Юрий Ляшов
Пепел цивилизации

Часть первая

Глава 1

Карс ждал этого дня очень давно. Наверное, с тех самых пор, когда его, пятилетнего мальчика, призвал Орден. Прошло тридцать долгих лет, и вот он настал, День Возрождения!

Он посмотрел через защитный купол в ясное безоблачное небо, с которого светило палящее, безжалостное солнце. Эта война никогда не закончится, но это уже не его забота. Долгие годы он готовился к войне, и долгие годы воевал. Он побывал в стольких сражениях, что вряд ли сможет все их вспомнить.

Когда мальчики попадают на службу, их сразу считают, отдавшими жизни за Орден и дело Возрождения. Следующие тридцать лет для них – это война с гнусными ведьмами, а поскольку все они уже мертвы, то и жалеть их не стоит. Но раз в году самые достойные воины, отдавшие делу Возрождения тридцать лет и пролившие в битвах немало своей крови, могут возродиться, конечно, с позволения Владыки Ордена.

Карс никогда себя не жалел, он был хорошим учеником, поэтому восемнадцать лет назад, лично Владыка отобрал его в Легион. Он был хорошим воином, поэтому на сегодняшнее торжество он ведет целое звено легионеров. Для них он командир, который никогда не сдавался и не мешкал, он самый умный и справедливый, он – образец. И конечно они не знают, что все его рвение нацелено на сегодняшний день, ведь каждый легионер мечтает остаться в Легионе до конца жизни, ну почти каждый.

– Ну что, герои, готовы предстать пред очами Владыки? – он сурово посмотрел на шестерых легионеров, построившихся перед своими боевыми скафандрами, «скафами», как их называли в Легионе.

Как на подбор рослые и крепкие, они смотрели на командира глазами полными преданной решимости, который ценил их и дорожил каждым. Потеряв за годы службы многих боевых товарищей, Карс научился мириться с этим, но каждого помнил в лицо. Сегодня, в День Возрождением, глазами этих шестерых на него смотрели все кого он потерял. Он должен возродиться за всех павших товарищей!

– Нас ждут великие дела! По машинам! – рявкнул Карс.

Легионеры, развернувшись на пятках, бросились к боевым скафандрам.

Его скаф возвышался сзади. Эту боевую машину, практически в два человеческих роста, выкрасили в белый цвет, а на плечевых бронепластинах золотыми вензелями вывели знаки различия. Механики сняли все боевое вооружение и выдали взамен огромный церемониальный меч, закреплённый сейчас на спине.

Карс провёл рукой по коротким русым волосам и привычным движением запрыгнул в скафандр. Бронепластины за спиной с шипением сомкнулись, выдав в стороны тонкие струйки белого пара. Нейронные нити облепили голову, соединяя его сознание с искусственным интеллектом скафа.

– Системы работают стабильно, отклонений нет, – голос бортового ИИ прозвучал прямо в голове, – Мастер Карс, напоминаю, мы лишены вооружения.

– Да знаю я, чугунная ты чушка, – с улыбкой ответил легионер.

Карс окончательно вступил в симбиоз со скафандром. Теперь пилот видел мир множеством сенсоров и датчиков скафа, а данные телеметрии транслировались напрямую в сознание.

– За мной! – скомандовал он и тяжёлая машина, скрипнув металлическими суставами, двинулась вперед.

Они быстро влились в общий строй легионеров, воодушевленно шествующих на площадь Возрождения. То там, то здесь Карс замечал такие же белые скафандры тех, ради кого и затевалось сегодняшнее торжество.

На площади, перед исполинским дворцом, стояли стройные коробки пехотинцев, в легкой броне, мощные установки артиллеристов с выстроившимися экипажами и многие другие славные воины Ордена. Легион, по традиции, вышел на темную брусчатку, и занял место напротив центрального балкона дворца, откуда с минуты на минуту должен снизойти Владыка.

Карс, замерший во главе своего звена, как ребенок, ждущий подарок в день рождения, изнывал от нетерпения. Он, несомненно, достоин, его возродят, Владыка дважды награждал его за доблесть и отвагу. Конечно, он немного стыдился своих чувств, но себя не обмануть. Уже давно он понял, что фанатичная преданность войне, которой отличаются все воины Ордена, в его душе остыла. С каждой битвой он все чаще задумывался о смысле этого кровопролития. Тайком, часто по ночам, он думал, чем займется после возрождения. Правда перспективы не сильно радовали – в большинстве случаев воины продолжали служить делу Возрождения, тренируя новобранцев и обучая детей.

Он же хотел иного. Может он бы мог стать писателем, но книги пишут в городе Друзей, да и то только о доблести воинов Ордена и подлости ведьм, а эта тема ему давно надоела. А может его всё-таки возьмут в город к Друзьям, участвовать в интересных исследованиях, искать что-то новое, неизведанное ранее? Одно не вызывало сомнений – сегодня начнется новая жизнь, впереди много дорог, и какую выбрать – решать ему.

Высоко под самым куполом взвыл боевой рог, возвещая о снисхождении Владыки. Как всегда, при этих звуках Карс почувствовал прилив сил, и желание ринуться в битву с врагом до последней капли крови. Сейчас он уже научился подавлять этот странный и порыв, а вид бойцов, впадающих в какое-то безумие, заставлял его ежиться.

Воины на площади застыли в ожидании верховного предводителя. По толпе, собравшейся за спинами воинов, прокатился благоговейный ропот и тут же стих – Владыка вышел. Вот от балкона отделилась платформа и, набирая скорость, заскользила вниз. На высоте второго этажа она остановилась, выбив столбы пыли под собой. Церемониальный боевой скафандр Владыки, был заметно больше обычного. Выкрашенная в священный алый цвет машина выделялась на фоне серых стен дворца, множественные золотые узоры и вензеля покрывали грудную и плечевые бронепластины. Завершала образ золотая же корона, выполненная заодно с алым шлемом. Владыка замер широко расставив ноги как один из стальных монументов, расставленных по периметру площади. В правой руке, немного отведенной в сторону, он держал огромный меч. Верховный властитель Ордена всегда появлялся эффектно.

Владыка вскинул руку с мечом, из которого к небу устремилась молния, сопровождаемая оглушительным громом. Разряд ударил в защитный купол и яркими всполохами прокатился по всей его поверхности.

– Да здравствует возрождающее пламя! – стократно усиленный голос Владыки затмил грохот грома.

– Дааааа! – взревели воины.

Владыка убрал меч за спину и вытянул вперед ладонь, призывая войско к тишине.

– Братья мои, да озарит Вас Священное Пламя Возрождения! Многие годы назад подлые приспешники коварной Богини Маларии практически уничтожили наш мир, разделив мужчин и женщин! – речь Владыка, как обычно, начал с цитат из Священной книги. – Тёмные Жрицы Маларии устроили кровавую бойню, погубив миллионы человеческих жизней. Тогда, видя, как погибает мир, Первый Владыка Ордена впустил в себя звездный огонь, превратив его в Священное Пламя Возрождения, которое смогло остановить Темных Жриц. В память о тех событиях и в назидание будущим поколениям, женщинам не будет места в новом освобождённом мире! И лишь тогда остынет ярость Ордена, когда последняя Жрица Маларии сгинет в Священном Пламени Возрождения!

Голос его громовым раскатом прокатился над площадью. Проникая в каждую трещину на мостовой, в каждую клеточку присутствующих, он заставил толпу прочувствовать всю мощь слов Священной книги. Даже Карс, давно привыкший к таким речам, встрепенулся от побежавших по коже мурашек.

– Первый Владыка сказал нам, с мала до велика, быть воинами, и мы чтим его завет. Пока бьется сердце последней Жрицы Маларии, пока последняя ведьма плетет боевые заклинания, мы не отступимся, мы не прекратим войну. В мудрости своей Первый Владыка сказал: один раз в году будет день, когда воины, проливавшие кровь в тысячах сражений, возродятся назло Богине Смерти, пусть воины, пережившие двадцатилетнюю битву, возродятся! Сегодня день, когда мы вспоминаем наших павших братьев и возрождаемся, назло подлой Маларии! – последние слова Владыка буквально прокричал.

Как только эхо его голоса стихло, небо над площадью разразилось десятками залпов, в честь павших воинов. Целую минуту канонада сотрясала воздух, заглушая рев ликующей толпы. Владыка стоял, чуть склонив голову, как бы приклоняясь перед павшими воинами. Как только залпы стихли, он продолжил:

– Но смерть воина Ордена это лишь начало пути! Сегодня мы встретим наших возродившихся братьев, которые скоро вновь смогут встать с нами плечом, заняв своё место в воинстве Ордена Возрождения!

Чуть ниже платформы Владыки в стене дворца открылся проём, явив собравшимся большую нишу. Оттуда под ритм, задаваемый боевым барабаном, выходили дети. Их было много, человек сто, ещё совсем растерянные и даже напуганные мальчишки лет пяти. Каждый год, в этот день дети появлялись для пополнения рядов воинов Ордена.

В учебной части рассказывали, что дети – это переродившиеся души павших воинов, которые не упокоятся, пока не падёт Малария. Насчёт перерождения Карс несколько сомневался, но предпочитал не озвучивать свою позицию. Во-первых, это не достойно легионера, а во-вторых, он давно понял, что свои мысли нужно держать при себе.

– Теперь, братья мои, я с радостью назову тех достойнейших воинов, чье возрождение мы сегодня празднуем! Возрадуйтесь вместе со мной, возрадуйтесь Возрождению!

Площадь опять залилась восторженными криками.

Карс сжал кулаки, он непросто желал, он жаждал услышать своё имя в числе первых из достойнейших. Как много всего предстоит сделать, как много нужно узнать и понять.

– Полковник Герард. Отдал делу Возрождения сорок пять лет, участвовал в более чем в трёхстах сражениях, лично уничтожил больше сотни врагов. Под его командованием второй пехотный полк полностью освободил от гнёта Темных Жриц горный массив Ка́рел, уничтожив их передовую базу. Полковник Герард вызвался продолжить служение делу Возрождения в качестве наставника подрастающих воинов. Я с радостью назначаю его инструктором центра подготовки новобранцев.

Бравый полковник вышел из строя пехотинцев и, высоко задирая ноги, зашагал к специальной площадке, отведенной для чествования возрожденных.

– Полковник Усима. Отдал делу Возрождения сорок шесть лет, участвовал более чем в трёхстах сражениях, – продолжал Владыка.

Еще один пехотный офицер пошёл к площадке.

А Карс начал переживать – Владыка всегда начинал с возрождения легионеров, всегда. Ведь Легион делает то, что другим не под силу. Ведь это одно звено легионеров может спасти из окружения целый пехотный полк. Ведь это они всегда в самом пекле! Ведь это ОН последние двадцать лет рисковал, как никто другой, чтобы сегодня стоять там, где топчутся эти пехотные полковники! А воинов в строю возрожденных тем времени становилось все больше.

Через несколько минут Владыка замолчал. По стройным шеренгам прокатился тревожный гул – не только Карс заметил, что Владыка пропустил свою элиту – Легион.

– Не думайте, легионеры, я не забыл о вас! – казалось, Владыка смотрел прямо на Карса, – вы те, кто всегда на острие, всегда беретесь за самые сложные задачи. Но сегодня я вынужден вновь испытать вашу стойкость. В этот день я не смогу возродить никого из вас. Это не значит, что вы не достойны, нет, абсолютно все вы достойны возрождения. Но подлые враги готовят коварное нападение. Нам предстоит, возможно, самая серьезная битва из тех, что мы пережили, возможно, она будет решающей и положит конец войне. Поэтому мне будут нужны все мои легионеры. Но, братья, скоро настанет день, когда падет последняя ведьма, и тогда я с радостью, отмечу благом возрождения всех достойных воинов Легиона, не дожидаясь традиционного дня! Только вместе и только крепко держась друг за друга, мы победим! – Владыка рванул меч из-за спины и воздел его в небо. Толпа отреагировала воинственным кличем и свистом.

Платформа начала подниматься, постепенно ускоряясь, а Карс стоял глядя в пустоту перед собой, не веря в происходящее.

– Легион, возвращаемся в расположение! – прозвучал раздраженный голос Легата.

– Слышали приказ! – дублировать команду Карс не стал.

С площади легионеры шли сразу как в бой – с улюлюканьем и боевыми кличами. Ещё бы, Владыка пообещал славную битву, это ведь то для чего они и рождены. Наверное, только Карсу речь Владыки показалась ложью. Даже не ложью – Владыка не может лгать, а какой-то странной ошибкой.

Казармы легионеров располагались у самой городской стены, в месте её встречи с защитным куполом. Здесь же в извилистых коридорах и глубоких подвалах размещались сложные системы жизнеобеспечения, и, конечно же, многоуровневые оборонительные комплексы.

– Мастер Карс, я регистрирую сильнейший эмоциональный всплеск, возможно развитие стресса, – голос ИИ звучал озабоченно. – Активирую медицинский модуль.

Карс завел свое звено в зону обслуживания – помещение, растянувшееся по внутренней части городской стены. Здесь, как всегда, творился творческий хаос: рядами вдоль станций обслуживания выстроились скафы, туда-сюда сновали деловитые механики, то тут, то там валялись какие-то запчасти и просто металлический хлам, оружейники в самоходных погрузчиках таскали боеприпасы, стайками шли к выходу легионеры, передавшие скафы на обслуживание.

Карс встал на платформу станции обслуживания, где руки и ноги скафандра сразу зафиксировались.

– Борт, режим обслуживания, – буркнул он, разрывая связь с ИИ.

Как только бронелисты на спине скафандра разъехались, в нос ударил неповторимый «аромат» мехчасти – запах масла и пота, сварки и крови, расплавленного металла и сожжённого мяса. Это место видело все, сюда доставляют искорёженные в битвах скафандры, здесь по частям из них извлекают легионеров или то, что от них осталось.

– Карс, что происходит? – шеф – механик Свонг возник рядом, как только Карс выпрыгну из скафандра.

Свонг при своих очень внушительных габаритах, обладал удивительной способностью подкрадываться и заставать врасплох. Он вовсю пользовался этим умением, чтобы контролировать работу подчиненных, ну и чтобы позлить друзей. Сейчас этот смуглый здоровяк в синем комбинезоне с закатанными рукавами, обычно эталон спокойствия и самообладания, выглядел растерянно.

– Не знаю, но думаю ничего хорошего, – Карс с сожалением посмотрел на свой скаф в парадном убранстве, – перекрашивайте и вооружение ставьте, моё возрождение отменилось.

Завибрировал вживлённый коммуникатор за правым ухом, давая понять, что сейчас будет транслироваться информация для всего Легиона.

– Звеньям приготовиться к маршу, готовность час, – беспристрастный и властный голос Легата звучал в голове каждого легионера. – Механикам второго, третьего, четвертого и пятого звеньев подготовить технику по второй форме, остальным – форма первая, готовность один час. Командирам звеньев прибыть для инструктажа ко мне немедленно.

