Юлия Узун
Они

Пролог

Журнал «Юный талант».

Интервью со школьниками Соединённых Штатов Америки, которые победили в конкурсе «Построй свой мир». Юные дарования участвовали в проекте, где с помощью макета представляемого мира они должны были продемонстрировать свои способности и таланты. Приз – чек на сумму в десять тысяч долларов – получили шестнадцать конкурсантов из тысячи…

Пять конкурсантов, однако, отличились, поставив под сомнение свою победу.

Запись с диктофона:

***

Конкурсант N°5

Макет мира: «Без стен»

– Ваше имя?

– Крис Патрик Стивенсон.

– Год рождения?

– 2004

– Откуда вы и где учитесь?

– Я из штата Техас, город Арлингтон. Учусь в средней школе Арлингтон Хай Скул.

– И… ваша способность?

– Проходить сквозь стены.

– Что?..

***

Конкурсант N°11

Макет мира: «Мозг вселенной»

– Представьтесь, пожалуйста.

– Меня зовут Анна Джессика Пауэлл, родилась 3 сентября 2004 года.

– Откуда вы, Анна?

– Спрингфилд, штат Миссури.

– В каком учебном заведении вы учитесь?

– Парквью Хай Скул.

– Какой талант демонстрирует ваш проект? Что вы умеете, Анна?

– Читать мысли людей и животных.

– Жи… о, черт!

***

Конкурсант N°9

Макет мира: «Без холода»

– Привет! Как вас зовут?

– Я – Джейсон Джей Макнайт.

– Сколько вам лет?

– Пятнадцать.

– Где вы живете и учитесь?

– Я родился в Канаде, город Гатино. В данный момент моя семья проживает в Нью-Йорке. Учусь в Миллениум Хай Скул.

– Ваш талант?

– Я умею играть с огнем.

– Невероятно!

***

Конкурсант N°13

Макет мира: «Исчезновение»

– Представьтесь, пожалуйста.

– Я – Матиас Риос из Ньюпорт Каунти, Род-Айленд. Город Джеймстаун. Мне 15 лет, и я учусь в средней школе в Мидлтауне.

– У вас очень необычный проект, Матиас.

– Недаром мое имя означает «Дар Бога».

– Ха-ха! Да уж… ну, и какой талант вы хотели продемонстрировать?

– Умение исчезать.

– Ой. Простите, ручка упала. Я подниму… Вот, а теперь… Матиас, где же вы?..

***

Конкурсант N°1

Макет мира «Бессмертие»

– Ваше имя?

– Криста Джонни Рей.

– И вы родились…

– В 2004 году. Мне 15.

– Где вы живете и учитесь?

– Штат Флорида, город Сарасота. Учусь в Ривервью Хай Скул.

– Э… ваш проект назван лучшим. Каков ваш талант?

– Я умею… не умирать.

– Вы шутите?! Воды…

Глава 1

2022 год

Крис

На протяжении жизни мне тяжело давались новые знакомства. Адаптация к новым условиям и обстановке проходила мучительно, поэтому первый день в университете, где несколько тысяч незнакомых лиц стремительно проносятся мимо, сводит меня с ума.

Я зажмуриваюсь от громких криков и пытаюсь привыкнуть к новой жизни – студенческой жизни.

Сейчас передо мной табло с расписанием всего, чего хочешь, и я хочу разобраться, даже держу ручку с блокнотом, чтобы записать время или названия проектов. Но в этом хаосе невозможно сосредоточиться.

А тут кто-то задевает меня и сбивает рюкзак на пол. Я не темпераментный, поэтому молча подбираю рюкзак. Парень извиняется. Называет меня «брат». Я поднимаю руку в знак мира, ибо нет смысла в первый день затевать споры.

Парень так быстро уходит, что я не успеваю его разглядеть. Он как будто растворился в толпе. Ну и ладно. Я приехал сюда не для того, чтобы знакомства заводить. Мне, по большему счету, поскорее бы отделаться от мучительных лекций и домой – к любимым компьютерным играм.

Со всех сторон меня обступают десятки студентов. Пора складывать ручку и блокнот. Нет смысла таращиться на буквы, если не понимаешь, что там написано, и пусть это миллион раз твой родной язык.

– Крис! – слышу я за своей спиной.

Оборачиваюсь, но вокруг слишком много людей и глаза разбегаются. Но вот я замечаю девушку. Она машет мне рукой.

– Крис!

Я несмело поднимаю руку. Кто она? Вижу ее впервые.

Подхожу ближе. Блондинка идет мне навстречу. Ее губы с ярко-алой помадой растягиваются в широкой улыбке. Зубы у нее ровные, хотя передние два большие и немного выпирают вперед. Красоту, однако, это не портит.

–Я – Крис. Мы знакомы?

– Как же? Ты забыл меня? – удивляется девушка. – Я помогла тебе с тестом на вступительных экзаменах.

– О!

Да, теперь вспомнил. Тогда она была одета проще и была не накрашена. Имени я так и не узнал. После экзамена она куда-то делась.

– Прости. Ты выглядишь немного…

– Эффектнее?

– Да! – я расплываюсь в улыбке, а щеки заливаются краской. Я смущен ее прямолинейностью.

Блондинка хватает меня под руку и разговаривает легко и непринуждённо.

– Отныне, мы в университете. Это место, где зеленый свет горит тем, кто выглядит ярко. Меня зовут Луиза.

– Луиза, – несмело повторяю я. Надо же! Я ведь не собирался заводить знакомств в первый день.

Анна

Тени заслоняют площадку перед корпусом, где собрались сотни людей. Студенты сидят на газонах, на ступеньках перед корпусом, на лавочках вокруг них и даже на бордюрах пешеходной дорожки. Я стою где-то посередине. В моей руке две большие тетрадки, на плече розовый рюкзачок, в котором лежат карандаш и пара шариковых ручек.

День сегодня солнечный и уже начинает припекать.

Зачем-то оглядываюсь по сторонам и рассматриваю студентов, сбившихся в небольшие кучки по три-четыре человека. Сердце начинает биться быстрее, потому что я слышу не только реальные голоса, но и мысли. Мне некомфортно.

– Эй!

Я резко оборачиваюсь. Передо мной стоит милая девушка со светлыми волосами. Ее челка перехвачена заколкой и закреплена сбоку. Блеск на губах переливается благодаря ярким лучам. На ней клетчатая юбка-клеш и белая блузка.

– Ой. Привет.

– Какой курс?

– Сегодня мой первый день.

– Теперь понятно, почему ты здесь одна, – улыбчиво отвечает собеседница. Затем протягивает мне руку для пожатия. – Меня зовут Мэган Доран. Третий курс. Я знаю всех в этом корпусе. А ты?..

Я пожимаю руку и представляюсь:

– Анна. Анна Пауэлл.

Мэган оценивающе смотрит на меня.

«Еще одна кукла Барби с розовыми мозгами».

Стараюсь не обращать внимания на эти мысли. Я люблю розовый цвет не потому что еще не выбралась из детства и обладаю низким интеллектом. Я эмоциональна, чувствительна и беззащитна. Это цвет радости, и розовый уместен везде и всегда.

– Мне надо попасть в аудиторию, – извиняющимся тоном говорю я и двигаюсь вперед. Мои руки крепко впиваются в острые края тетрадей. Я понимаю, что в отличие от школы, мне предстоит выдержать тяжелое испытание.

Мэган следует за мной.

– Я помогу тебе.

Мы заходим в корпус и подходим к большому табло.

– Какая специальность?

– Информационная безопасность, – отвечаю я.

Мэган замирает на секунду, пытаясь разгадать мою природу. Я отворачиваюсь. Не хочу слушать ее мысли. Она медленно водит пальчиком по спискам, и я замечаю ее красивый маникюр.

– Вот! Аудитория номер восемь. Это на втором этаже, – она смотрит мне вслед. – Удачи, Анна! – говорит она. Но я не отвечаю, потому что не знаю: это ее мысли или реальные слова.

Джейсон

Моя первая мысль об университете заключается в том, что Сент-Джонс – это не просто место, где мой мозг подвергнется пыткам. Тут по-настоящему круто!

Подъезжая, я уже предвкушаю весёлый денек.

– Мам, ты бы его видела! – я выбираюсь из машины, захлопываю дверцу ногой, рюкзак на плечо, а в руке мобильный, ведь на проводе важный человек. – Не волнуйся ты так. Я же обещал, что буду осторожен… Ма, я уже не тот глупый мальчишка! В конце концов, мне недавно исполнилось восемнадцать лет… Да, дядя Билл уже уехал. Но он пообещал отремонтировать старый велосипед, поэтому в скором времени буду иметь собственное средство передвижения. Скорее возвращайся из командировки, мама, и я тебе все расскажу.

Ласковые слова от мамы придают мне энергии. Я отключаю звонок, прячу мобильный в карман и останавливаюсь, глядя на свою новую жизнь.

– Ну что… Джейсон Макнайт идет к вам, ребята!

Я делаю щелчок пальцами. Образовавшиеся искры разлетаются по газону и быстро гаснут.

Матиас

Иду по коридору и чувствую себя не в своей тарелке. Я не здесь должен быть. Пришлось отказаться от мечты, чтобы удовлетворить желание родителей. Я ведь обещал. Если сказать одной фразой – это попытка доказать, что я безнадежен.

Задумавшись, я задеваю парня у табло, затем извиняюсь и быстро смешиваюсь с толпой. Не хочу привлекать к себе внимание.

Две девушки смотрят на меня, переглядываются и хихикают. Я перевожу взгляд на часы. Лекция вот-вот начнется, а я все еще ищу эту чертовую восьмую аудиторию.

Меня обгоняет девчонка в розовых сапожках.

«Забавная, – думаю я, —но юбка слишком короткая».

Вдруг она резко оборачивается и впивается в меня злобным взглядом. Ее поведение ошеломляет меня. Я ведь ничего не произносил вслух. Я вообще ничего не говорил! А она ведет себя так, словно готова дать оплеуху за мои нескромные мысли.

Во всяком случае, я жду. Девушка открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом как будто опомнившись, быстро скрывается за дверью. Благодаря ей я замечаю цифру восемь.

Вхожу в аудиторию и осматриваюсь. Из всех присутствующих я выделяю девушку. Она смотрит прямо на меня так, что я смущаюсь. Такое ощущение, что она смотрит на меня специально. На первый взгляд девушка кажется симпатичной: иссиня-черные длинные волосы и голубые глаза, обведенные черным контуром. Одежда темная, но не черная. В руках она теребит карандаш, но головы не опускает. В этот момент я испытываю непреодолимое желание исчезнуть. Вовремя замечаю свободное место позади нее, прохожу и сажусь, сбросив рюкзак на пол.

Девушка оборачивается и на лице появляется подобие улыбки.

Какая она хорошенькая! Наверное, она хочет поздороваться со мной, но слова застревают у меня в горле. Наши глаза неустанно изучают друг друга, у меня даже мыслей никаких нет, лишь тепло нарастающее в груди.

Внезапно, я думаю, что то ли это происки судьбы, то ли так и должно быть, но я не зря оказался здесь. Вопреки нежеланию и собственному невезению, я нашел что-то важное… что-то, что должно изменить мою жизнь навсегда.

Криста

Моей пунктуальности можно позавидовать. Я рано проснулась, рано вышла из общежития. В аудитории была одной из первых. В течение часа я наблюдала, как помещение наполняется новыми людьми. За это время я успела познакомиться с некоторыми студентами.

Я открытая, общительная девушка. Когда я училась в школе, учителя наперебой расхватывали мой весёлый характер и отзывчивость, а также стремление помочь во внеклассной работе. В Сарасоте у меня было много друзей, я вела активную общественную жизнь и была популярна в своем районе. А здесь, в Нью-Йорке, у меня начинается новая жизнь и придется вновь доказывать, что я не чудо природы, а всего лишь человек.

Вчера познакомилась со своими соседками по комнате. Одну из них зовут Кристина – русская, а другую зовут Джанет. Кстати, немного похожа на Джанет Джексон, как цветом кожи, так и улыбкой. У Джанет короткая стрижка и высокий рост. Они обе очень милые и добрые.

Я люблю рассматривать людей, люблю угадывать их характер и привычки. Мне нравится находить изъяны, раскритиковать в пух и прах, а потом сразу же отвергнуть. Этим я и занимаюсь от скуки, одновременно играя с карандашом. Но когда появляется ОН, забываю обо всем на свете.

Первая мысль – кто этот красивый парень?

Я знаю, что должна быть скромнее, но не могу отвести от него глаз. Парень выбирает себе место в аудитории, но вдруг замечает меня. Глубокий взгляд проникновенных темно-карих глаз, пронизывающий до самого нутра, темные волосы с длинной чёлкой, четко очерченные скулы – все это я успеваю рассмотреть за считанные секунды. Его грудь обтягивает темно серая футболка, и я не сомневаюсь, что на него успело положить глаз достойное количество девушек.

Даже когда он садится позади, я поворачиваюсь к нему. Хочу сказать «привет», но не могу и рта раскрыть. Поэтому мы просто смотрим друг на друга.

Появление лектора разрушает красивый момент. Я отворачиваюсь, чувствуя, как колотится сердце. Но душа поет от того, что замечаю боковым зрением, как он наблюдает за мной.

Что это? Может, судьба?

Глава 2

Матиас

– Эй!

Я оборачиваюсь. Это та девушка, на спину которой я пялился целых две лекции. У нее красивая спина, смею заметить.

Она подходит ко мне.

– Привет.

– Привет, – отвечаю я.

Она улыбается:

– Если ты новичок, то тебе нужны друзья, согласен? Никому не хочется остаться одиночкой, – говорит она, глядя прямо на меня.

Я не из робкого десятка, но почему-то именно сейчас я заподозрил, что топчусь на месте и… смущаюсь.

– Ты думаешь, из меня выйдет хороший друг?

– Не знаю. Но ты мне кажешься незлым парнем. Может быть, слегка несмелым. В любом случае, можно узнать друг друга ближе.

Она идет вперед, а я пристраиваюсь рядом.

– Хочешь сказать, что хорошо разбираешься в людях?

– Я чувствую людей. Вижу их насквозь.

– Девушка-рентген?

Она смеётся, а я сдерживаюсь, ибо жду ответа. Я ведь не такой, как все и допускаю мысль, что могу быть не один. Мои глаза, однако, улыбаются. Я и сам это чувствую.

– Нет. До девушки-рентген мне далеко. Это психология.

– Увлекаешься?

– Читала много книг.

– Почему тогда выбрала Информационную безопасность?

– А это не я выбрала.

Ну, вот я и начинаю искать что-то общее между нами, и оно однозначно есть. Я ведь тоже не горел желанием поступать на эту специальность.

– Родители заставили? – смело спрашиваю я.

– Скорее, убедили меня в том, что лучшей профессии мне не найти, – она подпрыгивает и идет по узкому бордюру, помогая руками держать равновесие.

Мы идем по аллее. Лекции закончились. Первый этап подошел к концу, а день длинный и нужно найти себе дело. Не сидеть же в душной комнате остаток вечера. Поэтому я очень рад прогуляться с красивой девушкой, особенно, когда разговор складывается хорошо.

– Я догадываюсь, как это было. Они приняли решение бесповоротно, и отказы не принимались, потому что они стараются тебе во блага и бла-бла-бла.

– Ты, будто знаком с моими родителями, – удивленно глядя в мою сторону, произносит она.

– Просто со мной было также…

Вдруг она спрыгивает и, тем самым, преграждает мне путь. Минуту мы смотрим друг на друга. Ее голубые глаза проникновенно изучают мое лицо. Кровь застыла в жилах, я не могу пошевелиться. Вновь вернулось желание исчезнуть, прямо у нее на глазах. Я изо всех сил контролирую свою силу. Почему так происходит? Я чувствую связь с этой девушкой, но какую – определённо сказать не могу.

– Криста.

– Что?

– Меня зовут Криста. Пойдем, прогуляемся? Я знаю одно местечко, где нет людей.

Я уже иду за ней.

– Хочешь меня убить или изнасиловать?

– И то, и другое.

Конечно же, это шутка. Такая милая девушка, как Криста, не могла бы причинить зла даже мухе. Место, куда она приводит меня, не выглядит устрашающим, скорее наоборот. Сначала мы выходим на небольшую лужайку, а потом направляемся к маленькой роще. Там, среди увесистых деревьев, возвышается железное строение. Трудно сказать даже для чего оно. Похоже на трамплин, но прыгать с него можно только в овраг.

Пока я размышляю, Криста уже взбирается по ржавой лестнице вверх.

– Это строение для самоубийц?

– О, да! И сейчас ты в этом убедишься, – признается она с комичным выражением.

А я верю и принимаюсь отговаривать.

– Ты что, в самом деле боишься? – она смеется так звонко, что у меня в ушах звенит. Но ее смех не раздражает.

– Давай же! – кричит она мне. – Поднимайся ко мне. Не будь трусом.

Я, преодолевая чувство беспокойства, взбираюсь на страшную постройку, прохожу по узкой шатающейся балке, стараюсь не смотреть вниз, перепрыгиваю с балки на покрытую досками платформу и оказываюсь рядом с Кристой.

А еще через минуту я понимаю, почему мы забрались на высоту трехэтажного здания, рискуя жизнями. Отсюда открывается потрясающий вид на наш университет Сент-Джонс.

– Итак, мы одни, на высоте восемь метров, – голос Кристы, как у ведущей теленовостей. – Перед нами наш университет, в котором учиться придется не меньше четырех лет. А я еще не знаю твоего имени.

Я начинаю ругать себя за промахи.

– Прости, я осел. Меня зовут Матиас.

– Мексиканец?

– Латиноамериканец. Я из Род-Айленда.

Криста смотрит куда-то вдаль с прищуренными глазами. Я слышу, как она повторяет название штата, а потом бормочет что-то под нос.

– Что-то не так? – волнуюсь я.

– Нет. А я из Флориды. А ты… всю жизнь жил в Род-Айленде? Родился там?

– Так утверждают мои документы. Если ты думаешь, что мы раньше встречались, то это вряд ли. Я бы тебя запомнил.

Криста серьезна. Она опирается на парапет, но он кажется таким ненадежным, что я начинаю вновь волноваться.

– Осторожно. Ты можешь упасть.

– Я не боюсь, – произносит она.

– Ты ненормальная, – издаю нервный смешок, поворачиваюсь к ней спиной и хочу уйти. – Пошли отсюда. Это не самое лучшее место для знакомства.

В ответ молчание. Я делаю шаг, но потом меня словно током парализует. Мама с папой вырастили меня джентльменом. Моя обязанность – подать ей руку и помочь переступить пропасть, а я веду себя как неотёсанный болван. Я не умею вести себя как положено в обществе по-настоящему красивой девушки и готов ругать себя хоть целую вечность.

Я извиняюсь, поворачиваюсь, чтобы подать руку недовольной девушке. А она должна быть недовольна, глядя на мое поведение. Но Кристы нет. Нет и того ненадежного парапета. Я делаю усилие и смотрю вниз и… О, Господи Боже! Она там.

