Наталья Никольская
"Точка G" и другие истории

1

Точка «

G

»

Когда-то они закончили один институт. МАИ, конечно. Оттуда вышли лучшие актеры и сочинители, аналитики и футурологи, все известные сегодня бездельники, севшие на шею социума во времена прекрасного застоя.

И специальность у них была одна – что-то там по ракетным двигателям. Ребята проектировали ракеты, штурмующие абстрактный космос или бомбящие каких-то озверевших антилоп в знойных джунглях. По барабану. Движок тоже один, разница только в модификации.

Ракетостроение свернули еще до того, как свернули страну. Зачем оно? Все и так летает. Новые модификации ОТК и без спецов налепит. Это как номера на машинах перебивать, дело нехитрое. Олег и Сергей это сразу поняли, еще на втором курсе, изучив «Введение в специальность». Была такая дисциплина с экскурсиями на производство, снимающая эйфорию мечтательности со студентов. Может, и сейчас есть, не знаю.

Когда в одночасье ушла в историю страна, в которой родились и выросли Олег с Сергеем, все крутые ребята с редкими специальностями ушли в подполье. Инженеры вымерли, как мамонты, проектировщики осваивались в Ай-Ти.

Изобретатели изобретали изобретение изобретения.

Надо было срочно выдумать что-то такое, на что можно жить, и чтоб никто не догадался, что жить на это нельзя в принципе, но легко в реале.

Олег стал астрологом, с ним все было ясно, а Сергей поначалу устроился вынимателем мозга на крупной скотобойне. В обязанности таких специалистов входит аккуратное извлечение мозга из головы животного, после того как будет вскрыта черепная коробка. Далее мозг отправляется в рестораны, где из него готовят деликатесные блюда.

Экзотическая профессия приносила Сергею неплохие деньги, но недостаточно хорошие, чтобы эти самые мозги, которые он мастерски вынимал из безмозглых коров, вкушать потом в ресторанах.

Однажды Сергей позвонил Олегу. Опрокинул стопку и набрал знакомый номер.

– Как дела, брат?

– Хорошо… А у тебя?

Олег понял, что сейчас с ним начнут делиться неприятностями. К этому он привык, сложнее было привыкнуть отказывать старым друзьям.

– Ты у нас типа психолог, да? Только по звездам.

– Только по звездам!

– Да я понял… Вот, скажи мне, пожалуйста, можешь составить такой гороскоп, чтобы он работал как программа. Инструкция к действию. Даешь такую карту клиенту, он по ней строит свою жизнь. Можешь?

– Все зависит от клиента. Что у тебя случилось?

– Жена…

– Что с ней?

– Змея…

– Такая вредная? На вид милая женщина.

– Не, змея она по гороскопу. Вычитала где-то, что змея абсолютно несовместима со свиньей, то есть со мной, и теперь каждый день видит новые тому доказательства. Спим уже в разных комнатах. Что делать?

– Ну, брат, на риторические вопросы я не отвечаю… Кто виноват, тоже не знаю. Могу дать совет. Не будь свиньей!

– Это как?

– Просто не будь свиньей и все, в отношении к ней. Прости ее. Да, вот такая она змея, не в то время выползла, не с теми сошлась. Ее-то пойми! Она любви искала, а ей свинью подложили!

– За что мне ее прощать?

– Да ни за что! Прими, что она змея, и радуйся. В чем проблема-то? На язык острая, жалит твое самолюбие?

– Откуда у меня самолюбие, если я коровам мозги чищу?

Голос Сергея выдавал в нем фаталиста, прибывшего на дуэль,

– Ты все там же… понятно. Тогда смени профессию.

– Я конструктор ракетных двигателей, что мне делать в реальной жизни?

– Нет. Ты животный патологоанатом и в реальной жизни выскребаешь мозги дохлой скотине. Баранов тоже чистишь?

– Конечно, какая разница?