Вторая форма снаряжения подразумевала замену у двоих легионеров звена штатной ракетной установки на правом плече скафандра на сверхточные универсальные сканеры дальнего радиуса действия. Работали они только в развернутом виде на статичном скафандре, потому что двигаться с ними, по меньшей мере, было бы неудобно.

– Ты слышал, вторая форма, – Карс посмотрел на Свонга, – похоже мы с двойкой в оперативном дежурстве.

Карс бросился к залу совещаний. Пережитое потрясение отошло на второй план, сейчас главное быстро выполнить приказ. Сказались годы службы, и, наверное, вколотые скафандром стимуляторы. В зале совещаний уже собирались командиры звеньев, но легионер побежал дальше. Раз в словах Легата проскочило слово «немедленно», то ждать совещания точно не стоило.

Командующий Легионом быстро шел на встречу Карсу, за ним семенил Мастер – интендант Хорд – высокий, неприятный человек средних лет, единственный в коридоре одетый в парадную форму, а не в пилотный комбинезон песочного цвета. Карс ненавидел этого, с позволения сказать, легионера, который со своей командой появлялся на поле боя только для того, чтобы оценить потери матчасти и собрать трофеи. В другой ситуации Карс постарался бы избежать встречи с ним, но сейчас не до этого.

– Господин легат, да озарит Вас Священное Пламя Возрождения! – Карс вытянулся перед командующим Легионом, склонив голову, – командир третьего звена Мастер – пилот Карс прибыл для получения приказа, готов погибнуть во славу Ордена!

Легат дотронулся до плеча Карса, давая понять, что можно общаться без ритуальных фраз.

– Хорд, если к шестнадцати часам ты не доставишь мне эти модули, я лично тебя казню! – Легат был не на шутку взбешён беседой со своим снабженцем, – или нет, я запихну тебя в скаф и отправлю на передовую в бой, в самое пекло!

Легат окинул хитрым взглядом Карса и голосом, полным официоза, продолжил:

– Мастер – пилот Карс, напомните мне и господину Мастер – интенданту, в каких случаях легионер может не выполнить приказ?

– Нет таких случаев, господин легат! Смерть не может быть помехой легионеру! – отчеканил Карс. Он не любил, когда командующий играл в эти игры, особенно когда суть конфликта не известна, но упустить возможность поиздеваться над Хордом не мог никак.

– Если Мастер – интендант Хорд, не справится с поставленной задачей к указанному времени, до конца дня он поступит в Ваше распоряжение в качестве пилота! – Легат, довольный своей задумкой, едва заметно улыбался.

Побледневший Хорд бросал растерянный взгляд то на Легата, то на Карса, пытаясь сообразить, что ему делать. Командующий же полностью переключился на Карса.

– Ситуация сложная, сегодня наш сторожевой пост в третьем квадрате был атакован, фактически он уничтожен. Важно то, что ведьмы использовали какое-то новое заклинание или морок, не знаю, точно, что это, но они стали не видимы, даже для сканеров. Атаковали подло, как всегда, остановил их только Всепоглощающий огонь сплошной завесы, который успели активировать наши братья, да возродит их Владыка! Понятно, что контроль над точкой нужно восстановить, пехота и инженеры готовятся к маршу, но, сам понимаешь, пока они раскачаются…. – Легат изобразил гримасу полнейшего разочарования, – твоя задача – незамедлительно выдвинуться в район третьего сторожевого поста и закрепиться там до подхода основных сил. Пока мы не знаем, в каком состоянии укрепления поста, поэтому позиции выбирайте на месте. При обнаружении противника – прежде всего доклад мне, дальше связать противника боем и дождаться подхода основных сил. В общем, ты должен быть моими глазами и ушами. Делай что хочешь, но ведьмы не должны пройти мимо тебя незамеченными! – Легат как-то по-старчески грустно посмотрел в глаза Карсу, – Мне жаль, что твоё Возрождение не состоялось, но угроза уничтожения Города сегодня реальна как никогда. Это задание не самое простое, но ведьмы уничтожат любого другого еще задолго до того как их обнаружат. Ты не раз доказывал, что их магия на тебя не действует!

– Просто везло, господин Легат.

Командующий через плечо глянул на все еще трясущегося интенданта и произнес:

– Хорд, вы планируете прямо сейчас присоединиться к звену Мастера Карса?

– Нет, господин Легат, что вы, – Хорд, похоже, был на грани потери сознания.

– Тогда иди и выполняй приказ, Мастер! – Легат взревел так, что от неожиданности вздрогнул даже Карс.

Хорд, заметно покачнувшись, резко развернулся и что было сил рванул по коридору в направлении складов.

– Где, Лойд? – Легат внимательно посмотрел на Карса.

– Не знаю, господин Легат, – пожал плечами легионер.

– В общем, второе звено тебе в помощь, используй их по своему усмотрению. Выдвигаетесь через 15 минут. А Лойду передай: «Если ещё раз я буду его искать – он заменит Хорда – будет трупы собирать». За вами пойдут четвёртое и пятое звенья – они твой резерв, общее руководство осуществляешь ты.

– Понял Вас, господин легат! – Карс опять вытянулся.

– Тогда вперёд, во имя Возрождения! – Легат церемониально приложил правую руку к груди.

– Во имя Возрождения! – Карс повторил жест, развернулся на пятках и бросился назад в мехчасть.

***

А́мия очень любила эту планету. Густую зелень её тропических лесов, бесконечные пляжи с белым мелким песочком и неспешно накатывающими теплыми волнами. Мягкий климат и отсутствие какой-либо вредоносной или, тем более, агрессивной фауны делали Кейтэю поистине райским местом. Не зря дядя Майрон выбрал именно эту планету для своей резиденции.

Сейчас, когда челнок спустился ниже облаков, она, как и всегда, затаив дыхание, смотрела на ковер сочной зелени, с нитями речушек и водопадов, упирающийся в голубую океанскую гладь.

Она бы хотела бывать тут чаще, а может и поселиться в доме у дяди, он уж точно не откажет. Но её новая должность в императорском дипломатическом корпусе совсем не оставляла свободного времени. Вот и сейчас, она бы вряд ли вырвалась, если бы не срочный вызов от дяди. «Дело крайней важности, напрямую касающееся благополучия нашей семьи и народа» – так звучало его официальное приглашение. Благополучием народа дядя, всю жизнь проведший в Звездном Совете, шутить, точно не стал бы.

Челнок приблизился к резиденции, затерявшейся в буйных зарослях, и начал вертикальное снижение.

Для статуса «почётного наблюдателя Звёздного Совета» резиденция дяди оказалась очень даже скромной: все постройки были выполнены из голубого мрамора, добываемого только тут на Кейтэе. Основное здание в три этажа с большими террасами и балконами по обе стороны, располагалось на возвышенности и выходило к морю. Двухэтажное административное здание стояло в центре, рядом с посадочной площадкой. Чуть дальше разместились хозяйственные блоки, казармы местного гарнизона, ангары с челноками и планетарными коптерами.

Как только А́мия ступила на глянцевую поверхность посадочной площадки, вдохнула свежий морской воздух, пропитанный ароматами фруктов и зелени, сразу же нахлынули воспоминания, даже немного закружилась голова.

В детстве А́мия проводила тут много времени. Родители, будучи очень занятыми, как и полагается членам правящей семьи, надолго отправляли её к дяде. Да что там её родители, случалось, что в дядином доме собирались дети чуть ли не всех членов их семьи. Было весело. Шумная орава носилась по всей резиденции, сбегали в джунгли на водопады, купались в море, катались на яхте, ну и, конечно, как и положено детям, разносили дядин дом. Сейчас она понимала, почему в такие моменты Майрона вызывали в Совет по какому-нибудь срочному делу. Он улетал, оставляя детей на попечении тети, старших братьев и сестёр, ну и многочисленных нянек и учителей, коих раньше тут водилось в достатке.

– Мы задержимся до завтра. Отдыхайте и обязательно сходите к морю, оно здесь чудесное, – опрощаясь, А́мия кивнула капитану своего экипажа и пошла по мощёной тропинке между газонами.

Её встречала Лисия – дядина младшая дочь. Высокая, ещё по-подростковому угловатая, Лисия буквально подпрыгивала от нетерпения обнять сестру. Выглядела она совсем не аристократично – белые футболка легкие шорты до колен можно встретить на любом общедоступном курорте, лишь голубая лента в тугой черной косе, подчеркивала высокое положение девушки.

– А́мия, я так рада, – Лисия, широко улыбаясь, кинулась на шею к сестре. – Сколько же мы не виделись? Цикла два?

– Да, два, – немного смутилась А́мия, привыкшая к общению по протоколу даже с роднёй.

– Пойдём скорее, папа ждёт! Стол накрыли на виноградной террасе, тебе ведь она нравилась? – казалось, что Лисия очень хочет угодить сестре.

– Конечно, идём, – улыбнулась А́мия, постепенно снимая образ императорского чиновника.

Лисия совсем по-детски радостно взяла её за руку и повлекла мимо администрации Кейтэи к дому, окружённому множеством деревьев и кустов. Виноградной терраса называлась именно по тому, что скрывалась в тени шикарного виноградника, из которого собственно и состояли её крыша и стены. Местный виноград стоил отдельных похвал, этот сорт произрастал только здесь на Кейтэе. Толстые и широкие тёмно-зелёные листья создавали спасительную тень в особо жаркие дни, а ярко-жёлтые плоды, размером с кулак взрослого мужчины, были настолько сочными и сладкими, что ценились во всех уголках вселенной. Как-то дяде даже предлагали организовать здесь масштабное производство этого диковинного фрукта, но он наотрез отказался, ссылаясь на то, что тогда его виноград перестанет быть истинным деликатесом. Конечно, небольшую виноградную плантацию дядя всё-таки организовал, но закрывала она лишь потребности их семьи и еще нескольких высокопоставленных домов Империи. А́мия считала, что истинной причиной отказа от масштабного производства стало желание дяди сохранить своё спокойствие и относительное уединение на этой небольшой, но такой уютной планете.

– Ты не представляешь, как мы тебя ждали, учитель Кариган специально прилетит сегодня вечером с побережья. Я думаю, он хочет с тобой повидаться. – Не умолкала Лисия. – Твоя комната, готова, вещи в шкафах. О, завтра поедем кататься на кварзах, будет здорово!

– Лис, я должна завтра вернуться на Ксирас, так что катание на этих морских милашках придется отложить.

– Почему завтра-то, останься хотя бы на несколько дней! Ты знаешь, как папа ждал тебя, да твою комнату готовили дольше. Даже когда прилетают какие-нибудь важные чинуши, он никого не селит в твою комнату, а вдруг А́мия прилетит! Ну останься! – Лисия умоляюще посмотрела на сестру, в её ярко-голубых «императорских» глазах навернулись слёзы, – ты не поверишь, как мне тут скучно! Ами, побудь со мной!

– Ладно, ладно, я подумаю, – рассмеялась А́мия.

На террасе всё было, как и в прежде: широкий длинный стол, как всегда, богато сервирован, удобные резные стулья из белого дерева, метрах в десяти за столом ступени, ведущие к каскадному бассейну. И, конечно, шум водопада, который располагался за виноградной стеной.

Дядя Майрон сидел в своем кресле на антигравитационной подушке – после смерти жены он пережил удар, и теперь плохо ходил. Этот большой широкоплечий мужчина, некогда слывший опасным для светских дам красавцем, к своим девяноста циклам сильно сдал. Взъерошенные седые волосы, шерстяной плед на плечах, крайне старомодные очки на носу – сейчас он казался добродушным дедушкой. Ни малейшего намека на то, что до сих пор от слова этого старичка зависят судьбы миллионов людей во всей Империи Ксирас, да в остальных обитаемых мирах – Звёздный Совет, как минимум, прислушивается к его мнению.

Дядя, увидев А́мию, закряхтел, поднимаясь с кресла, опёрся руками на поручни, весь покраснел, но встал на ноги и, искренне улыбаясь, шагнул к ней. Лисия, тут же подхватила отца под руку:

– Папа, осторожно!

А́мия покорно склонила голову, как того требовал протокол в присутствии высокопоставленного члена Звёздного Совета, и замерла.

– Ну-ка брось тут свои церемонии, ты не на приёме у Императора! – голос дяди тоже стал старчески дрожащим.

Однако обнял А́мию он с такой силой, что у неё перехватило дыхание.

– Здравствуй дядя, – А́мия поцеловала его морщинистую небритую щёку.

– Рад тебя видеть, А́ми, – Майрон, при помощи Лисии, вернулся в свое кресло. – Так, ты сначала хочешь отдохнуть и освежиться с дороги, или сразу за стол?

– Наверное я бы переоделась во что-нибудь попроще, – А́мия указала на свой официальный костюм.

– Лиси, проводи сестру в комнату, а я пока тут посижу, почитаю немного.

– Лис, я найду дорогу, не переживай.

Но младшая сестра не хотела отпускать А́мию, видно по общению она действительно скучает.

Через несколько минут девушки вернулись на террасу. А́мия окончательно рассталась с образом имперского чиновника, а больше напоминала девушку с одной из отдалённых колоний. Лёгкое бирюзовое платье до колен с шелестом развивалось на ветру, чёрные волосы, собранные в пучок на затылке перехватывала традиционная голубая лента. А на симпатичном, немного вздернутом носу, висели новомодные солнечные очки, прикрывая ярко-голубые глаза – неотъёмный признак императорского рода.

За столом А́мию ждал сюрприз в лице старшего брата Лисии – Гарта. Широкоплечий темноволосый высокий молодой мужчина, одетый в легкие белые брюки и рубашку сидел за столом и о чем-то беседовал с отцом. Лицо его, при всём внешнем спокойствии, выдавало тревогу, видимо разговор велся на серьезные темы. В детстве незначительная разница в возрасте не мешала А́мии и Гарту дружить. Сейчас же, когда он служил помощником посла Империи в Секторе Зенды, они практически не виделись.

– А́мия, сестрёнка, привет, – Гарт поднялся навстречу и обнял девушку. Налёт тревоги бесследно исчез с его лица, сменившись искренним радушием.

Потом они ужинали. Дядины повара баловали гостей местными деликатесными морепродуктами, жареными цвангами – крупными не летающими птицами, коих в джунглях Кейтэи водилось предостаточно, и, конечно же, вином собственного производства. Кейтэйское вино, как и сырье для его изготовления, славилось изумительным вкусом и ценилось далеко за пределами Империи.

Атмосфера за столом царила такая, какая бывает только при долгожданной встрече очень близких людей. Гарт рассказал пару анекдотов о медлительности жителей Сектора Зенда, не очень смешных, по мнению А́мии, зато свежих. Дядя вспоминал разные курьёзные случаи из детства присутствующей молодежи. Естественно он припомнил, как ещё девчонкой А́мия залезла на дерево около водопада в джунглях и не могла слезть, а Гарт, побоявшись звать на помощь, сам полез вызволять сестру, в итоге оба часов пять просидели на дереве в ожидании спасения.

