Егор Штовба
Квартал нездоровых сказок

Предисловие

Мой город развивается, и вот уже позади горы стихотворений. Их написание ознаменовало очень большой период Моей жизни. Но представленный ниже сборник сказок представляет собой ещё больший период. На момент написания первого произведения, Мне было 15 лет. Сейчас ( на момент написания) Мне почти 20, и последнее, что Я написал, – это «Коктейль». Совсем недавно. Сказки не являются сказками в привычном людям понимании этого слова и расположены не в порядке написания, но сортировал Я их не от балды, поэтому читать лучше подряд (для достижения большего эффекта). Советы советами, а город не дремлет.

Любовь живёт в единорогах

Пролог

День выдался скучным. Томас вернулся с работы и очень устал. У него не оставалось сил, даже чтобы раздеться, он упал на кровать и сразу уснул…

Очнулся в комнате с чёрными стенами и единственным окном. Она снилась ему не в первый раз, и он знает, что делать. Он огляделся, подошёл в центр комнаты. Каждый раз ему снились разные вещи: от яблока до гроба. На этот раз перед ним была кровать. Кровать, такая же чёрная, как и комната, в которой находился Том. Никто не задумывался, что будет, если уснуть во сне? К тому же кроватка была чересчур удобная. Ещё бы, это сон. Почему бы не испытать ?..

Томас сидел на удивительно красивом лугу, по которому ходили невероятно красивые белоснежные кони с золотой гривой, однако что-то в них было не так. Он присмотрелся и увидел… РОГ! Он попал на лужайку единорогов! Даже его дочери из реального мира не снились ТАКИЕ сны… хотя откуда ему знать. Том попытался подняться, но внезапно для себя обнаружил, что ему что-то мешает. Он оглядел себя: золотой нагрудник с рисунком льва, золотые перчатки по локоть, сапоги по колено, на земле лежал меч. "Ну хватит сидеть, у нас тренировка вообще-то. Или я тебе мозги отбил? Хе-хе," – услышал он рядом с собой красивый голос. Обладатель голоса стоял сбоку, держа в руках меч. На нём были те же доспехи, но серебряные, сам он светловолосый, голубоглазый, лет 20-23, озорно улыбался. Том поначалу растерялся, но быстро нашёл, что сказать: "Э-э, ну ты это, иди, нас, наверное, дома заждались, я тебя догоню, только… помоги встать." Ничуть не смутившись от такого ответа, юноша помог Томасу подняться и, попрощавшись, ушёл. Его направление Том не проследил, а зря…

Найдя сумку для меча (в ней, помимо меча, помещалось много разного оружия), он надел её и подошёл к указательному знаку. Две стрелы показывали в противоположных направлениях, на правой было написано: «Тёмное королевство, 500 м.», на левой: «Сине-розовое королевство, 489 м.» Томас знал, что, скорее всего, ему нужно в сине-розовое, но его скучный образ жизни манил к себе, и Том по привычке побрёл в Тёмное королевство, которое в реальности он называл просто "На работу пора". Он и представить не мог, как ошибся.

До выбранного им королевства оставалось 30 метров. Над замком развевался флаг, на котором было устрашающее изображение чёрного Дракона. Ещё выше Том увидел не менее пугающие чёрно-красные тучи, которые, будто сталкиваясь в смертельном бою, создавали гром и молнии. Оставалось пройти совсем немного, как вдруг в шею вонзился дротик и… наступила тьма.

Глазами Томаса

Что за…? Аааай! Башка болит. Г-где я? Решётка? Серьёзно? Я в тюрьме? Так, стоп! Это же всего лишь сон. Это всё в моей голове. И я могу сделать всё, что угодно. И сейчас я…

– Ну что? Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо?

Эта девица… О боже… Какая красивая! Я где-то уже видел это милое лицо. У… жены?

– Ау, ты слышишь меня? Всё в порядке?

– Д-да, но, прошу, выслушай меня. Ты должна помочь мне выбраться отсюда. Я ничего не помню. Где я?

– Слушай. Ты мне очень нравишься, но… Мне пора

Чёрт подери, как же её убедить?

– Стой, не уходи!

Знакомство с новым миром

Единственным способом поговорить с девушкой, был план, который Том заготовил, когда очнулся в тюрьме. Пройти сквозь решётку во сне не составляло труда, особенно, если ты уверен в том, что это сон. Том, едва не рассмеявшись удивлённым глазам и широко открытому рту своей спутницы, не стал ей объяснять, что к чему, решив перейти сразу к делу. "Ты удивлена? У меня мало времени, отведи меня к королю, но сначала скажи, как тебя зовут?" Удивлённая девушка только и смогла, что выговорить дрожащим голосом своё имя: "А-АА-Алиса."

Король сидел на своём троне. Рядом был квадратный деревянный стол, на котором располагалось несметное количество бумаг и большая круглая чёрная медаль. Сам король был красив. На вид ему нельзя дать больше пятидесяти лет, чёрная небольшая борода, щетина, морщины. Виски седые, остальные волосы все чёрные и довольно густые. "Ну здравствуй, принц,"-прозвучал его глубокий, спокойный голос, за которым чувствовалась невероятная сила, мудрость, знание.

– Алиса, дочка, выйди за дверь, Я хочу пообщаться с твоим спутником,-Алиса выходит.

– Что это за место? Кто вы такой?

– Кто я? Я король Тёмного королевства. Рассказывай, зачем пожаловал, тогда, возможно, я отпущу тебя целым и невредимым.

– Оо, поверьте уж, навредить мне вы точно не сможете. Расскажите о Мире. Говорите, что знаете.

– Что я знаю? Ну что ж, слушай. В мире этом есть два королевства, делящих земной шар пополам. Сине-розовое королевство, где правит король Гарольд III. Ты его сын Томас, твой младший брат – Ричард. Тёмное королевство, правлю которым Я – Брайан I. Моя дочь – Алиса, которая влюбилась в тебя по уши. Между королевствами идёт холодная война. Единственная причина, по которой Холодная война не переросла в кровопролитный бой, решающий всё – это лужайка единорогов. Они, в каком-то смысле, сохраняют мир, гармонию. Мы заключили договор, что не будем нападать друг на друга ради сохранения замечательной и неповторимой природы, но твой отец разорвал его, и мы ждём нападения. Уникальность нашего войска состоит в том, что у нас есть Дракон. Уникальность вашего войска во всадниках на пегасах. Что-то ещё?

–Как можно предотвратить войну?

–Никак. Ты можешь попробовать убедить отца восстановить договор? Но скажи мне, для чего ты спросил меня?

–Я никакой не принц. Я обычный уставший от жизни офисный работник. От меня ушла жена, потому что её родители были категорически против меня, и это несмотря на маленькую дочь, которая осталась с женой, которая, кстати, удивительно похожа на вашу дочь, Алису. Я просто заснул, очнулся на лугу с каким-то светловолосым, голубоглазым красавцем. Это мой брат что ли был?

–Да, это был твой брат. Хм, сон говоришь? Я знаю твоего брата, он единственный, кто тебе поверит, он же молодой, расскажи ему, он тебе поможет.

–Чем поможет?

–Проснуться. Или… ты не хочешь?

–Если получится помирить два королевства, то… я останусь. Здесь всё лучше, чем там и…

–Иди, тебя ждут.

Томас вышел из королевских покоев. Он был встревожен. Столько дел свалилось ему на голову, он ведь просто работник, натерпевшийся от жизни. А теперь он не просто важная шишка. Он принц. На нём лежит ответственность, он должен остановить войну. Он шёл к выходу, обдумывая, насколько крепким может быть мир, если всё-таки удастся убедить папашу склеить контракт.

–Тоом, стой!!

–Алиса? П-пп-привет. Ты что-то хотела?

–Куда ты направляешься?

–Домой.

–Уже? Может, останешься ненадолго? Попьёшь с нами чай?

–Слушай… Я знаю, что ты ко мне неравнодушна, и я… я в тебя влюблён, уже давно, и я сделаю всё, чтобы спасти "мир во всём мире". Я не могу потерять тебя ещё раз.

Он поцеловал её. Томас сам от себя такого не ожидал. В реальной жизни он бы от души посмеялся над собой, но здесь он чувствует себя героем, он просто обязан помочь Алисе. Помочь себе…

Возвращение принца

Вечер. Королевский совет.

