотрю, что немного опоздал.

– Есть такое дело.

– А не поздновато ли для прогулок? Может девочкам нужно быть в своей постельке в такое время? – Мужчина ухмыльнулся.

– А вы переживаете что ли? – Улыбаюсь ему так, словно змея своему ужину. Если, конечно, она могла бы это делать. – Но не стоит и мой вам совет: выпейте валокардинку, положите зубки в стаканчик и ложитесь отдыхать. В вашем возрасте нужно спать побольше, все же работа и стресс дают о себе знать. Так как выглядите вы паршиво.

Его лицо искажается, но мне плевать. Пусть засунет свое мнение куда подальше и занимается своей семьей. Меня типало от него, от его сына и от его жены, которая вечно крутилась у нашего дома. Я сбивалась со счета, сколько раз она могла заходить к нам в гости. То она лимонада больше приготовит, то ей якобы "случайно" попадала наша почта и все в таком же духе. Если она думала, что я не вижу ее голодных взглядов на своем отце, то она крупно ошибалась. Не семейка, а сборище уродов.

Передергиваюсь и иду по освещенной фонарями улице. Если честно, я любила ночной город и время перед рассветом. Не знаю почему, но именно этот часовой промежуток был мне по вкусу. Может быть из-за того, что люди к вечеру менялись. Вместе с офисным костюмом они будто снимали свои маски и расслаблялись. Все отчеты и проблемы оставались на работе и, человек начинал дышать полной грудью. Да и город выглядит иначе. Он будто оживает вместе с тем, как загораются неоновые вывески на магазинах, барах и клубах. Он говорит с тобой на языке музыки, которая доносится с разных сторон.

Сама того не понимая, оказываюсь у своего будущего места работы и вижу, как из здания выходят несколько девушек. Имен не помню, но знаю, что это мои будущие напарницы. И по инерции стараюсь пройти так, чтобы они не заметили меня, но не выходит.

– Эй, кажется ты Хлоя? – зовет меня одна из них и приходится остановиться. – Я – Эмбер, мы виделись с тобой вчера.

– О, привет, – подхожу немного ближе. – Не думала, что вы еще работаете.

– Да попался очень нудный, но достаточно щедрый покупатель. Он пересмотрел море белья для своей очередной любовницы, но все же не успел уйти с пустыми руками, – девушка смеется и показывает мне несколько купюр, – так что у нас сегодня праздник. А что ты тут делаешь?

– Просто гуляю.

– Так давай с нами, – еще одна рыженькая девушка встревает в разговор.

– О, нет, спасибо. – Стараюсь быть милой. – Как-нибудь в другой раз.

– Какая лапочка, – Эмбер хватает меня под руку, – но такой номер с нами не пройдет. Хочешь ты того или нет, но нам придется подружиться. И в этом нам поможет один очень хороший друг.

– Какой еще друг? – хмурюсь, но руку не выдергиваю.

– Джек. – Хором отвечают они.

– Джек?

– Дэниелс, – хохочут они и тянут куда-то в сторону.

По пути пытаюсь запомнить, что помимо Эмбер меня окружили Роуз, Кэтти и Кики. Они рассказывают о себе и задают множество вопросов обо мне, на которые я не успеваю ответить. И это их не сильно удручает. Вообщем, мы через несколько минут оказываемся в каком-то баре и протискиваемся к барной стойке.

– Эй, Майк, как дела? – голос Эмбер прорывается сквозь шум и музыку. – Налей нам чего-нибудь покрепче.

– Только без меня, – приходится напрягать голос, чтобы девушка меня услышала. На ее лице изумление и я готова выстоять перед целой кипой вопросов. Но Эмбер лишь жмет плечами и показывает на столик у стены:

– Определяйся и подходи к нам.

Она забирает заказанные шоты и удаляется, а я стараюсь докричаться до бармена. Когда он, наконец, обращает на меня внимание, то заказываю безалкогольный коктейль. Как вы помните, я не любитель спиртных напитков и особенно в малознакомой мне компании. Тут же расплачиваюсь за заказ, так как не хочу быть кому-то здесь должной плюс я не фанатка халявы. Как по мне, пусть будет добыто потом и кровью, чем свалится на голову и ты станешь кому-то обязан. Разворачиваюсь в сторону, где по идее должны быть девушки и вижу, что они уже сидят в окружении каких-то парней. Понимаю, что обо мне забыли. Ну и черт с ними, я изначально хотела побыть одной, так что почти не расстраиваюсь. Кручу замысловатую шпажку в бокале и осматриваю посетителей. Люблю наблюдать за людьми и тем, как они меняются в той или иной обстановке. Все-таки я почти согласна с мнением, что люди те еще твари, которые приспособятся к любой ситуации. И вижу пример своих слов прямо в метре от себя: парень пришел на свидание и слегка был разочарован своей избранницей. Та, кстати, так же не сильно обрадовалась встрече. Они разошлись по разным сторонам через десять минут глупого разговора об учебе и прочей ерунде. Он погоревал немного и уже через пять минут сидел с другой блондинкой, которая была готова слушать его бред, лишь бы он продолжал заказывать ей бесплатную выпивку. Еще немного размышляю над повторной порцией напитка и попутно отшиваю странного типа, который решился ко мне подкатить. Однако тот не сдается и что-то мычит мне прямо на ухо о моей внеземной красоте. В принципе, я спокойно отмахиваюсь от его пахабных предложений, но он начинал действовать на нервы. И в тот момент, когда его потная ладонь оказалась у меня на бедре, а мой правый кулак был готов познакомиться с его зубами, над нами прозвучал низкий голос:

– Еще одно движение и ты месяц не сможешь работать этой рукой.

В следующую секунду ухажер-неудачник исчезает и мне приходится обернуться назад, чтобы увидеть своего спасителя.