Крис

Новешенький рюкзак и не самый дешевый, надо заметить. Но цена и брэнд – это всего лишь выпендреж. На деле, китайская фабрика с рукожопыми портными.

Коридоры давно опустели, а я до сих пор вожусь с замком. Мне нужно закрыть карман, во что бы то ни стало. И я пыжусь, высунув язык на бок, а мое лицо красное от злости. Замок не поддается никаким маневрам. Я облокачиваюсь на стену, совсем забыв, что когда нервничаю, то теряю контроль над своей силой. Меня волнует только гребаный замок.

– Твою мать, да закрывайся же! – ругаюсь я.

Замечаю розовую фигуру и замираю на секунду. Наверное, прошла мимо или свернула за угол. Я опять один.

Меня берёт псих, когда замок режет по пальцу. Выступает кровь. Я отталкиваюсь и проваливаюсь сквозь стену. К счастью, в аудитории никого нет. Иначе я не смог бы объяснить сей фокус.

Чертыхаюсь и продолжаю попытки застегнуть рюкзак. Но теперь чувствую, что не один. Поднимаю голову и вижу то самое «розовое пятно». На самом деле – это розовые сапожки, розовый рюкзак и розовая повязка на голове. Блондинка стоит передо мной и хлопает длинными ресницами.

«Она видела, видела, видела…» – мысленно повторяю я.

– Как там тебя? Крис, кажется? – спрашивает она, отбирая рюкзак. Теперь я ее вспомнил. Она чаще всех отвечала на вопросы. С виду тупоголовая кукла, но на лекциях она произвела впечатление.

– Да, я – Крис Стивенсон.

Девушка «колдует» над застежкой, и через минуту карман закрывается. Когда она мне возвращает рюкзак, я остаюсь на полу.

– Меня зовут Анна. И да, я видела, как ты прошел сквозь стену.

Что значит «и да»? Я не задавал ей никаких вопросов.

– А это фокус такой, – оправдываюсь, разглядывая стену за своей спиной. – Тут кнопка есть…

«Никогда еще так глупо себя не чувствовал», – думаю я.

– Вот и не глупи! Стена сплошная. Там нет отверстия.

Я кручу глазами. Эта Анна точно со странностями. Встаю, накидываю рюкзак на плечо и собираюсь сваливать. Меня ждут новые стрелялки с 3Д графикой.

– Сделай вид, что тебе показалось, окей?

От ее взгляда холодок по спине пробегает. Анна ведет себя крайне странно, чем забивает меня в угол. Теперь ее розовая одежка не кажется мне легкомысленной.

– Эй, ты чего? – произношу я, пятясь назад. К стене меня не прижмешь, я ведь могу преодолеть любую толщину. Но на глазах человека я никогда этого не проделывал.

– Твои стрелялки подождут. Похоже, дело тут поважнее твоих дурацких игр.

У меня маленькие миндалевидные глаза. Вы когда-нибудь видели, как миндаль превращается в грецкий орех? Анна это увидела. Я думал об играх, но вслух ничего такого не говорил.

– Эй, детка, ты меня пугаешь.

– У тебя способность проходить сквозь стены, Крис. А я читаю мысли. Мы с тобой из одного котелка, и теперь, когда известно, что я не одна такая на свете, подозреваю, что суперсила, данная нам от «Бога», – она растопыривает по два пальца на обеих руках, изображая кавычки, – не появилась случайно. И Бог, по всей видимости не в курсе, что кто-то взял на себя его работу. Понимаешь, о чем я?

– Н… нет, – заикаясь отвечаю я. Анна так близко, что я чувствую запах ее клубничной жвачки.

– Тупица! Эти способности появились у нас не просто так.

Я усмехаюсь.

– Хочешь сказать, мы супергерои будущего? О, да! Сейчас объявится злодей, который хочет захватить мир, и мы окажемся в центре событий, используя сверхсилу, чтобы остановить его.

– Идиот, – бросает Анна и уходит.

Я слышу, как удаляются шаги. До сознания наконец доходит, что не только я обладаю силой, но и она. Мы вместе оказываемся в одном городе, в одном университете, на одном факультете… Вот же…

– Анна! Анна! Подожди, я все понял!

Криста

Матиас поворачивается ко мне спиной, и я решаю, что лучшего момента уже и не будет. Я не хочу, чтобы он видел сам процесс полета. Я не самоубийца, но доказать, что я и он одинаковые, смогу только таким способом.

Он явно чувствует себя некомфортно, раз хочет уйти. В самый подходящий момент я толкаю старый шаткий парапет и вместе с ним лечу вниз. Я не слышу, что он кричит. А потом падаю, чувствуя, как доски парапета проходят сквозь мои органы. Резкая боль пронизывает до судорог, и я проваливаюсь во мрак.

В первые минуты я действительно мертва. Поэтому не могу определить, сколько времени проходит и контролировать процесс восстановления я не в силах. Наверное, это зависит от того, насколько тяжкую травму я получаю. Иногда это несколько секунд, а иногда и часов. Дважды я просыпалась в морге. Мой страх не описать словами, когда открываю глаза в холодном темном контейнере. К счастью, родители знают о моей способности и вскоре забирают меня домой. А врачи поражаются собственным ошибкам. В «скорой» я оказываюсь чаще всего, но там все списывают то на давление, то на слабый пульс. Сложнее всего объяснить, как восстанавливаются раны. Мой организм способен исцеляться полностью, вплоть до заживления мелких царапин. Мне остается только умыться от крови и жить дальше.

На этот раз я пролежала недолго, потому что, открыв глаза, я вижу знакомые места, и доска больно касается моих органов. Я стараюсь не двигаться, иначе вновь провалюсь в сон. Доску необходимо извлечь, иначе мне не исцелиться. Это и есть недостаток моей силы. Бессмертный человек тоже уязвим.

Где Матиас? Надеюсь, он не побежал за помощью? Я ведь не планировала демонстрировать свою способность выживать всему университету, а они однозначно прибегут сюда.

Слышу шуршание листьев, приближаются шаги.

– Криста! – Матиас бросается ко мне. – Ты жива! О Боже, ты сумела выжить. Я вызову «скорую». Не двигайся. – Он достает мобильник и вводит код для разблокировки экрана, при этом приговаривая: – Я же говорил, что парапет ненадёжный.

Я делаю усилие заговорить. К несчастью, я знаю, что чувствует умирающий человек. Говорить, когда боль разрывает тебя на части, практически невозможно.

– Не звони…

– Что?

– Просто вытяни из меня эту палку.

Матиас сидит неподвижно. Его пальцы застыли на сенсоре.

– Я не буду этого делать. Ты с ума сошла?

– Слушай меня, чертов невидимка! – проговариваю я стискивая зубы. Я не грубиянка, но в этом случае по-другому нельзя. – Вытащи палку, и я все объясню.

Это срабатывает. Матиас хватает палку обеими руками. На лбу я вижу капельки пота. Рывком он избавляет меня от инородного тела, и через минуту я чувствую, как восстанавливаются органы.

Теперь на мне только порванная рубашка и кровь. Я встаю на ноги, счастливая от того, что могу спокойно дышать.

– Испугался?

Матиас теряет дар речи. Он смотрит на меня с замершим взглядом, а потом переводит взгляд ниже – на мою грудь. Нет. Он смотрит под грудь. Я наклоняю голову и вижу торчащую кость. Перелом ребра, даже двух. Двумя пальцами я возвращаю кости на место, и теперь я полностью целая. Матиаса, похоже, тошнит.

– Я видела, как ты исчезаешь, – признаюсь я. – Я проследила за тобой после второй лекции. Ты шел в туалет, свернул за угол и обернулся. Ты заметил меня, но решил, что показалось, так ведь? А потом… ты просто испарился. Сначала руки и ноги, а в конце голова. Я увидела, как открылась и закрылась дверь туалета. Теперь понимаешь, почему я привела тебя сюда?

– Ты… – Матиас громко сглатывает. – Ты бессмертна?

– Да, Матиас. Я умею исцеляться.

Анна

Мы выходим на улицу. Газоны усыпаны студентами, ведь солнце жарит, а на небе ни единой тучки. Я снимаю куртку и иду в одном топе, который открывает мой живот с пирсингом. Я привлекаю внимание ребят, несмотря на то, что рядом со мной идёт Крис. Никто ведь не знает, что я познакомилась с ним несколько минут назад.

– Как думаешь, кроме меня и тебя в мире есть еще люди со способностями, как наши? – спрашивает Крис. Улыбка от уха до уха. Я бы на его месте не веселилась.

– Раз есть ты и я, значит, есть еще кто-то. Нет. Я не считаю это случайностью, – я иду чуть впереди Криса, разглядывая молодых людей по сторонам. Обычные люди и ничего особенного в них нет. Вот девушка с белоснежным ноутом на газоне, лежит вниз животом и улыбается. Наверное, делится с кем-то о своих начинаниях в «Вотсап». Чуть поодаль кучка парней и девчонок в спортивной одежде. Громко подшучивают друг над другом и смеются. Мимо меня проходит парень. Симпатичный. Так многообещающе смотрит на меня. Не сдерживаю кокетливой улыбки.

– Куда мы идем? – Крис возвращает меня в реальность.

– Не знаю. Пойдем, сядем в какой-нибудь кофейне, купим булочку и латте. Заодно и подумаем, как нам отыскать еще людей похожих на нас.

– Ну, найдем мы их… что дальше?

– Вот когда найдем, тогда и станет ясно. – Я тверда и серьезна в своих умозаключениях. Мысли Криса мешают мне расслабиться и говорить, как просто с симпатичным парнем. – Я с детства знала о том, что умею читать эти чертовы мысли людей… и даже мелких тварей. Ты знаешь? Я ненавижу животных. Всегда считала себя монстром из-за этого. Не спорю, дар помогает мне в учебе, но это все равно не дар, а проклятье. Я слышу их постоянно. И меня сбивает это с толку, особенно, когда я стою спиной к думающему. – Я останавливаюсь, и мы с Крисом почти сталкиваемся. – Не понимаю, когда говорят, а когда думают, если не вижу человека.

– Мне сейчас послышалось, или твоя цель действительно… – Крис не произносит это вслух. Он додумывает. А я слышу:

«Избавиться от способности».

Да, именно этого я и хочу.

– Пойми, эти способности мешают жить. Я хочу быть обычным человеком. А для того, чтобы им стать, необходимы союзники.

– Почему ты решила, что я тот, кто тебе нужен? Мне нравится проходить сквозь стены. Это дает шанс уйти от опасности.

– Я не заставляю тебя избавляться от собственной способности. Просто помоги мне. Давай найдем других, узнаем, откуда у нас эти сверхсилы, а потом будет легче.

Проходя мимо летнего студенческого кафе, мы немного молчим, наблюдая за компанией. Молодая девушка в джинсовых потертых шортах стоит на столе и громко говорит, однако слова ее до нас не доходят. Парни, что столпились вокруг, поддерживают ее свистами и возгласами. А потом Крис снова отвлекает меня.

– А почему ты не узнала у своих родителей? Они должны знать, откуда у нас сверх способности. Возможно, мы стали частью какого-то эксперимента и…

– Они не говорят, – отрезаю я и роняю куртку. Крис, как истинный джентльмен, поднимает и протягивает ее мне. Наши руки соприкасаются. Крис не спешит отпускать мою вещь.

– Ты же умеешь читать мысли.

Я выхватываю куртку и продолжаю путь. Отвечать не спешу, так как в отдаленном районе кампуса вижу толпу людей. Там что-то происходит. Мы забываем о разговоре и несемся удовлетворять любопытство.

Пробраться к центру круга нам удается за считанные секунды. Студенты легко расступаются. Увиденное слегка огорошивает нас. Крис стоит вплотную за моей спиной. Я чувствую, как трикотажная ткань футболки щекочет мои плечи, а горячее дыхание обжигает мне ухо, когда он говорит:

– Думаешь, он фокусник?

– Сомневаюсь.

Перед нами парень, который развлекает собравшихся, пуская огненные шары изо рта на промасленную тряпку, обмотанную вокруг металлического шеста. Я не вижу источник появления огня и понимаю, что он часть этого человека. Я напрягаюсь, чтобы услышать его мысли, но ничего не получается, так как вокруг меня слишком много людей, чьи мысли путаются в моей голове.

Кто этот парень? Чутье подсказывает, что и в этот раз я не ошиблась. Он один из нас.

Джейсон

Красавицы! Горячие, сексапильные студентки – вот, кто меня привлекает! Вот, для кого я устроил это шоу!

Все они – те, кто собрался поглазеть на фокусы – не понимают, что никакие это не фокусы. А я и рад стараться. Моя цель достигнута. Я вижу, как горят глаза стройных пышногрудых девочек. И одна из них сегодня точно будет в моей постели.

Я имитирую выход огня изо рта. В руках у меня зажигалка, но только для того, чтобы люди не заподозрили, что я особенный. Моя мамочка очень просила, чтобы я меньше демонстрировал свое умение. Но я не из тех людей, кто будет тихо просиживать штаны на лекциях и оставаться незаметным. С первого дня мне нужна слава. Меня должны знать в лицо. Один щелчок пальцем, и любая красотка должна быть у моих ног. Так было в школе, так будет и здесь.

Все идет хорошо до тех пор, пока я не замечаю двух в толпе. Они привлекают мое внимание только потому, что не кричат «давай», не машут руками, и на их лицах нет ни одной эмоции.

Мои глаза ловят взгляд блондинки.

«Они догадались, кто я такой?» – задаю мысленный вопрос. И сразу замечаю, как девушка мне кивает. Черт! Это начинает тревожить моё воображение.

Чтобы отвлечь внимание собравшихся, пускаю огромный огненный шар в небо, где он практически растворяется, оставляя после себя черное облако. Пока головы находятся вверху, собираю инвентарь и ретируюсь, стараясь не оглядываться на блондинку и ее кавалера.

Мне удается укрыться в здании. Никто не заметил, как я сюда проник. Нахожу туалет, выбрасываю инвентарь в мусорное ведро. Думаю, это в первый и последний раз, когда я подвергаю свой дар опасности. В этом месте не всё так гладко, как в школе. Сперва мне нужно выяснить, что за люди учатся в Сент-Джонс, а потом уже блистать способностями «фокусника».

Мой характер мама называет импульсивным. И она права. Я отличаюсь упрямством, непредсказуемостью и лидерскими качествами. У меня есть потребность доминировать. Везде и всегда. И, в независимости от того, насколько оправдано такое стремление в конкретных обстоятельствах. Я живу со своими приоритетами «Сильнее, выше, быстрее», даже когда в этом нет никакой необходимости. Я – настоящий вулкан. И ничем меня не исправить.

Вот и сейчас я решил продемонстрировать свой эксцентризм. Но, как оказалось, это ошибка.

Отсиживаюсь в туалете минут десять, перебарываю подступившую головную боль и тошноту. Последний «фокус» отобрал у меня много сил.

Надеваю капюшон толстовки на голову и выхожу в коридор. Никого. Расслабляюсь и медленно двигаюсь на выход. Но там меня ждёт сюрприз.

Их трое. Впереди – девушка в спортивных леггинсах и майке, которая демонстрирует ее плоский живот. На запястьях простые гибкие браслеты – такие я вроде у теннисистов видел. Волосы туго собраны в хвост. Она жует жвачку и надувает большие пузыри.

За ней двое парней. Один из них чернокожий, выше меня ростом с бицепсами. Мышцы так и вываливаются из-под рукавов его обтягивающей серой майки.

Я сглатываю.

Еще один парень – справа от «Халка». Не думаю, что он американец. Темные волосы, темные глаза, большой нос, смуглая кожа и сверкающие белые зубы. Стиль типичного итальянца.

Оба парня ухмыляются. Руки скрещены на груди. Похоже, все они уверены в себе.

– Привет, – несмело машу рукой.

Девушка выплевывает жвачку и подходит ко мне.

– Привет, «Повелитель огня». Будем знакомиться?

Глава 3

Анна

Мы с Крисом сидим в кофейне на Юнион Тернпайк. Передо мной латте с карамелью. Крис взял пепси. Посередине стола, на блюдце, два нетронутых пончика, щедро обсыпанных сахарной пудрой.

Крис барабанит пальцами по плоской поверхности стола, и это действует мне на нервы. Как и его мысли.

– Перестань думать! – не выдерживаю и тянусь за пресловутым пончиком.

– Человек не может не думать, – в голосе Криса выражается нескрываемая досада. – Люди не думают, только когда спят. Это ты перестань читать мои мысли.

– А знаешь, о чем думает вон тот толстяк? – перевожу тему.

Крис вопросительно смотрит на меня. Я устало вздыхаю, потому что слышу подобное почти каждый день.

– Он думает, что же такая «сладкая малышка» делает в компании «обособленного индивидуума». А тот парень, что идет с подносом, решил тебя охомутать.

– Что сделать?

– О Господи! – фыркаю. – Хочет затащить тебя в постель.

– Дерьмо! – Крис думает – и я знаю о чем. Затем говорит снова. – У тебя потрясающий дар, Анна. Не понимаю, для чего ты хочешь избавиться от него. Ты можешь больше, чем обычный человек. Ты способна благодаря своему дару добиться успеха в любой сфере. Я слышал сегодня тебя на лекциях. Ты ответила почти на все вопросы. И сразу вошла в список любимиц профессоров. Ты можешь найти мужчину своей мечты и… гм… – он смущенно опускает глаза, но проговаривает это вслух: – Ты можешь доставить своему парню немыслимое удовольствие, потому что сделаешь все, о чем он будет думать. Ха! Мне бы твой дар!

Крис говорит так же, как и моя подруга в школе, когда я рассказала ей о том, что умею. Вскоре я пожалела об этом, конечно, потому что Сара начала мне завидовать. На этой почве мы ссорились. А после каникул наша дружба закончилась, как и мое спокойствие, потому что Сара всем разболтала о моем необычном умении, и одноклассники начали гнобить, устраивали мне эксперименты, проверки на тему «как быстро можно разозлить чудо природы мысленно».

А однажды заготовили мне ловушку. В школе учился мальчик – самый красивый и популярный среди других. Я, как и многие девочки, влюбилась в него, о чем, естественно, знала в свое время Сара. Он не смотрел в мою сторону. Его, казалось, волновали только спортивные награды и внимание людей. И вдруг он начал за мной ухаживать. Он не думал о своих друзьях. Он действительно умело справился со своей задачей и уложил меня в постель. С ним я потеряла девственность и уважение окружающих. А главное, возненавидела себя и свой дар.

Никогда в жизни не забуду, о чем он думал перед тем, как кончить. Никогда…

– Анна? – Крис щелкает пальцами перед глазами. Я и вправду загулялась в прошлом.

– Прости. Вспомнила неприятный момент из жизни.

– Я напомнил?

– Неважно уже… но именно из-за того случая я не хочу иметь этот долбаный дар или силу, или что там, не знаю.

Крис не понимает, от того и вздыхает тоскливо. Если мы подружимся, то я расскажу, что со мной случилось. Но не сейчас. Я знаю этого парня несколько часов, и доверять ему пока не стоит.