– Бараньи мозги вкуснее. Даже не знаю, чем тебе помочь. Если ты не в состоянии развести жену на постель. С твоими-то мозгами все в порядке?

– Даже не знаю… Рядом вышка 5G. Иногда думаю…

– Думать надо всегда, а не от случая к случаю. Начни с одной G, которая у твоей жены. Найди эту точку и заведи свою змею. Увидишь, что будет.

– Она не заводится. Говорит, этой точки у нее нет.

– Есть, я тебе гарантирую!

– Гарантируешь? Не понял. Откуда такая уверенность?

– Не оттуда, откуда ты подумал. Точка G есть у всех и находится она в голове.

– В голове? В любой голове?

– В бараньей ее нет. Только у человека. В мозгах. Там, где и оргазм!

– А где оргазм?

– В голове!

– Ну, ты даешь, астролог! Все у него в голове. А если в ней ничего нет, то есть совсем ни-че-го, тогда как?

– Тогда это баран с вычищенными тобой мозгами!

– И что ты предлагаешь?

Олег вздохнул. Еще один бесплатный клиент, которого не отшить.

– Я предлагаю выпить. У меня есть тост. Рюмка у тебя найдется?

– Да есть у меня водка… Будем пить по телефону?

– Да, чисто символически.

– Я не пью символически.

– Понятно. Символически ты живешь. Пей, как тебе хочется. После тоста. Договорились?

– Уже наливаю… в натуре.

– Так вот! Одному человеку срочно понадобились деньги…

– Это какие-то намеки или пошел твой тост?

– Ты что, уже выпил?

– Нет, мы же договорились! За кого ты меня держишь? Я хоть и свинья…

– Тогда слушай, не перебивай! Одному человеку срочно понадобились деньги. Он хотел заплатить долг за другого, своего сына. Но денег у него не было. И тогда он обратился к Богу, в которого не верил.

Господи, взмолился старец из глубины сердца, если ты есть, дай мне денег на уплату долга, не то мой сын попадет в тюрьму! Тут он увидел змею, ползущую прямо на него, и старца осенило: преврати эту змею в золото или дай ей ужалить меня, а мне умереть!

И что он увидел? Шипящая змея, которая уже привстала, чтобы метнуться ему в горло, рассыпалась на его глазах золотыми червонцами высшей пробы.

– Пользуйся, – услышал старец ровный голос с самого неба, – пользуйся и не забывай, что ты предложил мне. Ты поставил на карту свою жизнь ради другого и получил то, что желал. Теперь ты знаешь, как тебе жить дальше…

Так выпьем за то, чтобы наши желания приносили радость другим людям, и тогда Бог всегда будет на нашей стороне!

В диалоге старых приятелей возникла пауза. Сергей забросил в себя рюмку и сказал:

– Я тебя услышал… Ставка больше, чем жизнь. А не может случиться так, что золото снова превратится в змею?

– Легко! Если в твоем сердце не будет любви, точка G исчезнет.

– Надо купить жене шубу и отвезти ее в Египет…

– Это потом, брат, все это потом! Сначала захоти ее. Сам! И не отпускай. Не будь свиньей, смотри дальше своего корыта. И увидишь в змее ту красоту и грацию, которой она когда-то пленила тебя, отдавшись именно тебе, грязному поросенку, всей своей душой и телом!

– Класс… ты точно астролог?

– Если ты меня услышал…

– Я тебя услышал!

– …ты услышал небо.

Олег нажал кнопку. Финал… К хренам этого друга. Вот кому он сейчас все это говорил?

2

«Пл-лять!»

Представим девочку Таню. Стройная и симпатичная, веселая и умная. Острая на язык и скорая на помощь. Жизнерадостная и легкая, скользящая по жизни, как фигуристка по льду, вызывая восторг и зависть зрителей.

Таню любили и боготворили, искренне ненавидели и боялись. Боялись и ненавидели потому, что в сравнении с ней проигрывали по всем параметрам. А быть с ней рядом хотелось.