Я никогда не думала, что сердце может бухнуть и покатиться в пятки в прямом смысле слова. На мужчин я была не слишком падкой, ну в том смысле, что проходя мимо очередного красавчика в универе, могла пройти себе дальше. В своем роде мне не хотелось гнаться за тем, что хотелось большинству. Да и к тому же, не вижу смысла убивать свое время на того, кто избалован женским вниманием настолько, что не считает нужным даже запомнить твое имя. Да, мой список тех с кем я провела ночь, был ничтожно мал, но я хотя бы могла за них поручиться. К чему это я? Ах, да. Все мои партнеры меркли по сравнению с тем, кто находился прямо передо мной. Знаете, красота у мужчин бывает разной. Не знаю почему, но это для меня словно дегустация напитков. Ты смотришь на бутылку и сразу понимаешь, хочешь ты узнать вкус содержимого или нет. Иногда тебе нравится послевкусие, а иногда хочется бежать после первого глотка. Так вот, передо мной стоял человек, который напоминал нечто дорогое и изысканное. И то, что мне было явно не по карману. Он был выше меня на голову и на данный момент изучал содержимое полок, так что я могла полюбоваться открывшимся видом. Черные пряди волос небрежно спутывались между собой и образовывали некий хаос, но в некоторых студиях за этот искусственно созданный бардак отваливают приличную сумму денег. Спускаюсь взглядом ниже и отмечаю то, что он одет в дорогой костюм. Точнее брюки и белую рубашку, рукава которой были закатаны до локтя. И при каждом движении ткань натягивалась на идеальном и рельефном теле.

– Ты что-то будешь? – Он оборачивается ко мне и выжидает. Жаль, что здесь такое плохое освещение и я не вижу цвет его глаз.

– Нет, спасибо, – киваю на почти пустой бокал, – я уже собираюсь уходить.

Парень ничего не отвечает и вновь устремляет взгляд на стеллажи с бутылками. Мысленно ругаю себя за невесть откуда взявшееся любопытство. Но этот парень… он будто магнитом притягивал к себе все внимание. С чего я взяла? С того, что женская аудитория бара стала вести себя крайне возбужденно. Его привлекательность не была слащавой. Она больше походила на истинную, мужскую. Он просто стоял рядом, а от него волнами исходила сила. В нем чувствовалась породистость.

И пока я витала в своих мыслях, этот античный полубог с внешностью Люка Эванса оказывается вовсю рассматривал меня с головы до ног. Впервые я чувствовала себя не в своей тарелке. Его взгляд прожигал насквозь, переворачивал мое внутреннее "я" верх ногами. Не смотри, не смотри в его глаза Хлоя… ты и так превратилась в один сплошной оголенный нерв рядом с ним. Разве такое возможно? Хватаю ветровку со спинки стула и направляюсь в сторону туалета. Мне срочно нужно охладиться и привести себя в порядок. Закрываю за собой дверь на замок и поворачиваюсь к зеркалу. Мои щеки предательски покраснели, а глаза бешено блестят. Да хрен с глазами, стоило опустить взгляд вниз и я вижу вставшие соски, которые пробивались сквозь ткань спортивного лифа и футболки. Отлично, мое тело предательски сигнализировало этому незнакомцу о своей явной симпатии. Не хватало только таблички в руках с надписью "Возьми меня прямо здесь и сейчас". Возможно, это от нехватки секса. А возможно он действительно охренительно прекрасен. Набираю полные ладоши холодной воды и ополаскиваю лицо. Наспех начинаю вытираться бумажными салфетками так как в дверь кто-то беспрерывно барабанит.

– Секунду, – немного раздраженно отзываюсь я, но стук не прекращается. – Да неужели нельзя немного подождать?

Не успеваю повернуть щеколду замка, как дверь распахивается и я вынуждена сделать шаг назад. Мне кажется, что он собой заполнил всю комнату. Странно, но мне не страшно, хотя ситуация по сути довольно дикая. Мы с незнакомцем в небольшой комнатке, смотрим друг на друга так, будто готовы сорвать одежду прямо здесь и сейчас. И мне до безумия хочется запустить свои пальцы в его шевелюру. Хочется почувствовать каков он на вкус. Готова поспорить, что и он вторгся сюда далеко не с невинными вопросами о погоде. Мне даже кажется, что воздух между нами накалился от напряжения. Еще мгновение и сама того не осознавая до конца, я делаю шаг и оказываюсь в его объятиях. Его губы быстро находят мои и жадно впиваются в них. Он терзает меня своим языком и когда прикусывает мою нижнюю губу, я не выдерживаю и стону. Еще секунда и сильные руки подхватывают меня и усаживают на край раковины. Брожу руками по его телу и ощущаю чистый кайф. Хочется содрать эту белоснежную рубашку и ощутить его кожу под своими пальцами. И если я еще как-то не решаюсь на это, то красавчик действует более дерзко. Одной рукой он придерживает меня за шею, а другая проникает под спортивный лиф и накрывает грудь. Из легких уходит последний воздух и я буквально задыхаюсь в его объятиях. И тут в дверь стучат, что действует на меня подобно ледяному душу. Мыслить разумно еще не совсем получается, но и наваждение проходит. Смотрю на парня и на то, как бешено вздымается его грудь. Он непонимающе смотрит то на меня, то на кусок фанеры, который содрогается от стука. Я не знаю, что ему сказать. Извиниться? А за что? Познакомиться? Да вроде как бы уже поздно для формальностей. И я делаю то, что мне кажется вполне верным в данной ситуации. Отталкиваю парня от себя и выхожу из комнаты, а затем скрываюсь в толпе. Вы должно быть сейчас крутите пальцем у виска. Поверьте, я тоже в шоке. Такое поведение мне не свойственно, однако… я еще ни разу не испытывала такого влечения в своей жизни. И вот это реально пугало меня до чертиков.