Итак, нас трое. Я, Крис и тот парень а-ля фокусник. Меня мучает один вопрос: как мы оказались в одном городе, в одном университете и на одной специальности? Мы с Крисом из разных штатов, как выяснилось, и раньше не встречали себе подобных. А тут… в один день.

– Надо найти того парня-фокусника, – говорю я.

– А что его искать? Завтра утром он будет в универе. Мы его где-нибудь подловим и побеседуем, – находчиво говорит Крис, а дальше наш разговор прерывается звонком.

Пока Крис говорит с мамой, о чем он громко заявил своим усталым «Чего тебе, мам?», я иду в уборную, нанести блеск для губ и заодно отдохнуть от потока набегающих мыслей – чужих мыслей. Дьявол! Как научиться это контролировать?

Джейсон

Здоровяк прижал меня к стене так, что я не могу пошевелиться. Его черная рука – у меня под подбородком, крепко сжимает горло. Кажется, я напросился на неприятности.

– Это наша территория, парень, – заявляет девушка. – Свои «фокусы» будешь показывать дружкам во дворе дома. А здесь ты – обычный пустозвон.

Я чувствую, как накаляюсь. Здоровяк потеет, но терпит.

– Где написано, что это ваша территория? Почему я должен вам подчиняться? – рискую спросить.

– Дакота, я не могу! – рычит здоровяк, корчась от боли. Я раскалился, как сталь и испускаю жар. Моя кожа светится цветом каления. Здоровяк сжимает веки, глаза слезятся. – У меня ощущение, что он сейчас взорвется.

Я могу, но это моя смерть. Я же не дурак.

– Веди его на улицу, – приказывает Дакота. После чего здоровяк поднимает меня, словно я одуванчик, и выбрасывает через дверь на улицу.

Перелетев несколько ступеней, я оказываюсь лицом в траве, а через секунду на меня обрушивается ливень. Мое тело остывает, я теряю сознание…

Просыпаюсь в своей кровати. В ухо звенит будильник. Смотрю на время: ровно семь. Так, и что произошло? Сажусь и чешу затылок. Помню, как на меня напали трое, я пытался защититься и раскалился, как металл. А потом дождь и… все? А остальное время я что делал? Спал?

Я соскакиваю с кровати и ищу вчерашнюю одежду. Я же должен был добраться до дома, раздеться и лечь в постель. На мне только трусы и майка. А где одежда? Я смотрю в открытый шкаф, перевожу взгляд на вешалки на двери, затем медленно перемещаю взгляд по комнате – признаков одежды нет. В комнате чисто. Следов грязи я тоже не заметил.

– Сынок, ты уже встал? – в комнату входит мама.

– Мама? Ты когда приехала? – она заключает меня в объятия, а я, ошарашенный, засыпаю ее вопросами. – Ты же собиралась приехать на следующей неделе? Что за спешка?

– Мне следует обидеться на твои вопросы. Ты совсем не скучал по маме.

– Скучал, конечно… гм… я просто… удивлен.

– Уладила все дела раньше срока, вот и вернулась. Давай, – мама по своей привычке начинает закрывать дверцы шкафов и расправлять простыню, чтобы заправить кровать. – Завтрак уже на столе.

– Мам, а где моя вчерашняя одежда?

Мама выпрямляет спину и нежно улыбается. Люблю ее больше жизни.

– Бросила в стиральную машину.

– Мама, я вчера поздно вернулся? Пьяный? Грязный?

– Надеюсь, пьяным я тебя никогда не увижу, – строго говорит она и накидывает покрывало поверх одеяла. Затем поворачивается и грозно велит идти за стол.

Ясно. От мамы я вряд ли что-нибудь узнаю.

Через час иду по улице в неизвестном направлении. Я отказался от предложения дядюшки Билла подвести меня до Сент-Джонс, желая остаться с собой наедине. Иду, рассматриваю асфальт перед собой. Погода сегодня не солнечная, сыро. Но ни единого признака от прошедшего вчера ливня. Хоть бы одна крохотная лужица осталась, но нет. Все вокруг сухо. Даже газоны еще не поливали. Из любопытства присаживаюсь на корточки и пальцем провожу по земле – сухая! А после дождя она обычно влажная.

День странностей, думаю я, идя по Мэдисон-стрит мимо публичной библиотеки. Она еще закрыта. Открывается с десяти. Да и что я там хочу найти, собственно говоря?

Возникает желание закурить. Нахожу тихое безлюдное место, сую сигарету в рот, щелкаю пальцами, но вместо огня по всему телу проходит ток. Я скрючиваюсь, сигарета падает на землю.

– Что за хрень!

– Эй, помочь? – кричит, проходящий мимо парень.

Подбираю сигарету и говорю:

– Зажигалки не найдется?

На территории Сент-Джонс появляюсь к обеду. Тело колотит дрожь. Я с ужасом осознаю, что так бывает после наркотиков. В шестнадцать лет было дело – употреблял. Но не вчера. Я не мог принять наркотик, я бросил – это раз. А во-вторых, я был без сознания. Значит, это кто-то накачал меня этой дрянью. Кто-то, кому известно, что я был зависим.

Слышу шум. На территории кампуса собралась толпа, ахают люди, девчонки визжат. Бегу поглазеть и замираю. В центре круга только один парень, но, беднягу, швыряет из стороны в сторону так, словно его лупит невидимка.

Крис

Сегодня день начался с того, что я совсем не выспался из-за переизбытка эмоций. Ворочался до двух ночи, а потом снились кошмары, в которых я теряю свой дар. Я боюсь потерять свою сверхспособность до дрожи в коленках. И до самого утра не отпускала мысль, что связавшись с Анной, ставлю на карту то, что имею.

Однако когда Анна села рядом со мной на первой же лекции, понял, что время упущено, и если я уйду в сторону, она сочтёт меня трусом.

Невезение меня преследует по пятам. Чтобы получить три книжки, необходимо выстоять длиннющую очередь в библиотеке. Я стою уже сорок минут, а продвинулся всего на несколько шагов. Стою, зеваю и думаю: эта очередь для того, чтобы пропуск получить, а еще книги надо найти. Мне здесь весь день торчать? Нет, такая перспектива мне не нравится.

На всякий случай предупреждаю впередистоящего парня, что отлучусь в туалет, и выхожу из душного помещения. Для того чтобы одолжить в библиотеке книжки, мне не нужен пропуск, черт возьми! Убеждаюсь, что поблизости никого нет, прохожу сквозь стену и оказываюсь в пустом коридоре между стеллажами. Ну, все. Теперь можно по-быстрому покончить с этим делом и валить отсюда. Нахожу необходимую литературу и ухожу тем же путем, что и пришел.

В главном корпусе меня подлавливает Анна. Сегодня на ней меньше розового, больше сиреневого. Высокий длинный хвост подпрыгивает в такт шагам. Испытываю к ней добрые, нежные чувства. Улыбаюсь.

– Ну и где он? – недовольно спрашивает она, смазывая мою веселость.

– Кто?

– Фокусник. Ты уверен, что он учится с нами?

– Конечно, – уверенно говорю. – Вчера он сидел в первом ряду. Я хорошо его запомнил. Наверняка он решил прогулять пары.

– Ладно. Достань и мне книги, пожалуйста, – хмурое лицо светлеет, она улыбается. Затем сдувает волосок с лица. – Что? Не хочу стоять в очереди.

– Ты видела, как я это сделал?

Анна дергает плечами.

– Нет. Но ты так рад, что не можешь отвязаться от мыслей, восхваляющие твой героизм.

Ну да. Я и забыл.

Обещаю Анне, что выполню просьбу в течение часа. Забрасываю тяжелый рюкзак на плечо, и мы расходимся.

Всю следующую лекцию я безмятежно спал, как младенец, пока люди вокруг грызли гранит науки. Поэтому, идя в туалет, чувствую себя разбитым, у меня пропали все желания, кроме одного – спать дальше. Вхожу в кабинку, чтобы облегчиться. Тупая головная боль в висках уже дает о себе знать.

На телефон приходит сообщение: КУДА ПОДЕВАЛСЯ, СОНЯ? ЖДУ ТЕБЯ НА УЛИЦЕ.

Смываю воду в унитазе, иду умыть лицо. Тело не хочет подчиняться. Если кто-то меня толкнет, то я рассыплюсь на мелкие частицы по всему кафелю. А тут еще и Анна что-то хочет от меня.

Выхожу на улицу. Обеденное солнце лупит прямо в лицо несколько с левой стороны, от чего я щурюсь и не могу разглядеть знакомого силуэта. Решаю пройти к аллее, и если Анны там нет, тогда позвоню.

Войдя в тень аллеи, я понимаю, что здесь даже в жаркие летние дни найдется место прохладе. Мои глаза облегченно раскрываются, но в пределах видимости я никого не обнаруживаю. Достаю телефон, ищу контакт Анны, но не успеваю нажать на вызов, так как слышу пронзительный крик – зов на помощь. Сон как рукой сняло. Несусь на голос, в котором узнал Анну. Вижу, как какой-то мудак держит ее за локоть и тянет в противоположную сторону от университетской стены.

– Анна! – зову.

Она слишком далеко, так что я напрягаю все свои уставшие мышцы, чтобы успеть добраться до нее. А потом я вдруг торможу, удивленно таращась на то, что происходит.

Парняга с крысиной мордой грубо тащит Анну, а в следующее мгновение отлетает в сторону. Анна падает на своё мягкое место. Но на этом чудеса не заканчиваются. Неведомая сила, или что там может быть в таких случаях, поднимает обидчика Анны, бьет в челюсть и под ребро. Я вижу кровь, но не вижу того, кто бьет. Некоторое время наблюдаю, открыв рот, за… черт, я названия этому даже дать побаиваюсь.

Между тем, собирается толпа и дивится чуду.

Подхожу к Анне и подаю руку.

Парняга, который пытался утащить Анну, лежит на земле, корчась от боли. Нечто пинает его в живот, толпа ахает и на этом все заканчивается.

Анна хватает мою ладонь и уводит с места события.

– Ты это видел? Видел? – Анна возбуждена. По дороге поправляет прическу и смятые складки на платье.

– Видел.

– Невидимка. Точно один из нас.

– Еще один, – добавляю я.

Мы сворачиваем за угол и решаем сегодня в университете больше не появляться.

Матиас

«Аномальное явление произошло вчера в Нью-Йорке, в районе частного университета Сент-Джонс, – доносится голос с экрана телевизора. Я замираю, чтобы дослушать. – Вопреки прогнозам синоптиков о сухой и теплой погоде в сентябре, сильный ливень обрушился на территорию боро Куинс…»

– Слыхал? – усмехается сосед. – Насколько мы везучие! А я, кстати, не попал под дождь.

– Потому что мы были в Бруклине, тупица! – задевает его второй сосед.

Я молча беру куртку, забрасываю рюкзак на плечо и выхожу из комнаты. По дороге анализирую услышанное. Что могло спровоцировать подобное явление природы? Вчера и в самом деле не было намека на дождь. Как, впрочем, и сейчас. Не секрет, что циклон может проходить стороной, но по телевизору все выглядело как-то иначе. Словно небо разверзлось над территорией Сент-Джонс, нарушив целостность, и обрушило на землю огромное количество воды. В самом Куинсе дождь поморосил так, что жители вряд ли что-либо ощутили.

«Дело в нас», – недовольно думаю я и сворачиваю к выходу.

Одно только знакомство с Кристой едва не свело с ума. Мой мозг по-прежнему отказывается верить, что увиденное минувшим днем, имеет хоть какое-то объяснение. Если бы сам не был таким же «одарённым», то дорога в «дурку» была б намазана мёдом.

Вчера, проводив Кристу до дозволенных ворот кампуса, я пришел к себе и, забив на учебу, наглотался снотворного, чтобы уснуть и забыться. Поэтому сегодня проспал. И не пошел бы на лекции, если бы не она.

Криста наделена острым умом, великолепно сложена, красива и обладает невероятно притягательной силой. После встречи с ней не хочу казаться счастливым, но я сам это чувствую. На самом деле, я должен избегать этой девушки, но снова хочу видеть ее, хочу спросить еще о чем-нибудь таком, чего она мне не успела рассказать перед тем, как коснулась моей щеки на прощанье. Мне интересно абсолютно все – ее жизненные приоритеты, любимая музыка, хобби, школьные награды и, в конце концов, детство. Это больная тема для нас обоих, но как раз она нас и объединяет, делает единым целым, ибо жить с даром сможет не каждый ребенок.

Решаю пригласить Кристу на свидание сегодня, тогда у нас появится возможность поболтать и завязать более тесные дружеские отношения.

Прохожу через ворота, махая охраннику пропуском, но в здание заходить не собираюсь. Обхожу пустые беседки и направляюсь к аллее, когда слышу звонкий голос. Девушка с моего факультета громко кричит на какого-то парня. Со своего места не улавливаю фразы, но в голосе мисс Пауэлл, как называл ее наш лектор, росло явное недовольство.

Оборачиваюсь в слух.

– Ты не настолько красив, чтобы мне хамить!

– Если я тебе не нравлюсь, куколка, то разрешаю застрелиться!

– Очень большая честь!

– Детка, раз уж надела каблуки, вильнула хвостом, то будь добра, не плюйся ядом, а покажи, на что способна в постели!

Чувствую, как натягиваются мои нервы. Почему она не уходит?

Подхожу ближе, но они меня не замечают. Не видят, потому что визуально меня здесь нет.

Парень хватает Пауэлл за локоть и силой притягивает к себе, злорадствуя:

– Знаю одно укромное местечко, где нам никто не помешает.

– Сдохни! – верещит девушка, вырываясь.

На секунду она вдруг застывает, изумленно глядя в лицо парня, словно он что-то сказал, но я слышал только его идиотский смех. А потом я мало что соображал.

Ее вопль «На помощь!» привел меня в действие. Знаю, что я невидим, но тем лучше. Отталкиваю девчонку и с размаху бью ее обидчика в лицо. Парень сразу обмяк, поднимаю и бью еще раз в челюсть и под ребро. Он чувствует боль, но ничего не понимает.

Со всех сторон сбегаются студенты. Парень сжимается в комок и, зажимая рукой разбитую в кровь губу, встает и неторопливо идет вперед, выискивая опасность. Я подставляю подножку, он падает. Тем временем, толпа недоуменно молчит.

– Сука! – кричит он не своим голосом. – Что ты сделала, мерзавка?

Не даю договорить и бью в живот. Теперь с него достаточно, принимаю решение уходить. Девчонке этот слизняк больше не представляет угрозы.

Я иду, и зеленая трава сминается под моими ногами. Если бы люди не были так увлечены избитым парнем, они смогли бы заметить, как удаляется невидимка. То есть – я.

Бьюсь об заклад, что нам здесь будет сложно оставаться незамеченными, ведь им неизвестно об этом достаточно. Что будет, если наши сверхспособности станут центром внимания? Журналисты – наши враги. Невзирая на мои скверные предчувствия, все же убеждаю себя, что пока все в норме. Я не желаю расставаться со своей мирной жизнью, думаю, так же, как и Криста. Пора это обсудить.

Криста. Я должен найти ее.

Криста

Не представляю, как пережить остаток дня – меня все угнетает. Потратила полтора часа в библиотеке и на лекции возвращаться потом не возникло желания. И все от того, что Матиас с утра так и не появился.

Не знаю, что творится у меня в душе, но после вчерашних событий, плакать хочется. Неужели парень может так сильно понравиться в первый же день знакомства? Байки про любовь с первого взгляда уже не кажутся абсурдом. Матиас не выходит из головы. Как? Ну, вот как я могу не думать о нем? Каждое его слово отпечаталось у меня в сердце. И голос мягкий и настойчивый, вливался, как музыка, в каждую клеточку моего мозга так, что отныне узнаю его где угодно.

Ну, почему я не могла влюбиться немного позже?

Стук в дверь нарушает мои размышления. Отрываюсь от окна и иду открывать. По пути вспоминаю, что соседки обещали прийти не раньше шести. А сейчас, если мой телефон не врет, только три.

На пороге Матиас. Быстрым движением затягиваю внутрь, пока злобный консьерж не спалил нас.

– Как тебе удалось пробраться в кампус? – удивляюсь я. Не могу скрыть радости и улыбаюсь во весь рот.

– Забыла, что я умею?

– Ты сумасшедший! – хохочу.

– Мне очень нужно было тебя увидеть.

Стою, открыв рот, растерянная и взволнованная. И трепет наполняет душу. Это нормальное желание, но внутри птицы поют. Подхожу ближе, и наши тела слегка соприкасаются.

– Наверное, что-то очень важное, раз ты решился пробраться ко мне в комнату.

– Да, – хрипло шепчет Матиас, и по всему телу у меня пробегает мелкая дрожь.

Вижу, как раскрываются его губы, и ни о чем другом больше думать не могу. Что будет, если сделаю первый шаг? Не будет ли это выглядеть легкомысленно и глупо?

– В таком случае… – делаю еще шаг, прижимаюсь к его животу и тянусь к губам. Матиас очень высокий, поэтому ему приходится наклониться, чтобы поймать мой поцелуй. Кладу ладонь на едва щетинистую щеку, ловлю запах его духов, кожи, волос. Не могу остановиться.

– Хочу тебя, – шепчу на ухо и тут же получаю ответ в виде жаркого поцелуя. Стягиваю с него футболку и отхожу, любуясь мускулистой безволосой грудью и упругим торсом. Во мне просыпается животный голод. Избавляюсь от свитера и предстаю перед ним в кружевном бюстгальтере.

Чувствую, как мой вид вскружил Матиасу голову. Он быстро хватает меня, и, не переставая целовать, ведет к кровати. Я ложусь, он надо мной. Начинает ласкать от мочки уха, медленно пробираясь к шее, затем задерживается на ложбинке между грудей, сдерживаемой белым нижним бельем, и продолжает путь вниз по животу.

С каждым выдохом из моей груди вырывается стон, будто из тела вылетала душа.

– Матиас, – мои пальцы ныряют в его густые темные волосы. Больше ни о чем не могу думать в этот момент. Чувствую, как холодный и влажный язык скользит по коже где-то в районе пупка, он немного играет с моим пирсингом. Мы улыбаемся друг другу и тяжело дышим от возбуждения. В этот момент я ощущаю себя по-настоящему живой. Оторвавшись, Матиас вновь поднимается выше, к моим губам, размыкая их, прижимаясь все крепче. Я изогнулась под ним, чтобы принять его разгоряченное крепкое тело.

Матиас двигается осторожно, дразня меня, чувствуя, как пресекается мое дыхание под его губами. Лихорадочный шепот лишает самообладания, и я вскрикиваю, он стонет.

Я так расслабилась, что не могла подумать, что что-то может прервать этот блаженный момент. Мы слышим женский хохот, и в следующую секунду входит Кристина.

Глава 4

Криста

Успеваю схватить уголок одеяла и натянуть его себе по самую шею. Объяснить Кристине, почему я нагая внизу, а сверху в бюстгальтере, будет проблематично. Матиас успевает исчезнуть, но его теплые руки остаются на моем животе, заставляя тело реагировать. Изо всех сил пытаюсь сохранить безмятежность и равнодушие.