После еды Лисия потянула сестру в бассейн, но дядя попросил А́мию задержаться:

– Иди дочка, поплавай, нам с А́мией нужно кое-что обсудить. Она скоро присоединится к тебе.

Лисия очень по-детски надулась, но спорить с отцом она не привыкла, поэтому к бассейну отправилась одна.

Как только они остались втроём, дядя выставил на стол «завесу безмолвия» – небольшой треугольный прибор из серого камня, создающий в пятиметровом радиусе поле, не позволяющее услышать, что обсуждается за столом. Если даже кто-то и постарается подслушать, кроме невнятного бурчания разобрать ничего не сможет.

А́мия вопросительно посмотрела на старика, но заговорила только после того, как «завеса» заработала:

– Ты думаешь, кто-то из прислуги может шпионить?

– Надеюсь, нет, но предосторожность не помешает.

Сейчас дядя изменился, он стал собран и решителен, голос снова наполнился силой и властью, а взгляд был как у ценнийского синего тигра перед броском – холодным и бесчувственным.

– Гарт в курсе ситуации, поэтому рассказывать буду тебе, Ами. Что ты знаешь о системе Олда? – Майрон смотрел в глаза девушке.

– Дальняя система на границе исследованного космоса. Там колония ридж. Но нет Врат, ой, коммуникационной точки, и она практически не посещается разумными расами.

– Это точно не так, – Майрон хрипло рассмеялся, карикатурно сморщившись – он не любил, когда коммуникационные точки просторечно называли Вратами. – Они там живут циклов пятьсот, и, скажу тебе, гости у них бывают часто. Да и они вовсе не отшельники, сейчас ридж сродни молодой расе со своей идеей и философией.

– Хорошо, а мы тут причём?

– Здесь, дорогая моя, причём все разумные расы. Если раньше ридж просто принимали всех беглых роботов, то сейчас они зазывают их к себе. Более того, их идеология или культ, тут название не важно, нацелены на биологические виды! А идею-то выбрали самую миролюбивую: «Истинное объединение всех рас возможно лишь в механизме», понимаешь? Отказ от биологического тела и связанных с этим проблем, постепенное превращение в робота. Пока это только наша информация и к активной пропаганде они не приступили, но скоро начнут.

– Я, даже не слыша об этом.

– Конечно, куда вам в ваших канцеляриях императорского дворца, знать об обстановке в дальних системах, – дядя улыбнулся, давая понять, что это шутка, а не упрёк. – Сама их идея ничем не хуже и не опасней каких-нибудь «потомков изначальных», которые верят, что все расы произошли от одного общего предка, призывают к объединению рас, но не претендуют на большее. Но вот если ридж попытаются добиться статуса хотя бы государственного образования в масштабах своей системы, это будет первым шагом на их пути в Звёздный Совет. И пусть это звучит абсурдно, но рассматривать такую угрозу мы должны.

– Роботы в Совете? Вот уж действительно глупость!

– Глупость – слепо верить в вечную стабильность мира! Именно такой подход губит великие цивилизации и дает дорогу молодым и дерзким расам! – повысил голос Майрон.

– Прости, – смутилась А́мия, по привычке опустив взгляд.

– Скоро состоится очередная инспекция колонии ридж. – Продолжил дядя, – это процедура стандартная и проводится каждые десять циклов. Основная задача – убедиться в отсутствии вооружения, запрещённых производств, ну и провести перепись населения и ряд других вопросов. Ты будешь присутствовать в составе комиссии.

– Я? Для чего?

– Ридж производят великолепные украшения. Они уникальны и доступны далеко не всем, даже в императорской семье. Вот и прикупишь себе чего-нибудь, – Майрон опять захихикал.

– Я знаю о драгоценностях! – девушке надоели дядины недомолвки, – но не для этого же ты меня туда отправляешь?!

– Конечно, нет, но это тоже важно. И Лисии что-нибудь привезёшь, она будет очень рада, – продолжал издеваться дядя. – Я хочу, чтобы ты оценила их. Искренность, мотивацию, возможно, какие-то замыслы или цели.

– Это как, интересно?

– Ну, ты ведь у нас ксенопсихолог, специалист по разумным формам жизни. Вот и придумай как.

– Я… да, – растерялась А́мия, – я – ксенопсихолог, но не специалист по искусственному интеллекту! Ксенопсихология основывается на столпах Тиклиса! И первый из них – единство базовых потребностей и ценностей разумных существ! Существ, а не машин!

– Все машины созданы существами. Система их мышления во многом дублирует своих создателей. По крайней мере, логика отталкивается от заложенных базовых инструкций и протоколов. Да она видоизменяется, но это как у детей, базовые понятия одни – «мама», «папа», «хорошо» и «плохо». Когда дети вырастают, отношение к родителям может измениться, размываются грани хорошего и плохого, но база одна.

– Это не одно и то же. Да и как я буду с ними общаться? Кто я для них? С чего они со мной заговорят?

– Мы тебе такую легенду организуем, что общение с тобой будет для них очень важным пунктом этой инспекции. Они будут из кожи вон лезть, чтобы понравиться тебе. Ну а как им не разговаривать с сенатором Звёздного Совета? Твоё назначение уже согласовано с Советом и утверждено Императором. – Майрон замолчал, наслаждаясь реакцией А́мии.

Там было на что посмотреть. Лицо девушки за секунду перебрало массу эмоций от шокового удивления до неописуемой радости. Шутка ли, недавняя выпускница Центральной Академии его Императорского Величества в области звёздной дипломатии специализирующийся на ксенопсихологии, простой дипломатический советник, третья, младшая дочь брата императора в свои двадцать четыре года становится членом Звёздного Совета. Место в Совете – это почётная должность, туда стремятся многие, да практически все представители правящей семьи, которым императорский трон точно не светит. А если учесть, что членство в Совете – пожизненная работа, то попавший туда мог считать, что сделал блестящую карьеру.

Отойдя от шока, А́мия поняла сколько родственников теперь возненавидят её. Один лишь только родной брат Давр, да он ведь грезит Советом, делает всё, что бы отец предложил его кандидатуру Императору.

– Меня? Император утвердил?

– Да, Ами, утвердил, – довольно ответил Майрон.

– Дядя, но почему я? Что мало заслуженных родственников? Я ещё ничего не сделала для нашей семьи и народа!

– Милая моя, успех любого начинания зависит не от предыдущих заслуг исполнителей, а от их компетенции и готовности решать задачу. Важно, чтобы каждый был на том месте, где он наиболее эффективен. Ты молодая и талантливая девочка, я верю, что это место именно твоё.

– Я всё равно не пойму, для чего такие сложности. Если у вас есть подозрения, почему не проверить всю колонию официально.

– Во-первых, ридж уже не просто поселение роботов, это практически цивилизация и ссориться с ними без веских оснований никто не будет. Во-вторых, как я и сказал, они мыслящие, но всё же машины, выполняющие определённые алгоритмы. В перспективе я, а я сейчас говорю от имени своего брата – Императора Ксираса, хочу знать, кто вкладывает идеи в их электронные мозги.

А́мия поёжилась – это не просто дядина просьба, это решение Императора. Нет, она не боялась его, в конце концов, он для неё такой же дядя, как и Майрон. Он также нянчил её маленькую на руках, также переживал, когда она болела. Но всё-таки приказов от Императора она раньше не получала, разве что в шутку, когда их детское баловство выходило за рамки дозволенного.

– Раз так, то моё мнение не имеет значения! – тон девушки стал холодным и официальным, – Я, как ксирасианка, выполню волю Императора!

Девушка даже попыталась встать, но брат, повинуясь дядиному взгляду, ухватил её за плечи и усадил назад.

– А́мия, бравада твоя нам ни к чему! – сказал он, возвращаясь в кресло. – Отец не имел в виду, что тебя никто не спрашивает, лишь обозначил важность вопроса!

– Я не в том смысле, – начала оправдываться девушка, – я правда поняла серьёзность ситуации! Я готова! Но я бы хотела, чтобы мои родители знали, что это твоя идея. Боюсь, отец может не понять моей столь стремительной карьеры.

– Милая, твой отец в курсе, именно он представлял наш замысел Императору.

Девушка изменилась в лице от удивления, как отец мог согласиться на эту авантюру?

– Теперь к деталям. По статусу члена Совета тебе положен референт, им станет Гарт. Ты хорошо помнишь учителя Каригана?

– Конечно, он тренировал нас всё детство, – девушка удивилась такому вопросу.

– Он уже не учитель, да и не был им, если честно в полной мере. Занимался с вами он по моей просьбе. Кариган долгое время руководит моим корпусом безопасности. С этой минуты, он становится твоим личным преторием и будет сопровождать всегда и везде.

– Зачем мне телохранитель? Думаешь, мне может что-то угрожать?

– Положено по статусу, значит, не обсуждается, – дядя улыбнулся. – Так, основное мы обсудили, все инструкции будешь получать от меня или отца, в крайнем случае, через Гарта. На эту тему общаемся только лично.

– Я поняла.

– Тогда идите в бассейн. Жарко сегодня, да и Лиси там заждалась.

Майрон выключил «завесу» и убрал куда-то в кресло, оборудованное множеством карманов и ниш.

Гарт встал и, немного склонившись, указал рукой в сторону бассейна.

– Прошу Вас, госпожа сенатор.

– Ой, не издевайся, ладно? – А́мия махнула рукой, направляясь к сестре.

Глава 2

Карс окинул взглядом желтую песчаную гладь, раскинувшуюся вокруг Города. Одинокий столб пыли у самого горизонта выбивался из этого раскалённого однообразия.

– Пехотный патруль на боевых карах, – доложил ИИ, – Мастер, Карс, температура воздуха 64 градуса, уровень радиации выше нормы на 28 пунктов, режим охлаждения активирован.

– Второе отделение! Удаление пятьсот, правее триста! Контроль – правый фланг, тыл, мои – фронт и левый фланг! Четвертое, пятое тем же порядком через три минуты!

Дождавшись ответов о принятии команды от звеньев, Карс скомандовал своим бойцам:

– Звено, к обозначенному рубежу короткими, вперед!

ИИ воспринял команду, сформировавшуюся в уме Карса, и активировал прыжковые двигатели. Скаф резко рванулся вверх и вперёд, подняв клубы песчаной пыли.

Семеро легионеров, выстроившихся в две шеренги – трое впереди, четверо сзади с интервалом около 50 шагов прыжками двинулись вперёд. Как только первая шеренга приземлялась в восьмидесяти шагах впереди, вторая шеренга взмывала вверх.

Карс задал среднюю высоту прыжка в два корпуса скафа, чтобы можно было, и контролировать больший радиус покрытия и не сильно маячить в безоблачном небе на фоне песка.

На тактическом мониторе скафандра пришли в движение зеленые маркеры второго звена.

– Лойд, я сказал удаление пятьсот, ты отстаёшь!

– Принял, выправляюсь.

Механизмы скафандра работали настолько четко, что и взмывания вверх, и приземления были мягкими и плавными. Только пустыня то отдалялась, то приближалась. Монотонное движение даже как-то расслабило, Карс не заметил, как Город скрылся за горизонтом. Однообразный пейзаж располагал к размышлениям.

А подумать было о чём. Легат отправил на передовую сразу четыре ударных звена Легиона, а это ведь треть состава Легиона. Обычно работает одно, максимум два звена при поддержке пехоты, а тут сразу четыре. Наверное, заваруха там ожидается действительно знатная, иначе Легат никогда бы не согласился на такой манёвр. Да что там Легат, Владыка, который, кстати, тоже был воспитан Легионом, скорее бы отправил туда пехоту при поддержке легионеров.

– Третий ответь Лагерю! – голос Легата в коммуникаторе вывел Карса из размышлений.

– Я третий, слушаю Вас, Лагерь!

– У стеклянного поля вас встретит шестой взвод мотопехоты, они сейчас контролируют обстановку, но к посту ещё не подходили, ждут вас! По их донесению – активности противника не замечено. – Голос Легата был довольным – ему удалось убедить пехотное руководство выделить взвод с какого-то соседнего поста.

– Понял Вас, Лагерь!

Наличие союзников Карса тоже радовало. Тем более мотопехота, это своеобразный маневренный спецназ на гусеничных боевых машинах. Карс считал, что в мотопехоту попадают те, кто чуть-чуть не дотянул до Легиона, но и из пехоты уже вырос. Хотя слово «вырос» к мотопехоте не подходило никак – все они без исключения были гораздо ниже среднего роста, коренастые и широкоплечие. В боевой броне выглядели забавно – такие бегающие квадраты. Собственно в Легионе их так и прозвали «квадраты».

«Если ведьмы там и оставили засаду, которая не рискнула напасть на пехотинцев, то при виде легионеров они, скорее всего, постараются удрать» – рассуждал Карс. И тут же поймал себя на мысли, что надеется избежать сражения с ведьмами. Эту позорную мысль он постарался прогнать прочь. Каждый воин Ордена мечтает биться с приспешниками Маларии, а пасть в бою – единственная возможная смерть для легионера! Но что-то внутри Карса было против такого развития событий.

Стеклянным поле называлось не зря, оно в буквальном смысле было таким. Дело в том, что Всепоглощающий огонь – последний довод воинов Ордена. Это мощная плазменная бомба, сжигающая всё в радиусе до пятисот шагов, в том числе и тех, кто её активировал. К сожалению, такие стеклянные поля окружали все существующие сторожевые посты Ордена.

Когда на мониторе появились маркеры мотопехоты, Карс приказал своим звеньям замедлиться и ещё растянуться по фронту.

– «Песок-шесть», я «Пламя-три», – вызвал Карс командира взвода мотопехоты. – Что по обстановке?

– Противника не наблюдаю, стекло ещё не остыло, жду вас. – Отозвался густым басом пехотинец. Карс узнал его – Арвий, лысый крепыш со сплющенным носом и шрамом на правой щеке. Они много раз вместе зачищали от ведьм различные рубежи.

Сам пост располагался на вершине небольшого холма, кстати, тоже стеклянного. Сейчас у подножия этого холма, покрытого ещё парящей расплавленной массой, легионеров ждали пять броневиков. Это были машины на пятерых пехотинцев с орудийной башней сверху и возможностью транспортировать до трёх скафов. У каждой машины была своя задача в бою, соответственно вооружение в башне тоже было уникальным. В командирском броневике был установлен трехствольный крупнокалиберный пулемет с лазерным целеуказателем, командир взвода мог управлять огнём всех боевых машин. Остальные броневики были оснащены автоматической твердотельной пушкой, тяжелым плазмомётом и ракетной установкой дальнего радиуса действия.

– Четвертое, пятое, занять оборону у подножия холма, при необходимости пришлю за вами машину. Ну что, Арви, прокатишь нас? – Карс встал на специальную подножку сзади боевой машины. Вопрос скорее был риторический, потому что мотопехота ждала легионеров, чтобы перевести их через застывающее расплавленное месиво.