Глава 4

– Вы должны сделать доклад до следующего вторника, это всем понятно? – Доносится голос преподавателя и я тяжко вздыхаю.

Вторая неделя моего обучения давалась мне ой как нелегко. Во-первых, я отставала по программе. Наши университеты разительно отличались по лекциям и мне приходилось наверстывать то, что они проходили еще в том семестре. Во-вторых, количество индивидуальных работ просто зашкаливало. Это уже четвертый доклад, который мне предстояло делать. Видимо, отец все же в чем-то оказался прав, совмещать работу с учебой на самом деле оказалось непросто. Пока девочки обсуждали на перерыве новый показ белья и бегали на маникюр, я штудировала учебники по психологии и зубрила конспекты. Согласна, это не высшая математика и вроде бы не должно быть так тяжко. Однако не будем пренебрегать данной дисциплиной, она так же может даваться нелегко. Вот и сейчас, я понимала, что впереди предстоит бессонная ночь в обнимку с ноутбуком. Слышу за своей спиной перешептывания и оборачиваюсь. Позади меня сидит парочка парней, которые не сводят с меня глаз. Чуть левее две местные красотки, которые смотрят на меня, но без видимого энтузиазма. Возвращаюсь к конспектам и едва машу головой. Не верьте россказням о том, что новеньких любят. И про то, что стоит тебе переступить порог здания, как у тебя появляется подружка – соседка, которая готова пожертвовать своим гардеробом. Вы не пьете все вместе кофе под дубом на лужайке и никто не тащит вас на местную тусовку с собой за компанию. Новеньких не любят и это факт. К вам присматриваются, слово вы диковинная зверушка. Вас не знают и потому не спешат доверять. Особенно тяжело от того, что я появилась здесь в разгар учебного года да еще и на последнем курсе, когда все друг друга знают вдоль, поперек, вкривь и вкось. Но у меня действительно не было ни желания, ни времени, чтобы подружиться хотя бы с кем-то из здешних обитателей. На данный момент для меня было в приоритете получение диплома. Появятся единомышленники? Буду рада этому. Ну а если нет, то как-нибудь переживу.

Преподаватель замолкает и тем самым дает нам немного времени на отдых. Пользуясь минутой свободы, скрещиваю руки на столе и роняю голову. Безумно хочется спать. А еще я бы не отказалась от пиццы с четырьмя видами сыра. Но спать все же пересиливало. Я не вслушивалась в галдеж вокруг и так же не шевельнулась даже тогда, когда дверь аудитории хлопнула и студенты стихли. Пусть там будет хоть сам декан… мне нужна еще минуточка.

– Ох, красавчик, – слышится тихий вздох со стороны девушек. – Я бы ему точно дала и даже не задумывалась бы при этом.

Хорошо, что мое лицо надежно скрыто под копной волос плюс я до сих пор не подняла голову. Иначе бы мое отвращение не осталось бы незамеченным. Кто бы сомневался, дорогуша, ты бы дала любому, кто может обеспечить твои "хочу" будь то дорогой ресторан или маленькая собачка, которая ссытся в сумку у тебя на плече, но стоит бешенных бабок. Не стоит быть Шерлоком, чтобы понять, что там внизу рядом с доской был кто-то из преподавателей. Ибо только в их сторону могли звучать такие фразы.

– Минуточку внимания, – раздается по аудитории голос и меня пробирает до костей этот тембр.– Напоминаю, что мне нужны подписанные документы от ваших родителей и копии чеков. В архиве произошла путаница и для восстановления нужны ваши данные. Попрошу тех, кто еще не был у меня на сверке, подойти в мой кабинет.

Нет, только не это. Это шутка? Или издевательство? Я попала в какой-то сопливый фильм? Вжимаюсь в спинку стула и стараюсь съехать на нем настолько ниже, насколько это можно. Сердце лихорадочно выпрыгивает из груди, мне кажется, что еще чуть-чуть и от напряжения я сломаю ручку у себя в руке.

– А те, кто уже был, – подает голос одна блондинка и буквально съедает его глазами, – могут еще раз подойти?

– У вас есть какие-то вопросы по этому делу?

– Нет… просто хотелось поговорить по поводу обучения.

– Мисс…

– Скот, – девушка довольно улыбается. – Можно просто Мерион.

Я не вижу его лица, но предполагаю, что он недоволен. И судя по раздавшемуся голосу, оказалась права.

– Мы с вами не друзья и соответственно, мисс Скот, – он выделяет последнее слово, – я не приемлю такого общения. Что касаемо вашего вопроса, то могу подсказать кабинет, где с вами с удовольствием пообщаются на вашу тему.

Он замолкает и я слышу, как преподаватель что-то быстро ему говорит.

– Новенькая? – Доносится до меня.

Твою ж мать! Только не это!

– Мисс Хант здесь? – Низкий голос облетает всю аудиторию, но я не могу пошевелиться. – Мисс Хант находится на данный момент здесь?

Знаю, на меня смотрят как на больную и они не понимают моего поведения. И того, почему я сижу, вжав голову в плечи.

– К тебе вообще-то обращаются, – шипит одна из девушек в мою сторону, а затем тычет в меня пальцем. – Она здесь.

Мысленно сворачиваю ей шею.

– Поднимитесь, пожалуйста.

Что ж, если этому было суждено случится… да будет так. Откидываю волосы назад и, набрав в легкие как можно больше воздуха, встаю со скамьи. Не передать словами, какие ощущения возникают внутри меня и то, как они сменяют друг друга. Оцепенение, неловкость, интерес. Мне стоит больших усилий смотреть ему прямо в глаза, хотя ноги слегка подкашивались. Я восхищаюсь его выдержкой и тем, как он себя контролирует. Ни намека, ни едва заметного узнавания в глазах.