Кристина говорит по телефону на русском языке, поэтому я не понимаю ни слова. Судя по дружеской интонации, на связи подруга. Я изначально думаю, что Кристина меня не заметила, когда входила в комнату. Она говорит еще минуту, затем убирает телефон в сумку и некоторое время стоит ко мне спиной, роется в своих конспектах.

– Почему ты не в университете? – спрашивает она, одновременно перелистывая тетрадь за тетрадью.

– Я? – удивляюсь.

– А ты думаешь, сможешь спрятаться под грудой одеял?

Смахиваю невидимую руку Матиаса с бедра и тут же ловлю любопытный взгляд Кристины.

– Э… надо потравить комаров, – быстро нахожусь с ответом.

Кристина, наконец, находит то, что искала и кладет конспект в сумку.

– Так чего на лекции не пошла?

– Нездоровится сегодня, – разыгрываю больной голос. То, что нездоровится – отчасти правда, ведь я однозначно заболела Матиасом, и после того, что было несколько минут назад, испытываю лихорадочное желание все повторить.

– Смотри, – говорит соседка, – а то отчислят за пропуски в самом начале учебного года.

– Надеюсь, пронесет, – устало произношу, а потом краем глаза замечаю, как Матиас толкает свои вещи под кровать. Чтобы обратить внимание Кристины на себя, начинаю стонать от мнимой головной боли. – Ненавижу болеть.

На лице Кристины появляется беспокойство.

– Ты что, вчера под дождь попала и простыла?

– Под какой дождь?

– Ну как… – протяжно произносит Кристина, – не слышала новости? Мне кажется, что нет человека в Нью-Йорке, который не знает о случившемся вчера. По телевизору передают. Да и универ на ушах стоит!

– Да что случилось? – нервничаю я. Чувствую, как Матиас гладит меня по плечу, чтобы я не волновалась.

– Дождь прошел вчера только на нашем участке, представляешь? Только в районе Сент-Джонс. В Куинсе поморосил и все. Люди недоумевают.

Понятия не имею, насколько это странно. В мире уже чего только не случается, и погода делает сюрпризы каждый божий день. Роняю голову на подушку и громко вздыхаю. И тут Кристина выстреливает следующей новостью.

– А сегодня недалеко от аллеи парня избили, – ее русский акцент говорит больше, чем сами слова. Улавливаю нотки беспокойства, словно есть то, о чем стоит призадуматься всем и каждому.

Молчу. Жду, пока она сама расскажет. И она действительно выдает подробности, от которых почему-то волосы дыбом становятся. Знаю, что Матиас за моей спиной – его рука по-прежнему греет мое плечо. Поворачиваюсь и строю недовольную гримасу под названием «Тебя ждёт серьёзный разговор». И о чем он думал?

– Если бы не физические увечья, – продолжает Кристина, – его бы уже в психушку забрали. А при нынешних обстоятельствах, – она саркастически смеется, – весь универ может туда угодить.

«Спасибо моему любимому Матиасу!»

– И знаешь, что? – она нагибается ко мне настолько близко, что я чувствую ее мятное дыхание.

– Что? – прижимаю крепче одеяло к горлу.

– Пошли слухи, что университет проклят и здесь живут привидения.

Не сдерживаюсь и начинаю хохотать, потому что знаю, что за «Кентервильское» привидение стоит за всем этим хаосом. Если у Матиаса хорошее чувство юмора, он может пошутить над Кристиной прямо здесь и сейчас.

– И что с тем парнем, в итоге? – осведомляюсь я уже в интересах Матиаса.

– С ним работают психологи. Однако ничего не могут выяснить, ибо парень тот в штаны так наложил, что рта боится открыть. Ой, – Кристина бросается к двери, – заболталась я с тобой! Меня ждут девчонки внизу. Увидимся!

Как только дверь за Кристиной закрывается, Матиас обретает человеческие формы. Пару минут мы просто смотрим друг на друга. Затем он тянется ко мне, а я, преодолевая дикое желание броситься к нему в объятия, начинаю одеваться.

– Я собирался тебе сказать.

– Ты с ума сошел? – расстроенно говорю я.

– К девушке… ммм, ну к этой Пауэлл, – берет джинсы, – приставал тот чертов шизик. Я не думал в тот момент о своем обличии. Просто хотел защитить.

Я смотрю на его грудь до тех пор, пока ее не скрывает футболка.

– Ладно, – сдаюсь и притягиваю его к себе за ремень, – но обещай, что впредь будешь осторожен. Я не хочу, чтобы потом на тебе ставили опыты.

– Обещаю, – шепчет Матиас и крепко целует меня.

Стараюсь запомнить вкус его губ, запах кожи, волос, тепло его рук. Так глупо влюбиться в парня могу только я!

– Увидимся завтра? – говорит он, все еще обнимая.

Я киваю и наблюдаю, как он медленно тает в воздухе.

Крис

Опять этот сон.

Каждую ночь я теряю свою сверхсилу. Все повторяется, как крутится музыкальная пластинка: мужчина преклонного возраста хватает меня за горло и вытягивает мою силу, как коктейль из соломинки.

Просыпаюсь весь в поту. В первые секунды после пробуждения, я настолько верю в этот сон, что машинально сую руку в стену, дабы убедиться, что она проходит насквозь.

Первую лекцию я опять проспал. Анна тоже опоздала – пришла к середине лекции и выглядит не так, как в предыдущие дни. Она даже предала свой стиль и пренебрегла розовыми нарядами. На ней сегодня джинсы-скинни и белый тонкий свитер.

Вспоминаю, что до сих пор не достал ей учебники. Она сидит с тетрадкой и ручка у нее неординарная – с пушистыми розовыми перышками на колпачке. Заприметив меня, машет ею. Я строчу записку и передаю через ребят. Она читает и поднимает большой палец в знак согласия.

Не дождавшись конца лекции, выхожу из аудитории и направляюсь в библиотеку. Если она еще закрыта, тем лучше. До звонка – десять минут. Успеваю набрать книги по списку Анны и выбираюсь из помещения в коридор, где натыкаюсь на маленького мальчика. Он стоит прямо около той стены, из которой я образовался.

Темноволосый кареглазый мальчишка долго смотрит на меня, а потом протяжно говорит:

– Ты супергерой?

– Да, наверное… – успеваю сказать и вздрагиваю от звонкого женского голоса.

– Эй, Крис!

Узнаю в девушке с французскими косичками старую знакомую – Луизу. Отмечаю, что при каждой нашей встрече, ей удается полностью изменить стиль.

– Привет, как жизнь? – говорю, когда она уже стоит рядом.

– Отлично! – она широко улыбается, затем замечает мальчика. – А ты здесь что делаешь?

– Маму жду, – уверенно отвечает малец. – А он, —указывает на меня, – супергерой!

Луиза, похоже, восхищена таким сравнением. Супергероем может стать любой смертный человек и неважно, какими способностями он обладает. Для воображения Луизы хватит и того, что я перевел старушку через дорогу. Да будет так!

– Редко в мире встречаются настоящие мужчины.

– Пустяки! – скромничаю.

Луиза присаживается на корточки перед мальчиком и ласково говорит:

– Милый, тебе лучше стоять прямо у дверей библиотеки, потому что так мама тебя быстрее найдет.

Мальчик послушно уходит.

– Это сын нашей библиотекарши, – поясняет Луиза.

Мы немного прогуливаемся, болтая о разных пустяках, затем я несусь к Анне в студенческое кафе, где сам же назначил ей встречу.

Матиас

Держу красивую девушку за руку – отчасти это доставляет удовольствие. Знаю, что на такие жесты девушки реагируют особенно сильно, внутренний мир которых нуждается в ласке, заботе и спокойствии. И я все это готов ей дать.

Криста не первая в моей жизни. До нее, еще в школе, у меня была парочка непрочных отношений. Ладно, ладно, не буду лукавить… я успел повстречаться с тремя девушками, но назову их «первыми попытками», так как они не относились ко мне серьезно, так же, как и я к ним. Все было на уровне проб – яркая обертка, а конфетка с горьковатым привкусом. Много таких конфет не съешь. Да и на любителя!

С Кристой все по-другому. Она притягивает не только своей красотой, но и умением расположить к себе. И я не насытился ею вчера, хочу все повторить. Поэтому уже составляю целый план в голове, как мы проведем сегодняшний вечер.

– Криста, а кто тебе сегодня звонил во время лекций? – как бы между прочим спрашиваю я.

– Ух, какие вопросы мы начинаем задавать, – смеется Криста. Она просто хочет меня поддеть, потому что сразу дает ответ: – Это мой брат.

– У тебя есть брат? – не скрываю своей заинтересованности.

– Да. Младший брат.

Мы сворачиваем к студенческому кафе. Его так прозвали, потому что оно находится на территории Сент-Джонс и никто, кроме студентов не питается здесь. Профессора и другой персонал предпочитают столовую внутри университета.

Я прокручиваю в голове полученную информацию.

– Брат, значит… а он имеет…

– Если ты о том, что есть у нас, то нет. Я единственная имею сверхспособность в семье. И мой брат о ней не знает, – Криста говорит бодро и спокойно, но ее глаза выдают напряжение. Я это четко вижу.

– Сколько ему?

– Только двенадцать.

Открываю дверь, пропускаю свою девушку вперед. «Свою» – как гордо звучит. Я хочу осознавать, что Криста теперь моя и сделаю все, чтобы наши отношения становились крепче.

Кто-то из нашей группы стоит в очереди у стойки, и Криста весело машет им рукой. Ее улыбка сияет, как солнце, губы без помады, – я уже успел ее съесть, – румяные щеки выглядят естественно. И Кристе очень идет синяя блузка с рукавами-бабочками. Я не ценитель моды, но могу отметить, что у Кристы хороший вкус.

Идем через весь зал, и в этот момент начинаю чувствовать себя неуютно. На нас смотрят сотни глаз, словно знают что-то больше, чем видят. Потеет ладонь, и я цепляю кончики пальцев Кристы, чтобы она не заметила. Улыбаюсь ей, когда она смотрит. А на лбу выступает испарина.

«Нет, – думаю я, – да кто может узнать, что я именно тот невидимка, что избил психа в парке. Это уже паранойя»

Мысли поглотили меня и растворили в себе. Вокруг масса голосов, а я их не слышу. Не замечаю никого вокруг. Чувствую только нежные пальчики Кристы и медленно успокаиваюсь.

Внезапно чья-та рука хватает мое правое запястье, поворачиваю голову и вижу Пауэлл. Большие глаза широко раскрыты, и я погружаюсь в их серую бездну, словно парализованный.

«Она узнала меня!» – мелькает догадка.

И Пауэлл подает голос:

– Так это был ты?

Анна

Разворачиваю записку Криса уже в четвёртый раз и убеждаюсь, что ничего не перепутала. Но где он, черт возьми? Кафе кишит студентами, за мой столик так и норовят подсесть, приходится повторять одно и то же всем и каждому – «Жду парня». И злюсь, потому что если Крис решил испытать мои нервы, то это плохая идея.

Принимаюсь нервно барабанить длинными ногтями по столу. Что-то отлетает на пол, не могу понять что, но нагибаюсь, чтобы поднять, если найду. Умельцы выложили на полу разноцветный блестящий кафель, так что ничего не разглядеть.

«Хочу пúсать! Отпусти! Живодерка!» – слышу я и тут же выпрямляюсь, забыв обо всем на свете. Напротив меня сидит Мэган и любезно лыбится. Но мысли принадлежат не ей, а мохнатому Бишону-фризе. Вот только собачьих мыслей мне недоставало!

– Увидела тебя без компании и решила присесть на минуту, – признается Мэган, затем поднимает лапку собаки и машет мне. – А это Луций. В университет нельзя приходить с животными, но для меня папа сделал исключение.

– Папа? – морщу нос.

– Да. Он – ректор Сент-Джонс. Конрад Доран.

«Люблю его тапки», – мысленно подмечает пёс, и я с трудом сдерживаю смешок.

– О-о-о… значит, знакомство с тобой делает мне честь? – говорю с очень, очень глубоко скрытой издёвкой.

– Да что ты! – Мэган усиленно гладит пса по шерстке. – Я популярная в нашем университете именно из-за папы, но иногда хочется утопиться, потому что слишком много внимания утомляет.

«По тебе не заметно», – отмечаю про себя.

– Если хочешь, можем вечером сходить потусить в клуб! – предлагает Мэган и, кажется, не шутит. Хм… как бы повежливее отказаться?

«Если она сейчас же не отнесет меня, куда надо, то ее дорогая юбка будет испорчена на веки!» – этими мыслями псина меня и спасает

– Кажется, твой Луций хочет пи-пи, – киваю на собаку.

И Мэган заглядывает в его мордашку, пытаясь вычислить, как я это поняла.

– Да? Как ты угадала?

– Мысли прочла, – честно говорю, но Мэган смеется от души, думая, что я шучу. Дура! Однако решает, что лучше поверить, и мы с ней прощаемся. А про приглашение она не вспоминает – ура.

Зануда!

Криса нет. Он погиб в борьбе за книжку, что ли? Или застрял между стен? Как же меня бесит эта нерасторопность!

Жарко. Закатываю рукава свитера по локоть и размахиваю тетрадкой. Замечаю знакомые лица. Мы учимся в одной группе. Смотрю, уже любовь крутят. Какие быстрые!

Парочка направляется в мою сторону, и я напрягаю слух ради любопытства. Все равно делать нечего, пока Криса нет. И вскоре не жалею, что решилась прочитать их мысли, так как парень – как его имя, не помню, – напоминает мне вчерашний день.

«Нет, – думает он, – да кто может узнать, что я именно тот невидимка, что избил психа в парке. Это уже паранойя».

Невидимка! – ликую.

Они вот-вот пройдут мимо, и я не должна упустить шанс, поэтому хватко цепляю его за запястье, и наши глаза встречаются. А в эти моменты я могу слышать миллион его мыслей одновременно. Но усилий не понадобилось.

«Она узнала меня!» – это все, что мне нужно и я говорю:

– Так это был ты?

– Прости? О чем ты? – не понимает он.

– Вчера. В парке, – я не отпускаю его руку. —Ты спас меня.

Парень обменивается взглядом с девчонкой. Кажется, они в замешательстве. Приглашаю их выслушать меня, и Крис вовремя появляется. Машу ему рукой и он, запыхавшийся, бредёт к столу.

– Прости, Анна, задержался, – вручает мне книги. —Здесь только одной не хватает. Не нашел.

– Спасибо, – говорю я и поворачиваюсь к парню с девчонкой. – Ей можно доверять? – спрашиваю невидимку.

– Да, абсолютно.

– Это Крис, у него сверхспособность проходить сквозь стены. А я читаю мысли, как ты уже, наверное, понял.

У парня пропадает дар речи.

Зато девчонка находится быстро:

– А это Матиас – невидимка. А меня зовут Криста, и я тоже имею дар.

Вот так встреча! Мы садимся за стол, и какое-то время говорим на эту тему. Я рассказала, как познакомилась с Крисом, а Матиас рассказал, как Криста продемонстрировала свой дар. Во время этого рассказа мы и узнали, какой силой обладает Криста.

– Итак, нас оказывается четверо, – заключает Матиас.

– Нет, пятеро, – одергиваю я.

Даже Крис забыл.

– Ну, «фокусник» еще!

– Точно! – Крис бьет себя по лбу. – Он огнем управляет. Учится с нами. Вы, наверное, видели его.

– У него родинка на правой щеке, – вспоминаю я, и Крис ухмыляется. Да! Все девчонки наблюдательные, и Криста это доказывает тем, что вспоминает такого.

– Он всегда сидит где-то с краю на лекциях, – отмечает она.

Матиас неодобрительно бросает на нее взгляд, но ничего не говорит.

– Возможно и такое, что нас намного больше.

Матиас смотрит на меня. Его мысли грустные, он растерян и ничего не понимает.

– Всегда считал, что просто родился не таким, как все, – вслух рассуждает он. – И в мыслях не было, что есть еще люди с похожими способностями.

– Вдруг весь университет – это сверхлюди? – Крис шутит, но ни мне, ни Кристе с Матиасом это смешным не кажется.

Вдруг слышу за соседним столом: «Тихо! Послушайте, о чем они говорят!» – и хихиканье.

– Нам надо найти место, где можно будет говорить спокойно, – шёпотом говорю я и все соглашаются, так как взгляды с соседних столов становятся заметнее.

Криста напоминает, что через несколько минут лекция, тогда я предлагаю обменяться номерами телефонов, создать группу в «Вотсап» и быть на связи в любое время суток. Возражений ни от кого не последовало.

Матиас и Криста уходят первыми. Крис зовёт меня, но я вожусь с книгами, а потом вдруг замечаю «фокусника». Прихожу к выводу, что лучше попробовать поговорить с ним самой и обращаюсь к Крису:

– Уф… ладно, ты иди, а я догоню.

– Окей, – и Крис убегает.

С минуту наблюдаю за «фокусником». Не смею подходить, пока он разговаривает с другим человеком. На первый взгляд он не кажется дружелюбным, поэтому нахожусь в сильном волнении, и это несмотря на всё мое хладнокровие.

Но вот он выходит на улицу. Несусь через все кафе, чтобы успеть за ним. Ударяю какого-то парня дверью и забываю извиниться. Он мысленно покрывает меня нецензурной лексикой, ну и черт с ним. «Фокусник» свернул к аллее и неторопливым шагом идет по брусчатке, поэтому я быстро нагоняю его. Как хорошо, что сегодня я решила сменить каблуки на удобные кеды!

– Постой! – кричу ему в спину.

«Фокусник» останавливается и сует руки в карманы, словно прячет что-то. Не исключено, что мне показалось.

– Мы из одной…

– Я знаю. Анна Пауэлл, – говорит он и улыбается.

Он думает, что я его клею? О, нет!

– А ты?

– Джейсон, – протягивает руку, – приятно познакомиться.

– И мне, – жму руку и быстро отпускаю, делая вид, что надо придерживать лямки, чтобы рюкзак с плеч не свалился. – На самом деле, я… хочу серьезно с тобой поговорить. Насчет твоего шоу.

Джейсон хмурится и возобновляет путь. Плетусь рядом.

– Ты ведь не фокусы показывал. Ты сверхчеловек.

Смеется.

– С чего ты взяла эту глупость?

– Я такая же.

– Да ну? И что ты умеешь? – он все еще не верит мне.

– Прежде чем представиться, ты подумал: «Эта ципа явно хочет меня. Но я должен подумать», – произношу я и жду реакции. Сердце в груди вот-вот выскочит. Все совсем не так, как это было с Крисом или Матиасом.

Джейсон замирает, задумчиво стучит носком ботинка по брусчатке. Вижу, как двигается его горло от того, с каким усилием сглатывает слюну.