Вот и терпели ее выходки. Обидные слова, сказанные ей мимоходом в адрес мальчишек и девчонок, заставляли бледнеть или краснеть адресата. С ее легкой руки получили свои прозвища десятки учеников школы. Меткие характеристики учителей остались в памяти трех поколений. Слова ее звучали приговором, и люди принимали их легко и просто, как принимают восход солнца. Навсегда, до конца жизни.

С первого класса до последнего звонка Таня была лидером общественного мнения, совершенно не думая о впечатлении, которое производила. Ей это давалось само, без участия ее разума. Прорывалось струйкой бьющего из ее сердца ключа обжигающей души правды, дарованной ей природой. Мысли Тани, произнесенные вслух, взрывали реальность окружающего ее социума и шокировали обывателя.

Однажды она сказала, что история – это не наука, а скучные сказки, придуманные несостоявшимися писателями. Так ее и надо читать, как сказки, и пересказывать потом, как запомнилось, а не по датам и именам, потому что все они давно перепутаны. В настоящих сказках правды больше, чем в истории. Школьный историк, вкатив ей «двойку», крепко тогда задумался, а через год ушел из школы и стал писателем. Его фэнтези читает сейчас полстраны.

Петька из параллельного класса, получивший от Тани прозвище Таракан, вырос в альфонса и до сих пор бегает по чужим кухням и постелям. А Ленка-Паровоз, ее одноклассница, вот уже надцать лет тянет на себе пьющего мужа и двоих сыновей-инженеров, торгуя на рынке.

Таня могла прийти в советскую школу в драных шортах 21-го века или демонстративно спать на уроке, рассеянно поднимая голову от парты, когда взбешенный педагог начинал трясти ее за плечо.

Знойный непреодолимый шарм девочки Тани заключался в ее непосредственности. Свои слова и поступки она сопровождала, как правило, ехидной улыбкой, провоцирующей на ответное действие. Хоть бы реплику!

– Танька, ты стерва! – говорили ей.

– Сам дурак! – смеялась она.

Таня ходила по лезвию ножа, и в глазах окружающих это было супер круто. Пока она была подростком, всем хотелось ее убить. Когда Таня подросла, ее просто хотелось. И тоже всем.

К выпускному она выглядела настолько соблазнительно, что десятиклассники не хотели видеть своих подруг. На вечере Танька затмила их всех, зажав в зубах кисть ландыша. Жемчужный ландыш струился крупными каплями из уголка усмехающихся губ к ее правой груди, куполом вставшей из вчерашних ребер угловатой девчонки, а ее гитарные бедра, прорывавшие синее небо в редких звездах ее платья, так и ходили в руках мечтателей, обжигая ладони. Удивительно, но парня у нее к тому времени не было. Харизма зашкаливала, слюни в толпе текли киселем, а парня не было! Ангельское превосходство читалось на ее лице, и люди от него шарахались. Прелестный лик безумного соблазна.

Сашка смотрел на свои новые модные туфли, отражавшие в ослепительной белизне лоска силуэты одноклассников. Прямо на Таньку он не смотрел, в этом не было нужды. Ее образ стоял перед ним день и ночь, затмевая солнце. Надо было действовать. Он уже получил некоторый опыт общения с женщинами, пару раз кончил вживую и слыл в глазах приятелей ловеласом. Девчонки на него облизывались, потому что он, привирая с три короба, сам распустил о себе слухи непревзойденного героя-любовника и беспрестанно врал о своих победах.

Статусу секс-символа следовало соответствовать.

После торжественной части выпускники отправились по загашникам. Десятый «Б» в полном составе прибыл по месту назначения. Сашка с ходу приклеился к Таньке пластырем, не отпуская ее от себя ни на шаг. Лицо его украшала слащавая улыбка предвкушения событий. Все это видели, перемаргивались и усмехались в кулачки. Потом Сашка и Танька куда-то пропали. Растворились в ночи, благо выпускной проходил в кафе за городом, и с час их не было. Событие, которого ждали, как бы состоялось, гуляем дальше…

Первым объявился Сашка.

