Таня Радуга
Золото Пиротана. Книга первая. Бесстрашие у нас в крови

Эту книгу я посвящаю той, кто научила меня читать, писать и видеть красоту мира – моей маме.

Пролог.

Женька стояла у огромной стеклянной стены аэровокзала, за которой по заснеженному полю ползали и взлетали самолёты, носились погрузчики и снегоуборочные машины. Но она смотрела не на них. С кривой усмешкой на чувственно очерченных губах Женя разглядывала своё отражение: высокая, стройная, в модных джинсах и ярких кроссовках. Короткая розовая куртка оттенка «вырви глаз» смотрелась крайне эффектно с её иссиня-чёрными волосами. Она тряхнула головой, и профессионально уложенные спирали коротких кудрей игриво взметнулись вокруг её лица. Собственно, лица в стекле особо видно не было, а вот прорисованные контрастным «смоки-айс» глаза сильно выделялись и привлекали внимание. «Папа бы меня, не раздумывая, пристрелил за такой внешний вид… Но генерала Сергеева больше нет… и мамы нет… Меня здесь больше ничего не держит…, и никто не ждёт…» К горлу подкатил комок.

Она покидала заснеженную Москву, спонтанно, необдуманно, согласившись на какую-то совершенно непонятную авантюру, чтобы только сбежать отсюда подальше. Ей не было страшно ехать в неизвестность: «Хуже, чем есть сейчас, уже не будет. Не бывает хуже!» Прежняя её жизнь теперь казалась набором каких-то тусклых битых стёкол. Женя проводила взглядом шумную компанию молодёжи, среди которых ехала, задорно смеясь, девчонка в инвалидной коляске, – «Ну ладно, хуже бывает… У меня всё-таки есть руки, ноги и какая ни какая, но крыша над головой… Боже… Зачем я это делаю?! Наверное, мне лучше вернуться, пока не поздно». Она закинула на плечо лямки модного кожаного рюкзака и собралась уходить.

– Объявляется посадка на рейс Москва-Лион. – вежливо сказал женский голос по громкой связи.

– Жени? У Вас всё хорошо? Нам пора. – к ней подошёл импозантный ухоженный мужчина средних лет в дорогом чёрном пальто, говоривший с сильным акцентом.

– Да… – она растерянно отступила назад, пропуская весёлую парочку студентов. Парень что-то увлечённо рассказывал своей подруге, глядя на неё совершенно влюблёнными глазами, а его спутница вся светилась от счастья. Женька разозлилась на свою минутную слабость, упрямо стиснула зубы и с нахальной усмешкой посмотрела на мужчину: – Да, со мной всё в порядке. Я готова.

Уже сидя в самолёте и слушая нарастающий гул двигателей, она вдруг осознала, что никогда не вернётся домой. Собственно, и дома то у неё здесь больше не было.

Часть первая. Люди, как люди

Глава 1. Дочь генерала

Генерал Евгений Петрович Сергеев работал преподавателем в одной из академий. В прошлом он был опытный полевой командир, прошедший горячие точки, но после тяжёлого ранения, ему пришлось оставить службу. Благодаря своим личным качествам и связям, он перебрался в Москву и неплохо там устроился. В столице генерал быстро женился на дочери своего старого друга, обзавёлся недвижимостью, облысел, располнел и отпустил густые усы. В семье был мир и достаток. Его молодая жена, тонкая блондинка с по-детски распахнутыми голубыми глазами, обрамлёнными пушистыми светлыми ресницами, была тихой, скромной и начитанной девушкой. Она стала для своего взрослого мужа преданной и послушной спутницей жизни. Одно только огорчало генерала: он мечтал о сыне, но у них с Надеждой Николаевной никак не получалось завести ребёнка. А потом вдруг родилась девочка, которую назвали в честь отца – Женей.

Генерал был человеком старого семейного уклада, его слово в доме было закон, а женщина должна была знать своё место. После появления дочери, Надежда Николаевна оставила работу в библиотеке и полностью посвятила себя семье. Когда генерал работал в своём кабинете, домашние ходили на цыпочках, чтобы его не потревожить. Жена боготворила его и даже дома называла исключительно по имени отчеству. Евгений Петрович был строг со своими домашними, он мог отчитать Надежду Николаевну за неразумно потраченные деньги на новое платье или слишком пёстрые занавески. Но всегда хвалил жену за удавшийся борщ или котлеты. В такие минуты Надежда Николаевна тихо светилась от счастья.

Женя росла послушным ребёнком. Она хорошо училась в школе, быстро схватывая всё на лету; учителя любили её, но подруг у Жени не было, на них просто не оставалось времени. Жизнь девочки была строго расписана по минутам: после уроков она спешила в музыкальную школу, потом на занятия с репетитором по английскому, а все вечера проводила дома за учебниками и в интернете. Евгений Петрович каждый вечер, приходя с работы, требовал от дочери отчёты о её оценках и всегда внимательно пролистывал её дневник и тетради. Женя не любила своего деспотичного отца и побаивалась. Они никогда не ходили в цирк или зоопарк, генерал считал это бессмысленным времяпровождением. Зато, он регулярно отводил девочку в военный тир, где частенько бывал сам с друзьями. У Женьки оказался меткий глаз и твёрдая рука. Со временем, она пристрастилась к стрельбе и уверенно разбиралась в разных видах оружия. Тир – было единственное место, где генерал благосклонно относился к дочери и даже скупо хвалил её иногда, заодно поощряя сетевые компьютерные игры, где нужно было много стрелять, уметь выживать и убивать врагов. В сети Женю знали под ником Casta Diva, и она считалась лучшим снайпером среди игроков. Здесь она отрывалась! Ведь только здесь у неё были друзья и право голоса.

Уже будучи подростком, девочка поняла, что в их семье не всё гладко. Генерал не считался с мнением ни своей жены, ни дочери, держа их в ежовых рукавицах. А мать… женщина покорно сносила все его оскорбления, полагая, что по-другому и быть не может. Женю это коробило и возмущало, но протестовать она не решалась. Единственной отдушиной для девочки были соцсети, которые она тщательно прятала от родителей. Женя с тихой завистью подглядывала за чужой жизнью, где были праздники, веселье, любовь, дружба, приключения. Там была свобода! Всё это для неё казалось недосягаемым, и Женька мечтала, что однажды, когда она вырастет и станет самостоятельной, то обязательно вырвется из своего унылого существования, и вот тогда!.. Закончив с отличием школу, Женя, по настоянию генерала, поступила на истфак.

– Женщине нужно такое образование, чтобы с ней было не стыдно показаться на люди, а не изображать из себя… как это сейчас там у молодёжи… модное слово… бизнесвумен. – хмуро сказал генерал, – И не вздумай в институте вольничать. Завкафедрой – мой кореш, я всё узнаю.

После института отец устроил Женьку работать в секретариат его академии. Он тщательно контролировал, когда и с кем его дочь проводит время, чем занимается и как выглядит. Собственно, выглядела она всегда одинаково строго: гладко зачёсанные назад и собранные в низкий хвост волнистые чёрные волосы; добротная, но скромная одежда, без всякого намёка на моду или, упаси боже, сексуальность. Женя с детства стеснялась своих глаз ярко-изумрудного цвета, которые так отличали её от родителей, поэтому старательно прятала их за очками в толстой роговой оправе. Естественно, о декоративной косметике даже речи быть не могло.

– Нечего тебе общаться со всякими профурсетками! Кругом сейчас один разврат! Не хватало, чтобы моя дочь в подоле принесла! – обычно так начинался и заканчивался разговор, когда Женя пыталась отпроситься пойти в гости или посидеть в кафе с однокурсниками, а потом с коллегами. Она расстраивалась, но нарываться на гнев отца не хотела, поэтому всегда отказывалась от приглашений. Со временем, её звать перестали.

– Но как же девочке выйти замуж? – с робкой улыбкой спрашивала Надежда Николаевна у мужа, – Ей уже пора бы…

– Я сам решу. – резко давил на корню подобные разговоры генерал, – Найду ей серьёзного человека. А ты лучше, чем не в своё дело лезть, иди-ка собери мне в дорогу пожевать что-нибудь. Да майонеза не жалей, а то в прошлый раз перед мужиками за оливье стыдно было.

Генерал был заядлым охотником и часто проводил выходные с друзьями в лесах. Надежда Николаевна охала и бежала на кухню выполнять поручение мужа.

Глава 2. Новогоднее чудо

Последний рабочий день перед Новогодними праздниками выдался для Жени тяжёлым: ей пришлось заполнять вручную множество документов, отвечать на бесконечный шквал звонков от студентов и преподавателей. Она с тоской смотрела через окно на праздничную Москву, на яркие огни витрин, на весёлые лица людей. В их семье праздник из года в год встречали одинаково: тридцать первого декабря Надежда Николаевна весь день проводила на кухне, варила, жарила и резала блюда на стол, а отец возвращался вечером с работы с живой ёлкой и поручал Жене её нарядить. Они садились за стол, слушали речь президента, поднимали бокалы и… отправлялись спать. Так как первого января генерал всегда уезжал на несколько дней с друзьями на охоту.

Но сегодня, Евгения Петровича с женой пригласили встретить Новый год за городом, в доме одного высокопоставленного человека. Генерал не посмел отказаться, или не захотел. Но факт остался фактом – этот Новый год Жене впервые предстояло провести в одиночестве. Вздохнув, она навела порядок на своём рабочем столе и собралась уходить, когда к ней подошла одна из молодых аспиранток:

– Жень, ты чего такая унылая? Новый год же!

– Да вот, родители уехали. Придётся этот Новый год одной встречать. – грустно улыбнулась Женя.

– Да ладно! Слушай, а давай с нами в ночной клуб! У нас хорошая компания будет. Да ты половину ребят знаешь.

– Нет, спасибо. Я лучше пойду… – Женя одёрнула мешковатую серую водолазку, – Хорошо отдохнуть вам.

– Ой, да брось! – не унималась девушка, – А правду говорят, что тебе отец не разрешает никуда ходить? Я в это не верю! Тебе же уже не пятнадцать лет, и даже не двадцать пять.

– Двадцать три. – улыбнулась Женя.

– Ой, прости! Я думала, ты старше… Так тем более надо! Ну так что? Потанцуем, поболтаем, выпьем за Новый год! А потом по домам.

– Я не танцую…

– Значит, просто посидишь, послушаешь музыку и порадуешься вместе со всеми. Пошли, пошли, там такси ждёт внизу. – она схватила Женю за руку и потащила за собой.

– Подожди… – Женька едва успела сдёрнуть с вешалки своё зимнее драповое пальто. Оно было не модным, но сшитым из хорошей шерсти, с натуральным меховым воротником.

Женя впервые была в подобном месте. Музыка оглушила её; в полумраке ярко вспыхивали разноцветные огни. Девушки сдали верхнюю одежду в гардероб и протиснулись сквозь танцующую толпу к своему столику. Здесь их уже ждали человек десять ребят и девушек. Женя действительно узнала среди них знакомых с академии. Лена, так звали аспирантку, усадив её на огромный полукруглый диван, прокричала Женьке в самое ухо:

– Не кисни! У нас всё включено! Алкоголь и закуски на выбор! Принести тебе чего-нибудь?

– Шампанское! – крикнула Женя, пытаясь перекричать шум, – Новый год, всё-таки!

Лена вернулась через несколько минут с двумя высокими фужерами в руках, рядом с ней шёл незнакомый блондин, неся в руках тарелку с нарезкой сыра. Молодой мужчина произвёл на застенчивую Женю неизгладимое впечатление. Он был красив: лицо с правильными чертами лица; уверенный взгляд серых глаз; узкие джинсы; стильный тонкий джемпер был надет на голое тело и подчёркивал его широкие плечи и подкачанный торс. «Армани» – Женька успела почитать логотип, прежде чем смущённо опустила глаза. В движениях незнакомца сквозило что-то хищное и опасное, и это делало его ещё привлекательней.

– Позволишь? – спросил он Женю, указывая на диван рядом с ней. Она кивнула и подвинулась. На голодный желудок и в духоте шампанское быстро дало о себе знать.

– Не стесняйся. – молодой человек подвинул к Жене тарелку. Девушка робко взяла один ломтик сыра.

– Меня Павел зовут. – крикнул он, приблизившись к её лицу, – Лена мне много рассказывала про тебя. Твой отец – генерал Сергеев?

Женя, улыбаясь, кивнула. Они разговорились. С каждой минутой Павел ей нравился всё больше и больше. «Приятный такой, с хорошими манерами и грамотной речью… Папе бы он тоже понравился… наверное…». Единственное, что её смущало, так это его не московский выговор.

– Ты не местный? – задала Женя мучивший её вопрос.

– Я из Новосибирска. Родители – академики. Но я хочу всего добиться сам, поэтому приехал в Москву. – он протянул ей новый бокал, ненароком коснувшись пальцами её руки. Женька, смущённо улыбаясь, выпила шампанское залпом. Голова кружилась от чувства свободы и новых ощущений. Музыка стала медленной и убаюкивающей.

– Может потанцуем? – вопрос был риторическим. Не дожидаясь ответа, Павел взял девушку за руку, вывел ей из-за стола и, деликатно прижав к себе, стал раскачиваться в такт музыке. Его дыхание было неприлично близко от Женькиного лица, но ей это нравилось. Его объятия стали смелее, и в какой-то момент его губы нежно коснулись её губ. Не понимая, почему она это делает, Женя невольно приоткрыла рот, и мужчина, вдруг, страстно запустил в него свой язык. Одновременно, его сильные руки стали двигаться по её телу, открывая на нём новые чувственные места. Женьку захватила сладостная волна новых ощущений, и она начала в ней тонуть. Но музыка вновь сменила ритм, и Павел с неохотой убрал руки. Девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами, её голова шла кругом, а тело требовало продолжения.

– Давай уйдём отсюда… – мужчина, тяжело дыша, коснулся губами мочки её уха. Женя согласно кивнула. Чувства дали ей крылья, она готова была идти за ним куда угодно, бежать, лететь!

Павел привёл её на свою съёмную квартиру.

– Проходи, располагайся. – он аккуратно разулся и помог ей снять пальто, – Я в душ.

Женька отлично понимала, что, придя на квартиру ночью к холостому мужчине, они будут не только чай пить… Но ей так вдруг захотелось вырваться из душного родительского дома! От вечного недовольного и грозного взгляда отца, от жалких причитаний матери! Ей захотелось быть… свободной, как… те девчонки в клубе. Танцевать, смеяться, красить губы яркой помадой и носить короткие юбки!

Она прошла в комнату и скромно присела на край большой кровати, размышляя, что делать дальше. Чрез несколько минут в дверях появился Павел. Женя охнула, покраснела и отвела глаза – на мужчине ничего не было из одежды. Совсем.

– Мы же взрослые люди… Зачем стесняться?.. – он подошёл к девушке, и, рывком подняв её с кровати на ноги, страстно впился в губы поцелуем. Женя начала терять контроль над собой, комната закружилась и поплыла, кровь стучала в висках, тело внезапно ослабло. Она не успела понять, как оказалась в одном белье, лежащей на кровати. Мужчина, тяжело дыша и продолжая целовать её грудь и шею, запустил требовательные пальцы ей между ног. Женька замерла, и тут же, застонав от удовольствия, выгнулась ему навстречу. Одним движением избавившись от остатков её одежды, Павел раздвинул ей ноги и осторожно вошёл в неё.

Ночь пролетела незаметно. Утром, принеся ей кофе и бутерброды в постель, Павел с довольной улыбкой плюхнулся рядом.

– Когда возвращаются твои родители? – наблюдая за реакцией девушки, он вёл пальцем вверх по её обнаженному бедру.

– Сегодня вечером…

– Значит, у нас с тобой есть ещё целый день… – он с потемневшими от желания глазами, отставил в сторону поднос с тарелками и навалился на неё всем телом. Женька довольно захихикала, отдаваясь во власть этого мужчины и своих новых ощущений.

Вечером, уже собираясь домой, она вдруг вспомнила, что не знает даже номера телефона мужчины, с которым провела эту ночь. Женя остановилась в дверях, не решаясь об этом спросить, но Павел опередил её.

– Жень, ты, наверное, подумала обо мне бог весть что… – он вышел в прихожую её проводить. Молодой мужчина был в домашних брюках и футболке, – Ты мне очень нравишься. Я никогда раньше не встречал таких девушек, как ты.

Женька покраснела и прикусила губу.

– Мои намерения в отношении тебя самые серьёзные. Я хотел бы познакомиться с твоим отцом. Если ты, конечно, не против. – он смотрел на неё сверху вниз спокойно и уверенно.

– А… я… – залепетала Женя, зачем-то приглаживая волосы, туго стянутые в хвост, – Да… конечно… я тебе позвоню… только…

– Я забил тебе в телефон свой номер. – он достал из кармана брюк сотовый. У Женьки в сумке зажужжал мобильник, она достала его и удивлённо посмотрела на экран:

– Павел Алексеевич Рылеев? – девушка подняла глаза.

– Да, потомок тех самых декабристов. – едва заметная улыбка тронула его лицо.

Женя ехала в такси и улыбалась. Улицам, домам, кружащемуся снегу и просто встречным прохожим. «Павел! Какое красивое имя! И сам он – такой красивый и умный! А его губы…» Женя снова покраснела, вспомнив проведённую с ним ночь. Она была влюблена! И даже предстоящий разговор с отцом её больше не страшил.

Глава 3. Завидный жених

На удивление, новость о том, что Женя хочет познакомить его со своим другом, Павлом Рылеевым, отец воспринял спокойно.

– Павел Рылеев… где-то я уже слышал эту фамилию… – генерал оторвался от чтения газеты, – А… так он потомок декабристов? И из семьи академиков, говоришь? Ну что ж, посмотрим. Веди!

Молодой мужчина появился на пороге их квартиры с огромным букетом роз, коробкой торта и с бутылкой дорогого коньяка.

– Это Вам. – Павел галантно протянул цветы Надежде Николаевне, – А это, исключительно для мужской компании. – он вручил бутылку отцу, а Женьке впихнул в руки торт и тихо, но твёрдо сказал: – Женечка, будь добра, отнеси это на кухню.