Решаю добить до конца:

– Есть еще трое. Мы хотим…

– Заткнись! – зло выплевывает он, не глядя в мою сторону. Его палец вырос перед моим носом. – Вы – это вы. А я сам по себе, понятно? – его рука краснеет и я начинаю потеть. – И не смей больше читать мои мысли, кукла.

С этими словами он оставляет меня одну. На душе еще никогда так мерзко не было.

Джейсон

Этим вечером у меня идёт всё по плану. Я пригласил девушку на свидание. Мы уже прошли с ней необходимые ритуалы – первое впечатление внешностью, флирт, букет недешевых цветов, билеты в кино и – без этого нельзя – поцелуи на заднем ряду кинозала под романтическую дребедень. Она позволила забраться ей под кофту и облапать. Ее маленькие сладкие-сладкие губки, как карамель, вкус которой помнился еще с детства. После неприятной встречи с Анной капелька ласки, покоя и забвения – то, что мне нужно.

Сейчас мы идем, сцепившись за руки, по самой главной и самой длинной улице Куинса – Куинс-бульвар. Минуем торговый центр. Вижу, что Мэган горит желанием войти и съесть по мороженому, но я уже устал от излишней романтики. Хочу уединения и, недолго думая, сворачиваю на 55-е Авеню. Здесь меньше машин, меньше шума… Найти бы подходящий скверик и дело в шляпе.

Сама Мэган Доран, дочь нашего ректора, окажется у меня в постели одной из первых в этом университете. Пусть считает, что ей повезло. Да и мне тоже.

Ради такого случая, я отыскал в своем гардеробе самую яркую рубашку с необычным принтом. Завернул рукава до локтей и расстегнул пару верхних пуговиц, чтобы красавица Мэгги млела, любуясь мной.

Улица за улицей, переулок за переулком и ни одного скверика или парка, где можно хотя бы подвести ее к тому, чтобы пригласить продолжить в безлюдном месте. По пути слушаю ее бессмысленный женский лепет. Так и хочется сказать: «Да помолчи ты уже!»

– Смотри! – вдруг кричит она взволнованно.

Поворачиваю голову туда, куда указывает ее изящный длинный пальчик. Мы видим дым.

– Там что-то горит, – предполагает Мэган.

– Побежали! Посмотрим! – тяну ее за собой.

Мы добегаем до места и видим пожар. Горит частный сектор. Вокруг собрались соседи, а на краю тротуара столпились зеваки, щелкая пылающий дом на свои телефоны. Пожарные тщетно пытаются справиться с пламенем, а некоторые стремятся проникнуть внутрь. Оглядываюсь и вижу женщину. Она бьется в истерике и тянется назад в горящий дом, но… стоп! Она беременна, что же она делает?

– Там моя дочь! Моя дочь! – во всё горло кричит женщина.

Расстегиваю пуговицы и снимаю рубашку. Делаю это молниеносно.

– Джейсон, что ты задумал? – испуганно спрашивает Мэгги.

– За меня не волнуйся, – отдаю ей рубашку и вбегаю в дом, игнорируя вопли пожарных. Спиной чувствую, как толпа хором задерживает дыхание.

В некоторых местах крыша успела обвалиться… Ношусь по дому, как сумасшедший. Огонь мне не страшен, я могу дышать угарным газом, пламя щекочет мои руки, грудь, спину, но не обжигает. Я боюсь за девочку, поэтому тороплюсь.

В глубине дома что-то с грохотом падает. Несусь туда. Огонь преграждает путь, но я делаю усилие, разрезаю горячую стену на две половины и пробираюсь внутрь. Это детская. Девчонка лежит на полу. Не теряя времени даром, хватаю одеяло и укутываю маленькое тельце, крепко прижимаю к себе и выхожу. Под суровый хоровод пламени пляшет сокрушительное поражение, все рушится и если мне удается справиться с огнем, то не могу сказать, что застрахован от того, что меня не придавит тяжелой балкой. Я не сгорю, но могу умереть от удара, а девочка погибнет при любом раскладе. Начинаю спешить.

Женские крики ведут меня в нужную сторону и, наконец, вижу дыру в стене, или это окно, но без рамы… Пролезаю через нее и вот мы снаружи. Ко мне бросаются люди и первым делом забирают девочку. Стою вспотевший и жду, когда ее приведут в чувства. Мэган повисает на моей шее и плачет. Глажу ее по спине, утешаю. Кому не будет приятно почувствовать заботу?

– Жива! – кричит кто-то из людей.

Я расслабляюсь и падаю на землю, понимая, что сил совсем нет.

– Вы в порядке? – спрашивает пожарник.

– Поразительно! – выкрикивает женский голос. – Посмотрите! Этот парень вышел из огня, но на его теле нет ни намека на ожоги!

– Джейсон… – выдыхает следом Мэган. – Ты абсолютно цел. Но… как это возможно?

Глава 5

Анна

Стою в фойе. Крис, как обычно, опаздывает, поэтому достаю мобильник, чтобы просмотреть ленту новостей.

Облокотившись плечом о стену, вглядываюсь в поток студентов, снующих по холлу учебного корпуса. Засранец Крис застрял в туалете. Ладно, жду. Пальчиком прокручиваю ленту, время от времени поднимая глаза. И в один из таких моментов меня окатывает неприятное чувство пристального взгляда со стороны. Кручу головой и быстро нахожу объект, который заставляет моё сердце трепетать. Он не отводит глаз, и, как назло, находится слишком далеко, чтобы услышать его мысли.

Улыбаюсь брюнету, и он в ответ подмигивает. Если бы я была снежинкой, то давно растаяла бы на глазах у всего народа. Ну, да ладно… мне сейчас не до флирта и любовных похождений.

Возвращаюсь к делу, тем более, попадается очень любопытная новость. Сосредоточенно читаю, хмурюсь и понимаю, о ком идет речь.

– Заждалась? – возле меня вырастает Крис, и я немедленно сую телефон ему под нос.

– Читай!

– «Чудесное спасение!» – бесстрастно читает заголовок.

– Ты читай, читай…

– Вслух?

– Можешь вслух.

И Крис вполголоса начинает:

– «В боро Куинс, в Нью-Йорке во время пожара в жилом доме доброволец чудесным образом спас ребёнка, оказавшегося в огненной ловушке. Произошедшее сняла камера, установленная на шлеме одного из пожарников, сообщает Би-Би-Си. Во время пожара мать в приступе паники бросилась из дома, понадеявшись на мужа, в результате чего девочка осталась в горящем доме. Ребенка из огня достал молодой человек, пожелавший остаться без имени. Девочка получила легкие ожоги и была отправлена в больницу на скорой помощи. Однако молодой человек, который, по словам очевидцев, «нырнул» в пламя без рубашки, остался цел и невредим.

«У парня не обгорели волосы, только брюки. А его тело лишь слегка вспотело, словно он посетил паровую баню», – рассказывала соседка семьи спасенной девочки.

Парень отказался давать какие-либо комментарии».

На этом Крис возвращает мне телефон и некоторое время думает. Минуту слушаю его мысленные рассуждения, затем не выдерживаю.

– Да правильно ты догадался! Это наш «фокусник». Уверена в этом, как в самой себе. – Мы медленно двигаемся к лестнице. – Этот сукин сын нарывается на неприятности. Если пресса прознает о причинах его… эм… в общем, если они узнают о его «дружбе с огнем», то и нам будет грозить опасность.

– Его надо к нам…

– Я же вчера рассказывала, что разговор с ним не удался.

– Надо пробовать еще. Может, он разозлился, потому что ты девушка и, вдобавок ко всему, прочла «сокровенные», – смеется, – мысли.

Мне тоже смешно. Собираюсь сострить по этому поводу, но не успеваю произнести и звука, как вписываюсь в девушку. Или она в меня. Мне показалось, что она летела и не смотрела перед собой, а, значит, это ее вина.

– Эй, куда прешь?! – возмущённо пищу.

Девушка останавливается, отбрасывает копну черных волос за спину и угрожающе смотрит на меня.

– Не стой на пути.

– Тебе места мало? – машу рукой в сторону. Да, студентов много и ее можно оправдать, но существуют знаки приличия. Могла бы извиниться.

«Вот дерьмовая сука! Пристала, как старая жвачка к подошве. Из-за нее я опоздаю» – слышу ее мысли и вскипаю.

– Извинись и разойдёмся!

– А кто ты такая? – грубит она.

Крис дергает меня за плечо.

– Оставь.

Но я уже разозлилась и не собираюсь останавливаться. Что это за наглость такая!

– Я бы показала тебе, кто я такая, да свидетелей много.

– О-о-о, – девушка похоже воодушевилась и меня начинает это пугать. Я всего лишь хочу, чтобы она извинилась. Черноволосая подходит ко мне ближе, и мы стоим с ней почти лоб в лоб. – Очень интересно посмотреть, – говорит, – как ты это покажешь. Давай проверим сегодня на аллее? Только ты и я. В полночь. Проигравший извинится перед победившим публично.

«Если выживет».

Заманчиво, но все равно, на мгновение я оторопела. Беспомощно замираю, глядя в хищные глаза соперницы. Поджать хвост – не в моем характере, поэтому вздергиваю подбородок и смело говорю:

– Идёт! Сегодня в полночь, на аллее.

Девушка удовлетворенно кивает головой и уходит. Крис безрадостно качает головой.

– Мне кажется, это того не стоило.

– Вот увидишь, Крис, – тяну его за рукав, – завтра она извинится публично и больше не станет связываться с Анной Пауэлл.

– Крис прав, – слышим за собой и разворачиваемся.

Джейсон. Он все видел.

Я вопросительно глазею на него. Сначала он думает, а потом то же самое произносит вслух:

– Не стоило.

Джейсон

– Зря ты всё это затеяла, – добавляю я и подхожу ближе к ребятам. – Ты не читала ее мысли? Неужели ты не поняла, что она опасна?

Анна с минуту думает, затем жмет плечами.

– Ее мысли меня не испугали.

Лукавит. Видно же, что боится. Затаенный страх написан на лице, но Анна упрямо не хочет это признавать. Красивая девчонка и яркая. И не красное платье делает ее внешность броской. Нисколько, нет. И блондинка она не от природы. Этакая приукрашенная, приодетая фифочка, и только самый зоркий разглядит за этой маскировкой настоящую Анну – гордую, самодостаточную и напористую. Не внешность играет главную роль в обаянии Анны, а то, как она умеет ее обыграть. Я обратил на это внимание еще вчера во время нашего разговора.

– Ты не должна связываться с той девушкой, – отвечаю и сам не знаю, почему решил помочь. По сути, мне должно быть всё равно.

– Это почему? Ты что-то знаешь?

– Имел с ней дело.

– Что ты имеешь в виду? – вступает в разговор Крис – кажется, так его зовут? – Вздыхаю. Сам напросился. – Идёмте, кое-что покажу.

Начались лекции. Наши ноги топают по тихим и пустым коридорам корпуса. За массивными дверями слышатся голоса профессоров, усердно излагающих студентам свои предметы. Откуда-то сбоку доносятся манящие запахи свежевыпеченного хлеба и жареного мяса. У меня сводит желудок, ведь я отказался утром от завтрака. И все потому, что поспорил с мамой. Она против того, что я хочу ездить на велосипеде в университет. Что плохого, не пойму!

Анна быстро понимает, что я веду их к боковому выходу.

– Джейсон, зачем ты ведёшь нас сюда?

– Сейчас всё узнаешь, – говорю я и останавливаюсь у стены.

Крис и Анна смотрят друг на друга и ждут.

– Присмотритесь внимательно, – велю я, тыча в пустую стену.

Оба всматриваются, но ничего не видят. Начинаю притопывать ногой. А потом замираю, так как Крис просовывает руку сквозь то место, где находится вмятина, о которой я и хочу поведать.

– Ты…

– Он через стены проходит, – как само собой разумеющееся сообщает Анна и ехидно мне лыбится. – Я пыталась тебе вчера сказать.

– Стена неровная, – произносит Крис, отвлекая нас от зарождающегося спора.

– Правильно. Это отпечаток моей головы.

Крис и Анна расширяют глаза и издают звуки удивления.

– Это она и ее дружки, – объясняю. – Они поймали меня после шоу… кхм… фокусов. Вы понимаете, о чем я. Слушайте, я не знаю, кто они такие, но парень, что держал меня, силён нереально. Ты можешь угодить в ловушку, Анна.

Выражение Анны не меняется, но я вижу, как она стягивает лямку перламутровой сумочки.

– Мы договорились один на один.

Что я делаю? К чему пытаюсь уговорить упрямую девчонку и оградить ее от опасности? Хочет броситься в клетку с диким зверем – флаг ей в руки. Больше я ничего не собираюсь делать.

Крис ударяется спиной о стену и проводит рукой по лицу. Он выглядит усталым, измученным, одним словом, задолбленным. Похоже, Анна крутит им, как хочет.

– Надо найти место, где всё это можно обсуждать без огласки. Ты не пыталась что-нибудь искать? – теперь уже Крис говорит только с Анной, и на меня они не обращают никакого внимания. Но я все равно внимательно слушаю, стоя у них за спинами.

– Когда бы я успела, Крис? – грубо бросает Анна в ответ. – Я не знаю Нью-Йорк совсем. Я надеялась, что Матиас и Криста этим займутся.

– Они тоже неместные.

– Ладно, что-нибудь придумаем, – вздыхает Анна, затем бросает на меня последний взгляд и уходит. Вслед за ней тащится и Крис.

– Стойте! – кричу им вслед.

Оборачиваются, а из образовавшихся щелей пробивается яркий солнечный свет, обрамляющий их фигуры в полумраке. Не вижу их лиц. Подхожу ближе и твердо говорю:

– Есть у меня одно местечко.

Криста

Потягиваюсь сладко в кровати и открываю глаза. Солнце ярко освещает комнату. Джанет и Кристина в полуодетом состоянии снуют туда-сюда.

– Какой сегодня день? – осипшим голосом спрашиваю девушек. Похоже, я накликала себе простуду.

– Пятница, – отвечает Джанет. – Завтра начинаются выходные. Неделька была не самая простая.

– К тому же удивительная, – смеется Кристина. Мне нравится ее простодушие. И да, я с ней целиком и полностью согласна. Удивительнее не придумаешь!

С трудом поднимаюсь с постели и двигаюсь в сторону стола, наступая на длинные штанины пижамы. Мама постаралась – решила, что я на размер больше. Помню, как обиделась на нее за эту пижаму и, наверное, поэтому теперь так люблю.

– Всем пока! – кричит Кристина и разбрасывает нам воздушные поцелуйчики, затем выходит.

Джанет достает таблетки из сумочки и кладет на стол.

– От боли в горле. Хорошо помогает.

– Спасибо, – улыбаюсь и в этот момент щелкает чайник. Моя рука оказывается прямо под носиком, из которого извергается бурлящий кипяток. Моя оплошность, так как ошпаренная кожа тут же исцеляется, и это на глазах у Джанет.

Черт, это вам не боль в горле, которую можно замаскировать! Утром просыпаюсь с першением, а через минуту всё исчезает, ведь болезни и простуды мне на пару минут. Но никто не узнает, хорошо мне или плохо, пока сама не сообщу. Я могла бы принять таблетку от горла, сделав вид, что она и правда чудом мне помогла. А ожог… Кажется, у меня проблемы!

Джанет, пораженная увиденным, смотрит мне в лицо. Я прячу взгляд.

– Что это было?

– А что было? – включаю дурочку.

– На твою кожу попал кипяток и я видела, как она краснела, а потом…

– Просто я не сильно обожглась. Тебе показалось.

– Наверное, – мямлит соседка себе под нос, затем хватает сумку и уходит, сверля меня взглядом.

Вздыхаю с облегчением, как только за ней закрывается дверь. Наливаю чай. Я бы выпила кофе, но на нашей маленькой кухоньке не разгуляешься. А растворимый я терпеть не могу.

Сажусь на стул, хватаю телефон и первым делом просматриваю почту. Километровое письмо от мамы читаю с превеликим удовольствием и смеюсь над ее шуточками о папе. Мама жить без него не может, хотя очень любит «пилить» и делает это с юмором. Как же я скучаю по этим двум взбалмошным людям. И по братишке. Сегодня он мне прислал в «Вотсап» открытку «Хорошего дня, сестричка!» Пусть немногословно, но дико приятно.

Следующее сообщение от Матиаса я проглатываю с трепетом и широченной улыбкой. Первое любовное послание с кучей сердечек. Мамочки, я влюбилась! Пишу ответ, и в эту секунду тренькает новое уведомление. Хмурюсь, но потом вспоминаю, что наша группа называется… Стоп, разве «Пятёрка»? По-моему, еще вчера это была «Четвёрка».

Не дописав Матиасу, открываю чат. Вижу добавленный номер. И сообщение от Анны:

СЕГОДНЯ В 20.00

28 АВЕНЮ, 40. НЕ ОПАЗДЫВАТЬ.

Долго смотрю на адрес. Потом возвращаюсь к сообщению Матиаса и мы ведём с ним долгую беседу – не абы о чём. Мы обсуждаем наши чувства и делимся мыслями о будущем.

А вечером Матиас ждет меня у ворот кампуса. Несусь к нему и бросаюсь на шею. Матиас кружит меня и целует, как будто видит в первый раз после долгого отсутствия.

– Ты взбалмошная девчонка!

– Это почему?

– Ты пропустила лекции!

– Я… болела.

Смеется.

– Сказки не рассказывай.

Тоже смеюсь.

– Забыл, что мне проект всучили и сказали до понедельника работать над ним в библиотеке? Весь день потратила на бессмысленные формулы.

Матиас закидывает руку мне на шею и притягивает к себе.

– Я скучал, – шепчет на ухо.

Млею от его бархатистого, мягкого голоса с хрипотцой.

– Я тоже… очень.

– Дай знать, когда я смогу пробраться к тебе в комнату.

– Ага.

Целуемся, хохочем, а потом спешим на двадцать восьмое авеню.

Нас встречает маленькая улочка в дебрях частного сектора. Мы внимательно присматриваемся к табличкам, чтобы не пропустить дом номер сорок. И мы его находим.

– У меня такое ощущение, что мы пришли на задний двор, – говорю я, всматриваясь в пейзаж, сад надежно прячет свои секреты. И в этот момент из тени дерева выходит молодой парень. С родинкой на щеке…

Крис

Джейсон сказал, что этим гаражом никто не пользуется. На стене подвешен велосипед без колеса. В углу инструменты и какие-то старые грязные вещи. Внутри пахнет пылью и отдаленно бензином. У меня возникает вопрос: а сможем ли мы сделать из этого места нашу базу? Девчонкам придется здорово попотеть.

Интересуюсь у Анны. Она долго смотрит на меня исподлобья.

– С условием, что мы все применим к этому свои усилия.

– Хм… Но ведь уборка – девчачья работа.

– В таком случае, подать стул девушке – мужская работа, – говорит серьезно. – Хотя нет. Не мужская – пацанячая.

Ладно, намек понят. Осматриваюсь и вижу два стула. Думаю, чем бы вытереть многовековую пыль. Но к моей радости, возвращается Джейсон, а с ним Матиас и Криста. Приветствуем друг друга.