– Добрый день, я исполняющий обязанности декана, – его голос строг, как и подобает в общении студент-преподаватель. – Виктор Эверли.

– Хлоя Хант, – голос не дрожит и это уже отлично.

– Первый кабинет на третьем этаже, после трех, – бросает он и, забрав документы со стола, удаляется.

Вот тебе и "добро пожаловать". Выдыхаю и падаю на свое место, попутно соображая, что же делать дальше. К встрече тет-а-тет я была не готова.

– Ох, я однажды отдавала ему отчеты и наши руки соприкоснулись. Он так на меня тогда посмотрел, – вновь слышу голос крашеной мымры. – Клянусь, мне даже стало неловко от его горящего взгляда.

Милочка, да что ты знаешь о неловкости? Стоит мне закрыть глаза, как я вижу себя сидящей на раковине, в то время как Виктор жарко меня ласкает. Вот это и есть пример, когда тебе эпически неловко. А твои домыслы после каких-то секундных касаний так и останутся домыслами. Даже становится смешно от того что у меня есть такое гребанное преимущество. Но легче от этого не стало. Его тон и то, как преподнес фразу… почему-то ты понимаешь, что шансов сбежать нет. Еще хуже мне становится тогда, когда я фактически носом упираюсь в массивную дубовую дверь. Никогда еще не чувствовала себя настолько глупо и печально. Ну же, Хлоя, соберись тряпка! Подумаешь, ну были поцелуи. Ведь это же не секс, верно? И если бы я знала такой расклад, то в жизни бы не решилась на такой поступок. Окей, чувствую себя относительно хорошо по сравнению с тем, какой я была пять минут назад. И пока эта мнимая решительность меня не покинула, стучу в дверь и следом опускаю ручку вниз, тем самым открывая вход в комнату.

Кабинет строгий и идеальный, как и его хозяин. Виктор расположился за столом из красного дерева и что-то просматривал за ноутбуком. Останавливаюсь перед ним и застываю на месте.

– Минуту, – Виктор даже не отрывает взгляда от экрана, – можешь пока присесть.

Смотрю на парня, затем на стул и все же решаюсь принять его предложение. Если уж что-то еще случится то, по крайней мере, я не грохнусь на пол. Прилагаю все силы, чтобы не смотреть в его сторону и осматриваю кабинет. Множество книг аккуратными рядами блистало на полках своими глянцевыми корешками. На противоположной стене расположились фотографии, где Эверли был запечатлен с незнакомыми мне людьми, но создавалось впечатление, будто он довольно значимая личность. Возвращаю взгляд на парня и вздрагиваю. Он смотрит на меня с легким прищуром, челюсть напряжена и между бровями пролегла небольшая морщина. Кстати, спасибо тебе солнечный свет ведь благодаря тебе, я вижу теперь эти серые глаза. И темно-серый костюм, я бы даже сказала, грифельного оттенка лишь усиливает этот цвет, а покрой подчеркивает все достоинства. В памяти вспышкой проносится то, как ощущалось его тело под моими пальцами. Хлоя, думай разумно! Нужно сместить акцент! И первое, что попадает в поле моего зрения, смешно, но ручка. Правда, в его правой руке. И то, как он ее периодически поглаживал… мать твою, да я буквально ощущала те же движения, но только на своей груди. Наваждение какое-то!

– Итак, – откашливаюсь и решаюсь первой начать беседу. – Вы вызывали?

– Вызывал. – Он откликается не сразу. Должно быть, не только я испытывала дикие ощущения.– Значит, Хлоя Хант.

Он берет папку с моим именем и пролистывает несколько страниц. Ох, мое личное дело. Не думала, что оно такое большое.

– Все верно. – Киваю в ответ. – Не совсем поняла, но инцидент с архивом как-то относится ко мне?

– Нет, твои документы в порядке. Они были на рассмотрении и соответственно туда не попали.

– Возникли какие-то другие вопросы? – Выходит немного резковато.

– Вы переехали с отцом сюда недавно?

– Да.

– Он является помощником тренера нашей местной команды?

– Зачем тратить время на вопросы, если ответы в этой папке. – Я усмехаюсь. – Вот только не пойму, как это может быть связано с моей учебой.

– Время такое сейчас, что мы должны досконально знать своих учеников. – В его тоне проскальзывает какая-то странная нотка. – Вдруг вы решитесь сбежать, прихватив с собой что-то ценное.

– Не поняла, – я опешила. – Вы хотите сказать, что я воровка?

– Разве я так назвал вас, мисс Хант?

– А разве не этот смысл вы вложили в данную фразу? – Наклоняюсь вперед. Определенно он затевает какую-то игру. – Позвольте тогда уточнить, что же я украла у вас?

На мгновение безразличие на его лице сменяется другой эмоцией и в глазах мелькает хищный блеск. Однако он достаточно быстро берет все под контроль и я понимаю его. Это наказуемо. В прямом смысле этого слова. Между нами не должно быть и намека на какие-либо отношения.

– Неудачный оборот речи, прошу за это прощения. – На лице Виктора легкое подобие улыбки, но глаза остаются серьезными.

– Принимаю, – киваю в ответ, но внутри растет ощущение, что он хотел сказать совершенно иное. – Что-то еще?

– Вас успели проинформировать обо всем, что касается нашего университета?

– Да и дополнительные буклеты мне тоже передали. – Глупый, но нужный для формальности разговор. – Я могу идти?

– Вы свободны. – На последнем слове голос едва дрогнул и он вновь вернулся к работе за ноутбуком.