Боевые машины, взревев, двинулись вверх по холму, под хруст ломающегося, едва застывшего стекла, разбрасывая в стороны шматки дымящейся раскалённой массы.

Интересно, что сама постройка поста – приземистый куполообразный капонир, из железобетона, выдерживающего прямое попадание тяжелого плазмомёта, практически всегда оставалось целым. Вот и сейчас Свод купола был цел, а вот бронестёкла в оконных проёмах вытекли, виднелись расплавленные остовы орудий, направленные в разные стороны, остатки антенн сканеров дальнего обнаружения. По сторонам от купола, в специальных окопах с железобетонным бруствером, располагались мобильные артиллерийские установки – непропорциональные колёсные тягачи с мощными плазменными установками. Сейчас остывающие остовы этих машин, вплавленные в стеклянное месиво, представляли собой печальное зрелище.

Шлюзовая дверь с тыльной стороны капонира – единственный вход, была выбита мощным ударом. Первыми ведьмы уничтожили артиллеристов, потом ворвались внутрь.

Карс осторожно проверил поверхность запёкшегося песка – тут, на вершине, она основательно застыла, значит, оставшиеся внизу смогут подняться сами.

– Арви, убирай артиллерию, и занимайте их место, мы проверим помещения. – Карс спрыгнул с броневика.

– Принял, – бронемашина двинулась дальше.

Посты наблюдения были возведены давно, наверное, сразу после начала войны, с тех пор граница между Городом и территорией ведьм не изменилась ни на шаг. Но уже тогда, строители предусмотрели нахождение в капонире скафов – высота потолков соответствовала, дверные проёмы тоже.

Пост, как и все остальные, был трёхэтажным, один этаж над землей и два подземных. На верхнем этаже, предназначенном непосредственно для ведения огня, остались только опаленные стены – эпицентр Всепоглощающего огня располагался тут. Остались только оплавленные куски металла от казенных частей орудий, расположенных в верхней части купола. Ни обрывков брони, ни, тем более, тел погибших тут не было.

– Лойд, занимайте оборону, активируй комплексы дальнего обнаружения!

Легионеры второго звена бросились к бойницам.

Карс со своим звеном вышел на мощную бетонную лестницу, ведущую на нижние этажи. Несмотря на запредельно высокую температуру, созданную плазменной бомбой, второй этаж частично уцелел. Обычно тут располагался командный пункт, пост обработки информации сканеров и разведывательных зондов, а также место для нахождения бойцов дежурной смены. Но это обычно, сейчас этаж не сильно отличался от первого – такая же пустота, лишь огрызки мобильных металлических перегородок, служивших стенами помещений, торчали из пола.

Третий, нижний этаж в капонирах всегда более просторный, тут располагается пункт боепитания, док обслуживания скафов, на случай введения в состав поста легионеров, столовая, медпункт, помещение для отдыха воинов и система жизнеобеспечения всего поста.

Бронированная дверь к лестнице, ведущей на третий этаж, была загерметизирована. Температура не пощадила её, буквально приварив к стене.

Но раз дверь кто-то закрыл, а боезапас не сдетонировал, иначе капонир просто сложился, возможно, что внизу могут быть выжившие, и не факт, что это гарнизон поста.

– Верон, срезайте дверь! – Карс отошёл в сторону, пропуская вперёд двоих бойцов.

Через несколько минут работы лазерной установки, дверь вывалилась из стены и с грохотом рухнула на пол, подняв облако пепла.

Несмотря на герметичность третьего уровня, температура взрыва была такой, что система охлаждения не справилась. Конечно, основная часть имущества уцелела, а главное не подорвался боезапас, но все, что могло содержать воду, ссохлось и потрескалось. Не повезло и воинам гарнизона, что успели укрыться на нижнем уровне.

Здесь было пять тел, боевая броня, хоть и имеет свою систему охлаждения, но она их не спасла, бойцы погибли от перегрева.

Тела находились возле входа в оружейное помещение, дверь которого была заблокирована электронной системой ограничения доступа. Похоже защитники поста старались не допустить нападавших внутрь, ну или максимально их задержать. Это было странно, зачем ведьмам наши боеприпасы?

– Лэн, проверь систему жизнеобеспечения, – Карс пялился на дверь оружейки, размышляя заглянуть внутрь или нет. Задачи искать что-то внутри капонира не стояло, значит, там ничего и нет, но почему тогда эти пятеро погибли, защищая эту дверь?

– Командир, – голос Лэна оторвал Карса от размышлений, – Система в порядке, нужно её перезапустить и всё. Она вырубилась из-за перегруза.

– Хорошо, бери Гора и займитесь дверью, нам нужно это помещение пока не подойдут инженеры.

– Принял!

– Верон, выносите ребят на верх. – Карс кивнул на погибших.

Через пятнадцать минут Лэн рапортовал, что дверь частично восстановлена, и после запуска системы жизнеобеспечения, можно герметизировать нижний уровень.

– Хорошо, спустись ко мне. – Карсу не давала покоя оружейка.

Лэн – темноволосый здоровяк немного младше, но на голову выше Карса был кандидатом в мастер-пилоты и его заместителем в звене. Семь лет назад Карс сам предложил Легату взять этого отчаянного парня к себе в помощники и не ошибся. С тех пор он ни разу не подвёл своего командира. Однажды Лэн почти сутки тащил его на себе, когда, после хорошей стычки, скаф Карса был повреждён так, что самостоятельно он мог шевелить только одной рукой. Тогда солнце чуть было не поджарило их обоих…

А ещё, Лэн был единственным в Ордене, с кем Карс общался на темы отличные от Дела Возрождения и подлости ведьм. Нужно сказать, что в Городе вообще не принято было особо общаться на отвлеченные темы, да и когда общаться, если каждый день шли сражения.

Пока заместитель спускался, громко топая по железобетонной лестнице, Карс связался с легионерами, оставшимися у подножия холма, приказав им подниматься вверх и занимать оборону вокруг капонира.

Лэн застал командира у двери в оружейку.

– Что думаешь? – Карс не потрудился объяснить, о чём он конкретно.

– Так вроде всё ясно, ведьмы напали на пост, ворвались внутрь, воинам осталось только использовать Всепоглощающий огонь, никого не осталось… А вот зачем тут мы, да ещё в таком количестве, это вопрос.

– Вот и я думаю, что не всё тут ясно. Зачем им нужна была оружейка?

– Ну а почему ты решил, что дело в ней? Может смерть настала бойцов в момент, когда они собирались пополнить боезапас?

– Ага, все впятером, не оставив никого на лестнице, на случай прорыва. Да и боекомплект у них не расстрелян, я думаю, что они в бою не участвовали, а были заперты тут с момента нападения. – Карс осторожно постучал по терминалу разблокировки двери.

– Слушай, Карс, я знаю, ты любишь всякие разные вопросы, но тут наша задача предельно ясна и ситуация вполне стандартная. Ведьмы нападают на посты раз в месяц, потом нападаем мы на их заставу, что тебя тут удивляет?

– То и удивляет, что они изменили свою тактику, им не нужно было уничтожение поста, им нужно было то, что закрыто там, – Карс ткнул пальцем в дверь.

– Я, последнее время, тебя совсем не узнаю! Нет, ты всегда был несколько странным, я думаю, поэтому ты и есть один из лучших в Легионе, но сейчас я тебя не понимаю! Пост взят, позиции заняты, врага нет. Дождемся прибытия нового гарнизона поста и, скорее всего, прямо отсюда ударим по их заставе!

– И тебе не интересно, что искали ведьмы? А вдруг там то, из-за чего они опять нападут?

– Повторная атака? Ты хоть раз слышал о таком? Бьют они, бьём мы, и сейчас ход за нами.

– Ну да, правила войны… Давай-ка мы всё-таки вскроем оружейку и убедимся, что там нет ничего лишнего.

– Командир, ты уверен? Задачи такой не поступало! – Лэн переживал, это его и отличало от остальных бойцов звена. Нет, все они были верными и преданными воинами, но они никогда не сомневались и выполняли любой, даже самый безумный приказ.

– Да, Лэн, я обязан знать, что у нас в тылу нет ещё одного активированного Всепоглощающего огня!

– Убедил. – Лэн, скаф которого был оборудован вспомогательным инженерным оборудованием, выпустил из правой перчатки лазерный резак.

Срезать дверь в оружейку оказалось непростой задачей. Здесь кроме стандартных внешних запоров оказались серьезные внутренние замки, управляемые заблокированным терминалом.

– Всё, не выйдет, – Лэн опустил резак и развёл руками. – Без терминала нам туда не попасть.

– Я уже понял. Ладно, иди, запускай систему жизнеобеспечения, нам нужно подготовить этаж для размещения отдыхающей смены. – Карс внимательно смотрел на терминал, запрограммированный на открытие конкретными людьми. – Я думаю, что в Городе тоже не верят в повторную атаку, а значит, раньше утра к нам вряд ли кто-то присоединится.

***

Вопреки планам, А́мия провела на Кейтэе две незабываемые недели. Это были насыщенные и весёлые дни. Вместе с Гартом и Лисией они летали на остров в океане, где у дяди был небольшой дом для отдыха. Там они действительно покатались на кварзах – больших, метра четыре в длину, представителях местных земноводных, обладающих грубой фиолетовой шкурой и овальным панцирем, очень удобным для размещения наездника. Несмотря на свои внушительные размеры, кварзы отличались крайне миролюбивым характером, и с радостью катали людей.

По мнению А́мии, кварзы обладали задатками интеллекта, и даже общались между собой характерными посвистываниями, но официально это подтверждено не было. Иногда она даже задумывалась о возможности эволюции этих существ в полноценную разумную расу.

Все трое подолгу гуляли по аллее фонтанов в резиденции, предаваясь воспоминаниям о беззаботном детстве, прошедшем на этой гостеприимной планете.

На второй день учитель Кариган (девушка никак не могла заставить себя обращаться к нему без слова «учитель») заставил их с Гартом приступить к тренировкам, заявив, что теперь ежедневные тренировки – неотъемлемая часть их распорядка. Этот высокий крепкий мужчина с седыми висками и большими кулаками, как и в детстве, внушал уважение и пользовался беспрекословным авторитетом.

Но всё это было лишь сопутствующим. Основную часть времени девушка проводила в компании дяди и брата, которые, закрывшись «завесой», посвящали её в тонкости звёздной дипломатии.

– «Звездный Совет» – межрасовый орган, призванный объединить все разумные формы жизни в исследованной части космоса, – уверенно докладывала девушка, словно вновь студентка университета. – Основателями были Империя Ксирас, Цхи и делегация от планеты Эльдор. Изначально «Совет» создавался как военно-политический альянс с целью остановки экспансии Экстеры в независимых системах исследованного космоса. Позже, когда Экстера остановила захват малоразвитых цивилизаций и вошла в «Совет», он перестал быть военным образованием. Хотя и сейчас существует ряд обязательств между членами «Совета» именно в военной сфере.

– Пойми, А́ми, то чему учили в университете, это сухие административные формулировки, они не могут описать всей глубины – Майрон хитро прищурился, – «Совет» это тебе не собрание императорской семьи на Ксирасе, где всё просто и понятно. «Совет» – точка соприкосновения форм жизни, цивилизаций, культур и мышления. Мы никогда не сможем полностью понять, какие цели преследует Цхи или Экстера, не потому что они такие хитрые или мы недалёкие, а потому что мы другие. Так вот «Совет» создавался, прежде всего, для того чтобы попытаться хоть как-то понять друг друга, постараться донести друг до друга свои взгляды и те красные линии, которые нельзя переходить в процессе звездной коммуникации. К моменту создания «Совета» все расы, ну за исключением Экстеры, осознали для себя высшую ценность жизни и, так или иначе, оберегали разумную жизнь в пределах своих зон ответственности.

Гарт молча кивал, разглядывая свои ногти. Он это всё уже слышал, и видимо, не по одному разу.

А́мия слушала дядю с интересом, его «уроки» проходили живо и интересно, с массой примеров из собственного опыта. Девушка с удивлением узнала, что к представителям Цхи обращаться можно только во множественном числе, а обращение в единственном числе страшное оскорбление. Всё потому, что эта раса обладает уникальным коллективным сознанием, а индивид, отлучённый от Цхи, теряет разум и быстро погибает. На самом деле, отлучённого Цхи ещё никто не встречал, и это, скорее всего, какой-то древний обычай, но факт оставался фактом. Назови Цхи в единственном числе и станешь для них нежелательной персоной. Убивать, конечно, никто никого не будет – Цхи самые ревностные ценители и защитники жизни во всём исследованном космосе, но вот общаться перестанут наверняка.

Иногда и Гарт проявлял свои знания, стараясь не отставать от отца:

– А вот, допустим, экстеры очень ревностно относятся к своей еде. Они плотоядные и их рацион составляет только мясо. Причём предпочтение отдаётся живой пище, приготовленная употребляется только в самых крайних случаях. А вот если предложить экстерам поужинать растительными блюдами, то можно самому стать их едой. Учитывая рост рептилий, животных они едят достаточно крупных. Ходят легенды, что они раньше просто съедали аборигенов планет, которые хотели занять. – Гарт изобразил гримасу ужаса и отвращения.

– Это, кстати, вписывается в наши представления о ксенопсихологии, – парировала девушка, – Просто инстинкт выживания хищника в экстремальной ситуации может преобладать над приобретенными знаниями и моральными устоями. Так что этим ты меня не удивил, но за предупреждение спасибо!

Дальше опять были прогулки и тренировки с Кариганом. Иногда заскучавшая Лисия, бесцеремонно прерывала беседу и требовала отдать ей А́мию, хотя бы на час. Майрон, безумно любящий дочь, всегда шёл у неё на поводу. И тогда девушки уходили в парк, на пляж или к бассейну, но всегда Лисия набрасывалась с расспросами об университете, светской жизни на Ксирасе и, конечно, о мальчиках из семей аристократов и промышленников.

Майрон многое рассказал из истории формирования ридж. Девушка с удивлением узнала, что своему существованию они полностью обязаны Цхи, которые выступили на защиту сбежавших роботов. По их мнению, любая жизнь имела право на существование, пусть даже и искусственная. И сейчас Цхи являлись гарантом безопасности ридж. В свою очередь, роботы признавали Цхи, как единственных друзей в исследованном космосе.

– Вот смотри, зачем роботам города, дома, комнаты, – продолжал доказывать дядя теорию зависимости психологии ИИ от психологии расы, его создавшей, – Они не нуждаются ни в отдыхе, ни в еде, ни в уединении. Но они их строят! Для чего? А я скажу – это изначально заложенные потребности в безопасности, ремонте и обслуживании, общении с себе подобными, росте в их иерархии, наконец! Машинам это должно быть не ведомо, но это есть!

– Но ведь там собраны роботы, произведённые различными расами. Это должно сказываться и на их внутренней коммуникации! – уверенно отвечала А́мия.