– Добро!.. – довольно ухмыльнулся генерал, – Сразу видно, наш человек. Старших уважает и знает, где лучшее место для женщин. Пойдём-ка, поболтаем по-мужски в моём кабинете.

Собственно, весь этот вечер Евгений Петрович и Павел провели вдвоём. За исключением того момента, когда дверь открылась и раздался грозный окрик генерала:

– Жена! Чаю в мой кабинет!

Надежда Сергеевна, радостно подорвалась, схватила поднос с двумя чашками и, робко постучав в закрытую дверь, спросила:

– Может быть тортика?

Дверь открыл Павел. Приняв у женщины поднос, он вежливо ответил:

– Благодарю. Ничего не надо. – и закрыл дверь перед носом у Надежды Сергеевны. Она вернулась на кухню, радостно вытирая чистые руки об передник, и со счастливыми глазами заговорщицким тоном сказала дочери:

– Кажется, они поладили.

Спустя пару часов, генерал самолично проводил гостя до входной двери. Хлопая молодого мужчину по плечу, он веско пробасил:

– Стало быть, завтра, часов в девять утра, я тебе наберу. Охота – занятие для настоящих мужчин, будь готов.

– Буду, Евгений Петрович! – уверенно заверил его Павел, холодно поцеловал Женю в щёку, кивнул Надежде Николаевне и вышел.

– А с вами, у нас сейчас состоится серьёзный разговор. Ко мне в кабинет! Обе! – генерал развернулся и потопал в глубь квартиры. Мать и дочь тревожно переглянулись, но проследовали за ним. Тяжело опустившись в кожаное кресло, мужчина смерил грозным взглядом каждую из женщин.

– Твоё воспитание… – он хмуро сказал жене, кивнув головой в сторону Жени, – Вот так вот, в тихом омуте… Не углядела за девкой!

– Что не так, Евгений Петрович?.. – робко заулыбалась Надежда Николаевна, снова вытирая руки о передник.

– Что не так?.. – вскричал он, и выдержав паузу, уже спокойным, но строгим тоном продолжил: – Твоя дочь собралась нас опозорить на старости лет! Хорошо, что Павел Сергеевич, оказался порядочным мужчиной и готов жениться на этой блуднице.

– Что? – растерянно улыбнулась Женька.

– С тобой я не хочу вообще разговаривать! – рявкнул генерал, – Вопрос решён, тема закрыта. Мы завтра отправляемся на охоту. Там как раз будет мой знакомый из мэрии, он организует вам ЗАГС без очереди.

– Какой очереди, пап? Ты про что вообще говоришь? – забеспокоилась Женька.

– Такой! Пока тебе пузо на нос не полезло! Всё! Свободны обе! – генерал резко взмахнул рукой в сторону двери, и обе женщины послушно покинули кабинет.

– Мам, я не понимаю… – Женя расстроенно хлюпала носом, сидя на кухне.

– Ну что ты, что ты… – Надежда Николаевна гладила дочь по спине, – Отец лучше знает, что для тебя хорошо. Да и пора тебе уже… А то засидишься в девках…

– Мам, но я Павла знаю всего несколько дней! Как я могу выйти за него замуж? И потом… – Женя подняла на мать недоумевающие глаза, – Зачем так спешить?

На самом деле, Женька была совсем не против покинуть родительский дом. Прямо сейчас. Она готова была догнать Павла и уехать к нему на съёмную квартиру. Только бы вырваться отсюда… Она тяжело вздохнула и ковырнула ложечкой кусок торта:

– Мам, а почему ты живешь с отцом?

– Ты о чём? – улыбнулась женщина, устало опустившись на табурет.

– Ну… он же… тиран и деспот…

– Милая!.. – Надежда Николаевна коснулась тёплой ладонью щеки дочери, – Он просто переживает за нас. Но мы любим его! А он любит нас.

Генерал по-прежнему не разрешал дочери никуда отлучаться. Однако, Павел стал часто бывать у них дома. Всегда вежливый и галантный, он держался слегка высокомерно и строго. Женька терялась в догадках и в своих чувствах к нему. Но иногда, в те редкие моменты, когда им всё же удавалось остаться наедине, Павел снова становился страстным и обаятельным. И Женя приняла эти правила игры, надеясь, что вскоре всё встанет не свои места. Молодой мужчина несколько раз ездил с генералом и его друзьями на охоту, и вскоре, Евгений Петрович, воспользовавшись своими связями, устроил будущего зятя на хорошую высокооплачиваемую должность. Впрочем, в статусе будущего зятя, Павел находился недолго. Свадьба была скромной: на Жене даже не было белого платья, просто пришли, быстро расписались и посидели с Женькиными родителями вчетвером в ресторане. Родители Павла приехать не смогли, они были на каком-то международном симпозиуме в Вене, к телефону не подходили, но прислали сообщение с поздравлениями. Женю это неприятно удивило.

– Что б ты в этом понимала! – резко отреагировал на сомнения дочери генерал, – Люди важные, делом заняты. Не то, что некоторые. Сына, вон какого вырастили! А от вас с матерью – никакого толка!

– Пап, ну что ты такое говоришь! – робко попыталась урезонить его Женя.

– Ну ладно, от тебя польза никакая, но всё же есть. Твоя мать сына мне не смогла родить, так хоть дочь достойного зятя нашла! Будет мне на старости лет заместо сына.

Надежда Николаевна печально опустила глаза и поникла.

– Пап… – прошептала Женя, показывая ему глазами на мать.

– Что? Не так? От вас, баб, только одно требуется: родить мужику сына! А твоя мать даже этого сделать не смогла! – он, гневно сверкнув глазами, развернулся и громко хлопнул дверью кабинета.

«Бежать! Бежать отсюда без оглядки!» – Женя мысленно уже собирала вещи, но в день свадьбы генерал постановил: молодые будут жить с ними, пока не обзаведутся собственным жильём.

Павел с вещами появился в её комнате тем же вечером. Женя одновременно радовалась и страдала. Днём муж был с ней суров и холоден, подражая генералу, а ночью снова превращался в нежного и заботливого любовника. Женька мечтала поскорей прекратить эту игру. И однажды, ей пришла в голову хорошая мысль:

– Паш, знаешь, у нас есть дача… Там дом зимний, со всеми удобствами, дороги новые, соседи хорошие. Мы там почти не бываем, потому что отец любит жить в городе. – Женька лежала, как довольная кошка, прижимаясь голым телом к мужу и преданно глядя ему в глаза, – До Москвы на машине – всего полчаса езды. Мы могли бы с тобой переехать туда. Может поговоришь с отцом?

– Угу… Хорошая мысль… – Павел сгрёб её в охапку и стал покрывать поцелуями. Женька тихо засмеялась. Всё было не так уж плохо в её семейной жизни.

– Согласен! – радостно хлопнул по плечу зятя генерал, – Молодые должны жить отдельно. Да и детям лучше расти на природе. Твоей жене пора уволиться с работы, чтобы за домом лучше смотреть, а то здесь, она ничему хорошему от своей матери не научится. Пойдём-ка, поговорим по-мужски в моём кабинете.

И Евгений Петрович снова уединился с Павлом. Разговор «по-мужски» обычно проходил за распитием дорогих коньяков, к которым генерал последнее время пристрастился.

В первых числах марта Женька с мужем переехали в загородный дом. Место было хорошее, тихое, вокруг росли сосны, стояли дома академиков, профессоров и писателей. Женя целыми днями намывала в доме окна и стены, драила сантехнику и мебель. Не то, чтобы здесь всё было очень грязным, но ей так хотелось смыть остатки своей старой жизни! Весна пролетела незаметно, Женька пыталась привести в порядок заросший сад, убиралась, стирала, гладила и готовила мужу разносолы. Она хотела быть хорошей женой. Нет, самой лучшей!

Однако, Павел с каждым днём становился по отношению к ней всё холодней и холодней. Секс стал коротким и безэмоциональным. Женя расстраивалась, чувствуя себя виноватой, и старалась загладить свою вину, находя рецепты приготовления всё новых и новых блюд, наводя в доме уют и красоту. Но это не помогало. Муж стал всё чаще задерживаться на работе допоздна, а потом и вовсе перестал приезжать ночевать домой, оправдывая это тем, что в дачный сезон на трассе пробки, и добираться из Москвы и обратно, ему долго и неудобно.

Женька чувствовала неладное, но отказывалась это признать. Но ещё больше, она боялась признаться в этом отцу. И однажды, Павел приехал домой среди белого дня на дорогущей машине, подаренной ему генералом.

– Паша! – Женька радостно выбежала к нему на встречу, но муж, холодно отстранившись от неё, сразу прошёл в дом.

– Что я такого сделала? – в слезах крикнула девушка, – За что ты так со мной? Я ведь твоя жена! Ты что, больше меня не любишь?..

Павел быстрыми шагами вернулся к ней и, схватив за руку, подтащил к большому зеркалу:

– Смотри… Что ты видишь?

– Отпусти, мне больно! – Женя попыталась вырваться, но муж держал её крепко.

– Смотри внимательно… На твой взгляд, эти двое, которых ты видишь в зеркале, подходят друг другу?

– Паш, что ты такое говоришь! – на Женьку из зеркала смотрела худенькая девушка в домашнем халате и мокром переднике, в нелепых больших очках и с туго зачёсанными в хвост чёрными волосами. А рядом с ней стоял красивый и стильный мужчина в дорогом костюме. Женя посмотрела на него несчастными глазами, полными отчаяния, – Но… мы же любим друг друга…Или?..

– Или. – мужчина брезгливо отшвырнул её руку, – Когда мне предложили познакомиться с дочерью генерала, я как-то немного иначе представлял себе тебя.

– Что?.. – Женя растерянно застыла, потирая руку.

– Посмотри на себя! Какая из тебя… москвичка?! Дочь генерала! Ты – невзрачное убогое ничтожество. Да ты просто… моль серая! Мне стыдно с тобой показаться на глазах сослуживцев! Я женился на тебе только из уважения к твоему отцу.

– Так не женился бы тогда! Это мой отец вывел тебя в люди! – внезапно взорвалась Женька, – А теперь, я вдруг тебе стала не нужна? Надеюсь, ты всё получил, что хотел?

– Не всё… – нехорошо ухмыльнулся Павел, закидывая несколько кофров с костюмами в машину, – Может пожалуешься своему папочке, какая ты оказалась никчёмная жена?

– Ах ты… сволочь! – разрыдалась от унижения девушка, глядя вслед удаляющейся машине.

Глава 4. Беда не приходит одна

Чтобы заглушить боль обиды Женя целыми днями копалась в саду. О том, чтобы сообщить родителям, что муж ушёл от неё, даже не могло быть и речи. Вот и сегодня Женя весь день проковырялась в земле с лопатой, поэтому не слышала, как звонил телефон. Вернувшись домой, она не сразу увидела несколько пропущенных звонков от матери. Она набрала номер.

– Жень… У отца инсульт… Мы в больнице, приезжай скорей… – сказала Надежда Николаевна каким-то безжизненным голосом.

Женя сразу же вызвала такси. Но машина ехала долго, Женька нервничала и проклинала забитую трассу на Москву и бесконечные пробки. Она влетела в коридор реанимации в тот момент, когда к матери вышел врач:

– Ваш муж умер. Соболезную. – коротко сказал мужчина в зелёном костюме доктора. Надежда Николаевна тихо осела на пол. Пока сбежавшиеся медсёстры приводили её в чувство, врач пытался объяснить Женьке дальнейшие её действия: про морг, про оформление справок, документов, ритуальные услуги. Всё было, как в страшном сне. Дрожащими пальцами она набрала номер Павла:

– Паш, папа только что умер…

– Сочувствую, но ничем помочь не могу. – сухо ответила трубка.

– Я не знаю, что делать… – Женя с трудом сдерживала рыдания в голосе.

– Ничего, справишься. Ты уже взрослая девочка, и сама разберёшься. Извини, у меня деловая встреча. – Павел сбросил звонок.

У Женьки не было слёз, организация похорон оказалась делом хлопотным и крайне ограниченным по срокам. Девушке пришлось в буквальном смысле бегать по кабинетам и инстанциям, оформляя бумаги. Ей было просто некогда плакать и жалеть себя. Хорошо, что помогли бывшие коллеги с академии, они организовали автобус и поминки в кафе. Надежда Николаевна всё это время безучастно сидела на кухне, смотря невидящими глазами на пустую чашку мужа.

– Мам, ну ты хоть поплачь… легче будет… – Женя подходила к матери и гладила её по руке, – Хочешь, я приготовлю поесть?

Надежда Николаевна молча качала головой, отказываясь от еды. За эти дни она почернела, превратившись из цветущей женщины в старуху. Женя отводила её в постель и давала успокоительное. Даже в день похорон жена генерала не проронила ни одной слезинки и ни одного слова. Словно застывшая восковая кукла, она бросила дрожащей рукой прощальную горсть земли в могилу и позволила Жене увести её домой. Через два дня после похорон мужа Надежды Николаевны не стало, она тихо скончалась ночью. И Женьке пришлось пройти всё сначала. Только вот на похороны жены генерала никто не пришёл. У Надежды Николаевны не было ни родственников, ни подруг, а Павел больше не брал трубку. Женя стояла одна на краю могилы, под моросящим дождём, и у неё не было ни сил, ни эмоций.

– Засыпать, что ли? – донёсся до её сознания голос одного из рабочих кладбища. Девушка молча кивнула головой, бросила последний взгляд на две свежие могилы и побрела к выходу, не чувствуя усилившийся дождь.

Павел объявился через пару дней. Увидев на определителе его номер, Женя горько усмехнулась и сняла трубку.

– Привет. Сочувствую твоему горю. – как ни в чём не бывало, деловым тоном сказал муж, – Я нашёл покупателя для дачи. Так что, если тебе нужны оттуда какие-то вещи, то тебе лучше сегодня их забрать.

– Что?.. – слабым голосом выдохнула Женя, не веря своим ушам, – Ты не можешь продать нашу дачу. Она папина, а не твоя.

– Ошибаешься. – холодно отрезал Павел, – Генерал оформил её на меня перед тем, как мы туда переехали. Советую поторопится.

– Я тебе не верю… – прошептала девушка, – Папа не мог так поступить…

– Он всегда мечтал о сыне. – в голосе мужа прозвучала издёвка, – Я сейчас пришлю тебе фото дарственной. Да, вот ещё что. Я понимаю твоё состояние сейчас, поэтому отправил к тебе с курьером бумаги на подпись.

Звякнуло сообщение мессенджера, Павел прислал фотографии документов, где значился единственным хозяином дома. Женя, наконец, не выдержала и горько расплакалась. За окном третий день лил проливной дождь, она сидела одна в опустевшей квартире, у неё не осталось никого, с кем можно было бы поговорить.

Через час в дверь позвонили. Курьером оказался сотрудница ЗАГСа, привёзшая документы на развод. Женщина сухо показала, где поставить подпись, вежливо пожелала Жене начать новую жизнь с чистого листа и ушла, оставив девушку в состоянии ступора.

На дачу Женька не поехала. Её личных вещей там было мало, а забирать подушки и тарелки не было смысла. Она проклинала тот день, когда пригласила Павла домой! Когда пошла в ночной клуб! Она проклинала этот дурацкий праздник – Новый год, который разрушил её жизнь!

Генерал оставил хорошие сбережения, и Женька мысленно воздала хвалу небу, что Павел вовремя развёлся с ней и не запустил руку и сюда. Женя почти месяц не выходила из дома, да и идти ей было некуда. Она много сидела в интернете, что-то читала, что-то смотрела, и уже подумывала: не вернуться ли ей на работу в академию? Но её место оказалось уже занято, а других вакансий для неё не было. Женьку вежливо слили.

Однажды в дверь позвонили, на пороге стоял мужчина в форме:

– Судебный исполнитель Петров! – представился он, – Распишитесь, пожалуйста, в получении уведомления.

Женя при нём вскрыла конверт и, быстро пробежав текст глазами, подняла на мужчину побледневшее лицо:

– Здесь какая-то ошибка… Что значит: «освободить квартиру в течении четырнадцати дней»? Это… мой дом! Я здесь живу!

– Моё дело – ознакомить вас с постановлением суда. – пожал плечами пристав, – Вы можете это обжаловать.

Женя трясущимися руками натягивала пуловер и юбку, повторяя вслух:

– Это недоразумение… просто ошибка… Я сейчас пойду и всё улажу…

– Эй, Женька! Ты зачем здесь? – в коридоре районного суда её окликнул мужской голос. Девушка облегчённо выдохнула, узнав одного из папиных друзей, – Ну как ты? Держишься?

– Андрей Николаевич, тут такое дело… Вышло странное недоразумение… – залепетала она.

– Разберёмся! Идём! – прокурор уверенно повёл её по коридорам к кабинету судьи. Распахнув дверь, он втолкнул туда Женю и обратился к немолодой женщине: – Наташ, ну-ка расскажи, что происходит?

«Наташа», строго посмотрев на прокурора поверх очков, нашла нужную папку и открыла бумаги:

– А ничего, всё предельно ясно. Павел Алексеевич Рылеев приватизировал четырёхкомнатную квартиру и выставил её на продажу. Так как, его бывшая жена, незаконно проживающая на этой площади, отказалась её освободить добровольно, ему пришлось прибегнуть к помощи закона.

– Что значит незаконно проживающая? – вскрикнула Женька, вскочив со стула, – Что значит освободить добровольно? Этот человек обманом втёрся в доверие моей семьи! Это мой дом, я там живу всю жизнь!

– Сядьте, гражданка! – рявкнула на неё судья и, поправив очки, добавила, – Обманом или нет, но Павел Алексеевич Рылеев на данный момент, единственный, кто прописан в этой квартире. – полистав бумаги, она вытащила одну из распечаток, – Евгения Евгеньевна Сергеева последние двадцать четыре года имеет постоянную прописку в Подмосковье. Знаете этот адрес?

Судья протянула девушке бумагу. Женька знала. Это была квартира какой-то дальней родственницы её отца. И чтобы жильё не пропало, Женю прописали там. Но она не знала ни саму эту родственницу, ни где находится эта квартира. Честно говоря, она вообще забыла об этом. Женька подняла растерянные глаза на судью:

– Да… но…Что же мне делать?.. – она обернулась на прокурора.