– А сидеть здесь есть на чем? – спрашивает Криста.

Джейсон смотрит на те же самые грязные стулья, затем говорит:

– Эм… в следующий раз что-нибудь придумаем.

И почти сразу между нами возникает неловкая пауза, которую я, впрочем, ожидал. Мы, в конце концов, собрались впятером, но с чего начать разговор, не знаем. И я почему-то уверен, что причиной всеобщей неловкости является именно Джейсон.

Анна оценивает степень загрязненности гаража, а потом вдруг говорит:

– Джейсон, а что, если мы приведем это убожество в приличное место? Приберем здесь все… общими усилиями, – это Анна выделяет особенно четко, глядя прямо на меня. Я бы мог пожалеть, что подкинул ей такую идею, но даже если промолчал бы, она залезла бы мне в голову и все равно отыскала эту мысль. – А еще можно принести стаканы и чашечки, – продолжает она, – чтобы можно было бы перекусить…

– Стоп, стоп, стоп! – обрывает ее Джейсон. – Может тебе еще диванчик с подушечками сюда притащить? И ванночку, чтобы ножки откисали?

Анна хихикает:

– Почему бы и нет.

По ее спокойному лицу понимаю, что никаких зловещих мыслей у Джейсона нет.

– А я согласен с Анной, – вступает в разговор Матиас. – Если мы думаем собираться в этом месте время от времени, то здесь, как минимум, должно быть чисто. А остальное… дело фантазии и возможности.

– А еще можно сделать замок и чтобы у каждого был свой ключ, – смело добавляю я и получаю недоуменные взгляды. – Мне тоже иногда будет нужен ключ.

– Да, Джейсон, – кивает нам в поддержку Криста. – А если кто-то придет раньше и придется ждать? Где сидеть?

– Ладно, уговорили! – сдается он, поднимая руки вверх. – Завтра суббота. В десять собираемся здесь. Попробую отыскать в кладовой стулья, ну и там… тряпье какое.

– С нас чистящие и моющие средства, – поднимает вверх палец Анна.

– А мы с Матиасом забежим в магазин и купим снеков, – весело улыбается Криста.

Анна передергивает плечами, еще раз оглядывая гараж, затем восклицает:

– Тогда решено! Завтра приберем тут, и потом можно будет нормально поговорить.

– Подумай о том, что я тебе сказал, – напоминает Джейсон Анне, за что я благодарен ему. Потому что сердце у меня не на месте, когда начинаю думать о том, что может случиться.

Анна хмыкает и едва заметно кивает. А Криста подозревает, что мы в сговоре, а они не в курсе.

– Вы о чем? – спрашивает она.

Я и Джейсон вкратце объясняем ситуацию и все вместе начинаем отговаривать Анну идти на встречу с той девчонкой. Но Анна только злится.

– Я не трусиха! Ясно вам? И не хочу больше об этом. Всё, идёмте!

Все мы понимаем, что влиять на Анну совершенно бессмысленно. Даже если она скажет, что не пойдет, она всё равно пойдёт. Думаю над тем, как решить этот вопрос по-другому. И нахожу мысль.

Идем на выход, когда Джейсон останавливает нас. Криста задевает Анну, и ее сумочка падает на грязный пол, все содержимое высыпается наружу. Анна хмуро смотрит на свою уже нечистую сумку, но не делает никаких движений, а сначала хочет услышать Джейсона, как и мы все.

– О том, зачем мы здесь собираемся моим предкам знать не обязательно, – говорит он. – Этот гараж никому не нужен. Отец и дядя Билл практически не бывают дома. Мама тоже не ходит на задний двор, но у нас есть любопытные слуги. В общем, хочу сказать им, что собираю музыкальную группу и нам нужна репетиционная база. Как вам идея?

Мы дружно киваем.

– И… за пределами этих стен, пожалуйста, не применяйте свои способности.

Я понимаю, что это касается в основном меня и Матиаса, на что мы соглашаемся. После чего Криста и Джейсон садятся помочь Анне собрать рассыпанные вещи. А я ловлю долгожданный момент и выуживаю Матиаса из гаража.

– Ты можешь помочь, друг, – говорю очень быстро, с опаской поглядывая на дверь.

– Помочь? – недоумевает Матиас.

– Ты ведь можешь быть невидимым, а значит легко сможешь присутствовать на той встрече. Я боюсь за Анну. Она бросается в огонь, зная, что пламя будет жарить, но хочет казаться смелой и все равно прёт туда. Судя по тому, что рассказал нам Джейсон, её ждёт опасность.

Мы слышим голоса. Девчонки уже выходят из гаража, а я умоляюще смотрю на Матиаса.

– В полночь?

– Да. На аллее.

– Я буду.

Матиас

Прихожу на аллею на полчаса раньше, решив, что так будет надежнее. Кристе я, естественно, ничего не сказал, потому что уверен, что она тоже захочет прийти. И если за нее мне нечего опасаться, то за Анну я боюсь, ведь она смертная и из всех нас самая беззащитная.

Ночь черная и безлунная навеивает страх. Ветра совсем нет. Вокруг тихо. Тусклый свет фонарей охватывает лишь небольшое пространство, а в глубине парка – пугающий мрак.

Стою на тропинке из дробленного камня, которая, извиваясь, выходит через аллею на территорию главного корпуса университета. Охранники слишком далеко, чтобы услышать шум или крик, если вдруг что случится. Та дама точно знала заранее, где лучшее место для таких встреч.

Для каких? – сам себя спрашиваю я.

Шаги.

Я неподвижно замираю на месте. Любое движение выдаст меня, потому что под ногами много сухих листьев.

Это не Анна. Это та – другая. Она выглядит расслабленно, уверенная в себе, жует жвачку. На голове стянутый длинный хвост – настолько туго стянут, что глаза кажутся уже, чем должны быть на самом деле. На девушке черный спортивный костюм и тяжелые кеды.

Она смотрит на часы. Знаю, что время еще есть и она терпеливо ждет. Анна появляется через пять минут. На ней тоже спортивный костюм, но только белый. Невольно думаю, что все это напоминает мне встречу «Светлого» и «Темного», то есть добра и зла. Ох и не нравится мне все это!

– Ну, привет! – встречает ее темноволосая.

– Привет! Ну? Я пришла. Что дальше?

Анна выглядит смелой и гордой. Восхищаюсь ее умением скрывать свои истинные эмоции и выдержки у нее не отнять.

– Меня зовут Дакота, – представляется девушка. – Знаешь, кто я такая?

– Если расскажешь, узнаю.

Меня удивляет ответ Анны, поскольку она умеет читать мысли, но может быть это ее ход?

– Я уже давно учусь в этом университете и постоянно, вновь и вновь, приходится учить новичков, что я здесь главная.

– Главный в этом университете – мистер Доран.

У нее это вызывает зловещий смех.

– Ты не поняла, Анна. Все, что касается учебы находится в стороне, а студенческая жизнь в Сент-Джонс зависит от меня, так яснее? – Она ходит вокруг Анны, но не приближается к ней. – Я знаю обо всех новичках и тем более об особенных. Таких, как ты, например. Я специально задела тебя утром. И признаю, я думала, что ты струсишь.

Мне были интересны две вещи: читает ли Анна ее мысли в данный момент? И откуда эта Дакота знает, что Анна особенная?

– Что ты хочешь от меня? – спрашивает Анна.

– Чтобы ты была на нашей стороне.

Только не это.

Анна думает. Я едва удерживаюсь, чтобы не пойти к ней и не дать понять, что я рядом. Но один шорох, и Анне не поздоровится.

– Почему я должна быть на вашей стороне?

– Потому что… потому что нам нужен человек, который читает мысли людей. О Господи, разве ты не понимаешь, какие дела можешь совершать с помощью своего дара?

– Нет.

И тут Дакота почти вплотную приближается к Анне и негромко говорит.

– Если будешь подчиняться мне, то тебе будет обеспечена популярность, тебя будут остерегаться и… бояться. С нами тебе ничего не угрожает. И… – она улыбается, гладит белоснежный воротничок куртки Анны, а потом говорит, – забудем о нашем уговоре.

– А если я откажусь?

– Ну же… прочти мои мысли, дорогая Анна, – и она вновь смеется.

Я наблюдаю, как лицо Анны искажается странной гримасой, то ли озлобленности, то ли боли, и она молча, начинает пятиться назад.

– Нет! – воинственно кричит Анна. – Не бывать этому! Ни за что и никогда! Я не соглашусь убивать, тебе ясно?

– Ну что ж… – Дакота поднимает руки вверх и я вижу, как меняется цвет неба. Из темно-синего, оно становится черным. – Тогда придется воевать. Потому что двум силам на одной территории не место. И если выживешь, то извинишься в понедельник публично.

Никто из нас не понимает, что происходит. Я лишь слышу раскаты грома. Смотрю на Дакоту, и теперь до меня доходит, кто устроил внезапный ливень в Сент-Джонс. Вот, что она имела в виду, когда говорила: «Жизнь в Сент-Джонс зависит от меня».

Молнии. Много молний сверкают со всех сторон, вонзаясь в землю, словно мультяшные мечи – острые, ярко-золотые – вроде тех, что рисуют для анимационных фильмов.

– Страшно? – кричит Дакота. – Можешь защититься своей способностью? Нет!

У Анны нет шанса сдвинуться с места, так как окружена опасными природными явлениями.

– Мы все зависим друг от друга. Мы все дополняем друг друга, – продолжает Дакота, контролируя свою силу. – Один погибает, другой исцеляет… все, как в кино. Не правда ли?

Да нет! Все вполне реально! И я должен что-то сделать. Надо остановить Дакоту до того, как она навредит Анне. Мне помогает небесный грохот, я смело иду вперед. Дакота всё-таки замечает сбоку движение, отвлекается и молния попадает в дерево. Слышу треск, но не подозреваю, что дерево собирается рухнуть на землю. Сбиваю Дакоту с ног и крепко удерживаю ее на земле. Жаль, что не успеваю схватить ее руку прежде, чем она бросает еще один разряд молний в сторону Анны, которые поражают ее.

– Не-е-ет! – изо всех сил кричу я, и это пугает Дакоту. Полный ненависти, размахиваюсь и бью девушку по лицу. И вмиг все прекращается. Нет ни молний, ни грозы.

Некоторое время она борется и пытается вырваться. В конце концов, я сдаюсь и отпускаю девчонку, потому что надо было спешить на помощь к Анне, если ей вообще можно чем-то помочь.

Как только ослабеваю хватку, Дакота убегает. Тяжело дышу и слышу ее грозные слова:

– Это не последняя наша встреча, невидимка!

Вновь раздается треск поврежденного дерева, которое обрушивается вниз прямо на тело Анны.

Знаю, что не смогу добраться до нее раньше, но все равно бегу, а пот ручьем льется по лицу.

Только не умирай, Анна.

Глава 6

Анна

– Так не бывает… – выдыхаю я, видя перед собой красивое лицо. Парень, который подмигивал мне сегодня утром. Он улыбается. Закрываю глаза, надеясь, что мираж пропадет. Так не хотелось сходить с ума. Хотелось вернуться в это утро и вместо столкновения с Дакотой, подойти к этому красавчику и поболтать. Где я?

Меня трогают за плечо и глаза открываются сами собой. Парень по-прежнему находится рядом и, склонившись, изучает моё лицо.

Тело едва может двигаться. Я не чувствую конечностей и из-за этого начинается паника. Хочу встать, но не могу.

– Что со мной? Что со мной?

– Ш-ш-ш… – мягко протягивает парень. Его рука у меня на грудной клетке. Чувствую, как тепло окутывает все внутри, успокаиваюсь и вновь смотрю на него.

Вдруг понимаю, что не слышу его мыслей. Вновь волнуюсь. Что эта тварь со мной сделала?

– Не двигайся. Я хочу помочь тебе, – говорит таким завораживающим голосом, что я верю ему.

– Что со мной?

Но он не отвечает, а просто держит руку над моей грудью, и я замечаю, как она светится. У него дар!

– Ты…

– Ш-ш-ш…

– Но…

Я не успеваю произнести и слова, как он прекращает свои действия и исчезает в темноте. Только через минуту до меня доходит, что мои руки и ноги могут двигаться. Ничего не болит.

– Анна? – слышу обеспокоенный голос, а потом передо мной возникает Матиас. Впервые вижу, как он преобразует формы человека.

– Ты был здесь? – удивленно говорю. Матиас помогает мне встать. Белый костюм обгорел и выгляжу я просто ужасно.

– Я всё видел и слышал. Нам надо уйти отсюда. – Он не отпускает моего локтя. – Ты как? Можешь идти?

Киваю, и мы двигаемся прочь из этого парка.

Пока идём к кампусу, начинаю реветь. То ли отходняк, то ли переизбыток эмоций, сама не понимаю.

– Я не слышу мыслей, – всхлипывая, мямлю, затем принимаю у Матиаса платок, который, к счастью, он держит в джинсах. – Вот уж не думала, что она…

– Давай не будем о Дакоте сейчас, – Матиас поглаживает меня по спине. – Завтра нам будет, что обсудить. До утра придешь в себя и будешь мыслить трезво.

Высмаркиваюсь.

– Прости. Я постираю платок.

– Оставь себе. У меня много.

– Кто тот парень и что он со мной делал? Он видел тебя?

– Нет. Он появился неожиданно, как раз в тот момент, когда я бежал к тебе. Слава Богу, дерево упало лишь на твои ноги. Он сам его убрал. Дальше я просто наблюдал, понимая, что он хотел помочь. Тебя поразила молния… и не одна. По-моему, от таких ударов не живут.

– Я успела умереть?

Матиас жмет плечами.

– Не знаю. Но он, тот парень, вернул тебя в сознание. А потом… положил руку тебе на грудь, и твое тело загорелось, словно лампочка.

– Он исцелил меня.

– Похоже на то.

Некоторое время иду и думаю. Потом резко останавливаюсь, Матиас тоже.

– Я не успокоюсь, пока не узнаю, кто мы такие и для чего нас создали.

Матиас молчит. Наверное, на моём лице отобразилась нешуточная гримаса ненависти.

Больше не сказав ни слова, вхожу на территорию кампуса и как можно быстрее бегу к себе в комнату.

Криста

Врываюсь в гараж с обеспокоенным лицом и вижу только Криса и Джейсона.

– Матиас не пришел, – говорю, переводя взгляд с одного на другого. – И телефон, похоже, отключён. Не могу дозвониться.

Уже больше десяти, а мы до сих пор не собрались. Вдруг замечаю, что Крис прячет взгляд.

– Где Анна? – И на его молчание киваю: – Что-то случилось, да? Она пошла на встречу с той девушкой и…

– Мне нужно кое-что тебе сказать, – Крис не дает мне договорить.

Комок страха застревает в горле. Странное предчувствие, появившееся еще вчера, меня не подводит. С Анной явно приключилась беда. Но… а Матиас где?

Смотрю на Криса и жду, что же такого он хочет мне сказать.

Он сглатывает прежде, чем начать.

– Вчера я попросил Матиаса присутствовать на встрече. Он ведь может исчезать…

– Что ты сделал?

Меня настолько захватывает злость, что я готова броситься на Криса с кулаками. И не потому, что он сделал это ради Анны, а все из-за того, что мне никто и ничего не сказал. Я не в курсе, что мой парень пошел спасать жизнь подруге, рискуя при этом своей. И после этого мы хотим называться командой?

Хочу накричать на Криса, но появление Матиаса и Анны спасает его от моей атаки.

– Мы проспали, – виновато сообщает Матиас.

– «Мы»?! – в один голос выкрикиваем с Крисом. Слышу из угла смешок Джейсона, но мне чихать.

Матиас растерян.

– Э… ну да. Вы чего? Мы спали в разных местах!

Расслабляюсь и обхватываю широкую талию своего парня. А Анна протягивает пакет Джейсону:

– Мы поесть взяли.

– Как все прошло? – волнуется Крис.

Анна, прикусив губу, переглядывается с Матиасом. Похоже, новости у них плохие. Или… даже очень плохие. Крепко сжимаю холодную ладошку Матиаса.

– Эта девчонка имеет способность, – говорит он. —Атмокинез.

– Атмокинез? – повторяет Джейсон и по лицу понимаю, что он словно что-то вспоминает.

– Да – манипуляция погодой. То есть девушка умеет управлять всеми возможными атмосферными явлениями, включая изменение влажности и температуры.

– Понятно, почему ты проспал, – с ухмылкой замечает Крис, намекая на то, что Матиас всю ночь торчал в интернете, изучая Атмокинез.

– Есть еще кое-что, – серьезно бросает Анна, достает из пакета холодный кофе и бросает нам по очереди. – Есть еще один парень, который обладает даром. Этот дар схож с твоим, Криста.

– С моим?

– Апитеризм, – бросается следующим термином Матиас, и, не дожидаясь подколов, поясняет: – Способность восстановления других живых существ, кроме себя. – Смотрит на меня. – Он спас Анну.

Мы молчим, переваривая информацию.

Открываю банку с противным кофе, опустошаю половину. Морщусь.

– Никогда не бери эту гадость.

– Займемся уборкой? – предлагает Анна. – А то стоять – ноги затекают. А потом уже и договорим.

Следующий час мы занимаемся гаражом. Каждый, я уверена, думает о том, как же тот парень спас Анну. Всем любопытно. И мне, в том числе. Но в тех условиях, что мы находимся, говорить практически невозможно. Поэтому старательно работаем, отмываем каждый уголок. Так здорово, что у нас теперь есть тайное местечко!

После уборки уставшие, но довольные располагаемся, кто где. Стульев по-прежнему два и, как и должно быть, мы с Анной занимаем их. Крис садится на пол, опершись спиной на стену. Матиас пристраивается на корточках около меня. А Джейсон приседает на какую-то балку – уже чистую.

Далее мы слушаем рассказ Матиаса и Анны, договорившись не перебивать. В это время поглядываю на Джейсона. Он выглядит задумчивым и тревожным. Как будто анализирует, сравнивает и сопоставляет факты. Почему-то возникает чувство, что он понимает, о чем речь. В отличие от меня и Криса.

– Я бы все отдала, чтобы еще раз встретиться с этим парнем, – мечтательно говорит Анна, а затем резко смотрит на Криса и с возмущением восклицает: – Да, Крис! И не надо так думать!

– От тебя ничего не скроешь, – бубнит тот в ответ.

Потом смотрю, Матиас разулыбался.

– К тебе вернулась способность? – спрашивает Анну.

– Еще вчера, – Анна взмахивает рукой, словно муху отгоняет, хотя я насекомых здесь не вижу. – Когда проходила мимо охранника в кампусе. Он подумал, что опять крысы шныряют по холлу, и дальше захрапел.

Мы смеемся. Затем Крис интересуется:

– А ты теряла способность?

– Так через ее тело мощный разряд прошел, и не один раз, – отвечает Матиас за Анну. – Кто знает, может, она и вправду умерла, а после исцеления дар не сразу вернулся.

– Значит, эта Дакота очень опасна.

– Не для тебя.