Глава 5

По закону женских романов, после нашего разговора мы должны были пересекаться каждый день, дарить друг другу страстные взгляды и мечтать о встречах наедине, чтобы наконец слиться телами в экстазе. Но нет, это был явно не наш вариант. Мы не виделись ни в университете, ни за его пределами. Я была завалена работой по дому, работой в магазине и еще миллионом дел, так что у меня попросту не хватало времени на шекспировские трагедии. Кто – то сейчас махнет рукой и скажет, что такого быть не может. Как можно жить в одном городе и ни разу не встретиться? Ребят, это реально. Просто не нужно зацикливаться на человеке и вы не будете видеть ничего, что с ним связано. Вам же плевать на продавца хлеба или на водителя автобуса? Вот и в этом случае поступайте так же. Забудьте его. Хотя в одном я слукавила, я видела Виктора всего один раз, когда он садился в блестящую черную иномарку. И на пассажирском месте его ожидала красавица шатенка.

– Вот бы и мне оказаться на ее месте, – мечтательно вздохнула Роуз. Отличница – ботанка и по совместительству моя единственная подруга. Остальной коллектив в свои круги меня не принял, как и ее. Только мне было как-то параллельно, а она терпела их безразличие с первого курса. Негаданно и нежданно друг для друга, но мы начали общаться. И знаете, лишний раз убеждаюсь, что люди бывают омерзительными в своих поступках и особенно, когда вешают ярлыки на других людей. Роуз была приятной, но до дури забитой и стеснительной девушкой. Просто какой-то умник решил, что она ничтожество по сравнению с ним и не имеет права голоса. Остальное стадо баранов последовало за ним и вскоре, Роуз превратилась в тень. Ведь когда тебя не видят, то и не трогают, верно?

– И что хорошего ты видишь в этом? – Провожаю взглядом отъезжающую машину.

– Ну, она красивая.

– Ты тоже симпатичная.

– Это не одно и то же, – отмахивается она от моих слов, словно от какой-то мелочи. – Ты бы ее увидела поближе и тогда все бы поняла. Такими не становятся, такими рождаются.

– Вот тут я с тобой поспорю. Есть множество примеров, когда гадкие утята становились прекрасными лебедями.

– Ага, имея счет в швейцарском банке и кучу пластических хирургов, которые сотворят из тебя куклу за считанные часы. – Роуз поправляет сумку на плече. – И он ей под стать. Красивый, богатый, успешный.

– А еще старше тебя на сколько? – Закатываю глаза.

– Вроде бы ему тридцать четыре.

– А тебе? Двадцать два?

– Двадцать три. – Поправляет она меня. – И не такая уж у нас большая разница в возрасте. Ты из него совсем старика сделала.

– Окей. И это все? А моральные качества?

– Ну…

– "Ну"? – Пародирую ее голос. – Ты видишь лишь фасад здания, как ты можешь говорить, что он прекрасен? Если ты не знаешь, что прячется внутри?

– Не используй в нашем общении фразы из конспектов, – Роуз шлепает меня по плечу. – Не пойму, как он может тебе не нравится? У тебя вообще сердце есть, ледяная королева?

– Не пойму, откуда это прозвище?

– Ты выглядишь так. – Звучит простой ответ. – Как диснеевская героиня. Если бы не эти ужасные татуировки и твой резкий язык, ты бы давно нашла себе кого-нибудь. Обычно мужчинам нравится такой типаж.

– А вот если бы ты не носила эти ужасные юбки в складочку и не смотрела детские мультики, то нашла бы себе парня первой. – Не остаюсь в долгу и показываю тот самый пресловутый язык.

– Я же говорю, что ты ненормальная, – смеется девушка, – ладно, мне пора. Увидимся завтра.

Она уходит, а я все еще стою на месте и сверлю взглядом место, где стояла его тачка. О Викторе ходило множество слухов, однако таковыми они для меня и остались. Я никогда не верю сплетням, пусть даже из очень надежных источников. Надежней приватного разговора и то, что ты слышишь собственными ушами, еще никто не придумал. По нему сохла добрая половина этого учебного заведения и доказательством тому, служил наш женский туалет. Стены которого были усыпаны разными фразами в его сторону. От невинных " я люблю его" до более жестких "я трахну его в скором времени". Мне искренне было жаль чудесную уборщицу, которая каждый день смывала этот разврат с кафеля, но стоило наступить новому дню, как все возвращалось на свои места. И как я уже говорила, я не люблю гоняться за таким лакомым кусочком, коим он являлся для этой публики. Хвала небесам, у меня отсутствовало стадное чувство. Жар после нашей встречи в баре давным-давно сошел на нет, и теперь я мыслила вполне рационально. У каждого из нас были моменты, которые хочется перечеркнуть и забыть. Так вот, для меня наша прелюдия осталась позади. Я не хочу выяснять, что послужило причиной тому порыву. Так же мне не особо хотелось ломать голову над тем, что же могло быть дальше. Я переворачиваю страницу и начинаю двигаться дальше.

И это был откровенно самый паршивый день за последнее время. В универе наступили зимние каникулы. Аллилуйя! Никаких тебе конспектов, экзаменов и прочей лабуды, которая мешает жить студентам. Но вместо оладий и горячего кофе, я получила почти дюжину сообщений от начальницы с призывами выйти на работу. На носу было Рождество и вы не поверите, но в магазине сметали все с полок.

– Доброе утро, – отец отсалютовал мне кружкой с именной символикой клуба, где он был помощником тренера. – Чего кислая такая?

– Ненавижу праздники, – бурчу в ответ и наливаю кофе. – Меня требуют на работу.

– Вау, неужели такой ажиотаж?

– Ага. Такое чувство будто получить новые кружевные трусы и есть предел мечтаний. – Застываю у окна и хмурюсь. За ночь высыпало немало снега и мне придется потратить больше времени на дорогу.

– А что, по-твоему, должны просить женщины? Новую отвертку или кирзовые сапоги?