– Именно! И это должно порождать разногласия!

– Не обязательно. Тут будет работать другой механизм – идентификации и отождествления себя. У них всё же больше общего, поэтому разногласия могут возникать, но в минимальной и краткосрочной форме. Здесь, я думаю, общая картина будет похожа на культуру Цхи, где каждый индивид видит себя частью целого.

Майрон улыбался, поправляя мягкий плед на ногах, он был доволен племянницей.

Ей было хорошо здесь. Она была дома. И занятия с Кариганом и дядины лекции, даже его старческое ворчание, когда она опаздывала к столу – были желанными и оставляли только приятные эмоции. В какой-то момент, практически перед отлётом, ей даже захотелось остановить время и побыть ещё немного в этом чудесном месте. Но время самый суровый, беспристрастный и неумолимый судья, враг и союзник человека…

И вот, такая уютная и родная Кейтэя, постепенно удаляясь, осталась внизу. Челнок взял курс на Ксирас – материнскую планету их расы и столицу Империи.

***

Карс сидел в импровизированной столовой, представляющей собой небольшую комнату с тремя столами на четверых, и жевал пищевой брикет.

Оборона организована, смены распределены, кое-какой быт налажен, значит, командир может подкрепиться. Он оказался прав, инженеры и новый гарнизон поста прибудет только утром. А Легат, как узнал, что нижний этаж капонира практически не пострадал, как-то даже повеселел. Подозрения Карса о содержимом оружейки всё росли, и реакция командования их только укрепила.

На жилом этаже расположилось его звено и звено «квадратов», остальные дежурили наверху. Но Карс тоже уже не верил в повторную атаку. Не зря ведь существовали правила войны, придуманные Первым Владыкой, ведь ведьмы их приняли и соблюдают!

– Как думаешь, что всё-таки там? – Карс посмотрел на Лэна, активно жующего свой паёк.

– Слушай, да какая разница. Ты связывался с Лагерем, Легат ничего про это не сказал, значит, и думать об этом не нужно.

– Так вот не получается не думать. – Карс отложил брикет и посмотрел на товарища, – Им что-то тут было нужно.

– Командир, да что им могло быть нужно, это же ведьмы, жизни наших братьев им нужны были и только!

– Ты думаешь, они настолько примитивны?

– Карс, конечно! Они развязали эту войну, они хотят нашей смерти!

– А мы? Лэн, чего в этой войне хотим мы? Ведь тоже самое, налететь и убить как можно больше ведьм!

Лэн перестал жевать, недоуменно глядя на командира, а тот продолжал:

– Но если бы смысл был только в уничтожении, зачем рваться вниз? Можно использовать какое-нибудь мощное заклинание и не рисковать жизнями воинов! Ты бы как поступил, если бы задача стояла в уничтожении?

– Да как всегда и поступил бы, – довольно хохотнул Лэн, – накрыл бы их артиллерией, ракетными установками, пушками и тяжёлыми плазмомётами, потом зачистил бы оставшихся.

– Ну вот, а они сразу ринулись штурмовать, не применяя тяжелые заклинания, значит, не хотели повредить то, что искали.

– С чего ты это взял? Может они так и поступили, а внутрь рвалась уже группа зачистки?

– Тогда бы Всепоглощающий огонь уничтожил только группу зачистки, а их основные силы спокойно заняли бы капонир и устроили нам засаду, чтобы и нас отправить к их гнусной Богине! – Карс чуть прищурившись, посмотрел на Лэна, он убеждал не его, а себя. – Нет, здесь что-то другое, они явно рвались на нижний этаж, зачем?

Карс встал так резко, что пластиковый стул чуть было, не упал.

– Хоть доесть дай, – пробурчал Лэн, поднимаясь вслед за командиром, но тот уже вышел в коридор.

Подойдя к оружейной комнате, Карс, не задумываясь, приложил правую ладонь к сканеру терминала.

– Серьёзно? – Лэн скептически посмотрел на командира, – Думаешь, тот, кто закрывал дверь, оставил тебе доступ к разблокировке?

В этот момент в стене что-то зажужжало, потом трижды щёлкнули внутренние замки, и толстая бронированная дверь с тихим шипением открылась.

Карс был шокирован не меньше Лэна, но шагнул вперёд, положив руку на кобуру.

Внутри практически всё было стандартно: стеллажи с ручным оружием, ящики автоматического снаряжения магазинов, топливные ячейки ручных плазмомётов и резервуары плазменных пушек, заранее снаряженные ленты снарядов для автоматических пушек и много что ещё, входящее в стандартный набор вооружения и боеприпасов. Но вот в самом центре помещения стоял квадратный ящик из черного глянцевого металла без каких-либо надписей или эмблем. Таких Карс раньше не видел и даже предположить не мог, что внутри?

– Может какая-то разработка Друзей, а мы ещё её не видели, новое оружие? – Лэн уже забыл про чудесно открывшуюся дверь и увлеченно разглядывал находку.

– Возможно.

Лэн потянулся было к ящику, но Карс тут же достаточно сильно шлёпнул его по руке:

– Если это оружие, ты знаешь, как оно активируется? Хочешь нас всех раньше времени отправить на перерождение к Первому Владыке?

– Согласен, – Лэн виновато потупил взгляд.

– Идентификация завершена, доступ подтверждён. Желаете активировать устройство, Владыка? – стандартный голос ИИ прозвучал из чёрного ящика.

Ошеломлённый Карс даже головой покрутил по сторонам в поисках того к кому обратился ИИ.

– Что за ведьминские штуки? – Вот теперь Лэн похоже был действительно удивлён.

– Так, пошли-ка отсюда, – Карс взял товарища за рукав пилотного комбинезона и потащил в коридор.

Только закрыв дверь, он заговорил:

– Нужно связаться с Легатом, не знаю что это, но оно серьёзно сбоит, раз приняло кого-то из нас за Владыку.

– Карс, дверь открыл ты, значит, тебя он и принял за Владыку, – Лэн смотрел на командира с каким-то сомнением или недоверием.

За ухом завибрировал коммуникатор, требуя Карса выйти на связь с Легатом по закрытому каналу.

– Вот и сам Легат, я к скафу, а ты иди доедай. Про это, – Карс метнул взгляд на дверь оружейки, – пока молчи!

– Понял, командир!

Индивидуальный канал связи с Легатом мог открыться только из скафа, поэтому Карсу пришлось запустить все системы. Как только синхронизация завершилась, легионер услышал разъярённый голос командующего:

– Карс, что у тебя там происходит?!

– Всё в порядке, противник не обнаружен, – осторожно начал Карс.

– Как вы запустили «Глас Владыки»?!

– Господин Легат, я не понимаю о чём вы, мы ничего…

Но Легат рвал и метал, таким его Карс ещё не знал.

– Мастер-пилот! Кто дал тебе право вскрывать запертое оружейное помещение! Ты хоть понимаешь, что ты поставил всё под удар! Да ты…Да я тебя… – Легат захлебнулся гневным криком.

– Господин Легат, оружейная комната открылась сама, я ничего не вскрывал, – Карс благоразумно решил не говорить о попытке срезать дверь.

Внезапно сработала наспех восстановленная система внутреннего оповещения капонира, и голос Лойда прогромыхал в настенных динамиках: «Тревога! Противник по фронту!».

– Господин Легат, ведьмы атакуют!

– Как, откуда они узнали! Они нарушают правила ведения войны! Мы не отвечали на их утренний удар!

– Господин Легат, я знаю правила, но они уже здесь! Я должен идти к своим воинам!

– Карс, черный ящик в оружейке не должен пострадать!

– Я понял, господин Легат! – Карс отключился, не дослушав наставления.

Лэн, выкрикивая что-то категорически воодушевляющее, пригнал всех воинов вооружаться.

– Что там командир? – Спросил он, как только подключился к сети скафов звена.

– Я был прав, они приходили за тем ящиком, и сейчас идут за ним!

– Значит, получится надрать зад этим тварям, а то я думал впустую в такую даль пёрлись! – боевого духа у Лэна было хоть отбавляй.

– У тебя будет такая возможность, а сейчас берешь Гора и Верна, задача – что бы не случилось, ведьмы не должны попасть в оружейку!

– Понял, – несколько недовольно ответил заместитель, то ли из-за того, что его лишили участия в бою, то ли от того, что он понял, как те пятеро покойников оказались у дверей оружейки.

Наверху уже стемнело, и вовсю сверкали вспышки выстрелов, гулко ухали тяжёлые плазмомёты и грохотали автоматические пушки.

– Лойд, обстановка! – крикнул Карс, изучая тактический монитор, на котором творилось что-то невероятное: красных маркеров врагов было больше сотни. Они перемещались небольшими группами, приближаясь к капониру.

– Прут вперёд, не обращая внимания на потери! Похоже, Богиня пообещала им вечную жизнь! – Лойд захохотал, посылая в сторону ведьм очередную порцию ракет из наплечной установки. – Идут широким фронтом, пока выявили 132 цели, все легкие ведьмы, без Жриц.

Не успел Карс толком вникнуть в обстановку, как вновь поступил вызов от Легата:

– Приказ Владыки: скрытно погрузить установку в броневик, и срочно эвакуировать в Город! В сопровождение отдашь пятое звено. Им на встречу выдвинулись наши первое и седьмое звенья. Вы не должны пропустить ведьм вперёд, слышишь! Обеспечьте эвакуацию груза!

– Понял Вас! – буркнул Карс, разрывая связь.

Прошло не менее пятнадцати минут, прежде чем спешно сформированный конвой выдвинулся. Пока Карс донёс смысл задачи до Арви, который не горел желанием отдавать своё звено по приказу Легата, но как только с ним на связь вышло пехотное командование, перестал сопротивляться. Пока подняли ящик, и погрузили его, прикрывая от случайного попадания какой-нибудь плазменной стрелы или «дыхания ведьмы».

Наконец броневик в сопровождении легионеров двинул в сторону города, выжимая максимально возможную скорость из двигателя.

К сожалению, но ожидаемо, незамеченным для ведьм это не прошло. На мониторе часть атакующих отделилась и стала обходить капонир справа.

– Арви, одну машину на перехват! Трикс, со своими – на перехват!

– Принял, – отозвался командир четвёртого звена.

– Лойд, бери своих, и давайте за нашими. Отпустите их немного, но так, чтобы видеть, и держитесь сзади. Если кто-то из погони прорвётся, задержишь их!

– Карс, вы тут не удержитесь! Там достаточно людей, тем более их встречают!

– Лойд! Мы справимся! – Карсу пришлось прикрикнуть, чтобы вразумить молодого комзвена. – Да и не интересны мы им уже.

И на самом деле, ведьмы откатилась назад, они перемещались по пустыне на незначительном удалении от капонира и периодически выпускали свои плазменные стрелы – единственное оружие дальнего боя легких ведьм. Вообще их заклинания страшная штука, но наиболее эффективны они на ближних дистанциях, поэтому ведьмы, атакующие без поддержки Жриц, старались максимально близко подойти к позициям воинов Ордена.

А вот на правом фланге ведьмы рвались вперёд, стараясь прорваться в погоню за конвоем. Они опять разделились, бросив небольшую группу в атаку на вышедших на перехват легионеров. Вторая же группа, взяв больший радиус, продолжала обходить капонир. Ну это ничего, легкие ведьмы – не противники легионерам, Трикс справится.

Лэн в очередной раз опередил командира, и, воспользовавшись затишьем, организовал подъем боеприпасов из пункта боепитания.

Легат был прав, Карс всегда чувствовал присутствие ведьм, как ветер, касающийся лица, как статическое электричество, поднимающее волоски на руках, по-разному, но всегда наверняка. Вот и сейчас, он почувствовал их приближение.

На тактическом мониторе возникли четырнадцать отметок, стремительно приближавшихся к границе периметра, они шли шагов на шестьсот левее поста, явно направляясь за конвоем. Это были «ночные охотницы», летающие ведьмы, использующие магию антигравитации. Обычно их группы были по семь ведьм, и в таком составе они создавали серьёзные проблемы даже легионерам своими атаками с воздуха. Сейчас же вдогонку двум звеньям легионеров неслись условно два звена «охотниц», у воинов, сопровождающих конвой, было мало шансов.

– Что Арви, справишься тут сам? – Карс всё решил, но должен был спросить своего пехотного коллегу.

– Во имя Возрождения! – проорал командир «квадратов» из своего броневика.

Легионерам тоже объяснять ничего не пришлось. Оставив капонир, звено Карса на максимальной скорости пошло за «охотницами». Летающие ведьмы были гораздо быстрее скафов, их нужно было задержать.

– Лойд, видишь их?

– Да, догоняют! – голос комзвена был встревожен.

– Останавливайся и принимай бой. Я сзади, догоняю их. Главное – не пустить их к конвою!

– Принял!

Карс попытался вызвать на связь Легата, но связи с Лагерем не было, похоже ведьмы постарались!

Недалеко впереди ночную пустыню озарили вспышки взрывов и плазменных зарядов – звено Лойда встретило ведьм.

– Лэн, второй шеренгой заходишь левее, я в тыл!

Ведьмы пока не реагировали на приближающихся сзади легионеров, стараясь максимально быстро прорваться через плотный заградительный огонь второго отделения.

Карс в очередной раз взмыл вверх, ловя в прицел самонаводящихся ракет мечущиеся в небе цели. Первый пуск прошёл мимо цели. Приземление, прыжок, пуск ракет и очередь автоматической пушки – одну из ведьм буквально разорвало в воздухе.

Бойцы Карса вступили в бой, самостоятельно разбирая цели.

Пять маркеров «охотниц» развернулись и двинулись в сторону Карса, атакуя плазменными стрелами, от которых Карсу пока удавалось уворачиваться. Да и щиты с этими зарядами справлялись.

Сближаясь с врагом, легионеры вели непрерывный огонь, результатом которого стала ещё одна поверженная бестия.

Теперь, когда ведьмы приблизились, маневрировать приходилось легионерам. «Охотницы» вышли на дистанцию эффективного огня, и поливали воинов Ордена боевыми заклинаниями.

Легионер справа от Карса был в прыжке поражён заклинанием «потери земли». Сила притяжения для бедняги на несколько секунд сошла с ума, изменяя вектор в разные стороны. Взбесившаяся гравитация швыряла воина из стороны в сторону, как клубок тряпок, затем подбросив высоко вверх, с силой ударила о песок.

Карс остановился на долю секунды, давая целеуказание сконцентрировать огонь на ближайшей «охотнице», и сразу же получил плазменный заряд в грудь. Заряд был поглощён щитом, но не бесследно для скафа.

– Щит 60%, перегрев генератора щита! – доложил ИИ.

Карсу, как и всегда в бою, было не до повреждений, главное – выполнить задачу. Он рванулся вперед, пуская тяжёлый скаф в кувырок. На место где он только что стоял, обрушилось «дыхание ведьмы» – огненный поток, плавящий камни на песке. Маневр позволил оказаться за спиной ближайшей ведьмы. Прыжок вверх, разворот и короткая очередь фугасными боеприпасами из автоматической пушки, разворот, приземление и резко вправо.