Он сел за стол, расслабился в свободной позе, и попросил налить ему водки. Выпил, закусил помидорчиком и отошел в сторонку покурить. Потом еще выпил, снова закурил, и все это молча. Парни к нему пошло приставали. Как оно было, сколько, и чем все у них закончилось.

Герой отмалчивался. Не шутил, как обычно, не улыбался, с девчонками не танцевал.

Глаза его бегали по сторонам. Одну руку он держал в кармане, не вынимая.

В следующем перекуре к Сашке подкатил очередной любитель клубнички:

– Ну, – расцвел пьяной рожей одноклассник, скалясь ему прямо в лицо, – как там, с Танюхой? Все ништяк?

Сашка косо глянул на парня, отстранил его от себя свободной рукой. Потом вдруг резко скривился всем телом, и его стошнило прямо на его модные туфли. Вместе с блевотиной из него вырвалось слово, определившее судьбу веселой девочки Тани.

– Пл-лять! – заорал он.

И следом, вдогонку и без паузы, добавил, куда надо пойти любопытному однокласснику, но тот проигнорировал недобрый совет.

Он отправился прямиком к друзьям, чтобы похвастаться перед ними чужими успехами. Показать свою к ним причастность и осведомленность.

Так с маху и выдал первому встречному, как свербило:

– Дала! Она ж не девочка, – подмигнул он такому же гнилому, как сам, парню. – И мне даст. Я ж говорил, б**дь…

К концу выпускного весь 10 “Б” знал, кто такая Танька. Ореол харизмы и загадочности ее личности рухнул в одну ночь.

Таня так и не появилась больше на вечере, ушла домой. О том, кто она такая, узнала много позже, спустя годы после памятного вечера.

Сашка еще долго поддерживал в кармане свои причиндалы, которые нестерпимо ломило, и украдкой в кустах их разглядывал. Картина его не радовала, алкоголь не глушил боли, и он тоже втихую слинял с выпускного.

По рассказам одноклассников пара всю ночь любилась до потери пульса, пока Сашка не вырубился. А Таньке, этой проститутке, все было мало, и она пошла в стоявшую за городом часть к солдатам, чтобы там, по казармам, угомонить наконец свою ненасытную плоть.

Клевета рождает чудовищ. Всем стыдно, и каждому приятнее верить, что ложь – это правда… При таком раскладе стыдиться нечего, и всех все устраивает. Потом самообман переходит в убеждение. И требует реализации в новой реальности. То есть, Таня теперь должна всю жизнь оправдываться в грехах или оправдывать свое народное звание – быть б**дью или проституткой до скончания века.

Так и случилось. Теперь, когда в городке не клеится разговор о погоде, говорят именно о ней, знатной давалке и шлюхе. Часть пенсионеров, проходя мимо нее, норовят игриво ущипнуть старую ведьму за ягодицу, а другая часть престарелых секс-символов, прославившихся частым с ней соитием на словах и живописными описаниями ее прелестей, обходит почетную проститутку стороной на безопасном расстоянии, на всякий случай прикрывая рукой сползающие спереди штаны.

Маховик не остановить, народная слава вне времени.

Самое интересное в этой истории то, что Татьяна так и осталась девственницей. Так и не встретила б**дь в жизни мужика, которому ей не хотелось бы скрутить яйца.

Таня, Таня… Что ж ты наделала? Вот не надо было давать прозвища своим ближним! А то – Таракан, Паровоз! Тоже мне, ангел…

Или все проще, точно ангел, и ангельской натуре чужды мерзости плоти…

Все мы ангелы и заложники дьявола.

Помните: «Человек – это звучит гордо!»

И какая у него морда.

То-то и оно, что звучит. Как пустой барабан.

Бубен шамана.

Гром после молнии.

Не живет, а звучит.

3

Убивец

Дело казалось совсем простым.