–Принц… в плену… надо что-то делать.

–Ричард! Зачем ты его оставил там?! Отвечай мне!

–Не ори на меня! Я уже взрослый, а он тем более. Он сказал мне идти домой. Прости пап, ты же знаешь, я люблю его так же, как и ты.

Томас подходил к залу совета. Замок внешне был красив, и фон, на котором он находился, угнетал не так сильно, как в Тёмном королевстве. Замок был синего цвета, а внутри почти все стены были розовые, но вернёмся к принцу. Он слышал голоса, они спорили. Он отчётливо слышал, что среди голосов были те, кто утверждал, что нужно пойти в атаку прямо сейчас и всех перебить, и были те, кто утверждал, что нужно подождать, что всё угомонится, вторых было ГОРАЗДО меньше. С ума сойти, это и есть Сине-розовое королевство?! Том был готов. Он эффектно вошёл.

Наступила гробовая тишина. Лишь знакомый голос прервал её:

"Том, прости, я не должен был оставлять тебя, я дурак, прости!" – Рич бросился обнимать брата. "Ричард. Э-э. Ричи, успокойся, всё хорошо, ты не виноват. Иди, чуть позже я хотел бы с тобой поговорить. (Всем) А сейчас, мне нужно поговорить с королём, наедине!"

Зал опустел. Король и принц остались вдвоём.

Обратная сторона медали

– Отец. Я должен знать. Почему ты разорвал договор? Ты понимаешь, что развязав войну, ты подвергнешь весь мир на неминуемую гибель?!

– Том! Мы с тобой это обсуждали. Для меня гораздо важнее очистить его от скверны.

– "Очистить от скверны"?! Убив несколько миллиардов человек?! Я был в том королевстве, я лично разговаривал с королём, и поверь, они не хотят войны. Прошу тебя, умоляю, эта битва уничтожит всё живое. Прекрасные леса сгорят, реки и озёра высохнут. Мы не сможем жить, убив их. Нам и нет смысла с ними сражаться, они не представляют опасности.

– Я смотрю, ты осмелел. Ты забыл с кем разговариваешь, щенок!

– Нет. Это ты забыл, ты разговариваешь с наследником и будущим королём.

– Да как ты смеешь?! Ты выбрался из плена живым и здоровым, так радуйся этому!

– Какого ещё плена? Да я сам пошёл в Тёмное королевство.

– ВЗДОР!

– Нет.

– Как ты мог? Мирно разговаривать с нашими врагами? Ты предатель нашего королевства!

– Они нам не враги! Я сделаю всё, чтобы война не началась. Даже если придётся… убить тебя.

– ЧТО?!!! ХАХАХА. Нет. Должна быть другая причина, я не верю, что ты так беспокоишься за Мир. Возможно тебя интересует… Алиса?

– Да как ты смеешь упоминать о ней? Произнося её имя, ты оскверняешь её. – Томас сам не знал, что на него нашло, он просто говорил, не останавливаясь. Он видел что Король злится, но это его не волновало. – Да, я люблю её, и ты не посмеешь даже приблизиться к королевству!

– Ещё как посмею, мало того, я тебя с собой возьму. Заставлю смотреть, как истинный король сражается за свой народ. А теперь вон отсюда! Видеть тебя не желаю!

Единственный, кто понимает

– Том, Я беспокоился. Как прошло?

– Ричи, это очень мило с твоей стороны. Я поговорил с этим олухом, поорали друг на друга.

– Ого! И давно ты нашего отца олухом называешь, а-ха-ха-ха!

– Ой. Я случайно. Но не суть. Ты просто должен меня выслушать. Ты можешь мне не поверить, но Я прошу, умоляю, поверь. Потому что то, что я скажу, чистая правда.

– Странный ты какой-то. Тебя там в плену по голове не били? Ладно. Рассказывай.

Том рассказал брату всё, про семью, про сон, про разговор с королями.

– Мда-а-а-а. Ты попал конкретно. Что же ты собираешься делать? Король не позволит вам быть вместе.

– Я не знаю. Я люблю её и не могу больше ни о ком думать. Я надеялся, ты дашь мне совет.

– Дам. Знаешь, почему ты не можешь проснуться? Потому что этот мир тебя задерживает, он не даёт тебе уйти. Ты думаешь, что раз это твой сон, то ты здесь можешь всё? Позволь миру убить себя, отпусти его. Отпусти Алису. Ты должен вернуться в реальный мир. Вернуть жену и дочку, найти работу мечты и стать счастливым.

– Н-нн-но… Я не могу.

– Можешь.

– Но ведь ты же умрёшь, все умрут.

– Ты не должен жить мечтами, Том. Ты должен сделать это, ты должен позволить папе развязать войну.

– (Начинает плакать)

– Я понимаю, тебе больно. Но всё это сон.

Битва

Оставался час до встречи с армией Тёмного королевства. Войско короля Гарольда III выглядело так, что казалось, будто оно готово к этой битве с начала времён. Лужайку единорогов зачистили быстро, практически не прилагая усилий. Войско Сине-розового королевства представляло собой орду пехотинцев, владевших самым разным оружием: от плетей до булавы. Всадники же, парившие на серебряно-золотых пегасах, были вооружены в основном мечами, но также присутствовали копья. Король решил, что на сине-розовом пегасе он будет выглядеть соответствующе своему званию. На нём, на Томасе, на Ричарде были тяжёлые золотые доспехи и мечи. "Сколько можно ждать, они и не собираются наступать, трусы, ринем в бой первыми. За родину!"– под командой короля все рванули вперёд. Там их ожидал сюрприз…

Стоило им подступить к Тёмному королевству, как природа словно объединилась против войска Гарольда. Молнии, ветер, огонь, дождь – все явления природы обрушились, желая остановить войну, а затем… показался Дракон. Он вылетел из-за главной стены замка, порвав цепь, толщиной в человека, сделанную из самого крепкого металла. Он рвал и метал, пускал языки пламени, казалось, что он в одиночку способен сжечь дотла всё Сине-розовое войско с одноимённым королевством. Вот и Тёмная армия. Огромная армия! И начался бой. Пегасы падали, обугленные от адского огня. Томас был единственным, кто не дрался. На его глазах умирали по полтысячи человек в минуту, а он всё шёл. Он шёл к замку. Он шёл к Алисе. Вдруг он заметил, что несколько пегасов, в том числе пегас его отца смогли пробиться в окно. Тому пришлось убить несколько мешавших ему пройти воинов, среди которых были и Сине-розовые и Тёмные. На стену замка выбежала принцесса, за ней несколько отцовских рекрутов. Алиса увидела Тома. "Тоом! Спаси меня! Том?" Томас было ринулся, но вспомнил слова Ричи. Надежда на то, что, проснувшись, он сумеет вернуть Алису, давала ему силы. И он видел, как принцессу (его жену) рвут мечами те, кто называл себя войском добра, Сине-розовым войском, а те, кто назывался армией зла, отнеслись к нему с пониманием. Тогда-то Том и понял, нет в мире добра, и зла тоже нет, всё дело в людях. Просто бывают люди-сволочи, бывают люди, готовые помочь. В голове Тома отчётливо всплыли слова Алисы, той Алисы, которая в реальном мире была его женой: "Я люблю тебя, но… Ты знаешь. Мы разные, да и родители мои против." И тут Том осознал: всё дело в убеждении, и как только он это понял, наступила тьма…

Сон номер два

Снова Том оказывается в той комнате, где оказался сразу, когда уснул. Он с трудом встал с кровати, из чёрного она стала красной. На фоне чёрных стен это выглядело очень красиво: цвета вполне себе сочетались. Что делать дальше? Он уже проснулся, значит, надо ещё раз проснуться? Как? И вдруг он вспомнил, что за всё время пребывания в комнате, он ни разу не смотрел в единственное окно. Он подошёл. На улице было темно, он видел знакомый проспект. Если он не ошибается… по нему идёт единорог?! Том пытался разбить окно, он бил по нему, дёргал за ручки, ничего не помогало. Единорог подошёл.

– Так значит это ты? Ты тот, кто хочет выбраться в реальный мир?

– Да, ты можешь меня вытащить?

– А ты это хочешь? Эта комната находится в твоей голове постоянно, здесь ты можешь абсолютно всё. А твои желания, записаны на стене.