– С точки зрения закона, всё чисто. – хмуро ответил он.

– Господин Рылеев был к вам снисходителен, поэтому дал вам время и разрешил вывезти из квартиры всё, что вам необходимо. – судья захлопнула папку, давая понять, что разговор закончен, – У Вас есть четырнадцать дней.

– Тварь! Поганая тварь! Урод! Ублюдок! – Женька не умела ругаться. Но гнев кипел в ней, разжигая злость и высушивая слёзы. Съездив на квартиру в Подмосковье, она пришла в ужас: крохотная однушка в старом доме требовала капитального ремонта, но на это не было времени. Наняв рабочих, которые за неделю заменили сантехнику, вынесли на помойку всю старую мебель, кое-как побелили потолки и поклеили первые попавшиеся под руку обои, Женя с ненавистью смотрела на свою «новую» квартиру. Вся мебель в квартире генерала была слишком громоздкой и никак не подходила для переезда, и Женьке пришлось срочно покупать ту, которая могла поместиться сюда.

– Что б ты, сдох… скотина… ненавижу… гад… сволочь… – девушка упаковывала в коробки мамины кастрюли и тарелки, размазывая злые слёзы. Но в какой-то момент она сообразила, что ей одной не нужно столько посуды, ей просто негде будет её хранить. Женя уронила руки и заплакала от бессильной обиды.

Забрав только необходимое, она с тоской оглянулась в последний раз на дом, где прошла вся её жизнь, и спустилась к ожидавшей её у подъезда грузовой «газели».

– Жень, ну как же так? – столпившиеся внизу соседки растерянно разводили руками, – Вот она, любовь ваша! Пригрели на груди змеюку! Ну ничего, ему всё воздастся! – причитали они. Девушка грустно улыбнулась и, махнув на прощание рукой, повезла свою жизнь на новое место.

Глава 5. Цена свободы

На удивление, город в Подмосковье оказался уютным и домашним. Старые пятиэтажки утопали в густой зелени; дворы кишели детворой и мамашками с колясками. Женя твёрдо решила устроится на работу и пошла в ближайший Центр занятости.

– Милая моя, ну что же я тебе подберу? Историки нигде не требуются, могу предложить только места, где не нужно образование. – дородная тётенька с ярко накрашенными губами жалостливо смотрела на сидящую перед ней бесцветную девушку, – Ну или сама ищи, интернетом-то умеешь пользоваться?

Женька, обиженно прикусив губу, кивнула и собралась уходить.

– Постой-ка… – тётка скептически оглядывала её и вдруг, достав из ящика стола бумажку, что-то быстро написала на ней и протянула девушке, – На… Это направление на курсы стилистов-парикмахеров, у меня как раз одно место было. Тебя ждало.

– Парикмахеров?.. – Женя растерянно улыбнулась.

– Ну… а что?.. Лишним не будет… Ты на себя в зеркало-то посмотри! Молодая, красивая! А выглядишь… старше моей мамы… – миролюбиво пробурчала инспекторша, – Там хорошие девчонки будут, тебе понравится.

Женя привыкала к своей новой жизни, боль утраты постепенно отпускала её. Учиться ей понравилось, девочки на курсах были хорошие, с некоторыми она даже подружилась, с ними было легко и весело. Женя впервые побывала в кинотеатре, сидела в кафешках, ходила по магазинам. Она даже купила себе первые джинсы! Женька сменила очки на линзы, и девчонки на занятиях частенько тренировались на её длинных густых волосах делать прически и укладки. Три месяца учёбы пролетели незаметно. Перед самым выпуском к ней подошла преподавательница:

– Жень, я рекомендовала тебя в одно неплохое местечко. Сходи, это недалеко, с тобой хотят побеседовать.

«Неплохое местечко» оказалось небольшим частным салоном красоты. А вот сотрудницы тут были заводные и не в меру креативные.

– Ой, это кто это у нас тут такой скромный? – одна из них, покрытая татуировками и пирсингом, с ярко-синей чёлкой и экстремально короткой стрижкой, смерив новенькую парикмахершу скептическим взглядом, резюмировала: – Такая красотка! Только… это надо отстричь! А ты что, косметикой не пользуешься?

Девчонка, чуть не силой загнав смущённую Женю в кресло, тут же обрезала ей волосы по плечи, придала форму и нанесла воск для укладки. Вьющиеся от природы Женькины волосы, которые она всегда тщательно стягивала в хвост, вдруг освободившись, разлетелись вокруг её головы озорными кудряшками.

Вторая девчонка, оказавшаяся визажистом, сделала стильный макияж, сильно выделив её глаза.

– Вау! Офигенная красотка! Если будешь работать с нами, у тебя отбоя не будет от клиентов! – галдели хором девчонки, столпившись вокруг новенькой, – Только надо… эту кофточку выбросить… Айда с нами на шопинг!

Женя быстро влилась в новый коллектив. Ей приходилось многому учиться не только по работе, но и заново общаться, смеяться и… одеваться. Как будто, пытаясь разом нагнать всё упущенное в своей жизни, она покупала самые яркие и экстремально модные вещи – удивительно, но они ей шли; активно осваивала косметику и, проколов себе уши, повесила в них самые большие серьги-кольца. Женька научилась уверенно общаться и могла вполне отвязно послать обидчика, у неё появились постоянные клиенты и собственные деньги. Она тщательно пыталась уйти от своей прошлой жизни, как будто и не было никогда той, другой Жени. Однако, она не часто зависала с девчонками после работы, предпочитая проводить время дома или в… тире. Однажды, встретив в салоне одного из знакомых отца, Женька набралась наглости и выпросила у него пропуск на военное стрельбище. Это был её личный антистресс, и единственное хорошее, что осталось ей на память из детства. Ей не раз приходила в голову мысль купить себе другое жильё, ведь денег, оставшихся от отца, было более, чем достаточно для этого, но Женя благоразумно решила пока оставить всё, как есть. Свобода, о которой она совсем недавно так мечтала, далась ей слишком дорогой ценой…

Наступила зима. Уютный городок завалило сугробами, во дворах залили катки, в окнах витрин магазинов зажглись праздничные огни.

– Как Вас подстричь? – поинтересовалась Женя у нового клиента, накидывая на него чёрный пеньюар с логотипом салона.

– Я, собственно, к Вам по делу, гражданка Сергеева. – молодой мужчина отодвинул её руку, – Но можно и подстричь будет. Потом, как-нибудь.

Она похолодела, ожидая очередного удара судьбы.

– Вам знаком некий Павел Брылёв? Он же Молоканов, он же Рылеев, он же Бехер? – мужчина достал из кожаной папки фотографию бывшего Женькиного мужа.

– Да… Это… Павел Рылеев… мой бывший…– язык не слушался её, слова давались с трудом, – А что случилось?

– Гражданин Брылёв разыскивается следственными органами по подозрению в совершении ряда преступлений. Проще говоря, он – брачный аферист.

– Аа… Я тоже догадалась об этом… только поздно… – Женька гневно сжала кулаки.

– Когда Вы видели его в последний раз?

– Давно, полгода назад. – нахмурилась девушка, – Может он домой уехал, к родителям в Новосибирск?..

– Гражданин Брылёв, знакомый Вам как Рылеев, родом из Витебска. Рылеевым он стал, взяв фамилию одной из своих многочисленных жён, которых он успешно обирал. В его биографии нет никакого Новосибирска. Сообщите мне, если что-то вспомните. – мужчина протянул Женьке визитку и ушёл.

– Что случилось? – к ней подошла встревоженная сменщица.

– Да так, ничего… Тени прошлого… – Женька стояла, сжав кулаки и ругая себя на чём свет стоит.

Через пару дней, едва только началась рабочая смена, и девчонки открыли салон, в дверь вошли двое крепких мужчин в костюмах и галстуках. Один из них встал у выхода, а другой уверенно направился к Женьке.

– Знаешь его? – он показал фотографию её бывшего мужа. Ледяные глаза незнакомца сверлили девушку насквозь.

– Я уже ответила вашему сотруднику, что не знаю… – девушка откинула непослушную прядь с лица.

– Я что, похож на сотрудника полиции? – недобро ухмыльнулся амбал.

– Оу… – Женька, прищурившись, внимательно посмотрела на двух, бандитского вида мужчин, одетых в хорошие костюмы, – Что, Паша, наконец, не ту девочку придавил?

– Угу. Когда мы его найдём, то тоже… придавим.

– Прекрасно! Когда найдёте, от меня тоже привет ему передайте… и посильней! – глаза всегда спокойной и уравновешенной Женьки, вдруг вспыхнули яростью. Она сама не ожидала от себя такой реакции. Похоже, что жизнь всё же научила её много чему новому. Амбал усмехнулся и быстро вышел из салона.

– Да ты, оказывается, непростая штучка! – девчонки с интересом окружили Женю, – А мы то всё гадаем: такая красотка, а парня нет? Что, был неудачный роман?

– Крайне неудачный… – улыбнулась Женька, отгоняя болезненные воспоминания.

Однако, неприятные сюрпризы на этом не закончились. И однажды, зимним вечером, уже под закрытие салона, в дверь вошёл… Павел. Всё такой же стильный и уверенный в себе, под распахнутой дорогой дублёнкой виднелся тот самый джемпер с логотипом Армани. Девчонки ахнули, подправили пуш-апы и весьма недвусмысленно заулыбались при виде успешного молодого красавца. И только Женька, с ненавистью глядя на бывшего мужа, снова сжала кулаки.

– Привет… – он, как ни чём не бывало, подошёл к ней, – Жень, прости меня, я вёл себя, как последняя сволочь! – Павел обольстительно улыбнулся и попытался дотронуться до её щеки, – Тебя не узнать… Ты стала… такой красивой… Я хочу вернуть тебя…

– Серьёзно? – Женя отшатнулась и наотмашь ударила его по тянувшейся к ней руке, – А квартиру мою и дачу тоже вернёшь?

– Не кричи… – он перешёл на шёпот, не сводя с неё сексуального взгляда, – Давай поговорим наедине, не здесь… Поедем к тебе…

– Ах ты… мерзкая гнилая тварь! – вдруг взорвалась Женька. И весь накопленный гнев вырвался наружу с бешеным напором. Она схватила со спинки ближайшего кресла полотенце и бросилась со всей силы хлестать им мужчину, – Я сейчас позвоню кому надо! Пусть они приедут и закопают тебя! Раздавят твою рожу об асфальт! Чтобы ты ни одной женщине больше не смог жизнь разрушить!

Павел, сообразив, что здесь ему больше ничего не светит, быстро ретировался к выходу. И уже стоя в дверях, обернувшись, брезгливо бросил через плечо:

– На мой век дур хватит…

Не выдержав, Женька с яростью запустила в него тяжёлой банкой с гелем. Но мужчина успел выскочить наружу, и банка влетела в стеклянную дверь. Со звоном и грохотом посыпались осколки разбитого стекла, в помещение ворвался с улицы холодный ветер. Павел, запрыгнув в свою машину, резко дал по газам. А Женька стояла посреди салона и громко смеялась. В этот момент, с её души свалился огромный камень. Она подмигнула своим остолбеневшим девчонкам и пошла за совком и веником, чтобы убрать битые стёкла.

Глава 6. Семейные тайны.

Декабрь близился к концу. Впервые в жизни, Женя покупала подарки на Новый год. Но так как близких у неё не было, то подарки предназначались девчонкам, работающим вместе с ней в салоне. Это оказалось весьма увлекательным занятием. Теперь Женька дышала свободно. Несмотря на то, что этот год выдался для неё тяжёлым, она многому научилась. Женя смотрела на себя в отражении витрин и улыбалась: «Да, это я!» Вся её недавняя жизнь, казалась для неё теперь каким-то далёким, мрачным и чужим прошлым. Женька буквально расцвела, и многие из клиентов приглашали её на свидание. Однако, она не готова была к новым отношениям.

«Сегодня – последний день уходящего года! Надо всё упаковать и начать собираться!» – приплясывала она на кухне, закопавшись в ворохе разноцветных лент и упаковочной бумаги. Девчонки пригласили её встретить Новый год с друзьями на чьей-то даче. И Женя согласилась. Она хорошо запомнила урок и больше не боялась повторить ошибку. В дверь позвонили.

– Иду, иду! – она в припрыжку добежала до прихожей и распахнула входную дверь, – Дядя Коля?.. – Женя радостно бросилась на шею старинному товарищу отца, которого много лет не видела, – Проходи скорей! Как ты меня нашёл?

– Нашёл вот… – отставной военный хмуро вошёл за ней в квартиру.

Они сидели на кухне, и Женя рассказывала обо всём, что произошло, опуская личные подробности.

– Мда… – пожилой мужчина отодвинул от себя чашку, – Не в мать ты пошла… и не в отца… Не знал я, когда ехал навестить своего старого друга генерала Сергеева, что девочка женщины, которую он так любил, вырастет такой бесхребетной. Ленка бы этого не оценила…

– Мою маму звали Надеждой… – робко поправила его Женя.

– Твою маму звали Еленой Курчаковой, а отца Максимом Курчаковым. Это в их квартире ты сейчас живёшь. – он бросил мрачный взгляд на застывшую Женьку, – Такая бесстрашная оторва была… красивая, весёлая, но лучше неё снайпера в нашем отряде не было. Это от Ленки у тебя глаза такие…

– Дядь Коль… Вы что такое говорите?.. – прошептала Женя.

– Твой отец был влюблён в неё по уши, они даже встречались какое-то время. – мужчина достал из внутреннего кармана пиджака толстый кожаный кошелёк, и извлёк из него небольшую помятую местами фотографию, – А потом Ленка предпочла твоему отцу его лучшего друга, Максима. У них родилась ты…

Он протянул Жене фото. Несколько полуодетых мужчин-военных, среди которых сидела красивая брюнетка, радостно что-то отмечали за длинным деревянным столом под тентом, спасаясь от яркого солнца.

– Это было снято незадолго до того дня… Мы были контрактниками в Африке, попали под артобстрел, Сергеева тогда тяжело ранили, а Ленка и её муж погибли. Ты была маленькая совсем, бабушке Максима было сложно за тобой следить, а потом она совсем слегла, и тебя отдали в детский дом. Вот тогда генерал и принял решение забрать тебя к себе, своих-то детей у них с женой не было… Даже имя тебе своё дал… А ты, значит, так вот… распорядилась его наследством…

Мужчина, крякнув, тяжело поднялся и молча направился в прихожую. Громко хлопнула закрывшаяся за ним входная дверь. Женька вздрогнула, как от удара. Она не сводила глаз с молодой смеющейся женщины на фото. Всё встало на свои места. Она не была похожа ни внешне, ни характером – ни на генерала, ни на его хрупкую блондинку-жену. И незнакомые люди, когда встречали маленькую Женю рядом с родителями, часто удивлённо спрашивали:

– А в кого у вас девочка пошла?

– В бабушку. – смущённо отвечала Надежда Николаевна и уводила Женю подальше.

И вот теперь…. «А что – теперь?» – девушка тряхнула чёрными кудрями, – «Теперь у меня всё равно никого больше нет! Но у меня есть я – молодая и свободная!» Однако, ехать с друзьями отмечать Новый год, настроение пропало. Сославшись на плохое самочувствие, Женька отказалась от приглашения и теперь сидела дома одна с открытой бутылкой шампанского в руке.

За окнами, медленно кружась, падал снег. Во дворе вовсю гулял и веселился народ. И в этот момент Женя вдруг ощутила своё одиночество! Глядя на целующиеся под окнами влюблённые парочки, она до слёз захотела быть на их месте! Да, она нарвалась на афериста, но ведь не все же такие!

Женька вытерла пьяные слёзы, быстро открыла ноутбук и нашла популярный сайт знакомств.

– Одинокая, хорошо образованная девушка, без вредных привычек, без жилья, без денег… а также без детей, друзей… и без родственников… – написала она про себя. Женя прикрепила к страничке одну из последних своих фотографий, сделанных недавно в салоне, и, в отчаянии захлопнув крышку ноутбука, разревелась.

За окном раздались радостные крики, захлопали выстрелы, и небо окрасили вспышки салютов.

– Как же я ненавижу Новый год!! – рыдала Женька, сидя в тёмной квартире в обнимку с подушкой.

Глава 7. О пользе необдуманных поступков

Первого января салон не работал. Хозяйка дала возможность своим сотрудницам отоспаться после бурной встречи Нового года. Женя стояла у окна с чашкой горячего кофе и тупо смотрела на заснеженный город. Людей не было, только редкие собачники пару раз промелькнули со своими питомцами. Вздохнув, она оделась, прошлась по просыпающимся улицам, потолкалась среди радостной публики в магазинах, посидела в кафе и вернулась домой, когда уже стемнело. Ей полегчало. Информация о её настоящих родителях никак не повлияла на её теперешнюю жизнь. Ничего не изменилось: она всё так же одинока, всё так же живёт в этой ненавистной квартире, всё так же пойдёт завтра на работу, а потом вернётся домой. Чтобы завтра – всё повторилось сначала. Женя открыла ноутбук и ошалело уставилась на свою страницу: ей пришло огромное количество сообщений, из разных городов и даже стран. Девушка воодушевилась и села читать. Однако, через некоторое время её радость постепенно сошла на нет. Большинство мужчин были обычными фейками, другая часть открыто предлагала секс, третьи – перечисляли список требований и пожеланий к своей спутнице жизни, были и извращенцы, неудачники и просто откровенные психи.

– Понятно… Простите, погорячилась, пьяная была… – Женя нажала кнопку «удалить страницу» и отправилась в душ. Стоя под тёплыми струями воды и смывая с себя пену душистого геля, она улыбнулась, вспомнив строгие, почти казарменные правила, царившие в доме родителей. Ей раньше даже не приходило в голову, что можно покупать себе столько разных средств для душа, пользоваться парфюмом, да и просто получать удовольствие, гуляя по магазинам или сидя в кафе. За эти полгода её жизнь полностью перевернулась, но трагедия не сломила её, а сделала сильней. А за последние месяцы, работая простым парикмахером, она узнала о жизни и о себе больше, чем за все свои предыдущие двадцать четыре года жизни.