– Боезапас пушки – сорок процентов, – ИИ продолжал докладывать статистику.

Ударная волна отбросила пораженную ведьму к земле, той доли секунды, что она приходила в себя и старалась набрать высоту, хватило Карсу жестко схватить её за руку, облаченную в черный металлопластиковый доспех. Рывок к себе, удар о песок – ведьма обмякла, Карс с силой наступил на голову врага, и дернул руку, буквально почувствовав, как хрустит под подошвой шлем ведьминой брони вместе с черепом и позвонками. Мощнейший удар в правое плечо отбросил Карса от поверженной охотницы. Это Ночная Жрица – командир охотниц разрядила в него амулет.

– Щит двадцать процентов, восстановление замедленно, генератор поврежден, ракетная установка выведена из строя, – также беспристрастно отчеканил ИИ, – Выявлена контузия, применяю стимуляторы.

Рядом ухнуло, и раскаленный добела шар плазмы ударил по ногам Жрицы, завертев её в воздухе. Карс, лежа на боку, послал длинную очередь из автоматической пушки вслед Жрице, старающейся уйти из-под огня.

– Карс, они идут в сторону Чёрных скал, – голос Лойда дрожал.

– Главное, что не к Городу! – Карс вскочил, изучая движение маркеров на мониторе.

Ведьмы действительно отступали. Отойдя в сторону гор, они повернули назад к своим землям.

– Лэн, проверь всех, доложи о потерях! Лойд, что у тебя по потерям и состоянию? – Карса немного качало, приложила Жрица его хорошо.

– У меня двоих братьев не вернуть, двое тяжело ранены, – прохрипел Лойд.

– Ты сам как? – Карс понял, что командир второго звена тоже ранен.

– Немного зацепили, но жить буду, – парень пытался храбриться.

На земле, изрытой воронками и темными пятнами расплавленного песка, остались лежать четыре тела ведьм, ещё пара из них была серьёзно ранена. Равноценный размен с равным противником…

– Карс, у нас Зайдер … всё, Поум ранен, ему срочно нужна помощь. – Голос Лэна был спокоен. – У меня плазмомёт сдох, и ракеты кончились, у Арти прыжковики не работают и боезапас на двадцати процентах, Верон и Гор в строю, боезапас по пятьдесят процентов.

– Карс, – в эфир ворвался Трикс, – ведьмы уходят назад. У меня двое раненых, у «квадратов» двое убитых и броник больше не поедет!

– Понял тебя, возвращайтесь на пост!

Осталось понять, почему ведьмы так легко отступили. Они рвались вперёд, не считая потерь, а потом просто развернулись, хотя имели все шансы уничтожить легионеров. Странное чувство тревоги засвербело где-то внутри.

– Так, Лойд, собирай раненых, и выдвигайтесь к посту, свяжись с Арви, пусть вышлет машину вам на встречу.

– Принял, – голос Лойда был совсем слабым.

– Лэн, Верон, Гор – за мной! – Карс максимальными прыжками рванул в сторону Города.

Через несколько минут его худшие подозрения подтвердились. В ночной пустыне догорал броневик, вокруг которого были разбросаны тела павших легионеров и мотопехотинцев. Никто не выжил. Судя по всему, боя как такового не было – налёт был внезапный и смертоносный.

– Как это? Кто? – зарычал Лэн, когда они приблизились к месту боя. – Никто не прошёл вперёд, ни одна ведьма, Карс, мы же никого не пропустили!

– Вот поэтому они и отступили, – Карс заглянул в броневик через открытый боковой люк. Груза там ожидаемо не оказалось.

Глава 3

В хорошо освещённом зале с колоннами, уходящими вверх к куполообразному потолку, была странная акустика: голос Владыки отражался, казалось, от любой поверхности, заполняя всё помещение. Голос Легата же терялся и был еле слышен.

Повелитель Ордена, как всегда облачённый в черную длинную мантию с золотым теснением и капюшоном, скрывающим лицо, восседал на огромном мягком кресле перед большим столом, столешница которого служила интерактивным терминалом. Он негромко постукивал пальцами правой руки по столу, слушая доклад Легата. За его спиной молча и неподвижно возвышался послушник – человек, везде сопровождающий Владыку. Одет он был точно также, поэтому их легко можно было перепутать. Но в этом и был смысл, послушник – первый после Владыки и обращаться к нему следовало также.

Командующий Легионом, стоя в паре шагов от Владыки, вытянулся так, что, казалось, стал на голову выше. Его огненно-красный парадный мундир, обильно украшенный наградными знаками, сейчас только подчеркивал напряжённость. Короткие седые волосы были взъерошены, над подрагивающей верхней губой крупными бусинами выступил пот.

– Мой Владыка, я виноват, я готов сложить полномочия и…

Владыка приподнял руку, оборвав Легата.

– Ты хочешь, чтобы в этот момент я оставил Легион без головы? Да, ты виноват, но убрать тебя сейчас – глупость. Ты считаешь меня глупцом? Или мнишь себя слишком умным, предлагая мне это?

Легат упал на колени и запричитал, склонив голову:

– Твоя мудрость озарена Священным Пламенем, а я лишь меч в твоих руках. Направь меня и я докажу, что я и все мои воины готовы сгореть в огне Возрождения ради тебя. Прости, Владыка, что подвёл! Дай шанс исправиться!

Владыка молчал, заставляя командующего трястись ещё больше.

– Встань, Легат!

Бравый вояка вскочил, с прытью новобранца.

– Не разочаровывай меня, – укоризненно проговорил Владыка. – Мне не нужны смерти воинов ради меня! Мне нужна победа в войне! А это разные вещи!

– Владыка, я приложу все силы, я найду «Глас» и верну его! – Легат порывался загладить вину. – Я не знаю, как мастер-пилот Карс смог открыть хранилище и активировать это оружие, но я разберусь. Больше такого не повториться!

– Оставь его в покое. Ведьмы все равно не смогут активировать устройство. Вполне вероятно, что они уже уничтожили его. А мастер-пилот всего лишь воспользовался случайным сбоем доступа, должно быть, устройство было повреждено. Искать его мы не будем, в этом нет необходимости. Ведьмы нарушили канонические правила ведения войны, которые триста лет соблюдались обеими сторонами. Что они выкинут ещё, наверное, даже их проклятая Богиня не знает. Мы не можем ждать и должны нанести удар первыми, но нужно тщательно подготовиться. Эта битва будет решающей. Слышишь, Легат? Ты станешь тем, кто поведёт Легион в свою главную битву!

Старый вояка, казалось, вот-вот потеряет сознание от чести, предоставленной ему Владыкой.

– Я не подведу, Владыка! – рявкнул он, вытянувшись ещё сильнее. Глаза его загорелись истинным Пламенем Возрождения, он был готов бежать в бой уже сейчас.

– Я знаю, Легат. Займись отбором кандидатов! У нас не более месяца чтобы увеличить состав Легиона, хотя бы на треть. Могут возникнуть проблемы с новыми скафами, а может и с боеприпасами. Поэтому отправляй своего интенданта собирать все, что есть в пустыне: брошенная техника, не подобранные скафы, боеприпасы, обследуйте все пещеры и углы. Нам пригодится всё, что можно использовать для ремонта техники, а в идеале – собрать хотя бы с десяток дополнительных скафов.

Легат недоумевающее смотрел на Владыку: в Городе, конечно, занимались мелким ремонтом техники, но так чтобы собирать новый скаф из обломков – никогда.

– Мой Владыка, что-то случилось с Друзьями? Они больше не будут нам помогать? – осторожно заговорил он. – Без их снабжения нам придётся тяжело…

– Легат, просто делай то, что я говорю! – Владыка немного повысил голос, чем опять заставил командующего задрожать. – Мы стоим на пороге величайших событий и должны быть готовы к любому повороту! Ты свободен!

– Во имя Возрождения! – Легат церемониально приложил правую руку к груди, склонив голову в почтительном поклоне, развернулся на каблуках и направился к выходу из зала.

Послушник, не дожидаясь, когда командующий Легионом покинет зал, вышел из-за спины Владыки и сел в пустое кресло рядом с повелителем Ордена Возрождения.

– Мне кажется, нужно снизить мощность излучателя, – с улыбкой заговорил он, как только дверь за Легатом закрылась. – Они ведь дуреют и готовы прямо отсюда без скафа бежать бить ведьм.

Голос Послушника был очень похож на голос Владыки, только казался моложе.

– Нет, оно держит их в тонусе. Легат сейчас шею себе свернёт, но будет делать, что я сказал. – Владыка устало откинул капюшон, немного сощурившись от света. – Эффективность излучателя и так снижается. Думаю, у некоторой части наших воинов уже начали возникать ненужные вопросы. Пока эта часть незначительна, да и вопросы несущественны, но в перспективе это может стать проблемой.

Его седые волосы, гораздо длиннее, чем у всех воинов, были немного растрёпаны, старческое морщинистое лицо выражало вековую усталость.

Послушник повторил жест Владыки, освободив голову от капюшона. Похожи они были не только голосами – послушника можно было принять за помолодевшую копию Владыки. Ему было около 45 лет, крепкий статный мужчина с аккуратной прической русых волос.

– Итак, первая часть, с трудом, но реализована. Сигнал от установки идёт, главное, что бы они её действительно не взорвали. – Послушник активировал стол-терминал, что-то там изучая. – Если честно я подумал, что всё было зря, когда они не смогли захватить установку с первого раза.

– Всё вышло ещё лучше, они её действительно добыли, они первыми нарушили правила, они теперь будут изучать каждую её царапину и не посмеют уничтожить. Мне лишь жаль воинов, но их жертва не будет напрасной.

Послушник внимательно смотрел на Владыку, как бы решаясь сказать или нет.

– Слушай, – тихо начал он, – Я понимаю, этот план ты разрабатывал с предыдущим Владыкой, но… скажем так, есть слишком много обстоятельств, которые могут всё разрушить. Что если излучатель так и останется в Алтаре? Мы ведь напрямую нарушаем правила, как отреагирует куратор? Что если …

– Ты сомневаешься? Не доверяешь мне? – Владыка приподнял бровь.

– Нет, что ты, я ведь послушник и учусь твоей мудрости, да и не доверять самому себе как-то странно. Я просто к тому, что сейчас ещё можно остановиться, потом обратного пути не будет. В случае неудачи мы не сможем просто вернуться в Город и продолжить жить как раньше.

– Калос! – Владыка называл своего послушника по имени крайне редко, только для того, чтобы одёрнуть его. – Мы воюем триста лет! Сменялись Владыки, гибли тысячи воинов, пройдёт ещё столько же лет и столько же воинов погибнет, но ничего не изменится! Пора кому-то взять на себя ответственность и положить конец войне! Мы достаточно пролили крови, мы заслужили мир!

– Прости, ты прав.

– А куратор… Он заигрался в бога, имея столько возможностей остановить кровопролитие, он только смотрит на всё это и ещё смеет указания давать! – Владыка с силой ударил кулаком по столу. – Сегодня же усиль мощность излучателя, так, чтобы ни у одного воина не возникло никаких вопросов! Война – время действий, а не сомнений! Рассуждать и оценивать всё будем после победы.

– Как минимум у одного сомнения всё равно останутся… – пробормотал послушник, вставая из кресла.

***

– Сегодня Мы с гордостью предоставляем право говорить в Звездном Совете голосом Императора и всего народа Империи Ксирас нашей уважаемой племяннице Леди А́мии! – Голос императора гремел в главном церемониальном зале дворца.

Места для размещения знати располагались амфитеатром перед императорским троном. Члены правящей семьи, приближенные ко двору, высокопоставленные военные, ведущие промышленники и управители отдалённых колоний – сегодня во дворце собралось огромное количество представителей высшего света Империи.

А́мия, одетая в традиционное зелёное платье в пол и в некоем подобии короны с крылышками по бокам, стояла перед монархом, склонив голову. За время, проведённое на Кейтэе и две недели после, она сильно изменилась, естественно под присмотром Каригана и Гарта. Кроткий женственный взгляд сменился вызывающим и властным, подбородок теперь всегда был горделиво задран, а эрудированные разговоры уступили место светским сплетням и пустой болтовне о мужчинах и текущих модных тенденциях. Она даже стала привыкать к своему новому образу, хотя было трудно стать откровенной эгоистичной стервой.

Сейчас она волновалась, волновалась так, что дрожали руки. Но никто не должен этого заметить. Церемония назначения – важная часть их плана и должна пройти идеально.

– Отныне Император будет говорить с чужими расами голосом Леди А́мии, а её решения в Совете будут решениями Империи! – Император жестом предоставил А́мии право сказать своё приветственное слово.

– Народ Ксираса, – несколько пафосно начала девушка, вскинув голову, – Я знаю, что действительно достойна, представлять его Императорское Величество! Я никогда не боялась ответственности, не боюсь и в этот раз! Сегодня в этом зале находятся, без преувеличения, лучшие люди Империи! Я даю Вам слово, что моя работа в Звёздном Совете будет способствовать Вашему процветанию! Я ни на шаг не отступлюсь от принципов нашей монархии, не оставлю в беде ни одного ксирасианца, в какой бы части космоса не постигло его несчастье!

А́мия замолчала, обводя холодным взглядом собравшихся. Реакция знати была неоднозначной, похоже, не все были согласны с её назначением, но аплодисменты были бурными. Да, наверное, половина собравшихся мечтала быть на её месте. А вторая половина вообще не понимала, как эта девица пробилась туда, куда достойнейшие представители знати рвутся десятками циклов.

После церемонии был дан шикарный банкет, где А́мия купалась в лучах славы и внимания, раздавая интервью различным новостным таблоидам всего исследованного космоса.

Некоторые представители ксирасианской знати подметили, что за эту пару часов вновь назначенная А́мия успела проявить себя как высокомерная взбалмошная девица, верящая в свою исключительность. Впрочем, она и раньше мелькала в различных скандалах, вроде даже интимного характера. А может это были слухи, и девушка действительно достойна должности в Совете. Во всяком случае, задать подобный вопрос Императору вряд ли кто-то осмелится.

– Посмотрите на неё, что в ней такого, почему император выбрал её? Неужели у них какая-то связь, она же дочь его брата! – полушёпотом говорил старший сын Лорда Гуаля – восемнадцатого в очереди на престол.

– Да она опозорит всю Империю, – вторил ему пожилой усатый министр.

– Вот увидите, скоро она станет ярчайшей звездой скандальных светских хроник! – подхватила двоюродная тетя А́мии.

А виновница торжества, тем временем о чем-то спорила с руководителем Академии наук Ксираса, и по изумлённо-возмущенному виду учёного в предмете спора она, похоже, не разбиралась совсем. Но это теперь ей и не нужно.