Том обернулся, комната вдруг стала красной, кровать исчезла. На деревянной стене было высечено имя "Алиса"

– Любовь? Единственная причина, по которой ты хочешь лишиться всемогущества – это любовь?

– Ты можешь меня вытащить?– сквозь зубы процедил Том. Он не хотел ссориться с единорогом, но тот переходил границу.

– Хорошо. Отойди, я разобью окно, затем ты сядешь на меня, и я перенесу тебя. Только поменьше доверяй себе.

– Куда я попаду?

– В свой основной сон.

– Что? Какой ещё сон? Вы что издеваетесь?!

– Вовсе нет. Ты уснул на работе после тяжёлого дня, и тебе приснилось, что ты пошёл домой и заснул, увидев сон, в котором заснул и попал в войну между королевствами.

– Ты это говоришь так спокойно… Ладно, переноси меня.

Осталось немного

Том очнулся у себя дома. Он уже привык просыпаться внутри сна, хотя надеялся, что такие сюрпризы прекратятся. Он умылся, сел завтракать, а заодно думать над словами, которые сказал ему единорог перед тем, как попрощаться. Том уже был готов, но тут раздался звонок в дверь. Он посмотрел в глазок: там стоял мужчина с до боли знакомым лицом. Где же он уже видел это лицо? Стоп. Брайан? Брайан I?! Том без замедления открыл дверь.

– Ну здравствуй, принц, или как тебя там.

– Брайан, я так рад тебя видеть. Что ты здесь делаешь?

– Всё сложнее, чем ты думаешь. Я хранитель твоих снов.

– Как это, хранитель моих снов?

– Я лишь плод твоего воображения, Томас, меня не существует, но именно я отвечаю за сюжетную линию в твоих снах. Если тебе будет так понятнее, можешь считать меня участком мозга, который отвечает за воображение.

– Да, так понятнее. Так ты мне поможешь проснуться.

– Я за этим как раз и пришёл. Если ты позволишь, я тебя убью.

– То есть, чтобы проснуться я должен умереть?

– Да.

– Какая прелесть. Ну что ж, раз ты настаиваешь? Хотя стой, почему ты мне помогаешь?

– Я это ты. Действительно, зачем ты себе помогаешь?

– Когда единорог меня сюда переносил, он предупреждал, что я не должен доверять себе.

– Какой единорог?..

– Ой, да брось, ты прекрасно знаешь о чём я, Брайан. Я всё знаю, это не ты должен меня убить, а я тебя. Что, страшно?

– В этом сне у тебя нет власти надо мной!

– Она мне и не нужна, с ножом то в руке… (убивает Брайана)

Проснись и пой

– Тоом. Том!

– А-а-а, что?

– Вставай, работяга! Что, устал, не осталось сил, чтобы домой-то сходить? Хе-хе.

– Слушай, Кайл, как здорово, что именно ты меня разбудил. Ты можешь отмазать меня перед боссом, мне срочно нужно кое-куда съездить?

– Э-э, конечно, но позволь спросить, куда ты намылился?

– Мне нужно к жене. Срочно. Мы не подаём на развод.

С этими словами Томас вскочил и выбежал из офиса.

Добро пожаловать в реальность

Звонок в дверь. Красивая темноволосая молодая девушка с голубыми глазами по имени Алиса открывает дверь, за которой с цветами стоит её несколько пухлый, но довольно симпатичный на лицо муж, с которым она собралась некогда рвать.

– Том? О боже, какой приятный сюрприз. Ну заходи, чай попьём.

Том подходит к жене и целует её, приобняв левой рукой, а правой стараясь не уронить цветы.

– Алиса, родная, я так скучал. Знаешь, к чёрту всё это, к чёрту мою работу, к чёрту мнение твоих родителей, я хочу быть с тобой, я это понял и теперь просто не могу думать ни о чём другом.

– Том, что с тобой, мы же уже это обсуждали, ты забыл?

– Нет, но тут такое дело. Короче, мне приснился сон, потом другой сон, короче, я запутался. Мы обсуждали это, но я был неуверенным в себе, мямлил что-то, а говорила ты, вернее, твои родители. Но пойми, они не должны решать за тебя.

– Ну я даже не знаю…

– Я люблю тебя. Я хочу воспитывать с тобой свою дочь. Я… я просто не могу ещё раз тебя потерять.

Конец истории. Эпилог

После долгих и, казалось, безнадёжных споров с родителями, Алиса всё-таки убедила их, что из Тома получится замечательный муж и отец. Томас же уволился со своей работы, которую люто ненавидел и нашёл другую, работу своей мечты, на которой был счастлив. Был счастлив на работе, дома с женой и дочкой, и везде и всегда. Том понял, что человек, который любит, должен уметь отпускать, должен уметь и вернуться в нужный момент, и даже когда «все единороги убиты», любовь будет жить. Когда надежды погасли, их ещё можно зажечь. Достаточно просто…

Короткий диалог

– Я Тебя очень сильно люблю.

– И что? Что это Тебе даёт? Что дальше-то?

– Ничего…

– …

– Я мечтаю обнять Тебя.

– Это не играет роли.

– То есть… Мои мечты так и останутся просто мечтами?..

– Да.

– Оу.

– Всё хорошо?

– Да, Я привык. Главное, чтобы с Тобой всё было хорошо – (про себя) что бы Ты ни делала, Я всегда буду заботиться о Тебе, даже если придётся пройти через адские мучения. "Отпусти Её, стань конченым мудаком, сдайся, оставь надежды, однажды это всё равно должно произойти, потому что это несправедливо… и выбора у Тебя нет"– говорят голоса в Моей голове. "Нет,"– отвечаю Я им. "Нет?-Нет.-Что ж… Тогда и дальше продолжай обнимать одеялко, представляя, что это Она, грёбаный извращенец!"

– Хей?!

– Я просто задумался…

– (про Себя) Боже, ну почему так сложно признаваться в своих чувствах?! Как же хочется крикнуть: "Я люблю Тебя, Ты нужен Мне! ЛЮБИ МЕНЯ," – но нет, Я не могу. Почему Я такая тупая?!!?!?

(Ему) Нуу, тогда… пока?

– Пока… (шёпотом) Я буду скучать

– (про Себя) Я буду скучать.

Любовь или призвание

Пролог. С чего всё началось.

Джефф сидел в баре, когда к нему подошёл человек в чёрном костюме и двумя стаканами виски. Этот парень учился на юриста, имел потенциал, который решил не растрачивать понапрасну. Его талант заключался в умении убеждать, причём порой он переубеждал принципиальных людей, нелюбящих менять своё мнение. Он с помощью простых манипуляций мог заставить кого угодно усомниться в чём угодно. Его звали Ренди. И теперь он в баре плачет на плече совершенно незнакомого ему человека, запивая своё горе алкоголем.

Джефф был полной противоположностью Ренди. Единственный свой талант – талант успокаивать и поддерживать людей, угодивших в несчастье – он безбожно прожигал. Он не был общительным, но тем не менее шансов проявить себя у него было достаточно. Он этого просто-напросто не хотел. Сам прекрасно зная о своей особенности, не использовал её.

Джефф и Ренди… Контраст замечался со стороны, он был даже в одежде. Как так могло случиться, что в баре в четверг в восемь часов вечера встретились они, потому что молодого юриста бросила девушка!? Сказочное совпадение, но лишь только совпадение. И то, что в данном периоде жизни они были нужны друг другу – тоже совпадение.

Из всхлипов Ренди Джефф понял немного: его девушку звали Эмили, а расстались они после того, как она ему изменила.

– Как… о… она могла со мной так поступить? – с трудом повторял Ренди.

– Ты и вправду её так любил?-как бы невзначай спросил Джефф.

– Я и вправду её так любил…

– А она тебя любила?

Джеффри знал, что делает, чувствовал, что чем больнее его новому другу будет сейчас, тем легче будет смириться с потерей. На рефлекторном уровне Джефф заказал ещё виски, продолжая задавать вопросы, которые могли бы задеть юриста.

В течение часа их диалог на опасную и болезненную тему перешёл в безобидную болтовню пьяных мужиков. Ренди открылся незнакомому человеку, и ему стало лучше. Тогда только в его пьяную голову залетела не менее пьяная мысль познакомиться:

– Меня… *икает* Я Рэндал Гейм, у… учусь на-а-а юриста. А ты кто?