Женя вышла из ванной и услышала звук входящего сообщения на открытом ноутбуке.

– «Ле Рош и сыновья» … старейшая адвокатская контора во Франции… Это что ещё за такое? – она удивлённо открыла письмо и прочитала: – «… мы бы хотели встретиться с Вами лично.... Наш человек прибудет в Москву на этой неделе, чтобы обсудить детали.»

– Боже! Что ещё-то у меня можно отобрать? Почку? Ногу? Да идите вы! – воскликнула в сердцах Женька и удалила письмо с чистой совестью. Но осадок в душе остался. На всякий случай, она не отвечала на звонки с неизвестных номеров и не подходила к домофону.

В один из дней, в салон зашёл импозантный мужчина средних лет. Ухоженный брюнет, с внимательным цепким взглядом светлых глаз, в дорогом чёрном пальто и кашне. «Иностранец.» – сразу подумала Женька, глядя на него через отражение в зеркале. Сказав пару слов одной из подошедших к нему девчонок, он кивнул головой в сторону Жени. И тут она похолодела: «Чёрт… Француз! Не иначе, за моей почкой припёрся!» Девчонки с завистью бросали на неё недвусмысленные взгляды. Женька отпустила клиента и на деревянных ногах подошла к иностранцу, вопросительно глядя на него.

– Меня зовут Клод Ле Рош. – представился он по-русски, но с сильным акцентом, – Вы – госпожа Сергеева?

Женька изобразила на лице бесстрашие и, приготовившись к драке за свою почку, ответила довольно хамским тоном:

– Допустим. Чего надо?

Француз, вежливо улыбнувшись, пропустил её хамство мимо ушей:

– Моя семья сотни лет представляет интересы самых состоятельных людей в Европе. От имени одного из наших клиентов, мы хотим сделать Вам весьма выгодное предложение, от которого Вам будет невозможно отказаться.

– Спасибо. – усмехнулась Женька, – С меня довольно предложений. Я уже однажды сходила замуж, было очень выгодно.

– Да, я в курсе, мы проверили Ваше досье. – француз учтиво кивнул головой, – Но речь идёт не о браке, а о переезде во Францию.

– И что я там буду делать? – подозрительно уставилась на него девушка, ища скрытый подвох. А он точно здесь был! Иначе, с чего это французу тащиться в далёкую Россию? Правильно, чтобы найти тут… «На мой век дур хватит!» вспомнила она слова бывшего мужа и набычилась.

– Предлагаю обсудить это в более… – француз пытался подобрать слова, – … в приватной обстановке.

– Чего? – взбесилась Женька, – А ну иди отсюда, пока я тебя с лестницы не спустила!

– Госпожа Сергеева, Вы не так меня поняли! – начал оправдываться адвокат, пятясь к выходу, – Речь идёт не только о переезде в родовой замок, но и о пожизненном Вашем обеспечении…

– Ах ты, паскудный сводник!.. – Женька сдёрнула с кресла полотенце и, скрутив его в жгут, двинулась на француза, – Я ща покажу тебе и приватное, и обеспечение, и всё остальное разом!

– Простите великодушно, я не хотел Вас оскорбить! – мужчина, оказавшись у двери, вынул из-за пазухи небольшой кусок картона и положил его на столик, – Моя визитка. Я буду ждать Вашего звонка до завтрашнего утра.

Женька подошла к окну и проводила свирепым взглядом француза, севшего в заказной мерседес с тонированными стёклами, который ожидал его возле тротуара. Все в салоне, и девчонки, и клиенты с интересом наблюдали за этой сценой.

– «Ле Рош», это серьёзная контора. Я сам адвокат. – сказал, вдруг один из клиентов, сидевший в одном из кресел, – Я больше скажу, они вообще с простыми смертными не работают, занимаются исключительно исторической недвижимостью. И к ним попасть невозможно даже с большими деньгами. Жень, будешь последней дурой, если откажешься хотя бы узнать, о чём речь. Хочешь, я с тобой пойду? Тридцать процентов от сделки мои.

– Очень смешно… – Женька бросила в стирку полотенце.

– Ладно, двадцать пять. Но это только ради твоих прекрасных глаз!

Озадаченная, Женя весь день не находила себе места, поэтому, придя домой, сразу полезла в интернет. Информации об адвокатской конторе «Ле Рош и сыновья» было крайне мало, и вся она была на французском. Женька неплохо знала английский, но сейчас ей это никак не помогло. Пришлось воспользоваться автоматическим переводчиком.

– …основана в шестнадцатом веке… Ого!.. маркизы… бароны… графы…Великий князь Нарышкин… – читала она корявый перевод. Заинтригованная, она достала из сумки визитку и, покрутив её пару минут в руках, набрала номер. Знакомый голос с акцентом ответил сразу же:

– Я готов встретится в любом удобном для Вас месте. – вежливо сказал француз, опасаясь снова попасть впросак, – Но Вы должны понимать, что речь пойдёт о сугубо конфиденциальной информации.

– Хорошо. Встретимся через час в кафе «Витраж». – миролюбиво согласилась Женя, – Там есть специальные столики для таких… конфиденциальных встреч.

Женька приехала в кафе заранее, но француз уже был там. Несмотря на поздний час, все столики были заняты, но каким-то чудом (или деньгами) адвокату удалось один забронировать. Он поднялся девушке навстречу и учтиво подвинул к ней стул:

– Прошу…Перейдём сразу к делу…– он открыл небольшой альбом с фотографиями, – Госпожа Сергеева, я очень занятой человек, и моё время очень дорого стоит…

– Так я пошла, что ли?.. – ухмыльнулась Женька, делая вид, что собирается встать. Француз понял юмор, но это его не развеселило. Он жестом остановил её и, глядя пристально в глаза, начал говорить:

– Я сейчас представляю интересы крайне важного для нас клиента. По условиям договора, заключенного несколько столетий назад, мы подбираем управляющую для его родового замка. Есть всего несколько условий: она должна быть молодой, здоровой, хорошо образованной, быть равнодушной к политике, незамужней, не иметь друзей, детей и ближайших родственников, и русской. Обычно, мы проводим более тщательный отбор, но сейчас у нас сложились экстренные обстоятельства – действующая управляющая замка готовится к переходу в мир иной, а ей необходимо успеть передать кому-то свои полномочия. Я достаточно искренен с Вами?

Женька ошалело смотрела на адвоката:

– А кто живёт в этом замке?

– Никто. Только управляющая.

– Что, одна?.. – девушка недоверчиво смотрела на француза.

– Вам будет выплачиваться солидное ежемесячное вознаграждение. – он написал на своём телефоне пятизначную сумму в евро, – Плюс, будут полностью оплачиваться расходы на текущий ремонт замка, если потребуется. Это достаточная сумма, компенсирующая Ваше уединение и молчание.

– Уединение и молчание? – переспросила Женька испуганно.

– Ээмм… возможно, мой русский недостаточно хорош… – француз задумался и подвинул девушке открытый альбом, – Рядом есть небольшой городок, скорее даже деревня. Там есть автозаправка, мастерские, магазины, и Вы, конечно же, сможете там бывать и общаться с местными жителями. На машине всего пять часов езды до средиземноморского или до атлантического побережья, Вы сможете в любое время года ездить на море. Но с Вами будет подписан договор, по которому Вы не будете иметь права рассказывать ни о себе, ни о том, где Вы живёте и чем занимаетесь. Замок не должен оставаться надолго без Вашего присмотра, гостей в него Вы тоже приглашать не сможете. За исключением непредвиденных аварий или ремонта. Однако, в этом случае, Вы должны будете вначале уведомить нашу адвокатскую контору об этом. Мы пришлём людей, и все ремонтные работы будут проходить в замке под нашим контролем. Вы должны понимать – стоимость исторической недвижимости сейчас крайне высока.

Женька с широко распахнутыми глазами листала фотографии: замок был небольшой, двухэтажный; с мансардными окнами в островерхой крыше и башнями по углам здания; с эркерами и балконами; с историческими интерьерами внутри, но при этом с электричеством, водопроводом и вполне современной кухней. Однако, самое большое впечатление на Женю произвела возможность ездить на море в любое время года. Живя всю жизнь с родителями, она никогда не была на море, но всегда страстно мечтала об этом.

– Десять спален, двенадцать санузлов, столовая, бальный зал, три гостиных, кухня, кабинет, зимний сад… – комментировал француз фотографии.

– А где комната управляющей?

– Вы можете занять любую из четырёх комнат мансарды. – улыбнулся одними губами адвокат, – В замке кроме управляющих, уже несколько лет никто не живёт. Несколько сотен лет. – поправился он, – Но иногда, я бы даже сказал, крайне редко, бывают постояльцы. Поэтому в замке и необходимо поддерживать порядок.

– И когда… надо ехать? – Женька с интересом разглядывала живописные виды в окрестностях замка, старинный парк, большое озеро, поросшие лесами горы с реками и водопадами; французскую деревню с узкими улочками и двухэтажными домами, покрытыми настоящими черепичными крышами, с цветочными ящиками на окнах и палисадниками.

– Завтра. – коротко сказал француз, забирая фотоальбом.

– Но… это невозможно. Нужна виза, загранпаспорт…

– Уже всё готово, от Вас потребуется только подпись. Времени почти нет. Вы согласны?

Женька колебалась. Всё это было похоже не то на сон, не то на бред. Адвокат, заметив её состояние, добавил:

– Поверьте, жить одной в роскошном замке во Франции и получать за это большие деньги – гораздо лучше, чем Ваше нынешнее положение. Вам будет разрешено содержать домашних животных, при условии, что они не будут портить исторические интерьеры.

– Собаку? – замерла девушка, это была совершенно несбыточная её мечта.

– Даже двух. – холодно улыбнулся француз, – Я пришлю за вами машину завтра, в девять утра.

Часть вторая. Свобода – дело не простое

Глава 1. Права и обязанности

Всё произошло быстро и без заминки. Адвокатская контора «Ле Рош и сыновья» действительно знала своё дело. Оформление документов в посольстве заняло не более десяти минут, туда же привезли Женькин загранпаспорт. «Деньги решают всё…» – невольно усмехнулась она, глядя, как реагируют сотрудники на Клода Ле Роша.

– Что Вас развеселило? – вежливо поинтересовался француз, когда они ехали на заказном мерседесе в аэропорт.

– Откуда Вы знали, что я соглашусь? – ответив вопросом на вопрос, снова невесело усмехнулась Женя.

– Ах, это… Да, я уже говорил Вам раньше, от предложений «Ле Рош» не отказываются.

Женька сдала свой нехитрый багаж и остановилась у большой стеклянной стены здания аэровокзала.

– Объявляется посадка на рейс Москва-Лион! – пропело радио.

«К чёрту прошлую жизнь!» – Женька развернулась и быстро пошла рядом с французом на посадку.

– Сколько нам добираться? – спросила она уже в самолёте.

– Три с половиной часа до Лиона. Уладим все формальности и сразу выдвинемся на место.

– Значит, я увижу замок уже поздно вечером… – Женя откинулась на спинку кресла, пристёгиваясь.

– Поздно ночью. – поправил её адвокат, – От Лиона до места Вашей работы добираться не менее трёх часов.

Вечерний Лион встретил их мокрым мелким снегом, но ни о каких сугробах речь, конечно же не шла. Здесь было около нуля, гораздо теплее, чем в Москве. Они сели в ожидающий их автомобиль с тонированными стёклами и через полчаса были у ворот старинного особняка. Ажурные кованые решётки разъехались в стороны, и машина бесшумно вкатилась во двор.

– Прошу. – Клод Ле Рош, обойдя автомобиль, распахнул перед Женей дверцу и раскрыл зонтик.

Внутри здание оказалось довольно современным офисом, напичканным хорошей оргтехникой и дорогой мебелью. Они зашли в большой кабинет, где за столом уже сидело несколько мужчин и женщин. Клод указал ей на один из свободных стульев, и сам присел рядом. Люди продолжали обсуждать дела, рассматривая разложенные перед ними бумаги, изредка бросая изучающие взгляды на девушку. Женька, от нечего делать, тоже исподтишка разглядывала присутствующих. Особо привлекли ее внимание двое мужчин, которые разительно выделялись среди остальных благородными чертами лиц, осанкой и манерами, их речь была плавной и завораживающей. Женя заметила, что остальные внимательно прислушиваются к их мнению. «Бароны, маркизы …не иначе эта троица из их числа, голубая кровь… Скорее всего, замок им принадлежит.» – подумала она. Иногда, Женькин сопровождающий вставлял в общий разговор отдельные слова и фразы, Женя терпеливо ждала, не понимая ни слова по-французски. И тут до неё дошло: собравшиеся здесь люди обсуждают её, Женьку! Ей стало не по себе, захотелось встать и уйти. Но куда? Вернуться обратно, в Москву? Как побитая собака? В мир, который она только что покинула? Женя стиснула под столом кулаки и, наклонившись к Клоду тихо спросила:

– Я могу пойти прогуляться?

Он удивлённо вскинул бровь.

– Я хотела бы купить словарь или разговорник… Я не говорю по-французски.

– Это не проблема. – улыбнулся адвокат, – Потерпи, осталось недолго.

Через несколько минут все действительно покинули кабинет, оставив Женю и её спутника наедине с седовласым немолодым мужчиной. Несмотря на возраст, он был подтянут, светлые глаза смотрели внимательно. Он сказал несколько фраз по-французски и сделал жест Клоду.

– Месье Ле Рош сказал, что совет единогласно одобрил Вашу кандидатуру. С этого момента все полномочия управляющей «Озёрного замка» переходят к Вам. – перевёл адвокат.

– Но я… не знаю, что надо делать… – растерялась Женька.

– Вам расскажут всё на месте. Предыдущая управляющая стала слишком стара и не может больше выполнять свои обязанности. Однако, она должна успеть передать Вам ключи и объяснить, что к чему.

В кабинет вошла женщина в строгом синем костюме и положила перед Женькой ноутбук, телефон и документы:

– Нужно подписать здесь, здесь, здесь и здесь… – Клод перелистывал бумаги, – Твой новый паспорт, водительское удостоверение, банковская карта и немного наличных на первое время. – он подвинул к ней ноут и новый смартфон, – Это тебе тоже потребуется для работы, интернет и звонки безлимитные, оплачиваются, так же, как и все остальные счета со средств клиента.

– Я не умею водить машину… – прошептала Женя, наклонившись к французу.

– Я знаю. – без тени смущения ответил Клод, – Научиться будет быстрее, чем получить потом права. Нам пора выезжать.

– Но на улице уже темно… – Женька почему-то испугалась сейчас ехать: в ночь, в какое-то неизвестное место, в котором, к тому же, ей предстояло жить совсем одной.

– Да, я об этом тоже говорил ранее. У нас нет времени ждать до утра.

Они ехали долго. Хорошая машина, ровные дороги, за окном мелькали силуэты деревьев, гор, огни небольших деревень. Изредка попадались встречные автомобили. Женька заснула, убаюканная монотонной ездой, и проснулась, когда машину начало покачивать на ухабах, они съехали с асфальтовой трассы. Свет фар выхватывал из темноты только лес и укатанную сельскую дорогу. Женя увидела замок издалека. В кромешной тьме ярко светились окна первого этажа, перед крыльцом стояло несколько машин и карета скорой помощи. Клод молча вышел и, открыв перед Женькой дверь автомобиля, быстро повёл девушку внутрь. В нос ударил запах лекарств. Их ждали. Женщина в брючном костюме начала что-то быстро говорить Клоду, он внимательно слушал, кивая головой, потом повернулся к Жене:

– Следуй за мной.

В соседней комнате, по всей видимости, столовой, оказалась импровизированная процедурная. В одном из кресел, стоящих рядом с горящим камином, сидела сухонькая старушка с капельницей в руке, возле неё суетились врачи. Увидев Женьку, бабулька радостно заулыбалась, приветственно махнула ей слабой рукой и вдруг сказала на чистом русском языке:

– Насилу тебя дождалась… Эти вон, коршуны, умереть мне не дают. Ну-ка, все вон отсюда! Вы знаете правила! – бодро проскрипела старушка. Клод тихо что-то сказал на французском, и все послушно вышли из комнаты, оставив их наедине. Женя удивлённо разглядывала управляющую замка: чистенькая и опрятная; в старомодном платье с кружевным воротничком; седые волосы аккуратно заплетены в косички и уложены вокруг головы. Глядя на её сморщенное, но доброе и улыбчивое лицо, невольно тоже хотелось улыбаться. «Божий одуванчик» – сразу окрестила её Женя.

Трясущимися руками бабулька, вдруг сама выдернула иглу капельницы и сняла через голову тонкую цепочку, на которой висел витиеватый золотой ключик. Он был несколько великоват для кулона, хотя размером не больше, чем от обычного английского замка.

– Это то, ради чего все прыгают вокруг меня… – управляющая с грустной улыбкой смотрела на него, перебирая пальцами, как бы прощаясь, – Дай мне свою ладонь…

Женя протянула руку, и старушка, вложив в неё цепочку с кулоном, внезапно с силой сжала пальцы девушки в кулак и нараспев произнесла:

– Нарекаю тебя хранителем ключа Озёрных врат и передаю свои полномочия. Отныне и до конца.

– И от чего он? – вежливо спросила Женя, пытаясь разжать ладонь, которую, вдруг, неприятно защипало: как будто ссадину залили зелёнкой, – От волшебной дверцы, которая за холстом в каморке папы Карло?

– Почти. Дверь на острове, в центре озера. Контрольное слово: Гамаюн. – глаза бывшей управляющей смотрели на удивление ясно, а речь стала быстрой, – Теперь ты охраняешь врата с нашей стороны.

– Как одна из птиц Ирия? – улыбнулась Женя, – А что значит «с нашей стороны»?

– Потому что есть и другая… Но лучше туда не ходить… – бабулька отпустила руку девушки, устало откинулась на спинку кресла и начала тяжело дышать. Собравшись с последними силами, она добавила уже едва слышно, – Но ты не бойся… Мальчишки, бывает, ходят туда-сюда… Мы в их дела не лезем, а они не лезут в наши… Просто знай…

– Эй, сюда! Скорее! – крикнула Женька. В комнату вбежали врачи и бросились к старушке. Но Женя уже и без них знала – её предшественница умерла.