– Кстати, довольно неплохие варианты, – беззлобно отшучиваюсь. – И если ты уж такой умный, то может быть, и сам прикупишь подарок для своей подружки?

С довольной миной наблюдаю за тем, как отец закашливается и вытирает потеки кофе со столешницы.

– Откуда ты это взяла?

– Ой, только не делай вид, будто ты не при делах. От тебя за версту несет женским парфюмом, причем он стабильно однообразен. А значит, обладательница у него одна. Ты часто задерживаешься и, причиной тому являются далеко не внеплановые тренировки. К тому же, ты перестал брать с собой ланч, а значит, тебя уже кто-то кормит. И судя по осторожным взглядам и робким приветствиям от мисс Деверо, которая является спонсором вашей команды…

– Хлоя, прекрати выдумывать.

– Я не выдумываю, а констатирую факты.

– Доказательства?

– У нее такой же парфюм, которым пахнет и от тебя.

– И это все? – Папа усмехается. – Не очень-то и убедительно.

– Ладно, – протягиваю в ответ, – а что ты скажешь по поводу своего реглана у нее в машине?

Бинго. Он краснеет, затем белеет и вновь становится свекольного цвета. Будто школьник, которого застали на горячем.

– Не обязательно, что он мой.

– Пап, прекрати. Ну что я не узнаю свой подарок? Мы три часа выбирали его и поверь, этот реглан я узнаю из тысячи. И дабы тебя сразу успокоить, скажу лишь то, что я рада за тебя.

– Рада? – Неуверенно переспрашивает он меня. – Рановато. Ты же знаешь, что я не хочу никаких серьезных отношений.

– Пап, вот я рано или поздно уеду, а может, и выйду замуж…

– Быстрее ад замерзнет, чем ты найдешь кого-то.

– Не перебивай меня. – Угрожаю ему указательным пальцем. – И что ты будешь делать? Стареть в одиночестве? Ну уж нет, я такого не хочу. И проблем не вижу в том, чтобы ты начал стремиться к чему-то постоянному. К тому же мисс Деверо довольно приятная женщина.

– Честно?– Он пристально смотрит мне в глаза. – Мне немного страшно.

– Пап, не все такие же мрази, как моя мать. Кто-то может действительно тебя любить чистой и открытой любовью. – Подхожу ближе и обнимаю его. – Но и имей в виду, что комплект на ее хорошенькую попку я смогу придержать лишь до обеда.

– Я только хотел похвалить тебя, – папа смеется, – но передумал. Все-таки я вырастил какого-то монстра в юбке.

Когда моя начальница говорит, что на работе аврал, то она имеет в виду настоящее нашествие покупателей и при этом не преувеличивает. Я спешу войти в теплое помещение и застываю на пороге. Такое ощущение, будто здесь отоваривается добрая половина города.

– Вот ты где! – Слышится голос моей начальницы.– Бегом снимай куртку и в зал!

Повинуюсь ее приказу и ныряю с головой в работу. Через добрых два часа беспрерывных консультаций, перебежек от витрин к примерочным и сотен однотипных вопросов о размерах и предпочтениях, я урвала пять минут отдыха в подсобке. Стянув кеды и разминая уставшие ступни, я чуть не словила оргазм. Честное слово. Мне кажется, что сегодня будут сниться кошмары, где я буду утопать в горах кружевного безобразия. Внезапно голова Эмбер просовывается в мое укрытие:

– Попалась! – Смеется она. – Думала скрыться, хитрюга?

– О, нет, – театрально закрываю ладонями лицо. – Ты раскрыла мой план, как жить теперь?

– Я бы с удовольствием дала б тебе еще пять минут, но ты нужна нам.

Из меня вырвался не то стон, не то вой раненого животного. Девушка рассмеялась еще громче:

– Хлоя, я обещаю, ты будешь вознаграждена по полной программе. Пришли мои постоянные клиенты и поверь, с ними мороки не будет.

– Правда?– С сомнением кошусь на Эмбер. – Ты мне не подсунешь сейчас какую-нибудь бабулю, которая решила тряхнуть стариной и довести до инфаркта своего деда прозрачным пеньюаром?

– Торжественно клянусь. И они не очень любят ждать, так что шевелись!

– Окей, как я их узнаю?

– Молодая пара. – Эмбер оглядывается назад. – Ты сразу их заприметишь, они выделяются из толпы. Черт, кто-то пытается стянуть трусики у нас с витрины.

И она мгновенно исчезает. Натягиваю кеды обратно, вытираю руки влажной салфеткой и поправляю волосы, а затем выхожу в зал. Эмбер была права и, не смотря на большое количество людей, я увидела их издалека. Точнее я видела их спины, но даже так они действительно выделялись из общей массы. Высокие, статные и изящные. Такое чувство, будто модели снизошли до покупок в нашем магазине. На ходу прикидываю, что можно предложить этой паре. Ведь не за семейками и очередными шортиками они явились же сюда. Девушка оборачивается первой и я расплываюсь в самой открытой улыбке, которую только можно изобразить на моем лице.

– Добрый день, меня зовут Хлоя и сегодня, я буду вашим консультантом. Вы пришли за чем-то определенным или я могу показать вам несколько новинок, которые могли бы вас заинтересовать? – Зазубренное приветствие буквально отскакивает от зубов. Наверно я и улыбаюсь лишь для того, чтобы скрыть усталость от этих слов и не выглядеть букой.

Девушка слушает меня внимательно и улыбается в ответ. Ловлю себя на мысли, что впервые вижу близко такую красивую внешность. Но как ни странно, она не пользовалась этим. Что я имею в виду? А то, что девушка не вела себя заносчиво и ее аура казалась запредельно милой.

– Мой… друг,– с этими словами она косится на сопровождающего ее парня, который так и остался стоять к нам спиной, – настоял на подарке. К сожалению, мозг мужчин устроен примитивно и в выборе презентов они не сильны.