– Мм, уже на «ты». Ахах. Я Джеффри Лайт, – протягивает ему руку.– Я нигде не учусь, а подрабатываю автомехаником.

– А ты что делаешь в баре? – поинтересовался Ренди, пожав протянутую ему руку.

– Долгая история… Ладно, думаю, тебе надо проспаться. Предлагаю поехать ко мне.

Ренди не мешкая принял приглашение, и они отправились: юрист – в гости, автомеханик – к себе домой.

Глава 1. Пробуждение

Страшная головная боль, тошнота, озноб такой, что дрожь по всему телу. Ренди проснулся в два часа дня, пока хозяина дома тошнило в туалете. После десяти минут неподвижного лежания юрист приложил усилия, дабы хотя бы сесть. Волна боли, тут же ударившая голову, заставила его пожалеть о выпитых накануне стаканах с алкоголем.

Из туалета вышел Джефф:

– Погоди, Я принесу аспирин, – промолвил он.

– Спасибо, – хмуро ответил гость.

– Завтракать будешь? Сегодня Яичница с беконом! – раздался голос с кухни.

– Аппетита нет! Да и, думаю, мне уже пора. Спасибо за гостеприимство.

– Как? Уже уходишь? – Джефф подошёл с кружкой воды. – И как ты в таком состоянии куда-то пойдёшь, ты же даже встать не можешь?

– Ты… Джефф, да?

– Да, Ренди.

– Мне правда неловко: завалился к тебе такой весь пьяный ни с того, ни с сего.

– Всё хорошо, – спокойно ответил Джефф, – ты можешь оставаться тут столько, сколько сочтёшь нужным.

– В таком случае, думаю, ты не против, если Я у тебя переночую.

– Конечно не против. Могу включить тебе телевизор, а мне надо в магазин.

– Да, спасибо, а зачем тебе в магазин?

– Так дело не пойдёт, надо опохмелиться.

Глава 2. В гостях

По новостям не было ничего примечательного, а на развлекательных каналах были программы для малышей, поэтому Ренди решил покопаться в стопке с дисками, стоявшей возле телевизора. Интересным ему показался разве только клип на песню «Hozier – Take me to church.» Его он и поставил.

Когда пришёл Джефф, друзья пошли на балкон пить холодное пиво.

«В жаркий весенний день, как говорил мой отец, нет ничего лучше, чем баночка холодного пива,»– начал хозяин квартиры.

– Ты очень талантливый, – перебил его Ренди.

– Мм? – не понял Джефф.

– Я разглядел в тебе талант. Ты очень хорошо успокаиваешь людей.

– Ах это… Ты сильно преувеличиваешь мои способности.

– Ничуть.

– Поверь, я знаю, о чём говорю.

– Я очень любил Эмили, Джефф.

– …

– Для меня новость об измене была тяжёлым ударом, я планировал покончить с собой. Если бы я не поговорил с тобой вчера… Ты спас меня от впадения в глубочайшую депрессию, понимаешь, ты спас! Ты помог мне. И Я просто не знаю, как тебя отблагодарить.

– Не стоит, Ренди. Давай просто попьём пива.

– Как скажешь. Но знай, ты нужен мне.

Ренди и Джефф сидели на балконе в жаркий весенний день и пили пиво.

Глава 3. Глазами Ренди

Мне не хватало таких посиделок с другом. Я и забыл вкус хорошего пива, но с Эмили было так счастливо. А что я имею сейчас: мне мучительно жарко, хотя на душе осень, а в глазах сыро, как в куче опавших листьев в конце октября, но отчего-то так легко. Неужели… я смирился?

– Джефф, спасибо, что разрешил переночевать у тебя.

– Не за что, что ты, Я тебе так рад.

– Я тут заметил, что у тебя только одна кровать. Где ты спал сегодня?

– Мы спали на одной кровати.

Внезапно мне стало не по себе.

– Надеюсь, ты не против такой близости?-Джефф сказал это шутя, но чувствовалось, что для него это что-то значит. Я решил ответить шуткой:

– Только если ты не будешь приставать…

Мы посмеялись, он от души, а я… я словно заставлял себя смеяться.

Мы поели. На удивление Джефф готовит прекрасно, даже лучше, чем Эмили. Блин, Я что, сравниваю Джеффа и Эмили? Вот уж нашёл, кого сравнивать. Нет-нет-нет, прочь эти чёртовы мысли. На ужин Джефф приготовил необычный салат: там был рис, рыба, креветки, тёртый сыр и майонез – всё это было подано не в тарелке, а в авокадо, что добавило вкуса. Не знаю, где он взял рецепт, но получилось настолько вкусно, что я попросил добавки.

Мне показалось наиболее странным то, что он готовил в фартуке, но без футболки. Я невольно оценил его сильные руки автомеханика. Почему-то представил его в рабочей одежде.

Спать с ним на одной кровати не хотелось, но всё же это его квартира, и выгонять его на диван было бы излишней наглостью. Выбора у меня не было. Я мог пойти на диван сам, но он настоял на обратном. Как же это всё странно!

Он заснул почти сразу. Я лежал минут 20 с закрытыми глазами, но так и не смог уснуть, хотя было и удобно, и комфортно, несмотря на то, что рядом лежал бритый накаченный дядька в одних трусах. Я почувствовал, как он повернулся и… положил на меня руку? Чёрт! Он меня обнял. Как на это реагировать?! Сердце забилось быстрее. Мне было жутко неловко, но вовсе не противно. Его рука касалась моего тела, она была тёплая и неестественно нежная для человека такой профессии. Мне было приятно, тепло и страшно. Господи, что со мной! Как же всё это, *****, похоже на то, что я становлюсь педиком. Не то чтобы я гомофоб, но для себя такого не хочу.

И вдруг умиротворение, спокойствие. Я почувствовал, как от тепла, простого человеческого тепла, меня клонило в сон. Я напрочь забыл о «дружеских» объятиях и крепко уснул.

Глава 4. Глазами Джеффа

Интересно, как много времени ему понадобится, чтобы он понял, что я его хочу. Я всё боюсь, что он гомофоб. Надо бы поесть, заодно и его покормлю. Приготовлю своё коронное блюдо. Мм, в моём любимом фартуке.

Мне немного стыдно за эти мысли, но всё же, думаю, Ренди не будет обидно, он как раз расстался с Эмили, надо пользоваться моментом.

– Как ты, Ренди?

– Мне уже лучше.

– Джефф, спасибо, что разрешил переночевать у тебя.

Это было так мило.

– Не за что, что ты, Я тебе так рад.– (Про себя) Просто слов нет, как рад.

– Я тут заметил, что у тебя только одна кровать. Где ты спал сегодня?

Так. Он что-то заподозрил. Главное сейчас ответить как-нибудь уклончиво, непрямо.

– Мы спали на одной кровати.

Чёрт! Не получилось. АХАХА, у него такое недоумение. Покраснел. Боже, какой же он милый. С-с-с. Надо быстренько обстановку развеять.

– Надеюсь, ты не против такой близости?– Надеюсь, он поймёт шутку.

– Только если ты не будешь приставать…

Мы посмеялись, он от души, а я… я словно заставлял себя смеяться.

Ему так понравилось моё блюдо. Он добавки попросил даже! Мне это льстит…

Он уже лёг. Я присоединился. Я максимально холодно пожелал ему спокойной ночи. Нужно, чтобы он понял, что ему нужно то, что я могу ему дать.

Насколько же у него тёплое тело… кожа… как вкусно пахнет… как же хочется коснуться…

Я чувствую, как засыпаю.

О да!!! Господи. О-о-о-о. Он обнял меня. Я только проснулся, он ещё спит. Я лежу на нём, он обнимает меня. Разве я могу быть счастливее?! Так, спокойно. Джефф, сохраняй самообладание. Я всё рассчитал.

Глава 5. Страшная тайна

Джефф, впервые за несколько лет почувствовавший человеческое тепло и ласку, был в хорошем расположении духа. Ренди спал крепким сном, которого ему не хватало на протяжении всей студенческой жизни, так как он проводил ночь либо за просмотром фильмов и сериалов с Эмили, либо за учебниками.

Джефф предугадывал настроение друга, когда тот проснётся, и решил сделать глясе. Прошло немного времени, и до него донёсся скрип паркета. Секундой позже сонный Рэнди, ещё не помнивший, что было ночью, стоял с голым торсом перед Джеффом.