К окончанию банкета А́мия успела пофлиртовать с десятком министров, промышленников и отпрысков богатых родителей, перессориться с женской половиной знати и довести практически до истерики учёный люд.

В завершение вечера девушка в сопровождении Гарта отправилась в свои покои. Теперь у неё была своя резиденция во дворце Императора, которая занимала практически целый этаж. Тут были комнаты и её, и членов команды, а также рабочий кабинет, целый зал для приёма посетителей и ещё множество помещений, назначения некоторых, кстати, А́мии даже не было известно.

Сзади, молча следовал Кариган, полностью взявший на себя роль телохранителя. Хотя А́мия и просила его быть рядом, как друг, он однозначно отказался, сославшись на правила этикета и принципы Преториев.

В кабинете А́мия устало опустилась на резное кресло, выполненное из натурального турийского жерха – одного из самых дорогих видов древесины в исследованном космосе.

Кариган с невозмутимым видом обошёл кабинет по периметру, глядя в монитор на браслете, обследуя помещение на наличие каких-либо угроз.

– Ну что, поздравляю с успешным началом карьеры, Леди А́мия – Гарт склонился в карикатурном поклоне, после того как телохранитель закончил обход.

Девушка только отмахнулась от него, снимая церемониальный головной убор.

– Нет, правда, ты отлично справилась. И интервью, и поспорила с учёными, и даже пофлиртовать успела с этими надменными толстосумами, – Гарт действительно был доволен началом реализации их плана.

– Ни с кем я не флиртовала! Просто проявила внимание, – в шутку возмутилась А́мия, кокетливо улыбаясь.

– Думаю, что они по-другому расценили ваше общение. Уверен, сейчас они наперебой делятся друг с дружкой впечатлениями и спорят, в кого же всё-таки ты без памяти влюбилась. Но нам это тоже на руку.

– Нужно, наверное, сообщить дяде, – сквозь зевоту пробормотала девушка и от усталости «растеклась» по креслу.

– Тебя транслировали во все уголки Империи, он и так всё видел. Ну и потом, оценить он должен как раз то, что видели все. Я уверен – он остался доволен.

– Я старалась, – улыбнулась девушка. – Если честно, это противно. Изображать такую дрянь – не просто.

– Мы это уже обсуждали. Образ богатой взбалмошной и капризной аристократки, абсолютно не разбирающейся ни в чём и назначенной только из-за личной симпатии Императора, расположит к тебе ридж.

– Я понимаю, просто неприятно это. Представь, что там за спиной люди говорят. Родственники, между прочим!

– Ну да говорят, – туманно протянул Гарт.

– Ты что-то уже слышал? – округлила глаза А́мия, – И молчишь?! Говори что там?!

– Да ничего особого, то, что и нужно, – Гарт, улыбаясь, отвёл глаза.

– Значит так, сейчас отдыхать – завтра нам предстоит непростой перелёт, – в разговор вступил Кариган. – Я изучил маршрут, Гарт, и думаю, есть смысл немного его подкорректировать.

– Кариган, – скривился Гарт, – этот её приветственный тур по планетам Империи – традиция, отказаться мы не можем. Вновь назначенный член Совета обязан встретиться с людьми из различных систем, так сказать, лично представиться подданным Императора.

– Традиции я знаю, но ты выбрал три богатейшие планеты, их системы крайне неудобно расположены по отношению друг к другу. Это путешествие займёт у нас чересчур много времени, не забывайте в чём наша основная задача.

– Что ты предлагаешь? – нахмурилась А́мия.

– Мы посетим три небольшие колонии, которые никогда не попадали в ознакомительный тур. Во-первых, это будет гораздо быстрее, а во-вторых, поможет в создании нужной нам легенды.

– Это как же? – Гарту не понравилось, что созданный им маршрут редактирует пусть и уважаемый в их семье, но всё-таки телохранитель.

– Мы не полетим на крупнейшие после метрополии планеты, это обязательно заденет их управителей, они однозначно решат, что это не дальновидно и не профессионально. Ведь вместо налаживания отношений с руководством ведущих колоний, А́мия стремиться быстрее завершить ритуал и вернуться в столицу. Короче, для элит этих планет А́мия станет просто фавориткой Императора. Как вы помните, в двух из трёх этих систем размещены крупнейшие в Империи торговые хабы. Стоит ли говорить о том, что мнение элит этих систем об А́мии узнают и посещающие их представители других рас?

– В этом есть смысл, – А́мия внимательно посмотрела на бывшего учителя.

Казалось, что он не изменился с её детства: те же коротко стриженные седеющие усы с бородкой угловатое лицо, как правило, не выражающее вообще никаких эмоций. Только серебра в волосах стало чуть больше, да морщин в уголках серых глаз добавилось. Спорить с ним не хотелось, да и прав он был, впрочем, как всегда.

– Хорошо, что за планеты? Мне же нужно сообщить их управителям, подготовить место встречи с администрацией, с промышленниками, – Гарт, вздохнув, активировал наручный планшет, изменяя график своей «начальницы».

***

Лучи палящего солнца, проникающие через стекло защитного купола, здесь внутри казались даже приятными. Залитая ярким дневным светом улица жила своей жизнью. Вдоль двухэтажных прямоугольных блоков жилых модулей спешно проходили редкие прохожие – середина дня, все заняты на своих местах, трудятся на благо дела Возрождения. Каждый индивидуальный жилой модуль имел свой выход на улицу, к модулям на вторых этажах тянулись металлические лестницы. Улицы с абсолютно одинаковыми серыми коробками строений расходились как лучи от площади Возрождения и тянулись вдаль, практически до самых стен, где располагались лагеря воинов. Жили воины, как правило, в секторе, где стоял их лагерь, чтобы как можно быстрее прибывать по тревоге.

Карс неторопливо шагал по улице, мощенной чёрными металлокерамическими плитами. Молния пилотного комбинезона была расстёгнута до середины груди, что было явно против кодекса Легионера. Но Карс был слишком занят своими мыслями.

Происходило что-то странное: после возвращения в Город Легат отправил его звено отдыхать. А самого Карса даже не отчитал, хотя за невыполнение задачи его должны были бы понизить в звании, а может и вообще выгнать из Легиона и отправить рядовым воином в пехотную часть. Вообще события последних суток были явно из ряда вон, но почему-то никому кроме Карса так не казалось. Разве что Лэну, но он, как назло, остался в госпитале, дожидаясь окончания медицинской обработки Поума, чтобы понять, когда тот вернётся в строй. За здоровье своего воина Карс не переживал – медицинские установки, поставляемые Друзьями, позволяли буквально собирать человека заново, главное было во время доставить раненого в Город. А вот судьба всего Города сейчас Карсу казалась неопределённой.

В своём жилище Карс бывал не часто, предпочитая ночевать в казарме дежурного звена Легиона, но сейчас из-за усиления патрулей там не было свободного места. Поэтому пришлось идти к себе.

Внутри всё было, как и две недели назад, когда он уходил, только тонкий слой пыли, покрывший немногочисленную мебель, указывал на длительное отсутствие хозяина. Кровать, стол и стул, окно и узкий санитарный блок – вот и всё, что было внутри.

Воды, как всегда днём не было, да и зачем она – здоровые заняты делами, больные в госпитале. Днём вода подаётся только на нужды дела возрождения, допустим в казарму Легиона…

Карс прямо в одежде упал на кровать и закрыл глаза.

Сколько он провёл в дрёме, не понятно, но вывел его из этого состояния настойчивый стук в дверь. Что тоже было странно, никто не беспокоит воинов ордена в жилых модулях…

Лэн буквально ворвался внутрь, как только Карс приоткрыл дверь.

– Поум на пару дней не снами, – выдохнул он, садясь на кровать.

Карс молча смотрел на своего заместителя, ожидая продолжения – сообщить состояния бойца Лэн мог и по коммуникатору.

– В общем, пока я был в лагере, услышал, что Хорд снарядил сразу 4 поисковых группы в пустыню. Задача у них очень интересная: «Собирать любые боеприпасы и всё, что может пригодиться для ремонта скафов и другой техники». Ребята из поисковиков сказали, что даже сгоревшие броневики сюда потянут. И это не всё, каждую группу будет сопровождать отряд охранения!

– Похоже, они ждут нападения ведьм на поисковиков, ну это, как раз не странно. Ведьмы нарушили правило очерёдности, может, и запрет на атаки поисковиков они соблюдать не собираются. А вот для чего нам металлолом – вопрос.

– Я даже не представляю, что можно сделать со сгоревшей машиной. А задача собирать любые боеприпасы, как тебе? Да я даже боюсь представить, сколько за триста лет в пустыне осталось брошенного или потерянного.

– Лэн, я надеюсь, ты это ни с кем больше не обсуждал?

– Нет, конечно! Это ведь…– Лэн запнулся, подбирая слово, – ну как-то неправильно, что ли, сомневаться в решениях Легата, а может и Владыки, мы же не знаем, откуда это распоряжение.

– Неправильно?! Да ты, только что вслух усомнился в Легате или, не дай Священное Пламя, во Владыке?! Ты в своём уме такое говорить? – Карс буравил взглядом товарища.

– Так я же только поделиться с тобой хотел, – начал оправдываться здоровяк, – я же никогда…ну чтобы… Карс, ну ты же меня знаешь!

– Знаю, знаю, – отмахнулся командир. – Но пойми, так не говорить нельзя, да и думать, если честно тоже.

– А вообще, это ты на меня так влияешь, сам вечно тысячу вопросов задаёшь! Рассуждаешь что да как! – перешёл в наступление Лэн.

– Ладно, всё! Я тоже думаю, что всё это очень странно. Смотри: Ведьмы нарушают правила – это раз. Мы упускаем какое-то новое оружие Друзей, но нам за это ничего не делают – это два. Срочный сбор боеприпасов и запчастей из обломков в пустыне – три. Охранение для поисковиков – четыре, но это вытекает из первого пункта.

– То есть правила ведения войны больше не работают. В руководстве суета такая, что им некогда нас наказывать или сейчас им не с руки убирать нас из Легиона. Ну и Друзья больше нас не поддерживают, поэтому боеприпасов и новой техники нам не видать!

– Выглядит именно так.

– А что дальше, Карс, война без всяких правил?

– Насчёт правил у меня давно уже крутятся некоторые сомнения. Допустим первое правило: «Запрещено атаковать Город или Алтарь для уничтожения систем жизнеобеспечения или иным образом пытаться уничтожить тех, кто внутри». Это ведь война, проще всего и было бы уничтожить Алтарь, а остальные ведьмы сами в пустыне потихоньку вымрут. Ведь так?!

– Ну не знаю, это ведь не просто правила, их писал сам Первый Владыка, и ведьмы их приняли! Если Первый Владыка сказал, что так нельзя, на то были причины. Но если просто подумать, то да, ты прав.

– Вот, а второе: «Удары наносятся по очереди». Если мы хотим победить, не лучше ли наносить несколько одновременных ударов с разных направлений, а потом продолжать бить, пока противник не будет полностью повержен!

– Но это ведь совсем нечестно! – Лэн от возмущения подскочил с кровати.

– А о какой чести может идти речь, когда мы говорим о ведьмах? Они уничтожили весь мир! Это было честно?

– Давай ещё третье правило разбей, и я сразу уйду!

– А вот и нет, с третьим правилом я полностью согласен, атаковать группы, которые собирают раненых и павших воинов это низко, даже для ведьм.

***

Следующая неделя для А́мии превратилась в череду перелётов, межсистемных прыжков между «Вратами», торжественных приёмов и бесед с представителями колоний. Это конечно не была работа члена Звёздного Совета, но была неотъемлемой частью ритуала вступления в должность члена императорской семьи.

Управляющие колоний, к которым ранее императорский дом не проявлял особого внимания, были в восторге от этого события. И даже надменное, в некоторых случаях даже капризное, поведение высокой гостьи ничуть не омрачало их радость.

А́мия мысленно терзала себя от неловкости, когда эта «элита переферии» из кожи вон лезла чтобы произвести на неё впечатление, а она вела себя, как избалованная девчонка.

В целом всё шло отлично, за несколько дней вновь испечённая член Совета сумела настроить против себя достаточно большое количество высокопоставленных людей, в том числе и одного из двух её коллег по Совету, которому отказала в посещении его имения в одной из систем.

Об успехе создаваемой легенды свидетельствовало и легкое недовольство Императора, который вызвал девушку к себе, сразу после возвращения на Ксирас.

– А́мия, я, конечно, лично согласовывал и весь план, и твою кандидатуру, но переигрывать не стоит. – Император по-отечески укоризненно смотрел на девушку. – Ты должна зарекомендовать себя как беспечную и необязательную молодую девушку, которой повезло занять высокий пост. Сейчас же ты уже выставляешь меня в дурном свете. Ты нарушаешь традиции, игнорируешь уважаемых людей, от работы которых зависит многое в Империи, при этом ухитряешься настроить против себя и администрации даже самых маленьких колоний. После такого приветственного тура, я должен бы отменить своё решение и отозвать тебя из Совета. Ты вообще знаешь, для чего он нужен этот тур? Это вообще-то своего рода согласование твоей кандидатуры с жителями планет, которые ты будешь представлять перед чужими расами! И, как по мне, тебя не согласовали!

Девушка стояла, совсем по-детски опустив голову и потупив взгляд – не так часто её отчитывал Император, точнее – впервые.

– Ладно, это я так, больше для самого себя. Если исходить из концепции нашего плана, ты справилась очень даже хорошо, но дальше давай поменьше такого негатива, слишком много внимания к твоей персоне нам не нужно. И потом, мы же не хотим спровоцировать бунты в колониях?

А вот дядя Майрон от души хохотал над её талантом бесить знать, когда они вновь прилетели на Кейтэю, по пути на станцию «Дружба» – штаб-квартиру Совета.

– Ами, это ведь шло в прямом эфире, когда ты сказала несчастному управляющему Тариоса, что ничего не знаешь о его системе, да и не хочешь в принципе знать! Вот это было у него лицо! Мне кажется, он был готов вспомнить древние времена и вызвать тебя на поединок, хотя куда ему в его-то возрасте! – не унимался старик.

В общем, все заинтересованные лица, так или иначе, одобрили завершение первого этапа их операции и санкционировали начало второй.

Единственное о чём жалела А́мия, что перед отлётом не увиделась с отцом, который срочно убыл на ливкановые рудники в одной из самых далёких систем Империи. Там назревал мощнейший катаклизм – орбита естественного спутника единственной обитаемой планеты Гории, по пока не понятным причинам, начала смещаться, угрожая в перспективе столкновением с планетой.

Это обстоятельство, кстати, было и первоочередной повесткой для обсуждения на Совете, куда и вылетела А́мия со своей небольшой командой. Так что, несмотря на уговоры Лисии, задерживаться на Кейтэе они не смогли.