Клод отвёл девушку в гостиную:

– Лидия передала тебе ключ?

Женька кивнула. Она обратила внимание, что адвокат перешёл с ней на «ты».

– А пароль? Она сказала о том, где находится дверь? И о тех, кто иногда через неё проходит?

– Раз это не тайна, то, к чему весь этот цирк? – Женя отошла в сторону, пропуская врачей с носилками. Люди стали быстро покидать замок, и через несколько минут гостиная опустела.

– Это тайна, от которой зависит судьба не только нашего мира. – улыбнулся он, – Только небольшой круг посвящённых знает об этом.

– Ну так передайте это дело полиции или военным. – удивлённо пожала плечами Женька.

– Исключено!

– А если я разболтаю об этом? Или выложу фотографии в сеть?

Лицо Клода стало надменно-холодным и отстранённым, в голосе послышались стальные нотки:

– Именно поэтому, это дело и было поручено много столетий тому назад моей семье. Ты подписала договор, где сказано, что в случае его нарушения тебя ждёт участь хуже, чем смерть.

– А бывает хуже? – нахально усмехнулась Женя, но внутри вся сжалась от ужаса. До неё только что дошло, что она совершенно не знает, что было в бумагах, которые она сегодня подписала.

– Да. Закрытые психиатрические клиники, например. – сухо сказал француз, – Но я думаю, что мы не ошиблись в своём выборе и к этому разговору больше не вернёмся. Завтра к двенадцати часам дня подъедет твой куратор, который всё объяснит и поможет устроиться. Всего хорошего, Жени.

Он впервые назвал её по имени, переделав его на французский манер. Адвокат быстро сбежал по ступенькам к ожидающему его автомобилю.

– …засада… – Женя вглядывалась в темноту за окном, в которой таяли огни уезжающих машин. На мгновение, ей показалось, что со стороны озера мелькнул ещё один огонёк. «Нет, показалось» – она вздохнула и, наконец, разжала кулак. От увиденного, её глаза едва не полезли на лоб: золотой ключик, как будто вплавился в ладонь, от него во все стороны по капиллярам тянулись золотые паутинки, смешиваясь с кровью. Женька потёрла его пальцем, потом попыталась ковырнуть ногтем, но ключ продолжал сливаться с плотью, пока окончательно не растворился в ней.

– Вот чёрт… – девушка ошарашенно сжимала и разжимала пальцы. Болезненных ощущений или дискомфорта не было, однако, она совершенно точно чувствовала ключ в сжатом кулаке, – Как так-то?.. – она снова разжала кулак. Ключик, как ни в чём не бывало лежал на её ладони вместе с цепочкой. – Ааа… Эээ… – Женя ещё раз сжала и открыла кулак – ключ снова пропал. И снова сжала, и открыла – ключик опять появился на ладони. Женька проделывала это снова и снова на протяжении нескольких минут, она размахивала рукой, стучала кулаком и трясла ладонью, пока, наконец, не сообразила, что ключ появляется исключительно по её требованию.

– Хм… забавная штуковина… – она раздумывала, не повесить ли цепочку на шею, но передумала: – Оставлю пока, как есть… И, кстати… о еде…

Глава 2. Сама себе, но не хозяйка

Женя оглянулась по сторонам и почувствовала себя неуютно. Одна, в пустом замке, она прислушалась: вокруг было слишком тихо. Всю свою жизнь прожившая в шумном мегаполисе, Женька внезапно сжалась: тишина давила и настораживала. Она вдруг вспомнила, что так же тихо и одиноко было ночами на даче, когда Павел бросил её. От нахлынувших воспоминай о своём неудачном замужестве, она невольно со злостью стиснула кулаки, и страх отступил.

– Ладно… Поживём-увидим. На первый взгляд, всё не так уж плохо… – Женя посмотрела на часы, время перевалило далеко за полночь, дико хотелось есть и спать. Она вернулась в столовую, врачи забрали с собой весь медицинский мусор, но запах от медикаментов всё ещё чувствовался. Девушка подошла к затухающему камину и, сняв куртку, подкинула пару поленьев.

– Фигасе, антиквариат… Тут что, печное отопление? Мне ещё и дрова рубить придётся? – покрутив в руках кочергу с ажурной ручкой, она пошевелила ей полуобгоревшие дрова. Языки пламени радостно заплясали в камине. Женя заглянула в соседнюю дверь и, пошарив рукой по стене, нашла выключатель:

– Ого! – воскликнула она, не удержавшись, и сон, как рукой сняло, – Вот это я понимаю!

Помещение кухни было большим и просторным. Посередине стоял огромный стол, покрытый современной столешницей, со встроенной конверсионной панелью и двойной раковиной для мытья посуды, под ним находились шкафы с кастрюлями и сковородками. Над столом, на специальном креплении, висело множество кухонной утвари, начиная с ножей и заканчивая прихватками для горячего. И всё это было относительно новым и начищенным до блеска.

– Нормально!.. – под варочной поверхностью Женька обнаружила встроенную и совсем новую электрическую духовку, – Видать, бабуля не сильно любила готовить…

Дальний конец стола переходил в старинную каменную кладку, в которой был сделан самый настоящий очаг. Но не только он остался на кухне от старых времён. У стены, граничащей со столовой и гостиной, был огромный средневековый камин. Женя прям представила, что когда-то давно, на нём вполне могли жарить на вертеле тушу целого барана или оленя. Камни камина ещё были горячие, она заметила погасшие остатки углей и рядом наполовину пустую поляницу для дров, значит им регулярно пользовались. Вдоль всех наружных стен помещения шли резные деревянные шкафы с застеклёнными дверцами и нишами-столешницами. Женька с энтузиазмом открывала один шкаф за другим: столовая посуда, чайные сервизы, стекло, серебро, крупы, приправы, банки с консервами, вареньями и соленьями. Но в восторг её привёл большой сдвоенный современный холодильник, дверцы которого снаружи полностью соответствовали историческому дизайну мебели. Хоть он и был практически пустой, но Женя нашла в нём несколько небольших кусков разного сыра, свежие овощи, яйца, ветчину и молоко. Обнаружив на одной из столешниц электрический чайник и микроволновку, девушка едва не запрыгала от радости – жизнь в замке больше не казалась ей архаичной ссылкой. Она быстро заварила себе чай, нарезала сыр и, налив в маленькую пиалу мёд, примостилась у тёмного окна. Тучи разошлись, небо очистилось, и над горными вершинами плыл тонкий серп луны, играя осколками отражения на поверхности большого озера. Женька улыбнулась, то, что она приняла за огоньки, было просто бликами лунного света. Девушка зевнула:

– Ладно, надо пойти поискать себе комнату. – она выключила свет и вышла в холл, где была лестница. Женя шла с фонариком, попутно разбираясь с выключателями, с уважением отмечая, что энергосберегающие лампы и современная электрика отнюдь не портят исторические интерьеры. Как человек, получивший диплом историка, Женька неплохо разбиралась в стилях и могла сказать с уверенностью, что не только интерьеры и внутренняя отделка замка обновлялись регулярно, на протяжении всех этих нескольких сотен лет, но за всем этим ещё и хорошо следили: обивка стен была не выцветшая, ковры мягкие, мебель крепкая; белые глянцевые перила лестницы, по которой она поднималась на третий этаж, выглядели как свеже покрашенные. Даже полы не скрипели.

Лестница закончилась, и Женя поднялась на верхний этаж. Мезонин представлял из себя прямоугольный холл-гостиную с большим окном, мягкими креслами на ковре и милым чайным столиком. В него выходили четыре двери. Девушка открыла ближайшую дверь в одну из комнат, в лицо пахнуло холодом. Женя зажгла свет. Здесь было чисто и сухо: за дверью стоял пустой массивный платяной шкаф с зеркалом; аккуратно застеленная большая кровать с тумбочками по бокам, на которых стояли торшеры-ночники; комод с будуарным столиком и пуфом. Два высоких узких окна, выступая вперёд из ската крыши, образовывали неглубокую нишу-альков, где вдоль общего подоконника от стены до стены, было сделано мягкое ложе. С другой стороны от двери, напротив кровати, был небольшой камин, рядом с ним, на мягком ковре стояло широкое кресло и журнальный столик. Женя заметила узкую дверь возле окна, за ней оказалась крошечная, но вполне удобная туалетная комната: в глубине, от стены до стены находилась эмалированная ванна, рядом с ней столик с раковиной и зеркалом, и унитаз. Нигде никаких личных вещей или декора, было ощущение, что в этой комнате никто и никогда не жил.

– Ё-моё, а что ж так холодно-то?.. – Женя вышла из комнаты и открыла соседнюю дверь, здесь была абсолютно идентичная картина, с той лишь разницей, что окна этой комнаты выходили на другую сторону здания, поэтому расположение мебели было зеркальным. Она вернулась в холл и недовольно пробормотала: – Капец, хоть здесь спать оставайся… Может комната бабули будет теплее?

Женька пересекла гостиную и открыла дверь рядом с лестницей:

– Ну вот, другое дело… – она растерянно оглядывала спальню бывшей управляющей. Здесь было относительно тепло; на подоконнике стопками лежали книги; на комоде – баночки, пузырьки и фотографии в рамках; по стенам развешаны вышитые картины; на полке камина стояли многочисленные статуэтки, вазочки и… стойкий запах лекарств. Женя недовольно подёргала носом и, выйдя назад в гостиную, распахнула соседнюю дверь.

Здесь была такая же обстановка, как в первых двух спальнях, но температура воздуха гораздо выше. Девушка облегчённо выдохнула, закрыла за собой дверь, стянула кроссовки и в изнеможении упала на кровать. Матрац оказался мягкий и удобный, Женя едва не начала засыпать. Спохватившись, она сползла с кровати и направилась в туалетную комнату, здесь было даже жарко. Женя потрогала стены, они были горячие:

– Ааа… так вот в чём дело! Камины внизу! А за этой стеной идёт вытяжная труба. – сообразила девушка, открывая краны. Вода текла тёплая. Женька быстро сполоснулась и нырнула под одеяло. «Надо завести себе собаку. А лучше двух. И кошку. Двух кошек… А то я уже сама с собой разговаривать начала…» – подумала она, проваливаясь в сон.

– Мадмуазель Жени! – сквозь сон донёсся до слуха девушки далёкий крик. Она с трудом пошевелила затёкшими руками под одеялом. Под утро комната остыла, Женька замёрзла, и ей пришлось натянуть на себя свитер и джинсы и спать, свернувшись калачиком.

– Мадмуазель Жени, эте ву ля? – мужской голос раздался совсем рядом. Дверь в комнату распахнулась, и в дверях появился почтенного вида немолодой мужчина в очках, чуть полноватый, в тёплом твидовом пиджаке и свитере. Увидев девушку, лежащую в кровати, он смущённо отступил назад, – Дезоле, же не вуле патомберрасси…

– Простите… Я не говорю по-французски… – Женя торопливо вылезла из-под одеяла, щурясь от яркого солнечного света, заливавшего комнату, и надевая кроссовки.

– О!.. Ду ю спик инглиш? – исправился француз.

– Ес… – вымученно улыбнулась девушка, переходя на английский, – Что, уже двенадцать дня?

– Нет, только десять утра. Я переживал за Вас и позволил себе смелость приехать пораньше. – он спохватился, – О, простите, я не представился! Меня зовут месье Жобер, меня назначили Вашим куратором.

Женька протянула ему руку:

– Можно просто Женя… или Жени… – она вдруг поняла, что новое произношение её имени ей нравится больше, – Давайте спустимся вниз, там теплее. Вы не против, если я поставлю чайник?

Они зашли на кухню. Месье Жобер, несколько минут наблюдая, как девушка безрезультатно пытается разжечь огонь в камине, наконец отобрал у неё спички:

– Это – жидкость для розжига. – он брызнул из бутылки на новые поленья и, чиркнув длинной спичкой, бросил её в камин. Дрова тут же вспыхнули и начали разгораться, от камина пошло тепло, – А это заглушка. Задвигаем, выдвигаем, регулируем высоту пламени, чтобы была тяга, и дым не шёл в помещение.

Он вернулся к столу, на котором уже были разложены бумаги.

– Чай? Кофе? – Женька, по-быстрому сделав себе пару сэндвичей и заварив растворимый кофе с молоком, забралась на высокую табуретку напротив мужчины, спиной к огню.

– Кофе, пожалуйста. Чёрный, без сахара. – кивнул головой мужчина, – Жени, я изучил Ваше досье. – он строго посмотрел на неё поверх очков, – Вы выросли в семье серьёзного уважаемого человека, получили хорошее образование, были замужем. Как получилось, что Вы стали работать простым парикмахером?

– Это долгая история. – улыбнулась Женька, грея ладони о свой бокал, – Расскажите лучше о себе. Что значит – куратор?

Месье Жобер отодвинул чашку и сцепил пальцы в замок:

– Ну… Я учился на инженера-строителя, а потом увлекся исторической архитектурой и стал экспертом в этой области. Женат, у меня двое взрослых детей, внуки. До вступления в орден… – он внезапно осёкся, – Меня раньше часто приглашали руководить реставрацией и реконструкцией старинных родовых поместий.

– Раньше? А что сейчас? – девушка сделала вид, что не заметила его осечки.

– Ничто не длится вечно, я передал дела своим детям и вышел на покой. – он скупо улыбнулся, – Но меня попросили присмотреть за «Озёрным замком» и за Вами. Пару лет назад я как раз проводил полную реконструкцию этого поместья, поэтому знаю о нём всё.

– От предложений «Ле Рош и сыновья» не отказываются? – усмехнулась Женя, глядя на разложенные перед ней чертежи и схемы, – Я мало чего смыслю в электрических проводках, но пара дополнительных розеток в комнате мне не помешает.

– Мадмуазель Жени, – мужчина снова строго посмотрел на девушку, – Вы будете большую часть времени находиться здесь одна, поэтому должны знать правила эксплуатации этого исторического поместья, а не только где находятся розетки для зарядки телефона.

Женька фыркнула, развеселившись, и месье Жобер продолжил:

– Начнём, как Вы заметили, со схемы электрической проводки. Нам пришлось полностью её заменить, так как она физически и морально уже не соответствовала своему назначению. Все проходные комнаты и лестница оборудованы несколькими связанными между собой выключателями возле каждого выхода.

– Я заметила. Это очень удобно. – кивнула головой Женя.

– На каждом этаже есть свой пылесос для уборки. Они на аккумуляторах, поэтому для зарядных устройств есть отдельные разъёмы. – он водил карандашом как указкой по планам этажей, – Аварийные рубильники, выключатели, розетки. Есть дизельный генератор в подвале под кухней, на случай обрыва линии электропередач.

На удивление, Женьке стало интересно. Они ходили по замку, и Месье Жобер, буквально на пальцах, объяснял девушке новые для неё технические детали: как работают насосы скважины и септика, где и как перекрывать воду; про систему встроенного пожаротушения; что делать в экстренных аварийных ситуациях и так далее.

– А почему нельзя было в замке сделать нормальное отопление? – возмутилась Женя, слушая рассказ инженера о системе каминов и дымоходов, – Задолбаешься, постоянно топить дровами!

– А нормальное, в твоём понимании – это паровой котёл? Повесить в каждой комнате батареи или топить пустой замок электричеством? – добродушно улыбнулся поверх очков пожилой мужчина, он освоился и стал обращаться к девушке, годившейся ему во внучки, на ты, – А зачем? Видишь ли, перекрытия замка деревянные, если не поддерживать в здании постоянное тепло и сухость, то они начнут гнить. Поэтому в замке всегда есть управляющая, которая за этим следит. Тебе достаточно один раз в день хорошенько протапливать большие камины внизу: в бальном зале и в кухне. Но, как ты сама уже заметила, для твоей спальни и столовой этого тепла недостаточно. Поэтому рекомендую не возмущаться, а смотреть на это философски и научиться пользоваться спичками. Кстати, зимний сад тоже отапливается.

Он распахнул тяжёлые двери бального зала и спустился по широким полукруглым ступеням:

– Прошу!

Женька зачарованно распахнула глаза, рассматривая старинную оранжерею: стеклянная стена и крыша были грязными, покрытыми снаружи засохшими ветками и листьями, и всё же пропускали солнечный свет. Внутри было несколько разросшихся, но неухоженных, экзотических кустарников и деревьев; заброшенные засохшие клумбы; по выложенному цветной мозаикой руслу струился тонкий ручеёк; стояла ажурная садовая мебель, выполненная из металла и покрашенная в белый цвет. Среди густой листвы вспорхнули мелкие птички.

– Не волнуйся, они могут вылететь. Птицы проникают сюда через отверстия для вентиляции. – пояснил Жобер и показал карандашом на несколько круглых отверстий с жалюзи под самым потолком.

– Ооо! Это… просто восхитительно! – Женя подошла к стеклянной двери с кружевной решёткой, за которой виднелся старый парк. За облетевшими деревьями просматривались белые статуи, фонтаны и беседки.

– Продолжим. – месье Жобер вернулся на кухню, – Как ты заметила, территория поместья довольно обширна, её границы проходят по лесу, вот здесь, здесь и здесь. – он расстелил новую карту и вёл карандашом, показывая прилегающие дороги и соседние деревни.

– А озеро что, идеально ровное? – Женя удивлённо смотрела на большой круг.

– Да… – инженер вдруг стал неуверенным и засуетился, – Скорее всего, оно образовалось в результате движения горных пород или тектонических трубок… Одевайся, мы идём на улицу, я покажу тебе остальное поместье.

Они вышли через чёрный ход кухни и подошли к длинному одноэтажному строению. Месье Жобер снова приободрился:

– Оно было построено в шестнадцатом веке, здесь раньше размещался скотный двор. Здание сохранилось в идеальном состоянии, мы только заменили проводку, подправили крышу и обновили ворота на гараже.

– Это гараж? – переспросила Женя, наблюдая, как медленно поднимается одна из пяти широких складных дверей.

– Не мерседес. – радостно потёр руки мужчина, – Но вполне приличный Пежо 207.