– Доброе утро,– промямлил только что проснувшийся и выспавшийся студент.

– Утро добрым не бывает, если нет чашечки кофе и… – Джефф осёкся. Он понял, что чуть не сболтнул лишнего, он хотел сказать: «И любимого человека». Его кровь закипела от непреодолимого желания поцеловать Рэндала до боли в скулах.

– Мм? – не понял юрист.

– Да так… Вот, держи, это кофе с мороженым.

– Извини, но где ты научился так классно готовить? Глясе, салат в авокадо – очень необычные блюда. Даже Эмили так не готовила.

Осознание того, что Ренди всё ещё думает об Эмили, раньше не причиняло Джеффу такую боль.

– Я два года как съехал от родителей и в то же время начал экспериментировать с едой,– пробурчал он.

– Очень вкусные эксперименты.

Время шло к полудню. Ренди был в душе, вспоминая свои чувства к Джеффу ночью. «Этого не может быть. Просто абсурд.»– убеждал он себя, прекрасно понимая всю бессмысленность этих слов.

Когда он вышел из душа, механик ждал его у двери. Он был настроен решительно.

– Пойдём покурим. Мне нужно тебе кое-что рассказать.

– Ну… хорошо, мне нужно одеться.

Сдерживать себя Джеффу было всё сложнее. Он понимал это как никто другой. Также он понимал, что любому другому Джефф не стал бы рассказывать свою тайну, но именно этот жалкий юрист им манипулировал. Это задевало самолюбие Джеффа.

– Ты долго там?!

– Уже иду, подожди!

Друзья вышли в коридор. Джефф был в тапках, красных шортах и чёрной футболке. Ренди был одет более скромно: на нём была пижама.

– О чём ты хотел со мной погово…– он не успел договорить.

– Я не знаю, как ты это делаешь, не понимаю, что со мной происходит, но ты просто обязан понять меня! – срывающимся голосом начал Джеффри. – Думаешь, я не мог поспать на диване этой ночью? Думаешь, я просто так притащил тебя к себе домой? Пьяного и жалующегося на несчастную любовь!? Чёрта с два! Я влюбился в тебя по уши, парень. Я гей. Я чёртов гей, и это даже не самое страшное в жизни. Я хочу тебя так сильно, что даже сейчас, вдыхая сладкий дым, я чувствую, как дрожат мои колени. И это не от холода, мать его.

Наступило пугающее молчание. Они оба боялись нарушить напрягающую тишину, которая держала этот хрупкий и неловкий момент в своих объятьях. Рэндал заговорил первым:

– Сегодня ночью, когда ты обнял меня, я почувствовал такое родное тепло, которое раньше не чувствовал никогда. Джефф, посмотри на меня, пожалуйста.

Тот поднял глаза. Казалось, зрачки в них расширились настолько, что закрыли собой радужку.

– Ты подарил мне новый взгляд на мир. И сегодня ночью я приобрёл что-то… новое. Уникальное. За это я благодарен тебе. И ты должен знать. Хоть и не было предпосылок к такой ориентации, но я тоже в тебя влюбился.

Джефф был в шоке. Он не смог промолвить ни слова. Это был первый и последний раз в его жизни, когда он не знал, что ему делать.

– Мне пора на практику.

Он зашёл домой за рюкзаком и быстро ушёл.

Глава 6. Засыпай

В распоряжении Ренди был весь день. Он не знал, как и чем себя занять, а его настроение было отличным, несмотря на реакцию Джеффа на его откровения. Гость просто был рад, что наконец-то смог открыться, был также рад, что это оказалось взаимно. Ведь страшно однажды проснуться и осознать, что ты гей, а твой парень нет, мм?

«Джеффри должен вернуться к восьми вечера. Нужно что-то приготовить,» – крутилось в голове Рэндала. Он отправился в близлежащий супермаркет, который находился через дорогу, но из-за большого скопления агрессивно настроенных (как показалось Моему герою) бездомных возле перехода, пришлось идти длинным путём. Готовить Ренди не умел, да и денег особо не было, поэтому он решил не нагружать свою переполненную эмоциями душу излишними заботами и взял недорогие пельмени.

Он шёл домой, как ни в чём не бывало. Только он забыл, почему пошёл длинным путём. Последнее, что он услышал перед тем, как его ударили по голове – это: «Сынок, сигаретки не будет?»

Юрист, хоть и знал всю опасность, которой его обеспечивает его будущая профессия, но драться совершенно не умел, если не считать неразборное махание кулаками в стороны с ошалелым видом умением драться. Удар. Ещё удар. Возможно, он и мог бы справиться с одним бомжом, больным весенним обострением, но против группы, пусть и небольшой, шансов не было никаких. Ренди вернулся домой. Побитый. Без пельменей и без бумажника.

Джеффу в этот день не работалось. Каждый новый посетитель раскрывал челюсть от халатности автомеханика: любой, кто подходил к нему с просьбой о помощи был встречен беспечным вопросом: «А? Чё?». Его мысли были забиты совсем другим…

С трудом дожив до конца рабочего дня, получив зарплату, Джеффри пошёл домой. С каждым шагом его настроение поднималось, кровь бурлила сильнее, а в груди всё яснее возникало чувство одышки, как бывает при бабочках в животе, когда ты вот-вот встретишься с объектом своей симпатии, особенно если ты ждал этого момента 8 часов. Добираться до квартиры час.

Ренди слышит поворот ключей в замке и подходит к двери. Джефф видит перед собой… а ничего он не видит, кроме силуэта юриста. Везде был погашен свет, а все шторы были задёрнуты.

«Я хочу тебя,»– слышит удивлённый Джефф.

Минутой позже оба оказываются в постели, а их одежда на полу и порвана. Хороший выдался ужин.

Утро. Ребята проснулись одновременно.

– О, Рен, это… это было волшебно, – признаётся Джефф. – На самом деле я ждал этого очень и очень долго.

– Рен? А-ха-ха-х. Давно ты меня так зовёшь?

– Тебе не нравится?

– Да нет, наоборот… – студент недоговорил.

– О боже, Ренди! Что с тобой стряслось? Тебя надо срочно обработать, чёрт возьми, что ж ты сразу не сказал. У меня на кухне аптечка, пойдём!

Сильные, но нежные руки Джеффа касались лица Ренди, отчего тот и думать не мог о боли. Особенно сейчас…

– Всё, теперь у тебя всё должно зажить. А теперь рассказывай, как так ты умудрился?

– Ну история довольно нелепая, и мне даже как-то неловко. Я вчера возвращался из магазина, а там бездомные, видимо, хотели есть, но ты не волнуйся, я не сильно разорился.

– Не понял. – Глаза Джеффри горели от ярости. Вены на руках вздулись. Казалось, он способен проломить бетонную стену.

– Ну-у, они меня побили.

Раньше Ренди не замечал бейсбольную биту, завёрнутую в куртку. «Сейчас приду,» – услышал он от своего друга, взявшего с собой эту самую биту, и лишь бросил вслед: «Стой, ты куда?» – прекрасно понимая, что даже если Джефф услышал эти слова, то не придал им значения. Сейчас всё решал чистый гнев. Священный гнев.

Спустя 10 минут окровавленный хозяин дома стоял на пороге

– Никто. Не смеет. Обижать. Моего. Парня, – Объяснил он.

– Я тоже тебя люблю, – прозвучал ответ.

Глава 7. Расставание

Таким образом жили и не тужили Мои герои на протяжении двух недель. Первую половину дня они проводили в разлуке: Ренди усердно учился, а Джефф вкалывал. Но зато по вечерам… Вечера – это было их любимое время, и, хоть Ренди и должен был выполнять домашнее задание, но с приставаниями парня, процесс становился приятным. Но однажды в пятницу случилось вот что…

Джефф отпросился с работы и уже ждал парня к ужину. У этих геев нет той романтической атмосферы, они живут как друзья: веселятся, пьют, смотрят футбол, с той только разницей, что их жизнь скрашивает любовь и ролевые игры. Поэтому автомеханик просто отварил картошки и добавил консервированную сайру. Ренди пришёл радостный, в его лице так и читалось: «Ой, чё щас расскажу!!!»

– ДЖЕФФ! ДЖЕФФ! О БОЖЕ МОЙ, БОЖЕЕ!

– Та-ак, а теперь остынь и порадуй и меня тоже.