– Почему же вы согласились? – знаю, что перехожу границы общения между покупателями и вовремя спохватываюсь. – Простите, это не мое дело.

– Ничего страшного, – она касается моей руки и ведет себя так, будто мы давние подруги. – Не стоит забывать, что мужчины так и остаются в некотором роде детьми. Чуть что и сразу обиды. Признаюсь, что я бы с удовольствием получила новую энциклопедию об эпохе Ренессанса, но походу мне ее не видать.

Она подмигивает, а я не сдерживаюсь и хихикаю. Мне определенно нравится эта особа. К тому же никак не могу отделаться от чувства, будто я ее уже где-то да видела.

– Что же, давайте тогда приступим к выбору? Ваш спутник присоединится?

–Оу… как бы так сказать, – она поджала губы.

– Любит раздевать, а не покупать? – Делаю смелое предположение и она вновь благодарно улыбается.

– Как вы точно подметили.

– Ну тут ничего военного нет, по-моему они все так любят. Нам же будет проще, верно? Что вы предпочитаете? Кружево, нейлон, сетка, натуральные ткани? И какой фасон?

Я завалила ее кучей вопросов, чтобы сформировать представление о ее вкусах. Эмбер ничего не успела рассказать, а упоминать о том, что они здесь постоянные клиенты не позволяет профессиональная этика. Плюс не хочу оказаться на месте Лили, еще одной нашей сотрудницы. Был у нас один клиент, который постоянно сам выбирал белье своей избраннице. И в очередной раз он пришел не один, а с женой. Вот Лили и не подумавши спросила у нее подошел ли прошлый комплект по размеру. Стоит ли говорить, что благоверная супруга закатила скандал и чуть не разнесла наш магазин. Вы ведь наверняка уже поняли, что муж покупал белье не ей, а своей любовнице?

– Больше склоняюсь к чему-то сексуальному, но не чрезмерно эротичному. – Девушка остановилась напротив витрины с представленной там маркой "Agent Provocateur".

– Отличный выбор, – киваю в знак согласия. Мне и самой до безумия нравится это белье. Что-то в нем было такое пикантное, но в то же время не пошлое. Но заоблачные цены кусались и я могла лишь мечтать о подобном. – Скажите мне ваши объемы и размер чашки, а я подберу для вас несколько комплектов.

Провожаю ее к третьей примерочной, а сама отбираю интересные модели. Почему-то мне кажется, что она не любит классический цвет и потому, достаю лиловый, коралловый и изумрудный комплекты. Несу к примерочной и выжидаю.

– Хлоя? – Зовет девушка из комнатки.

– Да?

– Вы не могли бы зайти?

– Эмм… что-то не так?

Звучит щелчок щеколды и дверь приоткрывается.

– Прошу вас, мне нужно слышать ваше мнение.

Такая просьба меня озадачивает. Примерка белья была для меня слишком интимным моментом. И глазеть на полуголую и незнакомую девушку мне не совсем-то и хотелось.

– Хлоя, я не кусаюсь. – Повторно зовет она меня по имени. – К тому же, это ваша работа.

Спасибо за напоминание, а то я подзабыла для чего здесь нахожусь.

Вздыхаю и захожу в комнату с огромным зеркалом, которое позволяет рассмотреть себя с ног до головы. Одежда девушки аккуратно свисает с вешалки, а она сама стоит на мягком коврике и пристально осматривает свое тело. Которое, кстати, уже укомплектовано в коралловый набор. И смотрелась она сногсшибательно. Тонкие лямки обвивали ее предплечья и спускались на талию, лиф идеально держал грудь второго размера. Она выбрала обычные трусики, а не бикини. Но, не смотря на это, ее попка смотрелась идеально.

– Что скажешь? – она повернулась ко мне.

– Все супер и, кажется, ты это сама прекрасно знаешь. – Скрещиваю руки на груди.

– Знаю. – Честно отвечает девушка. – Но ты мне нужна мне не для этого. Не могу определиться. Мне нравится этот набор, а так же вот тот с лиловым кружевом.

– В чем же проблема?

– Но я не могу их оценить одновременно. – Она вздыхает. – Не посчитай меня извращенкой, но не могла бы ты примерить лиловый комплект?

Еще чуть-чуть и моя челюсть со свистом бы опустилась на пол примерочной.

– Прости, что?

– Да, я знаю, это не входит в твои обязанности.

– И более того, это неприемлемо для меня самой.– Резко отвечаю ей.

– Прости, – улыбка на ее лице угасает. – Теперь я перешла границы дозволенного.

Не проронив и слова, выруливаю обратно в зал и тут же встречаюсь лицом к лицу с Оливией. Начальница обеспокоенно смотрит то на дверь за моей спиной, то на меня.

– Что случилось?

– Попалась интересная клиентка.

– Что она хотела?

– Чтобы я примерила один из наборов. – Говорю едва слышно, чтобы остальные покупатели ничего не слышали.

За что мне нравилась Лив, так это ее характер и то, что она не давала своих девочек в обиду. Вот и в этот раз, она лишь отодвинула меня и постучала в дверь.

– Добрый день, вас беспокоит хозяйка этого магазина. Вы одеты? Могу ли я войти?

Слышу одобрительный возглас и смотрю как исчезает фигура начальницы за дверью. Ее не было ровно две минуты, а когда она вновь появляется передо мной, ее лицо едва держит маску добродушия. Она делает знак рукой и манит меня к витрине.

– Ты знаешь, кого ты консультируешь?

– Нет, а есть разница?

– Есть. И она огромная. Это Лидия Хёрт – дочь нашего судьи.

– И что с того? – Недоумеваю я. Как по мне, хоть судьи, хоть султана, хоть банкира. – Из-за этого я должна устраивать ей приватный сеанс стриптиза?