Смотрю на Джейсона. Он прав. Молнии в меня уже попадали когда-то давным-давно, у бабушки в деревне. В грозу помогала искать потерянного барашка. В итоге, нашла, но в нас попала молния. Барашка убило, а я восстановилась через четверть часа.

– Анна, скажи, о чем подумала Дакота? – Матиас встает и начинает ходить по гаражу. Здесь душновато, но Джейсон не хочет открывать дверь. Боится, что нас подслушают. Матиас становится серьезным. – Ты кричала, что не будешь убивать.

– Я вообще не понимаю, для чего ей нужна. Наверное, в панике, я немного преувеличила, но на самом деле, она не думала об убийстве. Ее мысли сходились к тому, что я могу помочь «уничтожить врага».

– Хм… – я задумываюсь. – А тебе не приходило в голову, что ее враг и наш враг может иметь одно лицо?

– А у нас есть враг? – удивляется Крис.

– Это всего лишь предположение. Мы же ничего о себе не знаем. – Тоже встаю. – Ясно одно: если нас много, значит, это неспроста.

–Хоть до кого-то дошло, для чего я нас собирала, – радуется Анна. – Если бы мы могли поговорить с тем парнем, что исцелил меня, – вздыхает. – Он наверняка учится в Сент-Джонс.

– А как он выглядит? – Джейсон смотрит Анне в глаза, и та слышит его мысли, потому что кивает.

– Прямо так и выглядит, – ошарашено выдает она.

– Им нельзя доверять! – яростно бросает Джейсон. – Эти ребята заодно. Я вам рассказывал, – обращается к Анне и Крису, а я, тем временем, мало что понимаю. – Эта Дакота, ее силач-дружок и итальянец. Они были в тот день вместе.

–Может, объяснишь?

И я поддакиваю Матиасу. Джейсон рассказывает о том, как Дакота и ее дружки подкараулили его в первый день и дали понять, кто в этом университете хозяин. Также он упоминает про ливень, о котором говорили в новостях.

– Я тоже лишился способности на целые сутки после встречи с ней.

– Стихия способна подавить нашу силу, – вслух делает умозаключение Матиас.

– Мою не подавит, – гордо напоминаю я.

– Короче, – Крис перемещается на мой стул и берет руку Анны в свою. Я вскидываю брови вверх. Еще одна пара намечается? – Надо выяснить, чем они занимаются, зачем им Анна и кто их враг.

– Браво! – Джейсон хлопает в ладоши. В голосе ирония. – И как ты это собираешься делать?

Крис смотрит на Матиаса. О, нет! Опять!

Матиас

Итак, поругался с Кристой и теперь иду раздосадованный своей неудачей. Девчонки! Вечно они чем-то недовольны! Подумаешь, не сказал. Ради ее же блага! Ладно, утешаю себя, подуется и успокоится. Я уже знаю, чем буду вымаливать ее расположение. Но сначала разберусь с заданием, которое взвалили на меня, как на крайнего. Правильно сказала Дакота: «Мы все зависим друг от друга и дополняем друг друга».

Посмотрим, что смогу выяснить.

Сегодня суббота, и искать их в университете нет смысла. В невидимом состоянии пробираюсь в кабинку сторожилы в женской общаге и, в его отсутствие, ищу имя Дакота. Мне бы было проще в мужском кампусе, но имена тех двух я не знаю. Ага, вот! Номер 556.

Через минуту стою у двери комнаты и понимаю, что у Криса бы лучше получилось. Я через стены не могу проходить. Ждать, пока кто-то выйдет?

Хочу послушать, есть ли голоса, и тут перед носом открывается дверь. Успеваю отпрыгнуть в сторону, иначе Дакота врезалась бы в меня и поняла, кто здесь. К счастью, всё обошлось. Следую за ней.

По дороге она говорит с кем-то по телефону. Называет его по имени Алессио. У них встреча. Надеюсь, не любовная. К моей великой радости, Дакота идет пешком и всего несколько кварталов. Заходим в какой-то дом. Стараюсь не отставать, чтобы вдруг дверь где-нибудь не захлопнулась, а то вся моя слежка полетит в тартарары.

Поднимаемся на второй этаж, Дакота нажимает на кнопку звонка и ждет, отступив на шаг. Я же пристраиваюсь прямо у проема, чтобы войти раньше, чем они захлопнут дверь.

Через минуту мы уже в квартире. Ее встречают двое: здоровый чернокожий парень с внушительными бицепсами, а другой мне знаком лучше – наш исцелитель или «итальянец», как его назвал Джейсон. Дакота обращается к нему, и теперь я знаю, что это он и есть – Алессио.

– Ты спас девчонку? – ее властный голос напоминает о недопустимости никакого беспорядка.

– Спас, – смело признается Алессио. – И считаю, что поступил правильно. Потому что она нам нужна, Дакота. Я догадывался, что ты не сможешь ее уговорить.

– Поэтому притащился туда вслед за мной? – она презрительно поднимает уголки губ. – Алессио, она не согласится, а потому я и решила, что…

– Ты убила бы ее, и шансов у нас бы не осталось, – начинает вскипать «итальянец».

– Хорошо, ну спас ты ее! Что теперь предлагаешь?

– Я сам возьмусь за Анну. Всё-таки я мужчина и смогу привлечь ее внимание.

– О Господи, только не влюбись! – смеется Дакота, расхаживая между белоснежными диванами.

Квартира светлая, вокруг царит безупречный порядок. Здоровяк явно из чистоплотных, успеваю подумать я.

– Алессио прав, – говорит тот самый чернокожий здоровяк. – Оставь это ему. Анна нужна нам, и прошу, больше не делай таких ошибок, иначе последствия, сама знаешь…

Здоровяк не успевает договорить, потому что в углу падает фарфоровая ваза. Все трое устремляют на битые осколки свои недоуменные взгляды. Я замираю.

Во всем виноват кот. Он выполз из другой комнаты и тут же увидел меня. А животные способны видеть меня в образе невидимки. Никто не заметил мурлычущего кота, поскольку разговор слишком важен. Чтобы усатый черный друг не начал тереться об мою ногу, отступил на шаг и пяткой задел вазу. К счастью, котяра принялся обнюхивать груду осколков и тем самым спас меня.

– Это всего лишь кот, – сказал здоровяк. Странно, что он не злится.

Но тут вижу, как Дакота всматривается в воздух. Стою, не шевелясь.

– Среди них есть невидимка. Он был там вчера и все слышал.

– Здесь нет невидимки, Дакота, – убеждает здоровяк.

– Хочешь, проверим? – она бросает сумку на кресло и поднимает руки над собой, собираясь что-то делать с воздухом. Ну все, я пропал!

– Нет, Дакота! – громко рычит здоровяк, хватает ее за запястье и усаживает. – В моей квартире ты ничего не будешь делать, ясно?

Дакота молча смотрит на него с широко раскрытыми глазами. Меня такое поведение немного удивляет, поскольку еще вчера я думал, что она главарь в их стайке. Но сейчас я наблюдаю равенство.

– И вот еще, что хочу тебе сказать, – хмурится чернокожий, нагибаясь к ней все ближе и ближе, – держи свою сверхсилу в узде. Не светись! Иначе мне придется поговорить с боссом.

Джейсон

Мама бросает на стол газету и тычет в статью. Вилка замирает в воздухе, я перестаю жевать.

– Как ты это объяснишь?

Статья о чудесном спасении девочки. И мне кажется, что об этом уже забыли.

– Мало ли таких случаев, – бурчу в ответ.

– Кажется, мы с тобой уже говорили на эту тему, Джейсон. И не раз, – жестко напирает мать. – Если однажды журналисты доберутся до нашего дома, то оберемся кучей проблем. Вплоть до того, Джейсон, что придется уезжать из города. Ты это понимаешь? – она повышает голос, и я напрягаюсь.

Вилка в моей руке накаляется до красноты. Мама видит это и понимает, что пора остановиться.

– Ты спасал жизнь, я понимаю, – ее голос смягчается.

– Жизнь ребенка, мама.

– Знаю, – гладит меня по волосам, затем целует в макушку. – Просто будь осторожен, сынок.

После моего кивка, мама садится на свое место и приступает к обеду.

– До меня дошли слухи, что ты завел себе друзей.

– Да, хорошие ребята. Собираемся в гараже сколотить местечко, может, музыкальная группа выйдет.

– Это отличная новость! – радуется мать.

– Кстати, а у тебя не найдется старой мебели? И мне нужен компьютер. Причём мощный.

С мебелью мама соглашается помочь, напомнив о старой кладовой, о которой, впрочем, я и сам знал. С компьютером все сложнее, но тут мне дядя Билл обещает помочь. У него есть на складе кое-какой агрегат. Я просто уверен, что нам понадобится компьютер и подключение к интернету.

После обеда вызваниваю Криса, и мы несколько часов таскаем в гараж приглянувшуюся мебель. Теперь у нас есть стол, четыре стула, маленький диван и даже пуф в виде футбольного мяча. Когда-то он был моим, но я вырос из того возраста и отдал маме, чтобы та выкинула его, но мама не умеет избавляться от старья. И это очень хорошо, как оказалось.

На пол мы постелили два пошарпанных ковра и теперь гараж выглядит, как вполне уютная комнатка или «халабуда» – так мы называли временные постройки из одеял в детстве.

Позже звонит Мэган. Я удивляюсь, потому что последняя наша встреча вышла не очень-то романтичной. Но когда она просит увидеться, не могу отказать, тем более, в моей постели она еще не успела побывать. А значит, рано списывать девушку со счетов.

Надеваю новую рубашку, заимствую сногсшибательный парфюм у отца, волосы укладываю гелем, чтобы не торчали во все стороны. В зеркале отражение подмигивает мне, целую мать и убегаю на свидание, в чем, конечно же, признаюсь.

Мама спит и видит меня с красивой невестой, но как ей объяснить, что я женюсь только под страхом смерти?

Мэган выглядит очаровательно в своем синем платье до колен. Я издалека замечаю ее ноги и не отрываю от них глаз, пока она не видит. Мы договорились встретиться на площади, через дорогу от кампуса. Иду вразвалочку, не спеша. Настроение отличное. Знаю, что в кино Мэган больше не поведу. Сейчас пройдемся по парку, а потом я начну действовать. Заведу ее так, что сама придумает, куда скрыться.

– Джейсон! – Мэган машет ручкой, а когда я приближаюсь, целует меня в щеки. В щеки? Чего? – Мне стало немного скучно, – несколько смущенно опускает глаза. Да что с ней? – Выходной, а дома сидеть не хочется.

– Отлично! Мне тоже! – улыбаюсь, но ничего не понимаю. Вроде в тот день целовал на прощанье в губы, и отвечала она мне очень даже пылко.

– Как насчет кафе-мороженого? – предлагает Мэгги.

Ответить не успеваю. Слышу крик и вроде свое имя. Оборачиваюсь. В нашу сторону несется Крис. Какого черта?

– Джейсон, нужна помощь, – без предисловий, еле дыша говорит Крис и его тон меня пугает.

– Это не может подождать?

– Нет, твою мать! Не может! – Крис психует, и я тоже. Поворачиваюсь к Мэган.

– Что происходит? – недоумевает девушка. Вижу капельки пота у неё на лбу.

– Ничего особенного. Мы можем перенести свидание?

– Прости его, но это правда очень важно, – Крис кашляет и вытирает пот со лба.

Отступаю на шаг. Хоть бы Мэган не вздумала меня поцеловать, обожжётся.

– Ладно, Крис, идём. Мэгги, я позвоню.

Мы убегаем, но в какой-то момент останавливаюсь и смотрю на печальную девушку. Третьего раза не будет, думаю я. Затем резко отпрыгиваю от разряда.

– Ауч! – кричит Крис, держась за руку. – Остынь, парень! Матиасу помощь нужна.

Крис

Наработался сегодня у Джейсона в гараже так, что все кости теперь ломит. Вот бы и мне, как Криста быть. Она может на шпагат сесть с первого раза, порвать мышцы и ни хрена ей не будет. Я руку потянул, когда диван поднимали и боль ноющая, противная покоя не дает.

Хорошо, что в комнате соседей нет. Я с ними не очень лажу. Можно теперь поиграть в стратегию, разрядить мозг. Сажусь удобно на скрипучую кровать, разрываю пакеты с чипсами и смешиваю в чашке все три вкуса. Супер! Приступаю к игре, увлеченно раздумываю ходы, и тут звонит телефон.

Матиас.

Ну что еще? Сначала недовольно морщусь, но потом вдруг вспоминаю, что сам предложил Матиасу идти, шпионить за Дакотой и ее дружками. Быстро отвечаю и ощущаю, как на моем лице происходит быстрая смена эмоций: хмурый, удивленный, ошарашенный, злой и, наконец, бешеный.

Вылетаю из кампуса и, если честно, не знаю, что делать. Просто бегу и вдруг вижу Джейсона. Как не вовремя он тёлку клеит. Ладно, черт с ним, нужна помощь. Без него я вряд ли справлюсь.

Мне удается выцепить его довольно быстро, только чего он разгорячился, не пойму. Хочу поторопить, когда он, как истукан, пялится на свою «ктоонатамему», хватаю за руку, а меня током прошибает. И так рука болит!

– Ауч! – кричу, затем раздраженно воплю: – Остынь, парень! Матиасу помощь нужна.

– Извини, не могу контролировать силу, когда нервничаю.

Возобновляем бег.

– Ты тоже?

Джейсон лишь кивает. Сворачиваем за угол. Я еще раз смотрю на обрывок бумаги, на которой адрес, что дал Матиас.

– Сюда! – показываю в другую сторону.

Джейсон ругается. Ну и черт с ним!

Добегаем до нужного дома, поднимаемся на второй этаж. Звоню Матиасу.

– Ты еще там?

– Сможешь войти?

Велю Джейсону ждать, а сам прохожу сквозь стену и оказываюсь в квартире. Матиас сидит на диване, а на руках черный кот. Хорошо, что он успел все объяснить по телефону, а иначе я бы не понял.

– Почему не спрыгнешь? Второй этаж и не высоко.

– А ты сам посмотри, – он указывает в сторону окна. – Везде решетки.

Надуваю щеки и выпускаю воздух.

– Ладно, а хозяева не вернутся? Я и Джейсон не сможем исчезнуть.

– Тут еще и Джейсон? – удивляется Матиас, затем скидывает кота, тот шипит и убегает. Ненавижу живность. В этом мы с Анной похожи. Матиас, тем временем, говорит с Джейсоном через дверь. Затем велит мне принести нож из кухни.

Нахожу самый большой и прохожу с ним сквозь стену.

– Вот, – передаю Джейсону.

– А ты не сможешь так с Матиасом пройти, как с ножом?

– Нет. Я могу проходить сквозь стены только с предметами. С людьми и животными не получается.

Приняв такой ответ, Джейсон приступает к делу. Он разогревает металл до черти какой температуры и просовывает в расщелину. Когда язычок замка также становится горячим, Джейсон просто проводит по нему ножом и дверь открывается.

Матиас снаружи.

– Ну и дел мы натворили, – уже на улице сокрушается Джейсон. – Они ведь догадаются, что это моих рук дело.

– А значит, догадаются, что я был среди них, – добавляет Матиас.

– А это значит, – начинает Джейсон.

– Что они до нас доберутся, – заканчивает Матиас.

А что я им могу сказать? Полная лажа!

Глава 7

Матиас

Чтобы помириться с Кристой, пошёл на хитрость. Попросил Анну отправить сообщение, что надо встретиться. Криста «съела» наживку, потому что сейчас она не спеша переходит дорогу, и у меня две минуты, чтобы придумать, как не дать ей уйти.

Темно-красную розу убираю за спину. Кажется, я переборщил с парфюмом, даже собака чихнула, когда попыталась меня обнюхать.

В это время в парке тихо. Только женщина выгуливает свою собачку, да с перекрёстка доносится шум уличного движения. Я заметно нервничаю, когда Криста входит на территорию парка. Темные волосы разлетаются в стороны в те секунды, когда она подпрыгивает в шаге. На ней короткая футболка и черные спортивные брюки. Стильная джинсовая сумка через плечо придает ей особую выразительность. Прячусь за толстый ствол дерева и жду, пока она приблизится. Сердце готово выпрыгнуть из груди.

Люблю ее пружинистую спортивную походку и до нелепости красивые ключицы.

На минуту исчезаю, убедившись, что женщина с собакой достаточно далеко, чтобы это увидеть, затем хожу вокруг Кристы, разглядывая ее со всех сторон. Она нетерпеливо поглядывает на время в своем телефоне, а когда собирается набрать номер Анны, подхожу со спины и закрываю девушке глаза.

– Матиас! – вскрикивает от неожиданности и отпрыгивает в сторону, ища меня глазами.

Появляюсь перед ней на одном колене с протянутой розой.

– Романтично, не правда ли?

Она хочет злиться, но я же вижу, как приподнимаются уголки ее губ. В итоге Криста берёт у меня розу, а я, поднявшись с коленей, просто целую ее в губы, как можно нежнее.

Всё получилось так, как я задумывал.

Далее мы гуляем по парку, держась за руки, вдыхаем свежий воздух и беседуем.

– Как всё прошло? – интересуется, наконец, Криста.

– Я кое-что узнал, – уклончиво отвечаю. О том, что я застрял в квартире того здоровяка, не собираюсь рассказывать. Еще переживать начнет. Все позади. Не думаю, что если до сих пор не объявились, сделают это потом.

– Что узнал?

– Им зачем-то нужна Анна. Тот парень, который ее спас… Его имя – Алессио. Он собирается использовать мужское очарование, чтобы убедить ее… А вот в чем, я не узнал.

– Надо предупредить Анну, – легко решает Криста.

Но я не согласен с ней.

– Проблема в том, что Анне этот парень нравится. Боюсь, она нас не послушает.

– Но предупредить надо, – настаивает Криста.

Неожиданно резко портится погода, поднимается ветер, небо становится серым. В отдалении загромыхало. Я нахмурил брови, потому что не верю, что ясный солнечный день может в секунды превратиться в суровую бурю.

– Криста, нам надо уходить, – говорю я и подталкиваю в спину. – Дождь может начаться в любую минуту.

Мы ускоряем шаг.

– Матиас, чувствуешь? Температура падает.

Снимаю жакет и набрасываю на плечи девушке. Чувствую, как морозный воздух щиплет нос и щеки.

Нагибаюсь к уху Кристы и шепчу:

– Это Дакота. Она следит за нами.

– Черт! Вот же…

«Сучка, да», – мысленно соглашаюсь я, хватаю за руку и поспешно вывожу нас обоих из парка.

Крис

Мы с Джейсоном рассказали Анне о слежке Матиаса за Дакотой и ее компанией только то, что знали сами. Матиас попросил дождаться, потому что о некоторых вещах он хочет доложить сам. Флаг ему в руки! Я и не горю желанием этим заниматься.

Сидим в гараже. Я прислонился к стене, в руках кручу ключ от комнаты в общаге, по-моему, это нервное.

– И это всё? – почти пищит Анна, не услышав ничего путного.

Джейсон усмехается.