– Ты просто не поверишь, Джефф, я так долго этого ждал!!!

– Чего? Чего ты ждал, может, уже скажешь?

– Короче, прихожу Я сегодня… хотя стой, начну с начала. Я же в группе лучший студент. Знаю больше других, всегда стараюсь сказать что-то умное. Так вот, сегодня мне вручили приглашение. МЕНЯ ПРИГЛАСИЛИ УЧИТЬСЯ ЗА ГРАНИЦУ, ДЖЕФФ.

Тот побледнел.

– Боже, ты даже не представляешь, как для меня много это значит. Ч-что? Что с тобой? Ты не рад?

– Молодец, Ренди, Я очень рад. – Джефф разворачивается.

– Так, постой. Объясняй в чём дело.

– Ты поедешь туда учиться? Ты же понимаешь, что мы не будем видеться, я ведь не могу уехать.

– Но это ведь нестрашно, мы же сможем видеться по скайпу.

– Да наплевать я хотел на твой скайп. Я хочу видеть тебя каждое утро рядом с собой. Каждое чёртово утро. Вали в свой Китай, Уругвай, или Я не знаю, куда.

– Джефф, прошу, успокойся.

– Нет, не успокоюсь. Какого чёрта, Рэндал? Ты можешь и здесь хорошо выучиться и быть успешным адвокатом! Почему ты…

– Для меня это очень важно, пойми. – Тихим голосом перебил студент.

– Ну раз важно. Я не держу тебя. Улетай.

– Джефф…

– Да оставь ты меня в покое.

С этими словами Джефф вышел на улицу.

Когда Джеффри вернулся в квартиру под утро, Ренди уже не было. Ровно как и его вещей, занимавших ранее половину квартиры. Слишком пусто. Пусто в квартире. Пусто в душе. Именно сейчас, и именно в этот момент он понимает, что всё, что было между ними больше никогда не повторится. Что всё это было впустую. И назад дороги нет. Джефф снова выбежал на улицу, и, что есть мочи, помчался в аэропорт. Благо, в их городе был лишь один аэропорт.

Ренди был очень расстроен. Глядя на него и не скажешь, что человек следует своей мечте. Иногда приходится отказываться от чего-то дорогого для того, чтобы следовать своей мечте. Только тогда Рен не понимал, что для него важнее на самом деле. Но билеты куплены, а самолёт скоро закончит посадку пассажиров и улетит. Всего один шаг решит его судьбу. Как иронично, что никто из людей, которые, как он думал, всегда будут с ним, не стояли сейчас рядом и не видели его заплаканных глаз. Никто его не успокоит, никто его не поймёт, никто его не обнимет и не разделит его боль. Наверное, это самое грустное, что может быть на этом свете. И Ренди делает этот шаг. Теперь он отрезан… отрезан от мира, где у него были шансы всё исправить и стать счастливым. Он садится в самолёт и смотрит в окно. И тогда он не выдержал и заплакал. Нет, он зарыдал. За окном он увидел запыхавшегося Джеффа, который, как он понял, прибежал его проводить. Он слышал ещё крики: «Я люблю тебя! Я тебя не забуду!» От такого растрогались даже невольные свидетели всего этого. Самолёт улетает.

Глава 8. Тяжело

Что может быть быстрее света? Может ли вообще что-то быть быстрее света? Уверен, да… Самолёт отправлялся из пункта «Любовь» в пункт «Призвание» со скоростью, превышающей скорость света. По крайней мере именно так и казалось Ренди и Джеффу. Тогда в самолёте Ренди задумался о том, а правильный ли выбор он сделал? Мог ли он совместить любовь и призвание? В конце то концов, какое призвание без любви? Но с другой стороны, любовь настоящая никогда не заставит тебя отказаться от мечты… потому что ты откажешься от неё по доброй воле. На тот момент Ренди был не готов отказаться от Своей мечты. Это не плохо. Это не хорошо. Это так, как это есть, и никак больше.

Когда он прилетел, то был настолько подавленным и уставшим, что желание спать было сильнее всех душевных терзаний. Он и сам понимал ещё в самолёте, что сейчас ни в коем случае нельзя зацикливаться на этом расставании. Второе болезненное расставание меньше чем за год. Такой стресс не пожелаешь и врагу, но юрист отлично с этим справлялся. Он просто уже знал, что все беды от мыслей: меньше думаешь – больше радуешься жизни. Это железобетонное правило работает всегда и безотказно. Однако такое счастье продолжается лишь до поры до времени, затем любая мелочь – и нервный срыв гарантирован. Последствия непоправимы, риск слишком велик. Нет, Ренди не сорвался, он слишком был занят работой. Он усердно учился, вложился в своё призвание настолько, что не хватало времени, чтобы думать о чём-либо вообще.

На протяжении четырёх лет Ренди учился с утра до вечера, после чего шёл на работу ночным кассиром в небольшом магазинчике. То есть времени не хватало даже на сон. Но ушли эти четыре года, Ренди даже устроился на работу. Теперь он блестящий юрист, молодой специалист, знающий много, и умеющий много, и работавший много, а раз он всё знает, всё умеет, стало быть и время освободилось. Вот тогда-то мысли, как змеи стали вползать ему в голову. Он начал плакать по ночам. Он любил Джеффа. Да, прошло много времени, но всё это в нём копилось. Ренди стал очень раздражительным. Чтобы как-то с этим справиться он брал на себя ещё больше работы. А лет 5 назад он себя таким уж точно не видел. Зато он видел себя с Эмили. Именно с ней он и встретился спустя два года как закончил институт.

Он ехал в автобусе на работу, и услышал знакомый голос, тревожно что-то говоривший в телефон. Ток пробежал по нему тогда. Он увидел её. Она ничуть не изменилась, и даже похорошела. Она тоже его увидела. Он подошёл к ней, она положила трубку.

– Ренди? Боже, мы так давно не виделись. Как ты?

– Эмили… – Ренди обнял её. Крепко.

– Эм, я так рад тебя видеть! Может, попьём кофе чуть позже? Расскажешь мне, как там, где и что.

– Отличная идея, давай тогда в семь вечера в Старбаксе на XXX Авеню.

– Здорово.

Ренди сидел в Старбаксе и ждал. Она пришла в платье и сразу же нашла его взглядом. Эмили была в платье, которое он когда-то так любил. Они мило беседовали на протяжении четырёх часов, которые пролетели незаметно. Когда они уже собрались выходить, Эмили спрашивает:

– А помнишь, тогда, четыре года назад ты сказал мне, как мечтаешь жениться на мне?

– Помню. Это был лучший февраль в моей жизни. И, я думаю, такие феврали были бы и дальше, если бы ты мне не изменила.

– Ты меня до сих пор не простил, и я тебя понимаю. Я бы тоже не простила, и…

– Выходи за меня.

– ЧТО-О?

– Эмили, – Ренди встал на одно колено, – я многое тебе не расскажу, например, я никогда не скажу тебе, почему я больше никогда не смогу быть счастливым, не скажу, что я пережил после того, как расстался с тобой, но я очень хочу оставить всё это в прошлом и начать уже жить настоящим. Всё это время, проведённое здесь, Я страдал, и Я хочу просто забыться, и только ты, Эмили, ты можешь мне помочь. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Там нечего рассказывать. Ренди не был счастлив, но ему хватало и того, что он перестал плакать ночами. Он с Эмили завёл двух детей: старшую – Афелию и младшего… Джеффа. Стоит подробнее рассказать про Джеффа. Но не того Джеффа, который сын Рэндала, а того, кто был ему дороже всех на свете.

Алкоголь. Сигареты. Новые друзья. Джефф даже перепробовал наркотики. Ему хватало денег, чтобы обеспечивать свою несчастную жизнь. Разве нужно что-то человеку, сердце которого разбили. Джефф был крепок и духом, и телом и не привык страдать, но это было для него настолько сильным потрясением… В тот день его конечности дрожали, когда он пешком шёл до дома. Он лёг на пол и просто начал рыдать. Громко. И он никогда не испытывал раньше ничего подобного. Прошло девять лет, и кто-то из его коллег на работе принёс бутылку вина в честь дня своего рождения. Джеффри тогда был падок на каждую каплю алкоголя. Тогда-то и просекли его страсть к пьянству, собственно, тогда то его и уволили к чертям собачьим. Впоследствии он обнаружил у себя талант психолога. Ни в какой институт он поступить не мог, поэтому был частным психологом без образования. Несмотря на блестящие отзывы о нём, клиентов было не очень много, потому что, во-первых, от него всегда пахло перегаром и сигаретами, во-вторых, без диплома ему мало кто доверял: оно и понятно. Для Джеффа работа, к которой он был предрасположен, приносила ему душевное удовлетворение, так что в скором времени и он перестал плакать по ночам. Ну, как в скором… ему понадобилось больше девяти лет.