Девушка, разинув рот от удивления, смотрела на небольшой ярко-синий автомобиль, одиноко стоящий в длинном пустом помещении:

– А… бабуля, то есть, Лидия водила машину?

– Бабуля! – воскликнул Жобер, – Мадмуазель Лиду, была одной из первых женщин Франции, севших за руль автомобиля! И признавала только Пежо! У неё было пять автомобилей этой марки. Говорят, что самая первая машина была ей куплена в конце девятнадцатого века. Несколько лет назад она продала все свои автомобили одному частному коллекционеру, вырученные деньги перевела на благотворительность, а себе приобрела этого симпатягу. Машинка в отличном состоянии, так что тебе есть на чём ездить в город за покупками.

– Я не умею водить… – смущённо поправила волосы Женя.

– Оу… – Жобер растерялся и озабоченно покачал головой, – Об этом я не знал… Месье Клод сказал, что у тебя есть права. – он достал из внутреннего кармана исписанный блокнот и что-то в нём пометил карандашом, – Да, это проблема. Есть велосипед, но на нём много продуктов не привезёшь. Я попробую найти тебе в городе инструктора. А теперь…самое сложное…

Мужчина подошёл к массивной деревянной двери, с настоящими коваными петлями, закрытой тяжёлым засовом снаружи. Он, хмурясь, листал свой блокнот. Женя терпеливо ждала. На улице значительно потеплело, и после московской, вечно хмурой погоды, девушка с удовольствием подставляла лицо солнечным лучам. Женька обратила внимание, что пальцы француза нервно трясутся, она не выдержала и, подойдя к двери, отодвинула засов и открыла тяжёлую дверь:

– А что там?

– Нет! Не открывай! – в ужасе вскрикнул месте Жобер и бросился к ней. Но было поздно. Девушка шагнула внутрь и пару секунд привыкала к полумраку после яркого солнца.

– О боже… что это… – попятилась она задом. Перед ней с подстилки из соломы поднимались две огромные собаки, они были совершенно невообразимых размеров, под короткой чёрной шестью перекатывались мощные мышцы. Выражение их свирепых морд не предвещало ничего хорошего.

Женька в один прыжок оказалась снаружи, захлопнув за собой дверь и задвинув засов.

– Это, что ещё за такое? – переведя дыхание накинулась она на француза.

– Я.. я.. я не очень хорошо разбираюсь в животных… Я инженер… – Жобер нервно листал страницы, – Это Пиротанские псы…

– Я заметила, что не кролики! Зачем они здесь? – Женька едва не кричала.

– Пиротанские псы используются для охраны поместья на протяжении нескольких сотен лет… – дрожащим голосом прочитал инженер свои записи, – Если их не кормить, то они впадают в состояние анабиоза и могут в нём находиться месяцами.

– Что значит не кормить? Как можно не кормить животных? И как этих чудовищ вообще можно назвать животными?

– Простите, мадмуазель Жени… Клод сказал, что для Вас это не будет проблемой…

– Кто? Клод? – взвинтилась Женька, доставая трясущимися руками сотовый. Она набрала номер.

– Жени, я сейчас несколько занят. – раздался в трубке знакомый голос, говоривший с сильным акцентом.

– Ты знал, что тут живут два огромных пса, и не сказал мне! – заорала в трубку девушка, не особо церемонясь с приветствиями.

– Ну ты же вроде сама хотела собаку. – улыбнулся голос в трубке.

– Ты вообще-то сам видел этих собак? Они размером со слона! Мне что с ними делать?

– Жени, успокойся! – твёрдо ответил адвокат, – Собаки являются необходимой мерой для защиты поместья от нежелательных вторжений. Можешь их не выпускать, если не хочешь. Но я рекомендую давать им пробегаться, хотя бы раз в месяц.

– Шутишь? А как я их потом обратно загонять буду? А кормить их как? – у неё от одной этой мысли подкосились ноги.

– Не волнуйся, эти собаки должны слушаться управляющую беспрекословно, а еду они сами добудут в лесу. Послушай, мне неудобно сейчас говорить с тобой. Месье Жобер получил все инструкции на этот счёт, он всё тебе расскажет. Всего хорошего, мадмуазель Жени. – трубка отключилась.

Женька ошалело смотрела на экран телефона, потом перевела растерянный взгляд на не менее растерянного пожилого мужчину.

– Что ещё я должна знать? – мрачно спросила она.

– Нуу… местные боятся нарушать границы поместья, но бывает, что туристы или искатели старины могут сюда забрести…

– Аа. Понятно. Это такую еду добывают себе собаки? Туристов? Это что, шутка?

– Честно говоря, я плохо разбираюсь… Меня назначили куратором совсем недавно, вместо месье Турье. Он был профессором энтомологии, а я инженер…

– Так давайте спросим у него, что с этим делать. Вы же не думаете, что я действительно буду кормить этих монстров заблудившимися туристами?

– Месье Турье отстранили… – Жобер внезапно покрылся испариной. Он вытащил носовой платок и стал нервно вытирать им лоб.

– Ну, какая проблема? Давайте съездим к нему и поговорим. – Женька решительно направилась в сторону замка, француз быстро шёл за ней.

– Постой, Жени… – догнал он её, запыхавшись, уже в гостиной первого этажа, – Месье Турье тяжело болен, его поместили в клинику.

– В клинику? И давно? – в голову девушки закрались нехорошие подозрения, она резко остановилась и обернулась к мужчине.

– Как раз под Новый год. Это случилось неожиданно, поэтому меня срочно вызвали и проинструктировали. Поверь, для меня это тоже впервые и несколько… сложно. Я инженер, а не ветеринар. – он протёр очки и убрал платок, – Я поговорю с месье Ла Рошем, насчёт этих собак. А пока… пусть они пока посидят под замком.

– Ну хорошо. – Женя немного успокоилась и улыбнулась, – Раз уж Вы здесь, может отвезёте меня в город и обратно? У меня пустой холодильник, а я даже не знаю где и что брать. Я приготовлю нам поесть, а потом Вы поедете домой.

Пожилой француз облегчённо перевёл дух и строго посмотрел на девушку:

– Согласен. Только поесть нам лучше в городе, чтобы не тратить время. Я ещё не рассказал тебе самое важное.

– Что? Есть ещё гигантские кошки? – рассмеялась Женька, сделав на пару секунд испуганные глаза.

– Нет. – Жобер стал серьёзен, – Я должен рассказать тебе о соблюдении тайны и о еженедельных отчётах, которые ты должна будешь заполнять.

Глава 3. Радости сельской жизни

До ближайшего городка оказалось ехать прилично. Грунтовая дорога, шедшая от замка через лес, вывела их к закрытому шлагбауму.

– Это единственная дорога, по которой можно попасть в поместье, вокруг него растут непроходимые леса. Так что, твои опасения, насчёт заблудившихся туристов, напрасны. – пояснил куратор, отпирая замок на шлагбауме, – Запасные ключи висят у тебя в гараже.

Шоссе петляло в горах на поворотах, то поднимаясь по склонам, то вновь спускаясь. Однако, до города они добрались быстро. «На машине». – мрачно отметила про себя Женя, – «На велике я тут две недели педали крутить буду!» Местные жители встретили их радушно. Появление яркой незнакомки в небольшом городке не прошло незамеченным, иностранные туристы бывали в этих краях редко. Обойдя за час все магазины, набив багажник пакетами и сумками, и даже договорившись с владельцем авторемонтной мастерской об уроках вождения на машине, Женя и её сопровождающий зашли в небольшой ресторанчик.

– Оляля! Бонжур, мадмуазель, месье! Кес ке че ву? – к ним подошёл добродушный хозяин, высокий мужчина лет тридцати пяти, в форме повара. Женя улыбнулась, пожав плечами:

– Ду ю спик инглиш?

– Французы гордятся своим языком, поэтому редко говорят на каком-то ещё. – усмехнулся Жобер. Открыв меню, он сказал хозяину несколько слов и повернулся к девушке, – Я позволил себе сделать заказ за тебя, у нас остаётся не очень много времени на всё про всё. Она быстро перекусили и вернулись в поместье. Подождав, пока Женя уберёт продукты в холодильник, месье Жобер достал свой ноутбук и показал на открытый файл:

– Это форма, которую тебе надо будет заполнять один раз в неделю. Ничего сложного, здесь простые вопросы, касающиеся технического состояния замка и поместья. Сюда можно вставлять фотографии, если надо. – он подглядел шпаргалку в своём блокноте, – Да, нужно будет писать о всех происшествиях. Ну, если заметишь что-то необычное, например…

– Например, двух здоровенных псов, доедающих туриста? – съязвила Женька.

– Мы, кажется, уже обсудили эту тему. – Жобер строго посмотрел на неё поверх очков.

– Да ладно, ладно. Я пошутила. – улыбнулась девушка, – А что Лидия имела ввиду, когда говорила про мальчишек, которые ходят туда-сюда?

– Вот именно об этом, я сейчас и хочу сказать. Как мне объяснили, иногда, в районе озера появляются… ээмм… люди… Ну они приходят и уходят по своим делам… Тебе не стоит к ним подходить…, да ты и не сможешь… Но ты должна докладывать мне о всех случаях, когда заметишь их появление.

– Я сейчас что-то не поняла… То скорми туристов собакам, то не подходи… – Женя в недоумении уставилась на своего куратора.

– Это… не совсем туристы…. Скорее… хозяева… Нет, они не хозяева, конечно… – окончательно запутался Жобер.

– Призраки, что ли? – скептически смотрела на него девушка.

– Ну, будем считать, что так! – облегчённо выдохнул месье Жобер, – Ты к ним не приближайся, главное. Воспринимай их как неотъемлемую часть поместья. Они не лезут к тебе, а ты не лезь к ним.

– Но в отчётах указывай. – усмехнулась Женька.

– Именно. – кивнул головой пожилой мужчина и стал собираться домой, – Да, месье Клод сказал, что ты можешь заинтересоваться поездкой на море…

Женька радостно подскочила на стуле.

– Так вот, я настоятельно не рекомендую оставлять поместье без присмотра более, чем на сутки. И вот ещё что… – он остановился в дверях, отодвинул портеру и показал на ящик для ключей и пульт сигнализации, – Ты сегодня спала с открытой дверью. Когда будешь выезжать в город, неплохо бы тоже запирать замки. Поэтому, если очень захочется поехать на море, то сообщи мне заранее, чтобы я был в курсе.

Тепло простившись с пожилым французом, Женя осталась одна. Почти час девушка разбирала чемодан и пакеты с новыми вещами, раскладывая их по шкафам и ящикам в своей комнате. Потом растопила оба больших камина на первом этаже и пополнила поляницы, пришлось сделать несколько ходок с дровами в руках на третий этаж и обратно, прежде чем она вспомнила, что во всех трёх гостиных есть встроенный в стене небольшой грузовой лифт. Женька послонялась по замку, ещё раз заглянув в каждую комнату и заперев двери. День был чрезвычайно насыщен информацией, поэтому она забралась на табуретку у окна кухни с чашкой чая и ноутбуком. Зимнее солнце уже опустилось за горы, но на улице ещё было светло. Взгляд девушки упорно скользил в сторону подсобных построек, где были заперты собаки.

– Пиротанские псы… – набрала она в поиске браузера. Об этой породе в интернете ничего не было. Женя попробовала искать по фотографиям, надеясь найти среди самых крупных пород похожие. Но нет, ничего не нашлось.

– Мечты сбываются… завела себе двух собачек… – бормотала она, читая советы по содержанию и дрессировке собак, – «…если их не кормить, то они впадут в анабиоз…» А если тебя не кормить? – с раздражением вспомнила она слова Клода и задумчиво уставилась на массивную дверь с засовом, – Бедные… Ну что ж вы такие страшные-то?… Ну как не кормить животных? А без воды им как?

Её сердце сжалось от страха и жалости. На самом деле, будучи в городе с Жобером, она купила для них целый пакет здоровенных костей с кусками мяса. Трясущимися руками Женя достала два небольших тазика и вышла с ними на улицу. В один она налила воды, в другой положила пару хороших мослов. Прикидывая, успеет она добежать до чёрного хода в кухню или нет, Женька ещё минут пять стояла, не решаясь открыть засов. Наконец, ругая себя за трусость, она осторожно отодвинула задвижку и толкнула дверь. И оказалась на расстоянии метра от собак. Монстры, как будто знали, что дверь сейчас откроется, и стояли рядом с ней.

Женя попятилась назад:

– Хорошие собачки… я вам тут миски… поставила… – на деревянных ногах девушка продолжала отступать в сторону кухни. Два огромных пса медленно вышли из сарая, мышцы буграми перекатывались при каждом их движении; они заходили к девушке с двух сторон, не спуская с неё взгляда и отрезая путь к спасению.

– Я нн… овв…ая упп… равв… ляющая… – пробормотала, заикаясь Женя, – Я нне… тт… турист…

Собаки приблизились к ней вплотную и тщательно обнюхали. Женька стояла полумёртвая от страха, боясь пошевелиться. Изучив девушку, псы, также не торопясь, изучили содержимое обоих тазиков. И вдруг, развернулись и понеслись в сторону леса.

– Не надо… жрать тт… туристов… – Женя в ужасе провожала их взглядом, пока они не скрылись из вида, – Что я наделала…

Опустилась ночь. Проверив все двери и окна, Женька поднялась в свою комнату, но спать не хотелось. Она долго всматривалась в темноту за окном, ожидая услышать крики о помощи и злобный вой кровожадных монстров. Однако, снаружи всё по-прежнему было тихо. Женя ещё пару часов провела в интернете в поисках информации об этой породе собак, но так ничего и не нашла. Никаких упоминаний о пиротанских псах в сети не было. Как и об «Озёрном замке». Зато было крошечное упоминание о некой Лидии Голицыной, из старинного дворянского рода, которая в конце девятнадцатого века была одной из первых женщин, севших за руль автомобиля. Женя несколько раз растерянно перечитала текст:

– Как такое может быть… Это какое-то совпадение… Ей не могло быть столько лет…

Мучимая сплошными загадками, на которые у неё не было ответов, девушка заснула.

Глава 4. О домашних животных и не только

За завтраком Женя просмотрела сводку погоды: в Москве -15С, метель. А там, где сейчас находилась она +10 и солнечно. Девушка осторожно выглянула в дверь с чёрного хода, костей в тазу не было. На негнущихся ногах она спустилась со ступенек крыльца и направилась к мискам с разделочной доской в руках, на которой лежали куски мяса. И остолбенела. В открытой двери сарая стоял и наблюдал за ней один из псов.

– Хороший пёсик… – Женька неуверенно сделала вперёд ещё несколько шагов и, присев над миской, скинула в неё с доски мясо. Внезапно, она почувствовала сзади себя тяжёлое дыхание. Огромная морда собаки оказалась рядом с её лицом. Женя похолодела, представляя себе самое страшное. Однако, псина, вдруг лизнув своим шершавым языком щёку девушки, намеренно толкнула её своим боком и запустила морду в миску. Женька упала в липкую грязь, и тут её страх сменился на гнев:

– Ах ты… Я, значит, тебе… мясо, воду чистую… А ты меня… мало того, что обслюнявил всю, так ещё и в грязь уронил! – она попыталась встать, но поскользнулась и растянулась снова. Пёс, довольно чавкая, игриво наблюдал за ней. К нему присоединился второй.

– Я буду звать тебя Тузик. А тебя Шарик. – она переводила взгляд с одного на другого, – Нет, ты будешь Шарик, а ты Тузик. Как же вас отличить-то?

Заметив у одного из псов на лбу небольшое белое пятнышко, она обрадованно засмеялась:

– Ты, который со звездой во лбу, ты будешь Тузиком! Значит второй будет Шариком.

Быстро закончив с мясом и полакав воды из таза, Тузик дружелюбно ткнулся ей в шею мокрой мордой.

– Ах ты ж… – заулыбалась во весь рот Женька, вытерла о свою розовую куртку грязные руки и потрепала собаку по могучей шее, гладила её по большой голове. Впервые в жизни она была счастлива! Здесь, сидя в грязи и обнимая огромного тёплого пса! Ведь впервые в жизни у неё была собака! Даже две! Шарик подошёл с другой стороны и ревниво толкнул её боком. Но Женя уже знала этот фокус и была к нему готова. Она рассмеялась и, толкнув его в ответ плечом, поднялась на ноги:

– Мальчики, с вами было здорово, но теперь мне надо после вас идти мыться. – грязная, но невозможно довольная Женька, весело зашагала в сторону кухни. Закрывать дверь в сарай она больше не стала.

Подвал под замком был огромный, с несколькими коридорами и залами. Когда-то, здесь хранились запасы продуктов, стояли бочки с вином и маслом, была прачечная. Но сейчас он был практически пустой. В бывшей прачечной, где всё ещё оставалась каменная топка для подогрева воды и ванны для стирки белья, теперь стояла большая стиральная машина, в соседнем закутке дремал запасной генератор, лежали стремянки и различные инструменты, необходимые для поддержания и ремонта такого большого дома.

Затолкав грязные вещи в стирку, Женька решила приступить к своим обязанностям, начав с уборки в комнате предыдущей управляющей. Она задумчиво разглядывала выцветшие фотографии, все они действительно относились к концу девятнадцатого и началу двадцатого веков. Женя перебирала антикварные статуэтки и вазочки с засохшими полевыми цветами, листала старые книги. Выбросить всё это рука не поднималась. Несколько наиболее понравившихся вещиц она забрала себе в комнату, а с остальными, сложив их в коробки, поднялась на чердак. Под крышей было тепло, чисто и… пусто. Женька ожидала увидь здесь залежи старой мебели и картин, сундуки со старинной одеждой, но, по всей видимости, чердак освободили перед ремонтом. Несколько деревянных балок крыши и досок пола были новые; заменены частично кирпичи в печных дымоходах; сюда же были выведены водопроводные трубы, на которых стояли современные винтили для спуска воздуха. Она подошла к одному из небольших круглых окошек и случайно заметила рядом с ним какой-то цилиндрический предмет, засунутый подальше от глаз в щель между двумя старыми балками.