– Ты наверно совсем не догоняешь, да? – В голосе Лив зазвучали стальные ноты. – С такими людьми нужно дружить. Это мой магазин, мое дело, мое дитя и я не хочу, чтобы какая-то малолетка все испоганила тем, что не может одеть чертов лифчик на пять минут! Вариантов у тебя не много: либо делай свою работу как положено, либо собирай свои вещи прямо сейчас. И учти, ты в этом городе недавно. А я прожила почти всю свою жизнь и имею много связей, так что хреновые рекомендации тебе обеспечены.

Стою в оцепенении и не знаю, как мне быть. Мне хочется залепить ей пощечину, но боюсь, что на этом не остановлюсь. И тем самым огорчу отца, который только-только начал обживаться в этом городе. Закрываю глаза и считаю до пяти, а когда открываю их вновь, на моем лице расползается приторная улыбка. Оливия истолковывает это как подчинение, но она крупно ошибается. Нахожу на полке своей размер бюстгальтера и направляюсь к примерочной. Захожу туда без стука и снимаю футболку. Лидия удивленно наблюдает за моими движениями.

– Я, конечно, девушка не особо стеснительная, но не могла бы ты отвернуться? – обращаюсь к ней, но при этом даже не смотрю на нее.

Когда все кружевные лямки на своих местах, я оборачиваюсь к зеркалу и окидываю взглядом отражение. Да, хоть что-то в этой ситуации греет мою душу. Лиф сел как влитой, подчеркивая пышность моей груди. Мои татуировки причудливо смешивались с лямками и создавали какой-то странный узор. И этот космический цвет, он настолько гармонично сочетался с моей кожей и выгоревшими на солнце волосами, что на мгновение я залюбовалась собой. И возможно, еще бы долго находилась в прострации, если бы не ощутила рядом с собой чье-то присутствие и легкое касание пальцев. Лидия стояла рядом со мной и заворожено смотрела мне в глаза.

– Ты даже представить себе не можешь, насколько ты фантастически выглядишь. – Выдыхает она и чертит пальцем дорожку от моей кисти к предплечью.

Сама ситуация становится какой-то фантасмагорической. Мы обе стоим в откровенном белье, пусть даже и не полностью раздеты. Однако мы смотримся так, словно нас собираются снимать для "Плейбоя". Глаза Лидии горят каким-то странным огоньком, когда она проходится взглядом по моему телу. Давайте сразу оговоримся, что я не лесбиянка. Однако в данной ситуации… я чувствовала себя возбужденной. И совсем не понимала, что именно на меня так воздействовало. Ее взгляд, ее пальцы на моей коже или… серые глаза за моей спиной.

Я беззвучно охаю от неожиданности и скрещиваю руки, закрывая грудь от его прожигающего взгляда.

– Ты был прав, она очень красива. – Лидия подходит к парню обнимает его. – Настолько, что я сама не прочь ей заняться.

– Нет. – Его голос гулко отзывается в каждой клеточке моего тела.

– Жаль. – Девушка игриво поправляет его галстук. – Дай знать, как наиграешься.

И она демонстративно переодевается в свою одежду, а затем выходит из примерочной. Я поражена. Я в гневе. Я хочу удушить его этими лямками от лифа. Второй раз он так нагло врывается в мое личное пространство. Виктор каменной статуей стоит у одной из стен комнатки и не отрывает от меня взгляда.

– Что тебе от меня надо? – шиплю в его сторону.

– Пока ничего. – Тон голоса холоден, как металл. – Я просто наслаждаюсь зрелищем.

– Это что тебе бесплатный цирк?

На мгновение выражение его лица меняется. Я вижу, как сквозь безразличие проступает нечто дикое. Он одним махом преодолевает расстояние между нами и теперь оказывается вплотную ко мне. Его энергетика схлестывается с моей в каком-то немом бою. Он ничего не делает, просто находится рядом, но и этого было достаточно. Виктор закрывает глаза и мучительно втягивает воздух, а затем едва слышно шепчет:

– Осталось всего полгода.

И он уходит, оставляя меня в недоумении. Что это значит? Какие, мать его, еще пол года?! Моргаю несколько раз, выходя из оцепенения. А затем выбегаю из примерочной, но Виктора и его спутницы уже и след простыл.

Глава 6

– Милая, вернусь в четыре и чтобы ты была готова! – Слышится голос отца из коридора, а затем звук захлопываемой двери.

А я все лежу в постели и не могу пошевелиться. Точнее могу, но не хочу. Неделя моей хандры не осталась незамеченной для папы и, не смотря на все протесты, он решил взять ситуацию в свои руки. Завтра в его клубе званый ужин и он тащит меня с собой. По мнению моего родителя: а) полезно развеяться, б) возможно с кем-то познакомлюсь, в) нехер сидеть дома, будто мне уже за восемьдесят. Спорить ним было бесполезно. Быстрее гора с места сдвинется, чем поменяется мнение моего отца.

Переворачиваюсь на другой бок и упираюсь взглядом в будильник на прикроватной тумбочке. Восемь утра и впереди еще целый день безделья. Была бы работа… Ах да, я ведь от своего плана так и не отступила в тот день. С гордо поднятой головой и под непонимающие взгляды остальных сотрудниц, я положила перед носом начальницы ненавистную униформу вместе с ключами от раздевалки и, забрав конверт с зарплатой, вышла на улицу. И знаете, стоя там на морозе и смотря в зимнее небо, я вдруг ощутила внутри легкость. Как будто избавилась от мучавшего меня груза. Эта работа была не моя и никогда мне не подходила. Я это знала, Оливия это знала, да и все вокруг это понимали. И наше разногласие с начальницей лишь поставило жирную точку в этом деле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.