С того дня, когда Ренди улетел прошло тринадцать лет. Он вернулся в свою родную страну, в свой город. Город, который давил на него своими воспоминаниями. Как иронично, что его собственная жена, которая за него переживала и которая уже успела его полюбить, посоветовала ему сходить к психологу. Как иронично, что в кои-то веки он послушал совета нелюбимой женщины. Он наугад выбрал адрес частного психолога и пошёл к нему. Как иронично, что на этой до физической боли знакомой улице, подходя к подъезду, который заставлял его плакать и звал, манил к себе, Ренди встретил Джеффа.

Глава 9. И снова новая жизнь

– О, а ты психолог, значит. Мм, классно.

– Здравствуй, Рэндал. ЧЁРТ, КАК ЖЕ Я РАД ТЕБЯ ВИДЕТЬ! – Джефф крепко стиснул юриста в своих объятиях.

Ренди оттолкнул Джеффа, затем кинулся на него начал целовать. Они вломились в подъезд, всё разнося на своём пути, добрались по лестнице до квартиры, где, срывая с себя одежду, добрались до кровати.

Шесть раз подряд, и на этом они решили остановиться.

– Я сварю тебе кофе, а ты приходи, поболтаем. – Звал его Джефф.

Ренди пришёл за ним на кухню. Они говорили на протяжении трёх часов – это был лучший психологический сеанс в жизни обоих. Они рассказывали друг другу о жизни, себе. За окном началась гроза; молнии, гром – всё это сейчас неважно, ведь такая погода за окном, а не в душе.

– Вот как. У тебя семья, значит.

– Да.

– Что же это получается, ты снова от меня уходишь?

– Джефф, я…

– Тогда проваливай отсюда нахрен и больше никогда, слышишь, НИКОГДА не возвращайся.

Джефф выпроводил его и закрыл дверь. Он был вне себя от гнева. Ему казалось, что вот-вот его разорвёт на части.

Когда Ренди шёл домой, он прекрасно понимал, почему Джефф так поступил, но у него был план.

Так, через пару месяцев, на порог к Джеффу приходит Рэндал.

– Что ты здесь делаешь, Я же сказал тебе, чтобы ты…

– Заткнись. Джефф, только ты моя семья, пойми это. Я их бросил

– ЧТО? Зачем?

– Перестань переходить на фальцет, чёрт тебя дери! Как ты не можешь просто радоваться оттого, что я дома?! Я дома, мать твою, Я здесь сейчас с тобой, потому что я до смерти тебя люблю. Что тебе не нравится!? Перестань жалеть себя, очнись, Джефф, очнись. Однажды ты поймёшь одну вещь. Я помогу её тебе понять. Ничто в этой грёбаной жизни не имеет значения кроме того, что ты любишь. Я плохо поступил с этими людьми, но жена меня поняла. И я понимаю тебя и твою боль, но теперь позволь мне спасти нас.

– Ренди…

– Джефф?..

Глава последняя

Думаю, не стоит дальше в подробностях всё описывать. Джеффри работал психологом. Ренди юристом. Оба они, наконец, поняли, что для них по-настоящему важно. И они смогли, наконец, полюбить друг друга и жить вместе.

Если кого-то беспокоит судьба Эмили и детей: она была счастлива за Ренди, ведь он стал счастлив. Она его поняла. Поняла и отпустила. А у детей появился отец, который сможет их воспитывать. Они его не любили, однако, это уже совсем другая история.

А эта сказка заканчивается. И заканчивается хорошо. Ну… для главных героев.

В чём любовь

Поспорили как-то собака и кот, кого больше хозяин любит. Собака с ним гуляла, играла, прыгала, он её покормил. На следующий день хозяин занялся котом: постриг его, гладил целый день, покормил.

Собака и говорит коту: "Я с ним больше времени провела". На что кот отвечает: "Зато для Меня хозяин больше сделал."

На третий день сосед попросил посидеть с ребёнком, поэтому хозяин животных оставил их дома.

Вечером вернулся со словами: "Ненавижу детей".

Кот и говорит собаке: "Вот видишь, с ребёнком он больше времени провёл, но он его ненавидит". Вот так кот обхитрил собаку.

Двое

Ситуация 1

– Привет.

– Здравствуй.

– Как дела?

– Ничего, сойдёт. Как твои?

– Ой, я сейчас увидела двух сосущихся мужиков! Фу, боже, аж вспоминать тошно.

– Понимаю.

– Да погоди ты, не перебивай. Так вот, подхожу я к этим мразям и как пинаю одного из них, тот аж упал, ну а я плюнула в лицо другому и убежала, что есть сил. Ненавижу геев.

– Вот это ты меня разочаровала…

– В смысле?! Почему?!

– За что ты их так?

– Потому что они педики!

– И что? Они, прежде всего, люди, а ты их ни за что…

– В смысле люди. Они твари, их убивать надо.

– Таких как ты нужно изолировать от общества, неадекватная. То есть ты хочешь сказать, что к человеку можно подойти и сделать с ним всё, что угодно.

– Да не люди они!

– Нет, люди. Просто их убеждения и вкусы отличаются от твоих.

– Ой, посмотрите-ка, какой толерантный.

– Дело не в этом, всё просто до смешного. Нельзя целенаправленно причинять другим людям неудобства. Вокруг тебя точно такие же люди, и если тебя так прям выворачивает от геев, то просто повернись и иди в другую сторону. Да, согласен, целоваться на глазах у всех это неприлично, но никак не даёт тебе право подходить к ним и делать всё, что вздумается.

– А почему ты их защищаешь, ты что, сам тоже гей?

– Нет, я не гей, но дело не в этом, а в том, что справедливо.

– А если бы ты увидел людей, которые тебе не нравятся?

– Я бы прошёл мимо.

– Фу, ну ты и скучный.

– Для тебя веселье это унижать и оскорблять? Знаешь, что, шла бы ты отсюда.

– Чего? Ты что, прогоняешь меня?

– Мне неприятно с тобой разговаривать, ты говоришь ужасные вещи. Уверен, что разговаривать с геями намного приятнее, чем с тобой.

***

– Боже, я сейчас такое увидел, бро.

– Чё ты увидел, бро?

– Там какая-то гомофобка проклятая подошла к двум целующимся ребятам. Ну, думаю, хочет сказать им, какие они милые зайки, а она, короче, пнула одного, плюнула в лицо второму и убежала, вот же она скотина!

– Не называй её так, чувак.

– Йоу, мэн, ты больной? Почему не называть? Если она ведёт себя, как неадекватное животное.

– И чё? Ведёт она себя, может, и как животное, но она тоже человек.

– Но она же…

– Да, она поступила отвратительно. Но это не повод оскорблять её. Люди, испытывающие ненависть к кому-то, сидят в говне. Такие ярые гомофобы измазаны в говне. Точно так же и люди, которые ненавидят гомофобов, измазаны в говне, просто это говно другого сорта, понимаешь?

– Что ты вообще несёшь, упоротый?

– Прекрати конфликт устраивать, мэн, если хочешь порамсить, то готовься к рэп-баттлу.

– С чего вдруг ты защищаешь гомофобов?

– Я защищаю в первую очередь справедливость. И я уже сказал, что она была неправа. Её поведение недопустимо, с ней просто нужно поговорить, если она и вправду неадекватная, то изолировать от общества, потому что она для него опасна, но нельзя её оскорблять и унижать, потому что это – измазывание в говне.

– Я имею право на свою позицию и свободу слова. Я же не в лицо её оскорбляю. Хочу и говорю про неё, что хочу. Я бы был в говне, если бы пнул её тоже. А вообще, стоило к ней подойти и объяснить её неправоту, а так я проявил безразличие, окей?

Ситуация 2

– Здравствуй.

– И тебе не хворать, дружище, заходи! Рассказывай, чего у тебя в жизни происходит?