– Интересно… – с трудом дотянувшись до него пальцами, она достала старинную подзорную трубу. Женька с интересом крутила её в руках, пока не разобралась, как она раскладывается. Труба была покрыта толстым слоем пыли, скорее всего, пролежала она в этом тайнике очень давно. Прихватив её с собой, девушка вернулась к уборке.

Она с лёгкой грустью освобождала ящики и полки, снимала с вешалок старомодные вещи. Женя решила, что не стоит хранить чужую одежду и бельё, поэтому с чистым сердцем, отправила всё в огонь. Украшений у старушки почти не было, в единственной шкатулке лежала только пара ниток жемчуга и крупный кулон на плоской серебряной цепочке. Чтобы рассмотреть кулон получше, Женька подошла с ним к окну и ахнула: даже человеку, неискушённому в ювелирном искусстве, было бы понятно, что эта редкая вещица, бесценна. Она представляла из себя искусно сделанную цветущую ветку не то дерева, не то кустарника: переплетение бутонов, цветов и листьев было выполнено из серебра невероятно красиво, усыпано сотней розовых и белых бриллиантов разных размеров, что давало поразительную игру света. Девушка зачарованно смотрела на цветные искры, брызнувшие в лучах солнца на потолок и стены комнаты. Женя, никогда не носившая ничего подобного, подошла к зеркалу и приложила украшение к своему ярко-синему свитеру. Каково же было её удивление, когда розовые бриллианты тут же поменяли свой цвет на оттенки синего.

– Оу… – Женька пошла в свою комнату, достала из шкафа жёлтую толстовку и положила кулон на неё. Цвет камней перешёл в лимонные оттенки. Приложила к красной футболке, и камни окрасились в пурпур. – Я думала, что меня здесь больше нечем удивить… – только и смогла выдавить она, потрясённо разглядывая украшение.

Весь день ушёл на то, чтобы привести в порядок комнату, Жене пришлось отправить в стирку занавески и покрывало, и открыть настежь окна, чтобы проветрить помещение от запаха лекарств. Она мыла, тёрла, пылесосила, чистила со средствами сантехнику и, умотавшись, спустилась вниз без сил, когда уже стемнело. Каково же было её удивление, когда, проходя мимо огромных окон гостиной, она увидела за ними двух пиротанских псов, которые лежали на крыльце, подобно двум сфинксам зорко всматриваясь в темноту и охраняя вход в замок.

– Придётся дать вам косточек. – устало улыбнулась Женька.

Глава 5. Тайны лесной тропинки

Жене нравилась её новая жизнь. Она стояла возле окна и расчёсывала волосы, наблюдая за двумя разыгравшимися псами и соображая, как ей лучше добраться до города. На сегодня у неё был запланирован первый урок по вождению, да и у собак мясо заканчивалось. Внезапно, оба пса встали в стойку и замерли, глядя в сторону озера.

– И что там у нас сегодня? Привидение или турист? – девушка взяла с раковины отмытую подзорную трубу и навела её ту сторону, куда смотрели собаки. Псы сорвались с места. Женька на мгновение перестала даже дышать: от озера в сторону леса быстро шёл человек. Мужчина скрылся за деревьями, и вскоре там же исчезли обе собаки.

– Вот чёрт! Только этого мне не хватало! – девушка неслась вниз, перепрыгивая через ступеньку и на ходу надевая толстовку. Натянув кроссовки, она выскочила из замка и побежала в сторону леса: – Тузик! Шарик! Ко мне!

Через пару минут довольные псы, радостно виляя хвостами, выбежали из леса ей навстречу.

– Что? Как? – запыхавшаяся Женька с тревогой осматривала их морды, ожидая увидеть на них следы крови. Но обе собаки были совершенно чистые. Девушка облегчённо перевела дух, надеясь, что они только напугали заблудившегося туриста, и сейчас он бежит подальше отсюда, без оглядки, через этот непроходимый лес.

«Непроходимый…» – Женя заметила среди травы вполне твёрдую тропинку, которая уходила в лес.

– Серьёзно?.. Привидения газоны не вытаптывают… – бросив озадаченный взгляд в глубину леса, она растерянно пошла по дорожке в обратную сторону. Тропа привела её к озеру и закончилась возле узких мостков, которые тянулись к небольшому островку в самом его центре. Женя нерешительно остановилась. «Мы не трогаем их, а они не лезут к нам» – вспомнила она.

– Да ну, нафиг! – девушка развернулась и направилась в сторону замка.

Всё утро загадочная тропинка не выходила у неё из головы. Женька открыла ноутбук и загрузила карты со спутника. Это мало что дало:

– Но если предположить, что ты двигался через лес всё время по прямой… – она покрутила на мониторе карту, – То ты должен был прийти… в наш городишко, срезав дофига километров… Походу, чувак, кем бы ты ни был, нам с тобой по пути…

Позавтракав и привычно накрасив глаза густым чёрным, Женя надела свой любимый спортивный костюм из ярко-лимонного футера и дутую чёрную безрукавку, закинула на плечи рюкзак и, прикрутив к багажнику велосипеда большую корзинку для продуктов, свистнула собак и отправилась по тропинке в лес. С такими симпатягами рядом, ей ни капельки не было страшно.

Тропинка и правда шла по прямой, нигде не сворачивая и не петляя, время от времени поднимаясь и спускаясь по склонам гор и пересекая небольшие ручьи. Женя первое время с интересом крутила головой по сторонам, но вскоре, ей это надоело. За исключением этой тропинки, облетевший лес и правда был сплошным непроходимым буреломом. Собаки то обгоняли её и уносились вперёд, поджидая, то отставали и, проносясь мимо, едва не сносили девушку с велосипеда. Женя уверенно ехала вперёд и потихоньку осваивала новый смартфон, повторяя за обучающей программой французские слова и фразы. Впереди послышался шум проезжающей машины. Женька подозвала собак, слезла с велосипеда и осторожно выглянула из-за деревьев: тропинка резко уходила влево и заканчивалась возле груды больших камней. Внизу проходило шоссе, а ещё ниже, за деревьями виднелись красные черепичные крыши городка.

– Сидеть и ждать! – строго сказала Женя собакам и стала осторожно спускаться с велосипедом между камнями. Всё же, едва заметная тропинка была и здесь, спуск был удобный и нахоженный годами. Девушка выбралась на шоссе и оглянулась – перед ней был высокий отвесный срез горы, покрытый грудой камней, и наверху – непроходимый лес. Пытаясь запомнить это место, она разглядывала камни и, внезапно ухмыльнулась, заметив нацарапанные на обломке скалы три соединённых между собой треугольника, заключённых в круг. Не зная, что это один из древних путеводных символов, рисунок можно было бы принять за стилизованный значок мерседеса.

Через десять минут она была возле автомастерской.

– Бонжур, Месье Вотар! – крикнула она, стоя в дверях большого гаража, – Се муа, Жени!

В ответ раздалась грубая речь на французском. Женька, чертыхаясь, открыла переводчик и начала его настраивать на голосовой перевод. К ней подошёл хозяин мастерской: бритый наголо мужик лет пятидесяти, в грязной спецовке. Вытирая чёрные от сажи руки тряпкой, он резко сказал ей несколько слов, но Женя ничего не поняла:

– Сейчас… – она растерянно тыкала пальцем в приложение.

– Поль! Поль, ва иси! – крикнул раздражённо хозяин, обернувшись. Из глубины гаража вышел высокий стройный подросток, лет шестнадцати, в синем рабочем комбинезоне и трёхцветной бандане, повязанной поверх его длинных чёрных волос. Он был светлокожий, с тонкими чертами лица; серые глаза, обрамлённые густыми ресницами, смотрели насмешливо. Даже не зная его в лицо, Женька была готова поклясться, что это его она видела сегодня утром в поместье! Механик перешёл на английский:

– Я помню, что у нас с Вами на сегодня был назначен урок. Но у меня срочный ремонт! – он эмоционально отшвырнул тряпку в угол гаража и обернулся к подростку, – Ты ведь знаешь мадмуазель Жени?

– Все знают мадмуазель Жени… – на изящном лице юноши мелькнула улыбка, он обратился к девушке: – Старушка Лиззи, говорят, скончалась. Вы ведь живёте в поместье?

Мужчина хлопнул его по плечу тяжёлой ладонью и посмотрел на Женю:

– Поль тоже из поместья. Вы знакомы?

– Да, виделись издалека. – без тени смущения соврала Женька, глядя на внезапно окаменевшее лицо мальчишки.

– Ну вот и отлично! Поль разбирается в машинах уже не хуже меня и гоняет так, что… Кстати, ни разу мне даже тачку не поцарапал! – Вотар с уважением хмыкнул, – Хорошо, что местные инспектора – мои братаны, смотрят на это сквозь пальцы. А то бы… Но я не об этом. – хозяин мастерской бросил юноше брелок с ключами, – Хочешь водить? Поль научит. А у меня нет на тебя времени.

Мужчина смачно сплюнул, поправил лямку комбинезона и ушёл внутрь. Женька стояла, раздумывая: «Но не возвращаться же назад?..»

– Ну так что? – мальчишка, осмелев, подмигнул ей, – Готова учиться?

Он направился к одному из боксов, и через несколько секунд оттуда, взревев турбинами, выкатился чёрный спортивный авто, со значком грозного льва, стоящего на задних лапах.

– Прошу! – подросток указал девушке на водительское сиденье, а сам перебрался на пассажирское.

– Значит, тебя зовут Поль? – Женя с интересом изучала приборы на торпеде. Она никогда не сидела сама за рулём машины – настоящей машины, но когда-то, будучи в его возрасте, неплохо гонялась на компьютерном симуляторе.

Мальчишка хмыкнул и стал объяснять про сцепление, передачи, что, куда и как. Женька внимательно вникала и через несколько минут, тронувшись с места, вполне уверенно сама покатилась по дороге. Поль оказался неплохим инструктором. Они учились парковаться, разворачиваться, ехать с горы и в гору. Два часа пролетели незаметно.

– Всё, на сегодня хватит. Припаркуйся здесь, у гаража. – мальчишка, невероятно довольный своей миссией и покладистой ученицей, пружинящей походкой обошёл машину, – Приходи завтра, в это же время.

– А ты не боишься гулять один в лесу? – вдруг спросила его Женька, вылезая из тачки и протягивая деньги за обучение, – Там могут быть дикие звери… или собаки…

Поль приблизился к ней вплотную и тихим заговорщицким голосом произнёс:

– Если ты про двух пиротанских милашек, то нет, не боюсь. – он игриво подмигнул девушке, прыгнул за руль, и машина рванула с места.

– Мальчишки! – покачала головой пожилая хозяйка небольшой булочной, расположенной напротив автомастерской, провожая его с улыбкой, – Заходи, заходи! Жени, кажется?

Перекусив там же свежей выпечкой и выпив кофе, Женя забрала свой велосипед и отправилась по магазинам. Хотелось всего и сразу, но она хорошо помнила, для чего она здесь.

– Мадмуазель, вы откармливаете тигра? – пошутил мясник, рубивший для неё кости и отборное мясо.

– Двух. – тоже пошутила Женя, а потом смущённо добавила, – Мне в наследство от бабули достались две большие собаки, а я не знаю, чем их кормить.

– Оляля! – всплеснул руками мужчина, – Так Вы разоритесь на мясе! То есть, я, конечно, не против такой постоянной покупательницы, но может Вам стоит брать иногда рубец? Или варить им густые каши на мясном бульоне? Жиль, поди-ка сюда! Оторвись от своего компьютера! – крикнул он громко. Словоохотливый хозяин с гордостью пояснил: – Мой сын знает о собаках всё! Когда маленький был, у нас всегда собаки жили, он даже учиться пошёл на ветеринара, но потом связался не с теми… – он тяжело вздохнул, – Это я виноват… Не уследил…

– Звал? – в дверях появился симпатичный парень, лет двадцати. Увидев красивую девушку, он радостно заулыбался: – Мадмуазель Жени? Рад ознакомиться, здесь все только о Вас и говорят!

– Ну-ка, не клейся! – строго одёрнул его отец, – Мадмуазель интересуется, как правильно кормить больших собак. Ты, кажется, хотел с такими работать, пока не вляпался в эту историю?

– Ой, пап! Ну хватит уже. Сколько можно! – беззаботно тряхнул длинными кудрями Жиль.

– А почему ты передумал учиться на ветеринара? – улыбаясь, спросила Женя.

– Да… – он почесал затылок, – Мы с пацанами взломали один сервер по малолетке… Нас повязали, потом судили. Пришлось уйти из колледжа за пару месяцев до его окончания и переехать в эту… дыру.

– Так ты хакер, что ли? – рассмеялась Женька.

– Я? Нет, балуюсь просто.

– Это он прибедняется. – вмешался отец, с любовью глядя на сына, – Жиль работает помощником ветеринара, но хорошо разбирается в компьютерах, к нему даже с соседних деревень приезжают за помощью. Так что, если у тебя какие проблемы будут с умной техникой, то это к нему!

– Учту! – кивнула девушка, – Но сейчас у меня проблема другого характера – собаки.

Они весело провели время, пообщались, обменялись телефонами и добавились в друзья в соцсетях. «Вот это я понимаю, тайна!» – озадаченно размышляла Женя, возвращаясь домой через лес, – «Я даже рта не успела открыть, а в городе все уже знают и про Лидию, и про меня!»

Глава 6. Старший брат

Женька стала часто бывать в городе. Она уже уверенно водила машину, и даже несколько раз превысила скорость, вызвав бурный восторг Поля. Они подружились с мальчишкой. И хотя он по-прежнему ничего не рассказывал о себе, они весело проводили время. Иногда, к ним присоединялся Жиль. И тогда Женя уступала место за рулём талантливому подростку, пересаживалась на пассажирское место, и ребята устраивали заезды наперегонки. В своих еженедельных отчётах девушка скромно умалчивала обо всём этом.

Спустя месяц, Женька, наконец, решилась первый раз выехать в город на своей машине. Автомобиль не завёлся.

– Слушай, Поль… – начала она издалека, зайдя в автомастерскую Вотара, – Мы ведь оба знаем, что ты каждый день ходишь через поместье.

Мальчишка перестал копаться в двигателе красной «ауди» и выпрямился, пристально глядя на неё. Они с ним никогда не обсуждали эту тему. «Мы не лезем к ним, а они не лезут к нам», – Женя хорошо запомнила это правило.

– Я знаю, что мы не должны… Но моя машина… она не заводится… – девушка понизила голос, – Ты не мог бы её посмотреть? Раз ты всё равно там…

– Синий Пежо 207-ой модели? – взгляд подростка стал насмешливым.

– Угу…

– Завтра, в семь утра. – он снова полез под капот, – Не хочу опаздывать на работу.

– Отлично! Тогда до завтра! – Женька с облегчением отправилась за покупками. Ей нравилось здесь всё! Её жизнь! Этот небольшой городок с его дружелюбными жителями! Эти поросшие лесами горы! Даже выпечка у милейшей мадам Вотар, которая оказалась мамой автомеханика, была просто бесподобной! Женя уже неплохо изъяснялась на французском, хотя частенько прибегала к помощи словаря.

Сегодня утром ей пришлось встать пораньше, чтобы встретить Поля. Она впервые наблюдала, как два её огромных пса, словно два маленьких щенка, радостно скачут вокруг гостя.

– Привет! – он сам бесцеремонно поднял дверь гаража и проверив приборы машины, тут же залез под капот. Через пару минут двигатель заработал.

– Так быстро? – удивилась Женя.

– Я ещё в прошлом году, когда менял в ней масло, заметил, что проводок еле держится. Теперь всё в порядке. – он вытер руки и захлопнул крышку.

– Ты знал мадмуазель Лиззи? – заинтересовалась девушка, – Тебе ещё рано идти. Может выпьем кофе, поболтаем? У меня есть мороженое от месье Крюзо, твоё любимое.

– Ну, если только мороженое… – улыбнулся мальчишка.

Они сидели за столом на кухне и болтали.

– Лиззи была доброй и весёлой, жаль, что её так быстро не стало. – рассказывал Поль, – Она всегда говорила, что я похож на маму. Они были подругами.

– Твоя мама тоже… живёт под озером? – как бы невзначай спросила Женя. Подросток рассмеялся:

– Под озером? Вот ты смешная! – и грустно добавил: – Мамы нет, она умерла пару лет назад.

– Прости, я не хотела…

– Да забей! – он снова весело сверкнул глазами, запуская ложку в банку с мороженым. И Женька на минуту подумала, что если бы у неё был младший брат, то она хотела бы, чтобы он был похож на этого мальчишку.

– А сколько лет Рисе?

– Недавно исполнилось пять. Она будет очень красивой, когда вырастет. – беспечно ответил Поль, –. Отец хочет выгодно продать её в Назимир.

– Что? – едва не поперхнулась Женя.

– Ну, я имел ввиду, выгодно отдать замуж. Она будет расти в доме своего будущего мужа, а когда придёт срок, разделит с ним его ложе. – мальчик, вдруг совсем расстроился и, отложив ложку, засобирался уходить, – Ты не подумай ничего такого… Отец хоть и строг с нами, но он нас любит. Рисе подберут достойного мужа, она ни в чём не будет нуждаться.

«Где-то я это уже слышала…» – мрачно подумала Женька, – «Ага, любит он, как же… Но ей же всего пять лет!» Она исподтишка разглядывала Поля. Определённо, в нём была арабская или персидская кровь. «Скорее всего, его семья с Ближнего Востока, у них свои законы, девочек там ни во что не ставят… Мы не лезем к ним, они не лезут к нам…» Женя внезапно вспомнила своего отца, и кулаки сами невольно сжались: «Только вот генерал был не с Востока!»

Февраль оказался обманчив даже во Франции. Температура упала до нуля, за окном третий день мела метель. Даже собаки не выходили на улицу. Женя подложила под массивную дверь сарая с двух сторон булыжники, чтобы она не закрывалась, но и не распахивалась от пронизывающего ветра. Позвонил Жиль:

– Привет! Случайно не знаешь, как дела у Поля? Он третий день не показывается в мастерской. Вотар просил у тебя узнать.