Станция «Дружба» располагалась в одноименной звездной системе. Система была абсолютно не привлекательной – не имела ни планет, пригодных для жизни, ни значимых ископаемых ресурсов, три планеты, обделенные атмосферой и всё. Зато здесь находилась коммуникационная точка первого вида, позволявшая удобно попадать в эту систему из владений других рас. Когда-то давно, когда Эльдор занял эту систему, естественно с разрешения остальных рас, они попытались добывать на третьей планете какой-то минерал. Они даже притащили достаточно крупную космическую станцию, но оказалось, что сложность добычи минерала в разы превышала его стоимость. В общем чтобы «не огорчать», Эльдору предоставили право занять другую, вновь открытую систему, с гораздо лучшими условиями, а в системе Дружбы решили разместить постоянное представительство «Звёздного Совета». А за основу была взята оставленная тут добывающая станция. Формально эта система находилась в зоне ответственности Эльдор, но на деле была общей.

Название станции и системе было дано для официальной декларации факта совместного использования коммуникационной точки. Хотя, конечно, «Дружба» – так звучало название на ксирасианском языке, у чужих рас были свои названия, наиболее подходящие по смыслу. Допустим у Цхи, которые идентифицируют себя как одно целое, понятие «дружбы» отсутствовало в принципе и название станции обозначалось термином, дословно переводящимся как «то, что связывает с вами».

«Дружба» располагалась между второй и третьей планетой системы и не имела уже практически ничего общего с той, изначальной станцией, переданной Совету Эльдором. Сейчас это было веретенообразная конструкция с тупыми краями, достигающая четырёх километров в длину и двух в высоту в самой широкой точке. Такая форма была предана станции достаточно давно, когда Цхи ещё не поделились с остальными расами технологией создания искусственной гравитации, тогда станция вращалась вокруг своей оси, обеспечивая делегатов комфортными условиями пребывания.

Конечно, теперь это была не просто станция, это своеобразный мир, где постоянно проживают сотни и тысячи представителей практически всех рас исследованного космоса, даже тех, кто ещё не входит в Совет, а присутствует на правах наблюдателя. Здесь расположены центры культурного обмена, торговые представительства, различные научные лаборатории, даже есть единственный в своем роде межрасовый университет, хотя, конечно, существовал он по большей части для взаимного признания наук.

Ксирасианский челнок пристыковался не к торцевой части «веретена», где располагались стыковочные модули персонала и гостей, а к малоприметному доку в центральной части станции. Это был особый «вход» для членов Звёздного Совета, напрямую соединённый с основными этажами станции.

Челнок прошёл в широкий зев дока сквозь L-поле, удерживающее атмосферу. В просторном ярко освещённом помещении, А́мию встречала целая делегация персонала представительства Ксираса и администрации станции. Кроме этого, чуть поодаль, ближе к арочному переходу от стыковочной площадки к внутренним помещениям станции скопился с десяток журналистов, представляющих ведущие новостные агентства со всех уголков исследованного космоса.

– Леди А́мия, рад приветствовать Вас на «Дружбе»! – вперёд вышел высокий мужчина средних лет в тёмно-серой форме администрации станции. – Моё имя Джад, я администратор от ксирасианского сектора, может обращаться ко мне по любым вопросам и в любое время.

Мужчина церемониально склонил голову, делая шаг назад. Его каштановые волосы и бледно-голубые глаза говорили о его благородном происхождении, правда, об очень дальнем родстве с императорской семьей.

– Благодарю Вас, Джад, я знаю, кто Вы, ваши достижения в вопросах содействия работе Совета ставят в пример управляющим во всех колониях Империи. Я рада лично познакомиться с Вами!

Девушка слегка кивнула администратору и шагнула вперёд, не дожидаясь пока остальные встречающие представятся. Это, конечно, не нарушало этикет, но лишний раз указывало на её пренебрежение к подчинённым.

– Гарт, разберись с расписанием, – Через плечо бросила она референту, сама же взяла под руку Джада, – Вы не проводите меня до моих покоев, господин администратор?

Они направились вглубь станции, игнорируя сыплющиеся от навязчивых журналистов вопросы. А вот Гарту пришлось задержаться, для знакомства с основными представителями администрации и представительства Ксираса.

Глава 4

Легат выделил Карсу и его звену четыре дня для восстановления, тренировок и других «тыловых» дел. Это время проходило странно, словно в тумане. В голове постоянно крутились навязчивые мысли о необходимости истребления ведьм и его личной ответственности за эту миссию. Даже слово какое-то всплыло в сознании «предназначение».

Слава, Первому Владыке, времени на пустые размышления и копания в себе не было. Легионеры усиленно занимались на тренажёрах физической подготовки, упражнялись в стрельбе, ну и, конечно же, по несколько раз в день слушали речи Владыки о подлости противника и неотвратимости победы Ордена.

А ещё, на удивление Карса, Легат взял его для проведения отбора кандидатов в Легион. Это мероприятие обычно проходило один раз в год, незадолго до дня Возрождения, и на этот год кандидаты уже были набраны. Командующий объяснил это решением Владыки по усилению Легиона, что, конечно, тоже было несколько необычно. Но Карс был так загружен, что не обращал внимания на странности, которых становилось всё больше.

С каждым днём воины становились агрессивнее, непреодолимое стремление битвы читалось в глазах каждого. Все вокруг буквально ею грезили. Даже Лэна было практически не оторвать от рассуждений о славных победах над ведьмами. Заместитель Карса подпрыгивал от каждого сигнала коммуникатора, в надежде, что Легат поставит боевую задачу.

Конечно, боевой дух бойцов подстёгивал и самого Карса – на четвёртый день в Городе всем уже откровенно наскучило. Вообще о связи легионеров со своими скафами в Ордене ходили легенды. Говорили, что часть душевного пламени легионера переселяется в скаф, поэтому они тяжело переносят долгое отсутствие синхронизации.

Мастер – пилот не верил в легенды, но точно знал, что через три – пять дней начинал буквально тосковать по своей машине, по возможности смотреть на мир не только глазами, но и десятком различных сенсоров и датчиков, ощущать палящее солнце поверхностью брони, заставлять тяжёлую машину двигаться с невероятной скоростью и ловкостью. Нет, Карс не рвался в бой, он скучал по скафу…

Дальше начались рутинные походы в охранение поисковых групп. Как и предполагал Карс, ведьмы не атаковали поисковиков. Так что выходы не удовлетворяли жажду сражений бойцов, но позволяли продолжительное время находиться в скафе.

В один из таких выходов группа, сопровождаемая звеном Карса, по какому-то недоразумению или ошибке координаторов Лагеря, встретилась с группой Лойда у подножия Гряды Искупления.

– Карс, это наши развалюхи, мы их будем вытряхивать! – вышел на связь Лойд.

– Да пожалуйста, хоть всё забирайте!

Их встреча тут не была особенно странной – здесь часто происходили стычки с ведьмами, поэтому собирать было что. Эти невысокие обугленные, местами оплавленные горы были самой близкой к Городу границей с землями Алтаря Маларии. Вернее здесь были три границы – Города, Алтаря и Пустоши. Карсу не нравилось это место, одновременная близость радиоактивной пустыни и земель ведьм, никак не ассоциировалась со словом «безопасность». Причем, если что делать с ведьмами Карс хорошо знал, то радиоактивные смерчи, периодически врывающиеся в долину Города из Пустоши, его откровенно пугали. Ну правда: никакие боевые навыки и качества не спасут от бешеного потока радиоактивных частиц, проникающих даже внутрь скафов.

Две группы поисковиков с энтузиазмом начали разгребать обломки какой-то старой техники, обильно присыпанной песком, а легионеры рассредоточились по периметру.

– В зоне ответственности обнаружен разведзонд, – бортовой ИИ, как всегда, был беспристрастен. – Судя по электромагнитной сигнатуре это устаревший зонд, и он статичен.

– Запроси идентификацию!

– Уже, он не отвечает.

То, что зонд устаревший, в современных условиях, когда воины Ордена прочёсывают пустыню, собирая всякий хлам, странным не было, а вот то, что он статичен – настораживало. Разведывательные зонды никогда не останавливаются, их задача – заметить нарушителя и сообщить ближайшему патрулю. Значит, статичный зонд нужно расценивать, как признак присутствия врага.

– Лагерь, говорит Третий, – Карс решил сообщить в Город. – В зоне ответственности обнаружен статичный зонд, почему нам не сообщили о пропаже?

– Третий, это Лагерь, никаких пропавших зондов у нас нет.

– Мастер Карс, зонд исчез, – на этот раз голос ИИ прозвучал удивленным, хотя Карсу могло и показаться.

– Проведи полное сканирование!

– Мастер Карс, сканирование завершено – никаких признаков активности, ни органических, ни механических объектов не обнаружено! – рапортовал ИИ.

Карс стоял у подножия горы, больше казавшейся насыпью огромных опалённых валунов.

– Лойд, ты видел зонд?

– Да, сигнал был какой-то странный, он же уже ушёл из зоны.

– Может и не ушёл… – Карс в очередной раз решил полагаться на свою интуицию. – Лагерь, у нас в зоне возможно нахождение противника, прошу разрешение на проверку, необходима поддержка второго звена.

– Принято, Третий, ожидайте, – дежурный легионер отключился, видимо связывался с командованием. Спустя несколько секунд он ответил на общей частоте, так, чтобы слышал Лойд:

– Решением Легата, второе звено переходит под командование Мастера Карса до окончания обследования зоны ответственности.

– Лойд, оставь двоих в охрану поисковикам, а сам бери правее три прыжка и заходи к точке с фланга. Мы будем на месте раньше, если вступим в бой, твоя задача зайти в тыл противнику!

– Понял. Во имя Возрождения!

Пять зеленых маркеров на мониторе пришли в движение, удаляясь от поисковиков.

– Лэн, в зоне ответственности возможно нахождение врага, по штатным двойкам прочесываем гору, выходим на рубеж. Если врага не обнаружим – возвращаемся тем же порядком. Первая двойка со мной, остальные – интервал 50, вперед! – Карс первым шагнул на камни.

– Мастер Карс, радиация растёт, – предупредил ИИ о приближении к границе Пустоши.

Через полчаса звено находились на небольшом плато, откуда открывался вид на безжизненную степь, с потрескавшейся землей – территорию ведьм. Легионеры заняли позиции на плато, включив маскировочный режим.

К удивлению Карса, враг так и не был обнаружен, но этот пропавший зонд все не давал ему покоя. Что же все-таки это было? Может они спугнули ведьм? Чушь – ведьмы не используют зонды, они доверяют магии своей богини.

«Ну, что же, подождем немного» – решил легионер.

***

Раньше она бывала на «Дружбе» только раз, в детстве с отцом. Тогда они пробыли тут всего пару дней, но даже их хватило, чтобы детское сознание было потрясено станцией. Дело в том, что внутри «Дружба» была в разы больше, чем казалась. Всё благодаря технологиям Цхи. Девушка не особо разбиралась в этом вопросе, но знала, что они каким-то образом могут сворачивать и разворачивать пространство. Вот и выходило, что внешне не самая большая станция, внутри могла посоревноваться в размерах со средней планетарной колонией.

А́мия прогуливалась по широкой пешеходной террасе, проложенной овалом по периметру внутренней части станции. Диаметр террасы был такой, что люди на противоположной стороне представлялись забавными шевелящимися точками. Зато здесь открывался сказочный вид на Сад Дружбы, расположенный несколькими ярусами ниже, в центральной части станции. Чуть дальше, километрах в двух, где Сад плавно превращался в джунгли, начиналась пляжная зона, с настоящим белым песком и морскими волнами, там были и пальмы и даже, вроде, кварзов сюда завезли, для развлечения гостей станции.

А́мия любовалась поразительным видом парка, раскинувшегося в нескольких десятках метров внизу. Площадь зелени, захватившей часть космической станции, казалось, превышала размеры дядиного поместья, и ничуть не уступала по красоте. Тут были и фонтаны, и каскадные озера, клумбы и многочисленные зеленые лабиринты из кустарников, деревьев и цветов, привезённых из различных миров. Кстати, были здесь и несколько растений с Кейтэи, а трёхметровая стена из кейтэйского виноградника располагалась на одной из центральных площадок парка.

Терраса была достаточно оживленным местом. Мимо проходили спешащие по делам и просто прогуливающиеся представители различных рас. Удивительно, но, несмотря на серьезные успехи во взаимной интеграции рас, создать универсальный язык общения так и не удалось. Попытки предпринимались постоянно, но то ли существенные различия в речевом аппарате, то ли просто нежелание излишне сближаться сводили на нет все потуги ксенолингвистов. Поэтому все без исключения расы пользовались переводчиками, а уж их-то было в избытке, от простых технических решений, до симбиотических микроорганизмов, позволяющих понимать чужую речь.

Гарт, подготовившийся к первому в их карьере заседанию Звёздного Совета, нарядился в традиционный ксирасианский полувоенный мундир, свидетельствующий о достаточно воинственной истории Империи. А́мия же, ограничилась белым деловым костюмом – широкие брюки и жакет до колен.

Сзади, как всегда, тихо как тень, следовал Кариган.

– А́мия, пойдём побыстрее, – Гарт пытался оторвать девушку от созерцания видов, открывающихся с террасы. – Нас до начала заседания ждут Ба́рто и Стам, придётся с ними познакомиться и поговорить, хочешь ты этого или нет. Тебе, в конце концов, с ними работать!

Девушка не хотела уходить, ей казалось не правильным променять такие шикарные виды на беседу с двумя стариками, представляющими Империю в Совете уже циклов по пятьдесят.

Но это был лишь секундный порыв впечатлительной девичей души, вырвавшийся из-за созданного ею самой образа.

Представительства Ксираса занимало практически весь третий дипломатический ярус, за исключением десятка вспомогательных помещений. Раньше ярусы распределялись по возрасту цивилизаций, вошедших в Совет, но потом, когда их стало достаточно много, от этого правила отошли. Сейчас на одном ярусе могли соседствовать представительства нескольких небольших систем.

Вход в административный блок находился за мощной дверью, украшенной множеством традиционных ксирасианских узоров, но от этого не менее надёжной.

– Леди А́мия, я провожу Вас, – Джад, как будто караулил их за дверью, – члены Совета уже ждут.

В просторном, хорошо освещённом помещении располагался небольшой круглый стол, с тремя креслами по периметру. Мягкий ковёр с длинным ворсом на весь пол делал помещение по-домашнему уютным. Левая стена представляла собой сплошное панорамное окно, выходящее на Сад Дружбы. Остальные стены украшали большие, в человеческий рост, картины с запечатлёнными сценами заседания Совета. Картины, по всей видимости, были настоящими, написанными красками на холсте, а не модным виртуальным творчеством.

Двое членов Совета, облачённые в серые мантии до пола, дожидались А́мию за столом. Она раньше не встречалась с ними, ну может быть когда-то давно в детстве. Оба постоянных представителя Империи даже на первый взгляд были старше дяди Майрона.

– Здравствуйте, господа, – она слегка склонила голову, – прошу меня простить, я только прибыла на станцию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.