Мужики распивали спиртное в пустой квартире весь вечер. Сосед слушал их до полуночи точно. Шел пьяный эмоциональный треп о бабах, которые, известно, все кошки за редким исключением. И все, без исключения, любят деньги. Свидетель этого разговора жил через стенку, имел от роду 74 года и не имел телевизора, оберегая здоровье.

Когда на следующий день хозяин пьяной квартиры проснулся на кухонном диване, он увидел перед собой гостя, лежащим на полу в луже крови и с проломленным черепом. Гость не дышал, а над его головой роились мухи.

Возле дивана лежали окровавленный молоток и пустая бутылка водки. На столе еще две бутылки, одна недопитая. Недоеденный огурец, огрызок колбасы, яйцо в скорлупе и куски хлеба.

«Что ты наделал, Геныч, что ты, сука, наделал?» – спросил сам себя хозяин квартиры и одним махом из горла прикончил оставшуюся в бутылке водку. Как его вставило, позвонил в милицию и сдался на милость правосудия.

Мертвый гость оказался его старым приятелем, вместе учились в школе. Этим летом он не выходил из запоя, народ видел, как он валялся в дворовых кустах, отключаясь среди бела дня. Порой в тех же кустах и ночевал. Год назад его бросила жена, укатив с залетным командировочным куда-то под Краснодар. С собой забрала дочку пяти лет. После развода Сеня, так его звали, сломался в одночасье. Проводил жену взглядом из зала суда, спрятал глаза от дочки и ушел в беспросвет.

Жилья у него не было, кантовался в строительной общаге. Калымил подсобником на стройках, семенил курьером за водкой. День начинался с похмелья, заканчивался провалом в небытие. В этот раз выход из сна не произошел, и день сурка для Сени закончился.

А накануне случившегося жена Генки тоже грозила ему разводом. Был кто у нее или бзик зашел, Гена не знал. Кто кого из них терпел, еще вопрос. Он согласился с ней, что молодость проходит. Тридцатник скоро, а в перспективе одни перспективы. Только все это к делу напрямую не относится. Следовать примеру Сени он не собирался. А тут…

Ментов приехало трое. Тогда еще менты были, не полиция. Форма другая.

Офицер сел на стул у кухонной двери, подальше от подозреваемого, сержанты встали по бокам от Генки. Руки на расстегнутой кобуре, как положено, в которой должно быть оружие. Морды суровые, хищные.

– Как это произошло? – начал допрос на месте офицер, говоря в нос для солидности.

– Ничего не помню… Все по нулям.

– Вообще ничего? Как начинали, помнишь? О чем говорили?

– Сеня, – Гена бросил на труп полный жалости и раскаяния взгляд и приложил руку к сердцу, – ты меня извини… Ничего личного.

– Что-то вспомнил?

– Ни хрена. Все по нулям…

– А просишь прощения!

– Он мертвый! Пусть идет с миром.

– Ты признаешься, что его убил?

– Может быть, я не помню.

– Так, признание у нас есть, хорошо, – молодой старлей улыбнулся. – Тут еще подпиши… да, здесь… хорошо. Если на молотке твои отпечатки, сядешь по полной! Понимаешь?

– Понимаю, начальник, все понимаю, Херня какая-то… Поехали уже, не могу я тут!

– Поехали, – пожал плечами лейтенант, – если ты так торопишься. Наручники товарищу гражданину!

Следствие по делу об убийстве свернули в неделю. Досрочно рапортовали, вскоре состоялся суд. Реальных свидетелей не было, только слушатель из-за смежной стены. Хватило признаний обвиняемого.

Неожиданно для Гены на суд явилась теща. Она рассказала, что ее дочь подала на развод, потому что жить с таким мерзавцем невозможно. Бьет жену и посуду, портит мебель, пропивает вещи. При этом гуляет, где хочет, с кем хочет и сколько хочет. Гена смолчал и получил дополнительные два года за пьяные дебоши в семье. Это к тем восьми, которые ему впаяли за убийство. Пальчики на молотке нашлись.