– Живу весело, видишь ли. Сегодня вот только… с человеком одним поссорился…

– Хорошо его знал?

– Не-е-т, просто знакомый, но меня просто удивляет, что такие люди до сих пор существуют.

– А из-за чего поцапались?

– Мы не цапались, просто небольшая словесная перепалка.

– Ну?

– Так вот, я ему рассказал, как мой кореш одного пацана убил, естественно, за дело, а он мне пытался доказать, что людей бить нельзя! Ага, ему-то, огромному, говорить такую чушь.

– Почему чушь? По-твоему, людей убивать можно?

– Конечно, если за дело. Да там такой случай был: мой кореш и этот пацан, которого он завалил, в молодости ещё, в студенческие годы то бишь, вздорили часто, и этот пацан моего кореша постоянно избивал и оскорблял родных!

– Ты знаешь, бро, люди меняются. Вчера он сделал что-то, а сегодня ему стыдно! Он не виноват, потому что он был убеждён в том, что не делал зла. Даже если понимал, что делал, но делал, значит, с другой стороны: с его стороны – это было правильно!

– И что?

– Да то! Однажды человек либо сам осознаёт, что был не прав, либо ему кто-то об этом говорит, но он таков, каков есть, каким его сделали те или иные события. Нельзя убивать человека хотя бы просто потому, что он живой человек. Он может быть неправ, так надо объяснить ему. Как говорилось в «Собачьем сердце»: «К живому существу можно только внушением и лаской.» Как у тебя это вообще в голове умещается, вот смотри: идёт человек со своими понятиями и ценностями; пусть не сегодня, но через пару дней ему предстоит узнать что-то важное; и вот идёт он по дороге, написал своей маме смс-ку, мол, скоро будет, любит и целует её… а мать у него старая, навещает он её редко; и вот подходит какая-то свинья и просто убивает его! Из-за того, что было давно. Вся совокупность ценностей и убеждений, цепочка событий, которые с ним происходили, вся его жизнь, которая даётся один раз и не даётся больше никогда, – всё это в один момент просто так обрывается из-за какого-то отморозка, у которого есть какие-то детские обиды. По-твоему это нормально, что его мать будет потом убиваться из-за его смерти, видел когда-нибудь слёзы человека, который любил? Видел людей, которым больно!? А видел людей, которые спустя 10 лет после какого-то своего проступка не могут спокойно спать по ночам? Даже если человек-говно, для кого-то хорошего он является просто умницей. Твой знакомый всё правильно сказал, а с тобой я буду общаться тогда, когда научишься ценить человеческую жизнь, пошёл нахер с моей квартиры!

– То есть мою систему ценностей ты презираешь, хотя затираешь об уникальности каждой, и норм всё с тобой?

– Извини, но я тебя не убиваю за это. В своей квартире не хочу видеть таких, как ты, уходи.

***

– Убить живого человека, просто, блять, уму непостижимо.

– Что? Ты о чём?

– Да так, приятель один по работе рассказал… вернее, хвастался одной ужасной вещью. Говорит, мол, его друг кого-то убил из-за того, что тот избивал его в молодости.

– Что за бред? Это нормально вообще? А что ты ответил?

– Сказал, что людей нельзя убивать, а что ещё я мог на это ответить?

– Не то, что убивать, с людьми только лаской можно.

– Ну нет, некоторые люди понимают только через боль, но убивать-то зачем? Представляешь, сделаешь ты что-то плохое случайно, винишь себя, а однажды тебя за это лишают жизни и всё! Тебя больше никогда не будет на свете, ты станешь ничем… Как такие вещи могут поощряться людьми? Ведь это ужасно! Как будто никто ошибок не совершал и не старался быть самым крутым.

– Всё правильно говоришь, кроме одного: ко всем людям можно найти индивидуальный подход!

– Разве?

– Конечно! Необязательно кричать на человека или причинять ему боль. Ты ведь хочешь сделать так не для того, чтоб он понял, а чтобы выплеснуть ярость или обиду. А это не поможет. Вот этот человек, который убил, он потом жалеть будет. А если не будет, то тогда он, скорее всего, на самом деле псих, и от общества его нужно изолировать, как опасного для людей. Изолировать, но не калечить: ни морально, ни физически. Иначе, чем ты отличаешься от него?

– Но есть же люди, которые заслуживают…

– Нет, таких людей тоже нет. Каждому просто можно объяснить, почему он неправ, и он будет мучить себя совестью.

– Не думаю.

– А зря… Ты скажешь, что я наивная, но дело не в наивности, а в справедливости. «Как он мне, так и я ему» – это несправедливо. Махатма Ганди сказал однажды: «Если жить по принципу: око за око – весь мир останется слепым.» Понимаешь? Нельзя калечить людей, у них есть чувства, у них есть родные, мама, папа, братик, у них есть любимое блюдо. Каждый раз, когда захочешь кого-то оскорбить или унизить, просто представь, как этот человек мирно и спокойно спит, сопит носом. Возможно, ему снится что-то грустное и, когда он проснётся, он будет горько плакать. Ты можешь оскорбить человека, которому будет очень больно? Можешь пожелать человеку подавиться, когда он, возможно, после долгой диеты наконец-таки сел поесть своё любимое блюдо. Представляешь, как кто-то пожелает это тебе? Есть два принципа, на которых основывается вся нравственность и мораль: первое – твоя свобода кончается там, где начинается свобода другого, второе – не пожелай другому того, чего не хотел бы себе. Если бы ты мог это видеть так, как это вижу я, ты бы понял, как мне сейчас больно: видеть в людях столько ненависти…

– Да, я тебя понимаю…

***

– Привет. Как дела?

– Да вот всё думаю о своём с женой разговоре.

– Каком таком разговоре?

– Ну, я рассказал один случай, который мне друг рассказал. Там, в общем, всё грустно: один его друг убил человека, который в институте того обижал.

– Чё за бред? А твоя жена что?

– Плохо, говорит, нельзя живых людей обижать. Вообще никак. Ни физически, ни морально.

– И как? согласен с ней?

– Да.

– А я не совсем, вот.

– Почему?

– В цивилизованном обществе действительно: если человек ошибается, пусть сильно, ему можно просто объяснить свою позицию, – но проблема в том, что вокруг далеко не цивилизованное общество. Люди просто не понимают, что нельзя по-другому. Если бы люди были на месте тех, кого они обижают, они бы поняли, что так нельзя, но проблема в том, что они даже представить себе не могут, как можно попасть в такую ситуацию. Они будут обижать, но даже не потому, что никогда не поймут, это перерастает в жестокость.

– Таких людей надо изолировать.

– Всех не изолируешь.

– И что, нужно клин клином вышибать?

– Представь себе ситуацию: 7 класс, мальчик, который в этом возрасте либо не осознаёт, что причиняет своими действиями серьёзный моральный ущерб, либо у него в корне отсутствует понятие моральных норм, начинает домогаться до девочки, прижимает её к стенке, пытается расстёгивать лифчик. Его можно будет изолировать, но будет уже поздно. Психика девочки травмирована. Единственный способ охладить его, дать ему понять, что ему надо держать себя в руках, это хорошенько его стукнуть, разве нет?

– Ну, если бы он был на её месте…

– Но он никогда не будет на её месте.

– Неужели, человека можно ударить просто за его глупость?

– Для тебя это глупость? А если бы до твоей жены домогались?

– Вот представь себе, что этот мальчик ест своё любимое блюдо, или спит, или плачет. Ты его можешь ударить?

– Когда тебя домогаются, ты не можешь об этом думать. К людям, которые считают, что им всё можно, нельзя относиться по-другому. Нет, это не ненависть, это правильно. И опять же, если твою жену начнут насиловать у тебя на глазах, ты бы пытался убедить человека в том, что он не прав, говорил бы ему: «Одумайся, все ж мы люди, ну представь себя на её месте»? Нет, ты бы давно уже избил эту тварь, потому что иначе, ну, не получится иначе.

– Чёрт…

– Чего?

– Вот это ты меня озадачил. Вроде бы моя жена права, а вроде, и ты тоже прав.

– Неудивительно, в мире нет таких взаимоисключающих понятий. И она, и я – мы оба правы. Просто нет абсолютов, понимаешь? всё относительно, и в зависимости от ситуаций либо я буду прав, либо твоя жена. Вот и весь секрет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.