– Нет, не знаю. У нас большое поместье, мы редко видимся. – соврала девушка, беспокойно глядя в окно, за которым разыгралась настоящая пурга, – Ему далеко добираться, а тут ещё погода…

Ветер завывал в трубах, а в каминах радостно плясали языки пламени. Женька несколько раз прошла тренажёр по правилам дорожного движения и теперь от безделья лазила в интернете.

– Месье Турье, профессор энтомологии… – набрала она в поисковой строке, – Ого!..

Профессор оказался довольно известной личностью в научной среде: несколько книг и статей в журналах, кафедра в университете Лиона. Не зная, зачем она это делает, Женя набрала номер кафедры энтомологии.

– Здравствуйте! Я из Соединённых Штатов. Не подскажете, как мне связаться с профессором Турье?

– О, я так и подумал! У вас очень сильный акцент! – радостно приветствовал её голос на другом конце провода, – К сожалению, месье Турье по состоянию здоровья был вынужден покинуть нас.

– Как жаль, не знала… А давно это случилось?

– Перед самым новым годом. Вы можете связаться с его дочерью, мадам Шонтре, она была его ассистентом. – мужчина продиктовал номер.

Немного подумав, Женя набрала номер дочери профессора.

– Я слушаю… – ответил немолодой женский голос.

– День добрый Мадам Шонтре! Меня зовут Каста Дива, я из Парагвая. – Женька на ходу придумывала легенду, взяв имя своего игрового персонажа, – Я звоню по поручению своего отца, профессора Гарсиа.

– Никогда о нём не слышала. Что у Вас за дело ко мне?

– Я, собственно, не к Вам, а к Вашему отцу. Но на кафедре мне сказали….

– Вы из ордена? – внезапно перебила её мадам Шонтре, – Не надо принимать меня за идиотку! Я уже всё вам рассказала. Мой отец стар, но он не сумасшедший! И то, что вы упекли его в клинику, не делает вам чести. – она бросила трубку.

Женька сидела в состоянии шока. Ей вспомнился их последний разговор с Клодом Ле Рошем: «…в случае нарушения договора тебя ждёт участь хуже, чем смерть… закрытые психиатрические клиники, например…» Девушка тяжело вздохнула и подошла к окну: «Что здесь творится? В бункере под озером прячется семья арабов. Ну это я ещё могу понять. Но вот… Если верить фотографиям и некоторым косвенным… признакам, то предыдущей управляющей было не менее ста пятидесяти лет? Ну хорошо, допустим… Зафиксированы официальные случаи долгожительства больше ста двадцати лет, в этой же Франции… Перед самым Новым Годом куратора наказывают за нарушение договора, Лидию держат на лекарствах и ищут ей экстренно замену… Так это же… похоже на убийство!» – похолодела Женя, испугавшись своей догадки.

На следующее утро метель стихла, тусклое солнце с трудом пробивалось через тучи. Женька несколько раз бегала на чердак с подзорной трубой и даже, проваливаясь по щиколотку в мокрый снег, сходила к озеру – тропинка скрылась под ровной белой целиной, Поль не появлялся. «Мало ли что… Может приболел… или загулял. Подростки, они такие…» – успокаивала себя девушка, – «Мы не лезем к ним, и они не лезут…»

Через день погода снова резко испортилась, весь день лепил мокрый снег, за которым ничего не было видно. Женя не выходила из дома, находя себе занятия. Уже стемнело, когда она, покормив на ночь собак и проходя через гостиную, вдруг вздрогнула от неожиданности: ей показалось, что за пеленой снега снаружи, стоит высокий мужчина. Она осторожно выглянула из-за портьеры, вглядываясь в темноту. «Нет, показалось…» На всякий случай проверив замки на дверях, Женька поднялась наверх. Однако, ей было не по себе, на долю секунды, но она точно видела сквозь снег мужчину, который стоял и в упор смотрел на неё. «Вот, чёрт… У меня даже оружия никакого нет… И окна эти огромные, до пола… Фиговая защита от грабителей! Кто вообще так строит?» Женя подтащила кресло и подпёрла им ручку двери своей комнаты. Она долго крутилась в кровати, прислушиваясь к каждому шороху. Под завывание ветра и стук мокрого снега по стёклам Женя заснула.

Разбудил её луч солнца, нагревший одеяло. Девушка сладко потянулась и, тут же вспомнив вчерашнюю ночь, выпрыгнула из-под одеяла. Быстро приведя себя в порядок и натянув свой любимый сиреневый спортивный костюм, она осторожно открыла дверь и прислушалась. В замке было тихо. Ступая в шерстяных носках по коврам, Женя бесшумно спустилась по лестнице вниз, заглянула в гостиную и тут же отпрянула назад. В одном из кресел спал тот самый вчерашний мужчина! Телефон остался вчера на кухне, попасть в которую, минуя незнакомца, можно было только с улицы. «Но там дверь закрыта изнутри! Вот чёрт!» – оставалось одно: добраться до города и уже оттуда позвонить и попросить помощи. Кроссовки стояли у выхода. Девушка на цыпочках перебежала мимо открытых дверей и собралась обуться, как вдруг услышала голос:

– Можешь не прятаться. Я тебя видел.

Женька замерла. Готовая к драке, крепко сжимая в руке кроссовку, она появилась в дверях гостиной и встретилась глазами с незнакомцем. Он был красив. Не старше тридцати; светлая кожа; тонкие черты лица и чувственные губы; серые глаза в густых чёрных ресницах, смотрели на неё с нескрываемым интересом; длинные блестящие чёрные волосы забраны с висков назад, открывая на ушах серебряные заострённые каффы. Но больше всего, Женю поразила его одежда: длинный и приталенный не то пиджак, не то пальто, украшенный сложными вышивками, был небрежно расстёгнут, под ним виднелась тонкая батистовая рубашка, открывая часть обнажённого торса, и узкие кожаные брюки. «Какая-то разновидность исторического костюма.» – успела подумать она, целясь в незнакомца кроссовкой.

– Ты собралась сразиться со мной ботинком? – он поднялся из кресла и направился в её сторону.

– А ну… не подходи! – Женька замахнулась.

В долю секунды мужчина оказался сзади неё, спокойно вырвал из руки и отшвырнул в сторону кроссовку.

– Чем теперь будешь сражаться? – усмехнувшись, спросил он, коснувшись своим дыханием её шеи. И тут Женя рассвирепела, всё это напомнило ей ту проклятую новогоднюю ночь: красивый мужчина, соблазнительный шёпот, чувственные прикосновения Павла, и его лживое коварство. Женька развернулась и со всей силы толкнула незнакомца. От неожиданности, он отступил на пару шагов, но удержал равновесие. Она кинулась в кухню и, схватив самый большой разделочный нож, вернулась в гостиную:

– А ну, убирайся из моего дома! – крикнула Женя, недвусмысленно тыкая огромным тесаком в сторону непрошенного гостя. Однако, мужчину это только развеселило. Он подошёл к девушке вплотную и просто отобрал нож.

– Вообще-то, этот дом принадлежит моей семье. А ты здесь только управляющая. – он потрогал пальцем край лезвия.

– Что? – растерялась Женька, не зная, как на это реагировать. Она вспомнила двух странных мужчин в офисе «Ле Рош и сыновья», какое-то неуловимое сходство было между ними и этим незнакомцем: «Понятно… очередная голубая кровь пожаловала…»

– Простите, меня не предупредили… – девушка почувствовала себя неловко, – Чай? Кофе? – спросила она, направляясь в кухню.

Мужчина с интересом наблюдал за ней:

– Я, собственно, по делу…

Женя остановилась в дверях и обернулась, вопросительно глядя на гостя.

– Мой младший брат, Поль… Часто бывает здесь…

Внутри девушки всё сжалось, но она не подала вида. Мужчина пристально смотрел на неё, словно изучая.

– Я не знаю, о чём идёт речь. – равнодушно пожала плечами Женька, – Я подробно указываю всё в еженедельном отчёте.

Взгляд незнакомца гневно потемнел, он медленно стал подходить к ней, и девушка невольно попятилась. Пока не упёрлась спиной в столешницу. Женя выставила вперёд ладонь, не давая приблизиться ему вплотную. Её пальцы коснулись твёрдых мышц под тончайшим батистом, мужчина остановился. Он был выше Женьки на полголовы.

– Ты знаешь, что случилось с предыдущей управляющей? – он, внезапно отступив, подошёл к шкафу, извлёк оттуда пару чашек, банку растворимого кофе и нажал кнопку на электрическом чайнике.

– Дда… – неуверенно сказала девушка.

– Я ведь могу называть тебя Жени? – бросил он через плечо, – Так вот, Жени, управляющие поместьем, согласно подписанному ими же договору, являются собственностью моей семьи. Когда приходит срок, а он непременно наступает, и управляющая не может больше выполнять свои обязанности в силу возраста или болезни, «Ле Рош» подыскивает ей замену. Тебе с молоком? – он вернулся к столу с двумя чашками кофе. Женька стояла глубоко потрясённая.

– А что случается с… прежней… управляющей? – произнесла она непослушным языком.

– О… Это вопрос крайне деликатный, ты же должна понимать…

– Их убивают? – в лоб спросила Женя.

– Нет, ну что ты! К чему излишняя жестокость? Их отправляют на покой. Близких у них нет, поэтому «Ле Рош» занимается их дальнейшей судьбой.

«Отправляя в закрытые клиники!» – мрачно резюмировала она, – «Так вот какая старость меня ждёт…»

– Лидия умерла на моих глазах. – Женька не притронулась к кофе.

– Да, они были очень близки с моей мамой, можно даже сказать, дружили. Но на свет появился я, потом Поль… – он бесцеремонно открыл холодильник, достал тарелку с нарезанными кубиками сыра и положил один из них в рот, – Ммм… в этом местечке Франции самая лучшая сыроварня!

Девушка молчала и не сводила с него мрачного взгляда.

– Мама снабжала Лидию эликсирами, благодаря которым, она долго оставалась молодой. А когда матушки… не стало, и эликсиры закончились, то мадмуазель Лиззи начала очень быстро стареть. Её куратор должен был доложить об этом, но сделал этого. Но однажды, всё тайное становится явным. – он выразительно посмотрел на Женю.

Повисла длинная пауза. Женька ругала себя на чём свет стоит! Как легко, она попадает в ловушки! Как она могла подписать документ, не читая?! Как она вообще могла довериться какому-то адвокатишке?! После того, что сделал с её жизнью бывший муж! «Дураки учатся на своих ошибках!» – она сжала кулаки.

– Поль, как и наша мама, очень любит ваш мир и постоянно тут ошивается. Я долго покрывал его, скрывая от отца похождения брата. Средний сын не может претендовать на престол, поэтому я спокойно относился к его увлечению… Рано или поздно, мальчик перерастёт это и станет воином, купцом, путешественником. Или не станет. В отличии от меня, ему позволен выбор. – мужчина обошёл стол и остановился на расстоянии вытянутой руки от Жени.

– Поль не появлялся во дворце пять дней. Но проблема не только в этом. Он сбежал, прихватив с собой нашу младшую сестру. Отец в ярости.

На лице девушки не дрогнул ни один мускул. Жизнь с генералом научила её врать, не мигая и глядя в глаза. Незнакомец несколько секунд пристально смотрел на неё. Эта девушка его заинтриговала. Он пользовался безотказной благосклонностью среди женщин разных рас и народов, его боялись и преклонялись перед ним. А эта… Он чувствовал её скрытый страх и гнев, но она им не поддавалась. Как и не поддалась на его обаяние.

– Ну что ж… Я должен идти… Я не нашёл следов брата рядом с озером, в замке его тоже нет. По всей видимости, он не проходил с Рисой через врата… – задумчиво проговорил мужчина и, уже подойдя к выходу, обернулся:

– Простите, я вёл себя неучтиво. Меня зовут Антуэн, я старший сын короля Конте, Владыки Пиротанского Алистора. Рад был познакомиться, Жени.

Он быстро вышел из замка и направился к озеру. Женька провожала его хмурым взглядом, заметив, что оба огромных пса смотрели на него издалека, не приближаясь. Настроение было испорчено:

– Вот тебе и сторожевые псы! – она отчаянно тёрла губкой чашку, оставленную гостем, – «Антуэн, старший сын короля Ко… Коте… Кату… Камю…». Да хрен с ним, с королем! Ишь ты, собственность! Я, вообще-то свободная личность! На улице двадцать первый век, и рабство давно отменили! – крикнула она громко, угрожая губкой окну, – Вот, придурок! Вырядился, как… как… – она не смогла подобрать нужное слово и швырнула губку в раковину.

– «Отец в ярости!» – передразнивала Жена мужчину, тщательно пылесося светлый ковёр в гостиной, – Правильно, что Поль сбежал от вас! И сестрёнку прихватил! Это ж додуматься надо, пятилетнюю девчонку в чужую семью продать! Молодец мальчишка! А этот тоже, хорош! Припёрся среди ночи, я чуть в штаны не наделала! Разве можно так пугать? Ну и что, что хозяин! А я что, не человек, что ли? А если бы у меня ружьё было? И я бы пальнула, не раздумывая? И всё, нет больше никакого сына короля!

Она внезапно остановилась, поражённая собственной мыслью:

– А что? Хорошая винтовка мне бы не помешала… Ну… или пистолет, хотя бы…

Глава 7. Для всего нужна причина

Прошло несколько дней. Снег снова растаял, и яркое февральское солнце прогревало оранжерею. Женька, подтащив к стеклянной стене самую высокую стремянку, яростно обрывала снаружи сухие ветки и намывала стёкла.

– Мадмуазель Жени? – раздался рядом мужской голос. От неожиданности, девушка едва не свалилась со стремянки.

– Клод! Разве можно так пугать? – улыбаясь, Женя спустилась вниз. Рядом с адвокатом стояли несколько мужчин, она узнала одного из них: «Голубая кровь…» Клод был серьёзен.

– Что случилось? – у неё перехватило дыхание, но она продолжала улыбаться.

– Мадмуазель Жени, эти господа желают поговорить с Вами. – тон адвоката был предельно учтив и вежлив. Женька кивнула. «Голубая кровь» вышел вперёд: красивый ухоженный брюнет в дорогом костюме, видневшимся под расстёгнутым пальто. Девушка уловила шлейф мужского парфюма.

– Мадмуазель, приятно видеть, что Вы с рвением относитесь к своим обязанностям. – он бросил выразительный взгляд на оранжерею, – Это похвально и достойно поощрения. Мы готовы оплатить издержки на приобретение любых растений, на Ваш выбор.

– Благодарю. – она изобразила на лице искреннюю улыбку, понимая, что речь пойдёт не об этом. «Инспекция? Может в городе кто лишнее сболтнул?»

– Мы внимательно читаем Ваши отчёты, которые нам любезно предоставляет месье Жобер. – он снял кожаные перчатки и легонько хлопнул ими по своей ладони, – Но видите ли… Есть кое-что, о чём Вы умолчали.

Женька напряглась, продолжая изображать невинность и удивление.

– Я понимаю, вы хорошая актриса и твёрдо храните тайны, которые Вам поручены. Я рад, что мы не ошиблись, доверив Вам поместье. – он пристально смотрел ей в лицо, но в этих играх Женька достигла совершенства. Помолчав, он продолжил:

– Нам известно, что Вы часто бываете в городе и общаетесь с неким юношей, по имени Поль. – он вопросительно поднял бровь.

– Да. – уверенно кивнула головой Женя, – Раз в несколько дней я езжу туда за покупками. Поль – ученик автомеханика, он учил меня водить машину.

Мужчины переглянулись. Женька, изобразив на лице смущение и раскаяние, опустила глаза и добавила:

– Мы иногда нарушали… устраивали с ребятами в горах заезды на скорость… Но там никого не было! Клянусь!

– Так Вы знаете, где нам найти Поля?

– Наверное, в мастерской месье Вотара. – пожала плечами она.

– Мы там были, мальчик не появлялся в городе уже несколько дней. Его отец обеспокоен. – вмешался в разговор Клод Ле Рош, – Вспомните, может он рассказывал о своих друзьях? Куда он мог направиться?

– Нет, ничего такого… Мне кажется, что и друзей у него особо не было…– задумалась Женя, – Поль был повёрнут на тачках и всё время торчал в гараже.

– Я попросил бы… – начал говорить возмущённо Клод, но «голубая кровь» остановил его движением руки с перчатками.

– Благодарим за помощь, мадмуазель. Не смеем больше Вам мешать. – он развернулся и направился к главному входу в замок, остальные спутники, быстро перебирая ногами, поспешили за ним. Женька пошла их проводить, она смотрела им вслед, с кривой ухмылкой отметив, как шарахнулся Клод при виде двух огромных псов, наблюдавших за делегацией с высоких ступеней крыльца, и с какой поспешностью он захлопнул дверцу машины. Кортеж из трёх автомобилей с тонированными стёклами, медленно скрылся в лесу, и Женька перевела дыхание.

– Чуть не спалились! – толкнула она плечом одного из громадных псов, усаживаясь между них на нагретые солнцем ступени. Она обеспокоенно смотрела в сторону озера: «А что, если Поль, сбежав с сестрёнкой, попал в метель? И они замёрзли в лесу?» – Женька похолодела от одной этой мысли и вскочила на ноги:

– Ну-ка, мальчики! Пойдём, прогуляемся!

Дорога через лес пешком оказалась долгой и утомительной. Они с собаками дошли до самого шоссе и ни с чем вернулись назад. Но Женя облегчённо вздохнула: «Ни с чем, это гораздо лучше, чем… если бы они были тут…». Уже начало темнеть, когда они вышли к озеру. И тут, обе собаки замерли и стали в стойку возле мостков, неотрывно глядя на остров.

– Нет, туда мы не пойдём. – девушка уверенно прошла мимо. Но собаки продолжали стоять. Женя обернулась: ничего особенного в острове не было, за исключением того, что на нём есть дверь, ведущая в загадочный подземный ход, которую открывает золотой ключик. Женя задумчиво разжала кулак, и в вечернем сумраке на её ладони тускло свернули звенья цепочки. Она внимательно присмотрелась к острову: несколько облетевших деревьев и кустов и небольшая ротонда в глубине. Ветки кустов слабо пошевелились, под ними лежал человек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.