Как жил Гена в тюрьме, что там делал, о чем думал и чему научился, история умалчивает. За хорошее поведение ему скостили срок и вышел он через восемь лет ровно. Тещины заявы отмело смирение.

Вышел, взялся за ум, жил тихо. Даже женился и завел ребенка. Прошлая жизнь канула в небытие, что было о ней вспоминать. Тем более, помнил он о ней смутно, все представлялась ему через его проступок. Убийство приятеля по пьянке. Это финиш.

Так бы все и ушло, тихо и мирно, в действенном покаянии Гены и семейной его жизни. Исправился человек и слава Богу. Но случилось так, что завершенная история перевернулась с ног на голову, или, напротив, проявилась.

Нет, память к Гене о той кровавой ночи не вернулась. Он так и не узнал правды, которая оказалась мудреней банальной истории пьяного безумства. Или – подлее, кому как нравится.

Просто расскажем, как все оно было на самом деле. Восстановим хронику событий.

Была суббота. Половину дня под включенный телевизор он шлялся по квартире в поисках дела. Типа дверцу шкафа поправить, гвоздь куда вбить. Нормального дела так и не нашлось. Гена вышел на улицу в легком смятении духа от нахлынувшей беспричинно тоски. И решил выпить пива, что еще в выходной делать.

Жена временно переехала к маме помочь с ремонтом, в его помощи дамы отказались. Обе грозили ему разводом: пьет, вечерами пропадает, денег приносит мало. Теща, правда, скоро остыла, сказала, что вообще-то Гена хороший человек. Всем улыбается, со всеми здоровается, молодец. Гена решил, что ремонт закончится, и все устаканится, будет по-прежнему. Секс и горячее в обед вернутся, и они еще заживут лучше всех.

Но внутренний помысел ему подсказывал, что все не так просто. Женщины много талдычили о ремонте, а Гена не видел, что там у них надо чистить и клеить. Да ладно, сейчас он утопит эту душевную тревогу в первой же паре кружек. А потом домой, спать под телевизор. Радоваться надо, что получил от жены отпуск, как-то так! С собой можно еще чекушку прихватить.

В пивнушке ему попался на глаза мужик, оказавшийся знакомым. Уже пересекались на этой почве. Стали вдвоем за столик, опрокинули по первой, разговорились. Ко второй мужик достал из кармана початый «мерзавчик» самогона, и они его быстро приговорили, пустив «ерша» в свои желудки. Хорошо пошло, по мозгам будь здоров ударило, и Гена заторопился домой, сославшись на выдуманные дела.

На пути домой он зашел в гастроном и прикупил еще пару пузырей водки. Так, на всякий случай, вдруг кто придет. Довольный собой, зашел в свою квартиру, прикрыл за собой дверь, включил «ящик» и развалился на диване. По НТВ гнали какой-то сериал про жизнь, под него Гена и вырубился, ухайдакав под сырую колбасу полтора пузыря.

Так вырубился, что потом ничего не помнил. Вплоть до момента пробуждения с оказавшимся рядом трупом на полу.

А в это самое время… Ну, как в анекдоте.

Вечером того злополучного дня теща Гены прогуливалась в парке возле дома зятя, от души желая ему нажраться и подцепить уличную шлюху. Тогда дочка будет смелее с разводом. По разводу половина квартиры Генки достанется ей, дальше варианты. Теща пристально взглянула в окна зятя, засекла свет и пошла в глубь парка.

В дальнем углу парка, на скамеечке под старой березой кто-то коротал вечер в одиночестве. Тихо сидел, глядя на горизонт в дальние дали. Женщине стало любопытно, кто это. В округе она всех знала, и все знали ее.

Подойдя к скамейке под березой, женщина приостановилась. На скамейке, закинув голову высоко в небо, сидел мужик. Она его быстро вычислила. Бомж, пьянь беспросветная и зятев приятель. Опять нализался, вражина… Вот и Генка такой же, дай только. волю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.