– Некоторые вещи маленьким девочкам знать не положено.

Анна фырчит и смотрит на свой ярко-розовый маникюр. И вообще сегодня она переборщила с этим цветом. У меня в глазах рябит от полосатой безрукавки, розовых брюк с огромными карманами, и балетки у нее противного розового цвета. Единственное, на что можно смотреть, так это на светлую копну ее волос… если избегать розовых губ.

– Ничего я не маленькая! Или ты думаешь, что старше меня? Между прочим, мне третьего сентября исполнилось восемнадцать!

Джейсон прыснул.

– Не может быть!

– Могу паспорт показать, – немного смешивается Анна.

Но не она, а Джейсон достает паспорт и протягивает ей.

– Это шутка?! – вскрикивает она от изумления.

– Что там? – поднимаюсь с пола на ноги. Мне ведь тоже интересно!

Анна передает мне документ. Смотрю на дату, и глаза расширяются.

– Вы это серьезно? – смеюсь.

Джейсону тоже весело.

– Похоже, мы близнецы, – и гогочет, словно гусь.

– Ну, – резко становлюсь серьезным, – раз уж на то пошло, то и я родился третьего сентября две тысячи четвёртого года, и мне восемнадцать. Да…

В гараже виснет немая тишина. И только Анна собирается открыть рот и что-то сказать, как в гараж вваливаются Матиас и Криста с такими лицами, что мама не горюй.

– Что с вами случилось? – спрашивает Джейсон, внимательно глядя на то, как Криста кутается в жакет Матиаса. И я удивляюсь. На улице солнце светит. Вон, Анна даже куртку не удосужилась надеть.

– Это Дакота, – коротко говорит Матиас, растирая плечи своей девушки. – Решила нас в парке заморозить. Зуб даю, завтра в новостях об этом явлении расскажут.

– Они доиграются до того, что весь мир узнает о сверхлюдях… Потом начнут над нами опыты ставить, —как-то зло проговаривает это Джейсон.

– Да, а если сверхлюди взбунтуются, то миру будет угрожать опасность, – поддерживаю я. – Вам тоже по восемнадцать? – затем обращаюсь к Кристе и Матиасу. Они кивают. – А родились когда?

– Очень важно? – хмурит брови Матиас.

– Если спрашиваю, значит, важно.

– Ну, я родился третьего сентября.

Криста удивленно смотрит на своего парня, потом расплывается в счастливой улыбке:

– Я тоже!

– И мы тоже! – хором кричим вместе с Анной и Джейсоном.

И с этого момента мы забываем о вчерашнем не очень удачном шпионстве Матиаса, а сосредотачиваемся на другой проблеме: одна дата рождения, один возраст и сверхспособности. Я не умею читать мысли как Анна, но считаю, что все мы думаем об одном и том же. Нас словно цыплят вывели в инкубаторе. За эту мою мысль хватается Анна.

– Затем расфасовали и отправили в разные штаты…

– Что? – не понимает Криста. Она уже согрелась и сидит на диване, прислонившись спиной к груди Матиаса.

–Крис думает, что нас в инкубаторе вывели, – смеется, но это как-то грустно получается. – Я просто мысль закончила.

– Нет, – Криста явно не хочет в это верить. – А как же наши семьи? У меня прекрасные родители и брат. Я ни за что не поверю, что мой отец или мать решили удочерить ребенка со способностью. Абсурд.

Замечаю, что Анна прячет взгляд.

– Мне тоже не верится, но факты доказывают обратное, – отвечаю и не свожу взгляда с Анны. Вот бы мне ее мысли прочитать. – Правда ведь, Анна?

– Что? – поднимает голову и рассеянно смотрит на меня.

– Однажды я уже спрашивал тебя, и теперь имею право повторить вопрос.

– Какой?

– Ты наверняка знаешь это от своих родителей… ты ведь умеешь читать мысли. И если тебя удочерили, то…

– Это не значит, что всех вас усыновили или удочерили… – Она смотрит в телефон. – Мне пора. Соседка ключ забыла.

Никто ничего не успевает сказать, как Анна выходит из гаража.

– Она что-то знает, – говорит Джейсон.

А я делаю глубокий тоскливый вздох. Попробуй теперь выяснить это у Анны.

Криста

Я зла и не желаю мириться с тем, что услышала час назад в гараже. Моя мама – родная! И пусть попробуют убедить меня в обратном. А как насчёт того, что мы с ней похожи? Специально так младенца не подберешь, что даже родинки одного размера на левой ключице совпадают. Мы часто демонстрируем их и смеёмся, говоря, что это божия метка.

Борюсь с желанием заплакать. Я ведь еще ничего не знаю. Но Анна мне расскажет. От меня не так просто отвязаться.

Соврав Матиасу, что устала и хочу поспать, вернулась в кампус и теперь двигаюсь прямиком к комнате Анны. Подхожу к двери, хочу постучать, но что-то останавливает. Вдруг она в комнате не одна или вообще нет. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь.

«Анна, – мысленно зову я, – открой дверь, если ты внутри. Это я Криста».

Минуту жду. Тишина. В глубине коридора слышу женский смех.

«Прошу, Анна!»

Открывается дверь. Анна смотрит на меня с минуту, затем вновь начинает жевать что-то. Вроде, мне показалось, в руке она держит печенье.

– Ты ведь ничего не говорила вслух? – спрашивает Анна, идя к своей кровати. Я следую за ней.

– Да, а что?

– Больше так не делай, – звучит грубо. Что в этом такого, не понимаю?

– Ты ведь сказала сегодня неправду. Никакая соседка не забывала ключ просто потому, что легче попросить у консьержа запасной, – с улыбкой говорю я. А чтобы занять руки хватаю какую-то книгу с полки, потом обнаруживаю, что это сборник повестей и рассказов Джека Лондона. В комнате неуютно и стоит спёртый запах. Окно плотно закрыто. На столе порядок, только пару ручек выпали из органайзера. Машинально подбираю их и возвращаю на место. Затем разворачиваюсь к Анне и наблюдаю за ее угрюмым видом.

– Послушай, Криста, даже, если это и так… я не обязана об этом рассказывать. Я же человек и понимаю, что могу ранить других, при этом не зная, как на самом деле обстоят дела.

– Но я хочу знать! Ты ведь сама всё это начала, собрала нас и хочешь, чтобы мы стали командой. Теперь и нам интересно, откуда взялись эти способности. – Я швыряю книгу в сторону от злости. – Но ты идёшь на попятный, отказываясь помогать своей команде.

Анна обхватывает себя руками и начинает мерить комнату шагами.

– Нечего рассказывать. Тогда я была совсем маленьким ребенком… Кроме того, я уже говорила и повторюсь, что это может касаться только меня.

– Мы родились все в один день. – На мои глаза наворачиваются слезы, стоит подумать об усыновлении. – Это наводит на тысячу вопросов. Здесь только ты и я. Мне-то ты можешь доверять?

Некоторое время мы слушаем тишину. Я не свожу глаз с бледного лица Анны, и не сомневаюсь, что она читает мои молебные мысли.

В конце концов ей приходится сдаться. Она садится на край кровати и зовет меня присесть рядом, затем достает печенье, пепси и протягивает мне одну банку.

– Всё началось с мамы…

Джейсон

Идея прошвырнуться по городу принадлежит Крису. Видимо, ему, как и мне, не хочется торчать взаперти в такой ясный день. Так почему бы не поискать хороший модем? Связь с миром в гараже нам нужна как воздух. Я уже выяснил, что подсоединить интернет – плёвое дело. Надо лишь найти модем и провести нужный провод в дом. И дело в шляпе.

А пока Крис таращится на витрины, я заигрываю с симпатичными девушками. То подмигну, то улыбнусь… одну по попке хлопнул. В ответ получил присущие всем дамочкам оскорбления. Но мне не привыкать.

– Горячая! – прикладываю кулак ко рту.

– Тебе больше заняться нечем? – бурчит Крис уже в магазине и щурится, вглядываясь повнимательнее на ряд каких-то коннекторов и разъемов.

– Ты разбираешься в проводах, я в девочках. Одно другому не мешает.

В ответ Крис мямлит что-то нечленораздельное и идет к кассе. Расплатившись за покупку, выходим на улицу. Становлюсь серьезным, ибо нам предстоит нелегкий разговор. Идея давно пробралась мне в голову, но не знал, как озвучить ее поумнее. А теперь, когда кроме нас с Крисом больше никого из команды нет, думаю, самое время.

Решаю бить сразу в лоб.

– Знаешь, что подумал?

Крис крутит голову в мою сторону.

– Что?

– Матиас что-то насчет «босса» говорил. Похоже, ребятки на кого-то пашут. В курсе, что обычно делают, чтобы раздобыть информацию у врагов?

– Внедряют своих людей?

– В точку!

Чтобы избежать радости оказаться на огромном рекламном пространстве с гигантскими дисплеями и билбордами, сворачиваем с Таймс-сквер на тихую улицу и двигаемся к метро.

– И кого ты предлагаешь? Матиаса?

– Нет, Анну.

У Криса глаза готовы выпасть из орбит.

– Анну?! Ты спятил?

– Сам подумай, они хотят взять ее в свою команду для каких-то целей. А Анна умеет читать мысли. – Я лукаво усмехаюсь. – А ещё, ей понравился этот итальяшка, который спас ей жизнь. У нее все козыри.

Крис останавливается и некоторое время думает. Затем проводит рукой по волосам и выдает:

– Нет, Джейсон. Это слишком рискованно.

Он возобновляет путь. Ускоряюсь и догоняю.

– Какой тут риск? Охмурит парня, прочтет все нужные нам мысли и слиняет… Мы ведь сможем ее защитить. – Щелкаю пальцами, разбрасывая искры, чтобы дать понять: мы – сила. Но Крис упрямо мотает головой из стороны в сторону.

– Если хочешь знать моё мнение – я против.

Мы подходим к метро, и Крис несется вперед меня по лестнице. Я же не отстаю.

– Да ты просто ревнуешь! – И тут приходится резко притормозить, иначе есть риск вписаться в его спину. А если развернется, то люди нас неправильно поймут.

– Причём тут ревность? Анна в нашей команде не для того, чтобы шпионить. И тем более… – замолкает. Я догадываюсь, что он хотел сказать. Боится, что парняга охмурит Анну так, что та потом влюбится. Не хочет согласиться со мной, но всем видом выдает свою симпатию к ней.

– Крис, смею напомнить, что она первая изъявила желание выяснить свою подноготную. Я больше, чем кто-либо другой уверен, что она обрадуется такой миссии. А ты, – тычу в него пальцем, – положил на девчонку глаз, поэтому и ерепенишься сейчас.

Крис раздраженно фыркает, затем сворачивает, я за ним. В подземке пусто, словно люди вымерли. Или из-за того, что воскресенье, и все спят до сих пор.

– Анна, конечно, красивая девушка, но не совсем в моем вкусе. Я просто боюсь за нее, ясно?

– Ну вот… хотя бы признался, что у нее задница ничего.

– Я этого не говорил!

Я смеюсь. Хочу разрядить обстановку.

– Давай просто спросим у самой Анны, и дело с концом?

– Давай! – говорит кто-то, но не Крис. Поворачиваем головы и… на тебе! Это же наши «друзья». Как говорится, чёрта помянешь – он тут как тут.

Пока они двигаются к нам с другого конца коридора, подаю Крису знак и шепчу:

– Когда пихну в бок, уходи через стены. Встретимся в гараже.

– А ты?

– За меня не волнуйся.

Дакота идет впереди. За ней справа шагает здоровяк, разминая пальцы. Точно бить собирается, делаю вывод я. Итальяшка двигается медленнее, и даже отстает от них на несколько шагов.

– Нехорошо взламывать замки чужой собственности, Джейсон, – с самодовольной ухмылкой говорит Дакота. – За это наказывают, знаешь?

– Да, – киваю. – С учетом, что вина доказана.

– Как раз этим мы сейчас и займемся, – выкрикивает здоровяк и направляется ко мне. Не теряя ни минуты, пихаю Криса в бок, тот отшатывается и исчезает за стеной. Собираю все свои силы и, прежде чем кто-то из них успевает среагировать, выпускаю огненный шар.

Слышу кашель, крики, но знаю, что когда дым рассеется, меня им не догнать. Поезд трогается со станции, а я надеваю капюшон и теряюсь среди простых смертных, скрывая пепел на руках в карманах.

Анна

После разговора с Кристой на душе паршиво, поэтому выхожу в парк прогуляться.

Грудную клетку сдавливает тяжелый груз, поэтому, когда хочу вдохнуть полной грудью, воздух словно застревает внутри. Криста вернула меня в прошлое. Тогда я была восьмилетней девочкой, которая только узнавала жизнь и не хотела рано взрослеть. Но пришлось…

Помню, в те годы я очень любила возиться с нашим котом. Он был довольно старым и ленивым, но достаточно умным, ибо его мысли всегда доставляли мне удовольствие. Он приветствовал меня, когда я возвращалась со школы, затем выпрашивал корм – в виде рыбки, – потому что мама редко давала его, так как кот быстро набирал вес, а ветеринары не советовали. Но я не могла устоять перед его миловидностью и стаскивала несколько штук. А пока он кушал, думал о том, что видел за пройдённое утро. И вот, в один такой прекрасный день он вспоминал ссору между мамой и папой. Естественно, я поняла, что предметом спора являлась я.

Вечером того же дня я прокралась к маминой спальне, но не вошла, а притаилась у приоткрытой двери, стараясь услышать ее мысли. Потому что понимала, что человек, поссорившись с любимым человеком, весь день будет думать об этом. Большая часть ее мыслей принадлежала предстоящему ужину, но в конце концов я дождалась того, что хотела услышать. Мама прихорашивалась у зеркала, и в какой-то момент вспомнила о папе, подумав, что вопреки всем спорам, она сразит своим видом его наповал сегодня вечером. А потом последовала другая мысль: «Нельзя допускать подобные споры в доме. Однажды Анна услышит и поймет, кто мы ей на самом деле».

Эти её мысли лишили меня сна, однако, со временем я перестала об этом думать и жизнь вернулась на круги своя. Но если судьбой предназначено знать правду, то от этого не спрятаться и не сбежать.

К десяти годам я стала сорванцом. Перед рождеством любила разыскивать заготовленные заранее подарки, чтобы, если вдруг что, не расстраиваться в важный день. Я прекрасно была осведомлена о потайных местах, куда папа прятал подарочные коробки. И это его кабинет. В тот вечер я припозднилась с поисками, и папа вернулся как раз тогда, когда я шарила по шкафам, высматривая блестящую обертку. Чтобы папа меня не застукал, как только услышала его шаги, приближающиеся к кабинету, спряталась в самый широкий шкаф. И тогда я всё услышала…

Помню его напряженный разговор по телефону, обрывки фраз: «Анна не совсем наша дочь, но…», «Мы вырастим ее, как полагается…», «Я понимаю всю серьезность дела, ведь девочка не простая…».

А потом он долго сидел за своим огромным дубовым столом и думал… А я ревела чуть ли не навзрыд, еле сдерживаясь, чтобы не издать звука. Но папа услышал мой стон и открыл дверцу шкафа…

Мы проговорили с ним очень долго. И он всё время повторял: «Ты наша». А в голове держал слово «почти»…

Я до сих пор не знаю, что значит это «почти», но боюсь, что ничего хорошего смысл его не несет.

Всхлипываю, затем решаю вернуться в кампус, но развернувшись, натыкаюсь на чью-то прохладную ладонь. В голове сразу как-то быстро проясняется, а на душе становится легко, словно кто-то снял давно отягощающий груз с моей груди. Медленно поднимаю глаза и замираю от неожиданности. Тот самый парень, который спас мне жизнь. И я не забывала это красивое лицо ни на минуту.

Улыбаюсь, хотя чувствую себя очень глупо.

Он, наконец, убирает руку с моего лба и представляется:

– Меня зовут Алессио. Голова еще болит?

Теперь припоминаю, что еще минуту назад думала об аспирине, потому что, после всех этих воспоминаний, голова готова была разорваться на части.

– Нет… Ты умеешь лечить людей?

Он смотрит в сторону.

– Иногда балуюсь.

Тревоги я, конечно, не чувствую, но до сознания доходит, что не могу прочитать его мысли. Я напрягаюсь, однако всё равно ничего не получается.

– У тебя хорошо получается, – говорю, не сводя глаз с его точеного профиля. Мы зашагали по каменной дорожке, которая изгибалась вдоль живой изгороди. – Ну?

– Что «ну»?

– Для чего же ты решил ни с того ни с сего избавить меня от головной боли? – мой тон становится резче, потому что я не собираюсь забывать о Дакоте и о том, что знаю. – Акт благодетеля?

– Почему же? Нет. – Алессио упрямо не хочет смотреть на меня. Может, поэтому не могу читать, что там у него в уме? А голос у него слащавый, певучий и, чёрт, он мне нравится!

Резко останавливаюсь, заставляя его сделать то же самое.

– Послушай, Алессио, если ты выследил меня ради Дакоты, то напрасно. Я не изменю своего решения и не хочу вступать ни в какие группировки. Мне и без вас несладко живется.

– Я ничего такого и не предлагаю, – произносит он, пристально глядя на меня. Наконец-то удосужился заглянуть в мое лицо! Но я по-прежнему ничего не слышу, ни одной мысли. Его рука тянется к моей голове, а потом он нежно убирает прядку, выбившуюся из хвоста, за ухо. – Мне просто захотелось с тобой поговорить. Потому что ты необычная девушка.

– О, конечно! – не верю я. – Для того ты нашел меня здесь? Чтобы поговорить? – звонко хохочу.

– Возможно, в это трудно поверить, но я совершенно случайно проходил мимо.

– Ладно, – вздыхаю. – Спасибо, что помог обойтись без аспирина. Мне пора. Приятно было познакомиться, Алессио.

– И мне, Анна.

Быстро ухожу, приговаривая про себя: «Не смотреть назад, не смотреть назад, не смотреть назад …». Не верю я в совпадения. И откуда он узнал, что у меня болит голова? Сдается мне, тут дело в другом. Он вновь смог заблокировать мою способность. Он умеет это делать!

Глава 8

Криста

У меня дрожат руки, свербит в горле, грудную клетку сдавливает с такой силой, что не могу дышать. Но вопреки всему, звоню маме и жду.

– Да, милая! Как ты? – слышу радостный голос мамы и по щеке бежит не прошенная слеза. «Не сдавайся, Криста!», – повторяю себе мысленно, а вслух говорю:

– Привет, мам! Дела не очень. Нужно поговорить. Ты одна?

– Что-то случилось? – Ощущение, что мама плюхается на диван или кресло… или что там у нее еще может оказаться рядом.

– Я кое-что узнала… – секунду молчу, затем тихо произношу: – Это правда, что я не ваша дочь?

В трубке послышался резкий вдох и молчание. Знаю, что такой способ может лишить маму чувств, но я не могла по-другому. Если это правда, то мама, которая привыкла говорить правду, быстро расколется.

– Мам?

– Я… Милая, откуда ты это взяла?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.